КОММУНИСТИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ ИНСТИТУТ СОВЕТСКОГО СТРОИТЕЛЬСТВА и ПРАВА СЕКЦИЯ ХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРАВА
КУРС
СОВЕТСКОГО
■
ХОЗЯЙСТВЕННОГО
ПРАВА
ТОМ!
*
ПОД РЕДАКЦИЕЙ
Л. ГИНЦБУРГА и Е. ПАШУКАНИСА
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО СОВЕТСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО


КОММУНИСТИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ
ИНСТИТУТ СОВЕТСКОГО СТРОИТЕЛЬСТВА и ПРАВА
СЕКЦИЯ ХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРАВА
КУРС
СОВЕТСКОГО ХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРАВА
ПОД РЕДАКЦИЕЙ
Л. ГИНЦБУРГА и Е. ПАШУКАНИСА
ТОМ I
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО СОВЕТСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО 1 9 3 5 '


Редактор Л. Г. Фогелевич Техн, редактор А. Н. Уразова Обложка худ. А. И. Щербакова Корректор Е. С. Баталина
«Курс советского хозяйственного права» под ред. Л. Гинцбурга и Е. Пашуканиса является основным учебным пособием для вузовского преподавания этой дисциплины. Книга написана авторским коллективом секции хозяйственного права ИССП Комакадемии и составлена применительно к «Программе хозяйственного права для вузоц», вышедшей в издании «Сов. законодательства» в 1933 г. под ред.* Л. Гинцбурга.
I том охватывает три раздела Курса: «Введение», «Общие положения советского хозяйственного права» и «Организационную структуру народного хозяйства». II том, подготовляемый к печати, посвящен следующим двум разделам: «Организации хозяйственных связей» и «Специальным отраслям советского хозяйственного права».
Цена 6 р. 30 к., переплет 50 к.
IV квартал 1934 г. № 105. С—2. Сдано в набор 4/IX—34 г. Подписано к печати 29/Х1—34 г. 64х92'1в. 28 печ. л. 37,2 автор, л. В 1 бум. листе. 114 000.
Москва. Уполномоченный Главлита Б 90613. Заказ № 916. Тираж 10 000 16-я типография треста «Полиграфкнига», 'Трехпрудный пер., 9.


ОТ ИНСТИТУТА СОВЕТСКОГО СТРОИТЕЛЬСТВА И ПРАВА
К работе над Курсом советского хозяйственного права приступлено 1 марта 1933 г. В основу плана Курса положена «Программа курса советского хозяйственного права для вузов» под ред. Л. Гинцбурга, составленная в 1933 г. бригадой хозяйственного права ИССП. Работа над I томом в основном закончена в течение 15 месяцев, т. е. к 1 июня 1934 г.
Отдельные части книги написаны следующими товарищами: Гл.1— Гинцбург. Гл. II—Раевич. Гл. Ill, §§ 1—4—Карасе. §§ 5 и 6—Гинц- бург. Гл. IV—Гинцбург. Гл. V, § 1—Гинцбург и Раевич. §§ 2 и 3— Раевич. Гл. VI—§§ 1, 4 и 5—Амфитеатров. §§ 2 и 3 Гинцбург. Гл. VII— Братусь и Гинцбург. Гл. VIII, §§ 1, 2 и 4—Братусь. § 3—Братусь и Гинцбург. Гл. IX—Гинцбург. Гл. X—Фукс. Гл. XI—Сливицкий.
До сдачи в набор рукопись просмотрена рядом товарищей, как принимающих систематическое участие в работах секции хозяйственного права ИССП, так и специально привлеченных для консультации по отдельным вопросам Курса. В предварительном обсуждении текста книги в различных формах (участие в авторской конференции 20 июня 1934 г., письменные отзывы, консультации по отдельным вопросам) приняли участке помимо авторов следующие т. т.: Венедиктов, Вой- тпнекий, Генкин, Гойхбарг, Гришин, Доценко, Загвязинский, Каратаев, Каравайкин, Костельцев, Можейко, Павлов, Патушинский, Рубинштейн, Шкундин, Шретер, Челяпов, Юргина. Алфавитно-предметный указатель составлен т.- Гец. Научно-вспомогательная работа по тексту проведена т. т. Гец, Конусовой М. М. и Семеновым. Окончательная подготовка всего текста к печати принадлежит т. Гинцбургу.
Одновременно со сдачей в набор I тома развернута работа по II тому. В соответствии с «Программой советского хозяйственного права для вузов» II том включает следующие вопросы: общие положения советского договорного права, основные типы договорных отношений, кредитные правоотношения, основы советского жилищного права, основы советского транспортного права, основы строительного законодательства, основы законодательства о внешней торговле, основы советского изобретательского и авторского права.


ЧАСТЬ L ВВЕДЕНИЕ
ГЛАВА I
ПРЕДМЕТ И МЕТОД СОВЕТСКОГО ХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРАВА § I. Вводные замечания
Октябрьской революцией открывается период революционного преобразования капиталистического общества в коммунистическое. Государство этого периода—революционная диктатура пролетариата. Пролетарская диктатура призвана выполнить задачи исключительной сложности и трудности, неслыханные по грандиозности и глубине захвата самых сокровенных основ человеческой жизни. Период диктатуры пролетариата—не мимолетный эпизод, не случайная и не кратковременная полоса развития современного общества. «Мы говорим рабочим,— писал Маркс,—вы должны пережить 15, 20, 50 лет гражданской войны и международных битв не только для того, чтобы изменить существующие отношения, но чтобы и самим измениться и стать способными к политическому господству1. Ибо «дело идет не об изменении частной собственности, а об ее уничтожении, не о затушевывании классовых противоречий, а об уничтожении классов, не об улучшении существующего общества, а об основании нового»2.
Учение о диктатуре пролетариата создано и развив величайшими теоретиками научного коммунизма: Марксом, Энгельсом, Лениным и Сталиным. Маркс и Энгельс доказали необходимость и неизбежность революционного низвержения власти буржуазии и установления пролетарской диктатуры как политической формы переходного от капитализма к коммунизму общества. Ленин восстановил и развил учение Маркса о диктатуре пролетариата, опошленное и искаженное теоретиками II Интернационала, открыл государственную форму пролетарской диктатуры, соответствующую эпохе империализма и пролетарской революции,—советы, заложил основы учения о построении социализма в одной стране, обосновал практику государственного и хозяйственного строительства пролетарской диктатуры в условиях капиталистического окружения как продолжение классовой борьбы пролетариата в новых формах. Сталин обогатил сокровищницу марксизма-ленинизма глубокой разработкой и постановкой по-новому всех основных вопросов теории и практики социалистического строительства. Он развернул марксо- ленинское учение о диктатуре пролетариата в грандиозное учение о построении социализма в одной стране в условиях задержки мировой
1 М а р кс и Энгельс, т. VIII, с. XXX.
2 Там же, с. XXIV.
5


революции и ожесточенной классовой борьбы с капиталистическими классами внутри страны и с их идеологическими оруженосцами—буржуазно-реставраторскими теоретиками, правым и левым оппортунизмом, контрреволюционным троцкизмом.
Сталин следующим образом резюмирует марксо-ленинское учение о диктатуре пролетариата. Пролетарская диктатура включает в себя «три стороны», три «характерные черты»: «1) Использование власти пролетариата для подавления эксплоататоров, для обороны страны, для упрочения связей с пролетариями других стран, для развития и победы революции во всех странах. 2) Использование власти пролетариата для окончательного отрыва трудящихся и эксплоатируемых масс от буржуазий для упрочения союза пролетариата с этими массами, для вовлечения этих масс в дело социалистического строительства, для государственного руководства этими массами со стороны пролетариата. 3) Использование власти пролетариата для организации социализма, для уничтожения классов, для перехода в общество без классов, в общество без государства. Пролетарская диктатура есть соединение всех этих трех сторон»3.
Организованный как господствующий класс пролетариат решает намеченные здесь всемирноисторические задачи в процессе ожесточенной классовой борьбы. Формы этой борьбы многообразны. Пролетариат организует защиту первого в мире государства трудящихся от интервенции и войны извне, он подавляет сопротивление капиталистических элементов внутри страны, реконструирует мельчайшее индивидуальное крестьянское хозяйство и переделывает многомиллионные массы мелких собственников в активных строителей социализма. Пролетариат использует на службе новому обществу кадры старых буржуазных специалистов—бывших приказчиков буржуазии. Он, наконец, в процессе ожесточенной борьбы с мелкобуржуазными влияниями, привычками и пережитками старого общества перевоспитывает и самого себя. Воспитание социалистической дисциплины—одна из важнейших новых форм классовой борьбы пролетариата.
Советское право, и в частности советское хозяйственное право, является одним из мощных орудий классовой борьбы пролетариата. Советское право—это особая форма политики пролетариата. Советское же хозяйственное право—это особая (специфическая) форма политики пролетарского государства в области организации социалистического производства и советской торговли. В этом его назначение и роль в системе пролетарской диктатуры. Все три стороны диктатуры пролетариата и все формы его классовой борьбы находят в советском хозяйственном праве свое выражение. Ниже мы рассмотрим понятие советского хозяйственного права с трех различных сторон:
а) Советское хозяйственное право,—утверждаем мы, —есть форма политики пролетарского государства в области организации социалистического производства и советской торговли.
б) Это определение недостаточно,—говорим мы далее.—Оно не выявляет еще спецификума советского хозяйственного права как о с о- 8
8 Сталин, «Вопросы ленинизма», изд. 9, Партиздат, 1933, с. 201. Здесь и всюду «Вопросы ленинизма» цитируются нами по 9 изданию.
в


бой формы политики пролетариата. Спецификум дается понятием революционной законности. Применение начал революционной законности к организации социалистического производства и советской торговли дает понятае советского хозяйственного права в широком смысле.
в) Мы ограничиваем еще более нашу область, указывая на имущественные отношения социалистического общества как на непосредственный предмет советского хозяйственного права в узком смысле слова. Советскому хозяйственному праву именно в этом последнем смысле слова посвящено все последующее изложение.
§ 2Ч Советское хозяйственное право как классовое право пролетариата (как особая форма политики пролетарского государства в области организации социалистического производства и советской торговли)
1. Экономика и политика. Советское х о-з я й- 'ственно е право, как особая форма политики пролетарского государства в области организации социалистического производства и советской торговли
В пролетарском государстве имеются все объективные возможности для построения социализма. Поскольку страна социализма располагает неисчерпаемыми естественными богатствами, поскольку налицо есть власть, которая имеет силу и желание двинуть использование этих богатств на пользу народа (диктатура пролетариата), поскольку система хозяйства—плановая, свободная от проклятых болезней капитализма, поскольку политика государства направляется единственной в мире последовательно революционной большевистской партией, постольку «нет таких крепостей, которых большевики не могли бы взять»4. Все дело в уменьи руководить производством, в нас самих, все зависит от качества хозяйственного руководства, от правильной организации хозяйства, от овладения техникой дела. «Политика не может не иметь первенства над экономикой»5. Политика, находящая свое выражение в генеральной линии партии, в ее решениях, в таких документах как 6 условий т. Сталина «определяет закономерности нашего хозяйственного развития, наше победное продвижение к социализму»6.
Чем объясняется эта новая, неизмеримо возросшая роль политической надстройки? Она объясняется новым соотношением производительных сил и производственных отношений в условиях пролетарской диктатуры. Единственным «истинно революционным классом» является «пролетариат»7 8. С другой стороны, «изо всех орудий производства наибольшую производительную силу представляет сам революционный класс»8. В государстве, в котором власть находится в руках рабочего класса, «наибольшая производительная сила» сама является носителем 4 С та л и н, «Вопросы ленинизма», с. 585.
6 Л е н и н, т. XXVI, с. 126.
6 «Правда», передовая. На борьбу за народнохозяйственный план, № 179 1 июля 1933 г,.
’Маркс и Энгельс, т. VIII, с. 479.
8 М а р к с и Энгельс, т. V, с. 415.
7


государственной власти и собственником основных средств производства. В этом заключается источник и объяснение особой роли и исключительного значения политической надстройки при диктатуре пролетариата.
Сказанное имеет ближайшее отношение к советскому хозяйственному праву.
Советское хозяйственное право имеет огромное значение в качестве одного из факторов революционно-социалистического преобразования общественных отношений. После пролетарской революции главная задача—о рганизационная, в частности—задача налажения «чрезвычайно сложной и тонкой сети новых организационных отношений, охватывающих планомерное производство и распределение продуктов, необходимых для существования десятков миллионов людей»9. Совершенно исключгтельное значение организационный вопрос приобретаем в условиях второй пятилетки. «Теперь, когда генеральная линия партии победила,—говорят решения XVII партийного съезда,—когда политика партии проверена жизнью, на опыте не только членов партии, но и миллионов рабочих и трудящихся крестьян,— во весь рост встает задача поднятия организационной работы до уровня политического руководства. Организационный вопрос, оставаясь подчиненным вопросом политики, приобретает все же ввиду этого для дальнейших успехов социалистического строительства исключительное значение.
Советское хозяйственное право представляет собой систему мер, необходимых для решения важнейших организационных вопросов строительства социалистического хозяйства. Все его принципы и институты, такие как плановая дисциплина, единоначалие, хозрасчет, договорная дисциплина и т. д., оказываются при ближайшем рассмотрении важнейшими рычагами организации социалистического производства и советской торговли. П л а н—это закон советского государства. Выполнение плана—святая обязанность каждого хозоргана, каждого хозяйственника, каждого трудящегося. Обязательность актов социалистического планирования (плановая дисциплина) подкрепляется разнообразными санкциями, в частности угрозой уголовной репрессии. План как закон и суд как блюститель плана и закона становятся таким образом в ряд важнейших рычагов организации социализма. Единонача- л и е—важнейший принцип организации социалистического производства. Социалистическое хозяйство, базирующееся на высокой технике, требует строжайшего единства воли, беспрекословного подчинения воле советского руководителя во время труда. Последовательное проведение единоначалия подкрепляется рядом партийных решений и законодательных актов, нарушение единоначалия рассматривается как нарушение законов Советского союза, как искривление линии партии в вопросах хозяйственного строительства. Хозрасче т—основа хозяйственной деятельности во всех звеньях народного хозяйства. Наконец советский хозяйственный д о г о в о р—«лучшее средство сочетания хозяйственного плана и принципов хозрасчета»,10 один из элементов единой большевистской политики,—играет огромную роль в деле налаживания тончайшей сети организационных отношений в социалисти• Ленин, т. XXII, с. 440.
10 М о л ото в, О выполнении первой пятилетки* 1933, с. 37.
8


ческом хозяйстве. Последовательное внедрение хозрасчета и укрепление договорной дисциплины являются важнейшими орудиями развертывания советской торговли*— «торговли без спекулянтов— малых и больших»11.
Беглый взгляд на историю советского хозяйственного строительства также выявляет роль советского хозяйственного права как формы политики пролетарского государства.
В первые годы социалистического строительства одна из центральных задач захватившего власть пролетариата заключалась в экспроприации у буржуазии основных экономических командных высот, и именно это—национализация промышленности, транспорта, банков, земли— составляет основное содержание советского хозяйственного законодательства йервых лет советской власти. Последовательное проведение в жизнь законодательства о национализации, т. е. фактическое овладение пролетариатом экспроприированными у буржуазии фабриками, заводами, транспортом, кредитными учреждениями,—вписывает одну из замечательнейших страниц в историю социалистического строительства. Одновременно—это одна из интереснейших страниц истории советского хозяйственного права12.
В 1921—1922 г. партия повернула руль экономической политики. Союз рабочего класса и крестьянства переводится на рельсы торговой смычки. В связи с этим восстанавливается рынок, допускаются (с существенными ограничениями) капиталистические элементы. Эта политика находит свое выражение в ряде крупных законодательных актов. Ocjiqp- ной' и типичный для первых лет нэпа документ—Гражданский кодекс РСФСР 1922 г. В нем запечатлены основные идеи экономической политики первых лет нэпа. Здесь и господствующее положение социалистической собственности (ст. 21 и 22 ГК), и легализация в известных пределах частной собственности и гражданского оборота (ст. 1, 4, 5, 54, 55, 58 ГК и др.), и элементы государственного капитализма (ст. 55, 153, 154, 162 ГК), и преимущественные права трудящихся и государства (ст. 5* Вводного закона, ст. 30 ГК).
Наконец и действующее ныне хозяйственное законодательство, и практика его осуществления играют крупнейшую роль в проведении политики развернутого социалистического наступления, выкорчевывания корней капитализма и построения бесклассового общества. «И план, и договоры, и хозрасчет—все это элементы единой большевистской хозяйственной политики»,—говорил т. Молотов на январском пленуме ЦК и ЦКК 1933 г.13.
Но и план и договор, и хозрасчет, вместе с их основой— общественной (социалистической) собственностью являются одновременна и важнейшими категориями советского хозяйственного права. Конкретное применение этих принципов и их раскрытие в регулировании различных отраслей советского хозяйства составляет содержание системы хозяйственного права СССР.
Исключительно ярко роль советского хозяйственного права как формы политики пролетарского государства выявляется в судебной и 11 Сталин, «Вопросы ленинизма», Дополнение, 1933, с. 32.
12 Ниже мы останавливаемся на этом подробнее. См. главу III «Основные этапы развития советского хозяйственного плана».
13 Молотов, Задачи первого года втдрой пятилетки, М. 1933, с. 35.


арбитражной практике. В 1925 г., например, Верхсуд РСФСР установил правило о так называемой «презумпции государственной собственности», т. е. о том, что в случае спора между государственными органами и частными лицами о праве собственности на имущество оно всегда предполагается государственным, а бремя доказательства противного всегда лежит на частном лице. Это правило широко использовалось при проведении политики ограничения и вытеснения капиталистических элементов. Другой пример. В 1932 г. Госарбитраж СССР установил принцип строго ограничительного толкования случаев так называемой «невозможности исполнения», т. е. освобождения от ответственности по договору. Госарбитраж признал, что аварии на производстве, недостатки материального снабжения и ряд других обстоятельств не являются основанием для освобождения от ответственности. Это правило имело большое значение для поддержания договорной дисциплины между хозорга- нами, а следовательно и для выполнения народнохозяйственного плана. Оно было санкционировано затем и в законодательном порядке14,
2. Советское хозяйственное право—классовое право пролетариата
Итак, советское хозяйственное право—особая форма политики пролетарского государства в области организации социалистического производства и советской торговли.
Политика есть отношение между классами. Являясь формой политики пролетарского государства, советское хозяйственное право выражает волю (интересы) господствующего класса, организованного в государство,—волю пролетариата. Буржуазное право поддерживается всей мощью буржуазного государства. Советское хозяйственное ццдво защищается всей мощью пролетарскойЗгиктатуры. Советское хозяйст- веняое право является классовым правом, так же как и буржуазное право, так же как право вообще. Но оно выражает классовые интересы не эксплоататорского класса, оно не закрепляет и не увековечивает отношений эксплоатации. Напротив, будучи орудием в руках последнего из эксплоатируемых классов, освобождение которого означает «упразднение всех бесчеловечных жизненных условий современного общества» (т. е. капиталистического) 15, советское -хозяйственноё празо используется в борьбе за бесклассовое социалистическое общество, где не будет никакой эксплоатации человека человеком.
Социализм можно построить лишь в процессе ожесточенной классовой борьбы. «Уничтожение юйГССив диепГГается не путем потухания классовой борьбы, а путем ее усиления»16. Подавление сопротивления экспроприированных эксплоататоров, руководство миллионными массами трудящихся, положительное творчество по строительству социалистического хозяйства—все это различные задачи пролетарской диктатуры и вместе с тем различные формы классовой борьбы пролетариата. Они определяют содержание институтов советского хозяйствен-
14 См. постановление СТО 5 марта 1933 о ходе заключения договоров на 1933 г С. 3. 1933 г. № '»1, ст. 122. Подробнее об зтом во II томе «Курса»в главе XII «Общие положения советского договорного права».
15 М а р к с и Энгельс, т. III, с. 56.
16 Сталин, «Вопросы ленинизма», Дополнение, с. 37, ср. Л е н и н, т. XXIV, с. 513.
10


ного права. Отношения, связанные с проведением в жизнь законов о национализации, о коллективизации, о ликвидации кулачества как класса на базе сплошной коллективизации (закон 1 февраля 1930 г. «о мерах по укреплению социалистическогб переустройства сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с купяче- ством»), о развертываний советский торговли «без спекулянтов— малых и больших»17—все это не только новая советская экономика, цо одновременно и новые советские хозяйственноправовые отношения. При этом на всем протяжении своего развития, начиная с Октябрьской революции, классовая природа советского хозяйственного права—едина. Это-—право пролетариата, строящего социализм.
Тезис о классовой (и именно пролетарской) природе советского хозяйственного права неоднократно подвергался оспариванию. В 1925 г. Рейснер выступил с утверждением о мозаичной, лоскутной природе советского права с точки зрения его классового содержания. В советском праве, по мнению/Рейснера, имеются различные «отрезы»: и классового пролетарского права (кодекс законов о труде, декрет о трестах) и мелкобуржуазного крестьянского права (земельный кодекс) и буржуазного права (гражданский кодекс) 18. 'Каждый из трех «отрезов» выражает волю и интересы одного из трех классов общества переходного периода: рабочего класса, мелкой буржуазии и нэпманов-капиталистов.
В 1928 г. проф. Шретер характеризовал советское хозяйственное право как «безликий инструментарий». У советского хозяйственного права якобы нет никакой определенной «внутренней социальной установки»19.
В 1939 г. Стальгевич нашел в советском праве некие «реакционные возможности», являющиеся отражением интересов враждебных пролетариату классов20.
Наконец в 1931 г; Либерман выступил с теорией, сводившей на- нет различия (по классовой природе) между советским и буржуазным правом. По Либерману всякое гражданское право, а следовательно и советское имеет своей базой право частной собственности. Поэтому с уничтожением кулацкой собственности и с процессом ликвидации кулачества как класса для Либермана связывалось предложение об отмене (ликвидации) советскэго гражданского права, предложение явно троцкистское по своему существу, игнорировавшее всякое 'различие между кулацкой частной собственностью на средства производства и частной собственностью единоличника—середняка21.
Вое эти «теории»—клевета на советское право. Советское право— форма политики пролетарской диктатуры. Эта политика едина в своей классовой пролетарской сущности. То обстоятельство, что пролетариат на различных этапах социалистического строительства по-разному строит свои отношения к другим классам (в отношении сельской буржуазии,
17 Сталин, «Вопросы ленинизма», Дополнение, с. 32.
13 Рейснер, Право, наше право, чужое право, общее право, М. 1925, с. 24<> и ел
19 IP рете р, Советское хозяйственное право. М.-Л. 1928, с. 34.
20 С т а л ь г е в и ч. Тезисы, М. 1930, с. 36.
21 Либерман, Последний этап нэпа и хозяйственное право. «Проблемы марксизма». 1931. № 5/6.
11


например, на одном этапе—политика допущения и ограничения, на другом—ликвидация кулачества как класса), не колеблет единства классовой сущности политики рабочего класса. Меняются методы и конкретные пути, но не меняются конечные цели и задачи, не меняется следовательно природа тех мер, с помощью которых—прямо или косвенно— реализуются эти цели. Так же и советское хозяйственное право как одна из форм политики пролетариата остается единым по своей классовой пролетарской природе на всех этапах своего развития,
§ 3. Социалистическая (революционная) законность и советское хозяйственное право
1.Понятие о социалистической (революционной) законности
Пролетарская диктатура строит социалистическое хозяйство, организует процесс расширенного социалистического воспроизводства разнообразными путями, методами и средствами. Не все из них—п р а - в о. Мы говорим о праве лишь там, где имеется организованное и принудительное закрепление известного строя общественных отношений как соответствующего интересам господствующего класса22.
Равным образом и советское хозяйственное право—не вся и не всякая вообще политика пролетариата в области организации социалистического производства и советской торговли. Мы не случайно определяем советское хозяйственное право именно как особую форму политики пролетарского государства. Особый (специфический) характер политики пролетарского государства в области организации социалистического производства советской торговли неиболее четким образом раскрывается через понятие социалистической (революционной) законности.
Социалистическая (революционная) законность имеет в^личайщее значение в практике социалистического строительства и советского государственного управления. Нарушение революционной законности— это дезорганизация пролетарского государства, помощь классовому врагу. «Малейшее беззаконие,—писал Ленин,—малейшее нарушение советского порядка есть уже д ы р а, которую немедленно*используют враги трудящихся»23. В 1922 г., в письме к Сталину, Ленин следующим образом характеризовал революционную законность: «...Законность не может быть калужская и казанская, а должна быть единая всероссийская и даже единая для всей федерации советских республик»24. В качестве центральной задачи нового органа советской власти, созданного в 1922 г.,—прокуратуры—Ленин указывал: «Прокурор имеет право и обязан делать только одно: следить за установлением действительно единообразного понимания законности во всей республике, несмотря ни 22 И а ш у к а н и с и др. Общее учение о государстве и праве. М. 1932. с. 31: «Выделяя наиболее общие и наиболее характерные признаки, мы можем определить право как форму регулирования и закрепления производственных, а также других общественных отношений классового общества: право опирается на аппарат государственной власти господствующего класса и выражает интересы этого последнего».
23 Л е н и н, т. XXIV, с. 434.
24 Л е н и н, т. XXVII, с. 298.
12


на какие местные различия и вопреки каким бы то ни было местным влияниям»25.
Цели, для достижения которых всегда было необходимой на данном этапе необходимо внедрение и укрепление революционной законности, совпадают с конечными целями и задачами пролетарской диктатуры. Конкретное содержание революционной законности определяется конкретными задачами классовой борьбы пролета- риатй на данном этапе социалистического строительства. Поэтому дело укрепления революционной законности есть дело всей партии, всего -рабочего класса, всей массы трудящихся Советского союза.
Революц гонная законность означает единообразие в применении политики партии и правительства и неуклонное следование распоряжениям и предписаниям органов пролетарской диктатуры на территории всей страны. Не должно быть произвола и самостийности в понимании и претворении в жизнь директив высших органов пролетарской диктатуры. Местная инициатива, местный почин, самостоятельность низовых государственных, общественных и хозяйственных органов пролетарской диктатуры должны развиваться в рамках общих советских узаконений. Революционная законность требует в силу этого точных и ясных указании центральных органов: директив, постановлений, законов, т. е. издания общих норм, в равной мере обязательных для всех нижестоящих органов и граждан. Дня поддержания революционной законности создается специальный^ осударственныйап- парат, гарантирующий неуклонное соблюдение начал революционной законности: прокуратура, суд, арбитраж. Революционная законность означает, наконец, единообразное проведение директив партии и правительства самими мае ^а м и трудящихся (государственная дисциплина) и их массовыми общественными организациями.
Маркс в «Немецкой идеологии» раскрывает понятие буржуазной законности таким образом: Закон—это воля господствующего класса. Содержание закона «всегда дается отношениями этого класса, как это особенно ясно доказывает частное и уголовное право». В законе воля господствующего класса получает «всеобщее выражение в виде государственной воли». В законе господствующие классы проводят свою собственную волю, но они делают это в то же время в форме, «независимой от личного произвола каждого отдельного индивида среди них»26.
Буржуазная законность направлена, естественно, на поддержание основных условий капиталистического спос ба производства, на охрану и укрепление буржуазной частной собственности, на гарантирование прав «человека и гражданина», т. е. прав собственника и эксплоататора, на подавление революционных выступлений эксплоатируемых классов.
В отличие от буржуазной законности социалистическая (революционная) законность выражает волю ставшего господствующим последнего из эксплоатируемых классов—пролетариата. Законы пролетарской диктатуры направлены на ликвидац ю и изжитие отношений эксплоатации, они служат в руках пролетариата орудием построения бесклассового социалистического общества. Они укрепляют не частную, а обществен26 Там же. с. 299.
’•Маркс и Энгельс, т. IV, с. 311.
' г
13


ную (социалистическую) собственность, они защищают и охраняют права трудящихся как граждан социалистического государства. «Урегулированность и порядок,—говорит Маркс,—являются именно формой общественного упрочения данного способа производства и потому его относительной эмансипации от простого случая и просто произвола»27. Социалистическая «урегулированность и порядок», т. е. социалистическая (революционная) законность, является «формой общественного упрочения» социалистического способа производства. Иными словами, революционная законность имеет огромное значение, как фактор, укрепляющий новые социалистические производственные отношения, новый социалистический строй.
Неправильно было бы думать, что революционная законность в особой мере характеризует лишь некоторые этапы развития пролетарской диктатуры, в частности первый этап нэпа, что революционная законность специфична лишь для периода допущения и ограничения капиталистических элементов. Так думали буржуазные юристы-сменовеховцы, певцы капиталистической реставрации. Для них революционная законность была синонимом политики допущения капиталистических элементов. При этом они искажали в буржуазно-реставраторском духе смысл и цели этой политики. Подчеркивание значения революционной законности в 1921—1922 г. они толковали как спуск Советской Росс ии на тормозах к обычному буржуазному общественному и правовому порядку28.
Смысл этой точки зрения заключался в доказательстве совершившегося якобы поражения большевиков. Для юристов-устряловцев (компания буржуазных профессоров из журнала «Право и жизнь») революционная законность «юридически немыслима»; политика, рассчитанная на укрепление революционной законности,—это политика укрепления законности «вообще», иными словами буржуазной законности.
На самом деле понятие революционной законности отнюдь не замыкается первыми годами нэпа. Революционная законность—не синоним допущения капиталистических элементов и конечно не синоним реставрации капитализма. Революционная законность сохраняет свое значение для всех этапов развития пролетарской диктатуры и для всех форм классовой борьбы на каждом из этих этапов. Революционная законность была нужна пролетариату и в годы гражданской войны, и в первые годы нэпа, и в годы отмены пережитков военного коммунизма в деревне (1925 г.—XIV партконференция), и ныне, в период, когда построен фундамент социалистической экономики и принципы социализма окончательно утверждены в экономике страны.
В разгар гражданской войны 6 декабря 1918 г. VI всероссийский съезд советов принял специальное постановление «о соблюдении зако27 Маркс, Капитал т. III, 1931 с. 746.
28 Т р а йнин. О революционной законности. «Право и жизнь» 1922, Л? 1, с. 6: «3 а к о н ы могут быть либеральные и консервативные, полезные и вредные, но законности не бывает дурной или хорошей, правой или левой, революционной или реакционной. Революционная законность поэтому юридически также мало мыслима, как экономически мало мыслим «красный капитал». Есть свои законы, по которым развивается капитализм, равнодушный к окраске и кличке, и есть законность, как некая правовая ценность, единая в революции и реставрации: законность как следование законам, без которого ни одна регулярная власть в мире—буржуазная или пролетарская—-обойтись не может».
14


нов» (С У 1918 г. № 90, ст. 908). Съезд призвал «всех граждан республики, все органы и всех должностных лиц советской власти к строжайшему ; соблюдению законов РСФСР, изданных и издаваемых центральной властью постановлений, положений и распоряжений». Строгая законность, была необходима для ведения гражданской войны. Пролетариат использовал революционную законность как одно из орудий в этой самой острой форме классовой борьбы.
В декабре 1921 г., формулируя основы новой экономической политики, IX съезд советов в резолюции о ВЧК подчеркнул необходимость, усиления начал революционной законности. В наказе о хозяйственной работе съезд советов потребовал от НКЮ большей энергии в двух отношениях: «Во-первых, чтобы народные суды республики строго следили за деятельностью частных торговцев и предпринимателей, не допуская: ни малейшего стеснения их деятельности, но вместе с тем строжайше карая малейшие попытки отступления от неуклонного соблюдения заколов Республики и воспитывая широкие массы рабочих и крестьян в деле самостоятельного, быстрого делового участия их в деле надзора за соблюдением законности; во-вторых, чтобы народные суды обратили больше внимания на судебные преследования бюрократизма, волокиты,, хозяйственной нераспорядительности» (СУ 1922 г. № 4, ст. 40 п. 7, ст. 42). Съезд подчеркнул необходимость немедленно же развернуть, большую законодательную работу по составлению ряда сводов законов и кодексов. Эта работа была проведена в течение 1922 г. (кодексы уголовный, гражданский, земельный, трудов(й).
В 1925 г. XIV партийная конференция признала, «что интересы укрепления пролетарского государства и дальнейшего роста доверия к нему со стороны широких масс крестьянства в связи с проводимой ныне политикой партии требуют, максимального упрочения революционной законности, в особенности в низовых органах власти»29 30. В 1927—1930 гг. партия и рабочий класс применяли советские законы для борьбы с кулачеством, саботировавшим государственные плановые мероприятия по- сельскохозяйственным заготовкам, по налогам, по социалистической, реконструкции сельского хозяйства.
Наконец, на новом этапе,когда вопрос «кто—кого» уже решен полностью в пользу социализма и в городе и в деревне, когда на базе' успешного выполнения первой пятилетки создана передовая техническая база для социалистической реконструкции всего народного хозяйства,—партия вновь заострила вопрос о революционной законности.
В постановлении ЦИК и СНК СССР от 25 июня 1932 г. было подчеркнуто, что революционная законность является «одним из важнейших средств укрепления пролртарской диктатуры, защиты интересов рабочих и трудящихся крестьян и борьбы с классовыми врагами трудящихся (кулачеством, перекупщиками, спекулянтами, буржуазными вредителями) и их контрреволюционной политической агентуре й»с0. Поэтому партия предложила всем партийным организациям обеспечить суду и прокуратуре всяческую помощь и поддержку в деле укрепления революционной законности и последовательно проводить в жизнь указания пар29 Стеногр, отчет XIV партконференции. М. 1925, с. 305.
30 Постановление ЦИК и СПК СССР от 25 июня 1932 г. О революционной законности. СЗ 1932, № 50, ст. 298.
15.


тии о строжайшей ответственности коммунистов за малейшую попытку нарушения законов31.
20 июля 1933 г. в целях укрепления социалистической законности и должной охраны общественной собственности в СССР от покушений со стороны противообщественных элементов учреждена союзная прокуратур!32.
Нд XVII партийном съезде т. Сталин заклеймил советских «вельмож»—нарушителей советских законов. «Это люди,—говорил он,—с известными заслугами в прошлом, люди, ставшие вельможами, люди, которые считают, что партийные и советские законы писаны не для них, а для дураков. Эго те самые люди, которые не считают своей обязанностью исполнять решения партии и правительства и которые разрушают, таким образом, основы партийной и государственной дисциплины. На что они рассчитывают, нарушая партийные и советские законы? Они надеются на то, что Советская власть не решится тронуть их из-за их старых заслуг. Эти зазнавшиеся вельможи думают, что они незаменимы и что они могут безнаказанно нарушать решения руководящих органов. Как быть с такими работниками? Их надо без колебаний снимать с руководящих постов, невзирая на их заслуги в прошлом. Их надо смещать с понижением по должности и опубликовывать об этом в печати. Это необходимо для того, чтобы сбить спесь с этих зазнавшихся вельмож-бюрократов и поставить их на место. Это необходимо для того, чтобы укрепить партийную и советскую дисциплину во всей нашеу работе»33.
Огромное значение для укрепления начал революционной законности во всех областях советского строительства имеет создание Нар- комвнудела. Главная задача НКВД заключается в обеспечении революционного порядка и государственной безопасности и в охране общественной (социалистической) собственности33*. ,
Конечно содержание революционной законности ныне, на новом этапе, существенно изменилось. Но попрежнему она играет роль мощного рычага в руках рабочего класса по выкорчевыванию корней капитализма и построению социалистического общества. Новое содержание революционной законности на данном этапе охарактеризовано исчерпывающим образом в докладе т. Сталина на январском пленуме ЦК и ЦКК 1933 г. «Революционная законность первого периода нэпа,—говорил т. Сталин,—...обращалась своим острием главным образом против крайностей военного коммунизма, против «незаконных» конфискаций и поборов. Она гарантировала частному хозяину, единоличнику, капиталисту сохранность их имущества при условии строжайшего соблюдения ими советских законов. Совершенно по-иному обстоит дело с революционной законностью в наше время. Революционная законность нашего времени направлена своим острием не против крайностей воен-
81 «Правда» № 176 от 27 июня 1932 г.
32 Постансвление ЦИК и СПК СССР 20 июня 1933 г. об учреждении прокуратуры Ссюза ССР.—С 3 1933 г. К? 40, ст. 2и9. Пслсжение о прскуратуре СССР 17 декабря 1933 г. С 3 1934 г. № 1. ст. 2.
33 Сталин, Отчетный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б) Партиздат, 1934. р. 50.
зза См. постановления ЦИК СССР от 10 июля 1934 г. Об образовании НКВД и о рассмотрении дел о преступлениях, расследуемых НКВД и его местными органами. СЗ, 1934, N? 36, ст. ст. 283 и 284.
16


ного коммунизма, которых давно уже нет в природе, а против воров и вредителей в общественном хозяйстве, против хулиганов и расхитив телей общественной собственности. ^Основная забота революционной законности в наше время состоит следовательно в охране общественной собственности, а не в чем-либо другом»34.
Партии нецднократно приходилось защищать правильное понимание революционной законности от нападок, наскоков и извращений со стороны всевозможных антипартийных уклонов и течений. Делались попытки противопоставить революционную законность революционной (или хозяйственной) целесообразности. В этом случае революционная законность сводилась к «защите личных и имущественных прав граждан СССР» и использовалась в борьбе против линии партии, направленной сначала на Ограничение и вытеснение, а затем на ликвидацию капиталистических элементов. Опираясь якобы на революционную законность, на необходимость строгого соблюдения советских законов и декретов, правые оппортунисты возражали против мер советского государства по массовой конфискации имущества у кулаков в связи со сплошной Коллективизацией. Ошибочность этой точки зрения очевидна. Неограниченное законом насилие по отношению к эксплоататорам записано в советской конституции. С другой стороны, и применение самых острых мер борьбы против эксплоататорских и паразитических элементов не устраняет необходимости борьбы с теми, кто их применяет неправильно, искажая политику партии и советской власти или допуская злоупотребления. Для Ленина было настолько ясным, что советская законность не может Йыть иной, кроме как революционной, что в цитированном выше письме 'т. Сталину он говорил йросто о законности35.
Правооппортунистическое, сбивающееся на либерально буржуазное понимание революционной законности—это одно извращение в вопросе о революционной законности. Другим извращением является игнорирование, недооценка и наплевательское отношение к революционной законности, на практике вырождающееся в голое администрирование, произвол, самоуправство, игнорирование прав трудящихся как граждан Советского союза. Партия ведет непримиримую борьбу и с этим «левацким» уклоной, в основе которого лежит то же противопоставление закона—революции, законности—целесообразности.
2. Советское хозяйственное право как осуществление начал революционной законности в области организации социалистического производства и советской торговли
Составной частью (одной из важнейших частей) всего революционного законодательства первого в мире пролетарского государства является хозяйственное законодательство. Советское^ хозяйственное законодательство проводится в жизнь под руководством партии государственным (советским) аппаратом, советскими хозяйственными организациями, всей массой трудящихся и отдельными гражданами Советского
34 Сталин, «Вопросы ленинизма», Дополнение, с. 36.
35 Пашуканис, Советское право и революционная законность. Журнал ИКП, 1934 г. № 2.
2 Нуре. сов. хоз. правя-
17


союза/Специальные органы государственной власти охраняют революч ционную законность в этой области; прокуратура, суд, органы государственного и ведомственного арбитража.
С этой точки зрения все советское хозяйственное право в целом может и должно быть понято как применение начал революционной законности к организации социалистического производства и советской торгов- л и. Один из важнейших институтов советского Хозяйственного права— договорная дисциплина—является не чем иным как осуществлением1 начал революционной законности во взаимоотношениях хозорганов и других участников хозяйственного оборота в СССР. Революционная законность как «железная дисциплина партии и государства» является основой организации управления социалистическими предприятиями, т. е. основой организации социалистического производства. Исключительное значение—в частности на данном этапе—имеют вопросы защиты имущественных прав трудящихся, рабочих, колхозников, крестьян-единоличников, служащих.
Безусловно ошибочной является точка зрения, считающая будто постановка вопроса о революционной законности в докладе т. Сталина на январском пленуме ЦК и ЦКК относится лишь к области уголовного законодательства. Защита общественной (социалистической) собственности—основная забота революционной законности на данном этапе. Но защита и укрепление общественной собственности реализуется не только путем применения уголовной репрессии против прямых расхитителей собственности, воров и жуликов, но и путем системы мер, укрепляющих социалистическое производство и советскую торговлю. Таковы меры по укреплению финансово-бюджетной, кредитной, плановой и договорной дисциплины, по внедрению режима экономии, хозрасчета и контроля рублем Ц практику работы советских хозяйственных организаций и т. д.36. А все эти вопросы—сфера компетенции советского хозяйственного права, являющегося поэтому наряду с другими участками фронта революционной законности мощным орудием пролетарской диктатуры в деле строительства бесклассового социалистического общества.
§ 4. Советское хозяйственное право как система имущественных отношений переходного от капитализма к коммунизму периода
I. Понятие имущественных отношений
Развитое выше определение советского хозяйственного права охватывает чрезвычайно широкую область общественных отношений. Это—понятие советского хозяйственного права в широком смысле. Мы выделяем в нем более узкое понятие советского хозяйственного права в собственном (или узком) смысле слова. Его предметом являются и м у- 8в Сталин, «Вопросы ленинизма», Дополнение, 1933, с. 35—36. «Если капиталисты провозгласили частную собственность священной, неприкосновенной, добившись в свое время укрепления капиталистического строя, то мы. коммунисты, тем более должны провозгласить общественную собственность священной и неприкосновенной, чтобы закрепить тем самым новые социалистические формы хозяйства во всех областях производства и торговли» (Разрядка ijaiua).
18


щественныс отношения социалистического общества.
Имущественными называются отношения, в которые люди вступают в процессе производства материальных условий своего существования, т. е. производственные отношения. Но это не просто производственные отношения, а производственные отношения, взятые со стороны их «юридического выражения», т. е. как «отношения собствмшостпо37, иначе говоря, как определенным образом оформленные, закрепленные и поддерживаемые организованной силой господствующего класса «взаимоотношения индивидов в связи с материалом, орудием и продуктом труда»38, взаимоотношения по распределению труда и его продуктов39 между членами общества. «Каковы бы ни были общественные формы производства,—говорит Маркс,—рабочие и средства производства всегда остаются его факторами. Но, находясь в состоянии отделения одни от других, и те и другие являются его факторами лишь в возможности. Для того чтобы вообще производить, они должны соединиться. Тот особый характер и способ, каким осуществляется это соединение, различает отдельные экономические эпохи социальной структуры»40.
Особый характер и способ, каким дается соединение рабочей силы и средств производства при капитализме, находит свое выражение в институте частной собственности на средства производств. Особый характер и способ соединения рабочей силы и средств производства в условиях социалистического хозяйства выражается институтом общественной (социалистической) собственности. Буржуазная собственность, монополия класса капиталистов на средства производства—источник власти капиталистов над пролетариатом и капиталистической экс- плоатации (особой формы присвоения чужого труда)41. При диктатуре же пролетариата устраняется разрыв между непосредственным производителем, средствами производства и продуктом труда. Рабочий класс— «наибольшая производительная сила»42—сам в качестве «организованного как господствующий класс» (т. е. как государство) становится собственником орудий и средств производства и «хозяином своего продукта»43.
Поскольку хозяйственно-правовые отношения—это имущественные отношения, а имущественные отношения—это отношения собственности,—право собственности является центральным понятием всякой системы хозяйственного права: частная собственность на средства производства—центральным понятием буржуазного гражданского права, общественная (социалистическая!) собственность—центральным понятием советского хозяйственного права. Весь буржуазный «гражданский оборот» представляет собой своеобразную циркуляцию частной соб37 М а р к с, К критике политической экономии, М. 1932, с. 45.
88 Маркс и Энгельс, т. IV, с. 12.
39 Там же, с. 22. *
40 Маркс, Капитал, т. II., 1929 , с. 10.
41 «Частная собственность—возможность распоряжаться чужим трудом» Маркс и Энгельс, т. IV, с. 209, ср. Ленин, т. XXIV, с. 337.
42 М а р к с и Э н г е л ь с, т. V, с. 415.
43 Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства. М. 1932, с. 112.
19


ственности. Равным образом система советского хозяйственного права может быть правильно понята только как общественная (социалистическая) собственность, взятая в ее движении и в борьбе с частной собствен- ностыр. Поэтому закон 7 августа 1932 г. «Об охране и укреплении общественной (социалистической) собственности» (G3 1932 г. № 62, ст. 360Х значение которого по справедливости сравнивается с Конституцией СССР44, определяет общественную собственность как основу всеп> советского строя: «ЦИК и СНК СССР считают, что общественная собственность (государственная, колхозная, кооперативная) является основой советского строя, она священна и неприкосновенна».
Будучи юридическим выражением производственных отношении, имущественные отношения могут быть поняты и должны быть поняты как форма организации общественного производства и «общественного обмена веществ». Так их и понимает Маркс. Для него феодальные имущественные отношения—это «феодальная организация земледелия и промышленности», буржуазные имущественные отношения—«современная (т. е. капиталистическая—Авторы) организация производства»45. Такое же организационное содержание вкладывает Маркс в отдельные институты буржуазного гражданского (т. е. имущественного) права. Так, различные формы собственности—это различные ступени в разделении общественного труда46. В частности частная собственность—это «необходимая на известной ступени развития производительных сил форма общени я»47. Так же обстоит дело и с договором, в частности, договором уупли-продажи, личного найма и т. д. Договор купли- продажи, например, обслуживает разделение труда внутри общества между различными отраслями труда48, наемный труд—это «существующая буржуазная организация труда»49.
П. И. Стучка, следуя Марксу, правильно характеризует буржуазный гражданский кодекс как своеобразный устав буржуазного гражданского общества, т. е. как акт, определяющий внутренний распорядок общества, его организацию, взаимоотношения составляющих его единиц, следовательно как акт организационного порядка50. Правда в условиях буржуазного общества гражданский кодекс «организует» дезорганизацию; анархию производства и капиталистическую конкуренцию. Но на то это и буржуазное общество; оно не в силах перестать быть самим собой, т. е. уничтожить частную собственность, прекратить капиталистическую конкуренцию. Поэтому нельзя переоценивать организационных возможностей буржуазного гражданского права. Чем дальше, тем больше буржуазия пытается использовать политическую надстройку—государство и закон—в целях упорядочения хода общественного производства. В период империализма вообще и в особенности в последние годы интенсивного процесса фашизации буржуазного государства эти тенденции усиливаются. Но они не дают и не могут дать желательного результата, ибо все они оставляют незыблемой перво-
44 Куйбышев, Десять лет советской конституции, Партиздат, 1933, с. 9.
45 М а р к с и Энгельс, т. V, с. 488.
46 Маркс и Энгельс, т. IV, с. 12.
47 Там же, с. 339, (Разрядка наша).
48 Маркс, Капитал, т. I, с. 267.
49 Маркс и Энгельс, т. VIII, с. 11.
60 Стучка, Курс советского гражданского права, изд. 2. т. I, с. 44.
20


основу капиталистического общества: капиталистическую частную собственность.
Имущественные отношения в СССР, будучи юридическим выражением производственных отношений социалистического общества, являются тем самым и «формой организации» социалистического производства и социалистического «общественного обмена веществ», т. е. советской торговли. Но принципиально новая постановка в СССР вопроса о собственности—решающая роль общественной (социалистической) собственности—ставит принципиально по-новому всю проблему имущественных отношений социалистического общества. Поскольку в СССР основные экономические командные высоты принадлежат одному хозяину—пролетариату, организованному как господствующий класс и являющемуся одновременно и наибольшей производительной силой общества,—постольку создаются совершенно недоступные для капиталистического общества возможности организации управления процессами общественного производства и обмена, сознательного и планомерного строительства социалистической экономики. Отсюда: организация производства и обмена в СССР есть проблема управления процессом общественного производства и организации хозяйственных связей между отдельными звеньями социалистического хозяйства51. Это обязывает нас понять советское хозяйственное право, предметом которого является система имущественных отношений социалистического общества, как особую форму
п
О
л
и т и к
и
пролетарского
г о с у
Д а
р с т в а в
о б
л
а-
с
т
и
о р г а
н
изации управле
НИЯ X
о 3
я й с т в о
м и
О
Р-
г
а
н
и з а ц :
и
и хозяйственны
X с в я
з е
й52.
2
И
м у щ е
с
твенные отнош
е ни я
в
; с о ц и а
лис
т
и-
ческом об
щ е с т в
е
Но вопрос об имущественных отношениях в условиях социалистического общества сложнее, чем это кажется с первого взгляда. В капиталистическом обществе все базируется на частной собственности. Частная жв| собственность разъединяет. Частная собственность предполагает множество собственников с обособленными интересами, имущественными правами и обязанностями. Поэтому система отношений производства и обмена в капиталистическом обществе есть вместе с тем бесконечная цепь имущественных отношений собственников друг с другом: капиталистов и рабочих53 * *, капиталистов промышленных и торговых, капиталистов и землевладельцев и т. д.
61 Каганович, Организационные вопросы советского и партийного строительства. Доклад на XVII партсъезде. М. 1934, с. 20 и сл.
52 Термином «связи» (общественные связи, хозяйственные связи) пользуются и Маркс и Ленин. Для советского хозяйственного права он представляется нам предпочтительней термина «отношения», поскольку в советском хозяйственном праве Исключительную роль играют связи, отношения между хозяйственными организациями, а не отдельными лицами. См. также Куйбышев, О советской торговле как «форме осуществления народнохозяйственных связей». Доклад на XVII партконференции, М. 1934.
53 Отношение капиталистов и рабочих для буржуазного права—это отноше¬
ние действительных собственников с лишенными собственности, так сказать собст¬
венниками со знаком минус.
21


Наоборот, общественная (социалистическая) собственность—е д и- на. Она не разъединяет, а соединяет. При этом в течение второй пятилетки общественная (социалистическая) собственность становится единственной формой собственности на средства производства, ибо социалистический способ производства превращается в единственный способ производства в СССР. Спрашивается, как же возможны в этих условиях (поскольку нет уже мио же ст ва собственников) имущественные отношения, то-есть отношения между собственниками?
Классики марксизма дают ответ на этот вопрос.
«Право,—говорит Маркс,—никогда не может быть выше, чем экономический строй и обусловленное им культурное развитие общества»54. Новое социалистическое общество выходит из недр капитализма; понятно, что в течение длительного периода оно «во всех отношениях в экономическом, нравственном и умственном носит еще отпечаток старого общества, из недр которого оно вышло»55. Отсюда сохранение и в новом обществе (на первой фазе его развития—при социализме) рстатков «буржуазного права» в качестве регулятора распределения продуктов и распределения труда между членами общества. Ленин, равивая дальше мысли Маркса, пишет: «...В первой фазе коммунистического общества (которую обычно зовут социализмом) «буржуазное право» отменяется не вполне, а лишь отчасти, лишь в меру уже достигнутого экономического переворота, т. е. лишь по отношению к средствам производства. «Буржуазное право» признает их частной собственностью отдельных лиц. Социализм делает их- о б щ е й собственностью. Постольку—и лишь постольку—«буржуазное право» отпадает, но оно остается все же в другой своей части, остается в качестве регулятора (определителя) распределения продуктов и распределения труда между членами общества. «Кто не работает, тот не должен есть»,—этот социалистический принцип уже осуществлен; «за равное количество труда равное количество продукта»—и этот социалистический принцип уже осуществлен. Однако это еще не коммунизм и это еще не устраняет буржуазного права, которое неравным людям за неравное (фактически неравное) количество труда дает равное количество продукта»56.
Таким образом в первой фазе коммунистического общества—при социализме—нет и не может быть эксплоатации, ибо уничтожена частная собственность на средства производства; действует в полной мере социалистический принцип вознаграждения по труду, но сохраняется «буржуазное» (в кавычках) право. Сохранение «буржуазного» права заключается здесь в том, что равный масштаб (равное мерило) применяется к неравным (фактически) людям, к неравным отношениям. Сохраняется, следовательно, неравенство. Сохраняются в силу этого нормы права, которые узаконяют это неравенство, сохраняется и государство, поддерживающее методами государственного принуждения эти нормы. Лишь «на высшей фазе коммунистического общества, после того, как исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только средством для жизни, * 58
54 Маркс, Критика. Готской программы, М. 1933, с. 27—28.
65 Там же, с. 25.
58 Ленин, т. XXI, с. 435.
22


а станет сам первой потребностью жизни; когда вместе со всесторонним развитием индивидуумов вырастут и производительные силы и все источники общественного богатства польются полным потоком—лишь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права, и общество сможет написать на своем знамени: каждый по способностям, каждому по потребностям»57 58. Лишь на этой стадии окончательно отмирают и право й государство.
Сохранение при социализме «буржуазного права», т. е. материального неравенства, означает, что отдельные члены общества — трудящиеся—выступают в отношении друг друга как носители имущественных прав и обязанностей, как «лица»—субъекты права. Они^собст- венники, но круг предметов, могущих быть объектом Права собственности отдельных лиц при социализме ограничен предметами потребления. Средства производства принадлежат всему обществу.
Однако, по Ленину, «буржуазное право» является регулятором не только распределения продуктов между членами общества, но—в известных пределах—также и «распределения труда». Распределение же труда между различными отраслями хозяйства, ото уже проблема организации социалистического производства, ав условиях социалистического общества—о рганизации управления социалистическим производством. В чем же заключается сохранение и в этой сфере «узкого горизонта буржуазного права», т. е. применение равного масштаба к неравному? Оно заключается в использовании пролетарским государством для целей планового руководства социалистическим хозяйством метода хозяйственного расчета. Социалистические предприятия, переведенные на хозрасчет, выступают в отношении друг друга как имущественно обособленные хозяйственные единицы, как носители самостоятельных имущественных прав и обязанностей. Хозрасчетная организация—не частный собственник. Выделенная хозрасчетной организации часть государственного имущества «закрепляется» за ней, но не перестает быть частью единого фонда социалистической собственности58. Но вместе с тем каждая хозрасчетная организация имеет «собственное» основное имущество, собственные оборотные средства и самостоятельно вступает (в пределах и для выполнения плановых заданий) в имущественные отношения с другими хозрасчетными организациями. Поэтому, напоминая на VI съезде советов слова Ленина об остатках «буржуазного права» при социализме, т. Молотов иллюстрировал их примерами организации распределения труда и доходов в колхозах, политикой зарплаты, кооперативной торговлей и хозрасчетом в государственной промышленности59.
Таковы основания, почему в социалистическом обществе характер имущественных отношений получают не только отношения индивидуумов-трудящихся при распределении предметов потребления, но и отношения между звеньями социалистического хозяйства в деле организации социалистического производства и советской торговли.
57 Маркс, Критика Готской программы, Партиздат, 1932, с. 28.
58 Подробнее об этом ниже в главах о «праве собственности» (гл. VI) и о «государственных хозяйственных организациях» (гл. IX).
59 Молотов, Стеногр. отчет, VI съезда советов СССР изд. ЦИК. 1931. Бюллетень № 2, с. 26—27.
28


