Развитие тактики военно-морского флота. Часть I: Развитие тактики броненосного флота от Крымской до Русско-японской войны - Павлович Н.Б.

Author: Павлович Н.Б.
Tags: военно-морские силы военно-морской флот: личный состав, организация военное дело военно-морское дело русско-японская война международные отношения военно-морской флот крымская война
Year: 1979
Similar
Развитие тактики военно-морского флота. Часть II: От русско-японской до Первой мировой войны
Развитие тактики военно-морского флота. Часть IV: Вторая мировая война
Развитие тактики военно-морского флота. Часть III: От Первой мировой до Второй мировой войны
Греки — адмиралы и генералы военно-морского флота России
Text
                    РАЗВИТИЕ ТАКТИКИ
ВОЕННО-МОРСКОГО
ФЛОТА
I
МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ СССР
ВОЕННО-МОРСКОЙ ФЛОТ
Н. Б. ПАВЛОВИЧ
X: 
РАЗВИТИЕ ТАКТИКИ
ВОЕННО-МОРСКОГО
ФЛОТА
Часть I
РАЗВИТИЕ ТАКТИКИ БРОНЕНОСНОГО
ФЛОТА от крымской до русско-
японской ВОЙНЫ
Ордена Трудового Красного Знамени
ВОЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО
МИНИСТЕРСТВА ОБОРОНЫ СССР
МОСКВА 1979
УДК 359.0 :355.422
Рассматривается развитие кораблестроения, оружия, техниче-
ских средств вооруженной борьбы на море в период от Крымской
до русско-японской войны, характерный заменой парусных кораблей
паровыми, становлением броненосных флотов и зарождением под-
водных сил, что привело к принципиальным изменениям в тактике
военно-морских флотов.
Труд состоит из четырех частей. Первая из них, разрабо-
танная преподавателем Военно-морской академии профессором
контр-адмиралом в отставке Н. Б. Павловичем, ограничивается вре-
менем от Крымской до начала русско-японской войны. Предназна-
чается для офицеров, в особенности для преподавателей военно-мор-
ских-учебнЬИ^заведений, в качестве пособия при изучении военно-
морского искусства..
НаиугеЯТОЪяия' географических пунктов, названия кораблей и
даты событий, приведены по возможности в соответствии с Морским
атласом. Имеющиеся в тексте ссылки на карты даются по Морскому
атласу, т. Ш, ч. I, изд. Главного штаба ВМФ, 1958 г.
Подготовка рукописи настоящего труда к изданию и общее ре-
дактирование осуществлено контр-адмиралом в отставке Д. А. Туз
и кандидатом исторических наук капитаном 1 ранга Г. А. Аммоном.
Глава 1
ВЛИЯНИЕ КРЫМСКОЙ ВОЙНЫ НА РАЗВИТИЕ
ТАКТИКИ БРОНЕНОСНОГО ФЛОТА
РАННЕГО ПЕРИОДА
Крымская война положила начало новому этапу раз-
вития военно-морского искусства. К 30—40-м годам
XIX века парусный военный флот постиг высокого уров-
ня развития. Это му-способствовал и . лост.ижения_в__воем-
иом кораблестроении, обеспечивщие высокое -качество
деревянных парусных боевых кораблей.—совершенство-
вание артиллерии, а также ряд нововведений в различ-
ных отраслях морского дела.
По мере развития корабельных паросиловых уста-
новок деревянный парусный военный флот начал посте-
пенно перерождаться в деревянный парусно-паровой.
Особую роль сыграло изобретение винтового движите-
ля,-которое, по словам Ф. Энгельса, привело к револю-
ционизированию морской войны.
К началу Крымской войны основным оружием на
кораблях была гладкоствольная артиллерия. К этому
времени она достигла высокого уровня развития, что
выразилось в существенном улучшении баллистических
свойств орудий, применении прицела, скорострельной
ударной трубки и создании бомбических пушек.
Наиболее распространенные калибры корабельной
артиллерии на всех флотах были в пределах от 68 фун-
тов (20 см) до 3 фунтов (7,6 см). В частности, русская
корабельная артиллерия включала 68-фунтовые (20-см),
36-фунтовые (17,7-см) и 24-фунтовые (15,2-с.м) орудия.
Бомбические пушки были калибром 10,7—7 дюймов
(27,2—17,8 см).
Орудия корабельной артиллерии флотов различных
стран имели некоторые особенности, но вследствие ог-
1*	3
• I
раниченности технических возможностей пушки одина-
ковых типов и калибров были похожи по своим характе-
ристикам.
Так, например, русская 60-фунтовая длинная пушка,
при угле возвышения 20° имела предельную дальность
стрельбы 21 каб, 36-фунтовая — при тех же условиях
могла вести огонь на дальность 17 каб. Бомбические
пушки имели предельную дальность стрельбы тоже око-
ло 17 каб. Английская 68-фунтовая длинная пушка при
угле возвышения 15° стреляла на 17 каб, а 32-фунто-
вая — на 16 каб. Английские и французские бомбиче-
ские пушки имели дальность стрельбы такую же, как
и русские. По этой причине во время перестрелки между
русскими и англо-французскими пароходо-фрегатами у
Севастополя 15 июня 1854 г. обе стороны вели стрельбу
на недолетах, несмотря на то, что дистанция была около
17 каб. Только после того как пароходо-фрегат «Вла-
димир», которым командовал Г. И. Бутаков, сблизился
с отходившим противником до 13 каб, с обеих сторон
начались накрытия Дальность стрельбы орудий бере-
говой артиллерии, как правило,, превышала дальность
стрельбы корабельных орудий.
К этому времени корабельная артиллерия располага-
ла несколькими родами снарядов, такими, как бомба,
ядро, граната (картечная и шрапнельная) и картечь.
Бомбы и гранаты имели дистанционные трубки, но неза-
долго до войны появились и ударные трубки.
Применение бомбических пушек существенно увели-
чило огневую мощь гладкоствольной корабельной артил-
лерии благодаря разрушительному, поражающему и за-
жигательному действию их снарядов, что позволяло ус-
пешно решать задачу уничтожения кораблей противни-
ка артиллерийским огнем. Достаточно сказать, что бом-
бы 8-дюймового орудия при стрельбе с дистанции 6 каб
пробивали нижнюю батарейную палубу, а с дистанции
1,5 каб—оба борта деревянного линейного корабля
навылет. Наибольшую опасность для деревянного кораб-
ля представляла способность бомб взрываться внутри
его и вызывать пожары.
Сторонники бомбических пушек считали их пределом
развития морской артиллерии, не предполагая, что они
1	^Морской сборник», 1854, № б, с. 144—151; № 9, с. 73—77.
4
представляют собой лишь один из этапов ее дальнейшей
эволюции, вызвавших появление брони и нарезных ору-
дий. Некоторые видели в бомбической пушке даже сред-
ство, приводящее к абсурдности боя между кораблями,
считая, что в таком бою не будет победителя и побеж-
денного, потому что оба противника, несомненно, погиб-
нут.
Противники бомбических пушек утверждали, что
длинные пушки более дальнобойны и могут быть при-
способлены для стрельбы бомбами. Некоторые обосно-
вывали свои доводы соображениями об опасности хра-
нения бомб на кораблях.
Результаты Синопского боя — последнего боя п.арус-
ных соединений, в котором бомбические пушки сыграли
решающую роль в быстром уничтожении деревянных ко-
Раблей противника, оказались неожиданными для не-
которых морских „специалистов, хотя известный в то вре-
. мя английский морской артиллерист Говард Дуглас пи-
сал, что русские корабли сделали только то, к чему
англичане предназначали свои корабли, вооружив их
бомбическими пушками. Он утверждал, что русские мо-
ряки доказали в Синопском бою правильность своих
тактических взглядов и умение использовать новые сна-
ряды (бомбы) *.
Увеличение огневой мощи гладкоствольной корабель-
ной артиллерии не могло не повлиять на способы веде-
• ния морского боя. Если до появления бомбических пу-
шек судьба морского боя после артиллерийской атаки
окончательно решалась «свалкой» на абордаж или пус-
ком брандеров, то стрельба бомбами позволяла сжечь
и взорвать корабль противника с дистанции действитель-
ного артиллерийского огня (6—10 каб).
Теперь абордаж как способ развития успеха артилле-
рийской атаки утратил свое прежнее значение. Правда,
любители старины еще долго не могли этого осознать
и абордажные партии, вооруженные интрепелями (род
топора), палашами и пистолетами, продержались на
флотах почти до начала 90-х годов прошлого столетия.
Артиллерийское состязание между кораблями и бе-
реговыми батареями с появлением бомбических пушек
^‘Дуглас Г. Морская артиллерия. Пер. с англ., .ч. 5. Спб..
5
стало для первых еще более невыгодным. Угроза, создан-
ная бомбами деревянным кораблям, требовала замены
их железными. Паровой двигатель, железное судострое-
ние, броня обусловили зарождение и развитие нарезной
артиллерии, а мина заграждения открыла новые воз-
можности в развитии морской тактики и всего военно-
морского искусства. Немногим из видных практических
деятелей и военно-морских теоретиков того времени, вос-
питанных школой парусного флота, удалось это быстро
понять.
Опыт Крымской войны показал, что в военно-мор-
ском искусстве появились новые тенденции..в_ вопросах
использования и применения оружия. Медленная эволю-
ция вооружения и кораблестроения, свойственная перио-
ду расцвета парусного флота, сменялась бурным про-
грессом в области оружия и боевой техники, продолжав-
шимся с нарастающим ускорением. Однако развитие во-
енно-морской теории в ближайшие десятилетия после
окончания Крымской войны значительно отставало от
развития оружия и боевой техники. Немало времени и
усилий было потрачено на поиски путей совершенство-
в а и и я уже отживших средств: увеличение калибра гла д-
коствольной артиллерии, бронирование деревянных ко -
раблей, поиски парусного вооружения для броненосных
CyjLOB-li-JL. П.
Крымская война положила начало длительной боръ-
бе артиллерии с броней. Эта борьба оказала существен-
ное влияние на-развитие .морскойлактикил^гез^ние. ряда
десятилетий, на появление новых видов оружия и _раз-
fl итие классов боевых корабл.ей_броненосного. флота.
Опыт войны показал, что деревянный корабль, будь он
парусный или паровой, вследствие малой живучести под
огнем бомбических пушек должен быть заменен желез-
ным бронированным кораблем. Вместе с тем опыт Крым-
ской войны подтвердил, что гладкоствольные пушки из-
жили себя, так как были не в силах преодолеть броню.
Появление мины заграждения прибавило к прежней
опасности поражения артиллерией рангоута, надстроек
и надводного борта угрозу поражения подводной-.части.
Наконец, мина заграждения создала возможность стес-
нить маневр кораблей в бою искусственно созданныМВ
преградами.
Паровой двигатель, обеспечив кораблям свободу мд-
6
Невра, сделал скорость хода в бою важнейшим факто-
ром, что вызвало необходимость увеличения живучести
паросиловой установки корабля, и прежде всего ее на-
дежной броневой защиты. Борьба за живучесть кораб-
ля в бою, сводившаяся в период парусного флота к борь-
бе с пожарами и расчистке верхней палубы от обломков
рангоута, значительно усложнилась. Паровой двигатель
выдвинул не существовавшую в парусном флоте проб-
лему запаса топлива и совершенно по-иному поставил
вопросы дальности плавания кораблей. Наконец, паро-
вой двигатель позволил улучшить условия обитаемости
кораблей.
Проблема броневой защиты кораблей возникла дав-
но. Еще в истории Мальтийского ордена есть описание
каракки «Санта Анна», борта которой были защищены
свинцовыми плитами, крепившимися медными болтами 1.
При осаде Гибралтара в 1782 г. испанцы использовали
плавучие батареи, борта которых были защищены тол-
стыми деревянными брусьями и железными полосами.
В России вопрос о железном судостроении, и в част-
ности о постройке железных боевых кораблей, защищен-
ных броней, был поднят более чем за четверть века до
Крымской войны. Мысль о постройке, таких, кораблей
была подана в 1824 г. строителем первых русских паро-
ходов механиком Чистяковым, однако реализация ее за-
держалась как в результате косности руководителей мор-
ского министерства, так и вследствие ограниченных тех?
нических возможностей. Следует все же заметить, что_в
России мысль о постройке железных боевых кораблей,
защищенных броней, в этот период была чрезвычайно
близка к осуществлению, так как металлургическая про-
мышленность вскоре уже была способна выделывать
железную "броню толщиной до 100 мм проковкой желез-
ных болванок-. Таким образом, предложение Чистяко-
ва являлось вполне реальным.
За несколько лет до Крымской войны во Франции
и Англии производились опыты по применению желез-
ных плит для защиты бортов кораблей от разрушитель-
ного действия ядер и бомб гладкоствольных пушек. Про-
ведению таких опытов во Франции в’ значительной мере
‘Боголюбов II. История корабля, т. 2. М., 1880. с. 234.
2	Там же.
7
способствовали политические противоречия между нею
и Англией. В решении вопроса преодоления «деревян-
ных стен» Англии, как тогда англичане иногда символи-
чески называли свой флот, броня была слишком серьез-
ным фактором, который Франции нельзя было не учи-
тывать. Однако этот способ защиты боевых кораблей
ни французы, ни англичане вначале не решились приме-
нять '. Совещательный комитет французского морского
министерства, учитывая вес брони и ее стоимость, не
нашел возможным применить броневую защиту боевых
кораблей как по техническим, так и по экономическим
соображениям. Но идея бронирования боевых кораб-
лей продолжала развиваться. В последующем при со-
здании французами броненосных плавучих батарей пер-
вые опыты в этой области сыграли немаловажную роль.
Британское адмиралтейство было более консерватив-
ным в отношении применения брони. Несмотря на убе-
дительные результаты опытов стрельбы по 80-пушеч-
‘ному деревянному линейному кораблю, борт которого
был прикрыт железными листами толщиной 150 мм,
адмиралтейство отказалось от применения брони.
Первые паровые бронейосные корабли появились в
конце Крымской войныГ^то бьтли французские плавучие
батареи. Они представляли собой винтовые деревянные
корабли водоизмещением 1400 т, обшитые железной бро-
ней в 4,35 дюйма (111 мм), вооруженные шестнадцатью
50-фунтовыми (19,5-см) пушками, поставленными в за-
крытой батарее, и двумя 12-фунтовы'ми (11,6-см) ору-
диями, расположенными на баке и юте. Мощность ма-
шин каждой из плавучих батарей была 120 л. с., что
обеспечивало им скорость 3—4 уз.
Первые бронированные плавучие батареи имели^мач-
ты и .парусное вооружение, так как их строители еще
не мыслили боевого корабля без парусов. Ходовые испы-
тания показали, что такие тяжелые суда с тупыми об-
водами очень плохо идут под парусами. Поэтому приш-
лось отказаться от парусного вооружения. Кроме вер-
тикальной брони на плавучих батареях уже было при-
менено и горизонтальное бронирование в виде тонких
железных листов, прикрывавших верхнюю палубу над
1 Кербер. Влияние русско-японской войны на изменение обли-
ка боевых судов.—«Морской сборник», 1907, № 4.
8
закрытой батареей. На плавучих батареях также впер-
вые-была, применена броневая защита поста управле-
ния, защищенного железными лист а мщ^непробива е м ы -
ми пулями Наконец, на этих бронированных плавучих
батареях впервые была применена искусственная вен-
тиляция батарейной палубы.
Несмотря на малую мореходность, слабость паровых
машин и плохую обитаемость, бронированные плавучие
батареи благодаря наличию на них мощного артилле-
рийского вооружения и брони оказались несоизмеримо
более действенным средством для борьбы с береговыми
укреплениями, даже имевшими каменную защиту. Пер-
вые три плавучие батареи, отправленные по их готов-
ности в Черное море, при атаке фортов Кинбурна с мо-
ря продемонстрировали • преимущества бронированных
кораблей в борьбе с гладкоствольной береговой артил-
лерией. 5 октября 1855 г. плавучие батареи заняли ог-
невые позиции в 4 каб от Кинбурнских фортов и открыли
по ним огонь, оставаясь благодаря своей броневой за-
щите невредимыми, несмотря на сильную стрельбу бе-
реговых батарей. В плавучую батарею «Девастасьон»
попало около 75 бомб и ядер, но ни те, ни другие не
причинили существенных повреждений и не пробили
броню. В две другие плавучие батареи попало около
60 снарядов в каждую, также не пробившие их брони.
Только прямые попадания русских снарядов в пушечные
порты вызывали потери в людях и наносили поврежде-
ния кораблю. Против трех укреплений Кинбурна англо-
французы выставили десять линейных кораблей, два-
дцать фрегатов, корветов и шлюпов, двадцать две кано-
нерские лодки, однако именно три бронированные пла-
вучие батареи, по существу, оказались действенной си-
лой
Французы с началом постройки бронированных пла-
вучих батарей передали их чертежи британскому адми-
ралтейству, которое после значительных колебаний ре-
шило начать постройку таких кораблей, внеся некоторые
изменения во французский проект. Решение британского
адмиралтейства о постройке бронированных плавучих
батарей вызвало сопротивление ряда английских адми-
• Вильсон. Броненосцы в бою. Пер. с англ., т. 1. Спб., 1896,
с. 2—7.
9
радов, сомневавшихся в пользе бронирования кораб-
лей. Первая серия английских бронированных плавучих
батарей оказалась неудачной. Они не могли удовлетво-
рительно ходить ни под парами, ни под парусами и в
довершение всего плохо слушались руля I Постройка
этих батарей была закончена после Крымской войны.
Доказав с достаточной убедительностью, что парус-
ный деревянный боевой корабль окончательно отжил, а
паровой боевой корабль требует надежной броневой за-
щиты, Крымская война не внесла еще окончательной
ясности в вопрос о нецелесообразности дальнейшей по-
стройки паровых, но деревянных боевых кораблей?Тёх-
нические возможности строительства больших железных
боевых кораблей в то время уже имелись во всех круп-
ных странах, но окончательному решению на постройку
таких кораблей мешал ряд причин. В Англии, которая
уже имела опыт строительства больших торговых же-
лезных судов («Great Western», 1838 г.; «Great Britain»,
1848 г.; «Himalaya», 1853 г.; «Persia», 1854 г.), одной из
причин задержки строительства железных боевых ко-
раблей был консерватизм руководящих военно-морских
кругов. Но более серьезной причиной было стремление
владельцев судостроительных предприятий, строивших
деревянные корабли, сохранить свои прибыли, не внося
дополнительных средств на реконструкцию заводов и
верфей. Однако влияние этих причин в Англии смягча-
лось недостатком корабельного леса в метрополии и бы-
стрым развитием металлургической промышленности.
К концу 50-х годов из европейских государств в Анг-
лии уровень развития металлургической промышленности
ооеспечивал лучшие условия для железного судострое-
ния. 50—70-е годы были для Англии периодом промыш-
ленного подъема. По словам Ф. Энгельса, «все прежние
изумительные успехи, достигнутые благодаря примене-
нию пара и машин, совершенно бледнели в сравнении
с мощным подъемом производства за двадцать лет, от
1850 до 1870 г...»* 2. Во Франции переход к строительству
железных боевых кораблей задерживался вследствие
высокой стоимости железа и наличия значительных за-
’ Вильсон. Броненосцы в бою, т. I, с. 3.
2 Энгельс Ф. Англия в 1845 и 1885 гг.— В кн.: Маркс К. и
Энгельс Ф. Соч., т. 21, с. 201.
10
Пасов корабельного Леса. Целесообразность перехода к
строительству железных боевых кораблей в России так-
же не вызывала сомнений, однако реализация этой идеи
была связана с необходимостью реконструкции судо-
строительных заводов.
Говоря о причинах задержки строительства желез-
ных боевых кораблей после Крымской войны, следует
указать еще одну из них, общую для всех развитых
стран. Опыт этой войны показал, что основа боеспособ-
ности парусного флота — парусный линейный корабль
отжил- свой век, но каким должен быть новый паровой
боевой корабль, никто не мог сказать с достаточной оп-
ределен ностыо. Как тактики, так и кораблестроители
того времени могли лишь нащупывать тактико-техниче-
ский абрис такого корабля, пытаясь теоретически прими-
рить противоречия, возникшие в результате кризиса
гладкоствольной артиллерии после появления брони.
Крымская война не дала опыта боев между соеди-
нениями паровых боевых кораблей, а следовательно7~не
подтвердила и не опровергла взглядов прежней линей-
ной тактики. Sto обстоятельство не позволяло ни такти-
кам, ни кораблестроителям сразу же отказаться от тра-
диционных взглядов. Вот почему в поисках совершенных
типов боевых кораблей они продолжали исходить из
требований прежней тактики к основным классам бое-
вых кораблей. Некоторым основанием для этого служи-
ла открывшаяся с появлением винта возможность уста-
новки на деревянных линейных кораблях паровых
двигателей, которые изменили лишь их маневренные свой-
ства. Корабли продолжали оставаться трехдечными, име-
ли прежнее артиллерийское вооружение и не были за-
щищены от снарядов бомбических пушек. И хотя броня
позволяла надежно защитить их от этих снарядов, мас-
са бронирования исключала возможность сохранения
прежнего числа орудий, и таким образом мощь наступа-
тельных средств линейного корабля уменьшалась. Перед
кораблестроителями по-новому встала проблема нагру-
зок, и паровой линейный корабль, защищенный броней,
неизбежно должен был изменить не только свой внеш-
ний облик, но и тактико-технические свойства.
Французы создали в 1859 г первый большой бро-
неносный корабль «Глуар» Он был перестроен из дере-
винного винтового линейного корабля типа «Наполеон»,
11
у которого были срезаны верхняя и средняя батарейные
палубы и оставлена только одна нижняя. По этой при-
чине он был назван броненосным фрегатом (рис. 1).
Несмотря на то что «Глуар» имел только тридцать
50-фунтовых (162-мм) пушек вместо девяноста орудий,
которыми были вооружены парусно-винтовые линейные
корабли типа «Наполеон», он, сохранив основные раз-
мерения, был из-за бронирования больше водоизмеще-
нием почти на 600 т и при той же мощности паровой
Рис. 1. Броненосный фрегат «Глуар». Франция. 1859.

машины имел меньшую скорость. Водоизмещение ли-
нейного корабля «Наполеон» — 5047 т, скорость —
13,5 уз; водоизмещение «Глуара» — 5600 т, скорость —
12,8 уз. Однако «Глуар» по тому времени был надежно
защищен, так как оба его борта по всей длине были
прикрыты двумя поясами железной брони, верхний из
которых был толщиной 100 мм, нижний— 120 мм. Для
защиты батарейной палубы от продольного огня на
«Глуаре» были поставлены броневые траверзы
Встревоженное появлением во французском флоте
первых мореходных броненосных кораблей типа «Глуар»,
британское адмиралтейство в 1859 г. приняло решение
о постройке броненосного фрегата «Уорриор» водоиз-
мещением 9240 т, который вступил в строй в 1861 г.
(рис. 2).
Это был первый броненосный • корабль, построенный
из железа и имевший водонепроницаемые переборки.
«Уорриор» сначала был вооружен сорока восе м ыо
1 Вильсон. Броненосцы в бою, т. 2, с. 246.
12
68-фунтбвыми (200-мм) орудиями, а затем с появле-
нием нарезных орудий на нем было установлено два
110-фунтовых (243-мм) и четыре 40-фунтовых (85-мм)
нарезных орудия (все на верхней палубе), а также
тридцать четыре 68-фунтовые (200-мм) гладкостволь-
ные пушки в батарейной палубе ’.
112 ММ
Рис. 2. Броненосный фрегат «Уорриор». Англия. i86l.
В отличие от «Глуара» «Уорриор» имел броневую
защиту из 114-мм железных плит лишь в средней части
корпуса для прикрытия машины, котлов и батарейной
палубы. Кроме этой брони корабль имел поперечные
броневые переборки, защищавшие от продольного огня.
На испытании «Уорриор» развил скорость хода до 14 уз.
На ближайших за «Уорриором» броненосных кораблях
англичане ставили броневую защиту по всей длине ва-
терлинии.
Крымская война застала крепостническую Россию
неподготовленной ни в военном, ни в экономическом от-
ношении к вооруженной борьбе с развитыми капитали-
стическими странами. Военной промышленности Россия,
по существу, не имела, если не считать устаревших и ма-
ломощных по сравнению с масштабами ее вооруженных
сил казенных орудийных, ружейных и пороховых заво-
дов, а также нескольких адмиралтейских верфей, стро-
ивших деревянные парусные корабли.
1 Вильсон. Броненосцы в бою, т. 2. с. 248.
13
Парижский мирный договор 1856 г., завершивший
Крымскую войну, как бы подвел итог, свидетельство-
вавший о крахе политической и экономической системы
крепостнической России. В течение первых послевоенных
лет, по сути дела, происходило становление военной про-
мышленности России, но этот процесс протекал медлен-
но, усугубляясь финансовыми трудностями. Для судо-
строительной промышленности было особенно чувстви-
тельным отставание русской металлургии. Одной из наи-
более досадных причин этого была косность руководя-
щего бюрократического аппарата, не поддерживавшего
, русских изобретателей и новаторов.
Напри мер, в 1859 г, русским изобретателем, маете-
|ром Инженерного завода Пятовым впервые былапред-
ложена прогрессивная технология прокатки тяжелых
броневых плит. Но в результате темных махинаций этот
“ способ попал в руки англичан и только в 1863 г, вер-
нулся в Россию уже под видом «английского метода».1.
Несмотря на слабость судостроительных заводов Рос-
сии, в 1861 г. в Петербурге удалось построить винтовую
броненосную канонерскую лодку «Опыт», которая была
в числе первых железных броненосных кораблей в мире
й первым таким кораблем русского флота. Она имела
в носовой части броневую защиту в виде 114-мм бруст-
вера. Броня для «Опыта» была изготовлена Кронштадт-
ским морским заводом. Вскоре после постройки «Опыта»
в Англин был заказан первый русский мореходный бро-
неносный корабль — броненосная батарея «Первенец»,
вооруженная двадцатью шестью гладкоствольными 68- и
24-фунтовыми пушками. Броневая защита «Первенца»
состояла из 112-мм броневого пояса по ватерлинии и
верхнего броневого пояса, защищавшего его 'Закрытую
батарею. Верхний броневой пояс был наклонен на 30й
внутрь корабля. Броненосная батарея развивала ско-
рость 8 уз (рис. 3). По чертежам «Первенца» на рус-
ских судостроительных заводах были построены броне-
носные батареи «Не тронь меня» и «Кремль». Было так-
же решено переделать в броненосные корабли строив-
шиеся винтовые деревянные фрегаты «Севастополь» и
1 Лященко П. И. История народного хозяйства СССР, т. II.
М., Госполнтиздат, 1952, с. 39.
14
«Петропавловск». Эти корабли обшивались броневым
поясом в 112 мм и имели скорость 12 уз
С началом строительства броненосных кораблей сра-
зу же выявились различные тенденции в выборе основ-
ного материала для постройки, системы бронирования
и вооружения.
Рис. 3. Броненосный корабль «Первенец». Россия. 1863.
Эти тенденции возникали под влиянием экономиче-
ских причин и существовавших в то время оперативно-
тактических взглядов. Французы до 1872 г. строили де-
ревянные броненосные корабли, что объяснялось доро-
говизной железа, поставляемого французской металлур-
гической промышленностью, и наличием запасов дерева
на казенных судостроительных заводах. Англичане, об-
ладавшие более развитой металлургической промышлен-
ностью, уже в начале 60-х годов отказались от построй-
ки деревянных боевых кораблей. В то же время, исхо-
дя из соображений соперничества с Францией в морских
силах, англичане в первой половине 60-х годов переде-
лали ряд ранее построенных деревянных винтовых ли-
нейных кораблей в броненосные. Эта переделка осу-
ществлялась посредством срезания опер- и мидель-деков
деревянных трехдечных кораблей и прикрытия оставше-
гося корпуса и ватерлинии 120—127-мм железной бро-
ней. На некоторых английских деревянных броненосцах
по ватерлинии была поставлена 178-мм железная бро-
1	Ш е рш о а Л. П. К истории военного кораблестроения. М.,
Военмориздат, 1952, с. 302,
15
ня. Однако деревянные броненосцы, несмотря на их от-
носительную дешевизну, уступали железным в прочно-
сти и длительности службы. Во второй половине 60-х го-
дов англичане отказались от перестройки деревянных
винтовых кораблей в броненосные и в скором времени
исключили из списков флота ранее перестроенные ко-
рабли.
В соображениях по военному кораблестроению, раз-
работанных русским морским министерством в начале.
60-х годов, указывалось, что, несмотря на дешевизну и
быстроту французской системы постройки «блиндиро-
ванных судов», предпочтение следует отдать английской
системе, предусматривающей постройку броненосцев из
железа. Но слабость русской судостроительной промыш-
ленности 60-х годов исключала возможность даже деше-
вой перестройки деревянных винтовых кораблей в бро-
неносные. Так, например, стоимость железной броненос-
ной батареи «Первенец» составляла 324 руб. за тонну,
а тонна перестроенного деревянного броненосного фре-
гата «Севастополь» — 323 руб. Появление броневой за-
щиты увеличило водоизмещение кораблей и потребова-
ло увеличения мощности механизмов, что в свою очередь
способствовало дальнейшему росту водоизмещения.
Защищенная броней гладкоствольная корабельная
артиллерия на «Глуаре», «Уорриоре» и «Первенце» (до
их перевооружения) приобрела большую живучесть в
бою. Но для преодоления брони были нужны новые сред-
ства. Проблема борьбы с броней возникла еще в 1855 г.,
но с появлением первых мореходных броненосных_ко-
 р а блей она стала более настоятельной. Сразу же. наме-
тились три пути ее решения: увеличение огневой мргци
ко^а'бельной' артиллерии, таранный’ удар, воздействие
взрывом мины на подводную часть.. корпуса корабля.
Увеличение огневой мощи корабельной артиллерии было
возможно путем развития нарезной артиллерии, нача-
лом эпохи которой обычно считают 1846 г., т. е. год
появления нарезных орудий системы Кавалли. Однако
медленное развитие нарезной корабельной артиллерии
заставило искать другие средства борьбы с броней, вы-
звав возрождение давно забытого тарана. Этому спо-
собствовало не только появление ёрони, но и развитие
железного судостроения и паровой машины. Железное
судостроение обеспечило значительное повышение проч-
16
ности корпуса, а паровая машина позволила увеличить
силу таранного удара.
Еще в 1840 г. во Франции был предложен проект па-
рового фрегата водоизмещением 2500 т с машиной мощ-
ностью 400 л. с., имеющего таран. Тогда этот проект,
не был принят, но через двадцать лет англичане п ре -
дусмотрели на строившемся «Уорриоре» небольшой та -
ранный шпирон. Почти одновременно с «Уорриором»
в Англии строились две броненосные батареи водоиз-
мещением 3668 т каждая, предназначавшиеся .главным
образом для действий в качестве таранных кораблей.
Во Франции вскоре вслед за «Глуаром» появились броне-
носные корабли типа «Мажента» водоизмещением по
6600 т, развивавшие скорость 13 уз. Они, так же как и
«Глуар», были деревянными, имели железный броневой
пояс по всей длине ватерлинии, заканчивавшийся в носо-
вой части тараном. Таким образом, таран впервые почти
одновременно появился у английских и французских бро-
неносных, кораблей,. Русская броненосная батарея «Пер-
венец» и построенныс по ее чертежу батареи «Не тронь
меня» и «Кремль» также имели тараны. На первых
американских броненосцах таран, по существу, был под-
ражанием европейским образцам. Появление тарана еще
не являлось началом периода таранной тактики. Одн а ко
сама примитивная природа этого средства благоприятст-
вовала возвращению к основному принципу тактики
гребного флота — сближению вплотную для фронталь-
ного удара.
Способы тарана некоторое время оставались проти-
воречивыми. Одни видели в нем панацею от всех труд-
ностей борьбы с противником и сулили тарану большое
будущее. Другие смотрели на него скептически, выска-
зывая опасения, что в момент таранного удара у.нано-
сящего его корабля паровая машина сместится со своего
фундамента и разрушится. Опасались, что при ударе
мачты таранящего корабля упадут по направлению его
движения, а мачты атакованного корабля могут сва-
литься на атаковавшего, который вследствие этого рис-
кует запутаться винтом в снастях, попавших в воду.
Скептики считали, что таранивший корабль после на-
несенного им удара сам окажется неподвижным и ста-
нет целью для артиллерии противника. Наконец, вы-
сказывались суждения о трудности нанесения таранного
2	Зак. 519	17
удара по противнику, свободному в своем маневре и ук-
лоняющемуся от тарана. Оригинально по этому поводу
высказался упоминавшийся ранее Говард Дуглас. Он
считал, что предположения о возможности таранного
удара быстроходными бронепоясными кораблями пред-
ставляются попыткой насыпать^соли_,на_хвост воробья.
ГретыГхГнаправлёнйем решения' проблемы борьбы с
броненосными кораблями было развитиеминн_О£а ар.у-
жия. После Крымской войны_^1о__рд^
совершенствоваться, особенно в русском флоте. А н гл и -
чане, несмотря на то что в 1855 г. уже испыталиЦ-ОбДро- • <
нительную мощь мин заграждения русского флота,.не
оценили их значения в .систему обороны прибр еж ных
районов. Недооценка британским адмиралтейством мин-
ного оружия в своей, основе. ям£ л_а_те_ ж е _ п р и ч и н ы, кото -
рые привели к бесплодности действий„английского фло-
та на Балтийском море в 1854 и. 1855 гг. Одной из них
была переоценка мощи английского флота и связанные
с ней крайности в тактических взглядах военных теоре-
тиков, признававших только/ стремительное наступление
при всех обстоятельствах. Недостатком таких суждений
являлась не сама идея наступления, без которой любая
тактическая теория теряет свою жизненную силу, а ус-
тарелость взглядов на способы ведения боя в условиях,
значительно изменившихся в связи с развитием боевой
техники.
Русский флот к началу 60-х годов имел несколькр_о§-
разцов мин заграждения, часть из.которвд J5biли_гальра-
ническими (мины Якоби), а часть ударным и_( м и н а _ Д а -
выдова, мина Яхтмана). В 1857 г. в РоссииДыл создан
комитет по минам, в состав которого входили представи-
1 ели морс;кого и „ворнцого_министерств... Следующее за
русским флотом место по развитию минного оружия
занимал а встро-венгерскии. _флот^ Во время войны Ав-
стро-Венгрии с Францией в 1859 г. австрийский полков-
ник Эбнер предложил применить мины заграждения,
снаряженные пироксилином, для защиты портов, распо- i
ложенных в Адриатическом море. При конструировании
своих мин Эбнер использовал обра~зцы русских мин_за-
граждеиия.
/ Таким образом, паровой броненосный флот распо-
' лагал оружием трех родов: гладкоствольной артиллери-
, ей, тараном и миной. Гладкоствольная артиллерия не
18
могла бороться с броней, мины заграждения были не-
достаточно развиты, к тому же их. применение ограни-
чивалось прибрежными районами. Казалось, что един-
ственным средством борьбы против брони оставался та-
ран. И хотя он впервые появился в качестве средства
удара еще во времена гребных кораблей, теперь таран
снова возродился благодаря тому, что средства защиты
(броня) временно стали сильнее средств наступления
(артиллерия). Ф. Энгельс в 1860 г. в статье «Флот», ка-
саясь периода гребного флота, писал: «Вооружение для
наступательного боя также было недостаточным... Нель-
зя было причинить никакого серьезного вреда неприя-
телю до тех пор, пока оба сражавшихся корабля не-
посредственно не сходились друг с другом. Таким обра-
зом, существовало только два возможных способа
. морского боя: маневрировать таким образом, чтобы ост-
рый, железный конец носовой части корабля со всей си-
лой нанес удар в борт неприятельского корабля и пус-
тил его ко дну; или же сойтись с противником вплотную
бортами и взять его таким образом на абордаж» >. •
Развитие нарезной артиллерии и торпедного оружия
в эпоху броненосного флота привело к отмиранию тара-
на. Спустя пятьдесят лет тарану было суждено вновь
возродиться, но на этот раз в новом качестве — как сред-
ство уничтожения подводных лодок. Третье по счету
появление тарана явилось результатом временного от-
сутствия других эффективных средств борьбы с подвод-
ными лодками.
Изменения в военно-морском искусстве, явившиеся
результатом появления и развития новых боевых средств
и достижений в военном кораблестроении, и связанные
с ними новые требования тактики к боевым кораблям,
оружию и боевой технике не могли, конечно, опреде-
литься в полном объеме в течение ближайших лет, про-
шедших после окончания Крымской войны. Впрочем,
каждая большая война, способствуя развитию тактики
(на основе изменений в боевой технике и боевого опыта,
полученного на отдельных этапах войны), в наибольшей
мере создает условия для развития тактики в послево-
енный период. В течение этого периода накопленный бое-
* Энгельс Ф. Избранные военные произведения. М., Воен-
издат, 1957, с. 283.
2*	19
noii опыт обобщается в целом, определяются новые тре-
бования к флоту, его оружию и технике, наконец, фор-
мируются новые взгляды, реальность и боевая ценность '
которых полностью испытываются только на первых эта-
пах следующей войны. Первые годы послевоенного пе-
риода обычно являются годами трудных исканий, на
которые, с одной стороны, влияет инерция ранее сло-
жившихся взглядов, а с другой — недостаточность ис-
следования возможностей новых видов и образцов ору-
жия, боевой техники, а также часто далеко не доста-
точное техническое их совершенство. Чем больше изме-
нений в области оружия и боевой техники происходит
непосредственно во время войны, тем более трудным
оказываются поиски в первые послевоенные годы в об-
ласти строительства и способов боевого использования
флота.
Если замена деревянных парусных линейных кораб-
лей и фрегатов деревянными, но паровыми повлияла
преимущественно на характер маневра в морском бою,
радикально не изменив способов его ведения, то с появ-
лением в составе флотов броненосных кораблей возникла
необходимость поиска новых способов ведения морского
боя.
До боя на Хэмптонском рейде 9 марта 1862 г. между
«Монитором» и «Мерримаком» опыт боевого применения
броненосных кораблей ограничивался лишь боем плаву-
чих броненосных батарей с береговыми батареями Кин-
бурна. Этого было, конечно, недостаточно для сужде-
ния о способах применения броненосцев в бою. Созда-
ние первых броненосных кораблей («Глуар», «Уорриор»,
«Первенец»), способных развивать наибольшую мощь
своего огня с борта, свидетельствовало о том, что замы-
сел использования их в морском бою не выходил еще
за пределы линейной тактики. Причиной этого был не
только консерватизм во взглядах на способы ведения
морского боя броненосными кораблями, но и уверен-
ность в том, что на коротких дистанциях сферические
снаряды гладкоствольных пушек способны разбить пли-
ты броневой защиты противника и хотя бы косвенным
образом повлиять на живучесть неприятельского ко-
рабля.
Таким образом, на первых порах предполагалось, что
линейная тактика сохранится и лишь дистанции артил-
20
лерийской атаки станут более короткими. Вместе с тем
необходимость сокращения этих дистанций вследствие
малой эффективности гладкоствольной артиллерии в
борьбе с броней противника и появление тарана со всей
очевидностью показали, что старая линейная тактика
уже не отвечает возможностям броненосных кораблей.
Однако новой тактики еще не существовало, поэтому
отказаться от старой тактики было нельзя.
Конец 50-х и начало 60-х годов характерен крайней
неопределенностью тактических взглядов, когда ужива-
лись тактические идеи парусного флота (вплоть до ис-
пользования абордажных партий) с передовыми по тому
времени тенденциями.
Глава 2
РАЗВИТИЕ ТАКТИКИ БРОНЕНОСНОГО ФЛОТА
В 60—70-е ГОДЫ XIX ВЕКА
(Схемы 28Г, 28Д, ЗОД Морского атласа, т. III, ч. 1)
60-е и 70-е годы XIX столетия в истории военно-мор-
ского дела были годами исканий, направленных на со-
здание классов и типов боевых кораблей, отвечавших
новым условиям, на развитие средств поражения и за -
щиты и, наконец, на формирование способов ведения
боевых действий на море, соответствующих, новым усл о -
виям. Характерной особенностью этого периода был на-
стойчивый поиск средств и способов удара, позволявших
снизить значение брони. Непреодолимость брони для
гладкоствольной артиллерии, с одной стороны, а с дру-
гой— свобода маневра корабля, которая обеспечивалась
паровым двигателем, пришедшим на смену парусу, вы-
звали возрождение тарана. Поиск оружия, обладающе-
го большей пробивной способностью и разрушительной
силой, чем снаряды гладкоствольной артиллерии, уско-
рил развитие нарезных орудий и привел к появлению
шестовой, буксируемой, а затем метательной__м.ины._и
торпеды. В свою очередь, даже не полностью реализо-
ванные тенденции усиления пробивной способности и
разрушительной силы оружия вызвали необходимость
развития средств корабельной защиты, и прежде всего
дальнейшего усиления бронирования.
Развитие корабельной 1 артиллерии, борьба
артиллерии с броней
Гладкоствольная корабельная артиллерия со сфери-
ческими снарядами могла на коротких дистанциях раз-
1 Термин «корабельная», а не «морская артиллерия» употреб-
ляется здесь потому, что в то время береговая артиллерия у боль-
шинства морских держав не входила в состав военно-морских фло-
тов.
22
бивать броневые плиты, делать на них вмятины и на-
рушать крепление плит к корпусу корабля. Однако для
этого требовалось значительное увеличение калибра
гладкоствольных пушек. Именно по этому пути шло раз-
витие корабельной артиллерии в первые годы после
окончания Крымской войны. Особенно упорно, но в то
же время малоуспешно в этом направлении работали
американцы. Испытав во время гражданской войны
1861—1865 гг. ряд неудач с нарезными орудиями систе-
мы Паррота, они до конца 60-х годов продолжали по-
пытки решить проблему борьбы с броней путем увели-
чения калибра артиллерии В 1863 г. северяне воору-
жили свои мониторы 330-мм (13") гладкоствольными
пушками, поставленными взамен орудий Дальгрена.
Рост калибра гладкоствольных орудий вызвал увеличе-
ние их массы. Например, 381-мм (15") пушка Родмана,
имевшая ядро массой 181 кг и бомбу 145 кг, сама име-
ла массу 19 т. Такая пушка могла разбить с короткой
дистанции закаленными стальными ядрами 152- и 170-мм
сталежелезные броневые плиты. Но по сравнению с на-
резной 240-мм (9") пушкой она была менее эффектив-
ной. Некоторые гладкоствольные пушки2, созданные в
Америке в 60-е годы, имели калибр 508 мм (20"). На
самом деле увеличение огневой моши корабельной ар-
тиллерии, позволявшее ей вести успешную борьбу с бро-
ней, могло быть осуществлено только путем развития
нарезной артиллерии. Значение нарезов в огнестрель-
ном оружии признавалось еще в XVIII столетии, но тех-
ника того времени не позволяла удовлетворительно ре-
шить ряд сложных технических задач производства на-
резных орудий. На первом этапе развития нарезной ар-
тиллерии нужно было прежде всего найти правильное
решение основной технической задачи — сообщения вы-
стреливаемому снаряду вращательного движения вокруг
своей оси. В течение 50—60-х годов прошлого столетия
в ряде стран велись поиски наиболее целесообразных
типов нарезных орудий3.
* Вильсон. Броненосцы в бою. т. 2. с. 323.
- Технический обзор морских сражений последнего времени
из С04- А- Ледье). Пер. с франц. Спб., 1896, с. 3.
Костылев Н. Артиллерийские орудия XIX века и их живу-
честь. М,—Л., Военмориздат, 1940, с. 31—32.
23
В России начиная с 1848 г. велась настойчивая ра-
бота по испытаниям систем нарезных орудий иностран-
ных образцов и по созданию отечественных типов ору-
дий. Развитие нарезной артиллерии потребовало реше-
ния ряда технических проблем: перехода с чугуна и брон-
зы на сталь как на более прочный металл для орудий-
ных тел и снарядов, заряжания орудий с казенной части
и создания для них надежных затворов. Наконец, по-_
явилась необходимость в разработке ряда вопросов бал-
листики, методов стрельбы, обеспечения живучести на-
резных орудий, создания станков для них и т. п.
В 1853 г. русский горный инженер полковник Обу-
хов П. М. предложил способ изготовления стали, кото-
рая по качеству не уступала стали, изготовлявшейся в
то время на заводах Круппа. В 1860 г. Обуховым была
создана первая в России стальная (гладкоствольная)
пушка, превосходившая по своим качествам такие же
крупповские орудия. Созданный в 1862 г. сталелитейный
завод приступил к изготовлению стальных нарезных ору-
дий, стрелявших продолговатыми снарядами В тече-
ние 60-х годов русские ученые и инженеры внесли боль-
шой вклад в развитие нарезной артиллерии, в частности
внешней баллистики (Н. В. Майевский), теории скреп-
ления орудий (А. В. Гадолин), термической обработки
металлов (Д. К. Чернов), создания обтюрирующих уст-
ройств орудийных затворов, перестволения орудий внут-
ренними трубами с зазором (генерал-майор морской ар-
тиллерии Мусселиус и капитан 1 ранга Колокольцев).
С 1867 г. на вооружение русского флота начали посту-
пать нарезные орудия образца 1867 г., изготовлявшиеся
на Обуховском заводе в Санкт-Петербурге. Это были
87-мм (4-фунтовые), 107-мм (9-фунтовые), 203,2-мм
(8") и 280-мм (II") пушки с нарезами постоянной кру-
тизны, заряжавшиеся с казенной части орудий. Даль-
нейшее совершенствование артиллерии позволило со-
здать орудия образца 1877 г. с повышенной начальной
скоростью снаряда и с нарезами прогрессивной крутиз-
ны. Существенные отличия их от пушек образца 1867 г.:
доведение начальной скорости до 450—500 м/с (вместо
400—420 м/с), большая длина ствола — 22—30 калибров
1 Лященко П. И. История народного хозяйства СССР, т. II,
с. 208.
24
(вместо 20—22 калибров), введение у снарядов медных
поясков взамен свинцовой оболочки, применение пороха
повышенной плотности (до 1,75), горевшего медленнее.
Для суждения о развитии корабельной артиллерии в
60—70-е годы прошлого столетия приведена1 табл. 1.
Продолговатая форма снаряда и некоторое увеличе-
ние его относительной массы2 в значительной мере уси-
лили боевые возможности корабельной артиллерии, хотя
проблема их роста еще далеко не была решена. При-
менение дымного пороха, который при горении давал
около 56% твердых частиц, не позволило резко увели-
чить начальную скорость снаряда. Это стало возможным
значительно позднее, в середине 80-х годов, в связи с по-
явлением бездымного пороха, горевшего значительно
медленнее и дававшего исключительно газообразные
продукты разложения. Переход к нарезным орудиям вы-
звал и переход к заряжанию их с казенной части. Одна-
ко на некоторых флотах, в частности на английском, на-
резные орудия, заряжавшиеся с казенной части, просу-
ществовали с 1860 по 1865 г. В 1865 г. в Англии от них
отказались и перешли к нарезным орудиям, заряжав-
шимся с дульной части, считая, что такая система яв-
ляется более простой и безопасной. Эта система заряжа-
ния продержалась на английском флоте до 1880 г. Ос-
новными причинами отказа от заряжания с казенной части
были несовершенство первых винтовых затворов си-
стемы Армстронга и консервативность руководителей де-
партамента морской артиллерии британского адмирал-
тейства, которые не доверяли нововведениям и с трудом
отказались от пережитков парусного флота.
Проблему увеличения боевых возможностей нарез-
ных орудий департамент морской артиллерии британ-
ского адмиралтейства считал возможным решить путем
увеличения их калибра. После 305-мм (массой 35 т) и
318-мм (38 т) нарезных орудий, заряжавшихся с дуль-
ной части, в 1875 г. на английском флоте появились ана-
логичные орудия калибром 406 мм (80 т) и 457 мм
(100 т). Заряжание подобных орудий с дульной части
вследствие их большой длины оказалось очень трудным,
1 Костылев Н. Артиллерийские орудия XIX века и их живу-
честь, с. 10.
2 Относительной массой снаряда называется отношение массы
снаряда в килограммах к калибру орудия в дециметрах.
25
NO
Oi
Таблица I
РАЗВИТИЕ КОРАБЕЛЬНОЙ АРТИЛЛЕРИИ В 60—70-е ГОДЫ
Типы орудий	Калибр, мм	Длина, калибры	Материал орудий	Давление в канале, кгс/см*	Начальная скорость, м/с	Форма снаряда и ведущей части	Длина снаряда, калибры	Относи- тельная масса сна- ряда
Гладкостволь- ные пушки 50-х — начала 60-х годов	87—508	17	Чугун, бронза	500—1500	500	Сферическая	1	3,5
Нарезные пушки 60-х годов	87—280	17—22	Чугун, бронза, сталь	1500—3000	400—420	Продолговатая. Снаряд со свинцовой оболочкой или с ведущими выступами	2—2,5	8—9
Нарезные пушки 70-х годов	76—305	22—30	Сталь	2300—2500	450—500	Продолговатая. Снаряд с ве- дущим медным пояском или выступами	2,5—2,8	10—12
to
J	е	=	° i	• I	s	§ £	€	5	» 3	‘	5 O-t°5n	?	—	00	ооН оо оо “ оэ ZZ со§	со© со© о Q0—СО СО СО	co оо сл сЗ оэХ сЗ	СЛ О о ЬЭ о to	СО	W СО to	ОО СП Сл to	У СП ОО СЛ — СЛ СО £4	оо —-о.х>.ю—	—а оо со gj to — —	w	IS _ _ -	- СЛ-q-4 -4 GJ	СЛ О ООСЛСЛООГОСО	4>-	— j4 CO J30 <O	ft	ft © "bo 4“ ’-4 ЧЭ	СЛ V-	M ’-4 W	Vo	GJ OG 5 сл	— СП — — ль. А.	G"1 OJ <5> *4	ОО CO	СЛ	GJ	О	ft	G>	CO	4*-	GJ QI to О	co СЛ «4 GJ ftft	СП СЛ СО — CD	4- СЛО	—	—	—	ft	—	ft	—	00 rf-o>cn	'-4 to сл'оо’со	-4	GJ CD Cn’tOGT	V*. GJ tO СЛ	-4	4*. enrf-	4- CD СП CD CD QI	.U СЛ .£	ft	ft 00 © <3	-4 GJ 01 О Q Qi	C N CC О - tOGJKO	О	-4	ft	O« JO	—	ft	GJ ^l QI QI	GJ О О О О О	OOCDOQlO©GJ	4*.	О	-4	СП	—	GJ	-4 О'					 О	,	о	Г)	иЛ	° О t	oS	= x	О	Ь	о ё = * 3 5 ~ " * 3 ” 	 <D —	S	a> — x	rt>	•“ o*	o—s	О 4 о и Ж Cl • Длина, ка- либры Масса ору- дия, т Масса сна- ряда, кг Начальная скорость, м/с Система заряжания	КОРАБЕЛЬНЫЕ ОРУДИЯ 60—70-х ГОДОВ
oj S 3	» a —	Дальность стрельбы, каб	
Таблица 2
скорострельность орудий была небольшой. Впоследствии
с появлением системы затворов с прерывающимся вин-
том англичане окончательно перешли к нарезным ору-
диям, заряжавшимся с казенной части.
Тактико-технические данные орудий корабельной ар-
тиллерии периода 60—70-х годов ’ приведены в табл. 2.
В России не ставили на боевые корабли орудия ка-
либром более 305 мм. На Обуховском заводе была по-
строена одна 406-мм пушка длиной 20 калибров, но на
вооружение она принята не была1 2.
Рост калибра и длины орудий, значительное увеличе-
ние их массы, а также реакции выстрела на станок при-
вели к необходимости введения металлических орудий-
ных станков. Металлические станки, явившиеся прооб-
разом современных, появились в самом начале 60-х го-
дов3. Взамен прежних деревянных устройств были вве-
дены металлические салазки и платформы на железных,
штырях, вместо тросов и станин, сдерживавших откат,
появились компрессоры, которые действовали на прин-
ципе трения. Последовательное увеличение калибров на-
резных орудий вызвало потребность механизации заря-
жания и наводки орудий, возникла также необходимость
в механизации подачи боезапаса из погребов,. Все это в
значительной степени увеличило массу орудия в целом
(установка, подача, боезапас). В то же время для обес-
печения живучести корабля требовалась надежная бро-
невая защита, что в свою очередь приводило к увеличе-
нию общей массовой нагрузки. Так, например, на фран-
цузском корабле «Глуар» (1859) масса брони составляла
15% водоизмещения, на построенном спустя десять лет
французском броненосце «Маренго» масса брони достиг-
ла уже 17%, а на вступившем в строй в 1879 г. броне-
носце «Адмирал Дюперре» масса брони была около
30% водоизмещения.
1 При составлении таблицы были использованы: «Морской сбор-
ник», 1869—1880; Военные флоты иностранных государств и Мор-
ская справочная книжка на 1891 г. Спб., 1891; Костылев Н.
Артиллерийские орудия XIX века и их живучесть. М. — Л., Воен-
мориздат, 1940.
2 История Обуховского сталелитейного завода в связи с про-
грессом техники.—«Морской сборник», 1901, № 5—12.
3 В России железные станки для морских орудий изготовлялись
в начале XVI11 столетия, но по своей конструкции они были подоб-
ны деревянным станкам и распространения не получили,
28
Таким образом, вместе с противоборством между ко-
рабельной артиллерией и броней возникли противоречия
и технического порядка. Появление броневой защиты и *
применение в качестве судостроительного материала же-
леза сразу же привели к увеличению водоизмещения ко-
раблем и мощности механизмов, "что' способствовало
дальнейшему росту водоизмещения. Так, например, водо-
измещение первых французских"броненосных кораблей,
имевших деревянные корпуса, было в пределах 3600 т
(типа «Альма») и 7250 т (типа «Океан»), тогда как
водоизмещение железных английских броненосцев в то
время было от 8680 (типа «Геркулес») до 9820 т (ти-
па «Ахиллес»), Еезкае__нзж1цен11е нагрузки броненосных
кораблей, связанное с применением железа в качестве
судостроительного материала, с большими массами па-
росиловых установок, с необходимостью иметь достаточ-
ный запас топлива и, наконец, с непрерывно увеличи-
вавшимися массами брони и артиллерийского вооруже-
ния, заставило в значительной мере сократить количест-
.30 орудий. Так, например, если на первом английском
броненосном корабле «Уорриор» было 40 орудий (два
100-фунтовых и четыре 40-фунтовых нарезных орудия,
а также тридцать четыре 68-фунтовых гладкоствольных
пушки), то на «Геркулесе», построенном почти на десять
лет позднее (1868), было 22 орудия (восемь 254-мм, во-
семь 228-мм и шесть 190-мм), причем артиллерийское
вооружение этого корабля было в два раза тяжелее, чем
на «Уорриоре».
Броненосные корабли, построенные в 70-е годы, имели
еще меньшее количество орудий, зато калибр их увели-
чился. Так, например, на французском броненосце «Ад-
мирал Дюперре» (1879) имелось четыре 340-мм и че-
тырнадцать 140-мм орудий *, на русском броненосце
«Петр Великий» (1872) — четыре 305-мм и шесть
4-фунтовых орудий * 2.
Сразу же с начала броненосного судостроения наме-
тились две тенденции в бронировании, которые, претер-
пев впоследствии длительную эволюцию, продолжали су-
ществовать до 30-х годов XX столетия. Сущность первой
‘ В к л ь с о и. Броненосцы в бою. т. 2. с. 202. 302.
2 Макаров С. О. Документы, т. |. М., Военморнздат, 1953.
с. 110, документ № 78.
29
из этих тенденций заключалась в стремлении прикрыть
броней возможно большую площадь надводного борта,
главным образом ватерлинию по всей ее длине («Глуар»,
«Мажента» — во Франции, «Мэйнатаур» — в Англии,
«Первенец» — в России). Другая тенденция заключа-
лась в бронировании лишь жизненно важных частей ко-
рабля («Уорриор» — в Англии). Последующее развитие
нарезной артиллерии повлекло за собой необходимость
увеличения толщины брони, что требовало либо дальней-
шего увеличения водоизмещения броненосных кораблей,
либо компромисса в системах бронирования, что нашло
свое выражение в постройке казематных броненосных
кораблей, у которых орудия главного калибра размеща-
лись в бронированных казематах прямоугольной формы,
а ватерлиния была защищена узким броневым поясом.
Сокращение количества орудий на броненосных ко-
раблях, недостаточная пробивная способность их сна-
рядов и малая скорострельность совершенно изменили
условия артиллерийской атаки в морском бою. Малая
пробивная способность снарядов даже самых крупных
калибров заставляла при встрече с противником искать
сближения с ним на короткую дистанцию, которая в ка-
кой-то мере позволяла рассчитывать на эффективность
стрельбы. Первые броненосные корабли почти всех стран
были бортовыми броненосцами, так как тактика, от-
стающая от фактических возможностей, предоставляе-
мых ей новой боевой техникой, продолжала вначале ос-
таваться линейной. Наиболее полно использовать артил-
лерию бортовые броненосцы могли в бою на оба борта,
но в этом случае они сами оказывались в невыгодном
положении корабля, поставленного, как тогда выража-
лись. «в два огня». Бортовое расположение артиллерии
к тому же не позволяло вести стрельбу при сближении
с противником и уклонении от боя с ним. Появление
броненосцев с казематной артиллерией позволило не-
сколько усилить носовой и кормовой огонь, но в относи-
тельно узких секторах курсовых углов. Требование так-
тики использовать наибольшее количество артиллерий-
ских установок на любых курсовых углах привело сна-
чала к попыткам установки передвижных орудий, ко-
торые могли перемещаться на некоторые наиболее важ-
ные направления, а затем к созданию вращающихся
орудийных установок — башен и барбетов. Идея созда-ч
30
ния op удин но й б аш в и возникла в 1860 г. По проекту,
Крльза (капитана брйтанскогофлота) в 1862 г. ан г-
линекий деревянный винтовой корабль «Ройал Соверен»
был пёр'едёлан в башенный броне2юсец_береговой_оборо-
ны. Почти одновременно с его переделкой был построен
желёЗНЫй башенный броненосец «Принц Альберт». На
этТ1хЛ<ораблях было установлено по четыре башни, осно-
вания которых опирались на катки, ходившие по погону,
расположенному на нижней палубе. Башни вращались
вручную и были защищены 254- и 125-мм броней. В но-
совых башнях этих броненосцев было установлено по
два 230-мм орудия,га в каждой из остальных —по одно-
му (такого же калибра1 2).
Рис. 4. Броненосный корабль «Монитор». США. 1862.
Однако пока шла переделка «Ройал Соверен» и по-
стройка корабля «Принц Альберт», в Северной Америке
в 1862 г. был построен и опробован в бою первый ба-
шенный броненосный корабль «Монитор». Автор проек-
та — инженер Эриксон4. На «Мониторе» была установ-
лена вращающаяся башня с двумя 280-мм гладкостволь-
ными орудиями на штыревом основании, защищенная
восемью слоями 25-м м железной брони (рис. 4). Опыт
боевого использования «Монитора» оказался удачным, и
к началу 1863 г. северяне построили двадцать таких ко-
раблей водоизмещением по 850 т. Они имели по два
280-мм или 380-мм орудия3, размещенных во вращаю-
щихся башнях. Позднее северяне приступили к построй-
ке двухбашенных мониторов, имевших по четыре 330-мм
1 Вильсон. Броненосцы в бою, т. 2, с. 253—254.
2 Там же, т. 1, с. 8—12.
3 Вскоре замененные 330-мм гладкоствольными орудиями.
31
орудия и защищенных 230-мм броней. Водоизмещение
этих кораблей было около 1600 т.
В 1868 г. появились барбетные броненосные кораб-
ли, названные так потому, что на них в районе казема-
та устанавливались барбеты — неподвижные броневые
трубы, в которых были размещены механизмы подачйЛ-
Сами орудия были расположены на вращающейся плат-
форме, защищенной круглым открытым сверху броне-
вым щитом («банком»), образованным верхней частью :
барбета, выступавшего над верхней палубой. Барбетные !
установки позволяли увеличить углы обстрела крупных ’
орудий, но не обеспечивали в должной мере живучести ;
орудийных установок и защиты обслуживавших их л го- ;
дей (артиллерийских расчетов).
100мм
Рис. 5. Броненосный корабль «Мерримак». США. 1862.
Недостаточная пробивная способность снарядов и
малая скорострельность нарезных орудий 60-х годов за-
ставляли в морском бою сближаться с противником на
короткую дистанцию. Однако с быстрым ростом "толщи-
ны броневой защиты даже и на такой дистанции не
всегда можно было рассчитывать на проникновение сна-
рядов через броню неприятельских кораблей. Это пока-
зал опыт первого боя между броненосными кораблями
на Хэмптонском рейде. В этом бою 175- и 150-мм нарез-
ные орудия, которыми был вооружен броненосный ко-
рабль южан «Мерримак» (рис. 5), не могли пробить ни
200-мм железной брони башни «Монитора», ни его
125-мм бортовой брони.z Поэтому эффективным средст-
вом поражения бронированного корабля противника мог
оказаться таран, который вскоре появился на первых
броненосных кораблях. Опыт боев на Хэмптонском рей-
де, в заливе Альбемарл и в бухте Мобиль, происходив-
ших в 1862—1864 гг., подтвердил возможности исполь-
32
зоваиия тарана. Стали строиться специальные таран-
ные корабли.
По окончании гражданской войны между северными
и южными штатами в США был построен минно-таран-
ный корабль «Аларм», имевший скорость 15 уз и во-
оруженный одним 380-мм нарезным орудием, располо-
женным на баке, и шестовыми, минами. Длина тарана 1
у «Аларма» была почти 11 м. В 1865 г. в Италии был
построен таранный броненосный корабль «Аффондаторе»
водоизмещением 3913 т, вооруженный двумя 300-фунто-
выми (154-мм) пушками, расположенными в броневой
башне. «Аффондаторе» был защищен 127-мм броней и
имел скорость хода 12 уз.
В ходе австро-итальянской войны 20 июля 1866 г.
у о. Лисса призошел бой между австрийской и итальян-
ской эскадрами, во время которого австрийский броне- •
носный фрегат «Фердинанд Макс» таранным ударом
уничтожил итальянский броненосный фрегат «Ре д’Ита-
лиа». После боя у о. Лисса размещение артиллерии на
в н о вь построенных казематирова н ны[х бррненосн ы х ко -
р а блях было подчинено требованиям таранной тактики.
Для увеличения артиллерийского огня_на носовых кур-
совых углах казематы ста^делать. выступ ающими или
устраивать срезы надводного борта, поз в о л я в ш и е перед-
ним казематным орудиям вести огонь почти прямо по
носу.
Развитие .минного оружия. В то время минное ору- j
жие, рассматривавшееся ранее только как оборонитель-
ное, благодаря появлению шестовой2, а затем буксируе-
мой мины-крылатки и метательной мины стало наступа-
тельным.' Появление1 таких мин разделило минное ору-
жие на две разновидности: наступательное и оборони-
тельное. Для каждого "из этих видов нужны были спе-
циальные носители и способы их боевого использования.
В 1865 г. русский изобретатель П. Ф. Александров-
^скМГтдйл ч^одаижущуТбся~мйну^ТгорпедуЗГ^редвГ-
рительные испытания" которой б ы л и достаточно успеш-
ны7‘0днакб' опыты с' такой миной были вскоре прекра-
щёТты и по настоянию руководящих деятелей морского
министерства, предпочитавших заграничные образцы
1 Б о г о л ю б о в Н. История корабля, т. 2, с. 326.
2 Впервые шестовые мини появились в русском флоте в сентяб-
ре 1862 г., т, с. на год с липшим раньше, че?м а Северной Америк^
3 Зак. 519	33
боевой техники, на вооружение русского флота в 1876 г.
были приняты торпеды Уайтхэда,~ запатентованные ~пм
на год позже заявки Александровского, т. е. в 1866 г.
Тактико-технические данные торпед периода 60—
70-х годов 1 приведены в табл. 3.
Таблица 3
ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ ТОРПЕД
ПЕРИОДА 60—70-х ГОДОВ
о	Калибр, мм	Длина, и	Общая масса, кг	Масса за- ряда, кг	и X S О) ч в я ч	в резервуаре, кгс/см*	Скорость хода, уз ।		Дальность хода, м	Примечание
1866	355	3,35	136	8	25		6—7	640	Торпеды 1876 и
1868	355	3,56	160	18	30		6—7	640	1878 гг. были трех
1876	375	5,63	356	25	70		20	370	образцов: большие,
1878	375	5,70	400	40	70 •		20,5	540	средние и малые. Эти образцы раз- личались . между собой по длине, скорости и даль- ности хода
^Появление торпеды привело к„дкончательному р^аз;
делению минного оружия на собственно mjihhqc_jl тор-
педное. Однако на русском флоте торпеды долгсГе]Де
назывались самодвижущимися минами. Создание всех
видов наступательного минного ору_жия. было_вызвано
поисками решающего средств а. бор ьбы с. jcopa б л я ми ибр о-
ня которых оставалась пока недоступной для артилле-
рии, Появление наступательного минного оружия^ от-
крыло благоприятные возможности более слабой по_ со-
ставу сил стороне. Именно это обстоятельство вызвало
широкое применение южанами минного оружия во время
гражданской войны в Северной Америке в 1861—1865 гг.
и русским флотом на Черном море в русско-турецкую
войну 1877—1878 гг. Первый случай боевого применения
шестовой мины произошел 5 октября 1865 г., когда спе-
циально построЧное южанами "судно «Дэвид», обладав-
шее способностью погружаться почти до уровня верх*
1 Денисов Б. Развитие торпеды.— «Морской сборник», 1936,
№ 4; Кузь м и и А. Записки по истории торпедных катеров-
М. — Л,. Военмориздат, 1939, с. 24.
34
ней „палубы, вооруженное- тестовой _м иной_ ночью а та -
ковало_броиеиоссц ссвсрян_«Айроисайд». Мина взорва-
лась _у _борта_«Айронсайда>>, не причинив его корпусу
повреждений_^вследствие слабости боевого заряда, при
этом были убиты три человека из экипажа броненосца *.
В течение гражданской войны в Северной Америке южа-
нами (главным образом) и северянами было сделано
шесть попыток использования..шестовых мин. Пять из
этих попыток осуществлялось специальными йди_обыч-
ными _паровыми_катерами, одна — судном, представляв-
шим собой примитивную подводную лодку. В двух слу-
чаях применение шестовой мины позволило достичь ус-
пеха: 17 февраля 1864 г. был уничтожен корвет севе-
рян «Хусатоник», 27 октября 1864 г. — броненосец южан
«Альбемарл». Все атаки были произведены в темное вре-
мя суток и преимущественно по кораблям, стоявшим на
якоре или швартовах1 2. Применение шестовых мин про-
извело сильное впечатление на северян, блокировавших
Чарлстон, и заставило их принять дополнительные меры
обеспечения.
Шестовые .мины южан и .северян представлялщ.собой
м едные цилиндры, с н а р я жен н ые .25—30 _ кг пороха, с
ударными взрывателями. Мины _ прикреплялись._______к
8—10-метровому шесту, который с помощью роульса
мог выдвигаться из носо^ой части минного катера, не-
сколько углубляясь под воду. Наиболее опасным для
броненосных^ кораблей того времени был взрыв шесто-
вой мины ниже брони. Атакующий минный катер в тем-
ное время суток мог быть обнаружен слишком поздно.
Отсутствие скорострельной артиллерии.затрудняло отра-
жение атаки артиллерийским огнем, а чтобы обеспечить
массированный ружейный огонь, требовалось держать по
ночам стрелковые партии кораблей в постоянной готов-
ности. При стоянках флота__на открытых рейдах_для
предотвращения минной опасности необходимо было вы-
лвигать__сторожевое охранение из паровых катеров и
шлюпок. Однако и такое. охранение. не обеспечивало
своевременного обнаружения атакующего минного.кате-
ра, как, например, это случилось при атаке броненосца
юж а н_« А л ьбе м а р л ».
1 Вильсон. Броненосцы ц бою, т, I, с. 112—113.
2 Там же, т..2, табл. XXV,
3*
35
Благодаря большой работе, проведенной в русском
I флоте по развити1о~1за~сту~па~тёльного~ минного оружия,
. способы его применения в русско-турецкой во?! не 1877^-
1878 гг. началиПТршпГмадь '„'характер опредёлённо.йси -
стемы в отличие'Ът ймп'ров!13а ци й... в р е мен 1г р а ж да н с к о й
। войны в Северной Америке. Особенностям 'и. пр и менёния
этого оружия pyccianT" флотом_во время войны с Тур-
1 циёй"5ыли:
— осуществление преимущественно групповых мин-
; ных атак;
— расширение зоны действия минного оружия вслед-
ствие использования быстроходных кораблей — носите-
1 лей минных катеров («Великий князь Константин»);
— последовательный переход от шестовой мины к
» более..актдвн ым*^рёдс^а м 'минного.удара:.буксируемой,
 (крылатой) и самодвижущейся минам.
Большая роль в развитии _мин, их носителей .л. спо-
собов применения наступательного минного .оружия во
время , этой войны принадлежала._С^О^ Макарову
За время войны в результате атак русских минных
катеров были уничтожены шестовыми минами монитор
и вооруженный пароход противника, подорваны два ту-
i рецких броненосных корабля. Впервые в военно-морской
! истории русские моряки под руководством С. О. Мака-
j рова успешно применили буксируемые минь!-крылатки
Ги торпеды. Первыми 12 августа 4877 г. на. Сухумском
рейде был поврежден броненосный корвет «Ассари-Шев-
! кет», вторыми—14 января 1878 г. на Батумском рейде
i уничтожен вооруженный пароход «Интибах»/Действия
j русских минных катеров сопровождались не только так-
тическим, но и оперативным успехом1 2. Использование
парохода «Великий князь Константин» влкачестве пла-
вучей базы-матки и лидера этих катеров в районе’Кав-
казского побережья заставило противника уходить, опа-
саясь минных атак3.
1 Макаров С. О. Документы, т. 1, с. 127—244.
2 В современном понимании этого термина.
3 Так, например, появление парохода «Великий князь Констан-
тин» перед Гаграми в начале августа 1877 г. заставило турецкий
броненосный корвет «Ассари-Шевкет» уйти из этого района, в ре-
зультате были обеспечены действия сухопутного отряда полковника
Шелковникова в Абхазии (Макаров С. О. Документы, т. 1.
с. 195—206).
36
Несмотря на достигнутые результаты, опыт исполь:
зования русскими наступательного минного оружия
вскрыл ряд его недостатков. Но сравнению с еще несо-
вершенной торпедой мины являлись примитивными сред-
ствами удара. Снаряжение мин пироксилином увеличи- в
ло_их разрушительную силу; однако масса зарядов была [
недостаточной, так как к этому времени крупные бое- j
вые корабли, являвшиеся основными объектами минных j
атак, уже имели двойное дно и систему водонепроницае-
мых переборок.	1
Говоря об оружии и боевых средствах, которыми рас-
полагали военно-морские флоты в 60—70-е годы, следует
остановиться на минах заграждения, впервые успешно
примененных еще во время Крымской войны 1853—
185b гг. Совершенствование таких мин и опыт их при-
менения во время гражданской войны в Северной Аме-
рике и русско-турецкой войны определили на последую-
щие десятилетия направленность развития минного ору-
жия и способов его боевого использования^
Ь 1861—1865 гг. южане широко использовали опыт
Р усского флота по применению м и н__ з а гр аждения в
Крым с кой в о й н е. Они создали ряд образцов донных,
якорных и дрейфующих мин заграждения, доведя их за-
ряды до 30i—35 кг. По способу взрывания эти мины были .
ударными и гальваническими. Корпуса мин изготовля-
. лись из меди, железа и дерева. Они имели цилиндриче- j
скую, сферическую или грушевидную форму. В течение i
войны на минах, поставленных южанами, флот северян '
потерял двадцать два боевых корабля, в том числе че- !
тыре монитора и три броненосных канонерских лодки *. |
В самом начале войны южанами для организации ;
минной обороны был создан минный отдел, деятельность ]
которого имела немаловажное значение. В начале вой-
ны южанами на важных направлениях в узкостях ста-
вились одиночные донные мины и короткие линии якор-
ных мин, которые обычно флангйровались огнем бёре-
говой артиллерии фортов. Однако в дальнейшем такие
оборонительные минные заграждения, имевшие характер •
позиционных преград, постепенно начали увеличивать ;
свою ширину и глубину. Так, например, для обороны •
* Вильсон, Броненосцы в бою, т. 1, |869, с. 114.
37
бухты Мобиль южане в 1864 г. заградили основной фар-
ватер главного входа двумя линиями мин, поставлен-
ными на углубление, равное двум с половиной метрам.
Из 180 выставленных мин 64 были с деревянными кор-
пусами, сделанными из п р оемо л е н н ы х бочек. Как _по-
казал опыт, такие _м ин ы__оказ а л и.сь_ более устойчивы ми,
' так как не подвергались разъедающему действию мор-
I ской воды. Там же было поставлено несколько донных
I мин, взрывавшихся с форта-. Морган. Это оборонитель-
’ ное минное заграждение, пожалуй, в наибольшей сте-
пени противодействовало прорыву северян в бухту Мо-
биль 5 августа 1864 г., создав кризисное положение в
момент гибели на нем монитора северян «Тэкумз». При
большей плотности и глубине заграждения и более ре-
шительных действиях кораблей южан прорыв мог бы
оказаться безуспешным. Даже и после прорыва в бух-
ту, внутри которой южане успели поставить мины за-
граждения, северяне потеряли в результате подрыва на
них восемь боевых кораблей. Кроме донных и якорных
мин заграждения южане применили и дрейфующие~м1Г
ны. Однако подрыв на таких минах двух своих кораб-
лей заставил южан быть более осторожными в приме-
нении подобных средств.
Опыт прорыва-северян в бухту Мобиль показал за -
висимость глубины оборонительных минных заграждений
от дальности эффективного"огня корабельной и берего-
вой артиллерии, оборбняющеи узкость. Снаряды ору-
дии южан могли проникать через броню противника
только при небольших дистанциях стрельбы, что огра-
ничивало возможность увеличения глубины оборонитель-
ного минного заграждения.
