/
Tags: этнография археология археологические исследования краеведение поволжье архивные материалы
Year: 1924
Text
JUuMU -J
I
| ТРУДЫ
Нижне-Волжского Областного
Научного Об-ва Краеведения
= „ИСТАРХЭТ" =
быв. Сарат. Об-ва Истории, Археологии
и Этнографии.
Выпуск 34, часть II.
в [Ц в
С А Р А Т О В.
1 9 2 4.
Общество реорганизовано из О-ва Истории, Археологии
и Этнографии, образованного в 1920 году из учрежденной
в 1886 году Саратовской Губернской Ученой Архивной
К о м и с с и и.
Нумерация выпусков „Трудов" последовательно сохра-
няется.
В издании этого выпуска материальное со действ ие
Об-ву оказал Саратовский Губсоюз.
ТРУДЫ
Нижне-Волжского Областного
Научного Об-ва Краеведения
' =*.^.= „ИстАрхЭт“ =^==
быв. Сарат. О-ва Истории, Археологии
и Этнографии.
Вып. 34, часть 2-я.
САРАТО В.
1 9 2 4 г.
Тираж 600.
Гублит № 2105
Саратов, Полиграфпром. Типография № 10, Астраханская 52.
К истории сопоговаляльного промысла в России.
Время возникновения шерстобито-валяльного промысла—одного из
стариннейших промыслов крестьянской нечерноземной России теряется в
дали времен.
Уже в Х-ом веке, судя по литературным указаниям, русские изготовляли
полсти или войлоки, употреблявшиеся ими в шатрах во время походов,
а также в качестве подседельников1), позже в XI-ом веке в стенах киево-
печерского монастыря иноками валялись из шерсти клобуки, часть которых
поступала даже в продажу в город2); путешественник ХШ-го века по России
।также отмечает, что русские носят очень высокие остроконечные войлочные
шапки3). Есть основание, кроме того, полагать, что войлочные шапки были
вообще весьма распространенным в старину на Руси головным убором среди
массы нисших слоев населения4 5).
Всеми этими указаниями устанавливается, очевидно, тот факт, что
валяльное искусство было известно славянам на весьма ранней ступени их
исторической жизни; при чем, в силу сказанного выше, не исключена и
возможность, что эти навыки по валянию, подобно другим промышленным
навыкам, зародились и вышли из стен монастырей.
Как и многие другие старинные промысла, шерстобито-валяльный про-
мысел имеет своим началом домашнее производство, когда все несложные
потребности семьи удовлетворялись в пределах и силами этой родственной
производительно-потребительской ячейки6). Домашнее производство, и даже
в области изготовления валеных сапог, отмечено, между прочим, и для
самого последнего времени6). В процессе хозяйственной дифференциации
населения и изменения социально-экономических форм жизни, шерстобито-
валяние, как и другие отрасли домашнего хозяйства, постепенно превращалось
в промышленное занятие расслаивавшегося крестьянского земледельческого
населения.
В отношении интересующего нас шерстобито-валяльного промысла есть,
(помимо сказанного выше, полное основание говорить, что одна из его вет-
вей, именно войлочное производство было весьма распространенным уже
промышленным занятием в XVI и в особенности в XVlI-ом столетии.
Во второй половине XVI столетия войлочников (полстовалов) находим
в Туле, Можайске, Серпухове, а в XVII-ом стол, в Москве, Калуге,
Козельске, Торжке и вообще в славившемся хорошими войлочными из-
делиями Тверском крае, также Аэзамасе и Нижнем Новгороде; войлока в
это время являются предметом сам го широкого употребления (войлочные
плащ-^, накидки, стельки, войлок санный, седельный, на обивку лавок, две-
рей, окон ит. д.); войлока фигуоируют в качестве оброчных платежей в вот-
чинных хозяйствах; много войлоку сбывается даже заграницу7.)
*) Н. Аристов.—Промышленность древней Руси. Спб. 1866 г. стр. 143. 2). Там-же.
3). Рубрук.— Перевод Малеина. Спб. 1911 г. Стр. 88.
4). П. Савваитов. - Описание старин, русской утвари. Спб. 1865 г. Стр. 302.
5). Куст, промыслы Яросл. губ. Вып. XIV-й 1904 г. Стр. 329.
6). Обследование куст, промышлен. Липецкого уезда 1912 г. Стр. 6,
7). Н. Е. Чечулин.—Города Моск, госуд. в XVI в. Спб. 1899 г. Стр. 182, 198,
280, 304; Кильбургер пер. Б. Г. Курца. Киев 1915 г. Стр. 102 об'ясн. 280; Родес. Чте-
ние в О-ве Истории и древн. России 1915г. кн 2 стр, 119; Иван Забелин. —Домаш-
ний быт русских царей и цариц в XVI и XVII ст. Матер, т. 1 стр. 55, 162, 168. Т II
стр. 115, 136; П. Савваитов. Описание русск. утварей. Спб. 1899 г. Стр. 106; Писцов, и
Перепис. книги по Нижнему Новгороду. Русск. истор. библиотека т, XVII стр. 70,
92, 128. 172, 174, 350, 389. Ив. Забелин.—Большой боярин в своем вотчинном хоз-ве.
Вести. Европы 1871 г. Кн. I стр. 32—35.
4 — .
Эту промышленную обработку продуктов скотоводства, очевидно,, сле-
дует поставить в связь с тем общим состоянием сельского хозяйства, которое
наметилось к концу XVI-ro века в значительной части Центральной области1).
За исключением двух небольших скоплений уездов на запад и северо-восток от
Москвы, на всем остальном пространстве Центральной области замечается
с 60-х годе в XVI столетия вполне определенно выраженный упадок сельского
хозяйства и замена более интенсивной паровой зерновой системы хозяйства
более экстенсивной переложной2!, В то же время обозначается довольно
резкое разделение всего Центрального пространства как бы на западную
часть с господством земледельческой системы хозяйства3) и северо-восточную,
где скотоводство, наоборот, доминировало4).
Исследователь сельского хозяйства Московской Руси в XVI веке5) при-
ходит к выводу, „что (указанный) переход от паровой зерновой системы зем-
леделия к переложной не сопровождался переходом от земледельческой
системы хозяйства к скотоводческой14 и „что скотоводство вообще не играло
очень важной роли в сельском хозяйстве". Последние утверждения, как нам
кажется, правильнее было бы отнести к скотоводству пастбищному, действи-
тельно, не игравшему роли в сельском хозяйстве тогдашней Руси. Что же
касается залежного, так сказать, скотоводства, то оно могло иметь и более
чем вероятно, что и имело место в условиях регрессивного земледелия.
Последнее обстоятельство дает, поэтому, основание заключить, что этот
регресс в области^земледелия, нашедший свое отражение в сокращении
посевной площади и переходе к скотоводству на образовавшихся залежах,
особенно в северо-восточной части Центральной области, мог послужить
толчком к развитию промышленной обработки продуктов скотоводства, в том
числе и шерсти, служившей к тому же на ряду с другими продуктами сковод-
ства, предметом внешней торговли того времени.
Заслуживает в виду сказанного быть отмеченным и тот любопытный
факт, что как раз в уездах северо-восточной части сосредоточились важней-
шие районы валяльного пооизводства, (Арзамасский, Ярославский), уезды
же западной половины, наооборот, отличаются слабым его развитием и не
выделяются по степени развития этого промысла в ряду других уездов
нечерноземной полосы.
До ХУШ-го стол, промышленная обработка шерсти, в виде валяльного
продизводства, сосредоточилась, однако, на изготовлении шляп, войлоков,
также и сукон. „Среди предметов выделки" читаем мы в описании промысла
по важнейшему Ярославскому району—„преобладали не валенки, как теперь,
а поярковые и коровьи шляпы, сукна и войлока". Особенно было развито
производство шляп. В целом ряде городов Ярославской губ. находились
шляпные заводы, вокруг которых, как около центра, группировались кустари-
шляпники. В ХУШ-ом столетии из пределов Ярославской губ. вывозилось
до 20.000 разных валяных шляп. Тоже самое развитие шляпного производства
даже вплоть до конца XIX стол, отмечено и в отношение Семеновского и
*). Губернии: Тверск., Московск,, Ярославск., Владимир., Костром., и Ниже-
городок. (Губ. и уезды везде в старых ацминистрат. границах).
s). Н. Рожков.—Сельское х-во Моск. Руси в XVI в. Москва 1899 г. Глава I.
3) . Уезды: Коломенский, Боровский, Верейский Рузский, Звенигородский,
Волоколамский, Клинский, Дмитровский, Зубцовский, Ржевский, Старицкий, Бе-
жецкий, Кашинский, а также Ростовский, Юрьево-Польский, Муромский и Соли
галичский.
4) . Уезды: Угличский, Пошехонский, Ярославский, Арзамасский, Гороховский,
Нижегородский, Костромской, Галичский, а также западные уезды Новотожрск. и
Тверской.
5) . Н. Рожков.—Там-же.
— 5
других районов1). Нижегородское Заволжье снабжало шляпами почти всю
Россию. Шляпы соответствующего каждому, району фасона отправлялись на
Тверскую, Н вгородскую, Ярославскую, Суздальскую, Московскую „стороны",
шляпы достигали Украины. Особые шляпы валялись для бурлаков, особые
для татар. Что же касается валенок, то таковых до XVIII сгол., повидимому,
в русском обиходе совершенно не существует. По крайней мере, исполь-
зованный нами исторический материал, как будто-бы, дает довольно твердые
основания в пользу такого утверждения. Главной обувью массы крестьян-
ского населения в XVI и XVII веках являются лапти, в сходящие еще ко
временам языческим, |так*е башмаки, сплетеные из прутьев), более же
влиятельные и состоятельные слои тогдашнего русского общества, отчасти
и некоторая более зажиточная часть крестьянства носят кожаные сапоги2).
Валенки следовательно, появляются только в XVlH-ом столетии, а может
быть в самом конце XVII го. Ниже приводим относящиеся к этому вопросу
несколько более подробные данные по двум важнейшим районам валеного
произзодства.
„По преданиям, сохранившимся в некоторых семьях известно, что за
полтора века до нашего времени и даже ранее семеновцы уже славились
валеными изделиями, и тогда они в производстве валеной обуви имели
неоспорим'е преимущество перед производителями всех других местностей
Руси Изделия их отличались особой прочностью и чистотой отделки".8).
Эти сведения являются, однако, несколько псеувеличенными и по словам
А. Карпова—автора статьи „Валяльный промысел в Балахнинском и Семе-
новском районе" — „определенные данные есть только о том, что валяльный
промысел существует не менее 120 лет",4) т. е. другими словами, возник-
новение промысла приурочивается только ко вто ой половине XVIH-ro стол.
В описании катального промысла по Ярослав ксй губ. читаем: Лет за 150
до настоящего времени вся заволжская сторона была и считалась Романов-
ским уездом. В прежнее вэемя здесь овцеводство процветало, и с давних
пор уже начинают появляться два промысла: шубников и валенщиков6).
Согласно данным второй половины XVUI-ro столетия существование вапе-
ного промысла отмечается в тех же самых уездах, которыми образуется
сейчас крупнейший Ярославский валяпьнт-запожный район. Однако, только
в Романовском уезде среди дэугих продуктов валяльного производства выде-
лываются и валенки, в доугих же уездах изготовляются только шляпы, сукна
и войлока. При чем по словам автора „Кустарных промыслов" Яросл. губ.
валка обуви существует более 100 лет только в Сереновской волосги,
являющейся сейчас крупнейшим центром са>оговапяльного Ярославского
района, вд угих же волостях Ярославского уезда промысел возникает гораздо
позже. И в Роман веком уезде, в котором, как уже раньше и было отмечено,
только и изготовлялись вначале валенки, промысел по некоторым другим
данным существует лишь около 100 лет,получив значительное развитие только
в последние 25 лет6). Возникновение промысла падает уже таким образом,
на самый конец XVUI-ro столетия.
J). Куст. пром. Яросл. губ. 1904 г. стр. 329—330. Труды куст, комиссии вып. VI.
стр. 588, вып. II стр. 365. П. Т. Решетников.—Валяльный промысел в Вятском у.
Вятка 1912 г. стр. 3.
2) . Герберштейн. Спб. 1866 стр.80; Флетчер. Спб. 1905 г. стр. 126--127; Маржерет
Спб. 1850 г. стр. 35. Олеарий. Москва 1870 г. стр. 163. Рейтенфельс. Чтения 1906 г.
кн. III стр. 150 — 151. Н. Костомаров. Очерки дом. жизни и нравов великорусского
народа в XVII стол. стр. 294. Д. Разумовский. Государевы певчие дьяки стр. 161.
3) . Нижегор. губ. ведом, за 1850 № 61. Цитиров. по „трудам куст, комиссии".
Вып. VI стр. 387.
’) • Труды куст, комиссии. Вып. VI стр. 587.
5) . Куст. пром. Яросл. губ. стр. 329.
') Куст. пром. Яросл. губ. стр. 329—331.
6 —
К сказанному следует добавить, что валенки, о которых все -Время
идет речь, очень мало походили на то, * что сейчас поинято называть вален-
ками. „Прежде главными предметами заволжского валеного промысла были
шляпы и обувь, но обувь, не такая, как ныне—без голенищ т. е. более
похожая на галоп и, чем на сапоги. Эти сапоги без голенищ назывались
валенками. Все Заволжье валяло шляпу и валенки. С течением времени
производство шляп начало все более и более уменьшаться, а вместо ва-
ленок стали работать сапоги с голенищами 4). И в Ярославском ртйоне
„сначала валяли обувь без голенища, а затем стали выделывать и с голе-
нищами сапоги"2). Настоящие валеные сапоги появляются, следовательно,
гораздо позже. По крайней мере, в Семеновском районе они стали, неви-
димому, выделываться лишь в самом начале XIX стол., при чем сначала
голенище сапога валялось отдельно и потом уже пришивалось к валенке, а
затем—когда это произошло указаний нет—-стали работать целые сапоги.
Честь этого изобретения приписывается Заволжью. „Таким образом," читаем
мы в описании промысла по Нижегородской губернии „вместо вапенок везде
начали работать сапоги, которые вытеснили скоро производство менее
удобных валенок. Ныне валенки работаются в самом незначительном коли-
честве “3).
Эта разница между валенками и сапогами в том смысле, как это здесь
изложено, существовала еще и во второй половине XIX стол. и выражалась
в неодинаковой расценке тех и других. Оказывается, валенки стоили во
второй половине XIX стол. 25—-30 коп. серебром, а сапоги 30—42 коп.
серебром пара4). И лишь позже валенки и валеные сапсги стали синонимами,
место же валенок заняли, очевидно, близкие к ним по форме, валеные
туфли.
Сведения по Семеновскому району Нижегор. губ. для нас особенно
интересны в том отношении, что в них делается попытка пролить некоторый
свет на историю расселения промысла, и мы поэтому считаем необходимым
привести эти места полностью: „Первые поселенцы Заволжья были
раскольниками, спасавшимися от нововведения Петра 1-го (в начале XVIH в.)
Эти то беглецы преимущественно заселяли Заволжье. Очень можег быть,
что москвичи переселенцы и были первыми насадителями валеного промысла
в Заволжье, тем более вероятно, что Московская губерния, как прежде, так
и ныне самая промышленная в России и валяный промысел существовал в
ней даже в виде выделки пуховых шляп, что указывает на давнее посте-
пенное усовершенствование промысла"... “Зимой в 3<волжье приходило и
приходит много рабочего народа с гор (пэавый берег Волги) в Нижегород.
губ. и из соседних губ. (Владимир , Костромск.). Сторонние работники иногда
обучаются валяльному делу и заносят его в свои места—вот причина, почему
валеночный промысел распространяется на соседние губернии"... „Расселение
семеновского промысла уже началось в последнее время. Этот промысел уже дал
начало валеному промыслу в нескольких местностях: в Костромской, Влади-
мирской, Вятской губ., в двух местностях Аэзамасского уезда"5).
По поводу этих указаний надо прежде всего отметить то, что ссылка
автора о времени заселения Заволжья не соответствует действительности.
Некоторые поселения за Волгой были уже в XVI в. Что же касается посе-
ления старообрядцев, то во второй половине XVH в. в Нижегородском
Заволжье (Керженец) встречаем уже значительное количество старообряд-
ческих скитов. В первой же четрерти XVIII века, т. е. в то время, к кото-
»). Труды куст комиссии. Вып. VI стр 587.
-’) Куст. пром. Яросл. губ. стр. 329
Ч Труды куст. пром. Вып VI стр. 588—589.
'-). Крюков. Очерк мануфакт.-пром. сил Европ. России. Спб. 1853 г. стр. 133.
]). Труды куст комиссии. Вып. VI стр. 587—592.
— 7 —
рому приурочивается расселение старообрядцев и возникновение промысла,
значение Керженца, как одного из важнейших центров раскола, наоборот,
падает; переселения с Керженца в другие места достигают значительных
рвзмеров и вместе с тем падает несомненно и хозяйственное значение
этого района1).
С другой стороны, надо отметить также и то, что значение Завол-
жья в передаче технических навыков по валянию подчеркивается всеми почти
исследователями этого промысла в других губерниях, при чем из заволжской
части Нижегородской губ. он прежде всего перекинулся в заволжские же уез-
Ярославской губ. и в первую очередь в Сереновскую волость Ярославского
уезда (являющуюся сейчас центром валяльного промысла в Ярославском рай-
оне), а также и в Тверскую губ., несколько позже (в 40-ые годы) во Влади-
мирскую губ., еще позже (в 60—70-е годы), в Костромскую губ. (в Махловск.
волость, Юрьевецкого уезда—центр Кинешемско-Юрьевецкого района), но уже
не из Нижегородской губ., а, по некоторым версиям, из Ярославской 2).
Последнее указание относительно возможности занесения промысла в
Костромскую губернию из Ярославской несколько колеблет значение заволж-
ской части Нижегородской губ., как единственного центра,1 откуда валеное ис-
кусство расселилось по другим местам. С другой стороны, факт существования
в Москве выделки пуховых шляп, а Москве первой половины ХУШ-го века это
искусство уже, действительно, было известно 3), еще не дает твердых оснований
считать выходцев из Москвы насадителями валеного промысла в Заволжье.
Ответить, поэтому, как обстояло дело в действительности, за отсутствием
более подробных данных, трудно. Но в поисках этого ответа мы хотели бы
отметить некоторую возможность иной постановки вопроса о возникновении
валяльного промысла, которым по нашим не совсем полным подсчетам было
занято до войны в пределах Европ, России (без Арханг., Астрах., Оренб. губ.
Обл. В/Д и Уральской) 90.434 челов. с суммой производства более 17 мил.
довоенных золотых рублей.
Выше мы констатировали довольно раннее развитие валяльного ис-
кусства у славян. Тем не менее факт распространения полстовапов (войлоч-
ников) в южных городах (Тула, Калуга, Козельск) невольно наталкивает
мысль о возможном влиянии степи, о влиянии тех кочевников, выходцев из
Азии, которые уже с половины X века стали тревожить Русь своими на-
бегами,—кочевников, в жизненном обиходе которых войлок и всевозможные
войлочные изделия пользуются, как известно, чрезвычайным распростране-
нием, Если это влияние и нельзя мыслить, в силу сказанного выше, как
простую передачу самих технических навыкоз, то, во всяком случае, это влия-
ние, в смысле известного только импульса к развитию той или другой ветви
валяльной промышленности, полагаем несомненно могло сказаться. Из этих
кочевников влияние татар было наиболее длительным и глубоким. И вот
оказывается, что еще в XIII веке татаре носили войлочные башмаки4), а та-
тарские поселения, более или менее значительные, временные или боле-
длительного характера, мы можем констатировать во всех важнейших мее
стах сосредоточения сапоговаляльного промысла. Не говоря уже о татар-
ских поселениях в Казанской губернии, татаре в XVI веке широким пото-
ком хлынули в соседнюю Вятскую губернию. Больше всего их в Малмыж-
i). П. С. Смирнов. Споры и раздел в русском расколе в первой четверти
XVIII в. Спб. 1909 г. стр. 31—41,
2) Труды Куст, комиссии. Вып. VI, стр. 588. Промыслы Ковр. у Влад, губ
1901, стр. 69. Промыслы Яросл. г. стр- 331. Краткий очерк кустр. пром. Юрьев, у
Костр. г. 1913, стр. 23. Исслед. куст. пром. Сар. губ. Вып. 11, стр. 130.
3) Материалы для истории, археологии и статистики гор. Москвы. 1884 г.
Часть 1, стр. 49.
4) Рубрук , стр, 101.
8 —
ском, Уржумском и Епабужском уездах, т. е. в уездах с довольно значи-
тельным сапоговаляльным производством. В Романозо-Борисоглебском уезде,
входящем в состав крупнейшего Ярославского района, и где впервые в этом
районе, как уже было выше указано, началась валка обуви, татаре посели-
лись еще со времени татарского ига. Во второй половине ХУ1П столетия
оставшиеся в Романове мурзы были переселены в Кострому, а Ю ьевец
(уезд входит в Кинешемско-Юрьевецкой район) во 2-й половине XVI ст. от-
дан был в удел астраханскому царевичу. В том же XVI веке татарские по-
селения были и в Твери, Торжке, Московской губернии (Серпухове, Мо-
жайске, Звенигороде), откуда промысел будто бы был занесен в Заволжье
и, наконец, и в Нижнем Новгороде1). К этому надо еще добавить и то об
стоятельство, что поселяемые татарские мурзы являлись местами, как, на-
пример, в Романовском уезде, крупнейшими помещиками2), имели, несом-
ненно, дворни с соответствующим штатом мастеров из дворовых людей
среди которых могли быть и валяльщики обуви.
В связи со сказанным и возникает вопрос, не могли ли служить вой-
лочные башмаки, употреблявшиеся татарами еще в XIII веке и, несомненно,
и позже, прототипом для тех первоначальных валенок, которые, в сущности
говоря, очень мало отличались от башмаков. Экономическое положение кре-
стьянства со временем все ухудшалось. В употреблении были дешевые лапти
и дорогие сапоги. И вот в поисках за более дешевой и в то же время теп-
лой обувью мысль могла остановиться на войлочной обуви живших бок о
бок с ними татар, обуви, давшей начало современным валенкам.
Это предположение о татарском происхождении валеной обуви полу-
чает, кроме сказанного, еще следующее некоторое обоснование.
В процессе изготовления валеного сапога, шерсть проходит, так назы-
ваемую, стадию изготовления колпака. Колпак—это форма будущего сапога.
Между тем, слово „колпак"—заимствовано из тюркского наречия3), что, в
свою очередь, указывает на возможную связь с татарами, как с одним из
представителей тюркского племени.
Но татары были также на Литве, были и в юго-западной России, а
по имеющимся у нас литературным св’дениям промысел там почти совершенно
не существует. 06‘яснение этому, как нам, кажется лежит в полном отсут-
ствии экономической базы на Литве для развития сапоговаляльного промысла.
Общие социально-экономические причины, вызвавшие развитие промы-
словой деятельности крестьянского земледельческого населения в достаточ-
ной степени выяснены. Но кроме этих причин, общих для всех вообще про-
мыслов, для развития сапоговаляльного промысла и для определения его
географии имелись особые причины.
В ряду этцх причин прежде всего следует отметить климатические
условия, особенно господствующие на севере и востоке, т. е. в местах на-
ибольшего географического распространения сапоговаляльного промысла. Низ-
кие температуры, продолжительные и суровые зимы должны были побудить
население к изысканию более теплой обуви, чем лапти.
Помимо этой главной причины были однако, и другие.
Обращает на себя внимание тот факт, что губернии наибольшего раз-
вития валяльного промысла в то же самое время являются губерниями на-
’) Энциклопедии, словарь Брокауз-Ефрон, т. VII а, стр. 735, т. XXI, стр. 36, т.
XXVII, стр. 47, т. XII, стр. 433 Павел Смирнов. Города Московского государства в
первой половине XVII века, Киев. 1917, т. I, стр. 80—90. Перетяткович. Поволжье в
XVI и XVII веках Москва 1877, стр. 150.
2) П. Смирнов. Города Моск, госуд. в первой половине XVII в. Киев. 1917 г.,
т. I, стр. 80—90.
3) R. Преображенский. Этимологический словарь русского языка. Москва
1914 г. Т. 1 стр. 338—339.
9 —
ибольшего развития промысловой деятельности
вообще.
населения
Число всех кустарей
на 10.000 населения
Число валяльщиков
на 10.000 населения.
Между этими двумя
90,4
моментами
крестьянского
774,9
к
я>
СК
СО
ьз*
Q сх о
S о о у ьз 03
о т о св
сх CD Св CU S t
со 0) о. о
о S св со О) о
£. н с сх СК
380,7 363,6 305,2 245,1 164,0 152,9
62,8 780 16,8 15,6 22,0 24,6
существует,
несомненно,
осенне-зимние
причинная
зависимость. Продолжительный рабочий день в осенне-зимние месяца, на
которые, главным образом, падает промысловая деятельность сельского на-
селения, в часто холодной кустарной избе должен был пред'являть сильный
спрос на теплую обувь. Кроме того, некоторые промыслы, имеющие силь-
ное распространение на севере и северо-востоке России должны были, в
свою очередь, содействовать развитию производства теплой обуви. Мы имеем
в виду извозный промысел и поомыслы по обработке леса, как занятия по
преимуществу зимние Извозный п омысел был весьма распространен
в XVI и XVII стол.; зимние дороги в древней Руси были наиболее удоб-
ными путями сообщения. Разчозился хлеб из наиболее плодородных
ностей, развозились товары из Нижнего, уже в ту пору ставшего
иым местом для товаров, следовавших как с севера, так и с юга1). С про-
ведением железных дорог этот вид извозного промысла пал, но в свое
время влияние его на развитие вапеного промысла, в смысле пред‘явления
спроса на изделия последнего, несомненно, должно было сказаться. Про-
мыслы же, связанные с обработкой леса, сохраняют свое значение и до сих
пор. С началом зимы как только выпадает снег, в местах, богатых лесом,
закипает жизнь: идет валка и возка леса к бл*зь лежащим пристаням для
сплава с началом надвигации. Ряд промыслов, связанных с получением
продуктов химической обработки дерева, как углежжение, дегге и смоло-
курение, сухая перегонка, производится главным обра,ом. зимой, а подго-
товка самого лесного материала начинается осенью, примерно, с сентября
месяца. Все эти промыслы, как базирующиеся на нетранспортабельном
сырье, приурочены к местам богатым лесом (Вятск,, Костромск, Нижего-
родок и др.), а губернии, с широким распространением валяльного промысла
в то же время по лесистости занимают чуть
еще
мест-
складоч-
ли
не первое место в ряду других.
' 'о лесистости (1906 г).
Валяльщиков на 10000
населения ....
Связь несомненная,
12
О
со
81,8
ы’
о
S
а.
<и
С
57,
22,о
s
ы'
<D
46,«
m
41,1
90,4
38.2
К
30,7
30,2
62,8
несколько
относительно
78,0
другими
плотно
24,g
экономическими
населенных и
Для полного
16,8
36,2
затемненная
моментами, имеющими место в таких
промыщпенных губерниях, как Костромская, Ярославская,
понимания географии промысла нам необходимо еще остановиться на одном
моменте, именно на проблеме сырья.
’) Н. Костамаров. Очерк торговли Моск. Госуд. в XVI и XVII стол. стр. 114,
144, 233.
10
В первое время по возникновении промысла он был в достаточной сте-
пени обеспечен местным сырьем. Но быстрое его развите уже очень скоро
привело к тому, что правильная доставка сырья, в данном случае шерсти,
стала определяющим фактором производства. Производство стало обслужи-
ваться привозным сырьем через Нижегородскою ярмарку, ставшую скла-
дочным местом для сырья—шерсти1). Нижегородский. Кинешемс*о-Юрьевец-
кий и Ярославский районы, в виду их большей близости к ярмарке, имели
возможность скорее перехватывать шерсть, чем далее стоящий Калязинский
район Тверской губернии. Помимо этой дальности Калязинского райна от
рынка сырья, условия снабжения сырьем ухудшались еще и тем, что пра-
вильное сообщение по Волге бывает только до Рыбинска, выше же, вслед-
ствие мелководья, оно часто приостанавливается. С ростом мелководья до-
ставка сырья и вывоз готовых продуктов затруднялись и удорожались по
сравнению с другими соседними районами, опиравшимися на дешевые вод-
ные пути. В результате, Тверской край, который как мы видели выше, сла-
вился своими валеными изделиями еще в ХУП-столетии, должен был усту-
пить свое место другим районам, поставленным в более благоприятные
условия, а технические навыки, имевшиеся на месте, должен был исполь-
зовать в отхожей форме, направив отхожих валяльщиков в северо и юго-
западные губернии, не обслуживаемые валяльным отходом из других мест.
Таким образом, география сапоговаляльного промысла обусловлена це-
лым рядом предпосылок как естественно-исторического, так и экономического
порядка. Этих предпосылок не было на Литве, не было в других местах
северо-запада й и юго западной России, где были татаре. В результате
чего, мы там и не имеем соотвествующего развития промысла.
Тем самым приходим мы к выводу, что приурочение возникновения
промысла исключительно к Заволжью, следует считать, повидимому, не до-
статочно обоснованным. Может быть гораздо правильнее считать, что валка
обуви возникла одновременно в нескольких местах его теперешнего разви-
тия и сосредотечения в прошлом татарских поселений. Особенное же раз-
витие промысла в Семеновском районе, очевидно,следует поставить в связь
с географическим положением этого района относительно такого важного
пункта в смысле доставки сырья и сбыта изделий, каким давно стал Нижний.
В этом предположении о татарском происхождении обуви, в связи со
сказанным, как будто рискованного мало. Мы, однако, не настаиваем на
своем предположении. Это можно будет сделать лишь по привлечении бо-
лее обширного материала, чем мы имеем возможность использовать. В ча-
стности, укажем, что у нас не было совершенно под руками литературных
материалов по Казанскому району, весьма интересному для освещения раз-
виваемой здесь точки зрения.