Приведенные основания не являются, однако, исчерпывающими. Они не объясняют BcerQ многообразия имущественных отношений ни за пределами второй пятилетки в условиях бесклассового социалистического общества, ни тем более на данной стадии развития СССР.
Пролетариат СССР строит социализм в капиталистическом окружении. Наличие интенсивных хозяйственных связей между СССР и капиталистическим миром вызывает к жизни ряд институтов советского хозяйственного права. В рамках единой, безраздельно господствующей в СССР общественной (социалистической) собственности, сохраняет все свое значение различие между государственной последовательно-социалистической и колхозно-кооперативной собственностью. Партия твердо* держит курс на организационно-хозяйственное укрепление колхозов в форме артели, т. е. учитывает необходимость сохранения и личного добавочного хозяйства колхозников, наряду с обобществленным колхозным. Для всей второй пятилетки при господствующей роли социалистическогр уклада в экономике СССР сохраняется и мелкотоварный уклад (единоличное крестьянское хозяйство, некооперированные кустари). Все это—обстоятельства, лишь с полным учетом которых можно понять все богатое содержание системы советского хозяйственного права.
§ 6. Система советского хозяйственного права
1. Право публичное и частное
Советское хозяйственное право не представляет собой единого нерас- члененного целого. Так же, как и всякая другая сфера общественных отношений, оно делится на несколько более или менее самостоятельных частей. В соответствии с этим и наука советского хозяйственного права делится на ряд разделов, система и последовательность которых определяется реальным расчленением самого объекта.
Литература советского хозяйственного црава единодушно выделяет из общей системы советского хозяйственного права регулирование отношений по труду (трудовое право), по землепользованию (земельное право), регулирование семейных отношений (семейное право)60. В остальном расчленение материала советского хозяйственного права делается обычно в соответствии с шаблонами, принятыми в буржуазных кодексах и в буржуазной юриспруденции. На этих шаблонах и на вопросе о правомерности их перенесения в советскую действительность в первую очередь необходимо остановиться.
Основным для буржуазного права является деление права на публичное ичастное. Один из крупнейших буржуазных цивилистов Дернбург проводит разграничение между сферами публичного и частного права таким образом: «Принципиальная идея здесь следующая. Если правовая норма предназначена служить прежде всего интересам отдельных лиц, то она относится к частному праву; если же решающим для нее является интерес общества, то она принадлежит публичному праву. Это деление соответствует двойственному положению человека в обществе. Как свободная личность он—носитель собственных целей,
60 Ст. 3 ГК РСФСР: «Отношения земельные, отношения, возникающие из найма рабочей силы, и отношения семейные регулируются особыми кодексами».
24


он—самостоятельный центр юридических отношений. Но в то же время он является членом обширного союза, которому подчиняется и служит»61.
К-публичному праву относятся государственное право, уголовное, уголовный и гражданский процесс, церковное право и международное. К частному праву—гражданское в широком смысле слова(включая, торговое и его подразделения).
Определение Дернбурга не является общепризнанным. В буржуазной юриспруденции выдвинуты по этому вопросу десятки теорий. В частности, в русской литературе последних лет до революции и среди советских буржуазных юристов большим успехом пользовалась точка зрения И. А. Покровского, клавшего в основу деления права на частное и публичное формальный признак способа регулирования отношений или положение субъе’кта в правоотношении. «Если публичное право,—писал Покровский,—есть система юридической централизации отношений, то гражданское право, наоборот, есть система юридической децентрализации: оно по самому своему существу предполагает для своего бытия наличность множества самоопределяющихся центров. Если публичное право есть система субординации, то гражданское право есть система координации; если первое есть область власти и подчинения, то второе есть область свободы и частной инициативы62.
Буржуазные юристы не могут договориться и не договорятся о принципе разграничения публичного и частного права. Они не в силах этого сделать, ибо они лишены возможности вскрыть истинные корни этого деления, его источник и основание. Это можно сделать только пользуясь методом материалистической диалектики. Действительное существо различия между частным и публичным правом было с исчерпывающей ясностью вскрыто Марксом.
Корни разделения права на публичное и частное надо искать в отделении собственное т и от общественного целого, обособлении гражданского общества и политической организации, в расщеплении личности на человека и гражданина. «Частное право,—говорит Маркс,—развивается параллельно с частной собственностью из процесса разложения естественно развившейся коллективности». С другой стороны, «благодаря освобождению частной собственности от коллективности государство приобрело самостоятельное существование наряду с гражданским обществом и вне его»63. Противоположность частного и публичного права является особенно типичной и неустранимой для буржуазного общества.
61 Дернбург, Пандекты, т. I, М. 1906. с. 53. Дернбург в основном лишь повторяет знаменитого римского юриста Ульпиана. Определение Ульпиана таково: «Публичное право—это то, которое имеет в виду пользу (благо, интересы) государства, как целого, а частное право то, которое имеет в виду интересы, пользу отдельных лиц, индивида как такового».
62 Покровский, Основные идеи гражданского права. СПБ. 1917/ с. 10. Ту же идею юридической централизации или децентрализации развивали П е т- ражицкий, Теория права, т. II, СПБ, 1910. с. 647 и сл. и III т а м м л е р, Хозяйство и право, рус. пер. СПБ, 1907. Из буржуазных юристов в советской ли-, тературе к этой точке зрения присоединились: Черепахин, К вопросу о личном и частном праве. Ирк. 1926, Ш рете р, Советское хозяйственное право", М. 1928 г., с. 34 и др.
63 Маркс и Энгельс, т. IV. с. 53, 52—53.
26


Монополизация частной собственности в руках отдельных лиц класса капиталистов, выделение государства из общества, как особой организации господствующего класса в целях поддержания отношений капита- t листической эксплоатации—вот основа деления права на частное и публичное. Буржуа как собственник заключает сделки купли—продажи товаров, в том числе купли—продажи рабочей силы—это частное право. Буржуа как член господствующего класса, властвует и карает нарушителей капиталистических устоев—это публичное право.
Разделение права на публичное и частное развивается и углубляется параллельно процессу развития права частной собственности от первоначальных примитивных форм до «чистой буржуазной частной собственности». Маркс предвидит и снятие этого деления вместе с переходом права собственности па средства производства в руки всего общества, уничтожением классовых различий и снятием противоположности между гражданским обществом и политической (государственной) организацией. Он намечает эту перспективу еще в статье «К еврейскому вопросу». «Только когда действительный индивидуальный человек воспримет в себе абстрактного гражданина государства и как индивидуальный человек станет родовым существом в своей эмпирической жизни, в своей индивидуальной работе, в своих индивидуальных отношениях, только когда человек познает и организует свои «forces propres» как общественные силы и потому больше не станет отделять от, себя общественной силы в виде политической силы,—только тогда совершится человеческая эмансипация»64.
Вступление капитализма в империалистическую стадию развития, характерная для империализма активизация буржуазного государства, его переход ц ряде случаев к методам прямого действия в связи с революционизированием рабочего класса, ростом его силы сопротивления и усиливающимся развалом всей капиталистической системы, широкое распространение методов государственного контроля и «вмешательства» в хозяйственную жизнь в период войны—все это вызвало к жизни целый ряд теорий, доказывающих, будто деление права на частное и публичное уже полностью себя изжило, что оно уже не нужно для регулирования общественных отношений на данном этапе и что в ближайшее время его полностью можно будет сдать в архив. Еще Антон Менгер, один из первых теоретиков «юридического социализма»,65 утверждал, будто капиталистический мир идет к социализму через п у б- лицизацию частного права. Все дело, мол, в том, чтобы отношения, регулируемые в буржуазном обществе частным правом, попали в сферу публичного права. Мирное, постепенное огосударствление хозяйственных отношений, вполне возможное и в рамках капитализма—в этом, по Менгеру, заключается установление социализма. Социализм означает победу публичного права над частным и устранение исконного деления права на две области.
Эта теория была подхвачена социалфашистами, большинство из которых являются в настоящее время «юридическими социалистами». С другой стороны, ряд чисто буржуазных теоретиков развили те же или аналогичные мысли. Типичный идеолог империалистической бур64 М а р кс и Энгельс, т. I, с. 392.
•5 О нем писал Энгельс, «Под знаменем марксизма», 1923, № 1, с. 54.
26


жуазии, французский юрист Дюги, провозгласил социализацию частного права. Частный собственник отныне не просто «свободная личность, носитель собственных целей» (Дернбург), по своему произволу распоряжающийся своей собственностью, а «слуга общества», выполняющий «социальную функцию», организатор и руководитель производства. Только во внимание к этим общественным заданиям государство сохраняет и защищает права собственника. Граница между частным и публичным правом в силу этого полностью стирается в6. В том же духе, примерно, писал немецкий юрист Гедеман 66 67, один из крупнейших представителей направления «хозяйственного права». Хозяйственным или п у б in и ч н о-х озяйственным правом немецкие юристы назвали элементы государственного «регулирования» народного хозяйства, появление которых было обусловлено войной и послевоенной разрухой. Гойхбарг, а вслед за ним ряд других советских юристов пытались перенести эти идеи на советскую почву 68. В частности, Гойхбарг же провозгласил отмену деления права на частное и публичное как для советского права, так и для буржуазного. «Основное разделение права на две крупные части—публичное и гражданское,—писал Гойхбарг в 1924 г.,—почти никогда юристам не удававшееся, в настоящее время пользуется признанием только среди самых отсталых, в том числе и наших юристов... Отграничение понятия гражданского права от других понятий, потерявшее смысл даже и в странах, не переживающих пролетарской революции, совершенно немыслимо у нас» 69. Точка зрения Гойхбарга означала, во-первых, подкрашивание капитализма, замазывание его противоречий, объективно базировалась на социал- фашистской теории мирного вызревания социализма в лоне капитализма. Она означала, во-вторых, игнорирование качественного отличия советского права от буржуазного. Гойхбарг считал возможным аргументы, почерпнутые из анализа буржуазной Веймарской конституции или монархической конституции Юго-Славии, использовать для доказательства ненужности деления советского права на частное и публичное. Аргументация Гойхбарга была порочна в самой своей основе.
К вопросу о частном и публичном праве надо подходить диферен- цированно. Это деление неустранимо для буржуазного права, поскольку остается незыблемой частная собственность на средства производства. Это деление сохраняет свое значение и для права современного империалистического государства так же, как сохраняется в экономике империализма конкуренция со всеми ее конфликтами и противоречиями, наряду и вместе с монополиями. Наоборот, оно теряет значение в со66 Работы Дюги на русском языке: «Социальное право, индивидуальное право» и особенно «Общие преобразования гражданского права со времени кодекса Наполеона», М. 1919. Последняя большая работа Дюги: «Traite du droit constitu- tionnel» 3/ёте edit. Paris, 1927.
67 Главные работы Гедемана: «Fortschritte des Zivilreclits im XIX Jahr- hundert» 1910, «Schuldrecht» 1921; на русском языке см. его статьи: «Основные черты хозяйственного права» и «Трансформация понятия собственности». Харьков. 1924.
68 Подробнее о советском дюгизме см. ниже в гл. IV.
69 Гойхбарг, Хозяйственное право РСФСР, изд. 3, М. 1924, с. 7. Гойх- б а р г у возражали Стучка, Классовое государство и гражданское право, М.» 1924 г. с. 34—37, Пашуканис, Общая теория права и марксизм, изд. I, М. 1924 г. с. 66—68. Челяпов, К вопросу об основном разделении права. «Рев. права» 1927. № 2, с. 27 и сл.
о
27


ветском праве. «Мы ничего «частного» не признаем,—писал Ленин Курскому в связи с подготовкой Советского гражданского кодекса,—для нас в с е в области хозяйства есть публично-правовое, а не частное. Мы допускаем капитализм только государства... Отсюда расширить применение государственного вмешательства в «частноправовые» отношения, расширить право государства отменять «частные» договоры, применять не corpus juris romani к «гражданским правоотношениям», а наше революционное правосознание»70*. Противоречие между частным и публичным правом снимается в советском праве, потому что в обществе, основами которого является диктатура пролетариата и общественная (социалистическая) собственность снимается противоречие между гражданским обществом и государством71.
Даже, если исходить из чисто практических соображений, в советском праве также нет ничего, чем можно было бы мотивировать сохранение деления права на частное и публичное. У пас не может быть и речи о принципиальном ограничении государственного вмешательства в какую бы то ни было сферу хозяйственной деятельности,—а это первое, что следует из принципа разделения права на две сферы. Советское право отрицает деление юридических норм на принудительные (устанавливающие обязательные для сторон правила—это характерно для публичного права) и диспозитивные или восполните л ьные (устанавливающие известные правила для сторон только на случай, если они сами не решили иначе—это характерно для частного права). Все нормы советского права, поскольку в них самих не оговорено иное, являются принудительными. В буржуазном праве споры и конфликты, возникающие в области частноправовых отношений, рассматриваются судом по инициативе самих спорящих сторон, инициатива же рассмотрения споров и конфликтов в связи с нарушением норм публичного права принадлежит органам государственной власти,—у нас и этот признак деления никогда не имел принципиального значения. Органам суда и арбитража присвоены самые широкие полномочия по возбуждению любых дел, поскольку речь идет об имущественных отношениях хозорганов и отдельных лиц или о нарушении директив партии и правительства по вопросам хозяйственного строительства.
2. Право вещное и обязательственное
Система советского хозяйственного права отрицает и второе крупное подразделение буржуазного права: деление гражданского права на вещное и обязательственное.
70 Ленин, т. XXIX, с. 419.
71 Резолюция XII съезда РКП(б) о промышленности: «В Советской России, где главные средства промышленности и транспорта принадлежат одному владельцу— государству, активное вмешательство последнего в хозяйственную жизнь должно по необходимости получать плановый характер, и в виду господствующей роли государства, как собственника и хозяина, плановое начало приобретает тем самым уже на первых порах исключительное значение». И далее: «Государство остается не только собственником, но и хозяйствующим субъектом в отношении большинства производительных сил промышленности и транспорта и в отношении кредитных средств». См. Савельев и Поскребышев, Директивы ВКП(б) по хозяйственным вопросам. М. 1931, с. 112, 113.


Кодексы буржуазного гражданского права строятся обычно на одной из двух систем: или по системе институционной или по системе пандектной. Институционная система получила свое наименование от первой части знаменитого Кодекса^римского права: Corpus juris civilis императора Юстиниана (533 г.). По этой системе составлен Французский гражданский кодекс 1804 г. Он делится на три основных раздела: лица, вещи и сделки. («О лицах», «Об имуществах и о различных модификациях собственности», «О различных способах, которыми приобретается собственность»). Пандектная система получила свое название от второй части Юстинианова свода (Пандекты). По этой системе составлено Германское гражданское уложение 1896 г. и другие новейшие кодексы (Японский 1898 г., Бразилии—1916 г., Китая—1929 г.), а также ГК РСФСР 1922 г. Пандектная система предусматривает общую часть и затем: обязательственное право, вещное, семейное и наследственное. Кодексы, построенные по пандектной системе, включают в себя в том или ином порядке все эти части72. Важнейшим подразделением для всего буржуазного гражданского права является деление на вещное и обязательственное. Это деление лежит в основе не только кодексов, построенных по пандектной системе, но и по системе институционной: второй раздел французского кодекса—это вещное право, третий—в главной своей части—обязательственное.
Вещное право трактует о вещных правах, обязательственное—об обязательственных. В чем их различие, какое содержание вкладывается в эти понятия? Буржуазная юриспруденция отвечает на этот вопрос следующим образом: вещное право имеет своим объектом вещ ь— предмет внешнего мира, обязательственное право—д е й с т в и е другого лица. Так, объектом права собственности (вещное право) могут быть здания, сооружения, товары*предметы потребления; объектом договора купли—продажи (обязательственное право)—действие продавца (передать вещь в собственность) и покупателя (принять вещь и уплатить цену). Все вещные права носят абсолютный характер, т. е. праву одного лица, управомоченного пользоваться и распоряжаться вещью противостоит обязанность неограниченного числа других лиц не нарушать его право (например не нарушать прав собственника). Обязательственные право имеют относительный характер. Здесь связаны друг с другом двое или несколько совершенно определенных лиц (продавец и покупатель, например). Вещные и обязательственные права различаются далее по способу их защиты. Вещное право защищается так называемым виндикационным иском, под которым разумеют право истребования вещи в натуре из чужого незаконного владения. Обязательственные права защищаются иском об убытках, т. е. требованием возместить денежный эквивалент понесенного ущерба. Наконец, всякая система права устанавливает всегда лишь точно ограниченное число вещных прав (так называемый numerus clau- sus: по советскому Гражданскому кодексу, например, право собственности, залог и право застройки), обязательственное же право не знас? замкнутого числа институтов: допускаются и отношения, непредусмот72 В советском праве вопросы семейных отношений выделены в специальный кодекс законов о браке, семье и опеке.
* 21


ренные законодательством, поскольку они не противоречат общим принципам обязательственного права.
Помимо вещных и обязательственных прав теория буржуазного гражданского права конструирует еще одну категорию прав, промежуточных между вещными и обязательственными: так называемые исключительные прав а—авторское право, право на изобретение, на фирму, на товарный знак. Исключительные права носят абсолютный характер, как и вещные права; но объектом исключительного права является не вещь, адействие, при том действие самого управомоченного лица; в авторском праве, например, воспроизведение известного литературного труда. Исключительные права, следовательно, находятся как бы посередине между вещными и обязательственными.
Такова буржуазная теория разграничения вещного и обязательственного права. Несмотря на то, что чем дальше, тем больше грани между вещным и обязательственным правом стираются и в законодательство п в практике применения права, буржуазная наука и по сегодняшний день настаивает на сохранении этого разграничения, на его принципиальном значении. В чем же действительные корни и основание деления права на вещное и обязательственное?
11. И. Стучка подчеркивает связь институтов вещного права с феодальными отношениями, а обязательственного—с буржуазными. Не случайно Маркс говорит о земельной собственности как о феодальной собственности, подчиненной буржуазным условиям производства73. С другой стороны, обязательственное право—это право «оборота» по преимуществу, опосредствующее отношения товарного обмена. Основной его институт—договор—является важнейшим орудием, с помощью которого осуществляется капиталистический общественный обмен веществ. Однако вещное право—и основной его институт право буржуазной частной собственности—являются устоями и буржуазного порядка. Поэтому-то вещное право освящено особым пиэтетом и поставлено под особую охрану буржуазного государства. «При столкновении абсолютного права с относительным последнее всегда уступает место первому»,74—говорит буржуазный юрист. Иными словами: обязательственное право как бы право «второго сорта» по сравнению с вещным. В случае спора предпочтение всегда оказывается вещному праву перед обязательственным.
П. И. Стучка устанавливает связь вещного права с производством, а обязательственного—с обменом. Однако основание деления буржуазного гражданского права на вещное и обязательственное заключается не просто в том, что одно—право производства, а другое—право обмена. Вопрос должен быть поставлен глубже. Корень неустранимого для буржуазного права противоречия между вещным и обязательственным правом заключается в антагонистическом характере капиталистической системы производства, в эксплоататорской природе буржуазного права. Противоречие между общественным характер о мпроизводства и частной ф о р- 73 Маркс, Капитал, т. III 1932, Партиздат., с. 441.
74 III е р ш е н е в и ч. Учебник русского гражданского права, т. I 1932, М. 1914, с. 235.
80 '' '


мой присвоени я—вот в чем надо искать действительное основание деления буржуазного гражданского права на вещное и обязательственное. Капиталистическое хозяйство есть товарное хозяйство. Связь между разрозненными отдельными производителями устанавливается через обмен. «Обмен,—говорит Маркс,—не создает различия между сферами производства, но устанавливает связь между сферами, уже различными, и превращает их в более или менее зависимые друг от друга отрасли совокупного общественного производства»75. Обязательственное право, центральным институтом которого является договор, есть лишь юридическое выражение этой всеобщей зависимости отдельных отраслей совокупного общественного производства друг от друга. Договоры купли—продажи продуктов различных отраслей труда обслуживают разделение труда внутри общества, договоры ссуды—кругооборот денежного капитала, договоры личного найма—процесс производства прибавочной стоимости. Обязательственное право опосредствует, следовательно, связи между отдельными капиталистами, между промышленными капиталистами и денежными, между капиталистами - и рабочими.
Вещное же право, центральное ядро которого составляет право собственности, наоборот является юридическим выражением всеобщей раздробленности, обособленности и анархии, царящей в капиталистическом обществе. Частная собственность,—говорит Ленин,—это—«выражение материальной обособленндсти товаропроизводителей»76. Частная собственность обособляет и разделяет, так как именно она создает «возможность распоряжаться... чужим трудом»77, она закрепляет отношения господства и власти собственника над трудящимся»78, она обусловливает взаимную конкуренцию капиталистов: промышленных, торговых, денежных. Поэтому в противоречии вещного и обязательственного права находит свое наиболее яркое выражение основное противоречие капиталистического общества: между общественным характером производства и частной формой присвоения, хотя оно типично и для всей системы буржуазного права в целом и для каждого его института.
Этого противоречия нет в социалистическом хозяйстве. Оно снято экспроприацией экспроприаторов. Понятно поэтому, что деление советского хозяйственного права на вещное и обязательственное является искусственным. Основное практическое различие вещных и обязательственных прав по способу защиты нех имеет в условиях СССР сколько- нибудь серьезного значения. Вещные права согласно традиционному учению защищаются особым вещным (виндикационным) иском, в силу которого можно истребовать в н а т у р е вещь от всякого незаконно ей владеющего, обязательственные же прага защищаются иском об убытках. Но уже советский гражданский кодекс 1922 г. установил правило, по которому, если объектом требования из обязательственно-правового отношения является конкретно-определенная (так называемая индивидуально-определенная) вещь,—управомоченная сторона может истребо-
75 Маркс, Капитал, т. I, 1931, с. 265. Ср. там же, с. 57: «Поскольку процесс обмена перемещает товары из рук, где они не являются потребительскими стоимостями, в руки, где они являются потребительскими стоимостями, постольку этот процесс есть общественный обмен веществ».
76 Л е н и н, т. I, с. 72.
77 Маркс и Энгельс, т. IV, с. 209.
78 Мад)кс, Капитал, т. III, с. 270, 274.
81


вать ее в натуре, независимо от взыскания убытков79. В этом случае, следовательно, нерушимость обязательственного права защищается способом теоретически типичным лишь для вещного права.
Однако стирание граней между вещным и обязательственным правом в советском хозяйственном праве далеко не ограничивается ст. 120 ГК. Действующее советское договорное право твердо держится принципа так называемой реальности исполнения, в силу которого не только в случае, когда объектом обязательства является индивидуальна определенная вещь, но и во всех других случаях возмещение убытков, уплата пени, неустойки и т. д. не освобождает должника от реального (в натуре) исполнения договорного обязательства. В ряде законов о договорах это специально подчеркивается80. Советское хозяйственное право всегда также игнорировало и ныне принципиально отвергает тот признак отличия вещного права от обязательственного, в силу которого имеется лишь точно определенное число вещных прав(пише- rus clausus), что же касается до обязательственных прав, то в этой области «все, что не запрещено, то дозволено». По советскому праву это не так. Советское государство точно устанавливает определенные организационные формы отношений между хозорганами, между отдельными участниками хозяйственного оборота. Этими формами они должны и могут пользоваться. Выход за рамки дозволенного—это выход в сторону спекуляции, в сторону уклонения от государственного учета и контроля,—в советских условиях недопустимый и недозволенный. И с этой точки зрения следовательно деление советского хозяйственного права на вещное и обязательственное не выдерживает критики.
3. Право гражданское и торговое
Для советского хозяйственного права не имеет далее значения и традиционное разделение буржуазного хозяйственного права на г р а - жданское и торговое. Это разделение является более или менее общепринятым в буржуазной юриспруденции, хотя оно обосновывается различно; иногда высоко теоретическими соображениями об особом «духе законов торговых»81, иногда практическими соображениями об удобстве преподавания82. В большинстве современных капиталисти- 79 Ст. 120 ГК: «В случае неисполнения должником обязательства, предметом коего является предоставление в пользование индивидуально-определенной вещи, кредитор вправе требовать по суду отобрания вещи у должника и передачи ему, кредитору»... Это правило, впрочем, не является изобретением составителей советского ГК. Аналогичные постановления имеются в Германском гражданском уложении.
80 Например, п. 19 приказа НКТП 7 января 1933 г. № 26 о договорной кампании 1933 г.: «Платежи пени и неустойки, а равно привлечение должностных лиц к ответственности за неисполнение договоров... не освобождают хозорганов от исполнения договоров». Аналогичные пункты имеются в приказах о договорной кампании 1933 г. и по другим ведомствам. См. также п. 15 типового договора МТС с колхозами 17 февраля 1934 г.—С 3 1934 г № 11, ст. 68 и ст. 19 Постановления СНК СССР 19 декабря 1933 г. о заключении договоров на 1934 г.—С 3 1933 г. № 73, ст. 445.
81 Гордон, Система советского торгового права, изд. 2, Харьков, 1927, с. 12 и сл.
82 Шершеневич, Учебник торгового права, изд. 9, М. 1919 с. 6; см. также его же, Курс торгового права, т. I, М. 1908, с. 18.
32


чрских государств наряду с гражданскими кодексами и уложениями имеются и торговые своды, торговые кодексы или особые торговые законы, наряду с общими судами—специальные коммерческие суды.
В буржуазной «науке права» ведутся нескончаемые споры о «монизме) или «дуализме», об основаниях и необходимости обособления торгового права от гражданского. Выдвигаются самые различные соображения pro и contra. Действительное основание этого разделения заключается в реальном различии, существующем между мелкотоварны моборотом, с одной стороны, и к а п и т а л и с т и ч е с к и м— с другой.
Простое товарное обращение и капиталистический «общественный обмен веществ»—экономически различные категории. Им соответствует общегражданский оборот, с одной стороны, специально-торговый, с другой,—гражданское право и торговое83. Римское право—классическое право общества мелких товаропроизводителей84. Хозяйство древнего Рима не знало крупного машинного производства, «свободного труда» и прочих атрибутов капитализма. Естественно, что в нем торговое право не выделяется из единой системы гражданского («цивильного») права. Наоборот, современное капиталистическое хозяйство представляет собой систему взаимоотношений множества крупных капиталистических предприятий, пользующихся в своей хозяйственной деятельности специфически «коммерческими методами». В связи с этим выраба- тызается ряд особых приемов, деловых шаблонов, правовых институтов, которые призваны обслуживать специально крупно капиталистический оборот. Таковы институты торгового права: акционерное общество наряду с общегражданским товариществом, вексель Наряду с обычным займом, залог товара в обороте наряду с общегражданским залогом и ипотекой и т. д.
Правда, в основе и мелкого товарного производства и капиталистического лежит одно и то же право частной собственности на средства производства. «Одно и то же право собственности,—говорит Маркс,— действует и вначале, когда продукт принадлежит производителю, а этот последний, обменивая эквивалент на эквивалент, может обогащаться лишь за счет собственного труда, и в капиталистический период, когда общественное богатство все более иболее становится собственностью тех, кто в состоянии постоянно присваивать себе новые порции неоплаченного чужого труда. Этот результат неизбежен, раз рабочая сила свободно продается самим рабочим как товар»85. Этим объясняется, почему апологеты капиталистической эксплоатации пытаются использовать представления и понятия, почерпнутые из анализа мелкой трудовой собственности для обоснования и оправдания незыблемости всякой частной собственности вообще, в том числе и капиталистической эксплоататор- 8а Iledcmann, Einluhrung in die Rechtswissenschaft 2 Aufl. 1927, c. 253. )бщее частное право в особенно сильной степени ориентируется на мелкобуржуазные отношения».
84 Энгель с, Людвиг Фейербах: «Можно было так же, как это произошло в Западной Европе, принять за основу первое всемирное право общества, состоящего из товаропроизводителей, т. е. римское право с его тончайшей разработкой всех существенных отношений простых товаровладельцев: купли и продажи, ссуды, долга, договора и прочих обязательств». См. Маркс и Энгельс, т. XIV, с. 672.
85 Маркс, Капитал, т. I, 1931, с. 462.
3 Курс сов. хоз. права
33


ской. Подобного рода недобросовестная спекуляция широко практикуется идеологами крупной буржуазии86.
Нельзя игнорировать и другого процесса, также сглаживающего различие в правовом регулировании отношений мелкотоварного и капиталистического оборота—явление так называемой коммерциализации гражданского права, т. е. привнесение в него принципов и представлений развитого капиталистического оборота. Развитие буржуазного гражданского права периода империализма идет под знаком коммерциализации. Общегражданскому обороту, например, свойствен известный формализм, обрядность, торговый же оборот требует быстроты, большего «доверия» и в связи с этим ослабления формализма. В буржаузном гражданском законодательстве последних десятилетий XIX века действительно наблюдается тенденция к снятию формальных рогаток с целого ряда институтов гражданского права. В связи с этим становится необязательным соблюдение письменной формы для многих сделок, расширяется практика третейских судов, в общих судах расширяется сфера применения принципа свободного судейского усмотрения и т. д. В торговом обороте, в отличие от мелкого бытового житейского, ничто не делается даром, господствует принцип возмездности. Этот принцип проникает самым широким образом в современный общегражданский оборот. Одним словом, крупная буржуазия окончательно приспособляет всю систему хозяйственноправового регулирования к своим нуждам, перестраивает ее по своему образу и подобию 87.
Для советского хозяйственного права самая постановка вопроса о дуализме гражданского и торгового права невозможна, ибо отсутствует полностью один из членов дилеммы—крупный капиталистический торгово-промышленный оборот. В 1923 г. была выдвинута мысль об издании особого советского торгового свода, наряду с гражданским кодексом. Эта мысль базировалась на тенденции направить развитие советской экономики по обычному капиталистическому пути, а в соответствии с этим и развитие советского хозяйственного права—по пути буржуазного гражданского и торгового права 88. Как известно, карта буржуазных реставраторов была бита. Идея самостоятельного торгового свода также не получила осуществления.
4. Право гражданское и хозяйственно-административное
В противовес разделению советского хозяйственного права на гражданское и торговое (или торгово-промышленное) П. И. Стучка выдвинул в начале 1929 г. мысль о гражданском и хозяйств е н н о-a дминистративном праве. В основе этого деления лежало реальное обособление в советской экономике обобществленного (социалистического) сектора и частного. Советское граждан- 88 Например Т в е р, О собственности. Рус. изд. М. 1872, О нем см. v М а р к с а, Капитал, т. I, с. 572, см. также Чичерин, Собственность и го-' сударство, т. I, М. 1882.
87 III е р ш е н е в и ч, Курс торгового права, т. I М. 1908, с. 65: «Перед н лвеллирующей силой капитализма не в состоянии удержаться покоящаяся на старых началах система раздвоения частного права».
88 Вольф, См. Предисловие от редакционной комиссии к проекту торгового свода 1923 г.
34


•кое право, по мысли П. И. Стучка, имеет дело с регулированием имущественных отношений в частном секторе и так называемых межсекторных отношений. Хозяйственно-административное же право регулирует хозяйственные взаимоотношения органов социалистического хозяйства (государственных и кооперативных хозяйственных организаций). Между двумя областями советского хозяйственного права идет непримиримая борьба, отражающая борьбу «кто—кого» между социализмом и капитализмом, между буржуазией и пролетариатом89 90. Объединение советского законодательства по этим двум областям в единую систему невозможно. Такое объединение принципиально неприемлемо и неосуществимо практически, ибо самые основы, на которых покоится правовое регулирование в той и другой областях различны. В одном случае это анархичность, выражающаяся в господстве договорных отношений, в другом—это «плановость и подчинение» (выполнение обязательных предписаний плановорегулирующих органов) t0. Отсюда практические выводы, которые делал П. И. Стучка: две системы хозяйственноправового регулирования—гражданское право и хозяйственно-административное, два законодательных акта—Основы гражданского законодательства СССР и Хозяйственно-административной кодекс.
89 Стучка, Курс советского гражданского права, т, III, М. 1931, с. 5 и сл.: «Вместо прежнего центра всей сети договорных отношений, каким раньше был ГК, у нас теперь пока имеется два противоположных полюса: на одном находится организованный центр социалистической диктатуры пролетариата, советская власть, которая на основе государственной социалистической собственности управляет громадным социалистическим сектором отношений; на другом—неорганизованный сектор частного капитала или организованный подпольно, причем идейное руководство находится вне пределов СССР... Между этими секторами, вернее, между представляющими эти секторы классами, происходит борьба «кто—кого». См. также его же, Тезисы о практике применения ГК, М. 1929.
90 Стучка, Курс советского гражданского права, т. Ill, М. 1931, с. 10: «Если мы присмотримся к содержанию так называемого публично-хозяйственного права буржуазии, то та же его область в общих чертах относится действительно и к нашей новой отрасли права. Но стоило ли в таком случае производить простое переименование? Нет, не стоило, если бы это было все. Но если форму права определяет его содержание, то к этому содержанию надо присмотреться ближе. У нас эта область права прежде всего гораздо шире, чем буржуазное публично-хозяйственное право. Но—и это главное—она имеет совершенно иной, принципиально иной, полярно-противоположный характер. она содержит правовое регулирование имущественных, точнее хозяйственных отношений социалистического сектора, тогда как частно-хозяйственное или гражданское (частное то же) право регулирует имущественные отношения главным образом сектора частных собственников и отчасти междусекторные отношения. Для всякого, кто не страдает «правоуклонистской» верой в мирное, т. е. п р а- вовое врастание кулака и капиталиста в социализм, или конкретно, в социалистический сектор, из этого одного уже вытекает и указанное принципиальное различие. Но естественно, что и форма, даже правовая, для регулирования отношений социалистического сектора имеет совсем иной вид или, по крайней мере, иной характер. Различие это вытекает из планового (нормировочного) характера первого и анархического характера свободы конкуренции второго. Между секторами происходила борьба («соревнование»), в которой один сектор стремился уничтожить другой. Только в этой плоскости понятна та классовая борьба, которая у нас велась за возможно широкое действие чисто договорных начал буржуазного права между отделами или ячейками даже единого социалистического сектора. Что же касается тех юристов, которые настаивают на едино м кодексе для обоих видов права, то они скрывали либо стремление к быстрейшей, хотя и преждевременной ликвидации нэпа, либо выявляли примиренческое отношение к элементам. рассчитывающим на расширение нэпа».


П. И. Стучка был прав, противопоставляя концепциям буржуазных юристов («торговое право», «торгово-промышленное», «публичнохозяйственное») систему регулирования хозяйственных отношений социалистических предприятий на базе государственного планирования. Правильно также подчеркивание возросшего значения моментов государственного управления для советского хозяйственн )го права. Однако в целом точка зрения П. И. Стучка не может быть принята. Его характеристика отдельных частей советского хозяйственного права неприемлема не только для данного этапа, но была неправильна и для 1929—1931 гг. Никогда советское гражданское право не было «анархичным», как его изображал П. И. Стучка. Никогда его нельзя было отожд ест вить с «одной стороной нэпа»—с свободной торговлей. Всегда в нем присутствовала и вторая сторона—государственное регулирование91. С другой стороны, неправильно будто регулирование отношений хозяйственных организаций в социалистическом секторе исчерпывается «плановостью и подчинением» и исключает использование договорной формы. (...«Социализм купли и продажи не признает. Он признает только прямое снабжение») 92. Здесь сказалась недооценка П. И. Стучка хозрасчета, договорной дисциплины и советской торговли для новой полосы хозяйственного и политического развития Советского союза—последней стадии нэпа, первого периода социализма. «Левацкие» по форме тезисы П. II. Стучка на практике тащили советское хозяйственное право назад—гальванизировали отживающие институты Гражданского кодекса.
Сосредоточив свое внимание на различияхв подходе советского законодателя к различным секторам советского хозяйства П. И. Сгучка упустил из виду единство всей системы хозяйственной политики партии и правительства, единство, соответствующее реальному единству советской системы хозяйства. Принципиально единой, несмотря на различия в приемах, методах, подходах является и система хозяйственноправового регулирования СССР.
В чем конкретно проявляется принцип единства советского хозяйственного права?
Единство советского хозяйственного права находит свое проявление в единстве его источник а—пролетарской диктатуры; в единстве конечной цели всей системы советского хозяйственного права как особой формы политики пролетарского государства—построения бесклассового коммунистического общества; в единстве его основ ы— общественной (социалистической) собственности; в единстве п о д х о- д а к организации и регулированию отношений во всем народном хозяйстве в целом; этот подход—конкретный, революционно-диалектический, ставящий во главу угла всегда конечные цели пролетарской диктатуры и интересы трудящихся и обусловливающий различие приемов и методов организации отношений между социалистическими предприятиями, 91 Ста л и н: «Нэп есть свобода торговли в известных пределах, в известных рамках при обеспечении регулирующей роли государства и его роли на рынке... Пока есть нэп, должны быть сохранены обе его стороны». «Вопросы ленинизма», с. '»05.
92 П. И. Стучка, Доклад на VI съезде работников советской юстиции. «Еженедельник сов. юстиции» 1924, № 9/10.
36


е одной стороны, и частнохозяйственных отношений—с другой; в единстве ряда рычагов, используемых хотя и различным образом на всех участках советского хозяйства (например, договор).
Решения январского пленума ЦК и ЦКК 1933 г. внесли ряд моментов, с особенной силой подчеркивающих единство всей системы советского хозяйственного права. Принцип социализма окончательно укрепился во всем народном хозяйстве СССР. Социалистическое строительство опирается не только на крупную социалистическую промышленность в городе, но и па совхозы, МТС и колхозы в деревне. Колхозный строй победил бесповоротно и окончательно, и позиции частного хозяйства в деревне преодолены полностью. Все это потребовало, в частности, распространения начал непосредственного планового государственного руководства на новые участки народного хозяйства: на основной массив сельекокозяйственного производства и на значительную часть сбыта сельскохозяйственной продукции.
В том же направлении, но еще дальше идут решения XVII партийного съезда. В течение второй пятилетки должна быть окончательно ликвидирована многоукладпость экономики Советского союза. Социалистический способ производства становится единственным. Полностью завершаются коллективизация крестьянских хозяйств и кооперирование всех кустарей. Окончательно ликвидируется частная собственность на средства производства. Для советского хозяйственного права все это означает ненужность установленного П. И. Стучка в 1929 г. деления на гражданское и хозяйственно-административное право. Те институты «гражданского права», которые сохраняют свое значение и на данном этапе (право собственности на средства потребления и мелкие орудия производства, право застройки, наследственное право, договорные отношения в мелкотоварном и бытовом обороте и т. д.), находят свое место в соответствующих частях системы единого хозяйственного права СССР, что не исключает, впрочем, возможности их самостоятельного законодательного регулирования наряду с особым законодательным регулированием имущественных отношений между социалистическими предприятиями93.
5. Разделение советского хозяйственного права
Поскольку советское хозяйственное право является специфической формой политики пролетарского государства в области организации социалистического производства и советской торговли, внутреннее разделение его на отдельные» части должно быть произведено исходя из принципов организационно-хозяйственного порядка. Если же исходить из этих принципов, система советского хозяйственного права 93 Историю вопроса о хозяйственно-административном праве, помимо указанных работ II. И. Стучка, см. также его ж е, Проект основ гражданского законодательства СССР, М. 1931. Г и н if б у р г, Программа по хозяйственноадминистративному праву, изд. 1 М. 1929 г.: изд. 2 М. 1931 г. Е г о же, Введение к сборнику материалов ио хозяйственно-административному праву. М. 1931. Его же, Предисловие к программе Курса советского хозяйственного права для вузов М. 1933.06 ошибках автора настоящих строк в этом вопросе. Е го же, О хозрасчете М. 1931. См. также Grodinger, Das verwaltungswirtschaftliche Recht. Ene neue Rechtsdisziplin in d. Sowiet-Union. «Zeitschrift fur Ostrecht», 1932, № 3.
87


естественно расчленяется на такие разделы. Прежде всего—основы хозяйственноправового регулирования в СССР: общественная (социалистическая) собственность, план и хозрасчет. Эти вопросы составляют содержание первого раздела: общие положения. Здесь речь идет о праве собственности по советскому праву, о плане и плановой дисциплине и о хозяйственном расчете.
Второй раздел—система управления хозяйством СССР, иначе— организационнаяструктура народного хозяйства. Отдельные хозяйственные организации и лица выступают в хозяйственном обороте СССР и в своих взаимоотношениях друг с другом как носители имущественных прав и обязанностей, как самостоятельные субъекты права. Соответственно различным видам собственности по советскому праву (государственная, колхозно-кооперативная и частная) последовательно рассматриваются государственные хозяйственные организации, кооперативные организации и частные лица.
Следующий, третий раздел посвящен вопросу об организа- циихозяйст венных связейв народном хозяйстве СССР. Его ядро составляет проблема договорных отношений, опосредствующих советский товарооборот. Сюда же относится вопрос организации кредитных связей. Наконец, в самостоятельный раздел выделяются специальные отрасли советского хозяйственного права (транспортное право, жилищное право, организация капитального строительства, внешней торговли и т. д.). Здесь имеется разветвленная сеть норм, целый ряд вполне установившихся и специфических, по содержанию институтов, так что выделение атих вопросов в самостоятельный раздел и даже (для особых целей) в самостоятельный предмет преподавания представляется вполне целесообразным.
Четырем перечисленным разделам предпосылается введение, в котором речь идет об основных принципах, о методах изучения советского хозяйственного права, об этапах его развития, о литературе и борьбе за чистоту марксо-ленинской методологии в этой дисциплине и, наконец, об источниках, в которых советское хозяйственное право объективируется с нормативной стороны. В конечном счете наш курс распадается следовательно на пять разделов: 1) Введение, 2) Общие положения, 3) Организационная структура народного хозяйства СССР, 4) Организация хозяйственных связей, 5) Специальные отрасли советского хозяйственного права.
6. Аграрное право. Трудовое право
По традиции, принятой при составлении Гражданского кодекса *1922 г., в систему хозяйственного права обычно не включается регулирование земельных отношений (земельное право) и отношений, возникающих из найма рабочей силы (трудовое право). Радикальные изменения в земельных отношениях, в связи с окончательной победой колхозного строя и не менее существенные изменения в регулировании трудовых отношений в связи с полным вытеснением частника из промышленности и товарооборота и распространением новых социалистических форм организации труда,—требуют заново поставить вопрос о разграничении советского хозяйственного, земельного и трудового права в новых условиях окончательной победы социализма.
38


В Земельном кодексе 1922 г. главным действующим лицом был «трудовой землепользователь», за маской которого скрывались и бедняк, п середняк, и кулак. Ныне основной массив землепользователей—это колхозы п колхозники—прочная опора советской власти; колоссально вырос удельный вес (и по площади и по сельскохозяйственной продукции) государственных сельскохозяйственных предприятий—совхозов, а кулацкое землепользование сведено к величине, приближающейся к нулю. Понятно, что ряд стародавних институтов Земельного кодекса 1922 г. теряет былое значение: земельное общество, двор и др. Наоборот, народились или нарождаются, или приобретают неизмеримо больший удельный вес новые институты: право социалистического колхозного землепользования, новые формы организации пролетарского руководства колхозами и т. д. На первый план в «земельном» праве выдвинулись вопросы организации управления сельским хозяйством.
Поскольку само сельское хозяйство резко изменило свою физиономию и стало в основном совхозно-колхозным, грани между новым земельным (или «земельно-колхозным», или еще точнее «аграрным») и хозяйственным правом все более и более стираются. И там и тут центральным институтом всей системы является право общественной (социалистической) собственности; в частности, пролетарская национализация земли и право государственной ^социалистической собственности на основные средства производства (промышленность, транспорт). План, хозрасчет, единоначалие и договорная дисциплина в равной мере присутствуют как в хозяйственном, так и в аграрном праве. Аграрное право безусловно составляет специальную ветвь хозяйственного права в широком смысле. Мы сочли необходимым включить в наш «Курс хозяйственного права» в собственном (узком) смысле ряд важнейших проблем аграрного права: о праве государственной собственности на землю, о совхозах и МТС, о колхозах, о договорных отношениях МТС с колхозами и некоторые другие.
Это не исключает целесообразности сохранения аграрного права в качестве самостоятельного предмета преподавания по ряду вузов со включением в эту дисциплину всех вопросов аграрного законодательства, касающихся сельского хозяйства как отрасли народного хозяйства, не только собственно хозяйственноправовых, но и вопросов налогового законодательства, землеустройства и других.
Радикальные, принципиального порядка перемены имели место и в трудовом праве. При составлении Кодекса законов о труде 1922 г. выпирали вопросы «защиты» трудящегося: охрана труда, минимум зарплаты, «гарантии» и т. д. Все эти вопросы получили в КЗоТ едино о б р а з- н о е решение для всех секторов народного хозяйства: государственного, кооперативного и частного. Ныне частника как предпринимателя почти нет ни в промышленности, ни в товарообороте, ни на транспорте. Нет безработицы, вызывавшей к жизни ряд особых институтов и постановлений, направленных к защите прав трудящихся. Зато широкой волной развернулись социалистические формы организации труда, важнейшие функции по государственному регулированию труда переданы профсоюзам (ликвидация НКТруда), радикально изменились назначение, содержание и характер такого института как колдоговор и т. д.
И трудовое право, поскольку вопросы организации труда это одно- вррменпо и вопросы организации производства, составляет часть хозяй-
8»


етвенного права в широком смысле слова. По ряду проблем советское трудовое право вплотную смыкается и с советским хозяйственным правом в собственном (узком) смысле. Надо учесть однако, что значительная чаГсть содержания трудового права касается вопросов культурного строительства и не может и не должна быть включена в систему и м у- шественных отношений социалистического общества.
§ 6. Методы изучения советского хозяйственного права
1. Догматический (формально-юридический) метод изучения права
Буржуазная «наука права» и, в частности, буржуазное гражданское право разрабатываются преимущественно так называемым ф о р- м а л ь н о-ю р и д и ч е с к и м или догматическим методом. По определению Шершеневича «догматика заключается в систематическом изложении норм права, действующих в данное время в известной стране»94. Догма права берет в основу юридические кормы, т. е. обязательные, охраняемые силой государственного принуждения, правила поведения, систематизирует их, подвергает их формально логическому анализу с точки зрения содержащихся в этих нормах предписаний, обобщает их, т. е. подводит частные нормы под более общие (это называется «установлением юридической природы института»), расчленяет, сопоставляет и т. д95. Догматическая обработка права имеет в условиях буржуазных государств непосредственно практическое значение, ибо дает материал судам и органам власти, применяющим действующее право. «Догма частного права,—пишет т. Пашуканис,—это не что иное как бесконечная цепь соображений pro и contra, воображаемых притязаний и потенциальных исков. За каждым параграфом систематического руководства стоит невидимый абстрактный клиент, готовый использовать соответствующие положения как консультацию»96.
В основе догматического метода лежит ряд предпосылок. Первая из них—отождествление права с законом. Юрист-догматик знает только закон, освященный авторитетом государственной власти и потому обязательный для всех и каждого на территории государства. Право каждой данной страны исчерпывается для него «совокупностью норм», формально «действующих», т. е. изданных соответствующими органами государства и не отмененных в установленном порядке. Применение права заключается в подведении конкретных правоотношений под общие нормы закона (установление «природы правоотношений») и в дедукции вывода 94 III е р ш е н е в и ч, Общая теория права, вып. IV с. 768.
95 Фиолетов, К вопросу о догматическом методе в теории применения права, Саратов, 1924. с. 21. «Основные приемы» (юридической догматики.—Авторы', представляются состоящими в общем из следующих операций: 1) анализ юридических норм, разложение их на элементы, 2) выделение сходных элементов и обобщение, 3) образование юридических определений, 4) установление юридической природы института, 5) классификация и приведение в систему собранных «анилизированных», обобщенных и соединенных в определения правовых норм, 6) юридическая конструкция, как определение мёЮта данного института в системе действующего права, 7) установление юридических принципов и логическое развитие их». См. также Булатов, Юридическая логика, «Рев. права» 1928, № 6.
86 Пашуканис, Общая теория права и марксизм, изд. I М. 192't с. 37.
4Q


по правилам формальной логики97. Вторая предпосылка—отождествление закона с «волей законодателя». Задача юриста, применяющего право, заключается в уяснении точного содержания этой воли с помощью различных приемов юридической техники. И третья—вера в б е с п р о- бельность системы действующего права. Признается невозможным такое положение вещей, чтобы на какой-либо из бесчисленных возникающих в жизни вопросов в действующем праве не было ответа. Если нет прямого ответа—он содержится в скрытом виде в одной из- более общих норм, из которой его надлежит извлечь путем разного рода операций той же юридической техники98.
Юридическая догматика расцветает пышным цветом в буржуазном, государстве. Культ догмы права составляет питательную почву буржуазно-юридического мировоззрения—«классического миросозерцания буржуазии». Энгельс характеризует его следующим образом: «Оно представляло собою секуляризованное теологическое миросозерцание. Место догмы, божественного права, заняло человеческое право, место церкви заняло государство. Экономические и общественные отношения,, которые раньше, так как они были санкционированы церковью, считались продуктом церкви и догмы, представлялись теперь основанными на праве и созданиями государства. Обмен товаров в общественном масштабе приводит в своем наиболее развитом виде, именно благодаря практике задатков и кредита, к запутанным договорным взаимоотношениям и этим выдвигает потребность в общепризнанных правилах, которые могут быть установлены только общественным коллективом, потребность в установленных государством правовых нормах. Это обстоятельство создало у представителей нового класса иллюзию, будто эти правовые нормы обязаны своим возникновением не экономическим отношениям, а формальной законодательной деятельности государства. А так как конкуренция—эта основная форма отношений товаропроизводителей—является величайшей уравнительницей, то равенство перед законом стало основным боевым кличем буржуазии. То обстоятельство, что борьба этого нового, стремящегося к власти класса против феодалов и защищавшей их тогда абсолютной монархии как всякая классовая борьба должна была стать политической борьбой, борьбой за обладание государственной властью, то обстоятельство, что эта борьба должна была вестись за правовые требования, способствовало еще более упрочению юридического миросозерцания»99. •
97 Вот образец юридической логики: «В случае неисполнения должником обязательства он обязан возместить кредитору причиненные неисполнением убытки (ст. 117 ГК). Трест «А» не исполнил своих обязательств по договору с трестом «Б». Трест «А» обязан возместить убытки тресту «Б». См. также М и л л ь, Система логики, М. 1914, с. 860.
98 Ф и о л е т о в, К вопросу о догматическом методе в теории применения права. Саратов. 1924, с. 5 и сл.
"Энгельс и- Каутский, Юридический социализм. «Под знаменем марксизма», 1923, № 1, с. 52. См. также Энгельс, Людвиг Фйербах, т. XIV. е. 673 «Но, сделавшись силой, независимой от общества, государство немедленно порождает новую идеологию. У политиков по профессии, у теоретиков государственного права, у юристов, занимающихся гражданским правом, экономические отношения совсем исчезают из виду. Чтобы получить санкцию закона, экономические факты должны в каждом отдельном случае принять вид юридических отношений. При этом приходится, разумеется, считаться со всей системой уже существующего права. Вот почему юридическая форма кажется всем, экономическое содержа41


Марксизм объявляет беспощадную борьбу как буржуазно-юридическому мировоззрению в целом (и его рецидивам и остаткам на совет- -ской почве), так и догматическому методу в юриспруденции. Последний не имеет ничего общего с подлинной наукой. Он искажает действительность. На место реальных фактов он ставит «юридические иллюзии»»100, действительную жизнь он подменяет «юридическими кулисами»101.«Холопы разделения труда»,—по выражению Маркса и Энгельса,—профессиональные юристы и судьи—создают культ юридических понятий, призванных фальшивыми лозунгами свободы и равенства прикрыть реальные отношения эксплоатации и господства—подчинения102.
Марксизм вскрывает самые корни буржуазно-юридического ^мировоззрения и догматического метода. Они заключаются в классовом господстве буржуазии. Право—это возведенная в закон воля господствующего класса103. В буржуазном государстве господствует буржуазия. Правительство там—лишь «комитет, заведующий* общественными делами буржуазии»104. Только поэтому закон провозглашается незыблемым для всех и каждого. Только поэтому буржуазия лицемерно объявляет самую государственную власть подзаконной, а государство—связанным правом. Ибо право в буржуазном государстве—это е е классовая воля, а закон выражает волю е е, буржуазии, как господствующего класса. Буржуазный закон оформляет и закрепляет капиталистические условия производства и отношения капйталисти- ческой эксплоатации105.
Новейшая буржуазная юриспруденция выдвигает наряду с догматическим и другие методы изучения действующего права. Основные из них: социальн о-ф плософский и социологиче¬
ский. Каждый из них имеет в свою очередь ряд разновидностей, обосновывающих различные направления в «науке права»: политика права, сравнительно-историческое ’правоведение и т. д. Однако при всех условиях догма права остается для буржуазной юриспруденции основой научной разработки права106. С другой стороны, ни новейшие философско-правовые изыскания, уводящие в дебри идеалистической метафизики ние—ничем. Государственное и частное право'рассматривается как независимые области, которые имеют свое отдельное независимое развитие и которые должны и могут быть подвергаемы самостоятельной систематической разработке путем последовательного устранения всех внутренних противоречий».
100 М а р к с и Энгельс, т. IV, с. 341.
101 Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, М. 1932, с. 72.
102 М а р к с и Энгельс, т. IV, с. 326, 348. См также Лени н. Ot ^обмане народа лозунгами свободы и равенства, т- XXIV, с. 279—312.
103 М а р кс и Э н г е л ь с, т. V, с. 498.
104 Там же, с. 485.
105 М а р к с и Энгельс, т. III, с. 508—509. «Для буржуа закон свят: ведь он плод его собственной мощи и издан с его согласия для защиты его самого и его интересов. Он прекрасно знает, что если один какой-нибудь закон для неге и оказывается вредным, то в общем законодательство направлено к защите его интересов... Закон свят потому, что в нем, как и в своем боге, он находит себя самого».
106 Т а р а н о в с к и й, Учебник энциклопедии права, 1917, с. 398. «В центре научного правоведения стоит догматическая юриспруденция; задача ее является •основной целью научной разработки права; ее экзегетические (экзегеза—толкование) и конструктивные приемы образуют профессиональное искусство юристов и составляют отличительный признак того, что можно назватыоридическим мышлением».
42