Улучшение артиллерии постепенно позволило увели-
чить глубину оборонительного минного заграждения/ а
следовательно, и более продолжительное сдвместноё~врз-
деиствие на противника минами и артиллерийским~ог-
нем. Таким образом, оборонительное минное загражде-
ние из линейной преграды,, обеспечиваемой.артилл'ерий-
ским огнем только в сравн ительно узкой полосе,
п ревра шал ось в ми нно-артилл ерийскую позици ю _с. мин-
ными полями достаточной глубины и ширины, распола-
гающую огневой системой, способной поражать против-
ника в любой точке.заграждения. Однако для этого по-
требовалось немало времени, хотя некоторые оборони-
38
тельные минные заграждения, поставленные русскими
в 1877 г., уже тогда подтверждали эту возможность.
К началу войны с Турцией в России были приняты на '
вооружение якорная, сфероконическая (грушевидная), I
гальваноударная мины 1 2 с массой заряда около 40 кг.
Кроме того, сухопутное инженерное ведомство распола-
гало рядом образцов гальванических якорных и донных
мин, а также якорными гальваиоударными минами.'ЛУи-
ны на р. Дунае и для обороны черноморских портов ста-
вились преимущественно командами военно-инженерно-
го ведомства совместно с морскими командами, обеспе-
чивавшими постановки плавучими средствами;. Такая
двойственность в организации минных постановок объ-
ясняется тем, что в русском флоте минная специальность
начала формироваться в начале'60-х годов и приобрела
\ характер постоянной организации только в 1874 г.
У•' В 1875 г. оыли учреждены Минный офицерский класс
и Минная школа рядового состава, сыгравшие важную
роль в развитии минного оружия в русском флоте3. Од-
нако из-за недостатка во флоте кадров минеров-загра-
дителей и принадлежности основной части минного за-
паса к военно-инженерному ведомству (флот располагал/
только 1800 минами образца 1877 г., купленными в Гер-h
мании перед началом войны) техника постановки мин)
в течение войны 1877—1878 гг. оставалась за этим~вё-\
домством. Даже после войны, когда флот уже имел на1
вооружении значительное количество различных образ-
цов мин заграждения, в ведении военного министерства
до 1914 г. продолжали оставаться мины инженерного ве-
домства, предназначенные для постановки в крепостных
районах.
В конце 1876 г. накануне войны с Турцией перед
некоторыми черноморскими портами начались постанов-
ки оборонительных минных заграждений. Перед Одессой
было поставлено 610 гальванических мин в четырех ли-
н и я х. Минное заграждение прикрывалось огнем берего-
вой артиллерии и броненосцев береговой обороны («по-
‘ Развитие минного оружия в русском флоте. Документы. М„
Воеимориздат, 1951.
2 Ч у б н и с к и й В. Об участии моряков в войне с Турцией в
1877—1878 гг. Спб., 1889, с. 115—116.
3 Приказ по флоту и морскому ведомству № 15 от 30 января
1875 г.
39
ловок») —«Новгород» и «Вице-адмирал Попов», постав-
ленных на рейде. Для противодействия противнику,
который мог, маневрируя перед минным заграждением,
вести огонь по портовым сооружениям, построили так
называемые «батарейные плоты», вооруженные 224-мм
орудиями и 152-мм мортирами. Плоты были защищены
броневыми брустверами. Обслуживание и охранение
минного заграждения осуществлялось мелкосидящими
пароходами и пор то выми ка терами, имевшими кроме ар -
тнллсрийского водружения шестовые и буксируемые ми-
ны. Эти суда в светлое время суток выполняли задачи
военно-лоцманской службы и заграждения, а ночью вы-
двигались на внешнюю линию мин в качестве стороже-
вого охранения Подобным же образом была органи-
зована защита минных заграждений перед входами в
Очаков, Севастополь и Керчь. Во всех этих портах для
обнаружения противника в темное время суток поста-
вили прожекторы. Береговые батареи были обеспечены
телеграфнои~связыо и аппаратами, позволявшими управ-
лять артиллерийским огнем по кораблям противника
в случае их попытки прорваться через заграждение. Та-
ким образом, оборонительные минные заграждения, по-
ставленные русскими перед черноморскими портами,
представляли собой уже не линейные минные преграды,
а в первом приближении минно-артиллерииские пози-
ции. Важнейшими элементами таких далеко не совер-
шенных позиций были минные поля и огневые системы
береговой и корабельной артиллерии. Увеличение глуби-
ны обороны посредством постановки нескольких линий
мин вынуждало противника при попытке прорыва за-
граждения вести вначале бой на дальних дистанциях,
что позволяло поражать артиллерией палубы неприя-
тельских кораблей. Это обстоятельство, имевшее очень
важное значение для последующего развития способов
оборонительного боя на минно-артиллерийской позиции,
впервые было учтено русским морским командованием
при обороне черноморских портов. Опыт этой оборони
выявил существенную роль сил и средств, служивших
для подновлениями охранения оборонительных загране -
1 Чу бииск ий В. Об участии моряков в войне с Турцией в
1877-1878 гг. Спб., 1889, с. 118.
40
дсп ин, а также средств связи как необходимых эдеме» -
то в эффективности минно-артиллерийской позиции.
Минные заграждения, поставленные русскими на Ду-
нае, сыграли решающую роль в нейтрализации турецкой
речной флотилии, в состав которой входили мониторы
и другие броненосные корабли, расположенные так, что-
бы противодействовать переправе русских через Дунай
на наиболее угрожаемых направлениях. Русское мор-
ское командование для содействия сухопутным в’ойскам
решило пресечь доступ кораблей противника из Черно-
го моря в гирла Дуная, изолировать группировки его
речных сил друг от друга и преградить им подход к пе-
реправам. При осуществлении этого замысла мины за-
граждения сыграли решающую роль. На Дунае в 1877 г.
русскими моряками и саперами было поставлено 25 мин-
ных заграждений (49 линий мин), состоявших свыше
чем из 500 .гальваноударньа и гальванических_мин *.
Минные заграждения прикрывались береговыми бата-
реями и минными катерами, вооруженными шестовыми
минами, а в Сулинском гирле — отрядом вооруженных
пароходов.'"Для минных постановок на Дунае применяй
лнсь паровые минные катера, а также небольшие паро-
ходы «Заграждение» и «Опыт», служившие минными
транспортами, с которых катера-постановщики принима-
ли мины. После постановки русскими минных заграж-
дений группы кораблей противника, расположенные у
Виддина, Никополя, Рущука и Силистрии, практически
оказались заблокированными, так как от пунктов своих
стоянок могли отходить лишь до ближайших линий за-
граждений. В результате взрыва турецкого вооружен-
ного парохода в Сулинском гирле противник не решался
проникнуть на Дунай со стороны моря. В итоге турецкая
речная флотилия на Дунае прекратила свое существо-
вание и часть ее кораблей (броненосные канонерские
лодки «Подгорице» и «Скорда») была захвачена русски-
ми при взятии Никополя. Опыт боевого использования
мин заграждения на Дунае показал, что они могут слу-
жить средством активной борьбы с противником, осо-
бенно в тесных и пересеченных районах.	'
• Возникшая в конце русско-турецкой войны 1877—
1878 гг. мысль о постановке минного заграждения в Бос-
1 Развитие минного оружия в русском флоте, с. 195.
41

форс потребовала для своей реализации мореходных за-
градителей, способных принимать"достаточное количе-
ство мин. Для этой цели были вооружены пароходы
«Веста» и «Владимир» (1600—1800 т, скорость— 12 уз,
пять 152-мм мортир, две 9-фунтовых и одна 4-фунтовая
пушки). Оборудование для постановки мин одного из
них заключалось в установке поворотных шлюгГбалбк
. З._с помощьюШоторых мины вываливались'за
га kapopF и "сбрасывались в воду, а на другом пароходе
‘на-корме—были-устроены два желоба. Таким образом,
«Весту» и «Владимир» можно считать первыми мореход-
ными надводными минными заградителями.
Развитие средств борьбы с минами. Появление мин
заграждения, а затем шестовых и буксируемых мин раз-
личных типов, а также торпеды вызвало необходимость
создания средств противодействия и разработки спосо-
бов борьбы с оборонительным и наступательным мин-
ным оружием. Во время гражданской войны в Северной
Америке, помимо подручных средств борьбы с минами
заграждения (сети против дрейфующих мин, кошки про-
тив донных и якорных гальванических мин) изобрета-
тель-капитан Эриксон в 1863 г. сконструировал так
называемое «торпедо Эриксона», представлявшее собой
с в о еобразны й_ фор-трал св зрывающим приспособлени-
ем1. Скорость монитора, на котором был установлен
такой фор-трал, не превышала 3,5 уз. В это же время
делались попытки создания других типов фор-тралов от-
водящего действия или рвавших гальваническую цепь
поставленных мин. Появились сети и боны, защищавшие
корабли не только от дрейфующих, но и от шестовых
мин.
Созданный в Англии специальный комитет по выра-
ботке средств и способов борьбы с минами в начале
70-х годов пришел к выводу, что наиболее эффективны-
ми средствами являются контрмины. Кроме того, были
спроектированы тралы и специальные дреки со взрыв- .
ными приспособлениями для подрывания минрепов и
магазинов гальванических мин. Англичанин Гобарт
(Гобарт-паша), командовавший в русско-турецкую вой-
ну 1877—1878 гг. турецким флотом, собираясь форси-
ровать вход в Поти, приказал поставить на некоторые
1 Васильев И. М. Историческое развитие средств борьбы с
минами. — «Морской сборник», 1941, № 2.
42
Корабли своеобразные сетевые фор-тралы, конструкция
которых, по-видимому, была заимствована у английско-
го флота. На русском флоте также велись работы в этом
направлении. Уже во время войны с Турцией на некото-
рых вооруженных пароходах на Черном море и в устье
Дуная были установлены приспособления в виде фор-
тралов для поиска и отвода мин. Однако все перечис-
ленные средства борьбы как с оборонительным, так и
с наступательным минным оружием оставались весьма
несовершенными и в большинстве случаев очень гро-
моздкими, причем применение их оказывалось возмож-
ным либо при стоянке кораблей на якоре, либо при
движении малым ходом. Развитие средств борьбы с ми-
11ами всегда отставало от развития мин, что выр а ж алое ь
прежде всего в недостаточной скорости, на которой мог-
ли применяться такие средства.
Свойства наступательного___минного оружия свиде-
тельстврвали о.угом, что пассивные средства борьбы с
ним _окажутся лишь полумерой. Действенными сред-
ствами борьбы с этим оружием могли быть огонь и ма-
невр, обеспечиваемые надежным наблюдением. Появле-
ние торпеды, а вслед за ней и миноносцев, создание
скорострельной артиллерии и повышение маневренных
качеств больших боевых кораблей существенно снизили
угрозу со стороны наступательного минного оружия в
светлое время суток. Однако понадобилось более .полу-
столетия для .того, чтобы новые средства,.наблюдения
позволили уменьшить эту угрозу и_в_.темное время су-
ток.
Развитие классов боевых кораблей. В первые годы
броненосного судостроения руководящие деятели флотов
всех крупнейших морских стран считали, что классы
боевых кораблей и основное назначение каждого из них
остаются неизменными. Более того, при постройке пер-
вых броненосных кораблей стремились, чтобы и по внеш-
нему виду они соответствовали прежним кораблям дан-
ного класса. Это относилось не только к сохранению
парусного вооружения, но и к самой классификации бро-
неносных кораблей. Так, например, «Глуар» во Фран-
ции и «Уорриор» в Англии, а за ними последующие бор-
. товые броненосцы были названы броненосными фрега-
тами, а не линейными кораблями только потому, что
все они имели лишь по одной закрытой батарейной па-
43
лубе. Другими словами, на классификацию боевых ко-
раблей в течение этого периода продолжали оказывать
влияние признаки, положенные в основу классификации
парусных кораблей: количество закрытых батарейных
палуб, степень полноты парусного вооружения, обво-
ды и т. д. Некоторым исключением служило количество
орудий только потому, что характер этого признака уже
совершенно изменился..
По мере дальнейшего строительства стала очевидной
непригодность прежней классификации, но в результате
инертности взглядов новая классификация броненосных
кораблей начала формироваться лишь во второй поло-
вине 60-х годов. Парусное вооружение или хотя бы па-
русный рангоут на некоторых классах кораблей про-
должали оставаться почти до середины 80-х годов. Дово-
дом в пользу сохранения парусного вооружения
служило стремление увеличить дальность плавания и
выиграть в массовой нагрузке за счет некоторого умень-
шения запаса топлива. Важнейшими требованиями к
вновь строившимся броненосным кораблям были при-
годность их для плавания в океане и в открытом море,
возможность использования в морском бою в соответ-
ствии со взглядами линейной тактики, а также при осу-
ществлении блокадных действий и при атаке крепостей.
При этом стремились соединить в каждом броненосном
корабле мореходные и боевые качества, превосходившие
подобные корабли противника.
В течение первых двадцати пяти лет броненосного ко-
раблестроения водоизмещение броненосных кораблей,
калибр и число крупных орудий на них, размещение этих
орудий и система бронирования являлись предметами
непрерывных исканий и были крайне неустойчивы. Ха-
рактерные черты поисков целесообразного типа броне-
носного корабля в течение этого периода:
—	стремление к увеличению калибра крупных кора-
бельных орудий;
—	размещение их таким образом, чтобы достигнуть
наибольших углов обстрела и усилить огонь на носовых
и кормовых курсовых углах;
—	установка ограниченного количества орудий сред-
них калибров или их полное отсутствие;
— увеличение толщины брони, скорости хода и опе-
ративного радиуса действий.
44
Опыт гражданской войны в Северной Америке при-
влек внимание к башенным броненосцам и подсказал
необходимость в новой классификации боевых кораблей
броненосного флота и более обоснованном определении
назначения каждого из классов. Однако созда-
ние новой классификации замедлялось обилием раз-
новидностей боевых кораблей одного и того же
предназначения, а также неопределенностью тактических
взглядов и некоторой предвзятостью выводов, сделан-
ных на основании опыта гражданской войны в США и
боя у о. Лисса. Почти до конца 70-х годов броненосные
корабли всех крупнейших флотов назывались либо в
зависимости от своих размеров и внешнего вида, либо
в зависимости от названия головного корабля определен-
ной разновидности. В некоторых странах они именова-
лись просто броненосцами независимо от размеров и
внешнего вида (Англия); броненосными кораблями, бро-
неносными батареями, броненосными фрегатами, башен-
ными фрегатами, башенными броненосными батареями
(Россия); мониторами (США); броненосными таранами
(Италия); броненосными фрегатами и корветами (Авст-
ро-Венгрия, Турция). Для боя в открытом море призна-
валось необходимым иметь мореходные башенные или
барбетные броненосные корабли, которые к середине
70-х годов постепенно начали вытеснять казематные бро-
неносцы. Основные типы мореходных броненосцев1 да-
ются в табл. 4.
Мореходные броненосцы положили начало классу
» эскадренных броненосцев, сложившемуся к концу
80-х годов2. Гибель «Кэптена» — английского низкоборт-
ного башенного броненосца с полным парусным воору-
жением, перевернувшегося в 1870 г. в Бискайском зали-
ве, заставила отказаться от постройки таких кораблей.
Однако не только Кольз, по проекту которого был по-
строен «Кэптен», являлся сторонником низкобортных
башенных броненосцев. После боя на Хэмптонском рей-
де федеральное правительство США приняло решение
* При составлении таблицы использованы кн.: В и л ь с о н. Бро-
неносцы в бою, т. 2, табл. XXI1; Военные флоты иностранных го-
сударств и Морская справочная книжка на 1891 г.; Боголю-
бов Н. История корабля, т. 2, с. 231—261.
2 В русском флоте класс эскадренных броненосцев был уста-
новлен классификацией, введенной I февраля 1892 г.
45
о
ОСНОВНЫЕ ТИПЫ МОРЕХОДНЫХ БРОНЕНОСЦЕВ КРУПНЕЙШИХ
МОРСКИХ СТРАН ПЕРИОДА 1860—1880 гг.
Таблица 4
Страха	Название первого корабля	Год спуска на воду	Водоизмеще- ние, т	Скорость хода, уз	Вооружение: число орудий, их масса (т) или калибр (фунты, мм)	Бронирование, им			Принцип разме- щения орудий
						пояса	палубы	артилле- рии глав- ного ка- либра	
АНГЛИЯ	„Уорриор" (рис. 2)	1860	9241	14,3	2—100-фунт.	(на- резн.); 4—40-фунт. (нарезн.); 34—68-фунт, (гладко- ствольные)	112	—	112	Батарейный
	„Ахиллес"	1863	9820	14,4	4—12-т (нарезн.); 26—28-фунт, (гладко- ствольные)	112	—	112	»
	„Геркулес"	1868	8680	14	2—12-т (нарезн.); 6—6,5-т (нарезн.)	230	—	152	Казематиро- ванный
	„Сультэн"	1868	9290	14,1	8—18-т. (нарезн.); 4—12-т (нарезн.)	230	—	152	То же
	„Девастейшн" (рис. 6)	1871	9330	13,8	4—35-т (нарезн.)	305	76—50	356	Башенно- брустверный
П родолжение									
			•			Бронирование, им			
Страна	Название первого . корабля	Год спуска на воду	Водоизмещс ине, т	Скорость хода, уз	Вооружение: число орудий, их масса (т) или калибр (фунты, Um)	пояса	палубы	артилле- рии глав- ного ка- либра	Принцип разме-. щеяия орудий
	„Александра" (рис. 8)	1875	9490	15	2—25-т (нарезн.); 10—18-т (нарезн.)	203	. 40	305	Казематиро- ванный
Франция	„Альма"	1865	3600	12	6—190-мм (нарезн.)	152	—	——	Барбетно-ка- зематирован- иый
	„Океан"	1868	7250	13	4—270-мм (нарезн.); 2—246-мм (нарезн.); 2— 160-мм (нарезн.)	203	—	—	То же
	„Редутабль" (рис. 7)	1876	8S58	14,5	8—270-мм (нарезн.); 6—МО-мм (нарезн.) 6—47-м м	356	-—	254	п
	„Адмирал Дюперре"	1879	11250	14,2	4—340-мм (нарезн.); 1 —160-мм (нарезн.); 12—140-м м (нарезн.)	250— 560	60	300	Барбетный
Россия	„Петр Великий" (рис. 9)	1872	9665	14,3	4—305-мм (нарезн.); 6—4-фунт, (нарезн.)	203— 356	76	356	Башенно- брустверный
►U									
Рис. 6. Башенный броненосец «Девастейшн». Англия. 1871
356 мм
UtOMM . 270мм	1^-0 мм
270ММ
Рис. 7. Броненосец «Редутабль». Франция. 1876.
7-OUmm
Рис. 8. Броненосец «Александра». Англия. 1875
• II | | и 356
...........


—\-—/—--/
203	356	356	203
305
Калибр и броня е мм
Рис. 9. Броненосный корабль «Петр Великий». Россия. 1872.
о постройке четырех серий кораблей, подобных «Мони-
тору», но улучшенного типа (с двумя — четырьмя
220-мм орудиями). После окончания гражданской войны
американцы, утверждавшие, что мониторы пригодны для
боя в море, в целях рекламирования своей судострои-
тельной промышленности послали в 1866 г. два лучших
монитора в океанское плавание. Один из таких монито-
ров — «Миантономо» пришел из Северной Америки в
Кронштадт, а другой — «Монаднок» совершил плавание
4 Зак. 519	49
по маршруту Филадельфия — Сан-Франциско( через Ма-
гелланов пролив). Вначале переходы этих мониторов
произвели большое впечатление, но гибель «Кэптена» за-
ставила отказаться от мысли использовать такие кораб-
ли в открытом море. Однако возможность их использо-
вания для боя в прибрежном районе не вызывала сомне-
ний, и строительство кораблей, подобных мониторам,
продолжалось, а вместе с этим постепенно формировал-
ся класс броненосцев береговой обороны. Так, напри-
мер, в России после серии первых броненосных башен-
ных лодок (мониторов) типа «Единорог», построенных
в 1865 г., программой 1864 г. была предусмотрена по-
стройка не только двухбашенных мониторов (броненос-
ных лодок) типа «Чародейка», но и двух-, а также трех-
башенных фрегатов типа «Спиридов» и «Грейг», которые
затем стали называться башенными броненосными ба-
тареями 1.. Все эти корабли, по существу, были броне-
носцами береговой обороны, так как предназначались
для защиты побережья Финского залива и Балтийского ,
моря.
После того как Турция и Австро-Венгрия в 1866 —
1868 гг., нарушив условия Парижского трактата, созда-
ли на Дунае флотилии, в составе которых имелись реч-
ные броненосные канонерские лодки, русский государст-
венный канцлер2 Горчаков в ответ на запрос Морского
министерства заявил, что он не видит препятствий к
сооружению на Черном море броненосных кораблей для
прибрежной защиты.
В 1870 г: было решено построить четыре броненос-
ных корабля для подвижной обороны Керченского про-
лива и Днепровско-Бугского канала. В решении указы-
валось, что при выборе типа корабля следовало исхо-
дить из соображений местной обороны, учитывая требо-
вания военно-сухопутного инженерного ведомства. Эти
требования в основном сводились к следующему: ко-
рабли должны были иметь осадку не более 3—3,5 м,
броню более толстую, чем на сильнейших броненосцах
иностранных флотов, и орудия калибром не менее
280 мм. После тщательного обсуждения проектов таких
1 Мордовии П. Русское военное судостроение в течение по-
следних 25 лет (1855—1880). — «Морской сборник», 1881, Л*9 Ю-
Неофициальный отдел.
2 Министр иностранных дел. Прим. ред.
50
кораблей был принят проект, предложенный контр-йД-
миралом А. А. Поповым (рис. 10).
Построенные броненосные корабли «Новгород» (во-
доизмещение— 2670 т, скорость — 6 уз, две 280-мм пуш-
ки в барбетной установке, вертикальная броня —
229 мм, палуба — 60 мм) и «Вице-адмирал Попов» (во-
доизмещение— 3550 т, скорость —7 уз, две 305-мм пуш-
Рис. 10. Броненосный корабль «Вице-адмирал Попов». Россия.
1875.
ки в барбетной установке, вертикальная броня —356 мм,
палуба — 75 мм) получили неофициальное название —
«поповки» *. Их постройка была поиском более совер-
шенного, чем прежние мониторы, типа броненосца бере-
говой обороны. Эти корабли, обладавшие плохими мо-
реходными качествами, вызывали немало различных, но
в большинстве случаев отрицательных суждений1 2. Од-
нако находились и их сторонники. Известный в то время
английский корабельный инженер Рид и некоторые дру-
гие морские деятели в Англии поддерживали идею по-
добных судов, считая, что они должны быть значительно
большими по размерам, чем «поповки», и располагать
наиболее крупными орудиями.
1 Мордовии П. Русское военное судостроение в течение по-
следних 25 лет (1855—1880). — «Морской сборник». 1881, № 10.
Неофициальный отдел.
2 Одним из серьезных противников «поповок» был Алек-
сандр III, который еще в бытность свою наследником престола пи-
сал 21 ноября 1880 г. К. П. Победоносцеву: «Говорят, эта скотина
Попов приехал вчера сюда. Дай бог, чтобы скорее покончили мы с
«им и с его округлением отечественной корабельной архитектуры»
(Победоносцев К. П. и его корреспонденты. Письма и за-
писки, т. I, полутом 2. М..— Пг., Госиздат, 1923, с. 1044).
4*	51
Начальник приморской обороны Одессы контр-адми-
рал Чнхачев в своем рапорте от 11 августа 1877 г. писал
управляющему морским министерством: «На основании
заключении особой комиссии, а равно и на личном моем
ознакомлении со свойствами «поповок» во время пребы-
вания их в Одессе и плавания под моим флагом в Оча-
ков 25 июня, затем к Килийскому гирлу Дуная 27—
29 июля и, наконец, во время крейсерства к румынской
границе 6 и 5 августа 1877 г. я вполне признаю оборо-
нительную силу «поповок», в особенности в таких мес-
тах, как, например, Одесса, где оборонительная линия
растянута на большое расстояние и их тяжелые орудия
могут удобно переноситься с одного фланга на другой-;
для поддержки атакованных батарей. Если только не-
приятель не будет располагать чрезмерно большими си-
лами, «поповки» заставят его держаться на расстоянии,
которое предохранит город от бомбардировки» ’.
В первые годы строительства броненосного флота
основное внимание тактиков и кораблестроителей было
обращено на создание броненосцев, способных заменить
прежние линейные корабли. Развитие кораблей крей-
серского профиля, фрегатов, корветов и клиперов было
менее интенсивным. Это происходило в значительной ме-
ре потому, что еще сохранялись прежние взгляды на
боевое использование таких кораблей.
Но опыт действий крейсеров южан во время войны
1861—1865 гг., стратегический марш-маневр русских
крейсерских эскадр в 1863 г. и соперничество Англии с
Францией способствовали усилению внимания к разви-
тию крейсеров. Совершенствование броненосцев, преж-
де всего увеличение их скорости и дальности плавания,
заметно изменило характер и подняло значение борьбы
против морских перевозок противника и защиты своих
сообщений. Эти изменения в использовании военно-мор-
ского флота расширили требования к дальней и ближ-
ней разведке, походному и сторожевому охранению, а
с появлением миноносцев — и к боевому охранению. Эти
причины заставили в конце 60-х годов искать наиболее
целесообразные типы кораблей для крейсерской служ-
1 Мордовии П. Русское военное судостроение в течение по-
следних 25 лет (1855—1880).— «Морской сборник», 1881, № Ю.
Неофициальный отдел.
52
бы, которые должны были заменить прежние фрегаты,
корветы и клиперы. Поиски типов таких кораблей были
связаны с необходимостью по-новому решать проблемы
их скорости, дальности плавания и вооружения. Возник-
ла и проблема их защиты. Первыми кораблями, постро-
енными в 1864 г. федеральным правительством США
для защиты морской торговли, были деревянные крейсе-
ра типа «Вампанонг» водоизмещением 4215 т со скоро-
стью хода 16—17 уз, вооруженные десятью 229-мм, тре-
мя 196-мм и несколькими орудиями меньшего калибра.
Практически крейсера могли развивать скорость не свы-
ше 15 уз, причем они имели серьезные конструктивные
недостатки. Опыт боевого использования этих кораблей
показал, что они не соответствовали своему назначению.
В 1868 г. в Англии был построен первый железный крей-
сер «Инконстэнт» водоизмещением в 5800 т со скоростью
хода 16,5 уз, вооруженный десятью 229-мм и шестью
176-мм пушками, размещенными по бортам. Боевая жи-
вучесть «Инконстэнта» обеспечивалась угольной защи-
той (продольными бортовыми переборками, в которых
помещался уголь). Фрегатское парусное вооружение
крейсера должно было увеличить оперативный радиус
его действий. В течение 70-х годов в Англии и Франции
продолжались поиски типов крейсеров, наиболее отве-
чавших требованиям времени. Постепенно определились
два направления развития кораблей этого класса. Пер-
вым из них было создание океанских крейсеров водоиз-
мещением около 5000—7500 т со скоростью хода 14—
16 уз, с главным калибром артиллерии 254—165 мм,
имевших угольную защиту и уменьшенное фрегатское
парусное вооружение *. Такие корабли в Англии полу-
чили название крейсеров 1-го класса. Основным их на-
значением, так же как и больших крейсеров других
стран, были защита своей морской торговли и действия
против морской торговли противника. Другим направ-
лением развития класса крейсеров была постройка ко-
раблей водоизмещением 2000—3500 т со скоростью хо-
да 15—17 уз, вооруженных 152- и 178-мм орудиями, с
бортовой угольной защитой. В Англии такие корабли
1 После катастрофы «Кэптена» площадь парусного вооружения
на всех кораблях постепенно начали уменьшать.
53
назывались крейсерами 2-го класса и предназначались
преимущественно для разведывательной и дозорной
службы.
Опыт боя английских крейсеров «Шах» и «Аметист»*
с перуанским броненосцем «Гуаскар» 29 мая 1878 г.
у г. Ило показал необходимость их более надежной за-
щиты. Поэтому вновь строившиеся английские корабли
этого класса дополнительно защищались палубной бро-
ней толщиной 38—40 мм. Таким образом, в самом конце
70-х годов появился тип бронепалубного крейсера.
Несколько по-иному шло развитие крейсеров в Рос-
сии. В ранний период строительства броненосного фло-
та новые задачи кораблей этого класса, так же как и
в других странах, точно определены не были. Поэтому-
в начале 60-х годов для крейсерской службы было по-
строено несколько корветов и клиперов водоизмещением
около 1200 т со скоростью 11 —13 уз, вооруженных тре-
мя или четырьмя 152-мм орудиями и некоторым количе-
ством орудий, меньших калибров. Никакой защиты эти
корабли не имели. В течение 70-х годов были построены
клиперы типа «Крейсер» и «Наездник» (водоизмеще-
ние— 1334 т, скорость 11 —13 уз, два-три 152-мм орудия
и несколько более мелких орудий), которые по своим
тактическим возможностям были близки к английским
крейсерам 2-го класса. Зачисление таких кораблей в
ранг клиперов объяснялось их размерениями и обвода-
ми, а также особенностями парусного вооружения, кото-
рое они сохранили.
Настоятельная потребность в кораблях, способных
действовать на океанских сообщениях и бороться с
крейсерами 1-го класса, вызывала необходимость созда-
ния корабля, сочетавшего в себе качества крейсера и
броненосца. Такой тип был найден, и в 1870 г. в Рос-
сии были заложены два корабля: «Генерал-Адмирал» и
«Герцог Эдинбургский», зачисленные в списки флота как
броненосные корветы, но, по существу, являвшиеся пер-
выми броненосными крейсерами (рис. 11). Водоизме-
щение каждого из них было 4600 т, вооружение состояло
из четырех 203-мм орудий, расположенных в бортовых
выступах, двух 152-мм и некоторого количества более
малокалиберных орудий. Корабли были защищены
152-мм железной броней, расположенной по ватерлинии-
54
«Генерал-Адмирал» мог развивать скорость 13,6 уз1, а
«Герцог Эдинбургский»—15,3 уз. Примерно в это же
время началась перестройка броненосного фрегата «Ми-
нин». Он был вооружен четырьмя 203-мм и двенадцатью
152-мм орудиями, защищен 175-мм броней, скорость ко-
рабля была увеличена до 15 уз2.
Рис. 11. Полуброненосиый фрегат «Генерал-Адмирал».
Россия. 1873.
Впоследствии строительство кораблей .такого типа
осуществлялось почти во всех крупнейших морских
странах, и прежде всего в Англии, где в ближайшие
годы после вступления в строй «Генерал-Адмирала» было
спущено на воду две серии броненосных, или, как их
тогда называли, «поясных», крейсеров. Таким образом,
к концу 70-х годов крейсера разделились на два класса:
броненосные и бронепалубные крейсера.
1 Автор этого труда был первым командиром минного загради-
теля «25 Октября» (бывш. «Нарова». бывш. «Генерал-Адмирал»).
О качестве постройки указанных кораблей свидетельствует следую-
щий факт: после расконсервации в 1927 г. заградитель «25 Октября»,
построенный 54 года тому назад, на ходовых испытаниях, имея на
борту полный минный запас, развил скорость около 11 уз.
2 Боголюбов Н. История корабля, т. 2, сг 452; Шер-
ш о в Л. П. К истории военного кораблестроения. М., Военмориз-
Лат. 1952, с. 306.
55
Опыт боевого использования минных катеров пред.
определил появление мореходных миноносцев, вооружен.
ных торпедами и обладавших скоростью хода, необхр.
днмой для быстрейшего Сближения с противником, а
также оперативным радиусом, обеспечивавшим им са-
мостоятельность действии хотя бы в прибрежнохГ районе.
Приоритет в создании мореходного миноносца раз-
деляют несколько стран. Англичане первыми, построили
' на заводе Торникрофта в 1873 г. миноноску водоизме-
щением 7,5 т со скоростью хода 15 уз, предназначав-
шуюся для австро-венгерского флота, В 1878 г. в США
была построена миноноска Гиршоффа, названная так
по имени конструктора водотрубного котла, позволявше-
го разводить пары в течение 5—10 мин. В том же году
на заводе Торникрофта для британского флота была
построена миноноска, имевшая скорость 18 уз, а во
Франции — миноноска1 со скоростью 19,4 уз. Однако
все эти корабли, за исключением, пожалуй,.только.фран-
) цузской миноноски" фактически, были минными.катера-
/ ми. На самом деле первые миноноски были построены
в России, причем часть из них была спущена на воду в
вступил £ в. строи вТ877 г._(<<Ьорон>у«Ворона»_, «Воробей»,
«1 'лухарь», «Аист», «Бекас», «Акула», «Бычок» и др.),
остальные —в 1878 г. Но и эти корабли были промежу-
точными между минными"катерами:..и_мрреходнымй ми-
ноносцами.*'Они имели водоизмещение 23 т, скорость
13 уз и были вооружены либо одним неподвижным тор-
. педным аппаратом, либо двумя-тремя аппаратами для
выбрасывайия метательных^мин.
Одновременно с постройкой миноносок в Петербурге
на заводе Берта был построец_ц£рвшц1ореход11ый^мИ' •
Н/1Йосец__« В з р ы к>> Д водо.из м ежен и е_=-_ L3t>—т»_скор О£т1Г—
“12’;3^уз, один “неподвижный носовой торпедный аппа- '
рат), который вступил в строй в 1877 г. В 1879 г. в
Англии для русского флота был заказан мореходный
миноносец «Батум» (водоизмещение — 48 т, скорость — *•
18 уз, два носовых неподвижных торпедных аппарата,
одна 37-мм пушка). На испытаниях «Батум» значи-
тельио превысил контрактную скорость, а при переходе =
в Черное море показал хорошие мореходные качества.
По типу «Батума», но с некоторыми незначительными .•
1 «Морской сборник», 1879, № I, 3.
56
изменениями была построена серия миноносцев («Су-
хум», «Гагры» и др.) 1.
Кроме броненосцев, крейсеров, миноносцев, миноно-
' сок и минных .катеров, военно-морские флоты в 60—
70-е годы располагали рядом различных классов боевых
кораблей, предназначенных для действий в прибрежных
районах и для выполнения специальных задач. К. таким
кораблям относились канонерские лодки, посыльные су-
да, или шлюпы, военные транспорты и вспомогательные
суда. Вместе с тем в составе флотов некоторое время
продолжали оставаться боевые корабли, относившиеся,
строго говоря, к периоду парусно-парового флота. Не
говоря уже о флотах северян и южан во время граждан-
ской войны в Северной Америке, в которых такие ко-
рабли составляли большую часть сил, заметим, что и
в бою у о. Лисса 20 июля 1866 г. в составе итальянского
флота было 60%, а в составе австро-венгерского фло-
та— 70% деревянных кораблей, не имевших броневой
защиты. Даже в 1870 г. во французском флоте было
248 старых кораблей, в том числе деревянные линейные
корабли, фрегаты, корветы, шлюпы и канонерские лод-
ки. Это объяснялось тем, что принципиальные измене-
ния в развитии военно-морских флотов и замена ранее
существовавших сил и средств новыми, более совершен-
ными и мощными, а также применение новых форм и
способов ведения военных действий всегда происходят
не мгновенно, а в течение длительного времени.
Развитие способов ведения основных видов боевых
действий. Развитие оружия и боевой техники в течение
60—70-х годов прошлого столетия, как, впрочем, и в по-
следующие периоды, происходило далеко не равномерно.
Средства маневра и защиты в течение этого периода раз-
вивались быстрее, чем средства удара, связи и наблюде-
ния. На больших кораблях появились машины системы
«Компаунд», стали использовать более высокое давле-
ние пара в котлах, устанавливать по два винта, что
повысило скорость кораблей и их маневренность пример-
но на 10%, вместо железной начали применять стале-
железную броню, сопротивляемость которой была выше
почти на 20%. Значительно медленнее развивалась ко-
1 Моисеев С. П. Список кораблей русского парового и бро-
неносного флота. М., Военнздат, 1948.
57
рабсльная артиллерия. На замедление ее развития в не-
которых странах, и в частности в Англии, как уже гово-
рилось ранее, влияли не только технические причины,
но и консервативность взглядов руководителей адми-
ралтейства.
Ла-Ступательное минное^оружие (шестовые и букси-
руемые мины^юрпеды)^.строго говоря, еще не вышло из
начальной стадии развития. Средства связи и наблюде-
ния, за исключением средств звуковой и световой сиг-
нализации, находились на уровне средств парусного
флота.
Отставание развития оружия, средств связи и на-
блюдения от развития средств маневра и защиты спо-
собствовало тому, что корабельная артиллерия больших
броненосных кораблей все еще не считалась средством
главного удара в бою. Она, скорее, рассматривалась
как средство предварительного воздействия, обеспечи-
вавшего применение тарана. Наступательное минное ору-
жие рассматривалось преимущественно____как—.средство
Удара в условиях малой видимости в _прибрежном райо-
не. В бою в открытом море в светлое_время суток это
оружие считал!? возможным использовать, как средство
развития успеха или в_целях самообороны.
На характер, направленность и темпы развития так-
тической мысли непосредственное влияние оказывал так-
же боевой опыт, полученный во время войн, главным об-
разом гражданской войны в Северной Америке и австро-
итальянской войны. Некоторые особенности условий,
определявших обстановку этих войн, придавали им зна-
чительное своеобразие. Так, например, обстановка граж;
данской войны в США благоприятствовала развитию
способов ведения действий в бою в прибрежном районе
и на речных театрах. Очень важной особенностью обста-
новки был разнообразный состав сил сторон, в особен-
ности южан, которые в качестве броненосцев использо-
вали переоборудованные (блиндированные) старые не-
броненосные корабли. Опыт этой войны, полной импро-
визаций и противоречий, способствовал появлению пред*
взятых идей, оказавших затем определенное влияние на
развитие тактики. Нарезная артиллерия практически
только появилась и еще не смогла достаточно убедитель-
но доказать свое преимущество перед гладкоствольной.
Опыт боев между броненосными кораблями дал осно-
58
вание считать, что боевые дистанции оставались таки-
ми же, какими были во времена парусного флота. Так,
например, если в Синопском бою дистанция между рус-
скими и турецкими кораблями была 1,8 каб, то в бою
на Хэмптонском рейде «Монитор» и «Мерримак» сбли-
жались вплотную (Морской атлас, т. III, ч. 1, карта 28 Г
и В). В бою у Саванны 17 июня 1863 г. мониторы северян
«Вихэвкен» и «Нэхент» сходились с броненосцем южан
«Атланта» на расстояние около 250 м, т. е. менее 1,5 каб.
В боях северян с броненосцем южан «Альбемарл» дис-
танции были от 360 до 10 м. При прорыве северян в бух-
ту Мобиль дистанции были примерно такими же 1.
Такие расстояния диктовались недостаточной пробив-
ной способностью снарядов корабельной артиллерии и
неудовлетворительной меткостью орудий. Малая скоро-
стрельность крупных орудий (один выстрел за
5—15 мин) не позволяла броненосным кораблям развить
достаточную огневую мощь даже при сближении с про-
тивником на короткую дистанцию. Бой на Хэмптонском
рейде свидетельствовал, что нельзя было рассчитывать
на уничтожение артиллерийским огнем корабля, броня
которого была непробиваема для снарядов. Таким обра-
зом, взгляд на таран как на наиболее действенное сред-
ство удара в начале 60-х годов имел достаточные осно-
вания. Это в особенности относилось к флотам Англии
и США. На первом упорно придерживались системы на-
резных орудий, заряжавшихся с дульной части и поэтому
менее скорострельных и метких, на втором на вооруже-
нии еще некоторое время оставались гладкоствольные
пушки. В то же время опыт гражданской войны в США
доказал, что артиллерия, стреляющая сферическими сна-
рядами, которые в лучшем случае дробят, но не проби-
вают броню, должна бытц заменена.
Характерной особенностью опыта австро-итальянской
войны было то, что он основывался только на результа-
тах боя у о. Лисса (Морской атлас, т-. III, ч. 1, карта
28 3). Низкий уровень боевой подготовки итальянского
флота и полная неспособность его командования к вож-
дению крупных соединений и управлению ими в бою
1 Вильсон. Броненосцы в бою, т. 1, с. 27—34; Технический
обзор морских сражений последнего времени (нзвлеч. из соч
А. Ледье). Пер. с франц, Спб., 1896, с. 9—10.
59
были основными причинам» поражения итальянцев в бою
у о. Лисса. Удачный таранный удар, примененный ав-
стрийцами, привел к односторонним выводам, сделан-
ным на основании опыта этого боя. Несмотря на то что
к этому времени прогресс в области оружия и боевых
средств открывал значительные возможности использо-
вания корабельной артиллерии как средства главного
удара, этот бой утвердил мнение о первенствующем зна-
чении тарана.
Вследствие ряда причин, в особенности в результате
низкого уровня боевой подготовки итальянского флота
и беспомощности командовавшего им адмирала Перса-
но, способы действия сторон в бою были примитивны.
Замысел действий австрийского адмирала Тегетхофа был
выражен в его приказании: «Тараньте все серое» (италь-
янские корабли были выкрашены в светло-серый цвет).
Этот замысел отвечал возможностям австрийского фло-
та, который уступал противнику по числу броненосных
кораблей почти вдвое, а по массе залпа нарезных ору-
дий— в четыре раза (2852 кг против И 240 кг). Однако
Персано сделал все возможное, чтобы лишить свой флот
успеха в бою, начав с запоздалого и бесцельного пере-
строения из строя фронта в строй кильватера, облегчив-
шего врагу нанесение удара. Вместе с тем это перестрое-
ние затруднило итальянским кораблям массирование ар-
тиллерийского огня по противнику, который сближался
с ними в боевом порядке, состоявшем из нескольких
строев клина. В момент сближения некоторые из италь-
янских кораблей открыли огонь из своих нарезных ору-
дий, но вели его из рук вон плохо, на сплошных переле-
тах и поэтому не добились никаких результатов. После
прорыва австрийским флотом итальянской линии дей-
ствия сторон носили хаотический характер. Нерешитель-
ность своего маневра в бою итальянцы дополняли совер-1
шенно неэффективной стрельбой. Они сделали в течение
боя 4000 выстрелов, но достигли ничтожных результа-
тов. Австрийцы также стреляли много, выпустив за вре'
мя боя 1500 снарядов. Дым от орудийной стрельбы не
позволял оценить обстановку в районе боя и способст-
вовал случайному сближению вражеских кораблей. Бла-
годаря этому обстоятельству австрийцы, искавшие воз
можность нанести таранные удары, в двух случаях смог-
ли их осуществить. Флагманский корабль Тегетхофа-"'
60
броненосный фрегат 1 ранга -«Фердинанд Макс» вскоре
после прорыва линии строя противника пытался тара-
нить итальянскую броненосную канонерскую лодку «Па-
лестро». Удар был нанесен под острым углом встречи
и оказался скользящим и безрезультатным. Вскоре пос-
ле этого «Фердинанд Макс», внезапно обнаруживший
перед собой итальянский броненосный фрегат 1 ранга
«Ре д’Италиа», нанес ему удар тараном, в результате
которого этот корабль через три минуты затонул. Италь-
янцы в течение боя не раз имели возможность нанести
таранные удары некоторым австрийским кораблям, од-
нако вследствие нерешительности действий командиров
кораблей и трусости командующего флотом не сумели
использовать неоднократно представлявшиеся благопри-
ятные случаи. Так, например, ни итальянский башенный
таранный корабль «Аффондаторе», ни броненосный фре-.
гант 1 ранга «Ре ди Портогалло» не смогли использо-
вать обстановку для уничтожения таранным ударом ав-
стрийского линейного корабля «Кайзер», вовсе не имев-
шего брони ’. О малой эффективности артиллерийского
огня итальянцев (несмотря на наличие у них более со-
вершенной, чем у противника, корабельной артиллерии)
можно судить хотя бы по тому факту, что в бою с «Кай-
зером» на короткой дистанции «Аффондаторе» и «Ре ди
Портогалло» не сумели уничтожить этот устаревший
корабль, вооруженный в основном гладкоствольными
пушками и располагавший только двумя 203-мм нарез-
ными орудиями. Даже если судить по отчетным докумен-
там итальянцев, боевая меткость их корабельной артил-
лерии в этом бою составляла всего 1%.
Несмотря на то что причины, оказавшие влияние на
обстановку боя у о. Лисса, нельзя было считать типич-
ными для условий того времени, опыт этого боя почти
повсюду был принят без учета его своеобразия. В зна-
чительной мере этому способствовало то, что он был
первым боем в открытом море и сражались не одиноч-
ные броненосные корабли, а их соединения. Центральное
1 Вильсон. Броненосцы в бою, т. 1, с. 257—273; Штеи-
не ль А. История войны на море в се важнейших проявлениях с
точки зрения морской тактики, ч. 5. Пг.. 1916, с. 218; Технический
обзор морских сражений последнего времени (извлеч. из еоч.
А. Ледье). с. 14—16.
61
место в опыте боя занял таранный удар «Фердинанда
ЛАакса», который, казалось бы, вновь подтверждал зна-
чимость тарана, выявленную еще в период гражданской
войны в Северной Америке. В то же время факт гибели
в бою у о. Лисса итальянской броненосной канонерской
лодки «Палестро», которая под воздействием артилле-
рийского огня противника загорелась и взорвалась,
прошел почти незамеченным. Между тем этот факт
свидетельствовал о том, что пробивная способность сна-
рядов нарезной артиллерии пока еще была недостаточ-
ной для того, чтобы потопить броненосный корабль про-
тивника, но позволяла взорвать или сжечь его.
Опыт боя у о. Лисса, способствуя утверждению тара-
на, как важнейшего средства главного удара в морском
бою, направлял тем самым морскую тактику на ложный
путь развития: вредные последствия переоценки значи-
мости тарана в продолжение 15—20 лет отражались не
только на формировании тактических взглядов и прове-
дении боевой подготовки, но и на строительстве броне-
носных кораблей. После боя у о. Лисса известный
английский военно-морской теоретик Коломб заявил:
«Итак будем помнить, что важной частью будущей мор-
ской атаки' представляются не орудия, но тараны»1.
Примерно таких же взглядов придерживались некоторые
французские адмиралы. Так, например, адмирал Тушар
считал' шпирон главным оружием в морском бою.
Увлечение таранной тактикой не прошло бесследно и
для русского флота. Командовавший во второй по-
ловине 60-х годов броненосной эскадрой Балтийского
флота вице-адмирал Г. И. Бутаков много внимания
уделял способам таранного боя. Для тренировки коман-
диров в управлении маневрами своих кораблей были спе-
циально оборудованы две канонерские лодки, а несколь-
ко позднее —специальные таранные катера. Практиче-
ский уклон к разработке таранной тактики на Балтийской
эскадре был по достоинству оценен в ряде крупнейших
флотов. Но, несмотря на несомненное увлечение. Бута-
кова таранной тактикой, он избежал тех крайностей, ко-
торые были свойственны сторонникам тарана в иностран-
ных флотах. Ни он сам, ни его ученики (С. О. Макаров
1 Бейнбридж-Гофф. Примеры, выводы и заключения по
современной морской тактике. Пер. с англ. Сиб., 1893, с. 67.
62
и ДП. Семечкин) не умаляли значения артиллерии и
"минного оружия и не рассматривали таран как един-
ственное решающее средство в ..морском, бою.
Совершенствование артиллерии и_ласт.уддтельного
минного_оружия_в 70-е годы, казалось бы, должно было
уменьшить число сторон ников_тарана, одна ко некоторые
обстоятельства мешали этому. В то время в ряде флотов
произошло несколько столкновений боевых кораблей, ко-
торые дали возможность сторонникам тарана с новой
силой утверждать его первенствующее значение среди
прочих средств удара. 1 сентября 1875 г. английский
броненосец «Айрон Дюк» во время выполнения эволю-
ций таранил свой же броненосец «Вэнгуард», который,
продержавшись около часа на воде, затонул. 3 июля
1877 г. французский бронированный крейсер «Тэтис»
протаранил подобный корабль «Рейне Бланш», не уто-
нувший лишь потому, что успел выброситься на ближай-
шую отмель. 31 мая 1878 г. германский броненосец «Кё-
ниг Вильгельм» таранил броненосец «Гроссер Кюр-
фюрст», который затонул через пять минут. Все эти слу-
чаи как бы подтверждали возможности тарана в бою.
Еще одно такое подтверждение сторонники тарана полу-
чили после уничтожения таранным ударом чилийского
корвета «Эсмеральда» перуанским броненосцем «Гуас-
кар» во время войны между Чили и Перу в 1879 г.
В отличие от сторонников крайних взглядов, некото-
рые военно-морские теоретики за границей более сдер-
жанно относились к оценке опыта боевого использования
тарана, считая его обоюдоострым оружием. По их мне-
нию, неудачная попытка, использования тарана в бою
могла быть успешно использована противником.
Сторонники более сдержанных оценок тарана при-
помнили случай, когда во время гражданской войны в
США в 1864 г. таранный корабль «Жан Борегар», про-
махнувшись при атаке одного из кораблей северян, тара-
нил свою же канонерскую лодку и утопил ее. Коммандер
Ноэль писал: «Без сомнения в сражении между отдель-
ными судами артиллерии будет принадлежать более вы-
дающаяся роль; может быть, в таких случаях она будет
единственным способом атаки, а потому, хотя общее мне-
ние и расположено теперь к позднейшему по времени
способу нападения посредством тарана и мин, орудия
63
тем не менее не должны быть все-таки оставлены без
исследования» 1.
Говоря о темпах развития тактической мысли в
60—70-х годах XIX столетия, нельзя не заметить, что
они в какой-то степени снижались под влиянием взгля-
дов, сложившихся еще в эпоху парусных кораблей. На
таких взглядах был воспитан старший офицерский, осо-
бенно руководящий состав флотов. Так, например, анг-
лийский военно-морской теоретик Говард Дуглас в на-
чале своего труда «Морская война при помощи пара»,
выпущенного в 1857 г., предупреждал читателя, что он
сначала вкратце изложит тактические правила для па-
русных судов, потому что, по его мнению, пройдет еще
много лет, прежде чем паруса будут заменены паровыми
машинами, если такая замена вообще когда-нибудь со-
стоится. Как ни странно, взгляды Говарда Дугласа не
составляли исключения. Некоторые идеи, оставшиеся в
наследство от парусного флота, в явной или скрытой
форме дожили до конца минувшего века. Так, например,
в Тактике броненосного флота долгое время не исключа-
лась возможность абордажа. Абордажные партии про-
должали оставаться в боевых расписаниях больших ко-
раблей почти всех флотов до начала XX столетия.
Важнейшей причиной отставания развития тактики
военно-морского флота от возможностей, которые обес-
печивались боевой техникой 60—70-х годов, все же была
неравномерность развития оружия, боевых и техниче-
ских средств и отсутствие должной целеустремленности
в требованиях к ним, а это приводило во многих слу-
чаях к поиску решения проблем дальнейшего развития
боевой техники на ощупь.
Во флотах крупнейших держав морская тактика рас-
сматривалась как искусство расположения кораблей в
бою, производства кораблями совместных эволюций и
перестроений по сигналам флагмана, а также использо-
вания оружия и боевых средств. Некоторые военно-мор-
ские писатели, например Лофтон, под морской тактикой
подразумевали способы атаки (наступления) и обороны.
Иногда морскую тактику ограничивали только рассмот-
1 Морская тактика в Англии. Рассуждения коммендера Ноэля,
морского инструктора Лофтона и лейтенанта Кэмбеля. Пер. с англ.
Спб.. 1875. с. 3—4.
64
рением способов осуществления эволюций и перестрое-
ний, но такие взгляды уже в 70-е годы вызывали серьез-
ные возражения. Повышенное внимание к перестроениям
было закономерным для начального периода парового
броненосного флота.- Паровой двигатель, обеспечиваю-
щий свободу маневра в бою и представляющий не-
сравненно большие возможности в отношении подчине-
ния маневра требованиям применения оружия, заставил
не только коренным образом изменить способы боевого
маневрирования, но и рассматривать подвижность оди-
ночного корабля или группы как один из важнейших
факторов, от которого зависит успех боя. Значение по-
движности паровых кораблей в бою, их маневренных
качеств в наиболее полной мере было понято француз-
ским адмиралом Буе-Вильомезом и русским контр-адми-
ралом Г. И. Бутаковым. В своей книге «Опыт пароходной
тактики», появившейся в 1857 г., Буе-Вильомез писал:
«Быстрота парового корабля составляет часть его силы,
ибо дозволяет ему умножить свои повороты и удары...» 1
Однако, по признанию самого Буе-Вильомеза, его книга
представляла лишь несовершенный очерк, призванный
привлечь внимание военно-морских теоретиков и флот-
ских офицеров к вопросам пароходной тактики. Обладая
большим практическим опытом командования корабля-
ми и соединениями, Буе-Вильомез нашел правильное
практическое решение ряда вопросов, связанных с орде-
рами, строями и эволюциями соединений паровых бое-
вых кораблей, но эти решения были в значительной мере
интуитивными и не обосновывались тактическими расче-
тами.
Паровой двигатель не только обеспечил свободу ма-
невра корабля и соединения, но и позволил математиче-
ски рассчитать необходимые эволюции. Первым это с
наибольшей отчетливостью понял контр-адмирал Г. И. Бу-
таков, который вскоре после окончания Крымской войны
начал свои труд по разработке системы пароходных эво-
люций. В качестве математической основы этих эволю-
ций он избрал две геометрические линии: окружность и
касательную к ней. Позднее во введении к труду «Новые
основания пароходной тактики» (1863) Бутаков разъяс-
1 Буе-Вильомез Е. Опыт пароходной тактики. Пер. с
франц. Спб., 1858, с. 4.
5 Зак. 519	*	65
пял, что, вникнув в законы различных сочетаний этих
двух линий, он разработал краткие пароходные эволю- -
ции, проверенные им в малом размере в бытность его
главным командиром Черноморского флота.
«Новые основания пароходной тактики» одновремен-
но являлись и математически обоснованным курсом так-
тического маневрирования паровых боевых кораблей и
в значительной мере могли служить для них правилами
совместного плавания и боевых эволюционных сигналов.
В этом труде впервые с достаточной полнотой были рас-
крыты и обоснованы возможности маневра паровых ко-
раблей и их соединений в бою. Делая краткий обзор
трудов по морской тактике, вышедших за границей в
конце 50-х годов, Г. И. Бутаков писал: «Позволю себе
заметить, что тогда как некоторые из этих сочинений
не более как книжная спекуляция, в других предмет
(тактики. — Н.П.) паровых флотов рассматривается и
развивается, так сказать, с ветвей вместо корня» *.
Заслугой Бутакова было то, что он в самом начале
периода развития паровых флотов сумел вникнуть в сущ-
ность основных изменений, внесенных паровым двигате-
лем. В своем труде он дал разъяснения способов слож-
ных перестроений, изложив подробные указания каждому
командиру и флагману, в чем должна состоять их роль
при выполнении того или иного маневра, той или иной
эволюции. Однако «Новые основания пароходной такти-
ки», содержавшие исследование вопросов маневрирова-
ния паровых боевых кораблей, не указывали способов
использования оружия в бою. Это было существенным
недостатком. Правда, строи и способы маневрирования,
предложенные Г. И. Бутаковым, в какой-то мере учиты-
вали возможности использования оружия раннего паро-
вого броненосного флота — артиллерии и тарана.
Иногда высказывались суждения, что «Новые осно-
вания пароходной тактики» отражали взгляды о первен-
ствующем значении тарана как средства удара в бою.
Следует заметить, что важнейшие положения боевого
маневрирования паровых кораблей в этом труде все же
были изложены с учетом требований боевого применения
артиллерии. Это с достаточной ясностью видно из поло-
1 Бутаков Г. Новые основания пароходной тактики. Спб-.
1863, с. VII.
66
жений о «главных простых строях», предложенных Бу-
таковым. Такими строями он считал кильватер, фронт,
строй обстрела. По существу, строй обстрела был важ-
нейшим для того времени боевым строем, представляв-
шим собой разновидность кильватера или строя фронта.
В строю обстрела диаметральные плоскости кораблей
были повернуты к линии строя на 45 или 135° в ту или
другую сторону, чтобы в наибольшей мере использовать
силу огня артиллерии борта. Название строя обстрела
уточнялось в зависимости от того, какой борт корабля
был обращен к неприятелю, а также вперед или назад
были наведены орудия борта. Различались строи обстре-
ла: правым или левым бортом вперед и правым или ле-
вым бортом назад.
Бой «Мерримака» с «Монитором» заставил Г. И. Бу-
такова задуматься над целесообразностью выпуска в
свет своего труда, который был написан для неброненос-
ных паровых боевых кораблей. Однако, вникнув в сущ-
ность возникшего вопроса, он принял правильное реше-
ние об издании книги, так как закономерности маневри-
рования паровых броненосных или неброиеносных
кораблей оставались неизменными. Этот труд в продолже-
ние многих лет был основополагающим для последую-
щих работ в этой области.
В середине 70-х годов считалось, что морская тактика
должна заниматься способами действий в бою одиноч-
ных кораблей друг с другом, способами действий в бою
между отрядами и эскадрами при погоне за противни-
ком, при отступлении и бомбардировке береговых объек-
тов. По взглядам, сложившимся после боя у о. Лисса,
считалось, что бой одиночных кораблей, хотя и будет
начинаться артиллерийской атакой, все же должен ре-
шаться таранным ударом. Поэтому главной задачей
сражавшихся кораблей считалось занятие ими положе-
ния, выгодного для таранного удара.
Этот взгляд был общим для всех флотов, и только
некоторое различие существовало в суждениях о харак-
тере маневрирования, начальных дистанциях использо-
вания артиллерии, способов применения минного ору-
жия. Некоторые теоретики считали, что корабли будут
сходиться форштевнями, другие предполагали, что они
будут расходиться на контркурсах, обменявшись залпа-
ми из батарейных орудий, с тем чтобы затем круто по-
5*	67
вернуть и пройти под кормой противника, чтобы войти
внутрь круга циркуляции. Кэптен Коломб в труде
«Современная морская тактика»1 рекомендовал кораб-
лям, намеревавшимся таранить друг друга, держать про-
тивника на своем крамболе и перекладывать руль в сто-
рону неприятеля, когда тот будет находиться на курсо-
вом угле, близком к 45°, в расстоянии одного кабельтова,
Такой прием, по его мнению, обеспечивал удар тараном
корабля противника при угле встречи почти в 90°. Боль-
шинство мнений о способах действия кораблей в одиноч-
ном бою сходилось на том, что при неудачных попытках
таранного удара корабли должны двигаться относитель-
но друг друга по кругу диаметром от 2 до 2,5 каб. Такое
маневрирование позволяло каждому из кораблей эффек-
тивно использовать артиллерию и минное оружие и вме-
сте с тем осуществить новую попытку таранного удара
при повреждении противника. Считалось, что в бою оди-
ночных кораблей шансы на успех были у более быстро-
ходных и поворотливых. Увлекаясь теоретическими рас-
четами такого боя, некоторые авторы трудов по морской
тактике сводили способы морского боя к решению мно-
жества вариантов геометрических задач. Лейтенант
французского флота Бессон, рассматривая способы боя
между одиночными кораблями, обладающими примерно
равными тактико-техническими данными, сформулиро-
вал в тринадцати теоремах условия, обеспечивавшие до-
стижение успешных результатов2.
Рассуждения о способах боя двух кораблей против
одного были несколько парадоксальны. Считалось, что в
таком бою одиночный корабль более свободен в своих
действиях, чем его противник, так как он может по-
пытаться таранить один из вражеских кораблей, а дру-
гой атаковать артиллерией или минами. Поэтому двум
кораблям рекомендовалось держаться в строе уплотнен-
ного пеленга с расчетом, чтобы между ахтерштевнем
одного корабля и форштевнем другого было 2 каб, а
противник приходился бы посредине. Выгода такого
строя усматривалась в возможности для каждого из
совместно действовавших кораблей использовать свою
артиллерию, а в случае попытки вражеского корабля
1 Col от b. La tactique navale modcrne. Paris, 1865.
2 Бейнбридж-Гофф. Примеры, выводы и заключения по
современной морской тактике, с. 67.
68
повернуть на одного из противников для таранного уда-
ра другому — таранить врага. Предлагались и несколько
иные рекомендации, например совместное маневрирова-
ние в бою двух кораблей в строе кильватера и совер-
шенно противоположное этому — раздельное маневриро-
вание. В качестве довода, объяснявшего выгоду раздель-
ного маневрирования, приводилось следующее сообра-
жение: первый корабль, атакуя противника, свяжет его
инициативу, а второй вступает в бой, используя обста-
новку с наибольшей для себя выгодой. Способы ведения
боя между отрядами и эскадрами были разработаны
еще более слабо.
• Броневая защита кораблей и независимость их ма-
невра от ветра совершенно изменили условия атаки в
морском бою. Малая пробивная способность даже самых
крупных орудий заставляла сторону, стремившуюся по-
разить противника в бою, сближаться с ним на самую
короткую дистанцию, которая позволяла рассчитывать
на эффективность стрельбы. Однако противник, когда
ему такое сближение оказывалось невыгодным, мог
уклониться от боя, если, конечно, позволяла скорость
хода. Таким образом, значение скорости хода как такти-
ческого фактора резко возросло. Сочетание преимуществ
в скорости хода и устойчивости броневой защиты обес-
печивало достижение успеха в бою даже при численном
превосходстве противника в силах.
Сам характер маневра для боя или уклонения от него
и маневрирования во время артиллерийской атаки под-
тверждал непригодность прежней тактики. Говард Дуг-
лас, несмотря на скептические высказывания о возмож-
ности полной замены парусов паровыми машинами, все
же одним из первых признал, что с введением пара как
движущей силы кораблей должна начаться новая эра в
морской войне. Он считал, что для паровых флотов бу-
дет исключена необходимость сражаться в строю, парал-
лельном строю противника. По его мнению, в бою между
соединениями паровых боевых кораблей при наступа-
тельных действиях следует «стараться направить на точ-
ку решительной атаки такие силы, чтобы быть в ней
сильнее неприятеля...» Ч
1 Дуглас Говард. Морская война при помощи пара. Пер.
с англ. Спб.» 1862. § 152.
69
Возможность маневрирования независимо от вет-
ра, а также необходимость значительного сокраще-
ния количества орудий на броненосных кораблях
по соображениям массовой нагрузки потребовали
увеличения углов обстрела этих орудий и, в частности,
усиления огня на носовых и кормовых курсовых углах.
Оба эти обстоятельства вместе с необходимостью сбли-
жения с противником на .дистанцию, обеспечивавшую
проникновение снарядов через неприятельскую броню
либо допускавшую возможность применения тарана как
средства удара, делали окончательно непригодными спо-
собы действий прежней линейной тактики. Считалось,
что противники при встрече в море, приняв решение
вступить в бой, будут сближаться друг с другом на кур-
совых углах, близких к 0°. Предполагалось, что атаки
в бою между отрядами или эскадрами будут заключать-
ся в быстром прорезании неприятельского строя, а весь
бой в целом сложится из нескольких таких атак. Таким
образом, эскадренный бой мыслился как ряд прерыви-
стых Огневых соприкосновений, сопровождающихся по-
пытками нанесения таранных ударов. В таком бою каж-
дая сторона будет нападающей.
Некоторые военно-морские теоретики считали, что в
эскадренном бою вряд ли удастся сохранить свой строй
даже после первого прорезания строя неприятельской
эскадрой. Один из английских военно-морских писате-
лей—-Лофтон высказал мнение, что в эскадренном бою
предварительная артиллерийская атака не может дать
существенных результатов, так как из-за нее только под-
нимется облако густого порохового дыма, сквозь которое
не будет видно сигналов. Это исключит возможность
совместного маневрирования, и бой примет вид схватки
между отдельными кораблями, результаты которой опре-
делятся искусством нанесения таранных ударов *.
Существовало некоторое различие во взглядах и на
характер артиллерийской атаки. Одни считали, что ору-
дийный огонь следовало открывать исходя из тех сообра-
жений, которые были приняты для боя между одиноч-
ными кораблями. Другие утверждали, что стрельбу сле-
дует начинать лишь при прорезании строя противника.
Большинство авторитетов того времени признавало не-
1 Морская тактика и Англии, с. 3 и 4.
70
обходимым вести -артиллерийский огонь залпами, со-
средоточивая его по траверзу противника или несколько
впереди него на дистанциях 2—2,5 каб. Наиболее рьяны-
ми представителями такой точки зрения были англичане
кэптен Коломб и коммандер Ноэль ’. Признавалось необ-
ходимым тщательно изучать броненосцы вероятных про-
тивников, чтобы знать их уязвимые места.
В своем донесении о бое у о. Лисса Тегетхоф писал:
«В продолжение общей битвы командиру моего флаг-
манского корабля в течение одного часа удалось ударить
в борт трех сардинских броненосцев, из которых два по-
терпели сильные повреждения, третий же пробит и пу-
щен ко дну»1 2. Как было сказано ранее, результаты боя
у о. Лисса послужили для большинства военно-морских
теоретиков 60—70-х годов основанием для рекомендаций
по использованию тарана в эскадренном бою. Считалось,
что в обстановке общей схватки, усложненной резким
снижением видимости из-за порохового дыма, значитель-
но облегчится возможность нанесения таранных ударов.
По мере развития наступательного минного оружия
и главным образом на основе опыта действий русских
минных катеров во время войны 1877—1878 гг. появи-
лись соображения об использовании катеров в эскадрен-
ном или отрядном бою. Высказывались мнения о том,
что минные катера, имевшиеся на броненосцах или на
плавучей базе, входившей в состав эскадры или отряда,
должны спускаться на воду перед началом боя в готов-
ности к немедленным действиям. Кроме того, считалось
вероятным, что в обстановке общей схватки может пред-
ставиться благоприятный случай не только для исполь-
зования торпеды с большого корабля, но и для примене-
ния буксируемых мин-крылаток.
Постепенное формирование способов отрядного и
эскадренного боя потребовало решения ряда вопросов
организации сил в бою. В изменившихся условиях основ-
ной боевой строй прежней линейной тактики — кильва-
терная колонна оказался негодным. Более целесообраз-
ным считались строи, допускавшие при сближении с про-
тивником использование наибольшей огневой мощи,
1 Colomb. La tactique па vale moderne. Paris, I860; Noel
G.H.U. The gun, ram and torpedo. London — Portsmouth, 1874.
2 U. S. Magazine, 1866, p. 74. Как и во многих реляциях, в этом
донесении Тегетхоф несколько завысил достигнутые успехи.
71
т. е. строи фронта, пеленга и клина. Концепция боя в
море как ряда повторных, сквозных артиллерийских и
таранных атак давала основания считать, что с началом
Рис. 12. Боевые строи.
А. Строй кильватера группами («кучками»).
Б. Строй фронта группами.
В. Перестроение из строя кильватера в строй кильватера груп-
пами.
боевого соприкосновения бой сам по себе распадется
ряд очагов, в каждом из которых одиночные корабли
или небольшие группы кораблей будут сражаться с та*
ким же по численности противником. В соответствии с
72
этим возникла мысль о боевой группе из нескольких ко-
раблей, способных вести совместный бой в каждом из
возникших очагов. Понятие «группа», вернее, «взвод»
(«peloton») впервые появилось в упоминавшейся выше
книге адмирала Буе-Вильомеза.
Под группой подразумевалось произвольное число
кораблей, сгруппированных вокруг флагманского кораб-
ля без каких-либо условий равнения, за исключением
удержания исходного положения относительно флагма-
на по направлению (справа или слева, позади или впе-
реди)? Выдвигая понятие «группа», Буе-Вильомез счи-
тал, что она должна быть элементом походного порядка.
Об этом он говорил в своем более позднем труде по мор-
ской тактике, изданном в 1865 г.1. Однако после боя
у о. Лисса все более и более утверждалась точка зре-
ния, что группа представляет собой элемент боевого по-
рядка и что она должна состоять из трех кораблей. Ком-
бинации взаимного расположения групп и расположения
в каждой из них кораблей позволили образовать различ-
ные боевые строи, по современной терминологии — бое-
вые порядки. Вопрос о наиболее целесообразной комби-
нации взаимного расположения групп был предметом
длительных споров в течение второй половины 60-х годов
и в 70-е годы. Так, например, некоторые теоретики2
утверждали, что для атакующего флота может сущест-
вовать только два боевых строя: двумя отрядными киль-
ватерными колоннами групп и строй фронта групп. Пер-
вый боевой строй рекомендовался, когда противник рас-
полагался узким фронтом, второй — при растянутом
фронте неприятеля. Другие считали, что число боевых
строев должно быть большим, и уже вскоре после боя
у о. Лисса насчитывали 15 простых и сложных построе-
ний. Некоторые военно-морские руководящие деятели и
теоретики того времени отрицали целесообразность бое-
вой группы и доказывали опасность большого числа от-
дельных и независимых отрядов в бою.
Противники боевых групп настаивали на необходи-
мости осуществления атаки сосредоточенной массой со-
единения флота, предостерегая от последствий отделе-
ния какой-либо из частей этого соединения. Возражения
1 Bouet-Willaumez. Tactique supplementaire a 1’usage d’une flotte
cuirassee. Toulon, 1865.
2 Морская тактика в Англин, с. 15.
73
против боевых групп, состоящих из трех кораблей, под.
креплялись доводами о несостоятельности организации
эскадр, которые по численности должны быть кратными
трем. Вместе с тем противники боевых групп не могли
при имевшихся в то время средствах связи и относитель-
но незначительной скорости хода боевых кораблей
сколько-нибудь определенно и положительно решить во-
прос о своевременном сосредоточении сил на нужном
направлении и управлении ими с началом огневого со-
прикосновения. Следует заметить, что сама по себе идея
боевого строя, состоявшего из различных комбинаций
боевых групп, в которых корабли располагались косо-
угольным треугольником, несомненно, отвечала матери-
альной базе, которой располагали в то время флоты.
Примитивные средства связи исключали возможность
управляемого взаимодействия большого числа тактиче-
ских единиц. Боевая группа, состоящая из трех (были
сторонники и четырех) кораблей, в большей мере позво-
ляла им взаимодействовать друг с другом, или, как
писал коммандер Ноэль в своих «Рассуждениях», «дей-
ствовать тремя, как одним».
Французский адмирал Жюрьен де ля Гравьер считал,
что в эскадре тактическую единицу должны были обра-
зовать два или три броненосных корабля. В эскадре, по
его мнению, следовало иметь от 6 до 12 кораблей. Флот
должен был состоять из нескольких эскадр, каждой из
которых в бою следовало маневрировать отдельно, но в
интересах решения общей задачи, поставленной главно-
командующим *. Мысль, безусловно, правильная, но для
ее реализации в боевых условиях нужна была надежная
связь не только внутриэскадренная, но и между раздель-
но маневрировавшими эскадрами. Такая связь появи-
лась только через 30—35 лет.
Крупнейшим недостатком значительной части трудов
по морской тактике, относившихся к 70-м годам, было
стремление решать вопрос о целесообразности строев
преимущественно под углом зрения выгод и недостатков
их в эволюционном отношении без должного учета воз-
можностей оружия. В некоторых трудах рассмотрение
тактических вопросов подменялось исследованием бое-
1 Жюрьен ле ля Гравьер. Флот настоящего времени. Пер. с
франц. Спб., 1874.
74
йых эволюций. О способах действий в ночном бою обыч-
но почти ничего не говорилось. Считалось, что при вне-
запной встрече ночью единственно действенным оружием
является таран. После русско-турецкой войны под_влия-
нием опыта боевого применения русским ,флотрм_насту-
пательного минного оружия усилилось внимание к спо-
собам использования миноносок и минных катеров в
ночном бою,
"Бомбардирование береговых объектов считалось од-
ним из основных видов боевой деятельности броненос-
ных флотов периода 60—70-х годов. Так, например,
французский адмирал Об считал, что броненосные фло-
ты, эти хозяева моря, обратят свое оружие за неимением
противника на море против всех прибрежных городов,
укрепленных и неукрепленных, мирных и немирных,
сжигая, разрушая и истребляя их без милосердия. Так
делалось, заявлял он, в прежнее время, делается теперь
и будет делаться в будущем ’. Примерно такие же взгля-
ды высказывались и некоторыми другими военно-мор-
скими деятелями и теоретиками. Не останавливаясь на
циничной сущности этих взглядов, заметим лишь, что
они не были подтверждены разработкой способов дейст-
вий броненосных кораблей при осуществлении бомбар-
дировок городов. Причиной этого было то, что за период
от бомбардировки французскими плавучими броненос-
ными батареями береговых укреплений Кинбурна в
1855 г. и до бомбардировки фортов Александрии в 1882 г.
(включительно) считалось, что броненосцы могут выдер-
жать почти любое состязание с береговой артиллерией.
В этом убеждении особое значение имел опыт граждан-
ской войны в Северной Америке, несмотря на то что спе-
цифика обстановки этой войны не позволяла делать
слишком общие выводы. Так, например, 7 апреля 1863 г.
при атаке северянами фортов у входа в Чарлстон в семь
их мониторов попало 256 снарядов (из общего количе-
ства 2230, выпущенных береговой артиллерией южан).
Ни один из снарядов не пробил брони кораблей, хотя в
течение 2 ч они выдерживали огонь противника на рас-
стоянии 5 каб, так как береговая артиллерия южан рас-
полагала только двумя более или менее современными
1 Amiral Aube. La guerre maritime et les ports militaires de la
France. Paris. 1882.
75
178-мм нарезными орудиями Брука. Все остальные ору.
дня были старыми чугунными, переделанными в нарез-
ные, пушками и гладкоствольными гаубицами. Ничтож-'
вое воздействие на броню мониторов эскадры адмирала
Фаррагута произвели и снаряды береговой артиллерии
южан в бою у форта Мобиль 5 августа 1864 г., а также
на броню кораблей эскадры адмирала Портера при дву-
кратной атаке форта Фишер 25 декабря 1864 г. и 15 ян-
варя 1865 г. Опыт этой войны, казалось, был подтверж-
ден в войне между Парагваем и Бразилией в 1868 г., в
которой действия гладкоствольной артиллерии парагвай-
цев почти не принесли вреда бразильским мониторам1.
На основании результатов этих войн делался вывод, что
броненосцы могут вести огонь по береговым объектам с
короткой дистанции, не опасаясь огня даже крупнокали-
берной береговой артиллерии.
Такие взгляды сохранились до середины 80-х годов.