Но если бы последняя оказалась соответствующим действительности,
то тем самым наша традиционная точка зрения об исключительно отрица-
тельном влиянии татар на русскую жизнь ~ должна быть признана слишком
односторонней и дополнена изучением также и положительного, если можно
сказать, влияния татар на хозяйственную деятельность русского населения.
Изучение этой стороны влияния инородцев на нашу жизнь представляет,
повидимому, еще обширное поле для исследований. Укажем хотя бы на вы-
воды, к которым недавно прищел проф. Н. И. Вавилов, установивший связь
полбяных посевов с народами тюркского племени—чувашами, татарами 2) В
связи с этим мы полагаем, что наша постановка вопроса не лишена научно-
го интереса.
Е. И. Шлифштейн.
’) Материалы к оценке земель Нижегород' губ. Выл. XI. Стр. 178.
-) Н. И. Вавилов. Полевые культуры Юго-Востока. Ленинград 1952 г. стр. 59-
11
К истории Волжского транспорта в конце XVII-ro века.
Три важнейшие города Нижне-Волжской области—Астрахань, Царицын,
и Саратов,—имея каждый свою собственную хозяйственно-бытовую физиономию,
вместе с тем как бы дополняют друг друга, в совокупности являясь выра-
зителем экономической сущности нашего края. С древнейшей эпохи и до
наших дней Астрахань служит исходным пунктом великого торгового пути,
связующего значительную часть европейских стран с торгово-промышленными
центрами внутренней Азии и Прикаспийских стран. Вместе с тем также,
втечение долгого ряда веков, она представляет собою крупнейший центр
добывающей промышленности в виде Волжско-Каспийского рыболовства и
частью д бычи соли в прилегающем к ней районе.
Не менее давно осознано и значение того пункта, где Волга и Дон
наиболее сближаются друг с другом и лишь узкая переволока отделяет два
великие водные пути, ведущие с одной стороны в глубины Азии, а с другой
к берегам Средиземного моря. И здесь, как на устьях Волги, мы с древней-
ших времен видим ряд последовательно сменяющих друг друга городских
поселений, значение которых базировалось на положении в узле путей с
запада на восток и с севера на юг, пересекающихся как раз в этом
пункте.
Гораздо скромнее на первых порах значение Саратова, заключающееся,
главным образом, в том, что, будучи ближайшей по сухому пути точкой сред-
него и нижнего течения Волги по отношению к центру Европейской России,
он естественно стал играть роль перевалочного пункта для грузов, следующих
сухопутьем от низовьев Волги в промышленную область и обра'но. В зави-
симости от этого скромна и генеалогия Саратова. Если Астрахань является
прямой наследницей хазарского Итила и золотоордынского Хаджи-Te хана;
если Царицын находится в ближайшем родстве, б. м., с Геродотовским Гелоном
и уже несомненно с так называемым Бельджаменом и великолепным Сараем,
то в тумане средневековья едва намечается предположение, что та излучина
Волги, где лежит Саратов, и до основания его имела уже некоторое
торгово-промышленное значение.
Если бы все содержание жизни наших нижне-волжских крупных горо-
дов исчерпывалось единственно их положением на торговых путях, то
Саратову, быть может, надолго была бы суждена лишь второстепенная
роль. На самом деле мы видим, что он постепенно занял первенствующее
положение. Одна из главнейших причин этого та, что он кроме того и
естественный центр наиболее богатой производительными силами и наиболее
густо населенной части Нижне-Волжской области. Такой приоритет начал
отчетливо выявляться сравнительно поздно, но роль Саратова, как перева-
лочного пункта, обозначается уже с XVII века.
Нет надобности доказывать, насколько важно, не в интересах местного
патриотизма, но для выявления во всех подробностях картин экономической
жизни России за разные периоды ее существования, детальное выяснение
роли нашей Нижне-Волжской области в этом отношении. К сожалению,
историк хозяйственного быта, посколько интересы его соприкасаются с этой
областью и направлены к эпохе более или менее удаленной от современности,
наталкивается на досадное отсутствие фактического документального мате-
риала. Особенно досадно такое отсутствие документального материала в тех
случаях, когда от общих широких концепций мы пожелали бы перейти к
уяснению частностей хозяйственной жизни нашего Поволжья, к выявлению
деталей аппарата, которыми осуществлялась эта жизнь. Мы знае«, например,
в общих чертах, что в связи с расширением торгового оборота уже с XVI
12 —
века сильно развивается судоходство по Волге, но в нашем распоряжении
почти совеэшенно нет данных, позволяющих уяснить подробности постановки
волжского судоходного транспорта. Указанная выше роль Саратова, как
перевалочного пункта, подсказывается главным образом, лишь косвенными
соображениями, т. к. прямых указаний на это почти не сохранилось. Печатая
ниже сего несколько документов, извлеченных петом 1923 г. из Московского
Государственного Архива, мы и имеем в виду хотя бы до некоторой степени
восполнить ощущающийся пробел.
Предоставляя полное использование их на долю лиц, более осведомлен-
ных в вопросах экономического порядка, мы ограничимся лишь самыми
общими указаниями на те стороны хозяйственной жизни нашего Поволжья,
которые, быть может и весьма поверхностно, освещаются публикуемыми
документами. Но предварительно считаем необходимым хотя-бы в нескольких
словах остановиться на том фонде, из которого они заимств ваны. Фонд
этот представляет собою часть личного архива одного из крупнейших капи-
талистов и предпринимателей конца XVII века К. П. Калмыкова*). Не ясно,
каким образом личный архив Калмыкова попал в архив Посольского При-
каза, но при ознакомлении с ним делается очевидным, что мы имеем дело
лишь с незначительною частью той массы всякого рода хозяйственных
переписок, которая должна была образоваться в результате многолетних и об-
ширных торгсво-пр"мышленных опеэаций их бывшего владельца**). В большин-
стве случаев он выступает в роли правительственного „промышленника", ве-
давшего казенными насадными и рыбными промыслами на средней и нижней
Волге. Но вместе с тем он является и крупным подрядчиком по транспорту
казенных грузов. Так, например, он взялся втечение целого ряда пет
ежегодно сплавлять на низ по 61.000 четвертей разного хлеба. Он же по-
ставлял на низ и в /Азов вино, а с низу казенную рыбу и соль. Как будто
бы на его же обязанности лежало и собирание с населений верховых
уездов следующего в казну хлеба, который им затем перевозился в низовые
города. Для производства всех подобных операций Калмыков имел довольно
сложный административный аппарат с своими под’ячими и т. п. Наряду с этим
он имел и собственные торгово-промышленные предприятия. До 202 года Кал-
мыков вел дело вместе с братом Федором, а по смерти последнего по отно-
шению к части своих операций вошел в компанию с двумя лысковцами. Сохра-
нись архив Калмыкова полностью—перед нами был бы ценнейший и един-
ственный в своем роде материал по истории хозяйственных отношений в
нашем Поволжье за последнюю четверть XVII века. Но и то немногое, что
дошло до нас, имеет свою .цену, особенно при указанной выше скудости
источников по данному вопросу.
Первый из печатаемых документов,***) озаглавленный: „Книга великих
государей дворцового насадного промыслу промышленника Клима Прокопьева
сына Калмыкова прикащика его Ивана Тарского. А в ней писан на три
гребных струга на Саратове на сплав до Астрахани наем кормщикам и водо-
*) В большинстве случаев в документах он фигурирует под именем Клементия
Прокофьевича; но сам, в тех случаях, когда ему приходится говорить о себе, а
также в подписях, он именует себя Климом. Подробности о торговых предприятиях
Калмыковых см. в посмертной работе Е. 3. Вулих „Из мира торговых отношений в
Москве XVII века" (Сборн. „Россия и Запад" 1, 57—90). Летом 1924 г. нам удалось
в б. Московском Архиве Юстиции ознакомиться со столбцами, послужившими Вулих
материалом для ее статьи; но надежда найти в них что либо дополняющее печа-
таемые ниже сего д-ты, не оправдалась.
**) Об обширности коммерческой переписки можно судить хотя бы по тому
огромному перечню, главным образом, долговых документов, которые после смерти
брата К. П. Калмыкова подлежали передаче вдове покойного..
***). Из архива извлечена только часть документов, касающихся личности и
деятельности Калмыкова, относящаяся непосредственно до нашего Поволжья.
— 13 —
ливам и работным людям, врознь по статьям", представляет собою небольшую
тетрадь (20 листов) в полдесть со списком судовых рабочих, подряженных
Тарским на кесенний караван 1 марта 1695 г. При каждом имени приведен
размер договорной платы, сумма выданного задатка, имена поручителей, а
также ряд записей о последующих денежных выдачах и сумма окончательного
расчета в Астрахани. Попутно встречаются и другие отметки, имеющие
отношение к денежной отчетности. Несмотря на такую несомненную сухость
документа, фактическое содержание его гораздо значительнее, чем может
показаться с первого взгляда. Еще раз оговариваемся, что отнюдь не имеем
ввиду здесь всестор ннего использования источника, но даже и беглый раз-
бор ег) дает возможность наметить несколько вопросов, на которые он дает
как бы некоторые ответы. Так, принимая во внимание, что судоходство у
Саратова обычно начинается не раньше половины апреля по старому стилю,
мы можем заключать, что и в конце XVII века наем судовых рабочих на
Волге производился задолго до открытия навигации, еще в конце зимы.
Рабочие каждого отдельного струга представляли артель, причем имена
большинства поручителей говорят за то, что интересы нанимателя обеспе-
чивались круговой порукой. За то, что в данном случае мы имеем дело с
аотелью, говорит не только употребление этого слша в документе, но и
одинаковость размеров наемной платы, разного рода выдач и окончательног >
расчета в Астрахани. Артель имела и общее хозяйство, поскольку речь идет
по крайней мере о прокормлении в пути. Размер заработка судового рабочего
не может быть отчетливо уяснен только цифрой подрядной цены; требуется
сопоставление ряда цифр, характеризирующих не только сумму заработка
других категорий рабочих, цен на продукты потребления и т. п. Но взе же,
повидимому, заработок был невелик. Характерно явно сквозящее из записей
стремление рабочего, получить авансом возможно большую часть дог вооной
платы вв де задатка, всегда значительно превышающего размер окончатель-
ного расчета. Весьма возможно, что и в XVII веке в данном случае дейст-
вовали те же причины, что и два века спустя. Нельзя не обратить внимания
и на недобросовестность рабочих в выполнении принятых обязательств,
выражающуюся в бегстве с работы.
Помогает наш документ до некоторой степени уяснить и технику судо-
ходства по Волге в то далекое от нас время. Благодзря тому, что мы
получаем возможность точно установить число рабочих на каждом судне,
весьма неясный доселе термин гребной струг получает конкретн е содер-
жание. Словарь волжских технических судоходных терминов не только по-
полняется, но и самые термины получают д >кументальное об'ясчение. В
заключение можно указать на ряд мелких, но не лишенных интереса заметок
уже чисто бытового характера.
Непосредственно к первому документу примыкает и второй, представ*
ляющий расписку Г. Вотложемских в принятии >озяйской клади на струга.
Из сопоставления обоих документов видно, что струга, снаряжение которых
началось в марте, фактически отправлены из Саратова не раньше 4 мая.
Любопытны и цены, стоявшие в то время у нас на разного рода продукты.
Третьим мы помещаем документ, хотя и отделенный от первых двух
хронологически, но св занный с ними внутренним содержанием. Это—
поручная запись от 13 сентября 1699 года, выданная астраханским
прикащикам Калмыкова в исправнсм выполнении принятых на себя
обязательств рабочими, подрядившимися на струг от Астрахани до Саратова.
Здесь, по сравнению с первым, особенно подробно рисуются условия
найма и те обязанности, которые возлагались обычаем на судового рабочего.
В общем плата значительно выше чем в первом случае, что может
об'ясняться или большею трудностью работы на судне, идущем против воды,
или же необходимостью спешной доставки груза ввиду позднего времени
14
года и возможности ледостава в пути. Между прочим бросается в глаза
пункт, предоставляющий хозяину право н называть рабочих по своему
усмотрению, а также явствующее из текста документа огсутствие каких
либо обязательств на случай нападения на судно воровских людей. Как
изаестно, в XVIII веке закон прямо предписывал в подобных случаях
активное,вмешательство в пользу хозяина.
Дальше мы помещаем письмо саратовского прикащика к Калмыкову
от 19 декабря 1699 года, любопытное теми подробностями, которые
содержатся в нем по в просу о сухопутном транспорте рыбы от Саратова
до Моск’Ы. За недостатком времени не могли быть в полной мере исполь-
зованы непосредственно связанные с письмом кладовые записи (что соответ-
ствует современным , накладным) и ряд договоров с подводчиками. Об
участии в сухопутных перевозках Саратовских жителей нам известно из
других источников, но оказывается, что потребность в транспортных
средствах далеко не удовлетворялась только местными средствами. В данном
случае, например, возчиками являются главным образом, как явствует из дого-
воров, крестьяне разных сел и деревень Краснослободского уезда, Троицкого
присуда. Рыбная кладь являлась д?я них не единственной целью поездки
в далекий Саратов. Как показывают кладовые записи, большинство из них
запасались в Саратове солью и притом в количествах, очевидно превы-
шающих собственную потребность (от 2 до 20 пудов на подводу). Из того
обстоятельства, что подряд по дсставхе рыбы взят только до Красной
Слободы, а далее до Москвы приходилось рядить других подводчиков, можно
догадываться, что именно за солью то они й приезжали в Саратов, а
рыбная кладь была как бы дополнительным заработком *). Не лишено
интереса определение размера груза на одну п' дв ду: рыбы клали „весом
против штисот стерлядей". Любопытно и направление сухопутной дороги
на Москву:—она шла через Троицкую слободу, считавшуюся на половине
пути от Сарате ва до Москвы.
В заключение помещается два письма царицынского прикащика Кал-
мыкова, интересные для нас главным образом в бытовом отношении. При
чрезвычайной скудости документов подобного рода для нашего Поволжья,
думается, что и о^и не лишены значения. А также выписка из проекта
договора на поставку вина, характеризующую размер потребления этого
продукта в некоторых из наших городов.
А. Гераклитов.
№ 1. Книга по Саратову Ns 1,
(1)—7203-го году марта с 1-го числа книга великих государей двор-
цового насадного рыбного промыслу промышле* ника Клима Прокопиева
сына Калмыкова прикащика его И <ана Тар(ского?), а в ней писан на три
гребные струги на Саратове на сплав до Астрахани наем кормщикам и
водоливам и работным людям врознь по статьям.
(2)—На дву больших стругах кормщик саратовский житель Федор
Данилов сыч Мосеев; ряда ему во 8 руб. с полтиною; задатку дано той
же его ряды 4 руб. 8 ал. 2 ;,е. П рукой по нем саратовцы стрельцы Иван
Павлов Малыков, Яков Данилиев Березин, Степан Семенов Саламыков,
Алексей Ф.-дотов Орешников, Федор Васильев Шатченин, да работный
*) Еще в конце XVIII в. извоз соли из Саратова играл важную роль в хозяй
ственной жизни дворцовых сел, тянувших к Троицку. (См. Известия Тамбовской
арх. к-сии, вып. XXXIV, I, 43).
15 —
человек Леонтий Гаврилов Муромец. Мая в 25 день на Царицыне за Федера
кормщика издержано воеводе и под'ячим, приставам и караульщикам 31 ал.
4 де. и взята на него расписка на Сарпинский остров урокил (?) струг в
замет и с стался на Царицыне за своим делом.
Дано за коомщика за Федора в харч 13 ал. 2 де. В его место нанят
на корму Игнатий Вас ... ев Долгой, ряда ему полтора рубли с гривною
и за ... . наша дано задатку 16 ал. 4 де., достали дано........Астра-
хани ..........................................................
(2 сб.1—На первом гребном стругу водолив нижегородец Петр Сидо
ров Шига; ряда ему полтора рубли; задатка дано 25 ал Порукою по нем
того же промыслу водолив Гарасим Терентьев Долина—да ямской охотник
Назар Меркурьев Замятнин.
Захворал на Саратове, не работает. На поруках задаток зачтен у пос-
ледний разделки.
Вместо его пущен Иван Петров сын Сконаков; ряда ему 1 руб. 25 ал.
2 де.; задатка дано 25 ал. 2 дз.
Бежал в заделке.
В его место пущен работник с Далинина струга Леонтий Кононов
Пришвин, прибавлено ему сверх работницей записи пять алтын. Дал Гришка 1 г.
Положено в харч за него 13 ал. 2 де.
Достали дано в Астрахани 18 ал. 5 де.
(3)—1. Десятник Яков Семе-ов сын Пышкин; ряда ему 43 ал. 2 де.;
задатку дано 21 ал. 4 де.; порука по нем саратовский житель Яков Петров
Кудрявцев.
Сей работник Яков Пышклн переведен на малый кладной струг от
Саратова до Царицына на корму; в его место нанят в работу Осип Иванов;
ряда ему 16 ал.; задатку дано ему 1 гр.; достали дано 8 а, 1 де.
2. Федор Иванов Белотел, ряда ему 43 а; задатку дано 21 а. 4 де.;
порукой по нем работный человек Андрей Гаврилов Клок.
S его место пошел Леонтий Кононов Пришвин втуж ряду и задаток
(ему ж дано 4 а в Саратове). Сей работник переведен вопило вместо
беглого Ивана Скорняка; в его место нанят Данило Марков; ряда ему
тридцать алтын 2 де.
(3 об.)—3. Андрей Гаврилов сын Клок; ряда ему сорок алтын с грив-
ной; задатку дано 21 а. 4 де.; порукой по нем работный человек Лука
Никитин сын Козел. Ему ж дано на Саратове 4 а. 3 де.
Ему ж на Царицыне дано на харч и на Черном Яру и в Астрака-
ни 6 а.
Достали в Астрахани 11 а. 1 де.
4. Филимон Фалилеев сын Сужении; ряда 43 а. 2 де. (з)дано21 а.
4 де‘; порука—саратовский житель Петр Дмитриев сын Морщинов.
Ему ж дзно 4 а. 3 де
Ему ж дано на харч от Гришки 6 а.
Достали дано в Астрахани 11 а. 1 де.
(4)—5. Алексей Иванов Дубровской; (р) 43 а. 2 де.; порука работные
люди сего же пэомыслу Яков Пышкин, Михайло Седельников (з) (д) 21 а
4 де. Ему же 4 а. 3 де.
Бежал на Царицыне.
В его место нанял Самарца Лариона Матвеева; поряжено 18 алтын.
Ему Гришка дал на харч 6 а.
Дослали дано в /Астрахани 12 а.
6. Федор Андгеев Петров, (р) ему 43 а. 2 де. (з) дано 21 а. 4 де.;
порука по нем саратовский житель Афанасей Алексеев Плотников.
Ему же дано 4 а. 3 д.
Ему же дал Гришка на харч 6 а.
16 —
Достали дано в Астрахани И а. 1 де.
(.4 об.) —7. Василий Дмитриев Щепецкой (р) ему 43 а. 2 де. (з) дано
21 а. 4 де.; порука—работный человек Петр Григорьев сын Вешников.
Ему же дано 4 а. 3 де.
Ему же дал Гришка на харч 6 а.
Достали в Астрахани 11 а. 1 де.
8. Михайло Тимофеев сын Сидельников; (р) 43 а. 2 де. (за) 21 а.4 де.
порука—саратовский житель Иван Давыдов сын Охалин.
Бежал на дороге.
Ему же дал Гришка на харч 6 а. Зачесть деньги самарцу у разделки
6 а. Якиму Никитину.
В его место нанят на Царицыне самарец Яким Никитин сын Пасту-
хов; ряда ему во 18 а.; задатка дано 1 гр.; ему же в Астрахани дано 6 де.
Достали 17 а. 4 де.
(5)—9. Григорий Григорьев сын Костоус; (р) 43 а. 2 де. (з) 21 а. 4 де.;
порука Саратовский житель Андрей Левонтьев сын Портной. На Саратове
4 а. 3 де.
Ему ж на Царицыне дал Гришка на харч 6 а.
Достали в Астрахани 11а. 1 де.
10. Иван Иван в Алферов; (р) 43 а. 2 де. (з) дано 21 а. 4 де.; по-
рука ратники (sic!) сего промыслу Яков Пышкин, Андрей Клок.
На Саратове 4 а. 3 де.
Ему же дано 6 а. на харч.
Достали ли дано в Астрахани И а. 1 де.
(5 об.)— 11. Павел Петров сын Меньшей; (р) 1 ру 10 ап (з) дано
21 а. 4 де.; псрука сего же промыслу водолив Назар Меркурьев сын За-
мятнин.
На Саратове 4 а. 3 де.
Ему же на Царицыне дано на харч 6 а.
Достали в Астрахани 11 алтын 1 де.
12. Степан Никифоров сын Потема; (р.) 1 ру 10 а. (з) дано 21 а. 4 де.;
порука сего же промыслу р >тник (sic!) Григорий Григорьев сын Костоусов.
На Саратове 4 а. 3 де.
Ечу же на Царицыне дано на харч 6 а.
Достали дано в Астрахани tl а. 1 де.
(6) —13. Семен Илъин сын Галкин, (р.)1 ру. 10 а. (з) (д) 21 а. 4 де. по-
рука сего же промыслу кормщик Лука Никитин сын Кизыл.
На Саратове дано 4 а. 3 де.
Ему же на Царицыне дано на харч 6 а.
Достали дано в А .трахани 11 а. 1 де.
14. Михайло Федоров С сок; (р) 1 ру 10 а. (з) 21 а. 4 де. порука сего
же промыслу работники Яков Пышкин, Андрей Клок.
На плаву утонул; в его место работал на малом стругу Захар Гаври-
лов Плехан, потому что снят был ярус.
Ему на Царицыне дано на харч 6 а.
(6 об.)—17. Федор Федоров Киселев; (р) 1 ру 10 а. (з) 21 а. 4 де.;
порука Саратовской Горной слободы житель Марка Мартынов Кузнец.
На Саратове 4 а. 3 де.
Ему же на Царицыне на харч дано 6 а.
Д стали дано в Астрахани 11 а. 1 де
18. Яков Федоров Елфимов; ( ) 1 ру 10 а; (з) 21 а. 4 де.; порука —
сего же промыслу работник Яков Семенов сын Пышкин.
На Саратове 4 а. 3 де.
Ему ж на Цариц-не дано на харч 6 а.
Достали дано в Астрахани—11 а. 1 де.
17 —
(7)—'.5 Тимофей Дмитриев сый Микулин; (pj 1 ру 10 а.; (з) 21 а.
4 де.; порука—сего промыслу работник Павел Петроа сын Меньшей.
На Саратове 4 а. 3 де.
Ему ж на Царицыне на харч дано 6 а.
Достали дано в Астрахани 11 а. 1 де.
16. Епифан Степанов Абаимов; (р) 1 ру 10 а. (з) 21 а. 4 де.; порука
сего же промыслу работники Яков Пышкин, Андрей Клок.
На Саратове 4 а. 3 де.
Ему же на Царицыне дано на харч 6 а.
Достали в Астрахани 11 а. 1 де.
(7 об.).—Мая в 26 день на Царицыне вместо саратовца кормщика
Федора Данилова сына Мосеева нанял на другой струг кормщика на большую
корму Матфея Яковлева сына Гребеньщичова; ряда ему на сплав до Астра-
хани полтора рубли; задатку ему дано по записи 16 а. 4 де. Ему ж дано
1 г.; ему ж на Черном Яру дано 6 де.; Ему ж в Астрахани дано 9 а.; Ему
ж дано -6 ле.
За кормщика на Царицыне в харч положил гривну.
(8)—На другом стругу водолив нижегородец Гарасим Терентьев сын
Долина; ряда ему полтора рубли; (з) 25 а.; порука сего же промыслу водо-
ливы нижегородцы Петр Сидоров сын Шига, Назар Меркурьев сын Замятнин.
Ему ж на Царицыне дано 1 г.; ему ж в Астрахани дано 10 де.; ему
ж дано 3 а.; всего 8 а. 2 де.
На нем же зачтено по поруке за хворого вод лива за Петра Шигу
задатка 12 а. 3 де.
Положено за него в харч 13 а. 4 де.
За него ж в харч положил на Царицыне 1 г.
Достали дано 4 а. 1 де.
(8 об.)—Работники на другом стругу. Десятник Иван Петров Скорняк;
(р) 1 р. 10 а; (з) дано 21 а. 4 де.; порука—Казанской Богородицы, что на
Саратове, строителя келейник Иван Ильин сын Меньшей. Им же дано сверх
задатков на всю артель 1 ру 26 а. 4 де ; да взято на всей артели за 3
подводы, что в заделье возили хлеб 6 а. Им же даны 21 а. 4 де. у Отложен-
ского в даче и им деньги разочтены под всякого человека написаны.
Сей работник переведен водоливом вместо Петра Шигина.
Ему ж дано 4 а. 5 де.
Ему ж дано на харч на Царицыне, на Черном Яру и в Астрахани
3 а. 2 де.
В его место пушен Илья Иванов сын в ту ж ряду и задаток.
Достали дано в Астрахани 13 а. 3 де,
(9)—2. Иван Ларионов сын Ерш; (р) 1 ру 10 а.; (з) 21 а. 4 де.; по-
рука сего же промыслу работник Иван Петров сын Скорняк. Ему ж сверх
задатку 10 а. Ему ж дано 4 а. 5 де. Ему ждано от Гришки Вотложемских
на харч по Астрахань 3 алтына 2 де.
Достали дано в Астрахани 3 а 3 де.
3. Артемий Гарасимов сын Татарин; (р) 1 ру 10 а. (з) дано 21 а.
4 де.; порука Саратовский житель Иван Иванов сын Хромой; ему ж дано
сверх задатку 10 а; ему ж дан.; 4 а 5 де.
Ему же дано на харч от Гришки 3 а. 2 де.
Достали дано в Астрахани 3 а. 3 де.
(9 об.). 4. Иван Иванов сын Кокин; (р.) 1 ру. 10 а. (з) 21 а. 4 де; порука—
Саратовской Горной слободы солдат Иван Исаев сын Бабаня.
Ему же дано 4 а 5 де.
Ему ж от Гришки дано на харч 3 а. 2 де.
Достали дано в Астрахани 13 а. 3 де.
18 —
5. Кузьма Григорьев сын Кузнецов; (р) 1 ру. 10 а. (з). 21 а. 4 де.
порука—Саратовской житель Алексей Степанов сын Грачев.
Ему ж дано 4 а. 5 де.
Ему ж дано на харч в разных числех 3 а. 2 де.
Достали дано в Астрахани 13 а. 3 де.
(10). 6. Дмитрей Макаров сын Баб-ня; (р) 1 ру, 10 а; (з) дано 21 а-
4 де.; порука Саратовской Горной слободы житель Иван Исаев Бабаня.
Ему Же дано 4 а. 5 де.
Ему же дано на харч 6т Гришки 6 алтын.
Достали дано в Асрахани 13 а. 3 де
7, Василей Михайлов сын Гудок; (р.) 1 ру. 10 а; (з) 21 а. 4 де; по-
рука—саратовской житель Яким Прокопьев сын Самаренин:
Ему ж дано 4 а. 5 де.
Ему ж дано на харч 3 а. 2 де.
Достали дано в Астрахани 13 а. 3 де.
(10 об.;. 8. Агафон Петров сын Зенков; (р.) 1 ру. 10 а. (з) 21'а. 4 де.;
порука саратовских пеших стрельцов пятидесятник Прокофей Козьмин сын
Усачев.
Ему же дано 4 а. 5 де.
Ему же дал Гришка на харч 3 алтына 2 де.
Достали дано в Астрахани 13 а. 3 де.
9, Афанасей Антипьев сын Орлов; (р.) 1 ру. 10 а. (а) 21 а. 4 де. по-
рука Саратовский посадский человек Игнатей Афанасьев сын Давыдов.
Ему дано 4 а. 5 де.
Ему ж дано на харч 3 алтына 2 де.
Достали дано в Астрахани 13 а. 3 де.
(11). 10. Сидор Фепор в сын Сучкин; (р.) 1 ру. 10 а. (з) дано 21 а.
4 де; по.ука—Саратовский житель Сидор Андреев сын Богданов.
Ему ж дано 4 а. де.
Ечу ж дано на харч 3 а. 2 де. от Гришки.
Дос:али дано в Астрахани 13 а. 3 де.
11. Василей Родионов сын Белоус; (р.) 1 ру. 10 а. (з) дано 21 а. 4 де.;
порука работный человек Дмитрей Романов сын Рубец; ему ж дано на Са-
ратове 4 алтына.
Ему ж дано 4 а. 5 де.
Ему ж дано на харч 3 а. 2 де. от Гришки Вотложемских.
Достали дано в Астрахани 9 а. 3 де.
(11 об.), 12. Иван Иванов Бараков; (р.) 1 ру. 10 а.; (з) 21 а. 4 де.;
порука—работный человек Василей Михайлов сын Морев; ему дано на Сара-
тове 4 а.
Ему ж дано 4 а. 5 де.
Ему ж дал Гришка на харч 3 а. 2 де.
Достали дано в Астрахани 9 а. 3 де.
13. Григорей Сидоров сын Синберенин; (р.) 1 ру. 10 а. (з) дано 21 а.
4 де; порука—сего ж промыслу работник Артемий Тарасов сын Красиль-
ников.
Ему ж дчно 4 а. 5 де.
Ему ж дал Гришка на харч 3 а. 2 де.
Достали дано в Астрахани 13 а. 3 де.
(12) . 14. Козьм-i Иванов сын Синбере-ин; (р.) 1 ру., 10 а. (з) дано
21 а. 4 де ; порука—работной человек Григорей Петров Горнов.
Ему ж дано 4 а. 5 де.
Ему ж дал Гришка на харч 3 а. 2 де.