(неокантианство, неогегельянство), ни социологические и сравнительно исторические исследования буржуазных юристов, игнорирующие классовую природу права, не могут претендовать на действительную научность. Лишь отдельные работы буржуазных социологов и историков права дают материал, который при соответствующей критической переработке может быть использован для изучения права той или другой страны.
2. Метод материалистической диалектики и применение его к советскому хозяйственному пра ву
Марксистская теория права вообще, марксистская теория хозяйственного права, в частности, пользуется единственно подлинно-научным методом материалистической диалектики. В систематическом применении к изучению советского права материалистическо-диалектического метода заключается одно из серьезных завоеваний марксистской теории права в СССР.
Впервые выступая в 1925 г. в качестве сплоченного коллектива правовиков-марксистов, секция права и государства Комакадемии формулировала свои задачи таким образом: «Нас объединяет, прежде всего, р е- волюционн о-д и^лектический метод как в научной, так и в практической работе по праву—в прямую противоположность метафизическому, формально-догматическому и наконец, в лучшем случае исторически-эволюционному методу буржуазной юриспруденции. Это одновременно означает иклассовый подходк изучению государства и права, ибо мы рассматриваем эти явления как коренящиеся в материальных условиях общественной жизни и получающие свое развитие в процессе классовой борьбы. Наконец, мы, будучи материалистами, при изучении государства—права исходим из материальных отношений людей, чтобы оттуда черпать понимание идей и понятий людей о своих же взаимоотношениях»107.
Отсюда, в частности, вытекает, что не может быть и речи о создании какой бы то ни было «догмы советского права». Социалистическое строительство нуждается всистематическом, нонев догматическом изучении советского права. Попытки* протащить хлам буржуазно-юридического мировоззрения под флагом хотя бы «ограниченного» или «для вспомогательных целей» применения догматического метода к изучению советского права встречали в прошлом и будут встречать в дальнейшем несокрушимый отпор.
Что же конкретно должно означать применение к изучению советского хозяйственного права материалистическо-диалектического метода?
Прежде всего—необходимость объективн о-м а т е р и а диетического подхода. Это значит, что, изучая советское хозяйственное право, нельзя оперировать одними нормами, хотя бы они были изданы компетентными органами советской власти и формально не отменены. Надо брать нормы в их единстве с соответствующими правоотношениями. В -противном случае, имея особенно в виду крайнюю динамичность советского права и отмеченную еще Лениным «быстроту законодательства», мы всегда рискуем попасть 107 Сборник «Революция права», М. 1925, с. 3.
43


впросак и принять «формально действующее» (точнее—формально неот- мененное) за реально существующее.
Так, например, до конца 1933 г. не был отменен и формально действовал закон' 7 октября 1929 г. «О контрактации продуктов сельского хозяйства». Но нельзя было составить правильное представление об организации в 1933 г. заготовок сельскохозяйственной продукции па основании этого закона. С момента издания закона произошли радикальные изменения в экономике всей страны, в частности в экономике сельского хозяйства; взаимоотношения пролетарского государства с коллективизированным в основном крестьянским хозяйством с начала 1933 г. были построены по целому ряду важнейших культур уже совершенно иначе. Контрактация полностью была отменена для зерновых культур, для подсолнуха , для картофеля и т. д., она была сохранена лишь для некоторых технических культур, но и там построена во многом не так, как говорится в законе 7 октября 1929 г. Отсюда видно, что одна голая норма не дает еще действующего советского права. Норма в единстве с правоотношением, т. е. норма с поправкой на ее реализацию в практике хозяйственного строительства—вот правильная позиция. Однако нельзя делать крена и в другую сторону: нельзя и правоотношения отрывать от нормы. Ибо норма-закон воплощает в себе действительную и, как правило, «действующую» директиву полномочных органов пролетарской диктатуры. Крен в эту сторону также грозит кривым зеркалом подлинного советского хозяйственного права.
Объективно-материалистический подход требует теснейшей с в я- з и теории с практикой в разработке вопросов советского хозяйственного права. Советское хозяйственное право—не «чистая» и абстрактная теория. Это практическая дисциплина, положения которой должны ориентироваться на практику, из практики хозяйственного строительства почерпать материал для своих выводов и вооружать практических работников светом теории в их борьбе за революционную законность в проведении хозяйственной политики партии.
Следующий принцип—обязательность учета классовойпри- р о д ы каждого института советского хозяйственного права.
Всякое право соответствует интересам господствующего класса. Советское право соответствует интересам пролетариата, организованного как господствующий класс. Отсюда: каждый вопрос советского хозяйственного права должен трактоваться с точки зрения интересов господствующего класса, с точки зрения политики партии (авангарда класса) и правительства, должен получать партийное освещение и партийное ш е н и е. Малейший провал по этой линии мстит полным искажением существа и духа советского права.
Партийность—высшее и обязательное требование во всякой научной дисциплине и к советскому хозяйственному праву не в меньшей мере, чем к любой другой. Маркс и Ленин неоднократно подчеркивали партийность марксистской теории. Партийный, революционно-классовый ? пролетарский подход к советскому хозяйственному праву или буржуазный, формально-юридический и реакционный—вот два полюса, абсолютно исключающие друг друга, между которыми надо выбирать, но которые не допускают ни малейших компромиссов, никакого смешения или взаимных уступок. Только на базе подлинной партийности, только вооружившись партийной большевистской бдительностью можно пра- 44


вплыю излагать и правильно применять советское хозяйственное право. Отсюда, в частности, колоссальное значение проблемы кадров для этого участка социалистического строительства. Наоборот, малейшая уступка буржуазному догматико-юридическому методу приводит к потере революционно-классовой перспективы, к сползанию на чуждые враждебные пролетариату позиции108.
Наконец, третье, что вытекает из применения материалистически- диалектического метода к изучению советского права—требование брать каждое явление в его движении, с точки зрения его возникновения, развития и уничтожения.
Буржуазная юриспруденция превращает свои понятия в застывшие сущности. Она увековечивает, т. е. объявляет вневременными свойственные специфически буржуазному способу производства юридические категории. Этого* не избегают даже наиболее передовые буржуазные* юристы вроде Иеринга109. Наоборот, советская наука права должна строить свои институты как конкретно содержательные понятия: в советском хозяйственном праве, в частности, каждая категория и каждый институт должны быть наполнены определенным организационно-хозяйственным содержанием, отвечающим тем или другим мероприятиям хозяйственной политики партии и правительства на соответствующем этапе. Если взять тот же договор контрактации, то этот институт должен быть исследован и изложен в советском хозяйственном праве так, 108 Вот пример неправильного, недопустимого для советского юриста подхода к изучению советского хозяйственного права. В работе Зимелевой «Правовые основы контрактации сельскохозяйственных продуктов» контрактация сельскохозяйственных продуктов по советскому праву рассматривается как вид договора простою товарищества. Автор оперирует формальной логикой и всем набором инструментов юридической догматики. Согласно ст. 276 ГК РСФСР «по договору товарищества двое или несколько лиц обязуются друг перед другом соединить свои вклады и совместно действовать для достижения общей хозяйственной цели*. При контрактации налицо «двое или несколько лиц*: крестьянин или объединение крестьян, с одной стороны, контрактующая организщия— с другой. Они «соединяют свои вклады». Одна сторона дает свой труд, свои орудия производства, другая—денежный аванс, удобрения, иногда агротехническое обслуживание и пом щь. Наконец, они «совместно действуют для достижения общей хозяйственной цели>—производства сельскохозяйственной продукции и сбыта ее государству в соответствии с общегосударственным планом заготовок сельскохозяйственного сырья. Все элементы контрактации проанализированы. Юридическая природа ее выяснена. Это—простое товарищество. Так ведется исслед >вание. Что же следует из высоконаучного анализа автора? В частности следует применение к договору контрактации ст. 281 ГК, ибо поскольку контрактация—простое товарищество, все статьи, относящиеся к простому товариществу, относятся и к контрактации. Ст. 281 ГК гласит: «Ведение дел товарищества производится с общего согласия всех товарищей. Когда по договору товарищества постановлено, что решение по делам товарищества принимается большинством голосов, то большинство это определяется не по размерам вкладов, а по числу товарищей, если противное не установлено договором*. Спрашивается, где здесь ведущая рпль контрактующей организации, представляющей пролетарское государство, где руководство ею процессом производственно-техническ )й реконструкции крестьянского хозяйства, где классовая природа контрактации как института советского хозяйственного права? Эти признаки советской контрактации исчезли, испарились в процессе последовательного применения высоконаучного догматического метода. См. сборник «Финансово-экономические основы контрактации*. М. 1929, с. 24 и сл.
109 Например, рассуждения Иеринга о наследственном праве: «Наследование представляется условием всякого человеческого прогресса... и т. д.... история есть наследственное право в жизни человечества». Цель в праве, т. I, СПБ, 1881, с. 65.
45


чтобы ясно стало его происхождение, его развитие и его отмена для основной массы продуктов сельскохозяйственного производства. В советской хозяйственной действительности нет ничего застывшего, недвижного, статического. Советское хозяйственное право должно учесть и отразить внутреннюю динамику своего предмета: этапы развития классовой борьбы, этапы социалистического строительства.
§ 7. Понятия (категории) советского хозяйственного права
Выше (в § 5) мы указали на ряд основных понятий (категорий) советского хозяйственного права (собственность, хозрасчет, договор и др.). Советское хозяйственное право пользуется и рядом других понятий, с помощью которых как первичных элементов строится здание этой дисциплины. Важнейшие из них мы сейчас перечислим с тем, что подробный критический анализ их содержания, указание пределов их применения и т. д. будут произведены в соответствующих главах курса. Эти понятия заимствованы из буржуазного права. Эго понятно, поскольку' советское хозяйственное право содержит ряд элементов «буржуазного права без буржуазии». *
Прежде всего необходимо различать понятия юридической н о р- м ы и юридического отношения (правоотношения). Первое по традиционной терминологии буржуазной юриспруденции—так называемое «право в объективном смысле» (или объективное право), второе— «право в субъективном смысле» (субъективное право). Норма—обязательное правило поведения. Правоотношение же, эта, по словам т. Па- шукаииса, «первичная клеточка правовой ткани»110 111, представляет собой «волевое отношение, содержание которого дано самим экономическим отношением»1П. Пример юридической нормы—ст. 403 ГК РСФСР, согласно которой «причинивший вред личности или имуществу другого обязан возместить причиненный вред». Пример правоотношения—^отношение, возникающее в связи с причинением увечья, между потерпевшим и лицом, нанесшим увечье. Другой пример: закон 19 января 1933 г. об обязательной поставке зерна. Это—юридическая норма. Отношение между колхозом или единоличным хозяйством, с одной стороны, и местными филиалами и пунктами Заготзерна, с другой стороны, по сдаче- приемке зерна—это правоотношение.
Юридическая норма является обязательной (или, как говорят юристы, является «действующим правом»), поскольку она санкционирована .. государством или другой организацией, способной гарантировать принудительными мерами соблюдение (осуществление) нормы. «Право... ничто без аппарата, способного принуждатьк соблюдению норм, права» 112.
Различные формы, в которых выражаются и закрепляются юридические нормы как общеобязательные, называются источниками 'права в техническом смысле слова. Таковы: партийные директивы, зако110 П а ш у к а н и с, Общая теория права и марксизм, изд. I, с. 43. См. также, с. 42: «Подобно тому как богатство капиталистического общества принимает форму громаднсго скопления товаров, само общество представляется бесконечной цепью юридических отношений».
111 Маркс, Капитал, т. I, с. 41.
112 Ленин, т. XXI, с. 438.
46


ны, постановления кооперативных центров и т. д. Об источниках советского хозяйственного права см. подробно в гл. V.
Элементами всякого правоотношения являются: субъект права (обязанности), объект, субъективное право и соответствующая ему обязанность. Субъект прав а—носитель прав и обязанностей, последний центр в «правовой ткани», к которому прикрепляются имущественные права и обязанности. В первой главе 1 тома «Капитала» Маркс исследует процесс обмена товаров. В акте «Т—Д» (обмен товара на деньги) выступают две стороны: владелец товара и владелец денег. С юридической точки зрения «Т—Д»—правоотношение: сделка купли-продажи. Стороны в этом правоотношении—субъекты права: продавец и покупатель. Объект права (или имущество)—это то, что имеют в виду стороны, предмет их взаимных требований и обязательств (прав и обязанностей). Выше мы указывали, что буржуазная юриспруденция ио характеру объекта (вещь или действие) классифицирует права на вещные и обязательственные. В сделке купли-продажи объектом права будет действие: продавца—передать вещь в собственность и покупателя—уплатить цену. Последний элемент правоотношения—связь сторон (субъектов права)—с убъективное право одной стороны и корреспондирующая ему субъективная обязанность другой. Обязанность, содержанием которой является исполнение известного действия в пользу другой стороны, называется также обязательством113.
Хозяйственное право широко пользуется понятием юридического института. «Под юридическим институтом,—говорит П. И. Стучка,—мы понимаем типичное юридическое отношение, представляющее собою собирательное понятие для целого ряда однородных отношений»114. Примерами институтов советского хозяйственного права могут служить право общественной (социалистической) собственности, давность, договор МТС с колхозами, трест и другие.
Основаниями для возникновения правоотношений являются разного рода юридические факты: события, действия, сделки,, договоры. Например землетрясение—с о б ы т и е, с которым связывается ряд важных юридических последствий: в страховом праве землетрясение считается одним из «страховых случаев», наступление которого влечет за собою предусмотренную договором страхования уплату страховой премии. Убийство—юридическое действие, ибо является актом воли, результатом человеческого поведения. Это юридическое действие также вызывает к жизни ряд правоотношений, в частности имущественного порядка (например возмещение вреда или обеспечение семьи умершего). Одним из видов юридических действий являются ю р и- дические сделки. ГК РСФСР дает определение юридической сделки в ст. 26. Это—действие, направленное на установление,
113 Д е р н б у р г, Пандекты, т. III. М. 1900. с. I. «Обязательствами называются такие правоотношения, которые ссстоят в обязанности должника исполнить в пользу кредитора определенное действие, обладающее имущественной ценностью.. Термин obligatio имеет несколько значений. Он означает: 1) акт заключения обязательства... 2) состояние должника в обязанности... 3) соответствующее этому состоянию право требования... и. наконец, 4) все правоотношение с той и другой стороны».
114 Стучка, Курс советского гражданского права, т. I. изд. I, с. 192—193.
47


X
изменение или прекращение правоотношений. Суть дела здесь, следовательно, в направленности, в намерении сторон. Сделки могут быть од- носторонними, т. е. актом воли одного лица (например завещание) и двусторонними, в которых налицо совпадение намерении .минимум двух лиц. Двусторонние сделки называются иначе договорами. Их значение в хозяйственном праве огромно.
Литература
Мар к с, К еврейскому вопросу, сочинения т. III. Маркс и Энгельс, Немецкая идеология, ч. I. О Фейербахе, т. IV. Маркс и Энгель с, Коммунистический манифест, т. V. Маркс, Критика Готской программы, Энгельс, Анти.Дюринг. Отд. I, гл. 9—11, огд. III. Ленин, Государство и революция, Сочинения т. XXI. Лени н, Экономика и политика в эпоху диктатуры пролетариата, т. XXIV. Ленин, О двойном подчинении и законности, т. XXVII. Л е н и н, Речь на 4-й сессии ВЦИК 1922 г., т. XXVII. Стали н, О задачах хозяйственников, М. 1931. Сталин, Итоги первой пятилетки. М. 1913. Сталин, Отчетный доклад на XVII съезде партии, М. 1934. XVII партконференция. Доклады тт. Молотова и Куйбышева и резолюции по докладам. М. 1932. XVII съезд партии. Резолюции по докладам тт. Молотова. Куйбышева и Кагановича. М. 1934. С т у ч к а. Курс советского гражданского права, т. I, изд. I, 1927, т. III, 1931 Введение. П а ш у к а н и с. Общоя теория права и марксизм. П а ш у к а н и с и др. Учение о государстве и праве. М. 1932 Разд: I, разд. V., гл 1, 2, 3, G. Иашу к а- н и с, Советское право и революционная законность «ИКГ1» 1934, № 2. Крыле н- к о, О революционной законности, М. 1932. Г и н ц б у р г, Вопросы советского хозяйственного права на данном этапе. Сборник «Вопросы советского хозяйственного права», М. 1933.


ГЛАВА 11
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА БУРЖУАЗНОГО ГРАЖДАНСКОГО ' ПРАВА
§ 1. Гражданское право эпохи промышленного капитализма
1. Общая характеристика буржуазного гражданского права эпохи промышленного капитализма
Применительно к условиям капиталистического общества следует говорить не о хозяйственном, а о гражданском праве (в широком смысле слова, включая торговое и его подразделения—вексельное, морское и т. д.). Это различие в названии имеет принципиальное значение. Наиме- нбвание «гражданское право» (droit civil, Burgerliches Recht) объясняется составом участников «гражданского оборота», регулируемого гражданским правом. Члены «гражданского общества»—лица, собственники, граждане, бюргеры (буржуа); к ним в первую очередь обращается гражданское право. Их в первую очередь имеют в виду классические кодексы буржуазного гражданского права. Характерно, что знаменитейший из памятников буржуазного гражданского права—Французский гражданский кодекс 1804 г. (Кодекс Наполеона) в первом разделе «о лицах» говорит только о так называемых «физических лицах», т. е. об отдельных гражданах1.
Для буржуазной науки гражданское право есть «совокупность граж- данскоправовых норм», регулирующих хозяйственную деятельность внутри общества, «в целях достижения общего счастья, которое может существовать... лишь путем равновесия, установленного прочным и постоянным образом между различными лицами»2 * 4.
В действительности буржуазное гражданское право есть классовое право буржуазии, особая форма политики буржуазного государства, имеющая своей целью закрепить и оформить возможность присвоения чужого неоплаченного труда, закрепить и увековечить капиталистическую эксплоатацию.
Специфической особенностью буржуазного гражданского права как своеобразной формы политики буржуазного государства является ши1 Лишь отдельные виды «юридических лиц» (perconne morale) урегулированы изданным почти одовременно с Гражданским торговым кодексом.
2 Так говорит, например, премированный Французской академией Golin
et Capitant, Cours elementaire du droit civil. 1923, T. I, c. 2.
4 Курс сов. хоз. права
49


рочайшее использование методов, приемов и способов, которые Ленин называл «обманом народа лозунгами свободы и равенства»3. Не брезгуя ни внеэкономическим принуждением, ни открытым закреплением (в отдельных случаях) юридического неравенства, буржуазия эпохи промышленного капитализма в основном достигает своих целей другими путями: провозглашением равенства всех граждан перед законом, провозглашением и освящением свободы собственности, свободы договора, свободы труда (свободы выбора занятий)д1 прочих разнообразных свобод.
Такой характер и такое содержание буржуазного гражданского права объясняются историческими причинами. С лозунгами «свободы собственности» и «равенства всех граждан перед законом» буржуазия боролась с феодализмом.Она требовала снятия всех пут с хозяйственной деятельности, отмены всех ограничений в распоряжении собственностью, провозглашения формального равенства всех граждан и ликвидации сословных привилегий, ибо проведение в жизнь всех этих требований означало утверждение ее ^господства, открывало путь к ничем неограниченной капиталистической эксплоатации, было необходимо для развития ^производительных сил буржуазного общества.
Основные идеи буржуазного гражданского права еще до издания крупнейших кодексов нашли свое выражение в «декларациях прав». Так назывались документы революционной буржуазии, в которых фиксировались лозунги нового класса. Наибольшей известностью из многочисленных деклараций середины и конца XVIII и первой половины XIX века пользуется французская «Декларация прав человека и гражданина 1789 г.». «Люди рождаются и остаются свободными и равноправными»4 (ст. 1),—так начинается эта Декларация. «Цель всякого политического общества есть охрана естественных и неотчуждаемых прав человека. Эти права суть: свобода, собственность и сопротивление гнету» (ст. 2). Здесь даны основы нового буржуазного правопорядка.
Эги идеи получили свое дальнейшее развитие в буржуазных гражданских кодексах и уложениях. Наиболее ярким документом законодательного творчества буржуазии в области гражданского права является Французский гражданский кодекс 1804 г. Энгельс называл его «образцовым сводом законов буржуазного общества»3 4 5 6. Этот' кодекс, впрочем, так же, как и любой другой типично буржуазный гражданский кодекс, зиждется на трех «китах»: равенстве всех граждан перед законом, частной собственности и договорной свободе. Свободная и равноправная личность (субъект права), частная собственность и договор являются важнейшими принципами (категориями) системы буржуазного гражданского права. В кодексе Наполеона они выражены так: Ст. 8: «Всякий француз пользуется гражданскими правами». Ст. 544: «Собственность есть право пользоваться и распоряжаться вещью наиболее абсолютным образом, поскольку это не противоречит законам или предписаниям». Ст. 1101: «Договор есть соглашение, по которому одно или несколько лиц обязывается в отношении одного или нескольких других лиц что-либо предоставить, сделать или не сделать».
3 Л е н и н, т. XXIV, с. 279.
4 Русский перевод «Декларации прав человека и гражданина 1739». См. у
Еллинека, изд. 3-е доп. М. 1906.
6 М а р кс иЭнгельс, т. XIV, 1931, с. 672.
50


Центральным институтом всей системы является частная собственность. Фактически только о ней и идет речь во всем кодексе. Свободная и равноправная личность—это собственник; договор—важнейшее орудие приобретения права собственности. П. И. Стучка правильно характеризует поэтому Французский гражданский кодекс как «гимн победе капиталистической собственности.. .»6.
Классовая сущность буржуазного гражданского права заключается в закреплении отношений капиталистической эксплоатации. Формальное равенство и фактическая эксплоатация—в этом заключается основное противоречие буржуазного гражданского права. В Кодексе Наполеона 1804 г. это было особенно ярко и неприкрыто выражено в статьях о договоре личного найма. Этому институту в Кодексе первоначальной редакг ии были посвящены две статьи из общего числа 2281. Содержание их таково. Ст. 1781: «Показаниям хозяина дается вера: относительно количества жалованья, относительно уплаты такового за истекший год; относительно выдачи жалованья в счет текущего года»7.
Коротко и ясно! Другая статья говорит о том, что нельзя поступить в услужение иначе как на срок или для определенного предприятия (ст. 1780), т. е. охраняет «свободу йскать себе господина». Никаких других статей, хотя бы в самой минимальной степени ограждающих рабочего от самодурства и беззастенчивости хозяина, в Кодексе нет.
' Не следует думать, что защита интересов капитала в буржуазных кодексах проводится всегда так явно, как в цитированных статьях французского закона. На примере постановлений Французского кодекса «о найме прислуги и рабочих» можно познакомиться лишь с одним из приемов, при помощи которых буржуазное право, несмотря на провозглашаемое им равенство всех граждан перед законом, систематически отдает предпочтение капиталистической буржуазии перед представителями трудящихся классов. Здесь разительное проявление неравенства прав буржуа и пролетария замаскировано чисто терминологическим прикрытием: закон ведь не говорит Ничего о правах членов того или иного класса (в его глазах классов вообще не существует), он говорит лишь «о частноправовых» обязанностях и правах граждан, выступающих в данном случае как наниматель и нанимаемый. Свойство же быть нанимателем и нанимаемым в глазах буржуазного закона столь же случайно для полноправного и «свободно» заключающего договоры гражданина, как и выступления его один раз в роли покупателя, другой раз в роли продавца. Редко пристрастие буржуазного закона к капиталисту проявляется в такой откровенной форме. Но как бы замаскировано оно ни было в других случаях,—суть дела всегда одна: закрепить отношения наемного рабства, создать условия для беспрепятственной капиталистической эксплоятации. ,
6 11. И. С т у ч к а, Классовое государство и гражданское право, М. 1924, с. 47.
7 Как ни проникайся правилом, что при чтении буржуазных идеологов ничему не надо удивляться, но нельзя не поразиться тем аргументам, которые иногда приводились в буржуазной литературе в защиту этой нормы, Так, например, цитируемый у Fissier Colmete et Santerret автор (7, с. 340) позволил себе утверждать, что ст. 1781 всецело в интересах рабочего класса: законодатель, мол, хотел предоставить возможность найти работу неграмотным беднякам, не могущим составлять письменные договоры.
4*
51


Блестящую характеристику классовой сущности и действительной роли буржуазного гражданского права дал Маркс в «Капитале» в знаменитых словах о свободе, равенстве, собственности и Бентаме: «Сфера обращения или товарообмена, в рамках которой осуществляется купля и продажа рабочей силы, есть истинный эдем прпрожд шных прав человека. Здесь господствует только свобода, равенство, собственность и Бен' там. Свобода! Ибо покупатель и продавец товара, например, рабочей силы, подчиняются лишь велениям своей свободной-воли. Они вступают в договор как свободные, юридически равноправные лица. Договор есть тот конечный результат, в котором их воли находят свое общее юридическое выражение. Равенство! Ибо они относятся друг к другу лишь как товаровладельцы и обменивают эквивалент на эквивалент. Собственность! Ибо каждый из них располагает лишь тем, что ему принадлежит. Бентам! Ибо каждый заботится лишь о себе самом. Единственная сила, связывающая их вместе, это стремление каждого к своей собственной выгоде, своекорыстие, личный интерес. Но именно потому, что каждый заботится только о себе и никто не заботится о другом, все они в силу предустановленной гармонии вещей или под руководством всехитрейшего провидения осуществляют лишь свою взаимную выгоду, свою общую пользу, свой общий интерес.
Прощаясь с этой сферой, простого обращения или товарообмена, из которой фритредер' vulgaris черпает все свои взгляды, понятия, масштаб всех своих суждений об обществе капитала и наемного труда, расставаясь с этой сферой, мы замечаем, что начинают несколько изменяться физиономии наших personae dramatis («действующих лиц»). Бывший владелец денег шествует' впереди как капиталист, владелец рабочей силы следует за ним как его рабочий; один многозначительно посмеивается и горит желанием приступить к делу; другой бредет понуро, упирается как человек, который продал на рынке свою собственную шкуру и потому не видит в будущем никакой перспективы, кроме одной: что эту шкуру будут дубить»8.
2. Источники буржуазн о.г о гражданского права эпохи промышленного капитализма
Кодекс Наполеона имел своей задачей закрепить результаты Великой буржуазной революции и удовлетворить потребности французской .буржуазии в систематической сводке и логической завершенности гражданского законодательства, возникшего в результате уничтожения ^феодализма, с одной стороны, и разгрома антикапиталистических мелкобуржуазных движений—с другой. Своим Кодексом правительство Бонапарта стремилось показать, что оно способно дать французской буржуазии то, что последней было тогда особенно необходимо,—твердый, ;ясный, определенный, законченно выражающий интересы капитала правовой «порядок», закрепляющий основные завоевания революции п создающий обстановку, благоприятную для дальнейшего капиталистического развития Франции.
Кодекс Наполеона имел огромный успех. Он был рецепирован почти без изменения или с небольшими изменениями в Бельгии, Польше 8 Маркс, Капитал, т. I, 1931, с. 117—118.
52


(б. царство Польское), Аргентине и некоторых других странах. Он послужил образцом для кодексов Голландии, Италии, Испании, Португалии, Румынии, ряда стран Латинской Америки. То или иное влияние он оказал на гражданские кодификации всех без исключения стран буржуазного мира.
Из кодексов, в меньшей степени испытавших на себе влияние Кодекса Наполеона, самыми крупными по значению являются Австрийское гражданское уложение 1811 г. и Свод законов гражданских Российской империи 1833 г. (том X, ч. 1). Первое действует (с изменениями) и поныне в Австрии, большей части Чехо-Словакии и части Польши; второй—в Литве и (частично) в Латвии, Эстонии и Польше, а равно применяется в некоторых случаях к советским гражданам в судах стран, не признавших СССР.
Австрийское уложение 1811 г., как и Кодекс Наполеона, является памятником буржуазного права. Однако, в нем имеются остатки феодального права, в частности сказалось влияние католического церковного права. Как и Кодекс Наполеона, Австрийское уложение построено по институционной системе.
Еще в большей мере компромисс феодального и буржуазного права чувствуется в X томе Свода законов Российской империи. По мысли верховного руководителя тогдашней российской политики Николая I, Свод законов гражданских должен был иметь своей целью отнюдь не закрепление или подытоживание каких-либо преобразований, а лишь упорядочение и укрепление шатавшегося самодержавного и крепостнического строя. Но исполнитель «монарших предначертаний», ведавший кодификацией, Сперанский сумел протащить по ряду вопросов позаимствования из буржуазного права.
Свод законов признает законным лишь церковный брак, подчеркивает значение власти мужа и отца, считая до 1861 г. «населенные имения» (с крепостными крестьянами) одним из основных объектов права, охраняет «казенный» интерес и родовые имущества знати, ограничивает права иностранцев, устанавливает разрешительный порядок образования акционерных обществ и весьма скудно регулирует договорно-обязательственные отношения.
X том Свода законов делится на 4 книги: 1) «О правах и обязанностях семейственных»; 2) «О порядке приобретения и укрепления прав на имущества вообще»; 3) «О порядке приобретения и укрепления прав на имущества в особенности»; 4) «Об обязательствах по договорам».
Для стран Востока период, который для Западной Европы был периодом промышленного капитализма, был временем продолжающегося господства докапиталистического права.
В Англии и США продолжало действовать со времени незавершенных буржуазных революций XVII века преимущественно так называемое общее право (common law), выражавшее торжество буржуазного права с сохранением ряда феодальных пережитков и притом на варварском феодальном наречии. Последнее, по словам Энгельса, часто столь же мало походит на свое содержание, сколько английская орфография на английское произношение.
«В Англии непрерывное существование дореволюционных и послереволюционных учреждений и компромисс между крупными землевладельцами и капиталистами нашли свое выражение в непрерывности 53


судебных прецедентов, равно как в почтительном сохранении феодальных законодательных форм»9 10. Эти же черты английского права были перенесены в США и в доминионы.
§ 2. Буржуазное гражданское право эпохи империализма
1. Общая характеристика буржуазного гражданского права эпохи империализма. Гражданское право фашизма
Понять буржуазное гражданское право последней стадии капитализма можно только исходя из ленинского учения об империализме».
Империализм—последняя стадия развития капитализма. Это монополистический капитализм. «Империализм есть монополистическая стадия капитализма»11. Капиталистические монополии, не уничтожая свободной конкуренции, но существуя над нею и рядом с нею, приобретают господствующее значение.
Империализм—вместе с тем загнивающий и умирающий капитализм. Он знаменует разложение капитализма. В период империализма развиваются явления, свидетельствующие о гниении экономики капитализма,—явления паразитизма и регресса. Империализм означает «реакцию по всей линии». Отношения господства и подчинения, внеэкономического и экономического принужденйя в наиболее грубых формах характеризуют всю систему империализма: его внутреннюю и внешнюю политику, методы хозяйствованйя, методы и формы борьбы с эксплоати- руемыми классами. Гнет капитализма, переросшего в монополистический, усиливается до крайности, способствуя концентрации революционной энергии и возмущения у эксплоатируемых масс метрополий, колоний и полуколоний.
Из закона неравномерности развития капитализма в империалистической его стадии вытекает возможность прорыва единой капиталистической цепи в одной из ее звеньев. Пролетарская революция в России превращает эту возможность в действительность. Капиталистический мир отныне стоит лицом к лицу с социалистическим миром. К противоречиям, которые уже раздирают капитализм, прибавляется еще одно новое, острейшее: противоречие стран капитализма и СССР.
Но империализм—не новая общественная формация. Это—надстройка над тем же старым капитализмом, это капитализм в новой стадии его развития. Ленин неоднократно разъяснял Бухарину, что «империализм и финансовый капитализм есть надстройка над старым капитализмом»12.
Отсюда понятно, что решающие черты классического буржуазного гражданского права свойственны и гражданскому праву эпохи империализма. Это потому, что «тип производственных отношений, который отображен в Кодексе Наполеона, в основном отвечает и сейчас классовым интересам буржуазии»13. Буржуазное гражданское право на всех этапах
• Ф. Энгельс, Из предисловия к английскому изданию книги: «Развитие социализма от утопии к науке». См. «Анти-Дюринг», Партиздат, 1932, с. 286.
10 Л е н и н, т. XIX, с. 142.
11 Л е н и н, т. XXIV, с. 133.
12 П а ш v к а н и с, За марксистско-ленинскую теорию государства и права,
М. 1931, с. 2б\
54


z
его развития и в период империализма так же, как и в период промышленного капитализма, есть оформление и закрепление в законах возможности присваивать чужой труд14. Так же, как монополия не устраняет конкуренции, а существует над ней и рядом с ней, порождая особо острые противоречия и столкновения, так и новые институты буржуазного гражданского права эпохи империализма не устраняют действия коренных его принципов и прежде всего священного права буржуазной частной собственности.
Во всех буржуазных кодификациях конца XIX и XX века право частной собственности стоит незыблемо, как «краеугольный камень всего общественного здания». Оно прошло бури и испытания военного периода, послевоенную разруху, период социал-предательской «социализации», период относительной стабилизации капитализма. Его судьба неразрывно связана с судьбой капитализма. Правда, фашизм до прихода к власти не скупится на демагогические обещания соцпализаторского порядка. Но после прихода к власти фашизм заявляет устами Муссолини:/ «Фашистский режим уважает и заставит уважать частную собственность», или устами идеолога германского фашизма Федера: «Творческий дух, распознающий мир, смотрящий на окружающий его мир, для того, чтобы сотворить свой собственный мир; творческий человек, который в качестве земледельца в поте лица своего обрабатывает землю, становится оседлым, строит себе дома и города; человек, осевший на земле и пустивший корни в кругу своего рода, своих сотоварищей по судьбе, в кругу своего народа; человек, шествующий на этой основе к высшей культуре и создающий свой мир вообще в эЮм высшем духовном смысле в областях философии, поэзии, музыки, живописи и пластики,—такой человек не может не считать, что дело его рук, что все, что им создано, должно являться его собственностью. Из этого сознания творческого человека вырастает уважение перед чужой собственностью, вырастает самое право»15 *.
Дело не меняется от того, что в период империализма необычайно усиливается государственная власть, от того, что в ряде стран государство активно вмешивается в хозяйственную жизнь и само становится крупнейшим капиталистом. Классовый смысл государственного капитализма был в свое время прекрасно вскрыт еще Энгельсом.
«Ни переход в руки акционерных компаний, ни превращение в государственную собственность,—писал Энгельс,—не отнимают однако у производительных сил их капиталистических свойств. Относительно акционерных компаний и Трестов это очевидно. Что же касается современного государства, то оно есть не что иное, как организация, которую создает буржуазное общество для охранения общих, внешних условий капиталистического производства, от посягательства как рабочих, так иуотдельных капиталистов. Какие бы формы ни принимало современное государство, оно остается механизмом чисто капиталистическим, государством капиталистов, идеальным совокупным капиталистом. Чем больше производительных сил захватит оно в свою собственность, тем
14 Ленин, т. XXIV, с. 336.
«Feder «Der deutsche Staat auf nationaler und sozialer Grundlage», c. 21 jVIiinchen, 1932. Цитир. по Дворкину, «Экономическая программа германского националсоциализма». Партиздат, 1933.
бб


/
полнее будет его превращение в совокупного капиталиста и тем большее число граждан будет оно эксплоатировать. Рабочие останутся наемными рабочими, пролетариями. Капиталистические отношения не устранятся, а еще более обострятся»17. (
Однако наряду со старыми элементами, сохранившимися в гражданском праве эпохи империализма от эпохи промышленного капитализма, в нем можно обнаружить и новые, притом на первый взгляд принципиально новые моменты. На них-то и спекулируют социалфашистские певцы «организованного капитализма».
Действительно в Германском гражданском уложении 1896 г., одном из важнейших законодательных актов эры империализма, сущность права собственности формулируется почти буквально так же, как в изданном за сто лет раньше Кодексе Наполеона: «Собственник вещи вправе, насколько тому не препятствуют закон или права третьих лиц. распоряжаться вещью по своему усмотрению и устранять других от всякого на нее воздействия» (ст. 903 Гр. Ул.). Но Веймарская конституция (1919 г.) добавила к этим постановлениям: «Собственность обязывает. Пользование ею должно быть в то же время служением общему благу» (ст. 153).
Это как будто уже на самом деле новый момент, неизвестный старому буржуазному гражданскому праву. Собственник оказывается на положении «слуги общества». Он выполняет известную социальную функцию, и лишь поэтому его права защищаются законом и охраняются государством.
И в другой важнейший принцип буржуазного гражданского права7 принцип свободной и равноправной личности, как бы вносятся известные коррективы. Согласно Германскому гражданскому уложению все немцы равны пред законом и в равной мере правоспособны. Но Веймарская конституция поставила труд под особую защиту государства18. А, напр., специальный ^акон германского имперского правительства «Против злоупотреблений экономическим господством» от 2 ноября 1923 г. 19 якобы гарантировал экономически слабому, в частности мелкому и среднему предпринимателю защиту от произвола и гнета монополистических объединений. Таким образом и в этом вопросе гражданское право периода империализма на словах отказалось от чистого и бездушного формализма Кодекса Наполеона.
Наконец и в третий важнейший устой системы буржуазного правопорядка—договорную свободу—и в этот принцип вносятся «ограничения». Часто используемая, напр., ст. 242 Германского гражданского уложения гласит: «Должник обязан исполнить свое обязательство таким образом, как этого требует добрая совесть, с учетом принятых в обороте обычаев».
Принципы gute Sitten (добрые нравы), Treu und Giauben (добрая совесть) и прочие растяжимые «каучуковые» формулы проникают в большинство современных законодательств в целях «ограничить произвол
17 Маркс, т. x(lV, 1931, с. 282.
18 Ст. 157 «Рабочая сила стоит под особым покровительством государства». См. проф. В. Н. Дгрденевский, «Иностранное конституционное право», J1. 1925. с. 225.
19 Л и ф м а н, Р. Картели и тресты, М. 1925, с. 219—220. Там ясе, см. текст закона, с. 263—270.
56


собственника, поставить свободную волю договаривающихся сторон под особый контроль государства». Практика военного и послевоенного времени вызвала к жизни особые институты, так называемые «принудительные договоры» или «продиктованные договоры». Практика крупнейших монополистических объединений—железнодорожных компаний, страховых обществ и т. д.—давно знает так называемые «договоры присоединения», где нет соглашения двух сторон, а есть лишь условия, выработанные одной стороной, и принятие этих условий другою.
Большую роль в деле смягчения строгости и формализма классического гражданского права современная «наука права» и законодательство отводят судам. Их дело ныне—не только «применять закон», но и восполнять его, в известных случаях «заменять» законодателя.
Ст. 1 Швейцарского гражданского уложения 1907 г. гласит: «Если в законе не может быть найдено соответствующее постановление, судья должен решить дело на основании обычного права, а при отсутствии такового, по правилу, которое он установил бы в качестве законодателя».
Ссылаясь на такие и подобные им законодательные нормы, лакеи и прислужники империализма—социалфашисты развивают бешеную спекуляцию за капитализм, за возможность его мирной эволюции к социализму, за классовый мир и против пролетарской революции и диктатуры пролетариата. Повторяя зады махровых буржуазных идеологов,, провозвестников фашизма, вроде Дюги, они с пеной у рта кричат о трансформации гражданского права, о врастании современного государства в социализм и т. д.
В ч(^м же заключается действительный смысл пресловутой «трансформации гражданского права» эпохи империализма? Он заключается^ во-первых, в стремлении замазать эксплоататорскую сущность буржуазного гражданского права и всей системы мероприятий империалистического государства; во-вторых, в организации еще большей эксплоата- ции, еще большего гнета, еще большей капиталистической кабалы; наконец в усилении фактической власти верхушки монополистического капитала над всем остальным имущим и неимущим населением.
Реальное значение «каучуковых формул» с точки зрения защиты интересов пролетариата равно нулю. Практика показывает, что знаменитая ст. 138 Германского гражданского уложения («Сделка, нарушающая правила общественной нравственности, ничтожна»...) применяется, преимущественно для защиты таких элементов, как легковерные жены из «хорошего общества», промотавшиеся несовершеннолетние буржуа, неопытные в коммерции помещики и пр. В конечном счете, все подобные статьи оборачиваются как раз против трудящихся, против экспло- атируемых. Фашисты, т. е. наиболее реакционные, наиболее шовинистические и наиболее империалистические элементы финансового капитала,—вот кто ухватился обеими руками за «добрые нравы»,, «добрую совесть» «социальную функцию» и т. п.,вот кто больше всего* использует весь этот инструментарий, притом против трудящихся и на. пользу финансовому капиталу. Вот кому в действительности прола- галй пути социалфашисты своей проповедью мирного преобразованиях гражданского права!
Действительно,если собственники выполняют социальную функцию,, зачем их экспроприировать? Наоборот, надо всемерно поднять авторитет 1
57


собственника, создать ему ореол вождя, руководителя трудящихся, надо изгнать самую мысль о противоположности его интересов интересам трудящихся, надо запретить думать о классовой борьбе. Этот вывод из соц’иалфашистской демагогии со всей откровенностью делают фашисты. Закон Гитлера от 20 января 1934 г.20 «Об организации национального труда» провозглашает предпринимателя «вождем предприятия», а рабочих и служащих—его сопровождением (Gefolgschaft): «...Вождь заботится о благе своих подчиненных. Последние обязаны оказывать ему доверие» (ст. 2). В соответствии с этим руководитель предприятия определяет состав «совета доверия» на предприятии из «верных» и национал-социалистически мыслящих рабочих и служащих, устанавливает в единоличном порядке размер заработной платы и т. д.
Статьи об особой защите труда и недопустимости злоупотребления экономическим могуществом используются самым широким образом для оправдания расовых преследований (борьба против «еврейского заси- лия») или для стимулирования процессов капиталистической концентрации и удушения маломощных конкурентов. Законодательство об ограничении договорной свободы используется, напр., в целях борьбы с иностранной конкуренцией; свобода судейского услгбтрения—для бешеного террора против трудящихся. Статья о доброй совести используется иногда германскими судами в качестве предлога для обхода и аннулирования правовых гарантий, выговариваемых советским торгпредством от своих капиталистических контрагентов и т. д.
Во всех без исключенйя капиталистических странах буржуазное гражданское право эпохи империализма со всеми его «социализатор- скими» новшествами играет роль орудия в руках империалистического государства по дальнейшему закабалению трудящихся. Но наиболее ясно это в фашистских странах. Фашизм отбрасывает методы парламентаризма и буржуазной демократии и переходит к открытой террористической диктатуре21. Фашизм пренебрегает также кое-чем из арсенала буржуазного гражданского права эпохи расцвета капитализма, откидывает прочь то, что ныне, в эпоху исключительно обостренной классовой борьбы, рассматривается уже как помеха капиталу и переходит к более жестким и крутым мерам обуздания трудящихся. Хозяйственное законодательство фашизма после прихода его к власти—яркое "тому доказательство.
В Италии например фашисты отменили максимум квартирной платы и арендной платы за земельные участки, уменьшили налоги на доходы капитала- обложили заработную плату, отменили ограничения «свободы» кабальных договоров, запретили под страхом уголовной кары стачки, отменили прежние права крестьян в том или другом отношении пользоваться помещичьими землями и т. п. В Германии, национал- социалисты успели, опираясь на подготовку фашизации, проведенную предшествующими правительствами, провести ряд мероприятий, ярко 20 «Gesetz zur Ordnung der nationalen Arbeit», Reichsgesetzblatt, № 7, 1934.
21 Решения XIII пленума ИКНИ: «Капиталисты уже не в силах удержать свою диктатуру старыми методами парламентаризма и вообще буржуазной демократии; более того, методы парламентаризма и вообще буржуазная демократия становятся помехой для капиталистов как во внутренней политике (борьба против пролетариата), так и во внешней политике (война за империалистический передел мира); капитал вынужден ввиду этого перейти к открытой террористической диктатуре внутри страны и к безудержному шовинизму во внешней политике».
58


г
характеризующих реакционную и откровенно классовую сущность фашистского законодательства. Типичен для выражаемого этим законодательством экономического и технического регресса закон 15 июля 1933 г. об ограничении употребления машин в сигарной промышленности22. Такие мероприятия подносятся под демагогическим соусом уменьшения безработицы и ослабления кризиса. Реакционный характер имеет изданный в целях помощи разорившимся полуфеодальным землевладельцам закон от 5 июля 1933 г. об облегчении долгового бремени земельной собственности23. Демагогический мыльный пузырь представляет закон от 17 июля 1933 г., провозглашающий задачей империи возрождение германского крестьянства24 *. Ярко политический характер, вряд ли требующий особых комментариев, носят такие новеллы, как закон о редакторах от 4 октября 1933 г., превращающий их в находящуюся под соответствующим руководством «публичную») корпорацию, состоящую исключительно из «арийцев»; аналогичный закон о патентных поверенных от 28 сентября 1933 г., об образовании в качестве «публично правовой» корпорации «камеры фильм»; о необходимости особого разрешения для профессионального исполнения произведений тонических искусств и о том, что они должны стать орудием «просвещения и пропаганды»; о конфискации имуществ коммунистических, а затем соцпалдемократических организаций и многие др.
2. Источники буржуазного гражданского права эпохи империализма
Внешняя история гражданского права эпохи империализма характеризуется скудостью больших законодательных актов. Конечно движение и техническое улучшение законодательства не прекратилось вовсе, и абсолютное число новых законов, выпекаемых законодательными кухнями капиталистических стран, в этот период отнюдь не уменьшилось, а наоборот, увеличилось. Однако основные гражданские законы подверглись лишь частичным изменениям, и все эти изменения производились с медлительностью, исподволь.
Кодексы эпохи промышленного капитализма во многом явно устарели. Несмотря на это, они подвергались лишь ряду мелких изменений, в результате которых в частности утратил свою прежнюю цельность французский кодекс. Буржуазия предпочитает сохранять по возможности букву старого закона и обходить его путем «толкования» судебной практики; если она решается на некоторые заплаты в частностях, то явно избегает пересмотра кодексов в целом.
Интересы буржуазии не влекут ее больше к ломке исторических пережитков, что было связано в свое время с борьбой с феодализмом за власть. Сохранение видимости социального мира становится одним из основных мотивов законодательной политики. Как говорит известный буржуазный юрист Глассон, «в то время, как прорываются на свет уче-
22 Reichsgesetztblatt, Teil I, № 83, 1933.
23 Reichsgesetztblatt, Teil I, № 78, 1933.
24 29 сентября 1933 в Германии издан закон «О наследовании крестьянского двора», по которому дворы, достаточные для пропитания семьи независимо от рын¬
ка и не превышающие 125 га, если владелец «немецкой крови», переходят к одному наследнику без дробления. Основание для введения такого правила, как легко понять, заключается в желании сохранить и поддержать кулацкие хозяйства.
59


ния, грозящие разрушением всему социальному строю... было бы опасно открывать простор для обсуждения широких социальных задач, уже разрешенных самим кодексом»25. ✓
В .эпоху империализма появился ряд новых кодексов, но почти все они выходят в свет в полуколониальных странах, в странах Востока25 и в Латинской Америке*'7. В империалистический государствах Западной Европы издано два больших кодекса: Германское уложение 1896 г. с последовавшим за ним Торговым уложением 1898 г. и Швейцарское уложение 1907 г. (с Обязательственным законом 1911 г.).
Германское гражданское уложение (Das biirg( rliche Gesetzbuch des Deutschen Reichs, сокращенно BGB) вырабатывалось в течение долгого ряда лет. Начало работы над его составлением относится к семидесятым годам. Намерения руководителей первоначальных работ по составлению Германского гражданского уложения ограничивались только унификацией и систематизацией гражданского законодательства и не имели в виду пересмотр его по существу. Первая комиссия, назначенная для составления проекта и состоявшая преимущественно из бюрократов ведомства юстиции, принялась за работу под покровом канцелярской тайны. Комиссия работала четырнадцать лет, в течение которых экономическое развитие Германии двинулось сильно вперед. Когда работа была закончена и результат ее пришлось опубликовать, то выяснилось, что проект этот неудовлетворителен даже с точки зрения различных кругов буржуазии.
Вторая комиссия работала шесть лет, но уже в иной обстановке, в условиях относительной гласности. К работе было привлечено внимание различных буржуазных слоев. Эти слои, а за ними и многие группы мелкой буржуазии были втянуты в борьбу вокруг кодекса, причем борьба эта ярко выявила своекорыстие и противоречивость интересов различных групп имущих классов. Весь кодекс в целом едва не провалился из-за такого мелкого вопроса, как ответственность охотников (помещиков) за вред, причиняемый дичью окрестным (крестьянским) нолям. В комиссию рейхстага по рассмотрению кодекса были включены представители всех партий, кроме социалдемократов, хотя позиция последних по отношению к кодексу отнюдь не была достаточно принципиальною. Для угнетенных классов был лишний раз дан наглядный урок классовой сущности буржуазного права.
Результатом множества взаимно перекрещивающихся поправок, внесенных в проект германского кодекса, и участия в этой работе множества комиссий и лиц, привлеченных для «всесторонности» и «беспристрастия», явилось отсутствие в нем цельности и стройности и неспособность его в полной мере удовлетворить даже и конкретные запросы господствующего класса. Весьма прохладное отношение вызвало поэтому Германское гражданское уложение со стороны представителей русской дореволюционной юридической литературы,26 27 28 несмотря на то, что последняя привыкла взирать на германское право снизу вверх, как на объект подражания.
26 Glasson «Codification au XIX siecle*>.
26 В Турции, Персии, Китае, Сиаме и т. д.
27 В Бразилии, Аргентине и др.
28 Так например Петражицкий в «Die Lehre vom Einkommen» назвал Германское гражданское уложение «хрестоматией правнополитических ошибок*
G0


В Германском уложении 2385 статей. Оно делится на пять книг: общая часть, обязательственное право, вещное право, семейное право, наследственное право.
Другой наиболее интересный памятник гражданского права эпохи империализма—Швейцарское гражданское уложение. Это уложение также отразило основные тенденции гражданского права своей эпох!и, но, разрабатываясь в стране, раздиравшейся внутренними противоречиями меньше чем Германия, оно было составлено быстрее и вышло по форме более стройным и удачным.
Кодексы военного и послевоенного nepnofld—Бразильский, Сиамский, Персидский, Мексиканский—в значительной мере копируют Германский, Швейцарский и Французский кодексы, приспособляя, конечно их нормы к специфическим условиям той или иной страны. Явившееся результатом турецкой национальной буржуазной революции, Турецкое гражданское уложение 1926 г. наиболее близко к Швейцарскому уложению.
Один из новейших кодексов, Китайский кодекс 1929 г.29 *, обязан своим появлением в первую очерёдь соображениям международной политики Гоминдана. Он широко европеизирует китайское право. Большое место занимают в нем «каучуковые» нормы, оставляющие широкий простор судейскому и административному усмотрению и влиянию полуфеодальных элементов. В некоторых случаях (очевидно для поднятия «низкого уровня коммерческих нравов») Китайский кодекс дал жесткие правила, усиленно ограждающие интересы кредиторов (например принудительное исполнение обязательств во всех случаях неисполнения).
Издание Польского кодекса обязательств 1933 г.с0 (кодекс Zabowig- zania) и изданного одновременно с ним Польского торгового кодекса имело своей целью установление гражданско-правового единства этой страны, как проявления национального единства и самобытности польского государства в его целом (до сего времени на территории Полыни действовало 5 различных гражданских законодательств иностранного происхождения). Кодекс этот также характеризуется широким распространением «каучуковых» норм, смыкающих в частности понятие доброй совести с понятием использования права «по его назначению»31.
Сравнительно значительными имеющим известный принципиальный интерес переменам подверглось вскоре после Версальского мира английское законодательство. В Великобригании были изданы законы, обновившие наконец и сблизившие с континентальным правом стародавние нормы английского права в области вещного права и наследования по закону. В то время как ряд отраслей английского права и сейчас изобилует специфическими, своеобразными и в значительной части архаическими правилами, действующий английский закон о наследовании идет 29 Имеется полный перевод на французский язык (Paris, 1930, Sirey). Краткую общую характеристику его см. в сборнике «Гражданское право империализма», М. 1932, с. 159.
36 Напечатан в «Dziennik ustaw» № 82 1933.
31 См. например ст. 135: «Причинивший вред ... обязан возместить таковой, если он перешел грань, определяемую доброй совестью или целью, которой служило его право».
61


дальше законов всех других стран в направлении ограничения круга наследников по закону.
§ 3. Краткий обзор истории доктрины буржуазного гражданского права
1. Докапиталистические общественные формации. Эпоха промышленного капитализма
Практические потребности торгового оборота вызвали необходимость в систематической разработке вопросов права еще в древних докапиталистических общественных формациях. Уже в Вавилоне, Индии, Греции и особенно в Риме, были ученые юристы,занимавшиеся не только обобщением судебной практики и составлением проектов законов, но и работой более теоретического характера. Римское право, впервые охватившее в некотором синтезе ряд систем права стран, вошедших в Римскую империю, в особенности не смогло бы получить такого развития и широкого применения без многовековой деятельности ученых юристов, искавших путей его приспособления к потребностям господствующего класса32. Наибольшее развитие доктрина гражданского права получила однако на почве принятых правом промышленного капитализма категорий абстрактной правоспособности и «свободной» собственности в Западной Европе XIX в.
В эпоху феодализма господствовала крайняя раздробленность права (сотни различных системна территории одной страны), а это затрудняло и его теоретическое обобщение. Однако развивавшийся, по выражению Маркса, в порах феодального общества торговый оборот и зарождавшиеся там капиталистические отношения требовали постепенно все больше своего правЬвого закрепления и оформления. Начальные стадии разложения феодализма характеризуются усиленным изучением и ростом влияния римского права. Этот процесс в ряде стран во главе с Германией закончился официальным признанием обязательной силы норм римского права (рецепция римского права); конец этой эпохи, включая период буржуазных революций, характеризуется широким распространением естественноправовых учений, выражавших более широкую программу шедшего к власти капитализма (Гроций в XVI, Гоббс и Спиноза в XVII, Руссо, Мабли и Кант в XVIII вв.).
Школа естественного права провозгласила «естественные и неотчуждаемые права личности», объявила произволом все, что их нарушает (феодальные привилегии, государственную опеку и,т. д.) и боролась за снятие всяких и всяческих преград для «свободы» буржуазной эксплоатации.
Наряду с представителями идеологии нарождающегося капитализма среди писателей этой школы были впрочем и представители мелкобур32 В древнем Риме была особенно велика роль юристов, не занимавших даже часто никакого официального должностного положения: заключения наиболее выдающихся из них постепенно получали силу обязательного правила, и наибольшая часть произведенной в VI веке в Византии при императоре Юстиниане кодификации римского права—так называемые «Пандекты» или «Дигесты»—составилась исключительно из отрывков сочинений знаменитейших римских юристов, в первую очередь Папиниана и Ульпиана. Впрочем, в чисто теоретических вопросах римские юристы мало прибавили к тому, что было сделано до них в Греции.
62