Однако опыт русско-турецкой войны 1877—1878 гг. дал
основания сделать иные выводы, более отвечавшие тел
сдвигам, которые произошли в течение 70-х годов в об-
ласти оружия и боевой техники. Уничтожение 11 мая
1877 г. турецкого монитора «Люфти-Джелиль» в ре-
зультате попадания в его палубу снарядов русских
24-фунтовых пушек осадной артиллерии и 152-мм мор-
тир показало, что более совершенная береговая артилле-
рия может серьезно противодействовать бомбардирую-
щим броненосным кораблям. Навесной огонь артиллерии
с берега оказался наиболее опасным для них. Такой же
вывод мог быть сделан и из опыта обороны Одессы,
Очакова, Севастополя и некоторых других пунктов рус-
ского Черноморского побережья. Тем не менее резуль-
таты русско-турецкой войны в отношении организации
обороны побережья не были учтены крупными флотами
того времени — английским и французским. Дешевые
лавры французов при бомбардировке Сфакса в 1881 г. и
англичан при бомбардировке египетских фортов в Алек-
сандрии в 1882 г., казалось бы, позволяли считать, что
существенных перемен в способах действий флота про-
тив берега не произошло. На самом деле изменилось
многое. В частности, с развитием береговой артиллерии
‘ Технический обзор морских сражений последнего времен’
(извлеч. из соч. А. Ледье), с. 6—8, 10—11.
76
в ее пользу изменилось соотношение огневой мощи с ко-
рабельной артиллерией броненосцев. Кроме того, совер-
шенствование мин заграждения и возможность исполь-
зования их значительного количества грозило стеснить
свободу действий бомбардирующих кораблей, в особен-
ности выбора ими дистанций стрельбы по берегу.
Однако все эти изменения в способах действий при
бомбардировке береговых объектов, так же как и наибо-
лее существенные изменения в тактике броненосного
флота в целом, были осознаны со значительным опозда-
нием. Увеличивавшееся с каждым годом ускорение раз-
вития боевой техники требовало соответствующего уве-
личения темпов развития форм и способов боевых дей-
ствий, а с этим тактика броненосного флота 70-х годов,
впрочем, как и 80-х, не справилась.
Глава 3
РАЗВИТИЕ ТАКТИКИ БРОНЕНОСНОГО ФЛОТА
В 80-е ГОДЫ XIX ВЕКА
Последние десятилетия XIX века характеризовались
крупными техническими достижениями во всех отраслях
промышленного производства. Это способствовало даль-
нейшему развитию кораблестроения, оружия и боевой
техники флота. Но в отношении развития его тактики
80-е годы занимали промежуточное положение. До
1885 г. общая направленность развития тактики, по су-
ществу, оставалась той же, что и в 60—70-е годы. Одна-
ко промышленный прогресс, особенно во второй полови-
не 80-х годов, позволил создавать более мощные боевые
корабли, обладавшие развитыми средствами удара, на-
дежной защитой, более высокой скоростью и лучшими,
чем прежде, мореходными качествами. Появление таких
кораблей открывало новые возможности их боевого ис-
пользования. Однако предвзятые суждения и тактиче-
ские импровизации, основанные подчас лишь на удачных
результатах одиночных боевых столкновений, только по-
степенно уступали место более обоснованным формам и
способам боевых действий на море. Во второй половине
десятилетия паровой броненосный’ флот начал превра-
щаться в однородный надводный флот.
Развитие корабельной артиллерии. Важнейшими мо-
ментами в развитии корабельной артиллерии в 80-е го-
ды, оказавшими существенное влияние на морскую так-
тику, были:
—	унификация системы орудий почти во всех флотах
крупных морских держав (переход к системе орудий, за-
ряжавшихся с казенной части, с мелкими парезами и
снарядами с медными ведущими поясками);
—	быстрое совершенствование производства орудий,
благодаря которому непрерывно улучшались их балли-
стические качества;
78
—	'появление бездымного пороха и бризантных
взрывчатых веществ;
—	совершенствование станков орудий, и в частности
барбетных и башенных установок;
—	выбор главного калибра на броненосцах и после-
довательное повышение значения орудий среднего ка-
либра;
—	появление скорострельных пушек мелкого калиб-
ра и повышение скорострельности орудий всех ка-
либров.
Катастрофа на английском броненосце «Тандерер»
2 января 1879 г. (разрыв 38-тонногб 318-мм нарезного
орудия, заряжавшегося с дульной части, в результате
чего на броненосце 12 человек было убито и 12 ранено)
наконец заставила британское адмиралтейство перейти
к пушкам, заряжавшимся с казенной части. В 80-е годы
английский флот, численно превосходивший флоты своих
вероятных противников, долгое время уступал им в ка-
честве орудий. Первые крупные орудия, заряжавшиеся
с казенной части, которые появились у англичан в
1880—1881 гг., имели длину 25 калибров,тогда как такие
же русские и французские пушки еще в конце 70-х годов
были длиной 28—30 калибров, что обеспечивало им
большую дальность полета снаряда и большую живую
силу снаряда. В 80-е годы длина орудий русской кора-
бельной артиллерии возросла до 35 калибров в связи с
применением медленно горевших бурых порохов. В пе-
риод с 1884 по 1889 г. были изобретены основные типы
бездымных порохов, которые вскоре сыграли исключи-
тельно важную роль в совершенствовании морской ар-
тиллерии и оказали существенное влияние на развитие
морской тактики. Основными преимуществами бездым-
ных порохов, имевшими тактическое значение, были пре-
восходство в 2—3 раза по силе, что обеспечивало увели-
чение дальности стрельбы, а также меньшая угроза
взрыва их при попадании в корабль вражеских снаря-
дов. Применение бездымных порохов почти во всех стра-
нах относится к самому началу 90-х годов. В России в
результате исследований, проводившихся под руковод-
ством профессоров Д. И. Менделеева и И. М. Чельцова,
в 1892 г. научно-технической лабораторией морского ми-
нистерства был разработан способ валового получения
79
пироколлодийного бездымного пороха, обладающего
отличными качествами ’.
Улучшение обработки пушечной стали позволило уве-
личить начальную скорость снаряда до 630—700 м/с и
перейти к более совершенной технологии производства
орудийных стволов (введение внутренних труб, более
прочной и удобной системы скрепления орудии и т. д.).
Успехи в металлургии позволили в конце 80-х годов зна-
чительно повысить пробивную способность снарядов.
Старые бронебойные снаряды из закаленного чугуна
могли пробивать довольно толстую железную броню, по
разбивались при ударе в сталежелезные плиты. Возник-
ла необходимость в изготовлении бронебойных снарядов
из закаленной стали высокого качества. Такие снаряды,
как, например, бронебойный снаряд Гольцера, создан-
ный в 1889 г., могли пробивать сталежелезные броневые
плиты толщиной до 1,5 своего калибра.
Производство стальных снарядов калибром от 152 до
234 мм началось на Обуховском заводе в Петербурге с
1883 г., но только в 1886 г. наметился перелом в техно-
логии их производства. В 1888 г. возникла необходи-
мость в изготовлении стальных бронебойных снарядов
для 305-мм орудий. Заказ на такие снаряды был выдан
Путиловскому и Пермскому заводам1 2. Для уменьшения
потери скорости полета при стрельбе на больших дистан-
циях масса снарядов была увеличена путем их удлине-
ния (так, например, снаряд 152-мм пушки, имевший
длину 2,5 калибра, был заменен снарядом длиной в 4 ка-
либра). В 1889 г. на вооружение русского флота были
введены фугасные бомбы (снаряды) и сегментные шрап-
нели.
Успехи в химии взрывчатых веществ, которыми были
примечательны 80-е годы, позволили резко увеличить
разрушительное действие артиллерийских снарядов.
В 1886 г. известный французский химик Тюрпен предло-
жил использовать для их снаряжения пикриновую кис-
лоту. Вскоре различные пикросплавы (мелинит, экразит,
лиддит и т. п.) получили широкое распространение во
1 Я цы но Г. И. Очерки современной морской артиллерии.—
«Морской сборник», 1901, № 4—7.
2 История Обуховского сталелитейного завода.— «Морской
сборник», 1902, № 2.
80
всех странах при производстве фугасных и бронебойных
снарядов, которые прежде начинялись черным порохом
или пироксилином. Применение снарядов, снаряженных
бризантными взрывчатыми веществами, обеспечивало не
только большое разрушительное действие при проникно-
вении через слабо бронированные или незащищенные
части корпуса и палубы кораблей, но и способствовало
проламыванию такими снарядами брони. В России в те-
чение 80-х годов велись работы по снаряжению крупно-
калиберных снарядов пироксилином, а в конце этого де-
сятилетия— и мелинитом.
Увеличение начальной скорости, оказавшей непосред-
ственное влияние на рост дальнобойности орудий и по-
вышение пробивной способности снарядов, усиление фу-
гасного действия последних и, наконец, возрастание
скорострельности в значительной мере увеличили возмож-
ности корабельной артиллерии, которая к концу 80-х го-
дов была близка к преодолению своей соперницы — бро-
ни. Однако прогресс в области металлургии в то же вре-
мя благоприятствовал созданию более прочных сталь-
ных броневых плит, изготовление которых в широких
масштабах началось в 90-е годы.
Рост мощности артиллерийских орудий был неизбеж-
но связан с усилением реакции выстрела на станок и
увеличением отката, что вызывало потребность в даль-
нейшем совершенствовании орудийных установок. Кро-
ме того, их совершенствование вызывалось настойчивым
требованием повышения скорострельности, которая про-
должала оставаться низкой. Достаточно сказать, что в
начале 80-х годов из 228-м м орудия можно было произ-
вести один выстрел в 10 и даже 15 минут из-за медлен-
ного заряжания и медленной наводки, а также необхо-
димости при стрельбе дымными порохами после каждого
выстрела прочищать (банить) канал орудия.
В результате длительной работы по созданию более
совершенных железных орудийных станков появились
фрикционные тормозные поглотители отката, а затем
гидравлические компрессоры и пружинные накатники.
В русском флоте для 203-м м орудий использовались бор-
товые прочные, простые и удобные в обращении станки
системы Вавассера, а с 1887 г. для 228-, 203- и 152-мм
орудий —более усовершенствованные станки Вавассе-
ра—Дуброва. Станки для 203- и 152-мм орудий имели
6 Зак. 519	qi
щиты, укрывавшие орудийные расчеты от ружейного
огня
Барбетные установки для орудий крупных калибров
были оборудованы паровыми гидравлическими и ручны-
ми устройствами управления. На эти установки стали
устанавливаться механические скрывающиеся станки
(системы Монкриди во Франции и Ренделя в Англии).
В конце 80-х годов на барбетных установках появились
броневые колпаки, и такие установки начали называться
барбетными башнями. В русском флоте они были при-
менены на броненосцах «Николай I» и «Александр II».
Кроме барбетных применялись и закрытые башни с цен-
тральным поворотным барабаном и роликовой круговой
опорой на верхнем крае неподвижной брони, с подачей
боезапаса через специальную трубу. В башенных уста-
новках применялось паровое, гидравлическое и ручное
управление заряжанием и наведением. Но из-за того, что
для заряжания крупных орудий в башнях или на барбе-
тах их каждый раз приходилось приводить к определен-
ному углу возвышения (снижения), этот процесс и по-
следующее наведение на цель значительно замедлялись.
Борьба за увеличение скорострельности крупнокалибер-
ной артиллерии во всех флотах продолжалась в течение
всего десятилетия, и к концу его были достигнуты неко-
торые успехи. Так, например, на опытных стрельбах в
Англии 410-мм (110-тонное) орудие производило один
выстрел в три минуты, а 305-мм (45-тонное) — в Две ми-
нуты. В обычных условиях скорость стрельбы из таких
пушек была несколько ниже и, по-видимому, не превосхо-
дила одного выстрела в три-четыре минуты. Скоро-
стрельность орудий среднего калибра в течение первой
половины 80-х годов была значительно выше, однако она
все же не могла считаться достаточной. Появление мо-
реходных миноносцев и возможность использования их
не только в прибрежном районе, но и в открытом море
для массированных торпедных атак броненосных кораб-
лей поставили на очередь создание более эффективных
средств.
Поиски решения проблемы скорострельности _нарез-
начались еще в 60-е годы и особенно
1 История Обуховского сталелитейного завода. — «Морской
сборник», 1902, № 2.
82
активизировались с появлением^ наступательного минно-
го оружия .’"Этом у бл агоприятствова ло создание_унитар-
HQ.ro...патрона для орудии^ с_ появлением .которого почти
во всех крупных странах началось создание_скорострель-
пых_ор_удий. Для решения этой задачи требовались
новые системы орудийных станков, заряжающих и при-
цельных приспособлений. Малокалиберные скорострель-
ные пушки, созданные к концу 70-х годов, не отвечали
своему назначению, так как имели ничтожный калибр
(11,4; 16,7; 25,4 мм). Это заставило увеличивать их ка-
либр.
В_русском_флоте для отражения минных атак.в на-
ча ле_	_ применялись 4-фунтовые _ нарезные
пушки, станки которых были, приспособлены для стрель-
б.ы_на больших , углах возвышения и снижения, что
позволяла.вести..огонь по_н.еприатель.ским~миноноскам с
м.оментд_их_ойиа.р.ужения.^1. дсгшодходд-почти-вплотнук).
В конце 70-х годов в русском флоте испытывались
63,5-мм одноствольная пушка Барановского, 44-мм пуш-
ка Энгстрема и многоствольные картечницы Пальмкран-
ца и Гочкиса. Пятиствольные револьверные 37-мм пуш-
ки (картечницы) Гочкиса, производившие 32 выстрела
в минуту, после ряда испытаний в 1879 г. были приняты
на вооружение, и заводы Гочкиса получили заказ на их
изготовление. С 1886 г. производство таких пушек было
организовано на Тульском оружейном заводе.
Во второй половине 80-х годов все флоты имели на
вооружении не только револьверные пушки калибра
16,7; 25,4; 37 мм, но и одноствольные пушки различных
систем \ скорострельность которых была в пределах от
10 до- 20 выстрелов в минуту. После сравнительных
Испытаний 37- и 47-мм пушек Гочкиса, а также 25- и
42-мм пушек Норденфельдта в русском флоте в 1884 г.
' пушки Гочкиса были признаны лучшими, как наиболее
отвечавшие требованиям отражения атак миноносцев2.
Важнейшие тактико-технические данные морской
артиллерии военно-морских флотов периода 80-х годов3
показаны в табл. 5.
1 Гатлинга, Норденфельдта, Гочкиса, Гарднера, Максима и др.
2 История Обуховского сталелитейного завода. — «Морской
сборник», 1902, № 3.
3 Для составления таблицы были использованы издания: «Мор-
СК\? Уорник», 1881—1889; Военные флоты иностранных государств
и Морская справочная книжка на 1891 г.; Naval Annual, 1901.
6*	83
оо
Таблица 5
ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ КОРАБЕЛЬНОЙ АРТИЛЛЕРИИ 80-Х ГОДОВ
Страна	Калибр ору- дия. мм (дюймы)	Длина ору- дия, калибры	Масса ору- дия, т	Масса сна- ряда, кг	Начальная скорость, м/с	Число выст- релов в ми- нуту	Примечания
Россия	305 (12)	35	55,4	325	637	0,3	Спроектировано для броненосцев «Алек- сандр 1Ь, «Нико-
	228 (9)	35	22,5	123	650	0,4	лай I»
	203 (8)	- 35	13,5	85,8	660	0,4	
	152 (6)	35	6,5	40,5	645	1,2	Чертеж полковника
	63 (2,51	19	од	2,5	370	3—4	Бринка — 1886 г. Пушка Барановско-
	47(1,85) 37Д.45)	25	0,51	1,1	700	19	го Одноствольная
		22,8	0,3	0,5	442	32	Пятиствольная
Франция	340 (13,4)	28,5	52,2	416,25	600	0,16	Обр. 1881 г
	340 (13,4) 270 (10.8) 65 (2,6)	' 42 45 50	60 • 31,1 0,54	416,25 214,2 3,9	780 800 672	0,25 0,25 6	Обр. 1887 г. Обр. 1887 г. Обр. 1888 г.
Англия	343 (13,5)	30	69 и 67	560	614	0,17	
	ЗОо (12)	25	46 и 45	321,3	580	0,17	
	305 (12)	35	46	382,5	720	0,25	
Продолжение
Страна	Калибр ору- дия, ММ (дюймы)	Длина ору- дия, калибры	Масса ору- дия, т	Масса сна- ряда, кг	Начальная скорость, м/с	Число выст- релов в ми- нуту	Примечания
Германия	254 (10) 203 (8) 152 (6) 127 (4,7) 102 (4) 57 (2,2) 47 (1,85) 37 (1,45) 25(1) 280(11) 238 (9,4) 150 (5,9) 105(4,1) 87(3,4)	32 29,6 26 40 40 43 40 25 42 • 35 40 . 40 32,2 21.4	29 15 5 21 1,3 0,4 0,2 0,03 0,08 43,2 25,8 5,6 1,25 0,44	225 94,5 45 20,4 - .п,з 2,7 1,5 0,5 0,2 252,9 193,6 45,6 18 6,7	620 655 600 670 700 555 585 458 650 720 720 620 470	0,25 1 2 3 3 6 9 10 - 20	Скорострельные пушки обр. 1886— 1890 гг. Двуствольная пуш- ка Обр. 1889 г. Обе пушки имели тяже- лые и легкие снаря- ды (длиной 2,8 и 3,5 калибра)
Прогресс в области металлургии и артиллерийской
техники постепенно позволял увеличивать разрушаю-
щую мощь орудий без дальнейшего роста их калибра.
Это обстоятельство позволило во второй половине 80-х
годов остановиться в выборе главной артиллерии бро-
неносцев. Тенденция роста калибра главной артиллерии
броненосцев особенно проявилась в США во время
гражданской войны 1861 — 1865 гг. В конце 70-х годов
в Италии были построены броненосцы типа Дуилио,
в 1880—1885 гг. — типа «Лепанто» и «Андреа Дориа»,
вооруженные 431-мм пушками. В начале 80-х годов
англичане построили броненосец «Инфлексибль» с че-
тырьмя 406-мм (80-т) пушками, а затем броненосцы
типа «Бенбоу» и «Викториа», имевшие по две 410-мм
(110-т) пушки. Это были последние броненосцы с ору-
диями такого большого калибра. На последующих
сериях кораблей этого класса англичане устанавливали
орудия не свыше 343 мм. Как показал дальнейший опыт
развития броненосных кораблей, калибр орудий главной
артиллерии броненосцев (затем линейных кораблей) и ।
броненосных крейсеров (затем линейных крейсеров)
всегда определялся результатами борьбы артиллерии
с броней на данном этапе. По мере роста огневой мощи
орудий рост их калибров прекращался, вслед за этим
возникла даже тенденция к их уменьшению. Необходимо
заметить, что в России и Германии взгляды в отношении
главной артиллерии в течение 80-х годов оставались не-
изменными. Русский флот продолжал придерживаться
305-мм, а германский — 238-мм орудий. В США до
начала 90-х годов строили только броненосцы береговой
обороны, на которых главная артиллерия состояла из
305- или 254-мм орудий.
Несмотря на быстрое развитие материальной части
корабельной артиллерии, способы стрельбы на море
развивались крайне медленно. Основываясь на взглядах
таранной тактики, большинство военно-морских автори-
тетов в 70-е годы и первой половине 80-х годов придер-
живались мнения, что артиллерийский огонь должен
вестись преимущественно залпами, которые в бою сле-
дует производить по траверзу или на носовых курсовых
углах, близких к траверзу. Один из английских военно-
морских теоретиков — Ноэль предлагал при использо-
86
вании артиллерии в бою руководствоваться следующими
шестью правилами1:
—	не открывать огня до тех пор, пока не будут
достигнуты условия полной вероятности эффективного
использования артиллерии;
—	залповые (крупнокалиберные) орудия должны быть
всегда установлены в пределах курсовых углов 90—75°;
— стрелять следует залпами;
—	при маневрировании по кругу или при движении
на параллельных курсах и в одиночном бою с кораблем
противника следует вести беглый огонь;
—	беглый огонь может вести поврежденный в бою
корабль;
—	огонь следует сосредоточивать на слабейших ча-
стях корабля противника.
В 1880 г. на кораблях русского флота появились при-
боры ’А. П. Давыдова, позволявшие управляющему
огнем (старшему артиллерийскому офицеру) определять
необходимый курсовой угол, угол возвышения орудий и
момент залпа. По существу, они • представляли собой
простейшее устройство центральной наводки. По мнению
русских морских артиллеристов, преимущество залповой
стрельбы заключалось в следующем:
—	успешность стрельбы была больше, чем при
стрельбе беглым огнем;'
—	вследствие большой кучности падений снарядов
управляющему огнем было легче судить об истинном по-
ложении снопа траекторий относительно цели;
—	обеспечивалась возможность одновременного
сосредоточения огня нескольких кораблей по одной
цели;
—	дым в меньшей степени мешал стреляющему ко-
раблю;	ч
—	вероятность же стрельбы по своему кораблю или
миноносцу была значительно меньшей2.
1 Noel G.H.U. The gun, ram and torpedo. Portsmouth. 1885.
2 Ефремов А. И. Из истории развития правил стрельбы ар-
тиллерии.— «Морской сборник», 1949. № 9: Дунаев А. И., О р-
т е н б е р г Л. А., Шурупов А. Г. Разработка способов исполь-
зования артиллерии русского парового и броненосного флота.—
«Морской сборник», 1952, № 4; Григорьев А. А. О передовой
роли отечественных ученых в развитии теории артиллерийской
стрельбы.— «Морской сборник», 1952, № 5.
87
В то же самое время отмечалось, что успешность
залповой стрельбы во многом зависела от степени под.
готовленности управляющего огнем и от живучести при-
боров. По мере дальнейшего совершенствования кора-
бельной артиллерии и появления скорострельных орудий
изменялись взгляды на способы ведения огня. Возникла
мысль о необходимости децентрализовать управление
артиллерийским огнем корабля, оставив за управляю-
щим огнем указание цели, дистанции до нее и введение
поправок на ход своего и неприятельского корабля на
целике. Каждый комендор, производя выстрелы по го-
товности орудия, должен был сообразовываться с па-
дениями своих снарядов. Такой способ ведения беглого
огня предполагался возможным на дистанции не свыше
10 каб. Само собой разумеется, что подобная стрельба
могла быть сколько-нибудь успешной лишь при высокой
подготовке комендоров. В то же самое время ведение
беглого огня не исключало и залповой стрельбы при
больших дистанциях
Последовательное увеличение скорострельности ору-
дий всех калибров и возросшие дальности стрельбы уже
к концу 80-х годов показали явное несоответствие раз-
вития техники корабельной артиллерии и тактики ее
применения в бою. Способы стрельбы явно отставали,
нужны были дополнительные усилия по созданию кора-
бельных дальномеров, более совершенных приборов
управления огнем и оптических средств наблюдения.
Требования ко всем этим средствам должна была дать
тактика. Однако она вследствие отсутствия полноценно-
го боевого опыта запоздала в определении этих требо-
ваний почти на десятилетие. Лишь результаты боев
японо-китайской войны 1894—1895 гг. и испано-амери-
канской войны 1898 г. заставили почти все флоты обра-
тить на это особое внимание.
Развитие минного оружия. Средствами наступатель-
ного минного оружия на протяжении всего десятилетия
продолжали оставаться торпеды, метательные, шестовые
и буксируемые мины. Две последние из них во второй
половине 80-х годов в значительной мере утратили свое
прежнее значение и остановились в своем развитии.
1 Ефремов Л. И. Из истории развития правил стрельбы ар-
тиллерии. — «Морской сборник», 1949, № 9.
88
Наибольшее внимание в большинстве крупных флотов
уделялось торпеде, основным положительным свойством
которой была возможность разрушения наиболее уязви-
мой подводной части корпуса корабля. Предполагалось,
что попадание торпеды в корабль любого класса либо
уничтожит его, либо надолго выведет из строя. К поло-
жительным свойствам торпеды относили также возмож-
ность использования ее с кораблей всех классов, в том
числе и самых малых. Применение торпеды с минных
катеров в условиях малой видимости, в которых кора-
бельная артиллерия в значительной степени теряла свою
эффективность, увеличивало вероятность достижения
успеха атаки. Торпеды 80-х годов имели недостатки:
малую скорость и дальность хода, что превращало это
оружие в средство ближнего боя, а также небольшую
вероятность попадания.
Несмотря на признанное значение торпеды, она со-
вершенствовалась очень медленно. Прибор Обри еще не
был изобретен, и торпеды при вылете из аппарата часто
отклонялись в сторону до 30°.
Тактико-технические данные торпед того времени,
находившихся па вооружении русского флота, приведе-
ны в табл. 6.
Таблица 6
ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ ТОРПЕД
РУССКОГО ФЛОТА‘
Образец торпеды	Калибр, см	Длина, и	Масса, кг	Масса бое- вого заряда, кг	Скорость, уз	Дальность хода, и	Примечания
1886 1889	35,5 37,5	3,35 5,6	136 400	8 80	6.7 22,5	700 540	Для минных ка- теров. Боевой за- ряд— пироксилин Для миноносцев и миноносок. Бое- вой заряд—пиро- ксилин
‘ Кузьмин Л. В. Записки
М.—Л., Воснморнздат, 1939, с. 24.
по истории торпедных катеров.
89
Примерно такими же торпедами располагали и дру.
гие флоты. Так, например, английский флот в конце
80-х годов имел на вооружении торпеды со скоростью
около 25 уз, зарядом в 30 кг и дальностью хода около
570 м, но стрельба на этой дистанции была малоуспеш-
ной, даже если велась по кораблю, стоящему на якоре.
Практически предельной дальностью стрельбы по
подвижной цели англичане считали 400 м.
Зависимость скорости и дальности хода торпед от
емкости резервуара сжатого воздуха вызывала необхо-
димость дальнейшего увеличения их калибра. В 1889 г.
в России была осуществлена постройка единичных
/экземпляров 45-см торпед, которые, однако, появились
на вооружении только в 1896 г. Начиная с 18?9 г. в рус-
ском флоте проводилась настойчивая исследовательская
работа по изысканию более совершенных способов тор-
педной стрельбы в связи с тем, что главной задачей
миноносцев и миноносок являлась атака неприятельских
кораблей на ходу в море и в прибрежном районе. Такой
вид использования их оружия признавался основным1.
Недостаточная скорость торпеды, почти исключавшая
возможность успешной стрельбы на ходу даже при не-
большой скорости атакующего корабля, вынуждала
искать такие способы, при которых боковое перемеще-
ние цели было бы незначительным. Первоначально был
предложен способ стрельбы по движущемуся кораблю
на его курсовом угле 0°. Считалось, что невыгоды малой
рабочей ширины цели будут возмещены отсутствием
бокового перемещения. Но такой способ стрельбы не
учитывал значения угла встречи торпеды с целью.
В 1882 г. был предложен способ комбинированной
атаки корабля противника, находящегося на ходу, мета-
тельными минами и торпедами. Атака осуществлялась
двумя группами миноносок, одна из которых стреляла
метательными минами, а другая — торпедами. Задачей
группы миноносок с метательными минами было лише-
ние противника хода, а группы, стрелявшей торпеда-
ми,— уничтожение корабля противника, потерявшего
ход. При чрезвычайно малой дальности стрельбы
метательными минами (около 50 м) успех такой атаки
1 Известия минного офицерского класса. Вып. 9, 1883.
90
был маловероятен, а с появлением скорострельных
пушек почти невозможен. Лейтенант русского флота
Н. Н. Азаров сконструировал прицел для миноносцев,
вооруженных носовыми торпедными аппаратами, кото-
рый он опробовал в 1883 г. на миноносце '«Взрыв».
В 1887 г. на вооружение русского флота поступил при-
цел, созданный лейтенантом Нидермиллером 2-м.
Неоднократно модернизированный, этот прицел просу-
ществовал более 50 лет. Следует заметить, что в деле
разработки теории стрельбы торпедами и использования
м и но н ос це в русские были впереди других флотов.
В известных зарубежных трудах по морской тактике,
относящихся к концу 70-х годов и к 80-м годам, теоре-
тическим обоснованиям применения торпедного оружия
уделялось очень мало внимания. Исключением из этого
был труд по морской тактике австро-венгерского офи-
цера Атльмайера *, в котором, правда, весьма упрощен-
но излагались теоретические соображения по стрельбе
одиночной торпедой. Атльмайер на основании расчетов
пришел к выводу, что при прицельной стрельбе по дви-
жущейся цели дистанция залпа должна быть 0,7—
1,8 каб. При скорости цели более 11 уз попадание тор-
педой он считал маловероятным.
При исследовании вопросов, связанных с примене-
нием торпеды, считалось, что она будет использоваться
не только с миноносцев, но и с больших кораблей. Исхо-
дя из взглядов, сложившихся в 70-е годы, когда считали,
что бой в море с началом огневого соприкосновения
сторон распадается на ряд таранно-артиллерийских
боев между одиночными (или двумя против одного)
кораблями, предполагалось, что способы их действий
для использования торпеды будут почти такими же, как
при таранном ударе или при уклонении от него, поэтому
допускалась возможной стрельба не только из носовых
торпедных аппаратов при сближении, но и из кормовых
при уклонении от таранного удара противника. При
расхождении с противником на контркурсах полагали
возможной стрельбу и из бортовых торпедных аппара-
тов. Эти рассуждения приводили к выводу, что на бро-
1 Atllmayer F. Sludien fiber Seetaktik und den Seekrieg mit
den Kricgsmittcln dcr Neuzcit. Ober den Seekneg. Pola, 1878.
91
неносцах следует иметь носовой, четыре бортовых
(по два с борта) и кормовой торпедные аппараты1.
Необходимость при стрельбе торпедами сближаться
с целью на короткую дистанцию вызывала опасение,
что попадание снаряда в надводный торпедный аппарат
может вызвать взрыв торпеды. С появлением скорост-
рельной артиллерии такая угроза стала еще более
вероятной, поэтому поступили предложения заменить
надводные аппараты ^одводными.
Говоря о "средствах наступательного минного оружия
периода 80-х годов, следует упомянуть метательные
(инерционные) мины. По форме они были похожи на
торпеды, но не имели двигателя, а выстреленные из
аппарата пороховым зарядом, двигались по поверх-
ности воды. Русские метательные мины калибром 254 мм •
(10 дюймов), состоявшие на вооружении большей части
миноносцев, построенных в 1878—-1879 гг., и судовых
минных катеров2, были длиной несколько больше 2 м,
имели массу 72 кг, боевой заряд в 31 кг пироксилина и
дальность стрельбы около 50 м. В русском флоте с по-
явлением торпеды образца 1886 г. метательные мины
на судовых катерах постепенно были заменены"этой
торпедой. Метательные мины не были опробованы в бое-
вых условиях, и вряд ли можно было рассчитывать" на
успех их использования против броненосных кораблей,
так как они не обладали одним из наиболее важных
тактических свойств торпеды — способностью поражать
подводную часть корпуса корабля.
Недостаточное совершенствование торпеды и малая
надежность метательной мины‘способствовали тому, что
шестовые мины все же продолжали оставаться на воор у -
женин большинства флотов на протяжении не только
8б-х, ио и 96-х годов, В 1900 г. они были изъяты в рус-
ском флоте3, англичане и французы сняли их с воору-
жения только в 1902—1903 гг.
Опыт использования мин заграждения во. время
гражданской войны в Северной Америке и русско^туреи-
КОЙ_войны выявил необходимость увеличить скорость их
1 Клало И. Л. Морская тактика, ч. 3. Средства морского боя.
2 Клало Н. Л. Морская тактика (незаконченный курс). Спб.,
1902, с. 113.
3 Журнал морского технического комитета. 1900, 11 янв.
92
постановки. Для этого в перву10__очередь.требо.в_адо2Ь
автоматизировать постановку, чтобы исключить дли-
тельную процедуру измерения глубины места для каж-
д^^ины Отмеривание .минрепа соответствующей дли-
ны_и ввязывание его, раздельное сбрасывание минного
якоря.и самой мины.
В 1882 г. лейтенант русского флота Н. Н. Азаров
изоорел механизм, устанавливаемый на якоре мины.
Применение этого механизма допускало автоматическую
постановку мин на заданное углубление, что значитель-
но.увелйчивало скорость самой постановки
Автоматический якорь Азарова, основанный на прин:
ципе щтертогрузового-устройства, способствовал даль-
нейшему развитию мин заграждения, а вскоре был
использован и в большинстве иностранных.. флотов.
Якорные мины были преимущественно гальваноударны-
ми и гальваническими, взрывавшимися током с берега
или с корабля. Масса минного заряда колебалась в пре-
делах 30—35 кг, корпусамин были сфероконической или
сфероцилиндрической формы.
По развитию мин заграждения русский флот опере,- (|
жал иностранные. В 1888 г. на вооружение русского П
флота была принята новая сфероконическая гальвано-'
ударная мина с автоматическим якорем, которая оказа-
лась лучше германских мин Герца, считавшихся в то время
наиболее удачными. Однако боевой заряд в мине образ-
ца 1888 г. был недостаточным — всего 32 кг (пирокси-
лин). В 1889 г. в России были созданы первые шаровые /
мины, принятые на вооружение в 1891 г., позволявшие
увеличить заряд,. Опыт использования мин’ заграждения ’
во время русско-турецкой войны 1877—1878 гг., и в
частности оборудование вооруженных пароходов «Вес-
та» и «Владимир» устройствами для постановки мин,
привел к мысли о создании для этой цели специального
корабля, проект которого в 1888 г. был разработан
лейтенантом русского флота Степановым. На корабле
предусматривались большой минный запас и специаль-
ное оборудование"для" постановки мин на значительной
по тому .времени..скорости._Проект_ лейтенанта Степано-
1 Развитие минного оружия .» русском флоте. Документы. М .
Военмориздат, 1951. с. 224—225.
93
ва был принят. В 1889 г. были заложены минные транс-
порты «Буг» и «Дунай», представлявшие собой первые
в мире надводные заградители *.
ЬьД и5оле’е__ш_стал ым в отношен и и _ оборони тельного
минного___оружия___продолжал оставаться английский
флот. На его вооружение в то время были приняты
сферические гальваноударные. мины с ртутиыми замы-
кателям11__в£. _взр_ыддюд1е.м приспособлении и с боевым
зарядом.-около__30. кг. Эти мины не имели автоматиче-
ских якорей, так как англичане считали, что ни один
из образцов автоматических якорей не удовлетворяет их
требованиям. Отставание в развитии оборонительного
минного оружия объяснялось особыми взглядами бри-
танского адмиралтейства, считавшего, что английский
флот будет действовать преимущественно наступательно
. и в оборонительном минном оружии нуждается мало.
Англичане не имели специальных минных заградителей,
исходя из«того, что постановка минных заграждений мо-
жет осуществляться с минных плотиков броненосцев,
крейсеров и канонерских лодок, на которых следо в а л о
иметь постоянный судовой запас мин. Примерно таких
же взглядов придерживались и французы. А в ст р о - в е н-
герские и германские флоты приступилиЖГпостр'ойке
^надводных заградителей в начале ,90-х „годов"ГЧтобы
с удить о разнице в темпах минных постановок с в а д вод-
ных заградителей и с минных плотиков, приведем не-
сколько цифр, основанных на практике того времени.
Надводный минный заградитель мог поставить влече-
ние часа около 80—100.мин, т, е. постановка к а ж дой
м)шы--зднциа>’1а_ох35_до__36_с. Постановка мины с пло-
тика занимала 75 с, причем следует учестц что плотик
мог поднять всего 6—12 мин (в зависимости от величи-
ны составлявших его барказов), на прием с корабля
затрачивалось около 30 с на каждую мину. Наконец.
плотик, который буксировался паровым катером со ско-
ростью не свыше 6 уз, должен был совершить несколько
рейсов от своего корабля до места~постановки.
Наличие на боевых кораблях, в том числе и на рУс'
ских, запаса мин~ снаряженных пироксилин6мt не-
сомненно, увеличивало опасность детонаций при подры'
1 Павлович Н. Б. Надводные минные заградители (Очерк
развития и современного состояния), — «Судостроение». 1938, №
94
ве на МИ1|е_или в результате попадания снаряда или
т9Рп.е.ДЬ1,_ как .это и случилось впоследствии с эскадрен-
ным броненосцем «Петропавловск» 31 марта 1904 г.,
подорвавшимся на мине на внешнем рейде Порт-Арту-
ра. Однако считалось, что минные погреба броненосцев,
крейсеров и канонерских лодок надежны в отношении
живучести и вопрос о судовом запасе мин заграждения
не вызывал сомнении;.
Развитие средств борьбы с минами. По мере развития
минного оружия-развивались и средства борьбы с ним.
Наиболее эффективным средством борьбы с торпедами,
вернее, с их носителями — миноносцами и миноносками
являлась скорострельная артиллерия. Пассивными
средствами борьбы с торпедами, метательными и ше-
стовыми минами, а также с плавающими минами_цро-
должали оставаться боны и сети примитивных конструк-
ций. Разработка этих средств борьбы в крупнейших
морских странах началась со времен гражданской
войны в США, однако средства, созданные до русско-
японской войны, были малоэффективными и в боль-
шинстве своем очень громоздкими. Важнейшиш!_средст-
в а ми брр ь бы с мин а ми. за гр аж де и ня считались контр -
моды, тралы и ножницы различных систем. Все эти
средства позволяли обезвреживать минные заграждения
на незначительном участке, причем для этого требова-
лось много времени. Так, например, для создания в мин-
ном заграждении, состоявшем из одной линии прохода
шириной в 5 каб, требовалось 12—14 контрмин, взрывав-
шихся гальваническим путем. Если учесть, что контр-
мины _ устанавливались с минных, плоти ков, _.то__ можно
себе представить__продолжительность .. работы_ао их
постановке и степень риска в том случае, когда поста-
.новка таких мин должна была выполняться под огнем
„противника.
В 1882 г. на Черноморском флотебыли произведены
о пыты по использованию пироксилиновых'ракет> вы пух -
каемых с корабля или катера, для противоминных взры-
-Вов, Ракеты имели боевые заряды массой 8 и 18 кг и
дальность полета соответственно 730 и 1280 м В 1881 —
1882 гг. в русском флоте были разработаны три типа
1 Васильев И. II. Историческое развитие средств борьбы с
минами. — «Морской сборник», 1941, № 2, с. 56.
95
буксируемых тралов: тяжелый — для миноносцев и бук-
сиров, легкий — для самодвижущихся и гребных шлю-
пок и сетевой. Тралящие части первых двух типов
тралов были из пенькового троса длиной 183 и 137 м.
Сетевой трал предназначался для отвода с фарватеров
всплывавших мин. Большими недостатками всех этих
тралов была малая скорость их буксировки и трудность
использования в мелководных районах, т. е. как раз там,
где минная опасность была наибольшей.
В английском флоте к началу 80-х годов были при-
няты на вооружение тралы и дреки для обнаружения
мин, дреки с особым устройством для подрыва минре-
пов и контрмины. Примерно подобными же средствами
располагали французский, германский и другие флоты.
Одновременно с развитием буксируемых тралов в Рос-
сии и в Англии велись работы по конструированию режу-
щих тралов, что привело к созданию различных образцов
ножниц для перерезания минрепов. Так, например, в
русском флоте • производились длительные испытания
ножниц, сконструированных поручиком Емельяновым, а
затем генералом Заботкиным. Несовершенство таких
режущих систем (главным образом недостаточная ско-
рость траления и задевание буксируемых или толкаемых
ножниц за неровности дна) заставило в конце 80-х
годов отказаться от них, однако идея режущего трала
или охранителя продолжала жить и спустя четверть века
была реализована в России (змейковый трал и фортрал).
Развитие основных классов боевых кораблей. Не-
смотря на сравнительно быстрый прогресс морского
оружия и боевой техники, развитие боевых кораблей в
течение 80-х годов переживало период исканий в усло-
виях неустойчивости тактических взглядов и разноре-
чивости требований к основным классам кораблей. Это
прежде всего относилось к броненосцам. Целесообраз-
ный их тип мог быть создан при правильном решении
оптимального сочетания артиллерийского вооружения
корабля, его броневой защиты и достаточной скоростИ
хода с* хорошими мореходными качествами и да*пь'
ностыо плавания. Разноголосица в тактических взглядах
и требованиях к боевым кораблям, характерная Дл
конца 70-х годов, практически сохранялась и в начал
80-х годов. До этого времени из-за непрекращаюшн^
поисков наиболее удачного типа броненосца строил111
9G
преимущественно одиночные корабли этого класса. Лишь
в редких случаях одновременно закладывалось по два
таких корабля. С началом второй половины 80-х годов
постепенно определился тактико-технический профиль
броненосцев открытого моря, которые уже в последую-
щем десятилетии окончательно сложились в класс
эскадренных броненосцев (Россия и Франция) или ли-
нейных кораблей (Англия и Германия). Тактико-техни-
ческие данные наиболее характерных типов броненосцев,
построенных в этот период1, приведены в табл. 7.
Стремление вооружить броненосец возможно боль-
шим числом орудий крупного калибра наталкивалось
на весовые ограничения. Увеличение водоизмещения
броненосцев было сопряжено со значительными техни-
ческими трудностями, поэтому число орудий крупного
калибра на них могло быть лишь в пределах от двух до
четырех, максимум до шести.
Требование наиболее полного использования огневой
мощи орудий главной артиллерии на оба борта достига-
лось в результате установки их в башнях и на барбетах.
На башенных и барбетных броненосцах периода 60—
70-х годов орудия главной артиллерии устанавливались
обычно в средней части корабля, благодаря чему они
могли быть использованы на курсовых углах, близких
к траверзным, что полностью соответствовало взглядам
на способы ведения боя (повторные артиллерийские
атаки на контркурсах). Таранная тактика выдвинула
требование всемерного увеличения носового и кормово-
го огня броненосцев. Реализация этого требования на
броненосцах 80-х годов осуществилась путем эшелонно-
го, ромбического или полуромбического расположения
башенных или барбетных установок орудий крупных
калибров. Каждая из этих систем размещения главной
артиллерии имела свои достоинства и недостатки. Эше-
лонное расположение обеспечивало возможность исполь-
зования всей главной артиллерии с обоих бортов, а по
носу и по корме — лишь в относительно небольшом
диапазоне соответствующих курсовых углов. Ромби-
ческое размещение главной артиллерии обеспечивало
1 При разработке таблицы были использованы следующие источ-
ники: Военные флоты иностранных государств и Морская справоч-
ная книжка на 1891 г.; Naval Annual, 1901; «Морской сборник»,
1881—1889.
7 Зак. 519
97
ОСНОВНЫЕ ТИПЫ БРОНЕНОСЦЕВ КРУПНЕЙ
Страна	Название типового корабля	Год спуска на воду	Водоизмеще- ние. т	л Q н	Вооружение	
					артиллерийское: число орудий —। калибр, мм;длина (в калибрах), или масса, т	торпедные аппараты надводные подводные
Англия	„Бенбоу" (рис. 13)	1885	10600	17	2—413/110 т; 10—152/25; 12—57; 10—47	_5 0
	„Виктория"	1887	10470	17	2—413/110 т; 1—254/30; 12—152/26; 12—57; 12—47	Д 2
	„Нил" (рис. 14)	1888	11490	17	4—343/30; 6—120/40; 8-57; 11—47	_1_ 2
	»Худ“	1891	14150	17,5	4—343/30; 10—152/40; 10—57; 12—47	1 - 2
Италия	„Лепанто" (рис. 15))	1883	14400	18,4	4—431/27; 8—152/26; 4—120; 12—57; 28—37	_4 0
	„Андреа Дориа"	1885	11200	17	4—431/30; 2—152/26; 4—120; 10—57; 12—37	3 2 j 1
	„Ре Умберто"	1887	13900	20,3	4—343; 8—150/40; 16—120; 20—57; 10—37	3 2 1
98
Таблица 7
ШИХ МОРСКИХ СТРАН ПЕРИОДА 1881 — 1890 гг.
	Бронирование, мм				Примечания
	пояса	палубы	артилл. главного калибра	артилл. вспомога- тельного калибра	
	457—203 1(0.,45 ВЛ)	Карапасная 76—57, компаунд	355 (барбеты)'	25	Низкобортный броненосец
	457 457—406 (0,45 ВЛ}	Карапасная 76, ком- паунд	457 (барбеты)	76	На других ко- раблях вместо 2-413 были 2—343. Низкобортный ко- рабль
	125—100 457—203 (0,65 ВЛ)	Карапасная 76	457 (барбеты)	100	Низкобортный корабль
	125—100 457—203 (0,65 ВЛ)	Карапасная 76—50, компаунд	431	125—50 152—50	Башенный бро- неносец с умерен- ной высотой борта
	В районах машинно- котельн. устам. 406	Карапасная 76, стальная	480 (барбеты и трубы подачи)	•—	—
	Цитадель 450. ’ 530 (0,46 ВЛ)'	Карапасная	254		Цнтадельный броненосец
	100 100 (0,6 вля	Карапасная 105—50	350 (барбеты)		—
7*
99
Страна	Название типового корабля	Год спуска на воду	Водоизмеще- ние, т	Скорость хода, уз	Вооружение	
					артиллерийское: число орудий — калибр* мм: длина (в калибрах), или масса, т			 Т0Рпедцш| апнара^ Лалводтце п°Дводны^ —
Россия	„Чесма" (рис. 16)	1886	11396	15	6—305/30; 7—152/35; 8—47; 4-37	0 7
	„Император Александр II" (рис. 17J	1887	9244	15,3	2—305/30; 4—228/35; 8—152/35; 10—45; 8—37	СЛ | о
	„Двенадцать Апостолов"	1890	8709	16	4—305/30; 4—152/35; 12—47; 18—37	<=> |
	„Наварим" Грис. 18)	1891	10206	16	4—305/35; 8—152/35; 18—47; 12—37	<=> | «э
Франция *	„Гош" (рис. 191	1886 »	10800	16,2	9—343/21; 2—270/28; 18—140; 2—65; 8—47; 12—37	д 0
	„Марсо"	1887	10850	16	t 4—343/30; 17—140; 4—65; 12—47; 8—37	5 0
	„Бреннюс"	1891	11370	18	3—343/42; 10—160; 4—65; 14—47; 8—37	0 4
100
П родолжение
	Бронирование, им				Примечания
	пояса	палубы	артнлл. главного калибра	артнлл. вспомога- тельного калибра	
	406—203	57, ком- паунд	305 (барбеты}	305	—
	456—100	Компаунд	254	152—75	—
	356—305	Карапасная 50—60, компаунд	305—254	127	
		1 406—305	Карапасная 47—76, компаунд	305	127	Проект 1889— 1890 гг.
	, 457—25 /	Карапасная 76, ком- паунд	254	—	—
	457—305	Карапасная 76, ком- паунд	406	—	—
	120—100 457—300	65—76	406—305	100	Проект 1889— 1890 гг.
101
сильный огонь почти на всех курсовых углах, но вследст-
вие ограниченного числа орудий требовало установки
их в одноорудийных башнях или на барбетах, что в
значительной мере увеличивало массу артиллерийского
вооружения. На некоторых броненосцах, имевших по
два орудия крупного калибра (броненосцы типа «Вик-
ториа») или располагавших главной артиллерией сме-
шанного калибра (броненосцы типа «Александр И»),
сильный носовой огонь обеспечивался установкой двух-
орудийной башни в носовой части корабля.
Рис. 13. Броненосец «Бенбоу». Англия. 1885.
120 ММ
ЗЬЗмм
Рис. Н. Броненосец «Нил». Англия. 1888.
102
Рис. 15. Броненосец «Лепанто». Италия. 1883.
103
Рис. 17. Эскадренный броненосец «Император Алек-
. сандр II». Россия. 1887.
Рис. 18. Броненосец «Наварин». Россия. 1891.
104
Рис. 19. Броненосец «Гош». Франция. 1886.
Последовательное увеличение огневой моши кора-
бельной артиллерии, характерное для 80-х годов, сущест-
венно нейтрализовало крайние взгляды таранной так-
тики и способствовало возвращению к линейному раз-
мещению главной артиллерии в двухорудийных башнях,
расположенных в носовой и кормовой частях броненос-
цев. Такая система к концу десятилетия стала основной
на броненосцах русского, английского и итальянского
флотов. Французы еще долго придерживались главным
образом ромбической системы.
По мере увеличения огневой мощи орудий крупных
калибров на строящихся броненосцах увеличивали тол-
щину брони и одновременно вели усиленные поиски спо-
собов повышения ее устойчивости. Единства мнений по
вопросу о целесообразной системе бронирования кораб-
лей не существовало до конца 80-х годов. Так, например,
итальянские броненосцы типа «Лепанто» имели несколь-
ко 450-мм броневых цитаделей, защищавших машин-
но-котельные отсеки, погреба и систему подачи главной
артиллерии. Общая протяженность вертикальной бро-
невой защиты была 0.44 длины по ватерлинии, т. е.
носовая и кормовая части этих кораблей не были защи-
щены. Палуба «Лепанто» имела 76-мм карапасную бро-
105
ню. Броненосцы тина «Андреа Дориа» имели единую
450-мм броневую цитадель, защищавшую только сред-
нюю часть корабля (0,46 длины по ватерлинии).
Примерно так же были забронированы английские бро-
неносцы типа «Инфлексибль», «Бенбоу» и «Викториа»,
имевшие цитадели толщиной 500—400 мм. На броне-
носце «Инфлексибль» цитадель прикрывала только 17%
надводного борта. Русское и французское морские ми-
нистерства считали необходимым на строившихся бро-
неносцах иметь броневую защиту в виде пояса по всей
длине ватерлинии и местное бронирование наиболее
важных жизненных частей корабля, в частности погре-
бов и устройств подачи. Так, например, на русских
эскадренных броненосцах типа «Чесма» (1886) толщина
броневого пояса была 406—203 мм, типа «Николай I»
(1889) — 356—152 мм. На французском броненосце
«Гош» (1886) толщина броневого пояса была 457 мм.
Появление в 1889 г. первых цементированных сталени-
келевых броневых плит, устойчивость которых была зна-
чительно выше, чем у сталежелезной брони, в последую-
щем привело к уменьшению толщины вертикального
бронирования. Таким образом, во второй половине 80-х
годов в связи с прогрессом металлургии, технологии
производства орудий, броневых плит и достижений хи-
мии взрывчатых веществ открылись большие возмож-
ности увеличения огневой мощи артиллерии броненос-
цев и устойчивости их броневой защиты. При этом стало
более выгодным соотношение массы главного калибра
артиллерии броненосцев и общей массы брони.
Несколько по-иному решался вопрос о среднем ка-
либре артиллерии, которая в течение 70-х годов не счи-
талась существенным фактором в бою броненосцев, как
неспособная пробить броневой пояс неприятельского
корабля. Поэтому установка значительного числа орудий
артиллерии среднего калибра признавалась нецелесооб-
разной. Для отражения минных катеров и миноносок
считалось достаточным иметь малокалиберную артил-
лерию. Однако достижения в производстве орудий и
боеприпасов, значительно увеличившие боевые возмож-
ности артиллерии, способствовали изменению подобных
взглядов на роль средней артиллерии броненосцев.
Постепенно сложилось мнение, что артиллерия среднего
калибра может поразить незащищенные или прикрытые
106
тонкой броней участки наружного борта неприятельско-
го броненосного корабля, и поэтому ее задачей в бою
является разрушение всей посильной для ее снарядов
надводной поверхности корабля противника и пораже-
ние личного состава, не укрытого толстой броней.
Сторонники средней артиллерии не без основания
утверждали, что установка большего числа орудий та-
кого калибра позволит в определенный промежуток
времени выпускать большее количество металла и обес-
печит значительное число попаданий.
Увеличение водоизмещения и скорости миноносцев,
а также постепенный рост дальности хода торпед вызва-
ли необходимость в совершенствовании и увеличении
калибра до 47—60 мм скорострельной артиллерии, пред-
назначенной для отражения минных атак. Таким обра-
зом, прежняя малокалиберная артиллерия, обеспечивав-
шая отражение минных атак и поражение неукрытого
личного состава, постепенно стала приближаться по
своей боевой мощности к среднему калибру и образова-
ла противоминный калибр броненосцев. После маневров
английского флота в 1885 г., во время которых выяви-
лась недостаточная для отражения торпедных атак
огневая мощь малокалиберной скорострельной артил-
лерии, британское адмиралтейство пришло к заключе-
нию о необходимости увеличения калибра скорострель-
ных пушек. В 1886 г. па заводе Армстронга (Англия)
были изготовлены 102-мм, а затем 120-мм скорострель-
ные пушки, производившие 4—5 выстрелов в минуту,
тогда как орудия таких же калибров прежних образцов
могли делать 1—2 выстрела.
Возможность создания скорострельных орудий калиб-
ром свыше 75 мм повышала их роль в морском бою.
Рост скорострельности орудий среднего калибра позво-
лял надеяться, что с увеличением на броненосце числа
таких пушек можно достичь значительного преимущест-
ва в бою с типичными для того времени броненосными
кораблями, вооруженными четырьмя крупными орудия-
ми и четырьмя — шестью средними. Так, например,
восемь 152-мм пушек, обладающих скорострельностью
в три выстрела, в течение трех минут могли выбросить
металла в три раза больше, чем четыре 305-мм пуш-
ки, способные произвести в течение этого промежутка
времени только один залп. В связи с этим почти во всех
107
крупных флотах появились горячие сторонники средней
артиллерии, считавшие, что она должна рассматривать-
ся как главная артиллерия броненосцев. Приверженцем
такой точки зрения в русском флоте был генерал-лейте-
нант корпуса морской артиллерии Ф. В. Пестич, который
считал наивыгоднейшим калибром корабельной артил-
лерии такой, который в единицу времени может внести
внутрь корабля противника наибольшее количество ме-
талла и взрывчатого вещества и дать наибольшее число
пробоин на единицу поражаемой поверхности. Этим
условиям, по его мнению, отвечала артиллерия среднего
калибра, вследствие чего он отводил ей роль главной
артиллерии броненосцев *. Пестич еще раньше решитель-
но возражал против повышения калибра крупных
орудий, и его доводы, обоснованные расчетами, сыграли
свою роль. В русском флоте предельным калибром
орудий корабельной артиллерии до 1912 г. оставался
305-мм. Справедливыми были и суждения Пестича о
том, что основным критерием огневого могущества
артиллерии корабля должна служить масса металла и
взрывчатого вещества снарядов, выбрасываемых в еди-
ницу времени, а не масса залпа, как это было принято
раньше при механическом перенесении норм парусного
флота. Однако Пестич, как и многие другие его совре-
менники в русском и иностранных флотах, несколько
переоценивал значение средней артиллерии. Эта пере-
оценка, продолжавшаяся почти полтора десятка лет и,
казалось бы, нашедшая свое оправдание в результатах
боя при Ялуцзян 17 сентября 1894 г., основывалась на
временном перевесе артиллерии в ее борьбе с броней.
Этот перевес был обеспечен улучшением свойств орудий
морской артиллерии во второй половине 80-х годов, а
затем появлением баллистического наконечника снаря-
дов (в начале 90-х годов). Но при оценке значения
средней артиллерии в бою наряду с ее положительными
свойствами следовало бы считаться с неуклонным
повышением качества брони (появлением сталеникеле-
вых и цементированных плит). Перевес артиллерии в ее
борьбе с броней мог продолжаться лишь до тех пор,
пока на броненосцах не появилась броня повышенного
‘Черкасов 1-й. Элементарная и прикладная тактика. Спб.,
1909, с. 166.
108
качества. Успешность использования артиллерии сред-
него калибра, на которую так рассчитывали ее сторон-
ники, могла быть обеспечена лишь при сближении с
противником на относительно короткую дистанцию.
Переоценка возможностей средней артиллерии послу-
жила источником предвзятых суждений о боевых
дистанциях. Эти суждения продержались до русско-
японской войны. Официальные взгляды русского мор-
ского министерства в конце 80-х годов на строительство
броненосцев отразили колебания в выборе главного
калибра для кораблей этого класса. Принятое при
проектировании новых броненосцев для Балтийского
флота компромиссное решение относительно их артил-
лерийского вооружения оказалось неудачным. На бро-
неносцах «Александр II» (1887) и «Николай I» (1889)
было поставлено только по два 305-мм орудия, но зато
на них разместили четыре 228-мм и восемь 152-мм
пушек. На броненосце «Гангут» (1889) была поставлена
только одна 305-мм пушка и в то же время четыре
228-мм и четыре 152-мм орудия. Замена 305-мм' орудий
228-мм орудиями (под влиянием сторонников средней
артиллерии) позволила при сравнительно небольшом
водоизмещении броненосцев поставить на - них большее
количество орудий крупного, среднего и мелкого калиб-
ров и броневой пояс в 356-мм, но значительно снизила
боевые возможности корабля.
Примерно таких же взглядов на вооружение броне-
носцев в конце 80-х годов придерживались и руководи-
тели германского флота. На проектируемых броненосцах
типа «Кайзер», постройка которых началась уже в 90-е
годы, было решено перейти от 280-мм калибра крупной
артиллерии к 240-мм. Следует заметить, что русское
Морское министерство при строительстве последующих
броненосцев отказалось от смешанного калибра главной
артиллерии и в проектах кораблей «Двенадцать Апосто-
лов», «Наварин», «Сисоп Великий» вернулось к установ-
ке четырех 305-мм пушек на каждом из этих кораблей
при одновременном включении в их противоминную ар-
тиллерию шести — восьми 152-мм пушек.
Последние годы восьмого десятилетия XIX в. ознаме-
новались важными сдвигами в развитии этого класса -ко-
раблей, когда в России был спроектирован броненосец
«Наварин», послуживший прототипом для ряда пост-
109
роенных до русско-японской воины кораблей. На нем
была достаточно удачно решена проблема артиллерий-
ского вооружения по калибру, размещению и числу ору.
дни главной и вспомогательной артиллерии. Менее
удовлетворительно была решена проблема бронирования
«Наварнна», так как при его проектировании не
предусматривались броневой пояс по всей ватерлинии
и защита оконечности корабля броневой карапасной
палубой. Уменьшение площади бронирования надвод-
ного борта и усиление за этот счет защиты средней
части корабля отрицательно сказалось на последующих
типах русских броненосцев.
В апреле 1889 г. главный корабельный инженер бри-
танского адмиралтейства Уайт выступил в Обществе
корабельных инженеров с докладом, в котором он изло-
жил взгляды на целесообразный тип броненосца *. Ос-
новные тактические требования к кораблям этого класса,
выдвинутые Уайтом, были следующие:
— увеличение высоты надводного борта для прида-
ния броненосцам лучших мореходных качеств и обес-
печения возможности использовать артиллерию даже в
условиях свежей погоды;	• •
—	сохранение числа и калибра орудий главной ар-
тиллерии (четыре 343-мм пушки, расположенные в баш-
нях или на барбетах в носовой и кормовой частях ко-
рабля);
—	увеличение числа орудий среднего калибра и раз-
мещение их в средней части корабля за броневым при-
крытием;
—	увеличение общей площади бронирования надвод-
ного борта, и в частности увеличение длины броневого
прикрытия по ватерлинии.
Взгляды, высказанные Уайтом, были учтены при
проектировании броненосца «Худ», с постройкой кото-
рого в Англии, по существу, завершился период поисков
в строительстве кораблей этого класса. Не ожидая окон-
чания постройки «Худа», начатой в 1890 г., англичане
заложили семь почти таких же, но высокобортных бро-
неносцев типа «Ройал Соверен». Требования к этим ко-
раблям, выдвинутые Уайтом, в какой-то мере были учте-
ны во всех крупных флотах. Это касалось главным обра-
1 Кербер. Постепенное развитие боевых судов. — «Морской
сборник», 1903. № 9.
НО
зом артиллерийского вооружения и общего бронирова-
ния, однако системы размещения средней артиллерии и
характер ее защиты еще долгое время были различны-
ми. Более устойчивые ^взгляды на целесообразный тип
броненосца повлекли за собой прекращение строительст-
ва одиночных кораблей — «образчиков» и способствова-
ли переходу на серийную постройку определенных ти-
пов. Отдельные страны, и в частности Франция, продол-
жали строить броненосцы-одиночки. От этого не сразу
отказалось и русское морское министерство.
Необходимость серийной постройки выдвинула во-
прос о выгодном в тактическом отношении числе одно-
типных броненосцев, совместно действующих в бою. Что-
бы найти обоснованный ответ на этот вопрос, понадо-
бился опыт большой войны (русско-японской). Важным
тактическим фактором была скорость хода броненосцев,
преимущества в которой обеспечивали им инициативу
в бою и позволяли занимать выгодные дистанции для
применения оружия. На броненосцах, построенных после
1884 г., устанавливались паровые машины тройного
расширения. Но большинство броненосцев имело ци-
линдрические котлы, и только в 1886 г. во Франции и
в России начали ставить водотрубные котлы. Несмотря
на значительные достижения в области паросиловых ус-
тановок, скорость хода броненосцев в течение 80-х годов
выросла лишь на 2—3 уз, достигнув к концу десятилетия
16—17 уз. Это объясняется тем, что увеличение мощно-
сти механизмов, необходимых для повышения скорости,
было связано с резким, непропорциональным увеличени-
ем массы паросиловых установок. Некоторое преимуще-
ство в скорости по сравнению с броненосцами тех же
лет постройки было достигнуто итальянцами на броне-
носцах типа «Лепанто» (18 уз) и «Ре Умберто» (20 уз).
Однако такое преимущество было куплено ценой облег-
чения бронирования этих кораблей. Такой путь выигры-
ша в скорости, которым итальянцы пользовались и при
постройке некоторых последующих типов, был сопряжен
с большим риском, так как он обеспечивал тактические
преимущества кораблей только при их оптимальном
бронировании.
Таким образом, к концу 80-х годов определился целе-
сообразный тактико-технический профиль мореходного
броненосца как корабля для боя в открытом море на
111
значительном удалении от базы, так и в прибрежном
районе. Корабли водоизмещением свыше 9500 т в Анг-
лии назывались броненосцами 1-го. класса, а меньшего
водоизмещения — относились ко %2-му и 3-му классам.
Вооружение и бронирование не служили определяющими
признаками. Во Франции мореходные броненосцы в за-
висимости от водоизмещения подразделялись на броне-
носцы 1 и 2 ранга. Кроме того, как в Англии, так и во
Франции классификацией предусматривались броненос-
цы береговой обороны. Чрезвычайно сложная классифи-
кация боевых кораблей, имевших броневую защиту, бы-
ла принята в Италии. В зависимости от водоизмещения
они разделялись на шесть подклассов.
В России и в некоторых других странах аналогичные
корабли назывались броненосцами без деления на под-
классы. Сложность классификации броненосцев в Анг-
лии, Франции и Италии была следствием постройки оди-
ночных кораблей — «образчиков» или в лучшем случае
парных близнецов («sister ships»). Практически суще-
ствовали мореходные броненосцы и броненосцы бере-
говой обороны, задачи которых определялись районами
использования, и все их разновидности в пределах этих
двух категорий были отдельными типами, а не подклас-
сами.
В 80-е годы последовательно уточнялась направлен-
ность развития класса крейсеров, наметившаяся в конце
предшествовавшего десятилетия. Определились две ос-
новные категории крейсеров — бронированные (или по-
ясные) и бронепалубные, причем постепенно начали вы-
являться тенденции выделения первых в самостоятель-
ный класс боевых кораблей и дифференциации вторых
на подклассы. Характерной особенностью развития клас-
са крейсеров являлось сильное влияние взглядов на бое-
вое применение этих кораблей. Задачи, свойственные
классу крейсеров (борьба с морской торговлей против-
ника и защита своих морских перевозок), требовали соз-
дания быстроходных кораблей, способных действовать
на океанских и морских коммуникациях в течение дли-
тельного времени. Характер задач определял ярко вы-
раженный наступательный профиль таких кораблей, так
как они даже оборонительную задачу — защиту своей
морской торговли — могли наиболее успешно решать
уничтожением крейсеров противника.
112
Решение проблемы создания таких кораблей в то
время стало возможно в результате постройки больших
крейсеров, обладавших сильным артиллерийским воору-
жением, большим радиусом действия, скоростью хода,
превосходившей не только скорости наиболее быстро-
ходных броненосцев, но и лучших «ходоков» торгового
флота вероятного противника, которые во время войны
могли использоваться в качестве вспомогательных крей-
серов. Вместе с тем большие крейсера должны были
иметь мореходные качества, позволявшие им действо-
вать в любых условиях. Наконец, каждый из таких крей-
серов должен был быть сильнее таких же кораблей
своих вероятных противников тех же годов постройки.
Впервые все эти требования в значительной мере
были реализованы в России, которая в 70-е годы по-
строила броненосные фрегаты «Генерал-Адмирал»,
«Герцог Эдинбургский» и «Минин», послужившие прототи-
пами броненосных крейсеров. Их развитием стали полу-
броненосные фрегаты1 «Владимир Мономах», «Дмит-
рий Донской», крейсера «Адцирал Нахимов» и «Память
Азова», построенные в России в 1882—1888 гг. Все они
имели не только сильное артиллерийское вооружение
(203- и 152-мм орудия) и скорость хода около 17 уз, но
и поясную броню, прикрывавшую их по всей длине ва-
терлинии (за исключением крейсера «Память Азова»,
у которого броня защищала лишь среднюю часть кор-
пуса). Горизонтальная броня у этих кораблей была от-
носительно слабой (от 50 до 12,5 мм).
Такие крейсера представляли прямую угрозу для
британских крейсеров, построенных для охраны морской
торговли и имевших только угольную защиту. В ответ
на постройку русских броненосных фрегатов «Владимир
Мономах» и «Дмитрий Донской» англичане построили
два поясных крейсера типа «Империез», вооруженных
229- и 152-мм пушками и имевших скорость около 19 уз.
Но их слабым местом была недостаточная вертикальная
защита (152- и 50-мм цитадель посередине корпуса),
хотя они имели 125-мм броневую карапасную палубу.
Обеспокоенное дальнейшим строительством в России
бронированных крейсеров британское адмиралтейство
1 С введением 1.2.1892 г. первой классификации боевых кораб-
лей русского, флота все они стали называться крейсерами I ранга.
8 Зак. 519	||3
во второй половине 80-х годов построило еще семь пояс-
ных крейсеров типа «Орландо», которые представляли
собой улучшенные «Империез», но меньшего водоизме-
щения. Обе серии крейсеров, как свидетельствовали са-
ми англичане, не удовлетворяли предъявляемым к ним
требованиям, и адмиралтейство на некоторое время при-
остановило их постройку. В 1889 г. упоминавшийся выше
Уайт выступил со своими соображениями о построй-
ке новой серии крейсеров — защитников торговли, про-
ведя идею всемерного увеличения их скорости и море-
ходных качеств и в меньшей >iepe обращая внимание на
защиту кораблей. Первый лорд адмиралтейства Гамиль-
тон считал, что новые крейсера должны были превосхо-
дить все ранее построенные в скорости, защите и воору-
жении ’. Однако для создания таких крейсеров англича-
нам понадобилось почти десятилетие.
Первую попытку французов создать бронированные
крейсера нельзя назвать удачной. Большие крей-
сера «Дюгесклен» и «Вобан», спущенные на воду во
Франции в 1883 г., имели 240- и 140-мм орудия, 254-мм
поясную и 37-мм палубную броню и могли развивать
скорость 14 уз. По существу, эти крейсера были малыми
броненосцами. Только в самом конце 80-х годов фран-
цузские корабельные инженеры Бюсси и Тревиль высту-
пили с новыми проектами крейсеров, в основу которых
в отличие от идей Уайта они положили соображения о
необходимости для этих кораблей сильного артиллерий-
ского вооружения и надежной броневой защиты хотя
бы за счет уменьшения скорости. В 1890 г. французы
спустили на воду бронированный крейсер «Дюпюи де
Лом» —один из наиболее удачных в те годы кораблей
этого класса, имевший сильное артиллерийское вооруже-
ние (190- и 160-мм пушки), достаточную броневую защи-
ту (120-мм броневой пояс по всей ватерлинии и 37-мм
броневую карапасную палубу) и располагавший очень
высокой для того времени скоростью хода — 22 уз.
Широкий диапазон тактических задач, стоявших пе-
ред крейсерами, не мог быть выполнен каким-либо од-
ним универсальным типом крейсера. Вначале вопрос о
дифференциации крейсеров на подклассы решался в
1 Кербер. Постепенное развитие боевых судов.—«Морской
сборник», 1903, № II.
114
соответствии с установившимися традициями, перешед-
шими в броненосный флот от парусного, т. е. малые
крейсера, предназначавшиеся для ближней разведки,
походного и сторожевого охранения, назывались либо
корветами, либо клиперами *. Постепенно отказываясь
от прежней классификации крейсеров, почти во всех
странах к концу 80-х годов приняли систему деления
их на два или три подкласса. В России новая классифи-
кация крейсеров была введена только_в начале 1892 г.,
хотя практически еще в конце 80-х годов наряду^ с фре-
гата ми, корветам и и клипер ами _д а ж е_в. _рфи ци альной
переписке применялось,название «крейсер».
Крейсера 1-го класса (или ранга) предназначались
для ведения дальней разведки и главным образом для
одиночных действий (как наступательных, так и оборо-
нительных) на океанских и морских коммуникациях.
В отличие от них крейсера других классов (или рангов)
предназначались для службы в составе эскадр или от-
рядов кораблей различных классов. На крейсера 2-го
класса возлагались задачи тактической (по терминоло-
гии того времени — ближней) разведки и дозорной служ-
бы, на крейсера 3-го класса—дозорной и сторожевой
службы. По мере развития миноносцев на крейсера 2-го
и 3-го классов начали возлагаться задачи отражения
атак миноносцев. В табл. 8 показаны тактико-техниче-
ские данные крейсеров этого периода1 2 *.
Обратимся теперь к рассмотрению развития минонос-
цев и подводных лодок. После постройки в России .ми-
ноносцев-типа «Батум» в Англии, Франции, Италии,
Германии и в некоторых других странах началось усилен-
ное строительство кораблей этого класса. Однако Рос-
сия в течение ряда лет сохраняла ведущее .место,. после-
довательно увеличивая размеры своих новых минонос-
цевГВП'886 г. было построено два миноносца типа «Гог-
ланд» водоизмещением 174,9 т. Росло также водоизме-
щение миноносцев и крупнейших4иностранных флотов.
Так, например, в 1884—1886 гг. в Англии были спущены
на воду миноносцы водоизмещением 75—125 т, во Фран-
ции— около 70 т, в Италии—НО—140 т, в Германии—
1 В зависимости от размеров, парусного вооружения и обводов.
2 При разработке таблицы были использованы: Военные флоты
иностранных государств и Морская справочная книжка на 1891 г.;
«Морской сборник», 1881 —1889.
8*	115
Таблица 8
ОСНОВНЫЕ ТИПЫ БРОНИРОВАННЫХ И БРОНЕПАЛУБНЫХ КРЕЙСЕРОВ КРУПНЕЙШИХ
МОРСКИХ СТРАН ПЕРИОДА 1881 — 1890 гг.
Страна	Название типового корабля	Год спуска на воду	Водоизмеще- ние, т	Скорость хода, уз	Вооруженно		Бронирование, ми		
					артиллерийское: число орудий — калибр, мм или фунты; длина (в калибрах)	торпедные аппараты надводные	пояса	палубы	артилле- рии
						подводные			
Россия	„Владимир Мо- номах" (полубро- неносный фрегат)	1882	5754	17,5	5—152/45; 6—120; 16—47; 4—37	СО | о	100-152	12,7	—
	„Адмирал Нахи- мов" (полуброне- носный фрегат) (рис. 20)'	1885	8524	17	8-203/35; 10—152/35; 12-47; 6—37	13 0	254	51-76	203
	„Память Азова" (крейсер)	1886	6734	17	2-203/35; 18—152/35; 7—47; 8-37	о |со	100-152	37-63	—
	„Витязь" (кор- вет)	1884	3200	14	10—152/35; 10-47; 4—4-фунт.	—•	—	38	—
	„Опричник" (кли- пер)	1880	1334	13	3-152/35; 4—9-фунт.; 8—6-фунт.; 10—3-фунт.	—	—	—	—
П родолжение
Страна*	Название типового корабля ।	Год спуска на воду	Водоизмеще- ние, т	Скорость хода, уз	Вооружение		Бронирование, мм		
					артиллерийское: число орудий — калибр, мм или фунты; длина (в калибрах)	торпедные аппараты надводные	пояса	палубы	артилле- рии
						подводные			
Англия	„Империез" (бро- неносный крейсер 1-го класса)'	1883	8400	16,7	4-234/31; 10-152/31	£ 0	254 Цитадель	100—50	114
	„Орландо" ([бро- неносный крейсер 1-го класса) (рис. 21)	1886	5600	18,1	2—234/31; 10—152/25; 6—6-фунт.; 10—3-фунт.	2_ 0	254 (узкий пояс по ВЛ)	. 76-50 •	114
	„Блэк" (крейсер 1-го класса)	1889	9000	21,5	2—234/40; 10—152/26; 16—3-фунт.	2 2	—•	152—76 карапасная	152
	„Амфиои" (крей- сер 2-го класса)	1883	4300	16,9	10-152/26; 4—47	_4 0	—	37 (над машиной):	—
	„Сэверн" '(крей- сер 2-го класса)	1885	4050	17,3	2-213/80; 10-152/26; 3-57; 8—47	2 1		76-50 карапасная	100
Продолжение
оо 	 Страна	Название типового корабля	Год спуска на воду	Водоизмеще- ние, т	Скорость хода, уз	Вооружение		Бронирование, мм		
					артиллерийское: число орудий — калибр, мм или фунты; длина (в калибрах)	торпедные аппараты надводные подводные	пояса	палубы	артилле- рии
	„Ройалист" (крейсер 3-го клас- са)	1883	1420	12,6	2—152/26; 10—127	—	—	32 (над машиной)	—
	„Арчэр"	1885.	1770	16,5	6—152/26: 8—3-фунт.	—		—	—
Франция	„Дюпюи де Лом“ (броненос- ный крейсер)	1890	6300	22	2—190; 6-160; 6-65; 6—47; 8-37	2^ 0	120	37 кара- пасная	100
	„Вобан" (броне- носный крейсер)	1883	620Q	14	4—240; 1-190; . 6—140;. 2—65; 6—47; 15 рев.	£ 2	254	50 кара- пасная	200
Продолжение
Страна	Название типового корабля	Год спуска на воду	Водоизмеще- ние, т	Скорость хода, уз	Вооружение		Бронирование, мм		
					артиллерийское: число орудий — калибр, мм или фунты; длина (в калибрах)	торпедные аппараты надводные	пояса	палубы	артилле- рии
						подводные			
	„Тажм (крейсер 1-го класса)	1886	7045 к	19,2	8—160; 10—140; 2—65; 5—47; 14 рев.	7 0	—	50	-—
	„Жан Барт" (крейсер 1-го клас- са)	1889	4160	18,4	4—160; 6-140; 6—47; 10 рев.	5 0		100	—
	„Сюркуф" (крей- сер 3-го класса)	1889	1848	20,5	4—140; 4—47; 4-37	5 0	—	40	—•
Италия о	„Джиованни Баузан" (бронепа- лубный крейсер)	1883	3330	17,5	2—254/30; 6—149; 4—57	4 0	—	»—	—
	„Пьемонте" (бронепалубный крейсер)	1888	2500	23,0	6—152/40; 10—120/40; 10—57; 6—37	’2 0		75—25	—
Рис. 20. Полуброненоснын фрегат «Адмирал Нахимов». Россия. 1885.