- 19 —
Достали дано в Астрахани 13 а. 3 де.
15. Тимофей Ивансв сын Наживов; (р.) 1 ру. 10 а: (з) 21 а. 4 де.;
порука—работный человек Илья Иванов сын Красильников.
Ему ж дано 4 а. 5 де.
Ему ж дал Гришка на харч 3 ал. 2 де.
Достали дано в Астрахани 13 а. 3 де.
(12 об.). 16. Архип Дементьев сын Медведь, (р.) 1 ру. 10 а. (з) 21 а.
4 де; порука —работный человек Родион Романов сын Нос; ему ж дано на
Саратове от Ивана Тарского 2 алтына.
Ему ж дано 4 а. 5 де.
Ему ж дано на харч I г,
Достали дано в Астрахани 11 а. 3 це.
17. Семен Кириллов сын Белозеркин; (р.) 1 ру. 10 а.; (з) 21 а. 4 де.!
порука—бывшего Троицкого протопопа Алфера Иванова сын его Гаврила
Андреев (sic!) сын Протопопов.
Ему ж дано 4 а. 5 де.
Ему ж дано на Царицыне от Гришки Вотложемских 1 г.
Достали дано в Астрахани 13 а. 3 де.
(13) . 18. Алексей Андреев сын Сухой; (р.) 1 ру. 10 а.; (з) 21 а. 4 де.!
псрука—работный человек Артемий Гарасимов сын Татарин.
Ему ж дано 4 а. 5 де.
Ему ж дал Гришка на харч 1 г.
Достали дано в Астрахани 13 а. 3 де.
Всего 18 человек 6 ру. 13 а.
(14.) На третий гребной струг да на малой кладной нанят кормщик
Лука Никитин сын Козлов; (р) ему с об их стругов 5 ру. с полтиною; за-
датка дано 1 ру. 6 а; порука саратовский пеший стрелец Афанасий Зиновьев
сын Подгогулин; да Агей Тихонов сын Орешников кормщик, да Саратовский
житель Иван Власьев сын Шкул, да работный человек Григорей Карпов
сын Алексенец; ему ж дано 40 ал.
Ему ж дано на Царицине по памяти Ивана Тарского по записи зада-
точных денег 32 алтына.
Положено в харч за него 10 а.
На нем же зачтено за малый саратовский струг за сгонку от Цари-
цына до Астрахани 5 а.
Достали дано 1 ру. 22 а.
(14 об.). Тех же дву стругов водолив Назар Меркурьев Замятнин ни-
жегород ямской охотник; ряда ему полтсра рубли; задатку дано ему
тое ж ряды 25 алтын; порука по нем—того же промыслу водолив Гарасим
Терентьев сын Должна, Петр Сидоров сын Шига, нижегородец.
Захворал на Саратове, не работал.
(В его место пущен из работы в льяло Овдоким Офонасьев сын Юнже-
нец в туж ряду и задаток) (зачеркнуто) не работал во льяле; работал выше-
писанный водолив.
На нем же зачтено по поруке за Петра Шигу задатку 12 а. 3 де.
Положено в харч за него 10 а.
Достали дано 12 а. 3 де.
(15) . 1. Деся'ник третьего струга Таврило Мартынов сын Щибаев;
(р.) 1 ру. 10 а; (з) 21 а. 4 де.; порука—того же промыслу кормщик Лука
Никитин сын Кизыл.
Дано им сверх задатке в на всю артель денег 2 ру.
Е*у ж на Саратове да-о 1 г.
Ему ж Гришка дал на харч на Царицыне 10 де.
Достали в Астрахани 16 а. 4 де.
20
2. Евдоким Афанасьев сын Юнженин; (р.) 1 ру. 10 а.; (з) 21 а
4 де. порука—Саратовский житель Василей Иванов сын Плотников. Да
сверх задатку ему дано 10 а. Сей работник переведен в льяло. Ему ж дано 1 г.
Ему ж на харч Гришка дал 10 де.
Достали дано в Астрахани 2 г.
(15 об.) 3. Григорей Петров сын Горьков; (р.) 1 ру. 10 а.; (з) 21 а,
4 де; порука сего ж промыслу работник Евдоким Афанасьев сын Юнженин
Ему ж дано 1 г.
Ему ж на харч дано 10 де.
Достали дано в /Астрахани 16 а. 4 де.
4. Иван Борисов Башкирцев; (р.) 1 ру 10 а. (з) 21 а. 4 де.; порука
работный человек Басилей Оси юв сын Седов.
Ему ж дано на Саратове 1 г.
Ему ж на харч дано 10 де.
Достали дано в Астрахани 16 а. 4 де.
(16) . 5. Илья Иванов Красильников; (р.) 1 ру. 10 а. (з) 21 а. 4 де.;
псрука—работный человек Григорей Петров сын Горьков.
Ему ж дано на Саратове 1 г.
Ему ж дано от Гришки 10 де.
Достали дано в Астрахани 16 а. 4 де.
' 6. Василей Осипов сын Седой; (р.) 1 ру. 10 а. (з) 21 а. 4 де.; пс-
рука— сего ж промыслу работник Иван Борисов сын Башкирцев.
Ему ж дано на Саратове 1 г.
Ему ж на харч дано 10 де.
Достали дано в Астрахани 16 а. 4 де.
(16 об.) 7. Степан Яковлев сын Смирной; (р.) 1 ру. 10 а. (з) 21 а
4 де.; порука—саратовский житель Василей Лук‘янов сын Кречег.
Ему ж на Сараюве 1 г.
Ему ж на харч дано 10 де.
Достали дано в Астрахани 16 а. 4 де.
8. Павел Козьмин Кручак; (р.) 1 ру. 10 а. (з) дано 21 а. 4 де ; пс-
рука работный человек Таврило Мартынов сын Ширяев.
Ему ж на Саратове 1 г.
Ему ж на харч дано 10 де.
Достали дано в Астрахани 16 а. 4 де.
(17) . 9. Артемий Тарасов сын Красильников; (р.) 1 ру. 10 а. (з). 21 а.
4 де.; порука Саратовский посадской человек Федор Левонтьев сын Ба-
ранников.
Ему ж на Сара; ове 1 г
Ему ж на харч дано от Гришки 10 де.
Достали дано в Астрахани 16 а. 4 де.
10. Мокей Федоров сын Кушаков; (р.) 1 ру. 10 а; (з) 21 а. 4 де.;
порука саратовский житель Василей Лук'янов сын Кречет.
Ему ж на Саратове 1 г.
Ему ж на харч дано 10 де.
Достали дано в Астрахани 16 а. 4 де.
(17 об.). 11. Максим Яковлев сын Соловьев; (р.) 1 ру. 10 а; (з) 21 а.
4 де.; порука—Саратовский пеший стрелец Родион Иванов сын Нос.
Вместо его пущен из казны Гри орей Савельев сын Новиков; порука
по нем того ж струга работник Мокей Ушаков; ряда ему 35 ал., задатка
дано 10 а.
Ему ж на Саратове 1 г.
Ему ж на харч дано 10 де.
Достали дано в Астрахани 20 а.
21
12. Яким Родионов Шахлов; jp.) 1 оу. 10 а,; (з) 21 а. 4 де.; порука —
работный человек М:кей Федоров сын Кушаков.
Ему ж на Саратове. 1 г.
Ему ж на харч дано от Гришки 10 де.
Достали дано в Астрахани —16 а. 4 де.
(18) . 13. Левонтий Гарасимов сын Ломовец; (р.) 1 ру. 10 а. (з). 21 г.
4 де.; порука сего ж промыслу работники Гаврила Мартынов сын Ширяев,
Евдоким Афанасьев сын Юнгинец.
Ему ж на Саратове 1 г.
Ему ж на харч дано на Царицыне 10 де.
Достали дано в Астрахани 16 э. 4 де.
14. Савелий Михайлов сын Сибиринов; (р) 1 ру. 10 а; (з) 21 а. 4 де;—
порука—сего ж промыслу работник Евдоким Афанасьев сын Юнгинец.
Ему ж на Саратове 1 г.
Ему ж на харч дано от Гришки 10 де.
Достапи дано в Астрахани 16 а. 4 де.
(18 об.) 15. Спиридон Григорьев сын Суздалец; (р) 1 ру. 10 а. (з).
21 а. 4 де., порука—сего ж промыслу работник Авдоким Афанасьев сын
Юнгинец. Ему ж дано сверх задатка 3 а. 2 де.
Ему ж на Царицыне дано 4 а. 2 де.
Ему ж на харч дал Гришка 10 де.
Бежал с Царицына. В его место работал на малом стругу самаренин
Иван Логинов Окулов; дана разделка.
16. Андре.1 Емельянов сын Волков; (р) 1 ру. 10 а. (з) 21 а 4 де.; по-
рука—сего же промыслу работник Максим Давыдов сын Плешивой.
Ему ж на Саратове 1 г.
Ему ж дано на харч 10 де.
Достали дано в Астрахани 16 а. 4 де.
(19) . 17. Меркурий Степанов сын Мясников; (р) 1 ру. 10 а, (з) 21 а.
4 де., пооука—сего ж промыслу работник Таврило Мартынов сын Ширяев,
Ему ж на Саратове 1 г
Ему ж дано на харч 10 де.
Достали дано в Астрахани 16 а. 4 де.
18. Зот Исаев Короткой; (р) 1 ру. 10 а; (з) 21 а. 4 де.;—порука сего
ж промыслу работник Гаврил.,1 Мартынов сын Ширяев.
Ему ж на Саратове 1 г.
Ему ж дано на харч 10 де.
Достали дано в Астрахани 16 а. 4 де.
(19 об.). 19. Василей Афанасьев сын Великан; (р) 1 ру 10 а; (з) 21 а.
4 де.; порука—сего же промыслу работник Степан Яковлев Смирной да пе-
ший стрелец саратовский Алексей Иванов сын Черкасов.
Ему ж на Саратове 1 г.
Ему ж дано на харч 10 де.
Достали дано в Астрахани 16 а. 4 де.
20. Ивач Кирилов сын Онтроаов; (р). I ру. 10 а (з) 21 а. 4 де.; по-
рука—саратовец посадский человек Афанасий Сергеев сын Колоколов.
Ему ж дано на Саратове.
Ему ж дано на харч на Царицыне от Гришки Вотложемских 10 де.
Достали дано в Астракани 16 а. 4 де.
(20) . Нанят на сплав прикащики Григорий Аврамов сын Вотложем-
ских—ряда ему 3 ру; задатка дано 2 ру.; а достальные деньги взять в
Астрахани как струги отдаст в целости и во всем отчет против его росписи.
Послано в Астрахань с прикащиком из к;рмщиков с Федором Дани-
ловым 69 пуд. 27 фунтов меду, да 5 пуд. масла коровья, да 15 мешков пшена
22
по 3 четверика, да 11 мешков круп грешневых, а в мешке по 4 четверика,
да 4 мешка солоду ржанова, мешок муки рЛаной, 3 мешка гороху.
(20 об.). Да ему ж прикащику Григорью на дачу работным людей и
на всякие расходы дано денег 8 ру.
Да 4 котла медных.
Да 65 полтей ветчины.
Я цена меду за пуд наголо по 16 ал. 4 де. Да в том же числе куп-
лено в трех кадках по 18 а. 2 де.
№ 2. Приказное дело старых лет. Д. № 182.
7203-го году мая в 4 день саратовец посадский человек Гришка Ав-
рамов сын Вотложемских принял на Саратове великих государей дворцового
насадного рыбного промыслу промышленника Клима Прокофьевича Калмыкова у
прикащика у его у Ивана Никитина сына Тарского хозяйской клади на его
же хозяйские сплавные струги: двадцать три кадочки меду—весу в них
шестьдесят девять пуд двадцать семь фунтов, да две кадочки масла коровья—
весу в них пять пуд, мед и масло без дерева, да пятнадцать портяных меш-
ков пшена по три четверика, да одиннадцать мешков рогожных круп грешне-
вых по четыре четверика, четыре мешка рогожных солоду ржаного немоло-
того, один мешок рогожный муки ржаной, три мешка рогожных гороху, да
на расход денег пять рублев на дачу работником струговым- В том я Гришка
ему Ивану сию и росписку дал. А росписку писал Гришка Вотложемских
своею рукою.
.№ 3. Приказные дела старых лет. Д. № 180.
Се аз лысковец посадский человек Игнатей Михайлов Мисюрев пору-
чился по Павле Иванове Крылове, да яз вязниковец посадский человек Фе-
дор Петров Слугин поручился по Иване Семенове Коротком, да яз того ж
найму работник Павел Иванов Крылов поручился по Кондратье Иванове
Смирном, да яз астраханский посадский человек Афанасий Данилов Михнеа
поручился по Андрее Фирсове Перебяки-е, да яз того ж хозяина целоваль-
ник Сидор Васильев Сапожник поручился по .Семене Иванове Котельнике,
да яз астраханский посадский человек Петр Калинин поручился по Григорье
Максимове, да яз Астраханский житель Иван Иванов сын Чюрига поручился
по Якове Евсееве Смирном, да яз астраханский посадский человек Иван
Иванов Вздыхало поручился по Ерофее Васильеве Смирном, да яз волж-
ский кормщик Лука Фомин Тюрин поручился по Андрее Матвееве, да яз волж-
ский кормщик Яков Еремев Глот поручился по Павле Данилове Белом, да
яз патриарш служебник Антипа Иванов Адамов поручился по Степане Ва-
сильеве Широком, да яз волжский кормщик Семен Монас’ырский пручипся
по Миките Васильеве Чапуре, да яз, астраханский посадский человек Иван
Иванов Вздыхало поручился по Павле Данилове, да яз того ж найму работ-
ники Павел Крылов, Андрей Фирсов, Григорий Максимов поручилися по Ива-
не Кузьмине, да яз Пушникова прикащик Григорий Кирсантьв поручился по
Степане Козьмиче Забродине, да яз астраханский посадский человек Осип
Тимофеев сын Борода поручился по Василье Федорове Блинове, да яз волж-
23 —
ский кормщик Василий Иванов Дворников поручился по Иване Иванове,
по Филиппе Петрове, да яз садовник Ле нтей Савельев поручился по Се-
мене Васильеве, да яз волжский кормщик Иван Иванов Борода поручился по
Максиме Алексееве, да яз харчевник Дементей Григорьев поручился по
Михайле Еремееве, да яз Семен Григорьев Горбун поручился по Петре Ани-
симове, да яз того ж найму работник Павел Крылов поручился по Анцоее
Борисове, да яз того ж найму работник Кондоатей Смирной поручился по
Алексее Григорьеве Высоком вси естьмы поручики поручились естьмы в
Астрахани хто по своем наймите поручен гостинной сотни Клима
Прокофьева сына Калмыкова прикащиком его Игнатью Архипьеву сыну
Руке Ивану Федорову сыну Борогину в том: в нынешнем в двести осьмом
году сентября в третий на десять день нанялись они наймиты за нашими
поруками у них хозяев своих в Астрахани на его хозяйский стружок идти
из Астрахани вверх Волгою рекою до Саратова города или до зимовья.
Срядились они наймиты от той работы на свой наймитов хлеб и харч де-
нег по два рубли с четвертью. А наперед они наймиты задатку взяли из
той своей ряды по половине и с харчевыми. И взяв им наймитом за на-
шими поруками задаточные деньги притти к -тому их стругу и струг вычи-
стить и высмолить илубьем настлать и дерево поставить и оснастить и сна-
сти всякие по стругу розвести и нагрузить тот их хозяйский струг всякими
их хозяйскими товары полным грузом по их хозяйскому веленью и лубьем
накрыть и кочеты и нашести поделать и со всем убрався итти им найми-
том на том их хозяйском стругу из Астрахани вверх Волгою рекою до Са-
ратова города или до. зимовья во всякой волжской ходовой работе шесты
и по канату и в гребле—где как погодится. А буде тот их хозяйский струг
идучи на верховом ходу или на парусном поносе где на мель и на кость
станет и с мели не перейдет —и им наймитом из того струга всякий их
хозяйский товар на берег выгружать бережно и перешец мель и поставя
струг на ходовой воде и с берегу тот товар погрузить в тот струг по
прежнему бережно и итти по тому ж до Саратова города или до зимовья.
А буде тот их хозяйский струг идучи на верховом ходу или на парусном
поносе волною потопит или на кость проломит или воровские люди струг
прорубят и тот их хозяйский товар потопят без остатку—и им хозяевам на
них наймитах задаточных денег, а им наймитам на них хозяевах достальных
работных денег друг на друге не спрашивать. И будучи им наймитом в той
работе никаким воровством не воровать, не пить и не бражничить, зернью
и карты не играть, вином и табаком не торговать и их хозяев не покрасть
и покрадчи не сбежать и тому их хозяйскому струговому промыслу простою
не остановить и в том никакого убытку не доставить. А буде они наймиты
за нашими поруками, взяв у него хозяина своего задаточные деньги, а своим
огурством к ним хозяевам своим не придут и лришед на том их хозяйском
стругу из Астрахани вверх Волгою рекою до Саратова города или до зи-
мовья во всякой волжской ходовой работе не пойдут или 'гюкрадши, кото-
рый наймит сбежит или тому их хозяйскому струговому промыслу простой
починят, или в том какие протори и убытки доставят—и им хозяевам взять
на нас на поручиках и на наймитах задаточные и передаточные деньги,
протори и убытки и стуговому делу простой по их сказке сполна. А буде
где тот их хозяский струг зазимует и им наймитам ждать оттепели две-
надцать дней, а буде оттепели не будет —и им наймитам делать зимовье и
тот товар из того струга выгрузить, а достальные деньги взять на городе.
А за огурство и за воровство смирять ему хозяину их наймитов всяким
смиреньем смотря по вине. У сеи записи послуси астраханские площади
под'ячие Филип Вдовиков, Петр Михайлов, Микита Евсеев. Запись писал
тое ж площади под'ячей Кондрашко Мануйлов лета 7208-го году сентября
в 13 день.
— 24 —
№ 4. Выписка из дела № 262. (7203 г).
Государю Климу Прокофьевичу Митька Бунин премного челом бьет.
Здравствуй, государь, на множество лет. А про меня, государь, изволишь
милостью своею напамятовать,—и я, государь, на Саратове декабря в 19
день еще жив и все, государь, в добром здоровье.
Да буди, государь, тебе известно, что уваринскую рыбу из струга вы-
грузил на подводы и послал к тебе, государь, к Москве. А подводы ря
жены на двое: до Москвы только без перекладки сто две подводы, досталь-
ные ряжены до Троицкой Слободы. А ряда, государь, до Москвы по полтора
рубли. А что какие рыбы положено на подводы—и тому, государь, роспись
послана именно с сею грамоткою. А за обозом, государь, поспал Кондратья
да целовальника; да с ним же Кондратьем послано рыбы, что была
на стругу положена про домовой расход; два языка, да две теши ма-
терых, четыре косяка мякотных да два косяка хрящевых, да две косы бе-
луги; да промышленник тебе пожаловал—дал сто теш межукосных—и та
рыба положена на две подводы. А что, государь, которые подводчики брали
на Саратове соль в зачет—и деньги зачитать на Москве; и той соли послана
роспись—кто имены и сколько взяли. И ты, госудаэь, у розделки изволь
зачитать по Саратовской цене по осьми денег за пуд. А роспись послана
под клацовою росписью одной руки имена писаны сколько кто взял. А
Кондратью на дорогу денеп дал два? рубля с полтиною. А деньги, государь,
которые у меня были—и те деньги издержал все на задатки и на розделку,
которые подводы ряжены были до Троицкой Слободы. И ты, государь, изволь'
прислать денег, чтобы за тем простою не было.
А Мирон денег у себя не сказывает—которые де деньги были выру-
чены из соли -и те деньги плачен долг. А ради разделки в Троицкое по-
слал Ондрея и он станет в Троицком нанимать вновь до Москвы. И кото-
рые наняты до Троицкого—и он станет разделывать в Троицком. А кожу-
шешную рыбу и постилочную выбрал, государь, на струг и куда той рыбе
будет под’ем—изволь, государь, отписать в Нижней. На сем, государь, рабски
премного челом бью. А расписки, государь, и записи посланы с Кондратьем
запечатаны, а что рыба кладена государева в меру на подводы извощиками—
и та мера к тебе, государь, в сей кладовой росписи завернута мерной рыбе
и послана к Москве.
№ 5. Из того же дела.
207-го июля в день чебоксарский посадский человек Савва Михайлов
сын Олин дал сие письмо москвитину гостинные сотни Клементью Про-
кофьеву сыну Калмыкову в том: в нынешнем 207-м году договорился я
Савва с ним Климентьем в предбудущий в 208 год поставить вина пять
тысяч ведр ценою по чему у него Клементья будет в 208 году в подряде и
у иных людей в Казани и в Свияжску и из той уговорной средней цены
уступить мне Савве ему Климентью у всякого ведра по пяти денег, а будет
что у меня Саввы сверх тех пяти тысяч ведр в высидке вина будет- по май
месяц—и то вино принимать ему ж Климентью по той же цене в его Кле-
ментьев подряд на Саратов да на Царицын, в которое вино подрядился он
Клементей в Приказе Казанского Дворца. А то вино курить мне Савве в
Чебоксарском уезде на своей оброчной винокурне, а отдать мне, Савве, то
— 25 —
зино ему, Клементью, в Чебоксарех на гостиные дворе в анбарах, в своих
бочках в крепких великого государя в мерное заорленое осьмивершковое
ведро; вино доброе, пенное, без пригару и безо всякие охулки, чтоб не ме-
шав выгорала .....................................................
(Черновик условия).
№ 6. Выписки из дела № 182.
Государю Клементью Прокофьевичу некто убогий с Царицына работ-
ник твой Андрюшка Лук'янов рабски челом бью.
Многодетно и благополучно здравствуй государь, Клементей Прокофье-
вич со всем своим благодатным домом и с любящими на множество лет.
А про меня убогого изволишь милостью своею напамятовать—и я на
Царицыне июня по число дал Бог жив—а впредь Бог волен.
Известно тебе, государь, Клементей Прокофьевич, чиню (sic!) нынешним
зешним путем из Астрахани пришли на Царицын два насада с солью, дал
Бог в добром здравии, и та соль на Царицыне выгружена и положена по-
рознь в анбарех.
Да писал ты ко мне, государь, Клементей Прокофьевич, в грамотке,
что будто я на Царицыне у анбаров, где лежит соль, что осталось после смерти
прикашика Андрея Смолина, за замки пошел. И я, приехав на Царицын из
Астрахани к той соляной продаже и как стали торговые люди на Царицын
приезжать для покупки соли, и прищед я к Афанасью Васильевичу стал ему
’.сворить, что для покупки соли приезжают торговые люди и он, Афанасий
Васильевич, где лежит соль, что осталась после прикащика Андрея
Смолина, ключи от анбаров отдал и велел продать торговым людям.
А тое, государь, соль из тех анбаров перемеривать было некогда,
потому что твоих хозяйских порозжих анбаров нигде нет, а в иных твоих
хозяйских анбарах осталая соль лежала, а те анбары стояли на солдатской
земле и те солдаты непрестанно били челом полковнику и он, полковник, те
анбары с тех мест велел снести. И я тое соль из тех анбаров продавал и
s долг отдавал по великой нужде, потому что положить было негде. А что,
государь, у меня на Царицыне в продаже соли—и то писано в таможне в
книгах; такожде и я тое соляную продажу записываю же, что кому продано.
Да, известно ж тебе, государю, чиню; нынешним вешним путем из Астрахани
шел на Макарьевскую ярмарку твой хозяйский гребной струг с рыбою, а на
том стругу послан прикащик Иван Еремеев и взял денег пятьдесят Рублев
с роспискою. И я к милости твоей наперед сей грамотки послал о том к
тебе, государю, грамотку и с тое росписки список. Посему, государь, тебе
мало пишу, а много челом бью.
На об. Отдать сия грамотка на Макарьевской ярмонке государю Кле-
ментью Прокофьевичу Калмыкову. Июня в день.*).
Государю Климентью Прокофьевичу некто убогий с Царицына работник
Андрюшка Лук'янов' челом бьет. Известно тебе, государю, сказывают про
сына моего, что на Кубани жив. И ты, государь, умилостивись, призри на
нас убогих,—отпиши в /Астрахань к Игнатью Архиповичу**), чтоб его выку-
пить. Я тебе, государю, вечно рад работать и Бога молити. Засим, государь,
здравствую.
*) В том же деле список с росписки от 9 мая 1700 г.
**.) Из того ж дела видно, что Игн. Арх. Рука был прикащиком Калмыкова в
Астрахани; в 207 г. прикащиком в Саратове был Семен Гаврилов Буркин.
— 26 —
Саратовская родня декабриста Батенькова.
Когда суд над членами тайных обществ 20-х г.г. и лицами, которые
к ним в дни восстаний примкнули, совершился и приводился в исполнение
произнесенный приговор, правительство для разных надобностей начало со-
бирать через ту же Следственную Коммиссию, что вела их дело, сведения о
„ближайших родных государственных преступников, по приговорам Верхов-
ного Угсловного Суда осужденных". Материал, собранный Коммиссиею. до-
вольно обширен и дает богатые данные для изучения социальной среды,
породившей тайные общества эпохи и носителей идей политического пере-
ворота и крестьянского раскрепощения; он сохранился в специальном деле
Коммиссии—№ 315. При беглом ознакомлении с этим делом я встретил
некоторые сведения о проживавшей в 20 х г.г. XIX в. в Саратове родне
декабриста Батенькова. В его бумагах было обнаружено при следствии пись-
мо следующего содержания (л. 117), приводимое с сохранением право-
писания !):
Милостиеейшш Государь
братец Таврило Степанычь
Я недавно узнала о месте вашего пребывашя отмарьи дмитревны су-
пруг ее здесь в гимназщ директором ваш прежнш учитель не знаю наверно
какую вы занимайте должность крайне меня беспокоит не случилось ли
свами какого нещаст!я во время наводнешя мы теперь в Саратове со всем
семейством детей у меня четыре сына и две дочери мы в нижнем купили
дом отслучившагося пожара сгорел еще по одной торговле ужасно растро-
ились вот уже три года какую я претерпеваю нужду один всевышней соз-
датель знает Микифор Иванычь мог бы занять какую должность но беденег
торговать неможно откупа кончились обсашиньке я просила здесь егора
васильича виноградскаго неможноли попросить хоть по соленой чаете ивон
не так в силах зделать зделайте милость неможители вы нам помочь ма-
шет сашиньки ему теперь 19 лЪт определится в какую бы ни есть долж-
ность я бы сердечно рада была ежели б вовсе можно было изключить из
етого звашя мы живем теперь не знаю как сказать нет меня нещасгнее на
свете еще прошу вас зделайте милость осведомтесь о дядюшке имя и фа-
MiniH ему Таврило Иваныч Тиганов он батюшку родной брат прежде был
при императорском воспитательном доме. Я много ему писала но ответа не
получала жив или нЪт не знаю. Я писала обнем колександру васильичу
алябьеву но к великому моему нещаспю прекратилась его жизнь многаго я
в нем лишилась об вас с того времени я не слыхала как вы были у меня
в нижнем конешно вы осердились что я вас приняла не так как должно
вторично ехавши не хотели видется со мной ах я не знаю какая моя вина
Таврило степанычь ежели бы вы знали непрезрешя но сожален!я достояна
жизнь моя так угодно всевышнему создателю чтоб я неимепа спокойствия в
моей жизни от матушки и брата писем не получаю, и не знаю живы или
нет живу всеми забытая еще прошу вас узнайте одядюшке сколько я ни
старалась о нем узнать но все напрасно какой дадите совет нащет Са-
шиньки дочере 14 лет те еще невелики хочу отдать их в училище попро-
сить супруга марьи дмитревны не сказанно обрадуйте ежели о себе напи-
шите ежели я столько буду счастлива что вы еще не вовсе истребили меня
из своей памяти и сочтете так как родственницу не оставите моей прозбы
будите мне писать ежели забудите то пущай все бедств!я меня поражают о
бедность мучитель человечества мы теперь живем почти изодного содержа-
ния что было и последнее все в залоге как по родству так и по вашему
*) Но ло условиям печатания без „ъ“, который в подлиннике, кстати ска-
зать, обычно отсутствует в написании предлогов.
— 27 —
[добродуцпю должна ожидать вашего покровительства еще прошу вас меня
уведомить ваши строки для меня дрогоцены простите что я ни слога не
порядка в писме не соблюла поверте что я мучусьтем что многаго требую
и в слезах строк не вижу адрес можите писать в доме Петра Васильича
буркина а мое имя знайте
при засвидетельствовании вам глубочайшаго почиташя от всего моего
семейства остаюсь навсегда покорнейшая сестраваша Анна Муратова.
1825'ГО года, 26-го генваря.
Еще извините что я адрес натписываю натакую особу но больше не
знаю как писать я слышала что вы блиски къ его высокопревосходительству
неужель в бопьшу вину мне поставят.
На первой странице письма помета: „Из Бумаг Батенкова". В письме
несколько мест подчеркнуто карандашом: „в Саратове со всем семейством
детей у меня четыре сына и две дочери мы", „но беденег торговать не-
можно“, „виноградского", „о дядюшке", „Таврило Иваныч Гиганов", „при
императорском воспитательном доме", „в деме Петра васипьича буркина".
Как видно, отмечены местонахождение, состав и имущественное состояние
родственной Батенькову семьи автора письма; кроме того, отмечены Гиганов
и Виноградский, почему то обратившие на себя внимание читателя письма—
в отличие от „супруга марьи дмитревны" и, правда покойного, Алябьева.
Письмо написано, как видно, дозольно неграмотно; в частности, знаки
препинания в письме почти совершенно отсутствуют. Оно проникнуто безы-
сходным отчаянием и мучительным самоунижением бедной родственницы.