жуазной идеологии, защитники мелкой собственности. Так например по< Локку присвоение средств производства в количестве, превышающем то, что каждый может использовать своим собственным трудом, есть «политическое измышление, противоречащее естественноправовой основе собственности».
В конце XVIII ив начале XIX столетий ведущей в развитии гражданского права страной была Франция, а с средины XIX в. Германия и отчасти Швейцария.
Как общее правило, гражданскоправовая идеология, являясь орудием борьбы за классовое господство буржуазии, меняет свой характер после окончательного завоевания капиталом политической власти: с этого времени буржуазные юристы оставляют в стороне «естественноправовые принципы» и чаще всего интересуются только «положительным»4 правом, да и в нем разрабатывают преимущественно узкие конкретные вопросы, часто ограничивая свою задачу исключительно комментированием кодексов и судебной практики, да отчасти исследованием конкретных исторических вопросов. Особенно сильно проявляются эти тенденции в XIX в. в Англии и Франции. Во Франции, в частности во времяЕелгкой революции, вопросы гражданского права ставились «по- философски» в естественноправовом аспекте. Со времени Первой империи в этой стране преобладает иные тенденции: критика и абстракция уступают место апологии Наполеонова кодекса, полностью удовлетворившего запросам капитала,и догматической разработке конкретных вопросов его применения. Наиболее резко выразил эту тенденцию Бюгне: «Я не знаю никакого гражданского права, я преподаю только кодекс Наполеона». Равным образом и некоторые другие французские авторы того времени издают не «курсы гражданского права», а «курсы Наполеонова кодекса».
В Германии условия развития доктрины гражданского пр^ва были несколько иными. Классовый интерес буржуазии, не достигшей здесь еще полного политического господства, толкал ее на идеологическую борьбу с феодализмом; борьба была впрочем весьма непоследовательная и половинчатая. В качестве представителей либеральной оппозиции феодальному режиму и защитников буржуазного права здесь выступили писатели естественноправовой школы, в том числе всемирно известные философы Кант, Фихте, Шеллинг и Гегель. Выразительницей реакционной юридической идеологии в первую половину XIX в. явилась так называемая историческая школа, виднейшими представителями которой были Гуго, Савиньи и Пухта. Они ратовали за сохранение «исторически сложившегося» права, за его «естественное», медленное развитие, за преобладание обычного права над законом, против общегерманского правового единства, против кодификации, против буржуазных реформ в гражданском праве. Тем самым по’ словам Маркса они прославляли «нормы обычного бесправия», «звериную маску» феодала33; историческая школа «узаконила подлость сегодняшнего дня подлостью вчерашнего»34 дня и прославляла феодальный кнут только потому, что он «славный' исторический кнут».
33 М а р к с и 9 н г е л ь с, т. I, с. 228.
34 Там же, с. 401, См. также Ч е л я п о в, Маркс и историческая школа права, «Сов. государство» № 3 1933.
ба


Во второй половине XIX в. как естественноправовая, так и историческая школа вытесняются практически догматическим направлением, талантливейшим представителем которой был экс-гегельянец Рудольф фон-Иеринг (главные произведения—«Дух римского права», «Цель в праве», «Борьба за право»)35. Это направление сближает германскую литературу по гражданскому праву с французской и английской, хотя все же теоретический уровень германской литературы вплоть до периода империализма всегда оставался более высоким, чем у соседей. В частности Иеринг своей концепцией права как защищенного интереса и как своеобразной политики силы своим отрицательным отношением к идеалистическому пустословию, попытками использовать гегелевскую диалектику и т. д. подходил в некоторых отношениях к истинному пониманию права ближе, чем кто-либо из буржуазных юристов36.
Русская юридическая литература до последней четверти XIX в. стояла на низком уровне и в основном довольствовалась пересказом мыслей германские юристов. В последней четверти XIX в. она выдвинула ряд сравнительно крупных имен; характеристику их взглядов мы дадим несколько ниже.
2. Переход от свободной конкуренции к господству монополистического капитала
В период перехода от свободной конкуренции к господству монополистического капитала (ijto Ленину 1873—1895 или 1900 гг.) и в первый, довоенный период империализма развитие доктрины буржуазного гражданского права идет в двух направлениях. Или повторяются и слегка подправляются старые зады: конструкции буржуазного гражданского права предшествующей эпохи приспособляются к условиям господства монополистического капитала. Или делаются попытки создать новые теории, подчеркивающие «социальные» достижения гражданского права эпохи империализма, якобы .принципиально отличного от права эпохи промышленного капитализма.
Основной мотив всей цивилистической литературы довоенного периода заключается в том, чтобы подчеркнуть «общие рамки формально .признаваемой свободной конкуренции», и отмахнуться от сути дела, которую «так неохотно и редко признают... защитники оппортунизма» и которая состоит в «отношениях господства»37. С переходом к империализму основное содержание курсов гражданского права формально не меняется и необходимость каких-либо значительных перемен в законодательстве в этот период большинством писателей отрицается. Откровенную мотивировку такого подхода мы находим в цитированных уже словах Глассона (см. выше с. 59-60). Не случайно именно во Франции, отли-
35 Эти книги имеются и в русском переводе (впрочем из «Духа римского права», «Geist des Romischen Rechts» переведен лишь I том).
36 Неправильно считал 11. И. Стучка Неринга представителем эпохи империализма (II. И. С т у ч к а, Курс советского гражданского пра’ва, т. I, изд. 1, с. 3/|). Иеринг умер в 1892 г., а главные работы его падают на 60-е и 70-е годы. Выступая против акционерных воротил и утверждая («Zweck im Recht»), что выпадающие на долю акционерных обществ проклятия превышают их «заслуги», Иеринг выражал настроения средней некартеллированной буржуазии.
37 Ленин, т. XIX, с. 89, 91.
«4


чавш^ися в конце XIX в. медленным темпом экономического развития, консерватизм юридической доктрины, свойственный впрочем и другим странам, сказался особенно сильно.
В Германии конец XIX в. знаменуется разработкой Гражданского уложения. В цивилистической литературе того времени происходит борьба так называемых романистов, т. е. юристов, ориентировавшихся в первую очередь на «непревосходимое» классическое римское право, и «германистов>>, выдвигавших вперед «исконно-национальные, германские» юридические принципы. Первый проект Германского гражданского уложения отразил преобладание романистов, почему был окрещен именем «маленький Виндшейд» (Виндшейд—автор наиболее последовательного курса догмы римского или пандектного права)38. Второй проект отразил преобладание германистов и получил прозвище «маленького Гирке», по имени главы этой школы.
Социальный смысл различия между этими школами был тот, что романисты более заостренно проводили типичный для свободной конкуренции буржуазный индивидуализм; германисты же стремились ограничить «индивидуальный произвол» в интересах «оборота» и «общества в целом» (иногда даже в интересах «социально слабых»). Тем самым романисты были ближе к интересам средней буржуазии и некартелирован- яого крупного капитала, германисты же использовались для выполнения социального заказа монополистического капитала, аграриев, но иногда смыкались и с мелкобуржуазными «социальными» реформаторами.
Приведем пару примеров разногласий между германистами и примыкавшими к ним новаторами, с одной стороны, и романистами—с другой, по основным вопросам гражданского права.
Романисты стояли за максимальную полноту права собственности. Как говорил Планк, свобода собственника распоряжаться вещью по усмотрению вытекает из самого понятия собственности; по словам Зома «свобода собственности—самое драгоценное благо, которое мы имеем». Отсюда делались выводы о недопустимости ограничения собственника хотя бы и в интересах других капиталистов; о необходимости предоставить собственнику право неограниченной виндикации (ubi rein meam invenio ibi earn vindico)39, хотя бы и во вред добросовестному приобретателю40. Германисты, напротив, допускали кое-какие «ограничения» собственника, якобы для «общего блага», на деле же в интересах других капиталистов, и в первую очередь крупного капитала. Они же стояли за. защиту добросовестного приобретателя, ссылаясь на старогерманскую поговорку—«рука да остерегается руки» (Hand wahre Hand)41.
Большинство романистов держалось такой концепции, по которой источником4 обязательности договора является индивидуальная воля контрагентов, т. е. тех, кто вступает в договор (контракт); такова была точка зрения Виндшейда, Брука, Цительмана. Другие цивилисты
38 «Lehrbuch des Pandektenrechts»,CM. русский перевод П а хма на, Учебник пандектного права, изд. 1874 г.
39 Где мою вещь нахожу, там ее изымаю (виндицирую).
40 См. ниже гл. VI. Право собственности.
41 Аналогично правило французского права: en fait des meubles possession vaut titre (в отношении движимостей владение заменяет титул).
5 Курс сов. хоз. права


(в большинстве германисты) считали напротив основанием сделки исключительно нормы права, а не волю сторон; таков взгляд Колера, Лотмара, Тона и других. С первым взглядом связано стремление сохранить преобладание диспозитивных норм и определять последствия договора в соответствии с предполагаемой волей стороны; со втором—тенденция расширить круг принудительных норм и определять последствия сделки в соответствии с внешним ее выражением. Первый взгляд более индивидуалистичен. Второй—более соответствует условиям крупного капиталистического оборота и интересам монополистических объединений, диктующих свои условия рынку.
3. Империализм. Довоенный период
В начале XX в. ряд писателей, выполняющих социальный заказ финансовой олигархии и пытающихся привлечь сравнительно широкие круги мелкой буржуазии и интеллигенции «социальными» лозунгами, идут дальше. Французский юрист Дюги провозглашает, что развитие права ушло со времени Наполеонова кодекса далеко вперед по пути преодоления индивидуализма; что «индивид и коллектив обладают теперь не правами, а лишь обязанностями», основанными на «взаимозависимости людей». Он пытается обосновать взгляд на право собственности как на «социальную функцию». Вот что читаем мы у него по этому вопросу:
«Какую экономическую потребность должен был удовлетворить, говоря вообще, юридический институт собственности? Она очень проста и возникает в каждом обществе; это есть потребность предназначать определенные блага для известных общественных целей и тем самым потребность социально защищать и гарантировать это назначение. Для этого потребны две вещи: надо, во-первых, чтобы вообще всякий акт, совершенный в соответствии с одной из этих целей, получил санкцию; во-вторых, необходимо, чтобы все действия, им противные, социально подавлялись»42.
Если Дюги пришел к отрицанию понятия субъективного права, то Шварц предложил отказаться и от понятия субъекта права. Что эта его теория идет в основном в том же направлении, в каком и теория Дюги, видно например из следующего рассуждения: «Личные цели А. признаются заслуживающими правовой охраны не потому, что они— цели А., как личности, как самостоятельного субъекта прав, а по той причине, что они считаются необходимыми целями всего общежития... Вследствие этого современное правоведение поступило бы правильно, если бы выбросило из системы своих понятий понятие субъекта права и заменило бы его понятием «правовой цели»43. Теории Дюги и Шварца имели своей целью замазать реальные противоречия капитализма, освятить якобы новый высший общественный строй, к которому мирным путем на почве развития гражданского права эволюционирует современный капитализм.
Еще более явственно та же тенденция проявляется в работах, посвященных вопросам договорно-обязательственного права. Германский 42 Les transformations g6nerales du droit prive 1912.
43 Rechtssubjekt und Rechtszweck, «Archiv filr burger liches Recht», 1908.
66


писатель Ниппердей и ряд других авторов занимаются исследованием «принуждения к заключению договора» и «продиктованных договоров» в области торговых отношений44. Другие дают ту же постановку проблемы применительно к трудовым договорам, смазывая однако классовое существо вопроса тем, что принуждение по отношению к рабочему осуществляют по их словам не столько капитал, сколько... профсоюз, арбитраж, общественные организации и т. п.45 Характерная для империализма тенденция к насилию и реакции вполне откровенно выражена в следующей формулировке французского профессора Салейля, относящейся к так называемым договорам присоединения (contrats d’ahesions). «Что осталось в этих актах от договорных соглашений? В действительности, здесь имеется выражение частного авторитета (даже веление частного лица)».
В России в последней четверти XIX и в начале XX в. /выдвинулось несколько получивших широкую известность писателей по гражданскому праву, выражавших специфические вожделения русской буржуазии и мелкобуржуазной интеллигенции. Наиболее реакционным из них был клерикал и абсолютист Победоносцев, сперва профессор гражданского права (автор трехтомного курса), а позже оберпро- курор Синода и влиятельнейший министр Александра III. Большинство известных русских дореволюционных цивилистов были членами партии крупной буржуазии—кадетской партии. Одни из них при этом были близки ^общефилософскому и особенно «нравственному» идеализму и проповедывали в той или иной форме «возрождение естественного права», одновременно с проповедью твердой законности и определенности права. Это надо сказать о Покровском46; это относится и к Петражицкому47 *, который впрочем в философии был сторонником эмпириокритицизма. Другие держались «практически-догматического» направления, отрицали «естественное право», объявляли себя позити-
44 Завершением исследований Ниппердея является книга «Kontrahierungs-
zwang und diktierter Vertrag» (1920).
46 Так ставился например этот вопрос у известного Гедемана: «Основные черты хозяйственного права, изд. IIКЮ УССР, 1924.
46 Наиболее популярная в свое время книга (И. Покровского, Основные проблемы гражданского права, ПТГ, 1917. В этой книге он обосновывает защиту владения (независимо от права на владение) тем, что такая защита... вытекает из уважения к человеческой личности; защищает либерально-индивидуалистическими аргументами широкое допущение развода; возражает против «конкретной справедливости» и широкого усмотрения суда во имя твердости и определенности закона (здесь ясно слышатся нотки специфически русского либерализма начала XX века, добивающегося правовых гарантий от произвола царских сатрапов).
47 Помимо «Курса теории права и государства», Петражицкий выпустил ряд цивилистических монографий на русском, немецком и польском языках («Lehre vom Einkommen», «Права добросовестного владельца на доходы», «Акции, биржевая игра и теория кризисов» и др.). Характерным для Петражицкого является стремление подчеркнуть первенство «народнохозяйственного» интереса (читай обще классового интереса буржуазии и интересов финансовой олигархии) над интересом «частнохозяйственным» (т. е. интересом «неорганизованного» среднего буржуа). К числу черт, характерных для него как выразителя интересов крупного активного капитала, принадлежало отрицательное отношение к излюбленным требованиям рантье (например к требованиям защиты «неимущественного интереса» вроде защищавшегося Покровским права отказываться от комнаты и фиакра под № 13). Типичным для Петражицкого было также стремление поставить законодательство на «научно-политическую» почву, что должно было иметь якобы конечным результатом
постепенное «внедрение действенной любви в отношениях между людьми».
5*
67


вистами и в философии и в правоведении (Шершеневич, Винавер). Третьи претендовали на «социологическое изучение гражданского права» (Муромцев, Гамбаров и др.).
4. Империализм. Послевоенный период
Литература по буржуазному гражданскому праву послевоенного периода отличается, как правило, яркими апологетическими тонами. Правда, и в послевоенное время выходит, особенно по торговому праву, немало курсов вроде «Deutsches Handelsrecht» Muller Erzbach, общий тон которых трудно отличить от довоенных книг, но с другой стороны, создаются и широко пропагандируются теории, которые должны дать непосредственное оправдание новейшим формам диктатуры монополистического капитала. Теории эти в значительной мере примыкают к довоенным течениям некоторых германистов, «христианских социалистов», а равно Дюги, Салейля, Шварца и йрочих «новаторов».
В период острого революционного кризиса, последовавшего непосредственно за войной, эти теории получают свое дальнейшее демагогическое заострение; ряд типично буржуазных либеральных писателей непосредственно смыкаются с представителями социалфашизма, все более «эволюционирующими» со своей стороны им навстречу. Наиболее сильно проявились эти тенденции в германской литературе 1919— 1921 гг., выполнявшей задачу помочь тому одурачению трудящихся, какое начала «Германская советская социалистическая республика» во главе с Эбертом и продолжила Веймарская конституция 1919 г. Так, например Меуег в 1919 г. писал: «Наше время требует новых как экономических, так и правовых форм. Частноправовой индивидуалистический подход к правовым отношениям отступает назад; на первое место выдвигается публичноправовой, социально и хозяйственно-политический подход к ним»40.
В этих словах кратко выражена мысль о новом хозяйственном праве, якобы преодолевающем во имя «социального» начала частнокапиталистический индивидуалйзм. Эту мысль подробнее развивают ряд других авторов. Остановимся для примера на книге Нуссбаума, «Deutsches WirtschaftsrechU, наиболее" сжато и обстоятельно излагающей законодательство этого периода.
В качестве «хозяйственноправовых,—говорит Нуссбаум,—должны рассматриваться те нормы, которые непосредственно имеют своей целью воздействие на народное хозяйство, в противоположность таким предписаниям, при которых народнохозяйственное действие имеет место лишь косвенным путем (например в финансовом праве, где в основном предметом является не народное хозяйство, но жизнь отдельных лиц и в большей части гражданского права)49 50. Хозяйственноправовые нормы в этом смысле находятся во всех областях права, и вследствие этого весьма сомнительным является, можно ли найти теоретически удовлетворительное понятие хозяйственного права. Однако практические потребности должны повидимому получить преобладающее над
49 «Deutsche Juristenzeitung», 1919, с. 616.
60 Nussbaum «Das neue deutsche Wirtschaftsrecht», Berlin, 1922, с. I.
68


теоретическими сомнениями значение. К образованию особого хозяйственного права мы приходим просто по той причине, что в рамках традиционных дисциплин большие и жгучие правовые вопросы хозяйственной жизни не смогут найти себе... соответствующей трактовки» (§ 1).
Наибольшую известность и популярность из представителей германского «хозяйственного права» получил Гедеман 51.
Социальнополитические взгляды Гедемана в 1919—1923 гг., характеризуются тем, что он пытается занять среднюю позицию между социал- реформистами и последовательными либералами. Свою брошюру «Основные черты хозяйственного права» он кончает выражением беспомощности, неуверенности: «Никто не может предсказать, какая новая эпоха последует за нашей... Возможно, что замечаемое уже теперь стремление личности вновь восстановить свою самостоятельность по отношению к союзам является первой ступенью к ближайшей будущей эпохе».
Особая задача в деле апологии империализма выполняется социал- фашистской литературой по гражданскому праву.
Еще до империалистической войны было написано несколько якобы марксистских и близких к социализму книг по вопросам гражданского права: первое место занимают здесь австрийские авторы. Упо? мянем о книгах Антона Менгера «Гражданское право и неимущие классы»52 и Реннера-Карнера «Социальные функции права, в особенности права собственности»53.
Менгер является родоначальником «юридического социализма», которому посвятил специальную статью Энгельс54. Книга А. Менгера имеет своим непосредственным предметом критику первого проекта Герг майского гражданского уложения и попутно с этой критикой содержит ряд положений более общего характера. Критика во многих конкретных случаях метко вскрывает классовое пристрастие буржуазного законодателя и крайне реакционный характер первого проекта. Однако ярко соглашательский мелкобуржуазный характер этой критики и всей постановки вопросов гражданского права у Менгера выступает с полной очевидностью. Так например он стоял за то, чтобы за «представителями рабочих» было обеспечено «подобающее место при дворе»; идеализировал буржуазную семью; отстаивал реакционные требования мелкой буржуазии вроде неограниченной виндикации, противопоставляя «антисоциальному» германскому проекту «социальный» швейцарский и т. п.
Книга Реннера-Карнера (впоследствии социалдемократического рейхсканцлера Австрии) является фальсификацией марксистской теории гражданского права, с обильными цитатами из Маркса, но с выхолащиванием главного в марксизме—пролетарской революции и диктатуры пролетариата.
51 Из наиболее крупных произведений Гедемана упомянем довоенную книгу «Eortschritte des Zivilrechts im XIX Jahrhuridert», 1910 и послевоенную «Schuld- recht», Berlin-Leipzig, 1921. Статьи его «Основные черты хозяйственного права» и «Трансформация понятия собственности» были изданы в 1924 п в русском переводе Юридическим издательством НКЮ УССР.
52 Есть на русском языке. Пер. Я. Лурье, Гражданское право и неимущие
классы населения, С.-Петербург, 1905. 7
53 К а р н е р, Социальные функции права, М. 1923.
54 Перевод—Э нгельс и Каутский. Юридический социализм. «Под знаменем марксизма», 1923, № 1.
/
$9


В период всеобщего кризиса капитализма «основная роль социал- демократии заключается теперь в подрыве необходимого, боевого единства пролетариата в его борьбе с империализмом. Раскалывая и разлагая единый фронт пролетарской борьбы с капиталом, социал- демократия... стала таким образом резервом буржуазного общества, его наиболее верным оплотом»55.
В этих целях социалдемократы изображают фашизирующееся законодательство, представляющее особую легальную форму гражданской войны капитала против рабочего класса, как «победу публичного права над частным» (Гильфердинг), тесно примыкая здесь к гедема- новским россказням о принципиально новом «хозяйственном праве». В особенности охотно выдаются ими за «куски социализма» всевозможные проявления государственнокапиталистических мер, например, последние «кодексы честной конкуренции» Рузвельта. И это несмотря на то, что еще Энгельс в «Анти-Дюринге» жестоко заклеймил такую пропаганду «государственного социализма»56. В нашей печати цитировались например такие знаменательные проявления наглой социал- фашистской апологии, как слова официального отчета германского объединения с.-д. профсоюзов: «В настоящее время отношения существенно изменились. Между работодателями и работополучателями создаются правовые отношения, заключаются тарифные договоры. В настоящее время мы уже вообще не можем говорить об эксплоатации рабочего его предпринимателем». Более законченное выражение со- циалпредательства трудно придумать.
Свое завершение и наибольшее заострение демагогическая апологетика получает в фашистской литературе. Специальная юридическая литература (например большинство выпускаемых фашистскими профессорами курсов и монографий по юридическим вопросам) часто содержит в себе мало оригинального, повторяя ходячие рассуждения дофашист- ских идеологов капитала. Однако в целом ряде случаев и в особенности в выступлениях, рассчитанных на политический эфект, крикливо и хвастливо проявляет себя специфическая фашистская демагогия с ее «средневековым костюмом», заостренным национализмом.
В Италии фашистское корпоративное право изображается, как нечто столь же принципиально отличное от гражданского права буржуазной демократии, как и «другой его антипод»—советское право; при этом особо глубокое значение приписывается второстепенным особенностям фашистского права (таковых в гражданском праве вообще говоря меньше чем в публичном), а иногда и таким мнимым отличительным нормам фашистского права, которые в действительности присущи также и другим системам буржуазного права. Так, в руководящем выступлении генерального прокурора Италии в январе 1933 г. при откры55 Программа и Устав Коминтерна, Партиздат, 1933, с. 22.
5$ Энгельс писал о том, что «появился особого рода фальшивый социализм, проявляющийся то там, то тут в виде особого рода добровольного лакейства, объявляющего без всяких затруднений социализмом всякое, даже бисмарковское обращение средств производства в государственную собственность». Так «прусское королевское общество морской торговли, королевская фарфоровая мануфактура и даже ротные швальни в армии должны быть признаны социалистическими учреждениями», как даже «всерьез предложенное при Фридрихе Вильгельме III в тридцатых годах... огосударствление... домов терпимости». Маркс и Энгельс, т. XIV, с. 281.
70


тии 10-го судебного года «фашистской эры» в кассационном суде было упомянуто о проблемах акционерного общества с единственным акционером и с множественным вотумом в качестве примеров, где проявляется «особая», ставящая якобы превыше всего «общие интересы» политика «корпоративного государства». Однако предложенные им решения «больших проблем» по существу ничем не отличаются от того, что мы встречаем и в странах, не изведавших «блага корпоративного режима».
На эти же темы изощряются в демагогии целый ряд фашистов, не занимающих столь официального положения. Так, в журнале Rivista di diritto commerciale e di diritto generale delle obligazioni 1931 7—8)
типична в этом отношении статья проф. Finzi о «контролируемых обществах». Статья излагает и комментирует итальянские законы от 30 октября 1930 г. и 4 июля 1931 г.
Finzi, а вслед за ними и другие фашистские писатели трактуют эти демагогические акты, как якобы направленные в защиту средних и мелких акционеров. Правда, «концентрация индустрии есть экономическая необходимость», но столь же необходимо установить «гигиену обществ» и «борьбу с злоупотреблениями». Здесь фашистские юристы пользуются старым приемом, затушевывая полное господство империализма и его глубокие корни, стараясь выдвинуть на первый план частности и второстепенные подробности, силясь отвлечь внимание от существенного совершенно несерьезными проектами «реформ» вроде полицейского надзора за трестами или банками и т. п.57.
В Германии германский фашизм также выдвинул ряд тезисов новой философии права. К числу излюбленных идеологами наци положений, которые они особенно охотно подчеркивают, принадлежат следующие58. «Националсоциалистическая революция» обновляет, «оживляет» и якобы сплачивает (железным обручем диктатуры) всю жизнь нации. Национальный дух таким образом торжествует по их словам над космополитическим, духовное над материальным, политика над экономикой. Государство по словам Гитлера не будет больше на службе хозяйству, а подчинит его себе59: эта ложь нужна наци для того, чтобы внушить обманываемым ими слоям трудящихся, будто политика фашизма независима от капитала, что иллюстрируется дешевыми демагогическими выпадами против денежного и акционерного капитала, вся тяжесть практического проведения которых (в той мере, в какой они не остаются сплошной ложью) падает лишь на еврейский и отчасти иностранный капитал. Ограничения правоспособности «неарийцев» обосновываются «правовым учением, построенным на «законах расы» (rassen- gesetzliche Rechtslehre). «Народность» (Volskstiimlichkeit) права понимается наци как продукт истории во многом аналогично теории их реакционных предшественников начала XIX в. (исторической школы. Вместе с ними наци подчеркивают роль обычного права. Одним из характерных проявлений фашистской демагогии является также подчеркивание в связи со сказанным условности частных прав: они имеют значимость лишь против частных лиц»60.
67 Ср. Лени н, т. XIX, с. 159—160.
68 См. например статьи в «Deutsche Juristenzeitung», 1933.
*• «Mein Kamp!» Гитлера,, изд. 21-е, с. 164, 256.
49 «Deutsche Juristenzeitung», 1933, Heft 5, статьи Борнчака.
71


Литература
Маркс и Энгельс, Коммунистический манифест. Сочинения т. V.
Маркс, Капитал, т. I, отд. 1, 3, 4, 7, Маркс, Критика Готской программы, т. XV. Энгельс, Анти-Дюринг, т. XIV, разд. III. Людвиг Ф е й- е р б а х, Происхождение семьи, частной собственности и государства т. XIVr М. 1932 г. Ленин, Империализм, как новейший г*тап капитализма. Сочинения, т. XIX. Речь об обмане народа лозунгами свободы и равенства. Сочинения, т. XXIV. Первоначальный набросок тезисов по национальному и колониальному вопросу. К международному дню работниц Сочинения т. XXV. Сталин, Доклад на XVI съезде партии. Сталин, Отчетный доклад на XVII съезде партии М.1934- Программа Коминтерна. М.1925. XIII пленум ИККИ. Резолюция по докладу т. Куусинена М. 1934. Пашуканис, Общая теория права и марксизм. М. 1924. Пашуканис и др., Учение о государстве и праве, разд. V, М. 1932. С т у- ч к а, Курс советского гражданского права, т. I, глава. III—VI, изд. 2-е. NL С т у ч к а, Статьи по вопросам буржуазного гражданского права в Энциклопедии государства и права. Р а е в и ч, Гражданское право буржуазно-капиталистического мира. М. 1929. Стучка, Раевич др. Гражданское право современного империализма. Хрестоматия. М. 1931. Раевич и др., Практический учебник иностранного гражданского и торгового права. М. 1933. Венедиктов, Новейшее американское законодательство о трестах «Рев. права» № б 1928. Покровский, Основные проблемы гражданского права. СПБ. 1917. К анторович, Основные идеи гражданского права. Харьков, 1927.


/
\
ГЛАВА III
ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ СОВЕТСКОГО ХОЗЯЙСТВЕН- ' НОГО ПРАВА
§ 1. Пять периодов развития советского хозяйственного права
«Право точно так же не имеет своей собственной истории, как и религия»,—говорит М^ркс1. Это положение правильно и для советского хозяйственного права. Основные этапы егб развития совпадают с основными этапами экономической политики советской власти, с основными этапами социалистического строительства в целом.
Мы различаем следующие пять периодов развития советского хозяйственного права: 4
Первый период: 1917—1918 гг. Первый год пролетарской диктатуры.
Второй период: 1918—1921 гг. Гражданская война и военный коммунизм. ■
Третий период: 1921—1927/28 гг. Восстановительный период.
Четвертый период: 1928—1932 гг. Период социалистической реконструкции. Первая пятилетка.
Пятый период: Вторая пятилетка.
§ 2. Первый год пролетарской диктатуры (1917—1918 гг.)
Пролетариат, в октябре 1917 г. пришедший к власти и установивший свою диктатуру, имел уже в ряде постановлений партии большевиков и в ряде статей Ленина2 * разработанную программу основных экономических мер, которые должны быть осуществлены «на другой день» после пролетарской революции. Апрельская Всероссийская конференция РСДРП(б) 1917 г. в качестве практически назревших шагов к социализму наметила: национализацию земли, государственный контроль за всеми банками с объединением их в единый центральный банк; всеобщую трудовую повинность. VI съезд РСДРП(б) (июль—август 1917 г.) признал необходимым немедленное проведение таких революционных мер, как национализация и централизация банковского дела, национализация ряда; синдицированных предприятий (нефтяных, каменноуголь-
1 М а р кс и Энгельс, т. IV, с. 54.
2 «Грозящая катастрофа и как с ней бороться» (Соч. изд. 3-е, т. XXI, с. 155—
192). «Удержат ли большевики государственную власть» (т. XXI, с. 243—284) и др.
73


ных,сахарных, металлургических) и транспорта, установление действительного рабочего контроля за производством.
Осуществление этой программы началось с первых же месяцев после октября.
Прежде всего «Октябрьская революция уничтожила частную собственность на землю... Это значит, что крестьянин, чтобы производить хлеб, вовсе не нуждался в том, чтобы покупать землю»3. 26 о кт я при, 1917 г, И всерснчшпскпп съезд советов принял декрет о земле (СУ, 1917 г. № 1, ст. 3), которым помещичья собственность на землю была отменена немедленно без всякого выкупа. Этот шаг Ленин считал «гигантским ударом для частной собственности на средства производства»4 вообще. Правда, как этот декрет, так и декрет 19 (6) февраля 1918 г. о социализации земли (СУ, 1918 г. № 25, ст. 346) приняли лозунг уравнительного землепользования, относительно которого Владимир Ильич неоднократно говорил, что «эта идея не наша, мы с таким лозунгом не согласны». Но этот лозунг проводился в первых аграрных декретах советской власти, «ибо таково требование подавляющего большинства крестьян...5. Ни «отменить» таких требований, ни «перескочить» через них нельзя»6. Одновременно были объявлены в монопольном распоряжении государства все сельскохозяйственные машины и орудия, и монополизирована торговля сельскохозяйственными машинами и семенами. Вместе с изъятием из частной собственности основных средств сельскохозяйственного производства пролетарская власть стала на путь неуклонного, последовательно и повсеместно проводимого регулирования распределения основной продукции сельского хозяйства—хлеба.
Накануне Октябрьской революции в сентябре 1917 г. Ленин ставит вопрос о немедленной национализации банков. Известно, что одной из крупнейших ошибок Парижской коммуны Энгельс считал именно то, что восставший рабочий класс не захватил банков в свои руки. В статье «Удержат ли большевики государственную власть» Владимир Ильич писал, что крупные банки есть тот «государственный аппарат», который... мы берем готовым у капитализма» и который должен дать нам «нечто вроде скелета социалистического общества»7. Одним иа_ первых революционных ^ктов рабочей власти была национализация банков (декретом В11ТГК 14 декабря 191/ г.—СУ. 191?ТГ. J>l2 10. ст. 150). о докладеЖэтой мере на III всероссийском съезде советов Ленин подчеркивал все революционное значение этого акта. Написанная Лениным и утвержденная III всероссийским съездом советов в январе 1918 г. «Декларация прав трудящегося и эксплоатируемого народа» подтвердила переход всех банков в собственность государства, как одно из условий освобождения трудящихся из-под ига капитала.
январе 1918 l был национализирован торгов ы й фьддст (СУ 1918 г. №19, ст. 290). Про ведение в жизнь, этой меры было взято Владимиром Ильичом непосредственно под свое руководство.
Несравненно сложнее проходила «экспроприация экспроприаторов» 3 Сталин, «Вопросы ленинизма», с. 452.
4 Л е ни н, т. ’XX, с. 270.
6 Это требование было с полной определенностью выдвинуто в «Крестьянском наказе о земле», составленном на основании 242 местных крестьянских наказов.
6 Л е н и н, т. XXIII, с. 398, ср. там же, с. £52—253, т. XXII, с. 20—23.
7 Ленин, т. XXI, с. 260.
Z74


в промышленности. Здесь мы встречаемся на первых порах с рабочим контролем. Рабочий контроль фактически возник задолго до октябрьских дней. Рабочие боролись с расхищением заводских материалов, со злостным саботажем производства со стороны j заводской администрации, контролировали вывоз грузов с предприятий, ( движение запасов сырья и топлива, состояние оборудования и т. д. Все зги меры вызвали бешеное сопротивление предпринимателей. Громадное значение придавал рабочему контролю Ленин. Еще в мае 1917 г. Владимир Ильич писал: «Путь к спасению от катастрофы лежит только в установлении действительно рабочего контроля за производством и распределением продуктов...»8. 14 ноября 1917 г. ВЦИК принимает «Положение о рабочем контроле» (СУ 1917 г. № 3, ст. 35). По этому положению рабочий контроль вводится в интересах планомерного регулирования народного хозяйства во всех промышленных, торговых, банковских, транспортных и других предприятиях, имеющих наемных рабочих. Органы рабочего контроля наблюдают за производством,' устанавливают нормы выработки предприятий, выясняют себестоимость продукции, контролируют деловую переписку и т. д. Коммерче-^ екая тайна отменяется. Решения органов рабочего контроля обязательны < для владельцев предприятия под страхом уголовной ответственности. I
Официальное признание рабочего контроля декретом советской' власти не могло не вызвать отчаянного сопротивления капиталистов. В Москве, в Ленинграде, на Урале организации фабрикантов и заводчиков принимают резолюции протеста против «классового, негосударственного контроля рабочих над промышленной жизнью страны», взывают к «основным экономйческим законам» и праву собственности и заканчивают прямым призывом закрывать те предприятия, где будет вводиться рабочий контроль. Всероссийский союз инженеров призывает по этому поводу своих членов организовать дружный отпор распоряжениям «захватной власти»9.
За резолюциями следовали и соответствующие дела. Активный хозяйственный саботаж, начатый крупнейшими промышленниками и финансистами еще до октября, необычайно усилился с введением рабочего контроля. К этому саботажу примкнула значительная часть административно-технического персонала. А русская буржуазия всеми способами старалась продать свои акции немецким гражданам, чтобы путем фиктивных сделок получить защиту иностранного государства.
В этих условиях ожесточенной классовой борьбы рабочий контроль служил орудием классовой самозащиты рабочего класса и вместе с тем средством сохранения промышленности. Кроме того рабочий контроль сыграл крупную роль в деле хозяйственного воспитания рабочего класса, в деле подготовки его к организации управления народным хозяйством. «Декларация прав трудящегося и эксплоатируемого народа» подтвердила декрет о рабочем контроле как первый шаг к полному переходу средств производства и транспорта в собственность советской республики.
Национализация промышленности началась у нас с конца 1917 г., но проводилась в первые месяцы с большой осто8 Л е н и н, т. XX, с. 422.
• Более подробно см. Ц ы п е р о в и ч, Синдикаты и тресты в дореволюционной России и в СССР, 1927, с. 359—374.
76


рожностью и постепенностью. Прежде всего, по примеру Парижской коммуны, национализируются отдельные предприятия тех владельцев, которые эмигрировали за границу, или вообще бросили свои фабрики и заводы на произвол судьбы. Ряд крупнейших горных и металлургических заводов (акц. об-ва Богословского горного округа, Симских горных заводов, Сергинско-Уфалейского горного округа и др.) были национализированы за отказ подчиниться рабочему контролю; другие предприятия (Русско-бельгийское металлургическое о-во, Новороссийское об-во и др.) за саботаж производства; Путиловские заводы—вследствие их значительной задолженности казне. Одновременно на местах, особейно на * Урале и в Донбассе, развивается процесс национализации, осуществля-j емой «снизу», самими рабочими заводов и шахт. Таким образом всего ц середине 1918 г. было национализировано свыше 500 предприятий. Процесс национализации промышленности, даже основных ее отраслей, не имел однако в первые месяцы Октябрьской революции «сплошного» характера. Наряду с национализацией предприятий в марте и апреле Д918 г. в ВСНХ усиленно обсуждались проекты организации двух крупнейших объединений, построенных по типу капиталистических трестов и концернов, с участием иностранного и русского частного капитала. Речь шла о трестировании Уральской промышленности (предложение группы Стахеева), а также металлургической и металлообрабатывающей промышленности центра и юга России (группа Мещерского). Переговоры с промышленниками были прерваны по инициативе правительства.
I съезд советов народного хозяйства (май—июнь 1918 г.) высказался за переход от национализации отдельных предприятий к последовательной национализации целых отраслей промышленности, прежде всего металлообрабатывающей, машиностроительной, химической, нефтяной и текстильной. Декретом 28 июня 1918 г. (СУ _ 1918 г. № 47. ст. 559) была объявлена национализация крупнейших предприятий различных отраслей промышленности, а также предприятий по местному благоустройству и железнодорожному транспорту. Этим декретом была в основном за вершена национализация всей крупной промышленности. —
Еще раньше, 5 декабря 1517 г., был организован Высший^совет народного хозяйства (СУ 1917 г. № 5, ст. 83), который должен был охватить всю хозяйственную жизнь страны во всех ее разветвлениях, не только промышленность, но и торговлю, транспорт, финансы и т. п. ВСНХ имел задачей устанавливать общие нормы и план регулирования всей экономической жизни страны. В состав ВСНХ вошел Всероссийский совет рабочего контроля.
На I съезде советов народного хозяйства Ленин говорил, что им «предстоит одним только из всех государственных учреждений сохранить за собой прочное место, которое будет тем более прочно, чем,ближе мы будем к установлению социалистического порядка... Аппарату управления в собственном, тесном, узком смысле слова, аппарату старого государства суждено умереть, а аппарату типа Высшего совета народного хозяйства суждено расти, развиваться и крепнуть, заполняя собой всю главнейшую деятельность организованного общества»40.
Одной из важнейших мер первого периода пролетарской диктатуры было превозглашение монополии внешней торговли. 10 Л е н и н, т. XXIII, с. 3G.
76


В апреле 1918 г. в статье «Очередные задачи советской власти» Ленин писал, что без монополизации внешней торговли «мы не сможем отделаться от иностранного капитала платежом «дани». А вся возможность •социалистического строительства зависит от того, сумеем ли мы в течение известного переходного времени выплатой некоторой дани иностранному капиталу защитить свою внутреннюю экономическую самостоятельность»11. Декретом СНК от 22 апреля 1918 г. о национализации внешней торговли (СУ, 1918 г. № 33, ст. 432) были запрещены всякие частные торговые сделки ~сГза границей по ввозу й вывозу. Впредь все такого рода сделки должны производиться от лица Российской республики.
Первые шаги Октябрьской революции в разрешении жилищного вопроса пошли по указанному Энгельсом пути—экспроприации роскошных жилищ, принадлежащих владеющим классам, и принудительного заселения свободных квартир12.
Изданными 30 октября 1917 г. декретами о жилищном моратории и о передаче жилищ в ведение городов (СУ, № 1, ст. ст. 13 и 14) во всех городах и крупных поселках малоимущие лица и семейства лиц, состоящих на военной службе, освобождались от квартирной платы13, а городским самоуправлениям и горсоветам предоставлялось право секвестровать (отбирать) все пустующие помещения, пригодные для жилья, и уплотнять лиц, занимающих слишком большие квартиры. Местные* власти и рабочие организации широко проводили выселение буржуазии и§ роскошных квартир и заселяли эти квартиры рабочими с окраин и из подвалов. В этом отношении Октябрьская революция, так же как и в других вопросах, сразу же шагнула значительно дальше Парижской коммуны.
14 декабря 1917 г. в целях пресечения спекуляции городскими недвижимостями запрещены всякие сделки со строениями и землей в городах (СУ 1917 г. № 10, ст. 154), а 20 Августа 1918 г. издается декрет об отмене частной собственности на недвижимости в городах (СУ 1918 г. № 62, ст. 674).
Подводя итоги первым достижениям советской власти в области жилищного вопроса, программа ВКП(б) (принятая VIII съездом РКП в 1919 г.) с полным основанием констатировала: «Стремясь к разрешению жилищного вопроса, особенно обостренного в период войны, советская власть экспроприировала полностью все дома капиталистических домовладельцев и передала их городским советам; произвела массовое вселение рабочих с окраин в буржуазные дома; передала лучшие из них рабочим организациям, приняв содержание этих зданий на счет государства».
Унаследованное от буржуазии хдзяйство, находившееся в состоянии полнейшей разрухи, и расцветшая махровым цветом на этой почве спекуляция требовали самых решительных мер по регулированию торговли, продовольственного дела, по организации планомерного снабжения населения и борьбе со спекуляцией. С первых же дней пролетарской революции государство берет в свои руки торговлю и распределение важнейших продуктов и средств производства. В феврале 1918 г. зако11 Ленин, т. XXII, с. 449.
12 Энгельс, Жилищный вопрос, 1919, с. 49.
18 Как известно, одним из первых декретов Парижской коммуны (29 марта 1371 г.) также был установлен жилищный мораторий.
77


ном о социализации земли (СУ 1918 г. № 25, ст. 346) подтверждена государственная монополия торговли хлебом и сельскохозяйственными машинами и орудиями. В январе 1918 г. в целях борьбы со спекуляцией металлом, принявшей громадные размеры на почве металлического голода, распоряжением ВСНХ были национализированы крупнейшие металлургические синдикаты Продамет и Кровля, а в июле 1918 г. создается единый орган по учету и распределению металлов—Продрасмет. С декабря 1917 г. начинаются проводиться подготовительные меры к государственной монополии торговли тканями. Это было особенно важно ввиду подготовки громадных товарообменных операций с деревней. 29 июля 1918 г. ХШК постановляет передать в распоряжение РСФСР весь наличный запас тканей и всю будущую их выработку на сумму 1 млрд рублей. Декретом 23 июля 1918 г. о монополии на ткани (СУ, 1918 г. № 59, ст. 599) все ткани на оптовых и фабричных складах переданы в распоряжение государства.
Декретом 2 апреля (20 марта) 1918 г. об организации товарообмена (СУ 1918 г. № 30, ст. 398) на Наркомпрод в целях усиления государственных заготовок хлеба и других продовольственных продуктов возложена организация правильного товарообмена в государственном масштабе, с привлечением к этому делу деревенской бедноты.
Одновременно с организационными мероприятиями по товарообмену с деревней советская власть объявляет беспощадную войну деревенским кулакам и богатеям, деревенской буржуазии, которая, скопив огромные суммы денег, вырученных за годы войны, «не вывозит хлеб к ссыпным пуктам в расчете принудить государство к новому повышению хлебных цен и продает в то же время хлеб у себя на месте по баснословным ценам хлебным спекулянтам-мешочникам». Декрет ВЦИК от 9 мая 1918 г. о предоставлении Наркомпроду чрезвычайных полномочий по борьбе с деревенской буржуазией, укрывающей хлебные запасы и спе кулирующей ими («Декрет о продовольственной диктатуре»—СУ 1918 г.
35, ст. 468), предлагает на насилия владельцев хлеба над голодающей беднотой ответить насилием над буржуазией. Декрет призывает всех трудящихся и неимущих крестьян к немедленному объединению для беспощадной борьбы с кулаками, а всех, имеющих запасы хлеба и не вывозящих их на ссыпные пункты или расточающих хлеб на самогон, объявляет врагами народа и предоставляет Наркомпроду и его- органам право применять вооруженную силу в случае оказания противодействия отбиранию хлеба или других продовольственных продуктов.
Ц июня 1918 г. декретируется (СУ 1918 г. № 43, ст.524) повсеместная организация комитетов деревенской бедноты (комбедов) для распределения хлеба, предметов первой необходимости и сельскохозяйственных орудий, а также для оказания содействия местным продорганам в изъятии хлебных излишков из рук кулаков и богатеев.
Характеризуя продовольственные декреты 1918 г., Ленин указывал, что «они все имеют три руководящие идеи: ...централизация продовольственного дела, объединение пролетариата, организация деревенской бедноты»14.'
Первый год пролетарской диктатуры, разбив фундамент буржуазного общества—частную помещичью и капиталистическую собственность 14 Ленин, т. XXIII, с. 55, 59.
78


и установив государственную собственность пролетариата на основные средства производства, тем самым разбил и буржуазную систему гражданского права, построенную на частной собственности. Взяв в свои руки командные высоты и введя организованное распределение основных продуктов—хлеба, металла, тканей и т. п., пролетариат свел почти на-нет буржуазный «гражданский оборот», обслуживаемый гражданам правом. Декретом от 27 апреля 1918 г. (СУ 1918 г. № 34, ст. 456) пролетариат отменил неразрывно связанное с правом частной собственности право наследования.
Ликвидировав таким образом в основном дореволюционное гражданское право России капиталистов и помещиков, построенное на основе эксплоататорской частной собственности, предав «сожжению» гражданские законы царской России, пролетариат своими законами закрепляет величайшие достижения Октябрьской революции. В руках рабочего класса новое советское право становится орудием политики пролетарской диктатуры в деле подавления эксплоататоров и построения нового социалистического общества.
§ 3. Гражданская война и военный коммунизм (1918-1921 г.)
Программа Коминтерна характеризует «военный коммунизм», как «организацию рационального потребления в целях военной обороны при системе усиленного нажима на капиталистические группы (конфискации, реквизиции и т. д.), при более или менее полной ликвидации свободной торговли и рыночных отношений, при резком нарушении индивидуалистических хозяйственных стимулов мелкого производителя, что связано с падением производительных сил страны). Эта политика «военного коммунизма», по/фывая материальней базис враждебных рабочему классу слоев внутри страны, обеспечивая рациональное распределение уже имеющихся в наличии запасов, способствуя военной борьбе пролетарской диктатуры и находя в этом свое историческое обоснование, не может быть тем не менее рассматриваема, как система «нормальной» хозяйственной политики диктатуры пролетариата. Однако необходимость в военнокоммунистической хозяйственной политике может появиться в случат* вероятной военной интервенции капиталистов и длительной контрреволюционной войны против диктатуры пролетариата, когда «хозяйственное руководство доджно исходить прежде всего из интересов защиты пролетарской диктатуры».
«Военный коммунизм»,—писал Ленин в брошюре о продовольственном налоге,—состоял в том, что мы фактически брали от крестьян все излишки и даже иногда не излишки, а часть необходимого для кресть- янинапродовольствия, брали дляпокрытия расходовна армию ина содержание рабочих.^. «Военный коммунизм» был вынужден войной и разорением. Он не был и не мог быть отвечающей хозяйственным задачам, пролетариата политикой»16. Отдельные стороны «военного коммунизма» могут быть правильно поняты поэтому только в том случае, если рассматривать их в неразрывной связи с гражданской войной, когда вся хозяйственная политика пролетариата подчинена одной цели—победе над врагом в гражданской войне, когда вся страна превращена в военный лагерь. Такое положение было у нас с середины 1918 г. до начала 1921 г.
11 Л енин, т. XXVI, с. 332.
7»


Декретом ВЦИК от 19 февраля 1919 г. о социалистическом землеустройстве п о мерах перехода к социалистическому земледелию (СУ,
1919 г. № 4, ст. 43) вся земля в пределах РСФРС объявляется единым государственным фондом. Тем самым в законе провозглашается принцип пролетарской национализации земли, начало государственной социалистической собственности на землю, в противоположность принципу социализации земли, по первому декрету о земле. В том же декрете 14 февраля 1919 г. подчеркивается необходимость перехода от единоличных форм землепользования к товарищеским для окончательного уничтожения эксплоатации человека человеком, для организации сельского хозяйства на основах социализма и воспитания в духе социализма трудящихся масс, а также для объединения пролетариата п деревенской бедноты в их борьбе с капиталом. Весь сельскохозяйственный земельный фонд используется в первую очередь для нужд советских хозяйств и коммун, во вторую очередь—для нужд трудовых артелей и товариществ и для общественной обработки и только в третью очередь—для добывания средств к существованию единоличных землепользователей.
Основная цель организации как советских хозяйств, так и сельскохозяйственных коммун,—постепенный переход к коммунистическому земледелию.
По данным 1919 г., в течение полутора лет в Советской России было образовано до 6000 коммун, охвативших площадь около 1 млн. десятин.
Условия гражданской войны и необходимость концентрации всех материальных средств для борьбы с врагом в руках государства привели к почти 100% обобществлению основных отраслей народного хозяйства и к созданию строго централизованной системы хозяйственного управления как в промышленности, так и в продовольственном деле и в производственном снабжении.
Если в июне 1918 г. бьута проведена национализация крупной промышленности, то к концу 1920 г. завершается национализация всей средней и мелкой промышленности. Постановлением ВСНХ от 29 ноября
1920 г. о национализации предприятий (СУ, 1920 г. № 93, ст. 512) объявлены национализированными все частные промышленные предприятия с числом рабочих свыше 5 при механическом двигателе и свыше 10 без двигателя.
По декрету 7 сентября 1920 г. (СУ 1920 № 78, ст. 336) жесткому государственному контролю и регулированию подверглась также кустарная промышленность и промысловая кооперация.
«Национализация всех бидов промышленности,—говорится в резолюции II съезда советов народного хозяйства (конец декабря 1918 г.),— требует решения задач нового пролетарского управления гигантскими предприятиями и союзами предприятий, а равно массового учета и распределения продуктов в общенациональном масштабе»16.
Весь период военного коммунизма отмечен последовательным внедрением планового начала в организацию народного хозяйства. Массовая национализация промышленности и необходимость удовлетворения громадных военных потребностей в условиях гражданской войны делали вопросы плана особенно актуальными уже в первые годы революции.
16 Стеногр. отчет II съезда совнархозов от 19—27 декабря 1918 г., с. 392.
80


IX съезд РКП(б)( март 1920 г.) признал основным условием хозяйственного возрождения страны проведение единого хозяйственного плана, рассчитанного на ближайшую историческую эпоху. Во главу угла единого хозяйственного плана съезд поставил план электрификации. . . ?
Попытку установить строго плановую систему управления госпро- мышленностыо методами военного коммунизма представляет так назы ваемый «главкизм». Корни главкизма были заложены еще в 1917— 1918 гг. Главки (главные управления) организуются в составе ВСНХ для непосредственного руководства отдельными отраслями промышленности. Эта система до последней степени централизованного управления промышленностью, исключавшая какую-либо самостоятельность отдельных звеньев,—попытка построить плановое хозяйство на основе почти полной ликвидации товарно-денежных отношений. Главк получает от соответствующих плановых органов (Комиссия использования, Глав- топ и т. п.) все необходимые ресурсы для распределения их между подведомственными ему предприятиями, и через главк сдается государству вся продукция этих предприятий.
В главкистскую систему серьезные коррективы были внесены рядом постановлений о местных органах экономического управления и о передаче части предприятий в непосредственное ведение мест. Последним из таких постановлений VIII всероссийского съезда советов (декабрь 1920 г.—СУ 1921 г. ч№ 1, ст. 3) непосредственное управление предприятиями в большинстве случаев передается губсовнархозам, за главками же сохраняется общее руководство, регулирование и контроль на основе единого хозяйственного плана и непосредственное управление лишь крупнейшими, явно поддающимися трестированию, предприятиями. Это решение являлось реализацией директивы IX съезда РКП(б) о переходе к социалистическому централизму в организации промышленности. Организационная задача этого перехода состояла в том, чтобы, «сохраняя и развивая вертикальный централизм по линии главков, сочетать его с горизонтальным соподчинением предприятий по линии хозяйственных районов»17.
Одновременно происходит постепенное вытеснение широких представительных коллегий 1917—1918 гг. единоличным управлением. Уже на II съезде советов народного хозяйства 26 декабря 1918 г. Ленин говорил, что «переход от коллегиального исполнения к личной ответственности составляет задачу дня». «Нужно поставить вопрос так, чтобы каждый член коллегии, каждый член ответственного учреждения взял в свои руки дело, отвечая за него целиком»18. IX съезд признал необходимым приблизить управление промышленностью к единоличию.
Большую роль в системе хозяйственного управления периода военного коммунизма играл такой орган как Чусоснабарм—чрезвычайный уполномоченный по снабжению армии. И ВСНХ, и Наркомпрод и другие хозяйственные наркоматы работали в тесном контакте с Чусоснабармом. Острый недостаток в сырье, топливе и продовольствии для рабочих привел к необходимости выделять наиболее важные «ударные» предприятия, чтобы их снабжать в первую очередь. «Ударность,— говорил 17 Стеногр. отчет IX съезда РКП, 1920, с. 375.
18 Л е н и н, т. XXIII, с. 447, 450.
б Курс сое. хоз. права
81