мм
Рис. 21. Броненосный крейсер «Орландо». Англия. 1886.
120
83—145 т. Большинство миноносцев, построенных в
период 80-х годов1, могли развить скорость 17—22 уз.
Их торпедное вооружение состояло, из двух-трех тор-
педных аппаратов, в основном палубных. Торпедные ко-
рабли русского флота делились на две категории: на
миноносцы, способные к действиям в открытом море, и
миноноски, предназначавшиеся для действий в прибреж-
ном районе2. Кроме^трго, на броненосцах и крейсерах
имелись судовые минные катера. Такая же классифика-
ция была принята и в большинстве иностранных флотов
с той лишь разницей, что мореходные корабли назывались
миноносцами 1-го класса, а миноноски — миноносцами
2-го класса. Во французском флоте миноносцы в зависи-
мости от величины подразделялись на три или четыре
подкласса.
Определенное влияние на развитие миноносцев ока-
зали маневры английского флота 1885 г., на которых
массированные атаки миноносцев доказали, что артил-
лерия броненосца, атакованного несколькими группами
миноносцев, не в силах справиться с задачей одновре-
менного поражения всех атакующих групп. Как уже го-
ворилось ранее, такой вывод привел к созданию для
этих целей скорострельных орудий. Одновременно воз-
никла необходимость иметь в составе эскадр или отря-
дов противоминоносные корабли с повышенными по
сравнению с миноносцами скоростью хода и мореход-
ностью, а также более сильной артиллерией. Итальян-
ский корабельный инженер Куниберти в 1885 г. пред-
ложил проект такого корабля малого водоизмещения,
вооруженного большим количеством мелкокалиберных
орудий и обладающего повышенной скоростью хода, спо-
собного, по мнению автора проекта, подавлять в бою
миноносцы противника. В 1886 г. итальянцы построили
миноносец «Саэтта» водоизмещением 400 т, имевший
скорость 20 уз и вооруженный двумя 57-мм и четырьмя
37-мм пушками. В то же самое время в России был
1 На заводе Шихау (Германия) по заказу итальянского мор-
ского министерства в 1883 г. были построены миноносцы, имевшие
скорость 26 уз, котлы — водотрубные.
2 В течение 80-х годов новые миноноски в России не строились.
В 1889 г. но заказу русского Морского министерства в Англии была
построена миноноска № 16 водоизмещением 17 т. признанная
неудачной.
121
построен минный крейсер «Лейтенант Ильин» (1887) во-
доизмещением 714 т, вооруженный пятью 47-мм, де-
сятью 37-мм пушками и пятью надводными торпедными
аппаратами. Обладая достаточно большой для того
времени скоростью хода (22 уз), «Лейтенант Ильин»
был одним из первых предшественников лидеров мино-
носцев. В 1889 г. для Черноморского флота с той же
целью были построены минные крейсера «Казарскнй»
(водоизмещение— 400 т, скорость —21 уз, шесть 47-мм,
три 37-мм пушки, два надводных торпедных аппара-
та) и «Капитан Сакен» (водоизмещение — 742 т, ско-
рость—21 уз, шесть 47-мм, четыре 37-мм пушки, три
надводных торпедных аппарата).
Англичане, учитывая необходимость создания актив-
ных средств борьбы с миноносцами противника, в 1886—
1887 гг. спустили на воду так называемые минные лодки
типа «Рэттлеснейк» (водоизмещение — 550 т, скорость —
18,5 уз, вооружение — одна 102-мм, шесть 47-мм пушки
и четыре подводных торпедных аппарата). Эти корабли
предназначались не только для подавления миноносцев
противника, но и для торпедных атак в море. Минные
лодки предполагалось использовать совместно с броне-
носцами, для чего они имели дальность плавания
3050 миль (10-узловым ходом). В 1889 г. англичане
спустили на воду новую серию торпедных канонерских
лодок водоизмещением 735 т с несколько более сильной
артиллерией, но как первая, так и вторая серии минных
лодок оказались неудовлетворительными главным обра-'
зом вследствие недостаточной скорости хода. В 1887 г.
в Германии начали строить так называемые дивизион-
ные миноносцы, предназначавшиеся в качестве штатных
кораблей флотилий миноносцев. Такие корабли отлича-
лись большими размерами и несколько усиленным ар-
тиллерийским вооружением. Нетрудно заключить, что
русские минные крейсера, миноносец «Саэтта» в Италии»
минные лодки в Англии и отчасти дивизионные минонос-
цы в Германии были созданы в результате поисков целе-
сообразного типа истребителя миноносцев. Однако они
ими не стали, но послужили прототипами лидеров мино-
носцев, которые сформировались в самостоятельную ка-
тегорию боевых кораблей примерно через двадцатилетие.
Практически прототипом истребителей миноносцев ока-
зался построенный в 1888 г. на заводе Клайдсбанк (Анг-
122
лия) по заказу испанского морского министерства мино-
носец «Деструктор», хотя англичане считают родоначаль-
ником истребителей «Дэринг», спущенный пятью годами
позже. «Деструктор» имел водоизмещение 380 т, ско-
рость хода 22,6 уз, одну 88-мм, четыре 57-мм пушки, две
митральезы и три одинарных палубных торпедных аппа-
рата. На корабле был установлен носовой и кормовой
броневые траверзы в 20—37 мм. Заказывая «Деструк-
тор», испанцы в первую очередь хотели получить море-
ходный миноносец, и лишь во вторую очередь он пред-
назначался для подавления миноносцев противника.
Бронирование миноносца, а также установка на нем ци-
линдрических котлов вместо уже существовавших водо-
трубных сделали скорость «Деструктора» недостаточной.
Однако идея создания такого корабля предвосхитила
проект истребителей миноносцев, созданный английским
корабельным инженером Уайтом в 1893 г. Таким обра-
зом, есть полное основание считать, что мысль о созда-
нии нового класса торпедных кораблей, одинаково спо-
собных осуществлять торпедные удары в бою на море и
отражать атаки миноносцев противника, .полностью со-
зрела во второй половине 80-х годов1.
Несколько замечаний о работах этого периода по
созданию подводных лодок. Идея скрытного сближения
с кораблем противника для воздействия оружием на наи-
более уязвимую подводную часть его корпуса возникла
давно. Она могла быть осуществлена в результате созда-
ния подводного корабля, обладающего способностью
движения над водой и под водой, маневрирования под
водой в двух плоскостях, располагающего наступатель-
ным, достаточно эффективным оружием, средствами на-
блюдения и связи. Кроме того, он должен был иметь
достаточную мореходность, значительную дальность пла-
г вания и удовлетворительную обитаемость, обеспечиваю-
щую боеспособность личного состава в течение всего вре-
мени пребывания в море. Выполнение каждого из пере-
численных требований было возможно лишь в результате
решения ряда сложных технических проблем, на что
потребовалось много времени. Различные варианты при-
1 Павлович Н. Развитие и современное состояние лидеров.—
«Морской сборник». 1939, № 15, 16; Миноносцы. Развитие и боевая
Деятельность. Сб. статей. М,—Л., Военморнздат, 1940, с. 9—10.
123
• митнвных решений таких проблем не могли привести к '
сколько-нибудь удовлетворительному осуществлению ос- !
новных требований к боевому подводному кораблю. По- i
этому попытки создания подводных лодок до начала I
80-х годов представляли собой лишь настойчивые, порой
весьма смелые и остроумные поиски решёния~важных
технических проблем с недостаточными средствами. По- !
явление электромеханизмов, аккумуляторов, двигателей
внутреннего сгорания, перископов, наконец, значитель- j
НЬ1й_прргресс__в__кораблестроении благоприятствовали |
дальнейшему более бьтстрому развитию подводных ло-
док.в_течение_80хх_иодов.
г, В 1884 г, инженер С, К, Джевецкий построил для
I русского флота первую в мире аккумуляторную подвод-
ную лодку с электродвигателем 1. В 1885 г. в Англии по
([проекту Кэмпбелла и Аша была построена подобная
подводная лодка с электродвигателем, вооруженная дву-
мя торпедными аппаратами на верхней палубе, для
стрельбы из которых нужно было посылать на палубу
лодки водолаза2. В том же году в Швеции построили
подводную лодку «Норденфельдт», вооруженную само-
движущимися минами Шварцкопфа. В Испании в
1887 г. спустили на воду аккумуляторную подводную
лодку «Пераль» водоизмещением 87 т, которая по про- i
екту должна была иметь скорость хода под водой
10,5 уз. Вооружение «Пераль» состояло из двух носовых
торпедных аппаратов. Для наблюдения за обстановкой
имелась обсервационная башня. Несмотря на большие
надежды, которые возлагались испанским морским ми-
нистерством на новую лодку, она оказалась неудачной.
После длительных испытаний проводившая их комис-
сия пришла к заключению, что подводная лодка не от-
вечает предъявленным к ней требованиям3
Предпринимавшиеся в течение 80-х годов попытки ,
создания подводной лодки с единым двигателем, обесле-
1 Трусов Г. М. Подводные лодки в русском и советском фл°"
те. Л., Судпромгиз, 1957, с. 73.
2 Д е б у К. Подводное плавание. История подводного плава-
ния. Современные успехи техники субмарин и значение их в воен-
но-морском деле. Спб., 1905, с. 89.
3 Военные флоты и Морская справочная книжка на 1904 г-
Спб., 1904, с. 542—543.
124
чивавшим ей движение как в надводном, так и в подвод-
ном положении, не были успешными, но в то же время
дали достаточное основание считать, что электродвига-
гели, получавшие питание от аккумуляторных батарей,
имели значительные преимущества перед всеми др у ги -
ми возможными в то время двигателями подвод н о го
хода___
Появление двигателей внутреннего сгорания, и в ча-
стности применение в 1881 г. на подводной лодке, спро-
ектированной американским инженером— Голландом,
керосинового мотора для надводного хода, позволяло на-
деяться, что дальнейшее совершенствование таких двига-
телей .обеспечит возможность их широкого использова-
ния на подводных лодках. Значительный интерес, .к под-
водным. лодкам в 80-е годы выражался не только в
попытках решения сложных технических проблем, связан-
ных с их строительством, но и в постепенном формиро-
вании взглядов на боевое использование подводных ло-
док. В ряде стран, и в частности в России, Франции,
Соединенных Штатах Америки, считалось возмож-
ным использовать подводные лодки для обороны побе-
режья.
К России по проекту С. К. Джевецкого было построе-
но 50 малых подводных лодок. Они предназначались для
защиты фарватеров и рейдов в районах прибрежных
крепостей и были первыми из так называемых подвод-
ных лодок внутренней обороны, появившихся позднее в
некоторых других странах. Подводные лодки Джевец-
кого были заказаны не морским, а военным министер-
ством и до 1896 г. находились в ведении сухопутного
военно-инженерного ведомства. Следует заметить, что
русское Морское министерство, учитывая слабые сторо-
ны подводных лодок_Джеведкого. (движение с помощью
мускульной силы ног, малая скорость хода, сложность
использования оружия — мин), забраковало проект.
Джевецкий, используя связи с Н. М. Барановым (бывш.
командир «Весты»), а через него с К. П. Победоносце-
вым, привлек к своему проекту внимание Александра III,
бывшего тогда наследником-цесаревичем, который реко-
мендовал его военному министру Д. Н. Милютину. Не-
смотря на неудачную конструкцию этих лодок, идея
использования их для обороны побережья не была по-
колеблена, а с появлением аккумуляторных подводных
125
лодок, вооруженных торпедами, стала еще более ре-
альнон *.
По мере дальнейших поисков более совершенных ти-
пов подводных лодок возникла мысль о лодке, способ-
ной действовать в открытом море совместно с другими
боевыми кораблями. Так появилась идея создания эскад-
ренной подволной-лолки. Считалось, что такая лодка
должна обладать надводной скоростью, позволяющей
ей следовать с эскадрой, иметь торпедное вооружение,
и, наконец, располагать достаточной дальностью плава-
ния и автономностью, размеры подводной лодки пред-
положительно должны быть близкими к размерам лег-
кого крейсера, во всяком случае она должна была иметь
водоизмещение1 2 не менее 600 т. Идея постройки эскад-
ренной подводной лодки в значительной мере упрежда-
ла технические возможности того времени, и понадоби-
лось несколько десятков лет для ее осуществления.
Оценивая возможности подводных лодок, адмирал
Об, бывший во второй половине 80-х годов морским ми-
нистром Франции, в 1886 г. организовал в Морском ми-
нистерстве службу защиты от атак подводных лодок, ко-
торая в 1896 г. была включена в систему Морского Ге-
нерального штаба3.
Заканчивая обзор развития классов боевых кораблей
в течение 80-х годов, сделаем хотя бы самые краткие
обобщения, касающиеся направленности этого развития,
его характера и темпов.
Важнейшее влияние на общую направленность и ха-
рактер развития' боевых кор'аблей^в' основных морских
стр~анах оказывал уровень промышленного развития к$ж-
дой из этих стран, а.также военно-политические сроб-
ражения, экономические возможности и_______взгляды на
стратегическое и боевое использование флота. Так, на-
пример, англо-французские противоречия, обусловленные
конкуренцией между Англии и Францией в строительст-
1 Победоносцев К. П. и его корреспонденты. Письма ”
записки, т. 1. М.— Пг., Госиздат, 1923, с. 23—24, 1038. Военное
министерство в 1879 г. выдало заказ, а в 1881 г. подводные лодки
были построены. В 1896 г., когда оборона побережья была передана
Морскому министерству, они за ненадобностью были сданы в порт
2 Ledieu et Cadiat Е. 1л nouveau materiel naval. Paris, 1889—1890.
v. 2. p. 7.
3 Кастекс. Штабные вопросы. T. I. Л., Воен ио*Морск. Акад*
РККА, 1926, с. 24.
126
ве броненосных флотов, оказали определенное влияние
на развитие боевых кораблей различных классов в каж-
дой из этих стран. Наступательные тенденции, харак-
терные для английских взглядов на стратегическое и
боевое использование своего флота, и в особенности
броненосных кораблей, были важнейшей причиной того,
что из 13 броненосцев, спущенных на воду в Англии в
период между 1881 —1891 гг., только два имели водоиз-
мещение менее 9500 т. В то же время во Франции, для
которой Англия тогда была одним из вероятных против-
ников, из 12 спущенных на воду броненосцев пять имели
водоизмещение менее 8000 т. Это объяснялось взгляда-
ми французского морского министерства на организацию
защиты своего побережья, предусматривавшими подвиж-
ную оборону, для которой нужны были малые броненос-
цы Вместе с тем, собираясь в случае войны с Англией
действовать на ее океанских и морских коммуника-
циях, французы строили броненосные крейсера и боль-
шие крейсера 1-го класса («Таж», «Сесиль»). Постройка
Италией таких броненосцев, как «Лепанто», вооружен-
ных сверхтяжелыми 431-мм орудиями и в то же время
* очень слабо бронированных, представляла собой
неудачную попытку-своеобразного «скачка» в строитель-
стве броненосных кораблей с целью обеспечить себе
бесспорное боевое преимущество даже перед численно
превосходившим вероятным противником. Стремление
уравнять возможности в борьбе с вероятным противни-
ком (Англией), располагавшим мощным броненосным
флотом, определяло направленность и характер строи-
тельства русского флота, выразившиеся в развитии бро-
неносных крейсеров и миноносцев.
Развитие боевых кораблей, находившееся^ в опреде-
ленной зависимости от взглядов на стратегическое^ и
~^оевое использование флота, в свою очередь оказывало
влияние на последующее формирование этих взглядов.
Так, напрймер7~на постройку броненосцев типа «Лепан-
то» в значительной мере повлияли тактические взгляды
итальянцев, считавших. возможным ведение такими ко-
раблями боя в море на дистанциях, позволявших снаря-
дами 431-мм орудий пробивать вертикальную и горизон-
тальную броню броненосцев противника, тогда как ар-
1 По номенклатуре французского флота броненосцы 2-го класса.
127
тнллерия последних на таких дистанциях не могла
причинить серьезного вреда броненосцам типа
«Лепанто», скорость которых теоретически позво-
ляла командовать боевыми дистанциями. Дальнейшее
совершенствование артиллерии, в результате которого
устойчивость этих слабо бронированных кораблей стала
сомнительной, вызвало постепенное уменьшение разме-
ров итальянских броненосцев. Это привело в 90-е годы
к компромиссному решению, в основе которого были эко-
номические соображения. Итальянцы решили построить
за те же деньги два броненосца водоизмещением менее
10 000 т (типа «Сент Бон»), суммарная устойчивость ко-
торых в бою с броненосцами большого водоизмещения,
по мнению итальянского морского руководства, была
большей. Основная идея, характеризовавшая направлен-
ность строительства итальянских броненосцев (а впо-
следствии и линейных кораблей), — достижение преиму-
щества в скорости за счет бронирования — сохранялась
в течение не только 80-х годов, но и нескольких после-
дующих десятилетий, вплоть до начала второй мировой
войны. Реализация этой идеи делала итальянские кораб-
ли наиболее быстроходными среди других броненосцев и
линейных кораблей, но, пожалуй, наименее устойчивы-
ми в бою с ними.
Наступательные тенденции, господствовавшие в анг-
лийском флоте, с достаточной определенностью были от-
ражены в типах броненосцев, построенных в Англии в
80-е годы (калибр главной артиллерии, система брони-
рования, подчиненная идее боя на короткой дистанции).
В определенной взаимозависимости со взглядами на
стратегическое и боевое использование флота были и
темпы развития кораблей. Медлительность постройки
боевых кораблей одной из сторон давала возможность
вероятному противнику упредить ее в создании более
сильных типов, а затем и в совершенствовании форм
кораблей, а также способов их использования. Так, напри-
мер, когда в Англии в 1882—-1886 гг. строились броненос-
цы типа «Адмирал» («Бенбоу» и др.), во Франции нахо-
дились в постройке корабли типа «Марсо». После созда-
ния броненосцев типа «Адмирал» англичане построили
два броненосца типа «Викториа» и два—типа «Нил»!
а французские броненосцы типа «Марсо» все еще про-
должали достраиваться. Когда они вступили в строй»
128
то практически оказались устаревшими, а следователь-
но, с ними устарели и те идеи, которые были положены
в основу замысла их использования. Медлительность в
развитии взглядов_на стратегическое и боевое- использо-
вание ".флота’ отрицательно сказывалась на разработке
тактико-технических заданий к новым типам боевых ко-
раблей. Длительные сроки постройки таких кораблей
замедляли развитие новых форм и способов их использо-
вания. Таким образом, создавался своеобразный пороч-
ный круг в развитии основных классов боевых кораблей,
особенно характерный для первой половины 80-х годов.
В течение этого времени и тактики, и кораблестроители
продолжали поиски наиболее целесообразных типов брр-
неносцев, крейсеров и минных судов, придерживаясь в
основном взглядов, наметавшихся в конце предыдущего
десятилетия. Однако в отличие от 70-х годов более четко
и в большем соответствии с действительной потребно-
стью определялись классы боевых кораблей, которые
нужно было иметь в составе флота. Нвраставшее уско-
рение в прогрессе оружия (главным образом артилле-
рии) и боевой техники не могло, конечно, не сказаться
положительно”на дальнейших темпах развития, тактиче-
ской мысли во второй половине 80-х годов и на форми-
ровании требований к основным классам боевых кораб-
лей. В наибольшей мере это проявилось в конце 80-х
годов, когда с достаточной ясностью определились типы
эскадренного броненосца,^броненосного крейсера, броне-
палубного крейсера и мореходного миноносца, а вместе
с тем выявился и состав полноценной зекадры_ .броне-
носного флота, способной выполнять боевые задачи в
мор е и в п р и бр еж но м_р а йоне.
Развитие способов' ведёния основных видов боевых
действий. Развитие оружия и боевой техники военно-мор-
ских флотов „шло значительно быстрее, чём развитие
тактики. Это приводило к отставанию тактики и, в свою
о ч ер е д ь,' н е обеспечивало должной направленности после -
дующего развития оружия и боевой техники. Именно
этой причиной в значительной мере объяснялось строи-
тельство кораблей-«образчиков», а также поиски новых
типов оружия «на ложных направлениях», вроде дина-
митных пушек, построенных в США, лодок-пушек (ba-
teau-canon) во Франции и ряда других средств, не на-
шедших практического применения. Быстрый и непре-
о Зак. 519	129
рывный прогресс развития оружия. и_.боевой.техники^
тому же способствовал неустойчивости уже сформиро-
вавшихся тактических взглядов и появлению крайних и
однрстороннихсуждений. Все это, вместе взятое, поро-
дило в первой половине 80-х годов неопределенность не
только тактических взглядов, но и суждений о ведении
военных действий на море в целом. Так, например, фран-
цузский адмирал Об в 1882 г. писал: «Цель всех фло-
тов— войны. Основная задача, которая интересует нас
больше всего, — это вопрос, какой 'Будет морская вой- ’
на» ’. Определенного ответа на этот вопрос не дал ни
са.м’Об, ни кто-либо из его современников. Даже спустя
десятилетие А. Т. Мэхэн считал, что все следящие за
своей наукой моряки понимают, «насколько странными
и неопределенными представляются людям в настоящее
время все морские вопросы» 1 2.	V
Военные действия на море, происходившие в течение
80-х годов, не способствовали приобретению опыта для
каких-либо существенных, и достаточно обоснованных
изменений в морской тактике. Причиной этого были осо-.
бенности как в характере действий сторон, так и в об-
становке, в которой они. проводились. Значительные'раз-
личия в уровнях боевой техники и боевой подготовки
французского и английского флотов, с одной стороны, и
их противников — тунисской и египетской береговой обо-
роны (у Сфакса в 1881 г. и в Александрии в 1882 г.) и
китайского флота (во время войны с Францией в 1884—
1885 гг.), с другой стороны, позволили французам и анг-
личанам действовать почти как в полигонных условиях.
Таким образом, опыт военных действий на jdope^.проис-
ходивших в первой половине 80~х годовое внес доста-
точной ясности в вопрос,^какое_же из_ср>едств .удара —
артиллерию, таран или мину -^_следует считать основ-
ным в бою на море.
Быстрое развитие морской артиллерии, особенно во
второй половине 80-х годов, казалось бы, позволяло по-
новому расценить ее роль в бою и признать важнейшим
средством удара. По мере увеличения могущества ко-
рабельной артиллерии таран все более и более терял
1 Amiral Aube. La querre maritime et les ports militaires de la
France. Paris, 1882, p. 3.
2 Max а и A. T. Предисловие к труду Вильсона «Броненосцы
в бою», т. 1, с. 1.
130
свое значение, что показал опыт боя французского авизо
«Буве» с прусской канонерской лодкой «Метеор» 10 но-
ября 1870 г. у Гаваны (во время франко-прусской вой-
ны), а также некоторых боев во время войны между
Чили и Перу в 1879—1881 гг. и, наконец, военных дейст-
вий Франции в китайских водах в 1884—1885 гг. Успеш-
ность применения тарана против кораблей, обладавших
хорошими маневренными качествами, была очень малой.
Таранный удар, нанесенный кораблем «Буве» по «Ме-
теору», оказался -безрезультатным. В бою у Иквике
21 мая 1879 г. перуанскому броненосцу «Гуаскар» уда-
лось уничтожить таранным ударом чилийский корвет
«Эсмеральда» только с третьей попытки, и то лишь по-
тому, что корвет, потеряв руль в результате попадания
снаряда, был лишен возможности управляться. Тот’ же
«Гуаскар» в другом бою 9 июля 1879 г. четыре раза без-
успешно пытался таранить чилийскую канонерскую лод-
ку «Магелланес», которая каждый раз уклонялась от
ударов благодаря наличию двух винтов.
В бою у Пунта-Ангамос 8 октября 1879 г. два чилий-
ских броненосца неоднократно пытались нанести таран-
ный удар «Гуаскару». Все эти попытки оказались бе-
зуспешными даже тогда, кбгда в конце боя «Гуаскар»
вследствие повреждения рулевого устройства был лишен
способности управляться. Этот бой, закончившийся сда-
чей «Гуаскара», был решен артиллерией, хотя успеш-
ность ее применения и достигнутая эффективность огня
были также очень низкими. Несмотря на боевой опыт
этих войн и быстрое развитие артиллерии, признание ее
в качестве важнейшего средства удара приходило очень
медленно. Сторонники тарана еще долгое время рассмат-
ривали его как средство, способное решить судьбу боя.
Причиной этого по-прежнему была традиционная консер-
вативность взглядов. Так, например, французский воен-
но-морской теоретик Гужар в одном из своих трудов 1
утверждал, что пушки почти не способны пустить ко
дну хорошо выстроенное судно и поэтому, как и в ста-
рину, подобные случаи будут чрезвычайно редки. При-
мерно таких же взглядов придерживалось и большинство
английских морских теоретиков. Эти взгляды разделя-
1 Gougeard. La marine de guerre, son passe et son avenir.
Paris, 1884.
»*	131
лнсь н некоторыми русскими адмиралами, считавшими,
что артиллерия пока не может решать задачи разруше-
ния или уничтожения броненосного корабля противни-
ка. Вместе с тем развитие минного оружия, особенно на-
ступательного, казалось бы, открывало совершенно но-
вые возможности в тактике. Совершенствование миноно-
сок и миноносцев, быстрый прогресс в области военного
кораблестроения (в частности, в создании новых котлов
в механизмов), позволявший рассчитывать на значитель-
ное увеличение скорости хода малых кораблей (особен-
но миноносцев и миноносок), создавали благоприятные
предпосылки для появления новых, в том числе и край-
них взглядов в тактике.
Одним из таких мнений, вредивших формированию
новых способов действий, была переоценка наступатель-
ного минного оружия *, вызванная заманчивой на первый
взгляд идеей противопоставления миноносцев дорого
стоившим и медленно строившимся броненосцам. Сто-
ронники этой идеи считали, что можно в короткие сроки
построить значительное количество миноносцев и, исполь-
зуя их массированно, добиться уничтожения неприятель-
ских броненосных кораблей. Однако возможность мощ-
ного огневого противодействия броненосцев при этом
явно не учитывалась.
Другой разновидностью взглядов, основанных на, пе-
реоценке значения наступательного минно го._ ор у ж и я
в бою на море, была идея минно-таранного б оя_б р о и е -
носных кораблей друг с другом. Идея минно-таранного
боя, возникшая в 70-е годы, хотя и не нашла Подтверж-
дения в боевой практике, все же оказалась живучей и
просуществовала до середины 90-х годов.
Наконец, следует упомянуть еще об одной разновид-
ности крайних взглядов, возникших в начале 80-х годов
и оказавших в дальнейшем некоторое влияние на разви-
тие весьма своеобразного течения в тактике, так называ-
емой «молодой школы» во Франции (подробнее о ней
см. далее), для которой были характерны суждения о
целесообразности дальнейшей постройки броненосных
кораблей. В качестве основного довода в пользу таких
взглядов выставлялась мощь артиллерии. Один из аиг- ।
лийских промышленников, возглавлявший крупнейшие
1 То есть шестовых и метательных мин и торпед, бывших на
вооружении всех флотов в 1881 1890 гг.
132
судостроительные и орудийные предприятия, — Армст-
ронг, выступая в 1881 г. в Обществе британских граж-
данских инженеров, высказал мысль, что при достигну-
том уровне развития морской артиллерии броненосцы
окажутся бесполезными. Он считал, что надежной за-
щитой от снарядов крупных калибров могла служить
лишь броня толщиной не менее 610 мм, но из-за боль-
шой тяжести постановка такой брони предельно ограни-
чивала площадь бронирования. Вместе с тем даже при
наличии на броненосцах такой брони они все же оста-
вались уязвимыми для тарана. Армстронг предлагал вме-
сто броненосцев строить быстроходные, обладающие
сильным артиллерийским вооружением корабли без бро-
ни. По его мнению, три таких корабля, построенные за
те же деньги, что и один броненосец, оказались бы в
более выгодном положении в бою с ним. Все вместе они
располагали бы сильной артиллерией, причем каждый из
них имел бы лучшие маневренные качества ’. Взгляды,
высказанные Армстронгом, по существу, являлись ответ-
ной реакцией на появление броненосцев со сверхтяже-
лыми орудиями и сверхтолстой, но малой по площади
вертикальной броней. Англичане считали, что такие бро-
неносцы при встрече друг с другом будут сближаться на
предельно короткую дистанцию, обеспечивающую наи-
большую действенность стрельбы их сверхтяжелых
орудий. Идея боя на коротких дистанциях не отражала
фактических возможностей, которыми располагала мор-
ская артиллерия даже в начале 80-х годов. Так, напри-
мер, русская и германская морская артиллерия крупного
и среднего калибров с дальностью полета снаряда от 45
до 25 каб (при угле возвышения около 6°) была способна
на дистанции 15 каб пробивать стальную броню 100—
50 мм. Таким образом, короткие дистанции становились
опасными для броненосцев. Однако в английском флоте,
артиллерия которого явно запаздывала в своем разви-
тии, идея боя на коротких дистанциях продолжала суще-
ствовать почти до конца 80-х годов. Реальность этой идеи
на первый взгляд подтверждалась опытом бомбардиров-
ки английским флотом Александрии в июле 1882 г., во
время которой английские броненосцы «Султэн», «Сю-
нерб» и «Александра» стреляли по фортам с дистанции
1 Артиллерии к броня. — «Морской сборник», 1882, № 5.
133
от 40 до 10 каб, причем ни один из попавших в них
снарядов не пробил брони Это обстоятельство послу-
жило некоторым основанием для того, чтобы считать, что
и в бою броненосцев друг с другом корабли, имевшие
преимущества перед противником в бронировании, дол-
жны были стремиться вести бои па еще более короткой
дистанции, На самом деле опыт бомбардировки Алек-
сандрии в силу своей особенности должен был учиты-
ваться с большой осторожностью. Египетские форты име-
ли всего 44 нарезных орудия калибром от 254 до 178 мм,
из которых только три заряжались с казенной части* 2.
Англичане же на своих броненосцах имели четыре 406-мм
орудия и семьдесят орудии калибром от 305 до 228 мм,
не считая пушек мелкого и среднего калибров. На кано-
нерских лодках, участвовавших в бомбардировке, име-
лись 178-мм пушки. Все орудия английских кораблей
были нарезными, ио пушки крупного и среднего калиб-
ров заряжались с дульной части, поэтому скорострель-
ность их была мала. Огневое преимущество англичан
являлось настолько значительным, что подавление ими
противодействия противника достигалось легко. К тому
же уровень подготовки личного состава египетских фор-
тов был значительно ниже, чем команд английских ко-
раблей.
Несмотря на необоснованность взглядов Армстронга,
отрицавшего целесообразность постройки броненосцев,
следует признать, что он затрагивал некоторые важные
тактические проблемы. Первой из них был выбор между
концентрацией ударной мощи на одной плавающей плат-
форме и рассредоточением этой ^мощн jia нескольких
11 л атформ ах. Другой важной~проблем6й следует chiiтать
выбор между надежностью бронирования корабля и его
скоростью. Для решения первой проблемы поп а добил ось
два с половиной десятилетня (появление после русско-
японской войны дредноутов и эскадренных миноносцев
типа «Новик»). Решение второй проблемы оказалось
еще более сложным. Несмотря на то что боевой опыт
неоднократно подсказывал, что скорость хода корабля
при надежном бронировании являлась весьма важным
фактором в бою, подход к решению этой проблемы на
‘ Поясная броня 203—230 мм
2 Вильсон. Броненосцы и бою, т. 2, с. 352—353,
134
Протяжении всей истории броненосного флота был раз-
личным.
Взгляды, высказанные Армстронгом в 1882 г., не по-
лучили заметной поддержки в Англии, но вскоре они
нашли свое отражение в концепциях так называемой
«молодой школы» во Франции. Начало «молодой школы»
было положено военно-морским публицистом Габриэ-
лем Шармом, сторонни ком минных судов н так называс -
мои «малой войны». Шарм признавал целесообразность
полного отказа от броненосцев н замены их флотилиями
миноносок. Идеальным средством для боевых действий
на море он считал миноноски, обладавшие большой ско-
ростью и способные, по его мнению, без труда справ-
ляться с тяжелыми и неповоротливыми броненосцами.
Взгляды Габриэля Шарма разделялись значительным чис-
лом французских морских офицеров, образовавших свое-
образную теоретическую группировку, которую возгла-
вил контр-адмирал Об. Этот адмирал, будучи членом
палаты депутатов, добился поста морского министра и
министра колоний. Заняв этот пост, он прекратил пост-
ройку броненосцев и сразу же заказал 50 так называе-
мых «трпдцатнпятиметровых» миноносок.
Сущность взглядов «молодой школы», изложенных в
газете «Ла Марин Франсэз» в 1885 г., сводилась к следу-
ющему: «орудиями (средствами. — Я. /7.) будущей мор-
ской войны должны быть, во-первых, в возможно боль-
шем числе миноноски и канонерские лодки, а вместе с
ними и крейсера, обладающие наибольшей скоростью
при наименьших размерах, какие только возможны при
условии самостоятельного их плавания и действительной
силы» ’. Представители «молодой школы» считали, что
броненосный флот не может быть многочисленным вслед-
ствие своей высокой стоимости. Броненосцы к тому же
не могут развить достаточную скорость, тогда как любой
небронированный крейсер при прочих равных условиях
будет иметь скорость по крайней мере на 2 уз больше,
чем броненосец. Короче говоря, по мнению «молодой
Школы», главнейшими условиями успеха в морской вон-
1 «Молодая школа» во Франции и ее программа морской обо-
роим государства.—«Мошкой сборник». 1889, № 2.
135
не были число, скорость, скрытность. Сторонники этой
школы небезосновательно считали, что на способы дей-
ствий в бою важнейшее влияние оказывала скорость,
но, отрицая броневую защиту крейсеров, они недооцени-
вали возможность быстрой потери в бою положительно-
го влияния фактора скорости. Другим рациональным ।
зерном во взглядах «молодой школы» был принцип мас-
сирования сил в бою. Однако ограниченные возможности
связи в бою между отдельными кораблями и группами
в значительной мере мешали практическому осуществле-
нию массированного использования сил в нужный мо-
мент. В этом отношении тактическая мысль значительно
упреждала технические возможности, которыми в то
время располагали флоты.
«Молодая школа»отрицала таран, считая его изжив-
шим себя из а менен н ы м н а сту пател ьной миной (шесто-
вой, метательной или торпедой), которая уподоблялась
значительно выдвинутому вперед тар а ну.
Таким образом, сущность взглядов «молодой школы»
во Франции (и тех,, кто разделял эти взгляды на других
флотах) заключалась в.следующем;.
—	в отношении, значимости оружия: на первом ме-
сте наступательная мина, на втором — артиллерия;
—	в отношении боевых кораблей: крайняя специали-
зация каждого из классов, рассредоточение, вернее, де-
концентрация ударной мощи флота путем массовой по-
стройки малых кораблей, отрицание броненосцев;
—	в отношении способов действий в бою: использо-
вание внезапности, скорости и массированное примене-
ние сил при нанесении^ударов.
Неустойчивость тактических взглядов, характерная
для первой половины 80-х годов, в конце десятилетия
постепенно начала уменьшаться. Такому положению спо-
собствовали быстрое совершенствование морской артил-
лерии, ведущая роль которой в морском бою становилась
все более и более ясной, последовательное улучше-
ние качества брони и, наконец, общий прогресс в обла-
сти военного кораблестроения, обеспечивавший возмож- 1
ность создания наиболее целесообразных классов и ти-
пов боевых кораблей. Крайности в тактических взглядах
по мере проверки их опытом боевой подготовки посте-
пенно сглаживались. Так, например, «молодая школа»,
13G
ратовавшая на первых порах за флот, состоящий из фло-
тилий миноносок и «лодок-пушек», постепенно начала
признавать и крейсера.
К концу 80-х годов во взглядах на систему будущих
военных действий флотов существовало два основных
течения, оказывавших непосредственное влияние на мор-
скую тактику. В основу первого из них, сторонниками
которого являлось большинство английских руководя-
щих военно-морских деятелей, была положена мысль,
что в условиях того времени нападение одиночных бы-
строходных крейсеров на конвой, прикрываемый боевы-
ми кораблями, окажется безрезультатным. Успех напа-
дения считался в какой-то мере возможным, если удар
будет нанесен соединением крейсеров. В свою очередь,
для отражения подобного нападения, считавшегося впол-
не вероятным, было необходимо прикрыть конвой соеди-
нением, состоявшим из броненосцев и крейсеров
1-го класса. Таким образом, бой в море между соеди-
нениями кораблей враждующих сторон рассматривался
как основной вид военных действий. Приверженцы та-
ких взглядов, которые в военно-морской литературе того
времени часто назывались сторонниками эскадренной
войны, не отрицали и других, но второстепенных видов
боевых действий.
В основу второго течения были положены взгляды
«молодой школы». Считалось, что судьбы войны на море
будут решаться в прибрежных водах и основной силой
для борьбы с броненосными эскадрами противника дол-
жны быть флотилии малых кораблей, способных к вне-
запным и массированным действиям против таких эскадр
на якорной стоянке или в открытом море.
Характерной чертой почти всех суждений, опублико-
ванных представителями каждого из этих течений, яв-
лялась неконкретность их в той части, где дело доходило
до рекомендаций определенных способов действий. Боль-
шинство продолжало придерживаться взглядов, выра-
ботанных еще в 70-е годы, согласно которым на совме-
стные маневрирование и огонь броненосных кораблей
эскадры можно рассчитывать лишь в начале боя.
Такие взгляды с достаточной определенностью отра-
жались почти во всех более или менее известных трудах
по тактике, появившихся в конце 80-х и начале 90-х го-
137
дов в Англии, Испании, Германии и США ’. В этих тру-
дах рассматривались главным образом вопросы, связан-
ные с боем одиночных кораблей друг с другом. В ряде
трудов и отдельных статей можно было встретить про-
странные рассуждения о пользе ружейного огня в бою
между одиночными кораблями, о необходимости абор-
дажных и стрелковых партий и т. п.
Сторонники «молодой школы» в своих трудах пре-
имущественно искали решения проблемы стратегического
использования флота в борьбе с сильнейшим противни-
ком и связанных с этой проблемой вопросов направлен-
ности строительства флота. Теоретических исследований
тактики, за исключением изложения общих принципиаль-
ных положений, в этих трудах было мало1 2. Официаль-
ные взгляды, существовавшие в русском, английском и
германском флотах, отличаясь в ряде положений друг
от друга вследствие различия задач, состава сил и те-
атров, все же более объективно оценивали возможности
средств нападения, защиты и маневра. Морской бой
рассматривался преимущественно как артиллерийско-
таранное состязание броненосных эскадр между собой, в
котором торпеда играла третьестепенную роль. В неко-
торых флотах, в частности в русском и германском,
торпедному оружию в бою в прибрежном районе прида-
валось большее значение.
Официальные взгляды представителей французского
флота 80-х годов и даже первой половины 90-х годов за-
висели от воззрений адмиралов, руководивших мор-
ским министерством. Так, например, в бытность морским
министром контр-адмирала Оба во французском флоте
господствовали взгляды «молодой школы», отдавали
предпочтение идее торпедно-артиллерийского боя и основ-
ная роль отводилась торпедному оружию, использование
1 Laughton I. К. Essay on naval tactics. Portsmouth, 1885.
Noel G.H.U. The gun, ram and torpedo. Manoeuvres and tactics of
naval battles the present day. Portsmouth. 1865; Грилло К. О луч-
ших походных и боевых строях современных флотов. Пер. с итал.
Спб., 1882; А т л ь м а й е р Ф. Война на море. Пер. с нем. Спб., 1881;
Бейнбридж-Гофф. Примеры, выводы и заключения по совре-
менной морской тактике.
2 Amiral Aube. La guerre maritime et les ports militaires de la
France. Paris, 1882; Charmes G. Les torpifleures autonomes ct
I’avenir de la marine. Paris, 1885.
138
которого артиллерия должна была лишь обеспечить. Кон-
центрированной мощи больших броненосных кораблей
противопоставлялась суммарная мощь большого числа
миноносцев. После ухода адмирала Оба с поста морского
министра в официальных взглядах произошли значитель-
ные изменения, так как руководство морским мини-
стерством перешло к сторонникам «эскадренной войны».
Все это, конечно, мешало устойчивым и обоснованным
оценкам, полученным на объективных выводах из опыта
боевом подготовки. Этот недостаток, характерный для
французского флота 80—90-х годов, сказывался и в даль-
нейшем.
Вернемся к официальным тактическим взглядам ру-
ководства тех флотов, на которых они были более ста-
бильными. Боевая деятельность на море делилась на две
части: действия флота против флота, действия флота
против береговых укреплений. При действиях флота про-
тив флота намечалось использование всех средств, т. е.
артиллерии, тарана, наступательного и оборонительного
минного оружия. Важнейшими видами боевых действий
при этом были: бой одиночных кораблей друг с другом,
бой одиночного корабля с отрядом и эскадренный бой,
т. е. бой между двумя соединениями. Считалось, что к
бою следует прибегать лишь в тех случаях, когда для
достижения частной стратегической цели нет других
путей, и поэтому бой рассматривался как крайнее
средство.
Предполагалось, что в морском бою будет трудно
полностью лишить корабль противника подвижности из-
за того, что, как бы противник ни был слаб, он до по-
следней возможности будет стремиться оторваться от
врага и уйти. На взятие в плен неприятельского ко-
рабля, подобно тому, как это было в период парусного
флота, рассчитывать нельзя. Поэтому основной задачей
в морском бою считалось уничтожение кораблей против-
ника, а не пленение их, как предполагалось ранее. Ис-
ходя из этой задачи, казалось бы, и следовало опреде-
лить требования к средствам удара, прежде всего к ар-
тиллерии, которая должна была либо утопить, либо взо-
рвать корабль противника. Это требование, несмотря на
кажущуюся его очевидность, выявлялось очень медленно
и, строго говоря, окончательно определилось только в
конце 80-х годов. До этого от корабельной артиллерии
139
в бою требовалось лишь создание условий, необходимых
для нанесения противнику удара тараном или миной.
В зависимости от характера действий при встрече про-
тивников (одиночных кораблей или соединений) разли-
чались два основных варианта возникновения боя: пер-
вый— когда обе стороны стремятся напасть одна на
другую, второй — когда один из противников стремится
уклониться от боя.
При первом варианте развитие боевых событий с мо-
мента обнаружения противниками друг друга происхо-
дит достаточно быстро, тогда как при втором события
принимают затяжной характер и зависят от результатов
погони. Поэтому способам действий при погоне во всех
флотах уделялось довольно много внимания, и эти тео-
ретические исследования вместе с анализом способов
действий разведчиков и форзейлей (дозорных кораблей),
а также перестроений и эволюций положили начало так-
тической навигации.
В трудах по морской тактике наибольшее внимание
обычно уделялось вопросам одиночного боя. Это прежде
всего объяснялось большей доступностью для теорети-
ческих исследований способов действия одиночных ко-
раблей, не связанных с действиями соседей, и более лег-
кой возможностью сравнения их боевой мощи. В па-
русном флоте это сравнение производилось исходя из
массы бортового залпа. В 80-е годы английский кора-
бельный инженер Н. Барнаби предложил эмпирическую
формулу, которая, по его мнению, давала возможность
оценить боевую мощь броненосного корабля. Формула
имела следующий вид:
К = AGHV3
100L ’
где К — коэффициент боевой мощи;
А — масса брони корабля, т;
G — масса орудий, защищенных броней, т;
Н — возвышение орудий над ватерлинией, фут;
V — скорость корабля, уз;
L —длина корабля, фут.
По взглядам того времени, одиночный бой между
примерно равными кораблями слагался из трех фаз.
140
Первая заключалась в сближении кораблей друг С Дру-
гом на дистанцию использования своей артиллерии. Со-
держанием второй фазы было артиллерийское состяза-
ние, чтобы обеспечить возможность нанесения таранного
или минного удара.
Во флотах некоторых стран основным содержанием
второй фазы считалось маневрирование, производившее-
ся для удобства выпуска торпеды или нанесения таран-
ного удара. Наконец, третья фаза боя заключалась в
осуществлении таранного или минного удара. Сближе-
ние с противником в первой фазе должно было происхо-
дить на острых курсовых углах, допускавших стрельбу
орудий крупного и среднего калибров носовой группы.
По мере подхода к дистанции, допускавшей стрельбу
бортовых орудий среднего калибра, рекомендовалось
увеличить курсовой угол, исходя из величины своего
угла обстрела.
В одиночном бою особое значение придавалось ско-
рости хода, так как считалось возможным использовать
ее в наибольшей мере, тогда как в эскадренном бою
приходилось постоянно считаться с наиболее тихоходны-
ми кораблями своего соединения. Зависимость скорости
корабля, ведущего артиллерийский бой, от наивыгодней-
ших углов обстрела привела к появлению понятия «так-
тическая скорость» (произведение скорости корабля на
косинус курсового угла стреляющего корабля, при кото-
ром он мог вести огонь из наибольшего числа орудий).
С момента сближения корабля на дальность артилле-
рийского огня противника на выбор наиболее выгодного
курсового угла начинала оказывать влияние также ши-
рина цели, которую представлял собой этот корабль по
отношению к неприятелю. Вместе с тем стало по-новому
складываться представление о позиции в бою. Во время
артиллерийского боя подветренное положение в боль-
шинстве флотов считалось более выгодным, чем навет-
ренное, так как в этом случае пороховой дым от выстре-
лов своих орудий, мешавший наводить их и управлять
огнем, быстро сносился за подбойный борт, а наведение
орудий на корабль противника можно было производить
по вспышкам его выстрелов. Во флоте США более вы-
годным признавалось наветренное положение. При выбо-
ре позиции учитывалось также положение Солнца отно-
сительно своего корабля и корабля противника. Счита-
141
лось, что корабль, занявший позицию, при которой его
тень была направлена в сторону противника, получал
тактическое преимущество в точности определения рас-
стояния до цели, в удобстве наведения своих орудий и
в наблюдении за результатами огня. В то же время про-
тивнику мешало Солнце, ослепляя его. Наконец, при вы-
боре позиций учитывались маскирующие свойства фона
берега.
Вопрос о боевых дистанциях на протяжении всего де-
сятилетия продолжал оставаться одним из самых неяс-
ных и спорных. Суждения об их величине обычно осно-
вывались на опыте боев 29 мая 1877 г. английского дере:
вянного корвета «Шах» с перуанским броненосцем
«Гуаскар», боев у Иквика, у Пунта-Ангамос в 1879 г.
во время войны Чили с Перу. В бою «Шаха» с «Гуаска-
ром» дистанции были от 11 до 2 каб. При Иквике бой
начался с 10 каб и закончился таранным ударом. Бой у
Пунта-Ангамос начался с 15—10 каб и завершился на
дистанции 1 почти в 1 каб.
В связи с быстрым совершенствованием корабельной
артиллерии опыт этих боев вскоре оказался уже уста-
ревшим, ибо она ко второй половине 80-х годов могла
разрушать прикрытые тонкой броней или вовсе не защи-
щенные части корабельного корпуса с больших дистан-
ций. Применение в бомбах (фугасных снарядах) бризант-
ных взрывчатых веществ еще более расширило возмож-
ность поражения слабо бронированных частей корпуса
вражеского корабля. Однако рассчитывать на сколько-
нибудь значительный процент попадания на дистанциях
25—30 каб было трудно. Поэтому, несмотря на теорети-
ческие возможности использования подобных дистанций,
артиллерийское состязание, являвшееся основным содер-
жанием второй фазы боя, предполагалось начинать с
дальности 15—20 каб. Для быстрейшего поражения уяз-
вимой части корпуса корабля, что обычно приводило
к снижению скорости хода противника, считалось необ-
ходимым вести стрельбу бомбами (фугасными снаряда-
ми), используя пушки среднего и крупного калибров. По
мере дальнейшего сближения с противником до 5—7 каб
в действие должны были вводиться и малокалиберные
1 Типический обзор морских сражений последнего времени
(извлеч. из соч. А. Ледье), с. 16—17.
142
орудия, расположенные на боевых марсах, для пораже-
ния личного состава вражеского корабля, находившегося
на верхней палубе, и в первую очередь расчетов барбет-
ных орудий, не защищенных броневыми колпаками. Дру-
гие малокалиберные орудия должны были стрелять по
орудийным портам, мостикам, открытым палубным ору-
дийным установкам. В некоторых флотах считался целе-
сообразным также ружейный огонь стрелковых партий
по неукрытому личному составу неприятельского ко-
рабля.
При сближении с противником на дистанцию 4—5 каб
орудия крупной артиллерии должны были переходить
на стрельбу бронебойными снарядами в целях нанесения
противнику пробоин ниже или около ватерлинии и разру-
шения жизненных центров его корабля. Признавалось
чрезвычайно важным своевременно начать стрельбу
крупнокалиберными бронебойными снарядами, с тем
чтобы дать залп с дистанции, в наибольшей мере обес-
печивающей проникновение этих снарядов через неприя-
тельскую броню, но в то же время не дать противнику
возможности произвести такой залп первым. Задача
крупной артиллерии на этой дистанции заключалась в
нарушении подвижности и непотопляемости противника.
Огонь артиллерии среднего и малого калибров в этот
момент должен был быть особенно интенсивным. Счита-
лось, что корабли в это время будут маневрировать на
контркурсах, выжидая момента, когда один из против-
ников, подбитый артиллерией, окажется доступным для
таранного или минного удара. Таранный или минный
удар, составлявший третью фазу боя, по мнению боль-
шинства теоретиков 80-х годов, позволял добиться ре-
шающих результатов и рассматривался как средство раз-
вития успеха, достигнутого во второй фазе боя. Манев-
рирование кораблей на контркурсах, сопровождаемое
прерывистыми огневыми соприкосновениями, конечно,
было малоэффективным. Такой способ действий в бою
одиночных кораблей можно объяснить лишь примитив-
ными методами управления артиллерийским огнем, су-
ществовавшими в то время, и малой скорострельностью
крупных орудий.
Сторо1и1ики_зшнно-таранного боя считали, что при
сближении противников на дистанцию 7—8 каб манев-
рирование должно быть целеустремлено на осуществле-
на
Hixe таранного удара или выстрела миной. В тех случа-
ях, когда попытки таранного удара или выстрел а миной
оказывались безуспешными, корабл_и должиьН5ыли вести
ар тиллери и с к ин бой^маневрйру я п р к ругу ди а метр ом от
3_ДО—4..каб._ В этом случае использование тарана было
возможно лишь при значительной потере противником
скорости хода или когда он лишался способности уп-
р а вл яться. Более сильному кораблю считалос ь в ы год н ы м
вести артиллерийский бой, а слабому — стремиться" ’ к
таранному удару.
Такая концепция боя просуществовала почти десяти-
летие. Н. Л. Кладо в своем курсе «Морская тактика»
писал: «Вот в таком виде можно представить общие
соображения о ходе боя между двумя броненосцами.
Собственно говоря, входить в дальнейшие подробности,
более мелкие относительно боя, быть может, было
бы вдаваться в фантазию» Этими словами все ска-
зано.
Оружие и боевая техника развивались, неср.авнен но
быстрей чем тактика. Подобное положение было повсюа
ду. В Англии, Франции, США и в ряде других стран о
способах действий в бою одиночных кораблей на море
писали много. В трудах обычно исследовались частные
способы действий для различных типов броненосных ко-
раблей в бою с определенными типами броненосцев веро-
ятных противников. Однако в этих, трудах, как правило,
отсутствовали конкретные обобщения либо они были
очень примитивны. Так, например, в некоторых трудах
рекомендовалось более слабому, ио в то же время быст-
роходному кораблю избегать боя с сильным противни-
ком.
Боевой опыт войн 60-х и 70-х годов вследствие его
особенностей и в силу быстрого устаревания в резуль-
тате прогресса боевой техники не позволял сделать обос-
нованные выводы. Теоретические соображения, не под-
твержденные последующим боевым опытом, продолжа-
ли оставаться бездоказательными гипотезами.
Бой одиночного корабля с отрядом противника рас-
сматривался как отход для одной стороны и как погоня
для другой. Считалось, что одиночный корабль в бою
1 Кладо Н. Л. Морская тактика. Вып. VI. Боевая деятель-
ность флота. Записки лекций. 1897, с. 62—63,
144
с отрядом противника независимо от своей силы окажет-
ся всегда в невыгодном положении, потому что при лю-
бых условиях неприятель будет иметь преимущества в
применении тарана и минного оружия. Единственным
средством для боя одиночного корабля с несколькими
кораблями противника, дававшим надежду на успех,
считалась артиллерия, если, конечно, она была доста-
точно мощной. Для казематного броненосца рекомендо-
вался выбор позиции, обеспечивавшей возможность
стрельбы по кораблям противника с обоих бортов. Для
башенного броненосца считалась наиболее выгодной по-
зиция на створе броненосцев противника. Но она была
скорее доступна для кабинетных рассуждений, а не в
действительном бою на море.
Если много неясностей было в способах действий ко-
раблей в одиночном бою или в бою одного корабля с от-
рядом, то еще больше их было в действиях соединений
в бою друг с другом. Взгляды на способы действий в
эскадренном бою были чрезвычайно разноречивы, но
большинство из них по-прежнему сходилось на том, что
по мере развития боя он превратится в ряд одновремен-
ных боев одиночных кораблей или небольших групп друг
с другом. Некоторые наиболее консервативные теорети-
ки считали, что сразу же при сближении противников
на дистанцию эффективного артиллерийского огня эскад-
ренный бой распадется на ряд очагов и основными сред-
ствами удара в этой фазе окажутся торпеды и таран.
Более прогрессивные авторы исследований эскадренного
боя полагали, что с момента сближения друг с другом
эскадры будут маневрировать в интересах наиболее пол-
ного использования артиллерии. Лишь после того как
результаты артиллерийского огня обеспечат одной из сто-
рон преимущество перед противником, бой, по их мне-
нию, распадется на ряд минно-таранных столкновений.
Дистанции артиллерийской атаки и выбор снарядов в
основном предполагались такими же, как и на соответст-
вующих фазах боя между одиночными кораблями. Вы-
сказывались предположения, что в таком бою стрельба
будет вестись на оба борта всеми кораблями или боль-
шинством кораблей, при этом каждая башня или борто-
вая батарея у кораблей с казематами будет вести огонь
по различным целям по мере их появления в углах об-
стрела. Огневые соприкосновения предполагались пре-
Ю Зак. 519	|45
рывнстыми и кратковременными. Маневрирование на
больших расстояниях считалось целесообразным при
преимуществе в количестве орудий крупных калибров.
Естественно, что оно было возможно при превосходстве
в скорости, позволявшей удерживать желательную ди-
станцию. Другим способом действий было сближение с
противником и прорезание его строя, чтобы с наиболь-
шей эффективностью использовать бронебойные снаряды
крупных орудий, торпеды и таран.
В эскадренном бою в открытом море признавалось
возможным использовать мореходные миноносцы, тор-
педные канонерские лодки (в Англии), минные крейсера
(в России), дивизионные миноносцы (в Германии).
В бою в прибрежном районе считалось возможным ис-
пользовать все разновидности миноносцев и миноносок.
Предполагались два варианта боевых действий минонос-
цев, входивших в состав эскадры. Первый предусматри-
вал удар сразу же после обнаружения противника с це-
лью его ослабления, второй рассчитывал на вступление
миноносцев в бой на последнем этапе для нанесения
решающего удара. Совершенствование противоминной
артиллерии, появление торпедных канонерских лодок и
минных крейсеров, способных своими контратаками поме-
шать дневным торпедным атакам неослабленном эскад-
ры, существенно уменьшали возможность удара ограни-
ченным числом миноносцев при первом варианте дейст-
вий. К тому же массированное использование торпедных
кораблей в эскадренном бою было сопряжено с рядом
организационных трудностей. Поэтому наиболее выгод-
ным считался второй вариант, хотя организационные
трудности из-за примитивности средств связи и недоста-
точной мореходности миноносцев того времени остава-
лись и при этом варианте. Второй вариант использова-
ния миноносцев в эскадренном бою надолго стал основ-
ным. -
В различных трудах по тактике, посвященных эскад-
ренному бою, как правило, очень много места уделялось
выбору целесообразного боевого строя. Этот вопрос
обычно рассматривался как основной. В зависимости от
его решения излагались дальнейшие рекомендации.
Важнейшие требования к боевым строям сводились к
следующему:
— боевые строи должны быть простыми, гибкими,
146
допускающими в полной мере использование скорости
хода и в то же время удержание кораблями своего места
в строю;
—	боевые строи должны быть удобными для манев-
рирования соединения;
—	как при наступлении, так и при обороне боевые
строи должны допускать возможность взаимной под-
держки кораблей, находящихся в строю;
—	боевые строи должны обеспечивать каждому из
кораблей в отдельности возможность использовать в бою
все виды вооружения и боевых средств.
Вопреки взглядам, возникшим после боя у о. Лисса
и продержавшимся до второй половины 70-х годов, строи
фронта, пеленга или клина уже не признавались наибо-
лее целесообразными в любых случаях. К концу 80-х го-
дов стал приобретать все большее значение строй одной
или нескольких кильватерных колонн. Считалось, что
строй кильватера, несмотря на некоторые недостатки,
был самым практичным и удобным боевым строем, в
наибольшей мере отвечавшим перечисленным выше тре-
бованиям. Наиболее существенный недостаток строя
кильватера — слабость носового огня — стал менее ощу-
тимым вследствие совершенствования орудийных станков
и улучшения системы размещения орудий, что значитель-
но увеличило углы обстрела. Кроме того, для усиления
носового огня применялся строй уступа. Другой недо-
статок кильватера—трудность разбора флажных сигна-
лов— также уменьшился с введением бездымного поро-
ха. Третьим недостатком кильватерного строя была его
большая длина (при значительном количестве кораб-
лей). По взглядам того времени, этот недостаток был
чреват опасностью прорыва строя противником. Это
мнение осталось еще со времен парусного флота.
Постепенное отмирание взглядов на таран как на
основное средство удара в морском бою, возраставшая
мощь корабельной артиллерии, которая наибольшую
силу огня могла развить с борта, и, наконец, отсутствие
каких-либо других средств связи, кроме зрительных, соз-
давали благоприятные предпосылки для возвращения к
линейной тактике. Крайне ограниченные возможности
связи, затруднявшие согласованное маневрирование эс-
кадры по группам в нескольких кильватерных колоннах,
10*	147
должны были привести к единой громоздкой кильватер-
ной колонне броненосных кораблей, в которой вследст-
вие ее длины эскадра не могла развить полной огневой
мощи. Однако нельзя считать, что признание кильватер-
ной колонны наиболее целесообразным боевым строем
было полным даже в конце 80-х годов. Наряду со сто-
ронниками такого строя были и противники его. Так,
например, некоторые французские теоретики (Жюрьен де
ля Гравьер и др.) утверждали, что кильватерная колон-
на в бою опасна тем, что противник может воспользо-
ваться слабостью ее головы и хвоста и сосредоточить
против них свои силы. Как показал дальнейший опыт
(бой 28 июля 1904 г. и Цусимский бой), эта мысль ока-
залась обоснованной. Некоторые теоретики даже в конце
80-х годов продолжали отстаивать прежнюю точку зре-
ния на боевой строй, считая его возможным лишь при
сближении эскадр, так как в своем дальнейшем разви-
тии бой неизбежно должен был, по их мнению, превра-
титься в схватку между одиночными кораблями или, в
лучшем случае,, между их небольшими группами. Наи-
более выгодными строями при сближении сторон, обес-
печивавшими возможность полного использования артил-
лерийского огня из носовых секторов, эти теоретики
продолжали считать строи фронта, пеленга или
клина
Коснемся теперь вопроса о ночном бое. Предпола-
галось, что такой бой может начаться в результате со-
прикосновения сторон незадолго до наступления темноты
или при внезапной встрече ночью. Если соприкоснове-
ние перед наступлением темноты происходило между
одиночными кораблями, считалось, что ночью они долж-
ны вести бой так же, как и днем, широко применяя для
освещения противника боевые фонари (прожекторы).
Если один из противников хотел уклониться от боя, ему
рекомендовалось не включать прожекторы. Высказыва-
лись суждения, что на качке и при неустойчивом манев-
рировании слежение лучом прожектора за целью сопря-
жено с рядом трудностей. Как известно, это обстоятель-
1 Так, например, такой точки зрения придерживался капитан
2 ранга Иениш 2-й, видный теоретик в области тактики, препода-
вавший в то время боевое использование артиллерии в Офицерском
артиллерийском классе.
148
Ство выдвинуло перед техникой требование создания
стабилизированных прожекторных установок и синхро-
низации управления корабельными прожекторами. Од-
нако для реализации этого требования понадобилось
свыше двадцати пяти лет *.
В случае внезапной встречи противников ночью бое-
вое преимущество получал тот, кто открывал огонь пер-
вым. Однако во избежание ошибок при возможных слу-
чайных встречах со своими же кораблями считалось
необходимым открывать огонь лишь после получения не-
удовлетворительного ответа на опознавательный сигнал.
Это положение продолжало существовать почти до на-
чала XX столетия. Важность упреждения противника в
действии всеми видами оружия выдвинула требование
о соответствующей степени боевой готовности. Реализа-
ция этого требования постепенно вылилась в приведе-
ние в готовность к немедленному действию с наступле-
нием темноты части артиллерии и минного вооружения.
Этим было положено начало новой организации
корабельной боевой службы, формирование которой
было в основном завершено после русско-японской
войны.
Способы действий эскадры в ночном бою не были раз-
работаны, за исключением некоторых рекомендаций по
использованию миноносцев. На раннем этапе развития
тактики миноносцев существовало мнение об использо-
вании их в прибрежных районах путем выдвижения за-
весы на определенных участках. Этот способ использо-
вания миноносцев был аналогичен методу использова-
ния торпедных катеров завесой на путях возможного
движения противника, применявшемуся в тесных и пере-
сеченных районах во время первой и второй мировых
войн. Такой взгляд на использование миноносцев сфор-
мировался в результате опыта первых плаваний мино-
носцев русского флота в 1879—1882 гг.* 2. По мере на-
копления опыта формировалась идея крейсерского ис-
пользования миноносцев, которая впоследствии вылилась
в метод поиска противника в определенном участке при-
* Первые попытки создания стабилизированной прожекторной
установки относятся к 1895 г.
2 Берхман П. Задачи будущих миноносцев.—«Морской сбор-
ник», 1882, № 6.
149
брежного района. Но это касалось преимущественно
малых миноносцев и миноносок. Так как совместное ма-
неврирование больших групп миноносцев ночью призна-
валось невозможным, количество таких кораблей в каж-
дой группе при ночных атаках ограничивалось 3—6 еди-
ницами. Высказывались суждения о проблематичности
совместного маневрирования ночью даже небольших
групп миноносцев, но считалось, что атаки даже одиноч-
ными миноносцами могут оказаться успешными. Лучшим
временем для ночной минной атаки признавалось нача-
ло рассвета. Наиболее целесообразными способами дей-
ствий эскадры, атакованной ночью миноносцами, были
поворот от атакующих на 180° и открытие огня из ско-
рострельных орудий всех калибров. Огонь и маневр дол-
жны были осуществляться сразу же с обнаружением
миноносцев противника, без запроса опознавательных.
Но в большинстве флотов считалось, что миноносцы при
внезапных встречах ночью в открытом море с большими
кораблями должны были использовать свое оружие лишь
после получения неудовлетворительного ответа на за-
прос опознавания.
Прежде чем закончить изложение взглядов о спосо-
бах действий флота против флота, следует сказать о по-
ходном порядке эскадры. Безопасность эскадры на пере-
ходе морем, как и раньше, обеспечивалась своевремен-
ным обнаружением противника, исключавшим внезапное
нападение врага. Примитивность средств связи и
наблюдения не позволяла внести что-либо принципиаль-
но новое в способы действий по выполнению этой задачи.
Единственным фактором, облегчавшим кораблям развед-
ки и дозора своевременность оповещения об обнаружен-
ном противнике, была большая, чем у парусных кораб-
лей, скорость хода и независимость маневрирования от
ветра. Корабли-разведчики выдвигались от эскадры в
разведывательную цепь на направление вероятного на-
хождения противника. В своем маневрировании они не
были связаны с эскадрой и должны были руководство-
ваться лишь поставленными им задачами. После обнару-
жения противника разведчик должен был выявить его
состав, строй и направление движения. Для ведения раз-
ведки при походном движении эскадры выделялись
крейсера 1-го и 2-го класса. В некоторых странах, в ча-
стности в России и Германии, считалось возможным ис-
150
пользовать для этой же цели минные крейсера и дивизи-
онные миноносцы. Высказывалось мнение, что для обес-
печения своевременности оповещения о противнике и
непрерывного наблюдения за ним корабли-разведчики
следовало выдвигать парами. Каждая пара должна была
состоять из большого крейсера-разведчика и посыльного
судна (авизо). Некоторые считали необходимым выдви-
гать не одну, а две разведывательные завесы. Корабли-
разведчики первой завесы должны были обнаружить
противника и сигналом передавать об этом кораблям
второй завесы, а последние — флагману, командующему
эскадрой.
С наступлением темноты корабли-разведчики либо
присоединялись к эскадре, либо выдвигались от нее на
дальность, исключавшую возможность встречи с ними
ночью. Подход разведчиков к эскадре ночью был опреде-
лен особой инструкцией, которая предусматривала спо-
собы действий, не допускавшие взаимных ошибок при
встрече. При действиях в своих прибрежных районах ко-
рабли-разведчики могли передавать сведения о про-
тивнике через береговые посты связи (семафорные стан-
ции). Полезно заметить, что в конце 80-х годов возникла
мысль о необходимости иметь на берегу не только си-
стему постоянных сигнальных постов, но и сеть секрет-
ных станций связи, расположенных в тех местах, где
удобно принимать сигналы с кораблей, и находившихся
поблизости от телеграфных станций. Идея создания та-
ких станций возникла на основании опыта маневров, во
время которых открытые семафорные посты условно уни-
чтожались противником.
То, что впоследствии стало называться походным до-
зором, в 80—90-е годы именовалось службой форзей-
лей. Этот термин, оставшийся от парусного флота (фор-
зейль— впередсмотрящий, легкий на ходу корабль, вы-
двигаемый в целях охранения по курсу парусной эскад-
ры), лишний раз показывал, как медленно отмирали
старые взгляды и понятия.
Задачей форзейлей было обнаружение противника в
полосе движения эскадры и своевременное оповещение
об этом флагмана. Для службы форзейлей использова-
лись крейсера 3-го класса, посыльные суда и минные
крейсера. Форзейли, выдвинутые от флагманского ко-
рабля (или корабля-уравнителя) эскадры на дальность
151
видимости сигналов, должны были идти тем же курсом,
что и эскадра, сохраняя при этом постоянное положение
относительно флагмана (или уравнителя). Иногда фор-
зейля образовывали круговую цепь. В некоторых случа-
ях, когда эскадра искала встречи с противником и боя
с ним, а также при движении в узкостях форзейли вы-
двигались в завесы на определенные направления. Рас-
стояние между смежными форзейлями не должно было
превосходить дальность видимости сигналов. При малом
количестве кораблей в качестве форзейлей использова-
лись корабли арьергарда, но с таким расчетом, чтобы
они успевали запять свое место в боевом строю после
обнаружения противника.
Корабли, предназначенные для ведения разведки и
несения службы форзейлей, рекомендовалось сводить в
отдельное соединение (легкую эскадру), входившее в со-
став броненосной эскадры. Считалось, что начальник
(командир) такого соединения должен быть посвящен в
замысел действий начальника (командира) броненосной
эскадры и должен располагать достаточной инициативой '
в отношении разведывательной и дозорной службы
(службы форзейлей). Таким образом, начала формиро-
ваться идея соединения легких сил, которая спустя два-
дцатилетие вылилась в создание разведывательных сил,
в задачи которых входила не только тактическая развед-
ка, но и осуществление завязки боя, а также нанесение
предварительных ударов на этапе развертывания.
Понятия «походный порядок» еще не существовало,
но оно часто заменялось понятием «походный строй»,
под которым подразумевалась комбинация простых и
сложных строев эскадры на переходе морем. К концу
80-х годов наиболее удобным в отношении управления
движением эскадры, сохранения кораблями своего места
относительно друг друга и, наконец, быстроты перестро-
ения в боевой строй начал считаться строй одной или
нескольких кильватерных колонн. Однако даже в начале
90-х годов многие руководящие военно-морские деятели
и теоретики, несклонные к быстрой оценке новых воз-
можностей, открывавшихся в результате прогресса в
области оружия и боевой техники, все еще продолжали
придерживаться походных строев, позволявших произво-
дить быстрое перестроение в боевые строи, которые были
наиболее удобны для таранного боя. Стремление к таким
152
строям, как двойной фронт, двойной пеленг и клин, в
значительной мере усложнило систему эволюции и ино-
гда даже мешало развитию тактики. Существовал шесть-
десят одни способ перестроений и захождений в строю
двойного фронта, более шестидесяти способов перестрое-
ний и заворотов в строю клина, но абсолютное большин-
ство этих способов не было применено на протяжении
всей военно-морской истории.
Перейдем теперь к рассмотрению основных способов
действий флота против берега. Среди них различались
следующие разновидности: прорыв, бомбардироваиие,
осада, блокада, высадка десанта.
Под прорыв о м подразумевалось преодоление с
боем укрепленной узкости пли переход с боем соедине-
ния, группы, одиночных кораблей мимо укрепленного
района или участка неприятельского побережья. При
прорыве главная цель заключалась в преодолении с наи-
меньшими потерями района или участка, обороняемого
противником. Считалось, что в действиях прорывающих-
ся сил должно быть отдано предпочтение их сохранению,
что прорыв во всех случаях представляет собой разно-
видность предварительных действий, осуществляемых в
интересах достижения какой-либо последующей цели.
Поэтому решение на прорыв следовало принимать лишь
в крайних случаях и при его выполнении надо было стре-
миться обеспечивающими мерами (использование малой
видимости, движение в пределах мертвых углов батарей
и т. п.) сберечь свои силы. В наибольшей мере противо-
действовать прорыву могли береговая артиллерия и ми-
ны. Особенности боевого опыта, приобретенного во вре-
мя войн 60—70-х годов, способствовали формированию
неверных взглядов на возможности береговой артилле-
рии помешать прорыву. Опыт, полученный при действиях
французского флота против Сфакса и британского флота
против Александрии, казалось бы, подтверждал вывод о
неспособности береговой артиллерии отразить атаку бро-
неносного соединения. Все это позволяло считать уста-
ревшим положение, сложившееся еще в период парусно-
го флота,— одна пушка на берегу стоит десяти на кораб-
153
Ле. Адмирал Об в своем труде о морской войне 1 утвер-
ждал, что малая действенность стрельбы береговой ар-
тиллерии по движущейся броненосной цели доказана
опытом. По его мнению, это значительно уменьшало
риск, которому подвергался броненосный флот, прикры-
тый дымом и дефилирующий большим ходом даже перед
хорошо вооруженными береговыми батареями.
Если суждения о слабости береговой артиллерии в
начале 80-х годов в какой-то мере были обоснованы, то
к середине этого десятилетия они оказались уже явно
ошибочными.
При сравнительной оценке возможностей корабельной
и береговой артиллерии к достоинствам первой обычно
относили:
— инициативу, которой располагали броненосцы в от-
ношении выбора момента начала, а в ряде случаев и в
отношении направления прорыва и дистанции артилле-
рийских ударов по береговым укреплениям;
— подвижность броненосцев, позволяющую им ма-
неврировать для снижения успешности огня береговой
артиллерии.
Некоторые теоретики к положительным, свойствам ар-
тиллерии броненосцев, кроме того, относили, как пра-
вило, лучшую обученность расчетов и более совершен-
ную их материальную часть. Первое из этих положений
они объясняли большей стабильностью корабельного ря-
дового состава (более продолжительный срок действи-
тельной службы или контракта), а второе — запаздыва-
нием совершенствования береговой артиллерии, которая
в большинстве стран находилась в ведении военных ми-
нистерств, уделявших больше внимания развитию поле-
вой артиллерии.	,
Минные заграждения расценивались как средство
противодействия прорыву, восполнявшее некоторые "не-
достатки тактических свойств береговой артиллерии (ма-
лую успешность стрельбы в темное время суток'и в jry-
маие, наличие у “батареи мертвых углов). Значительное
внимание уделялось минам, взрыв которых осуществлял-
ся с береговой станции в момент прохождения кораблей
противника через заграждения. Такие мины могли быть
1 Amiral Aube. La guerre maritime ct les ports militaires de la
Fiance. Paris, 1882.
154
поставлены заблаговременно, так как они не мешали
движению своих кораблей в загражденном районе. На-
конец, в качестве средств противодействия прорыву рас-
сматривались боновые, ряжевые и свайные заграждения,
а также преграды из затопленных судов.
На основании исторического опыта считалось, что,
если район или участок прорыва не содержит загражде-
ний, прорыв всегда возможен, а при наличии каких-
нибудь заграждений, вынуждающих прорывающиеся си -
лы остановиться и скучиться, поражение их весьма веро-
ятно. Исходя из этого делался вывод, что прорыву
должна предшествовать разведка, призванная выявить
заграждения и уточнить их места, несмотря на прими-
тивность средств обнаружения и обезвреживания.
Было бы неправильным утверждать, что значение
мин заграждения вовсе не признавалось, но возмож-
ность преодоления этого препятствия оценивалась слиш-
ком оптимистично. Считалось, что мины не могут оста-
новить флот, решившийся на прорыв и готовый .форсиро-
вать заграждения хотя бы ценой потери части кораблей.
Этот взгляд основывался главным образом на опыте
гражданской войны в Северной Америке. Эффектив-
ность мин заграждения в этой войне была оценена недо-
статочно объективно, несмотря на то, что на минах
южан погибло 7 броненосных и 11 неброненосных кораб-
лей северян, тогда как от артиллерийского огня и таран-
ных ударов противника они потеряли только 11 кораб-
лей. В действительности уровень развития мин заграж-
дения даже к началу 80-Х годов уже не позволял посы-
лать их «к черту», как это сделал адмирал’Фаррагут'при
прорыве в бухту Мобиль С
"При проходе заграждены я из донных обсервационных
мин рекомендовалось производить задымление участка
прорыва, чтобы исключить возможность наблюдения за
.прорывающймися кораблями с береговых минных стан-
ций и осуществления ими подрыва мин. Для борьбы с
якорными минами рекомендовалось использовать всевоз-
можные_нд?жницьь отводы, кринолины и другие противо-
1 По американской версии, Фаррагут, узнав, что. на пути его
кораблей, прорывавшихся в бухту Мобиль. обнаружены мины, крик-
нул командиру флагманского корабля: «К черту мины! Полный ход
вперед!» Эта версия была использована и европейскими военно-мор-
скими историками, в частности Вильсоном и Штемпелем.