Тяжело было ей, видимо, склонять голову перед сделавшим большую карье-
ру „братцем", с которым в прошлом у нее было какое-то, ежели не столк-
новение, то недоразумение при его проезде через Нижний; Родственные
отношения, видимо, заволакиаались каким то туманом; оставался, однако,
рассчет на „добродушие" „братца". Отвечал или нет бедной сестре-проси-
тельнице Батеньков, неизвестно.
Когда в „сведении о состоянии родных государственных преступников"
по Саратовской губ. следственная коммиссия не нашла семьи Муратовых, о род-
стве которых с Батеньковым она знала по приведённому выше, у Батенькова
захваченному, письму, председатель коммиссии военный министр гр. Татищев
просил саратовского гражданского губернатора кн. Голицына „приказать
немедленно удостовериться" и его „уведомить, как о степени родства сей
Муратовой с Батеньковым, так о положении, семействе и образе жизни её",
а также о других, „ближайших родных" Батенькова и месте их жительства
(25 апр. 1827 г.,№ 1242). К запросу коммиссии было приложено приведённое
зыше письмо Муратовой к Батенькову; оно дало саратовским властям канву
з допросе Муратовой и было при ответе возвращено в коммиссию. Кн. Голи-
цын так изложил содержание ответа Муратовой и полицейские о ней и её
семье сведения: „По поводу предписания Вашего Сиятельства, житель-
ствующая в г. Саратове Нижегородская Мещанка Анна Муратова на вопрос
о родстве ее с бывшим подполковником Батенковым ответствовала, что она
ему троюродная сестра с матерней стороны; что есть ещё у него родствен-
ники в подобной и дальних ступенях в Тобольске, но ближних, как известно-
ей, никого нет: ибо отец его, мать и сестра девица умерли. Вместе с тем
спрошена была она о родстве с Гигановым, о коем упоминается в прило-
женном при предписании Вашего Сиятельства письме. Из ответа ее видно,
что Гиганов родной ей дядя с отцовской стороны; но Батенкову нисколько
не родня. Она изменяется, что о сем родственнике давно не имеет никакого
сведения и потому знает только, что он был при заведениях СПБ. воспита-
тельного дома; но ей неизвестно, какую занимал должность и в каком со-
стоит чине. Муратова—женщина поведения похвального. Она жена Ниже-
— 28 —
городского мещанина, который занимает должность приказчика по коммерции
купца Сапожникова. Детей у них 6 человек—4 сына и две дочери от 20 до
1 года. Один старший сын помогает отцу в содержании семейства, находясь
вместе с ним при торговых делах Сапожникова. Вообще состояние семей-
ства сего недостаточное" (16 мая 1827 г. за № 4717).
Сведения, которые коммиссия получила от Тобольского гражданского
губернатора, дорисовывают часть набросанной Муратовою в её письме и
показаниях картине: „Священник города Тобольска крестовоздвиженской
церкви Александр Симанов и Тобольский мещанин Александр Урванцев
есть двоюродные его братья; они имеют семейства и домообзаводства в
хорошем положении. Сверх сего в г. Семипалатинске оказалась род-
ственница Батенкова вдова Губернского Секретаря Анна Козловская, кото-
рой и брату ее родному семипалатинскому мещанину Сергею Урванцеву
Батенков есть троюродный брат; мать Козловской солдатская жена Аграфена
Морозова находился в Тобольске". Повидимому, Батеньков по матери
принадле» ал к Тсбольскому мещанскому роду Урванцевых, имевшему
ответвление и в Семипалатинске. Следует вспомнить, что рассказывает Ьа-
теньков в своей весьма любопытной автобиографии про неравный второй
брак своего отца и про гнев за то на него матери его первой жены.
Значит, Батеньков по матери уходил родственными связями в среду
городского мещанства, переплетавшегося браками и с духовенством и с
мелким чиновничеством и даже с „солдатскими женами" Весьма пёстрый
по социальному положению состав родни Батенькова со стороны матери
пёстр, видимо, и в смысле имущественном. „Записка о состоянии etc“,
сводя представленный с мест материал, отмечает, что у тобольской родни
Батенькова имущественное положение хорошее, а у саратовской — недостаточ-
ное. Действительно, ее положение тяжёлое, и тяжесть положения красочно
изображена в письме саратовской „покорнейшей сестры" Батенькова А. Му-
ратовой.
В Нижнем, где Муратовы приписаны, они погорели—сгорел, видимо
недавно купленный, дом—а также понесли какую-то крупную, расстроившую
всё торговую неудачу. Остались без денег, в большой нужде и почему то
перебрались в Саратов, где устроились на службе у купца Сапожникова.
Вероятно, что Муратова в просительном письме не.колько преувеличила
свою беду, но полицейская справка в Саратове признавала имущественное
состояние семьи недостаточным—очевидно большая доля правды в ее письме
была.— В 1827 г., когда дана эта справка, в семье служили двое „по ком-
мерции купца Сапожникова"—муж и старший сын Муратовой,—тот самый
„Сашинька", устроить которого она просила .братца". Отношения с этим
„братцем" у нее довольно далёкие: видятся редко, не переписываются,
последняя встреча была не очень то теплой и родственной.
Сапожников, у которого служили Муратовы,— Петр Семенович, крупный
капиталист той поры, выученик и компэнион знаменитого 3. А. Злобина;
он делал большие дела в Вольске, в Саратове и во всём Низовом, а отчасти
и Среднем Поволжьи; он был persona grata в Саратове и особенно в Воль-
ске, где в 1813 г. его выбрали городским головою. Сапожников держал
откупа, поставлял соль, вёл рыбные промысла, занимался ростовщичеством.
Держались Сапожниковы старой веры’). Старовером был и П. В. Буркин,
в доме которого в 1825 г. живут Муратовы. Буркин был из саратовских
мещан. Дом, о котором речь, был на Б. Сергиевской, наискосок того места,
’). См. о Сапожниковых, напр., „Опись документов и дел Исторического
Архива Сарат. Губ. Уч. Арх. Ком.“, I, Сар., 1914, по указателю, а также: Н. С. Со-
колов, „Раскол в Саратовском крае", I. Сар., 1888, стр. 142, 157, 161, 198, 215,
217, 255, 271-2, 282, 299, 361, 372, 389, 452 и др, и Е. П. Карнович, „Замечательные
богатства частных лиц в России", изд. 2, Спб., 1885, стр. 304 - 306.
— 29 —
где ныне высится здание Старого Университета '). Т. о , попав в Саратов,
Муратовы оказываются в старообрядческой сседе. Но можем ли мы, опи-
раясь на это, полагать, что Муратовы и сами держались старой веры?
Едва ли; ведь родные семьи со стороны А. Муратовой—те, о вероисповед-
ном положении которых мы имеем сведения—православные: таковым, веро-
ятно, был и ее отец, ибо ее дядя по отцу Гиганов состоит чиновником
воспитательного дома в Петербурге, каковым быть, придерживась старой
веры, он конечно, не мог; следует иметь в виду, что один из Гигановых
был священником в Тобольске.
По Г'иганову священнику можно догадываться о тобольском проис-
хождении родного дяди с отцовской стороны Муратовой Гиганова из воспи-
тательного дома и самой Муратовой, урожденной Гигановой, как из этого
ее родства следует. Что-же касается Гиганова-священника, то он был ав-
тором ряда работ по татарскому языку (в частности „сибир кого наречия"),
турецкому и арабскому, преимущественно учебного характера. -) Судя по
времени их напечатания—1801, 1802, 1804 г.г.—он зиа ительно старше
Батенькова и Муратовой. К сожалению, нет возможности определить степень
родства его с Муратовою. Как из вышеизложенного явствует, через Гигано-
вых Муратова связывается с Тобольском, откуда родом были и Батенько?. 3)
Ее тобольское происхождение подтверждается и ее отношениями с тоболь-
чанами по рождению или службе: Алябьевым, Виноград ким и директором
саратовской гимнас-ии „супругом Марьи Дмитревны". В отличие от ее упо-
минаний о Гиганове, о них она говорит без каких либо пояснений, из чего
можно заключать, что они старые, тобольские знакомые не только ее, но и Ба-
теньксва. Из них А. В. Алябьев письма нессмненно одно лицо с Александром
Васильевичем Алябьевым, который с 1787 по 1796 г. губернаторствовал в
Тобольске, а в 1822 г. умер действительным тайным советником, сенатором
и главноуправляющим межевою канцеляриею. 4) Виноградский—тоболец по
происхождению и одно время учитель родной Тобольской гимназии (1821—
1827). В Саратовской гимназии он учительствовал недолго, с 1825 по 1827 г.,
когда занял должность саратовского губернского стряпчего. Позже он вер-
нулся в Тобольск, где в 1859—63 г. мы видим его губернатором. 5) Ди-
ректор Саратовской гимназии, о котором и жене . которого дзажды упомя-
нуто в письме, судя по дате письма и имени жены,—отец одного из великих
русских ученых—химика Менделеева, Иван Павлович. Он, действительно,
мог быть учителем Батенькова, ибо 10 февр. 1807 г. был назначен учи-
телем философии, изяшных наук и политической экомомии в училище, где
по ргду свидетельств с) провел часть своих годов ученья Батеньков,—в
Тобольское главное народное училище. Позя-е Менделеев преподавал там
логику и русскую словесность, а около года и закон божий,—предмет, кото-
рый до сего в Тобольском главном народном училище не преподавался, ибо
не был по ' рограмме обязательным предметом 7). Высокая особа, о которой
говорится в приписке к письму,—конечно, знаменитый Сперанский.
’). О Буркиных—„Опись документов", по указателю; Н. С. Соколов, „Раскол",
стр. 228 и 231,
-) Перечень его работ и литературных о нем упоминаний в заметке в „Рус.
Биогр. Слов.", т. . Берберский—Гогенлоэ".
s) О происхождении Батенькова см. ст. А. В. Адрианова „Томская Старина"
в сбор. „Город Томск", Том., 1912, стр. 127—128.
’) Биографические и литературные справки о нем—в „Рус. Биор. Слов.", т.
„ Алексинский—Б.-Рюмин".
-’) „Труды Сар. Губ. Уч. Арх. Ком.", в 27; ст. li. Н. Черняева „Из прошлого
Саратовской гимназии , стр. 1’9. „Опись документов и дел", I, стр. 256.
г>) См. у Адрианова, назв. соч., стр. 139. Срвн. „Рус. Арх.“, 1881, т. 3, стр. 436.
’) „Труды Сар. Губ. Уч. Арх. Ком.“, в 25: ст. П. Н. Черняева „Материалы для
истории Саратовской 1 гимн. Биограф, очерки директоров. 1820—1851", стр. 130.
— 30 —
Я позволю себе предложить еще одно замечание по поводу^ этого
письма. Биография Батенькова изучена довольно недостаточно. Письмо как-
будто позволяет наметить одну из вех его биографии.
Письмо говорит, что Менделеев в свое время был учителем Батенькова.
Биографы Батенькова отмечают его сильное религиозное чувство; сложение и
развитие этого чувства они приписывают семейным влияниям. Не следует-ли
поставить вопрос о некотором влиянии на развитие религиозного чувства в
Батенькове и со стороны Менделеева? Все, что мы знаем о Менделееве, ри-
сует нам его человеком искренне, глубоко и действенно религиозным.
Он, невидимому, умел передавать свою религиозную настроенность и во вся-
ком случае сознательно об ее передаче заботился. Так, когда' выяснилось,
что ученики Тобольского главного народного училища не имеют никаких
познаний в христианском вероучении, он стал по собственному почину пре-
подавать в этом училище закон божий. Этим заботам учителя должно было
помочь даа обстоятельства. Во первых, его религиозное настроение было
чуждо какого-либо формализма и тем более фанатизма, и в соответствии с
этим он в заботах о религиозном в спитании молодежи не придавал боль-
шого значения вопросам внешнего обнаружения религиозности и обрядам.
Как раз на этой именно по^ве у него произошла о.чень крупная неприят-
ность в Саратове, едва не стоившая ему перевода в Пензу и лишь по слу-
чайному и счастливому совпадению кончившаяся почетным возвращением в
хорошо знакомый Тобольск. Дело з том, что он не строго соблюдал пост в
меню живших при гимназии учеников,—-вольность, непростительная в су-
ровое попечи-ельство Магнитского: по доносу, который был на Менделеева
подан, последовала ревизии; повидимому, она не была беспристрастной; как-
бы то ни было, она открыла в гимназии непорядки и поовела за них дирек-
тора под кару, к счастью для него, относительно не очень тяжелую. Итак,
его религиозность, подозрительна^ для власти, била приемлемой для уче-
ников. Зо вторых, он был очень хорошим по своему времени педагогом. Он
любил детей и умел с ними ладить, хотя иногда не останавливался перед
грименинием запрещенных телесных наказаний. Он имел продуманное
педагогическое мировезз ение; осуществляя его, он очень заботился об уп-
р чении своего влияния на v46hhkob: „Доколе жазнь продлится, не надобно
терять из виду детей, особливо, ко да они не укрепил-сь в нравственности
и не укрепили своего характера, Я всегда боялся за детей от 15—25, или
22 лет“. ’) Эти качества педагога помогали Менделееву передавать моло-
дежи свою приемлемую ей религиозность. Весьма возможно, что и воспи-
танник Тобольского главного училища, позже гимназии, молоденький Ба-
теньков попал в круг влияния Мендлеева М жет быть, это влияние ска-
залось и позже, когда Менде еев и Батеньков вновь оказались близь друг
друга: к моменту возвращения Батенькова в 1816 г. в Сибир, Менделеев еще
служил в родном Батенькову Тобольске и прослужил в нем до конца 1818 г. * 2)
Т. о., ежели не на происхождение, то на оформление и развитие религиоз-
ных настроений и взглядов Батенькова. Ив. Павл. Менделеев, действительно,
имел возможность оказать влияние.
Еще одно замечание. Из предыдущих справок обозначился очень демо-
кратический состав родни Батенькова: Нижегородские, Семипалатинские и
Тобольские меща-е, Тобольский священник, Семипалатинская губернская
х) Любопытно, что в Тобольском главном народном училище Менделеев по
воскресеньям устраивал после обедни особые собрания с учениками, в которых
они упражнялись в „декламатории русских, немзцких или французских авторов
или в чтении своих собственных сочинений". Об Менделееве см. указанную ст.
Черняева и названную в ней литературу.
2) „Труды Сар. Губ- Уч. Лрх. Ком.', в 25, ст. Черняева, Стр. 131; В. Ив. Се-
мевский, „Политические и общественные идеи декабристов'. СПб., 1909, стр. 675.
— 31 —
секретарша и солдатская жена... Это, по всей видимости, его родня по ма-
тери. Что-же касается отца Батенькова, то мы о нем знаем лишь то, что
он был офицером. Был ли он из дворян?... Давно установлено, что поли-
тические взгляды Батенькова, как они сложились к моменту следствия, от-
личались довольно сильным аристократическим направлением. Как приви-
лись к нему эти аристократические взгляды при несомненном по матери де-
мократизме происхождения? За то этот демократизм происхождения об'яс-
няет хорошее знание Батенковым народной жизни и сосуществование в его
политических воззрениях с чертами аристократизма черт буржуазного порядка;
вероятно в значительной мере отсюда идут его купеческие знакомства и
связи, его отмеченное „Донесением" желание быть купцом, чтобы стать
градским главою и „возвысить это звание в достоинство лорд-мейора“.
С. Чернов.
32 —
К истории народного образования в Саратовской губернии до
освобождения крестьян.
Все, кому приходилось касаться истории народной школы в России
вообще или в частности в Саратовской губ., все единодушно отмечают край-
нюю скудость цифровых данных для периода до создания земств1). Распола-
гая некоторым новым неизданным материалом 1854 г. о русской народной
школе в Саратовской губ. в ее старых дореволюционных границах, я и по-
лагал небезынтересным для местных исследователей и деятелей поделиться
с ними этими сведениями.
Данные, о которых будет ниже речь, обнаружены мною в трехтомно;.''
собрании рукописных материалов „статистической экспедиции", работавшей
под руководством известного статистика А. И. Артемьева в Саратовской
губ. в 1853—54 г.г. Они хранятся в рукописном отделении Российской
Публичной Библиотеки под шифром F IV 611. 2).
Экспедиция Артемьева, как и ряд других экспедиций министерства
внутр, дел в начале 1850-х годов, имела целью изучить состояние „раскола"
в одной из наиболее „зараженных" им губерний. Этой же цели должен был
служить и материал о школах и грамотности населения, как то ясно видно
из имеющихся там же подготовленных сами-! Артемьевым таблиц с распре-
делением школ и грамотных по прихода.'-э „православным и раскольническим".
Но, конечно, это не может служить препятствием к использованию собран-
ных данных и для других целей.,
Существеннее некоторое расхождение в показаниях разных источников,
собранных в материалах экспедиции. Там мы имеем общегубернскую „ведо
мость о сельских училищах", дающую наибольший итог. Есть рядом с этим
списком и отличающиеся от него сведения о школах по некоторым уездам
в описаниях этих уездов, представленных экспедиции исправниками. Имеется,
наконец, несколько табличек, составленных самим Артемьевым, оперирующим
то с итогом указанного уже списка, то с новой несколько меньшей цыфрой
и с несколько иными по уездам списками школ. Не знаем, откуда взяты
эти последние данные Артемьева, отличающиеся по уездам и от показаний
исправников. Из материалов экспедиции можно заключить, что три уезда—
Саратовский, Вольский и Хваиынский—были обследованы членами экспеди
пии на мес’е (были посещены, по крайней мере, села), но как-раз по этим
уездам цыфры Артемьева и губернского списка не разнятся, а данных исправ-
ников нет. Производилась-ли по другим уездам и, если производилась, то
каким образом проверка полученных данных, выяснить по материалам, экспе-
диции невозможно. Также остается неизвестным происхождение цыфр гра-
мотных го приходам в таблицах Артемьева. Впрочем, нужно сейчас же
оговорить, что отмеченное расхождение не очень значительно. Во всяком
!) В отношении Саратовской губ. см. Н. Ракитников—„Очерк истории народи,
образов, в Балашовск. у.“ „в Сарат. Земск. Неделе" за 1901 г. № 30—33, стр. 110 и
сл.; В, В. Панов—„Очерки по истории народи, обр. в Нткарск. у."—там же 1902 г.
№ 4, стр. 102 сл ; материалы по Вольск, и Петровен, у.у. в „Положении народи,
образов, в Саратовск. губ. за время существования в ней земских учреждений",
вып. 1 и 2.
2) Энергии председателя нашего Областного Научного О-ва Краеведения
сроф. С. Н. Чернова и доброжелательному содействию акад. С. Ф. Платонова ;
завед. рукописным отделом Росс. Публ. Библ. И. В. Бычкова я обязан возмож-
ностью пользоваться материалом в Саратове, Местный Отд. Нар. Образ., в липе
т. Ганжинского, оплатой особого сотрудника обеспечил мне выборку и копировку
материала (не только о школах). Всем названным лицам приношу свою глубокую
благодарность
— 33 —
случае и имя самого Аотемьева, опытного исследователя-статистика, и
цель экспедиции, устремлявшая собирателей к выяснению истинного поло-
жения вещей и делавшая ненужюй фальсификацию в вопросе школьном,
склоняют отнестись с известным доверием к таблицам Артемьева. И другой
материал более позднего времени в общем согласуется с данными экспе-
диции.
Но прежде, чем перейти к сведениям о школе 1854 г., мне казалось,
нелишним свести воедино разбросанный по разным изданиям материал по
истории народного образования в Саратовской губ. за предыдущее время.
Если Народное Образование в России вообще есть в сущности депо
XIX и XX веков, то в еще более точим смыс е это положение справедливо
в отношении Саратовской губ. До 1840—50-х годов школа, в особенности
школа сельская, крайне туго прививалась в Нашем крае.
В 1767 г., когда ряд городов России уже давно имел „архиерейские",
„цыфирные" и иные более высокого типа школы, в нашем крае даже Сара-
тов, принадлежавший по населенности и экономическому значению к пер-
вым трем десяткам городов из 250 приблизител)но по t-сей России, (кгоме
Малороссии), совсем не имел школы, довольствуясь .обучением обыватель-
ских детей у духовного чина и у других словесной грамоте в собственных
их домах 3)“. Т. е. в Саратове жило старое, допетровское обучение у „ма-
стеров". И даже пример близкой маленькой крепостцы Черного Яра, где
„для обучения купецких детей грамоте и писать" было училище „на купец-
ком содержании" 4), не возбуждал ревности б-лее богатого Саратовского
купечества.
К 1770 г. Саратовские историки со сл-в первого работника в этой
области А. Леопольдова относят „учреждение в Саратове духовного муж-
ского училища-*, позже, в 1777 г. переведенного в Астрахань®). Однако су-
ществование этого училища для детей духозенсгва крайне сомнительно: ни
внимательный к фактам, особенно связанным с духовенством, Саратовский
„летописец" этого времени Г. А. Скопин не отмечает открытия такой школы;
ни восторженно отзывающийся о просветительной деятельности Астрах,
архиерея Ннтония академик Н. Озерецк век и и, говоря о создании Антонием
семинарии в Астрахани в 1777 г., ни словом не дает понять, что тогда же
в епархиальный город былз переведен) из Саратова духовное училище6).
Только в период действия „комиссии об учреждении народных учи-
лищ" Саратов, тогда уже губеонлкий город, получил, наконец, правильно
устроенную школ/—„главное училище", торжественно открытое 22 септ.
1786 г.7) Но уверенность центральн го ведомства в том, что от „главных
училищ" в губернск. центрах сами собой будут „разводиться" „малые" по
уездным городам, т. е. надежды на местную заинтересованность в образова-
нии и поддержку ему, в отнощении Саратовской губ. совсем не отравдались.
В „ведомости о пожертвованиях обществ и частных и лиц на нужды наэод-
дых училищ", обнимающей время до 1801 г. и дающей довольно длинный
список губерний—31, мы напрасно будем искать Саратовскую, хотя тут
фигурируют из соседних с ней Симбирская, Пензенская, Тамбовская и Воро-
’•) Слова Сарат. депутата в комиссии 1767 г.—Сборник Русск. Истории.
Об-ва, т. 134, стр. 278.
4) Там же, стр 246.
*) А. Леопольдов—„Истории, очерк Сарат. края", 1848 г., стр. 93 и 194; „Са-
ратовская летопись" в сборн. „Саратовск. край , в. I., 1893, стр. 46 и 49 Тоже по-
вторила без ссылок и В. И. Оппокова в „Прошлом Сарат. Края", 1923, стр. 79.
°) „Дневник происшествий" Скопина в „Истории. Саратов, сборнике", т. I
1891 г.; Озерецковский—„Описание Колы и Астрахани", 1804 г., стр. 101.
’) Описание открытия см. у Скопина, стр. 27.
— 34 —
нежская8). Список школ, открытых к 1800 г., еще резче подчеркивает от-
сталость Саратовской губ. С своим единственным и к этому времени учили-
щем наша губерния занимала одно из последних мест в России: на грани
XVIII и XIX в.в 4 губернии имели уже школы во всех своих городах, во
многих училища были открыты почти по всем уездным городам и из сосед-
них с нашей—в Астраханской и Симбирской губ. было по 2 училища, в
Пензенской—3, в Тамбовской—4, а в В.ронеж. даже—6. Правда, по коли-
честву учащихся —215 человек—Саратовское училище не уступало всем
Тамбовским (тоже 215 учен.) и превосходило Астраханские (149 уч.) и
Симбирские (209 уч.9), но во первых, одно училище на громадную террито-
рию оказывалось мало доступным уездным захолустьям, а во-вторых, как
видно из несколько более поздних данных, и в губернском городе только
половина или менее мест была занята по воле родителей явившимися уче-
никами, а другую половину или более составляли невольные ревнители
просвещения из кантонистов; по крайней мере в 1803 г. из 223 учеников
Саратовского училища—122 были кантонисты10 *).
В конце XVIII в., в 1791 г. в Саратове было заложено в Спасо-
Преображенском монастыре духовное училище, или „семинария", как громко
называет ее Скопин, которое вскоре, еще в пределах XVIII в. уже не суще-
ствовало; было ли оно в связи с открытием Пензенско-Саратовской епархии
в 1799 г., переведено в Пензу, где проживал епископ п), или просто закры-
лось по тем или иным причинам, остается невыясненным.
Существовал еще в 1799—1800 г. в Саратове маленький пансион с
17 учениками12), удовлетворявший, очевидно, нуждам местного служилого
дворянства.
Вот и все, что можно сказать о школе в Саратовской губ. в XVH1 веке.
Громадная по территории, с миллионным приблизительно населением губер-
ния вступала в XIX в. с одним большим училищем и небольшим частным
пансионом в губернском городе *), в котором считалось более 10 тысяч
жителей
В XIX столетии рост школы в самом Саратове шел гораздо более ин-
тенсивно. Если взять приблизительно такой же период, какой выше был
выделен в XVIII в., то в исходе его, в средине 1830-х г. мы увидим в Сара-
тове, считавшем около 50.000 жителей, с десяток разного типа училищ.
Кроме главного народного училища, преобразованного в 1820 г. в гимна-
зию, было и уездное, открытое в 1822 г., и два приходских—Ильинское и
Сретенское, существовавших с 1830 и 1831 г. Для детей духовенства были
открыты уездное духовное и приходское училище в 1822 г., в 1830 г. се-
минария, а в 1834 г. второе уездное духовное училище с приходским. Кро-
ме того, с первых лет нового столетия существовали особые школы для
лютеран и католиков, указывается особая старообрядческая школа. Нако-
нец, спорадически возникали и угасали „по невыгодности" или закрывались
волею начальства частные школы и пансионы 13).
8) „Материалы для истории учебных реформ в России в XVIII—XIX в.в.“, изд.
С. В. Рождественским, т. I, 1911, стр. 347—362 и его же „Очерки по истории си-
стем народи, образ, в России", т. I, 1912, стр. 601.
®) Цит. только- что „Очерки" С. В. Рождественского, стр. 606.
10) В. А. Боголюбов. Столетие Саратовской I гимназий, стр. 3; цит. в „Сара-
товской летописи", стр. 51.
п) Дневник Скопина, стр. 32 и 33 и прим, на последней; об открытии епар-
хии—см. „Сар. Летопись", стр. 52.
1а) С В. Рождественский, „Очерки по ист. систем Нар. Образ.", стр. 618.
*) Оставляю в стороне немцев, о которых ниже.
)3) Данные см. в брошюрке В. Меркулова—„Краткий истории, очерк Саратов,
начальной народной школы", 1880 (оттиск из № 407 газеты „Волга"), в „Стати-
стическом описании Саратов, губ." Б. Леопольдова, 1839, и в цитир. „Саратовской
летописи".
— 35 —
Но если от губернского города перейти к уездным, картина сразу ста-
нет менее отрадной. По данным „Статистического описания Саратовской
губернии" А. Леопольдова, относящимся к 1835—36 г.г., из 9 уездных го-
родов (оставляю в стороне тогда только-что открывавшиеся заволжские) в
4 совсем не было правильно устроенных школ: в Аткарске, Кузнецке, Сер-
добске и Хвалынске, и в двух были специальные училища—в Вольске пе-
реведенное в 1831 г. из Саратова кантонистское и в Петровске—с 1822 г.
уезаное духовное. Дня того, чтобы лучше представлять отношение город-
ского населения к образованию, не мешает отметить, что в числе городов
без школ были не только земледельческие, без единого промышленного „за-
ведения" и с малым населением Аткарск с iVs и Сердобск с 2г/а тысяч, жи-
телей, уступавшие многим сельским пунктам, но и промышленные и торго-
вые Хвалынск с 4 тысяч, жителей и особенно Кузнецк, второй по населен-
ности из уездных городов (в нем почти 8 тыс. жит.). Не нужно забывать и
того, что один из старых в губернии городов, третий по количеству жителей
(около 6000), с большим для губернии числом заводов Петровск имеет учи-
лище, созд1нное для удовлетворения профессиональной нужды духовенства,
городского и уездного, даже не одного Петр, у., а не горожан. Еще харак-
тернее, что Вольск—самый крупный из уездных городов (сП тыс. жител.),
видевший уже деятельность Злобина и созданный им в 1810-х годах пан-
сион, теперь обходился без школы, ибо кантонистское училище, конечно, не
обслуживало нужд города 14).
При таких данных о городах ясно, что в сельских местностях дело с
народным образованием обстояло совсем печально. Говоря так, я прежде
всего разумею русское и обслуживавшееся позже русскою школой мордов-
ское и чувашское население. Положение немецких колоний и татар-мусуль-
ман было несколько иным.
Известно, что в Сарепте еще в 1772 и 1773 г.г. были созданы школы
для мальчиков и девочек. Поставлено было обучение хорошо, и жители Са-
репты были „все грамотны" *), когда масса русского населения не могла
и мечтать даже о школах по селам, не говоря уж о всеобщей грамотности.
Рано обзавелись школами и другие немецкие колонии, хотя эти школы да-
леко не давали такого эффекта. Конфессиональные прежде всего, только с
начатками грамоты и арифметики, отсталые в деле обучения они произвели
плохое впечатление на ревизора 18|5 г.—проф. Эрдмана, не высоко стояли
и позже. Но все же были, все" же5"делали свое маленькое дело, предостав-
ляя возможность приобщиться к немецкой книге, к немецкой литературе
хотя-бы немногим. Неоднократные проекты с начала XIX в. сблизить от-
единенное немецкое население с языком новой его родины только в 1830-х
годах нашли реализацию в создании училищ в Лесном Карамыше (Сарат.
губ.) и Екатериненштадте (теперь Марксштадте) с обучением и русскому язы-
ку, но без особых успехов **).
Повидимому, к первой же трети XIX в. нужно относить зарождение в
Саратовской губ. мусульманских школ (мектебе) при мечетях в татарских
селах Но мусульманская школа, преследовавшая исключительно религиоз-
ные цепи и учившая чуждому—арабскому—яз., не могла иг^еть даже и того
образовательного значения, какое имели немецкие и русские.