В. И. Ленин в 1920 г.,—это есть предпочтение одного производства из всех необходимых производств во имя его наибольшей насущности»19. К числу ударных относились предприятия, вырабатывавшие «предметы первейшей необходимости для военных, транспортных и прочих первоочередных потребностей»20. Однако оскудевающих ресурсов страны нехватало даже для снабжения всех ударных предприятий. !'
Для получения хлеба в условиях гражданской войны, в условиях небывалого падения производительных сил страны, когда промышленность ничего или почти ничего не могла дать крестьянству в обмен на хлеб и другие продукты, а между тем нужно было накормить и Красную армию и рабочее население городов, приходилось прибегать к внеэконо- •мическому принуждению. В противном случае угрожало поражение в гражданской войне. Поэтому всякое послабление в этой области Ленин рассматривал как величайшую опасность. Принудительные меры в области заготовок выливались в форму продразверстки на основе продовольственной диктатуры Наркомпрода, а в области потребительского снабжения выражались в виде обязательного кооперирования населения в связи с той же диктатурой Наркомпрода. «Заготовительная... деятельность, отражающая на себе основы государственной хозяйственной политики и построенная на принципе государственной повинности, принимающей все большее и большее распространение, должна составлять предмет исключительной компетенции государственных хозяйственных органов, всемерно использующих кооперативный аппарат в качестве подчиненного технического аппарата при заготовках». По декрету 16 марта 1919 г. о потребительских коммунах (СУ 1919 г. № 17, ст. 191), составленному при непосредственном участии В. И. Ленина, потребительская кооперация превращается в единый распределительный орган, и все население республики в обязательном порядке включается в потребительские коммуны. Система потребительского снабжения базировалась на жестком нормировании, классовом пайке и полном'запрещении «вольного рынка».
Установление продовольственной диктатуры Наркомпрода, привлечение рабочих организаций к заготовке продовольствия и организация комитетов бедноты в 1918 г. подготовили переход сначала 1919 г. к продразверстке. Система продразверстки заключалась в том, что Нарком- прод определял общую сумму излишков сельскохозяйственных продуктов, которые подлежали изъятию у крестьянства в данном году; эта сумма делилась по губерниям или районам, далее—по уездам, волостям и селениям, в зависимости от площади посева, урожая, количества населения и т. п.; сумма разверстки, причитавшаяся с данного селения, раскладывалась между отдельными хозяйствами по классовому принципу. Продукты, подлежавшие разверстке, отчуждались у населения по твердым ценам, а у хозяйств, не сдавших продуктов добровольно, запасы этих продуктов отбирались безвозмездно. Такой порядок в отношении зерновых хлебов и фуража был установлен декретом СНК И января 1919 г. (СУ 1919 г. № 1, ст. 10), а позднее распространен на картофель и другие продукты.
Товарообмен еще сохраняется в течение 1919 г. как мера дополпи- 19 JLe нин, т. XXVI, с. 70.
13 Отчет ВСНХ VIII съезду советов, М. 1920, с. 29—31.
82


тельная к разверстке для выкачки хлеба. Но основным методом продовольственной работы все более делается принуждение. «Мы, будучи в осажденной крепости, не могли продержаться иначе, как применением разверстки, т. е. взять все излишки у крестьян, какие только имеются, взять иногда даже не только излишки, а и кое-ч^го необходимое крестьянину, лишь бы сохранить способной к борьбе армию и не дать промышленности развалиться совсем»21.
| Необходимой составной частью системы продразверстки была мобилизация на это дело лучших сил рабочего класса. Созданные еще в начале 1918 г. рабочие продовольственные отряды, имевшие основной задачей организацию трудового крестьянства против кулаков, декретом 27 февраля 1919 г. (СУ 1919 г. № 10—11, ст. 106) были признаны «могучим средством» к улучшению продовольственного дела». «Эта мера,— говорил В. И. Ленин о продовольственных отрядах,—имеет не только продовольственное значение, она имеет значение общесоциальное и общеклассовое»22*
Пролетарское государство принимало также меры производственного характера по организации продовольственного снабжения рабочего населения. 28 января 1919 г. СНК издает декрет об организации государством посева хлебов (СУ 1919 № 2, ст. 25). По этому закону все земли, пригодные для посева хлебов и не находящиеся в пользовании отдельных лиц или коллективных хозяйств, поступают в распоряжение государства для организации на них посева хлебов.
Также на основах крайней централизации строится вся система производственного снабжения. Декретом 21 ноября 1918 г. (СУ № 83, ст. 879) была учреждена так называемая Комиссия использования. Она должна была определять, сколько каких продуктов предназначается для экспорта, сколько для промышленности, сколько для распределения среди населения. Другими словами главная задача Комиссии использования—выработка единого плана распределения всей продукции национализированной промышленности. Этой задачи в целом Комиссии использования, однако, так и не удалось охватить. Распределение металлов (как сырья, так и изделий) все время продолжало оставаться в руках Продрасмета; распределением минерального топлива ведал Главтоп; для распределения промышленного сырья между отдельными отраслями промышленности был создан особый Совет снабжения и распределения при ВСНХ; техническим снабжением армии и военной промышленности ведал Чусоснабарм. Все производственное снабжение строилось по системе централизованного распределения на основе заявок заинтересованных главков.
В обстановке крайнего падения производительных сил, при полном отсутствии практической проверки соответствия заявок действительным потребностям неизбежны были чудовищные бюрократические извращения.
Тов. Молотов на I всесоюзной конференции работников социалистической промышленности в 1931 г. дал такую характеристику системе производственного снабжения периода военного коммунизма: «Тогда... основной задачей... было централизованное перераспределение остатков 21 Л е н и н, т. XXVI, с. 300.
22 Л е н и н, т. XXIII, с. 461.
6Ф
83


промышленной продукции и сырья под углом обеспечения прежде всего нужд обороны... Предприятия получали сырье и нужные машины от вышестоящих хозяйственных органов и сдавали свою продукцию согласно указаниям сверху. О прибыльности и убытках, а следовательно и о себестоимости продукции, тогда не приходилось много рассуждать. Хозрасчета не существовало. Тогда это было необходимостью... в тяжелых условиях гражданской войны»23.
Декрет 15 июля 1920 г. о расчетных операциях (СУ 1920 г. № 67, ст. 305) предписывает производить все расчеты между советскими учреждениями и предприятиями путем бухгалтерского перечисления со счета потребителя в доход казны, а в конце 1920 г. и в начале 1921 г. отменяется плата за продовольственные пайки и предметы широкого потребления, за пользование почтой и телеграфом, за топливо, за жилые помещения, коммунальные услуги и т. п.
Йесмотря, однако, на почти полное запрещение торговли во всех главнейших отраслях народного хозяйства в период военного коммунизма, стихия «вольного рынка» просачивалась в сферу как потребительского, так и производственного снабжения. Широко известно прежде всего такое явление, как продовольственное «мешочничество». Далее, даже декрет о расчетных операциях (СУ 1920 г. №67, ст. 305), который предписывал исключительно безденежную форму расчетов между гос- органами, допускал, правда в очень узких пределах, обращение тех же самых госорганов к услугам частного рынка.
Наконец, в течение всего периода военного коммунизма госорганам приходилось прибегать к услугам частных подрядчиков, особенно по лесозаготовкам. Но нелегальный гражданский оборот в условиях тогдашней всеобщей недостачи продуктов несомненно далеко перехлестывал те узкие и тесные рамки, которые были отведены «частному рынку» законом. Спекуляция хлебом, мануфактурой, химикалиями и другими остродефицитными продуктами, нарушая государственные планы снабжения, нарушая государственную продовольственную политику, являлась одной из форм классовой борьбы эксплоататорских классов против пролетарской диктатуры. «Спекулянт, мародер торговли, срыватель монополии—вот наш главный «внутренний» враг, враг экономических мероприятий советской власти»,—писал В. И. Ленин в 1918 г.—«Экономическая основа спекуляции есть мелкособственнический, необычайно широкий на Руси, слой и частнохозяйственный капитализм, который в каждом мелком буржуа имеет своего агента... Спекуляция вместо государственной монополии врывается во все поры нашей общественно-экономической жизни»24.
§ 4. Восстановительный период (1921—1927/28 гг.)
Основная предпосылка перехода от военного коммунизма к новой экономической политике—прекращение гражданской войны. «Как только мы действительно прочно покончили с внешним врагом,—говорил В. И. Ленин 26 мая 1921 г. на всероссийской конференции РКП(б),— а это лишь к 1921 году оказалось фактом,—перед нами встала... задача 23 Стеногр. отчет I всесоюзной конференции работников социалистической промышленности, с. 168.
24 Ле н и н, т. XXII, с. 514.
84


экономического союза между рабочим классом и крестьянством»25. Основа этого союза—обмен продуктов промышленности на сельскохозяйственные.
Действительной и единственной базой для упрочения ресурсов п для создания социалистического общества является только крупная промышленность. А для восстановления крупной промышленности нужен обеспеченный и достаточный продовольственный и сырьевой фонд. Этот фонд могло дать только крестьянство. Для того чтобы обеспечить возможность развиваться мелкому крестьянскому хозяйству, X съезд РКП(б) заменил продразверстку натуральным налогом, так как «при разверстке крестьянские мелкие хозяйства не имеют правильной экономической базы и на многие годы осуждены оставаться мертвыми»26.
21 марта 1921 г. ВЦИК издает декрет о замене продовольственной и сырьевой разверстки натуральным налогом (СУ 1921 г. № 26, ст. 147), а через неделю СНК разрешает свободный обмен, покупку и продажу сельскохозяйственных продуктов в губерниях, закончивших разверстку.
Резолюция майской конференции РКП(б) 1921 г. «основным рычагом новой экономической политики» признает товарообмен, как базу для создания вполне устойчивой формы экономического союза пролетариата и крестьянства на период перехода от капитализма к социализму»27.
Наряду с постоянной заботой о развертывании обмена и товарооборота в стране мы видим целый ряд мероприятий по восстановлению и развитию кустарной и мелкой промышленности. 17 мая 1921 г. СНК постановляет принять необходимые меры к развитию кустарной и мелкой промышленности как в форме частных предприятий, так и в кооперативной форме, а также к всемерному развитию сельскохозяйственной кооперации. (СУ 1921 г. № 47, ст. 230). В развитие этого постановления 7 июля 1921 г. издаются специальные декреты о промысловой кооперации и о кустарной и мелкой промышленности. Одновременно кооперативам* и отдельным гражданам предоставляется брать в аренду мелкие государственные промышленные предприятия с целью их эксплоатации.
9 августа 1921 г. СНК издает наказ о проведении в жизнь начал новой экономической политики (СУ 1921 г. № 59, ст. 403). Наказ дает на основе решений X съезда партии и майской партийной конференции 1921 г. общие установки для перестройки системы управления государственной промышленностью (перевод на хозрасчет, сдача в аренду), для развития кустарной и мелкой промышленности, для развертывания государственного и кооперативного товарообмена, поднятия и укрепления устойчивости денежной системы и т. п.
Основная задача момента, как она формулирована декабрьской XI всероссийской конференцией РКП 1921 г., «исходя из наличия рынка и считаясь с его законами, овладеть им и путем систематических, строго обдуманных и построенных на точном учете процесса рынка экономических мероприятий, взять в свои рукц регулирование рынка и денежного обращения»28. Однако, первоначальные предположения, имевшиеся 25 Ленин, т. XXVI, с. 388.
26 Там же, с. 393.
27 Протоколы X всероссийской конференции РКП (б). Партиздат, 1933 с. 92.
28 Савельев и Поскребышев, Директивы ВКП(б) по хозвопро- сам, 1931, с. 71. Ср. пост. IX всероссийского съезда советов по вопросам эконом, политики, там же, с. 79.
85


в виду при переходе к нэпу—«более или менее социалистически обменять в целом государстве продукты промышленности на продукты земледелия и этим товарообменом восстановить крупную промышленность», не осуществились, так как «товарообмен... вылился в куплю-продажу... Потрудитесь приспособиться к ней,—предупреждал В. И.,—иначе стихия купли-продажи, денежного обращения захлестнет вас»29.
Развитие гражданского оборота, необходимость дать почувствовать крестьянству, что нэп установлен «всерьез и надолго» (хотя и не навсегда), и необходимость привлечения частного капитала к участию на определенных условиях в восстановлении хозяйства страны заставляет поставить вопрос об обеспечении определенной устойчивости экономических, а следовательно и правовых отношений, С этим связана необходимость дальнейшего укрепления революционной законности.
«Перед нами сейчас задача развития гражданского оборота—этого требует новая экономическая политика,—говорил Ленин на IX всероссийском съезде советов,—а это требует большей революционной законности.... Чем дальше идет развитие гражданского оборота, тем настоятельнее необходимо выдвинуть твердый лозунг осуществления большей революционной законности»30. «Революционная законность первого периода нэпа.—говорил т. Сталин на январском пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) 1933 г.,—обращалась своим острием, главным образом, против крайностей военного коммунизма, против «незаконных» конфискаций и поборов. Она гарантировала частному хозяину, единоличнику, капиталисту сохранность их имущества при условии строжайшего соблюдения ими советских законов»31.
Необходимые гарантии были даны декретом 22 мая 1922 г. об основных частных имущественных правах, признаваемых РСФСР (СУ, 1922 г. № 36, ст. 423). Этот декрет имел целью установление точных взаимоотношений государственных органов с частными лицами, а также взаимоотношений частных лиц и их объединений между собой. Декрет об основных частных имущественных правах предусматривал право частной собственности на мелкие промышленные предприятия, на немуниципализированные строения, предметы сельского хозяйства и т. п., право застройки, так называемые исключительные права—авторское право, право на изобретения, на фирму, на товарный знак, провозглашал обязательность заключенных в соответствии с законом договоров и устанавливал судебный порядок разрешения гражданских споров. Несомненно, что декрет 22 мая 1922 г. явился крупнейшим шагом по пути укрепления революционной законности. Одновременно с изданием декрета об основных частных имущественных правах той же сессией ВЦИК был утвержден закон о трудовом землепользовании (СУ 1922 г., № 36, ст. 426), имевший целью создание правильного и устойчивого пользования землею, необходимого для восстановления и развития сельского хозяйства, и учреждена государственная прокуратура для осуществления надзора за соблюдением законов (СУ 1922 г. № 36, ст. 424). Прокуратура по 29 Л е н и н, т. XXVII, с. 67, 68.
80 Там же, с. 140.
81 Сталин, «Вопросы ленинизма». Дополнение, с. 36. Разрядка наша.
I
86


мысли Лепина «обязана делать только одно: следить за установлением действительно единообразного понимания законности во всей республике, несмотря ни па какие местные различия и вопреки каким бы то пи было местным влияниям»32.
Наконец, 31 октября 1922 г. 4 сессией ВЦИК IX созыва был принят и с 1 января 1923 г. введен в действие Гражданский кодекс РСФСР. Выступая 31 октября 1922 г. на сессии ВЦИК, Владимир Ильич говорил о гражданском кодексе: «Мы и здесь старались соблюсти грани между тем, что является законным удовлетворением любого гражданина, связанным с современным экономическим оборотом, и тем, чго представляет собой злоупотребление нэпом, которое во всех государствах легально, и которое мы легализовать не хотим»33.
В гражданском кодексе подытожены завоевания первых лет революции, и закреплены за государством основные командные высоты социалистического хозяйства: монополия внешней торговли (ст. 17), исключительная собственность пролетарского государства на землю (ст. 21) национализация промышленности, железнодорожного транспорта и торгового флота (ст. 22). Ряд статей ГК устанавливает определенные преимущества для пролетарского государства и трудящихся в гражданском обороте. При о^щей оценке нашего ГК необходимо учитывать однако, что в 1922 г., когда вводился ГК, на первом плане стояли задачи добиться подъема производительных сил, ценой даже известного роста капитализма, наладить торговую смычку между городом и деревней, создать устойчивые формы оборота. Этим объясняется, почему многие статьи ГК заимствованы из буржуазных гражданских кодексов (главным образом Германии и Швейцарии). Как неоднократно повторял П. И. Стучка: «если два класса делают одно и то же, это не одно и то же. Особенно верно это, если оба класса являются полярными противоположностями, как капиталисты и пролетарии»34 *. Применение ГК советскими судами раскрыло его действительное содержание. Верховным судом РСФСР под руководством т. Стучка было сформулировано положение о презумпции государственной собственности, установлено, что институт давности к искам государства не применяется, институт возмещения вреда жизни и здоровью истолкован как дополнение к социальному обеспечению зб.
После издания ГК РСФСР весьма близкие по содержанию гражданские кодексы были изданы в других союзных республиках: 16 декабря 1922 г. был утвержден Гражданский кодекс УССР, в 1923 г.—гражданские кодексы БССР, Аз. ССР и ССР Грузии, 27 ноября 1924 г.—Гражданский кодекс УзбССР и 14 —24 февраля 1925 г.—ТуркССР.
Еще раньше ГК—20 марта 1922 г.—было издано положение о векселях (СУ 1922 г. № 25, ст. 285), которое узаконило и ввело в определенные рамки вексельную практику, «самотеком» внедрившуюся в наш гражданский оборот сейчас же после введения нэпа. Вплоть до самого 1930 г. вексельный оборот играет весьма важную роль в народном хозяйстве, не только в частном, но и в социалистическом его секторе.
Ряд правовых институтов, предусмотренных декретом 22 мая 1922 г. и не вошедших в Гражданский кодекс, как например исключительные 32 Л е н и н, т. XXVII, с. 299.
33 Там же, с. 319.
34 Стучка, Революционная роль советского права, с. 154—155. *■
36 П. И. С т у ч к а, ГК и практика его применения. Тезисы. М. 1929.
87


права, были урегулированы отдельными законодательными'' актами—о товарных знаках, о патентах на изобретения, об авторском праве.
Большое внимание уделяется вопросам регулирования оборота. Немедленно после введения в действие Гражданского кодекса, 2 января 1923 г. издается закон (СУ 1923 г. № 14, ст. 173), запрещающий частное посредничество в сделках между госорганами, закон, вообще направленный к пресечению тех «злоупотреблений нэпом», о которых говорил В. И. Лепин.
В те же годы—1923—1925—создаются специальные организации по регулированию торгового оборота—товарные биржи, ярмарки, торговые палаты и т. п. 17 июля 1923 г. при СТО образуется специальная Комиссия по регулированию внутренней торговли (Комвнуторгкпри СТО), реорганизованная впоследствие в Наркомвнуторг.
Еще раньше, с 1921 г., начинается строительство кредитнобанковской системы, сведенной на-нет военным коммунизмом. 12 октября 1921 г. в составе НКФ учреждается Госбанк РСФСР (впоследствии СССР). Дальнейшее развитие кредитной системы пошло по пути создания целой сети специальных банков по кредитованию и финансированию отдельных отраслей народного хозяйства (Промбанк, Сельскохозяйственный банк с системой обществ сельскохозяйственного кредита и кредитной кооперацией, коммунальные банки, Электробанк и другие). Частный капитал получает право организовать так называемые общества взаимного кредита.
Исключительное значение с первых лет нэпа приобретает кооперация как одна из важнейших форм смычки между рабочим классом и крестьянством^ как лучшая форма организации товарообмена (потребительская кооперация) и как одно из важнейших средств подъема производительных сил в сельском хозяйстве и в кустарной промышленности (сельскохозяйственная и промысловая кооперация). 28 декабря 1923 г. отменяется обязательная приписка граждан к единым потребительским обществам, и потребительская кооперация реорганизуется на началах добровольного членства. 20 мая 1924 г. издается специальный союзный закон о потребительской кооперации, заложившей основу тех организационных форм потребительской кооперации, в которых она существует до настоящего времени. В августе того же 1924 г. почти одновременно издаются два закона—о сельскохозяйственной кооперации (СЗ 1924 г. № 5, ст. 61) и о жилищной кооперации (СЗ 1924 г. № 5, ст. 60).
Говоря о двойственной природе нэпа на XVI съезде ВКП(б), т. Сталин подчеркивал, что «нэп предполагает не только отступление и допущение оживления частной торговли, допущение оживления капитализма при обеспечении регулирующей роли государства... Нэп предполагает вместе с тем на известной стадии развития наступление социализма на капиталистические элементы, сужение поля деятельности частной торговли, относительное и абсолютное сокращение капитализма, растущий перевес обобществленного сектора над сектором необобществленным, победу социализма над капитализмом»36. Еще в 1922 г. на XI съезде РКП(б) Ленин сказал, что отсгу- 36 Сталин, «Вопросы ленинизма», с. 529,
88


пление кончено37. В декабре 1925 г. XIV създ РКП(б) отмечает уже «экономическое наступление пролетариата на базе новой экономической политики и продвижение экономики СССР в сторону социализма»38.
Это наступление означает прежде всего «рост социалистической промышленности и вовлечение под ее руководством и при помощи кооперации все большей массы крестьянских хозяйств в русло социалистического строительства»39.
Усиливается роль планового начала и плановых органов. Начинают составляться контрольные цифры по народному хозяйству на каждый год. Усилению планового начала и укреплению роли и значения планирующих органов много содействовало образование Союза ССР (в июле 1923 г.). Создание СТО и Госплана СССР, а также объединенных наркоматов СССР и выделение важнейших (ведущих) отраслей промышленности в непосредственное ведение ВСНХ СССР немало способствовало действительному внедрению в жизнь принципа централизации планирования при децентрализации управления.
Особенно острые и порой ожесточенные формы приняла борьба за внедрение плановости в кредитные отношения. Самая идея планирования кредита^встречала в свое время упорное сопротивление со стороны буржуазных специалистов банковского дела, являвшихся в этом отношении выразителями интересов кулацких и других капиталистических элементов страны.
В целях содействия производственному кооперированию крестьянства и развитию обобществленных форм сельского хозяйства предоставляется ряд льгот и преимуществ сельскохозяйственной кооперации, принимается ряд мер по укреплению колхозов, по созданию для них необходимой технической базы, по борьбе с попытками кулацких элементов прикрыть формой коллективных (вернее лжеколлективных) хозяйств свое эксплоататорское хозяйство и т. п. Создается специальный фонд долгосрочного кредитования колхозов. Одновременно выдвигается на очередь, как одна из важнейших задач, необходимость дальнейшего укрепления и развития совхозов как последовательно социалистических предприятий в сельском хозяйстве.
Вместе с тем развитие социалистического наступления на базе нэпа не исключает мер по дальнейшему поощрению частной предпринимательской инициативы и по привлечению частного капитала на известных условиях к участию в хозяйственном строительстве. Такое значение имеет например закон 29 января 1926 г. об отмене максимума наследования (СЗ 1926 г. № 6, ст. 37), ранее ограниченного суммой в 10 000 руб. Таковы далее меры, направленные к активизации концессионного дела, привлечению частного капитала к участию в жилищном строительстве и т. п.
Переход к нэпу вызвал необходимость в коренной перестройке и всей системы управления государственным хозяйством. Государственные предприятия переводятся на хозрасчет. Утвержденные СТО 12 августа 1921 г. основные положения о мерах к восстановлению крупной про37 Ленин, т. XXVII, с. 238 и сл. Ср. также т. XXVII, с. 168 и сл.
38 Стеногр. отчет XIV съезда ВКП(б), Партиздат, 1926, с. 958.
39 Там же, с. 959.
89


мышленности и поднятию и развитию производства (СУ 1921 г. № 63, ст. 462) устанавливают, что наиболее крупные и технически оборудованные предприятия в данной отрасли промышленности соединяются в осо- 7 бые объединения, организуемые на началах хозрасчета. Этим объединениям дается право распоряжаться своей продукцией, реализовать ее * на рынке, им предоставляется значительная хозяйственная и оперативная самостоятельность. В качестве ближайшей задачи перед ними стави- ^лось достижение безубыточности производства. Вскоре такие объедине- ^ния получили названия трестов40.
«Перевод госпредприятий на так называемый хозрасчет,—писал В. И. Ленин в конце 1921 г.,—неизбежно и неразрывно связан с новой экономической политикой и в ближайшем будущем этот тип... станет преобладающим, если не исключительным. Фактически это означает в обстановке допущенной и развивающейся свободы торговли перевод госпредприятий в значительной степени на коммерческие основания»41.
Эти мысли Ленина получают отражение в типовом уставе треста, I изданном ВСНХ в сентябре 1922 г., и окончательно закрепляются в ст. 19 I Гражданского кодекса: «государственные предприятия и их объедипе- / ния, переведенные на хозяйственный расчет и не финансируемые в сметном порядке, выступают в обороте как самостоятельные и не связан- ч ные с казной юридические лица».
10 апреля 1923 г. издается декрет о государственных промышленных трестах (СУ 1923 г. № 29, ст. 336). Согласно ст. 1 декрета «государственными трестами признаются государственные промышленные предприятия, которым грсударство предоставляет самостоятельность в производстве своих операций согласно утвержденному для каждого из них уставу, и которые действуют на началах коммерческого расчета с целью извлечения прибыли». Трест пользуется правами юридического лица (ст. 2), т. е. может самостоятельно выступать в обороте, приобретать имущество, вступать в обязательства и т. п. Каждому тресту выделяется определенное имущество—уставный капитал (ст. 15). Продукция треста состоит в его свободном распоряжении и реализуется по ценам, определяемым по соглашению с покупателем (ст. 48), хотя тресты и обязаны при покупках и продажах оказывать преимущество госорганам и кооперативным организациям (ст. 50). Установление обязательных для трестов отпускных цен (ст. 48), а также «занаряживание» их продукции для нужд государства по ценам ниже рыночных (ст. 49) допускается лишь в виде исключения, по особым постановлениям высших органов. Однако, пользуясь широкой хозяйственной самостоятельностью, тресты не могут противопоставить эту свою самостоятельность в гражданском обороте пролетарскому государству и «право государства распоряжаться всем свободным от обязательств достоянием трестов, железных дорог и пр. остается неограниченным»42. Высшим органом управления трестом, решающим основные вопросы его хозяйственной деятельности и имущественного положения, является ВСНХ или соответственно другой хозяйственный наркомат.
Являясь основным звеном управления промышленностью в первые годы нэпа, TjfccT как организационная форма с необыкновенной быстро40 Самое наименование трест (Trust) заимствовано из Америки.
41 Л е н и н, т. XXVII, с. 148.
42 Резолюция XII съезда РКП(б), см. Стеногр. отчет, 1923, с. 628.
90


той проникает в другие отрасли народного хозяйства. Создаются тресты' сельскохозяйственные, коммунальные, курортные, домовые и т. п. На началах треста организуются государственные речные пароходства и государственные торговые предприятия (торги). На основе положения о трестах организуются государственные и общественные издательства.
Дальнейшее развитие организационной формы треста пошло в основном по двум направлениям—укрепления планового начала в работе треста и укрепления самостоятельности предприятий (фабрики, завода) в составе треста. Если мы сравним изданное на переломе от восстановительного к реконструктивному периоду, «положение о трестах 29 июня 1927 г.» (СЗ 1927 г. № 39, ст. 392) с «Декретом о трестах» 10 апреля 1923 г., то прежде всего мы увидим, что цель извлечения прибыли заменена задачей выполнения «плановых заданий» и, во-вторых, что целый раздел нового положения посвящен организации управления входящими в состав треста производственными предприятиями, т. е. фабриками и заводами. Этот раздел положения о трестах представляет собой первый шаг по намеченному XV конференцией ВКП(б) в конце 1926 г. пути к освобождению низших звеньев системы хозяйственного управления от мелочной опеки, контроля и отчетности, с одновременным повышением ответственности их руководителей, т. с. красных директоров за работу предприятия, так как «аппарат управления основными производственными ячейками (фабрика, завод) в достаточной степени окреп и овладел делом».
Укреплению планового начала в нашей государственной промышленности много содействовали государственные синдикаты. Синдицирование началось у нас с весны 1922 г. Основной задачей советских синдикатов являлось объединение торговой деятельности трестов, согласование их торговых операций в целях уничтожения конкуренции между трестами в их «борьбе за рынок». По общему правилу синдикаты строились, как добровольные объединения трестов, на паевых началах. Обычными функциями синдикатов являлось, кроме согласования заготовительной и сбытовой деятельности трестов, также непосредственное ведение синдикатом заготовительных и сбытовых операций.
Благодаря своему монопольному положению советские синдикаты являлись мощным орудием экономической политики пролетарского государства.
Круг функций и задач, поставленных перед советскими синдикатами, из года в год все расширялся. Все увеличивалась роль и значение синдикатов в планировании соответствующих отраслей промышленности. Специальным постановлением ЦИК и СНК СССР от 20 июня 1928 г. о реорганизации системы управления текстильной промышленностью (СЗ 1928 г. 38, ст. 350), крупнейший синдикат того времени Всесоюзный текстильный синдикат (ВТС) был объединен с главным текстильным управлением ВСНХ. Это был первый опыт полного объединения в одном хозрасчетном органе—синдикате—функций по планированию и регулированию промышленности с собственно-синдикатскими функциями по сбыту и заготовкам. В дальнейшем опыт ВТС был широко использован в ряде других синдикатов (Соль, Спичечный синдикат и др.) и послужил в дальнейшем основой новой организационной формы— отраслевых объединений промышленности.
91


§ 5. Первая пятилетка (1928—1932 гг.)
Х1Упартийнып съезд (1925 г.) дал лозунг социалистической индустриализации. XV. партконференция (1926 г.) констатировала, что «с завершением восстановительного периода дальнейшее развитие народного хозяйства упирается в недостаточность и отсталость унаследованной от буржуазного общества производственно-технической базы»43. Подведение под дальнейшее развитие советского хозяйства новой производственно-технической базы, создание передовой, мощной машинной индустрии как основы реконструкции всего народного хозяйства,— такова первая из задач первой пятилетки.
Но «нельзя без конца, т. е. в продолжение слишком долгого периода времени базировать советскую власть и социалистическое строительство на двух разных основах, на основе самой крупной и объединенной социалистической промышленности и на основе самого раздробленного и отсталого мелкотоварного крестьянского хозяйства»44. Поэтому XV партсъезд (1927 г.) выдвигает лозунг широкого форсированного наступления на кулачество. В 1928 г. партия развертывает огромное строительство государственных зерновых фабрик-совхозов и приступает к организации МТС—опорных пунктов социалистической реконструкции сельского хозяйства. Перевод мелкого раздробленного крестьянского * хозяйства на рельсы крупного обобществленного хозяйства—вторая из центральных задач первого пятилетнего плана.
XVI партсъезд (1930 г.)—съезд развернутого социалистического наступления по всему фронту. В ожесточенной борьбе с остатками ликвидируемых и вытесняемых из всех позиций капиталистически элементов при бешеном сопротивлении кулачества, преодолевая вредительство, в борьбе с контрреволюционным троцкизмом и агентурой кулачества—правым уклоном—партия мобилизует на выполнение пятилетки в четыре года миллионные массы трудящихся, развертывает мощное движение соцсоревнования и ударничества и, несмотря на все трудности, на сопротивление многочисленных врагов и вопли маловеров, добивается успешного выполнения пятилетки. В итоге построен фундамент социалистической экономики, разгромлен последний капиталистический класс в стране, создана новая производственно-техническая база развития народного хозяйства, в деревне окончательно победил колхозный строй, полная победа социализма в СССР обеспечена.
На всех этапах этой всемирно-исторической борьбы партия и советская власть широко используют хозяйственное законодательство в качестве одного из важнейших рычагов пролетарской диктатуры.
На переломе к первой пятилетке по-новому ставится вопрос о смычке рабочего класса с крестьянством. На первый план выдвигается вопрос о производственной смычке, о производственной помощи социалистической промышленности мелкому крестьянскому хозяйству, вступающему на путь социалистической реконструкции. Один из важнейших путей реализации новых форм смычки—договоры контрактации сельскохозяйственной продукции. Директива ЦК 26 августа 1929 г. и закон 7 октября 1929 (СЗ 1929 г. № 65, ст. 610) определяют контрактационный договор как двустороннее обязательство: с одной сторо43 Степогр. отчет XV партконференции, Госиздат 1927, с. 775.
44 Сталин, «Вопросы ленинизма», с. 362.
92


ны—обязательство колхоза (и единоличных крестьянских хозяйств) сдать свою товарную продукцию государству, с другой—обязательство государства о производственной помощи контрактанту. Ставя своей задачей улучшить снабжение промышленности сырьем и трудящихся продовольствием, контрактация в то же время сыграла огромную роль в деле технического перевооружения и коллективизации сельского хозяйства.
1929 год—год «великого перелома». Партия поворачивает «от старой политики ограничения (и вытеснения) капиталистических элементов деревни к новой политике ликвидации кулачества как класса»45. Развертывается мощное движение основных масс крестьянства за коллективизацию. Декрет ЦИК и GHK СССР 1 февраля 1930 г. «О мероприятиях по социалистическому переустройству сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством» (СЗ 1930 г. № 9, ст. 105) не только запрещает в районах сплошной коллективизации основные формы кулацкой эксплоатации—аренду земли и наемный труд,—но и дает краевым (областным) исполкомам право применять в этих районах решительные меры борьбы с кулачеством—вплоть до полной конфискации имущества и выселения кулаков, т. е. раскулачивания. Этот закон не только оформил массовое колхозное движение, но и сам в свою очередь явился цементирующим и организующим это движение фактором. Вслед за ним в течение 1930 и 1931 гг. следует целый ряд законодательных актов по вопросам колхозного движения. Эти законы—средцних такие важнейшие, как постановление УГ съезда советов СССР о колхозном строительстве (СЗ 1931 г. № 17, ст. 160) и примерный устав сельскохозяйственной артели от 2 марта 1930 г. (СЗ 1930 г. № 24, ст. ^55)—ставят хозяйственную и производственную работу колхозов на твердые организационные основания.
1929 г.—не только год решительных достижений сельскохозяйственной политики партии, это вместе с тем и год начала полной перестройки всей системы хозяйственного управления в соответствии с новыми задачами и условиями социалистического строительства. Тов. Каганович в докладе на III Московской областной конференции отметил, что в основном новый «организационный план был намечен т. Сталиным еще в 1929 г., и его придерживался Центральный комитет во всей своей работе»46.
Важнейшим документом, относящимся к 1929 г., в котором этот план нашел сцое выражение, было постановление ЦК 5 декабря 1929 г. о реорганизации управления промышленностью. Это постановление имело совершенно исключительное значение для практики организационного строительства всего народного хозяйства. В нем содержится целый ряд положений, актуальных в полной мере до сегодняшнего дня: признание предприятия основным звеном системы управления промышленностью (внимание низовому звену), необходимость последовательного проведения и укрепления хозрасчета, принцип технизации руководства, подчеркнуто значение проблемы кадров и т. д.
Для того чтобы ликвидировать параллелизм в работе синдикатов и главных управлений BGHX, постановление ЦК 5 декабря 1929 г. признало необходимым упразднить главные управления и создать вместо 46 Сталин, «Вопросы ленинизма», с. 464.
48 К а г а н о в и ч, От XVI к XVII съезду партии, Моспартиздат. 1934, с. 26.
93


них на базе синдикатов хозрасчетные организации по руководству отдельными отраслями промышленности (отраслевые объединения). Создание объединений означало таким образом сочетание в одном хозрасчетном органе синдикатских функций по организации сбыта и снабжения и руководству коммерческо-финансовой деятельностью с пла- ново-регулирующими функциями главка в области планирования производства и капитального строительства, технического руководства предприятиями и т. п.
Основные принципы, положенные согласно постановлению ЦК ВКП(б) 5 декабря 1929 г. в основу реорганизации управления промышленностью, получили широкое распространение в других отраслях народного хозяйствам совхозной системе основным звеном управления становится совхоз, в торговле—магазин, в водном транспорте—судно и т. п. Отраслевые объединения создаются по линии всех хозяйственных наркоматов и кооперации.
Однако при практическом проведении в жизнь реорганизации управления промышленностью были допущены серьезные ошибки. XVI съезд ВКП(б) признал, что завершение реорганизации управления промышленностью должно быть проведено, «исходя из следующих основных принципов: а) обеспечения системы единоначалия во всех звеньях промышленности; б) обеспечения промышленным предприятиям максимальной самостоятельности и инициативы в деле выполнения плановых заданий; в) усиления технического руководства работой предприятий; г) устранения вредного параллелизма в работе хозорганов и упрощения всей системы планирования и управления 'промышленностью».
Второй важнейшей мерой по организационной перестройке всей системы социалистического хозяйства наряду с реорганизацией"\прав- ления промышленностью явилась кредитная реформа 1930 г. Метод коммерческого кредитования, в силу которого /хозорганы оказывают друг другу кредит путем купли-продажи товаров с уплатой векселями, оказался на данном этапе развития в явном противоречии с плановыми началами, на которых строится вся система советского хозяйства, и с необходимостью лх дальнейшего укрепления и углубления. Коммерческий кредит уступил свое место банковскому (закон о кредитной реформе 30 января 1930 г. G3 1930 г. № 8, ст. 98). Все хозорганы отныне должны были кредитоваться только в Государственном банке. Все расчеты между хозорганами также должны были проводиться обязательно через банк.
Одйако при проведении в жизнь кредитной реформы 1930 г. допущены были грубые извращения. Госбанк присвоил себе несвойственную и непосильную для него задачу планирования и регулирования всего народного хозяйства. Явным извращением было огульное (автоматическое) кредитование под план, вне всякой зависимости от фактического его выполнения; это приводило к нарушению принципов хозрасчета и к ослаблению договорных связей между хозорганами. Эти извращения объяснялись неподготовленностью аппарата Госбанка к проведению кредитной реформы, а также прямым вредительством: вредители засели не только в аппарате, но и в самом правлении Госбанка.
Постановлениями СНК СССР от 14 января 1931 г. (G3 1931 г. № 4, ст. 52) и от 20 марта 1931 г. (СЗ 1931 г. № 18, ст. 166) было ликвидировано автоматическое кредитование под план; договор был признан ос94


новой для организации хозяйственных взаимоотношений между хозор- ганами и обязательным условием получения кредита в банке. Расчету между хозорганами банк должен был производить отныне не иначе, как на основе фактического выполнения договора поставщиком (продавцом), по мере фактической отгрузки товара, и притом только по распоряжению или с согласия покупателя (акцепт).
За законами 14 января и 20 марта 1931 г. последовал целый ряд других законодательных актов, вводивших поправки к кредитной реформе. В результату советский кредит стал тем, чем он должен быть: мощным орудием планового воздействия пролетарского государства на народное хозяйство, средством укрепления хозрасчета, договорной, плановой и финансово-ь^редитной дисциплины.
Вслед за промышленностью и кредитом коренным образом перестроилась также система советского товарооборота. Совместное обращение ЦК, СНК СССР и Центросоюза от 10 мая 1931 г. (СЗ 1931 г. №29, ст. 224) констатировало серьезнейшие недочеты в работе основного звена советской торговли—потребительской кооперации. В работе потребкооперации замечается «нэпманский душок», вместо развернутой советской торговли она занимается сплошь и рядом лишь «механическим распределением товаров». Потребительская кооперация забыла, что ликвидация частной торговли отнюдь не означает ликвидации торговли вообще, а требует усиленного развертывания советской торговли, торговли «без спекулянтов—малых и больших»47; в потребительскую кооперативную систему недостаточно внедрен хозрасчет.и т. д. Вслед за майским обращением следует длинная цепь актов, направленных на развертывание советской торговли, на ее регулирование в соответствии с производственными и строительными задачами государства и т. д.
В связи с укреплением хозрасчета и развертыванием советской торговли огромное значение приобретают вопросы договорной дисциплины. Постановлением ЦИК и СНК СССР 18 февраля 1931 г. (СЗ 1931 г. №10, ст. 109) правительство предлагает всем хозорганам оформлять свои заказы и поставки путем заключения письменных договоров, с тем^ что директоры и руководители предприятий несут уголовную ответственность за невыполнение или ненадлежащее выполнение договоров. Создаются специальные государственные органы по укреплению хозрасчета и поддержанию договорной дисциплины—органы государственного и ведомственного арбитража. Начиная с 1931 г., прочно вводится в практику организованный и планомерный порядок заключения договоров (договорные кампании).
Центральным ядром организационного плана первой пятилетки явились исторические шесть условий т. Сталина. Речь 23 июня 1931 г. «Новая обстановка—новые задачи хозяйственного строительства»— документ величайшего исторического значения. Здесь сконцентрировано основное, за что должен был ухватиться пролетариат, чтобы вытащить всю цепь первой пятилетки. Шесть условий сыграли колоссальную, решающую роль в выполнении плана третьего «решающего» и четвертого «завершающего» годов пятилетки. Итоговый лозунг шести условий— конкретное руководство—вместе с тем важнейший лозунг, под которым идет организационное строительство второй пятилетки.
47 Сталин, «Вопросы ленинизма». Дополнение, с. 32.


§ 6. Вторая пятилетка
Основной политической задачей второй пятилетки является ликвидация классовых различий и классов вообще. Социалистический способ производства должен стать единственным способом производства, а социалистическая форма собственности—единственной формой собственности на средства производства.
На пороге второй пятилетки 7 августа 1932 г. издан исторический ^•декрет «Об охране и укреплении общественной (социалистической) собственности» (СЗ 1932 г., № 62, ст^ 360). Этот закон имеет основоположное значение для всего социалистического строительства, а тем самым и для всей системы советского хозяйственного права. Охрана общественной собственности—«основная забота революционной законности» на данном этапе в отличие от революционной законности первого этапа нэпа, направленной своим острием против крайностей военного коммунизма.
К закону 7 августа 1932 г. непосредственно примыкает по своим целям и установкам декрет ЦИК и СНК СССР 22 августа 1932 г. о борьбе со спекуляцией, подчеркивающий необходимость всячески искоренять частника, перекупщика и спекулянта.
Противопоставляя принципиально общественную (социалистическую) собственность частной и социалистические формы хозяйства частнохозяйственным, советское законодательство первых лет второй пятилетки проводит,вместе с тем четкое различие между двумя формами общественной (социалистической) собственности: государственной и колхозно-кооперативной. Смазывание существенных отличий между ними принципиально недопустимо, политически ошибочно.
Пролетарское государство применяет ряд мер к укреплению колхозно-кооперативной формы хозяйства, ряд мер по организационнохозяйственному укреплению колхозов и основной формы колхозного строительства на данном этапе—артели. В частности, величайшее значение для организационно-хозяйственного укрепления колхозов и реализации лозунга т. Сталина о зажиточных колхозниках и большевистских колхозах имеют законы об обязательной поставке государству сельскохозяйственной продукции (закон 19 января 1933 г.— СЗ 1933, № 4, ст. 25) и о договорных отношениях МТС с колхозами (примерный договор, утвержденный СНК СССР в новой редакции 17 февраля 1934 г.—СЗ 1924 г. № 11, ст. 68).
Окончательная победа генеральной линии партии и полный разгром капиталистических элементов не означают прекращения классовой борьбы внутри страны, не говоря уже о борьбе социализма и капитализма на международной арене, но классовая борьба принимает новые формы. Это борьба вокруг общественной (социалистической) собственности, борьба за воспитание новой дисциплины, борьба с антигосударственными тенденциями, с извращениями хозрасчета и т. д.
Центральное значение во второй пятилетке имеет организационный вопрос. Здесь—ключ к решению таких задач второго пятилетнего плана, как освоение новой техники и повышение качества. Решения XVII съезда ВКП(б) отмечают основные недочеты, которыми страдают до сих пор советский государственный и кооперативный аппараты: канцелярско-бюрократические методы руководства и невнимание к низо-
06


вым звеньям, дача «общих отвлеченных директив вместо конкретного руководства, разбухание штатов, функционалка, слабость единоначалия, открытые и скрытые нарушения партийной и государственной дисциплины».
Решения XVII партсъезда намечают целую систему мер для устранения этих недостатков и улучшения работы всех органов пролетарской диктатуры. Эти меры идут по линии дальнейшего и последовательного проведения в жизнь принципов, установленных как в речи т. Сталина (6 условий), так и известными решениями партии и правительства о политотделах в МТС и совхозах, об угольной промышленности Донбасса 8 апреля 1933 г. (СЗ 1933 г. 25, ст. 148) и о железнодорожном транспорте 3 июля 1933 г. (СЗ 1933 г. № 40, ст. 237).
Первые два года второй пятилетки отмечены рядом крупных законодательных актов, относящихся к различным отраслям хозяйственного строительства. Эти акты представляют собой нечто целое, внутренне связанное. Они как бы подытоживают результаты победоносного социалистического наступления за первую пятилетку и формулируют твердые организационные основания хозяйственного строительства Советского союза на последующие годы. В. нескольких тезисах можно попытаться кратко формулировать важнейшие принципы, заложенные в советское хозяйственное законодательство сегодняшнего дня.
Эго будут примерно такие положения.
Общественная (социалистическая) собственность как основа советского строя. План как незыблемый закон советского государства. Хоз- / расчет как основной метод управления социалистическим^ предприя- * тиями. Единоначалие, необходимость его укрепления на всех ступенях советской организации. Конкретное руководство и ряд принципов, - с ним связанных: подбор людей, проверка исполнения, ликвидация / функционалки, приближение руководящих органов к производству,,' овладение техникой, упрощение аппарата и т. д. Развертывание самокритики, социалистического соревнования, активности самодеятельности масс. Укрепление железной дисциплины партии и государства: трудовой дисциплины, договорной, бюджетной, кредитной, плановой. Дальнейшее укрепление пролетарской диктатуры и ее органов, исполь- / зование государственного принуждения для беспощадного искоренения I антигосударственных тенденций и для борьбы с открытыми и скрытыми* нарушениями законов пролетарской диктатуры.
На основе этих положений ныне может быть приступлено к большой работе по систематизации, обобщению и кодификации советского хозяйственного законодательства. Поскольку основной советский хозяйственный закон, формально еще действующий—гражданский кодекс союзных республик,—является документом восстановительного периода нэпа и совершенно не соответствует новой обстановке, новым условиям, новым задачам; поскольку, с другой стороны, советское хозяйство периода второй пятилетки окончательно консолидировалось на единой социалистической основе, поскольку, наконец, основные установки данного периода настоятельно требуют твердых организационных форм и четких методов хозяйственного руководства,—вполне своевременной является постановка вопроса о разработке Хозяйственного кодекса СССР на смену устаревшему Гражданскому кодексу. К под-
Курс сое. хо?. права
97


9
готовительной работе над составлением проекта Хозяйственного кодекса СССР приступлено48.
I
Литература
Ленин, О продовольственном налоге. Сочинения т. XXVI. Ленин, К четырехлетней годовщине Октябрьской революции. Сочинения т. XXVII. Ленин, О значении золота при социализме и теперь. Сочинения т. XXVII. Сталин, Доклад и заключительное слово на XIV партсъезде. М. 1926. Сталин, К вопросам аграрной политики в СССР. М. 1929. О рджоникидзе, Доклад на конференции работников социалистической промышленности. М. 1931. С т у ч- к а, Революционная роль советского права ч. III, Изд. 4. М. 193'i. Амфитеатров и Гинцбург, Управление хозяйством и хозяйственное право за 15 лет диктатуры пролетариата. Сборник «15 лет советского строительства». М. 1932. Гинцбург, Вопросы управления хозяйством на XVII партконференции. «Сов. государство» № 2 1932. Раевич, Гражданский кодекс РСФСР. Статья в «Энциклопедии государства и права», т. I.
48 Работу ведет ИС0П Комакадемии совместно с Госарбитражем при СНК СССР, НКЮ РСФСР и Прокуратурой СССР.