155
минные приспособления, которые, как _ правил о, были
громоздкими и малоэффективными. Несовершенство этих
средств борьбы уже тогда выдвинуло идею минного пре-
рывателя, но она была реализована только во время пер -
вой мировой войны. Оптимистические взгляды на 'воз-
можность форсирования минных заграждении сох р а и я -
лись до начала русско-японской воины, и только'ббёйбй
опыт позволил выявить иллюзорность прежних сужде-
ний о борьбе с минами.
При оценке возможностей противника противодейст-
вовать прорыву учитывались и силы его подвижной обо-
роны, т. е. артиллерийские и торпедные корабли. Наи-
более выгодными для прорыва считались ночь и туман.
Во время дневного прорыва рекомендовалось на избран-
ном направлении снижать видимость дымов из дымовых
труб и при стрельбе дымным порохом. Условия малой
видимости, по взглядам того времени, были выгодны, хо-
тя они затрудняли стрельбу своих кораблей, но мешали
стрелять и противнику, а это при прорыве было особен-
но важно. Самым выгодным строем при прорыве счита-
лась кильватерная колонна, каждый корабль которой
мог оказать помощь своему переднему мателоту в случае
его повреждения. В голову колонны рекомендовалось
ставить наиболее мощные по своей артиллерии и хорошо
забронированные корабли. Прорывающийся миноносец
предполагалось держать на его подбойном борту или,
когда стрельба велась с обоих бортов, в промежутках
между большими кораблями.
Боевые дистанции прорывающихся кораблей относи-
тельно противодействующих береговых батарей должны
были главным образом обеспечивать непробиваемость
вертикальной и горизонтальной брони своих кораблей,
лишь во вторую очередь учитывались требования ус-
пешности стрельбы по батареям. Считалось, что у высо-
кого берега при наличии достаточных глубин корабли
должны держаться ближе к нему, чтобы оказаться в пре-
делах мертвых (вертикальных) углов береговых батарей
или во всяком случае на дистанции, исключающей воз-
можность поражения палубной брони. Когда приходи-
лось прорываться мимо батарей, расположенных низко,
следовало избирать дистанцию, исключавшую возмож-
ность проникновения снарядов противника через основ-
ную вертикальную и горизонтальную броню. Для умеиь-
156
шения успешности стрельбы противника прорывающие-
ся корабли должны были часто и. неравномерно
изменять свои курсы 1 и скорость хода.
К началу 90-х годов наметилась тенденция деления
боя, ведущегося в целях прорыва, на несколько этапов.
Так, например, стали высказываться суждения о началь-
ном этапе боя с передовыми батареями, о решающем
этапе — преодолении основного оборонительного рубежа
узкости или участка, на котором сосредоточены основ-
ные силы и средства противника, и, наконец, о действиях
по развитию достигнутого успеха. Это были первые
зачатки теории наступления на минно-артиллерийскую
позицию, окрепшей во время русско-японской войны и
окончательно сформировавшейся в период первой миро-
вой войны.
Бомбардированием порта или какого-либо ино-
го берегового оборонительного или промышленного объ-
екта преследовалось как разрушение самого объекта, так
и уничтожение находящихся в нем кораблей, судов и
других боевых и технических средств. Считалось, что
при самостоятельных действиях флота против берега
бомбардирование береговых укреплений редко будет
являться главной целью и что его следует рассматривать
как предварительное действие, обеспечивающее решение
последующей задачи. Необходимость бомбардирования,
по существовавшим взглядам, могла возникнуть:
—	в случае прямого воздействия на тот или иной
порт либо пункт неприятельского побережья;
—	когда осуществлению прорыва мешают выдвину-
тые вперед неприятельские береговые батареи;
—	для подавления противодействия противника вы-
садке на побережье.
Различалось методическое и спешное бомбардирова-
ние. При методическом бомбардировании огневое воздей-
ствие на противника осуществлялось соединением кораб-
лей в течение относительно длительного промежутка вре-
мени, а иногда и повторно. Спешное бомбардирование
представляло собой короткое огневое нападение обычно
одиночных быстроходных кораблей. Методическое бом-
‘ Термина «неравномерный зигзаг» тогда еще не существовало,
он появился во время первой мировой войны.
157
бардирование считалось целесообразным, если при бом-
бардирующем соединении находились транспорты с бое-
запасами для быстрого пополнения корабельных бое-
комплектов. Спешное бомбардирование признавалось
уместным лишь в заключительный период войны, когда
силы противника уже надломлены и внезапное огневое
нападение с моря на тот или иной объект будет способ-
ствовать деморализации неприятеля. Предполагалось, что
береговые батареи не смогут защитить объекты от бом-
бардировки со стороны моря. Огонь береговых батарей
считался эффективным на дальности не свыше 15 каб,
тогда как корабельная артиллерия могла вести огонь по
фортам с дистанций около 40 каб. В связи с этим для
защиты важных береговых объектов рекомендовалось
выдвигать береговые батареи на 30—40 каб, что, конеч-
но, не всегда было возможно по условиям местности.
Наиболее выгодным для обстрела береговых объектов
считалось светлое время суток, обеспечивавшее успеш-
ность стрельбы. Бомбардирование ночью признавалось
опасным из-за возможных атак миноносцев противника.
Начинать развертывание для артиллерийского удара и
открывать огонь рекомендовалось с рассветом. К наступ-
лению темноты бомбардирующая эскадра должна была
отойти в море миль на 50, так как опасность атак мино-
носцев противника вблизи его побережья была велика.
Для наблюдения за объектом бомбардировки следовало
оставлять малые корабли. При глубоком расположении
объекта бомбардировки рекомендовалось сначала пода-
вить береговые батареи, затем уничтожить минные за-
граждения и прорваться на рейд. Только после этого
можно было приступить к подавлению и разрушению
неприятельских сооружений. При нападении на незащи-
щенный объект для разрушения его сооружений полага-
лось высаживать на берег подрывные партии. Рекомен-
дации по способам действий при бомбардировании, как
и при прорыве, в своей основе опирались на опыт уже
упоминавшихся ранее бомбардировок Сфакса (1881),
фортов Александрии (1882), китайских береговых бата-
рей (1882 и 1885). Фактически эти рекомендации к копну
80-х годов значительно устарели, так как средства бере-
говой обороны быстро совершенствовались. Успехи, до*
стигнутые кораблями в этих боевых действиях, объясня-
лись прежде всего существенным различием уровнен
158
боевой подготовки и искусства управления силами сто-
рон, а в некоторых случаях несовершенной артиллерией
оборонявшихся. Последние обстоятельства, как уже бы-
ло сказано, привели к тенденциозной оценке возможно-
стей кораблей флота в борьбе с береговыми укреплени-
ями. Иллюзия успеха в этой борьбе, просуществовав
почти тридцатилетие, была развеяна в бою 18 марта
1915 г. в Дарданеллах.
Существовала еще одна разновидность действий фло-
та против берега — осада. Фактически она представля-
ла собой комплекс различных видов действий флота со-
вместно с сухопутными войсками против объекта на по-
бережье, осуществлявшихся с моря и суши. Главная
роль в осаде в большинстве случаев отводилась сухопут-
ным войскам. Способы действий флота против береговых
объектов и береговых батарей были такими же, как при
бомбардировании и прорыве. В некоторых случаях счита-
лась целесообразной высадка десанта. Кроме того, флот
должен был блокировать осаждаемый пункт с моря, с
тем чтобы прекратить сообщение противника с другими
портами. Блокада представляла собой сложную систему
различных действий флота, направленных на достижение
общей цели. Отсутствие в этот период четкой грани меж-
ду морской стратегией и тактикой приводило к тому,
что вопросы, связанные со способами осуществления
блокады, исследовались как в трудах, посвященных стра-
тегии, так и в трудах по морской тактике.
При рассмотрении способов осуществления блокады
с тактических позиций основными вопросами были сле-
дующие: расположение линий блокирующих кораблей
(линий блокады), состав кораблей в каждой из этих
линий, удаление опорных пунктов блокирующего флота
от линий блокады.
По мере возрастания скорости хода боевых кораблей
блокада даже одиночных портов, не говоря уже о бло-
каде обширного района побережья, признавалась все
более трудной. Считалось, что непосредственное исполь-
зование для ближней блокады мореходных броненосцев,
особенно в условиях малой видимости, сопряжено с боль-
шим риском, так как они будут подвергаться минным
атакам противника. По существовавшим тогда взглядам,
на линиях блокады должны были держаться легкие и
быстроходные корабли, которые при необходимости мог-
159
ли быть поддержаны своими броненосцами. В составе
блокирующих сил большое значение придавалось море-
ходным миноносцам и судовым минным катерам, кото- ;
рые смогут, используя свою скорость и малую замет-
ность, подходить ночью к блокируемому порту для на- •
блюдения за движением или перемещением кораблей
противника и применения против них при возможности
своего минного оружия. В то же время учитывалось,
что миноносцы не в состоянии нести блокадную службу
в течение сколько-нибудь продолжительного времени. Об
этом достаточно ясно свидетельствовал опыт ежегодных ।
маневров
Относительно количества блокадных линий и состава
сил, расположенных в каждой из них, мнения были раз-
личны. Так, например, французы на маневрах 1886 г.,
блокируя Тулон, организовали три блокадные линии, в
первой из которых держались легкие крейсера, сопро-
вождаемые мореходными миноносцами, во второй —ти-
хоходные броненосцы, третью (внешнюю) линию со-
ставляли быстроходные броненосцы.
Первая блокадная линия была линией обнаружения.
Мореходные миноносцы в светлое время суток предна-
значались для связи с другими блокадными силами. На
вторую блокадную линию возлагалась задача задержки
прорывающегося противника. Тихоходные броненосцы
этой линии должны были крейсировать с опущенными
противоторпедными сетями на малой скорости, описы-
вая относительно определенных точек окружности радиу-
сом 7—8 каб. Третья (внешняя) блокадная линия долж-
на была перехватывать блокадопрорыватели, которым
удалось прорвать две первых линии./Здесь должны были
крейсировать быстроходные броненосцы с убранными
противоторпедными сетями. Последнее объяснялось тем,
что третья блокадная линия должна была располагаться
на таком удалении от блокируемого порта, на котором
минные атаки миноносцев противника были маловеро-
ятны. •	•
На других флотах считали возможным ограничиться
двумя блокадными линиями. Расчет количества кораб-
лей, расстояний между ними (при крейсерстве по кругу)
1 Маневры французского флота в 1886 г. и английского в
1888 г. — «Морской сборник», 1889, № 9.
160
или длины галсов на каждой.из линий был Очень близок
к расчетам современного подвижного дозора.
В заключение следует сказать несколько слов о спо-
собах действий при высадке десанта. Организация
так называемых десантных экспедиций, в которых при-
нимали участие более или менее крупные контингенты
сухопутных войск, и обратной посадки десанта рассмат-
ривалась главным образом в курсах морской стратегии.
Суждения о целесообразности десантных экспедиций
были различными. Высказывались мнения, что в то вре-
мя, когда под ружьем стоят целые народы, а железные
дороги могут быстро перебросить необходимые силы к
району высадки противника, десантные экспедиции вряд
ли могут рассчитывать на успех. Другие высказывались
совершенно по-иному, считая, что высадка на побережье
противника, например, 30-тысячного корпуса даже в наи-
более насыщенной железнодорожными путями части Ев-
ропы может быть стратегически целесообразна, если,
конечно, будет обеспечиваться господствующим на море
флотом.
Высадка крупного десанта на побережье противника,
по взглядам военных специалистов конца 80-х годов,
должна была состоять из трех взаимосвязанных опера-
ций (по современной терминологии — этапов). Первая
из них представляла собой высадку сильного авангарда,
состоящего из пехоты, усиленной некоторым числом ору-
дий и отрядом кавалерии. Авангард десантного корпуса
должен был захватить прибрежную полосу и оборонять
захваченный участок до высадки главных сил, а также
вести рекогносцировку в глубине побережья. Вторая опе-
рация— высадка главных десантных сил. Содержание
третьей операции составляла выгрузка боезапасов и дру-
гих грузов материального обеспечения, необходимых
для ведения боевых действий на берегу. Для осущест-
вления высадки десанта считалось необходимым форми-
ровать специальные отряды транспортных судов.
Способы действий при высадке крупных десантов
рассматривались в курсах стратегии. В тактике же обыч-
но рассматривались только вопросы, связанные с орга-
низацией и способами выполнения высадки корабельных
Десантов с одиночных кораблей или соединений. Предпо-
лагалось, что обстановка высадки таких десантов будет
очень разнообразной, но основными ее вариантами могут
11 Зак. 519	.	1 п I
быть следующие: высадка в порт противника (или на
городскую набережную), высадка на пологий берег (на
пляж). В обоих случаях ожидалось противодействие
противника.
Последовательность высадки и характер действий сил
корабельного десанта принципиально не отличались от
высадки крупных десантов. Первыми высаживались
авангардные подразделения, вслед за ними главные си-
лы десанта, а затем артиллерия и резерв. Само собой
разумеется, что промежутки времени между высадками
этих эшелонов должны были быть предельно сокраще-
ны. Практически продолжительность таких промежутков
определялась расстояниями между линиями шлюпок, па
которых размещались части корабельного десанта. Как
считалось в то время, движению высадочных средств к
берегу должно было предшествовать бомбардирование
кораблями прибрежной полосы пункта высадки, т. е.
то, что теперь называется непосредственной артиллерий-
ской подготовкой высадки. Для бомбардирования кораб-
лям рекомендовалось занимать позиции, позволявшие
обстреливать пункты высадки и прилегающую к ним
местность, чтобы лишить противника возможности под-
тянуть подкрепления. Движение шлюпок с авангардом
десанта к берегу должно было начинаться лишь после
полного или хотя бы почти полного подавления проти-
водействия высадке на береговую полосу в намеченных
пунктах.
При высадке десанта на пологий берег корабли, под-
держивавшие высадку, должны были занять позиции,
позволявшие действовать анфиладным огнем по возве-
денным противником оборонительным сооружениям и
прилегающим к пунктам высадки дорогам. Шлюпки, во-
оруженные артиллерией, должны были следовать впереди
шлюпок с авангардом и вести огонь по берегу. Высадив-
шемуся на берег авангарду надлежало продвигаться
вперед, преодолевая сопротивление передовых частей
обороны, и занять береговую полосу. Высадившимся за-
тем главным силам следовало закрепить позиции, захва-
ченные авангардом. Высаженный за ними резерв дол-
жен был укрепить пункты высадки и прикрывать дви-
жение шлюпок между кораблями и берегом. Сразу же
после высадки главных сил рекомендовалось приготовить
шлюпки для обратной посадки десанта.
1G2
В тех случаях, когда мелководье не позволяло шлюп-
кам вплотную подойти к берегу, а высадка в других
пунктах по тем или иным причинам оказывалась невоз-
можной, предусматривалось использование для высадки
мостов или плотов. Так, например, такая плавучая при-
стань, сооруженная из рангоута (реев, гафелей, гиков)
больших кораблей, была использована французами при
высадке в районе Сфакса в июле 1881 г.
Само собой разумеется, что кроме перечисленных
выше основных видов боевых действий флота против
флота и против берега были еще и другие: организация
расположения эскадры на якоре и меры против минных
атак (по более поздней терминологии — оборона якор-
ной стоянки), самостоятельные действия минных судов
(поиск противника, сосредоточение миноносцев в рай-
оне обнаружения противника и атака), отражение вы-
садки десанта и т. п. В заключение заметим, что начало
и конец определенного периода развития военно-морской
тактики обычно не совпадают с определенными кален-
дарными датами. Подобно смежным тонам в цветовой
гамме, эти этапы не имеют четких границ и постепенно
переходят от одного к другому. 80-е годы были десяти-
летием, в течение которого закончился очередной период
развития тактики броненосного флота, длившийся со вто-
рой половины 60-х годов, и начался новый этап этого
развития. Вторая половина 80-х годов характерна тем,
что основная направленность тактических исканий ста-
новится все более определенной. Именно с этого време-
ни начинает формироваться тактика однородного над-
водного флота.
и*
Глава 4
СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ОРУЖИЯ И БОЕВОЙ
ТЕХНИКИ БРОНЕНОСНОГО ФЛОТА ПЕРЕД
РУССКО-ЯПОНСКОЙ ВОЙНОЙ (1891 — 1903)
В конце XIX — начале XX века произошли глубокие
изменения в развитии крупнейших стран мира. «1Та~]ру-
беже двух столетии капитализм вступил в свою послед-
нюю империалистическую стадию»
Подготовка к войнам за передел мира привела к ко-
лоссальному росту вооружения. Обострение борьбы за
колонии, которые располагались, как правило, на замор-
ских территориях, повысило значение морского могуще-
ства государств. В экономике империалистических стран
преобладающую роль в этот период начинает играть тя-
желая промышленность. Военное судостроение превра-
щается в крупную отрасль производства. Флоты попол-
няются кораблями новых классов. Их основным ядром
становятся надводные броненосные корабли. К начал у
90-х годов броненосные флоты имели на вооружении ар-
тиллерию, наступательное и оборонительное минное ору-
жие и таран.
Совершенствование корабельной артиллерии в тече-
ние рассматриваемого периода характеризовалось даль-
нейшим ростом дальнобойности и скорострельности ору-
дий, меткости стрельбы, повышением пробивной и разру-
шительной способности снарядов.
Наиболее существенными моментами развития ар-
тиллерии за эти годы были:
— окончательный переход к стрельбе бездымным по-
рохом;	>
* К 100-летию со дня рождения Владимира Ильича Ленина.
Тезисы Центрального Комитета Коммунистической партии Советско-
го Союза. М.» Политиздат, 1970, с. 7.
164
—	использование в снарядах бризантных взрывчатых
веществ;
—	изобретение С. О. Макаровым бронебойного нако-
нечника;
—	совершенствование станков орудий;
—	поиски способов управления огнем, соответствую-
щих техническому уровню развития корабельной артил-
лерии, и разработка более совершенных приборов уп-
равления огнем.
На развитие корабельной артиллерии несомненное
влияние оказал опыт японо-китайской войны 1894—
1895 гг. и в некоторой степени опыт испано-американ-
ской войны 1898 г.
Развитие корабельной артиллерии в 90-е годы и ее
состояние к началу XX века характеризуются табл.
9* и 10**.
Таблица 9
РАЗВИТИЕ КОРАБЕЛЬНОЙ АРТИЛЛЕРИИ В 70-90-е ГОДЫ
Тип орудий	Калибр, мм	Наибольшая длина орудия, калибры	а «. X <J с 6	кая масса снаряда	Давление в канале ствола, кгс/см*	Начальная скорость, м/с	Материал дли ИЧГПтлИЛРНИИ	орудия	Направляю- щие устрой- ства снаря- дов
Нарезные пушки 70-х годов	76—305	28	10-	-12	2300— 2500	475	Сталь		Медные пояски ИЛИ ВЫ- СТУПЫ
Нарезные пушки 80-х годов	76-450	35	12-	-16*	2300— 2500	600	Сталь		Медные пояски
Нарезные пушки 90-х годов	76-305	45	12-	-14	2200- 2300	800— 875	Сталь		То же
Примечание. В 80-е годы в России и в Германии появились
тяжелые снаряды с относительной длиной в 4.2 калибра. В 90-е
годы в русском флоте от таких снарядов отказались.
* Костылев Н. Артиллерийские орудия XIX века и их жи-
вучесть, с. 10.
** При составлении таблицы использованы следующие источни-
ки: Военные флоты и /Морская справочная книжка на 1904 г.;
,Лле Т- Л11 world’s fighting ships, 1903; «Морской сборник'»,
1891 — 1903; Naval Annual. 1901; Nauticus, 1903.
165
Таблица 10
ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ ОРУДИЯ КОРАБЕЛЬНОЙ
АРТИЛЛЕРИИ К НАЧАЛУ РУССКО-ЯПОНСКОЙ ВОЙНЫ
	>. о.	3 хе		я	ая >. м/с	ыст- мн-	
Страна	а* 3 X	1’ВМ • 0 BHI	о я ь 8 •	:са ci а, кг	н	до в 00 в У	Примечания
	322 ье 55	«1а	a ~ <5	Мас ряд	2 ° Г и	Чис ред нут	
Россия	305/12	40 ‘	43	331,7	792,5	0,75	См. примем. 1
	254/10	45	26	225,2	777,2	0,75	
	203/8	45	12,1	87,9	899,1	2,00	
	152/6	45	5	41,3	792,5	3,00	Патронные
							пушки
	120/4,7	45	2.9	20,4	823	3,5-5	То же
	75/2,95	50	0,9	4,9	823	4-6	и
Англия	305/12	40	50	395,4	787	0,8-0,9	»
	254/10	32	29	226	612	0.6	
	234/9,2	46,7	27	172	805	0,7—1,00	
	203/8	29,6	14	95	670,6	2,00	
	190/7,5	45	14	90	792,5	3,00—4,00	
	152/6	40	7	45,3	670,6	3,00-4.00	
	152/6	45	7,4	45	772	4,00—5,00	
	102/4	40	1,32	12	700	5,7—6,5	
	76/3	40	0,6	5,4	673	6-7	
Франция	305/12	40	45,9	291,6	799.5	1,00—1,2	Обр. 1893 г
	305/12	45	44,4	340	807,7		Обр. 1896 г
	274/10,8	45	34,9	215,8	799,5		Обр. 1893 г
	274/10,8	45	34,5	254,9	807,7		Обр. 1896 г
	240/9,45	40	22,4	143,6	799,5		Обр. 1893 г
	240/9,45	40	23,6	169,9	874,7		Обр. 1896 г
	194/7,64	40	10,6	74,7	799,5		Обр. 1893 г
	194/7,64	40	12.5	86,1	874,5		Обр. 1896 г
	160/6,46	45	6,9	44,9	799,5		Обр. 1893 г
	140/5,4	45	4,13	30	799,5		Обр. 1893 г
Германия	280/11,0	40	43,4	255	720	0,8	
	240/9,45	40	25,6	149,7	820	1	
	210/8,27	37,2	15,8	118,7	750	2	
	150/5,9	39,8	4,7	41	770	4	
	105/4,1	40	1,9	17,2	700	5	
	83/3,4	29,7	0,6	6,8	600	7	
США	330/13	35	60	498	700	0,4	
	305/12	40	52	385,4	853		
	305/12	36.8	45,2	385,4	640	0,5-0,6	
	254/10	40	33,4	226,8	853		
166
// родолжсние
Страка	Калибр ору- дия, мм (дюймы)	Длина ору- дия. калибры	Масса ору- дия. т	Масса сна- ряда, кг	Начальная скорость, м/с	Число выст- релов в ми- нуту	Примечания
США	254/10	35	27,6	226,8	640		
	203/8	45	18,0	113,4	853		
	203/8	40	15,2	113,4	655	1	
	152/6	45	3,2	45,3	833		
	152/6	40	6,0	45,3	655	2 -	
	127/5	42,6	4,4	27,2	883		
	127/5	35	3,1	22,6	700		
Япония	305/12	40	50	385,4	762	0,8-0.9	
	254/10	40	30	206,8	701		
	203/8	45	18	113,4	800		См. прямеч. 2
	203/8	40	16,5	113,4	740		См. прнмеч. 3
	152/6	40	7	45,3	670	3-4	
	76/3	40	0,6	5.4	673		
	75/2,95	28	0,45	5,4	490	6-7	
Примечания: I. В таблице показана масса орудий с зам-
ками (за исключением 240, 210, 150, 105 и 88-мм германских пушек,
масса которых приведена без замка), скорострельность — контракт-
ная.
2. Орудие имело и легкий снаряд массой 204 кг, при стрельбе
которым начальная скорость была 731,5 м/с.
3. Орудие имело и легкий снаряд массой 95 кг, при стрельбе
которым начальная скорость была 785 м/с.
Кроме орудий, перечисленных в табл. 10. все флоты
имели на вооружении пушки калибром в 37, 47 и 57 мм,
скорострельность которых была в пределах от 10 до 20
выстрелов*в минуту. В конце 90-х годов появились по-
луавтоматические пушки в 47 и 57 мм, а к началу столе-
тия некоторые флоты, в том числе и русский, уже рас-
полагали 37-, 47- и 57-мм автоматами. Однако автомати-
ческие пушки большинства флотов представляли собой
опытные образцы. Правда, на германском флоте 37-мм
автоматы прочно вошли на вооружение броненосцев и
крейсеров. Наконец, на вооружении всех флотов были
пулеметы, преимущественно системы «максим».
Улучшение качества орудийной стали и применение
бездымного пороха позволяли значительно увеличить на-
чальную скорость новых орудий, снизить их массу и по-
167
высить прочность. Так, например, русское 305-мм орудие
образца 1877 г. длиной 30 калибров и со снарядом мас-
сой 331,7 кг, стрелявшее с начальной скоростью 570 м/с,
имело массу 50,6 т, а построенное в 1892 г. 305-мм ору-
дие длиной 40 калибров с таким же снарядом и с на-
чальной скоростью 792,5 м/с имело массу уже только
43 т. О влиянии применения бездымного пороха на уве-
личение скорострельности можно судить на основании
следующего примера: если при стрельбе бурым порохом
152-мм пушка Канэ делала в среднем 2,4 выстрела в ми-
нуту, а 120-мм пушка — 5,2 выстрела, то при стрельбе
бездымным порохом 152-мм пушка делала уже 6,2 вы-
стрела, а 120-мм — 10,7 выстрела *.
Большие достижения русской металлургии, ставшие
возможными благодаря трудам Д. К. Чернова, А. А. Рже-
шотарского и других, создание Д, И, Менделеевым_____и
И. М. Челышвым бездымного пироколлодийного пороха
вместе с успехами, достигнутыми конструкторами ору-
дий и станков — моряками-артиллеристами Нести чем,
Бринком, Барановским, Алексеевым, Меллером, позволи-
ли русской корабельной артиллерии в 90-е годы быть на
уровне тактических требований этого периода, к тому же
орудия, изготовленные на Обуховском, Металлическом
и Путиловском заводах, были дешевле и лучше загра-
ничных.
И зоб р етение в 1893 г. С. О. Макаровым бронебой -
ного наконечника открыло для корабельной артиллерии
новые возможности в борьбе с броней. КГсож а л ен и ю,
этот секрет не был сохранен для России, и им быстро
воспользовались англичане, а за ними японцы, амери-
канцы, немцы и французы.
К началу русско-японской войны корабельная артил-
лерия всех флотов располагала бронебойными, фугасны-
ми и промежуточными между ними полубронебойными
снарядами. Кроме того, на вооружении имелись сегмент-
ные снаряды, шрапнель, картечь, а на английском фло-
те— так называемые «shot», представлявшие собой бро-
небойные снаряды без «начинки». Сегментные снаряды,
явившиеся разновидностью осколочной гранаты, пред-
назначались для поражения неукрытого личного состава
1 История Обуховского сталелитейного завода. — «Морской
сборник», 1902, № I, с. 29,
168
неприятельских кораблей и открытых береговых целей.
Шрапнель и картечь также применялись против живой
силы противника. На вооружении корабельной артилле-
рии русского флота по официальной номенклатуре полу-
бронебойного снаряда не было, однако значительная
часть фугасных снарядов  вследствие малой массы
их разрывных зарядов была близка к полубронебой-
ным.
В качестве взрывчатого вещества снарядов в рус-
ском и германском флотах применялся влажный пирок-
силин. Как впоследствии показал опыт русско-японской
войны, он значительно уступал пикро- и нитросплавам,
принятым в иностранных флотах: во французском —
мелиниту, в английском — лиддиту и в японском — ши-
мозе. Нужно заметить, что в России в военном ведомст-
ве с начала 90-х годов велись работы по снаряжению
снарядов новыми взрывчатыми веществами, однако к
началу русско-японской войны мелинитовые снаряды бы-
ли приняты только для 152-мм пушек сухопутной артил-
лерии.
В отношении качества пороха русская корабельная
артиллерия уже с первой половины 90-х годов шла впе-
реди других флотов, применяя пироколлодийный без-
дымный порох, обладавший отличными баллистическими
и химическими свойствами.
Требования повышения скорострельности орудий, до-
статочной живучести и надежности действия корабель-
ной артиллерии способствовали быстрому развитию ору-
дийных установок всех калибров. Необходимость в на-
дежной защите орудий крупного калибра и обслужива-
ющих их расчетов привела к появлению еще в 80-е годы
барбетных установок с броневыми колпаками, срединен-
ными с вращающимся столом, на котором лежали тела
орудий. В русском флоте подобные установки были на
броненосцах «Александр II» и «Чесма». По мере
дальнейшего совершенствования барбетных установок
изменялась и конструкция броневых колпаков, которые
в 90-е годы приобрели продолговатую и в большинстве
случаев многоугольную форму. Такие барбетные уста-
новки назывались барбетными башнями, они были при-
няты в английском, японском и итальянском флотах.
Другие флоты, п в частности русский, в 90-е годы пред-
почтение отдавали закрытым круглым или уравновешен-
169
ным эллиптическим башням. Такая орудийная установка
состояла из жесткого барабана, неподвижно связанно-
го с корпусом корабля, и установленной в нем вращаю-
щейся башенной конструкцией. Приспособления для по-
дачи боезапаса, заряжания и наводки орудий были гид-
равлическими и электромеханическими и, кроме того,
позволяли производить все эти действия вручную.
Бортовые орудийные установки в большинстве случа-
ев были с центральным штырем, обеспечивавшим быст-
роту наводки. Расчеты орудий средней артиллерии обыч-
но были защищены круглыми, коробчатыми или плоски-
ми броневыми щитами. Применение на всех орудийных
установках гидравлических компрессоров, пружинных и
пневматических накатников в значительной мере умень-
шило размеры установок, их массу и в то же время бла-
гоприятствовало повышению скорости заряжания. Соз-
дание устройств механической подачи боезапаса из по-
гребов к орудиям способствовало быстроте заряжания,
а следовательно, и увеличению скорострельности.
Несмотря на некоторые положительные качества ма-
териальной части русской корабельной артиллерии, она
имела и ряд серьезных недостатков, сказавшихся в ходе
русско-японской войны. В 1892 г. русское морское мини-
стерство допустило принципиальную ошибку в определе-
нии требований к баллистическим свойствам орудий ко-
рабельной артиллерии. В погоне за достижением высоких
начальных скоростей оно приняло решение о перехо-
де на более легкие снаряды. В этой ошибке сыграло зна-
чительную роль вредное влияние взглядов французско-
го флота. До 1892 г. русский 305-мм снаряд имел массу
454,4 кг, 203-мм—132 кг, 152-мм — 54,7 кг, а после
1892 г. масса их была снижена соответственно до 331,7;
87,9; 41,3 кг.
Морской технический комитет, принимая решение о
переходе на более легкие снаряды, считал
—	введение легких снарядов даст увеличение началь-
ной скорости от 14 до 21%;
—	в результате увеличения начальной скорости тра-
ектория станет более настильной;
1 Журнал Морского технического комитета по артиллерии. 1892.
12 мая, № 47.
170
—	меткость па малых и средних дистанциях, на ко-
торых, вероятно, и будет вестись бой, увеличится;
—	уменьшится масса артиллерийского вооружения
корабля;
—	стоимость снарядов будет меньшей.
В результате такого решения относительная масса
снарядов русской корабельной артиллерии стала значи-
тельно меньше массы снарядов флотов вероятных про-
тивников. Так, относительная масса русских снарядов
была в пределах от 10,5 до 11,8 кг, в то время как сна-
ряды английской и японской корабельной артиллерии —
в пределах от 13 до 13,5 кг. Французская корабельная
артиллерия того времени имела снаряды с относитель-
ной массой 10,9—12,6 кг.
Т	абл. 11 приведена для суждения о величине измене-
ний в массе русских снарядов и сравнения их с массой
японских снарядов L
Таблица 11
МАССА СНАРЯДОВ ДО 1892 г. И В 1904 г.
Калибры, мм	152			203			305		
Флот	Русский		Япон- ский	Русский		Япон- ский	Русский		Япон- ский
Годы	До 1892	1904	1904	До 1892	1904	1904	До 1892	1904	1904
Масса сна- ряда, кг Относи- тельная мас- са снаряда, кг	55,7 17,5	41,3 11,08	49,1 14,0	132 15,9	87,9 10,5	113 13,0	454,4 16.0	331,7 11,8	335 13.4
Недостатком снарядов русской корабельной артилле-
рии был малый процент взрывчатого вещества, состав-
лявшего начинку бронебойного и фугасного снарядов,
относительно общей массы каждого из них. С. О. Мака-
ров еще в 1894 г. отмечал крупные недостатки русской
корабельной артиллерии. В своей статье «Разбор эле-
ментов, составляющих боевую силу судов» он писал:
1 Гончаров Л. Г. Некоторые тактические уроки Цусимы.—
«Морской сборник», 1935, № 6.
171
«Морякам нет надобности заботиться об улучшении тех-
нической части пушек, станков и снарядов — дело это
пойдет само собою, но снаряжение снарядов нуждается
в поощрительных мерах. Оно далеко отстало от всего
остального. Также отстало то, что находится в руках са-
мих моряков, т. е. способы пользования артиллерией и
управление артиллерийским огнем»1. Табл. 12 приведена
для суждения о количестве взрывчатого вещества в про-
центах от общей массы снаряда2.
Таблица 12
СРАВНИТЕЛЬНАЯ ТАБЛИЦА МАССЫ ВЗРЫВЧАТОГО
ВЕЩЕСТВА СНАРЯДОВ КОРАБЕЛЬНОЙ АРТИЛЛЕРИИ
Калибр снаряда, мм	Масса взрывчатого вещества в процентах от общей массы снарядов					
	Снаряды русской корабельной артил- лерии		Снаряды английской корабельной артил- лерии		Снаряды французской корабельной артил- лерии	
	бронебой- ные	обыкно- венные	бронебой- ные	фугасные	бронебой- ные	фугасные
305	1,31	2,75	5,0	9,5	5,0	9,5
254	1,3	2,9	—	—	—	
234	М	—	4,7	7,9	4,7	8,8
203	1,67	—		—	—'	—-
152	1,27	3,1	5,5	9,25	5,5	9,25
75-76	1.1	2,8	—	9,5	——	9,5
Малый процент взрывчатого вещества в русских сна-
рядах сделал их разрушительную способность явно не-
достаточной. Это отрицательно /Сказалось в бою 28 ию-
ля 1904 г., особенно в Цусимском бою 14 мая 1905 г., о
чем будет сказано в следующей части настоящего труда.
Опыт русско-японской войны вскрыл ряд недостатков и
во взрывателях русских снарядов. В частности, он пока-
зал, что все небронебойные снаряды следовало снабжать
трубками без замедлителей, а бронебойные — с замед-
лителями, вызывающими взрыв при прохождении сна-
ряда через броню. Во время войны наблюдались частые
‘ «Морской сборник», 1894, № 6.
2 Величины зарядов у снарядов русской корабельной артилле-
рии взяты из Приложения XXII к статье «История Обуховского
сталелитейного завода».— «Морской сборник», 1903, № 8, с. 14.
172
Случаи отказа взрывателей русских снарядов. Так, на-
пример, в Цусимском бою из пяти снарядов, попавших в
броненосный крейсер «Ивате», ни один не разорвался ’.
В 1893 г. морское и военное министерства по инициа-
тиве С. О. Макарова договорились о единстве калибров,
внешней формы и массы снарядов корабельной и бере-
говой артиллерии. Такая договоренность впоследствии
себя оправдала. Так, в Порт-Артуре 254-мм батарея
Электрического утеса стреляла снарядами с «Пересве-
та» и «Победы» и 152-мм полевые мортиры — снарядами
морских 152-мм пушек1 2.
Война вскрыла и некоторые недостатки станков рус-,
ской корабельной артиллерии. 305-мм башенные уста-
новки на эскадренных броненосцах имели предельный
угол возвышения 15°, а 254-мм установки на «Победе» и
«Пересвете» — соответственно 20 и 30°. К моменту объ-
явления войны прицелы крупных орудий на всех эскад-
ренных броненосцах были градуированы лишь для уг-
лов возвышения не свыше 13°, поэтому предельные даль-
ности прицельной стрельбы из этих орудий были 60—
65 каб. Лишь в феврале 1904 г. на Тихоокеанской эс-
кадре прицелы (тангенсовые) были размечены на всю
длину их стебля, что позволяло 305-мм орудиям вести
огонь при угЙах возвышения около 14°, а 254-мм —при
18°. Следует заметить, что в это время на эскадре был
получен циркуляр Морского технического комитета,
«разрешавший» стрелять из крупных орудий на несколь-
ко увеличенных, но во всяком случае не предельных ди-
станциях.
Башни на русских эскадренных броненосцах были
эллиптической формы и имели вертикальную броню. На
других флотах передние плиты башен были наклонны-
ми, благодаря этому орудийные амбразуры имели мень-
шую площадь. У кораблей постройки до 1897 г. заряжа-
ние башенных орудий производилось с помощью
гидравлических устройств, а на кораблях, построенных
после 1897 г., башенные орудия заряжались посредст-
вом электромеханизмов. Контрактная скорость заряжа-
ния русских 305-мм орудий была 1,25—1,5 мин, практи-
1 Герасимов. Заметки о морской артиллерии в войну
1904 г. — «Морской сборник», 1906, № 2 и 3.
2 Там же.
173
ческая в мирных условиях — 2 мин. В бою 28 июля
1904 г. на производство выстрела из 305-мм пушки по-
требовалось около 4,8 мин (в среднем), а из 254-м м пуш-
ки— 3,4 мин. Заряжание в значительной мере замед-
лялось тем, что затворы русских орудий были француз-
ской системы, тогда как на’ английском и японском фло-
тах у орудий были новые системы затворов со ступень-
чатой нарезкой запирающей части ’. Наконец, к серь-
езным недостаткам русской корабельной артиллерии,
сказавшимся во 'время русско-японской войны, следует
отнести очень бедную количественно и неудовлетвори-
тельную по качеству артиллерийскую оптику. Оптиче-
ские прицелы были очень сложными и пе обеспечивали
надежного согласования прицельной линии с осью ору-
дия. К тому же эти прицелы на 2-й Тихоокеанской эскад-
ре появились незадолго до ее ухода в поход, а 1-я Ти-
хоокеанская эскадра имела оптические прицелы только
для 75-мм орудий, и то лишь на некоторых кораблях.
Дальномеры Барра и Струда имели короткую базу и по-
явились на вооружении незадолго до начала войны1 2.
Имевшиеся на кораблях микрометры Люжоля на боль-
ших дистанциях не обеспечивали точного измерения рас-
стояний.
К началу XX столетия, несмотря на зна’Тительные ус-
пехи в развитии артиллерии, ее все же нельзя было на-
звать победительницей в борьбе с броней. На каждый
новый шаг в развитии артиллерийских орудий и снаря-
дов производство брони отвечало успехами в своей об-
ласти. Как уже говорилось в предыдущей главе, желез-
ная броня в начале 80-х годов начала заменяться стале-
железной и стальной. В ответ на появление снарядов из
хромистой стали появилась сталепикелевая броня, а за
ней цементированная. .
С. О. Макаров в статье «Броненосцы или безбрежные
суда»3 приводил следующие данные, позволяющие су-
дить об относительной прочности различных сортов бро-
ви; крупповской броне толщиной 152, 254 и 380 мм со-
1 Герасимов. Заметки о морской артиллерии в войну
1904 г. — «Морской сборник», 190G, № 2 и 3.
2 Русско-японская война 1904—1905 гг. Книга 7. Работа Исто-
рической комиссии по описанию действий флота в войну 1904—
1905 гг. при Морском Генеральном штабе. Пг., 1917, с. 41—42.
3 «Морской сборник», 1903, № 4.
174
ответственно были равноценный гарвеироваиная броня
толщиной 204, 343 и 508 мм, сталеникелевая— 228, 381,
559 мм, стальная — 230, 407 мм. \
Перевес на стороне брони в ее борьбе с артиллерией
приводил к недостаточно реальной оценке роли кора-
бельной артиллерии по сравнению с другими средства-
ми, Так, ряд английских и французских военно-морских
теоретиков в первой половине 90-х годов по-прежнему
ставили корабельную артиллерию па второе место среди
других средств, которыми располагали к этому времени
военные флоты.
Однако более прогрессивные английские и француз-
ские военно-морские теоретики уже в первой половине
90-х годов делали некоторую уступку требованию здра-
вого смысла, расценивая артиллерию наравне с тараном.
Так, например, лейтенант Журдан в своем курсе такти-
ки для французских гардемаринов писал, что еще не-
сколько лет назад большинство склонялось к мнению,
высказанному адмиралом Тушаром, что таран — главное
оружие современного флота. Но теперь, надо думать, ар-
тиллерия, таран и мина займут одинаково видное поло-
жение.
В русском флоте в начале 90-х годов на таран смот-
рели несколько по-иному и, несомненно, более прогрес-
сивно. Ряд русских военно-морских теоретиков и прак-
тиков достаточно ясно отдавали себе отчет., что время
увлечения тараном давно миновало. Правда, многие из
них не решались высказываться об этом прямо, так как
большинство лиц, находившихся во главе официального
руководства тактической мыслью на русском флоте, бы-
ли воспитанниками Бутаковской школы. В 1894 у.
С. О. Макаров в своей статье «Разбор элементрв^срстав-
ляющих боевую силу судов»._по существу, первый дал
подлинно научную оценку тарана как боевого средства.
Не',отрицая^вовсе значения таранного удара, он ставил
таран на третье место среди других боевых средств фло-
та^Ти е. после_арти.ллери.н.11,мины1 справедливо утверж-
дая, что популярности тарана способствовали простота
его устройства, удачный боевой дебют «Мерримака», не-
сколько случаев нечаянных ударов, закончившихся по-
топлением протараненных кораблей. «Таран только по-
тому и страшен, что моряки не предъявляют строителям
тех требований, которым боевой корабль должен отве-
175
чать» ’. Оценка тарана, данная Макаровым, способство-
вала пересмотру официальных взглядов русского флота
не только на использование тарана, но и на некоторые
другие тактические архаизмы (отмена стрелковых и
абордажных партий в боевых расписаниях, снятие с во-
оружения шестовых и буксируемых мин).
В то время, как в Англии и Франции выдавались зо-
лотые медали за сочинения, превозносившие таран и
рассматривавшие его как основное оружие броненосно-
го флота1 2, в курсе тактики, читавшемся на лекциях
только что организованного Военно-морского отдела Ни-
колаевской морской академии, с достаточной определен-
ностью говорилось, что таран следует рассматривать как
вспомогательное оружие, которое в некоторых случаях
можно будет использовать в бою в сочетании с артил-
лерией и миной. В этом курсе указывалось, что с увели-
чением скорости броненосных кораблей нанесение таран-
ного удара по движущемуся противнику, помимо гро-
мадных трудностей осуществления, сопряжено с выводом
из строя как протараненного корабля, так и кораб-
ля, нанесшего таранный удар. По тактическим взглядам,
сложившимся в русском флоте, почти за десять лет до
начала русско-японской войны основным оружием бро-
неносного флота считалась артиллерия.
После боя у р. Ялуцзян корабельная артиллерия на
всех флотах безоговорочно была признана основным ору-
жием броненосного флота3. Артиллерию стали считать
оружием, способным действовать в очень большом диа-
пазоне дистанций против любого надводного корабля,
береговых батарей и оборонительных сооружений, т. е.,
другими словами, оружием, отвечавшим требованию
универсальности использования. В то же время выска-
зывалось мнение, что артиллерия способна лишь при-
чинить значительные повреждения надводной части кор-
пуса броненосного корабля противника, но не может
1 «Морской сборник», 1894, № 6.
2 Даже в 1896 г. во французском флоте производились таран-
ные упражнения, во время которых один из броненосцев таскал на
буксире длиной 2 каб щит, который пытались таранить другие бро-
неносцы.
3 В бою у р. Ялуцзян (1894) от огня японской корабельной ар-
тиллерии погиб китайский броненосный крейсер «Цзиныоань». Предпо-
ложительно, один 320-мм снаряд пробил броневую палубу, разрушил
водонепроницаемые переборки и сделал пробоину у ватерлинии.
уничтожить его вследствие малой эффективности своего
воздействия на подводную част\Обычно такие доводы
подкреплялись боевым опытом, as еще-чаще— опытом
мирного времени по расстрелу старых броненосных ко-
раблей, и в частности стрельбой английского эскадрен-
ного броненосца «Мажестик» по старому броненосцу
«Белизль». Взгляд на неспособность артиллерии нанести
кораблю противника значительные повреждения, кото-
рые влекли бы за собой потерю им боевой плавучести и
гибель, был беспощадно опровергнут опытом русско-
японской войны.
Корабельная артиллерия 90-х годов и первых трех
лет XX столетия продолжала подразделяться на круп-
ную, среднюю и мелкую. Крупная артиллерия (калиб-
ром от 254 мм и выше) предназначалась для поражения
жизненно важны^ наиболее защищенных частей ко-
рабля. Средняя артиллерия (203—75 мм) должна была
поражать слабо бронированные и вовсе не защищенные
части корабельного корпуса, надстройки, палубную ар-
тиллерию и личный состав вне броневой защиты. Мел-
кая артиллерия (65 мм и ниже) предназначалась для
отражения атак миноносцев, а в артиллерийском бою на
коротких дистанциях — для поражения целей, которые
уничтожала средняя артиллерия, но не защищенных
броней.
В предыдущей главе говорилось, что в 80-е годы ус-
тановилась некоторая стабильность, а затем произошло
уменьшение калибра орудий крупной артиллерии. Пре-
имущество тяжелых орудий, достигавшееся увеличением
их калибра, совершенно не оправдывало трудностей, ко-
торые вызывались увеличением массы артиллерийского
вооружения, громоздкостью орудийных установок и ма-
лой скорострельностью. Вследствие этого на большинст-
ве флотов предельными калибрами для орудий крупной
артиллерии были приняты 305—280 мм, на английском
флоте — 343 мм, а на флоте США — 330 мм. В 90-е годы
определилась тенденция к дальнейшему уменьшению ка-
либра тяжелых орудий. Так, например, в Германии соч-
ли возможным уменьшить калибр крупной артиллерии
до 240 мм (9,45 дюйма), предпочитая повышенную ско-
рострельность.
В 1891 г. в России также возник вопрос об уменьше-
нии калибра орудий артиллерии и о вооружении новых
12 Зак. 519	177
кораблей пушками калибром менее 305 мм, чтобы до-
стигнуть выигрыша в уменьшении массы артиллерийско-
го вооружения на кораблях и обеспечить возможность
действовать орудиями вручную. Однако после тщатель-
ного исследования этого вопроса было решено сохранить
305-мм калибр орудий крупной корабельной артиллерии
и, кроме того, ввести на вооружение 254-мм орудия.
В Англии также наблюдалась тенденция к снижению ка-
либра крупных орудий в целях уменьшения массы ар-
тиллерийского вооружения. На броненосцах 1-го класса
типа «Центурион» и «Ринаун», построенных в 1892—
1895 гг., были поставлены 254-мм орудия, но на после-
дующих за ними кораблях англичане остановились на
305-мм калибре. Попытки поиска в достаточной степени
мощных орудий, но несколько меньшего калибра приве-
ли к появлению на броненосцах артиллерии так назы-
ваемого промежуточного калибра (223—254 мм).
В результате совершенствования материальной части
корабельной артиллерии, внедрения бездымного пороха
и взрывчатых веществ с сильным бризантным действи-
ем корабельная артиллерия к началу русско-японской
войны обладала значительными, но еще недооцененны-
ми возможностями по причинам, среди которых сущест-
венное место занимал низкий уровень развития теории и
практики стрельбы на море. Только в середине 90-х го-
дов после долгих и горячих споров отказались от залпо-
вого метода ведения огня, ставшего явным анахрониз-
мом. Идея такой стрельбы родственна таранной тактике,
в соответствии с требованиями которой она и была при-
нята в 70-е годы. Но отказ от залповой стрельбы и пере-
ход на метод беглого огня еще не решал вопроса о бое-
вом использовании корабельной артиллерии, приводив-
шем к достижению решающих результатов в кратчай-
ший срок. Нужна была научная разработка методов
управления огнем корабельной артиллерии.
Результаты стрельбы японских и китайских кораб-
лей в бою у р. Ялуцзян были явно неудовлетворительны-
ми По приближенному, весьма оптимальному подсче-
ту* 2, из 400 снарядов, выпущенных 305-, 260- и 250 мм
‘ История Обуховского сталелитейного завода. — «Морской
сборник», 1902, № I, с. 17.
2 Вильсон. Броненосцы в бою. т. 2, с. 122,
178
орудиями китайских кораблейллопало менее 4%. Мет-
кость японской артиллерии в этокбою была не намного
выше. Правда, японцам удалось достичь большего чис-
ла попаданий, так как они имели невооружен и и своих
кораблей значительное количество скорострельных ору-
дий. Совершенно неудовлетворительными были резуль-
таты стрельбы американцев в бою у Сантьяго 3 июля
1898 г.— в среднем около 1,5% попадания, несмотря на
исключительно благоприятные условия, в которых они
сделали 8060 выстрелов (по другим данным, 9475)
Процент попаданий, достигнутый испанцами, был совсем
ничтожным, приближался почти к нулю. Причиной столь
плохой меткости корабельной артиллерии в этом бою, а
незадолго перед этим и в бою при Кавите (1 мая
1898 г.) был неудовлетворительный уровень огневой под-
готовки флота США и еще более низкий — испанского
флота. Правда, при оценке результатов стрельбы испан-
ских кораблей в каждом из этих боев следует учитывать
чрезвычайно низкое моральное состояние испанцев, вы-
нужденных вести безнадежную борьбу с противником,
располагавшим подавляющим превосходством в си-
лах 2.
Неудовлетворительной_была и огневая подготовка
английского флота, на кораблях которого до 1899 г. на
стрельбу смотрели, как на «заразу», потому что она
обычно была связана с бытовыми неудобствами (необ-
ходимость предварительной подготовки жилых помеще-
ний, мелкие повреждения от сотрясений при выстрелах).
Вопрос о том, был ли во время стрельбы поражен щит
или нет, по признанию самих англичан, мало интересо-
вал офицеров стрелявшего корабля. Вместе с тем усло-
вия учебных (практических и боевых) стрельб были
чрезвычайно далеки от действительных, поэтому «показ-
ная меткость» на таких стрельбах была относительно
высокой.
Способы управления огнем, существовавшие в 1894—
1895 гг. в японском и американском флотах, были при-
митивны и не соответствовали тактико-техническим воз-
1	«Морской сборник», 1902, № 5.
2	Попытку командовавшего испанской эскадрой адмирала Сер-
вера «поднять» дух команд испанских кораблей выдачей перед боем
у Сантьяго винной порции вряд ли можно признать удачной. Это.
по-видимому, снизило меткость испанских комендоров еще больше.
'2*	179
нежностям корабельном артиллерии. Американцы сами
признавали, что в бою у Сантьяго они не придержива-
лись какого-нибудь определенного способа управления
огнем. Опыт японо-китайской и особенно испано-амери-
канской воины заставил почти во всех флотах обратить
усиленное внимание не только па вопросы организации
и проведения стрельбы, но и на разработку способов уп-
равления артиллерийским огнем.
Во Франции вопросами управления огнем и разработ-
кой правил стрельбы начали интересоваться значитель-
но раньше. Однако неустойчивость в тактических взгля-
дах, характерная для флота Третьей республики в 80-—
90-е годы, сказалась на темпах и качестве проводивших-
ся в этом направлении работ. Правила стрельбы, разра-
ботанные во французском флоте к концу 90-х годов, бы-
ли слишком общими.
В итальянском флоте правила управления артилле-
рийским огнем разрабатывались в течение длительного
срока, почти с начала 90-х годов. В 1901 г. они были
опубликованы в журнале «Rivista Marittima». По-види-
мому, эти правила вскоре в какой-то мере были использо-
ваны японцами и немцами. Итальянские правила стрель-
бы предусматривали управление огнем на основании
наблюдения знаков падения снарядов. Для облегчения
управляющему огнем наблюдения падений своих снаря-
дов предполагалось добавлять в эти снаряды некоторое
количество дымовых веществ. Правила учитывали осо-
бенности стрельбы ночью и по береговым целям.
Утверждения некоторых авторов, что в годы, непо-
средственно предшествовавшие русско-японской войне,
огневая подготовка русского флота находилась на наи-
более низком уровне, не совсем справедливы. Горечь
неудач, испытанных русским флотом во время этой вой-
ны, часто приводила к чересчур суровой оценке такого
вида подготовки. На самом деле она по своему уровню
едва ли была ниже, чем в английском, французском и
американском флотах. С конца 90-х годов в русском
флоте было обращено некоторое ’внимание на дальней-
шее развитие способов управления артиллерийским ог-
нем. Правда, темпы работы были чрезвычайно медлен-
ными. Поэтому к началу 90-х годов русский флот про-
должал пользоваться способами стрельбы, изложенны-
ми в «Правилах артиллерийской службы», изд. 1892 г.
180
(отдел I), которые уже давно н\отвечали новым воз-
можностям артиллерии. Обучение наводчиков было ор-
ганизовано неправильно. В Учебно-артиллерийском от-
ряде Балтийского моря допускалось одновременное обу-
чение управляющих огнем офицеров и наводчиков. В ре-
зультате такой организации наводчики обучались стрель-
бе в условиях, не исключавших ошибки в установках
прицела и целика, неизбежные при обучении управляю-
щих огнем. Это воспитывало у наводчиков недоверие к
данным установкам прицела и целика и привычку стре-
лять «на глазок».
В 1901 г. была создана техническая комиссия из ар-
тиллерийских офицеров Кронштадтского порта, которая
приступила к разработке новых правил управления ар-
тиллерийским огнем. При стрельбе корабля по одной
цели они предусматривали управление огнем старшим
артиллеристом, находившимся в боевой рубке, а при на-
личии двух целей—старшим артиллеристом и его помощ-
ником, размещавшимися в различных командных пунк-
тах. При нарушении связи с этими пунктами командиры
башен и плутонгов переходили на самостоятельное уп-
равление огнем. Пристрелка велась либо одним оруди-
ем путем последовательного изменения высоты прицела,
либо несколькими орудиями, стрелявшими с различными
его установками («уступом»). Исходное расстояние оп-
ределялось дальномером.
Для пристрелки на дистанциях 15—20 каб использо-
вались 76-мм пушки, а на больших расстояниях —
120-мм, а также 152-мм орудия. После накрытия цели
пристрелка заканчивалась и управляющий огнем, сооб-
щив башням и плутонгам определенную установку при-
цела с введенной поправкой на ход стреляющего кораб-
ля и цели, отдавал приказание об открытии беглого ог-
ня. По мере необходимости управляющий огнем переда-
вал в башни и плутонги указания об изменении прицела.
В соответствии с правилами управляющий огнем
должен был основывать свое суждение об успешности
стрельбы по общему впечатлению от наблюдения за по-
ложением струн снарядов относительно цели. Таким об-
разом, .в этих правилах с достаточной ясностью отража-
лась идея стрельбы струей и продвижение этой струи
через цель. Новые правила стрельбы представляли собой
значительный шаг вперед. Несмотря на то, что они име-
181
Лн ряд недостатков, и в частности малую обоснован-
ность пристрелки, эти правила более отвечали требова-
ниям того времени, чем правила, существовавшие в
большинстве других флотов (за исключением японского
и германского). Новые правила стрельбы, разработан-
ные к 1903 г., но не введенные в действие до начала рус-
ско-японской войны, стали известны японцам.
Серьезным недостатком в подготовке русского флота
(как, впрочем, и недостатком, свойственным в то время
всем другим флотам) была низкая организация учебных
стрельб. Дистанции на них были занижены, скорость
стрелявших кораблей, как правило, была незначитель-
ной. Наконец, большинство стрельб производилось по
неподвижным щитам, которые к тому же по своим раз-
мерам далеко не соответствовали подлинной величине
боевой цели. Так, например, в английском флоте суще-
ствовало два вида щитов: большой — размером около
160 м2 для орудий 234 мм и выше и малый — размером
90 м2 для орудий калибром менее 234 мм. При стрель-
бах из орудий крупного калибра дистанция менялась от
7 до 14,5 каб при скорости стрелявшего корабля 8 уз.
При стрельбах из орудий среднего калибра дистанция
была в пределах 7—8 каб, скорость стрелявшего кораб-
ля — около 12 уз.
Дистанции практических стрельб в русском флоте
находились в пределах 7—15 каб. В 1901 г. Артиллерий-
ский отряд сделал попытку увеличить дистанцию прак-
тических стрельб из орудий крупного калибра до 28 каб.
Незадолго до начала русско-японской войны корабли
1-й Тихоокеанской эскадры провели практическую
стрельбу на дистанции 30 каб. В это же время циферб-
латы приборов управления артиллерийским огнем в рус-
ском флоте были переградуированы с 25 до 43 каб, таб-
лицы стрельбы 1 орудий крупных калибров вычислены $
до 60 каб, а прицелы орудий рассчитаны до 53 каб.
Искусственные условия практических стрельб, суще-
ствовавшие во всех флотах, способствовали проявлению
излишнего оптимизма во взглядах на возможную мет-
кость в бою. Несоответствие размеров щитов и боевых
* С началом войны на 1-й Тихоокеанской эскадре таблицы
стрельбы были дополнены. См.: Герасимов. Заметки о морской
артиллерии в войну 1904 г. — «Морской сборник», 1906. № 2 и 3.
182
целей, а также малые дистанции стрельб не позволяли
получить правильного суждения о боевой меткости. Рез-
кое различие между меткостью на учебных стрельбах
мирного времени и меткостью в бою стало особенно оче-
видным после испано-американской войны 1898 г. За год
до ее начала флот США на учебных стрельбах достиг
70—80% попаданий, а в бою у Сантьяго его боевая мет-
кость оказалась почти в сорок раз меньше.
Правила артиллерийской службы (отдел 1, № 3)
русского флота предусматривали следующие категории
дистанций: малые —до 7 каб, средние — от 7 до 15 каб,
большие —от 15 каб и выше. Н. Л. Кладо в своем кур-
се «Морской тактики» упоминал следующее деление ди-
станций: малые —от 4 до 7 каб, средние — от 7 до
10 каб, большие —от 30 до 40 каб. Эти суждения о
дистанциях отражали точку зрения иностранных фло-
тов. Величину малой дистанции (4 каб) Кладо объяснял
дальностью торпедного выстрела того времени, считая,
что дальнейшее сближение в бою из-за риска подверг-
нуть себя опасности атакам неприятельских торпед бес-
смысленно. Средние дистанции (7—10 каб) определя-
лись им^ исходя из опыта боевой подготовки некоторых
флотов, проводивших в то время учебные стрельбы при-
мерно на таких дистанциях. Кладо, как и многие ино-
странные военно-морские теоретики, был склонен счи-
тать эти дистанции дальностью действительной артил-
лерийской атаки. Величину больших дистанций (30—
40 каб) Кладо определял предельными дальностями
стрельбы крупных и средних орудий. Но это было не-
верно, так как 305- и 254-мм орудия (в 40 и 45 калиб-
ров длиной), которыми были вооружены русские броне-
носцы постройки 90-х годов, могли с достаточной метко-
стью стрелять до 60 каб, а 152-мм пушка в 45 калиб-
ров—до 45—50 каб. Конечно, на таких больших дистан-
циях стрельбы в гораздо большей мере сказывались от-
сутствие оптических прицелов орудий и слабая оптика,
которой пользовались управляющие огнем, что снижало
успешность наблюдения за падением своих снарядов.
При выборе дистанции стрельбы, по взглядам воен-
но-морских теоретиков того времени, считалось, что:
— большие дистанции (близкие к предельной даль-
ности артиллерийского огня, позволявшей рассчитывать
на его достаточную успешность) целесообразны в па-
183
чальной фазе боя, во время борьбы сторон за исходную
позицию;
— средние дистанции (дальность действительного
артиллерийского огня) целесообразны во время нанесе-
ния главного удара;
— малые дистанции, диапазон которых определялся
разностью между дальностями прямого орудийного и
торпедного выстрелов, типичны для фазы развития ус-
пеха.
В то же время высказывались и более прогрессивные
суждения о характере и величине боевых дистанций.
Так, С. О. Макаров в 1903 г. высказал мнение, что наи-
более объективным критерием для определения ступе-
ней боевой дистанции является угол возвышения, с од-
ной стороны, а с другой — возможная дальность наблю-
дения результатов стрельбы
Флагманский артиллерист Владивостокского отряда
крейсеров лейтенант Гревниц в разработанной им в
1903 г. инструкции о новых правилах стрельбы ука-
зывал, что в бою на море большие дистанции будут
60—70 каб. Такой взгляд на боевые дистанции был но-
вым не только для русского, но и для других флотов.
Русско-японская война вскоре подтвердила суждения,
высказанные Гревницем в его инструкции.
Ряд особенностей обстановки, влиявших на результа-
ты боев во время японо-китайской войны 1894—1895 гг.
и испано-американской войны 1898 г., привел к некото-
рым поспешным выводам в отношении значимости тех
или иных калибров корабельной артиллерии. На основа-
нии опыта боев у Ялуцзян и Сантьяго подавляющее
большинство военно-морских теоретиков пришло к выво-
ду о доминирующем значении средней артиллерии. При-
знавая, что назначениехМ крупной артиллерии (калибры
254 мм и выше) является поражение жизненно важных,
наилучшим образом защищенных частей корабля, боль-
шинство теоретиков считало, что достигнуть этого прак-
тически очень трудно. Используя односторонний и весь-
ма непоказательный опыт боя у Сантьяго, в котором
плохо подготовленные и деморализованные безнадежно-
стью борьбы испанцы сражались с численно и техниче-
1 Макаров С. О. Броненосцы или безбронные суда? — «Мор-
ской сборник», 1903, № 4.
184
ски превосходившими их во много раз силами флота
США, некоторые теоретики утверждали, что главным
назначением крупной артиллерии является стрельба по
противнику на самых ближних дистанциях, на которых
обеспечивалась наибольшая действительность пораже-
ния бронированных целей. Средняя артиллерия благо-
даря своей большей скорострельности обеспечивала, счи-
тали они, большое количество попаданий. Поэтому сто-
ронники доминирующего значения средней артиллерии
полагали необходимым открывать огонь из орудий сред-
него калибра с предельных дистанций. Последнее об-
стоятельство вызвало значительное увеличение числа
190- и 203-м м орудий на броненосцах, спроектированных
в России, Франции, Италии и США в 1899—1903 гг.
Как увидим позднее, боевой опыт русско-японской
войны, не подтвердив взглядов сторонников средней ар-
тиллерии, с исключительной ясностью показал значение
орудий крупного калибра в бою на море между броне-
носными кораблями. Заканчивая обзор состояния кора-
бельной артиллерии в период, непосредственно предше-
ствовавший началу русско-японской войны, скажем не-
сколько слов о количественной стороне боезапаса. Дей-
ствовавшее в русском флоте положение о корабельном
боекомплекте предусматривало запас снарядов на ору-
дие, указанное в табл. 13.
Таблица 13
КОРАБЕЛЬНЫЙ ЗАПАС АРТИЛЛЕРИЙСКИХ СНАРЯДОВ
	Род снарядов	Калибр орудия, мм								
		305	254	203	152 (скоро- стрельное)	152	120	75	47	37
1	Бронебойные	18	23	30	47	42	50	125	540	1350
	Фугасные	18	22	30	47	42	50	—	—	
	Сегментные	4	6	15	31	26	40	50	——	•—-*
	Чугунные	18	22	30	47	42	50	125	540	1350
	Картечь	2	3	5	8	8	10	—	—	—
	Всего ...	60	76	ПО	180	160	200	300	1080	2700
Обращает на себя внимание большое количество чу-
гунных снарядов, которые, как показал опыт воины, ча-
185
сто рассыпались при вылете из капала ствола. За счет
чугунных снарядов снижался и без того малый запас фу-
гасных снарядов. Лишними в боекомплектах оказались
и сегментные снаряды, особенно крупных калибров.
Корабельный боекомплект в английском и японском
флотах был еще меньше? на 300-мм орудие — 50 снаря-
дов, на 203-мм — 120, на 152-мм — 140, на 120-мм — 180,
на 76-мм — 250, на 47-мм— 400 снарядов. Недостаточ-
ность такого боекомплекта подтвердил опыт боя у Ялуц-
зян. Как потом показали события, в бою 28 июля
1904 г. в Желтом море японцы либо в очень незначи-
тельной степени увеличили свой корабельный боекомп-
лект, либо оставили его без изменений, однако процент
фугасных снарядов в нем был несравненно больше, чем
на кораблях русского флота.
Развитие минного оружия. Во всех крупнейших флсь-
тах минное оружие рассматривалось как конгломерат
ряда его разновидностей, одна чйОть KOT6pbrx~inre7iTiia-
ступательный характер, другая — оббрбнйтёльн'ыи'. Так,
например, во Франции минное оружие, та1с"же кйк и в
ало, две, .основц ые,.рд зноярд ноет и тТ.само-
движущуюся мину и _мину заграждения?В итальянском
флоте~птод~те ръта я ом «torpilte» вначале понимались и
торпеды, и мины заграждения. Только'с 80-х годов для
торпеды был введен отдельный термин «selure». В_Анг-
лии, США и Германии для торпед и мин заграждения
существовали различные термины. Но все они в целом
образовывали единый род_оружия. К наступательному
минному оружию относились са м од в ижушиеся мины или
торпеды и метательные или~инёрцйонные мины, ^не-
которых флотах до начал а 90-х годов продолжали оста-
ваться на вооружении катерные шестовые мины Г
иы заграаишшдиув, какоиР^^ мере..контрмицы, хотя они
вместе, с.-тралами. могди„быть?отнесены к 'самосюятель-
нои. разновидности.«мирного,оружия — к средствам борь-
бы см и н а.м и^з а гр а ж дения ГН а кон ец, к минному оружию
относились. минные заряды для_.подр.ывных работ4. по со-
временной терминологии^— подрывные патроны.
1 В русском флоте они были сняты с вооружения в 1900 г., во
французском — в 1902 г., в английском — в 1903 г.
186
В течение 90-х годов в результате ряда усовершенст-
вований механизмов торпеды была увеличена ее ско-
рость и дальность хода, а также повышены меткость и
разрушительное действие. В 1895 г. был изобретен при-
бор Обри, в результате применения которого значитель-
но повысилась меткость при стрельбе торпедами.
В 1897 г. на вооружение русского флота была принята
торпеда со скоростью хода 29 уз, что было достигнуто
применением более мощной трехцилиндровой машины и
усовершенствованием резервуара сжатого воздуха.
С. О. Макаров в 1897 г. в «Рассуждениях по вопро-
сам морской тактики», затронув вопрос о стрельбе тор-
педами на дальние дистанции, высказал мысль о введе-
нии подогревателей воздуха. Эту мысль использовали
американцы, которые в 1900 г. занялись вопросом подо-
грева воздуха в своих торпедах. Практическое решение
вопроса о подогревателях следует отнести к периоду пос-
ле окончания русско-японской войны, к 1906—1907 гг.
Увеличение калибра торпеды до 45 см и длины до 6,5 м
позволяло повысить дальность хода русской торпеды до
2000 м при скорости 25 уз. К моменту начала русско-
японской войны на вооружении крупнейших военно-мор-
ских флотов были торпеды калибром от 350 до 457 мм
со скоростью 20—30 уз и дальностью хода 400—3000 м.
В табл. 14 приведены тактико-технические данные тор-
пед, имевшихся на вооружении флотов крупнейших мор-
ских держав *.
К началу русско-японской войны японцы имели всего
сто шестьдесят три 450-мм торпеды образца 1901 г. Они
были сделаны по специальному заказу в 1903 г. и в по-
следующие годы в терийное производство не поступали.
В 1902—1903 гг. в России велась работа по конструиро-
ванию 450-мм торпеды со скоростью хода 32 уз и мас-
сой боевого заряда 70 кг.
Для стрельбы торпедами на вооружении всех флотов
имелись.„надводные _и__подводные, торпедные (минные)
аппараты. Вконце 80-х годов и в течение последующего
десятилетия много внимания уделялось вопросу о том,
какие торпедные аппараты следует устанавливать на
1	При составлен ни таблицы использованы следующие источники:
Jane F. Т. All the world’s fighting ships, 1903; Taschenbuch tier
deutschcn und fremden Kriegsflotten, 1901; Naval Annual, 1901; Les
(lottos de combat, 1903,
187
Таблица 14
ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ ТОРПЕД
Страна	Образец тор- педы	Калибр тор- педы. ми	Масса заря- да, кг	Скорость хода. уз. на дистанциях				Примечания
				§	К 008	я i	X i	
РОССИЯ	1892	450	85,9				25	20	
	1894	380	81,8	26,7	—	—	—	
	1897	380	65,4	29	—	—	—	Облегченные
	1898	380	65,4	29	—	—	—	
	1901	450	70	—	—	26	—	
Англия	1893	350	50	27	—	—	—	
	1896	457	92		26	24	—	
	1903	457	92	—	31	26	20	
Франция	„Фаулн“	355	50	—	—	—	——	
	1890-1900	381	80	—	—	—	—	
		450	90	—	—	—	—	
Германия	1890-1903	350	45	—	28	20	—	
		450	100	—	30	26	—	
США	1898—1903	457	90,7	—	26	20	—	Длинные.
	Z	457	90,7		26	19	—	Короткие
Япония	1894-1898	375	60	——	26	24	—	
	1901	450	90	—	—	27	24	
боевых кораблях, надводные или подводные. Этот воп-
рос в отношении миноносцев и миноносок очень скоро
был решен в пользу надводных аппаратов, так как они
допускали .почти круговой обстрел, а сомнения, к а са вш и-
еся их боевой живучести, отпали, потому что на кораб-
лях этого класса любые торпедные аппараты не могли
быть надежно защищены.
Большинство миноносцев имело надводные однотруб-
ные аппараты. 'Русские миноносцы, построенные в
1891 —1903 гг., имели по два или по три однотрубных
надводных аппарата. На миноносцах типа «Циклон»,
построенных перед началом русско-японской войны, бы-
ли поставлены двухтрубные торпедные аппараты. Наи-
более целесообразным считалось вооружение минонос-
цев двумя-тремя надводными поворотными торпедными
188
аппаратами, расположенными на верхней палубе, с уг-
лом обстрела около 90° с каждого борта (50° — впере-
ди траверза, 40° — позади траверза).
Вопрос о типе торпедных аппаратов для больших
кораблей вызывал очень много споров. Большинство во-
енно-морских специалистов высказывалось в пользу под-
водных аппаратов. В качестве основных доводов обычно
приводились соображения о безопасности торпедных ап-
паратов от артиллерийского огня неприятеля. Противни-
ки надводных аппаратов вспоминали эпизод в бою у
Ялуцзян, во время которого на китайской канонерской
лодке в кормовом торпедном аппарате взорвалась тор-
педа. Взрыв объясняли попаданием снаряда с японского
крейсера «Нанива», стрелявшего по канонерской лодке
в течение 15 мин. Иногда ссылались на еще более позд-
ний опыт боя у Сантьяго, во время которого якобы такой
же случай произошел на испанском крейсере «Биская» ’.
Особенно ратовали за подводные торпедные аппараты
на больших кораблях англичане и французы. Некоторые
английские военно-морские теоретики рекомендовали
идти в бой даже с незаряженными надводными торпед-
ными аппаратами, не поясняя при этом смысла поста-
новки таких аппаратов. Французский адмирал Жерве в
качестве основного довода против надводных торпедных
аппаратов приводил опасность взрыва воздушного резер-
вуара торпеды в случае хотя бы осколочного попадания
в бою.
В русском и некоторых иностранных флотах были ор-
ганизованы специальные опыты для выявления целесо-
образности установки надводных торпедных аппаратов
на броненосцах и крейсерах. Эти опыты показали, что
зарядные отделения торпед при попадании в них снаря-
дов или осколков не взрываются. Попадание в резервуа-
ры сжатого воздуха приводило к взрыву. Последнее об-
стоятельство вызвало попытки создания специальной за-
щиты воздушных резервуаров торпед ящиками из стали
повышенной прочности или особыми матами из сталь-
ной проволоки2. Однако вскоре все убедились, что такие
средства защиты лишь увеличивают число осколков при
’ «Морской сборник», 1903. № 5. с. 9.
2	Примерно через 40 лет мысль о броневой защите надводных
торпедных аппаратов была реализована в Германии на так назы-
ваемых «карманных» броненосцах типа «Денчланд».
189
взрыве. К концу 90-х — началу 900-х годов во всех фло-
тах пришли к заключению, что на броненосцах и крей-
серах целесообразно иметь подводные торпедные аппа-
раты. Предполагалось, что торпеды с таких кораблей
будут применяться в середине или в конце боя, когда
вследствие сближения с противником корабль может
иметь большие повреждения в надводной части корпуса.
Считалось, что стрельба из подводных торпедных аппа-
ратов возможна при скорости стреляющего корабля до
15 уз.
Торпеда рассматривалась как чрезвыч а и но могу ще-
ственное оружие, не менее разрушител ь н о е ~че м. тар а н.
Высказывалось мнение, что торпеда имеет перед тара-
ном преимущество, так как не требует подхода к против-
нику вплотную и после выстрела из аппарата уже мо-
жет считаться безопасной для выпустившего ее корабля.
Об относительной значимости торпеды среди трех ос-
новных родов оружия флота существовали различные
мнения. В русском флоте считалось, что первое Niecjo
принадлежит артиллерии, второе.— торпеде, третье —
тарану. Англичане считали, что торпеда является оружи-
ем случая и отводили ей третье место. Французы, колеб-
лясь в определении первенствующего значения артилле-
рии или тарана, торпеду рассматривали как оружие
третьего плана. Большинство иностранных теоретиков
90-х годов считало торпеду таким оружием, па которое
вследствие его технического несовершенства полагаться
нельзя. Важнейшим недостатком торпеды были малая
скорость по сравнению со скоростью цели и ограничен-
ная дальность хода. Однако все признавали ее большую
разрушительную силу и возможность использования с
кораблей любых классов и размеров, в том числе и не
имеющих возможности действовать в бою тараном и ар-
тиллерией. Наконец, нельзя было не считаться с тем,
что торпеда была основным оружием подводных лодок,
которые в течение периода, предшествовавшего русско-
японской войне, быстро развивались Торпеду на боль-
ших кораблях (броненосцах и крейсерах) к началу рус-
ско-японской войны почти во всех флотах стали рас-
сматривать как оружие преимущественно оборонитель-
1 Первые попытки вооружения подводных лодок торпедами
относятся к 1885 г. (в Англии и Швеции).