Что касается последних, то я также не располагаю материалами, что-
бы привести какие-либо цифровые данные о сельской школе в 1830 годах,
но общее положение достаточно может быть характеризовано несколькими
„Статистич. опис. Сарат. губ.“ ч. И, см. описания отдельных городов,
*) Клаус, „Наши колонии, Спб. 1869, стр. 76 и 408; цит. работа Леопольдова,
ч. 11, стр. 67-
** ) См. Клаус, „Наши колонии", стр. 407 и след.; количество школ автор не
указывает.
— 36 —
фразами из уже цитированного „Статист, описания Сарат. губ.“. Автор тру-
да, „напечатанного по высочайшему соизволению", с горечью местного пат-
риота и прискорбием верноподданного, долженствующего видеть лишь бла-
гоуспеяния России под скипетр~м Николая, вынужден указать, пользуясь
тогдашним приподнято - торжественным оффициальным штилем, что если
„физическая природа почти повсюду роскошествует жизнию", то „в духов-
ной, напротив, встречаются почти одни пустыни; жизнь проявляется в ка-
ком-то мерцании*, и, продолжая сравнение, сознается, что „при воззрении
на человечество, коснеющее в дико~ти, подобно степям, на кои. столетия
где-где положили сзои заметки, невольно погружаешься в уныние и грусть*'.
Причины этих „пустыней" и „дикости" Леопольдов видит „в страсти к
иноземному" у дворян, „в закоренел"м, как-бы врожденном, отвращении от
просвещения" у других групп, в т^м числе и духовенства 15). О сельском
населении, пожалуй, правильнее было-бы сказать, что оно в массе своей
еще не осознало важности и нужности ему хотя-бы элементарного образо-
вания и не тратило своих средств на устройство школ, довольствуясь в
случаях необходимости обучением на дому у о’ставных солдат, церковни-
ков, начетчиков-старообрядцев и др. „Попечительное о благе подданных" пра-
вительство еще не признало тогда, по крайней мере в отношении к деревне,
того, что казалось „доказанным" ценителю науки и знанья—Леопольдову,
именно что просвещение „есть средство к усовершенствованию природы
человеческой", и уж во всяком случае не заботилось о насаждении школы
в Саратовской глуши, предоставив все духовенству и помещикам. Ближе
связанные с своими „подданными" помещики по тем или иным соображе-
ниям, может быть, и открывали в своих имениях училища, но эти рассад-
ники грамоты не все отличались прочностью: слишком они быыи связаны с-
настроением и благополучием своих основателей и нередко их не пережи-
вали. Печальная судьба знаменитого Зубриловского дворянского пансиона
1821—25 г.г., закрывшегося со смертью его основателя 16), не одинока в
истории помещичьей школы в Саратовской губ.
Выше было сказано, что у нас нет цифрового материала о сельских
училищах в середине 1830-х годов, но некоторые другие данные и косвен-
ные указания заставляют думать, что приведенные фразы Леопольдова —
не риторические тирады, но правильно изображающие положение дела
слова. Мы знаем что первые удельные училища появились в нашей губернии
в 1837 г; с того же времени начинается организация школ в селах казен-
ных крестьян; далее 1840-х годов не восходят указания, по памяти крестьян
собранные земскими статистиками в 1880-х г. Некоторые выводы по инте-
ресующему нас вопросу можно, думается, сделать и из сопоставления
поприходных данных Артемьева о грамотных с общим количеством населе-
ния, с наличием или отсутствием школы и—в первом случае—годом появ-
ления школы.
„Статистическое описание Сарат. губ." отметило для средины 1830-к
годов школы только в трех русских селениях (кроме городов): в посаде Ду-
бовке (Цар. у.), в слободе Романовке—гр. Воронцова Балаш, у. и в центре
новосозданных в силу указа 1828 г. 5 „колоний питомцев Московского
Воспитательного дома"—Николаевском городке Сарат. у.17). По Дубовке
Артемьев не приводит данных. Но грамотность Романовки в 1854 году
выделяется на первое место в ряду всех русских приходов; 500 муж-
чин и 70 женщин, на пять приблизительно тысяч населения. Близко к ней
1Й) Там же, ч. 1, стр. 52—56.
16) Об этом пансионе см. заметку—по арх. данным—Арнольдова в „Русском
Архиве" за 1873 г. № 11, ст. 2002—4 и—по устному рассказу—в цитир. „Саратов-
ской летописи", стр. 62—63.
”) Ч. II, стр. 62, 111 и 4о—51.
— 37 —
подходит только Красный Яр Камыш, у , казенное село, где до 54 г. школа,
очевидно, прожила уже более десятка лет. Значительно уступает Романовке даже
удельное село Золотое, Камыш, у., центр „приказа", где открыто училище
в 1837 г.1 * * 18): 350 грамотных мужчин и 85 женщин на приход с таким же,
как в Романовке, если не большим населением. Уступают и большие по
размерам села Елань Аткар, у. и Дорофеевка (Алексеевка) Сарат. у., в кото-
рых не позже начала 1840-х годов были созданы казенные школы: 367 гр.
м. и 127 ж, в первой и 317 м.-|-76 ж. во второй.
Относительно высокая грамотность и в приходе Николаевского городка,
где сразу были устроены и мужское и женское училища: 180 грам. мужч. и
70 женщ. на полторы приблизительно тысячи жителей. Несколько превышает
ее грамотность двух казачьих станиц Цариц, у.—Алексеевской и Пичужин-
ской: 299 м. и 24 ж. в первой и 277 м. и 40 ж. во второй на 1800 человек
в каждой. Все другие приходы, со школами в 1854 г. и без них стоят
ниже; напр,, даже в Вязовке Вольск, у , где школа, устроенная министер-
ством госуд. имуществ в 1840 г., считалась образцовой в руках большого
ревнителя просвещенья—местного священника А. И. Софийского, где им же
в 1845 г. была создана и женская школа,*) на более, чем 2г/е тыс. жите-
лей приходилось в 1854 г. всего 125 грам. мужч. и 18 женщ. И это тем
более нужно учесть, что с тогдашней школой в насаждении грамотности
очень успешно соперничали частные учителя—„мастера", и, напр., в Черкас-
ском Вольск, у. или в Баланде Атк. у., в которых в период крепостничества,
как кажется, не было правильно организованных школ, всё же Артемьевым
отмечается 205 грам. м. и 158 ж.18) в первом м 261 м. и 83 ж. во втором
на 6— 5\/с тыс жителей в каждом. Таким образом и данные Артемьева,
хотя им и нельзя приписызать абсолютного значения, дают то же впечат-
ление о положении школьного дела в русских селах Саратовской губ. до
средины 1830-х годов. К тоем пунктам со школами, указанным у Леополь-
дово, они позволяют прибавить разве—только две казачьих станицы Цариц,
у. Так мало еще было сделано в пору Пушкина и Гоголя для насаждения
школы в нашем крае!
С большим успехом прошли для народной школы следующие 20 лет,
до начала известного общественного возбуждения, вызванного Крымской
войной, подвести которым некоторые итоги позволяют материалы экспедиции
Артемьева.
Оставляя в стороне немецкие и татарские школы, точного учета кото-
рых не имею и для этого периода, остановлюсь сначала в немногих словах
на городах.
Последние 20 лет царствования Николая I были в Саратовской губ.,
как, впрочем, и в других местах России, временем значительного роста
городов, особенно уездных, успевших удвоить (и даже более увеличить)
свое население (Аткарск, Балашов, Камышин, Вольск, Хвалынск), заметного
развития их промышленности (опять-таки особенно поименованных выше)
и вместе, конечно, некоторого движения культурного. В Саратове, где за-
крыто одно из духовных училищ, мы все же насчитаем к 1850 г. до полутора
десятка учебных заведений, духовных и светских, казенных, общественных
и частных, в том числе и в первые появившиеся женские: школа при женском
монастыре 1840 г., институт благородных девиц с 1854 г,2°). Растет число
1S) О Золотовском уч. см. „Журн. Министер. Нар. Просвещения", 1851 г., №11
о,-д. IV, стр. 51—59.
*). О Вязовских школах см. „Положение нар. образ, в Сарат. губ.“, в. 1,
последи, прилож. „Вязов, обществ- библиотека".
1В). У Артемьева наоборот: 205 женщ. и 158 м., но такое преобладание
женщин являлось-бы исключительным во всей губ. и было-бы совсем непонятно;
я предполагаю описку автора.
2()) О Сарат. школах см. в цитир. „Сарат. летописи".
— 38
училищ и в уездных городах. В Вольске кроме военного училища появилось
и уездное с 1843 г,, и духовное с 1847 г. В Петровске рядом с давним
духовным открыты уездное и приходское. Отмечается в 1854 г. приходское
училище в Аткарске; очевидно, к этому же времени успели создаться пер-
вые школы в Кузнецке, Сердобске и Хвалынске.21). Кроме того в пригородных
слободах Аткарска и Петровска были казенные сельские щколы, а в приго-
родной удельной деревне Еременихе у Балашова с 1842 г, существовало
удельного ведомства училище22). Таким образом ко времени Крымской войны,
можно считать, все уездные города Саратовской губ. обладали школами,
некоторые даже 2—3 разных ведомств.
Значительней, по крайней мере, внешне и по отношению к предшест-
вующему времени, успехи школьного строительства в сельских местностях
губернии. Этот период можно считать началом более или менее планомерной,
хотя и очень еще скромной, работы по насаждению школы в деревне.
В 1837 г. было вновь создано министерство госуд. имуществ, во главе ко-
торого стал небезызвестный „начальник штаба по крестьянскому вопросу" Нико-
лая—ген. Киселев. Одною из задач нового министерства ставилась забота об
„упорядочении быта“ казенных (государственных) крестьян, и в числе дру-
гих мер были предприняты шаги по устройству школ в казенных селениях.
Нсвое движение отразилось и в Саратов, губ. Я не могу дать хронологи-
ческого списка школ в казенных селениях, но приведенные выше примеры
свидетельствуют, что в 1840-х годах такие училища уже существовали.
Нет возможности на основании наших данных расчленить, какие из школ
возникли по инциативе ведомства, какие созданы самими крестьянскими
обществами и духовенством. Кажется что в списки 1854 г. попали и малень-
кие школки учителей-мастеров, создававшиеся на дому у них или кого-либо
из родителей на основе частных договоров заинтересованных лиц?3). Не
позволяют наши данные составить и бесспорный список и дать единый итог
школ в селениях казенных крестьян.
Устанавливая принадлежность сел к той или иной группе, можем в
общегубернской „ведомости" насчитать по Аткарскому у. 10 казенных се-
лений со школами: Пригородная слоб., Елань, Краишевка, Матышево, Морец,
Судачье, Терся, Сластуха, Мал. Князевка (в которой жили и удельные
крестьяне) и Невежкино; но два последних не значатся у Артемьева ни в
уездном списке, ни в итоговой табличке. 24) Если школу М. Князевки и
можно было опустить, как „частную" (хотя другие „частные" же школы
учтены и Артемьевым), то мотивы исключения Невежкинской остаются не-
известными. В Балашовсксм у. находим 5 бесспорных казеннных сел со
школами—Песчанка, Три Острова (Самойловка), Больш. Карай, Терновка,
Турки (где были и владельче кие крестьяне мелких помещиков). Я склонен
отнести к этой же группе и школу в Тростянке, зачисленную Артемьевым в
группу владельческих. В этом большом селе—свыше 3300 жителей—вла-
-1) „Положение нар. обр. в Сарат. губ.“, вып. I, прил. 1 ко.2 главе; материалы
Артемьева; в известном издании „Начальное народное образование в России"
под ред. Г. А. Фальборка и В. И. Чернолусского по данным переписи 17 января
1895 г. показаны возникшими до 1856 г. школы по всем городам, кроме Аткарска
и Хвалынска,—т I, табл. XXXIV, стр. 271 — 72, но об Аткарской школе говорят и
городничий и благочинный (материал Артемьева); в Хвалынске же в 1859 г. было
открыто еще женское уч.
22) О первых двух наши матер., о последней—Журнал Мин.Нар. Проев., 1861 г.
Xs 11, отд. IV, стр. 51—59.
23) В общегуб. „ведомости" при некоторых школах, но только одного Аткар.
у., есть пометки—„частно".
-') Отмечу для дальнейшего, что в поуездных списках Артемьева не всегда
правильно села отнесены к той или иной группе, а в итоговой таблице отнесение;
к числу каз., удельн. или владельч. иногда не соответствует даже его собственным
поуездным спискам.
— 39 —
дельческие крестьяне, составлявшие около ’/л населения, принадлежали 16
владельцам, у самого крупного из которых не было и 100 душ 2i) Меж тем
в школе и по „ведомости" и по списку Артемьева было 33 учащихся, меж
тем во всех других случаях по губернии школы в помещичьих селах имелись
лишь у более—и обычно гораздо более—крупных владельцев, как увидим
ниже. По Вольскому уезду зцаем 7 школ в казенных селах: Донгузе, Берез-
никах, Вязовке, Воскресенском, Глотовке, Максимовке и Стригае. 26) В Ка-
мышинском—4: в слоб. Котовой, Лапуховке, Гусевке и Коасном Яре. 2‘)
В Кузнецком—5: в Русск. Камешкире, Наскафтыме, Канадее (Мордов.), Нов.
Андреевке и Сюзюме. Сложнее дело с Петровским у. По .ведомости" можно
установить 6 „казенных" училищ: в Пригородной слоб., Мал. Сердобе, Си-
нодском, Назимкине, Пылкове и Козловке. Артемьев, оставив в стороне пер-
вое, очевидно, как городское, почему-то не указал и последнего, но зато в
своем списке отметил еще школы в каз. селах Верхи. Абадиме (Асметовке)
с 2 учениками и в Стар, и Нов. Славкине—по 3 уч. в каждом; в оффициаль-
ной „ведомости- этих трех нет, 28) и, судя по размерам, это были вновь
появившиеся „частные" школки. В Саратовском у. и по „ведомости- и по
Нртемьезским таблицам 7 училищ: в Николаевском городке—нам уже из-
вестная мужская (женская, очевидно, закрылась), в Дорофеевке (Алексеевке),
Ст. Бурасах, Гремячке, Озерках, Идолге и Широк. Буераке. С Сердобским
уездом имеем непреодолимые затруднения. По „ведомости" и уездному спис-
ку Артемьева там школы в одном казенном селе—Долгорукове с 10 учени-
ками (не „частная“-ли?) и трех помещичьих. Но исправник и в описании и
в поселенных списках отмечает 3 казенных школы в селах: Сосновке (5
учен.) и Сластухе (10 учен.) и деревне Зеленовке (с 20 ученик.) и лишь 1
помещичью. Цыфры грамотных по этим 4 приходам, как и по приведенным
выше 4 „сомнительным" Петров, у. и 2 Аткаоского совсем не показательны;
в печатных „списках населенных мест" по данным 1859 г. ни при одном из
этих селений школ не показано (впрочем в отношении училищ „списки"
эти очень неисправны). Сомнения, таким образом, остаются неразрешен-
ными. Н< оборот в Хвалынском у., по согласным данным, 4 училища в Се-
литьбе, Барановке, Епшанке и Шалкине. В Царицынском—нам уже изве-
стные школы в Дубовке.и двух казачьих станицах (Александровской и Пи-
чужинской), а также в Балыклее, Городище и Пичуге. Оффициальная „ведо-
мость" занесла еще училище в Водяном, но Артемьев в своем уездном
списке пометой: „было" вскрывает нам один из примеров недолгой жизни
дореформенной школы.
Таким образом в общем итоге по губернии мы имеем в селениях го-
сударственных крестьян 51 школу (считая с казачьими и Дубовской), от-
меченные в оффициальн. „ведомости" и принятые Артемьевым, затем 10 „сом-
нительных", встречающихся лишь в одном источнике, и 1—в Тростянке
Балаш. у., сушествование которой не подвергается сомнению, но которую
Артемьев занес в „помещичьи", мы же склонны считать „казенной".
Определеннее наши данные о школах в удельных селах. Удельное
ведомство с 1837 г. стало насаждать училища в нашем крае. *) Прёдпола-
По исповеди, росписям за 1854 г.
-я) В итоговой табличке Артемьева в каз. села попала и Юловская Маза со
школой удельного ведом., как увидим ниже.
~7) Судя по цифрам учащихся Артемьев считал казенной еще школу в Руд-
не, но и исправник в своем описании уезда и „Списки насел, мест" Сарат.
губ., вышедшие в 1862 г. под ред. того же Артемьева,! указывают школу
в помещичьей половине Рудни.
2S) Исправник указывает по уезду всего 5 школ без наименования сел и разрядов.
*) Не знаю, на чем основано мнение А. В. Панова, что в Вязовке Аткар. у.
школа была открыта удельным ведомством в 1833 34 г.— „Саратов Земская
Неделя", 1902 г., № 4, отд. Ш, стр. 103.
— 40 —
галосьустроить их по одному в каждом „приказе*1, но к 1854 г. проэктлэтот
не был выполнен. В Саратовском удельчом имении, обнищавшем и заволж-
ские, уже отошедшие от Сарат губ., уезды, к 1854 г. было отк >ыто ведом-
ством на 9 „поика-юв** и 2 „отделения** всего 7 школ. Из них 5 приходи-
лось на долю Саратовской губ. в новых после 1850 г. границах: в Золотом
Камыш, у. и Юловской Мазе Вольского у., открытые в 1837 г., в деревне
Еременихе у Балашова, Вязовке (Богородском) Аткар. у. и Песковатке Ца-
риц., существовавшие с 1842 г. 29) Но кроме ведомственных школ, как со-
гласно свидетельствуют наши материалы, в удельных селах создалось еще 6
школ по местной—крестьян или духовенства—инициативе: в Колок льцовке
(Федоровке) Аткар. у., в Усть-Щербедине (Шетневке), Еловатке, Б. Грязну-
хе,Ивановке и Пинеровке Балашов, у. 80) Интересно отметить, что в то вре-
мя, как ведомственные школы были исключительно (в Юл. Мазе и Еоеме-
нихе) или преимущественного (в Песковатке и Золотом) мужские (в Вязов-
ской преобладали девочки), все созданные местной инициативой, в Бала-
шовск. у. были исключительно женскими и в Коюкольцэвской —по данным
Артемьева—девочки преобладали (по „ведомости** в ней учатся только де-
вочки). Кроме названных 11 училищ оффициальный список знает еще одно
(тоже женское!) в Меловатке Камыш, у., не показывая однахо учителя;
очевидно, на этом основании, как недействующее, его не включил в свои
списки Артемьев.
Школа в помещичьих селах также стала в рассматриваемый период
заметным я-лением в бедной культурными благами Саратовской действи-
тельности. По Вольскому, Саратовскому и Хвалынском^, у.у. наши материалы
согласно указывают 10 школ во владельческих селах: Герсе, Баклушах,
Куриловке и Ст. Жуковке Вольск., Сркуре, Усовке и Рыбушке Саратов.,
Алексеевке, Шаховском и Широком Буераке Хвалынск, у. В Балашовском,
кроме Тростянской школы, о которой уже была речь, также единодушно
отмечаются училиша в Романовке, существовавшее еще до 1835 г., в Благо-
вещенском (Таловке), Бобылевке (Рязановом Броде), Зубриловке, Надах и
Северках. В Кузнецком—по „ведомости** значится 4 селения со школами:
Анненково, Нов. Кряжим, Траханиотово и татарсхо-русское Дёмино; в спи-
ски Артемьева по приходам последнее не попало, не пэтому-ли, что в Дё-
мине не было церкви; наличие же школы в этом селении подвержтгется и
скупыми на та^ия указания печатными „Списками населен, мест**. Точно
также и училище в Широком Кара«ыше Аткар. у., указанное в „ведомости**
и „Списках насел, мест", видим >, по какой-то случайн сти отсутствует в
уездном списке Артемьева. Наоборот отмеченная только у него школа в
Карякине того-же Аткар. у. кажется сомнительной. Трудно себе пседста-
вить, чтобы школа с 60 учениками осталась неизвестной составителю оф-
фициальной „ведомости**; трудно предположить, чтобы это было вновь воз-
никшее училище: очень высока дпя этого Ць-фра учащихся, в особенности
для Карякина—села с 500 примерно жителей; наконец, нельзя уяснить
себе, кто был столь щедрым покровителем просвещенья, чтобы содержать
большое—по тогдашним размерам школ в нашей губ —училище в неболь-
шом владельческом селе, где к тому же сидело 3 помещика. Может быть,
цыфра учащихся у Артемьева дана неправильно: не п вторил-ли он меха-
нически числа грамотных, которых показано тоже 60? Тогда перед нами,
вероятно, вновь возникшая небольшая школа. Остальные 9 крепостных сел
а9) О ведомств, удельных школах см. уже цитир. отчет за 1859 г. в Журн.
Минист. Народи. Проев, за 1861 г., № 11, отд. IV, стр. 51—59.
30) Как необходимо заключить по числам учащихся, Артемьев—в итоговой
таблице—школу в Еловатовке относил к паз., а Б.Трязнухинскую- к помещ.
— 41
со школами в Аткар. у. показаны согласно в „ведомости" и у Артемьева:
Больш. Екатериновка, Б. Дмитриевка, Дивовка, Журавка, Полуховка, Ст.-
Бахметевка (Ивановка), Рельня, Широкий Уступ и Нов. Выселки 3L). По
Камышинскому у. Артемьев ввел в свой список школу в Ильмене с 1 уча-
щимся, но во-первых, это едва-ли школа, а во-вторых, Ильменя в списке
сел со школами не.называет ни „ведомость", ни местный исправник. Ука-
зываемую же двумя последними и „Списками насел, мест" единственную по
уезду помещичью школу в Рудне Артемьев по очевидному недоразумению
прикрепил к казенной половине этой слободы. В Петровском у. „ведомость"
показывает 4 помещичьих школы: в Березовке, Безводном, Ключах и Дья-
чевке; у Артемьева последняя отсутствует. Наконец, по Сердобскому у., как
мы уже знаем, остаются непримиренными, но и неопровергнутыми проти-
воречивые показания общегубернской „ведомости", усвоенные и Артемье-
вым, и сердобского исправника. Впрочем, и те и другие данные утверждают
существование одной школы во владельческом селе—Байке; далее первые
дают еще два помещичьих села—Мошково и Раевку и 1 казенное, послед-
ний выдвигает 3 казенных села.
Псдводя итоги, можно сказать, что по губернии имеем 33 школы в
помещичьих селах, показываемые всеми нашими источниками. К ним надо,
по всей видимости, прибавить еще две, опущенные Артемьевым,—в Широк.
Карамыше Аткар. у. и в Дёмине Кузнецкого. Наоборот, им введенные шко-
лы—в Карякине Аткар. у. и Ильмене Камыш, кажутся очень сомнитель-
ными. Трудно решить вопрос о школах в Дьячевке Петров, у. и Раевке и
Мошкове Сердоб кого.
Если сопоставить количество школ в помещичьих селах в 1854 г ,—
33—38, с единственной школой, существовавшей до 1835 г., то может по-
казаться, что саратовские помещики в области школьного дела оправдали в
известной мере надежды Николая I, что работа ведомства госуд. имуществ
будет служить образцом и стимулом для помешиков в деле устройства их
собственных крестьян. Однако, какие это помещики устраивали школы в
своих имениях?
Просматривая фамилии владельцев, которым принадлежали села со
школами, мы прежде всего встречаем значительную группу представителей
родовитой и весьма богатой вообше и в частности владевшей громадными
имениями в Сарат. губ. аристократии: Нарышкиных (Пады Балаш. у.), гра-
фов Шереметевых (Нов. Выселки Аткар. у.), Воронцовых и Воронцовых-
Дашковых (Романовка Бал. у., Алексеевка Хвал.), Шуваловых (Б. Екатери-
новка и Шир. Уступ Аткар.), князей Голицыных и Голицыных-Прозоров-
ских (Север <и Бэлаш., Нов. Кряжим Кузнец., Сокур Сарат., Зубриловка
Балаш.), Васильчиковых (Б 1аговещенское - Таловка Балаш.), Щербатовых
(Усовка Сарат.), Белосельских-Белозерских (Траханиотово Кузн.). Четвер-
тинских (Рудня и—если считать—Ильмень Камыш.), Салтыковых (Байка
Серд.). Кочубеев (Б. Дмитриевка и Широкий Карамыш Аткар., Рыбушка
Сарат, Широк. Буерак Хвал13) Э о —та среда, которая дала деятелей,
склонных к английскому государственному устройству и некоторым либе-
ральным мерам в отношении крестьян при Александре I. Ее представители
пр должали англоманствовать, по крайней мере в хозяйстве и быте, при
3|) Наши материалы не дают подтверждения словам историка Аткарских
кол - А. В. Панова („Сарат. Земск. Неделя" 1902, № 4, отд. Ill, сгр. 103': „В с. Ко-
лргривовке школа была открыта помещиком лет за 20 до 1861 г.; немного позд-
нее гр. Гурьев устроил в своем именьи (в с. Коленах) школу, существовавшую
несколько лет даже и после падения крепостного права". Во всяком случае такой
непрерывности бытия школ в этих селах мы не знаем.
а2) Для выяснения владельцев помимо материалов экспедиции были привле-
чены исповедные росписи за 1854 г. и описания имений (свыше 100 душ) в при-
ложениях к „Трудам редакц. комм."
— 42 —
Николае I, пребывая к его политике в молчаливой и лойяльной оппозиции.
И вот в селах этих аристократов сосредоточена половина всех помещичьих
школ—19 из 38 (или 20 из 40, если присчитать Ильмень и Карякино). А
если к этой группе прибавить светл. князей Ливенов (Терса Вольск, у.),
звезда которых взошла при Павле и которые служили при Александре в
период реакции и при Николае, то на стороне аристократов будет уже и
перевес. Отмечая такую связь первостепенной знати с крестьян кой шко-
лой, я отнюдь не хочу сказать, чтобы „забота о народном просвещении11
вытекала из твердо поставленного и всеми усвоенного принципа практиче-
ского поведения в этой среде. Можно указать на отсутствие училищ в гро-
мадной Баланде тех же Шереметевых, в очень крупном, с рядом сел, вла-
дении в Сарат. у. тех же Воронцовых-Дашковых и т. д.; можно назвать
„глухих к просвещению подданных" князей Куракиных, Гагариных, графов
Орловых-Денисовых, Толстых, Кушелевых-Безбородко, из более новой знати
графов Гурьевых, Борхов, Балашовых, чтобы быть в пределах наиболее
крупных помещиков н-шей губернии. Да и наличие школы в данном именья
не всегда еше означало, что ее создал помещик *). Однако во всяком слу-
чае эта связь высшей аристократии с народной школой бросается в глаза
и не кажется случайной или об'ясняемой только значительными средствами
этих фамилий О обенно резко в-»ступит она из следующих сопоставлений.
Министры Николая в противовес названной группе верхов не уделяли вни-
мания школе, и опыт с государственными крестьянами проходил без воз-
действия на них в этом отношении. Ни министр двора и родовитый ари-
стократ кн. П. М. Волконский (и его сын)—владелец около 400 душ в Ба-
лашов. у., ни министр иностр, дел, один из крупнейших помещиков Края,
с владениями в трех уездах (свыше тыс. душ), гр. К. В. Нессельроде,
ни даже министр нарсдн. проев, и известный автор благочестивого „Путе-
шествия в св. землю" Авр. С. Норов, имевший в двух уездах около 400
душ, ни еще более—тоже министр нар. просвещения, бывший либерал, вла-
делец 3843 душ, граф С. С. Уваров, который в 1816 г. в качестве попечи-
теля петербургского округа, представляя проект подготовки „учителей в
низшие народные училища", высказывал радость, что участвовал „в осно-
вании и успехах заведения, долженствующего иметь столь благодетельное
влияние на народный дух и на образование сильного, многочисленного,
слишком часто страждущего класса народа", а потом в виду задержки скор-
бевший, что „важнейшее из всех воспитание простого народа в забвении и
даже в презрении" * 33), никто из них, даже так красноречиво защищавший
народное образование Уваров,—не создали школ в своих имениях. Нечув-
ствительны к работе министерства госуд. имуществ оказались и настоящие
саратовские помещики. По данным X рев. 1859 г. Тройницкий отмечает в
губернии 2463 дворянина земле-и душевладельца *). Оставляя в стороне
родовитых и служилых аристократов, редких в общем гостей на саратов-
ском горизонте, которых не насчитать и сотни, и мелких помещиков, имев-
ших до 100 душ, от которых трудно ожидать забот о просвещении, примем
в круглых цифрах 700 вотчинников, владевших от 101 и выше душ каж-
дый. И вот на этих 700 приходится всего 18 (или 19, если считать и Ка-
рякино) школ, при чем одна—в Дёмине Хвалын. у., повидимому, устроена
*) Об училищах в Широком Уступе и Нов. Выселках (Раковое) „ведомость"
как раз отмечает, что в них учат священники „частно". Но отсюда, конечно, нель-
зя еще вывести, чтобы владельческая контора не имела никакого отношения к
школе.
33) См. статью проф. С. В. Рояадественского „Вопрос о народном образова-
нии и социальная проблема в эпоху Александра 1“ в 5 книге „Русского Прош-
лого"; цит. на Стр. 38 и 41.
*) См. „Крепостное население в России по 10 народи, переписи", Спб. 1861 г.
— 43 —
более мелким помещиком. Так плохо прививалась школа во владельческих
имениях даже и в средине Х1Х в. Гораздо чаще помещик строил церковь,
чем создавал школу, очевидно, расчитывая,—-воспользуемся еще раз кра-
сноречием Уварова—попечителя, именно „религией11, а не „лучшим по-
знанием самого себя", „примирить" крестьянина „с судьбою и обществом".