ГЛАВА IV
ЛИТЕРАТУРА СОВЕТСКОГО ХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРАВА
§ 1. Борьба за марксо-ленинскую теорию советского хозяйственного нрава
Марксо-ленинская теория советского хозяйственного права создавалась и создается в ожесточенной идеологической борьбе со всякого рода антимарксистскими—буржуазными и оппортунистическими—тео- риями, взглядами и установками. Ход ее развития отражает процесс строительства новой системы общественных отношений социалистического общества.
Марксо-ленинская теория советского хозяйственной) права базируется на гранитном фундаменте произведений классиков марксизма. Общие положения марксизма-ленинизма о классовой борьбе, о диктатуре пролетариата, об основных закономерностях экономического и культурного строительства социалистического государства, о роли права и государства в переходный период и в условиях первой фазы коммунизма, критика систем права эксплоататорских общественных формаций, в частности буржуазной системы гражданского права,— все это составило основу марксистской разработки хозяйственного права. Исключительное значение имели и имеют также решения партии, постановления партийных съездов и конференций, формулирующие основные закономерности процесса борьбы пролетариата за коммунизм.
В работах классиков марксизма в развернутой форме даны ответы и по ряду совершенно конкретных вопросов хозяйственного права. Так, принципиальная сторона такой важнейшей проблемы хозяйственного права, как проблема собственности, подверглась разработке у Маркса и Энгельса («Немецкая идеологи^», «Нищета философии», «Капитал», «Происхождение семьи, частной собственности и государства»^ «Критика Готской программы» и др.), у Ленина («Что такое друзья народа», «Развитие капитализма в России», «Речи об обмане народа фальшивый! лозунгами», «Доклад на IX съезде партии», «О кооперации»), у Сталина («К вопросам аграрной политики в СССР», «Ответ товарищам колхозникам», «Итоги первой пятилетки», «Отчетный доклад XVII съезду ВКП(б)»).
В тех же работах и в ряде других даны критика и анализ таких категорий, как субъект права, договор, отдельные виды договоров (см. напр. «Капитал»). В «Коммунистическом манифесте», «Критике Готской программы», в «Государство и революция» и в «Очередных задачах советской власти», в речи о шести условиях Маркс, Ленин и Сталин
7*
99


дали анализ основ хозяйственного и государственного строительства социалистического общества, а вместе с тем и скелет системы социалистического хозяйственного права.
Первые попытки специальной научной разработки вопросов советского хозяйственного права в СССР относятся к годам военного коммунизма. Это—несколько статей т. Гойхбарга1 и П. И. Стучка2.
Уже в этих первых статьях по советскому хозяйственному праву выявились некоторые разногласия, в полной мере раскрывшиеся позднее, в годы нэпа, как разногласия большого принципиального порядка.
По Гойхбаргу, буржуазное гражданское право—это право неорганизованного анархического хозяйства, базирующееся на частной собственности и индивидуализме. Ему нет места в советской республике. На его место у нас ставится социальное прав о—планомерная принудительная и целесообразная организация хозяйственных отношений.
Отличительной особенностью первых статей П. И. Стучка было подчеркивание классового характера всякой системы гражданского права, классового характера всякого суда и «правосудия», выявление революционного значения нового социалистического законодательства и революционной роли классового правосознания пролетариата.
Классовая природа всякого права и революционная роль советского права — эти две мысли, положившие водораздел между работами П. И. Стучка, с одной стороны, и Гойхбарга (азатем и ряда других авторов), с другой стороны, проходят красной нитью через все научное творчество П.И. Стучка с первых его строк и до последних произведений.
Переход к нэпу, укрепление революционной законности и большие кодификационные работы 1922—1923 гг. ознаменовались появлением нескольких крупных работ по теории права. Для научной разработки вопросов советского хозяйственного права наибольшее значение имели книги П. И. Стучка «Революционная роль права и государства»3 и «Классовое государство и гражданское право»4 и книга Е. Б. Па- птуканиса «Общая теория права и марксизм»5.
П. И. Стучка определяет право как систему (или порядок) общественных отношений, соответствующую интересам господствующего класса и охраняемую его организованной силой6. Урегулированность и порядок—это моменты, специфические для права, превращающие производственные отношения классового общества в право. Ссылаясь на слова' Маркса из предисловия к книге «К критике политической экономии» об отношениях собственности как выраженных на юридическом языке отношениях производства и обцена, Стучка подчеркивает необходимость понимания права в первую очередь именно как системы общественных 1 См. Г ойхбарг, Пролетарская революция и право. М. 1920 г.
’Стучка, 13 лет борьбы за революционно-марксистскую теорию права. М. 1931, стр. 5—34 (статьи 1917—1919 гг.).
3 1 изд. И. 1921 г., 3 изд. М. 1923 г.
4 М. 1924 г.
5 1 изд. М. 1924 г., 3 изд. М. 1927 г. Эта книга Е. Б. Пашуканиса переведена на немецкий и японский языки.
6 Такое определение права впервые дано в «Руководящих началах по уголовному праву» НКЮ РСФСР в 1919 г.
100


отношений, противополагая свою объективную и материалистическую точку зрения субъективизму разлйчных волевых теорий.
Наиболее близкой к марксизму концепцией права П. И. Стучка считает взгляды буржуазной социологической школы (Гумплович, Муромцев) и теорию интереса (Иеринг). «Теория интереса в буржуазной науке является прямою предвестницей марксистского понимания права, стоит только внести в эту теорию классовую точку зрения»7.
Основными признаками права являются: классовый интерес и защита этого интереса организованною силою класса, т. е. государством. Всякое право выступает в историческом своем развитии в трех формах: в конкретной форме как система общественных отношений, совпадая в этом своем значении с отношениями производства и обмена данного общества ив абстрактных формах нормы, закона, с одной стороны, и правосознания, правовой идеологии—с другой. Как правосознание класса, идущего к власти, право в истории человечества неоднократно выступало в качестве революционного фактора. Огромна революционная рол$ права и после прихода к власти нового класса, если этот класс представляет новую прогрессивную систему общественных отношений. Так исключительно велика революционная роль советского права. Наоборот, в буржуазном обществе право выполняет по преимуществу консервативную функцию.
Первичным во всякой системе права является гражданское право. Гражданское право (или ина.че хозяйственное право, или еще иначе социальное право) в широком смысле слова есть право вообще.
Советское гражданское право представляет собою форму организации отношений производства и обмена переходного от капитализма к коммунизму общества.Советское гражданское право—результат отступления. Советские гражданские законы в своей массе—рецепированы (заимствованы) из буржуазных гражданских уложений. И вместе с тем советское гражданское право—р еволюционное право, право революционного класса. Его революционная роль не исчерпывается тем, что среди массы статей из буржуазных кодексов в советский гражданский кодекс вкраплены отдельные специфически «советские» статьи (ст. 5 Вводного закона к ГК; ст. ст. 21, 22, 30, 33 ГК и др.). Советское гражданское право в целом имеет величайшее революционное значение, ибо оно выражает и защищает интересы пролетариата нового революционного класса. Революция права в СССР заключается в первую очередь в том, что советское право—это право другого класса. «Замена сенатора и мирового судьи пролетарским судом—это и есть революция права»8.
Советское гражданские право базируется в качестве основных своих принципов на власти рабочего класса, на «монопольном владении этой властью всею землею, всеми крупными средствами производства, транспорта и торговли»9 (т. е. на государственной социалистической собственности) и на едином государственном планировании. «Единому Госплану,—писал П. И. Стучка,—должна соответствовать сложная, но 7 G т у ч к а, 13 лет борьбы 8а революционно-марксистскую теорию права, М. 1931 г., с. 72.
8 Там же, с. 38.
9 См. Стучка, Классовое государство и гражданское право. М. 1924 г., с. 54.
101


единая организация производства и обмена, единая система общественных отношений, одним словом, единое советское, гражданское или хозяйственное прав о»10.
Е. Б. Пашуканис ((«Общая теория права и марксизма) поставил своей целью дать критику основных юридических понятий, т. е. наиболее абстрактных и общих определений, без которых не может обойтись никакое юридическое мышление. Исходным пунктом его анализа является понятие правоотношения. Правоотношение это первичная клеточка правовой ткани и только в ней право совершает свое реальное движение. «Право как совокупность норм, наряду с этим есть не более, как безжизненная абстракция»11.
Однако по Е. Б. Пашуканису главной задачей теоретического исследования должно явиться исследование не правоотношения вообще, а правоотношения товарно-капиталистического общества. Почему? Потому что лишь в товарно-капиталистическом обществе юридическая форма достигает полной определенности и законченности, диференцируясь от всех других общественных отношений как специфическое отношенйе sui generis. Но и в рамках буржуазной системы права необходимо произвести еще дальнейшее сужение поля исследования, дальнейшее ограничение задач аналитической работы. В каком направлении? В направлении частного гражданского права. «Наиболее консолидированное ядро юридической туманности... лежит как раз в области частноправовых отношений»12. Только цивилистика имеет дело с действительно первичным правовым слоем. Поэтому-то определения частного права являются по существу определениями права вообще, а наиболее свободно и уверенно юридическое мышление движется в частном праве13.
Проблема критики основных юридических категорий сводится таким образом к критике частноправового (гражданско-правового) отношения и к анализу его элементов. - ( >
Что же представляет собой отношение частного права? Это отношение товаровладельцев. «Юридическое отношение между субъектами» (правоотношение) «есть только другая сторона отношения между продуктами труда, ставшими товарами»14. Тот самый процесс, который превращает продукты труда в товары, превращает производителей в субъектов права. Почему во всяком правоотношении стороны выступают кай носители самостоятельных прав и обязанностей, как противостоящие друг другу обособленные субъекты? Потому что они представляют реальную противоположность интересов двух товаровладельцев.
Анализ отношения частного права, отношения по договору купли- продажи, например, дает возможность вскрыть природу всех основных юридических категорий. Субъект прав а—это вознесенный в небеса товаровладелец, лицо, воля которого господствует в вещах, собственник действительный или потенциальный^!} е щ ь—перевод на юридический язык экономической категории товара. Субъективное прав о— юридическое выражение частной автономии, частного интереса товаро10 Стучка, Там же, с. 55.
11 Пашуканис, Общая теория права и марксизм. М. 1924 г., с. 43.
12 Там же, с. 37.
13 Там же, с. 37, 64, 68.
14 Там же, с. 42.
102


владельца. Д о г о в о р—«законная форма» волевого отношения двух товаровладельцев, желающих отчуждать приобретая и приобретать отчуждая. Право собственности или «безграничлая власть над вещью»—также лишь отражение безграничной циркуляции товаров. «Собственность в юридическом смысле появилась не потому, что людям пришло в голову наделить друг друга этим правовым качеством, но потому, что они могли обменивать товары, только надев личину собственника»15. Вся буржуазная государственность или так называемое правовое государство есть «некто третий, воплощающий в себе ту взаимную гарантию, которую товаровладельцы в качестве собственников дают друг другу, и являющийся, следовательно,, олицетворенным правилом общения товаровладельцев»16. Наконец самая сущность правовой формы как таковой заключается в «объединении трудовых усилий по принципу эквивалентного обмена». Налицо «глубокая' внутренняя связь формы права и формы товара»17.
Таков анализ Е. Б. Пашуканиса. Он основывается на марксовом анализе закономерностей капиталистического общества, на установленной Марксом же тесной зависимости развития права и различных форм обмена и на учении Маркса о роли экономического базиса, политической и юридической надстроек в условиях буржуазно-капиталистического общества. Е. Б. Пашуканис дал в развернутом виде материалистическое объяснение важнейших категорий буржуазной системы права в целом и в этом заключалось огромное научное и революционизирующее значение его книги.
Но Е. Б. Пашуканис не использовал и в значительной мере прошел мимо учения Маркса и Ленина о новом соотношении базиса и политической надстройки в условиях диктатуры пролетариата и о нэвой роли политической надстройки в социалистическом обществе. Это обусловило провалы в его концепции там, где дело касалось советского правок
Действительно, что представляет собой советское право с точки зрения идей, развитых в книге «Общая теория права и марксизма»?
Поскольку форма права достигает своего полного развития и дана в наиболее чистом виде в буржуазном обществе—советское право, как и всякое право, является правом в той мере, в какой оно включает в себя элементы буржуазной формы права. Эги элементы даны для советского права нэпом: рыночной формой хозяйства (отсюда эквивалентная форма обмена со всеми вытекающими последствиями), коммерческим оборотом (отсюда возможность и необходимость стать на юридическую точку зрения) и т. д. Успехи социалистического строительства, поскольку они означают укрепление планового централизованного хозяйства, обуздание и в дальнейшем свертывание рынка и рыночных форм хозяйствования должны повлечь за собою и постепенное отмирание права. Так вопрос ставится для всего советского права,—в частности для важнейшей его отрасли — хозяйственного (гражданского) и для важнейшего раздела последнего—имущественных отношений между государственными социалистическими предприятиями. Здесь «мы 16 Пашуканис, Общая теория права и марксизм, с. 87.
16 Там же,с. 114.
17 Там же, с. 18.
103


имеем хозяйственную жизнь, протекающую в категориях натуральных, и общественную связь между производственными единицами, представляемую в ее разумной незамаскированной (не товарной) форме,—этому отвечает метод непосредственных, т. е. технически содержательных указаний в виде программ, планов производства и распределения и т. д., указаний конкретных, меняющихся постоянно в зависимости от изменения условий. G другой стороны, мы имеем связь между хозяйственными единицами, выраженную в форме ценности циркулирующих товаров и следовательно в юридической форме сделок,—этому в свою очередь отвечает создание более или менее твердых и постоянных формальных рамок и правил юридического общения автономных субъектов (кодексы гражданский, возможно также торговый) и органов, практически налаживающих это общение путем разрешения споров (суды, арбитражные комиссии и т. д.). Само собою очевидно, что первая тенденция не заключает в себе никаких перспектив для процветания юридического ремесла. Ее постепенная победа будет означать постепенное отмирание формы права вообще»18.
Серьезнейшая ошибка, скрытая в этом рассуждении, не могла не обнаружиться лишь только успехи планового социалистического хозяйствования поставили на очередь дня вопрос о свертывании типичных для первых лет нэпа форм коммерческого оборота. Обычная купля-продажа, ярмарочная и биржевая торговля и прочее уступили место генеральным договорам, планам завоза, контрактации и т. д.,—а советское право отнюдь не отмирало, отказывалось умирать и советское «юридическое ремесло». Ниже при изложении развития марксо-ленинской теории хозяйственного права периода социалистической реконструкции мы остановимся на основных методологических ошибках концепции Е. Б. Пашуканиса восстановительного периода и на новом решении проблемы советского права, предложенном им же в 1930 г. Для рассматриваемых же лет концепция Пашуканиса независцрю от отдельных ее ошибок имела огромное положительное значение, йе только в части вопросов буржуазного, но и советского права. Своим глубоко научным и одновременно революционно-материалистическим подходом она резко отличалась от многочисленных квази марксистских, слащавых и плоских психологических, социологических и нормативистических теорий, пытавшихся под флагом «последнего слова науки» импортировать в СССР буржуазный хлам и фальсифицировать революционней марксизм. Она объявляла беспощадную борьбу «буржуазно-юридическому мировоззрению» и его носителям и последователям на советской почве. «Общая теория права и марксизм» вместе с работами П. И. Стучка составила базу для сплочения на единой платформе коллектива юристов-револю- ционных марксистов в рамках секции права и государства Коммунистической академии.
В области советского хозяйственного права (гражданского в широком смысле слова по терминологии П. И. Стучка) секцией права и государства в течение восстановительного периода нэпа была проделана большая работа как положительного порядка по исследованию ряда конкретных проблем советского права, так и по критике и разоблачению буржуазных и квази марксистских течений. Результаты положительной 18 Пашуканис, Общая теория права и марксизм, с. 94.
104


разработки советского гражданского права подытожены в трехтомном «Курсе советского права» П. И. Стучка (1927—1931 гг.).
В соответствии со своей общей принципиальной позицией, согласно которой гражданское право в широком смысле слова совпадает с правом вообще, П. И. Стучка посвятил I том своего «Курса» («Введение в теорию гражданского права»)19 главным образом вопросам общей теории правя. В этой книге он последовательно рассматривает следующие вопросы: гражданское право и социализм, понятие права вообще и его основные признаки, основное противоречие права, частное и публичное право, буржуазное право, гражданское право и его разветвления, методология гражданского права, цель и целесообразность в гражданском праве, государственная власть и гражданское право, собственность, плановое начало и норма в гражданском праве, источники права, правоотношение и его элементы, справедливость (эквивалент) в гражданском праве, субъективный и объективный Моменты в гражданском праве, применение и истолкование закона и норм права. II том «Курса» П. И. Стучка посвящен так называемой «общей части гражданского права». Сюда он относит вопросы о субъектах права (включая преемство лица, в частности, наследственное право и представительство со включением из семейного права вопросов опеки и попечительства и из договорного права комиссии), об объектах права, о правоотношении (включая все основные вопросы общей части обязательственного права) и наконец об «опосредствовании правоотношений» (деньги, вексельное право, банковские сделки, ценные бумаги). III том посвящен «особенной части гражданского права». Это—вещное право (собственность, право застройки, залог, исключительные права), обязательственное право, возмещение вреда, имущественное страхование, соцстрах и алименты.
Достоинства и положительные стороны трехтомного труда П. И. Стучка неоднократно отмечались в литературе. В своей книге П. И. последовательно проводит классовую точку зрения на право, рассматривая всякое право, как право господствующего класса, в соответствии с этим советское право—как пролетарское по содержанию, как право пролетариата, осуществляющего свою диктатуру. Отсюда—партийнополитическая чуткость и непримиримость к враждебным революционному марксизму течениям, пронизывающая всю книгу. Отправляясь от понимания права как системы общественных отношений, П. И. Стучка разоблачает различные буржуазно-идеалистические теории. Основные проблемы советского права он. ставит в связь с актуальными задачами социалистического строительства в целом. П. И. Стучка широко использует материал судебной практики. Разработка конкретных вопросов советского гражданского права проведена им с использованием богатейшего опыта, накопленного в процессе долголетней работы на посту председателя Верхсуда РСФСР.
Позднее в 1930—1931 гг. критика вскрыла и в этом капитальном труде П. И. Стучка серьезнейшие ошибки. Это не умаляет огромных заслуг его трехтомного курса. В 1927—1930 г. г. «Курс», тщательно замалчиваемый буржуазной профессурой, сыграл роль тяжелого орудия в борьбе с враждебной революционному марксизму «юридической мыслью».
19 1 изд. 1927 г., 2 изд. 1931 г.
105


Литература советского хозяйственного права периода 1923—1928 гг. насчитывает значительное число курсов, написанных преимущественно представителями старой буржуазной профессуры. Богато представлена комментаторская литература. Монографии по отдельным вопросам хозяйственного права носят в основной своей массе также комментаторский и догматический характер. Лишь очень немногие работы пытаются подняться над уровнем пересказа и комментирования законодательных текстов и дать известные теоретические обобщения.
Из систематических курсов и руководств отметим Удинцева, «Торгово-промышленное право» 1923 г., Шрегера, «Система промышленного права» 1924 г., его же «Внутренняя торговля» 1926 г., его же «Советское хозяйственное право» 1928 г., Гойхбарга, «Хозяйственное право РСФСР» 1924 г. и «Очерки хозяйственного права» 1928 г., Гордона, «Систем? торгового права СССР», 1 изд. 1924 г., 2 изд. 1927 г., Вольфсона, «Учебник гражданского права», 1 изд. 1926г.,4 изд. 1930г., Мтлшо, «Торговельно право радяньских республик 1928 г.», Магази- нера, «Советское хозяйственное право 1928 г.», Аскназия, «Основы хозяйственного права СССР» 1926 г., Вольфа, «Основы хозяйственного права» 1928 г., Розенблюма, «Земельное право РСФСР», 1 изд. 1927 г., 3 изд. 1929 г. и ряд других курсов по земельному, торговому, промышленному, кооперативному, страховому и транспортному праву.
Из комментариев наиболее значительными явились: Гойхбарг и Кобленц (ред.), Гражданский кодекс РСФСР, изд. 1 1924 г., изд. 3 1926 г., Малицкий (ред.), Гражданский кодекс союзных респубтик, изд. 1 1924 г., изд. 3 1927 г., комментарий ГК изд. «Право» и жизль» (ред. Винавер и Новицкий), то же изд. «Советское право» (ред. Прушиц- кий и Раевич)/А. Гинзбург, Законодательство о трестах и синдикатах, 1 изд. 1924 г., 3 изд. 1926 г.
В области монографий по отдельным вопросам хозяйственного права наибольшую активность развила группа буржуазной профессуры, сгруппировавшаяся вокруг Института экономических исследований НКФ СССР. Финансово-правовой секцией Института под ред. проф. Агаркова и проф. Вольфа изданы «труды»: Агаркова, «Учение о ценных бумагах», Вольфа, «Основы учения о товариществах и акционерных обществах», Эльяссона, «Чековое право», Граве, «Торговые установления» и ряд других. Плодами теоретической мысли юрисконсультов-правовиков явились коллективные издания: в Москве—«Вопросы промышленного права» 1925 и 1928 гг.; «Синдикаты и внутрисиндикатские отношения» 1927 г.; «Советское промышленное право» 1928 г.; в Ленинграде— «Вопросы торговодр права и практики» 1926 г. Отметим также: Мартынов, «Государственные тресты», 1924 г., Аскназий и Мартынов, «Гражданское право и регулируемое хозяйство», 1927 г., Ландкоф, «Торговые сделки», 1928 г.20.
Авторы подавляющего большинства приведенных работ являются последовательными сторонниками догматического направления в юриспруденции. Они признают как единственно научный или научный по 20 Более подробные библиографические указания см. у С о к о л о в а, Систематический указатель юридической литературы. Изд. 2. М. 1926, иуЛибовой и III а ц. Государство и право. Библиографический указатель литературы, ч. I и II. М. 1933 и 1934 гг.
106


преимуществу лишь формально юридический (догматический) метод. Право для них—совокупность юридических норм21. Формально-логический анализ норм советского хозяйственного законодательства, приведение их в систему, установление юридической природы института и наконец юридическая конструкция—как венец и завершение научного исследования—к этому сводится содержание огромной массы указанных книг.
Перечисленные авторы обыкновенно полностью абстрагируются от диктатуры пролетариата, начисто игнорируя все принципиальные особенности советской системы хозяйства и советского государства по сравнению с хозяйственными и политическими формами капиталистического общества. Напротив, самым широким образом используюТся аналогии с иностранным буржуазным правом. Советское право заботливо причесывается под западно-европейские образцы. В результате, когда дело доходит до конечной цели «научного анализа», т. е. до юридической конструкции того или иного института советского права— автор расшаркивается перед одним из своих европейских «коллег» или чаще—перед одним из буржуазных кодексов и присоединяется к какой-либо из давно установленных в буржуазной литературе концепций и точек зрения. Так в праве государственной собственности на средства производства, закрепленными за советским трестом, оказывается осуществленной идея заповедных имуществ или своеобразного «государственного майората»22. Советский синдикат оказывается «юридическим лицом второго порядка», а 1а картель по германскому праву23, юридическая природа советского кооператива исчерпывается подведением его под более широкое понятие товарищества с переменным составом и капиталом24 и т. д.
Политическая тенденция писаний советских юристов-догматиков ясна. Это сменовеховство в советском праве. Советское право является для них буржуазным и по форме и по содержанию. Это потому, что вся система советского хозяйства в целом— лишь одна из разновидностей капиталистического хозяйства. И вслед за устряловцами-эко- номистами и устряловцы-юристы спешили «помочь» советской власти поскорее сменить «тактику» на «эволюцию» и притти к настоящему добропорядочному буржуазному правопорядку. Отсюда практические предложения: изменить такие-то статьи закона, ввести такую-то новеллу, изменить так-то судебную практику; обычно все предложения—в духе максимального развязывания рыночной стихии и коммерческого обо21 См. напр. Вольф: «Основы хозяйственного права», М. 1928, с.3. Право— это «те социальные нормы, которые содержатся в законах, административных распоряжениях и других нормативных актах правового характера. Право в объективном смысле слова, т. е. право в смысле правопорядка, необходимо представлять себе именно как сведенную в систему совокупность множества регулирующих общественную жизнь юридических норм>. См. также Мартынов, «Промышленное право СССР» всборнике«Советское промышленное право>. М. 1929, с. 10. «Нод промышленным правом мы можем подразумевать систему норм, определяющих организацию и функции промышленных предприятий». Ц таком же духе см. курсы Гордона, М и т и л и н о и др.
22 См. Виноградов, Акционирование. В сб. «Вопросы промышленного права», М. 1925 г., с. 94.
23 См. Вормс, Доклад о синдикатах. В сб. «Вопросы промышленного права», М. 1928 г.
24 См. Ш р е т е р, Сов. хоз. право. М. 1928, сс. 142, 185.
107


рота. Таков был по своему характеру и проект Торгового свода СССР, важнейший документ этого направления, составленный в 1923 г. группой буржуазных юристов. «Источником при составлении проекта Торгового свода,—писал председатель редакционной комиссии Вольф,— послужили главным образом, с одной стороны, действующие советские узаконения, а с другой стороны, лучшие образцы западно-европейского торгового права. Поскольку не было противопоказаний в своеобразном укладе экономической жизни России, редакционная комиссия сознательно становилась на путь рецепции»25. Максимум же, на что шли авторы проекта в учете «противопоказаний в своеобразном укладе экономической жизни России», было признание наличия в советской экономике элементов государственного капитализма.
Неудивительно, что секция права и государства Комакадемии открыла и неуклонно проводила на страницах«Революции права» беспощадную борьбу с буржуазной профессурой—представителями буржуазноюридического мировоззрения на советской почве. Это была настоящая политическая (классовая) борьба за революционно-диалектическое понимание советского права, за его использование на службу, а не во вред социалистическому строительству. 1 съезд марксистов-государственников (январь 1931 г.) подвел итоги этой борьбы, констатировав полный идейный и организационный разгром буржуазной юриспруденции в СССР26.
Особо следует выделить группу юристов, сторонников так называемой теории социальной функции: Гойхбарг, Вольфсон, Малицкий, Розенблюм и другие. Эти авторы переносили в советское право и в советскую литературу модные буржуазные теории Дюги, Карнера (Реннера), Гедемана о праве-обязанности, о собственности как социальной функции, о мирной эволюции к социализму на базе реформы («трансформации») буржуазного права27. Идея права как социальной функции проникла и в наше законодательство. Согласно ст. 1 ГК «гражданские права охраняются законом за исключением тех случаев, когда они осуществляются в противоречий4 с их социально-хозяйственным назначением». А ст. 4 ГК расшифрдвывает понятие «социально-хозяйственного назначения» как «развитие производительных сил страны».
Основные положения советского дюгизма в том виде, как они были развиты его наиболее видным представителем А. Гойхбаргом, сводятся к следующему.
Всякое право по самой своей сущности—идеология угнетающего класса. Это такой же отравляющий и дурмайящий опиум для народа, как и религия. «Мы отказываемся,—писал А. Гойхбарг,—видеть в праве некоторую идею, которая явилась бы полезной и для рабочего класса и для пролетариата».Идею права «необходимо вытравлять из пролетарских мозгов»28. Это не значит однако, что надо немедленно отменить всякие законы, отказаться от установления государственной властью всяких обязательных правил. «Я... и в мыслях не имею,—подчеркивал 26 См. Торговый свод СССР. Проект, изд. Комвнуторга. М. 1923, с. 8.
26 См. Резолюцию 1 съезда марксистов-государственников. «Сов. гос. и рев. права». 1931, № 3. См. также письмо проф. Шретера в редакцию журнала «Сов. государство». 1934, № 2.
27 См. выше гл. II, § 3.
28 Гойхбарг, Хозяйственное право РСФСР, изд. 3, 1924, с. 19.
108


Гойхбарг,—поощрять к несоблюдению правил, установленных советской властью, к неподчинению тому, что мы называем советским правом»29. Социалистическое строительство нуждается в нормах права, в «правильных правилах, принудительно предписывающих определен- ное поведение, но лишенных всякого ореола святости»30. Оно нуждается на известном этапе в частности в нормах гражданского права. Перспективы последнего, вообще говоря, не блестящи. Чем более развиты производительные силы, тем меньше необходимости в предоставлении гражданских прав и допущении гражданского оборота. В целом всякое гражданское право—«уступка прежнему строю».
Несколько отступая от своих же собственных установок, тот же автор утверждает далее, что советское-гражданское право это новое гражданское право переходного времени. «Наш ГК не имеет корней в прошлом»31. Его тйорйт от начала до конца рабоче-крестьянское государство, которое предоставляет отдельным гражданам правоспособность лишь для определенных, необходимых для сохранения коллектива целей. Устанавливая те или иные гражданские права, государственная власть руководствуется однако определенными объективными критериями. Так «... мы предоставляем права, поскольку того требует, поскольку этим достигается развитие производительных сил, т. е. развитие народного хозяйства в целом, предназначенного удовлетворять потребности широких и широчайших масс населения. Этот принцип ясен, не скрывает в себе интересов отдельных группок, господствующих над массами, а наоборот готов жертвовать интересами отдельных лиц для достижения общей поставленной цели»32.
Развитие производительных сил отнюдь не требует обязательного возвращения вспять и заимствования всех институтов буржуазного права—из Кодекса Наполеона и других классических памятников гражданского права. Пролетарское государство может использовать готовые результаты длительного процесса развития буржуазного законодательства. Современное гражданское право капиталистических стран уже стоит под знаком «социализации», оно принципиально отвергает деление п^ава на частное и публичное, оно связывает с использованием каждого права определенные положительные обязанности по отношению к обществу33. Эти принципы целиком приемлемы для советского права. Оно должно взять от буржуазии лучшее, что пока лишь преподносится умственному взору наиболее передовых и просвещенных юристов Запада. Такова в первую очередь идея социальной функции. Каждый гражданин в РСФСР наделяется поэтому лишь таким комплексом имущественных прав, который государство считает необходимым предоставить, исходя из принципа развития производительных сил страны. Поэтому «судья и всякий применяющий право не связан у нас...словом закона, он связан только общей целью закона, он обязан пресекатьвсякиезлоупо- требления правом, идущие вразрез с объективной целью закона (ст. I)»34.
29 Гойхбарг, Хозяйственное право РСФСР, с. 9.
80 Там же, с. 20.
81 Там же, с. 5.
82 Там же, с. 31.
83 См. А. Гойхбарг, Очерки преобразования земельного и гр аж да н- ♦ ского права в буржуазных государствах. М. 1925.
34 Гойхбарг, Хозяйственное право РСФСР, с. 53.
109


В приведенной цепи мыслей содержится ряд серьезнейших ошибок. Неверно, будто право, как таковое, не нужно пролетариату и должно быть вытравйено из мозгов рабочего класса. За этой внешне крайне «левой» формулировкой скрывается сугубо неприеммемая мысль о невозможности использования права в интересах социалистического строительства, отрицание в частности революционной роли советского права. Неверно, будто все советское право сводится к совокупности определенных принудительных правил поведения. Советское право должно быть понято, как единство нормы (закона) и общественного отношения. И теоретически и политически неприемлема далее попытка уложить в прокрустово ложе социальной функции все институты советского гражданского права. Наконец абсолютно неприемлемым является общий принцип, выставленный А. Гойхбаргом в качестве верховного принципа советского гражданского права,—развитие производительных сил страны. Советское право имеет своей задачей не развитие производительных сил вообще, а развитие их в совершенно определенном направлении—в сторону социализма. Понятие «развитие производительных сил вообще» есть понятие классово нейтральное. Использование его в качестве критерия для научного анализа советского права может привести и фактически приводило лишь к смазыванию принципиальной качественной (классовой) разницы между советским правом и буржуазным* 36.
Использование его в судебной практике приводило к извращенной интерпретации ст. 1 ГК, к сужению ее содержания до рамок «шиканы» («злоупотребление правом»), к истолкованию ее в смысле наделения всякого собственника определенными полномочиями в части развития производительных сил страны и в силу этого безусловной недопустимости безвозмездного лишения собственности при каких бы то ни было обстоятельствах и т. д.зв.
Заслуга надлежащей оценки советского дюгизма, как теоретического обоснования программы правого оппортунизма в советском хозяйственном праве, принадлежит секции права и государства Комакадемии.
Большая критическая работа, проведенная секцией в отношении всякого рода антимарксистских установок в различных областях права, подготовила почву для решительного поворота в теории советского права, поворота, необходимость в котором стала ощущаться особенно остро в связи с окончанием процесса восстанЬвления народного хозяйства, вступлением в период социалистической реконструкции. Новые формы классовой борьбы и переход к политике ликвидации кулачества как класса, развернутое социалистическое наступление по всему фронту, вступление в период социализма—все это потребовало новой постановки всех основных вопросов теории советского права.
В области советского хозяйственного ifpaBa первая пятилетка началась, так же как и на других участках теоретического фронта,—под знаком отставания теории от практики социалистического строительства. 36 См. например Freund, Zivilrecht d. Sovietrusslands, 1924. Ладыженский. Оговорка изменившихся обстоятельств в советском праве, «Право и жизнь» 1925 г. № 2—3.
36 См. Пашуканис, Наука права, в сб. «Наука в СССР за 10 лет». М. 1927 г., с. 187—206. См. Его ж ё, «За марксо- ленинскую теорию государства и права», М. 1931 г., с. 29—31.
на


Отставание выявилось достаточно ярко сначала в дискуссии об арбитражных комиссиях в 1928 г. Тезисы тт. Вольфсона и Радусь- Зеньковича, утвержденные секцией права и государства Комакаде- мии, ставили вопрос о ликвидации системы арбитражных комиссий и передаче рассмотрения имущественных споров между хозорганиза- циями обобществленного сектора в общие суды37. Чем могло быть обосновано такое решение вопроса? Или признанием системы имущественных отношений между социалистическими предприятиями полностью идентичной системе имущественных отношений по ГК. Так именно аргументировали свое предложение его авторы. Или признанием системы имущественных отношений между хозорганизациями социалистического сектора уже не правом вообще. Арбитражные комиссии с точки зрения этой последней концепции должны быть превращены в своеобразные расчетные палаты, руководствующиеся в своей деятельности соображениями одной лишь хозяйственной целесообразности. Таков был подход к этому вопросу П. И. Стучка38. И тот и другой подход были ошибочны. И в том и в другом случае смазывалась, попросту не замечалась проблема советского хозяйственного права социалистического общества, проблема, для изучения которой практика арбитражных комиссий давала неоценимый, богатейший материал.
Еще более ярко отставание теоретической мысли в области хозяйственного права в лице крупнейшего ее представителя П. И. Стучка выявилось в дискуссии вокруг проекта общесоюзных Начал гражданского законодательства (1930—1931 гг.). Исходя из своей концепции двухсекторного права39, П. И. Стучка предлагал вести работу по модификации хозяйственного законодательства в двух направлениях: в направлении Основ гражданского законодательства СССР и гражданских кодексов союзных республик, с одной стороны, и хозяйственно-административного кодекса—с другой. Составленный им и т. Амфитеатровым проект «Основ» повторял в несколько упрощенном и систематизированном виде постановления ГК 1922 г., гальванизировал по ряду вопросов отжившие или отживающие институты гражданского права и находился в резкэм противоречии с практикой и актуальными задачами социалистического строительства периода развернутого социалистического наступления по всему фронту. Проект был отвергнут и ИССП Комакадемии и правительством Союза.
Переломным годом для теоретической работы в области советского права явился 1930 г. Этот год оживленной теоретической дискуссии 37 См. Вольфсон и Радус ь-3 е н к о в и ч. Арбитражные комиссии и система общего суда. М. 1929. Приложение. Другая точка зрения проведена в статье Л. Гинцбурга. «Арбитражные комиссии и государственное хозяйством «Рев. права», 1928 г. № 6. В этой статье наряду с рядом ошибочных положений содержится правильная мысль о необходимости сохранения арбитражных комиссий.
38 См. его доклад на VI съезде работников советской юстиции в 1929 г. «Я неоднократно, когда я боролся против нынешнего АК и ВАК—приводил в пример американский трест какого-нибудь Моргана. Я думаю, что Морган, имея фирму, па величине близкую нашему государству, не допустит, чтобы его отделения вели процессы друг против друга, выигрывали или проигрывали друг с другом по взаимным расчетам. А мы это допускаем и учреждаем особые суды А К вместо того, чтобы . превратить их в простые расчетные учреждения». «Ежен. сов. юстиции», 1929 г. Ль 9—10.
39 См. выше. с. 34-37.
111


совпадает по времени с дискуссией на других участках теоретического фронта (экономическом, философском, литературоведческом и историческом). Кульминационным пунктом большой творческой работы, развернувшейся в 1930 г., явился I всесоюзный съезд марксистов-государственников (январь 1931 г.)40. В качестве итогов дискуссии и съезда надо отметить огромную самокритическую работу, проведенную в отношении всех сколько-нибудь значительных работ марксистов-юристов, написанных в течение восстановительного периода, новую постановку проблемы советского права, поворот лицом к конкретным вопросам практики социалистического строительства, поворот к усиленному изучению работ Ленина и Сталина.
Были вскрыты и подвергнуты тщательному критическому анализу, прежде всего, многочисленные и серьезные ошибки П. И. Стучка. Главнейшие их них связаны с механистической методологией Бухарина, взгляды которого о законе трудовых затрат, об организованном капитализме и другие П. И. Стучка претворил в теорию трудового эквивалента как основу советского права и в учение о социалистической плановости, согласно которому «социалистическая йлановость на правовом языке есть не более и не менее как тот ,,закон природы44, который в обществе анархии производства и обмена проявляется лишь стихийно, через бесконечные кризисы»41. Кроме того в последних работах П. И. Стучка имеется целый ряд неправильных формулировок по частным, но серьезным и принципиальным вопросам советского хозяйственного права. Сюда относится учение о цели всякого гражданского права, как «снабжении населения необходимыми для потребления товарами как продуктами» (голая социологическая абстракция, недооценивающая классовой природы всякой системы гражданского права), нечеткая постановка вопроса о природе колхозно-кооперативной собственности в СССР, недооценка принципа договорной связи во взаимоотношениях между социалистическими предприятиями и т. д. Корень ошибок П. И. Стучка Заключается в конечном счете в таком решении проблемы соотношения экономики, политики и нрава, которое недооценивает роль права, как формы политики господствующего класса, и игнорирует принципиально новое соотношение экономического базиса и политической надстройки в условиях пролетарской диктатуры.
Была подвергнута далее критическому разбору и отвергнута формалистическая теория «организационно-технических отношений» А. В. Венедиктова, согласно которой всякие элементы права полностью отмирают во взаимоотношениях между планово-регулирующими органами и государственными предприятиями42 *.
В ряде статей и выступлений был дан резкий отпор троцкистской контрабанде С. Либермана, выступавшего с лозунгом ликвидации советского гражданского права. Последнее по Либерману—так же, как
40 См. доклад на съезде Е. Б. Пашуканиса: «За марксо-ленинскую теорию государства и права». М. 1931. См. Резолюцию съезда в «Сов. гос. и рев. права», 1931, № 3.
41 Стучка, Курс советского гражданского права, т. I, изд. 1, 1927, с. 165.
42 Подробнее о теории Венедиктова см. ниже, гл. VII. Точка зрения Ве¬
недиктова была воспринята и развита Л. Гинцбургом. См. его «Программу по хоз. адм. праву». М. 1929. Предисловие, с. 7. Им же дана и критика этой концеп¬
ции. См. Гинцбург, О хозрасчете. М., 1931 г., с. 25—26.
112


и всякое гражданское право—основывается на праве частной собственности. Уничтожение частной собственности в процессе ликвидации кулачества как класса влечет за собой отмену советского гражданского права43. «Либ рман валил в одну кучу кулака и середняка, призывал, следовательно, применять силу по отношению к середняку и вместо той линии, которую проводит партия в развертывании советской торговли, объявлял о том, что все снабжение сейчас переходит целиком и полностью в область трудового права, т. е. собственно призывал ликвидировать торговлю. Это совершенно законченная троцкистская концепция»44.
Наконец ошибки Е. Б. Пашуканиса были подвергнуты тщательному разбору в многочисленных выступлениях, в первую очередь в статьях и докладах самого Пашуканиса. В дискуссионном докладе 10 ноября 1930 г. о «Положении на теоретическом правовом фронте»45 46
и в докладе на 1 съезде марксистов-государственников Е. Б. Пашуканис подытожил результаты самокритической работы, проделанной коллективом марксистов-правовиков в отношении его собственной теоретической работы. В качестве важнейших ошибок методологического порядка им были отмечены: отрыв формы от содержания и отсюда односторонний и абстрактный подход к проблеме права, отождествление формы буржуазного права с правом вообще, как историческим явлением, затушевывание момента подчинения, угнетения, классового господства в праве, наконец переоценка роли рыночных отношений в анализе сущности советского права—дань обстановке и условиям первых лет нэпа и механистической методологии Бухарина. Но корень ошибок Е. Б. Пашуканиса в вопросах теории советского права лежит в том же, в чем заключалась основа ошибок П. И. Стучка, т. е. в недооценке принципиальной новизны постановки вопроса о взаимоотношении экономики, политики и права в условиях пролетарской диктатуры. При пролетарской диктатуре все вопросы права ставятся по новому, ибо здесь господствующий класс, организованный в государство,—пролетариат—является одновременно и «основной производительной силой общества». Игнорирование этого решающего обстоятельства должно было привести и действительно привело к теории преждевременного отмирания права и к недооценке правотворческой роли пролетарского государства и к переоценке элементов «буржуазной формы права» в советском праве и т. д.
В тех же докладах 10 ноября 1930 г. и на съезде марксистов-государственников были заложены основы новой постановки ряда важнейших вопросов теории права, а тем самым создана новая база для разработки конкретных проблем теории советского хозяйственного права. Сюда относится в первую очередь положение о том, что «право есть форма политики господствующего класса, которая проводится через аппарат
43 См. Либерман, Последний этап нэпа и хозяйственное право. «Проблемы марксизма», 1931, № 5—6.
44 Пашуканис, «Письмо т. Сталина и задача теоретического фронта государства и права». «Сов. госуд.», 1932, № 1, с. 44. См. также Г и н ц б у р г, Введение к сборнику материалов по хоз. адм. праву. М. 1931, с. 9—13 и Резунов
и Ундревич, Па путях контрреволюционного троцкизма. «Проблемы марксизма», 1932 г. № 1—2.
46 Напечатано в «Сов. гос. и рев. права» за 1930 г. № 10—12.
8 Курс сов. хоз. права
11В


государственной власти»46. Для советского же права решающим является то, что «оно... имеет единый источник в смысле начала его движения и его силы, именно Октябрьскую революцию и диктатуру пролетариата»46 47. Понимание права как особой формы политики господствующего класса, и советского права как особой формы политики пролетариата, организованного в государство, открыло новую и чрезвычайно плодотворную главу в истории марксистской теории права, Для хозяйственного права огромное значение имели далее соображения, развитые т. Пашуканисом по вопросу о праве собственности как центральном институте всякой системы права. «Стержнем каждой исторической системы права, ее содержанием,—говорил т. Пашука- нис,—является отношение между собственниками средств производства и непосредственными производителями. Это отношение отвечает основному классовому интересу господствующего класса, поддерживается его организованной силой»48. Отсюда вытекало учение о социалистической собственности (новое отношение между собственниками средств производства и производителями) как_основе советского права49.
Отправляясь от этих исходных положений, секцией хозяйственного права ИССП Комакадемии50 была развернута работа в конкретной области советского хозяйственного права. Она дала уже известные результаты. Может быть отмечено в частности следующее: 1) поставлены общетеоретические принципиальные проблемы: о единстве советского хозяйственного права, о значении и роли революционной законности для организации социалистического производства и советской торговли, о системе советского хозяйственного права как отрасли права и как научной дисциплины. Результаты исследовательской работы по этим вопросам подытожены в настоящем «Курсе»51. 2) Поставлены и начаты разработкой несколько 'Конкретных частных проблем: о хозрасчете, о договорных отношениях в системе советского хозяйства, о социалистической собственности и ее различных видах, об арбитраже и его роли в системе органов пролетарской диктатуры62. В разработке этих вопросов нашел свое выражение поворот научно-исследовательской работы по советскому хозяйственному праву лицом к практике социалистического строительства, к актуальным задачам организации управления социалистическим хозяйством. 3) Сделаны первые шаги по изучению 46 П а ш у к а нис, За марксо-ленинскую теорию государства и права, М. 1931 г., с. 17.
47 Там же, с. 24, см. также с. 34: «Природа нашего государства—вот в чем ключ к правильному пониманию вопросов советского права».
48 П а ш у к а н и с, Положение на теоретическом правовом фронте. «Сов. гос. и рев. права», 1930, № 10—12, с. 34.
49 См. Гинцбург, Проект закона об управлении государственной промышленностью. «Сов. гос. и рев. права» 1931, № 10—12. <
Б0 1931—1933 г.—бригада хозправа, с 1933 г.—секция хозправа.
61 См. гл. I.
62 См. Гинцбург, О хозрасчете. М. 1931. Амфитеатров, Система плановых договоров в промышленности. М. 1933. Загвязинский, Хозрасчет советского магазина. М. 1934. Каравайкин, Исполнение договоров. М. 1934. См. также статьи тт. Амфитеатрова, Братуся, Гинцбурга, Загвязинского, Каравай- кина, Костельцева, Липецкера, Можейко, Раевича и Рубинштейна в журналах «Сов. государство» и «Бюллетень Госарбитража» за 1931—1934 г. г. и Сборник статей, изданный секцией хозправа ИССП в 1933 г. «Вопросы советского хозяйственного права».
114


ленинского наследства применительно к области хозяйственного права53. 4) То же—в отношении изучения истории советского хозяйственного права54. 5) Наконец, поставлена на очередь серьезнейшая проблема кодификации советского хозяйственного законодательства и предпринята первая попытка ее частичного разрешения55.
Перспективы дальнейшего развития марксо-ленинской теории советского хозяйственного права связаны с продолжением начатой работы во всех указанных направлениях. Должен быть сделан упор на монографическую разработку отдельных конкретных вопросов. Помимо так или иначе уже затронутых тем, надо подвергнуть углубленному анализу область аграрно-правовых отношений (имущественные отношения в колхозах, договорные отношения колхозов и МТС и др.), а также ряд совершенно новых вопросов из специальных отраслей хозяйственного права: транспортного права, строительного законодательства и т. д. В значительно большей мере надо привлечь материал буржуазного права и критически осветить новейшие попытки фашистской трансформации гражданского права. Обязательными условиями дальнейшего развертывания научно-исследовательской работы в области нашей дисциплины являются самое широкое использование работ классиков марксизма, в особенности Ленина и Сталина, ориентация на практику и опыт социалистического строительства и классовой борьбы в СССР, последовательная партийность и бдительность в отношении всякого рода антимарксистских установок.
§ 2. Иностранная литература о советском! хозяйственном праве
Иностранная литература по советскому хозяйственному праву представлена несколькими книгами и довольно многочисленными статьями. Вся эта литература, за ничтожными исключениями, является буржуазной по своему подходу, установкам и тенденциям. Характеристика ее как буржуазной в равной мере относится как к писаниям эмигрантов (они занимают львиную долю во всей иностранной литературе по советскому праву), так и к работам собственно иностранцев и советских юристов—представителей буржуазной профессуры, широко использовавших в течение целого ряда лет гостеприимные страницы некоторых иностранных журналов56.
Не следует искать в иностранной литературе по советскому хозяйственному праву разработки вопросов сколько-нибудь оригинальной, претендующей на самостоятельное научное значение. В лучшем случае 63 См. Гинцбург, Ленин и вопросы управления социалистическим хозяйством. «Сов. госуд.» 1934 г. № 1.
64 См. Амфитеатров и Гинцбург, Управление хозяйством и хо¬
зяйственное право за 15 лет пролетарской диктатуры. Сб. ИССП «15 лет советского строительства», М. 1932. I
65 См. Гинцбург, О хозяйственном кодексе СССР. М. 1933 г. и А м фите а т р о в, Основные положения законопроекта о договорах. М. 1934.
66 В первую очередь—журналы Zeitschrift fiir Osteuropaisches Recht (1925— 1927 г.), Ostrecht (1927—1929 г.) и Zeitschrift fur Ostrecht (1929—1934 г.). За 1925—1934 г. в этих журналах систематически помещались статьи бывших активных сотрудников прекративших свое существование журналов «Право и жизнь» и «Советское право»: Агаркова, Гордона, Вольфа, Вормса, Граве, Карадже-Искрова, Черепахина и др. Zeitschrift fiir Ostrecht перестал выходить с марта 1934 г.
8*
115


это более или менее объективная информация о нашем законодательстве и судебной практике. Во многих случаях это заведомо недобросовестное и искажающее действительность изложение советского материала под углом зрения доказательства либо его вредоносности с точки зрения «за-границы», либо полного противоречия его простым истинам права, нравственности и общественной морали, либо, наконец, под углом зрения доказательства крушения лежащих в основе советского права коммунистических идей и всего коммунистического «эксперимента» в целом.
Остановимся вкратце на белогвардейской литературе. Эмигранты- юристы систематически выступали и выступают до настоящего времени в качестве верных рыцарей иностранного капитала. Они являются постоянными поставщиками аргументации для наших противников в иностранных судах. Это они с усердием, достойным лучшей участи, доказывали неприменимость советского права за-границей в виду его противоречия «публичному порядку» и «добрым нравам». Это они доказывали допустимость (и притом исходя якобы из норм советского права) обращения взыскания на имущество торгпредств по долгам советских хозрасчетных организаций. Это они доказывали, что советские декреты о национализации не распространяются на имущество национализированных предприятий, находившееся к моменту Октябрьской революции за границей. Они доказывали, что заграничные филиалы бывших русских и затем национализированных банков и страховых обществ продолжают свое существование независимо от советских законов, прекративших их деятельность как самостоятельных юридических лиц и т. д. и т. п. Всюду, где только требовалась, в целях, противных интересам Советского союза, аргументация, которая хотя бы ценой самого глубокого искажения советского закона могла быть использована нашими противниками,—к их услугам оказывались ученые «русские юристы за границей».
Систематическое изложение советского хозяйственного права в целом дано в двух эмигрантских работах: в статье Завадского в 1925 г. (в сборнике статей «Право Советской России»)67 68 69 и в трехтомном коллективном Курсе советского гражданского и торгового права под ред. Ельяшевича, Нольде и Тагера в 1930 г. (на французском языке)58. Для характеристики всего белогвардейского научного творчества в целом совершенно достаточно остановиться на одной из этих книг.
Трехтомный труд Ельяшевича, Нольде и Тагера, несмотря на блестящую рекомендацию автора предисловия знаменитого французского юриста Капитана59 и несмотря на клятвы авторов о их полной объективности60, является образцом грубо тенденциозной антисоветской хал67 «Право Советской России», сборы, статей под ред. Алексеева, Тимашева и др. Прага, 1925. Об этой книге см. заметку II. И. С т у ч к а в сборнике «Революция права», 1925.
68 В. Eliachevitch, Р. Т a g ег, В. Nolde. Traits du droit civil et commerciale des Sowiets. Paris. 1930. T. I. Introduction. Les perconnes. T. II. Les obligations. Les societes. T. III. Les biens. Droit de famille. Successions et testaments.
69 Cm. Eliachevitch и др., т. I, с. I—XII.
60 «Советские ученые на располагают независимым мнением, свободное исследование советского права возможно только за границей... В виду этого коллектив авторов взялся за этот труд, который не преследует ни полемических, ни апологетических целей», Там же, Avant propos.
116


туры. Основной руководящей и принципиальной идеей «Курса» является идея крушения коммунистического эксперимента. Переход к нэпу и развертывание гражданского оборота означают по Ельяшевичу и К0, что «в борьбе между коммунистическими принципами и принципами частного права победа осталась за последними61...» иными словами, что в СССР торжествует капитализм. Всячески подчеркивается,4что «борьба партийной доктрины против экономической действительности» кончилась в пользу последней. «Жизнь (читай „капитализм") побеждает доктрину»62,—не перестают повторять авторы. Отсюда следует, во-первых, что в советском праве неизбежно должны быть и фактически имеются многочисленные элементы старого дореволюционного права (особенно много их авторы находят в земельном праве). Отсюда следует, во-вторых, что под давлением экономики и иногда даже вопреки воле законодателя—в жизни, в судебной практике, в хозяйственной действительности создаются «нормальные» правовые формы (читай—буржуазные правовые формы). Авторы, впрочем, предостерегают от переоценки подлинно правовых, т. е. буржуазно-правовых моментов в советском праве. Отрыжки «коммунистического эксперимента» и «партийной доктрины» дают о себе знать. Этим и объясняются постоянная неустойчивость, угрозы гражданскому обороту и прочие опасности, учитывать которые рекомендуется всякому иностранцу, имеющему дело с СССР и с советским правом.
Контрреволюционные уши авторов особенно явственно высовываются в области земельного права. Здесь их кулацко-реставраторская душа сказывается в полной мере. Итоги развития поземельных отношений периода ограничения капиталистических элементов (до 1928 г.) расцениваются ими следующим образом: «Советский корабль плывет весьма близко к сиренам собственности»63. Земельный кодекс 1922 г. получает такую характеристику: «Земельный кодекс 1922 г. не продукт революции и не порывает со старым правопорядком: он просто свидетельствует о нормальной эволюции законодательства»64. Итоги сплошной коллективизации в 1929—1930 г. автор предисловия Капитан, полностью солидаризирующийся с «объективными» Ельяшевичами и Та- герами, формулирует так: «...Были сделаны попытки изгнать кулаков, вызвавшие сопротивление в деревне, вследствие чего повидимому сейчас идея коллективизации оставлена. Еще одно лишнее доказательство как жизнь ломает теории. Нет теории, которая могла бы бороться против оппозиции крестьянства»66.
«Объективное наблюдение за развитием советского права» венчают такие перлы белогвардейской учености, как толкование советской земельной регистрации, как «зачатка вотчинных книг», включение трудового договора в систему гражданского законодательства в качестве одного из договоров гражданского права, оценка реорганизации управления промышленностью 5 декабря 1929 г., как доказывающей якобы, что нормы капиталистического права углубляются в государственном секторе, и прочее в том же духе. Независимо от каких бы то ни было высо-
61
Е 1 i
ache
! v i t с h
62
Там
же, с.
1.
63
Там
же, с.
179.
64
Там
же, с.
17.
65
Там
же, с.
9.
и др., т. I, с. 92.
117


ких теоретических соображений, можно по человечеству пожалеть запад- но-европейскогр читателя, вынужденного черпать фактические сведения о советском праве из «трудов» русских «ученых юристов за границей».
Из иностранной* литературы, принадлежащей перу собственно иностранцев, на первом месте по количеству работ надо поставить Германию. Здесь, в период до прихода к власти фашистов, появилось несколько работ монографического порядка, посвященных отдельным вопросам советского хозяйственного права. Все они исходят из чуждых советскому праву методологических оснований и принципов. Однако некоторые из них содержат фактически верную картину состояния советского законодательства, основанную на более или менее добросовестном изучении источников. В этом их отличие от грубо тенденциозного творчества белогвардейцев. Можно указать в качестве образчика таких работ на книгу П. Воля «Русские тресты» 1925 г. 66, книгу Фукса «Организация русской промышленности» 1931 г.67 и на некоторые книги Фрейнда.
Последний автор—Фрейнд—особенно плодовит. Его перу принадлежит несколько работ по советскому праву, комментированные издания на немецком языке советских гражданского и семейного кодексов (Das Zivilrecht Sowietrusslands, 1924), брошюра об организации внешней торговли СССР (1928 г.), перевод и комментарии Морского кодекса СССР (1929 г.) и др. Фрейнд же в течение ряда лет был редактором и руководителем журнала «Zeitschrift fur Ostrecht», в котором печатались статьи советской буржуазной профессуры.
Более всего Фрейнд теоретизирует в первой из своих работ «Das Zivilrecht Sowietrusslands». В этой книге переводу текста советских кодексов и смежных законов с краткими к ним комментариями предпосылается введение, в которых автор пытается дать некоторый более углубленный анализ советского гражданского законодательства в целом. Анализ Фрейнда в основном следует идеям «Права и жизни». Он пишет: «Наделенный после периода полного бесправия новыми правовыми гарантиями гражданин выступает перед нами в начале новой эры в России, свидетелями которой мы являемся, не только сильно обедневшим, но также в правовом положении, хотя и преобразованном, но все же необеспеченным по сравнению с прошлым положением. С недоверчивой скупостью отмеряется ему скудная часть в новых правовых гарантиях. Нерасточительная богиня сыплет ему свои дары из рога изобилия, а начальник, сам жестоко борющийся, со строгим лицом наделяет его скудными грошами. В мире нового капитализма он окружен вездесущим как нигде всемогуществом государства и кооперативных организаций, подчиненных государственному руководству так, что Советское правительство разрешило проблему отказа о.т коммунизма таким способом, который делает вполне возможным сохранение диктатуры»68. Автор резюмирует свои исследования так: «Русский гражданский кодекс в том согласуется с другими кодексами того же рода, что он капитали- стичен. Он отличается от них тем, что по возможности лишает капита66 Р. Wohl, Die russischen Trusts. 1925.
67 E. Fuchs. Die russische Industrie-Organisation, 1931.
68 Freund, Das Zivilrecht Sowietrusslands, s. 24. Перевод по Ландкофу: «Иностранная критика советского Гражданского кодекса». Харьков. 1928.
118


лизм индивидуалистического момента, который до сих пор казался неразрывно связанным с понятием капитализма»69.
Справедливость требует отметить, что в позднейших своих выступлениях Фрейнд скромнее по части «отказа от коммунизма». Он предпочитает не затрагивать скользких тем из области высокой теории, ограничивая свою роль информацией и комментированием. В брошюре 1928 г. о монополии внешней торговли он даже признал одну свою «ошибку»: недооценку значения монополии внешней терговли в СССР, неправильность прогноза о постепенном превращении ее в обычное государственное регулирование внешней торговли. Как показывают, впрочем, последние обзоры Фрейнда в журнале «Osteuropa» за 1934 г. он неизменен в своих буржуазно-юридических методологических позициях. Отсюда его постоянные просчеты, а часто и грубая тенденциозность в конкретных вопросах советского права.
В обзоре, посвященном критике выпущенной ИССП Комакадемии Программы курса советского хозяйственного права70 Фрейнд сомневается в правильности тезиса о единстве системы советского хозяйственного права, сомневается в том, правильно ли отодвинута на задний план частная собственность, сомневается, правильно ли сохранять на данном этапе различие между государственной и колхозно-кооперативной собственностью, сомневается, правильным ли является признание всеобщего значения принципа планового руководства, т. е. распространение его на все участки советского хозяйственного строительства и т. д.
Другие страны, кроме Германии, не имеют своих Фрейндов. Однако всюду некоторое внимание иностранная литература по гражданскому и торговому праву уделяет и советскому хозяйственному праву. Во Франции в 1925 г. был предпринят перевод на французский язык советских кодексов: Гражданского, Семейного, КЗоТ, Земельного и др. В вводной статье к переводу гражданского и семейного кодексов директор Института сравнительного права в Лионе проф. Лямбер подчеркивал недостаточный уровень законодательной техники, отличающий эти акты, с одной стороны, и их богатое социологическое содержание—с другой. «Это право открывает для будущего наших капиталистических законов,—писал проф. Лямбер,—такие же широкие перспективы, какие законодательное творчество французской революции открыло для английских или германских юристов конца XVIII века, которые оказались вынужденными претерпеть эволюции своих национальных законов в течение XIX века. Советские кодексы—магическое зеркало—стакан воды Жозефа Бальзамо, где опытный глаз историка права видит, как уже вырисовываются очертания нового правового режима, к которому все народы современного международного общества приближаются более или менее быстро под влиянием непреодолимых действий одинаковых сил социальных реформ»71. Такая оценка советского ГК вызвала ряд резких возражений со стороны других французских юристов.
Интерес к советскому хозяйственному праву во Франции растет. Это явствует не только из появления на французском языке белогвар69 Там же, с. 29.
70 «Программа Курса советского хозяйственного права для вузов под ред. Л. Гинцбурга. М. 1933. См. Freund. Russische Ubersicht Osteuropa. 1933, № 10.
71 Цит. по переводу Ландкофа. См. Лямбер, и Фрейнд, Иностранная критика советского Гражданского кодекса. Харьков, 1928 г., с. 50.
119


дейского трехтомника, но и из последующих публикаций. В 1933 г. появилось во французском переводе 2-е издание «Системы торгового права» проф. Гордона (Харьков, 1927 г.). Автор предисловия проф. Амье горячо рекомендует французскому читателю эту книгу. «Система торгового права проф. Гордона .является... классической книгой в России». Подчеркивая, что в СССР книга Гордона была издана Государственным издательством НКЮ УССР, проф. Амье пишет: «Эта работа может рассматриваться нами, как дающая своего рода официальный обзор советского законодательства по внутренней торговле»72.
Такая характеристика является, конечно, плодом чистого недоразумения. Книга, изданная в 1927 г., никак не может служить пособием для ознакомления с действующим советским хозяйственным законодательством 1933 г., не говоря уже о коренных недостатках работы проф. Гордона даже в условиях 1927 г.
На очередь дня самым серьезным образом должен быть поставлен вопрос о переводе на иностранные языки ряда марксистских работ по советскому хозяйственному праву:
Литература
Пашуканис, За марксо-ленинскую теорию государства и права. М. 1931. Стучка, Мой путь—мои ошибки. «СГиРП» 1931. № 5/6. Стучка, Обзоры литературы по гражданскому праву в «Революции права» и «СГиРП» за 19*27 и 1931 гг. АВС. Обзоры литературы по гражданскому праву в «Сов. Госуд-ве», 1928, 1929, 1930 гг. Комаров, Основные вопросы теории советского права. «Сов. госуд-во» 1934 г. № 1. Амфитеатров, Борьба за марксо-ленинскую методологию и Основы гражданского законодательства. «СГиРП» 1931 г. № 4. Салтыкова, «Против правого оппортунизма в советском гражданском праве». «СГиРП» 1930 г. № 5—6. Братусь, К проблеме хозяйственно-административного права. «СГиРП» 1930 г. № 11—12.
"\
72 Gordon, Systdme du droit commercial des Sowiets. Paris. 1933. Preface p. VII.