190
ное, по которое в благоприятных условиях можно Ис-
пользовать и для развития успеха. Считалось, что на
больших кораблях следует иметь носовой, кормовой и
бортовые подводные торпедные аппараты. Следует за-
метить, что в течение 80—90-х годов почти все флоты
уделяли много внимания теоретическим разработкам
способов минно-таранного боя между одиночными боль-
шими кораблями. Такие разработки обычно представля-
ли собой синтез теоретических положений по использо-
ванию тарана и мины !. Отдельные военно-морские тео-
ретики, в частности Кладо, высказывали мысль о необ-
ходимости рассматривать торпеду на большом корабле
как средство противодействия тарану.
Французы искали решение вопроса о способах ис-
пользования торпеды с больших кораблей в эскадрен-
ном бою и в применении этих способов к классической
форме боя — артиллерийскому поединку противников,
маневрирующих в кильватерных колоннах на параллель-
ных курсах или на контркурсах. На маневрах 1896 г.
французские броненосцы обеих сторон, сойдясь на ди-
станцию около 2—2,5 каб и маневрируя в строях киль-
ватера на параллельных курсах, вели торпедно-артилле-
рийский бой. После этих маневров французская военно-
морская печать долго выражала полное удовлетворение
избранным способом использования торпед в эскадрен-
ном бою и достигнутыми результатами торпедной стрель-
бы (80% попаданий). Как это ни странно, неестествен-
ность обстановки на этих маневрах и наивность разра-
ботанного метода торпедной стрельбы никого не смуща-
ла. Это объяснялось отсутствием подлинного боевого
опыта, который однородный надводный флот в долж-
ном объеме приобрел только во время русско-японской
войны.
С. О. Макаров, занимаясь вопросом использова-
ния торпед с больших кораблей в эскадренном бою, в
1897 г. высказал мысль о целесообразности торпедной
стрельбы с больших дистанций1 2. Он считал, что на тор-
педную стрельбу в бою на море следует смотреть как на
1 Б е й н б р и д ж • Г о ф ф. Примеры, выводы и заключения
по современной морской тактике. Пер. с англ. Спб., 1893: Атль-
майер Ф. Вонна на море. Пер. с нем. Спб., 1881.
2 Макаров С. О. Рассуждения по вопросам морском такти-
ки.— «Морской сборник», 1897, № 1—4, 7.
191
стрельбу из орудий, вследствие этого нет необходимости
ожидать сближения с противником на короткое расстоя-
ние» а нужно стрелять торпедами с предельно допусти-
мой дистанции. Такой дистанцией на основе проведен-
ных опытов он считал 13 каб.
Опыт Цусимы, а затем более поздний опыт Ютланд-
ского боя подтвердили возможность использования тор-
пед с больших кораблей в эскадренном бою, но в то же
время показали малую успешность торпедной стрельбы
больших кораблей из подводных аппаратов.
На формирование взглядов по использованию торпед
с миноносцев оказывал влияние малый по объему и к
тому же односторонний опыт их боевого применения в
морских боях, происходивших в течение 90-х годов. При
исследовании этого опыта в военно-морской литературе
90-х и начала 900-х годов обычно приводились случаи
торпедных атак чилийского броненосца «Бланко Энкала-
до», бразильского броненосца «Аквидабан» и китайской
эскадры на рейде Вэйхайвэй.
Во время гражданской войны в Чили «Бланко Энка-
ладо» был атакован на рассвете 22 апреля 1891 г. дву-
мя минными крейсерами, выпустившими в стоявший на
якоре броненосец пять торпед (Шварцкопфа), из кото-
рых в цель попала только одна. Совершенно не готовый
к бою корабль, у которого все водонепроницаемые две-
ри были открыты, получив подводную пробоину около
10 м2, затонул через 2 мин.
Броненосец «Аквидабан» во время гражданской вой-
ны в Бразилии был атакован в ночь с 15 на 16 апреля
1894 г. четырьмя миноносцами, из которых только двум
удалось последовательно выпустить по две торпеды
(Шварцкопфа). «Аквидабан» в результате попадания
одной торпеды в носовую часть корпуса получил под-
водную пробоину площадью около 12 м2 и выбросился
на отмель. Во время японо-китайской войны китайская
эскадра, стоявшая на якоре на рейде Вэйхайвэй, была
дважды атакована японскими миноносцами. В ночь с 4
на 5 февраля 1895 г. в результате атаки десяти японских
миноносцев, выпустивших четыре торпеды системы
Уайтхеда, был поврежден китайский броненосец «Динь-
юань». В него попала одна торпеда, но тем не менее он
через 12 часов после этого затонул. В следующую ночь
атака была повторена пятью миноносцами, выпустив-
192 .
шими пять торпед. Китайский крейсер «Лайюань», учеб-
ное судно и транспорт были уничтожены. Особенности
условий, характерные для каждого из этих случаев, не
давали возможности сделать на их основании сколько-
нибудь обоснованные обобщающие выводы. Некоторым
исключением служили атаки японских миноносцев. Но
все же опыт и этих атак имел особенности, характерные
для раннего этапа развития тактики миноносцев. Через
девять лет японцам пришлось убедиться в этом. Исполь-
зовав опыт Вэйхайвэя при нападении миноносцев на
1-ю Тихоокеанскую эскадру на рейде Порт-Артура в
ночь на 27 января 1904 г., японцы оказались в плену ус-
таревших взглядов и достигли незначительных результа-
тов торпедных атак, несмотря на благоприятные условия
обстановки. К разбору этих действий мы еще вернемся,
а теперь заметим лишь, что раннему опыту использова-
ния нового оружия обычно свойственно быстрое устаре-
вание, причиной которого является последующее еще бо-
лее быстрое развитие этого оружия и средств противо-
действия ему.
В русском флоте в течение 90-х и в начале 900-х го-
дов очень много внимания уделялось разработке спосо-
бов! применения торпед с миноносцев. К началу русско-
японской войны взгляды на боевое использование тор-
пед с миноносцев в основном сводились к следующему:
—	торпеды на миноносцах являются главным ору-
жием;
—	миноносцы должны производить торпедные атаки
преимущественно в темное время;
—	торпедная стрельба должна быть прицельной;
—	при выпуске нескольких торпед необходимо вы-
пускать их последовательно с промежутками не ме-
нее 10 с;
—	атаковывать корабли противника, находившиеся
на ходу, с носовых курсовых углов 15—60°;
—	при атаке неприятельского корабля, стоявшего на
якоре, направление движения атакующего миноносца
безразлично;
—	боевой курс располагать параллельно диаметраль-
ной плоскости цели;
—	стрельбу на циркуляции не производить и перед
выпуском торпед следует лечь на устойчивый боевой
курс.
13 Зак. 519	193
Считалось, что допустимая величина ошибок и от-
клонений в ходе торпеды, определяющих вероятность по-
падания, зависит от дистанции стрельбы, скоростей тор-
педы и цели, а также от величины угла, составленного
осью торпедного аппарата с диаметральной плоскостью
цели в момент ее встречи с торпедой( угол встречи). При
скорости торпеды в 25 уз допускалась ошибка в опре-
делении скорости цели в 2 уз.
Русский флот располагал торпедными прицелами си-
стемы лейтенанта Нидермиллера 2-го, однако некото-
рые считали, что такие прицелы в боевой обстановке бес-
полезны, а лучше пользоваться метками, накрашенными
на надстройках миноносцев или на верхней палубе. Мет-
ки должны были помочь определить необходимый угол
упреждения на глаз. Перед началом русско-японской
войны возникли и другие проблемы торпедной стрельбы.
В частности, проводилась исследовательская работа, на-
правленная на переход от прицельной торпедной стрель-
бы к стрельбе по площади. Торпедное вооружение мино-
носцев, состоявшее из двух-трех однотрубных торпедных
аппаратов, позволяло производить такие опытные стрель-
бы. Однако эти опыты к началу войны закончены не
были.
Говоря о состоянии торпедного оружия в период, не-
посредственно предшествовавший началу русско-япон-
ской войны, следует упомянуть о прочном внедрении его
на подводных лодках. Попытки установить торпедные
аппараты на подводных лодках начались еще в сере-
дине 80-х годов, но толькок_началу_90-х_годов они jы-
шли за пределы эксперимента и тор педа" стал а основны м
оружием подводных лодок.
Вместе с развитием.торпеды развивались и средства
бор.ьбы с ней: скорострельная артиллерия, противомин-
ные (противоторпедные) сети и боны_(против^ минонос-
цев).
В то время, когда появилась шестовая ми на, мет-
кость_и скорострельность корабельной артиллерии, были
невелики. Поэтому минный' катер с шестовой миной или
миной-крылаткой, обладая незначительными размерами,
мог лодойти к.объекту, атаки вплотную. Увеличение мет-
кости и скорострельности корабельной артиллерии заста-
вило искать оружие более дальнего боя по сравнению с
шестовой миной и миной-крылаткой. Появились мета-
194
тельная мина и торпеда, однако и их дальность действия
вна’чале _также__была незначительна. Невозможность
увеличения дальности действия метательной, мины заста-
вила, вскоре снять ее с вооружения. Дальность хода тор-
педы по мере ее развития медленно возрастала (1, 2, 3,
5, 8, 10 и, наконец, 15—16 каб). Одновременно с увели-
чением дальности хода торпеды улучшались и ее бал-
листические качества. В то же время совершенствова-
лась и корабельная артиллерия. Появилась специальная
противоминная артиллерия, представленная сначала ма-
локалиберными пушками, а затем скорострельными
75-, 102- и 120-мм орудиями.
Необходимость быстрейшего сближения торпедных
кораблей с объектом атаки заставила увеличить до воз-
можного предела их скорость. Это, а также стремление
усилить торпедное вооружение миноносцев привели к по-
степенному увеличению их водоизмещения. Становилось
ясным, что при дальнейшем увеличении скорости хода
водоизмещение миноносцев будет непропорционально
возрастать. Поэтому в условиях большой и средней ви-
димости сближение таких кораблей с объектами атаки
на дальность торпедного залпа оказывалось все более и
более проблематичным. Далеко не равные возможности
противостоящих друг другу противоминной артиллерии
больших кораблей и торпеды на миноносцах явно не
благоприятствовали дневным торпедным атакам и дела-
ли миноносцы и миноноски средствами торпедного удара
ночью.
Возможность скрытного сближения подводной лодки
с объектом атаки, казалось, делала ее незаменимым
средством торпедного удара. Но для стрельбы по быстро
движущимся целям подводные лодки должны были
иметь большие подводные скорости хода для скорейше-
го сближения на дистанции эффективного торпедного
залпа, более дальноходные и быстроходные торпеды.
В те годы в какой-то мере осуществимым было только
первое требование, хотя для этого понадобилось дли-
тельное время, и увеличение подводной скорости лодок
было достигнуто лишь к началу первой мировой войны.
Скорость и дальность хода торпеды увеличивались еще
медленнее и практически почти в течение полустолетия
сдерживали развитие боевого использования подводных
лодок.
13*
195
Противоминные (противоторпедные) сети представля-
ли собой пассивное средство борьбы с торпедой и могли
быть использованы только при стоянке корабля на яко-
ре. Сети были очень тяжелыми, их постановка и глав-
ным образом уборка занимали много времени. Тем не
менее они были приняты всеми флотами, и в частности
русским, броненосцы которого имели сети Булливана.
Мины заграждения в течение 90-х годов прошлого и
первых трех лет нынешнего столетия в основном разви-
1 вались в соответствии с определившимися еще в__8&£го-
j дм_1ре.Ьодаццаьиипо^увелпненню скорости постановки и
I ^ас,сыиш111Н0£01заряда71ГТ89Т г. в русском флоте была
• принята шаровая форма корпусов мин заграждения, по-
зволявшая увеличить массу минного заряда до~~55 кг,
тогда как одинаковые по размерам сфероконические ми-
ны позволяли иметь минный заряд только около 30 кг.
Основным образцом мины заграждения русского флота
к началу русско-японской войны была гальваноударная
мина 181)8 г., имевшая шаровой корпус, минный заряд"в
эо кг и якорь с автоматической вьюшкой. В качестве
взрывчатого вещества у всех русских мин применялся
влажный пироксилин (влажность — от 12 до Зб%). Не-
смотря н а та кое увеличение массы заряда в минах об-
разцов ГВ9Т 1Г1898^гг., она все же быланедостаточ и о й
для вывода из строя большого корабля 1.
Кроме того, на вооружении русского флота имелись
контрмины, предназначавшиеся для борьбы с минами
противника. Считалось, что взрыв контрмины с зарядом
в 200 кг (контрмины французского флота имели заряд
в 100 кг) может повредить корпус шаровой ми7ш и раз-
рушить цилиндрическую мину на расстоянии_________около
20 м.
I Французский флот располагал цилиндрическими ми-
нами с приспособлениями для автоматической постанов-
' к и системы а встро-венгерского лейтенанта Петрус к и.
Этот офицер пытался в 1885 г. продать свое изобретсниё
русскому флоту, который, как известно, к тому времени
уже располагал MHliiibi^mFdpeNf^d^ee'coB^iueiitjofl.кон-
струкции с автоматической|_вьюшкоГ^_Азаров~а^ Мал а я
масса заряда французской мины (32 кг) и неудобный
1 Конечно, исключая случаи детонации боезапаса корабля от
взрыва мины.
196
шариковый замыкатель взрывающего приспособления
значительно снижали ее качество. В разноголосице так-
тических взглядов, царившей в то время во француз-
ском флоте, этот недостаток долго оставался незамечен-
ным, так как теоретики-консерваторы, равно как и но-
ваторы «молодой школы», обычно не «опускались» до
тактико-технических деталей, которые всегда оказывали
существенное влияние на развитие тактики.
Командование английского флота перед русско-
я п£н 9 кой войной м и нами заграждения занималось мал о
из-за их стратегической концепции об использовании фло-
та только для наступления, а мины заграждения являлись
я р кб~в ыр аж е и i Гы мер е д ство м оборов ы. Р у ко вод я щие д е-
~ятёлн английского флота считали мину оружием слабой
стороны, не отвечавшим их наступательным стремлени-
ям. С началом первой мировой войны англичане на горь-
ком опыте убедились в ошибочности своих убеждений.
Ai।глийский флот в начале 90-х годов располагал таль.-
в аноударными цилиндрическими минами с массой заря -
да в 75 кг (влажный пироксилин) и ртут| i ы м _з а м ы к а -
телем. Приспособлений для автоматической постановки
эти мины не имели. Английские контрмины имели за-
ряд влажного пироксилина массой 80 и 200 кг.
На вооружении японского флота к началу русско-
японской войны были ударные сфероконические мины"с
зарядом около 30 кг мелинита и приспособлениям и си-
стемы Мадиссена для автоматической постановки.
Итальянский флот в 1896 г. принял на вооружение
дилнндрическую ударную мину Элл на с зарядом мас-
сой около 50 кг пироксилина и приспособлениями для
автоматической постанови!i.
Германский флот располагал в то время миной за-
граждения системы Гарца, близкой по своим данным к
русской мине заграждения образца 1883 г.
Техническое состояние мин заграждения, находив-
шихся на вооружении военно-морских флотов, позволяло
осуществлять постановку их с любого надводного" кораб-
ля без промежуточного средства, каким прежде был мин-
ный плотик. Мишя_з.аграждеиня считались важнейшим
°Р У жи е м _ обор о 11 и тел ьн ого_ обор удов а н и я б ,nj iжннх под -
х9Дов к базам и пунктам якорных етоянок флота. Имен-
но ^акнм образом их использовали китайцы у Вэйхайвэй
во время японо-китайской войны 1894—-1895. гг. и нс-
197
Ланцы у Сантьяго, Сьенфуэгос и Матансас во время ис-
пано-американской войны 1898 г. Однако ничтожные
мас.шт_абы_применення мин..во время этих войн_не спо-
собствовали развитию взглядов на боевое использова-
ли е^этого „оружия в большинстве флотов. Только неко-
торые прогрессивные офицеры русского флота понима-
.гщзгго,.это.-оружие можно с успехом йспользовать для
постановки в водах_противника или в районах маневри-
рования и тем самым сделать его активным.
Развитие средств борьбы с минами. Средства борьбы
с минами заграждения в течение рассматриваемого пе-
риода развивались очень медленно. До самого начала
русско-японской войны состояние этих средств не от-
вечало требованиям, предъявлявшимся к ним в связи с
совершенствованием мин заграждения. Основными сред-
ствами борьбы с мина ми заграждения были кон.трм и н ы
и тралы, причем контрмины в большинстве флотов рас-
с.х1а1р11вались._.как^ажнейшее_средство. Как уже было
сказано ранее, контрмины имели заряд массой от 80 до
200 кг и взрывались с помощью гальванических запа-
лов или дистанционных .шнуров. Они ставились со спе-
циально оборудованных барказов, которые, Зуксирова-
л ись _па р а л л ел ьно л и н и и jo6h а ру же н н ого м и н ног.о заграж-
дения. По окончани и постановки контр м и i i_otxo д и л и не
менее чем на полкабельтова и замыкали цепь для взры-
ва, Очищенные проходы^ в .минном заграждении обозна-
чались буйками. Таким эффективным внешне, но, как
выяснилось в русско-японскую войну, малополезным уп-
ражнениям в довоенной боевой подготовке уделялось
много..внимания, особенно в английском флоте, в котором
тогда господствовали крайние взгляды («наступление, и
только наступление»), а контрмины казались наиболее
действенным средством преодоления минных преград.
Некоторые видные русские военно-морские деятели то-
го_времени также считали, что на броненосцах и крейсе-
рах 1 ранга следует иметь врзможно.бдльще контрмин.
Нужно заметить, что русский флот в 80-е годы стоял
на правильном пути в отношении развития средств борь-
бы с минами, считая тралы важнейшими из них. Только
после маневров 1891 г., на которых выяснилась непри-
годность имевшихся образцов тралов и механических
приспособлений для борьбы с минами (ножницы Забот-
кина), сторонники контрмин восторжествовали. Однако
198
работа по совершенствованию тралов продолжалась.
В 1898 г. русский флот имел на вооружении легкий ,и
тяжелыи шлюпочные тралы, трал для миноносцев и трал
Шульца. Шлюпочные тралы допускали траление на
очень малой скорости, трал для миноносцев мог рабо-
тать при скорости не более 4—5 уз. Наиболее эффектив-
ным был трал Шульца, который в 1901 г. был реконст-
руирован изобретателем. Трал предназначался для па-
ровых катеров и допускал скорость траления около 5 уз
(специальных кораблей-тральщиков в то время еще не
было).
Английский, французский и итальянский флоты рас-
сматривали тралы и механические приспособления для
обезвреживания заграждений преимущественно как вспо-
могательные средства борьбы с минами, хотя и уделяли
много внимания разработке механических приспособле-
ний для борьбы с минами заграждения (различных об-
разцов подводных ножниц, кошек в комбинации с под-
рывными патронами и т. п.). Однако все эти устройства
не оправдали себя и после русско-японской войны были
быстро забыты. В германском флоте кроме работы по
совершенствованию тралов, механических приспособле-
ний и контрмин велись опыты по созданию прерывате-
лей минных заграждений.
Развитие средств связи и наблюдения. Почти до кон-
ца 90-х годов средства связи и наблюдения, которыми
располагали военно-морские флоты, развивались крайне
медленно. Строго говоря, основные виды их находились
на уровне конца XVIII — начала XIX столетия. Сред-
ства связи включали флаги, отдаленные сигналы фигу-
рами, сигнальные фонари и простейшие оптические сред-
ства. В какой-то мере новым был механический семафор,
появившийся в 80-е годы, а затем ручной семафор. Быст-
рое развитие судовой электротехники, благоприятство-
вавшее развитию корабельной артиллерии и минного
оружия, в то же самое время позволяло сдвинуть с мерт-
вой точки вопрос о внутриэскадренной связи ночью.
В 70-е годы на кораблях появились примитивные сред-
ства световой сигнализации, с помощью которых в ка-
кой-то мере облегчалась внутриэскадренная связь в тем-
ное время суток (система цветных электрофонарей, под-
нимавшихся на фалах подобно флажным сигналам).
В 80-е годы средства световой сигнализации получили
199
еще некоторое развитие. Так, например, во французском
флоте была принята система световой сигнализации, со-
стоявшая из четырех групп электрофонарей (по одному
красному и белому фонарю в каждой группе), располо-
женных вертикально одна над другой и способных све-
тить постоянным или проблесковым огнем. Такая си-
стема позволяла производить 320 сигналов, составляв-
ших ночной сигнальный боевой свод. В русском флоте
в 90-е годы была принята более простая световая сигна-
лизация, которая позволяла передачу посредством раз-
личных комбинаций белых и красных фонарей цифровых
значений от 0 до 9. Их последовательное сочетание до-
пускало значительное количество сигналов. Недостатком
этой системы была медленность сигналопроизводства.
Кроме того, для переговоров между кораблями приме-
нялся световой ручной семафор. В конце 90-х — начале
900-х годов появилась сигнализация клотиковой лампой,
были приняты на вооружение сигнальные фонари раз-
личных систем (в русском флоте вначале системы Табу-
левича, затем Ратьера) и, наконец, для дальней связи
в светлое время суток стали применять прожекторы,
направленная вспышка которых не только допускала
значительно большую дальность связи, чем сигналы фо-
нарем, но и обеспечивала лучшую скрытность передачи
сигналов. Несмотря на простоту и выгодность сигнали-
зации прожекторами, она повсюду прививалась крайне
медленно.
Значительной датой в развитии средств связи явился
J895 г., когда А. С. Попов открыл возможность передачи
сигналов по телеграфу без проводов. Первое практиче-
ское применение этого средства было осуществлено в
русском флоте в начале 1900 г. при организации работ
по снятию севшего на камни у о.' Гогланд броненосца
береговой обороны «Генерал-Адмирал Апраксин». Осе-
нью 1900 г. корабельные радиостанции были установле-
ны на эскадренных броненосцах «Полтава» и «Сева-
стополь» и крейсере 1 ранга «Громобой», уходивших на
Дальний Восток, а в течение 1901 —1902 гг. — почти на
всех броненосцах и крейсерах 1-й Тихоокеанской эскад-
ры. Однако эффективность использования такого цен-
ного средства связи была невелика из-за недостатка спе-
циалистов, Личному составу, обслуживавшему корабель-
ные станции беспроволочного телеграфа, приходилось
200
учиться в процессе работы с ними. Комиссия, назначен-
ная в начале 1903 г. по приказанию управляющего Мор-
ским министерством в целях обследования состояния бес-
проволочного телеграфирования в русском флоте, в со-
став которой входил А. С. Попов, характеризовала
положение следующим образом: «Применение беспрово-
лочного телеграфирования в нашем флоте пока еще не
регламентировано. Нет ни законоположений, ни инструк-
ций, заведование станциями на кораблях и обслужива-
ние их не формулировано и устраивается по способности.
Такое положение дела ведет к тому, что беспроволочный
телеграф в нашем флоте остается без движения и, хотя
и превосходит теперь по дальности и удобствам всякую
другую сигнализацию, еще не дает тех результатов, ка-
ких мы вправе от него ожидать» К началу русско-
японской войны, несмотря на достаточные технические
возможности русского флота в отношении радиосвязи,
положение с ее организацией почти не улучшилось.
В самом начале 900-х годов беспроволочный телеграф
появился и в других флотах. Признанию его как наибо-
лее удобного, быстрого и дальнодействующего средства
связи мешали примерно те же причины, что и в русском
флоте. Так, например, на маневрах английского флота
в районе Канала в 1901 г. адмиралтейство задавалось
целью выяснить пригодность беспроволочного телеграфа
для использования в бою. Однако из-за низкого уровня
подготовки личного состава корабельных радиостанций
связь по радио оказалась неудовлетворительной и была
признана малонадежной по причине многочисленных не-
исправностей радиоаппаратуры. К числу недостатков ра-
диосвязи на этих маневрах было отнесено несовершен-
ство применявшегося телеграфного кода, позволявшего
быстро расшифровать передававшиеся сигналы. На ма-
неврах английского флота в 1902 г. использование ра-
диосвязи вновь оказалось неудовлетворительным из-за
многочисленных технических неполадок. Поэтому многие
английские военно-морские специалисты считали беспро-
волочный телеграф еще далеко не совершенным средст-
вом связи в боевой обстановке. Более благоприятные от-
зывы получило это средство на маневрах германского
1 ЦГА ВМФ, Морской технический минный отдел, л. № 15, ч. 2.
1904.
201
флота осенью 1902 г. Все броненосцы и крейсера на этих
маневрах и даже один из миноносцев имели радиоаппа-
ратуру системы Сляби Арко. Личный состав, как счита-
ли немцы, был достаточно подготовлен. Использованием
беспроволочного телеграфа на маневрах руководство гер-
манским флотом было вполне удовлетворено. Радиоап-
паратура на маневрах использовалась не только как
средство дальней связи, но и для внутриэскадрснной
связи, заменяя частично обычную сигнализацию. К чис-
лу недостатков беспроволочного телеграфа немцы от-
носили зависимость его от атмосферных помех и воз-
можность перехвата переговоров противником.
За исключением оптических (бинокли и подзорные
трубы), никакими другими техническими средствами на-
блюдения военно-морские флоты не располагали. Появ-
ление подводных лодок выдвинуло требование создать
сколько-нибудь эффективное средство наблюдения за ни-
ми. Попытка реализации этого требования выразилась
в появлении во французском флоте в самом конце 90-х
годов первых, примитивных по своей конструкции, гидро-
фонов. Стремление увеличить дальности наблюдения
привело к мысли использовать буксируемые, кораблями
привязные аэростаты или буксируемые миноносцами воз-
душные змеи с поднятыми на них наблюдателями. Про-
изводившиеся в этом направлении опыты русского
(с воздушными змеями) • и французского (с привязными
аэростатами) флотов практического значения в то вре-
мя не получили.
Нетрудно прийти к заключению, что ограниченные
возможности средств связи и наблюдения оказывали
значительное влияние на способы подготовки и ведения
почти всех видов боевых действий. Отставание развития
средств связи и наблюдения от уровня, достигнутого
оружием, боевыми и другими техническими средствами
флота, ограничивало возможность взаимодействия не
только между тактическими соединениями или группа-
ми кораблей в составе эскадр или крупных отрядов, но
и между отдельными кораблями соединений. Ограничен-
ные возможности связи заставляли крупные соединения
надводных кораблей маневрировать в громоздких бое-
вых строях и не позволяли увеличивать глубину их бое-
вых порядков, тогда как оружие и маневренные качест-
ва кораблей допускали раздельное маневрирование так-
202
ТИЧёСкИх групп на значительном пространстве. Появле-
ние беспроволочного телеграфа, казалось бы, должно
было устранить все эти трудности. Однако его новизна,
необычность по сравнению с другими давно знакомыми
средствами связи, наконец, удаленность от ходового
мостика или боевой рубки мешали командирам соеди-
нений и кораблей использовать это средство, как при-
вычные им сигнальные флаги, ракёты, семафор и т. п.
«Привычка» к радиотелеграфу пришла много позднее,
через несколько лет после русско-японской войны.
Развитие основных классов боевых кораблей. Неус-
тойчивость взглядов на строительство броненосных ко-
раблей, ставшая особенно заметной во второй половине
80-х годов, заставила крупнейшие морские державы за-
няться разработкой типа броненосца, отвечавшего тре-
бованиям того времени.
К началу 90-х годов прошлого столетия с достаточ-
ной определенностью наметились следующие тенденции
в строительстве кораблей этого класса:
—	стабилизация водоизмещения в пределах 8000—
12 000 т;
—	повышение надводного борта для достижения луч-
ших мореходных качеств броненосных кораблей и рас-
ширения возможности использования корабельной артил-
лерии; ’
—	увеличение общей площади бронирования надвод-
ного борта, и в частности рост толщины брони пояса не-
потопляемости (по ватерлинии);
—	окончательный выбор крупной артиллерии на бро-
неносцах как по калибру (в пределах 254—345 мм), так
и по количеству орудий (4);
—	прочное внедрение барбетных установок или за-
крытых башен для орудий крупных калибров и разме-
щение их в носовой и кормовой частях броненосцев;
—	значительное увеличение числа орудий среднего
калибра при непременном условии размещения их в сред-
ней части корабля за броневым прикрытием;
—	повышение скорости хода до 16—18 уз.
Эти тенденции нашли свое отражение в проектах рус-
ских броненосцев «Наварил», «Сисой Великий», «Полта-
ва», «Двенадцать Апостолов», «Георгин Победоносец»,
«Три Святителя».
203
Как уже упоминалось в предыдущей главе, британ-
ское адмиралтейство в 1889 г., убедившись в далеко не
полном соответствии строившихся броненосцев типа
«Трафальгар» тактическим требованиям того времени,
под давлением общественного мнения приняло меры
по разработке проектов кораблей более целесообразных
типов. Нужно сказать, что морскими специалистами Анг-
лии в то время в тактических вопросах морского боя
предпочтение отдавалось торпеде. Однако в дальнейшем
такие взгляды не были поддержаны ни руководством
флота, ни широкими кругами морских офицеров.
В 1889 г. была принята большая судостроительная
программа, предусматривавшая постройку серии из вось-
ми больших броненосцев и двух меньшего размера.
В проектах всех этих кораблей были учтены требова-
ния, высказанные главным корабельным инженером анг-
лийского флота Уайтом в апреле 1889 г.
В результате определившихся принципиальных тре-
бований к броненосцам корабли этого класса, построен-
ные в течение 90-х годов, в значительной мере были схо-
жи по своим основным тактико-техническим данным, но
в то же время, конечно, различны в деталях. Наиболее
существенные различия между броненосцами крупней-
ших флотов, построенными к 1904 г., заключались в си-
стеме размещения средней артиллерии и в характере ее
защиты. На русских броненосцах того времени артилле-
рия среднего калибра размещалась в батарейных казе-
матах, расположенных в средней части корабля («Три
Святителя», «Сисой Великий») и защищенных 127-мм
броней, либо применялась смешанная система размеще-
ния— в батарейных казематах и двухорудийных башнях
(«Полтава»). Англичане придерживались бортовой ус-
тановки средней артиллерии (на верхней палубе за бро-.
невыми щитами) и частично размещали ее в изолирован-
ных казематах («Худ», «Ройал Соверен»). На броненос-
цах последующих серий («Мажестик») англичане пере-
шли к установке средней артиллерии в изолированных
казематах, стремясь обеспечить возможно большую силу
ее огня не только по траверзу, но и на носовых и кор-
мовых курсовых углах. Французы, как всегда, метались
от одной крайности к другой. Сначала они перешли к
размещению средней артиллерии исключительно в одно-
орудийных башнях («Карно»), затем начали размещать
204
ее в двухорудийиых башнях («Жорегибсрри»), после
этого начали устанавливать среднюю артиллерию в ба-
тарейных казематах («Голуа») и наконец перешли на
смешанную систему — однопушечные башни и казематы
(«Сюффрен»). На германских броненосцах в период
90-х годов средняя артиллерия размещалась в однопу-
шечных башнях и батарейных казематах. В США, кото-
рые приступили к строительству мореходных броненосцев
только в 1886 г., орудия среднего калибра на кораблях
этого класса размещались сначала в двухорудийных
башнях и казематах («Орегон»), затем перешли к их
размещению в двухорудийных башнях, поставленных на
башни орудий главного калибра, и в батарейных казе-
матах («Кирсарж»).
Японо-китайская война 1894—1895 гг., так же как
испано-американская война 1898 г., относительно мало
повлияла на развитие класса броненосцев, но все же спо-
собствовала увеличению на них количества орудий сред-
него калибра, расширению площади бронирования и
дальнейшему повышению скорости хода.
Обычно принимались на веру давно сложившиеся
взгляды некоторых военно-морских писателей (Вильсон,
Штеицель и др.), утверждавших, что опыт этих войн
подтвердил значение брони и выявил особо важную роль
средней артиллерии. Однако эти выводы не были доста-
точно обоснованными. Действительно, бои у Ялуцзян,
а также у Сантьяго показали большую устойчивость бро-
неносных кораблей под артиллерийским огнем против-
ника. Но нельзя было не учитывать особенностей обста-
новки в каждом из этих боев. Китайские броненосцы
сражались с японскими, большая часть которых не име-
ла вертикальной брони и была вооружена преимущест-
венно орудиями среднего и малого калибров. По су-
ществу, японцы’располагали лишь одним старым и ти-
хоходным броненосцем «Фудзо», уклонившимся от боя
на короткой дистанции с китайскими броненосцами.
Японские крейсера типа «Мацусима», имевшие по одно-
му 320-мм орудию, но не прикрытые вертикальной бро-
ней, не решались сближаться с китайскими броненосца-
ми на дистанции, обеспечивавшие проникновение своих
снарядов через броню кораблей противника. Будучи
сильнее японских кораблей по крупнокалиберной артил-
лерии и располагая более надежной вертикальной бро-
205
йен, китайские броненосцы не имели необходимого числа
скорострельных орудий среднего калибра, которые как
раз могли бы с наибольшим успехом действовать по не-
бронированным кораблям противника./Ко всему этому
огневая подготовка китайских кораблей была исключи-
тельно низкой.	/
Японцы не смогли уничтожить китайские броненосцы
или нанести решающие повреждения. Китайские броне-
носцы, в свою очередь, находясь под градом снарядов
более скорострельной японской артиллерии, поражавшей
незащищенные броней части корпусов и палуб, не ока-
зали сколько-нибудь серьезного воздействия на япон-
ские корабли.
Исходя из результатов боя у Сантьяго обычно де-
лались выводы о значении бронирования на том осно-
вании, что хорошо защищенный броней испанский крей-
сер «Кристобаль Колон» был поврежден меньше других
кораблей. Но в действительности основной причиной
относительно небольших повреждений этого крейсера,
была не его броневая защита, а то, что в него было
меньше попаданий, чем в другие испанские корабли
Неполноценность (даже для того времени) опыта
этих боев заключалась также в том, что ни одна из сто-
рон не располагала снарядами с бронебойными нако-
нечниками, хотя они уже были изобретены. Вместе с
тем чрезвычайно несовершенные, если не сказать при-
митивные, способы управления огнем приводили к весь-
ма низкой успешности стрельбы, и для достижения ка-
ких-либо эффективных результатов требовалось выпус-
тить очень много снарядов, но для этого была
необходима высокая скорострельность. Отсюда следовал
вывод о значении средней артиллерии, так как именно
скорострельные орудия средних калибров (при их доста-
точном количестве) могли выбросить металла за единицу
времени больше, чем два — четыре орудия крупного ка-
либра, ио с малой скоростью стрельбы.
Недостаточно критический подход к опыту боя У
Ялуцзян привел к ряду ошибочных положений. Необос-
нованным оказался вывод о преобладающем значении
1 Всего в этот крейсер было 8 попаданий, в том числе одно
203-мм снарядом, одно—152-мм, одно—127-мм, четыре — 55-мм,
в два других крейсера по 29 попаданий, а в броненосный крейсер
«Альмиранте Окендо» — 57 попаданий.
206
в артиллерийском вооружении броненосцев орудий сред-
него калибра, ошибочным было также заключение, что
дистанции артиллерийской атаки в бою между броне-
носными кораблями будут находиться в пределах от
15 до 20 каб. Ошибочная оценка опыта боя и у Санть-
яго также способствовала дальнейшим неправильным
выводам. В этом бою действия сторон фактически были
пущены на самотек и, по существу, не управлялись ни
американским командующим — контр-адмиралом Сэмп-
соном (кстати сказать, прибывшим в район боя к ша-
почному разбору), ни испанским — контр-адмиралом
Сервера. Это не помешало Сэмпсону утверждать, даже
через судебные инстанции, что он был главным началь-
ником эскадры США в этом сражении. Юридически он
был прав, хотя фактически в бою почти не участвовал,
а эскадру возглавлял его помощник Шлей.
Бросаясь из одной крайности в другую, военно-мор-
ские теоретики того времени не могли еще правильно
осознать возможности, которые давала тактике боевая
техника, уже поступившая на вооружение флотов. Они
продолжали бесплодные попытки втиснуть боевое ис-
пользование этой техники в прежние тактические формы
и способы.
Характерной чертой выводов из этих боев была пере-
оценка положительных сторон в способах действий побе-
дителя без учета того, что на достигнутые результаты
существенное влияние оказывала сложившаяся обста-
новка. Однако опыт истории показывает, что тенденция
завышенной оценки действий победившей стороны почти
всегда была обычным явлением. Лишь последующая
война позволяла выявить степень этой переоценки или
вовсе отвергнуть сделанные ранее выводы. Именно так
и случилось после русско-японской войны с некоторыми
выводами, сделанными на основе опыта боев у Ялуцзян
и Сантьяго. ..
Вместе с тем уже опыт японо-китайской и испано-
американской войн позволял сделать ряд правильных
выводов в отношении строительства броненосцев. Этот
опыт подтвердил необходимость надежной броневой за-
щиты этих кораблей не только для обеспечения живу-
чести наиболее важных их узлов, и прежде всего артил-
лерии, механизмов и котлов. В бою у Сантьяго, несмотря
на крайнюю неорганизованность действий как испан-
207
цев, так и американцев, с достаточной ясиЬстыо выяви-
лось значение скорости хода броненосцев. Вполне обос-
нованно было мнение некоторых специалистов — совре-
менников этого боя, считавших, что лавры победы в этом
бою принадлежали не контр-адмиралу/Сэмпсону, а стар-
шему механику броненосца «Орегон/, машинная коман-
да которого обеспечила большую скорость корабля.
Опыт японо-китайской и исп^йо-американской войн
убедил даже завзятых сторонников тарана в том, что
времена Лиссы давно миновали. Попытки командира
броненосца США «Айова» сблизиться с испанскими
крейсерами для таранного удара окончились неудачей.
Противник, еще нс потерявший скорости, прошел под но-
сом «Айовы» безнаказанно. Наконец, боевой опыт, пре-
имущественно японо-китайской войны, показал, что тор-
педное оружие представляет серьезную угрозу для бро-
неносцев и для отражения торпедных атак необходимо
продолжать усиление их противоминной артиллерии.
На развитие класса броненосцев в течение 90-х годов
и первых лет текущего столетия постоянно оказывали
вл ияние два важных фактора, первым из которых был а
борьба артиллерии с броней, а вторым — развитие то.р-
педного оружия и связанное с ним .развитие класса
миноносцев. В борьбе артиллерии с броней в самом на-
чале 90-х годов был момент, когда казалось, что броне-
бойный снаряд, закаленный особым способом, победил
броню. Опыты на русском морском полигоне зимой
1890 г. имели решающее значение для производства бро-
ни не только в Европе, но и в США. На этих опытах все
окончательно убедились, что время сталежелезпой брони
миновало. С 1890 г. все морские державы для броновой
за щи ты кораблей стали применять только стальную б р о -
ню. В j 892 г. появилась гарвеированная броня, облад а в -
ша я еще большей прочност ью в результате особой з ак а л -
ки и цементирования лицевой поверхности бр о не в ы х
плит. Резу льт аты новы xj>n ытов, п р ов еден н ы х. и а р у сс ко м
морском полигоне в декабре 1892 г., показали отличные
качества гарвеированной брони: 152-мм стальные броне-
бойные снаряды, свободно пробивавшие 254-мм обыкно-
венную стальную броню, разбивались при ударе о гар-
веированиую броневую плиту.
Появление в 1893 г. броиебой и ых снарядов _ с на ко-
нечннками, изобретенными С7~О7~Макаровым,_заставило
208
искать новые способы изготовления брони. В 1895 г.
на заводах Круппа в Германии начали изготавливать
более прочные цементированные броневые плиты, обл а -
да вш иё_еще более .высокой устойчивостью при ударах
бронебойными снарядами. Это привело в большинстве
стран к уменьшению толщины броневого пояса броненос-
цев до 234—280 мм. Выигрыш в массе оказалось воз-
можным использовать для увеличения площади верти-
кального бронирования корпуса броненосцев, повышения
скорости их хода (до 18 уз) или увеличения числа ору-
дий среднего и малого калибров.
В результате совершенствования минного оружия и
быстрого развития класса миноносцев тактика предъ-
явила -Х военному кораблестроению два очень важных
требования:
—	увеличение на броненосцах числа и калибра скоро-
стрельных орудий, предназначенных для отражения тор-
педных атак;
—	устройство на броненосцах противоторпедной и
противоминной защиты.
В числе^ первых русс кие при шли к выводу, что для
отражения торпедных атак миноносцев пр еж девсего .сле-
дует увеличивать скорострельность орудий больших ко-
раблей. Это было учтено при постройке эскадренных
броненосцев «Наварин» и «Двенадцать Апостолов»
(вступили в строй в 1894 и 1892 г. соответственно).
Позднее, убедившись в том, что для отражения торпед-
ных атак миноносцев 37- и 47-мм калибр пушек мало-
эффективен,. русский флот принял 75-мм орудия в ка-
честве основы противоминной артиллерии («Цесаре-
вич», «Бородино», вступившие в строй в 1903 и 1904 г.
соответственно).
В отношении разработки подводной защиты броне-
носцев от торпед и мин русский флот занимал ведущее
место. Эти работы в России развернулись в самом нача-
ле 90-х годов при активном участии в них адмирала
СГО Макарова, Первую в мире конструкцию подводной
-защиты большого _'бое.в.ого .кюрабля разработа.ъ н, 1900_,г.
~-кара^£дшый_инженер_.^)._.Е._Гуляев. К сожалению, его
предложение нс было реализовано при постройке броне-
носцев типа «Бородино». Руководители морского мини-
стерства решили применить на этих броненосцах систе-
му подводной защиты, идея которой возникла во Фран-
Н Зак. 519	.	‘	209
цин после проведенных там опытов с цб^водными взры-
вами. Установленная на броненосцах/типа «Бородино»
продольная усиленная переборка, отстоявшая от наруж-
ного борта на два метра и простиравшаяся почти по всей
длине корабля, послужила предметом оживленного об-
суждения во всех флотах, но нигде эта система принята
не была. До-тех. -пор, -пока не. был .использован опыт
руссксЕяпонской-ВоГшы, проблема подводной.защиты"так
проста в а л ас ь нерешенной? Всюду ограничивались разде-
лением корабля на большое количество водонепроницае-
мых, отсековыз^лелях. локализации действия взрыва. Че-
рез несколько лет система противоминной защиты, пред-
ложенная Э. Е. Гуляевым, была использована амери-
канцами, присвоившими "себе авторство этой конструк-
ции?	~
К началу русско-японской войны в развитии класса
броненосцев закончился период, характерный преиму-
щественно теоретическими обоснованиями требований к
таким кораблям, так как опыт войн, происходивших во
второй половине XIX столетия, в силу своих особенно-
стей не давал возможности сделать уверенные практи-
ческие выводы. Но вместе с тем к этому времени стало
совершенно ясно, что броненосец стал основой однород-
ного надводного флота. Водоизмещение броненосца к
концу 90-х годов возросло до 13 000—15 000 т и сохраня-
ло тенденцию к дальнейшему росту. Скорость хода была
примерно 16—18 уз. Крупная артиллерия на подавляю-
щем числе броненосцев была представлена четырьмя
305-мм орудиями, установленными попарно в башнях,
расположенных в носу и в корме, в диаметральной плос-
кости.
На броненосцах германского флота крупный калибр
составляли 240—280-мм орудия, которые немцы счита-
ли равноценными 254—305-мм орудиям других флотов.
Кроме того, немецкие 240- и 280-мм пушки, имевшие
патронный заряд, были более скорострельными.
Средняя артиллерия на большинстве броненосцев
была представлена 150—163- и 75-мм пушками. Наи-
большее число 150-м.м пушек (18) имели броненосцы гер-
манского флота, тогда как на большинстве французских
кораблей, построенных до 1901 г., было по восемь-десять
163-мм орудий. Малая артиллерия включала большое
количество (от двадцати до сорока) 37—57-мм орудии-
210
Кроме того, броненосцы имели от четырех до десяти пу-
леметов.
Толщина вертикальной брони, защищавшей наибо-
лее важные части корабля, колебалась в пределах от
234 до 470 мм. Площадь вертикального бронирования
составляла 40—60% всего борта. Горизонтальная броня
достигала 60—75 мм.
По взглядам, существовавшим тогда в большинстве
флотов, назначением крупной артиллерии броненосцев
было поражение жизненно важных, наиболее защищен-
ных частей неприятельского корабля. Средняя артилле-
рия предназначалась для поражения всей надводной по-
верхности неприятельского корабля и его личного соста-
ва, 75-мм орудия, входившие в среднюю артиллерию,
кроме того, предназначались для отражения атак мино-
носцев противника.
Таким образом, назначение средней артиллерии уже
отражало тенденцию к разделению ее на два ка-
либра— промежуточный (150—163 мм) и противо-
минный (75 мм). Промежуточный калибр должен был
усилить мощь главной артиллерии броненосцев, а про-
тивоминный — кроме борьбы с миноносцами противни-
ка предназначался в артиллерийском бою на коротких
дистанциях для поражения незащищенных частей кор-
пуса корабля и личного состава. К противоминному ка-
либру относились и малокалиберные пушки (37—57 мм).
Тенденция к разделению средней артиллерии вызва-
ла увеличение промежуточного калибра вначале до
203 мм, а впоследствии до 234 мм. Это проявилось
на броненосцах США типа «Орегон» и «Айова», по-
строенных в 1898 г. Однако на кораблях последующих
серий в период между 1899 и 1903 гг. американцы
отказались от 203-мм орудий, но увеличили количество
152-мм пушек. В начале 90-х годов в проектах итальян-
ских, русских и английских броненосцев также отрази-
лась тенденция к увеличению промежуточного калибра.
При этом, если на русских и итальянских кораблях
203-мм орудия входили еще в состав артиллерии сред-
него калибра, то 234-мм орудия английских броненосцев
типа «Кинг Эдуард VII» уже были пушками крупного
калибра.
Рост промежуточного калибра вызывался увеличе-
нием площади бронирования и повышением прочности
и*	~	211
брони, для преодоления которой выще пояса непотоп-
ляемости требовались более мощные-орудия, чем 150—
163-мм пушки. Вместе с тем по мере/уменьшения дистан-
ции артиллерийской атаки снаряды более мощной про-
межуточной артиллерии приобретали способность про-
никать и через толстую броню. Достаточно сказать, что
снаряды 203-мм орудий длиной в 45 калибров пробива-
ли на дистанции 16—20 каб броню в 152 мм (при угле
встречи 22,5°), тогда как 150—152-мм пушки подобную '
броню могли пробить лишь на дистанциях 8—12 каб,
а 234-мм — на дистанции около 30 каб. Последние могли ;
использоваться в артиллерийской атаке почти с самого
ее начала, так как пределом атаки в то время считали
40 каб. Однако все же оставалось неясным, что выгод-
нее: рост калибра орудий промежуточной артиллерии
или повышение их скорострельности. На этот вопрос от- <
вет был получен только во время русско-японской войны.
Успешное использование броненосцами всей артил-
лерии в бою требовало дальнейшего увеличения их ско-
рости, которая позволяла бы командовать дистанцией
артиллерийской атаки и более надежно сохранять по-
движность в бою. Повышение скорости хода достигалось
установкой более мощных механизмов и котлов, т. е. уве- •
личением массы паросиловой установки. Уверенное со-
хранение броненосцами подвижности в бою требовало
усиления броневой защиты, что было также связано с
увеличением ее массы. Таким образом, возрастание ко-
личества и мощности орудий промежуточного калибра,
увеличение скорости хода и усиление броневой защиты
были связаны с дальнейшим ростом водоизмещения этих
кораблей. Реализация этих требований в России, Англии,
США и отчасти в Италии повлекла за собой появление
броненосцев нового типа, которые после вступления в
состав флота линейных кораблей типа «Дредноут» стали
называться броненосцами переходного типа.
Новые броненосцы, заложенные после 1900 г. (в Рос-
сии — типа «Андрей Первозванный», в Англии —типа
«Кинг Эдуард VII», в США — типа «Луизиана»), имели
водоизмещение свыше 16 000 т и скорость хода 18,5—
19,5 уз. На некоторых из них, кроме обычных четырех
305-мм орудий, крупный калибр был дополнен четырьмя
234-мм орудиями («Кинг Эдуард VII»), а на ДРУГ1,Х
промежуточный калибр был представлен 203- и 178-мМ
212
Орудиями. Площадь вертикального бронирования на
большинстве из этих кораблей была в пределах от 65
до 74% всего надводного борта. Первоначальный проект
русских броненосцев типа «Андрей Первозванный» пре-
дусматривал несколько меньшую площадь вертикально-
го бронирования, так как в основу проекта были поло-
жены некоторые характерные черты предшествовавшей
серии кораблей типа «Бородино», вертикальная броня
которых прикрывала лишь 40% площади надводного
борта. Причиной этого серьезного недостатка, особенно
остро сказавшегося в Цусимском бою, было влияние
французских тактических взглядов, которые в то время
особенно отличались крайностями, предвзятостью и не-
устойчивостью. Строившиеся в это время новые италь-
янские броненосцы типа «Витторио Эмануэле» при огра-
ниченном водоизмещении (12 625 т) имели скорость хода
22 уз и были вооружены двумя 305-мм, двенадцатью
203-мм, двенадцатью 102-мм и двенадцатью 47-мм ору-
диями. Несмотря на небольшое водоизмещение, эти ко-
рабли были достаточно хорошо бронированы. Необычные
для того времени тактико-технические данные «Витто-
рио Эмануэле», автором которого был итальянский ко-
рабельный инженер Куниберти, привлекли общее вни-
мание, так как свидетельствовали о возможности вмес-
тить достаточно мощные средства удара, защиты и
маневра на корабль ограниченного водоизмещения.
Правда, наличие только двух 305-мм пушек делало его
более слабым в бою с другими броненосцами на дистан-
циях, исключавших возможность эффективного исполь-
зования 203-мм орудий. Однако скорость хода благопри-
ятствовала ему в выборе наиболее выгодной дистанции
в бою. Тактический замысел, положенный в основу про-
екта, делал эти броненосцы в какой-то мере схожими с
броненосными крейсерами переходного типа, появивши-
мися после 1905 г.
Подводя итоги развития класса броненосцев за пят-
надцатилетие, предшествовавшее начал у___русско-япон -
ской войны, можно сказать, что эти годы были важней-
шим этапом развития упомянутого класса кораблей. Со-
...®?рш?нно отмерла _.ндея _ларандк_направлявшая в свое
время развитие броненосцев по ложному руслу. Стали
более критически оцениваться непрерывно менявшиеся
результаты борьбы артиллерии с броней. Утвердилось
213
ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ НЕКОТОРЫХ
90-х ГОДОВ И
Страна	Название типового корабля	Год спуска на воду	Водоиз- мещение, т	Ско- рость хода. Уз	Вооруже артиллерийское: число орудий-^ калибр, мм, длН„а (в калибрах)	
Россия	„Полтава" (рис. 22)	1894	10960	16,3	4-305/40; 12—152/45; 12—47; 28-37	
	„Пересвет" (рис. 23)'	1898	12674	19,1	4-254/45; 11-152/45; 20-75; 20-47; 8-37	
	„Бородино" (рис. 24)	1901	13516	18	4—305/40; 12-152/45; 20-75; 20-47; 2-37	
	„Андрей Перво- званный" (по пер- воначальному про- екту)	Строил- ся, спу- щен на воду в 1906 Г.	16630	18	4-305/40; 12—203/45; 20-75; 20—47	
Англия	„Мажестик" (рис. 25)	1895	14900	18,4	4—305/35; 12—152/40; 18—75; 12—47	
	„Кэнопюс"	1897	13763	18,5	4-305/40; 12—152/40; 12—75; 6-47	
	„Формидабль"	1898	15000	18,1	4—305/40; 12—152/45; 18-75; 6-47	
214
броненосцев, построенных в середине
в 1901—1903 гг.
Таблица 15
мне		Бронирование, им			
	торпедное: число труб надводных подводных	пояс: верхний ряд . нижний ряд	палуба	артилл. главного калибра	артилл. среднего калибра
	_4 2	370—254	50-75	254	152
	_з 2 L	228—178	45—80	228	51-127
	2_ 2	152—100 190-152	32-63	254	152
	5	По первому варианту проекта бронирование, близкое к бронированию броненосцев типа „Бородино1*			
	• J_ . 4 • %	• 228 228 (0,5 ВЛ))	102-60	254 -356	152—75
	о | •е* Л.	152 152-50	60—50	203—305	125-50
	0 4	254—50 254—50 10,5 ВЛ|	75—50	203—305	152-50
215
Страна	Название типового корабля	Год спуска па воду	Водоиз- мещение, т	Ско- рость хода, УЗ			Вооруж артиллерийское: число орудий — калибр, мм, длин (в калибрах)	9
Англия	„Дункен"	1901	14000	19,1	4—305/40; 12—152/45; 12—75; 6—47	
	„Кинг Эдуард VIIм <рис. 26)	1903	16350	18,5	4—305/40; 4-234/46; 10-152/45; 14—75; 14-47; ! 2-37	
Франция	„Жорегиберрк" . * >	1893	11824	'18,1	2—305/40; 2-274/40; 8—140/45; 4-65; 18—47; 8-37	
	„Буве“	1896	12205	18,0	2-305/40; 2—274/40; 8—140/45; 8-100; . 12-47; 10—37	
	„Сюффреи"	1899	12728	18,0	4-305/40; 10—160/45; 8—100; 20-47; 2—37		
	„Репюблик" (рис. 27)	1902	14870	18,0	4—305/40; 18—160; 24-47	
Германия	„Кайзер Фрид- рих IIIм	1896	11150	18,0	4—240/40; 18-150/40; 12—88; 12-37	
216
Продолжение
ние		Бронирование, ми			
	торпедное: число труб надводных подводных	пояс: верхний ряд нижний ряд	палуба	артилл. главного калибра	артилл. среднего калибра
	0_ 4	178—75 (0,6 ВЛ) 178-75	62-25	152—280	152—75 ч.
	£ 4	203-102 228-102 *	50-37	305—203	178
	_2 4	 102 - 452-275	70	370	102
	2 2 ,	102-87 400—198	70	370	102
	_2 2	125—75 300—125	70	305—254	125—80
	3 2	254—152 280-152	70—50	318—280	165
	_1_ 5	300—220 ^0,8 ВЛ}	20 (0,5 ВЛ)	240	150—100
			75—57		
217
I
П родолжение
				Ско- рость хода, уз	Вооруже			ние	Бронирование, мм			
‘.Страна	Название типового корабля	Год спуска ка воду	Водоиз- мещение, т		артиллерийское: число орудий — калибр, ми, длина (в калибрах)			торпедное: число труб надводных подводных	пояс: верхний ряд нижний ряд	палуба	артилл. главного калибра	артилл. среднего калибра
Германия	„Брауншвейг" (рис. 28)	1902	13200	18,0	4—280/40; 14—170/40; 12-88; 12—37			1 5	138 (0,6 ВЛУ. 238—100	30—20 100-45	Б—280 К-260	Б—170 К—115
США	„Орегон4*	1893	10288	16,8	4—330/35; 8—203/30; 4-152/40; 20—57; 6—37			2 0	125 |0,46 ВЛ) 457 (0,9 ВЛ|	75—70	431—215	254-152 ——
	„Алабама"	1898	11565	17,5	4—330/35; 14—152/40; 16-57; 6—37			4_ 0	140 (0,56 ВЛУ 410—102 (0,78 ВЛ);	102—70	381-356	152-75
	„Луизиана"	1904	17700	18	4—305/40; 8—203/45; 12—177/50; 20—76; 12-47; 8—37			—	177 (0,62 ВЛ)' 234 (0.7 ВЛ)— 177 (0,3 ВЛ)	60—37	305—203	178—50
	„Вирджиния"	Строился	15320	19	4—305/40; 8-203/45; 12-152/50; 12—76; 12—47; 8-37			—	152 (0,56 ВЛ/ 280 (0,56 ВЛ)- 102 (0.44 ВЛ)	75-37	280-254	165-50
Япония	„Ясима" (рис. 29)	1896	12517	19,2	4—305/40; 10-152/40; 16-75; 4—47			4 0	102 (0,4 ВЛ) 457—356 (0,57 ВЛ/	65	356—252	152—50
	„Сикисима"	1898	14850	18,9	4—305/40; 14—152/40; 20-75; 12—47		г	4 0	152 (0,63 ВЛ) 234—152—162	102-50	356-254	152-75
*	„Микаса" (рис. 301	1900	15352	18,6	4—305/40; 14—152/40; 20—75; 12-47			4 0	152 (0,65 ВЛ) 234-152-Ю2	102—50	356-254	152—75
218
219
мнение, что броненосец — прежде всего корабль для ар-
тиллерийского, а не для минно-таранного боя и чтр_его
броневая защита — не панцирь черепахи, а средство,
обеспечивающее живучесть^ы_стр^прдвижнрй плавучей
AP-T1V1 л_е_ринс кой пл атфор мы.
Увеличение разрушительного действия артиллерий-
ских снарядов, развитие торпеды и миньГ заставил_и£обра.
тить особое внимание на вопросы ж иву чести, решение
которых шло в основном по .правильному п у ти _(у вел и -
чение площади бронирования, зарождение противотор-
педной зашиты, увеличение количества. водонспроннцае-
ШЛХ_аер_ебор.ок и_т. п.). Наконец, на этом этапе разви-
тия скорость броненосцев была увеличена почти на 30%
(с 14—15 до 19 уз). Основные черты броненосцев начала
русско-японской войны достаточно определенно выра-
жают идею их боевого использования: дневной артилле-
рийский бой с броненосцами противника на дистанции
10—40 каб.
В табл. 15 приведены тактико-технические данные1
некоторых броненосцев, построенных в середине 90-х го-
дов и в 1901—1903 гг.
Значение артиллерии' как основного средства удара
признавалось всеми, но полного единства взглядов на
первенствующую роль крупной и средней артиллерии в
бою еще достигнуто не было. При оценке огневого могу-
щества корабельной артиллерии обычно уч и ты в ал ись:
—	масса выбрасываемого кораблем металла (в одну
минуту или в залпе);
—	пробивная способность снаряда того или иного
калибра, определявшаяся живой силон у дульного среза
или при встрече снаряда с броней (на дистанции, наи-
более характерной для использования данного калибра
в бою).
Наличие на броненосцах достаточного количества
орудий среднего калибра благодаря их скорострельно-
сти позволяло достигнуть превосходства в массе метал-
ла, выбрасываемого в одну минуту, и это обстоятельст-
во служило основным доводом в пользу установки
203-мм пушек в качестве промежуточного калибра. Но
1 При разработке таблицы использованы следующие источники:
Военные флоты и Морская справочная книжка на 1904 г.: Jane F. г.
All the world's fighting ships, 1903: Naval Annual, 1901; Nauticus,
1903.
220
370
Калибр и броня в мм
Рис. 22. Эскадренный броненосец «Полтава». Россия. 1894.
Рнс. 23. Эскадренный броненосец «Пересвет». Россия. 1898.
221
152 мм
Рис. 24. Эскадренный броненосец «Бородино». Россия. 1904.
Рис. 26. Эскадренный броненосец «Кинг Эдуард VII». Англия.
1903.
X.
Рис. 27. Эскадронный броненосец «Репюблнк». Франция. 1902.
4	223
138 ММ	7.38мм
Рис. 28. Эскадренный броненосец «Брауншвейг». Германия. 1902.
/52 л/л/
Рис. 29. Эскадренный броненосец «Яснма». Япония. 1896.
224
152	75
Калибр и броня в мм
Рис. 30. Эскадренный броненосец «Микаса». Япония.
1900.
в то же время сторонники крупного калибра считали,
что в бою броненосцев друг с другом решающее значе-
ние имеет пробивная способность снарядов, свойствен-
ная главной артиллерии.
Идея броненосца как корабля, вооруженного только
пушками крупного" калибр a («All big guns ship»), ещё
в 1883 г. была предложена лейтенантом русского флота
В. А. Степановым?который разработал проект броненос-
ца в качестве дипломной работы при окончаний А1о~р-
ской академии. По проекту корабль должен был иметь
водоизмещение 9270 т, скорость — 16 уз, артиллерийское
вооружение — восемь 305-мм орудий и пятьдесят 37-мм
орудий. Орудия главного калибра размещались попар-
но,- вдоль диаметральной плоскости, на продолговатых
барбетах и скрывающихся станках.
Через двадцать лет, в 1903 г., итальянский корабель-
ный инженер Кунибертн предложил проект броненосца
водоизмещением 17 000 т со скоростью хода 24 уз, во-
оруженного двенадцатью 305-мм и четырнадцатью
75-мм орудиями и имевшего броневой пояс толщиной
375 мм по всей длине ватерлинии. Башни должны были
15 Зак. 519	225
иметь броню в 305 мм. Кунпберти считал, что главная
артиллерия такого корабля сможет нанести решающий
удар противнику, прежде чем он успеет сделать это из
своих четырех 305-мм орудий, а скорость и броня, по
мнению Кунпберти, позволяли сохранять выгодную для
себя дистанцию в бою.
Русско-японская война внесла ясность во взгляды на
относительную значимость крупного и среднего калиб-
ров на броненосцах и доказала правильность тактиче-
ской идеи, положенной в основу проектов линейных ко-
раблей лейтенанта Степанова и Кунпберти.
Развитие крейсеров. По мере формирования обосно-
ванных взглядов на стратегическое и боевое использо-
вание военно-морского флота более конкретными стано-
вились н требования, предъявляемые к боевым кораблям
всех классов. Задачи борьбы на океанских и морских
коммуникациях противника и ведения дальней разведки
требовали создания крейсеров, способных к длительным
действиям вдали от своих баз и достаточно мощных по
вооружению, чтобы преодолеть противодействие крейсе-
ров вероятных противников.
Вместе с тем необходимость обеспечения эскадры
ближней (тактической) разведкой и охранением вызы-
вала потребность в крейсерах, способных выполнять эти
задачи.
Невозможность объединить все эти требования в од-
ном крейсере заставила разделить этот класс кораблей
на ряд подклассов, дифференцировав соответствующим
образом их назначение. На развитие больших крейсеров,
предназначенных для борьбы на океанских и морских
сообщениях и ведения дальней разведки, наибольшее
влияние оказывала направленность стратегического ис-
пользования военно-морского флота той или иной стра-
ны. Англичане, заинтересованные прежде всего в защите
своей морской торговли, в течение 90-х годов продол-
жали поиски типа совершенного крейсера 1-го класса,
способного бороться с крейсерами противника, пред-
ставлявшими угрозу морским коммуникациям Англии, и
вести дальнюю разведку. Исходя из этих задач, британ-
ское адмиралтейство стремилось к повышению скорости
хода и оперативного радиуса действия таких крейсеров,
а также к усилению их артиллерии. Выполнение этих
требований влекло за собой увеличение водоизмещения,
226
которое к концу 90-х годов возросло почти вдвое по
сравнению с водоизмещением таких же кораблей, по-
строенных в начале десятилетия (крейсера типа «Эд-
гар» постройки 1890—1892 гг. — 7350 т; типа «Провер-
фулл» постройки 1895 г.— 14 200 т; типа «Диадем» по-
стройки 1898 г.— 11000 т). Проектами этих крейсеров
предусматривались скорость хода 20—22 уз (фактиче-
ская скорость на этих кораблях всех типов оказалась
значительно меньше из-за неудачных механизмов) и за-
пас угля 17—18% водоизмещения, обеспечивавший даль-
ность плавания 6000—8000 миль. На большинстве крей-
серов было установлено по два 234-мм орудия и по де-
сять— шестнадцать 152-мм пушек, частично или полно-
стью размещенных в бронированных казематах. Несмот-
ря на внушительные размеры и сильную артиллерию,
эти крейсера, считавшиеся бронепалубными, оказались
легко уязвимыми кораблями из-за слабой защиты. Они
имели только броневую карапасную палубу толщиной
125—152 мм (из обычной брони) или 102—152 мм (из
никелевой брони).
В течение того же периода в России были спущены
на воду большие бронированные крейсера 1 ранга «Рю-
рик» (1892), «Россия» (1896), «Громобой» (1899) водоиз-
мещением 11690—13 880 т со скоростью хода 19—20 уз,
вооруженные 203- и 152-мм орудиями и хорошо защи-
щенные вертикальной и горизонтальной броней. Запас
угля в 17—18% водоизмещения обеспечивал этим крей-
серам дальность плавания 7000 — 8000 миль. Постройка
русских броненосных крейсеров и больших быстроход-
ных французских крейсеров 1-го класса, которые в слу-
чае войны могли стать серьезной угрозой для англий-
ских океанских и морских сообщений, заставила британ-
ское адмиралтейство изменить свои прежние взгляды на
значимость крейсеров 1-го класса. Приостановив даль-
нейшее строительство таких кораблей, англичане пере-
шли с 1899 г. на постройку броненосных крейсеров типа
«Кресси», а затем типов «Кент», «Девоншир», имевших
скорость 21—23 уз и значительную дальность плавания,
сильное артиллерийское вооружение, защищенных вер-
тикальной и горизонтальной броней. Эти корабли, на
постройку которых в основном влияли соображения стра-
тегического использования британского флота, предна-
15*	227
значалнсь для борьбы с русскими и французскими крей-
серами.	4
Однако уже во второй половине 90-х годов на требо-
вания к броненосным крейсерам начали влиять не толь-
ко соображения их боевого использования, но и тактиче-
ские взгляды на их роль в составе броненосной эскадры.
Причиной появления этих взглядов в значительной мере
был опыт боев у Ялуцзян и Сантьяго, показавший зна-
чение броневой защиты и скорости хода как для броне-
носцев, так и для крейсеров. Ранее уже говорилось о
том, что в бою у Ялуцзян японские крейсера типа «Мацу-
сима» не смогли в полной мере использовать свои
320-мм орудия, так как отсутствие бортовой брони не
позволяло им вести бой на более короткой дистанции,
обеспечивавшей проникновение 320-мм снарядов через
бортовую броню китайских броненосцев. В бою у Санть-
яго крупную роль сыграл броненосный крейсер США
«Бруклин», имевший значительную для того времени ско-
рость, сильное артиллерийское вооружение, защищенный
75-мм поясной, а также палубной броней от 75 до 152 мм.
«Бруклин» в течение всего боя без труда поддерживал
огневое соприкосновение с испанскими крейсерами, в том
числе и с броненосным крейсером «Кристобаль Колон».
Достаточно сильное артиллерийское вооружение бро-
неносных крейсеров, наличие бортовой и палубной бро-
ни и, наконец, хорошая скорость хода позволили счи-
тать, что такие корабли, находясь в составе броненосной
эскадры, будут способны выполнить задачу разведки бо-
ем, силой преодолевая сопротивление дозорных завес
противника, и смогут вести борьбу с его разведчиками.
Кроме того, броненосные крейсера могли быть исполь-
зованы для завязки боя, атакуя броненосцы противника
с дальних дистанций и наводя их на свои силы, а также
могли быть полезны для нанесения завершающих ударов
при развитии успеха в бою. Наконец, на броненосные
крейсера могла быть возложена также задача бомбарди-
ровки береговых объектов противника.
Взгляды на использование броненосных крейсеров
для решения тактических задач с наибольшей опреде-
ленностью отражались в строительстве таких кораблей
в Японии и Италии. Броненосные крейсера типа «Аса-
ма», построенные для японского флота в 1898—1900 гг.,
обладали необходимыми качествами для выполнения пе-
228
речисленных задач и, как показал опыт русско-япон-
ской войны, оправдали свое назначение.
Построенные между 1895 и 1902 гг. в Италии броне-
носные крейсера, прототипом которых был «Гарибаль-
ди», при умеренном водоизмещении (6840—7500 т) имели
не менее сильную, чем на японских броненосных крейсе-
рах, артиллерию, почти такое же бронирование и мало
уступали им в скорости хода Первый из таких кораб-
лей был построен заводом Ансальдо (Италия) для Ар-
гентины, которая в то время спешно вооружалась и го-
товилась к войне с Чили, полагая этими крейсера-
ми заменить свои устаревшие броненосцы. Вследствие
того что броненосцы чилийского флота были еще более
старыми, броненосные крейсера типа «Гарибальди» в
случае войны могли сыграть значительную роль. В де-
кабре 1903 г. аргентинское правительство продало Япо-
нии только что построенные броненосные крейсера «Ри-
валдавиа» и «Морено», представлявшие собой улучшен-
ный тип «Гарибальди». Как известно, эти корабли,
получившие в японском флоте названия «Ниссин» и
«Касуга», также Сыграли определенную роль во время
русско-японской войны.
В США после постройки броненосных крейсеров
«Нью-Йорк» и «Бруклин», имевших преимущественно
тактическое назначение, было прекращено их строитель-
ство, а затем начиная с 1900 г. приступили к
созданию броненосных крейсеров большого водоизме-
щения (13 400—15950 т). Их проекты отражали идеи
использования крейсеров для наступательных и оборо-
нительных действий на океанских коммуникациях. Появ-
ление и развитие броненосных крейсеров не остановило
развития бронепалубного крейсера, но отразилось на
нем. Как уже было сказано, дальнейшее строительство
больших бронепалубных крейсеров, подобных англий-
ским крейсерам 1-го класса, становилось явно нецеле-
сообразным. Стремление довести скорость бронепалуб-
ных крейсеров, построенных после 1895 г., до 21—22 уз,
увеличить на них число 152-мм пушек и, наконец, дове-
сти толщину палубной брони до 75 мм привело к увели-
чению водоизмещения до 5000—6000 и даже 7000 т.
Однако такие крейсера далеко не в полной мере удов-
1 Один из броненосных крейсеров типа «Гарибальди» — «Кри-
стобаль Колон» был построен для Испании.
229
летворяли требованиям, предъявлявшимся к ним как
к кораблям-разведчикам. Они прежде всего были недо-
статочно быстроходными для выполнения разведыва-
тельных задач. В начале 900-х годов все настойчивее вы-
сказывалась мысль, что назначение бронепалубного
крейсера в качестве разведывательного корабля при эс-
кадре должно рассматриваться как основное.
Вместе с тем оставалась потребность иметь в составе
эскадры крейсера, способные выполнять задачи ближней
(тактической) разведки, боевого, походного и стороже-
вого охранения. Они же при необходимости должны бы-
ли вести наступательные и оборонительные действия на
океанских и морских коммуникациях. К таким кораблям
предъявлялись следующие требования: скорость должна
быть на 3—4 уз больше эскадренной; дальность плава-
ния, обеспечивающая действия не только в составе эс-
кадры, но и при выполнении задач на океанских и мор-
ских коммуникациях; артиллерийское вооружение —
152- и 75-мм орудия; палубная броня — 75—60 мм. По
заказу русского морского министерства в 1900 г. на вер-
фи Шихау в Германии был спущен на воду крейсер
2 ранга «Новик», который вступил в строй в 1901 г. и
явился первым кораблем нового подкласса — крейсеров-
разведчиков. При весьма ограниченном водоизмещении
(3080 т) «Новик» имел большую для крейсеров того
времени скорость — 25 уз и значительный запас топлива
(16,2% водоизмещения), обеспечивавший ему как эс-
кадренному разведчику достаточный оперативный радиус
действия. Разумеется, эти качества были приобретены
за счет артиллерийского вооружения (шесть 120-мм ору-
дий), занимавшего по массе 4,3% водоизмещения, и
очень незначительного бронирования (палуба — 30—
50 мм). Назначением такого крейсера являлись разведка
и подавление миноносцев противника. В России в 1902 г.
были заложены еще два крейсера, почти подобные «Но-
вику». Постройка «Новика» вызвала много толков за
границей, особенно в Англии, где некоторые военно-мор-
ские теоретики и практические деятели высказывали
неблагоприятное мнение об этом крейсере. Несмотря на
это, британское адмиралтейство заказало четырем ве-
дущим судостроительным заводам в Англии постройку
25-узловых крейсеров — эскадренных разведчиков, кото-
рые, кроме того, должны были обладать способностью
230
Подавлять в бою эскадренные миноносцы противника.
Не дожидаясь окончания постройки этих крейсеров, ад-
миралтейство вскоре заказало тем же заводам еще че-
тыре таких же крейсера.
В Германии к 1898 г. также был разработан тип
малого крейсера — эскадренного разведчика, имевшего
скорость хода лишь 22 уз.
' В- табл. 16 приведены тактико-технические данные
характерных броненосных и бронепалубных крейсеров
построенных между 1891 и 1903 гг.
Несмотря на то что взгляды на боевое назначение
крейсеров изменились, официальная классификация их
почти во всех странах оставалась прежней. Вместе с
тем постройка во всех крупнейших морских странах
броненосных крейсеров исключила целесообразность
дальнейшей постройки крайсеров 1-го класса, а создание
сначала русскими, а затем англичанами крейсеров — эс-
кадренных разведчиков (скаутов) заставило задуматься
о целесообразности дальнейшего строительства прежних
крейсеров 2-го и 3-го класса (ранга), имевших слабо
выраженный для изменившихся условий тактический про-
филь. Таким образом, появилась необходимость в новой
классификации крейсеров, вернее, в образовании двух
самостоятельных классов этих кораблей: броненосных
крейсеров и легких крейсеров. Однако такая дифферен-
циация произошла уже после русско-японской войны.
Быстрое развитие миноносцев, скорость которых к на-
чалу 90-х годов достигла 25—28 уз, снизило боевую цен-
ность противоминоносных кораблей, находившихся в то
время в строю (минных крейсеров, торпедных канонер-
ских лодок, минных авизо и дивизионных миноносцев),
и заставило руководство крупных флотов начать иссле-
дование по созданию более совершенного типа корабля.
В результате нападок английской прессы, видевшей
в усилении миноносцев растущую опасность для бри-
танского броненосного флота, адмиралтейство в 1892 г.
приняло решение о массовой постройке истребителей ми-
ноносцев, задавшись целью превзойти все, что было до
этого построено, создать противоминоносный корабль со
‘ При разработке настоящей таблицы были использованы сле-
дующие источники: Военные флоты и Морская справочная книжка на
1904 г.; J a n е F. Т. All the world’s fighting ships, 1903; Naval Annual,
1901; Nauticus, 1903.