И это относится не только к XVLI1 и началу XIX века, но и ко второй
половине его, поскольку можно сопоставить данные за 1850-е годы о росте
приходов и количестве школ. И это касается не только крупных и средних,
но даже и мелких помещиков 84). С другой стороны, помещики не редко
считали более выгодным и более полезным устраивать больницы, чем тра-
тить деньги на школы. Это можно констатировать не только у министров
и крупных владельцев Нессельроде и Уварова, магната Куракина, но и у
местных помещике в, как у Устинова и более мелкого Бернова в Сердоб. у.
Падчерица в помещичьем быту и мало любимая дочь в казенном и
удельном ведомствах—сельская народная школа в нашей губернии не могла
быть хорошо обставлена и не могла давать значительных результатов. *
К сожалению, наши материалы не позволяют сказать что-либо по пер-
вому вопросу за единичными случаями. Позднейшие земские данные едино-
гласно свидетельствуют, что даже отдельное помещение для училища доре-
форменного периода не было правилом, что с обеспечением учебными посо-
биями дело обстояло очень печально даже в лучших школах За). Но в отно-
шении учительского перс нала общегубернская „ведомость" 1854 г. дает
уже кое-какой материал. Исключая из 107 занесенных в нее училищ Мело-
ватское и Водянское, как едва-ли функционировавшие в 1854 г., а также
Дубовское и двух казачьих станиц, как стоявшие на особом положении, для
остальных 102 школ губернии имеем 107 учащих, при чем еще о школе в
Бобыпевке—именьи Н. А. Львова—(где училось 20 мапьч. и 23 дев.) зам е-
чено, ч о в ней преподает „весь причт". По два учителя было в удельно#
Вязовскей школе Аткар. у с 44 учащимися (20 мапьч. и 24 дев.), в Елан-
ской казенной того же у. с 112 уч, (102 мальч. и 10 дев.), в удельной шкеле
Золотого Камыш, у. с 40 мальч. и 15 дев. и двух казенных школах того
же уезда—в Гуселке—30 мальч. и 3 дев. и Красном Ярус 70 мальчиками, (а
также в Дубовке и обоих казачьих). Все остальные школы имели по одно-
му учителю. Правда, и количество учеников в общем не было значительно:
в 6 школах от 51 до 92, в 57—от 21 до 50 и в 35 от 7 до 20 школьни-
ков. Таким образом за исключением 6 школ остальные соответственно со-
ставу учащихся были обеспечены учителями достаточно. Но нельзя сказать,
чтобы это обеспечение было сносным со стороны качества. Прежде всего
большинство преподавательского персонала занималось в школе, не забывая
о других своих, основных обязанностях, хотя-бы и не очень сложных. Это
нужно сказать о членах принтов; 61 священнике, 7 диаконах, 1 псаломщи-
ке, бывшем „ученике философии", 1 дьячке и 1 пономаре. Не знаем, отда-
вали-ли свои силы целиком только школе остальные группы учителей: 30
семинаристов, недоучившихся „учеников философии и богословия", казачий
урядник и казачий обьр-офицерский сын (в казачьих школах), губернский
секретарь (в Дубовке), мещанин, 2 дворовых и 5 крестьян, и кн. Голицын,
значащийся учителем в его Северском училище. Но если даже эти 43 учи-
теля и были прежде всего учителями, то ни о них, ни о членах принтов
совсем нельзя сказать, чтобы они были приготовлены к своей ответствен-
Село владельческое в нашей губернии более мелкий по населению
пункт, чем казенное и удельное. Из 522 сел—1854 г., всего 61 имело население
менее 500 чел., но из этих 61 только 6 каз., 4 каз. и влад., остальные все вла-
дельческие. ,
<|5) См., напр., цитированные уже издания Сарат. губерн. земства по Воль-
скому и Петровскому у.у.
— 44
ной роли. Судя по приведенным данным, никто из этих учителей не полу-
чил педагогического образования и едва-ли вообще был знаком с делом
преподавания теоретически, за единичными исключениями в роде назван-
ного уже свящ. Софийского в Вязовке Вольского у., может быть, кн. Голи-
цына.
Для характеристики намеченных групп школ—казенные, удельные и
помещичьи небезинтересны следующие сопоставления по величине их и со-
ставу преподавательского персонала.
Если воспользоваться данными о всех 105 (кр ме Меловйтки и Водя-
ного) школах, имеющихся в „ведомости" т. .е со включением Дубовской и
двух казачьих, то по величине они сгр/ппируются в следующей табличке:
Группы школ. Количество ' - учащихся. Казенные. Удельные. Помещич. ВСЕГО.
Свыше 100 2 — — 2
От 51 до 100 ‘ . 5 1 2 8
От 21 до 50 42 4 14 60
От 7 до 20 7 6 22 35
Итого .... 56 И 38 105
Таким образом школы в помещичьих селах отличались наименьшими
размерами. Училища удельных крестьян правильно поделились на две части:
все 5 ведомственных принадлежат ко 2 и 3 разрядам, все б созданных не
ведомством имели до 20 учащихся ( 20 девочек было и в недействевавщей
в 54 г. Меловатской школе.) Повидимому, и часть, по крайней мере, школ
.казенных" с составом до 20 школьников возникли помимо министерства;
об одной школе—в Мал. Князевке Аткар. у.—мы это и положительно знаем
13 отметки в ,ведом сти“, что в этом селе учит „священник частно". Дру-
гая школа—в Нов. Дндреевке Ку н. у., имевшая 20 учеников, наоборот,
едва-ли могла быть создана крестьянами и духовенством. Крохотное село,
собственно только церковный погост, с 25 жителями, окруженное татарским
и чувашским поселениями, не могло, думается, содержать школу и уже ни-
как не могло дать 20 учащихся. Естественнее всего предположить, что и
церковь и школа созданы и служили для миссионерских целей утверждения
в вере очень нетвердых в ней чуваш и воздейс!вия в духе христианства
и русификации на татар.
Интересно и обеспечение учительства по группам. Мы уже видели,
что по два преподающих имели только 3 казенных, 2 удельных школы, и
еще Дубовская и 2 казачьих, а из помещичьих только в Бобылевке к ра-
боте школьной привлечен весь причт. Кроме того училища в казенных
селениях почти сплошь обеспечены в качестве учителей священниками и
„учениками филоссфии или богословия", только в 3 преподают диакбны
(в Наскафтыме, На имкине и Идолге). В удельных ведомственных школах
также преподавательструют священники (в Вязовке Аткар. у. с помощью
диакона, в Золотом—с помощью крестьянина). Из 6 остальных — в трех тоже
священники (Еловатка, Усть-Щербедино и Б. Грязнуха), в Двух—диаконы
— 45 —
(в Колокольцовке и Пинеров«е), а в одной—Ивановке Балаш. у. даже
дьячок. Наконец, из 38 школ в помещичьих селах в 28 учительствуют свя-
щенники и семинаристы, в одной диакон,, в доугой пономарь, в третьей
князь Голицын (в Северках), в четвертой мещанин, в двух дворовые и в 4
крестьяне. Т. е. здесь больше всего учителей с неизвестным и—скорее
всего—низким цензом.
Приведенные замечания позволяют сделать вывод, что поовести резкое,
тем более >акое нибудь принципиальное различение школ, организованных
ведомствами, от созданных помещиками или возникших по почину крестьян
или духовенства, и даже школ всех э'их видов от обучения на дому у мас-
теров и мастериц, совершенно невозможно. Один и тот же всюду состав
учаших. с оспаглением, по кольну Э'О можно полагать из данных о званиях
учителей, общего образовательного уровня по мере движения от ведомствен-
ных школ к частным учителям. Та же везде бедность помещения, таже нищета
пособий с различиями очень небольшими. Очевидно, одинаковые по суще-
ству методы преподавания и в конце концов, одна и таже убогая программа.
Мы знаем, напр., что задача удельной щколы была дать первоначальную
грамоту (с элементами арифметики) и—на первом плане - „веру"; практическая
цель—подготовить писарей для конторы ведомства. Едва-ли отличалась от
этого и казенная школа. И по существу это давняя программа школ масте-
ров XV1I в. Только в красивой речи—вспомним еще раз Уварова—можно
было противополагать „религию" и школу, дающую будто-бы народу „лучшее
познание самого себя1*. В действительности школа не давала и не могла
давать материала для выработки самопознания; и не должна была давать
этого в Николаевскую пору, ибо иначе—вопреки уверениям либерального
попечителя Александровского времени —она не служила бы цели—„примирить
(„страждущий класс народа*) с судьбою и обществом". И именно религия и
в духе ее и в помощь ей построенная и в руки духовенства в значительной
мере отданная школа должна была и могла именно в соответствии с такими
правительственными начертаниями действовать на массу народа.
&
Не замечая особых преимуществ в данных ему со стороны школах и
часто спасаясь возможного после такой школы использования его сына вне
крестьянствования в условиях, нередко худших,, чем его собственные, кре-
। стьянин не с охот< й вел сына в такую школу. „Крестьяне досихпор иногда
не совсем доверчиво смотрят на обучение грамоте", (надо прибавить—в
в ведомственной школ^), констатирует уже не раз цитированный отчет об
удельных училищах. Меры понужденкя применялись для наполнения и ведом-
ственных и помещичьих школ, как позже вспоминали их бывшие ученики.
Для удовлетворения своих—очень слабо еще ощущаемых потребностей в
грамоте—крестьяне создавали свои, более убогие, чем данные со стороны,
но зато более свободные школы или отдавали детей к мастерам и масте-
рицам. Потребности были очень скромны и очень мало распространены.
Обычно они растут в связи с ростом промыслов и торговли. Но мы не за-
мечаем связей наших школ именно с промышленными и торговыми пунктами.
Училища ведомственные обычно создавались в административных центрах—
„приказных" и волостных. Помещичьи школы отражали интересы или при-
хоти их строителей. Но и крестьянские школы, которых кроме группы
удельных мы не сможем определенно выделить, возникали как то случайно,
по причинам, нам неведомым. Весьма большое количество селений, выде-
лявшихся своим экономическим' значением, лишены школ. Для примера
назову казенное село Колояр Вольск, у,, крупнейшее в уезде, превосходив-
шее населенностью многие уездные города (в нем 11 тыс. жителей), вла-
дельческие села Баланду Атк. у., Никольское-Труево Кузн., казенные Лох,
Озерки Сарат. у. и т. д. Наооборот среди селений со школами имеем ничем
— 46 —
не замечательные Невежкино Атк. у., или Наскафтым Кузи., или Пылково
Петр., или Ивановку Бапаш,, чтобы остаться в пределах казенных и удель-
ных сел.
Малочисленная, плохо поставленная и еще хуже оборудованная сель-
ская школа нашей губернии и не могла давать значительных результатов.
Не раз уже отмечалось выше, что она привлекала, лучше сказать, обслужи-
вала малую группу детей. Нам остается тепесь дать в цифрах этот вывод.
Мы насчитали выше 96 несомненных—по нашим материалам—школ.
Оффициальная „ведомость" считала их 107 (с Меловаткой и Водяным, где,
повидимому, школы не функционировали в 1854 г.). Артемьев отметил 101
училище, оставив в стороне училиша в Дубовке, в Балашове (точнее в
Бремените) удельное и в Пригородной слоб. Петровска—казенное, но и
введя два сомнительных (в Карякине и Ильмене). Общее количество всех
названных в наших материалах школ равно 115. К сожалению, мы не мо-
жем согласовать наших данных. Но, “если к несомненным прибавить еще
дзе, опущенные у Артемьева, видимо, случайно, а из других итогов устра-
нить более сомнитель“ые, то расхождение не1 будет очень значительным:
98, Ю5, 102—и общий итог всех упомянутых 111.
Заметнее разница в числе учашихся. Для всех 107 школ „ведомости"
имеем 3411; 3032 мальчика и 379 девочек. По подсчетам Артемьева—для
101 школы учашихся было 3062: 2711 мальч. и 351 дев. Для общего итога
в 115 школ, взяв в основу данные „ведомости", получили 3515 учащихся
(3136 м. и 379 дев); исходя из цыфр Артемьева, будем иметь 3483 (3100
м. и 383 дев.). Для 111 соответственно будет или 3418 (3059 м. и 359 д.)
или 3386 (30'23 м. и 363 дев.); для 96 несомненных—3197 (2859 м. и 338
дев) по „ведомости"' и 3165 (2823 мал. и 342 дев.) по Артемьеву. Цыфры
учащихся Артемьева, повидимому, полученные после поверки, надо приз-
нать более правильными; впрочем они отличаются от показаний „ведомо-
сти" только по Аткарскому, Петровскому и Царицынскому у у.
Для тоге, чтобы понять относительное значение этих цыфр, сопоста-
вим их с данными о населении, а для уяснения полученных выводов в
общероссийском масштабе сравним их с соответственными цыфрами по всей
России.
По данным Центрального Статистич. Комитета за 1856 г. 1 народное
училише во всей России (без Польши) приходилось менее, чем на 8000 на-
селения, один учащийся на 142 жителя ]). Но эти данные не признаются
вполне достоверными; их считают преувеличивающими и число школ и. ко-
личество учащихся. По этому, чтобы поставить и Саратовскую губ. в более
благоприятное положение, воспользуемся наибольшими из приведенных
итогов. Пользуясь исчислениями Артемьева на основании исповедных рос-
писей, сельское население губернии за исключением немцев и татар можно
в круглых цыфрах полагать в 1.153.000 человек 2). Таким образом одна
школа в нашей губернии приходилась почти точно на 10.000 жителей, один
учащийся на 328 человек, один ученик на 178 мужчин и одна ученица на
1570 женщин. Таким образом Саратовская губерния — десятая, по указанию
Артемьева, по населенности 3 4)—далеко не занимала соответственного места
по количеству русских сельских школ и русских учащихся *).
*) Пользуюсь указаниями в статье В. И. Чернолуского „Начальное образо-
вание в первой половине XIX в.“. „История России в XIX в.“ изд. Гранат, т. IV,
стр. 122.
2) Артемьев дает 1.140.452, прибавляю еще Дубовку, у него не введенную,
в которой было около 121/2 тыс. жителей.
я) „Списки населенных мест по сведениям 1859 г.“ по Сарат. г., стр. ХХХШ.
4) Со школами немецкими и татарскими соотношение для Сарат. губ. было
бы благоприятнее.
— 47 —
Но эти средние выводы по губернии стишком общи и малопоказатель-
ны в виду резких различий по отдельным уездам. Следующая таблица дает
нам эти сопоставления.
Соотношение школ, учащихся и населения по уездам.
НАЗВАНИЯ УЕЗДОВ. 1 5 “Г I Мужск. ! 1 Женек. ! 2 1 । • ГВ . । 1 X, -ojoog | 1 ! ! Число ; ШКОЛ. ' Мальч. = S > Девоч. Н 1 1К 1 1 Всего, s Число жи- телей на 1 школу. Число жи- телей на 1 учащегося Число муж- чин на 1 ученика. Число жен- щин на 1 ученицу.
Аткарский Балашовский. Вольский. . . Камышинский Кузнецкий. Петровский. . Саратовский . Сердобский. Хвалынский. Царицынский. 84672 87248 50948 52920 40906 62844 53614 60381 41350 16741 91407 91446 55971 56422 43672 66874 57683 63560 44064 17729 176079 178694 106919 109342 84578 129718 111297 123941 85414 34470 22 18 12 6 9 13 10 7 7 6 568 441 297 268 201 229 345 112 179 235 127 695 99 540 26 323 22 290 — 1 201 9J 238 36 381 161 128 - 179 211 256 8004 9929 8910 18224 9398 9978 11130 17706 12202 5745 255 331 331 377 421 545 292 968 477 135 149 198 172 197 204 274 155 539 231 71 720 924 2153 2565 7430 1602 3972 844
По губернии. 551624|б88628 1140452 110 2875 ! 356^3231 10367 353 192 1653
Выводы приведенной таблицы дбстаточно показательны, думается и
без комментариев. Но степень обеспечения школой населения выступит от-
четливее при сопоставлении числа школ и учащихся с цифрами детей
школьного возра:та. Артемьев оставил нам поуездную таблицу последних.
Мы не знаем только, какие годы считал он школьными; во всяком случае
он учитывал большее количество лет, чем в цитированной уже стат ье В. И.
Чарнслуского: в этой последней дети школьного возраста составляют поч-
ти V12 всего населения, у Артемьева—более х/о сельских жителей губернии
без немцев и татар.
В приводимой ниже таблице во избежание повторений не приводится
число школ и учащихся в них.
НАЗВАНИЯ si X 2d О О* шк. шк. ста. учащ. шк. ста. а 1 уче- ика маль- иков. уче- дево-
УЕЗДОВ. л я л О и <и о и т- 3S Л D Q- _ н со (D О >х л w О Q- _ н со Я К га х <и
s ч со X кг и X и: ш X х г 1X5-
Аткарский . . 14580 14871 29451 1339 42 26 117
Балашовский. . 15494 16058 31552 1753 59 35 162
Вольский. . . . 9136, 10052 19)88 1599 59 31 387
Камышинский . 9483 9363 18846 3181 65 28 426
Кузнецкий . . 7058 7095 14153 1573 70 35 —
Петровский. . . 10090 9892 19982 1537 84 43 1097
Саратовский . . 10470 10713 21183 2118 56 30 298
Сердобский. . . 9285 8568 17853 2550 139 83 535
Хвалынский . . 7578 7742 15320 2189 86 42
Царицынский. . 3529 3602 7131 1189 28 15 172
По губернии, . 96703 97956 194659 1770 60 34 276
— 48 —
В пояснение надо только отметить, что Царицынский у. взят без Ду-
бовки *), и напомнить, что в отношение школ уезды взяты в наилучших
условиях с исключением лишь самых сомнительных 4 школ. Эго последнее
обстоятельство отразилось на Аткарском, в большей мере на Петровском и
особенно на Сердобском уездах. Однако и при „лучших11 данных Петров-
ский и Сердобский во многих отношениях занимают последние места, а
Царицынский и Аткарский и со включением Дубовки и исключением сом-
нительных школ стояли-бы первыми. Отсутствие учащихся девочек по Куз-
нецкому и Хвалынскому уездам и совершенно ничтожное и обсолютно и
относительно число их по Петровскому очевидно, можно поставить в связь
только с тем, что именно в этих уездах сосредоточено мордовское и чуваш-
ское население, отношение которого к школе'увидим ниже.
По уездные данные открывают нам большую пестроту в распределении
училищ и в обеспечении ими детей школьного возраста. Но и в пределах
уезда большая разница в этом отношении замечается между разными груп-
пами крестьян: казенных, удельных и владельческих. Я не располагаю точ-
ными данными о численности этих групп в губернии в 1854 г. Производить
подсчеты по исповедным росписям—единственному из доступных мне сплош-
ному материалу—было-бы делом довольно сложным и едва-ли нужным. Для
выяснения интересующего нас вопроса можно, думается, использовать и
другой способ, едва-ли менее показательный, чем соотношение с населе-
нием, но, пожалуй, лучше подводящий нас к реальной действительности.
Имея 8—10—42—18 тысяч населения на одну школу, мы совсем еще
не можем сказать, чтобы для всех пользование этой школой оказывалось
одинаковым. Громадное преимущество имели жители того самого селения, в
котором была шк^ла. Известно, что даже в начале XX века сельская школа
имела очень небольшой радиус действия. Тем более, конечно, в средине
XIX в. при меньшей заселенности губернии, при меньшем числе населен-
ных пунктов, при меньшей заинтересованности населения школа не могла
равномерно обслуживать целый район, иногда территориально очень боль-
шой, с 10—18 тыс. жителей. Материалы 1854 г. вполне подтверждают это
положение. Так Золотовская удельная школа, существовавшая с 1837 г.,
можно сказать совсем не сказалась на грамотности соседних удельных же
сел Ваулина и Мелового: в них было грамотных 40 и 32 чел., а в приходах
того и другого не менее 3—21/z тыс. жителей, тогда как в Золотом 435
грам. тысяч на 7—8 прихожан. Или в Воскресенской казенной школе иэ
38 учащихся 37 были из лого же села, 1—из деревни Гостевой, а из дру-
гой деревни лой-же волости Кадомцевой учащихся не было; но эти три
пункта с населением в 5 с небольшим тысяч далеко не создают среднего
школьного по Вольскому уезду района. И если Юловско-Мазинская удель-
ная школа использована, судя по количеству грамотных, столько же и Тру-
евскою Мазою (тоже уд. селом), то здесь дело, видимо, не только в боль-
шой близости версты 4, но и в мерах властей. В виду всего этого очень ин-
тересно выяснить отношение школ к населенным пунктам и, пожалуй, это
более существенно, чем сопоставление с отвлеченной цыфрой населения.
Мы уже видели, что училища расположились в Саратовской губ. до-
вольно прихотливо и уже во всяком случае без плана о наилучшем удов-
летворении населения. Но все же школа тесно связана с селом: из 115,
названных в наших материалах, только 3 указаны в деревнях—в Демине
Кузн. у., Зеленовке Сердоб. (указ, исправником) и в Еременихе Балашов.,
ио последняя уже сливалась с городом, так что „ведомость11 эту шкопу
*) Для точности отмечу еще, что в таблице Арт. относительно числа жен-
щин по Сердоб. у. вкралась ошибка, как видно из поприходных данных: вместо
63.560 он дает 63360.
— 49 —
прямо помещает в Балашове. Эта связь школы с селом об'ясняется не
столько связью с более населенными пунктами, сколько проживанием в се-
лах главной группы учителей из духовенства—более 6О°/о, если считать
только членов причта, и почти 90°/о, если прибавить и членов их семейств
—семинаоистов. Но села, за исключением Андреевки Кузн, у., о которой
была особая речь, все имеют свыше 50 жителей. С другой стороны, пункты
с населением от 50 человек и ниже не только тогда, но и значительно
позже не могли расчитывать на школу при их весьма малом количестве де-
тей школьного возраста. Наконец, и самое главное, эти мелкие пункты до
50 человек и не могут быть учтены для того времени. В „Списках насе-
ленных мест", напр., наблюдается в этом отношении большая неравномер-
ность: по Саратовскому уезду учтены и почтовые станции и „мельничные
заведения", но по Камышинскому, где последних очень много, как показы-
вают материалы „статистической экспедиции", мельницы не показаны, как и
по Кузнецкому караулки лесной стражи. Но и материалы экспедиции не
однородны и не захватывают всех уездов. Все это и заставляет нас оста-
вить в стороне мелкие пункты с населением дэ 50 человек, со включением
однако помянутой Андреевки. Кроме того, в приводимой ниже таблице вы-
деляются особо—на основании поприходных списков Артемьева—села, что-
бы обнаружить, поскольку использованы для школ силы принтов, и, нако
нец, на ряду с селениями казенными, удельными и помещичьими в особой
графе собраны цыфры селений, в коих жили крестьяне разных категорий.
Очень редкие в губернии пункты с казачьим и мещанским населением
условно занесены в группу казенных х).
(См таблицу).
НАЗВАНИЯ УЕЗДОВ. :! Селения Селения удельн. 1 Селения владельч. 1 Всех селен. » £ - w S каз. и уд., и вл., уд. влздел. в с е [Школ. | °
Всех селен.; казенн.
Из них сел. Школ. Всех селен. Из них сел.| Школ. Всех селен. Из них сел. Школ. Из них сел. Школ, j Селений. Сел. 1
Аткарский 45 21 9 5 2 2 231 47 10 9 7 290 77 22
Балашовский . 27 15 4 8 5 б 216 41 5 13 12 3 264 73 46 18
Вольский . . . 36 17 7 3 2 1 75 24 4 8 3 122 12
Камышинский . 53 19 4 21 5 1 29 13 - - 7 5 1 110 42 6
Кузнецкий. 36 13 4 — — — 75 27 4 И 6 1 . 122 46 9
Петровский. 85 22 9 — — 160 44 4 4 1 — 249 67 13
Саратовский 47 11 5 1 - — 152 28 .3 18 9 2 218 48 10
Сердобский. . . 27 10 2 1 — 242 42 3 12 9 2 282 61 7
Хвалынский . . 51 21 4 — — 53 17' 3 4 4 — i 108 42 7
Царицынский . 43 16 6 1 1 1 23 2 —- 1 1 68 20 7
По губернии. 450 165 54 40 15 11 1256 285 36 87 57 10 4833 1 522 111
') Нужно сказать, что и в таблицах Артемьева и в позже им изданных
„Списках насел, мест" немало описок и опечаток, если не ошибок, в отнесении
селений к тому или другому разряду. Я для. своей таблицы пользовался еще зем-
скими данными. Но и здесь иногда встречались неразрешимые затруднения; от-
того в таблице, вероятно, окажутся некоторые неточности, но. надеюсь, столь не-
значительные. что не отразятся на выводах.
50
Таким образом мы видим, что лучше всего по губернии обеспечены
школами удельные крестьяне, правда нё усилиями только ведомства,—второе
место занимают казенные и, далеко отставая от первых двух1 при сопостав-
лении школ и с селами и тем более с общим количеством населенных
пунктов, идут уже помещичьи крестьяне. И в отделе селений с крестьянами
разных ведомств только 2 школы было помещичьих (в Зубриловке и Руд-
не), остальные 8 связаны с казенными крестьянами.
Стоит отметить еще из данных таблицы, что в селах и вообще насе-
ленных пунктах разных ведомств или ведомства и помещиков хуже обстояло
депо со школой, чем в селениях чисто удельных и казенных. В параллель
этому и из 38 помещичьих сел со школами только в 5 было по 2 и более
владельцев. Так наличие нескольких господ-помещиков или ведомств ухуд-
шало положение крестьян в отношении обучения грамоте.
Дпя Саратовской губернии, разноплеменной по населению, имеет осо-
бый интерзс и обеспечение школой разных национальностей. Я уже, по
недостатку материала, должен был оставить в стороне немцез и татар,
имевших свою школу. Нет надобности обособлять в разрешении этого воп-
роса великоруссов от украинцев, но стоит ответить положение мордвы и
чувашей2). И те и другие, почти сплошь, за исключение»! сухокарабулакской
мордвы в Сарат. у.—числились государственными крестьянами. Мордва
составляла около 8°/о сельского населения губернии (без немцев и татар),
а мордовские селения—около 90—в шести уездах (кроме Атк., Камыш.,
Серд, и Цариц.) даже 20°/о селений государственных крестьян всей губер-
нии. И все же на их долю приходилось всего 4 училища: в Наскафтыме,
Кузн. у., в Пылкове и От. Славкине Петровского и в Шалкине Хвалынско-
го у. Чуваши, по численности не достигавшие и 1°/о сельского населения,
разбросанные в двух десятках сел и, преимущественно, деревень Вольского,
более Петровского и Хвалынского и. особенно, Кузнецкого у., не имели
в своих селах даже и одной школы. Только, как уже указывалось, разве в
школе Нов. Анд.еевки Кузн. у. могли отдельные чуваши окрестных селений
знакомиться с русской грамотой.
Вот что можно сказать о сельской русской школе в Саратовской губ.
в 1854 г.
Учесть значение ее, действие ее на население, у нас нет возможно-
сти. Едва-ли осмотрительно будет воспогьзоваться с этой целью данными
Артемьева о грамотности населения. Остается неизвестным, откуда и как
они получены, и нет уверенности, что самое слово „грамотность" одинаково
понималось корреспондентами экспедиции, которая, как кажется, добивалась
письменных < б этом сообщений. Сравнение цыфры грамотных по Воскре-
сенской казенной волости Вольск, у., сообщенной волостными властями,—
всего 31 человек, с показаниями таблицы Артемьева, в которой по Воскре-
сенскому приходу, совпадающему с волостью, указано 69 мужч. и 48 женщ.,
говорит или о разном понимании термина, или о большой неточности
цыфр. С другой стороны, рядом со школой грамотность насаждали и учи-
теля-мастера, числа которых мы совсем не знаем, которые гораздо старее
школы и которые почти всегда более доступны и часто более привлекательны
для крестьянина, чем она. И если дачным Артемьева о грамотности прида-
вать некоторое относительное значение, то они определенно говорят о
большем участии в насаждении грамотности в нашем крае вольного масте-
ра-грамотея, чем школы. При средних по губернии 2,5°/о грамотных (почти
4 для мужч., и около 1,3 дпя женщ.) колебания отдельных уездов невелики,
4) Приходится и в этом отношении отметить большую неисправность „Спи-
сков нас. мест“. теперь уже по части редакторского предисловия, где данные о
национальностях—даже о немцах—нуждаются в поправках и в отношении назва-
ний и в отношении номеров.
— 51
но второе место занимает как раз отсталый, по части школы, Петровский
уезд с 3,4°/о в среднем, 5,1 в мужской части и 1,9 в женской. Выше его
только Царицынский: 4,8°/о средняя, 8,7 муж., 1,0 женен, Аткарский же
уезд, стоящий на втором месте по обеспечению школой, занимает шестое
по проценту грамотности. Последние места занимают Хвалынский и Кузнец-
кий уезды не только по полному почти отсутствию грамотниц—0,6 и О,4°/о°/в,
но и по ничтожной грамотности мужчин: 1,9 и 1,4°/о°/о (средние для уез-
дов 1,2 и 1,0°/о°/о). Остальные уезды идут в таком порядке: на третьем
месте Саратовский 3,0, 5,0 и 1,1), далее Вольский (3,0, 4,2 и почти 2,0),
Сердобский (2,8, 4,1 и 1,5), на седьмом Балащовский—2,3°/0 по уезду, 3,2
дпя мужчин и 1,3 дпя женщ. и на восьмом—Камышинский—2,1°/о в среднем
при 3,6 у мужч. и 0,7 у женщ. Таким образом здесь совсем другой поря-
док, чем в отношении школ и учащихся.
Что же касается отдельных приходов, то колебания грамотных в них
весьма значительны и по губернии в целом и в пределах отдельных уездов.
Мы уже видепи максимальные цыфры по Романовке Балаш. у.—570 и Кр.
Яру Камыш.—536, а на ряду с ними в приходах тех же уездов имеем 4,5
грамотных (только мужчины!) в Гривках,—Сергиевке, Воронине Балаш. у.