ГЛАВА V
ИСТОЧНИКИ СОВЕТСКОГО хозяйственного права
§ 1. Различные виды источников советского хозяйственного права
Основным и единственным в конечном счете источником советского хозяйственного права (так же, как и всего советского права) является диктатура пролетариата. Советское хозяйственное право— это воля господствующего класса, особая форма его политики. Поэтому только организо'ванная воля пролетариата и лишь она одна вызывает к жизни те или другие институты советского хозяйственного права и только она же прекращает их существование. Нормы советского хозяйственного права лишь постольку имеют силу («действуют»), поскольку они исходят от пролетариата, господствующего класса, соответствуют его интересам, охраняются принудительным аппаратом пролетарского государства.
Источниками права в техническом смысле называются различные формы, в которых выражаются и закрепляются юридические нормы как общеобязательные. Источниками советского хозяйственного права являются: решения центральных органов партии, совместные постановления партии и правительства, законы, судебная и арбитражная практика, постановления профсоюзных и кооперативных центров.
Главное в диктатуре пролетариата—партия. «Руководство партии есть главное в диктатуре пролетариата... Без партии, как основной руководящей силы, невозможно сколько-нибудь Длительная и прочная диктатура пролетариата»1. Поэтому партийные решения, партийные директивы—важнейший (хотя не самый многочисленный) вид источников советского права, в частности хозяйственного. Правда, партийные решения обязательны непосредственно лишь для членов партии. Однако поскольку партия руководит всей массой трудящихся города и деревни в их борьбе за социализм, поскольку партийное руководство обеспечено во всех без исключения советских, профессиональных, кооперативных, общественных организациях Советского государства, постольку партийные решения приобретают общеобязательное значение. По словам т. Сталина, лозунги такой партии представляют не простые (агитационные) лозунги, а нечто гораздо боль-
1 Сталин, «Вопросы ленинизма», изд. 9-е, 1933, с. 211, 205.
121


шее, ибо они имеют силу практического решения, силу закона, который надо проводить теперь же2.
Примером общеобязательных партийных директив может служить постайовление ЦК 5 декабря 1929 г. о реорганизации управления промышленностью и резолюция январского пленума ЦК ВКП(б) 1933 г. по докладу т. Кагановича об организации политотделов в МТС и совхозах. Обе директивы полностью не были оформлены в советском порядке, однако, послужили основой для целого ряда практических мер огромного политического и хозяйственного значения. Постановления высших советских органов неоднократно упоминают о решениях партии, как о директивах общеобязательных для всех организаций и трудящихся Советского союза3.
В последние годы широкое распространение получил новый вид источников советского хозяйственного права—совместные директивы ЦК ВКП(б) и СНК СССР. Совместным подписанием этих директив председателем СНК т. Молотовым и генеральным секретарем и вождем партии т. Сталиным подчеркивается особенно важное их политическое значение. В этом порядке были изданы например постановления и обращения ЦК ВКД(б) «О потребительской кооперации» 10 мая 1931 г., «О хлебозаготовках» 6 мая 1932 г., «Об угольной промышленности Донбасса» 8 апреля 1933 г. и многие другие.
С точки зрения заскорузлого буржуазного юриста-догматика, не переведшегося еще и у нас, совместное издание постановлений правительства и партии представляет «аномалию». Каким образом «частная» организация может совместно с правительством издавать законы? Под такими обывательскими рассуждениями скрывается однако политическая тенденция—обособить партию и советы, подорвать единство политической линии руководящих органов пролетарской диктатуры.
Государственной формой диктатуры пролетариата являются советы. Советы—это наиболее массовая, охватывающая поголовно всех трудящихся форма политической организации. Постановления органов советской власти или закон ы—наиболее многочисленная категория источников советского хозяйственного права.
Законами в широком смысле слова считаются постановления всех •советских органов—съездов советов, центральных исполнительных комитетов, Советов народных комиссаров, СТО, ЭКОСО, исполкомов, местных советов, наркоматов, изданные в пределах их компетенции, установленной Конституцией СССР, конституциями союзных республик и соответствующими положениями. Так например законами являются Конституция СССР 6 июля 1923 г. («Вестник ЦИК, СНК и СТО СССР» 1923 г. № 2, ст. 46), декрет ЦИК и СНК СССР о государственных промышленных трестах 29 июня 1927 г. (СЗ 1927 № 39, ст. 392), постановление СНК СССР о заключении договоров на 1934 г. 19 декабря 2 Ср. Лени н. т. XXV, с. 451: «Мы должны знать и помнить, что вся юридическая и фактическая конституция Советской республики строится на том, что партия все исправляет, назначает и строит по одному принципу, чтобы связанные с пролетариатом коммунистические элементы могли пропитать этот пролетариат ■своим духом, подчинить его себе, освободить его от того буржуазного обмана, который мы так долго стараемся изжить».
3 См. например пост. 3 сессии ЦИК СССР VI созыва от 30 января 1933 г. (СЗ 1933 г. Л? 6, ст. 41), со ссылкой на решение партии об организации политотделов МТС.
122


1933 г. (СЗ 1933 г. № 73, ст. 445), постановление СТО 23 июля 1931 г. о собственных оборотных средствах хозорганов (СЗ 1931 г.- № 46, ст. 316), приказ НКТП о балансе оборудования на 1934 г. 16 октября 1933 г. № 710, постановление Моссовета о предоставлении персональным пенсионерам республиканского значения льгот по квартирной плате (протокол Моссовета № 5, п. 6, 4 февраля 1934 г.) и другие.
Буржуазная «наука права» различает «законы в материальном смысле» и «законы, в формальном смысле». Первые содержат общие нормы, т. е. правила, распространяющиеся на большое число одинаковых случаев. Вторые—законы в формальном смысле—предписания или распоряжения по конкретному поводу, но исходящие от так называемых законодательных органов государственной власти. С точки зрения этого разделения, постановление СТО о собственных оборотных средствах 23 июля 1931 г. следовало бы считать законом в материальном смысле, а постановление СНК СССР об окончании строительства Бобриковского химкомбината и включении его в число действующих предприятий СССР («Изв. ЦИК» № 312 от 26 декабря 1933 г.)—законом в формальном смысле. Буржуазные юристы пытались протащить это деление в советскую практику. В советских условиях оно не имеет смысла. Это деление связано с буржуазной теорией разделения властей (отделение власти законодательной, исполнительной, судебной). Высшие же органы советской власти являются органами одновременно и законодательствующими, и исполняющими законы, и контролирующими их проведение в жизнь. С другой стороны, в силу принципа конкретного руководства, пронизывающего работу всех государственных органов СССР и в первую очередь высших, огромное большинство актов, исходящих от высших органов, носит конкретный характер или содержит в себе наряду с общими нормами совершенно конкретные предписания и распоряжения.
Советское право выделяет все же из общей массы законов известную группу законодательных актов—законы в узком смысле слова. Это— по стало вления правительства СССР и союзных республик, постановления высших центральных органов власти: для СССР— Съезда советов, ЦИК и его Президиума, СНК, СТО, Комиссии исполнения (ныне—Комиссии советского контроля), для союзных республик— постановления соответственных высших органов союзных республик. Только к этим актам центральной власти применяется обычно наименование «декреты». Только их имел в виду Ленин, когда говорил о точном соблюдении законов на территории всего советского государства: прокуратура должна «следить за установлением действительно единообразного понимания законности во всей республике, несмотря ни на какие местные различия и вопреки каким бы то ни было местным влияниям»4.
Наиболее важные из/законов этой категории издаются постановлениями ЦИК, а в промежутках между сессиями как совместные постановления Президиума ЦИК и СНК СССР (или соответственно союзных республик) с последующим утверждением очередной сессией ЦИК СССР.
Огромная масса источников советского хозяйственного права являются законами именно в этом узком смысле слова.
Различается законодательство общесоюзное и республиканское. Законы общесоюзные исходят от органов правительства 4 Ленин, т. XXVII, с. 299.
123


СССР и распространяются в своем действии на территорию всего Союза, кроме редких случаев, когда в них имеется оговорка о нераспространении их действия на ту или другую часть союзной территории. В настоящее время все большее число законов по вопросам хозяйственного права издается именно в порядке общесоюзного законодательства. Законы республиканские исходят от органов правительства соответствующей Союзной республики и распространяются на территорию всей союзной республики. Из этого правила имеется значительное число исключений. Самое существенное из них то, что в ЗСФСР важнейшие законы по вопросам хозяйствейпого права издаются ЦИКами входящих в ЗСФСР республик Грузии, Азербайджана и Армении и даже автономных республик (например, Абхазии), а не ЦИК ЗСФСР. Есть также исключения и в РСФСР. Так, для ряда автономных республик и для Дальневосточного края установлено несколько изъятий из действия общереспубликанского законодательства, в частности ГК РСФСР5.
Из числа законов СССР и союзных республик, являющихся источниками советского хозяйственного права, первостепенное значение имеют конституции как союзная, так и союзных республик (в частности РСФСР).
Конституция СССР принята сессией ЦИК СССР 6 июля 1923 г. Она устанавливает структуру и компетенцию высших органов СССР (ЦИК, СНК, СТО) и высших органов хозяйственного управления—наркоматов СССР, определяет их права и функции, разграничивает компетенцию в области хозяйственного законодательства и управления между Союзом ССР и союзными республиками.
Конституция РСФСР принята XII всероссийским съездом советов 11 мая 1925 г. (СУ 1925 г. № 30, ст. 218) взамен отмененной Конституции РСФСР 10 июля 1918 г. Конституция 11 мая 1925 г. подтверждает действие Декларации прав эксплоатируемого и трудящегося народа, утвержденной 111 съездом советов 18 января 1918 г., и устанавливает основы государственного устройства РСФСР. Ст. 15 Конституции 11 мая 1925 г. устанавливает, что основные экономические командные высоты «...земля, леса, недра, воды, а равно фабрики и заводы, железнодорож- 6
6 Законодательные акты, исходящие от правительства СССР (ЦИК, СНК. СТО), публикуются в Собрании законов СССР, издаваемом на семи языках. Собрание законов выходит каждую декаду два-три раза, по мере накопления печатаемых постановлений. и цитируется по названию постановления с указанием в скобках года, номера выпуска и порядковой статьи, под которой напечатано это постановление (например СЗ 1931 г. № 1, ст. 1). Законодательные акты, исходящие от ЦИК, СНК и ЭКОСО союзной республики (в частности РСФСР), печатаются в Собрании узаконений этой республики и издаются, а равно цитируются так же, как законы СССР (например СУ 1931 г. № 1, ст. 1).
Собрание законов издаются двумя отделами, из которых законодательные акты общего характера, содержащие общие нормы, печатаются в I отделе. Во II отделе печатаются утверждаемые правительством уставы юридических лиц, назначения ответственных работников, соглашения с иностранными государствами и т. п. Нумерация в каждом отделе ведется раздельно. Некоторые инструкции и постановления ведомств иногда печатаются в Собрании узаконений. Полностью ведомственные инструкции, приказы и постановления, а равно постановления местных исполкомов печатаются в официальных органах этих ведомств и исполкомов. НКФин СССР издает «Бюллетень финансового и хозяйственного законодательства», который для постановлений и инструкций этого наркомата является официальным изданием, для актов же, исходящих от других’ведомств,—неофициальным справочником.
124


ный, водный и воздушный транспорт и средства связи составляют собственность рабоче-крестьянского государства на основах, определяемых особыми законами СССР и верховными органами РСФСР».
Особую группу законов составляют кодексы. Это развернутые законодательные акты, исчерпывающим образом регулирующие ту или другую отрасль народного хозяйства или государственного управления. В РСФСР установлен особый, осложненный порядок издания и изменения кодексов.
Выше уже указывалось, что важнейший законодательный акт по советскому хозяйственному праву—Гражданский кодекс РСФСР датируется 11 ноября 1922 г. В свое время он сыграл огромную роль в качестве сильнейшего орудия в руках пролетарского государства по строительству социалистической экономики. До сих пор ряд его положений полностью сохранял свое значение (например статьи об исключительном праве собственности пролетарского государства на землю, промышленность, транспорт, о монополии внешней торговли и др.). Но в целом это документ другой эпохи, не отвечающий задачам и условиям второй пятилетки. В январе 1933 г. т. Крыленко характеризовал наш ГК следующим образом: «Гражданский кодекс у нас на 60% «не гласит» и в этой части ГК мертвый закон»6.
Структура нашего ГК следующая: 1) общая часть: а) основные положения, б) субъекты прав (лица), в) объекты прав (имущества), г) сделки, д) исковая давность; 2) вещное право: а) право собственности, б) право застройки, в) залог имущества, г) залог товара в обороте и переработке6 7; 3) обязательственное право: а) общие положения, б) обязательства, возникающие из договора, в) имущественный наем, г) купля-продажа, д) мена, е) заем, ж) подряд, з) поручительство, и) поручение и доверенность, к) договор комиссии8, л) товарищество (простое, полное, на вере, с ограниченной ответственностью, акционерное общество), м) страхование, н) обязательства, возникающие вследствие неосновательного обогащения, о) обязательства, возникающие вследствие причинения другому вреда; 4) наследственное право.
ГК предпосылается Вводный закон, предусматривающий ряд вопросов применения кодекса.
Одновременно с ГК в 1922 г. были утверждены Земельный и Трудовой кодексы. Они разделяют ныне судьбу ГК9.
7 июня 1923 г. утвержден Лесной кодекс РСФСР (СУ 1923 г. № 58, ст. 564), с 1 января 1926 г. вступил в действие новый Кодекс законов о браке, семье и опеке взамен кодекса 1918 г. (СУ 1926, № 82, ст. 612).
Некоторые отрасли советского хозяйственного права кодифицированы по линии союзного законодательства. Так, изданы и действуют Устав железных дорог 24 мая 1927 г. (СЗ 1927 г. № 30, ст. 308) с множеством позднейших изменений и дополнений, Морской кодекс СССР 1929 г. (СЗ 1929 г. № 41, ст. 366), Устав водный 27 октября 1930 г. (СЗ 1930 г. 6 Крыленко, Доклад на 3 сессииДЩИК XV созыва. Бюллетень сессии № 16. с. 11, М. 1933.
7 Позднейшая новелла в дополнение к разделу второму ГК 23 января 1928 г.
(СУ 1928 г. № 4, ст. 33). '
8 Позднейшая новелла 6 сентября 1926 г. в дополнение к ст. 275 ГК (СУ 1926 г. № 59, ст. 451).
9 О них выше. с. 38—40.
12&


№ 55, ст. 58), Воздушный кодекс 27 апреля 1932 г. (СЗ 1932 г. № 32, ст. 194а). Ряд отдельных ^союзных актов хозяйственного законодательства по своему значению и характеру являются кодексами. Таковы: Горное положение СССР 9 ноября 1927 г. (СЗ 1927 г. № 68, ст. 687), Положение об изобретениях 9 апреля 1931 г. (СЗ 1931 г. № 21, ст. 180), законы об отдельных видах кооперации (Положение о потребительской кооперации 20 мая 1924 Т.—«Вестник ЦИК, СПК и СТО» 1924 г. № 5, ст. 72, Положение о промысловой кооперации 11 мая 1927г.—СЗ 1927 г. № 26, ст. 280. Положение о жилищной кооперации 19 августа 1924 г.— СЗ 1924 г. № 5, ст. 60).
' Большое значение в качестве источников советского хозяйственного права имеют далее постановления различных комитетов при СНК СССР и СТО (Комитета по стандартизации, Комитета по заготовкам при СНК СССР и др.). Такой например акт, как постановление Комитета товарных фондов и регулирования торговли при СТО № 99 от 3 августа 1932 г. «О порядке регулирования и завоза товаров, предназначенных для снабжения широкого рынка», установил в нормативном порядке принципы проведения важнейшей народнохозяйственной операции—планирование завоза и распределение товаров ширпотреба.
Далее следуют ведомственные постановления: приказы, циркуляры, инструкции хозяйственных наркоматов (союзных и республиканских). Значение этой категории источников советского хозяйственного права на данном этапе колоссально. Оно особенно возрастает в связи с тем, что по ряду важнейших разделов советского хозяйственного права нет развернутых нормативных актов законодательного порядка.
Наркоматы издают постановления, циркуляры, инструкции в рамках своей компетенции, определенной положениями о них, или же по поручению в каждом отдельном случае высших правительственных органов. В некоторых случаях ведомственные постановления имеют общий характер и их действие распространяется на всю соответствующую отрасль хозяйственной деятельности независимо от подведомственности (подчиненности) тех или других хозорганов. Такой характер носят например постановления Наркомтяжпрома по вопросам электроснабжения, Наркомхоза по вопросам коммунального хозяйства, Наркомвну- торга по вопросам регулирования товарооборота. В других случаях приказы наркоматов действительны лишь в отношении непосредственно им подведомственных предприятий.
Постановления наркоматов носят самый разнообразный характер, начиная от сугубо общих и принципиальных (например приказ Наркомтяжпрома № 29 от 3 августа 1932 г. об организации проектирования— почти научный трактат в форме ведомственного постановления) и кончая самыми конкретными актами с установлением деталей вопроса (например приказ того же Наркомяжпрома «Об обеспечении заводов автотракторной промышленности изделиями смежных производств и электрооборудованием в IV квартале 1932 г. и 1933 г.» от 5 декабря 1932 г. № 768А).
Большое значение для многих вопросов советского хозяйственного права имеет судебная и арбитражная практика: для регулирования отношений в частном хозяйстве—практика общих судов,
126


у
для отношений между социалистическими предприятиями—практика органов государственного и ведомственного арбитража.
Разъяснения пленумов верховных судов СССР и союзных республик имеют по закону обязательную силу. Некоторые из них фактически дополняют действующие законы. Таково например постановление пленума Верхсуда РСФСР 29 июня 1925 г., установившее презумпцию права собственности государства на спорное имущество; постановление его же 4 июля 1927 г. о том, что кроме случаев, когда иное особо не оговорено в законе, сокращенные сроки давности не подлежат перерыву; о том, что запрещение принимать к рассмотрению иски, основанные на дореволюционных отношениях, не распространяется на претензии по увечным делам; разъяснение Верхсуда СССР 29 сентября 1928 г. об ответственности железных дорог за недостачу грузов и т. п. Большое значение имели на практике инструктивные письма Гражданской кассационной коллегии Верхсуда например по делам, связанным с коллективизацией сельского хозяйства (утверждено президиумом Верхсуда 6 октября 1930 г.), доклады ГКК по применению ст. 1 ГК (1927 и 1929 гг.) и др. Иногда самый факт отмены решения облсуда по общему вопросу приобретает значение важного принципиального указания; это можно сказать например относительно постановления Верхсуда РСФСР 20 мая 1930 г., отменившего известное «левацкое» решение Московского облсуда, лишавшее нетрудовой элемент возможности судебной защиты гражданских прав.
Органы государственного и ведомственного арбитража рассматривают имущественные суды между предприятиями и хозяйственными организациями обобществленного сектора. Их решения обязательны по- закону лишь для данного конкретного дела. Однако в их практике выкристаллизовываются принципиальные положения, получающие общее значение. Госарбитраж при СНК СССР и ведомственные арбитражи издают по своим системам циркулярные письма.
Одним из видов источников советского хозяйственного права являются постановления кооперативных центров: Все- копромсовета, Центросоюза, Центрожилсоюза. В порядке внутрико- оперативной дисциплины они обязательны для всех кооперативных организаций соответствующих систем.
Для целого ряда вопросов хозяйственного права обязательную силу имеют постановления профсоюзных центральных организаций, в особенности решения профсоюзных съездов и ВЦСПС. Они являются одним из источников советского хозяйственного права в силу особой роли, которую занимают профсоюзы в системе пролетарской диктатуры, как один из важнейших приводных ремней от главной направляющей силы—партии—к массам.
В силу постановления СНК СССР от 21 августа 1934 г. ВЦСПС издает инструкции, правила и разъяснения по применению действующего законодательства о труде лишь с утверждения или предварительной санкции СНК СССР (СЗ 1934 г. № 43 ст. 342).
Нередко издаются содержащие важные нормы советского хозяйственного права постановления и инструкции ВЦСПС или ЦК соответствующих профсоюзов совместно с хозяйственными наркоматами, кооперативными центрами и другими организациями (например банками).
117


Буржуазная «наука права» не признает источниками права такие, как партийные решения или постановления профсоюзов10. И наоборот, в дополнение к перечисленным выше обычно указываются еще две категории: обычаи (обычное право) и правоведение.
Значение обычая в условиях пролетарского государства и революционной перестройки всех|общественных отношений сведено к минимуму. Земельный кодекс 1922 г. предусматривает, что «земельные права и обязанности трудовых землепользователей и их объединений определяются общими законами РСФСР, настоящим кодексом, узаконениями и распоряжениями, издаваемыми в его развитие, а для земельных обществ также их уставами (приговорами) и местными обычаями, когда их применение допускается законом пли ему не противоречит» (ст. 9 Основных положений). Ныне эта норма почти не имеет практического применения.
Буржуазная теория права считает одним из источников права «науку права» (правоведение). Происхождение этого взгляда кроется в деятельности ученых римских юристов и так называемых глоссаторов— комментаторов римского права в период его рецепции. И мнения римских юристов, которым было предоставлено jus respondendi и глоссы знаменитейших глоссаторов имели официальное значение. Относительно «науки права» и теории вообще применительно к нашим условиям надо -сказать следующее: марксо-ленинская теория у нас не является официальным источником права, но она должна самым широким образом использоваться как в процессе законодательства (составление законов), так и в процессе их применения (в частности в суде). Поскольку же решения партии, т. е. документы, в которых воплощается генеральная линия партии, представляют собой документы величайшего не только практического, но и теоретического значения, дают глубочайшие обобщения и формулируют основные закономерности эпохи построения социализма, постольку теория Маркса—Энгельса—Ленина—Сталина становится «материальной силой»—партийной директивой и основой советского государственного и хозяйственного строительства.
§ 2. Действие закона по лицам и времени и так называемые коллизионные нормы
Советское право придерживается принципа, по которому действие советских законов распространяется на всех лиц, находящихся на тер-
10 Фашистские теоретики, впрочем, по этому вопросу находятся в затруднительном положении. Законом 1 декабря 1933 г. Гитлер объявил, что «после победы национально-социалистической революции германская национал-социалистическая рабочая партия является носительницей национальной идеи и неразрывно связана с государством. Партия эта является корпорацией публичного права. Уставы ее определяются вождем» (§ 1). Поэтому в обеспечение максимальной согласованности •совместной работы органов (Dienststellen) партии и штурмовых отрядов с публичноправовыми учреждениями заместитель вождя и начальник штаба штурмовых отрядов (S.А.) являются членами имперского правительства (§2), а «публичноправовые учреждения должны в пределах их компетенции выполнять служебные и правовые поручения партийных организаций S.A., которым вверено осуществление партийной и S. А. юрисдикций». См. закон об обеспечении единства партии и государства в Reichsgesetzblatt, 1933, Teil I, № 135, S. 1016. После событий 30 июня 1934 г, все это изменено. Штурмовики лишены своего былого официального положения. Начальник штурмовых отрядов уже не член правительства.
12*


ритории СССР. Это не означает необходимости абсолютно одинакового подхода ко всем без исключения лицам, находящимся на территории Союза. Наоборот сплошь и рядом.советские законы прямо указывают на необходимость различного подхода к тем или другим категориям лиц, а равно на необходимость диференцированного подхода к отношениям, возникающим в различное время или в различных существенно отличных по своим условиям районах. Иногда таких указаний непосредственно в законе не содержится, но применимость закона к одним и неприменимость его к другим отношениям вытекает из более общих принципов или из существ вопроса.
Советские законы особенно часто прямо устанавливают необходимость неодинакового подхода для организаций и лиц, принадлежащих к различным классам или к различным слоям населения, резко порывая при этом с мнимым равенством эксплоататора и эксплоатируемого и открыто используя право в качестве орудия политики рабочего класса. Так например в советском аграрном законодательстве имеется множество норм, содержащих диаметрально противоположные решения одних и тех же вопросов для кулацких элементов, с одной стороны, и для колхозников—с другой. Советское жилищное право устанавливает неодинаковый режим для выселения из занимаемого помещения для трудящихся и нетрудящихся.
Особо стоит вопрос о правах иностранцев. Подробное изложение этого вопроса относится к международному частному праву11.
Здесь укажем лишь на следующие основные положения советского права. Права иностранцев определяются договорами СССР с другими государствами. В отношении граждан тех стран, с которьши таких договоров не заключено, действует правило, по которому их права могут быть ограничены особыми постановлениями правительства СССР как по сравнению с правами граждан СССР, так и по сравнению с правами граждан тех государств, которые заключили с СССР специальные соглашения и договоры ('ст. 8 Вводного закона к ГК).
Каждый закон (включая ведомственные постановления и пр.), нормы, устанавливаемые судебной практикой и т. д., имеют пределы своего действия во времени. Иначе говоря, закон применяется к отношениям, происходящим в определенный период времени, и не применяется за этими пределами раньше или позже этого времени.
Для законов вообще и для законов в области хозяйственного права в частности установлен четкий порядок, определяющий момент вступления закона в силу. Согласно закону 6 февраля 1925 г. (СЗ 1925 г. № 8, ст. 75) постановления правительства СССР вступают в силу с момента получения местным исполкомом или ЦИК республики официального органа, в котором опубликовано постановление («Известия ЦИК», «Собрание законов», «Собрание узаконений», «Экономическая жизнь»). Постановления, не подлежащие опубликованию, имеют обязательную силу с момента получения их учреждениями, которым они сообщаются. В ряде случаев момент вступления закона в силу прямо указывается в законе. Для ГК, принятого в октябре 1922 г., вступление его в силу было установлено с 1 января 1923 г. Это означает например, что наследства, открывшиеся до 1 января 1923 г., не переходят в указанном ГК порядке.
11 Р а е в и ч, Международное частное право. М. 1934, гл. 4.
lit
9 Курс сов. хоз. права


В буржуазных законодательствах, за немногими изъятиями, твердо проводится принцип: «закон обратной силы не имеет». Там этому правилу придается большое значение, ибо одним из движущих стимулов всей правовой системы является охрана так называемых приобретенных прав буржуа. Это правило признается и в советском праве, но лишь в ограниченных пределах, поскольку его применение не противоречит интересам трудящихся или пролетарского государства.
Вводный закон к ГК устанавливает, что ГК применяется к отношениям, возникшим до вступления его в силу, в тех случаях, когда отношения, допускавшиеся райее действовавшими законами, недостаточно полно ими регулировались. Никакие споры по правонарушениям, возникшим до 7 ноября 1917 г., не принимаются к рассмотрению судебными и другими учреждениями республики.
В отличие от новых законов и изменений ранее действовавших законов разъяснения правительства (так называемые «аутентические»), а равно исходящие от пленумов верховных судов, имеют обычно силу и на предшествующее время—на все то время, в течение которого действовал разъясняемый закон.
Советский суд и другие советские органы, в тех или иных случаях решающие споры о праве, в подавляющем большинстве случаев применяют нормы советского закона и вообще советского права. Бывают однако случаи, когда им необходимо в тех или других пределах применять или по крайней мере учитывать также некоторые положения иностранных законодательств. Еще чаще бывают случаи, когда буржуазный суд обязан применить нормы не своего, а иностранного (в частности совет- » ского) права. В законодательстве всех значительных государств, в международных договорах и т. п. имеется целый ряд так называемых коллизионных норм, устанавливающих, какое именно право должно применяться в тех случаях, когда по характеру отношения возможно было бы применение различных систем законодательства (например заключение договора, с иностранцем на территории одного государства с исполнением его на территории другого).
Приведем примеры коллизионных норм из советского законодательства. Согласно ст. 8 Вводного закона к ГК права иностранных граждан в СССР определяются соглашениями с соответствующими государствами и при отсутствии таковых законами СССР. Согласно ст. 7 Гражданского процессуального кодекса РСФСР «при рассмотрении судом договоров и актов, совершенных за границей, принимаются во внимание законы, действующие в месте совершения договора или акта, если самые договоры или акты разрешены на основании законов и соглашений РСФСР с теми государствами, в пределах коего они совершены». По конвенции СССР с Германией относительно формы распоряжения на случай смерти должны применяться законы места составления распоряжения или законы государства, к которому принадлежал наследодатель в момент составления. Много подобных правил содержится также и в других соглашениях СССР с иностранными государствами. Согласно циркуляру НКЮ 26 сентября 1923 г/некоторые «имущественные права граждан РСФСР, подлежащие осуществлению за пределами СССР, подлежат обсуждению по законам той страны, где они должны осуществляться».
В буржуазных государствах существует множество правил, устанавливающих необходимость применения иностранного права. Некото-
130


рые из этих правил (в особенности о том, что положение юридического лица определяется его национальным законом) имеют большое значение, в частности для правовой защиты интересов советских органов во внешней торговле; в связи с этим некоторые из них будут предметом нашего внимания в главе о монополии внешней торговли i2.
В буржуазных государствах коллизионные нормы, определяющие применение своего или иностранного закона, распространяются часто также и на случаи, когда спорным является, какой закон должен быть применен из числа действующих в различных частях территории данного государства (например закон штата Нью-Йорк или Массачузетс; шотландский или ольстерский судебный прецедент и т. п.). Иногда для этих так называемых междуобластных коллизий устанавливаются специальные правила (наиболее обстоятельный закон издад в Польше, где действует пять неодинаковых систем гражданского права). Некоторые буржуазные юристы внутри СССР стремятся распространить применение норм, установленных для коллизий в международном обороте, также и на случаи «столкновения» республиканских законодательств внутри СССР. Они «глубокомысленно» разрешают например на «основе общих начал международного права» вопросы о том, законодательство какой из союзных республик подлежит применению к договорам комиссии, заключаемым на территории УССР хозяйственными организациями РСФСР, если эти договоры должны исполняться на территории РСФСР (этот случай, а равно коллизии брачно-семейного права 13 составляют практически наиболее важные случаи межреспубликанских коллизий). На самом же деле коллизии международного оборота и особенно коллизии права двух систем (капиталистической и социалистической) имеют принципиально иной характер, чем коллизии законов республик, входящих в состав СССР. Принципиально неправильно считать «междуреспубликанское» или «междуобластное» коллизионное право составной частью международного права. Более того, вопросы внутреннего коллизионного характера имеют в СССР вообще ничтожное значение и относятся больше к вопросам юридической техники и внешней формы права. И самое число расхождений между законами союзных республик невелико и значение их маловажно; многие из этих расхождений относятся к тому же к таким областям права, где самое существо вопроса представляет практически бесспорное разрешение коллизии (в отношении жилищного законодательства, где имеется сравнительно много частных расхождений, не возникает сомнений, что применяться должен закон места жилища).
Согласно ст. 5 Положения о Верховном суде СССР при производстве гражданских дел, подсудных Верхсуду СССР, применяются материальные и процессуальные законы той союзной республики, на территории которой возникло оспариваемое правоотношение. Это правило (по аналогии) может быть применено и в случаях рассмотрения дел в судах орюзных республик. Например вопрос о действительности договора комиссии, заключенного в УССР, должен рассматриваться в РСФСР по законам УССР, если налицо нет нарочитого обхода законов РСФСР.
Возможности коллизий законов советских республик чрезвычайно незначительны как ввиду общности основ законодательства всех рес-
12 См. пом II Курса, глава XVII.
13 Например по вопросу о возрасте, с какого допускается регистрация брака.
9* 131


цублик и наличия широкого заимствования другими республиками правил из законодательства РСФСР (сплошь и рядом законы РСФСР буквально воспроизводились в БССР и других республиках), так и ввиду постепенно все более растущей роли общесоюзного законодательства по вопросам хозяйственного права.
§ 3. Толкование и применение законов по советскому праву
Наш подход к толкованию и применению законов принципиально иной, чем у буржуазных юристов. Буржуазные юристы руководствуются стремлением замазать классовую сущность права, в связи с чем пытаются создать систему правил «объективного» толкования законов, которые якобы обеспечивают одинаковое для всех его применение. Советское же право не скрывает своей классовой сущности. Поэтому и толкование и применение советского права должно соответствовать классовым интересам рабочего класса и задачам социалистического строительства. Это отнюдь не означает, что судья и вообще каждый, кто толкует и применяет советский закон, может ставить на место закона то, что^ сам считает наиболее целесообразным. В вопросе применения закона, как и везде, необходима борьба на два фронта,— с одной стороны, против цепляния во чт*о бы то ни стало за букву закона к ущербу для политически заостренной линии его применения; с другой стороны— против «левацкого» пренебрежения к необходимости провести в жизнь закон, что невозможно без правильного его истолкования, установления его действительного смысла, того, на что он направлен. Поскольку этому действительно может способствовать изучение текста закона, его истории и т. п., необходимо использовать все возможные средства толкования.
Иногда толкование закона дается самим законодателем и ввиду неясности закона издается разъяснение тем же самым органом, который этот закон издал. Это называется аутентическим толкованием. Таково например было разъяснение Президиума ВЦИК 14 мая 1923 г. о том, какие здания признаются муниципализированными (СУ 1923 г. № 44, ст. 465). Близко к ним стоят обязательные для всей нижестоящей судебной системы разъяснения пленумов верховных судов СССР и союзных республик.
Когда аутентического разъяснения нет, толковать закон приходится каждому, кто его применяет. Средствами толкования в той мере, в какой они могут облегчить понимание советского закона, могут быть так называемое систематическое толкование; например по тому, в какой главе Гражданского кодекса помещена определенная норма или в развитие и дополнение какого закона издан другой закон, можно судить о том, на какой круг случаев она распространяется14; историческое толкование, т. е. уяснение смысла и значения нормы 14 Например закон 10 октября 1923 г. о купле-продаже в розницу с рассрочкой платежа (СУ 1923 г. № 79, ст. 770) издан в развитие и дополнение общих правил ГК о купле-продаже. Из этого следует в частности, что момент перехода права собственности на покупателя определяется общими правилами ГК, т. е. собственность на индивидуально определенную вещь переходит с момента соглашения.
132


на основе той исторической обстановки, в какой она была издана15 16, и другие подобные приемы. В результате толкования действительный смысл нормы может оказаться более широким, чем это можно судить по тексту (распространительное толкование) или напротив более узким (ограничительное толковани е)1в.
В практике применения закона наряду с распространительным толкованием встречается применение закона по аналогии. Так называется применение к данному случаю закона, прямо относящегося к другим аналогичным случаям. Аналогия применяется при так называемых пробелах в законе. .
Согласно ст. 5 Вводного закона и ГК распространительное толкование допускается только в том случае, когда этого требует охрана интересов рабоче-крестьянского государства и трудящихся масс17.
Согласно ст. 4 ГПК за недостатком указаний и распоряжений для решения какого-либо дела суд решает его, руководствуясь общими началами советского законодательства и общей политикой рабоче-крестьянского правительства. Однако итти по этому пути суд и другие органы, применяющие закон, должны только тогда, когда они убедятся в том, что налицо на самом деле недостаточность не только законов, но также ведомственных постановлений (постановлений и инструкций соответствующих наркоматов) и наконец постановлений местных органов власти, изданных в пределах предоставленной им компетенции (ст. 3 ГГ1К).
Литература
Маркс, Речь перед судом присяжных в Кельне. Сочинения, т. III. Ленин. Письмо к Курскому. Сочинения, т. XXIX, изд. 3-е, с. 619. Сталин, Доклад на XVII съезде партии, разд. III, §2. Пашуканис, Из ленинского наследства—Ленин и вопросы права, М. 1930, с. 71—72. Стучка, Ленин и революционный декрет. Сборник «Революция права», М. 1925. Стучка, Курс советского гражданского права, т. I, гл. X, XII, XIX. Стучка, Революция и революционная законность. «Советское государство и революция права» № 3 1930 г. Крыленко, Судебная система и Госарбитраж. «Сов. государство» № 7/8, 1932 г. Статьи из «Энциклопедии государства и права»: Закон, Обычай, Судебная практика, Гражданский кодекс и др. Раевич, Вводный закон к ГК, М. 1929. Раевич и др., Иностранное гражданское и торговое право, гл. I, М. 1933. Раевич, Международное частное право, гл. Ill, М. 1934. Архиппов, Закон в советском государстве, М. 1925.
15 Только что приведенный (14 сноска) случай пригоден также и в качестве примера исторического толкования. В СНК РСФСР законопроект о купле-продаже в розницу с рассрочкой платежа был внесен Комвнуторгом при СТО, причем в этом проекте была статья, устанавливавшая в изъятие из общих правил ГК переход права собственности на покупателя с момента уплаты покупной цены. СНК принял однако предложение HKIO об устранении этой статьи, признав тем самым целесообразным сохранение упомянутого выше общего правила ГК.
16 Примером распространительного толкования является разъяснение пленума Верхсуда РСФСР, по которому автоматическое продление договора найма жилища, установленное ст. 156 ГК, распространено также и на кустарей, не применяющих наемного труда: ограничительным было бы напротив такое толкование, когда права, установленные для служащих, были бы признаны не распространяющимися например на служащих частных предприятий.
17 Эта статья имела своей задачей сформулировать следующую мысль, вытекавшую из соответственного партийного постановления и высказанную на принимавшей ГК сессии ВЦИК следующим образом: «Надо сказать, этот кодекс есть тот максимум, который дается для буржуазного мира, и дальше этого мы не собираемся итти и не желаем» (IV сессия ВЦИК IX созыва, «Бюллетень» № 3, с. 16).


ЧАСТЬ II. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ СОВЕТСКОГО ХОЗЯЙСТВЕННОГО права
ГЛАВА VI
ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ
§ 1. Понятие и исторические формы права собственности
1. Понятие собственности
Собственность в широком смысле слова есть форма присвоения человеком предметов природы в процессе и при помощи данной формы общественного труда. Это присвоение предметов природы является необходимым условием жизни всякого общества, и потому собственность как форма присвоения была и будет существовать, пока существует само общество. Маркс прямо говорит, что «ни о каком производстве, ни о каком обществе не может быть речи там, где не существует никакой формы собственности»1.
Понятие собственности, ее содержание отнюдь не исчерпываются однако только этой стороной—отношением человека к природе. Присвоение предметов природы происходит в процессе производства внутри определенной общественной формации и посредством нее, т. е. осуществляется оно в процессе общественного производства. Форма присвоения предметов природы есть вместе с тем и форма общения людей в процессе труда, направленного на овладение природой. Освоенные предметы природы суть овеществленные продукты общественного труда. Собственность является поэтому не только отношением человека к природе в процессе общественного производства, но она и сама есть прежде всего общественное отношение, форма общественного производства.
Собственность, как и всякое общественное отношение, не представляет собою нечто неизменное, постоянное. Она развивалась и изменялась на протяжении веков вместе с развитием и изменением производственных отношений, вместе с развитием и изменением способа производства. «Отношения собственности каждой эпохи являются необходимым результатом способа производства и обмена этой эпохи»2. Какова форма связи между непосредственным производителем и средствами производства, каков, следовательно, способ общественного труда, таковы исоот- 1 Маркс, К критике политической экономии, 1930, с. 56.
2 М а р к с и Энгельс, т. V, с. 186,
134


ветствующие ему формы собственности. Таким образом каждой эпохе, каждой общественной экономической формации соответствуют и ее представляют не только определенный способ производства, не только определенная форма присвоения продуктов общественного труда, но и определенная форма собственности.
Собственность стала правом собственности на той исторической ступени своего развития, на какой она превратилась властную собственность на средства производства. Процесс этот относится ко времени разложения родового строя и его революционного преобразования в общество классовое, покоящееся на имущественном неравенстве и угнетении одного класса другим классом. Решающая роль принадлежит здесь о бщественному разделению труда, при котором стал возможным регулярно образующийся излишек сверх собственного потребления. На пороге цивилизации уже существуют, как вполне обособившиеся отрасли: скотоводство, земледелие и ремесла, сделавшие обмен между отдельными производителями жизненно необходимым условием. Это вызвало в свою очередь новую весьма важную ступень в разделении труда— торговлю, ас нею деньги—этот «товар товаров», перед которым, по выражению Энгельса, молитвенно склоняются в прах все товары и все товаровладельцы: Процесс диференциации общественного труда привел к накоплению и росту богатств, который обозначал вместе с тем рост имущественныхр азличий между членами родового общества и возвышение военной аристократии. Этому способствовали ставшие промыслом грабительские войны, в результате которых пленники—теперь уже окупающая себя рабочая сила—обращались в рабов, а их имущество становилось собственностью завоевателей. Концентрация и централизация товарных масс, денежных, земельных и иных богатств, с одной стороны, при одновременном обнищании широких слоев населения и росте рабства—с другой, привели к образованию общественно .неравных групп. Появились классы. Они сложились на базе уже происходившего распада общественной родовой собственности, из которой выделилась и растет рядом с ней частная собственность сначала в виде собственности семьи, а затем отдельных товаровладельцев, объединяющихся в класс собственников.
К этому времени появляется деление на город и деревню,—различие, ставшее возможным лишь в результате общественного разделения труда. Здесь так же, как и во всем процессе образования классового общества, определенная роль принадлежит насилию и грабежу. Они являются показателем разложения родового строя и знаменем предстоящего нового этапа общественного развития. «Недаром высятся грозные стены вокруг новых укрепленных городов: в их рвах зияет могила родового строя, а их башни упираются уже в цивилизацию»3. Родовое устройство явно доживает последние дни. Его призвано заменить государство, вместе с которым возникает и право частной собственности. Этому праву суждено сыграть колоссальную роль во всей истории порабощения и угнетения человека человеком.
8 Энгельс. Происхождение семьи, частной собственности и государства. 1932. с. 165.
186


Частная собственность в отличие от собственности в условиях родового строя предполагает такой способ производства, такую форму общественного труда, при которых продукт прибавочного труда непосредственного производителя уже не является собственностью самого производителя. Он присваивается полностью или частью собственником условий производства. Оставаясь формой присвоения предметов природы, частная собственность становится одновременно формой присвоения чужого труда либо результатов чужого труда. Именно эта «специфическая экономическая форма, в которой неоплаченный прибавочный труд высасывается из непосредственных производителей, определяет отношения господства и подчинения»4, формой и выражением которого становится частная собственность. Право частной собственности неразрывно связано поэтому с данной формой классовой эксплоатации и притом настолько, что и само становится необходимым условием такой эксплоатации. Эти отношения эксплоатации могли возникнуть лишь в результате неравномерного распределения средств производства внутри классового общества, давшего возможность собственникам средств производства поставить в зависимое от себя положение непосредственных производителей. Созданное на развалинах родового строя государство призвано закрепить это неравенство в интересах класса собственников и сделать его основой дальнейшего общественного развития. Мы можем поэтому определить частную собственность как юридическую форму распределения в классовом обществе средств производства и и^х закрепления за господствующим классом для целей эксплоатации.
Отсюда ясно и то место, какое занимает право частной собственности в системе отношений классового общества. Все наиболее типичные черты, свойственные обществу при данном способе производства и в силу этого способа производства, получают в конечном итоге выражение в существующей при нем форме собственности. В институте собственности как в фокусе, сосредоточиваются все основные нити общественных связей, как отношений эксплоатации. Стоящий у власти класс получает возможность удовлетворять свои узко классовые интересы и эксплоатировать другие классы только в результате обособления и закрепления за ним средств производства, только в результате противопоставления этих средств производства, непосредственному производителю, только в результате объявления средств производства собственностью частных лиц и охраны этой собственности. Да и сам класс эксплоататоров конституируется как класс на базе частной собственности и притом как класс собственников. Частная собственность расщепляет общество на непримиримые в своей борьбе классы, противопоставляет собственника не собственнику, разъединяет и самих собственников, ибо они—частные собственники. Но именно потому, что разобщенные условиями производства частные собственники должны вступать друг с другом в постоянное общение, без чего невозможно общественное производство, частная собственность становится вместе с тем формой общественной связи,—связи, которая выражает в конечном счете зависимость одного класса от другого класса, их антагонистические отношения господства и подчинения. Частная собственность явля4 Маркс, Капитал, т. III, 1931, с. 743.
186


ется на определенном этапе необходимым условием общественного воспроизводства и стало быть условием существования самого общества. Таким образом она представляет собой основу данного общественного строя, покоящегося на эксплоатации. На это прямо указывает Маркс: «Непосредственноеот ношен несобствен ников условий производства к непосредственным производителя м,—отношение, всякая данная форма которого каждый раз естественно соответствует определенной ступени развития способа труда, а потомуиобщественной производительной силе последнего,—и вот в чем мы всегда раскрываем самую глубокую тайну, сокровенную основу всякого общее т- венного строя5.
Право частной собственности свойственно всем классовым, но и только классовым общественным формациям. Общим для него независимо от той или другой классовой формации является то, что свойственно всякому праву: определенное классовое содержание. Различие же между отдельными историческими формами права частной собственности дано различием самих общественных экономических формаций. Каждая из них знает свой способ производства, свою форму общественного труда, свою форму эксплоатации, свою форму собственности. Смена каждой из этих формаций есть в последнем счете смена форм собственности. «От первой до последней все так называемые политические революции были совершены ради защиты собственности... одного рода и проводились путем конфискации, называемой также кражей собственности... другого рода»6.
Если взглянуть с этой стороны на историю общественных отношений, то мы увидим следующее. В родовом обществе первобытного коммунизма, где непосредственный производитель сам был собственником своих средств производства, где все производилось коллективно, сообща, была одна форма собственности, собственность племенная. В рабовладельческом обществе, где непосредственный производитель низведен был до положения вещи и сам являлся орудием труда, где основой производства было рабство, там существовала другая, античная форма собственности. При феодализме, производственные отношения которого опирались на крепостной труд крестьян в деревне и цеховую организацию ремесел в городе, существовала своя особая форма собственности, собственность феодальная. Капитализм знает неизвестный ранее и свойственный только буржуазному обществу тип собственности—к апиталистическую частную собственность, при которой предпринимателю—собственнику средств производства противостоит «свободный» рабочий, лишенный средств производства. Наконец с победой пролетарской революции на шестой части земного шара открывается пролог новой эпохи—коммунистического общества, первой фазой которого является социалистическое общество, где средства производства принадлежат всему обществу и где создана новая в истории форма собственности, собственность социалистическая.
6 Маркс. Капитал, т. III, 1931, с. 744.
•Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, 1932. с. 115.
187


Таков измеряемый веками путь развития человеческого общества. Между его начальным и конечным этапами лежит история классового общества, история угнетения человека человеком, которая есть вместе с тем история форм частной собственности. К ней мы и перейдем сейчас.
2. Античная собственность
Характеристику античной собственности мы даем на примере римского права, ибо по сравнению с правом других античных государственных образований оно представляет более развернутую картину возникновения и развития права частной собственности. К этому побуждает также и то, что римское право оказало в последующем определенное влияние на гражданско-правовые отношения как в условиях феодализма, так и в особенности в начальной стадии формирования буржуазного права в виде так называемой рецепции (заимствования) римского права.
Весь путь развития античной собственности, неразрывно связанный с развитием самого права, может быть разбит на несколько периодов. Первый из них—это период квиритского права. Он соответствует тому экономическому состоянию римского общества, когда преобладающим видом хозяйственной деятельности было земледелие, а обмен еще не стал торговлей. Основной производственной ячейкой того времени являлась патриархальная семья, уже знаменующая собою распад родового строя, но еще сохранившая на себе следы его влияния. Право этого периода—это право-привилегия римских граждан квиритов. Кто не является римским гражданином (например Перегрины), тот не пользуется и гражданской правоспособностью. Это привилегированное гражданское право извЛтно под именем права цивильного (ius civile). Характерными его чертами являются замкнутый национальный характер, относительная простота, соответствующая несложности самих отношений, и формализм, предполагающий соблюдение для всякого правового акта определенной строго установленной формы. Все эти черты неотделимы от античной собственности этого периода, которая хранит на себе следы влияния родового строя. Она представляет собою государственную собственность объединившихся нескольких племен в один г о р о д—г осударство и опирается на труд раб^в, эту главную производительную силу древнего Рима. Но государственная собственность является здесь общинной собственностью особого рода: она возникла и существует лишь в силу необходимости для римских граждан—квиритов сообща распоряжаться работающими рабами. «Это—совместная частная собственность активных граждан государства, вынужденных перед лицом рабов сохранять эту естественно возникшую форму ассоциации»7.
История римского государства застает эту собственность на той ступени развития, ша какой она признается уже семейной собственностью, оставаясь зависимой от общинного землевладения. Каждая семья (familia) получает из общей земли, принадлежащей государству—общине, отдельный участок—fundus, «который был в то время не столько определенной частью территории, сколько количественной 7 М а р к с и Энгельс, Немецкая идеология, Сочинения, т. IV с. 12.
138


долей в общем земельном владении—«жеребьем»8. Вместе с двором и приусадебным местом этот участок представлял тогда производственную базу земледельческого хозяйства семьи. Право на земельный участок связано на этой стадии с публично-правовым порядком распределения земель между членами общины. Семейный характер собственности на землю сказывается в том, что участок земли не может быть продан или иным путем передан главой семьи на сторону. Равным образом домохозяин не имел права уступить кому-либо земельный участок по завещанию, если налицо были непосредственные потомки завещателя. Он осуществлял таким образом лишь хозяйственное распоряжение земельным участком, но не пользовался еще свободой юридического распоряжения.
Есть основание думать, что не только земельный участок, но и другие средства производства, связанные с земледелием, являлись семейной собственностью, были связаны рядом ограничений в пользу семьи и объединялись в особую группу—familia, наряду с другими вещами, в основном предметами потребления—уже ставшими частной собственностью домохозяина, свободно отчуждавшимися и известными под именем—pecunia. Это деление имущества на указанные две категории находит подтверждение и в более позднем делении вещей на манципи- рованные (res mancipi) и неманципированные (res пес mancipi). Если res пес maticipi представляли собой в основном свободно отчуждаемые вещи и могли переходить из рук в руки при помощи простой передачи (traditio), то для перенесения права собственности на res mancipi установлен был и действовал особый формальный порядок передачи, известный под именем манципации (mancipatio). Сущность этого особого способа перехода права собственности заключалась в том, что отчуждение той или другой вещи производилось в присутствии весовщика (l bripens) и пяти свидетелей, из числа совершеннолетних римских граждан. Покупщик произносил при этом следующую формулу: «Утверждаю, что эта вещь моя по праву квиритов и что она покупается мной при помощи этого металла и медных весов». После этого покупщик прикасался металлом к весам и отдавал его лицу, отчуждающему вещь. К этой категории вещей (res mancipi) относились помимо земли рабы и рабочий скот, а также некоторые земельные (предиаль- ные) сервитуты, т. е. лежавшие на земельной собственности те или другие ее вещно-правовые ограничения в пользу третьих лиц (например право проезда по чужому земельному участку). Самый характер этих вещей показывает, что они составляли производственную основу тогдашнего земледельческого хозяйства и знали ряд ограничений в пользу семьи в отношении условий и порядка их отчуждения.
Это деление вещей проливает свет и на самую природу права. Manus—по латыни р у к а, в л а с т ь. Манципировать, это буквально— взять в свою руку, под свою власть, господствовать. «Приобретать для римлянина означало сареге... (брать). «Брать»—единственно соответствует римскому образу представления... Emere в позднейшей латыни значит покупать, но где римляне позднейшего времени покупали, их предки обыкновенно брали, ибо это было первоначальным значением emere. Rapere (немецкое гаuben, готское raubou),B позднейшей латыни имеет 8 И. Покровский, История римского права, изд. 4. с. 249.
189


немецкое значение—rapina является здесь преступлением, но в древнее время не знали особенного преступления грабежа, гареге значило только рвать, сильно тянуть к себе, и язык не придал этому оттенка непоз- воленного .... Символом собственности было копье»9. И прав поэтому Иеринг, когда он пишет: «Никакое время не могло уничтожить тех пятен пота и крови человеческой работы, которые его покрыли». «Мечом основан римский мири меч или копье являются древнейшим символом римского права...»10. Разумеется это не значит, что насилие являэтся здесь правообразующим фактором само по себе. Общественно значимую роль оно может играть и в действительности приобрело лишь на определенном уровне развития экономических отношений, как об этом писали мы выше (см. п. I, § I), ибо «насилие может только перемещать имущество из одних рук в другие, но не порождать частную собственность как таковую». «Институт частной собственности должен существовать раньше, чем грабитель получит возможность присвоить себе чужое имущество»11, но на этой исторически данной ступени развития насилие становится правом, как только оно приобретает общественно значимую организованную форму. Отношения господства и подчинения, опираясь на захваченные и присвоенные средства производства, сменяют разрушенный ими родовой строй.
Деление вещей на манципированные и неманципированные — это отголосок того периода, когда res mancipi—вещь, уже захваченная и закрепленная как собственность, е щ е не стала вещью в обороте, еще скована пережитками родового строя. Однако наряду с этими вещами, указывая им путь дальнейшего развития, уже фигурируют, как вещи в обороте, res пес mancipi.
Лишь на более поздней стадии, относящейся к периоду республики, происходит объединение этих двух категорий вещей в едином понятии квиритской собственности (dominium ex jure Quiritium). Это есть уже вполне сложившаяся частная собственность, хотя она и сохраняет на себе еще следы прежнего публично-правового порядка. Так, собственником участка в пределах италийских земель может быть только римский гражданин—квирит. Земли же в провинциях не могут быть приобретены на праве квиритской собственности и знают другой правовой режим (см. ниже). Равным образом квиритская собственность защищается особым способом при помощи так называемой виндикации (rei vindicatio)—особого иска, который определяется Дернбургом, как иск невладеющего собственника к владеющему несобственнику12.
Квиритская собственность приобреталась различными способами. К ним помимо уже описанной манципации относились также: мнимый судебный спор (in jure cessio), простая передача вещи (traditio) и давность (usucapio).
Сущность мнимого судебного спора, как способа передачи права собственности, сводилась к тому, что отчуждатель и приобретатель вещи являлись к претору. Там покупатель совершал мнимую виндикацию, • Р. Иеринг, Дух римского права, т. I, с. 96—98.
10 Там же, с. 93, 95.
11 Ф. Энгельс, Анти-Дюринг, изд. 1929 г., с. 150.
12 Д е р н б у р г, Пандекты, г. I, г. 2, с. 144.
140