231
ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ ХАРАКТЕРНЫХ периода						
Страна	Название типового корабля	Год спуска на воду	• Водоиз- мещение. т	Ско- рость хода, уз			 Вооружв^	
					артиллерийское: число орудий — калибр, мм; длина (в калибрах)	
Россия	Крейсера 1 ранга (броненосные) „Россия**	1896	13675	19,7	4—203/45; 16-152/45; 12—75; 20—47; 16—37	
	„Громовой** (рис. 31)	1899	• 13880	20,0	4-203/45; 16-152/45; 24-75; 12—47; 18-37	
	Крейсера I ранга (бронепалубные) „Диана**	1899	6731	19,0	8-152/45; 24-75; 8-57	
	„Богатырь**	1901	6645	24,2	12—152/45; 12—75; 6—47		
	Крейсер 2 ранга „Новик** (рис. 35)	1900	3080	25	6—120; 6-47; 2—37		
Англия	Броненосные крейсера „Кресси** (рис. 34)	1899	12000	20,8	2-234/40; 16—152/45; 14-75; 3—47 		
	„Кент**	1901	9800	22,6	! 4—152/45; 10-75; 3-47	
232
Таблица 16
ТИПОВ БРОНЕНОСНЫХ БРОНЕПАЛУБНЫХ КРЕЙСЕРОВ
1891 — ЮОЗ гг.
ние		Бронирование, им			
	торпедное: число труб надводных подводных	пояс: верхний ряд нижний ряд	палуба	артиллерия главного калибра	артиллерия среднего калибра
	5_ 0	203-127 {0,8 ВЛ)	50—45	127	—
	0_ .	4	152 {0,5 ВЛ}	65—45	120	——
	1 2	—	50—75	—	—
	4 2	—	37—90	127	37-80
	_5 0		28—50	—	—
	2_ . 0	152—50 152—50 (0,5 ВЛ и 0,2 ВЛ)	25-76	152	125-75 125—75
	0 2	‘ 100—50 100—50 (0,7 ВЛ}	70	125	100—50
233
						
Страна	Название типового корабля	Год спуска на воду	Водоиз- мещение,	Ско- рость хода, УЗ	Вооружу	
						
					артиллерийское: число орудий — калибр, мм; дЛИНа (в калибрах)	
	„Драк"	1901	14100	23	2—234/40; 16—152/45; 14-76; 3-47	
	Крейсера 1-го класса „Поверфул" ' (рис. 33f	1895	14200 ✓	22,1	2-234/40; 16-152/40; 16-75; 12-47	
	„Ариадне"	1898	11000	20,75	20-152/40; 12-75; 3-47	
Англия	Крейсера 2-го класса „Гермес"	1898	5600	20,1	1 1—152/40; 8-75; 6-47	
-	„Челенджер" (рис. 36)	1902	5880	22,0	11—152/45; 8-75; 6-47	
	Крейсера 3-го класса „Аметист"	1903	3000	22	12—102/40; 8—47	
	Скауты (разведчики) „Адвенчур" „Форвард" „Патфайндер" „Сеитинель"	Строился Строился Строился Строился	2670 2850 2940 2895	25	10-75; 8 авт.	
234
Продолжение
иле		Бронирование, ми			
	торподнбе: число труб надводных подводных	пояс: верхний ряд нижний ряд	палуба	артиллерия главного калибра	артиллерия среднего калибра
	ю | о	152—50	• 152—50 {0,75 ВЛ)‘	75—50	125	125—75
	0 4	—	75	152 •	152
	2		102	75—152	75—152
	£ 2	—	75—37	—	—•
	£ 2	—	75-37	—	—
	о | ю	•—	50	—	—•
	2_ 0	1111	38-19	—	—
235
Страна	Название типового корабля	Год спуска на воду	Водоиз- мещение, т	Ско- рость хода, уз	Вооруже артиллерийское: число орудий — калибр, мм; длина (в калибрах)	
Германия	Броненосные крейсера „Фюрст Бис- марк"	1897	16900	18,7	4—240/40; 12-150/40; 10-88/30; 10-37	
	„Роон"	1902	9500	21	4-210/40; 10—150/40; 12—88/20; 10-37	
	Бронепалубные крейсера „Герта"	1897	5628	19,6	2—210/40; 8-150/40; 10-88/30; 10-37	
	„Газелле"	1898	2645	20,0 /	10-105/40; 14—37	
	„Бремен"	1903	3250 л	22,0	10-105/40; 12-37	
Франция	Броненосные крейсера „Жанна д’Арк"	• 1899	11270	21,8	2-194/40; 14—140/45; 16-47; 8—37 		
	„Леон Гамбетта"	1901	12550	22,0	4-194/40; 16—164/45; 22—47; 2-37	
236
Продолжениё
мне		Бронирование, мм			
	торпедное: число труб надводных подводных	пояс: верхний ряд нижний ряд	палуба	артиллерия главного калибра	артиллерия среднего калибра
	5	203—102	50-80	203-100	102-80
	3	100—88	37—65	150-80	102
	_3 0	—	102—37	102	102
	о | to	—	25-20	—	—
	2 2	—	50—25 (над ма- шин.—102)	—•	—•
	2 2	75 152—75	88—25	190-102	152-75
	2 2	125—70 152—80 {0,95 ВЛ)	65—40	203-125	102
237
Страна	Название типового корабля	Год спуска на воду	Водоиз- мещение, т	1 Ско- рость хода, УЗ		Вооруже артиллерийское; число орудий — калибр, мм: длина (в калибрах)	
Фракция	Бронепалубные крейсера 1-го класса „Д’Антрекасто"	1896	8114	19,2	2—240/40; 12—140/45; 12-47; 6—37	
	„Гишен"	1898	8277	23,6	2—161/45; 6-140/45; 10-47; 5-37	
Италия	Броненосные крейсера „Джузеппе Га- рибальди"	1899	9 7400	19,7	1—254/45; 2—203/45; 14-152/40; 2-75; 10-57; 8-37	_	
	„Гарибальди" (куплен Аргенти- ной)	1895	6840	19,9	2-254/40; Ю—152/40; 6-120/40; 10-57; 10-37'	
США	Броненосные крейсера „Нью-Йорк"	1891	8200	21	6—203/35; 12—Ю2; 8-57; 4-37	
	„Бруклин"	1895	9125	21,9	8 -203/35; 12—127; 12-57; 4-37	
238
Продолжение
НПО		Бронирование, мх			
	торпедное: число труб надводных подводных	пояс: верхний ряд нижний ряд	палуба	артиллерия главного калибра	артиллерия среднего калибра
	4 2	—	102-75	250	70
	2^ 0	—	75—20	—	37
	4 0	152 (0,6 ВЛ) 152—75 {по всей ВЛ)	50	152	152
	4 0	152 {0,5 ВЛУ 152—75 (по всей ВЛ!	50	152	152
	2_ 0	102 {0,5 ВЛ|	152—65	254-140	—
	5 0	75 (0,7 ВЛУ	152—75	203-140	—
239
Страна	Название типового корабля	Год спуска на воду	Водоиз- мещение, т	Ско- рость хода, уз		 Вооружо	
					артиллерийское: число орудий — калибр, мм; длина (в калибрах)	
США	„Вест Вирджи- нна“	1903	13800	22,0	4-203/45; 14-152/50; 18-75/50; 12—47; 4-37	
	Бронепалубные крейсера „Миннеаполис"	1893	7450	23,0	1—203/35; 2-152/40;  8—102; 12—57; 2—37	
Япония	Броненосные крейсера „Асама“ (рис. 37)'	1898	9775	22,1	4-203/40; 12-152/40; 12—75; 7-47	
	„Ивате“	1900	9800	21,8	4—203/40; 14-152/40; 12-75; 7-47	—
	„Миссии" (рис. 32)	1903	7583	20,5	4-203/45; 14—152/40; 10—76	
	Бронепалубные крейсера „Читозе"	1898	4760	22,9	2-203/45; 10—120/45; 12—75; 6-47	_	
	„Отова"	1903	3000	21,0	2—152/40; 6—120; 4-75	
240
П родолжение
нив		Бронирование, мм			
	торпедное: число труб надводных подводных	пояс: верхний ряд ннжннй ряд	палуба	артиллерия главного калибра	артиллерия среднего калибра
	а 2	125 {0,5 ВЛ) " 152—90	102-57	165—152	125—75
	-Г | о	— .	102—65	—	
7*	1 4	125 (0,6 ВЛ) 160—90	65—50	152	152—75
	о| ’Г*	125 (0,4 ВЛ) 178-90’	65—50	152	152—75
	4_ 0	152 '(0,6 ВЛ) 152—75	75—37	140	152
	4 0	—	115—70	—	—
	•—	—	75—50	—	—
Ю Зак. 519
241
Рис. 31. Броненосный крейсер «Громовой». Россия. 1899.
152Л1Л4
Рис. 32. Броненосный крейсер «Ниссин». Япония. 1903.
242
Рис. 33. Крейсер l-го класса «Поверфул». Англия. 1895.
152 ММ
Рис. 34. Броненосный крейсер «Кресси». Англия. 1899.
IG*
243
Рнс. 35. Крейсер 2 ранга «Новик». Россия. 1901.
Рис. 36. Крейсер 2-го класса «Чслснджер». Англия. 1902.
241
Рис. 37. Броненосный крейсер «Асама». Япония. 1898.
скоростью более чем 26 уз и вооружить его артиллерией,
способной уничтожать миноносцы противника.
В 1893 г. англичане спустили на воду четыре истре-
бителя миноносцев типа «Дэринг», развивших на испы-
таниях скорость до 28,2 уз. Эти корабли были призна-
ны удачными. В течение 1893—1903 гг. англичане по-
строили 143 истребителя миноносцев семи различных
типов. Большинство из них имело водоизмещение 237—
360 т, скорость 27,7—31 уз и было вооружено одним
75-, пятью 57-мм орудиями и двумя одинарными надвод-
ными торпедными аппаратами. На одном из истреби-
телей, спущенном на воду в 1899 г. («Випер»), был и
впервые установлены тур б 11 н ы Парсонс а м ощностыо
1100 л. с., позволявшие развивать скорость хода 33 уз.
Погоня за высокими скоростями привела конструкторов
к всемерному облегчению корпуса, в результате чего
один из первых турбинных кораблей «Кобра» в сентябре
1901 г. переломился па волне и погиб.
Потеря «Кобры» и постоянные Неисправности меха-
низмов на истребителях, имевших поршневые машины,
заставили адмиралтейство пересмотреть прежние требо-
245
Иания К Проектам такйх кораблей. В результату адмя-
ралт^1ктво_прищло к заключению_не строить^истреби-
i ел и_со скоростью свыше 25 уз, усилить набор их кор-
пусов, увеличить запас угля и установить боковые кили.
Истребители, спущенные на воду в 1903 г., на которых
были учтены новые требования, имели 540—550 т водо-
измещения и скорость 25,5 уз.
Гибель «Кобры» несколько задержала внедрение тур-
бинных двигателей,и до начала русско-японской войны
в Англии был спущен еще только один турбинный ист-
ребитель—«Велокс». Удачная постройка первых серий
английских истребителей, имевших значительные пре-
имущества перед миноносцами, привела к резкому со-
кращению строительства последних: с 1893 по 1903 г.
в Англии было построено всего 18 миноносцев.
Вскоре после постройки первых англи йских и стр еб и -
• теле» русское морское министерство в" 1894 гГзаказало
заводу Ярроу истребитель «Сокол», который был спущен
на воду в следующем году. В русском флоте эти, кораб-
ли получили название эскадренных миноносцев, более
правильно отражавшее их “боевое назначение. К тому
времени стало ясным, что это прежде всего мореходные
торпедные корабли, способные всюду следовать с эс-
кадрой, наносить торпедные удары противнику в бою
в открытом море и вместе с тем противодействовать та-
ким же кораблям неприятеля, а в прибрежном районе,
где могли действовать вражеские миноносцы, подавлять
их огнем своей артиллерии. Вслед за первым эскадрен-
ным миноносцем «Сокол» русское морское министерство
заказало в 1897 г. на отечественных заводах 13 таких
кораблей для Балтийского флота, а в 1899 г. 12 — для
Черноморского и Тихоокеанского флотов. После построй-
ки кораблей типа «Сокол» в России было завершено
строительство эскадренных миноносцев типа «Буйный»,
представлявших собой увеличенные корабли «Сокол»,
кроме того, несколько эскадренных миноносцев былв
заказано в Германии, Франции и Англии.
Во Франции после отказа от дальнейшего строитель-
ства минных крейсеров и контрминоносцев1 только
1 Контрминоносцы во французском флоте по своим тактико-тех-
ническим данным приближались к минным крейсерам, отличаясь от
них лишь меньшим водоизмещением и более слабой артиллерией,
но большей скоростью (21,5—23 уз).
24G
в 1899 г. был спущен первый истребитель «Дюрендаль».
К этому времени во французском флоте была чрезвы-
чайно пестрая номенклатура противоторпедных и тор-
педных кораблей: минные крейсера, контрминоносцы, эс-
кадренные миноносцы (истребители), мореходные мино-
носцы, миноносцы 1, 2, 3 и 4-го классов1. Французы на
своих эскадренных миноносцах недооценивали значение
величины калибра артиллерийского вооружения и счи-
тали достаточными для них 65-мм орудия.
Германский флот до 1898 г. не воспринял полностью
идеи эскадренного миноносца (истребителя) и продол-
жал строить миноносцы 1-го класса для открытого моря,
миноносцы 2-го класса для действий в прибрежном рай-
оне и дивизионные миноносцы, предназначавшиеся в ка-
честве ведущих кораблей в полуфлотилиях (дивизио-
нах) миноносцев 1-го класса. С 1898 г. немцы начали
строить серии так называемых больших миноносцев
открытого моря («GroBe (Hochsee-) Torpedoboote»), соот-
ветствовавших по назначению эскадренным миноносцам,
с той лишь разницей, что они были слабее их по своему
артиллерийскому вооружению (три 50-мм пушки на каж-
дом). Это объяснялось тем, что, по взглядам, сущест-
вовавшим в то время в германском флоте, подавление
миноносцев противника в бою возлагалось на малые
крейсера. Узкая специализация миноносцев как кораб-
лей, предназначенных исключительно для торпедных
атак, и взгляд на артиллерию этих кораблей как на
оружие случайного использования сохранились в гер-
манском флоте до первой мировой войны, и лишь боевой
опыт заставил немцев отказаться от таких крайних
взглядов.
По заказу японского флота, копировавшего в то вре-
мя английский опыт, в Англии в 1898— 1903 гг. было
Г построено 16 истребителей. Кроме того, в 1902—1903 гг.
на японских заводах было создано еще четыре таких
корабля. Истребители, построенные в Англии для Япо-
нии, имели скорость 30—31 уз, истребители японской
постройки — 27—29 уз. Перевес большинства японских
истребителей в скорости хода и более сильном артилле-
1 Миноносцы 3-го и 4-го класса были близки по типу к рус
ским миноноскам. Миноносцы 2-го класса предназначались для дей
ствнй п прибрежных районах.
247
римском вооружении (одно 75-мм и пять 57-мм ору-
дий) 1 создало им преимущество перед русскими эскад-
ренными миноносцами Тихоокеанской эскадры, имевши-
ми скорость 27—27,5 уз и артиллерийское вооружение,
состоявшее из одного 75- и трех 47-мм орудий.
Флот США до 1894 г. сравнительно мало уделял вни-
мания торпедным кораблям. Миноносцы, построенные
с 1895 по 1901 г., отличались от подобных кораблей
европейских флотов несколько большим водоизмещением
(особенно постройки 1898—1899 гг.) и более высокой
скоростью, благодаря которой они приближались к ист-
ребителям. С 1900 г. США начали постройку истреби-
телей, но в отличие от других флотов строили их не-
большими сериями (от двух до пяти кораблей).
Американские корабли, построенные до начала русско-
японской войны, были значительно большего водоизме-
щения, чем европейские и японские, обладали скоростью
хода 28—30 уз, были вооружены двумя 76-мм орудиями,
пятью-шестью 57-мм полуавтоматическими пушками и
двумя 45-см торпедными аппаратами. Ряд технических
неудач, выявленных при испытаниях (значительно мень-
шая, чем предусмотренная проектом, скорость хода, виб-
рация корпуса и т. д.), задержали дальнейшее строи-
тельство и даже явились причиной возникновения вопро-
са о прекращении постройки.
Для суждения о наиболее характерных для периода
1891—1903 гг. типах торпедных кораблей в табл. 17
приведены их тактико-технические данные2.
Таким образом, к началу русско-японской войны ист-
ребители, или эскадренные миноносцы, представляли со-
бой основную категорию кораблей, предназначенных
для осуществления торпедных ударов в открытом море.
Уже к концу 90-х годов можно было считать, что в бу-
дущей войне истребители заменят прежние миноносцы,
было поставлено на иопм? ”no,,CK“x истребителей 75-мм орудие
над противником -<тп кЛ е* ,,аличии превосходства в скорости
зволято вести бой к я °Kd3a;i0Cb вполне Целесообразным, так как по-
Гяшими :Хобснами	8СТРСЧИ С “"° ПРСВ°СХ°‘
ники- ^ВоениыТФлетты	17 бЫЛИ испо-1ЬЗованы следующие источ-
J a n e Р Т АИ . ’ |.М?Пкая справочная книжка на 1904 г.;
Naulicus,’19СЗ	ds f‘ghtmg ships. 1903; Naval Annual, 1901;
248
ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ НЕКОТОРЫХ ТИПОВ ТОРПЕДНЫХ КОРАБЛЕЙ,
ХАРАКТЕРНЫХ ДЛЯ 1891—1903 гг.
249
Продолжение
Страна	Название типового корабля	Год спуска на воду	Водоиз- мещение, т	Скорость хода, уз	Артиллерийское вооружение: число орудий — калибр, ми	Торпедное воору- жение (в числи- теле—нздв. торп. аппараты, в зна- менателе — подв. торп. аппараты)	Примечания
Россия	„Буйный"	1902	350	26	1—75; 5—47	£ 0	
	Миноносцы !-го класса						
	»№ 97м	1893	130	23,3	2—47	3	
	„№ 109"	1902	194	25,2	3—47	0 3	
						0	
Англия	Истребители „Дэринг"	1893	237	27,7	1—75; 3—57	£ о	
	«Стар"	1896	340	30,7	1—75; 5—57	£ о	
	„Випер"	1899	325	33	1—75; 5—57	2 ° |	Первый истреби- тель с турбинными механизмами
							П родолжение
Страна	Названое типового корабля	Год спуска на воду	Водоиз- мещение, т	Скорость хода, уз	Артиллерийское вооружение: число орудий — калибр, мм	Торпедное воору- жение (8 числи- теле над*, торп. аппараты, в зна- менателе — подв. торп. аппараты)	Примечания
Англия	яЭрум"	• 1903	550	25,6	1-75; 5—57	сч | о	Однотипный с кораблем „Кобра" улучшенной море- ходности
	Малые мино- носцы						
	S-74	1894	153	25	1—50	£	
	G-88	1897	155	25	1-50	0 2	
Германия	Дивизионные миноносцы и истребители					0	
	0-10	1898 '	355	27,8	3—50	2 0	
251	S-90	1899	350	27—28	3—50	3 0	
Продолжение
252
Страна	Налванне типового корабля	Год спуска НП воду	Оодоиз* МСЩС11ИС, т	Скорость хода, уэ	Артиллерийское вооружение: число орудий — калибр, мм	Торпедное воору- жение (в числи- теле— надв. торп. аппараты, в зна- менателе— подв. торп. аппараты)	Примечания
	S-120	1903	350	30	3—50	2	
						0	
Германия							
	Мореходные миноносцы						
	„Корсэр"	1892	150	25,5	4-37	2 0	
Франция	„Циклон"	1898	150	30,7	2—47	2 0	
	„Сирокко"	1900	181	26—28	2—47	У 0	
							
Продолжение
to СЛ со	Страна	Название типового корабля	Год спуска на воду	Водбиз- *мещенне, т	Скорость хода, уз	Артиллерийское вооружение: число орудий —> калибр, мм	Торпедное воору- жение (в числи- теле — надв. торп. аппараты, в зна- менателе—подв. торп. аппараты)	Примечания
	Франция	Эскадренные миноносцы „Дюрандаль“ „Фронд"	1899 1902	300 307	26 30,7	1-65; 6—47 1-65; 6—47	о | ьэ о | — _ /	
	США	Миноносцы 1-го класса „фут" „Барией" Истребители „Бейнбридж"	1895 1900 1901	144 167 420	24,5 28 28,5	3—37 3-47 полуавтомат. 2—76; 5—57 полуавтомат.	о | Ю	С I W О | W	
*
<§
£
сч | о
СО | О СО | О СЧ | О СЧ | о СЧ | О
О>
о.
о
<£>Г-
ь- ю
I I
СЧО
S
О
со
СЗ
>»
с;
о
Е
Г— тг I •	 г- тГ I	Ч4 1	X СО X	
			Ш Г"- Г-- ю 1 1	to 77
со	СО	1 сч	— ш	— ю
254
а свое артиллерийское вооружение будут использовать
друг против друга. Это обстоятельство, казалось, дава-
ло основания для дальнейшего усиления артиллерийско-
го вооружения истребителей, однако переоценка воз-
можности использования их в качестве средства сокру-
шающего торпедного удара в бою помешали этому. Даже
опыт русско-японской войны, подтвердивший значе-
ние артиллерийского вооружения на истребителях и эс-
кадренных миноносцах, как увидим несколько далее,
далеко не всюду был своевременно учтен.
Развитие подводных лодок. В предыдущей главе упо-
миналось, что появление электромеханизмов, аккумуля-
торовДвигателей внутреннего сгорания и, .наконец, о б -
щий”'прогресс кораблестроения 80-х годов благоприят-
ствовали развитию подводных лодок. Одним из важней-
ших ^технических достижений, определивших значение
подводной лодки "какбоевого корабля, было появление
на ее вооружении торпеды.
Характерной особенностью подводных .лодок в 80-е
и_отчасти в 90-е годы было то, что их развитие в зна-
чительной степени определялось инициативой отдельных
лиц, предлагавших разработанные ими проекты подвод-
ных лодок, а не требованиями к последним со стороны
морских министерств. Другими словами, подводные лод-
ки развивались как бы самотеком. В некоторых стра-
нах это происходило вследствие малой заинтересован-
ности в подводных лодках из-за особенностей театра
(например, в Германии), в других — из-за стремления
не допустить развития подводных лодок, представляв-
ших потенциальную угрозу для морской мощи страны
(в Англии), а в иных — в результате влияния экономи-
ческих трудностей, подсказывавших необходимость вы-
жидания более определенных результатов и возможно-
сти использования опыта постройки подводных лодок
в других странах.
Действительно, ничтожный опыт подводного плава-
ния давал мало основании для р~азраооткн~ тактико-тех-
нических требований к jn од водным лодкам. Однако ни
одно новое средство не рождалось одновременно с та-
кими требованиями, и выработка их была возможна
лишь в результате творческих усилий организаций, а не
отдельных лиц. Раньше всех это поняло французское
морское министерство, которое с конца 80-х годов нача-
255
ло уделять подводным лодкам очень много внимания,
видя в них средство эффективной борьбы со своим ос-
новным для того времени вероятным противником — анг-
лийским флотом.
В течение 90-х годов по мере дальнейшего совершен-
ствования техники поиски наиболее целесообразных ти-
пов подводных лодок становились все более интенсив-
ными. Скрытность их действий, являвшаяся важнейшим
тактическим свойством, в наибольшей мере могла быть
достигнута при наличии двигателя, обеспечивающего ей
возможность длительного движения в подводном поло-
жении. Однако такого двигателя, превращавшего лодку
в подлинный подводный корабль, в то время еще не бы-
ло. Электродвигатели, получавшие питание от аккум-Уля -
торов, обеспечивали небольшую дальность плавания.
Необходимость возвращения подводной" лодки. в базу
для зарядки аккумуляторов лишала ее практически. ав-
тономности и делала способной действовать лишь в при-
брежном районе на небольших удалениях. Во’ Франции
в 1893—1901 гг. было построено восемь аккумулятор-
ных подводных лодок. Каждая из них имела по одному
носовому трубному торпедному аппарату и по две
45-см Торпеды.
В поисках более совершенного типа подводных ло-
док, способных к наступательным действиям в море,
французское морское министерство в 1898 г. присту-
пило к постройке так называемой ныряющей подводной
лодки «Нарваль»" (проект «Иарваль» был разрдб.отан
французским корабельным инженером Максом^Лобе-
ф ом), автономность которой обеспечивалась устацрв кой
на ней парового двигателя для надводного ходаЗьэ л е к -
тромоторов — для движения под водой. «Нарваль» име-
ла четыре поворотных решетчатых торпедных аппа р ат а
системы Джевецкого, надводную скорость 11 у з,п_од вод-
ную—8 уз и дальность плавания~в__Н адводно м положе-
н и и около 500 миль. Кр упным недост атко м «Нарваль»
был слишком длительный промежуток времени перехо-
да из надводного положений вi подводноё~~(Ькдло .
Несмотря на это, французы в 1900 г. начали постройку
еще четырех ныряющих подводных лодок улучшенного
по сравнению с «Нарваль» типа. Вместе с тем француз-
ское морское министерство продолжало искать более
совершенный тип автономной подводной лодки, свобод-
256
ной от недостатков как ныряющих, так и ранее постро-
енных лодок, имевших электромеханизмы в качестве
единого двигателя для надводного и подводного хода.
В 1902—19_03._гг, .в_о..Франции_была спущена на воду
большая серия 68-т подводных лодок типа «Найяд»,
представлявших собой улучшенный тип подводной лодки
«Жимнот», построенный в 1889 г. по проекту Густава
Зедэ. На этих лодках французы, отказавщись_от пре-
дубеждения к бензиновым и_газрлиновьъм двигателям,
поставили бензинрвые. моторы,. позволявшие развивать
скорость в надводном положении до 12 уз. Для движе-
ния под водой лодки имели электромоторы, получавшие
питание от аккумуляторных батарей. Несмотря на ряд
трудностей и неудач, к началу 90-х годов Франция рас-
полагала подводными лодками, которые могли выпол-
нять боевые задачи. Участие подводных лодок в ма-
неврах французского флота в 1902 и 1903 гг. позволило
приобрести некоторый опыт использования их уже не
в полигонных условиях, а в обстановке, приближавшей-
ся к боевой. Правда, на этих маневрах подводные, лодки
выполняли задачи, связанные с обороной побережья от
флота противника, пытавшегося бомбардировать бере-
говые объекты.
Морские министерства других крупных морских дер-
жав, в том числе и России, поддерживая контакт с не-
которыми судостроительными фирмами и конструктора-
ми подводных лодок (Норденфельдт, Голланд, Хо-
вард и др.) и заказывая или покупая готовыми отдель-
н ы е э кс пер и м е нт а л ь н ы е типы так их кора б де й, до j 901 г.
не включали подводные лодки в свои судостроительные
программы. Так, например, британское адмиралтейство
не считало необходимым иметь подводные лодки, ко-
торые оно рассматривало как чисто обороннтельное-сред-
ство, тогда как деятельность английского флота должна
была носить только наступательный характер.
Однако после то го ..к а к. С Щ А в результате успешных
испытаний в 1900 г. экспериментальной подводной лод-
ки типа «Голланд» приобрели эту лодку и начали по-
стртуйтг^пгге^туг’других, англичане сейчас же заказали
серию экспериментальных 120-тонных подводных лодок,
а в 1902 — серию 180-тонных. Лодки, включенные в су-
достроительные программы США и Англии, имели бен-
зиновые или газолиновые двигатели для надводного хода
7 Зак. 519
257
со скоростью 8—11,5 уз и электромеханизмы, получа в -
шне питание от аккумуляторов, для движения под водой
(скорость до 7 уз). Английские и американские подвод-
ные лодк11_-бьи11ивооружены трубными торпедными_.ап-
паратами (по одному на каждой) и тремя-пятью тор-
педаш1..калибр.ом-1£-Мм.
Германские морское министерство до середины
1904 г. в отношении постройки подводных лодок придер-
живалось выжидательной политики,' но внимательно на-
блюдало за экспериментальными работами, производив-
шимися в области подводного судостроения фирмой
Круппа. Морской министр адмирал Тирпиц в одной из
своих речей, произнесенных в рейхстаге в начале 900-х го-
дов, сказал: «У нас нет денег для расхода на экспери-
ментальные корабли. Мы должны предоставить подоб-
ную роскошь более богатым государствам вроде Фран-
ции и Англии» 1.
Русское морское министерство, до начала 900-х годов
т а кже придерживавшееся выжидательной такти к и, в
1900 г, вело переговоры с Голландом, намереваясь ку-
пить у него несколько подводных лодок2. Сделка эта
не состоялась, потому что Голланд потребовал заклю-
чения контракта с ним на постройку десяти лодок по
цене 190 000 долларов за каждую. Вместе с тем было
известно, что в апреле того же года Холланд заключил
контракт с морским департаментом США на постройку
шести лодок по 175 000 долларов за каждую.	г.
по заданию Морского технического комитета кор а б е л ь -
ный инженер И. Г. Бубнов и капитан 2 ранга МН. Бек-
л е.мишев разработал и прое кт подводной лодки^ кото рая
была построена на Балтийском заводе и получила на-
з вание «Дельфин»3. Хорошие результаты испытания
«Дельфина» убедили морское министерство в необхо-
димости продолжать строительство подводных лодок на
отечественных заводах. Было запланировано построить
к 1914 г. десять подводных лодок. В начале 1904 г. Бал-
1 Гибсон Р. и Пре н дергат М; Германская подводная
война 1914—1918 гг. М., Госвоениздат, 1935, с. 260.
2 Трусов Г. М. Подводные лодки в русском и советском фло-
те, с. 111; Военные флоты и Морская справочная книжка па
1904 г., с. 626.
3 Вследствие того что в официальной классификации класс под-
водных лодок не был предусмотрен, они до марта 1906 г. числились
миноносцами.
258
тийскому заводу были выданы заказы на постройку ло-
док типа «Касатка», автором проекта которых был
И. Г. Бубнов. Начавшаяся русско-японская война, в еше
большей мере усилившая внимание к подводным лодкам
и необходимость быстрейшего пополнения ими флота,
заставила морское министерство обратиться к загранич-
ным фирмам. В первой половине 1904 г. русское морское
министерство купило у фирмы «Лэк» (США) готовую
подводную лодку «Протектор»1, у «Голланд» — подвод-
ную лодку «Фультон»2 и заказало несколько подводных
лодок в США и Германии3. Подводные лодки типа «Ка-
сатка», строившиеся на Балтийском судостроительном за-
воде, типа «Фультон», строившиеся на Невском судострои-
тельнам_за воде, и готовые лодки, построенные за грани-
цеи,~по железной дороге перевозились во Владивосток,
где к концу лета 1905 г. было сосредоточено 13 подвод-
ных лодок. Впервые в военно-морской истории они во
время русско-японской войны /были использованы для
выполнения частных боевых задач, но их деятельность
осуществлялась в прибрежном районе, а случаев для
применения оружия им не. представилось. Все русские,
в том числе и купленные за границей, подводные лодки
и мел и бензиновые или керосиновые (типа Кортинга) мо-
торы4 для надводного хода и электродвигатели, полу-
чавшие’питание от аккумуляторных батарей, для дви-
жения под водой. На вооружении они имели от двух до
четыр.ех_торпедных_ап парато в Джевецкого или один —
три однотрубных 45-см торпедных аппарата.
В табл. 18 приведены тактико-технические данные
характерных типов подводных лодок5, построенных в
периоде 1891 по 1904 г. (включительно).
1 Зачислена в списки русского флота под названием «Осетр».
2 Зачислена в списки русского флота под названием «Сом».
3 Эти подводные лодки в США строились на заводе Лэка,
в Германии — на верфи «Германия», принадлежавшей фирме Круп-
па. При получении заказа на три подводные лодки типа «Карп»
фирма Круппа подарила русскому правительству подводную лодку
«Форель» (водоизмещение—17 т), которая была построена фирмой
для экспериментальных целей.
* За исключением «Форели», которая имела только электродви-
гатели.
5 При составлении табл. !8 использованы источники: Военные
флоты и Морская справочная книжка на 1904 г. Спб., 1904: Мои-
сеев С. П. Список кораблей русского парового и броненосного
флота. М., Военнздат, 1948.
17*	259
ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ НЕКОТОРЫХ ХАРАК
Страна	Название типовой подводной лодки	Год спуска 'на воду	Водоизме- щение надводное т подводное	Скорость надводная подводная	
Россия	„Дельфин" „Касатка" „Осетр" (бывш. „Протектор") . „Сом" (бывш. „Фультон") „Карп"	1903 1904 1902 1904 Заказана в 1904 г., спущена на воду в 1907	ИЗ 124 152 172 154 189 105 124 207 230	10 4,5 8.5 5,5 8,5 4,5 8.5 . 7,6 10.6 з.з	
Франция	Подводные лодки „Гюстав Зедэ" „Франсэз" „Найяд" Ныряющие под- водные лодки „Нарваль" „Тритон"	1893 1901 1902 1899 1901	266 146 68 106 200 106 200	8_ 5 12 9 |2 8 ✓ и 8 И 8	
260
1 а б л и ц a 19
ТЕРНЫХ ПОДВОДНЫХ ЛОДОК ПЕРИОДА 1891—1904 гг.
	Дальность плавания над водой	• Род двигателя для надводного хода для подводного хода	Продолжи- тельность перехода из надвод- ного в под- водное по- ложение, мин	Число и тип торпедных аппаратов	Примечания
	под водой мили				
	243 (9ji	Бензиновый мотор	4	2, типа	
	28 (4,5)	Электромотор		Джевецкого	
	700 (5,5)	Керосиновый мотор	3,5-4	4, типа	
	46 (4):	Электромотор		Джевецкого	
					
	240 (8,5)	Газолиновый двиг.	Около 5	2 носовых	Куплена у
	35 (3,5)	Электромотор		и 1 кормо» в.о.НЛРХ15ные	фирмы »Лэк“ (США)
	500 (8,5)	Газолиновый двиг.	3	1 носовой,	Куплена у
	30 (7,6)'	Электромотор		трубный	фирмы иГол* лаид“ (США)
	2550 56	Керосиновый двиг. Кортинга	Около 3	Цсруб.иый и 2 типа	Строилась в Германии
		Электромотор		Джевецкого	
	175 (5))	Электродвигатель	м	1 носовой, трубный	
	100 (9)	Электродвигатель	—	1 носовой, трубный	
	——	Бензиновый двиг. Электромотор		1 носовой, трубный	
	400 (8Т	Паросиловая устан.	Около 6	4, типа Джевецкого	
	40 (3)	Электромотор			
	500(7)	Паросиловая устан.	6	4, типа Джевецкого	
	—	Электромотор			
261
Страна	Название типовой ПОДВОДНОЙ ЛОДКИ •	Год спуска на воду			
			Водоизме- щение надводное подводное	Скорость надводная	
				- 	• уз подводная	
Англия	»А-1“ »А-5"	1901 1904	120 180 207	_10 7 11,5 7	
США	„Голланд" „Аддер" ..	1900 ’ 1901	64,3 74,3 120	8 5,5 2 7	
Италия	1	1 „Дельфин" „Глауко"	1892 1905	95 107 150	8,5 12 8	
Германия	„U4"	Заказана в 1904 г.	197 • 236	10 7	
2G2
Продолжение
	Дальность плавании над водоЛ	Род двигателя для надводного хода	Продолжи- тельность перехода из надвод- ного в под- водное по- ложение. МИИ	Число и тип торпедных	Примечания
	под водой мили	для подводного хода		аппаратов	
		Газолиновый двиг. Электромотор Газолиновый двиг. Электромотор	—	1 НОСОВОЙ, трубный 2 трубных	
	Около 500 миль 300 (8.5?	'Газолиновый двиг. | 'Электромотор Газолиновый двиг.	3	1 НОСОВОЙ, трубный 1 НОСОВОЙ,	Впоследствии
	28 (7)	Электромотор		трубный	получила назва- ние „А-1“
	5 500 (ЮР	Электромотор Бензиновый двиг.	—	1 носовой, трубный 2 трубных	В 1902 г. по- ставлен для над- водного хода бензиновый мо- тор
	—•	Электромотор			
	Около 700	Керосиновый двиг. Кортинга Электромотор	—	1 трубный	
263
Подводные лодки были в составе и некоторых дру-
гих флотов, например австро-венгерского, греческого, ту-
рецкого, испанского, шведского и нидерландского, однако
они не представляли особого интереса, за исключением
лодок Норденфельдта, которые были характерны тем,
что для управления под водой их следовало держать
удифферентованными на ровный киль параллельно го-
ризонту, а для погружения и осуществления маневра по
глубине на лодках использовались вертикально действо-
вавшие винты. За исключением нескольких таких лодок,
построенных в Швеции по заказам некоторых стран,
дальнейшего развития они не получили.
В период с 1891 по 1904 г. подводные лодки начали
формироваться в самостоятельны й кла ссбое в ы х кор а б -
лей- Выйдя за пределы испытательных полигонов в море,
подводные лодки начали искать практические возмож-
ности своего боевого использования.
Каковы же были теоретические взгляды на боевое
применение подводных лодок в то время? Как и всегда
при появлении нового боевого средства, сторонники нов-
шества были склонны переоценивать, а противники ума-
лять его значение. Появление подводных лодок, воору-
женных торпедами и р а с полагав ших простейшими,. ,п е -
рископами, давало сторонникам подводных кораблей ос-
кования считать, что они будут играть крупную, роль в
морском бою, создавая серьезную угрозуброненосцам
и .крейсерам.
Маневры французского флота 1902 г. показали, что
это не совсем так. Большое различие в скорости над-
водных^ кораблей,и_ атакующих их подводных лодок за-
трудняло последним сближение для атаки. Поэтому по-
я в илрсь_ мнение, что вероятно сть поп а да н и я тор п еды,
выпущенной подводной лодкой в движущийся надвод-
ный корабль, будет не больше,вероятности встречи та-
когр_к.ор.а_бдя. соминой.
Недостаточный радиус действия, а также малая над-
водн а^срсрб^И1Ш31рдардна^Рк9’Р^сть ~л о до к ” огр а и и -
чивали_возможность их боевого использования предела-
ми пр ибрежныlx р а ионов:
Появление подводных лодок с раздельными двигате-
л ями для надводного и подводного хода, хотя в при и ци -
пе и было только компромиссным решением техиичёско11
задачи создания автономных подводных лодок, тем не
264
менее увеличило радиус их действия и возможности бое-
вого использования., В связи с некоторыми успехами,
достигнутыми одной из французских ныряющих лодок на
весенних учениях 1903 г., вышедшей в учебную атаку
на обнаруженный ею в море французский почтово-пас-
сажирский пароход, появились высказывания о возмож-
ном использовании подводных лодок для нападения на
судоходство противника. Противники подводных лодок
считали, что лодки не располагают средствами, чтобы
принудить торговое судно противника сдаться, а унич-
тожение судна, по их мнению, противоречило бы нор-
мам международного права. На основании этого они
считали невозможным использование подводных лодок
для действий на коммуникациях противника *.
Особенно много противников подводных лодок было
в Англии, которая в то время располагала наибольшим
количеством броненосных кораблей. Англичане не при-
знавали за лодками никакого будущего, считали их воз-
можности раздутыми и даже грозились во время войны
переловить лодки противников, как китов. Вместе с тем
англичане пытались найти средства борьбы с подводны-
ми лодками, вели разработки устройств обнаружения
(гидрофон), создавали противолодочные сети, а также
специальные шестовые противолодочные мины, которыми
намеревались вооружить свои миноносцы. В это же вре-
мя они сами приступили к постройке подводных лоток^
Перейдем теперь к рассмотрению развития класса
надводных минных заградителей. Опыт оборудования
«Бесты» и «бладимира» в конце войны 1877—1878 гг.
в качестве заграждающих кораблей для намечавшейся
постановки минного заграждения у Босфора привел к
мысли о создании минных заградителей специальной по-
стройки. Разработанный в 1889—1890 гг. лейтенантом
Степановым проект минного заградителя был одобрен,
и в 1891 г. на заводе Мотала были спущены на воду
первые в мире надводные минные загР4ДДТ£ЗУ специ-
альной постройки — «Буг» и «Дунай», зачисленные в
списки флота как минные транспорты. 11х_дюсгановоч-
ное оборудование состояло из Т-ооразны^_рельсов1_ук-
реплепнькх под подволоком минной палубы и выведенных
наружу за гака порт .через лацпорты вкормовом подзо-
1 «Морской сборник», 1903, № 4, с. 13 — 14.
265
pQ*_K_.этому_рельсовому пути посредством особых теле-
же к _ илод в е ш и в а л и с ь. м и 11 ы v
Продолжавшееся быстрое развитие_____мин загражде-
ния способствовало активному_использованию их _у._бе-
5егов противника и в удаленных от своих, базла.йопах.
[ля выполнения таких задач нужны были быстроход-
ные заградители. В 1898 г. в России на Балтийском су-
достроительном заводе были заложены минные загра-
дители1 «Енисей» и «Амур»/Приспособления для поста -
новой мин на этих кораблях были такими же, как на
минных транспортах типа «Буг». Они могли развить
скорость 17,5 уз и имели по два поста сбрасывания мин.
Эти корабли вступили в строи~в (902 г. и были зачис-
лены в списки флота так же, как минные "транспорты.
Вскоре после постройки в России минных транспор-
тов типа «Буг» подобные корабли были заложены в
Австро-Венгрии, Германии и Италии2. Скорость хода
минных заградителей (транспортов) специальной по-
стройки колебалась от 14 до 18,3 уз. Верхний предел
скорости был относительно высок, если учесть, что наи-
более быстроходные крейсера того времени имели ско-
рость 23—23,5 уз. Миноподъемность таких______кораблей
(табл, 19) была чрезвыч а ин о различна3.
Одновременно с постройкой заградителей в качестве
минных дранспортов' использовались оборудованные для
хранения и ло£тав.ки_мин, а в некоторых странах и для
их постановки торхо,вы_е_п.ароходы и .устаревшие- боевые
началу русско-японской войны минные транс-
порты, переделанные из торговых или устаревших бое-
вых кор аблеи,составл ял и 40% общего количества за-
гражд'аюших кораблей, нахрдйвшихся/в[ строю. Некото-
рые страны, в частности США, Англия, Япония и
Франция, не строили заграждающих кораблей, считая
возможным приспособить в качестве минных транспор-
тов (носителей минного'запаса) торговые суда или уста-
ревшие'боевые корабли. Японский флот в своем составе
1	Термин «минный заградитель» появился в русском флоте в
октябре 1907 г., когда была принята новая классификация кораблей.
2	Строившиеся в Италии в качестве минных транспортов «Эр-
коле» и «Атланте» по окончании постройки использовались как мор-
ские буксиры.
3	При составлении таблицы использован справочник Военные
флоты и Морская справочная книжка на 1904 г.:
2G6
Таблица 19
Тактико-технические данные минных
ЗАГРАДИТЕЛЕЙ (ТРАНСПОРТОВ) ПОСТРОЙКИ 1891-1903 гг.
Название корабля (страна)	Год спуска на воду	Водоизмеще- ние. т	Скорость, уз	Минный запас, шт.	Масса мин- ного запаса в % от подо-	Артиллерия: число ору- дия — калибр, мм
„Буг4' {Россия)	1891	1380	14	410	9,9	4—75; 6-37
„Амур» (Россия).	1898	2500	17,5	425	5,6	5—75; 7—47
„Пеликан» (Германия)	1890	2360	16,0	300	4.2	8—88
„Пеликан» (Австро- Венгрия)	1891	2431	18,3	36	4,1	2—150; 8—47
„Базилиск» {Австро- Венгрия)	1902	310	11	150	•	2—37
имел минный транспорт «Тойрхаси», переоборудованный
из..торгового парохода постройки 1888 г., имевший мин-
ный запас 300 мин. Такое решение вопроса о построй-
ке заграждающих кораблей в этих странах объяснялось
тем, что постановку мин предполагалось производить ли -
бо__с минных ,плотиков, либо с миноносцев. Тейденция
постановки мин с мнноносцев .определилась-в-начале
900=х годов в, связи с появлением мин-с чашечными-яко-
РЯМЦ.
~Б~Англин в 1903 г. начались опыты с приподнятыми
рельсовыми путями, позволявшими производить поста -
новку мин с любого корабля, на котором имелось такое
оборудование.
Таким образом, в пятнадцатилетие, предшествовав-
шее русско-японской войне, с достаточной определенно-
стью выявилось основное направление дальнейшего раз-
вития военно-морских флотов, и в частности уточнились
их состав и требования к каждому из классов боевых
кораблей. Совершенствование корабельной артиллерии
и успехи, достигнутые ею в борьбе с броней, позволили
признать этот род оружия флота важнейшим, а броне-
носцы, тактико-технические свойства которых предостав-
ляли наибольшую возможность нанесения противнику в
бою мощных артиллерийских ударов, — основным клас-
. 267
сом боевых кораблей. Вместе с том продолжавшееся
развитие торпеды и се носителей — эскадренных мино-
носцев и миноносцев — позволяло считать возможным
нанесение ими торпедных ударов, осуществляемых во
взаимодействии с броненосными кораблями, а в условиях
малой видимости и самостоятельно.
Разнообразные по характеру задачи, связанные с на-
ступательными и оборонительными действиями на оке-
анских и морских коммуникациях, а также с разведкой
и охранением броненосных эскадр и некоторыми други-
ми видами боевых обеспечивающих действий, вызвали
необходимость иметь в составе флота броненосные, по-
луброненосные и небронированные боевые корабли дру-
гих классов.
Таким образом, прежний броненосный флот, посте-
пенно совершенствуя свой корабельный состав и расши-
ряя диапазон боевой деятельности, становился надвод-
ным флотом, состоявшим из кораблей различных клас-
сов. но основой его продолжали оставаться броненосцы.
Стремление усилить вооружение артиллерийских ко-
раблей и их защиту, скорость хода, радиус действия и
повысить мореходность привело к росту водоизмещения
этих кораблей, которое увеличилось в период с 1891
по 1903 г. в среднем на 25—30%, а броненосных крейсе-
ров— на 20—25%. Последовательное увеличение удар-
ной мощи, скорости хода и радиуса действия минонос-
цев также привело к увеличению их размеров. В зна-
чительной степени это относилось и к подводным
лодкам. Вместе с тем становилось ясным, что совершен-
ствование тактических свойств боевых кораблей путем
дальнейшего увеличения их водоизмещения приемлемо
не для всех классов кораблей. Так, например, с появле-
нием броненосных крейсеров оказалось нецелесообраз-
ным иметь большие бронепалубные крейсера. Однако
для большинства классов боевых кораблей усиление
средств удара, совершенствование защиты и повышение
маневренности все же пока оставались связанными срос-
том водоизмещения.
Первой классификацией кораблей надводного флота,
введенной в России в начале 1892 г„ были предусмотре-
ны следующие классы боевых кораблей и вспомогатель-
ных судов: эскадренные броненосцы, броненосцы берего-
вой обороны, крейсера 1 ранга, крейсера 2 ранга,
2G8
I	\
минные крейсера, мореходные канонерские лодки, кано-
нерские лодки береговой обороны, миноносцы, минонос-
ки, учебные суда, пароходы, яхты, транспорты, портовые
, суда.
Эгон классификацией как бы проводилась грань,__с
одной стороны, между броненосным флотом 60—80-х го-
дов с. его неустоявшейся, а иногда и просто путаной и
в известной мере архаичной системой разделения ко-
раблей на классы и, с другой стороны, однородным над-
водным _флотом. Однако в результате развития флота
и эта классификация вскоре стала несовершенной, тес-
г нон, в нес уже не укладывались некоторые новые клас-
сы н подклассы надводных кораблей (броненосные крей-
ссра, эскадренные миноносцы, минные заградители), ею
не учитывалось появление нового рода сил — подвод-
пых лодок. Появление новых классов надводных кораб-
лей и подводных лодок практически расширило класси-
фикацию 1892 г., так как уже во второй половине
90-х годов даже в официальных документах упоминались
броненосные и бронепалубные крейсера, эскадренные
миноносцы и подводные лодки. То, что долго не бы-
ло классификации кораблей броненосного флота, а
после введения она быстро устарела, в какой-то мере
является закономерным в связи с тем, что развитие
оружия и боевой техники шло быстрее, чем тактики.
Тактика не поспевала своевременно ставить новые_за"да-
чи технике, и технй к а зачастую на о щупь прокладыв а л а
пути дальнейшего развития кораблей и оружия флота.
В результате сложилось положение, при котором такти-
ка ставила перед техникой задачи без учета ее расши-
ряющих возможностей либо, следуя в своем развитии
за техникой, приспосабливала своп теоретические поло-
жения к явно нецелесообразным, а иногда и надуман-
ным средствам, созданным без достаточных обоснований.
Так, например, в 1891 —1892 гг. в США был разработан
проект явно устаревшего в тактическом отношении спе-
i цнального корабля-тарана «Кэфэдин», который, вступив
в 1892 г. в строй, по сути дела, оказался не боевым
кораблем, а плавучим музейным экспонатом. Незадолго
перед этим в США был построен так называемый «ди-
намитный» крейсер «Везувнус», который долгое время
не знали, как использовать. После неудачных попыток
применить его динамитные пушки во время нспано-аме-
269
рНканской войны 1898 г. «Всзувнус» решили сдать пор-
ту. Все это, конечно, сказалось на классификации боевых
и вспомогательных кораблей, относительная стабиль-
ность которой стала возможной лишь тогда, когда раз-
ность в темпах развития техники и тактики стала не-
сколько меньшей. Это произошло не потому, что снизи-
лось поступательное движение технического прогресса,
а в результате более быстрого развития тактической
теории, обогащенной хотя далеко не полноценным, но
все же подлинным боевым опытом.
Классификации боевых кораблей, принятые в тече-
ние 1891 — 1903 гг. в иностранных флотахL отличались
как одна от другой, так и от принятой в России в 1892 г.
Однако эти различия не были принципиальными. (Яш
з аключались в названиях некоторых к л а с сов кор абл е й
и в признаках их деления на подклассы. Так, например,
в Англии и в США броненосцы назывались «бэттл-
шнпс» что соответствовало нашему термину «линей-
ный корабль»* 2. «Бэттлшипс» в Англии подразделялись
в зависимости от срока постройки и водоизмещения на
три класса (1-й класс — водоизмещением свыше 9000 т,
2-й класс — свыше 6000 т, 3-й класс — менее 6000 т),
а в США — на два класса. В Германии эскадренные бро-
неносцы назывались линейными кораблями и на под-
классы не делились, а броненосцы береговой обороны,
так же как и броненосные канонерские лодки, рассмат-
ривались как отдельные классы боевых кораблей. В Ита-
лии все боевые корабли, имевшие броневую защиту,
составляли один разряд и именовались «нави да баталья»
(«Navi da Bataglia»), т. е. «боевые суда». Они разделя-
лись в зависимости от водоизмещения на шесть классов.
Другим разрядом боевых кораблей по итальянской клас-
сификации были миноносцы, разделявшиеся на четыре
класса в зависимости от водоизмещения. Третий разряд
составляли вспомогательные суда, к которым относи -
лись старые боевые корабли, сторожевые и посыльные
суда, минные транспорты и т. п. В зависимости от водо-
измещения корабли этого разряда подразделялись на
* В точном переводе «боевые корабли».
2 Эскадренные броненосцы русского флота стали называться
линейными кораблями после введения в 1907 г. новой классифи-
кации.
270
четыре класса. Наконец, четвертый разряд составляли
портовые суда.	\
Пожалуй, самыми простыми и в\о же время наибо-
лее четкими были классификации, принятые русским и
германским флотами, а также флотом США. Наиболее
условной являлась классификация кораблей итальян-
ского флота, которая вряд ли была сколько-нибудь обос-
нована соображениями стратегического и тактического
порядка. Характерно, что, несмотря на существование
классификации, сами итальянцы не пользовались ею в
своей научной военно-морской литературе того времени.
Глава 5
ВЗГЛЯДЫ НА ТАКТИКУ БРОНЕНОСНОГО ФЛОТА,
СЛОЖИВШИЕСЯ К НАЧАЛУ РУССКО-ЯПОНСКОЙ
ВОЙНЫ
(Схемы 32 Б, В, Ж, И Морского атласа, т. III, ч. 1)
Взгляды на морскую тактику^ сложившиеся во фло-
тах крупных морских держав перед русско-японской вой-
ной, были весьма разноречивы. Некоторые из иностран-
ных военно-морских теоретиков 90-х годов утверждали,
что морская тактика должна заниматься рассмотрени-
ем тактических свойств кораблей различных классов и
типов. Другие считали, что содержанием тактики явля- *
ются положения, определяющие способы подготовки и
ведения морского боя. Большинство высказываний о со-
держании морской тактики, появившихся в это время,
все же сводилось к тому, что она должна преимущест-
венно рассматривать бой одиночных кораблей. Значи-
тельной неопределенностью взглядов отличался, в част-
ности, французский флот, в котором, по признанию од-
ного парламентского деятеля (в прошлом морского офи-
цера), трудно было найти двух старших офицеров или
адмиралов с одинаковыми взглядами на те или иные
вопросы стратегического использования флота или мор-
ской тактики. В 1895 г. это обстоятельство привело к
созданию специальной комиссии из членов палаты депу-
татов, обследовавшей состояние французского флота.
Комиссия в своих выводах отметила отсутствие единства
во взглядах старшего и высшего командного состава
флота на стратегическое и боевое использование воен-
но-морских сил и признала это опасным для государст-
ва. Она сочла необходимым немедленно учредить выс-
шую военно-морскую школу (академию), создание кото-
рой рассматривалось как мера, призванная обеспечить
единство взглядов.
272
C pc/fii пр ini in, породивших ра зкообразис взгляде в на
содержа и i ю м о ре кои ~та кт ики^_и е м адр в аж ное ли дче и ц е
имела пестрота мнений о сущности морского боя. 3 да -
чптельная__часть иностранных военно-.морских-_теорети-
ков, особенно а и гл и й ских. и американских, рассматрива-
ла'морской бой как артиллерийско-таранное состяза-
нне__двух—броненосных эскадр, в котором в какой-то
море могло быть использовано и торпедное оружие
(главным образом миноносцев). Такая концепция боя
была"~анал~огична взглядам 80-х годов с тон лишь раз-
11ИЦСЙ, что в ней основное внимание уделялось а р тм л -
лерии, а не тарану. Вместе с тем среди сторонников эс-
кадренного боя не было ни ясности, ни единства мнений
на его характер и способы ведения. Большинство из них
по-прежнему считало, что совместное маневрирование и
огонь броненосных кораблей, входивших в эскадру, ре-
альны лишь в самом начале боя, который по мере разви-
тия сопротивления противника неизбежно должен пре-
вратиться в «свалку». Такие взгляды с достаточной оп-
ределенностью отражались почти во всех трудах по так-
тике, появившихся в 90-е годы прошлого столетия
(Бейнбридж-Гофф, Атльмайер, Стэрди, Гельторп, Жур-
дан и др.). В этих трудах основное внимание уделялось
бою одиночных кораблей друг с другом, а формы и спо-
собы ведения борьбы между соединениями излагались
в самом общем виде. Правда, большинство трудов было
написано до японо-китайской и испано-американской
войн, давших некоторый опыт боевых действий более
или менее современного броненосного флота. Однако
и в более поздних трудах и статьях такого профиля,
появившихся за рубежом *, ничего нового или более оп-
ределенного о способах ведения эскадренного боя ска-
зано не было.
Представители упоминавшейся ранее французской
«молодой школы» выдвигали идею боя многочисленных
флотилий быстроходных малых кораблей с броненосны-
ми эскадрами противника. Концентрированной мощи
больших броненосных кораблей они противопоставляли
суммарную мощь значительного количества миноносцев,
1 Л аброс Р. Теория морской тактики. Пола. 1896; Де Ла-
несса н. Стратегические и тактические основы французской судо-
строительной программы 1900—1906 гг. — «Морской сборник*. 1903,
№ 10—12.
18 Зак. 519	273
считая, что в новых условиях в бою должны победить
«число» и «скорость». В то же самое время среди пред-
ставителен «молодой школы» были сторонники исполь-
зования мортирных кораблей в бою в прибрежном райо-
не против эскадренных броненосцев. Мортирные кораб-
ли должны были иметь водоизмещение около 400 т,
вооружение — одну 265-мм мортиру и три 50-мм скоро-
стрельные пушки. Важнейшим тактическим свойством
кораблей в морском бою они считали скорость хода, ко-
торая, по их мнению, была фактором, в наибольшей ме-
ре приводившим к успеху.
Уделяя много внимания средствам морского боя и
развивая свою точку зрения на желательные тактиче-
ские свойства этих средств, представители «молодой
школы» делали ставку на тактическую внезапность, га-,
рантировавшую успешность нападения на эскадру про-
тивника, находившуюся на стоянке, либо ~~во" врем я~~ее
перехода морем ночью или в тумане. Среди идей, вы-
двинутых представителями «молодой школы», было мно-
го не соответствовавших техническому уровню средств
(торпеда, мортиры) и сил (миноносцы, подводные лод-
ки), которые предназначались в то время для их реали-
зации. Однако значение скорости, оказывающей самое
с\-шргтвршшр влияние на способы боевых действий, ~они
поняли раньше, чем другие иностранные военно-морские
теоретики, многие из которых еще колебались в решении
вопроса. является ли скорость хода тактическим факто-
ром- Даже после боя при Ялуцзян часть из них сомне-
валась в том, что превосходство в скорости явилось од-
ной из важнейших причин успеха японцев. Такие теоре-
тики считали скорость хода лишь стратегическим факто-
ром.
Не останавливаясь на взглядах того времени о месте
боя в системе стратегического использования военно-
морских сил, заметим, что большинство иностранных
военно-морских теоретиков рассматривало бой как край-
нее средство для достижения частной стратегической
цели, к которому следует прибегать лишь в тех случаях,
когда нет иных путей для ее достижения.. Они считали,
что достижение частных стратегических целей возможно
не боем, а блокированием флота противника или демон-
стративных действий превосходящих сил, создающих уг*
розу разгрома противника.
274
Такие взгляды своими корнямм^уходили в XVIII и
даже во вторую половину XVII столетия и были созвуч-
ны стратегическим взглядам Фридриха II (1712—1786)
на ведение сухопутной войны. Идея «генерального сра-
жения», модернизированная затем Мэхэном и Коломбом,
являлась как бы фокусом, в котором сходились различ-
ные варианты взглядов на морской бой как на вынуж-
денное средство для достижения частной стратегической
цели. Если бы такие взгляды не выходили за рамки дог-
матических споров, может быть, они и не оказали бы
влияния на развитие морской тактики, однако, получив
отражение в строительстве флотов, эти взгляды сказа-
лись и на тактике, способствуя ее консервативной на-
правленности.
Значительно шире смотрели на содержание тактики
прогрессивные русские военно-морские деятели.,С. О. Ма-
каров в своих «Рассуждениях по вопросам морской так-
тики» критиковал некоторых иностранных военно-мор-
ских теоретиков за их слишком узкие определения, сво-
дящие содержание тактики к рассмотрению достоинств
и недостатков различных типов боевых кораблей. Ма-
каров считал, что морская тактика есть наука о морском
бое, исследующая элементы, составля ющие силу „судов
и способы наивыгоднейшего их употребления__в различ-
ных случаях на войне. В курсе «Морской тактики»
Н~ Л. Кладо, написанном в 1902 г. для Морской акаде-
м и и, говорилось, что содержанием тактики является изу-
чение средств морского боя и способов подготовки их
в мирное время, а также изученй^спосо'бдв"наилучшего
комбинирования этих средств в зависим ости от обста-
новки, в которой приходится действовать" на “войне.
?В этом курсе тактика разделялась на две"части: эле-
ментарную, которая занималась исследованием
свойств боевых элементов кораблей, и приклад н у ю,
занимавшуюся исследованием комбинаций этих элемен-
тов в боевой обстановке. Курс, носивший компиляти в -
ный характер, не был закончен, и поэтому о нем нельзя
иметь суждения в целом, однако о той части, которая
увидела свет, можно сказать следующее: там, где автор
опирался на опыт русского флота и взгляды совре-
менных ему отечественных авторитетов (в частности,
на С. О. Макарова), труд был значительно выше анало-
гичных исследований, вышедших за границей. Там же,
18*
275
где автор некритически обращался к в згл яда м иност -
ранных теоретиков _и_ ва_деру^ршшкуал_их_суждения,
труд становился эклектическим н терял св о ю_ .ценность,
В 1903 г. была опубликована работа лейтенанта
Н. Н. Хлодовского «Опыт тактики эскадренного боя»
явившаяся значительным шагом вперед в деле развития
тактики броненосного флота в России. Но она увидела
свет лишь накануне русско-японской войны и не была
своевременно усвоена в русском флоте, хотя есть осно-
вания считать, что японцы успели с ней детально озна-
комиться. Рассматривая тактику как науку о морском
бое, Хлодовский задался целью выя вить ее гл а в н ы е по -
ложения. В отличие от подавляющего большинства тео-
рётй1?ов7'ходивших «вокруг да около» вопросов морского
боя, Хлодовский прямо указывал, что до сих пор наме-
тилась лишь некоторая ясность в способах ведения боя
одиночных кораблей, ' ав отношении эскадренного боя
пока продолжает оставаться полная неопределенность.
Он энергично критиковал’ англичанина Вильсона и аме-
риканца Бейнбриджа-Гоффа за их туманные рассужде-
ния, которые, по его мнению, давали пищу только од-
ному воображению, т. е., другими словами, были умо-
зрительными, не приближая читателя к научному или
практическому решению важных вопросов. Лейтенант
Хлодовский в своем труде, по существу, первым выдви-
нул в морской тактике вопрос о взаимодействии сил.
Некоторые современники Хлодовского были склонны
упрекать его в попытках провести полную аналогию
между сухопутной и морской тактикой. Вряд ли эти уп-
реки могут быть названы состоятельными, так как Хло-
довский в своем труде говорил о единстве основных,
базисных положений, общих для сухопутной и морской
тактики, а не о единстве способов действий.
В самом деле, рассматривая всякий бой как процесс
организованного и целеустремленного огня и маневра
участвующих в нем сил для “на несения”Поражения про-
тивнику, не трудно прийти к~заключёнйю, что в тактике
существуют некоторые определенные общие закономер-
ности, обусловливающие достижение успешных резуль-
татов. Однако общность основных положений не дает
оснований для полной аналогии в отношении форм и
’ «'Морской сборник». 1903, № 4—7.
276
способов ведения каждого боя независимо от природы
участвующих в нем сил и средств. Совершенно очевидно,
что особенности, присущие как наземным войскам, так
. и флоту, и особенности сухопутной и морской обстанов-
ки оказывают своеобразное влияние на характер, формы
и способы ведения наземных и морских боев.
Содер_2к.э.ние трудов по тактике, разработанных в рас-
сматриваемый период С. О. Макаровым, Н. Н. Хлодов-
ским, Н. Л. Кладо, В. Ф. Иенишем и другими, дает осно-
вание считать, что русская военно-морская мысль в отно-
шении тактической теории своего времени была доста-
точно прогрессивной. Но взгляды передовых русских
адмиралов и офицеров во многих случаях не могли пре-
одолеть консерватизм бюрократического аппарата цар-
ского морского министерства, охранявшегося августей-
шей беспечностью генерал-адмирала Алексея Александ-
г ровича, стоявшего во главе морского ведомства.
Наряду с морскими деятелями, работавшими над со-
зданием тактики, позволявшей в наиболее полной мере
использовать возможности броненосного флота, находи-
лись «теоретики», полностью или частично отрицавшие
морскую тактику. Для того чтобы дать представление
о косности взглядов некоторых из них, служебное поло-
жение которых было таково, что их мнение нельзя было
игнорировать, приведем выписку из письма в редакцию
газеты «Котл ин», написанного в 1896 г. контр-адмира-
лом Балицким после одного из сообщений, сделанного
в Кронштадтском морском собрании на тему «Об осно-
вах морской тактики как науки». Вот что он писал в
этом письме, напоминающем чеховское «Письмо к учено-
му соседу»: «До сих пор неизвестно было, чтобы такая
наука существовала. Никаких трактатов, ни иных сочи-
нений об этом нЬ было, кажется, за время существова-
ния флотов; не было даже сочинений по той части так-
тики, которая в береговой тактике рассуждает и поуча-
ет об организации войска, его рекрутировании, снабже-
нии его и управлении им. Не было в мире этой науки,
как нет науки у юристов о том, как верно и справедливо
судить и присуживать, хотя есть законы и есть науки
о всяком праве. Слово «морская тактика» и наука, под-
разумевавшаяся под этим словом, были только в мор-
ских училищах, и то не во всех, а лишь в нескольких,
в том числе в нашем морском корпусе, при этом она
’	277
обыкновенно составлялась учителями для надобности
училища, из стен которого не выходила».
Встречались тогда и такие высказывания (1899 г.):
«Мудрено искать морскую тактику — морс гладко. Вся-
кий маневр одной стороны будет замечен другой сторо-
ной, тут и проявятся сообразительность и умение коман-
дира. В морском бою командир корабля, артиллерий-
ский и минный офицеры будут действовать каждый са-
мостоятельно».
Такие взгляды не были исключением. Многие из ко-
мандиров и флагманов до цусимского периода представ-
ляли себе бой как некое бесформенное, не поддающееся
анализу и расчету явление. Это, несомненно, налагало
отпечаток на всю систему боевой подготовки, которую
ограничивали обучением личного состава по специаль-
ностям и учениями, преимущественно рейдовыми.
Некоторым утешением могло служить лишь то об-
стоятельство, что в английском, североамериканском,
французском и немецком флотах таких ретроградов, ко-
торых в России называли «марсафлотами», было гораздо
больше. Так, например, британский вице-адмирал Ноэль,
командовавший английским флотом, на одном из науч-
ных совещаний высказал следующую мысль: «Я“Думаю,
что те, которые не знают, что значит командовать фло-
том и каковы обязанности морских офицеров, страдают
тем заблуждением, что полагают, что военное судно да-
же в военное время непрестанно или, по крайней мере,
очень часто находится в бою. Но это большая ошибка.
Многие из наших судов даже в военное время могут
не быть в бою» ’.
Мэхэн в предисловии к книге Вильсона «Броненосцы
в бою», вышедшей в 90-е годы, высказывал мысль о вре-
де новаторства в тактических взглядах, считал консер-
ватизм необходимым противовесом необдуманным и не-
терпеливым обобщениям, являвшимся, по его мнению,
дурной стороной прогресса.
Виды боевой деятельности. Перейдем теперь к основ-
ным видам боевых действий флота, которые рассматри-
1 Доклад помощника директора кораблестроения английского
флота Уайтинга «Влияние современных принадлежностей па величи-
ну и стоимость военных судов» и обсуждение этого доклада в Лон-
донском институте корабельных инженеров. — «Морской сборник»,
1903. № 12, с. 117.
278
вала морская тактика на этом этапе развития. В то
время не существовало еще понятия «оперативное ис-
кусство», поэтому вопросы стратегического использова-
ния военно-морского флота, или, как тогда их называли,
морской стратегии, непосредственно граничили с такти-
кой. Несмотря на осознанную необходимость размеже-
вания теории стратегии и тактики, этого не произошло
не только в течение периода, непосредственно предшест-
вовавшего русско-японской войне, но и в течение многих
лет после ее окончания. Виной тому вначале было от-
сутствие необходимого боевого опыта, а затем быстрое
отставание теории от новых возможностей, которые пре-
доставляла флоту развивающаяся боевая техника. Это
обстоятельство не благоприятствовало развитию теории
морской стратегии и морской тактики, а также правиль-
ной дифференциации круга их «интересов».
Виды боевой деятельности флота в то время, так же
как и в конце 80-х годов, разделялись на две группы:
действия флота против флота и действия флота против
берега. В первую группу входили все разновидности боя
в море, т. е. бой между одиночными кораблями, бой
одиночного корабля с отрядом противника и эскадрен-
ный бой? Во вторую группу входили прорыв флотом уз-
кости, защищаемой противником, и бомбардирование с
моря неприятельских береговых объектов. К этой же
группе были отнесены и некоторые другие виды дейст-
вий, выходившие за рамки тактики, потому что типо-
вые задачи, свойственные этим видам, требовали для
своего решения не одного, а нескольких боев. К таким
сложным видам относились: осада крепости с моря, дей-
ствия флота против укрепленного пункта на побережье
противника, блокада неприятельского порта.
Весь комплекс вопросов, связанных с высадкой де-
сантов, или, как тогда говорили, с десантными экспе-
дициями (за исключением корабельных десантов), как
считали в то время, относился к области морской стра-
тегии и в курсах морской тактики обычно не рассмат-
ривался. Виды боевых действий, связанных с обороной
побережья, в морской тактике обычно рассматривались
лишь негативно, попутно с изложением наступательных
действий против берега. В значительной мере это объяс-
нялось существовавшей в большинстве стран организа-
цией обороны побережья. Почти во всех крупных мор-
279
ских странах ответственность за оборону побережья пол-
ностью или в значительной мере лежала на сухопутном
командовании и силы береговой обороны (преимущест-
венно береговая артиллерия) были подчинены не мор-
скому, а военному министру. Только в Германии все
силы береговой обороны были полностью подчинены
морскому командованию и составляли неотъемлемую
часть флота ’.
В большинстве трудов по морской тактике, вышед-
ших с 1891 по 1903 г., обеспечивающие боевые действия,
т. е. разведка, дозорная служба, охранение флота на
переходе морем и на стоянке, относились к группе бое-
вых действий флота против флота. Только С. О. Макаров
в своем труде «Рассуждения по вопросам морской так-
тики» рассматривал некоторые виды обое п еч 11 в а ющих
боевых действий отдельно, назвав ~йх «ра зн ы ми дейст-
виями» и посвятив им особую главу своей работы.
Действия флота против флота. В группе боевых дей-
ствий флота против флота в начале и в середине 90-х го-
дов центральное место по-прежнем_у_за1шмал.,бой оди-
ночных кораблей. Эскадренный или отрядный бой рас-
сматривался как комплекс связанных общей целью боев
одиночных кораблей друг с другом. Та кол взгляд
не был случайным, потому что, несмотря на быстрое
развитие средств нападения и защиты кораблей, средст-
ва связи развивались очень медленно, и, по существу,
до начала русско-японской войны все управление соеди-
нением продолжало держаться на зрительной связи.
Практически крупное соединение броненосного флота
(отряд, эскадра) смогло стать единым боевым организ-
мом, способным надежно координировать действия вхо-
дящих в него боевых кораблей, только с развитием
средств радиосвязи.
Ограниченные возможности средств связи заставляли
искать такие формы действий, которые позволяли бы
смягчить возникавшие вследствие этого трудности. Од-
1 Наиболее сложная организация береговой обороны была во
Франции, где батареи береговой артиллерии, защищавшие подсту-
пы к военно-морским базам, были укомплектованы личным соста-
вом флота и подчинялись командованию этих баз. Береговые ба-
тареи, расположенные вне военно-морских баз, комплектовались
сухопутными артиллеристами и подчинялись сухопутному участ-
ковому начальнику, у которого помощником был морской офицер.
280
ной из них было расчленение эскадренного боя на ряд
боев между одиночными кораблями, т. е., другими сло-
вами, возвращение к форме боя парусных эскадр. Дру-
гая форма, позволявшая в какой-то степени рассчиты-
вать на единство действий соединения в бою и сосредо-
точение его усилий на том или ином объекте противника,
практически была возможна лишь в результате совмест-
ного маневрирования кораблей соединений в таком бое-
вом порядке, который обеспечивал бы наиболее полное
использование их огневого могущества. С тех пор как
артиллерия вновь стала важнейшим средством удара,
наиболее выгодным становился линейный боевой поря-
док, образованный из одной или нескольких кильватер-
ных колонн, управление которыми обеспечивалось не
только средствами зрительной связи, но и маневром
флагманского корабля. После боя у Ялуцзян эта форма
действий эскадры в бою приобрела наибольшее значе-
ние. Немецкий военно-морской историк Штенцель, из-
лагая выводы по тактике в описании японо-китайской
войны, утверждал, что в современном морском бою проч-
ное место заняла линейная тактика кильватерной ко-
лонны *.
Вопросы линейной тактики будут рассмотрены позд-
нее, а пока обратимся к бою одиночных кораблей друг
с другом. Схема такого боя продолжала оставаться
очень схожей со схемой, принятой в конце 80-х годов.
Она предусматривала предварительное ослабление про-
тивника посредством артиллерийской атаки с больших
и средних дистанций. По мере сближения на дистанции,
позволявшие бронебойным снарядам проникать через не-
приятельскую броню, следовало переходить к решаю-
щему воздействию на вражеский корабль в целях лише-
ния его подвижности и последующего уничтожения
всеми имеющимися средствами (артиллерией, самодви-
жущимися минами и тараном).
Считалось, что такой бой обычно состоит из трех
фаз (этапов). В первой фазе противники, обнаружившие
друг друга, начинали сближение, ведя борьбу за обла-
дание выгодной позицией для артиллерийской атаки.
Придя на дальность стрельбы своих орудий, они откры-
1 Штенцель А. История войны па море в ее важнейших
проявлениях с точки зрения морской тактики, ч. 5. Пг., 1916, с. 303.
.281
вали артиллерийский огонь, используя фугасные сйарй-
ды и маневрируя таким образом, чтобы сохранять вы-
годную для себя дистанцию. При выборе позиции для
боя рекомендовалось учитывать естественные условия,
благоприятствующие своей стрельбе и затрудняющие
стрельбу противника (ветер, волна, положение относи-
тельно солнца и относительно берега). По мере ослаб-
ления противника в результате разрушения фугасными
снарядами надстроек его корабля и небронированных
частей корпуса можно было переходить ко второй фазе,
которая заключалась в дальнейшем сближении с про-
тивником и продолжении артиллерийской атаки уже с
использованием бронебойных снарядов. В тех случаях,
когда противники в течение этой фазы сближались на
дальность стрельбы самодвижущимися минами (торпе-
дами), артиллерийский бой должен был перерастать в
минно-артиллерийский (торпедно-артиллерийский). На-
конец, когда один из противников получал значительные
повреждения и частично или полностью терял свою под-
вижность, наступала третья фаза, в течение которой бой
должен был стать минно-артиллерийско-таранным.
В основе такой схемы боя одиночных кораблей друг
с другом была мысль о невозможности уничтожения бро-
неносного корабля одной артиллерией. Если эта мысль
в какой-то мере была обоснована состоянием корабель-
ной артиллерии и брони в 80-е годы, то начиная со вто-
рой половины 90-х годов она была уже неправильной.
Опыт японо-китайской и испано-американской войн
вследствие ряда особенностей вместо того, чтобы опро-
вергнуть эту неверную мысль, дал ее сторонникам повод
для подтверждения своих взглядов. Только русско-япон-
ская война, вернее, Цусимский бой, опрокинули эти ут-
верждения, наглядно показав возможности корабельной
артиллерии.