даже 3 мужч. и 1 женщ., в Репн. Вершине и Долгорукове,—даже 2,1 мужч., в
Березовке и Новогривках того же Балаш. у., или 2,5 мужчин в Мокр.
Ольховке и Коростине Камыш, у. Больше равенства в грамотности (может
быть, лучше сказать—неграмотности) в Хвалынском у., где за исключением
резко выделяющейся Федоровки с 150 грам. (80 мужч. и 70 женщ., школы нет!)
остальные приходы имеют не выше 77 грам. (Покурлей, тоже без тчилища!)
и особенно в Кузнецком, где высшая цыфра грамотных—59 в Траханиотове,
помещичьем селе со школой, нисший уровень 1 мужч. на приход: в 3 при-
ходах Кузн. у (Донгузлей, Турдаки и Писанкино) и 1—Хвалын. (Найман),
но в последнем указан приход совсем будто-бы без грамотных сельчан—
Морд. Шемалак; за исключением Турдаков—все мордовские села.
Таким образом и ранее и сейчас приведенные указания по приходам
подчеркивают слабую роль школы в насаждении грамотности: только самые
старые, до 1835 г. созданные, училища успели оказать большее воздействие,
чем вольные мастера.
Таково положение русской школы в Саратовской губернии накануне
или уже в разгар Крымской войны.
Естественно ожидать, что общественное возбуждение ближайших сле-
дующих лет отразилось благоприятно на шке льном деле. И таблицы Фаль-
борка и Чарнолуского как будто подтверждают эти предположения: на 49
школ в губернии, открытых за все время до 1856 г., они указывают 18
училищ, возникших в 1856—60 г.г.3). Однако не забудем, что данные этой
таблицы получены из анкет 1895 г.; они, очевидно, обозначают только, что
из действовавших на 1 янв. 95 г. училищ указанные в таблице считались
основанными в интересующее нас пятилетие. В действительности положение
было несколько иным.
За эти годы упований и грез действительно множились школы в го-
родах; знаем, напр , что в Саратове открылась женская гимназия, что даже
в Хвалынске появилось специально женское училище. Всего в 1860 г. в
городах Саратовской губ. насчитывалось 43 разных учебных заведений,
считая 2 приюта для девочек (143), 1 пансион на 40 дев. и 2 воскресных
школы—мужскую с 70 учениками и женскую с 20; из этих школ около по-
ловины приходилось на Саратов, остальные распределялись по уездным го-
родам. Всех учащихся в городских школах было 4419 человек: 3685 мальч. и
734 дев., что составляет все же менее 3°/0 к городскому населению губер-
3) „Начальное народи, образование в России", т. I, табл. XXXIII, стр. 260.
— 52
нии; но школы эти обслуживали и неживущих в городах дворян, духовен-
ство и других 4). '
Открывались, конечно, в эти годы новые училища и по селам нашей
губернии. „Описки населенных мест", составленные по данным 1859 г. и
передающие о школах, как уже говорилось, лишь случайные и неполные указа-
ния, все же отмечают новые по сравнению со списками 1854 г. школы в
каз. селах Сосновке Вольск, у., Захаркине и Мачкассах Петров, у. (оба села
мордовские), Оркине (тоже морд ) и Нов. Бурасах Сарат. у., Болтуновке
Хвал, и Мал. Ивановке Царицын, у. Известно также, что удельное ведомст-
во открыло свои мужские училища в Колокольцовке (Федоровке) Аткар. у.,
Усть-Щербидине Балаш. и Банном Камышинского. Кроме того по предложе-
нию департамента уделов 30 священников—в пределах всего Сарат. имения,
которое шире губернии, согласились помимо ведомственных школ учить
детей по тем же программам. И, однако, общий итог русских народных
школ дает сокращение против 1854 г. и по группам казенных и помещичьих
крестьян. Судя по тому, что в селах удельных показано 24 школы, а от-
крытых ведомством было всего 8, очевидно, что и этот цифровой отчет
принимал во внимание на ряду с оффициальными школами и частные. И
если он показывает в 1860 г. всего 47 училищ в селах государственных,
когда „Списки населенных мест" для 1859 г. показывают 7 новых школ в
казенных именно селах, то ясно, что 12—22 школы, существовавшие в
1853 г., уже не функционировали в 1860 г. Общая убыль, благодаря откры-
тию. новых школ, все же оказалась менее значительна: 5-15 училищ. Гораз-
до печальнее обстояло дело с помещичьими крестьянами. Не случайность,
конечно, что новых помещичьих школ „Списки населенных мест", вообще-то
их указывающие, совсем не отмечают. И громадную убыль с 33-38 школ в
1854 г. до 17 в 1860 г. нельзя об'яснить тем, что позакрылись или не уч-
тены открытые самими крестьянами школы. Очевидно, в связи со слухами,
принимавшими все более и более реальные очертания, об освобождении
крепостных у помещиков пропадало желание и нужда расходоваться на
просвещение крестьян, которые скоро должны были перестать быть их соб-
ственностью.
Но интересно, что на ряду с сокращением числа школ данные 1860 г.
открывают рост учащихся, особенно девочек: вместо 2875 мальчиков и 356
девочек, учившихся в русских училищах в 1854 г., для 1860 г. имеем 2917
мальч. и 549 дев. Очевидно у крестьян тяга в школу за эти годы заметно
возросла.
Таблица 1860 г. впервые дает нам точные цифры и немецких и татар-
ских школ. Первых было 54 с 19.312 учениками. Т е. к этому времени
школами были обеспечены все колонии, которых по „Списку насел, мест"
насчитывается 52, кроме хуторов и мельниц. Количество учащихся показы-
вает, что школу проходил каждый немец, но для немок она оставалась за-
крытой. Однако, эти цыфры рисуют лишь внешнее благополучие колони-
стов в области просвещения. Выводы испытаний на кантора-учителя за
1862 г., обработанные Клаусом, говорят что, „число грамотных колонистов
падает от поколения к поколению". Отсталая конфессиональная школа шла
не вперед, а назад.
Татарских школ в 1860 г. числилось 55, т. е. почти в каждом селе,
где была мечеть,—таких по „Списку населенных мест" было 59,—была и
школа; без школы оставались только наиболее мелкие деревушки. Если
считать, .что в каждом селе было лишь по одной школе, то совсем без учи-
4) См. статью „Учебные заведения в Сарат. губ. в 1860 г." в „Журн. Мин.
Нар. Проев." за 1861 г., № 8, от IV, стр. 14, „Списки насел, мест по данным
1859 г.“, заметку в указ, журнале за 1859 г., ч. CIV, отд. VH, II, стр. 32-34 и „Са-
рат. летопись* стр. 77-78.
53 —
пищ оставалось лишь 16 пунктов, в коих проживали татары. Учащихся
показано 2226, но это только мальчики5). О внутреннем строе татарской
школы того времени, о значении ее в жизни указаний, к сожалению, нет.
Если теперь воспользоваться данными о всех школах в сельских мест-
ностях Саратовской губ. в 1860 г., то обеспеченность губернии будет бо-
лее значительной, чем выше выведено для русского, мордовского и чуваш-
ского населения в 1854 г. По „Спискам насел, мест" в сельских местно-
стях проживало всего 1.416.740 чел.6). Школ было 197, учащихся в них
25.004 чел. Таким образом на школу приходилось семь с небольшим тысяч
жителей и на одного учащегося 57 человек. Но это повышение нужно от-
нести на счет немецких и татарских узко-конфессиональных школ.
Проследив в пределах наших источников историю народного образо-
вания в Саратовской губернии в дореформенный период, мы можем сказать,
что земство получало очень малое по количеству и очень невысокое по
качеству и действенности наследие. Но благоприятным условием в его ра-
боте должна была стать возраставшая заинтересованность в образовании в
крестьянской среде, очевидно, усилившаяся еще более после освобождения
крепостных.
Июль, 1924. П. ЛюбОМИрОВ.
5) Цитир. заметка „Журн. мин. нар. проев." за 1861 г., „Списки насел, мест"
и „Наши колонии" Клауса, стр. 411 и след. К характеристике данных „Списков
нас. мест* укажем, что, отмечая часто школы в нем. колониях, они опускают их
в очень крупных—Буйд. Буераке (Шваб) и Нижн. Добринке; что касается татар-
ских селений, то здесь указания школ носят 'совсем уже случайный характер,
напр., по Петровскому и Вольскому у. с 14 селениями училищ совсем не отмече-
но, а в Хвалынском на 26 селений показано 12 школ, а в Кузнецком на 31 селе-
ние—лишь 1.
в) По вычислениям Тройницкого—„Крепостное население в России по 10
нар. переписи", стр. 49—цыфра несколько более высокая: он с городами считает
1.636.135 чел., а Артемьев—1.578.774 — „Списки нас. мест", стр. XXXIII.
С. 3). Соколоб.
ОПЫТ СЛОВАРЯ
псевдонимов и инициалов Саратов, писателей.
Библиографический этюд.
Посвящается незабвенной памяти ветеранов
Саратовской печати'. Сергея Сергеевича Гусева
(Слово-Глаголь) и Ни волан Федоровича Хованснегв.
ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ.
Настоящий опыт словаря псевдонимов и инициалов местных деятелей
печати, я собирал на протяжении длинного ряда пет для моей работы:—„Сара-
товцы-писатели", где для библиографической полноты так важны, такие ка-
жущиеся мелочи как псевдонимы и инициалы.
В расшифровании их я многим обязан теперь уже покойным ветера-
нам местной периодической печати:—С. С. Гусеву (Слово-Глаголь) и Н. Ф.
Хованскому, которые расшифровали деятелей печати 70 и 80-х годов. По-
этому выпуская настоящий библиографический этюд (считаю этюдом по сво-
ей незаконченности и неполноте), я только преследую цель сохранить материал
для будущих деятелей и отдать дань признательности С. С. Гусеву и Н. Ф.
Хованскому.
С. Соколов.
Саратов, 10/VII, 1924 г.
А.
А. А. („Русская Жизнь.“)—Н. С. Токарев.
А. Ас. („Саратов. Листок.")—С. С. Гусев.
А. Б—ов. („Здоровье.")—А. С. Бабиков.
А. Б—Ц. (Отдельное изд. — „Отзвуки жизни".
Саратов, 1877)—R. Н. Мордовцева.
Ав. („Саратов. Дневн.")—Н. Ф. Хованский.
Авид. („Саратов. Дневн.", „Сарат. Лист.")—Н. Ф. Хованский.
Агр—кая, Н. („Сарат. Днев.")- Н. Агринская.
А. Дубл—Цкий. („Сарат. Лист.", „Сар. Дневник.")—-А. А. Дублицкий.
А. Д—цкий. („Сарат. Лист.". „Сарат. Днев.")—А. А. Дублицкий.
Ad. Е. („Sar. D. Volksztg." „Kolonist," ,,biachrichten,“ „Die „Arbeit,")—
А. Г. Эмих.
Ad. L. („Sar. Volksztg.")—А. Э. Лане.
Ad. v. H. („Sar. D. Volksztg." ,,S. D. Ztg.“)—А. Э. Лане.
А. Г. („Саратов. Жизнь," „Гном", Многоугольник.")-—А. Е. Галкин.
А. Е. Г. („Саратов. Жизнь.")—А. Е. Галкин.
А. К—ов. („Волга.")—А. А. Кулаков.
55
А. Крайний. („Мгновенность/'—Саратов, 1918.)—А. Ненышев.
Л. Кущ... („Саратов. Дневник".)—А. Л. Кущ.
A. L. („Sar. D. Volksztg", „Die flrbeit")—А, Ф. Лонзингер.
Аз. („Сарат Листок", „Сарат. Днев.“)—И. А. Салов.
Александр Николаевич. („Сарат. Лист.")—А. Н. Потоскуев.
Александр Предтеча. („Горнило."—Саратов.)—А. Е. Галкин.
Алексей Берталь. („Искра")—И. А. Песков.
Алексей. Неныш. („Отклики."- Сарат^ в.)—А. Ненышев.
Алексей Петров. (Отд. брошюра:—„Мысли Жизни.")—А. П. Феологов.
А. Л—ский. („Сарат. Вест.")—А Лопуховский.
Ан. Г—ов. („Сарат. Лист.")—А. Герасимов.
Alterus. („Саратов. Листок".)—И. Я. Славин.
Андреев. (Перевод и вводный статьи к „Всеобщей истории", Вебера.)—
Н. Г. Чернышевский.
Антифебрин, д-р. („Сарат. Днев.“)—С. С. Гусев.
Антон Березкин. („Саратов. Днев “)—С. С. Краснодубровский.
Аргус. („Обозрение театр, жизни Саратова.)—Л. Гумилевский.
Аристарх Софронов. („Искра", „Саратов. Листок.")—Д. Т. Волков
Асмодей. („Сарат. Лист.", „Волга", „Моск. Лист.", „Развлечение.")—С. С.
Гусев.
Ау. („Привэл. Край.")—С. Т. Григорьев. („Сарат. Лист.")—Патрашкин.
А—ф—в, Н. („Сарат. Днев,")—Н. Арефьев.
А. Ш—ко. („Сарат. Днев.")—А. Шарко.
А. Щук... („Сарат. Днев.")—А. Л. Кущ.
Б.
Б. („Волна".—Саратов.)—Д. М. Борисов.
Байгушев. А. (Отд. брош.—„Татар, пророк". Саратов. 1908.)—А. А. Пото-
скуев.
Балашовец. („Саратов. Лист.")—А П. Феологов.
Балашовец—гов. („Сарат. Справ. Лист.")—А. П. Феологов.
Бал—ев, В. („Сарат. Лист.")—В. А. Балмашев.
Б. В. („Сарат. Земская Неделя.")—Б. Б. Веселовский.
Белоглинский. („Приволж. Вести. Охоты.")—А. А. Кулаков.
Бирюков. („Сарат. Листок")—И. Ф. Волков.
Благодушный поэт. („Саратов. Дневн.")—Д. Ф. Смирнов.
Б. М. („Сарат. Листок.")—Б. X. Медведев.
Борис Пильняк. (Отдельные издания.)—Б. Вогау.
Брат. („Братская Помощь.")—П. А. Устимович.
Братец Фадей.- („Сар. Губ. Вед.“)—ф. М. Ерохин.
Буки. („Судоходец.")—Н. В. Обухов.
Б. X. М. („Сар. Зем. Неделя.")—Б. X. Медведев.
Бывалый. („Наш Голос."—Саратов.)—Д. М. Борисов.
В.
В. А. („Сарат. Лист.", „Сарат. Дневн.")—В. С. Арефьев.
Василий Ефимов. („Петроградский Кооператор," „Бюллетень Саратовск.
Губсоюза," „Голос нижне-волжской кооперации.)—В. Е. Зюрюкин.
Ваш ближний. („Сарат. Губ. Вед.“)—Иванов, Н., свящ.
В. Б—ов. („Саратов. Днев.“, „Волга", „Волжск. Вести.", „Смолен. Вести.".
„Вилен. Вести.", „Рижский Вести.")—В. С. Бабиков.
В. В. („Сарат. Днев.", „Волга.")—Н. Ф. Хованский.
В. Г. („Саратов. Земская Неделя".) В. С. Голубев.
— 56
В. Г—ев. („Сарат. Зем. Неделя.")—В. С. Голубев.
В. Ел—р. („Сарат. Дневн.", „Псовая и Ружейная Охота", „Сарат. Лист.")—
В. Г. Елицур.
Вешний. („Волго-Донской Край.")—II. И. Лямин.
В. 3. (Вестник Чернигов. Земства," Русския Вед.,“ Вести. Пензенск. Зем-
ства," „Вести. Нижегород. Земства," „Петроград. Кооператор,"
„Сельско хозяйствен, кооперация," „Вести, сельской кооперации,"
„Олонецкий Кооператор."—В. Е. Зюрюкин.
Воеводский. („Сарат. Листок", „Саратов. Дневник.")—И. П. Ларионов.
Волжский. („Сарат. Дневн.")—В. А. Кузнецов.
Волна. („Волга", „Саратов. Листок.")—А. А. Кулаков.
? („Сарат. Днев.“, „Оса", „Живоп. Обозр.")—П. А. Слепцов.
В. П. („Сарат. Дневн.")—В. Португалов.
В. П—к. („Саратов. Лист.")—В. Н. Поляк.
В. Ч. („Саратов. Вести.") —В. Челинцев.
В. Ю. („Сарат. Днев.“, „Сарат. Лист.")—В. П. Юрьев.
В—. („Саратов. Днев.")—В. А. Марковский.
Вяч. Вронский („Сарат. Днев.", „Волга".)—Н. Ф. Хованский.
Г.
Гарри. („Голос Сибири".)—Г. Г. Сушкин.
Г —ов. („Саратов. Днев.")—Т. И. Герольдов.
Г. Велигумский. („Я—футур-альманах".)—Л. Гумилевский.
Г.—И. („Голос Сибири".)—Г. Г. Сушкин.
Г. К. („Сарат. Листок".)—И. П. Горизонтов.
Г—л. („Коммер. Телеграф.")—Г. Г. Сушкин.
Глаголин. („Отдельные брошюры: — „Детский Театр." Саратов, 906)—Б. С.
Гусев.
Глеб Оврагов. („Саратов. Дневн.", „Волга".)—А. А. Кулаков.
Г—-н, Г. („Коммерч. Телеграф.") — Г. Г. Сушкин.
Гноти. („Развлечение".)—С. С. Гусев.
Го—рик. („Сарат. Днев.", „Самар. Газета.")—П. А. Слепцов.
Г—в. („Саратов. Листок.") — С. С. Гусев.
Г. С—й. („Саратов. Листок", „Волга".)—С. С. Гусев.
Г—тов, И. („Сарат. Лист.")—И. П. Горизонтов.
Григории, Г. („Голос Сибири.")—Г. Г. Сушкин.
Гр.—н,С. („Сарат. Листок".)—С. Гришин.
Гриш. С. („Сарат. Лисг.“)—С Гришин.
Г. С. („Саратов. Вед.“)—Г. Г. Сушкин.
Г. У. („Саратов. Земская Нёделя.")—Г. К. Ульянов.
д.
Д. Б. („Приволжский Край," „Сарат. Вести.")—Д. М. Борисов.
Д. Б. („Вести. Рыбопромыш.")—Б. Диксон.
Д. Б—в. („Приволжский Край", „Саратов. Вести.", „Отклики", „Наш Го-
лос", „Красная Газета", „Саратов, Известия.")—Д. М. Борисов.
Д—в. („Щит Веры".)—М. П. Давыдов.
Девис. („Сарат. Дневн.")—Б. А. Маркович.
De mortuu aut bene aut nihil. („Саратов. Листок".)—И. А. Салов.
Д1эс. („Саратов. Вести.")—В. Добжинский.
Д. М. („Сар. Губ. Вед.“)—Д. Л. Мордовцев.
Дмитрий Ощекин.—(„Красный Боец.")—Д. М. Борисов.
Добрый человек („Саратов. Лист.")—В. А. Скрипицын.
Домино. („Голос Правды", „Волга".)—Иванов. Н.. свяш.
57
Дон-Перец. („Сар. Лист.“)—С. С. Гусев.
Доремифасолев. („Развлечение")—С. С. Гусев.
Д. Солнцев. („Отклики".—Саратов).—Д. М. Борисов.
Досужнин. П. („Волга", „Саратов. Дневн.", „Солнце Красное".)—П. А.
Слепцов.
Духовный Михаил. (Отд. брошюра:—„Духовные вопросы". Сар., 906,“)—
М. А. Курамшин.
Дэвэ. („Сарат. Лист.", Сарат. Вести.")—Д. Т. Волков.
Дядя Листар. („Сарат. Лист.", Екатеринб. Неделя.")—П. Н. Галин.
Е.
Е. („Псовая и Ружейная Охота".) — В. Г. Епицур.
Е—. („Рыболов и Охотник.")—В. Г. Елицур.
Е. И—вой. („Саратов. Листок.")—Е. А. Иванова.
Ein ВеоЬасМег-^наблюдауепь)—(„Nachrichten".)—П. И. Зиннер.
—е—(„Сарат. Дневн.")—П. И. Телепнев.
Е. Бернет. (Поэт)—А. К. Жуковский.
Евгений Погодин. (Отд. брошюра: —„Юность и поэзия". Сар., 1917.)—
Г. Б. Пузис.
Ein Minderheitler [„Die Arbeit").—П. И. Зиннер.
Ein Schillinger („Odess. Ztg.“, ,,Uolks-Ztg“).—П. И. Зиннер.
E. („D. Volksztg," „Friedensbote.")—И. И. Эрбес.
E. К. („Сарат. Справ. Листок.")—E. Коровин.
E. О. („Волга").—Е. Н. Овсянников.
Ерш. („Сарат. Днев.", „Будильник", „Москов. Листок", „Заноза".)—G. С
Г усев.
Ершик. („Будильник".)—А. ф. Хованский.
Е-.—X—Н, Ф. („Сарат. Дневн.")—ф. М. Ерохин.
Ж.
/К. И. („Сарат. Лист.")—И. В. Жилкин.
/К—н, И. („Сарат. Днев ")—И. В. Жилкин.
/Келтогорский. („Судоходец".)—Н. В. Обухов.
3.
Забудь меня! („Сарат. Лист.")—И. А. Салов.
Заезжий. („Сарат. Лист.")—К. А. Попов.
Заезжий человек. („Сар. Лист.")—К. А. Попов.
Захудалый. („Сарат. Лист.")—А. А. Гераклитов.
Заштатный Мизантроп. („Развлечение.")—С. С. Гусев.
3. Е. Ленцов. („Наш Голос."—Саратов.)—А. Зеленцов.
И.
И. В. („Саратов. Лист.")—И. Т. Воронин.
Иван Волжский. („Сарат. Днев.")—И. П. Горизонтов.
Иван Гордый. („Сарат. Копеечка," „Саратов. Жизнь," „Война и Жизнь."
Саратов, 915.)—Л. Гумилевский.
Иван Кроткий. („Сарат. Днев.")—И. А. Песков.
И. Гагринский. („Волга".)—И. Я. Славин.
J. Е. („Sar. D. Volksztg," „Uns. Wirtschaft.")—И. И. Эрбес.
Икар. („Саратов. Днев.")—А. А. Кулаков.
Икс. („Саратов. Лист.") — И. П. Горизонтов.
Илья Муромцев. („Многоугольник." Саратов.)—С. П. Полтавский.
— 58
Incognito („Сарат. Днев.")—П. А. Слепцов.
Ив. Невский, („Мгновенность.") Сар. 918.)—И. И. Струченевский.
Ив. Н—ов. („Обозрение театр, жизни СаРатова-“)—Л. Гумилевский.
И. П. („Сарат. Дне=>.“)—И. А. Песков.
И. П. („Сарат. Зем. Неделя.")—И. Плеханов.
/. Р. („Volksztg “, „Die Hrbeit" и др.)—П. И. Зиннер.
I. Р. Luft. („Der Wolgad.", „Kalifornia-Vorwarts".)—П. И. Зиннер.
I. Р. S. („Sar. D. Volksztg".)—П. И. Зиннер.
И. С. („Сар. Губ. Вед. “)—С. Иллюминарский.
Искра. („Саратов. Листок.")—А. А. Герасимов.
И. С—Н. („Сарат. Листок.")—И. Я. Славин.
И. X—в. („Сарат. Справ. Лист.")—И. Хряпов.
И. Ш. („Сарат. Дневн.")—И. Ширяев.
У. („Sar. Deut. Uolksztg".)—П. И. Зиннер.
К.
К. („Сарат. Дневн.")—И. Е. Каронин.
Камень Слово. („Солнце Красное.“)—П. А. Слепцов.
Каменный Гость. („Сарат. Днев.“, „Саратов. Листок.")—И. П. Горизонтов.
Кандид. („Будильник.")—С. С. Гусев.
Карамазов. („Сарат. Дневн.")—Л. В. Кириллов.
Карась. („Саратов. Днев.")—Ф. Е. Гордиенко.
К. Б. („Сарат. Днев.")—С. И. Кедров.
К. Г. („Саратов. Листок.")—И. П. Горизонтов.
Кин. („Саратов. Вести.")—В. Н. Стечкин.
Кин, С. („Саратовец", „Восточная Заря", „Голос Сибири", „Полетарий
Поволжья".)—Г. Г. Сушкин.
К. 7И. („Саратов. Земская Неделя.")—К. Мацеевич.
К- М—ч. („Сар. Зем. Нед.“)—К. Мацеевич.
Книжник. („Волга.")—Л. П. Блюммер.
А—ов, А. („Сарат. Лист.")—А. А. Кулаков.
Колосов. („Сарат. Листок", .Русская Мысль")—Н. С. Соколов.
Kolnijer. („Sar. D. Volksztg.")—А. Ф. Лонзингер.
Колтаковский. („Я—футур-альманах.") С. П. Полтавский.
Кооператор. („Пролетарий Поволжья.")—Г. Г. Сушкин.
Коренной. („Саратов. Листок.")—А. И. Шахматов.
К. С. („Саратов. Листок.")—К. Сараханов.
К. Т. („Саратов. Справ. Листок.")—К. В. Тхоржевский.
К—tz. (,,Volks-Ztg“.)—И. И. Эрбес.
Kurtz („Sar. D. Volksztg.")—И. И. Эрбес.
Л.
L. („Сарат. Лист.")—Суходеев.
La. („Сар. Листок.")—И. П. Ларионов.
—л. („Коммер. Телеграф.")—Г. Г. Сушкин.
Л. А. („Саратов. Губ. Вед.“)—А. Ф. Леопольдов.
Л. А. („Саратов. Листок.")—Л. П. Аргунов.
Л. А—в. („Сар. Лист.")—Л. П. Аргунов.
Л. А—р. („Сарат. Лист.")—Л. Аргунов.
Л. Б. („Волга".)—Л. П. Блюммер.
Л. Г. („Художествен. Известия"—Саратов.)—Л. Гумилевский.
Лбд. („Сарат. Листок.")—П. О. Лебедев.
Л—ев. („Саратов. Лист.")—П. О. Лебедев.
Левина. („Читатель")—Е. К. Скворцова.
59
Легкомысленный турист. („Саратов. Лист/*, „Новости".)—С. С. Гусев.
Ленский. Сарат. Лист.")-А, Э. Лане.
Леонид Ссыльный. (Отд. изд.— Папство и Россия**. Спб. 1867.)—Л. Ц
Блюммер.
Летописец. („Саратов. Листок/)—С. С. Гусев.
Л. М. („Сарат. Лист.")—Л. Т. Мизякин.
Л. М н. („Сар. Лист.**)—Л. Т. Мизякин.
Л. Надоумко. (.Волга,**)—Л. П. Блюммер.
--логов. („Сарат. Справ. Лист.")—А. 11. Феологов. —
м.
Майк lb - („Саратов Дневн/)—М. М. Владимиров.
Максим Сизой. („Сарат. Лист." „Саратов. Дневник", „Волга".)-—
Л. П. Блюммер.
Манин. („Саратов. Дневн.")—П. Н. Галин.
Марк Дивес. („Сарат. Дневн/)--Б. А. Маркович.
Марк О-ьич. („Сарат. Дн,“)—Б. А. Маркович.
Мартов. („Саратов. Дневн/) — А. С. Смиренномудренский.
М. Д. („Сарат. Лист.*')—М. П. Давыдов.
Меланхолик. („Саратов. Днев.")—К. И. Ищенко.
Me. аанхолик. („Сарат. Дневн/)--И. А. Песков.
Mezzo tetiore. („Сарат. Дневн.")—И. А. Песков.
М. 3. („Художествен. Известия/ Саратов.)—М. А. Зенкевич.
/И. 3—U4. („Художествен. Известия.11 Сарате в.)—М. А. Зенкевич.
Михаил Бурбонов. („Саратов. Дневн.'*)—П. И. Телепнев.
М—-Л, и. („Сарат. Спр. Лист/)—Мисаил, иер^мон.
Молотов, Н. („Сарат. Днев.', „Волжский Вестник") — Н. К Никифоров.
Мрачный поэт. („Сарат. Дневн “)—И Лаврентьев.
.И, С. („Сарат. Земская Неделя'*.)—М. И. Семенов.
М. С—нов. („Сар. Зем. Нед *)—М. И. Семенов.
М. С—ой. („Волга”.)—Л. П. Блюммер.
;И—ч, Ь. („Сарат. Дь-евн/)—Б. А. Маркович,
Мыслите Люди. („Волга".)—М. В. Лоссиевский.
н.
Н. А. („Сарато». Дневн.")—Н. М. Архангельский.
Начинающий поэт. („Саратов. Дневн.“)—П. Н. Галин
Н. Генин. („Волго-Донской Край", „Всемир, Иллюстрация".)—П. И. Лямин
//. Д. („Сарат. Губ. Вед.")—И. А. Дмитриев.
Н. Е. (Саратов. Дневн.")- -И. Ершов.
Неизвестный. („Приволжский Край.")-—Д, М. Борисов.
Nemo. („Сарат. Дневн.")—А. Ф. Хованский.
Не я. („Саратов Лист.")- И, П. Горизонтов,
Н, И. („Вестник Европы",)—Н. Ф. Иванов,
Ник. („Саратов Копеечка", „Саратов. Жизнь*'.)—Н. П. Белов.
Ник. И\елтогорский.-Д,М&т Голсс".)—II. В. Осухов.
Никель Серебровский. („Саратов. Дневн.*')—Н. С. Токарев.
Ни---кий, Д. („Русская Медицина". —Д. Никольский, д-р.
Nix. („Сарат. Днев.", „Искусство".)—Н. С Соколов.
Нил А--г. („Саратов. Лист.", „Саратов. Дневн.", ,Волга", „Екатеринб.
Неделя". „Волжский Вести.")—II. Н. Галин.
Нил. Гак.—(Я футур-альманах).—А. Е. Галкин.
Н. Л- нов. („Саратов. Земская Неделя",) Н. Лозанов.
Н. М--ов („Сарат. Дневн.", „Сарат. Лист/)—И. С. Малов.
— 60 —
Н. Морской.—(„Сарат. Дчевн.", .„Волга", „Новое Время", „Нива".)—
Н. К. Лебедев.
N N. („Русская Жизнь".)—Н. С Токарев.
Не князь и не Ухтомский. („Волга".)—П. А. Слепцов.
Н. О. („Саратов. Дневн.“)—П. А. Слепцов.
N—о—(„Саратов. Дневн.“)—А. ф. Хованский.
Nota bene. („Саратов. Лист.", „Развлечение“.)—С. С. Гусев.
Н. О—льгин. („Саратов. Дневн.")—П. А. Слепцов.
Н. Р. („Саратов. Вест.")—Н. Д. Россов.
Н. Савлов.—(Я футур альманах)—П. Власов.
Н. Стрельнов. („Волга**.^—П. А. Слепцов.
Н. Т. Ю. („Саратов. Земская Неделя".)—Н. Т. Юрин.
Н. X. („Саратов. Губ. Вед.“)—Н. Ф. Хованский.
И. Ю. („Сарат. Зем. Неделя" )—Н. Т. Юрин.
—Н. („Сарат. Губ. Вед.“)—Ф. Ерохин.
О.
Об., Н. („Саратов. Вест.")—Н. В. Обухов.
О—в, Д., гр. („Волга".)—Д. А. Олсуфьев, гр.
О. Д. Л. гр. („Саратов. Лист.'')—Д. А. Олсуфьев, гр.
Омега. („Церковь".)—М. П. Давыдов.
Он. („Сарат. Дневн.‘О—С. С. Гусев.
О- О. О. („Саратов. Дневн.")—К. Н. Ищенко.
О. Р. (Сарат. Лист.")—О. П. Богданова.
О. Сироп.—(Я футур-альманах.)—Д. М. Борисов.
п.
П („Сарат. Дневн.")—П. А. Слепцов.
Павлов, Н. (Отд изд.—-„В смутные годы".)—Н. И. Мердер.
Paul Nolet. („Сарат. Дневн.")—Соловьев.
Paul N. („Сарат. Дн.“)—Соловьев.
П. Б. („Сарат. Дн.“, „Приволж. Край".)—П. О. Безпалов,
П. Б. С. („Сарат. Дн.“, „Прив. Край".)—П. О. Безпалов.
> /7. Безпалов-Сибирский. („Сарат. Днев.")—П. О. Беспалов.
П. Вениаминов. (Отд. брошюра:—„Крестьянская община". Спб. 1908.)—
П. Г. Архангельский.
/7* („Саратов. Дневн.")—П. Н. Галин.
П. Д—н. („Голос Правды".)—П. А. Слепцов.
Петр Л. („Сарат. Лист.")—П. П. Лебедев-сын.
Петр Сибирский. („Саратов. Днев.", „Приволж. Край".)—П. О. Безпалов.
Петров. („Церковь".)—М. П. Давыдов.
П. 3.—(„Сар. Дн.“, „Сар. Лист," „Прив. Край.")—П. И. Зиннер.
Р. S.—(„Friedensbote", „Sarat. Deiit. Ztg“, „Volksztg.", „CJnsere Zeit.“,
„Deut. Rundschau", „Odess. Ztg“, ,,S.-Pet. Ztg", „Wolgad.
Monatshefte", Der Wogadeutsche", „Bauernztg", „Unsere
Wirtschaft", „Die Arbeit," „Kauk. Post**.)—П. И. Зиннер.
П. 3—p. („Новая Жизнь".)—П. И. Зиннер.
П. И. („Киевск. Откл.,“ „Полтавщина," „Наша Жизнь,4 „Сын Отеч.,“ „Курь-
ер," „Русск. Вед.,“ „Товарищ," „Прив. Край.")—П. И. Зиннер.
П. И—в. („Рабочая Жизнь.")—П. И. Зиннер.
П Иванов. („Сам. Газ.,' „Курьер.")—П. И. Зиннер.
П—К, А. („Саратов. Лист.")—А. П. Поляк.
П—К, В. („Саратов. Лист.")—В. Н. Поляк.
И. Л. („Саратов. Лист.")—П. О. Лебедев.
61
П—л—К, В. („Саратов. Лист.1*)—В. Н. Поляк.
Плюм-Пудинг. („Сарат. Справ. Лист.*')—Д. Л. Мордовцев.
П. Новомосковский. (Война и Жизнь"—Саратов, 1915.)—С. П. Полтавский.
П. О—в („Сарат. Лист.“)—О. В. Португалов.
Полтавин. („Брат. Помощь" и отдельные брошюры).—П. А. Устимович.
Посторонний. („Голос Сибири".)—Г. Г. Сушкин.
Поэт из Тулы. („Москов. Лист.")—П. И. Лямин.
П. П. („Сарат. Губ. Вед.“, „Сар. Лист.")—П. П. Под'япольский.
Праздношатающий. („Сарат. Листок", „Развлечение".)—С. С. Гусев.
Призрак. („Саратов. Днев.")—А. С. Смиренномудренский.
П. С—в. („Голос Правды".) — П. А. Слепцов.
Псевдоним. („Волга".)—П. А. Слепцов.
П. Сосновский. („Голос Деревни", ,,Uolks-ztg.“)—П. И. Зиннер.
П. Стальное. („Варшав. Дневн.")—П. А. Слепцов.
П. Старый. („Гражданин".)—П. А. Слепцов.
П. Стр. („Волга".)—П. А. Слепцов.
Пустозвон. („Стрекоза", „Развлечение".) —С. С. Гусев.
Пьетро Смурский.—(Я—футур-альманах.)—С. П. Полтавский.
П. Ю. („Приволжский Край".)—П. Л. Юдин.
Р.
Р. А. („Сарат. Губ. Вед.“)—А. А. Росницкий.
Р. А. („Сарат, Справ. Лист.")—А. Родюков.
Ra. („Сарат. Дневн. “)—П. Р. Полетика.
Работинский. („Саратов. Лист.")—Ф. Л. Соколов.
Р—в, Н. („Саратов. Днев.")—Н. Д. Россов.
Re. („Саратов. Дневн.")—Л. Винярский.
Реков. („Вест. Восп.“)—В. Я. Репников.
Родников. В. („Вести. Боепитания".)—В. Я. Репников.
Розовая Маска. („Сарат. Копеечка", „Саратов. Жизнь".)—Н. П. Белов.
—г—г—(„Odess. Ztg.“)—П. И. Зиннер.
Рунова, О. („Саратов. Лист.")—О. П. Богданова.
С.
С. („Саратов. Дневн.", „Правда",)—П. А Слепцов.
С. („Голос Сибири", „Сарат. Вед.“)—Г. Г. Сушкин,
S'. („Die Rrbeit" и др )—П. И Зиннер.
Садко Гусляр. („Судоходец".)—Н. В. Обухов.
Sak. („Deutsch. Volksztg.")—С. С. Карахан‘янц.
Саратовец. („Лстрахан. Лист.")—А. Ф. Хованский.
Саратовский Боккачио. („Саратов. Днеен.")—А. А. Кулаков.
Сатана Гордыня.— (Я—футур-альманах.)—Л. -Гумилевский.
Сверхштатный корреспондент. („Саратов. Листок".)—С. С. Гусев.
Свой. („Саратов. Листок".)—П. А. Аргунов.
С. Г. („Сарат. Лист.", „Молва", „СПБ Вед.")—С. С. Гусев.
С. Г—в. („Сарат. Лист.", „Молва", „СПБ. Вед.")—С. С. Гусев.
Северин. („Дело", „Русская Мысль", „Вест. Европы", „Живопис. Обозр."—
Н. И. Мердер.
Секунд Майоров, („Сарат. Дневн.")—А. А. Кулаков.
Сениор Асмодей. („Развлечение".)—С. С. Гусев.
Сергей Г—в. („Альманах Будильник" 1880.)—С. С. Гусев.
Сергей Качуев. („Приволж. Вести. Охоты", „Саратов, Дневн.", „Саратов.
Листок".)—С. И. Чергяков.
С. („Саратов. Вест.") —С. И. Гржибовская.
62 —
С. Железняк. („Саратов. Днев.“, „Саратов. Листок'.)—С. И. Гржибовская.
Sine ira. („Саоатов. Дневн.*)—А. А. КУлак°в-
5. V. S. („G.-Pet. Ztg.“, „Uolksztg.")—П. И. Зиннер.
S. К. (,,S. D. Volksztg.) —С. А. Карахан‘янц.
Скептик. („Сарат. Дневн.")—В. С. Бабиков.
Скин, Г. („Коммер. Тепеграф”.'—Г. Г. Сушкин.
С. Л. („Сарат. Лист.**)—П. А. Слепцов.
С. Л—в. („Голсс Правды**.) П. А. Слепцов.
Слово Глаголь. Сарат Дневн.„Сарат. Лист.**, „Волга**.)—С. С. Гусев.
Случайный. („Сарат. Жизнь", „Сарат. Копеечка**.)—Н. П. Белов.
Случайный турист. („Сарат. Лист.**)—А. Л. Кущ.
С—н, Г. („Голос Сибири", „Известия Центр. Военно-Промышлен. Комите-
та**.)—Г. Г. Сушкин.
С. О. („Сарат. Лист.11)—-С. Б. Острожников.
София Железняк. („Сарат. Лист.**)—С. И. Гржибовская.
С. П. („Саратов. Лист.") —П. А. Слепцов.
С. П. („Саоат. Лист.**, „Сарат. Вести.**, „Саратов. Жизнь.**)—С. П. Пол-
тавский
Spectator. („Bauemztg".)—П. И. Зиннер.
—s—s. („Sar. D. Volksztg.**)—И. И. Эрбес.
С. Светлов. („Сарат Дневн.„Театр и Искусство".)—С. А. Марковский
С. 7. („Сарат. Вести.")—С. А. Ливанов.
Ст. Тов. („Пролетарий Поволжья**.)—Г. Г. Сушкин.
Старик. („Русь".)—А И. Шахматов.
Старый („Голос Правды" )—П. А. Слепцов.
Старый журналист. („Сарат. Дневн.**, „Сарат. Вести.")—
Н. М. Архангельский
Старый отшельник. („Сарат. Лист.")—С. С. Гусев.
Старый Трансформист. („Русская Мысль".)—Н. Г. Чернышевский.
Старший дипломат. („Развлечение**.)—С. С. Гусеа.
Степняк. („Моск. Вед.", „Сарат. Дневн.")—А. С. Бабиков.
S—г. („(Jnsere Wirtschaft".)—П. И. Зиннер.
Стерегущий („Сарат. Дневн.**, „Сарат. Лист.")—С. И. Червяков.
—стр. („Гол е Правды".)—П. А. Слепцов,
Сторонний наблюдатель. („Сибирь**, „Новая Сибирь".)—Г. Г. Сушкин.
Sylba. („Сарат. Дневн.“)—С. С. Краснодубровский.
Суш, Г. Г. („Восточная Заря**, „Об,единение", „Саратов. Вед.“)—
Г. Г. Сушкин.
Сушихин. („Сарат. Вед.“)—Г. Г. Сушкин.
S. V. Schilling. (,,D. Volksztg.“)—П. И. Зиннер.
С. ГЦ—в. („Волга".)—С. А, Щеглов.
т.
Теперь U сейчас. („Голос Правды**.)—Н. Иванов, св.
Tuttigianti. („Сарат. Лист „Развлечение**.)—С. С. Гусев.
Tuttigiati, S. S. („Сарат. Справ Лист.")—А. А. Куликов.
Т—ко, Н. („Сарат. Лист.**)—Н. Ткаченко.
Томилина. („Луч“ и др.)—М. А. Карпова.
***. („Сарат. Лист.")—А. О. Немировский.
7риесс. („Русская Жизнь".)—С. С. Гусев.
У.
Угрюмский гражданин. (Отд. издание: „Юмористические и серьезные
очерки Угрюмска". Саратов, 1874.)—А. Ф. Леопольдов.
— 63 —
ф.
Ф. А.—(„Саратов. Вести.")—Ф. А, Пальчинский.
Ф. Е—вич. (Сарат. Дневн.")—Ф, Е. Гордиенко.
Философ из далека. („Сарат. Лист.")—П. А. Слепцов.
Фланер. („Саратов. Лист.")—И. П. Горизонтов.
Флюгер. („Саратов. Днев.")—Т. И. Герольдов.
Ф—Ов, Д. („Сарат. Вести.")—Д. Феофаров.
Фру-фру. („Развлечение".)—Т. И. Герольдов.
X.
Ха-ха-ха! („Будильник".)—С. С. Гусев.
X—ий. („Новое Время", „Рус. Вед.“, „Русский Курьер", Астрахан.
Лист.")—А. Ф. Хованский.
Хр. И. („Сарат. Лист.")—И. Хряпов.
Хроникер. („Волга".)—П. А. Слепцов.
ч.
Чернокнижник. („Волга".)—С. С. Гусев.
Чернокнижник. („Саратов. Днев.")—А. А. Дублицкий.
Чернокота.—(„Я—футур-альманах.")—А. Е. Галкин.
Что в имени тебе моем? („Астрахан. Лист.", „Саратов. Лист.")—
И. П. Горизонтов.
Чужой. („Сарат. Лист.")—Н. С. Токарев.
Чужой. („Голос Сибири". „Восточная Заря".)—Г. Г. Сушкин.
ш.
Ш—ский, С. („Саратов. Днев.")—С. Шалкинский.
Штэк. („Голос Правды".)—П. А. Слепцов.
щ
Щука. („Донской Голос".)—Е. Д. Жигмановский.
э.
Э. Клисэ —(„Я—футур-альманах.")—Д. Киселев.
Эль („Саратов. Лист.")—П. О. Лебедев.
Эль. („Сарат. Лист.")—П. П. Лебедев-сын.
Эльде. („Сарат. Дневн.")—Л. Дунина.
Эль-ЭМ. („Саратовец", „Сарат. Лист.")—Л. Т. Мизякин.
Эе. Ге. („Саратов. Лист.")—С. С. Гусев.
Эспе. („Голос Правды", „Варшав. Дневник". „Солнце Красное".)—
П. А. Слепцов.
ю
Ю—в, В. („Сарат. Лист.")—В. П. Юрьев.
Я.
Я. Д. („Сарат. Дневн.")—Я. Е. Дитц.
Ян. Барский.—(„Саратов. Вести.")—Н. М. /Архангельский.
— 64 —
ъ.
—ъ—ъ. („Сарат. Дневн.“)—А. А. Кулаков.
ъ. („Сарат. Дневн.“)—С. А. Марковский.
О.
вома Хмурый. („Оренбургский Край", „Оренбургская Газета", „Степь",
„Вестник Пензенск. Земства.")—В. Е. Зюрюкин.
бома Шлык. („Волга".)—П. Я. Кучин.
?? („Саратов. Лист.")—П. О. Лебедев.
Краткий отчет о деятельности Отдела Истории Нижне-Волжского
Областного Научного О-ва Краеведения „Истархэт"
за 1915-1923 годы.
Нижне-Волжское Областное Научное О-во Краеведения, являющееся
преемником Сарат. Ученой Архивной Комиссии и О ва Истории, Археологии
и Этнографии при Сарат. Гос. У-те в работе по изучению Края, возобно-
вляет во П-ой части 34-го вып. „Трудов" печатание отчетов о деятельности
отдела Истории. Отчет 1914 г. был последним, напечатанным в Трудах
Архивн. Комассии,*) поэтому настоящий отчет начинается следующим, 1915
годом.
В этом году на общих собраниях членов Комиссии прочитаны были
следующие доклады, посвященные вопросам истории: А А. Гераклитова:
Сарат. пожары 1800 и 1801 гг. П. Н. Боева: Материалы по истории Ради-
щевского Музея. В. И. Жеребцова: Страница из прошлого Саратова. Сара-
товск. чиновники 100 лет тому назад. Ф. Г). Коновалова: Процесс скопцов
в Саратове. П. II. Смирнова. Окладная роспись пятин по г. Саратову 1634
г. Н. Ф. Хованского: Из дел Золотовского Приказа.
В 1915-1916 гг. в работу Арх. Ком. внесено было большое оживление,
благодаря пребыванию в Саратове эвакуированных из Киева высших учебн.
заведений, профессора и студенты, которых приняла участие в работе Ко-
миссии. В тесном единении с Комиссией проходила также и деятельность
Киевского Истор. О-ва имени Нестора Летописца. На общих собраниях
Ком. прочитаны были в 1916 г. следующие доклады история, содержания:
А. А Кроткова: Увек Саратовский по данным истории и археологии. С. И.
Быстрова: Страница из прошлого старообрядческого Поволжья. И. М. Ка-
манина: Южно-русское казачество и отношение духовенства к его восстанию
при Б. Хмельницком. В. П Юрьева: Где был основан Саратов в 1590 г.?
Н. Ф. Хованского: Пять лет губернаторства А. И. Косича в Сарат. губер-
нии (1887 —1891 гг.). Возмущение крестьян Золотовской волости в 1830 г.
К. Я. Виноградова: Бегство калмыков с Волжско-Каспийских промыслов.
А. В. Колокольцева; Сарат. полиц<я в ее отношении к старообрядчеству по
данным ревизии гр, Стенбока (1853 г.) и собств. проэкт Стенбока об адми-
нистративном воздействии на старообрядчество, ft. ft. Гераклитова: Когда
написан сборник слов Иоанна Златоустого, принадлежащий Арх. Комиссии?
В. О. Жеребцова: Сарат. чиновники сто лет тому назад. (Продолжение)
Б. Д. Федорова: Г. И. Успензкий и раскол в Сарат. Крае. В этом же году
учителями-историками, членами комиссии, образована была в составе Ко-
миссии „Историческая секция", в заседаниях которой прочитаны были меж-
ду проч. след)ющие доклады: В. Н. Золотарева: О необходимости создания
История, секции при Сарат. Уч. Арх. Ком. и ее возможных задачах и це-
лях. Исторический кружок при гимназии Добровольского. А. А. Геракли-
това; История. Архив С. У. А. К. А. А. Гаврилина: Об организации исто-
рико-археологияеских экскурсий. В. И. Списковой: Опыт постановки рефе-
ративной системы преподавания истории в старш. классах Сарат. 1-ой
женск. гимназии. Д. А. Маркова: Об изучении истории местного Края.
В. В. Алонзовой: О преподавании истории в средне-учебн. заведениях.
*) См. 32-ой вып. „Трудов". Саратов, 1915 г., стр. 169-177.
66 —
После февральской революции 1917 г. оживилась работа членов Ком.
по приведению в порядок и разработке письменных и печатных материалов,
относящихся к истории обществ.-революционного движения в Сарат. Крае.
Осенью этого года на основе старых и новых накоплений материала в со-
ставе Арх. Комиссии был создан особый „Отдел Общественного Движения",
позже составивший часть Историч. Музея. 1917 год ознаменовался откры-
тием в Сарат. У-те Историко-филологич. фак-та; его профессора стали
членами Комиссии и ооганизовали в ней чтение ряда лекций-^по архиво-
ведению (проф. В. И. Веретенников) и по историч. географии (проф. М Т.
Фасмер). В том же 1917 году началась под руководством проф. В. И. Ве-
ретенникова работа членов Комиссии по спасению погибавших архивов,
принявшая особенно большие размеры в 1918 г. Протекая в чрезвычайно
тяжелых условиях, она отнимала у членов Ком. все силы и средства, но
своим результатом имела спасение от погибели и сохранение для потомства
большого числа архивов учреждений, ликвидированных после февральского
и Октябрьского переворотов. Эта работа закончена была Комиссией весною
1919 г., когда в Саратове учрежден был Губархив, в ведомство которого и
поступили спасенные архивы. В 1917 г. на общих собраниях членов Комис-
сии прочитаны были следующие доклады: Н. Ф. Хованского; Воспоминания
о Н. Г. Чернышевском. А. А. Белова: Сохранившиеся воспоминания о
преосвящ. Афанасии III, епископе Саратовском. С. Н. Чернова: Об учреж-
дении Отдела Истории обществ, движения в составе Комиссии. К. Я. Ви-
ноградова: Освобождееие калмыков от крепостного права. Сомчевской: Шко-
лы немцев-колонистов по данным 1875 г. П. Н. Боева: О старинных рус-
ских иконах.
В 1918 году продолжалась работа отдела Истории Обществ, движения.
На общих собраниях читались и обсуждались исторические доклады: П. К.
Галлера: Быт немцев-колонистов в 60-х годах XIX столетия. (Воспоминания)
С. И. Быстрова: Из прошлого старообрядцев посада Дубовки. Из истории
раскола в Сарат. Крае (2 доклада) К. Я. Виноградова: Сарат. педагоги и
гимназисты в оценке жандармов (из архива Жандармск. Управления). Ка-
ракозовский процесс (материалы Жандармск. архива). А. Н. Штылько: Сарат.
губернская впасть и иеромонах Иллиодор. Проф. Н. К. Пиксанова: К изу-
чению литерат. наследия академика А. Н. Пыпина.
В 1919 г. были прочитаны следующие историч. доклады: С. И. Быст-
рова: Старообрядчество в Саратове. Проф. В. И. Веретенникова: Памяти
скончавшегося академика А. С Лаппо-Данилевского. А. Н. Штылько: Ар-
хивные мелочи (О фруктовой почте в старину. Цариц городничий фон-Цил-
ка-Кус. По архивн. материалам). Из недавнего прошлого. Бывшая губернск.
власть и ее отношение к местной периодической печати (по арх. материа-
лам). В. II. Позднякова: Историч. сообщение о кожанных куртках, достав-
ленных в Историко-Археол. Музей.
В 1920 г. и последующих работа Арх. Комиссии по изучению истории
местного края была продолжена О-вом Истории, Археологии и Этнографии,
в которое Комиссия была преобразована.
В 1920 г. работа отдела истории замедлилась с уходом его председа-
теля, проф. В. И. Веретенникова и развитием деятельности Историч. Секции
Философско-Истдрич. О-ва при у-те, впоследствии соединившейся с отделом
'Истории. На состоявшихся заседаниях отдела были прочитины доклады:
С. И. Быстрова: Из истории старообрядчества в г. Саратове. Проф. В. И.
Веретенникова: О связи областной истории с общерусским историч. процес-
сом. А. А. Гераклитова: Очередные задачи по изучению историч местного
края. В. И. Оппоковой: Историч. Архив. Издание Гл. Упр. Арх. делом, кни-
'.га 1. 1919 г. Проф. Л. Н. Юровского: К истории крепостного хозяйства и »
(дворянск. землевладения в Сарат. Крае. Доклады историч. содержания за-
- 67 —
слушаны были также на общих собраниях членов О-ва и в отделе археоло-
гии: А. А. Гераклитова: Записки Барбаро о путешествии в Тану. А. Н.
Штылько: Из недавнего прошлого. Бывшая губернск. власть в ее отноше-
нии к местной прессе, (по арх. данным.) Проф. С. Н. Чернова: О связи
истории и археологии местного края.
В конце 1921 года к отделу истории присоединилась Историческая
Секция Филос.-История. О-ва при у-те, Что 'дало отделу новых работников
и способствовало расширению его задач изучением обще-русской и всеоб-
щей истории. На заседаниях отдела заслушаны были доклады: Проф. А. Н.
Юровского: О крепостном хозяйстве Сарат. Края. Проф. П. Г. Любомирова:
Памяти проф. Архангельского. Пожарский в изображении хронографа типа
1617 г. С. И. Быстрова: Из начальной истории Черемшана. Гл. I—II. А. И.
Доватура: Личность и деятельность Салона в греческ. история, предании.
На общих собраниях: П. А. Аргунова; Изборник Псковск й Судной Грамоты
и его отношение к господарю. Проф. II. Г. Любомирова: Об изучении мордвы.
М. Н. Чернышевского: Н. Г. Чернышеский в Виллюйске (по неизд. доку-
ментам). На торжеств, заседании, посвященном чествованию памяти Данте:
Проф. В. А. Бутенко: Данте и Возрождение. Проф. Т. П. Федотова:-Уто-
пия Данте. На юбилейном собрании по случаю 35 летия существования
О-ва; Проф. II. Г. Любомирова; Развитие восточной торговли во 2-ой пол.
XVI века и основание Нижне-В шжских городов.
В 1922 г. работа Отдела Истории выразилась в заслушании и обсуж-
дении докладов общей и местной истории. Прочитаны были следующие до-
клады и сообщения: Проф В. А. Бутенко: Бумажные деньги в эпоху Франц.
Революции. Наука Новой Истории в России. Карта Европы по Версаль-
скому миру. А. М. Дьяконова: Памяти проф. Д.-А Корсакова. А. А. Лебе-
дева: Моральное состояние Иргизских монастырей в 1820—40 г.г. Проф.
II. Г. Любомирова: К литературной истории сказания Аврамия Палицына.
Новые источники по истории Смуты. А А. Гераклитова: Филигрань „Д 1а
mode papier", Проф. И. Ф. Полак: Из истории астрологии в XVI в.
Проф. С. И. Протасовой: Обзор иностранной литературы по истории Греции
за 1915—20 гг. Композиция и источники биографии Помпея у Плутарха.
А. Д. Суздалева; Черты внутренней политики Николая 1. Проф. Г. П. Федо-
това; Государство перед судом церкви в Меровинчскую эпоху Проф. С. Н.
Чернова: Заметки о суде над Максимом Греком. Несколько хронологических
дат записок Якушкина. М. Н. Чернышевского: Старый Саратов в автобио-
графии Н. Г. Чернышевского. Из неизданных бумаг Н. Г. Чернышевского.
Проф. С. В. Юшкова: О праве убежища в древн. Руси (2 доклада). На об-
щих собраниях прочитаны были доклады: Проф Н. Т. Любомирова: Сара-
товское наместничество в 1782 году. И. Я. Славина: Сарат. Гор. Управле-
ние в последнюю четверть XIX. Борьба с голодом в Саратове в неурожай-
ные годы конца XIX в. М. И. Чернышевского: Из неизданных произведе-
ний И. Г. Чернышевского (Корнилов дом, Жгут, Духовная ' та).
В 1923 г. в Отделе Истории заслушаны были следую ие доклады:
II. И. Степанова: К истории маслобойной промышленносш в Сарат. губер-
нии. Проф. В. А. Бутенко: Отставка Бисмарка (Ill-ий том его мемуаров).
Мемуары Вильгельма П-го. Проф. С. Н. Чернова: Несколько сведений о
солдатском брожении 1820—21 гг. Сборник Воспоминания и письма декабри-
ста М. И. Муравьева-Апостола. Четыре письма к И. Д. Якушкину. 3. А.
Серебряковой: К истории выборов в 1-ую Госуд. Думу в Сар. губ. Проф.
II. Г. Любомирова: О правлении Ссфии Алексеевны. Е. Н. Кущевой: Сбор-
ник Г. П. Библиотеки ©. IV. 17. А. А. Гераклитова: Записные книги Пе-
чатного Приказа. Иван Каманин. Алексадра ВЛвицка. Водян! знаки на па-
nepi XVI—XVII вв. Киев. 1923. Изд. Всеукр. Академии. В том-же году в
составе отдела была организована Историко-Экономическая секция, в засе-
— 68 —
даниях которой были прочитаны и обсуждались следующие доклады: Е. ф.
Любомировой: Перевозка по Р. У. ж.-д. продуктов с.-хоз. и промысловых Юго-
Востока в связи с состоянием этого района перед мировой войной. Е. И.
Шлифштейна: К истории сапого-валяльного промысла в России. Доклады
историч. содержания были прочитаны и в секции любителей родного края,
организованной в том-же году группой членов О-ва с целью дать возмож-
ность лицам, не обладающим специальной подготовкой, работать в области
изучения Сар. Края. А. А. Лебедева: Печать в Сар. Крае за время с
1917—1923 гг. Рецензия на брошуру С. И. Быстрова „Поморское согласие
в Сар. Крае". С. И. Быстрова: Быт Черемшанских скитов. Смутное время
Черемш. скитов. А. А. Гераклитова: Воспоминания о Саратове 70-х годов
прош. века. Деревня Суворовка Завального стана Ценз, уезда. Е. И. Боевой:
Сообщение об устройстве и открытии в Сарат. Радищевск. музея. В. А.
Сушицкого: Известия арабских пасателей о Зол. Орде. Е. И. Ивановой:
Известия запади, писателей о Зол. Орде. Проф. С. Н. Чернова: О губерна-
торе Ианчулидзевё. Шохора. О Радищеве. А. А. Кроткова: Библиография
Золот. Орды. Главным образом доклады исторического содержания чи-
тали и в общих собраниях членов О-ва; таковы доклады: А. А. Герак-
литова: Из бумаг А. И. Штылько. Заметки об Астрахани по книгам Пе-
чати. Приказа. О книге Хвощсва по истории Пензенского Края. О курсе
Большакова по вспомогат. историч. дисциплинам. А. Н. Лоза-ювой: Исто-
рико-культурн. ценности Астрахани. П. Л. Маштакова: О работах РАН по
составл. списков русск. рек. И. Я. Славина: Отношение земств и городов
по „Положениям" XIX в. Проф. С. Н. Чернова: Саратовская родня декабри-
ста Батенькова. М. Н. Чернышевского: История одной рукописи Н. Г. Чер-
нышевского.
Работа Отдела Истории О-ва за 1920—23 гг. выражалась еще в раз-
работке отдельных вопросов из истории Сар. Края как группами лиц, так
и отдельными работниками. Из групповых работ заслуживают упоминания:
изучение социально политич. движения в Крае, и в связи с этим—истории
кол низации группой членов О-ва под руководством А. А. Гераклитова в
1920—21 гг.; изучение аграрного движения в Крае, протекавшее в 1921 —
22 гг. под руководством В. Е Зюрюкина; обработка матерьяпов экспедиции
Артемьева, шедшая в Историко-Экономйч. секции Отдела Истории под ру-
ководством проф. П. Г. Любомирова, Е. И. Шлифштейна и Р. М.
Шнейдера.