Несколько слов о маневрировании кораблей в бою.
Обычно считалось, что характер маневрирования в пер-
вой и в начале второй фазы зависит прежде всего от
наступавшего, который должен был стремиться воз-
можно скорее сблизиться с противником на дальность
стрельбы своих крупных орудий и принудить его к бою.
При наступлении на более тихоходного, но не уклоняв-
шегося от боя противника маневрирование наступающе-
го заключалось в решении задачи сближения с целью
282
на заданное расстояние (выгодную для начала боя ди-
станцию) в кратчайший срок.
При бое с уклоняющимся противником маневриро-
вание наступающего принимало характер погони. С при-
ходом на дистанцию начала артиллерийской атаки ха-
рактер маневрирования должен был подчиняться требо-
ванию наиболее полного использования главного
калибра артиллерии. Считалось, что более быстроход-
ный корабль может маневрировать, либо постоянно со-
храняя избранную дистанцию, либо постоянный выгод-
ный для себя курсовой угол. Само собой разумеется, что
тихоходный корабль мог сохранять только выгодный для
него курсовой угол. Сохранение постоянной дистанции
обеспечивало, по взглядам того времени, не только удоб-
ство управления огнем, но и лучшую меткость, так как
позволяло определить пристрелкой высоту прицела точ-
нее, чем дальномером, и, наконец, исключало возмож-
ность сближения с противником на дальность его мин-
ного (торпедного) выстрела или неотвратимого таран-
ного удара. Поэтому наиболее выгодный диапазон
дистанций был в пределах от 5 до 25 каб. При выборе
дистанции следовало сообразовываться с тем, чтобы она
была выгодна для артиллерии и брони своего корабля и
невыгодна для противника.
С начала 90-х годов вопросам, связанным с огневым
маневрированием одиночных кораблей в бою друг с
другом, в военно-морской литературе, и в частности в
русской, уделялось много внимания. Строго говоря,
именно в этот период были разработаны основные поло-
жения о тактической скорости, о маневрировании на по-
стоянных курсовых углах, созданы диаграммы обстрела
артиллерии кораблей и диаграммы пробиваемости бро-
ни. Большое участие в разработке этих вопросов в рус-
ском флоте принимали преподаватели артиллерийского
офицерского класса капитан 2 ранга В. Ф. Иениш, под-
полковник морской артиллерии Алексеев, лейтенанты
К. Житков и М. Римский-Корсаков. Считалось, что на
характер маневрирования во время второй фазы боя
одиночных кораблей друг с другом должны были также
влиять соображения по использованию торпед. По су-
ществовавшим в то время взглядам, торпеда в бою
между одиночными кораблями рассматривалась преиму-
щественно как оборонительное оружие, являющееся од-
283
ним из наиболее действенных средств не только против
попыток противника нанести таранный удар, но и для
сдерживания его на дистанции, исключающей возмож-
ность преодоления неприятельскими снарядами наибо-
лее толстой вертикальной брони своего корабля. Так
как торпедами с больших кораблей можно было стре-
лять не только по носу и корме, но и по траверзу, счи-
талось, что в бою между одиночными кораблями тор-
педы могут сыграть значительную роль, но вследствие
своей ограниченной дальности все же не главную. Ма-
неврированию больших надводных кораблей для приме-
нения торпедного оружия также уделялось много вни-
мания. В 90-х годах определялись понятия «минная зона
корабля» «круг атак» и был разработан метод графиче-
ского исследования влияния ошибок в скорости и курсо-
вом угле цели на результаты стрельбы торпедами
При маневрировании во второй фазе боя считалось
необходимым привести корабль противника в свою мин-
ную зону и в то же время не заходить в его минную зо-
ну или во всяком случае стремиться быстро выйти из
нее. . .	•
Характер маневрирования в последней, третьей фазе
боя определялся результатами артиллерийской атаки.
В случаях значительного нарушения'-боеспособности
противника и потери им скорости характер маневриро-
вания зависел от того, какое средство избиралось для
нанесения завершающего удара по неприятельскому ко-
раблю. Считалось, что кораблю с достаточно мощным
артиллерийским вооружением было невыгодно перехо-
дить к третьей фазе и сближаться с противником для
нанесения ему таранного удара до того момента, пока
подвижность неприятельского корабля не будет оконча-
тельно нарушена. Более слабому кораблю, сохранив-
шему свою скорость в первой и в начале второй фазы
боя, рекомендовалось возможно быстрее сблизиться с
противником для перехода к третьей фазе и нанесения
ему минного или таранного удара. Так же как и
в 80-е годы, при исследовании вопроса боя между оди-
ночными кораблями много внимания уделялось сравне-
нию боевой силы различных кораблей. Появление ско-
1 Под «минной зоной корабля» понималась зона, в которой тор-
педы, выпущенные этим кораблем, могли достигнуть цели.
284
рострельной артиллерии, развитие торпеды и совершен-
ствование брони усложнили решение вопроса определе-
ния боевой силы корабля. Формула Барнаби с ростом
боевой техники практически оказалась непригодной. Од-
нако попытки отыскания способов вычисления боевой
силы кораблей продолжались. Они привели к созданию
новых сложных эмпирических формул Берара, Кречме-
ра и др. Наряду с этими формулами, составители кото-
рых пытались учесть все наступательные и оборони-
тельные возможности кораблей, были и более простые,
учитывавшие только артиллерию, броню, скорость хода
и водоизмещение. Эти формулы не имели большого прак-
тического значения и являлись попыткой оценить бое-
способность корабля без учета взаимозависимости и
взаимосвязи всех составляющих ее элементов и кон-
кретной обстановки. Теоретическая разработка способов
ведения боя имела положительное значение для разви-
тия морской тактики броненосного флота. В процессе
исследования способов действий в бою сложились обос-
нованные взгляды на боевое применение корабельной
артиллерии, сформировались основные положения так-
тической навигации и боевого маневрирования, сохра-
нившие в определенной мере свое значение и в после-
дующем.
Бою одиночного корабля с отрядом противника уде-
лялось гораздо меньше внимания, но это объясняется
не тем, что такой бой считался редким явлением, а общ-
ностью многих положений о способах его ведения с ос-
новными положениями ведения боя между одиночными
кораблями. При ,встрече в море одиночного корабля
с отрядом кораблей противника, каждый из которых
порознь был сильнее одиночного корабля, сомнений в
выборе способов действий быть не могло. Единствен-
вым целесообразным способом действий для одной из
сторон был бой на отходе, а для другой — погоня.
Однако при встрече с двумя-тремя неприятельскими
кораблями, которые все вместе по своей силе были рав-
ны одиночному кораблю либо обладали только незна-
чительным преимуществом, взгляды на способы ведения
боя существенно отличались. Некоторые, преимущест-
венно иностранные, военно-морские теоретики считали,
что ведение артиллерийского боя на отходе и в этом слу-
чае является наиболее целесообразным способом дейст-
285
вий одиночного корабля. В качестве основного довода
в пользу такого способа действий его сторонники при-
водили неоспоримый факт, что условия погони исклю-
чали возможность использования противником торпед
и тарана. Заслуживает внимания мысль о внезапном
переходе отходящего корабля в контратаку на ближай-
шего из преследователей, если противник во время пого-
ни расчленится. Эта, казалось бы, простая идея в даль-
нейшем была положена в основу способов действий
арьергарда в бою соединений надводных кораблей на
отходе.
В русском флоте отход одиночного корабля при
встрече в море с отрядом противника не рассматривался
как единственно целесообразный способ действий. Ка-
питан 2 ранга В. Ф. Иениш, занимавшийся вопросами
боевого использования корабельной артиллерии, считал,
что одиночный корабль, обладающий артиллерийским во-
оружением, равным по силе вооружению встретившихся
с ним кораблей противника, может вести артиллерий-
ский бой одновременно с двумя из них, избрав позицию
с таким расчетом, чтобы наиболее полноценно исполь-
зовать свою артиллерию. При выборе позиции Иениш
рекомендовал сообразовываться с расположением своей
артиллерии (башни, казематы или открытые бортовые
установки) и характером бронирования противника. Ко-
раблю, располагавшему только казематированной ар-
тиллерией (или артиллерией, расположенной на верх-,
ней палубе по бортам), он рекомендовал избирать пози-
цию между неприятельскими кораблями, чтобы исполь-
зовать орудия обоих бортов. В этом случае дистанция
до хорошо бронированного корабля противника должна
была быть меньше, чем до неприятельского корабля,
имеющего легкую броню. При наличии башенной артил-
лерии В. Ф. Иениш считал выгодным занимать позицию,
позволявшую, вести огонь с одного борта по двум целям
одновременно или сосредоточивать огонь на одной из
них и последовательно переносить его на другую после
достижения желательных результатов артиллерийской
атаки. Рекомендации о дистанции до цели оставались
теми же.
Нужно заметить, что соображения Иениша по веде-
нию боя одиночными кораблями с отрядом противника
в известной мере были спорными, их нельзя было на-
286
звать исчерпывающими даже для того времени, однако
они все же были более обоснованными, чем умозритель-
ные суждения некоторых иностранных военно-морских
теоретиков. Боевые действия на море, происходившие во
время гражданских войн в Чили (1891) и в Бразилии
i (1893—1894), а также во время японо-китайской войны,
почти не дали примеров боя в море между одиночными
броненосными боевыми кораблями или боя одиночного
броненосного корабля с отрядом противника, за исклю-
чением атак миноносцев на броненосец «Бланко Энка-
ладо» 23 апреля 1891 г. и на броненосец «Аквидабан»
15 апреля 1894 г. Таким образом, взгляды на способы
ведения подобных боев продолжали оставаться чисто
теоретическими.
В военно-морской литературе 90-х годов вопросам ве-
дения эскадренного боя отводилось мало места. Спосо-
бы действий в аналогичном бою обычно сводились к ана-
лизу положительных и отрицательных свойств различ-
ных боевых строев. Важнейшей причиной того, что в
начале 90-х годов способы действий сил в эскадренном
бою оставались недостаточно исследованными, было то,
что опыта таких боев не существовало.
• Бой у Ялуцзян был первым после Лиссы боем в мо-
ре между соединениями боевых кораблей. Но обста-
новка, в которой он происходил, имела ряд существен-
ных особенностей. Китайские броненосцы и большин-
ство крейсеров были устаревшими, тихоходными и, по
существу, отвечали лишь тактическим требованиям пер-
вой половины 80-х годов. Три относительно новых ко-
, рабля, числившихся крейсерами, фактически были ка-
нонерскими лодками.
В составе японской эскадры имелось два устаревших
броненосца, построенных в конце 70-х годов, явившихся
в бою обузой для своих сил. Однако японцы располага-
ли современными бронепалубными крейсерами типа
«Мацусима», вооруженными 320-мм орудиями и 120-мм
скорострельными пушками, а также новыми быстроход-
ными крейсерами «Иосино» и «Акнтсусу». Старые бро-
непалубные крейсера типа «Такаснхо» имели сильное
артиллерийское вооружение (по два 260-мм и двена-
дцати 152—47-мм орудий) и были способны развить ско-
рость, близкую к контрактной.
287
Сравнение сил сторон, участвовавших в рассматри-
ваемом бою, позволяет сделать следующие выводы. Не-
смотря на устарелость, китайские броненосцы типа
«Цзнньюань», располагавшие мощной артиллерией и на-
дежной броневой защитой, представляли серьезную уг-
розу для японской эскадры, однако недостаточная ско-
рость хода не позволяла им эффективно использовать
свою огневую мощь. Японцы располагали слабо бро-
нированными кораблями, обладавшими значительной
суммарной огневой мощью, и благодаря превосходству
в скорости имели преимущество в маневрировании, в
выборе и удержании дистанции артиллерийской атаки.
Японцы имели значительное превосходство по количест-
ву орудий, особенно скорострельных пушек. Артиллерия
японских кораблей могла выбрасывать в минуту 5,4 т
металла и взрывчатого вещества, тогда как китайские
корабли — только 2,5 т. Боевая подготовка китайского
флота, в особенности огневая и специальная, была со-
вершенно неудовлетворительной, меткость китайской ар-
тиллерии — ничтожной, а вследствие плохой обученно-
сти машинных команд и без того недостаточная скорость
китайских кораблей снизилась до 5—6 уз. Китайские
офицеры в тактическом отношении были вовсе не подго-
товлены, а в специальном — подготовлены слабо и пол-
ностью зависели от инструкторов-иностранцев, в боль-'
шинстве немцев. Командовавший флотом адмирал Дин
Жу-чан был кавалерийским офицером и руководство-
вался только рекомендациями своего немецкого совет-
ника фон Геннекена. Наконец, следует отметить низкий
уровень материально-технического обеспечения китай-
ского флота, и в частности недостаток боезапаса, осо-
бенно фугасных снарядов.
Замысел действий в бою, очевидно подсказанный Ген-
некеном, заключался в сближении с противником на ко-
роткую дистанцию в строю двойного фронта (в шахмат-
ном порядке) и в самостоятельной атаке каждым кораб-
лем ближайшего к нему японского корабля. Другими
словами, идея эскадренного боя, принятая Дин Жу-ча-
ном, заключалась в расчленении его на ряд отдельных
очагов, т. е. в превращении в артиллерийско-минно-та-
ранную «свалку» одиночных кораблей или их небольших
групп между собой. Перед боем Дин Жу-чан ’заявил,
что с началом боевого соприкосновения сигналы пере-
288 '
даваться не будут, и приказал командирам кораблей
действовать самостоятельно, следуя движениям адми-
рала. Группам одиночных кораблей надлежало по воз-
можности держаться вместе и оказывать поддержку друг
ДРУГУ-
Поражение китайской эскадры в этом бою предопре-
делило излишнюю суровость критических оценок реше-
ний Дин Жу-чана, хотя они имели достаточные основа-
ния. Замысел действий в этом бою был явно несовре-
менным и скорее соответствовал тактическим взглядам,
сложившимся после боя у о. Лисса. Однако при этом
нельзя не учитывать особенности обстановки, о которых
говорилось выше. Некоторые авторы трудов по военно-
морской истории считают, что избранный Дин Жу-ча-
ном строй двойного фронта был самым неудачным *. Но,
принимая во внимание уровень боевой подготовки ки-
тайского флота, можно сделать вывод, что вряд ли лю-
бой другой строй мог исключить или смягчить послед-
ствия неподготовленности командиров китайских кораб-
лей к совместному маневрированию в бою в составе
эскадры.
Не следует забывать и того, что большинство китай-
ских кораблей, и в частности основа китайской эскад-
ры — броненосцы, были построены в соответствии с тре-
бованиями начала 80-х годов и наибольшую силу огня
могли развивать по носу и по корме. Поэтому именно
такой строй при ничтожной скорости, на которую была
способна эскадра, оказался наиболее подходящим. Это
и подтвердилось в ходе боя, когда при прохождении
японских главных сил мимо фронта противника выдви-
нувшиеся вперед китайские броненосцы создали угро-
жающее положение для концевых японских кораблей,
и в частности для броненосца «Хиэй». Замысел япон-
ского командующего адмирала Ито заключался в соеди-
ненных действиях его сил, разделенных на два отряда
(«летучую эскадру» и главные силы), в использовании
эскадренной скорости для охвата и окружения против-
ника, занятия и удержания выгодной позиции артилле-
рийской атаки и ведения сосредоточенного огня по ки-
тайским кораблям. Учитывая неравные возможности
своих кораблей в артиллерийском бою с китайскими бро-
1 Ш тс и цель Л. История войны на море..., с. 288.
19 Зак. 519
289
неносцамщ Ито решил нс сближаться с ними на дистан-
цию. на которой они смогли бы использовать свое ог-
невое преимущество. Отряды, составлявшие японские си-
лы, должны были взаимодействовать между собой, а
корабли, входившие в каждый из них, — взаимодейство-
вать друг с другом.
Среди основных моментов, характеризующих такти-
ку сторон в бою у Ялуцзян, можно отметить следующее:
вполне определившуюся роль корабельной артиллерии
как основного средства удара в бою при условиях боль-
шой и средней видимости; использование скорости хода
как важнейшего тактического фактора, обеспечиваю-
щего эффективное применение корабельной артиллерии
для нанесения ударов противнику и уклонения от его
ударов; подтвердившееся значение вертикального бро-
нирования кораблей, обеспечивающего их боевую устой-
чивость в артиллерийском бою на дистанциях, связан-
ных с незначительными углами падения снарядов; при-
митивность средств внутриэскадренной связи, ограни-
чивающую возможность управления силами для совмест-
ного маневрирования кораблей; несравнимо больший,
чем у торпедного оружия и тарана, диапазон возмож-
ностей применения артиллерии в сочетании с исполь-
зованием скорости хода как средства тактического и ог-
невого маневра, позволивший найти более гибкие спосо-
бы действий, направленные на занятие и удержание
выгодной позиции для себя, обеспечивающей огневое
преимущество перед противником; сосредоточение уси-
лий в бою против избранных объектов и взаимообеспе-
чение частей соединения.
Опыт этого боя показал полную несостоятельность
взглядов на способы действий в эскадренном бою, осно-
ванных на сближении сторон друг с другом на короткие
дистанции, позволяющие эффективно использовать не
только бронебойные снаряды, но и торпедное оружие
больших кораблей и даже таран. Бой показал бесцель-
ность попыток прорезания боевых порядков противни-
ка, располагающего преимуществом в скорости кораб-
лей, и опасность расчленения своих сил на малые груп-
пы или даже на одиночные корабли для ведения ими са-
мостоятельного боя. Расчет на превращение боя в «свал-
ку», отраженный в решении Дни Жу-чана, не оправдал
себя, так как японцы сохранили не только строй каждо-
290
го из своих отрядов, но и боевой порядок в целом. Опыт
боя впервые выявил значение быстроходных артилле-
рийских групп, игравших роль авангарда, завязывавше-
го бой, а при последующем его развитии взаимодейство-
вавшего с группировкой главных сил. Именно такой
группой в боевом порядке японцев была так называемая
«летучая эскадра». Значение скорости хода в бою по-
казало, что наличие в составе сил хотя и достаточно
мощных, но тихоходных кораблей может сделать их обу-
зой для всего соединения в целом, как это и произошло
с японскими броненосцами «Фудзо» и «Хиэй», крейсе-
ром «Акаги» и вспомогательным крейсером «Сайкё-
Мару».
Дистанции артиллерийской атаки, избранные япон-
цами в бою со слабо бронированными и вовсе не брони-
рованными китайскими крейсерами (15—20 каб), благо-
приятствовали использованию скорострельных орудий,
которыми были вооружены японские корабли. Это дало
основание в последующем полагать такие дистанции ти-
повыми. На самом же деле уже можно было рассчиты-
вать и на значительно большие дистанции. Китайские
броненосцы открыли огонь с 30 каб. Малая успешность
их стрельбы на этой дистанции объяснялась не предель-
ной дальностью 305-мм орудий, а исключительно низ-
ким уровнем огневой подготовки китайской эскадры.
Удачные условия для использования артиллерии сред-
него калибра, сложившиеся в конкретной обстановке
данного боя, привели в последующем к завышенной
оценке значения этой артиллерии. В какой-то мере они
повлияли затем на появление на новых эскадренных
броненосцах промежуточного калибра, который многими
тактиками второй половины 90-х — начала 900-х годов
рассматривался как своеобразный удачный артиллерий-
ский гибрид, одновременно обладающий достоинствами
крупного и среднего калибров. Устойчивость китайских
броненосцев, которые в течение длительного времени
сражались с окружавшими их японскими крейсерами
и вышли из боя с неповрежденной толстой вертикальной
броней, подтвердила существовавшие ранее взгляды на
роль таких кораблей как основы эскадры броненосно-
го флота. Успех, достигнутый в бою японцами, сражав-
шимися в строю кильватера, способствовал большой по-
пуляризации этого строя, который некоторыми специа-
19*	291
I
листами был признан наиболее универсальным. Несмот- ’
ря на ряд существенных особенностей, бой у Ялуцзян
все же способствовал приобретению ценного опыта, по-
казав хотя бы приблизительно подлинный характер нс- ,
пользования огня и маневра броненосных эскадр в ус-
ловиях большой и средней видимости.
Обращаясь к опыту боя у Сантьяго 3 июля 1898 г.,
нетрудно прийти к заключению, что в тактическом отно-
шении он по сравнению с боем у Ялуцзян явился шагом
назад. Следует заметить, что в начале испано-амери-
канской войны как у американцев, так и у испанцев
не было каких-либо определенных взглядов на способы ’
ведения эскадренного боя. Характерно, что в течение се-
ми’десятилетий после этого боя в военно-морской лите-
ратуре не появилось ни одного более или менее глубоко-
го его тактического разбора. Это объясняется не инерт-
ностью авторов, а тем, что разбирать, по существу, было
нечего. Оба адмирала, командовавшие эскадрами сто-
рон, определили способы действий на случай боя лишь
в самых общих чертах, предоставив детали их осущест-
вления инициативе командиров (Морской атлас, кар- •
та 32 Ж).
Адмирал Сэмпсон в своих распоряжениях на случай
выхода испанских крейсеров из Сантьяго ограничился
указанием блокирующим кораблям- немедленно сбли-
зиться с противником и вступить с ним в бой, не дожи-
даясь приказаний. Испанский командующий, выполняя
приказание прорваться в море, решил всеми силами об-
рушиться на броненосный крейсер США «Бруклин», счи- \
пая его единственным из блокирующих кораблей, спо-
собным благодаря своей быстроходности помешать про-
рыву. В вину адмиралу Сервера обычно ставили то, что
он попытался прорваться днем, а не ночью, а также то,
что испанцы продолжали после выхода из Сантьяго дер-
жаться соединенно, вместо того чтобы разойтись по ра-
диальным направлениям. В то же время никто не обра-
тил внимания на правильное решение Сервера сосредо-
точить усилия своих крейсеров на одном «Бруклине» в
целях его уничтожения. Правда, для его осуществления
у испанцев в последний момент не хватило решимости.
Головные испанские крейсера «Инфанта Мария Тере- i
за» и «Впекая», вместо того чтобы после выхода из бух-
ты продолжать движение на сближение с «Бруклином»,
292
отвернули на курс, параллельный берегу, и бой превра-
тился для испанцев в бегство, а для американцев в по-
гоню. Испанцы в растянутой кильватерной колонне ста-
рались уйти под берегом, а корабли США, среди кото-
рых было четыре эскадренных броненосца, не соблюдая
какого-либо строя, «повисли на хвосте у врага». Посте-
пенно увеличивая скорость, они стремились догнать про-
тивника и, выйдя на его траверз, начать параллельное
преследование, что в конце концов им и удалось сделать.
Под огнем превосходящих сил противника испанские
крейсера, объятые пожарами, последовательно выбрасы-
вались на берег. Два испанских миноносца были унич-
тожены артиллерийским огнем почти сразу же после
выхода.
Бой у Сантьяго вновь подтвердил значение скорости,
без которой превосходство в огневой мощи и брониро-
вании теряли свое значение. Внезапность выхода и пре-
имущество в скорости испанцев в начале боя (блокирую-
щие корабли США хотя и были под парами, но, естест-
венно, не могли сразу развить большую скорость)
предоставляли им возможность успешного прорыва, не-
смотря на явное превосходство американцев в огневой
мощи и бронировании. С потерей преимущества из-за
низкой подготовки машинных команд испанских крей-
серов и способности некоторых кораблей США (напри-
мер, эскадренного броненосца «Орегон») быстро развить
полный ход результат боя был предрешен. Однако в бою
у Сантьяго ни одна из сторон не проявила искусства в
использовании огня и маневра. Для испанской эскадры,
личный состав которой был деморализован и не верил
в успех, этот бой представлял собой беспорядочное бег-
ство, а для американцев — погоню за обреченным на
поражение противником.
Таким образом, ни бой у Ялуцзян, ни бой у Сантьяго
еще не дали достаточных оснований для окончательного
определения целесообразных для того времени способов
действий в эскадренном бою. Но вместе с тем опыт этих
боев при внимательном исследовании позволял найти
ответ на ряд вопросов, касавшихся эскадренного боя и
способов его ведения. Впервые такой ответ был дан
С. О. Макаровым в его «Рассуждениях по вопросам
морской тактики». Само собой разумеется, что не все
соображения, изложенные в этом труде, были свободны
293
от влияния установившихся положений раннего периода
броненосного флота, но в основном исследования авто-
ра по вопросам эскадренного боя были значительным
шагом вперед по сравнению с трудами, вышедшими при-
мерно в то же время за рубежом. В своих рассуждениях
по вопросам эскадренного боя С. О. Макаров опирался
на опыт японо-китайской воины 1894—1895 гг. и не пе-
реоценивал уже утратившего свое значение опыта 70-х
и 80-х годов, как это еще делало большинство военно-
морских теоретиков за рубежом. Наиболее важными в
его выводах по ведению эскадренного боя были выска-
зывания о составе эскадры, о ее боевом порядке, обеспе-
чивающем возможность эффективного использования
всех классов кораблей, и, наконец, о характере маневра,
способствующего достижению наибольшей мощи артил-
лерийского удара.
Говоря о составе эскадры, С. О. Макаров указывал
на необходимость иметь в ней небронированные, но быст-
роходные артиллерийские корабли, которые, свободно
маневрируя, могли бы способствовать успеху артилле-
рийской атаки броненосных кораблей. Другими слова-
ми, он предлагал иметь в боевом порядке эскадры две
артиллерийские группы, одна из которых представляла
собой главные силы, а другая должна была действовать
в интересах этих сил на вспомогательном направлении
и затем использоваться для развития успеха. Кроме то-
го, в составе эскадры Макаров предусматривал одну или
несколько групп (он называл их отрядами) миноносцев.
Во время артиллерийской атаки эти группы должны
были держаться поблизости от своих броненосных ко-
раблей, но вне досягаемости снарядов противника с рас-
четом иметь возможность в нужный момент выйти в тор-
педную атаку. Впоследствии в своей «Инструкции для
похода и боя», введенной в действие 4 марта 1904 г.,
в основу которой были положены взгляды, изложенные
в «Рассуждениях по вопросам морской тактики», было
уточнено, что группы миноносцев в бою должны дер-
жаться в 20 каб от своих броненосцев со стороны их
подбойного борта. Безусловно правильная и для того
времени новая мысль Макарова о необходимости иметь
в боевом порядке эскадры две артиллерийские’ группы,
имевшие строго определенные задачи, не была им окон-
чательно развита из-за сомнений в возможности гибко-
294
го управления силами в бою, так как зрительная связь
могла оказаться ненадежным средством при раздель-
ном маневрировании, а радиосвязи еще не было.
Соображения по поддержанию надежной связи в бою
привели С. О. Макарова к выводу, что единственно целе-
сообразный боевой строй артиллерийских кораблей эс-
кадры — кильватерная колонна, которая позволяла раз-
вить наибольшую силу бортового огня, уменьшала веро-
ятность ошибочной стрельбы по своим кораблям, облег-
чала им удержание своего места в строю и, наконец,
создавала для противника трудности при попытке на-
нести таранный удар. Преимущества кильватерной ко-
лонны, по его мнению, подтверждались опытом боя при
Ялуцзян. Основной причиной построения в этом бою
японской эскадры в кильватерную колонну из двух от-
рядов Макаров считал отсутствие у японского коман-
дующего уверенности в возможности успешного снгнало-
производства, тогда как кильватерная колонна позво-
ляла управлять силами без сигналов, маневром
флагманского корабля. В «Инструкции для похода и
боя» Макаров остался верен своим взглядам на единую
! кильватерную колонну из двух артиллерийских групп,
на преимущества кильватерной колонны. Его взгляды
разделялись многими русскими и иностранными теоре-
тиками.
В «Рассуждениях по вопросам морской тактики»
С. О. Макаров высказал новые для того времени мысли
об эскадренном бое, которые, к сожалению, не были
г по достоинству оценены его'современниками. По суще-
ству, он первым из тактиков броненосного флота поста-
вил вопрос об охвате и окружении противника в эскад-
ренном бою. Говоря об охвате, Макаров указывал на
необходимость создания преимущества в силах над ча-
стью неприятельской эскадры как условия, способствую-
щего достижению общего успеха. Его рекомендации об
охвате головы и хвоста неприятельской колонны, а также
I об окружении противника и расчленении его боевого
порядка значительно опережали суждения многих иност-
ранных теоретиков, трактующих о выгоде боя на парал-
лельных курсах или на контркурсах. Идеи Макарова,
г подхваченные некоторыми зарубежными теоретиками и
выдаваемые ими подчас за свои, постепенно приобрели
общее признание. На маневрах английского Соединен-
295
лого флота в Канале в 1902 г. в боевом порядке одной
из сторон была предусмотрена группа быстроходных
линейных кораблей» предназначавшаяся для охвата го-
ловы колонны противника Эти взгляды на охват голо-
вы впоследствии легли в основу пространных суждений
о «crossing the Т», получивших широкое распространение
после русско-японской войны и просуществовавших до
начала второй мировой войны.
Рассматривая вопрос о месте командующего эскад-
рой в бою, С. О. Абакаров доказывал выгоды нахожде-
ния его на легком, быстроходном корабле в голове киль-
ватерной колонны. Делая выбор между живучестью
флагманского корабля и его скоростью, он предпочитал
скорость, считая, что адмирал, находящийся на быстро-
ходном корабле, обеспечит себе возможность более гиб-
кого управления силами в бою, так как этот корабль
сможет быстро изменять свое место в боевом порядке
эскадры. Первопричиной такого выбора флагманского
корабля была опять-таки малая надежность средств
внутриэскадренной связи.
Правильно учитывая необходимость полного исполь-
зования огневой мощи корабельной эскадры, Макаров
высказывал мнение о ненужности резерва в бою в мо-
ре, так как выделение резерва ослабляет основную удар-
ную силу эскадры и открывает противнику возможность
уничтожить ее по частям. Для надводных кораблей, ве-
дущих бой в море, эта мысль продолжала быть спра-
ведливой до тех пор, пока они оставались основным ро-
дом сил флота.
Впоследствии основные положения по ведению эс-
кадренного боя, высказанные в «Рассуждениях по воп-
росам морской тактики», были реализованы С. О. Ма-
каровым в «Инструкции для похода и боя» и отражены
в «Инструкции для управления огнем в бою», разрабо-
танной флагманским артиллеристом капитаном 2 ранга
Мякишевым совместно с артиллерийскими офицерами
больших кораблей Тихоокеанской эскадры. Соображе-
ния Макарова по эскадренному бою не были исчерпы-
вающими, а некоторые из них оставались спорными, од-
нако для того времени они, безусловно, являлись пере-
довыми.
1 «Морской сборник», 1902, № 10.
29G
Как уже было сказано, в 1903 г. появилась работа
лейтенанта Хлодовского «Опыт тактики эскадренного
боя», в начале которой автор выдвинул два положения,
названных им аксиомами, сущность которых сводилась
к тому, что тактический смысл действий в бою прежде
всего заключается в приобретении тех или иных преиму-
ществ перед противником и удержании их в течение
возможно большего времени. Позднее эта мысль была
। выражена С. П. Ставицким при определении понятия
«тактическая задача в бою», под которой подразумева-
лось отыскание способов успешного ведения боя. Впо-
следствии оно было заменено понятием «идея тактиче-
ского решения», отражавшим сущность замысла дейст-
вий в бою.
Хлодовский считал, что эскадренный бой состоит из
трех фаз. Первая заключается в обнаружении против-
ника разведкой и в сближении с ним, вторая — в ре-
шающем воздействии на неприятеля артиллерией и тре-
тья — в развитии достигнутого успеха. Исходя из совре-
менных для него возможностей тактической разведки,
Хлодовский на основании расчета пришел к заключе-
нию, что противники, встретившиеся в море, могут обна-
ружить друг друга на расстоянии 40—50 миль между
г главными силами сторон. Такая глубина разведки, по
его мнению, обеспечивала своевременное перестроение
эскадры в боевой порядок. Исходя из необходимости
создания преимущества в силах на наиболее уязвимом
для противника направлении, Хлодовский был сторон-
ником не линейного, а глубокого боевого порядка. Бое-
вой порядок, считал он, должен был состоять из первой
линии, образованной из эскадренных броненосцев, иг-
равших роль главных сил, и нескольких групп второй
линии. Хлодовский называл эти группы «резервом», в
) составе которого, по его мнению, могли быть эскадрен-
ные броненосцы, не вошедшие в первую линию (в тех
случаях, когда включение их в состав главных сил за-
труднит огневое маневрирование и управление силами),
броненосные крейсера (после выполнения ими функции
разведчиков) и миноносцы. Резерв был призван затруд-
нить маневрирование противника, поддерживать кораб-
»- ли первой линии своим огнем, маневрированием и вне-
запными торпедными атаками и, наконец, развивать
успех, достигнутый в результате артиллерийского состя-
297
A
a
a
Рис. 38. Походный порядок флота «А» (флот Канала).
Условные обозначения:
1 — эскадренные броненосцы;
2—-крейсера 1-го класса;
3 —крейсера 2-го или 3-го класса;
4 — миноносцы;
5 — торпедные канонерские лодки.
зания. Таким образом, по существу, это был не резерв,
а, скорее, второй эшелон боевого порядка, предназна-
ченный для решения обеспечивающих задач и развития
успеха боя. Такой боевой порядок, по мнению Хлодов-
ского, должен был позволить всем составным частям эс-
кадры принять активное участие в бою и оказывать
друг другу помощь. Наиболее уязвимым местом любого
298
боевого строя противника Хлодовский считал оконечно-
сти линии строя. По его мнению, занимать позиции на
фланге противника следовало с таким расчетом, чтобы
линия строя своих главных сил была почти перпенди-
кулярной линии строя неприятеля. Другими словами, ох-
ват главных сил противника он считал основной формой
маневра в бою. Отрицая кильватер как единственно це-
лесообразный боевой строй, Хлодовский высказывал
мысль, что после каждого боя строй победителя обычно
признавался лучшим. Эту мысль он подтверждал тем,
что после боя у о. Лисса особенно рекомендовался строй
клина, в котором находился австрийский флот. После
боя у Ялуцзян тактики принялись восхвалять достоинст-
ва кильватерной колонны. Справедливо утверждая, что
при оценке любого боевого строя следует прежде всего
считаться с пригодностью его для определенной обста-
новки, сам Хлодовский несколько переоценивал выгод-
ность простого и сложного фронта для соединений, со-
стоявших из башенных эскадренных броненосцев и
броненосных крейсеров. Такие строи, казалось бы, об-
легчали маневр, связанный с удержанием выгодной дис-
танции до противника во время артиллерийской атаки,
но они в значительной мере усложняли возможность
полного использования артиллерии броненосцев и бро-
неносных крейсеров и их огневое маневрирование.
Развивая свои положения о ведении эскадренного
боя, Хлодовский, по существу, одним из первых выска-
зал мысль, что артиллерийская атака может вестись не
только на носовых и траверзных курсовых углах, но и
на кормовых. Считая артиллерийское состязание реша-
ющей фазой боя, он делал правильный вывод, что до тех
пор, пока это состязание не даст определенных резуль-
татов, применение торпед и тарана невозможно. Несмот-
ря на некоторые недостатки, труд Хлодовского выгодно
отличался от большинства работ об эскадренном бое,
появившихся непосредственно перед русско-японской
войной.
Прежде чем закончить обзор взглядов на способы
действий в эскадренном бою, следует сказать несколько
слов о русских и японских официальных документах,
касавшихся этого вопроса. В русском Морском Уставе
того времени не было специальных указаний о способах
действий в бою. Но в некоторых статьях содержались
299
косвенные указания по этому поводу, которые в основ-
ном касались обязанностей командира корабля. Так, на-
пример, в ст. 341 указывалось: «Когда корабль находит-
ся в составе эскадры, командир должен во время боя
сколько возможно следовать начертанному флагманом
плану н сигналам. Когда же впоследствии боевой поря-
док расстроится, каждый командир действует по своему
соображению, наблюдая сигналы флагманов и стараясь
нанести неприятелю возможно больший вред» ’.
Существовал и ряд инструкций для боя, однако в них
основное внимание уделялось не рекомендациям по спо-
собам действий, а частным техническим указаниям, вро-
де того, как во избежание пожара от снарядов против-
ника поливать палубу водой, где держать обрезы с пес-
ком, предназначенным для посыпания площадок у ору-
дий, чтобы расчеты не скользили на крови раненых и
убитых, и, наконец, о необходимости офицерам по бое-
вой тревоге надевать револьвер (в кобуре со шнуром)
и палаш.
Таким образом, наряду с передовыми тактическими
суждениями, высказывавшимися в военно-морской лите-
ратуре Макаровым и некоторыми другими флотскими
офицерами (Хлодовским, Римским-Корсаковым, Кербе-
ром), официальные взгляды представителей русского
флота в области тактики к началу русско-японской вой-
ны не обеспечивали единства тактической мысли офи-
церского состава. Только после начала войны 4 марта
1904 г. появилась разработанная С. О. Макаровым «Ин-
струкция для похода и боя» — первое боевое наставле-
ние русского броненосного флота.
Несколько по-иному обстояло дело в Японии, где
морской генеральный штаб в июле 1903 г. выпустил для
флота официальный труд, носивший название «Управ-
ление судовыми орудиями». Это был своеобразный доку-
мент, первые две части которого («Основы обучения»
и «Управление группами орудий») представляли собой
как бы наставление по боевой подготовке. Третья часть
содержала указания о боевой организации и готовности
корабельной артиллерии, по управлению огнем, принци-
пиальные указания по способам действий кораблей и
соединений в одиночном и эскадренном боях. В первой
1 Морской Устав, 1901.
300
статье третьей части сказано, что главным оружием
военного корабля является артиллерия, а использова-
ние мины и тарана должно быть ограничено только
* исключительными случаями ’. В других статьях третьей
части давались четкие рекомендации об использовании
корабельной артиллерии в бою. Характерным для этого
документа была конкретность ряда тактических положе-
ний. Так, например, в нем отмечалось, что в артилле-
; рийском бою важно сражаться на желаемой дистанции
и постоянно держаться в положении, благоприятствую-
щем ведению огня и маневрирования в соответствии с
' движением противника, для того чтобы использовать
наибольшую силу своей артиллерии1 2. Другими слова-
ми, это было указание о выборе и удержании позиции
в артиллерийском бою. При наличии преимущества в
бронировании рекомендовалось сближаться с противни-
ком на возможно более короткую дистанцию и сразу
открывать сильный огонь, чтобы нанести ему решающее
повреждение. Если противник бронирован лучше, реко-
мендовалось с началом боевого соприкосновения с ним
развить наибольшую силу огня, с тем чтобы ослабить
неприятеля и в то же время не получить самому значи-
тельных повреждений. В одной из статей3 указывалось,
; что в эскадренном бою все усилия следует направлять
только против определенной части сил противника, со-
средоточив на них наибольшую мощь огня. При этом
рекомендовалось маневрировать таким образом, чтобы
противопоставить свой широкий фронт неприятельскому
флоту и при любой возможности осуществлять охват
противника. Несколько ранее отмечалось, что превос-
ходство в скорости над противником облегчает маневр
охвата, что и при меньшей, чем у противника, скорости
маневрирование по заранее составленному плану может
s обеспечить охватывающее положение по отношению к
неприятелю. Весьма существенным было указание, что
в группах кораблей, входящих в состав эскадры и ма-
неврирующих в бою в кильватерных колоннах, не долж-
но быть более шести кораблей. Заметим, что этот доку-
мент на тринадцать лет упредил выводы, сделанные
1 Управление судовыми орудиями, ч. 3. Японок, мор. генштаб.
1903, с. 448.
2 Там же, с. 518.
3 Там же, с. 531.
301
англичанами на опыте Ютландского боя. Можно прийти
к заключению, что все эти рекомендации сформирова-
лись в результате анализа боя у Ялуцзян. Наличие опы-
та у командного состава японского флота во время рус-
ско-японской войны, несомненно, явилось фактором, бла-
гоприятствовавшим достижению успешных результатов
в боевых действиях против русских Тихоокеанских эс-
кадр.
Перейдем теперь к вопросам организации походного
движения эскадры, разведывательной и дозорной служб.
По взглядам, существовавшим на всех флотах, счита-
лось, что походный порядок эскадры, под которым с се-
редины 90-х годов стали понимать взаимное расположе-
ние ее отдельных частей, следовавших в определенных
походных строях, должен быть удобным для управления
силами и допускающим своевременное перестроение их
в боевой порядок.
Наиболее распространенными походными строями бы-
ли одна или несколько параллельных кильватерных ко-
лонн. Эскадренные миноносцы и миноносцы обычно со-
ставляли один или несколько отдельных отрядов, днем
державшихся на траверзе основной группировки сил,
а ночью —в хвосте походного порядка. Траверзные рас-
стояния между параллельными кильватерными колон-
нами обычно были несколько больше двойного диаметра
циркуляции наименее поворотливых кораблей (после ка-
тастрофы с английским броненосцем «Виктория», прота-
раненного броненосцем «Кампердаун» в 1893 г. при по-
следовательном повороте на 16 румбов двух параллель-
ных кильватерных колонн в сторону друг друга).
Несмотря на существенное различие в назначении
дозорной и разведывательной служб, они, так же как
и в 80-е годы, составляли единую разновидность обеспе-
чивающих действий. Разведывательная и дозорная служ-
бы обеспечивали действия эскадры, решая задачу отыс-
кать или своевременно обнаружить неприятеля, а в слу-
чае появления его разведчиков вблизи эскадры отгонять
их, не позволяя выявить ее состав, курс и скорость. Вы-
полнение задач разведывательной и дозорной служб воз-
лагалось на крейсера. Малые крейсера (2-го и 3-го клас-
са) располагались вокруг эскадры, оставаясь с ней в
визуальном контакте и увеличивая тем самым зону ее
наблюдения. Фактически эти крейсера составляли поход-
302
ный дозор, в задачу которого входило исключить внезап-
ное появление противника перед эскадрой и отгонять его
разведчиков.
.	Дозорные корабли (в середине 90-х годов прежнее
название «форзейли» постепенно начало отмирать) сле-
довали с эскадрой одним курсом и одной скоростью.
При действиях в море на незначительном удалении от
своих баз или в прибрежных районах в качестве дозор-
. ных кораблей использовались не только малые крейсера,
но и посыльные суда, авизо и миноносцы. Для поиска
противника и наблюдения за ним, т. е. в целях разведки
в подлинном смысле этого понятия, от эскадры выдви-
гались крейсера, которые обычно временно теряли не-
посредственный визуальный контакт с главными силами.
С появлением радиотелеграфа связь с эскадрой крей-
сера-разведчики должны были поддерживать с помощью
этого средства, но, как уже говорилось в предыдущей
главе, радиосвязь осваивалась с большими трудностями.
Разведчики во время выполнения своей задачи дейст-
вовали самостоятельно и в маневрировании не были
связаны с эскадрой. При обнаружении противника они
* должны были возможно скорее донести об этом. Необ-
ходимость продолжения наблюдения за обнаруженным
противником и ненадежность радиосвязи привели к мыс-
ли о целесообразности выдвижения крейсеров-разведчи-
ков парами. Следует заметить, что примерно через пят-
надцать лет подобный же способ использования развед-
чиков парами был принят в авиации и продержался до
’ тех пор, пока радиосвязь не стала вполне надежной.
В течение 90-х годов благодаря ряду теоретических ра-
бот по исследованию различных приемов дозорной и раз-
ведывательной. служб появились математически обосно-
ванные способы решения типовых задач погони, отыска-
y ния неприятеля, перемены мест дозорных кораблей
относительно идущей эскадры, обследования райо-
на и т. д.
Необходимость своевременного обнаружения против-
ника была очевидной для всех, но отношение к развед-
ке было далеко не одинаковым. Очень большое внима-
ние разведке, в том числе и дальней, уделял английский
флот. Для дальней разведки предназначались большие
бронепалубные крейсера (крейсера 1-го класса), спо-
собные вести разведку боем и подавлять мешающие на-
303
блюденню корабля противника. В процессе боевой под-
готовки англичане постоянно готовили свои крейсера
к слежению за обнаруженным противником в течение
продолжительного времени. Много внимания разведыва-
тельной службе уделяли и французы. В их официаль-
ном руководстве по тактике был специальный раздел по
ведению разведки.
Несколько по-иному смотрел на дальнюю разведку
С. О. Макаров. Он считал, что «дальние разведки мо-
гут в значительной мере ориентировать адмирала в об-
становке, но они сопряжены с большой опасностью по-
терять разведочные суда» ’. Поэтому Макаров высказал
мысль, что, опасаясь потерь дальних разведчиков, сле-
дует соблюдать осторожность, а в случае необходимо-
сти — посылать лишь корабли, на машины и мореход-
ные качества которых можно положиться. Мысль, оче-
видно, спорная. Следует заметить, что ее разделял и
вице-адмирал 3. П. Рожественский, отказавшийся вы-
двинуть разведку при подходе 2-й Тихоокеанской эскад-
ры к Корейскому проливу.
Боевые действия во время японо-китайской и испано-
американской войн в отношении тактической разведки
дали мало поучительного. Японцы в период, непосредст-
венно предшествовавший бою у Ялуцзян, пользовались
преимущественно данными агентурной разведки, разве-
дывательных кораблей для отыскания флота неприятеля
не выдвигали, поиск противника совершили всем флотом
16 и утром 17 сентября 1894 г., выйдя к острову Хайян-
дао, где, по имевшимся сведениям, находился китайский
флот. Японский командующий адмирал Ито в этом слу-
чае не выдвинул тактической разведки. Китайские ко-
рабли, стоявшие на якоре в районе Дагушана, первыми
заметили приближавшийся японский флот1 2.
Во время испано-американской войны обстановка, ка-
залось бы, требовала активных разведывательных дейст-
вий со стороны флота США, в особенности для своевре-
менного обнаружения и перехвата испанской эскадры
адмирала Сервера при подходе ее к о. Куба. Однако во
время этой войны разведывательная деятельность фло-
1 Макаров С. О. Рассуждения по вопросам морской такти-
ки,—«Морской сборник», 1897, № 41—47.
2 Штенцель Л. История войны на море..., с. 282—284.
304
та США была очень несовершенной. Отряд американских
кораблей под командованием Шлея в течение 19—24 мая
1898 г. произвел поиск испанской эскадры и 24 мая,
подойдя к Сантьяго, обнаружил только часть сил про-
тивника. На самом же деле там стояла вся испанская
эскадра. Только 13 июня в результате сухопутной ре-
когносцировки, произведенной лейтенантом Блю, были
получены точные сведения о силах противника, находив-
шихся в этой базе ’.
Действия флота против берега. На способы действий
флота против берега до середины 90-х годов во всех
флотах почти полностью сохранились взгляды, сложив-
шиеся в 80-е годы. По-прежнему важнейшими преиму-
ществами флота в действиях против береговых объектов
считались инициатива нападающего и подвижность его
сил. Хотя это было и бесспорно, следовало учитывать
ряд преимуществ береговой обороны, особенно ее живу-
честь, быстро выросшую с применением в фортификации
брони и бетона. Кроме того, позиционные средства, и
прежде всего мины заграждения, обеспечивали значи-
тельную глубину обороны, преодоление которой было
связано не только с риском потерь, но и со значитель-
ной затратой времени.
Несмотря на это, возможности корабельной артилле-
рии, в особенности броненосных кораблей, продолжали
переоцениваться. Так, например, считалось, что флот
огнем своей артиллерии может не только подавить бе-
реговые батареи противника, но и совершенно разру-
шить их2. Эти утверждения базировались на опыте дей-
ствий корабельной артиллерии против старых фортов или
укреплений без бетонной или броневой защиты и на
слишком оптимистических оценках возможностей борь-
бы с минными заграждениями противника. Только рус-
ско-японская война показала значение мины загражде-
ния как одного из важнейших компонентов в системе
средств обороны в прибрежном районе.
Опыт японо-китайской, а также испано-американской
войн заставил в какой-то мере изменить взгляды на
‘Ливен А. Американская экспедиция. — «Морской сборник»,
1899, № 4.
2 Кладо Н. Л. Морская тактика. Вып. 6. Боевая деятель-
ность флота. 1897, с. 333.
20 Зак. 519	305
способы борьбы флота с береговыми укреплениями. Об-
стрел фортов Порт-Артура 21 ноября 1894 г. японскими
кораблями с дистанции примерно 60 каб был почти без-
результатным и оказал лишь моральное воздействие на
обороняющихся. Форты этой крепости были взяты сухо-
путными войсками. Прорыв японских миноносцев в га-
вань Порт-Артура лишь развивал успех сухопутных
войск. Китайские форты, обращенные фронтом к суше,
не могли противодействовать прорыву, которому к тому
же благоприятствовал проливной дождь, уменьшавший
видимость. Подвижность флота помогла ему занять тер-
риторию порта раньше сухопутных войск, которые к мо-
менту прорыва миноносцев уже преодолели сопротивле-
ние китайской обороны, но еще продвигались к городу.
Действия японцев против Вэйхайвэя в конце янва-
ря— начале февраля 1895 г. дали значительно больший
опыт борьбы флота с береговыми укреплениями. Бомбар-
дировки японскими кораблями фортов морского фронта
обороны этой базы 30 января и 2—11 февраля 1895 г.
не принесли им сколько-нибудь существенных успехов,
если не считать удачного попадания, вызвавшего взрыв
порохового погреба одного из укреплений вблизи восточ-
ного входа. Однако ответный огонь китайских кораблей
и береговых батарей причинил повреждения нескольким
японским кораблям. К 30 января большинство сухопут-
ных фортов Вэйхайвэя были взяты японской армией, но
укрепления на о-вах Люгундао и Цзидао, несмотря на
ожесточенную бомбардировку их с моря, продолжали
держаться до 8 февраля, когда они, за исключением од-
ного, были заняты десантом, высаженным 4 и 6 февраля.
Незадолго до этого, видя безнадежность борьбы с ост-
ровными фортами с помощью бомбардировки их с моря,
командующий японским флотом решил уничтожить тор-
педными атаками миноносцев китайские корабли, стояв-
шие под прикрытием этих укреплений и защищенные с
запада и востока линиями минных заграждений и боно-
выми преградами. Благодаря пассивности китайской эс-
кадры японцам после двух неудачных попыток удалось
в ночь на 4, а затем и на 5 февраля уничтожить и повре-
дить несколько кораблей,'значительно ослабив китай-
скую эскадру 1.
’ Вильсон. Броненосцы в бою, с. 145—148.
306
Испано-американская война 1898 г. подтвердила опыт
японо-китайской войны 1894—1895 гг. в отношении дей-
ствий флота против военно-морских баз и, в частности,
показала неэффективность артиллерийского обстрела их
с моря, не подкрепляемого десантами или осадой с суши.
Эскадра США, блокировавшая Сантьяго 6 июня
1898 г., произвела ожесточенную бомбардировку фортов,
оборонявших вход в базу. Восточный берег входа оборо-
нялся четырехорудийной батареей старых 280-мм ору-
дий, заряжавшихся с дула, и трехорудийной батареей
старых чугунных мортир, защищенных земляной насы-
пью и расположенных на высоте 66—70 м над уровнем
моря. Западный берег входа оборонялся двумя 152-мм
пушками и тремя 203-мм чугунными мортирами, не имев-
шими горизонтальной наводки. В глубине входа, на за-
падном его берегу имелась семиорудийная батарея из
четырех 57- и трех 37-мм пушек Входной фарватер был
загражден двумя линиями мин (всего девять мин), nojy
рывавшихся с берега, а в глубине его испанцы поставили
восемь автоматических мин. Оборону входа дополнял
старый крейсер «Рейна Мерседес», игравший роль плаву-
чей торпедной батареи (три торпедных аппарата).
Эскадра США для бомбардировки входных укрепле-
ний была разделена на две группы. Первая из них (два
эскадренных броненосца, броненосный крейсер, два крей-
сера, вспомогательный крейсер) должна была подавить
оборону противника на восточном берегу входа в Санть-
яго, а вторая (два эскадренных броненосца, броненосный
крейсер, крейсер, вооруженная яхта и тендер) —действо-
вать против батарей западной стороны входа. Таким об-
разом, против двенадцати испанских орудий (не считая
малокалиберных), из которых только два были совре-
менными, должно было действовать 56 корабельных ору-
дий: восемь 330-мм, восемь 305-мм, четырнадцать 203-мм,
шесть 152-мм, двадцать 127-мм и значительное число
орудий меньшего калибра. Около 8 ч 30 мин американ-
цы открыли огонь по видимым целям, медленно про-
двигаясь вдоль берега (первая группа — к востоку, вто-
рая к западу) на дистанции около 10 каб. Малые ко-
рабли, подойдя ближе к берегу, обстреливали обнару-
женные ими пехотные полевые укрепления. Вначале ис-
панские батареи вели энергичный ответный огонь, ни так
как стрельба шла на недолетах, в 10 ч он был прекра-
щен. Эскадра США, полагая, что ею достигнут успеш-
ный результат, прекратила стрельбу и поспешила до-
нести о подавлении батарей, материальная часть кото-
рых фактически не пострадала. Большое число амери-
канских тяжелых снарядов попало не в форты, а в лес
позади них. Воздействие попавших в форты и взорвав-
шихся снарядов оказалось ничтожным. Впоследствии,
когда действительные результаты бомбардировки стали
достоянием гласности, американское командование пы-
талось распространить версию, что стрельба преследо-
вала главным образом учебные цели — дать практику
комендорам и судовым артиллерийским офицерам.
Общая бомбардировка входных батарей у Сантьяго,
произведенная через десять дней — 16 июня, также ока-
залась безрезультатной, и в конечном итоге командо-
вание блокирующей эскадры, убедившись, что ему вряд
ли удастся форсировать вход в базу, решило ждать под-
хода сухопутных войск, которые должны были взять ис-
панские форты со стороны суши. Только после этого
Сэмпсон предполагал прорваться на рейд для уничто-
жения эскадры Сервера *.
Приобретенный в японо-китайской и испано-амери-
канской войнах опыт наступательных действий флота
против неприятеля, обороняющегося в своем прибреж-
ном районе на заранее подготовленной позиции (пре-
имущественно артиллерийской), позволил внести су-
щественные изменения в тактику. Бомбардировки япон-
цами фортов Вэйхайвэя показали устойчивость даже
слабо подготовленной и организованной береговой обо-
роны. Прежние взгляды на преимущества корабельной
артиллерии не подтвердились на практике, несмотря на
то что обстановка в целом благоприятствовала японско-
му флоту. Опыт Порт-Артура, Сантьяго и особенно
Вэйхайвэя показал, что временное подавление береговых
батарей огнем корабельной артиллерии возможно, дли-
тельное подавление маловероятно, а уничтожение ’не-
возможно без высадки десанта или действий войск со
стороны суши. Результаты стрельбы корабельной артил-
лерии по береговым укреплениям оказались незначи-
тельными. Причиной этого были примитивные способы
1 Ливен А. Американская экспедиция.— «Морской сборник»,
1899, № 5.
308
стрельбы, неудовлетворительная огневая подготовка
к этому виду стрельбы и, наконец, серьезные такти-
ческие ошибки: отсутствие артиллерийской разведки,
стрельба на ходу во плохо наблюдаемым береговым
целям (Порт-Артур, Сантьяго) без корректировки.
Нужно заметить, что 29 и 31 мая американцы пытались
произвести перед Сантьяго разведку боем для выявле-
ния береговых батарей противника и уточнения состава
испанской эскадры. Но эти попытки были безрезультат-
ны, и им так и не удалось определить места береговых
батарей, находившихся за входом в базу, и выявить
точный состав испанской эскадры1. Пассивность артил-
лерии китайской эскадры при бомбардировках Вэйхай-
вэя японским флотом облегчала японским кораблям
стрельбу по фортам, хотя она могла быть с успехом
использована совместно с береговой артиллерией для
активного огневого противодействия противнику.
Опыт действий японского флота у Вэйхайвэя показал
трудность борьбы с минными заграждениями и боновы-
ми преградами, находящимися под прикрытием берего-
вой артиллерии. Попытки японцев уничтожить такие
заграждения к востоку ото. Цзидао не были удачными
из-за отсутствия надлежащих средств.
Дешевые лавры, доставшиеся японским миноносцам
в Порт-Артуре, и отчасти легкий успех американцев
в бою у Кавите 1 мая 1898 г., началу которого пред-
шествовал прорыв в Манильский залив отряда кораблей
США под командованием коммендера Дьюи, дали неко-
торым теоретикам основания говорить о стремительном
прорыве как о реально возможном способе действий
против укрепленной позиции противника (Морской
атлас, карта 32И). Сам бой у Кавите не представляет
интереса с точки зрения морской тактики. Фактически
он представлял собой избиение слабо вооруженных и
небронированных испанских малых крейсеров и кано-
нерских лодок крейсерами США, обладавшими подав-
ляющим огневым преимуществом и превосходством в
скорости. О степени безопасности этого боя для аме-
риканцев можно судить по следующему факту: около
8 ч 30 мин Дьюи сделал «перерыв» в бою с целью дать
'Ливен Л. Американская экспедиция.—«Морской сборник»,
1899, № 4.
309
командам кораблей позавтракать и отдохнуть от жары1.
При внимательном изучении каждого из этих событий
нетрудно прийти к заключению, что только полная пас-
сивность обороны либо подавляющее превосходство в
силах и незавершенность оборудования оборонительной
позиции делали такой прорыв возможным.
Существенным моментом в развитии способов дейст-
вий флота против военно-морских баз во время японо-
китайской войны была организация торпедного нападе-
ния на стоянку флота противника ночью сравнительно
большим количеством миноносцев. Шестнадцать
японских миноносцев было разделено на три отряда
(первый и второй отряды —по шести кораблей в каж-
дом, третий отряд — четыре корабля). Две первые
попытки нападения оказались неудачными, так как во
время одной из них японские миноносцы, пробиравшие-
ся под берегом, были обстреляны самими японцами с
уже занятых фортов, а во время другой — китайцами,
обнаружившими противника. Третья попытка нападения
была более успешна. Японским миноносцам удалось
торпедой повредить китайский броненосец «Диньюань».
Скрытность сближения с объектом атаки второго и
третьего отрядов миноносцев, следовавших восточным
проходом, обеспечивалась демонстративными действия-
ми первого отряда, создавшими впечатление, что мино-
носцы прорываются через западный проход. Из десяти
миноносцев, участвовавших в атаке, два погибли (один
затонул в результате попаданий снарядов, другой выбро-
сился на берег) и два были серьезно повреждены.
В ночь на 6 февраля японские миноносцы произвели
четвертую атаку на китайские корабли, которая оказа-
лась более успешной. Для нанесения торпедного удара
на этот раз был выделен первый отряд миноносцев.
Шесть оставшихся во втором и третьем отрядах мино-
носцев вели наблюдение за западным проходом на рейд
Вэйхайвэя. Китайские корабли поздно обнаружили
атакующие миноносцы и слабо противодействовали им.
В результате торпедной атаки были потоплены броне-
носный крейсер «Лайюань», учебное судно и транспорт.
Опыт атак японскими миноносцами кораблей китай-
ской эскадры позволил сделать выводы, подтвердившие
1 Штенцель А. История войны на море..., с. 341—342.
310
значение торпедного оружия миноносцев и целесообраз-
ность их массированного использования, а также необ-
ходимость обеспечения скрытности сближения с объек-
том атаки путем выделения специальных групп, отвле-
кающих внимание противника.
Во время испано-американской войны американцы
предприняли попытку дневного нападения на неприя-
тельские канонерские лодки в Карденасе (о. Куба).
Штрихом, характеризующим порядки, существовавшие
в то время во флоте США, может служить следующее
обстоятельство. Американская канонерская лодка
«Вильмингтон» вела наблюдение за Карденасом. Мино-
носец США «Винслоу» пришел в этот район для погруз-
ки топлива с угольного транспорта, которого в месте
рандеву не оказалось. Командир «Винслоу», ожидая
транспорт, согласился с предложением командира «Виль-
мингтона» попытаться вместе с ним уничтожить
испанские канонерские лодки. Для помощи был привле-
чен буксир «Гудзон». Около 13 ч 30 мин 11 мая «Виль-
мингтон», «Винслоу» и «Гудзон» вошли на рейд Карде-
наса и открыли огонь по испанским канонерским лод-
кам. Одна из них стояла на швартовах у пристани.
«Винслоу» стал подходить, чтобы уничтожить ее тор-
педным выстрелом. Атакующие американские корабли
были встречены интенсивным метким огнем испанских
канонерских лодок и полевой батареи, оборонявшей
рейд. На «Винслоу» их снарядами были повреждены
рулевое устройство и правая машина. Миноносец, нахо-
дившийся на расстоянии 6 каб от полевой батареи, ока-
зался в очень опасном положении и лишь с помощью
«Гудзона» смог уйти с рейда1. Это дневное нападение
с такими силами даже на слабо защищенный опорный
пункт оказалось попыткой с негодными средствами.
у Действия командиров «Вильмингтона» и «Винслоу» не
могут быть объяснены оперативной целесообразностью.
Более интересной была попытка закупорки входа в
Сантьяго затоплением в нем парохода. Этим преследо-
валась цель окончательно запереть эскадру Сервера и
максимально облегчить последующие действия блоки-
рующих сил.
В ночь со 2 на 3 июня угольный транспорт «Меррн-
‘ Ливен Л. Американская экспедиция.— «Морской сборник».
1899, № 4.
311
мак», оборудованный для быстрого самозатопления,
вошел во входной пролив под сильным огнем обнару-
живших его испанских береговых батарей.. Пройдя не-
которое расстояние по фарватеру, он последовательно
отдал оба якоря и, взорвав подготовленные подрывные
заряды, затонул. Но в момент самозатопления сильным
приливным течением транспорт развернуло вдоль фар-
ватера, поэтому фарватер оказался свободным. Та-
ким образом, закупорка порта не удалась1. Но эта
попытка позволяла сделать вывод, что наибольшие
трудности при ее осуществлении заключаются не только
в обеспечении скрытности подхода закупорочных судов
и входа их на заграждаемый фарватер, но и в выборе
подходящего момента для затопления и сохранения вы-
годного положения брандера. Как известно, закупороч-
ные действия против военно-морских баз или важных
неприятельских портов стали одной из разновидностей
нападения на них и довольно широко практиковались
впоследствии.
Говоря о развитии тактики перед русско-японской
войной, следует хотя бы вкратце сказать об опыте
совместных действий флота с сухопутными войсками,
несмотря на то, что в то время большинство флотов,
в том числе и русский, такие действия относили не
к области тактики, а к области стратегии2.
Высадка японцами своих сухопутных войск во время
японо-китайской войны 1894—1895 гг. почти повсюду
происходила без противодействия противника (за исклю-
чением слабого противодействия, оказанного при высад-
ке 3-й армии Юн Чэна)3, поэтому дала лишь опыт в
отношении высадки живой силы и выгрузки средств на
оборудованное или необорудованное для этой цели
побережье,.но не в отношении боя за высадку. Но все
же широкое использование японским флотом такти-
ческих десантов для взятия островных фортов Вэйхайвэя
в феврале 1895 г., а также в районе порта Магун (Пес-
кадорские острова) в марте 1895 г. показали их значе-
ние как головных эшелонов высаживавшихся сухопутных
войск4. Вместе с тем уже тогда выявилась необходи-
’ Ливен А. Американская экспедиция.— «Морской сборник»,
1899, № 5.
2 Кладо Н. Л. Морская тактика, с. 437.
3 Ш те и цель А. История ионии на море..., с. 234.
* Там же, с. 298.
312
мость как в десантной операции, так и в бою за высадку
общего единого командования силами, действовавшими
совместно. А в то время в таких действиях командова-
ние силами флота осуществлялось командиром-моряком,
а сухопутными войсками — сухопутным начальником,
которые должны были договариваться между собой
о совместном использовании сил. По взглядам японцев,
морской начальник нес единоличную ответственность
лишь с момента выхода транспортов с десантом из пор-
та посадки и до момента начала высадки на берег.
Подбор транспортных средств, организация погрузки и
посадки десанта осуществлялись армейским командова-
нием. Такая организация продержалась в Японии до
конца второй мировой войны. Отчасти это можно объяс-
нить противоречиями между командным составом япон-
ского флота и армии. Корни этих противоречий уходили
еще в феодальное прошлое Японии. Примерно такая же
организация была принята и в Англии, с той лишь раз-
ницей, что морской начальник единолично отвечал за
все действия с начала операции и до начала высадки.
Десанты, высаженные американцами во время испано-
американской войны 1898 г., по существу, также не дали
опыта боя за высадку. Тем не менее некоторые из них,
и в частности самый большой по масштабу десант, вы-
саженный 22—26 июня в Дайкири — Сибонее (о. Куба),
представляют некоторый интерес с точки зрения органи-
зации. Успех высадки в этом районе можно объяснить
лишь исключительно благоприятным для американцев
стечением обстоятельств. По своей организации эта де-
сантная операция, начиная с посадки десанта и кончая
его действиями на берегу после высадки, могла служить
больше примером того, как не следует поступать.
Несмотря на, казалось бы, достаточное время для
посадки десанта и удобства порта, в котором она проис-
ходила (Тампа), погрузка была произведена крайне
плохо. Грузы распределялись бессистемно. Так, напри-
мер, на одном из транспортов в один и тот же трюм
были погружены овес, сено, патроны, ружья, сумки и
уголь. Беспорядочно были размещены также войсковые
части и их подразделения. Один из полков был разме-
щен на одном транспорте, а его обоз — на другом.
Зафрахтованные транспорты имели слабые погрузочные
приспособления, в результате чего выгрузка лошадей и
313
тяжелых грузов производилась самым примитивным
способом и заняла много времени. Лошадей стаскивали
по широкой сходне прямо в воду, чтобы они сами плыли
к берегу. Около 50 лошадей, испугавшись прибоя, по-
вернули в море и утонули. Высадочных средств было
мало, но флот помог своими шлюпками. Полевую артил-
лерию (шестнадцать скорострельных пушек) начали
выгружать только на четвертый день после начала вы-
садки, а 127- и 180-мм осадные орудия вовсе не смогли
выгрузить. Переход десантного отряда, состоявшего из
двух групп транспортов (в одной пятнадцать, в другой
восемнадцать пароходов) непосредственно обеспечивался
броненосцем, четырьмя крейсерами, четырьмя канонер-
скими лодками, тремя вооруженными яхтами и двумя
буксирами. Каждая из групп транспортов должна была
следовать в трех параллельных кильватерных колоннах
с траверзными расстояниями между ними в 4 каб. Ко-
рабли охранения образовывали завесы, обеспечивающие
каждую из групп транспортов от внезапного нападения
противника. В 10 каб по курсу, движения первого отряда
транспортов был выдвинут походный дозор из двух
вооруженных яхт. Фактически походный порядок
соблюдали только боевые корабли, а транспорты шли
двумя беспорядочными группами между завесами.'
Появление хотя бы одиночного боевого корабля против-
ника могло внести окончательную дезорганизацию. Так,
например, 3 июня некоторые транспорты, уже освобо-
дившиеся от десанта, но оставшиеся на рейде высадки,
обнаружив австро-венгерский крейсер «Мария Тереза»,
приняли его за противника и решили выброситься на
берег. Только подошедшие боевые корабли помешали
им сделать это.
В первый день в Дайкири высадилось около 6000 че-
ловек. Пересадка войск на высадочные средства осу-
ществлялась бессистемно. Подразделения высаживались
вперемешку, роты одного полка не могли на берегу
найти друг друга. Части оказались разрозненными и
не могли найти своих командиров, которые бегали по
берегу в поисках своих частей. В конечном счете все это
привело к тому, что действия на берегу развивались са-
мотеком. Лишь отсутствие сопротивления испанцев на
берегу и слабое противодействие в глубине обеспечили
американцам успех, а не привели их к разгрому, к ко-
314
торому они были близки из-за сумбурной высадки.
Вместе с тем следует признать, что решение на высадку,
сформулированное в приказе адмирала Сэмпсона, для
того времени было достаточно целесообразным. Высадка
в Дайкири назначалась на рассвете (или как можно
раньше до рассвета). Одновременно должна была про-
изводиться демонстративная высадка в Кабанас (бухта
к западу от входа в Сантьяго). Бомбардировку берега
и блокгаузов на участке Дайкири должны были произ-
вести три крейсера и вооруженная яхта, которым при-
казывалось занять позиции к рассвету. Кроме того, с
началом высадки предусматривалась бомбардировка
Кабанаса, Аквадореса и Сибонея (по-видимому, в целях
рассредоточения оборонительных усилий противника).
В приказе содержались указания о бережном расходо-
вании снарядов при стрельбе по береговым целям. Бро-
неносцам, броненосным крейсерам и кораблям, направ-
ленным для обеспечения высадки, приказывалось оста-
ваться в блокадном дозоре перед Сантьяго, не допуская
прорыва эскадры Сервера. Отсутствие противодействия
противника и отличная погода, казалось бы, давали
возможность произвести высадку в точном соответствии
с приказами Сэмпсона и командовавшего сухопутными
войсками генерал-майора Шафтера. Но практически
вышло далеко не так. Корабли открыли огонь по берегу
в районе Дайкири лишь в 9 ч 45 мин, а высадка нача-
лась около полудня, т. е. в самое жаркое время. Испан-
цы покинули район Дайкири еще с рассветом 22 июня,
и город занял отряд кубинских инсургентов под коман-
дованием генерала Кастильо. По предварительной дого-
воренности с американцами кубинские инсургенты под-
няли над городом кубинский флаг, но корабли США
продолжали стрелять по городу.
Высаженные части, не встретив сопротивления,
утром 23 июня заняли Сибоней, где и было решено вы-
садить все остальные войска десанта. Эта высадка
показала, что даже целесообразное решение на бой за
высадку становится бесполезным при низком уровне
подготовки личного состава к этому виду боевых дей-
ствий L
1 Ливен Л. Американская экспедиция — «Морской сборник»,
1899, № 4 и 5.
315
Опыт высадки показал необходимость хорошей орга-
низации действий на всех этапах и, кроме того, соот-
ветствующей подготовки личного состава. На очередь
встали вопросы выбора целесообразных транспортных
средств, их специального оборудования, обеспечения
этих средств комендантскими командами, создания вы-
садочных средств, способных быстро выгружать артил-
лерию и обоз, организации инженерного обеспечения
высадки и ряд других. Требования к размещению де-
санта на транспортах, выявленные опытом этой высадки,
показали наивность прежних взглядов, высказанных
французским военно-морским писателем Дегу ’, который
предлагал размещать десант на транспортах по родам
сил, т. е. на одних транспортах — пехоту, на других —
кавалерию, на третьих — артиллерию. Исходя из этого,
он рекомендовал и соответствующим образом распола-
гать транспорты в походном порядке (транспорты с пе-
хотой— левое крыло, с кавалерией и артиллерией —
правое крыло, за ними транспорты с грузами). Все это
было опровергнуто действительностью, выдвинувшей
требования, соответствовавшие новым условиям и воз-
можностям. Но для их решения, конечно, понадобились
время и новый боевой опыт высадки десантов в условиях
активного противодействия противника. Этот опыт был
приобретен значительно позднее, в частности при высад-
ках русских на побережье Лазистана и англо-французов
на п-ов Галлиполи в годы первой мировой войны.
t
‘Дегу. Исследование совокупных действий армии и флота
ч. I. Спб., 1887.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Определенный уровень развития оружия и боевой тех-,
ники позволяет выработать соответствующие формы и
способы боевых действий. Совершенствование оружия
и боевых средств_вызывает изменениятактике, однако
процесс формирован и я_ та ктйчёсюГх’ взглядов, соответст-
вующих .воз мощностям новых средств уд а ра й~з а щит ы,
т ребует времени, иногда довод ьн о пр о до л ж ит е л ь н о го.
Вследствие этого формы и способы ведения боевых
действий отстают от возможностей, которые уже могут
быть обеспечены достигнутым уровнем боевой техники.
Отставание в определенной мере является показателем
активности тактической мысли в рассматриваемый пе-
риод времени. Такое отставание тактической мысли от
современного ей уровня боевой техники было и на про-
тяжении 90-х годов минувшего столетия, и в первые
годы XX века. Во время русско-японской войны, начав-
шейся торпедной атакой японских миноносцев на рус-
скую Тихоокеанскую эскадру, стоявшую на внешнем
рейде Порт-Артура, сразу же выявилось отставание
тактики японцев при торпедных нападениях на стоянку
флота противника. В свою очередь, организация сторо-
жевого охранения и обороны Тихоокеанской эскадры
свидетельствовала также об отставании русской офи-
циальной тактической мысли от возможностей, которыми
располагали к этому времени силы и средства флота.
Прогрессивные тактические идеи, разработанные пере-
довыми деятелями русского флота, из-за инертности ру-
ководства морского министерства не нашли достойного
практического воплощения, что наряду с другими глу-
бокими причинами, рассмотрение которых выходит за
рамки данной работы, привело к тяжелым поражениям.
Настоящий труд показывает, что военно-морское
искусство развивалось под влиянием прогресса эконо-
мики, и подтверждает справедливость высказываний
317
Ф. Энгельса о том, что «ничто так не зависит от эконо-
мических условий, как именно армия и флот»1.
Рассмотрению развития вооружения и тактики флота
в период русско-японской войны и в годы, предшествую-
щие первой мировой войне, посвящается следующая
часть нашего труда.
’Энгельс Ф. Избранные военные произведения. М., Воен-
издат, 1957, с. II.
ОГЛАВЛЕНИЕ
Стр.
Глава 1. Влияние Крымской войны на развитие тактики бро-
неносного флота раннего периода .......................... 3
Глава 2. Развитие тактики броненосного флота в 60—70-е
годы XIX века............................................ 22
Глава 3. Развитие тактики броненосного флота в 80-е годы
XIX века................................................  78
Глава 4. Совершенствование оружия и боевой техники бро-
неносного флота перед русско-японской войной {1891—1903) 161
Глава 5. Взгляды на тактику броненосного флота, сложив-
шиеся к началу русско-японской войны.....................272
Заключение...............................................317
Николай Брониславович Павлович
РАЗВИТИЕ ТАКТИКИ ВОЕННО-МОРСКОГО ФЛОТА
Часть I
Редактор А. А. Казанков
Технический редактор В. Г. Бадаева
Корректор О. Б. Григорьева
Сдано в набор 10.06.77. Подписано в печать 29.06.79. Г-22273
Формат 81XIO8A,. Печ. л. I0. Усл. печ. л. I6.8 .Уч.-илд. л. I7.I83
Над. № 9.2260 «Для внутриведомственной продажи». Цена 1 р. -Ю к. Зак. 519
Воеииэдаг
103160. Москва. К 160
I я типография Воски>дата
10Э006. Москва, К-6, проезд Скворцова Степанова, дом J
Бесплатно