утверждая перед претором, что данная вещь принадлежит ему, покупателю, по праву квиритов и должна быть передана ему. Отчуждатель вещи против такого заявления не возражал, и претор признавал покупателя собственником вещи.
Традиция как способ перехода права собственности состояла в простой передаче вещи от отчуждателя к приобретателю и никаких формальных обрядностей не требовала. Она могла применяться лишь к вещам, не являвшимся манципированными, и появилась на той ступени развития хозяйственных отношений, когда уже достаточно широко развились рыночные отношения, которые плохо мирились с формальными ограничениями и обрядностями при переходе права собственности.
Наконец давность (usucapio) как способ передачи права собственности состояла в том, что приобретатель вещи, не ставший ее собственником либо в силу допущенных им ошибок при совершении формального акта отчуждения имущества, либо по другим причинам, приобретал затем право собственности на вещь лишь в силу истечения определенного времени, в течение которого он был фактическим обладателем вещи. Для того чтобы владелец стал собственником вещи в силу давности, требовались следующие условия: а) фактическое владение вещью со стороны приобретателя, б) законное основание (justus titulus), в силу которого приобретатель мог бы стать собственником, если бы тому не помешали .особые причины, в) добросовестность (bona fides), т. е. приобретатель не должен знать о причинах, которые помешали ему стать собственником вещи и г) срок (tempus), в течение которого приобретатель был фактическим владельцем вещи. Этот срок по законам XII таблиц не мог быть менее года.
Второй период—это период так называемого общенар о дн о го права (jus gentium). Появление и развитие этого права, вошедшего в историю под именем римского права, подготовлено было разложением натурального земледельческого хозяйства и быстрым развитием рыночных отношений. Они превратили Рим в крупнейший центр торговли всего бассейна Средиземного моря и коренным образом изменили облик его хозяйства, ставшего развитым товарноденежным хозяйством. Масса перегрипов-греков, египтян, карфагенян и т. д., частью осевшая в Риме, частью периодически появляющаяся на его рынках, не мирится более с национальной замкнутостью квиритского права. Не удовлетворяет такое положение и самих римлян, ибо они прямо заинтересованы в поддержании и юридической защите оживленной торговли с Перегринами. Назрела необходимость в переменах, и они произведены были преторскими эдиктами. С введением так называемого формулярного процесса претор составлял для судьи на каждый случай формулу (отсюда и само название процесса), в которой указывал, каким юридическим основаниям должно соответствовать будущее решение. Эта возможность правотворчества широко была использована преторами, которые пополняли право новыми нормами, а где было нужно, отступали в интересах оборота от буквы и смысла действующих законов. Так, наряду с кЪиритским правом появилось преторское право, которое все более становится основой правового регулирования всего оборота. Это право существенно отличается от квиритского права. Оно лишено национальной замкнутости и становится общенародным правом >(jus gentium). Формальному характеру квиритского права преторское
141


право противопоставляет так называемый натуралистический метод разработки права (natura гегшп), в основе которого лежит обобщение практики и нормирование отношений так, как они складываются в обороте я под влиянием оборота. Культ слова (отождествление мысли со слоЕес- ным ее выражением) заменяется принципом добросовестности в праве (bona f ides), согласно которому спор решается, исходя из действительного существа отношений. Право становится гибким и способным нормировать всю сложную сеть имущественных отношений.
Соответственно этому претерпевает значительные изменения институт античной собственности.
Наряду с квиритской собственностью, окончательно утратившей свойственные ей ранее черты семейной собственности, но сохранившей черты права-привилегии, появляются также собственность Перегринов, собственность провинциальная и собственность бонитарная или преторская. Их появление означает расширение сферы применения права собственности в отношении как круга собственников, так и объектов собственности, а также значительное наряду с этим упрощение и разнообразие способов приобретения права собственности.
Первый из этих видов собственности является юридическим признанием прав на имущество за Перегринами (покоренными Римом народами и ставшими его подданными). Если ранее они не наделялись римской правоспособностью и не могли быть субъектами права собственности, то теперь для защиты их прав претор создает ряд исков, при помощи которых перегрины могут ограждать свои интересы собственников. В числе этих исков были не только иски, аналогичные виндикации, но также иски для защиты от воровства и повреждения имущества.
Собственность провинциальная распространялась на земли, лежавшие за пределами Италии. По существу правовое положение провинциальных земель отличалось от италийских земель тем, что они облагались земельным налогом и другими податями, от которых была сво> бодна квиритская собственность на землю. Формально же за собственниками провинциальных земель признавалось лишь владение (possessio).
Это владение давало собственнику все необходимые средства защиты своих прав на данный земельный участок.
Провинциальная собственность явилась основой образования и роста огромных латифундий (поместий). В эти поместья римская знать вкладывала свои капиталы, нажитые грабежом населения провинций и откупом у государства податей, налогов и других фискальных платежей, которые представляли целую систему налогового гнета и разорили мелкое и среднее крестьянство. Эти крупнейшие плантаторские хозяйства, основанные на применении рабского труда, к концу второго периода все более уступают место мелкому фермерству, основанному на системе мелкой аренды и наемного труда. Типичной фигурой арендатора являются колоны—полусвободные крестьяне, находившиеся в постоянной зависимости от юридических собственников земли. Рядом с ними в последний период появляются рабы, которых земельные магнаты сажают на землю, желая избавить себя от расходов и забот, связанных с плантаторским хозяйством, так как оно перестало быть рентабельным.
В институте провинциальной собственности, равно как и в институте владения, достаточно ярко проявляют себя приведенные выше моменты
142


образования частной собственности. Несомненно, что собственность на провинциальные земли явилась первоначально результатом захвата и грабежа, которые были затем узаконены римским государством в виде провинциальной собственности.
Бонитарная собственность—это прямой результат развитых рыночных отношений. Ее происхождение связано с необходимостью дать защиту тем приобретателям вещей, которые, пользуясь формальным способом приобретения права собственности (манципиумом, мнимым судебным спором и т. д.), допускали при совершении установленных формальных обрядов те или другие ошибки. Претор, который не мог не учитывать требований развивающегося рыночного оборота, должен был стать на путь защиты приобретателя во всех тех случаях, когда фактическая передача вещи была произведена, а ее стоимость уплачена отчуждателю. Наиболее типичным случаем бонитарной собственности был тот случай, когда вещь, относящаяся к res mancipi, передавалась путем традиции, а не при помощи манципия. По цивильному праву традиция в этом случае не порождала никаких правовых последствий для приобретателя вещи, хотя реально вещь была передана в собственность. Отсюда возможность для отчуждателя вещи, опираясь на виндикацию, потребовать обратно уже фактическижотчужденную им вещь. В таком [же положении оказывался и добросовестный приобретатель в тех случаях, когда вещь поступала нему не от собственника. Претор (pretor peregrinus) должен был стать на защиту добросовестного приобретателя и противопоставить его права виндикационным искам. Особым преторским эдиктом было признано, что бонитарный собственник пользуется такой же защитой, каки квиритский собственник. Если бонитарная собственность столкнется с квиритской собственностью, то последняя должна уступить свое место первой. Так, развивающийся оборот постепенно преодолевает и сбрасывает формальные оковы института частной собственности и через преторские эдикты закрепляет необходимые правовые условия свободному переходу вещи из одних рук в другие.
К этому времени относится появление и других неформальных способов приобретения собственности. Ими являются в частности: оккупация (захват) бесхозяйной вещи; спецификация (переработка), в результате которой возникает новая вещь; приобретение плодов в процессе эксплоатации «плодоприносящей» вещи, и т. д.
На закате истории римского государства (период империи) стираются окончательно различия между квиритской, преторской, пере- гринной и провинциальной собственностью, а с ними вместе утрачивают свое различие и существовавшие ранее формальные и неформальные способы передачи вещи. Традиция (передача) становится теперь общим способом переноса права собственности для всех вещей, независимо от их деления. Естественным результатом этого процесса является единая собственность, приобретаемая одними и теми же способами и применяющаяся ко всем ее видам. Этот фактически совершившийся процесс унификации собственности получает свое формальное завершение в Конституциях Юстиниана 530—531 гг.
Таков путь античной собственности, проделанный ею от общинного землевладения, скованного ограничениями родового строя, к единой частной собственности, рожденной развитым оборотом римского государства.
143


1 3. Феодальная собственность
’л! Античное общество и наиболее яркий его представитель—Римская империя, опиравшиеся на рабский труд, а позднее на все более закабаляемое крестьянское население—колонат, пережили свои собственные формы развития и обречены были на гибель. Внешним выражением этого факта было нашествие в V веке варваров, разрушившее Римскую империю и означавшее наступленйе новой эпохи, известной под именем феодализма.
«Если античность исходила из г о р о д а и его небольшой округи, то средневековье исходило из д е р е в н и. Эту перемену исходного пункта обусловило первоначально редкое и рассеянное по обширной площади население, которое завоеватели не увеличили сколько-нибудь значительно. Поэтому в противоположность Греции и Риму феодальное развитие начинается на гораздо более широком базисе, подготовленном римскими завоеваниями и связанным с ними вначале распространением земледелия»13.
Характерными чертами этой новой общественно-экономической формации являются: господство крупного землевладения при мелком земледельческом хозяйстве, связь землевладения с политической властью и свойственные этой эпохе иерархические отношения между землевладельцами, образующие так называемую феодальную лестницу.
Самый процесс феодализации общественных отношений шел различными путями. В одних случаях (например в Италии и частью во Франции) он протекал на базе уже сложившихся крупных поместий, где владелец латифундии превращался в сеньора, а рабы—в сельское зависимое крепостное население. В других случаях (например в Англии, частью в Германии и т. д.) феодализация отношений происходила в пределах земельной общины, процесс расслоения которой на класс воен- ны i и класс земледельческий приводил затем к захвату первым из них общинных земель и к установлению барщины и оброка. Этими случаями не исчерпывалось понятно все разнообразие путел феодализации. Но как бы то ни было всюду сопровождалась она образованием и ростом крупного землевладения. Помимо захвата общинных земель, источником образования крупных земельных поместий были: земли пустопорожние, объявлявшиеся собственностью короля, земли, отнятые у завоеванных народов и распределяемые между военачальниками и их дружинами; земли, конфискуемые у государственных преступников и в частности у потерпевших поражение претендентов на королевский престол; земли, отдаваемые крупным землевладельцам мелкими собственниками под условием охраны их жизни и имущества и т. д. Словом, источники накопления и роста земельных богатств были самыми разнообразными.
Сосредоточение земельных богатств в руках крупных собственников дало им возможность постепенно поставить себя в независимое положение по отношению к королю через получение от него так называемых и м- мунитетных гр а мо т. Признание за землевладельцем иммунитета означало освобождение от надзора и вмешательства королевских агентов, предоставление землевладельцу права чинить суд и устанавливать те или другие налоги и повинности в отношении крестьян, живших на землях 13 Маркс и Энгельс, Немецкая идеология, Сочинения, т. IV. с. 1 \.
144


такого собственника. Крупице землевладельцы приобретали таким путем функции государственной власти в пределах своих владений и окружали себя служилыми людьми, которые под условием верности сеньору и несения службы (военной, судебной и др.) получали от него, становясь вассалами, земельные участки (феоды) вместе с сидящим на землях оброчным крестьянским населением. Вассалы в свою очередь дробили полученные земли и раздавали их подвассалам, создавая в лице их на тех же началах зависимый от себя кадр служилых людей. Так совершался процесс феодализации сверху. Одновременно с этим он идет и снизу путем так называемой коммендации, т. е. передачи мелкими собственниками своих земель феодалам в собственность на условиях охраны жизни и имущества. Такая передача превращала собственника земли в зависимого от феодала земледельца. В результате феодализации поземельных отношений образуется своеобразная ступенчатая иерархическая зависимость в среде земельных собственников, вся тяжесть которой ложится на плечи крепостного крестьянства. Этот процесс феодализации привел к тому, что единая когда-то государственная территория распалась теперь на ряд самостоятельных крупных владений—с е н ь- о р и й, имеющих свой суд, управляемых своими обычаями, знающих свои налоги и повинности.
Процесс феодализации нес с собою резкое классовое расслоение населения на «благородных»—дворян, к которым относились сеньоры (пэры), их вассалы, (герцоги и графы), подвассалы и т. д., и на «простолюдинов»—ротюрье, делившихся в свою очередь на буржуа (жителей городов) и виленов (крестьян). Если первые были представителями крупного землевладения и держателями политической власти, присваивая себе при помощи мер принуждения неограниченные имущественные права, то вторые были только зависимыми от собственника владельцами земли, несли целый ряд повинностей и налогов, пользовались крайне урезанными имущественными правами и были отстранены от участия в политической жизни. Эти отношения классовой эксплоатации, выступавшие как отношения непосредственного господства и подчинения, даны были особым феодальным способом пр< изводства. Непосредственный производитель средневековья являлся собственником всех средств производства, исключая землю, которая протьвостояла ему как находящееся в чужой собственности условие труда. «При таких условиях прибавочный труд для номинального земельного собственника можно выжать из них (производителей—Авторы} только внеэкономическим принуждением, какую бы форму’ни принимало послед- нее»л. Вит где объяснение тому, что «во всех формах, при которых непосредственный рабочий остается «владельцем» средств производства и условий труда, необходимых для производства средств его с( бствен- ного существования, отношенье собственности необходимо будет выступать как непосредственное отношение господства и подчин ени я»16. Право номинального собственника земли выступает здесь в виде его прав а-п р и- ви легии, а к земельной собственности оказывается привязанной целая система разнообразных повинностей земледельца. 14 *
14 Маркс, Капитал, т III, ч. 2, 1931, с. 743.
11 Там же, с. 742—743.
10 Kvpc сое, хоа. права
145


Правовые формы собственности в условиях феодализма это, во-первых, по преимуществу формы земельной собственности и это вместе с тем, во-вторых, связанные с землевладением формы классового угнетения закрепощенного крестьянского населения.
Существующие при феодализме формы земельной собственности характеризуются и различаются друг от друга по источнику их возникновения и по характеру лежащих на землях ограничений и повинностей в пользу номинального собственника земли. Формы эти разнообразны. Прежде всего в соответствии с делением населения на свободных и крепостных различаются земли дворянские или феодальные и земли ценсуальные или ротюрье, которые зависели от сеньора в цензе или поземельной ренте. К числу первых земель нужно отнести такую весьма распространенную форму феодального держания земли, как б е н е- ф и ц и й. Бенефиции были первоначально военными поместьями, раздаваемыми королем или сеньором своим вассалам в качестве награды за особые услуги и преданность. Бенефициаром могло быть только лицо мужского пола, на которого возлагалась обязанность итти со своем сеньором на войну вместе со всеми свободными людьми бенефиции. Бенефиции сначала были строго личными и чаще всего пожизненными. В X веке они превращаются постепенно в н а с л е д с т в е н н ы е бенефиции и получают название феодов (фьефов). Переход их по наследству от отца к сыну связан был с уплатою особого выкупа (рельеф).
Близко примыкают к бенефициям и во многом сходны с ними лены. В юридическом смысле леном называлась земля, полученная от сеньора лод условием службы и верности. Возникающие между сеньором и вассалом отношения скреплялись присягой и характеризовались обязанностями вассалов пребывать всегда в ленной верности сеньору, являться ко двору сеньора для выполнения по его требованию функций судьи и отправлять военную повинность. Сеньору принадлежало право требовать от вассалов: 1) пошлины при принесении ленной присяги, которая известна была под именем шамбеляжа, 2) различных субсидий в определяемых обычаем случаях (например, при возведении сеньора в рыцарское достоинство), 3) ратного коня или его стоимость. Лены не были пожалованием. В основе этих отношений по лену лежит как бы договор: если вассал не исполнял своих обязанностей, то терял свой лен; если сеньор не выполнял своих обязанностей, заключавшихся в суде и покровительстве, то вассал мог оставить лен и освободиться из-под вассальной зависимости. В случае например отказа вассалу в правосудии сеньор мог даже потерять свою сеньорию, и вассал становился тогда в прямую зависимость от высшего сеньора—сюзерена. За вассалом сохранялось право раздробить свой лен и сделаться сеньором относительно своего нового владельца, что создавало ряд сеньориальных прав, в частности releviuni (пошлина, уплачивамая при всяком переходе лена не за деньги) и droit de quint (Vs продажной цены). Дробление лена совершалось также в порядке раздела наследства между членами семьи вассала, причем по отношению к одному из них остальные становились в вассальную зависимость. Обычно таким лицом был старший сын. Право, в силу которого он считался охранителем своих младших братьев по отношению к главному сеньору, называлось п а р а ж е м. Лены приобрели в XII— XIV вв. вотчинно-родовой (патримониальный) характер. С этого времени они могут быть продаваемы, даримы и закладываемы без согласия 146


сеньора. Вассал мог свободно распорядиться леном лишь бы только исправно выполнялись повинности, лежавшие на ленной земле. Одновременно с этим меняются и черты наследования ленных земель. Вотчинно-родовой их характер сказывается здесь в том, в частности, что к владению леном стали допускать несовершеннолетних, женщин и даже ротюрье. Последние получили доступ к владению ленами лишь в XII]в., причем для покупки ими ленов требовалось согласие короля и уплата пошлины, известной под именем franc fief.
При переходе лена из одних рук в другие путем мены, дарения, отказа и т. д. сеньору уплачивался релевий, а при продаже лена производилась выплата сеньору ляудемия (1/5 часть продажной цены). Владельцу лена принадлежало во всех случаях право преимущественной покупки отчуждаемого вассалом лена.
Особую категорию свободных земель составляли аллоды. Под именем аллода в VI—VIII вв. известно было право собственности на землю, не обремененное земельными повинностями и тяжестями и свободное от ленной службы. Аллод подчинялся феодалу только в судебном отношении. Наибольшее распространение аллоды имели на юге Франции. Независимое положение аллодов продолжалось недолго. Аллодиальные земли были вовлечены вскоре в общий процесс феодализации и превратились в зависимые земли путем называвшейся уже коммендации. Большую роль в закрепощении этих земель сыграл также п р е- к а р и й, по которому церковь получала землю в качестве одаряемого в полную собственность и затем предоставляла прежнему собственнику в пожизненное владение большее количество земли, чем то, какое она получила первоначально от собственника.
К несвободным землям относились ценсуальные земли. Они образовались в связи с передачею собственником своей земли крестьянам под условием уплаты ему ценза—земельных податей и оброков.. Ценсивы не давали крестьянам настоящей собственности. Они представляли собой владение, охраняемое властью феодала и лишенное права распоряжения. Главное отличие ценсива от лена заключалось в том, что цен- сив никогда не давал ленной власти, тогда как владелец лена, хотя бы и. вассал, мог передать другим часть своего лена и стать ленным господином подвассала. Ценсивы первоначально принадлежали только тому, кто их получил. В дальнейшем ценсуальные земли стали наследственными и отчуждаемыми. Юридическое движение ценсивов могло совершаться только с разрешением феодала, а самая переуступка этих земель могла иметь место лишь с согласия сеньора. При перемене владельца ценсива сеньору уплачивался релевий в двойной сумме ценза, а при купле-продаже ценсива—ляудемий и пошлина за укрепление права. На владельце ценсив (ценсистере) лежал целый ряд налогов и повинностей, неисправное выполнение которых могло повлечь за собою отобрание земли. В обязанность ценсистера входило погашение всех оброков и недоимок, оставшихся на ценсуальной земле к моменту перехода ценсива. Это вело обычно к полному закабалению земледельца.
К категории несвободных земель относятся также земли мертвой руки (менморты). Эти земли характеризовались полным отсутствием оборотоспособности и наиболее тяжелым правовым режимом для крестьян, сидящих на этих землях. В качестве сеньора по отношению к менморту выступала церковь в лице своих монастырей.
10*
147


Перечисленные виды земельной собственности, которые не являются исчерпывающими, можно объединить некоторыми общими чертами, характеризующими домэниальный порядок.
Право собственности в условиях феодальной организации’хозяйства, во-первых, не едино, оно расщеплено между номинальным собственником—сеньором, которому принадлежит юридическое распоряжение вещью (dominium directum), и вассалом либо держателем земли, который фактически распоряжается землей на праве владения и пользования (dominium utile).
Во-вторых, эта собственность вассала или держателя земли не свободна: она обременена рядом повинностей по отношению к владельцу домэна. Сеньориальные права, которые всею тяжестью ложились на крестьянство, крайне разнообразны. Они могут быть однако сведены: а) к праву над личностью (крепостное право), б) ко всякого рода денежным и натуральным повинностям, падающим непосредственно на землю: мертвая рука и поземельная барщина, ценз, земельная рента, пошлины за отчуждение и т. д., в) к монополиям или баналитетам, в пользу сеньора ил .г феодала, каковы: дорожные и хлебные пошлины, право охоты, принадлежавшее исключительно сеньору, монополии в отношении мельниц и хлебопечения, привилегия по продаже вина ит. д., г) к праву суда, обложения и взимания штрафов. Все эти повинности, и особенно баналитеты, в конечном счете разорили крестьянство и к концу средневековья привели повсеместно к упадку земледельческого хозяйства.
В-третьих, поземельная собственность необоротоспособна в силу лежащих на ней ограничений. Однако переход от барщины и ренты натурою к денежной ренте наряду с возрастающим значением ремесел и торговли привели к проникновению меновых отношений в деревню и постепенно вовлекли в оборот и земельные площади. К концу средневековья уже наблюдается то ставшее общим почти для всех земель положение,при котором держатель земли,уплатив сеньору соответствующие пошлины, получает этой ценою известную свободу продажи своего земельного участка. Правда, эти пошлины (лаудемий и др.), равно как и весь феодальный режим, выражением которого они являлись, так и не дали возможности до самого падения феодализма превратить землю в товар. «Физическая сила отдельных лиц, лежащая в основе феодального порядка, поработила землю, как и людей. Но люди мало-по-малу сумели освободиться; земля же, инертная сама по себе, осталась в рабстве»хв.
Чтобы закончить характеристику феодальной собственности, остановимся еще на понятии сезина. Понятием сезины охватывались как право собственности, так и всевозможные вещно-правовые отношения (сервитуты, закладное право, вещные тяжести и повинности и т. д.). Сезина в юридических актах имела двоякий смысл: фактическое владение и юридическое владение. Первое означало владение, вытекающее из самого факта и процесса владения. Защищалось оно владельческими или поссессорными исками. Второе из них имело значение вещного права и защищалось вещными исками.
Переход сезины осуществлялся при помощи инвеституры, целью которой было сделать общеизвестным переход собственности или
11 Ф. С а н ь я к, Гражданское законодательство Французской революции, с. 91.
148


укрепление других вещных прав. Простая передача имущества без инвеституры переносила только так называемую пустую сезину, т. е. давала приобретателю право на владельческий иск и не защищалась вещными исками. Но и сама инвеститура не переносила немедленно права собственности на приобретателя. Последний становился собственником только по истечении года со днем. В течение этого срока продавец должен был защищать приобретателя от всех споров и требований, колебавших переход собственности. Лишь по истечении этого срока приобретатель получал неоспоримую, так называемую спокойную сезину. Обряд инвеституры сводился к тому, что лицо,. передающее собственность, объявляло об этом перед свидетелями, а позднее перед судом. Вначале инвеститура и передача не совпадали. Позднее они слились в один акт.
Инвеститура как способ передачи сезины применялась сперва только при переходе свободных земель. Впоследствии она была перенесена также на крестьянские и ленные земли.
Собственность в городах вначале феодализма характеризуется теми же чертами, что и земельная собственность. В результате ослабления экономических связей города приходили в упадок и превращались мало- по-малу в села, а городские ремесленники и торговцы либо в обыкновенное сельское население, либо объединялись в цеховые организации. Таким образом городская территория была вовлечена в систему феодализации. То обстоятельство, что современем города превратились в центр феодальных сеньорий, а затем стали и сосредоточением торговли, определило особую линию их развития и дало возможность в период позднего средневековья в значительной мере освободиться от зависимости феодалов и добиться подчинения непосредственно королю. Развитие городской собственности как особой категории собственности неразрывно связанос появлением и ростом торговли. Основное влияние на правовое положение городского имущества оказало римское право собственности, главнейшие черты которого постепенно усваивает городской оборот. Города явились колыбелью буржуазного права частной собственности, важнейшие признаки которого сложились еще при феодализме. Появление и развитие частной собственности означали собою распад и разложение феодальных отношений под влиянием роста и внедрения торговых отношений во все поры феодального хозяйства.
4. Буржуазная частная собственность
Великая французская революция 1789 г., упразднившая домэни- альны ’ режим и освободившая собственность от оков феодализма, открывает новую страницу в истории классового общества. На своем знамени она помещает рядом со свободою и равенством принцип священной частной собственности, ибо отныне основой дальнейшего общественного развития становится капиталистическая частная собственность. В ней концентрируются и находят выражение все важнейшие черты буржуазных условий производства.
Внеэкономическому принуждению и голой силе, как основе феодальных отношений собственности, новая система хозяйства противопоставляет отношение между капиталистом и рабочим, как экономически необходимое отношение товаровладельцев. Феодальные ограничения оборота она заменяет полным невмешательством в частнохозяй14»


ственную деятельность буржуа и свободной конкуренцией, которая «есть последняя, высшая, наиболее развитая форма существования частной собственности»17. В развитом товарно-денежном хозяйстве, каким ? ваяется капиталистическое хозяйство, исчезают все былые ограничения собственности, ибо и земля, и другие средства производства становятся товаром, безостановочная циркуляция которого превращается в необходимое условие капиталистического воспроизводства.
Смысл этих изменений, принесенных капитализмом, выражен еще в Коммунистическом манифесте: «Буржуазия,—читаем мы там,— безжалостно разорвала пестрые феодальные связи, прикреплявшие человека к его «естественным.повелителям», и оставила между людьми только одну связь—голый интерес, бессердечный «чистоган». Она утопила в ледяной воде эгоистического расчета священный порыв набожной мечтательности, рыцарского воодушевления, мещанской сентиментальности. Она превратила личное достоинство человека в меновую стоимость и поставила на место бесчисленных, скрепленных грамотами и благоприобретенных свобод одну бессовестную свободу торговли. Словом, эксполоатацию, прикрытую религиозными и политическими иллюзиями, опа заменила открытой, бесстыдной, прямой сухой эксплоатацией»18.
Столь разительные перемены, которые приносит с собою новая общественно-экономическая формация, опирающаяся на капиталистический способ производства, отнюдь не означает, стало быть, изчезнове- ния йли ослабления отношений эксплоатации. «Возникшее из гибели феодального общества современное буржуазное общество не уничтожает классовых противоречий. На место старых оно лишь поставило новые классы, новые условия угнетения, йовые виды борьбы»19 20. Отношение эксплоатации остается, но оно дано теперь на другой социально-экономической основе и между другими, сменившими феодальные сословия классами, дано как капиталистическое отношение. Характерным для него является то, что собственность на средства осуществления труда отделена от самих рабочих. «Процесс, создающий капиталистическое отношение, не может быть ничем иным, как процессом отделения рабочего от собственности на условия его труда; это—процесс, превращающий, с одной стороны, общественные средства производства и существования в капитал, с другой стороны, непосредственных производителей—в наемных рабочих»™.
Названные типичные черты капиталистического отношения получают развернутое выражение в институте буржуазной собственности. Она представляет собою юридическую форму закрепления основной массы средств производства за классом капиталистов и необходимую правовую основу для эксплоатации при помощи этих средств производства. «Собственность для капиталиста.—говорит Маркс,—есть п р а в о присваивать чужой неоплаченный труд или его продукт, для рабочего—невозможность присвоить свой собственный продукт,/21. Только на почве буржуазных отношений собственности могло 17 Маркс и Энгельс, Собр. соч., т. V, с. 186.
18 Коммунистический манифест, Партиздат, 1932 г., с. 19—20.
19 Там же, с. 18.
20 М а р к с, Капитал, т. I, с. 573.
81 Там же, с. 592.
150


возникнуть и сложиться в развернутую и законченную систему все многообразие форм ограбления рабочего класса и экономического порабощения трудящихся.
Самый строй общественных отношений при капитализме, свойственные ему непримиримые классовые противоречия между трудом и капиталом, существующие формы экономического и политического угнетения трудящихся,—все это находит в последнем счете свое выражение и обоснование в институте буржуазной собственности. «Современная буржуазная частная собственность есть последнее и самое полное выражение способа производства и присвоения продуктов, основанного на антагонизме классов, на эксплоатации одних другими»21 22. Она является поэтому основой капиталистического строя и окружается ореолом святости и нерушимости.
Буржуазная юриспруденция не может стать на открыто классовую позицию в вопросе о частной собственности, ибо это означало бы для нее признать, что институт частной собственности в условиях капитализма является основой для эксплоатации большинства меньшинством. Она делает поэтому все возможное, чтобы скрыть и фальсифицировать действительное лицо права частной собственности. В этих целях буржуазная наука пользуется различными путями. Один из применяемых ею способов обмана трудящихся масс состоит здесь в том, что капиталистическая и трудовая частная собственность объединяются в общее понятие права частной собственности, грань между этими различными по своей природе видами собственности сознательно стирается. Буржуазные ученые пытаются представить здесь дело таким образом, что огромные богатства буржуазии, сконцентрированные в ее руках, явились первоначально результатом собственного труда и бережливости самих капиталистов. «В незапамятные времена существовали, с одной стороны, кучка трудолюбивых, разумных и, прежде всего, бережливых избранников и, с другой стороны, масса лентяев, оборванцев, прокучивающих все, что у них было, и даже больше того. Так случилось, что первые накопили богатство, а у последних в конце концов ничего не осталось для продажи, кроме йх собственной шкуры»23.
Такова сделанная Марксом ироническая зарисовка высказываний буржуазных ученых по этому вопросу. При их помощи буржуазия пытается реабилитировать эксплоататорскую природу капиталистической частной собственности, изобразить защиту и укрепление этой собственности как «высшее социальное благо». Эта «придуманная юристами и экономистами цивилизованного общества «собственность, добытая собственным трудом >,—последнее из лживых правовых обоснований, на которое еще опирается современная капиталистическая собственность»24. Не ограничиваясь этим, буржуазная наука прибегает в тех же целях еще к другому приему: она всячески затушевывает и стремится уничтожить в сознании трудящихся различие между собственностью на средства производства и собственностью на средства потребления, так как именно это различие и является решающим 22 Маркс и Энгельс, Собр. соч., т. V, с. 496.
28 М а р кс, Капитал, т. I, изд. 1931 г., с. 572.
21 Энгел ь с, Происхождение семьи, частной собственности и государства,
изд. 1932 г., с. 160.
151


для понимания причин капиталистической эксплоатации. Веками сложившиеся у человека привычки делить, отчуждать, обменивать, продавать и покупать предметы и продукты потребления буржуазия пытается использовать для того, чтобы объявить преступлением всякое покушение на какую бы то ни было собственность и под этим флагом тем надежнее укрепить и защитить частную собственность на средства производства.
Наконец, той же цели достигает буржуазия методами юридического определения права частной собственности и всей правовой характеристикой этого важнейшего института буржуазной цивилистики.
Классический памятник Великой французской революции, Кодекс Наполеона, так определяет в ст. 544 право частной собственности: «Собственность—это право собственника пользоваться и распоряжаться вещами самым абсолютным способом, поскольку он не совершает пользования, запрещенного законом или правительственными распоряжениями». Это определение права буржуазной собственности воспроизведено затем с теми или другими вариациями в гражданских кодексах или уложениях других капиталистических стран. Так, в § 903 Германского гражданского уложения (BGB) мы читаем: «Собственник вещи властен, насколько тому не препятствует закон или права третьих лиц, распорядиться вещью по своему усмотрению и устранять других от всякого на нее воздействия». Аналогичные правила содержатся в ст. 641 Швейцарского гражданского уложения и т. д.
Такая общность в определении права собственности не случайна, ибо она выражает собою общность самих взглядов буржуазной науки на этот институт. Взгляды же эти сводятся к следующему. Во-первых, право частной собственности это отношение человека к вещи. Предметом собственности могут быть только вещи, материальные блага. Исключение составляют разве бумаги на предъявителя. Другими словами, собственность не есть общественное отношение, отношение человека к человеку в связи с данным распределением вещей, средств производства, а представляет собою, по учению буржуазных юристов, отношение к самой вещи.
Во-вторых, эта связь человека с вещью характеризуется неограниченной властью над вещью, абсолютным господством над нею. «По существу своему, по идее, право собственности безгранично. Оно распространяется на вещь во всех направлениях, во всех отношениях,—пишет русский цивилист Шершеневич. Ограничения в праве собственности никогда не предполагаются: они должны быть явно установлены законом или договором»25.
В-третьих, это господство над вещью не есть только фактическое господство. Оно означает и юридическое господство. «Вещи могут нам принадлежать даже в том случае, когда они находятся в чужом владении. Мы их «имеем» в юридическом смысле, хотя бы у нас отсутствовало фактическое обладание. Если со стороны владельца последует выдача этих вещей, т. е. фактический возврат, правовое положение заинтересованных сторон от этого нисколько не изменится, а изменится лишь состояние владения. В вещных правах, стало быть, сказывается,
25 Ф. Шершеневич, Учебник русского гражданского права, т. I, изд 2, с. 280.
152


какая-то юридическая невидимая связь между вещью и субъектом права»26 27. Типичными моментами, характеризующими это юридическое господство, является владение, пользование и распоряжение вещью.
Первое из них означает обеспеченное правом фактическое обладание предметом собственности, возможность непосредственного физического воздействия на него. Пользование открывает путь к извлечению всех полезных свойств вещи, и в первую очередь тех свойств, которые вытекают из монопольного положения собственника. Наконец, распоряжение вещью означает право отчуждать эту вещь всеми доступными средствами. Из всех этих признаков буржуазная юриспруденция считает самым важным и неотделимым от собственности распоряжение. По- выражению Козака, «субъект всякого иного вещного права может делать с подчиненной его праву вещью то именно, что ему прямо разрешено, тогда как собственник может делать с принадлежащей ему вещью все, что ему прямо не запрещено >. Таковы формально-правовые признаки собственности в изложении буржуазных юристов. Они представляют собою, как мы видим, идеологизированную, извращенную форму действительности и той социально-классовой роли, какая принадлежит в ней институту буржуазной собственности. Собственность, как отношение «собственника вещи» (предпринимателя) к «лицу, не имеющему вещи» (рабочему), изображается как отношение к самой вещи. Соответственно тому экономическое господство капиталиста при помощи принадлежащих ему средств производства и ничем не ограниченная свобода эксплоатации юридически обоснованы как свобода распоряжения опять-таки самой вещью, как абсолютное господство над нею.
Наконец, себе, веняость, как юридическая форма закрепления государством существующего при капитализме распределения средств производства, преподносится как юридически абстрактная нить, таинственно и нерушимо соединяющая собственника с его «вещью».
Абсолютное господство над вещами—это, стало быть, фикция, за ними в действительности стоит капиталист, который использует их как средство для угнетения и эксплоатации тех, кто этих «вещей»—средств^ производства—не имеет. «Богатство,—говорит Ф. Энгельс,—поскольку оно включает господство над людьми, является большей частью, даже почти исключительно, господством над людьми в силу ипосред- с т в о м господства над вещами»'7.
Гражданские кодексы и уложения содержат, наряду с определением права собственности, многочисленные правила о самом содержании права собственности,-—правила, раскрывающие и конкретизирующие права собственника как автономно хозяйствующего субъекта. Наиболее подробно регламентирована земельная собственность. Здесь законодателем проявлена величайшая заботливость о том, чтобы за собственником сохранена была самая широкая свобода распоряжения земельным участком. Он—не только полновластный хозяин и распорядитель поверхности земли, он вместе с тем—собственник воздушного пространства над поверхностью (т. н. воздушного столба), он—собственник и самих недр земли. Землевладелец не может воспретить только «воздействие,
26 Р. Д е р н б у р г, Пандекты, т. I, ч. 2, с. 58—59.
27 Ф. Энгельс, Анти-Дюринг, изд. ГИЗ, 1929 г., с. 172.
15ft,


происходящее на такой высоте или в такой глубине, что устранение его не представляет для него интереса» (§ 905 BGB).
Скрупулезно перечисляют кодексы разнообразные права земельного собственника вплоть до таких мелочей, как право отрезать и удер- ткать в свою пользу корни дерева или куста, проникшие из смежного участка, или как вопрос о судьбе плодов, упавших с дерева на соседний участок. Те же кодексы содержат, правда, и ряд детально изложенных правил, ограничивающих права собственника земельного участка в интересах других собственников. Но все эти «ограничения» не идут далее того, чтобы предупредить использование права собственности во зло другим собственникам. Отсюда вытекает, в частности, запрещение шикан ы—прямого злоупотребления правом, т. е. того случая, когда собственник намеренно пользуется своими правами настолько широко, что нарушает права других собственников. Эти «ограничения» суть «стало быть ограничения в пользу класса собственников для упорядочения и осуществления свободного распоряжения собственностью. Ничего общего с действительным ущемлением и ограничением интересов собственника, как капиталиста, они не имеют и по самому назначению своему иметь не могут.
Кодексы написаны и действуют для защиты свободной частной собственности, формой движения которой является свободная конкуренция—этот волчий закон капитализма. А чтобы не было сомнения в том, Кодекс Наполеона специально оговаривает в ст. 545, что «никто не может быть принужден к уступке права собственности». Принудительное отчуждение возможно согласно той же статьи лишь по «соображениям общественной пользы», т. е. в интересах капиталистов как класса, и при том в обмен на справедливое вознаграждение, которое должно быть уплачено предварительно.
Буржуазное право детально регламентирует способы приобретения права собственности. Оно различает здесь два вида: первоначальные и производные (деривативные) способы приобретения. К первым оно относит завладение (захват), давность, отделение плодов, приращение, переработку, находку и соединение; к вторым—передачу.
В условиях развитого капиталистического оборота наибольшее значение имеет понятно передача. Под нею понимается тот способ приобретения собственности, который выражается в реальной передаче самой вещи от собственника к приобретателю в силу состоявшегося между ними соглашения (купли-продажи, мены, дарения и т. д.). По законодательству большинства буржуазных госудраств передача вещи означает одновременно и переход к приобретателю самого права собственности на нее. Таковы правила § 929 BGB, ст. 713 Швейцарского уложения и т. д.
Иную позицию занимает французский кодекс, согласно которому право собственности переходит к приобретателю с момента совер гения сделки по отчуждению, если предметом договора является и н д и в flfl у а л ьн о-о пределенная вещь. Собственность же на вещи, определяемые родовыми признаками (мерою, весом, числом единиц и т. д.), переходит, подобно правилам других кодексов, с момента передачи.
Нужно отметить здесь, что по буржуазному праву передача может быть способом перехода права собственности только на д в и ж и м ы е 154


вещи. К ним Кодекс Наполеона относит вещи, движимые по своей природе и признаваемые движимыми по постановлению закона. Первыми считаются «тела, могущие передвигаться с места на место, все равно двигаются ли они сами, как животные, или перемещаются с помощью посторонней силы, как неодушевленные предметы» (ст. 528). Ко второй же категории вещей относятся обязательства, иски на получение денежных сумм или движимых вещей, акции и паи в предприятиях, и т. д.
Переход права собственности на н е д в и ж и м ы е вещи (земельные участки, предприятия, лесорубки и т. п.) признается состоявшимся лишь после совершения соответствующей записи впоземельных книгах. Ведение этих книг должно удовлетворять принципу публичности всех вещно-правовых актов на недвижимость ипринципу достоверности. Первый из них обеспечивает возможность для всякого заинтересованного лица получить точные сведения о юридическом положении того или другого недвижимого имущества. Второй же из них означает, что всякая запись в поземельных книгах имеет юридическую силу, даже если бы она не соответствовала действительности. v
В числе первоначальных способов приобретения права собственности укажем сперва на приобретение по давности. В отличие от советского права, буржуазное гражданское законодательство знает не только исковую, но и пр ио б р е та те л ьн у ю давность, т. е. приобретение права собственности, основанное на бесспорном и непрерывном владении вещью, «в виде собственности» в течение установленного законом срока. Для того чтобы стать собственником вещи по этому основанию, требуется, во-первых, юридическое владение вещью < в виде собственности», а не простое ее держание; во-вторых нужно, чтобы вещь поступила к владельцу на законной основе, а сам владелец добросовестно предполагал, что он является собственником вещи; в-третьих, требуется бесспорное владение, т. е. на данную вещь не должно быть притязаний со стороны; нужно далее, чтобы владение было непрерывны м?8 и, наконец, чтобы оно продолжалось определенный срок (обычно 10 лет для вещей движимых).
В числе моментов, необходимых для приобретения вещи по давности, буржуазная юриспруденция указывает также на то, чтобы вещь была способна сделаться объектом давностного приобретения. Этим объектом могут быть только материальные вещи, а не права (наприм ф, право проезда или прохода). Из числа же материальных вещей не давностноспособны вещи, изъятые из оборота, или так называемые публичные вещи (например млта общего пользования). Однако вещи, принадлежащие государству, поскольку они принадлежат ему на праве частной собственности, могут быть объектом давностного приобретения.
Овладение (occupatio), клад и находк а—первоначальные способы приобретения права собственности, тесней л им образом связанные с так называемой презумпцией частной собственности, т. е. законным предположением, что вещь, если не установлено иное, принадлежит частному лицу. В буржуазном обще-
28 Согласно § 940 EGB перерыв считается ненаступившим, если владелец лишился владения «в виде собственности» помимо своей воли и не восстановил его в течение одного года. 155


стве, где все, за редкими исключениями, является частной собственностью, и где даже само государство не более, как частный собственник,— такое предположение вполне естественно. Если ве дь е пе не счала частной собственностью, то она может и должна быть ею. Иное положение ненормально. Поэтому раз вещь бесхозяйна, она может быть захвачена, оккупирована каждым и превращена в объект частной собственности. Здесь будет иметь место у з а к о н елг н ы й способ захвата—овладение. Если вещь имеет хозяина, но ее хозяин неизвестен, то и в этом случае вещь может стать при известных условиях частной собственностью другого лица. Так, найденная кем-либо вещь становится его собственностью по праву находки, если по истечении определенного срока (обычно одного года) не объявится собственник вещи. Если собственник будет установлен, то нашедший вещь вправе требовать вознаграждения за находку от ее собственника. При обнаружении клада, т. е. ценного сокровища, скрытого тем или другим образом, действуют аналогичные правила. В этом случае, если клад обнаружен не в земле, а в каком-либо ином месте (например, бумажные деньги между склеенными страницами чужой книги), то лицо, открывшее клад, может стать его собственником, если собственника установить не удается. Однако клад, найденный в земле, всегда признается собственностью владельца земельного участка.
Особое место занимают соединен ие (приращение), смешение и переработка. Под первым из них понимается тот способ приобретения собственности, когда движимая вещь, будучи собственностью одного лица, прочно соединяется с недвижимостью другого (например, посев, произведенный на чужом земельном участке). В этом случае она разделяет правовое положение главной вещи, т. е. становится собственностью хозяина этой вещи.
Близкий к этому случай представляет смешение, т. е. такое соединение вещей, принадлежащих разным лицам, в результате которого получается единая вещь. Смешение влечет утрату права собственности на соединенные вещи и установленные общей собственности на созданную этим путем новую вещь. Наконец под переработкой (спецификацией) понимается тот способ приобретения собственности, при котором в результате переделки или переработки одной или нескольких вещей, принадлежащих одному лицу, создается новая, значительно более ценная вещь другим лицом (например из чужого- леса фабрика изготовила музыкальные инструменты). Эта вещь признается собственностью того, кто переработал материал, а не того, кому принадлежал материал. Предполагается понятно, что переработка была произведена в этом случае не для выполнения задания, предусмотренного состоявшимся заранее соглашением.
Буржуазное право знает наконец приобретение так называемых произведений и иных составных частей вещи. К ним относятся произведения плодоприносящей вещи (например фрукты, приплод скота и т. д.). Все эти так называемые произведения следуют судьбе плодоприносящей вещи, т. е. становятся собственностью того же, кто имеет плодоприносящую вещь. (Понятно, ее собственник может предоставить сам то или другое право на эти плоды другому лицу, например арендатору сада.) В действительности рсновной «плодоприносящей вещью» является в условиях капитализма—р абочая сила. Через ее- 156


использование при помощи принадлежащих капиталисту средств производства последний извлекает наиболее ценные «плоды»—п риба- вочную стоимость, эту основу основ капиталистической наживы и эксплоатации. Но в идиллически мирной юриспруденции об этом не принято говорить. Там эти свойства приносить прибавочную стоимость приписывают самой вещи.
Капиталистическая частная собственность охраняется всеми средствами государственного принуждения, включая войско, полицию, тюрьмы и уголовные законы буржуазии. Ни один другой правовой институт не пользуется такой всесторонней защитой, как частная собственность, ибо покушение на нее есть покушение на самые основы капитализма. Это особое положение частной собственности находит отражение и в гражданском праве, где для охраны собственности установлены, в отличие от других институтов, особо эфективные методы. К ним относятся виндикация и защита владения.
Первая из них—способ защиты собственности, заимствованный еще из римского права. Как мы отмечали уже выше, он является иском невладеющего собственника к владеющему не собственнику. Виндикация дает собственнику право требовать выдачи принадлежащей ему вещи в натуре от всякого, у кого бы эта вещь ни оказалась. В этом проявляется так называемый абсолютный характер права собственности как важнейшего вида вещных прав. Юридическое господство собственника простирается зде^ь на принадлежащую ему вещь всюду, где эта вещь окажется, ибо она есть средство самого господства. В римском праве это правило осуществлялось со всей последовательностью: ubiftieam rem invenio, ibi earn vindico (где я свою вещь нахожу, там се и виндицирую).
Развитой капиталистический оборот не мог стать на путь безоговорочного осуществления этого начала. «Последовательное проведение римского принципа,—замечает проф. Покровский,—создавало бы общую неуверенность оборота; покупщик никогда не мог быть уверен в том, что он стал собственником, что завтра не явится некоторое другое лицо, которое докажет свое право собственности на вещь и отберет ее себе»29. Поэтому буржуазное гражданское право вносит* в эти правила римского права существенные коррективы. Произведенные здесь изменения заключаются в том, что собственник не может виндицировать свою вещь от добросовестного приобретателя, если она вышла из рук собственника по его воле. Иначе говоря, в интересах твердости оборота «всякий владелец движимой вещи а) признается в гражданском обороте собственником, б) поскольку дело идет о приобретении от него движимой вещи добросовес ным лицом, хотя бы владелец в действительности и не был ее собственником»10. Вещь может быть виндицирована только: 1) во всех случаях у недобросовестного приобретателя, т. е. у лица, которое знало или должно было знать, что владелец вещи не является собственником, и 2) у добросовестного приобретателя в тех случаях, когда вещь была утеряна собственником или похищена 29 Проф. И. А. Покровский, Основные проблемы гражданского права, изд. 1917 г., с. 184.
20 Проф. В. И. Синайский, Русское гражданское право, изд. 1914 г., вып. I, с. 250.
157


у него. Ограничения виндикации, известные германскому праву под именем: «Hand muss, Hand wahren»,—усвоены большинством буржуазных законодательств. Распространяются они только на д в и ж и- м ы е вещи, ибо отчуждение недвижимостей, как отмечалось выше, осуществляется путем соответствующих записей в поземельных книгах. Названные ограничения виндикации понятно не ослабляют позиций частной собственности. «Если все указанные нормы иногда как бы приносят принцип собственности в жертву принципу безопасности оборота («Sicherheit des Verkehrs»), то,—как правильно замечает проф. Покровский,—не следует упускать из виду, что эта безопасность оборота в свою очередь повышает ценность права собственности и таким образом идет ему же на пользу»31.
В условиях капиталистического хозяйства, где «все, на что люди привыкли смотреть как на неотчуждаемое, делается предметом обмена и торга, становится отчуждаемым»32,—интересы твердости и безопасности оборота неотделимы от охраны • и незыблемости самой собственности.
В буржуазных государствах установление права собственности на то или другое спорное имущество представляет значительные трудности и связано с соблюдением целого ряда сложных процессуальных правил. Однако гражданское законодательство знает другой, более простой и доступный метод охраны прав собственника. Мы имеем в виду владельческую защиту, осуществляемую при помощи так называемых владельческих или поссесорных исков. Этот метод защиты прав собственника опирается на то, что владение в капиталистическом обороте есть законный титул собственности в отношении движимых вещей. Поэтому презюмируется, что нарушение прав владельца вещи есть вместе с тем нарушение прав и самого собственника. Собственник может стало быть возбудить в исковом порядке вопрос о возрате вещи в натуре, как владелец этой вещи, не доказывая своего права собственности на эту вещь. Результат будет тот же: вещь должна возвратиться к нему в порядке восстановления нарушенного владения. Такой способ защиты представляет, правда, свои неудобства, ибо он дает защиту всякому владельцу, в том числе и против собственника, если только последний не противопоставит поссесору свои права собственника. Однако этими неудобствами гражданское законодательство справедливо пренебрегает в интересах самих же собственников, ибо в подавляющем большинстве случаев собственник вещи будет вместе с тем ее владельцем.
Право частной собственности прекращается теми же способами, какими оно приобретается, так как потеря права собственности одним лицом есть одновременно приобретение этого права другими лицами. Помимо завладения, исключение составляют разве редкие в практике и ограниченные в законе случаи принудительного отчуждения собственности в пользу своего же государства, государства буржуазии.
Таковы основные черты права капиталистической частной собственности.
81 Проф. И. А. Покровский, Цит. соч., с. 189.
82 К. Маркс, Нищета философии, 1931 г., с. 37—38.
158


§ 2. Собственность в советском праве
1. Три вида собственности в СССР
Вопрос о праве собственности имеет центральное значение и для социалистического общества. Поскольку решена основная, проблема революции—о власти, вопрос о собственности становится коренным вопросом революции. По Ленину сущность социализма заключается в «общем владении средствами производства и распределении продуктов по мере работы каждого»* 33 *. «Общее владение средствами производства», иными словами, общественная (социалистическая) собственность на средства производства вместе с принципом вознаграждения по труду определяет самое понятие социализма. Поэтому общественная (социалистическая) собственность—это «основа советского строя», т. е. основа государственного строя, имеющего своей целью построение социализма, а право общественной (социалистической) собственности—центральный институт всей системы советского хозяйственного права.
Что значит конкретно, что общественная (социалистическая) собственность является центральным институтом советского хозяйствен- ного права?
Общественная (социалистическая) собственность обосновывает прекращение капиталистической эксплоатации. Государственные предприятия в Советском Союзе потому являются последовательно социалистическими, что и «средства производства принадлежат государству (т. е. организованному как господствующий класс пролетариату—Авторы) и земля, на которой стоит предприятие и все предприятие в целом»14. Колхозные и кооперативные предприятия являются социалистическими по типу потому^ что «они основаны на земле, при средствах производства, принадлежащих государству, т. е. рабочему классу»36. «Разве в колхозе имеется класс людей, являющихся собственниками средств производства, и класс людей, лишенных этих средств производства?—спрашивает т. Сталин.—Разве в колхозе имеется класс эксплоататоров и класс эксплоатируемых? Разве колхоз не представляет обобществления основных орудий производства на земле, принадлежащей, к тому же, государству? Какое имеется основание утверждать, что колхозы как тип хозяйства не представляют одну из форм социалистического хозяйства?»36. Следовательно решение вопроса о собственности в пользу пролетариата против буржуазии есть вместе с тем решение вопроса о типе хозяйства в пользу социализма против капитализма.
Диктатура пролетариата и общественная (социалистическая) собственность лежат в основе всего социалистического планирования. Почему возможно социалистическое планирование? Потому что в руках пролетарского государства сосредоточены основные экономические командные высоты.. Почему невозможно капиталистическое планирование? Потому что капитализм базируется на частной собственности на орудия и средства производства. Уже XII партийный съезд совершенно четко сформулировал мысль об общественной (соцпа-
33 Л е н и н, т. XX, с. 132.
31 Л е н и н. т. XXVII, с. 395.
33 Т а м же, с. 396.
86 С та л и н, Вопросы ленинизма, 1933, с. 454.
15»


мистической) собственности как основе социалистического планирования. «В Советской России, где главные средства промышленности и транспорта принадлежат одному владельцу—государству, активное вмешательство последнего в хозяйственную жизнь должно, по необходимости, получать плановый характер и ввиду господствущей роли государства как собственника и хозяина плановое начало приобретает тем самым уже на первых порах исключительное значение»37. Возможность применения принципа непосредственного планового руководства к сельскому хозяйству создана решающей победой совхозов и колхозов, т. е. переходом основных средств и орудий сельскохозяйственного производства в общественную собственность.
Общественная (социалистическая) собственность является предпосылкой, делающей возможной строжайшее проведение принципа е д и- ноначалияна социалистических предприятиях. «Беспрекословное выполнение предписаний советского руководителя во время труда», подчинение воле единоначальника необходимо на социалистических предприятиях, и вполне совместимо с массовым контролем снизу только потому, что этот единоначальник—не частный собственник, «не хозяин», а доверенный рабочего класса, поставленный рабочим классом для охраны, укрепления и преумножения общественной собственности.
Общественная (социалистическая) собственность—основа и предпосылка хозрасчета как метода управления социалистическими предприятиями. Игнорирование особого характера той сферы хозяйства, где применяется хозрасчет, недоучет особенностей социалистической природы государственной и колхозно-кооперативной собственности приводят к искажению хозрасчета, к его буржуазно-нэпманскому истолкованию, к антигосударственным тенденциям. Хозрасчет—метод управления, специфический именно для социалистического хозяйства и следовательно базирующийся на общественной (социалистической) собственности.
Общественная (социалистическая) собственность лежит в основе всей системы договорных отношенийв Советском союзе, ибо советский хозяйственный договор неразрывно связан с планом, носит плановый характер, а это его качество делается возможным только в силу первенствующего положения, которое занимает в народном хозяйстве общественная (социалистическая) собственность. Советский хозяйственный договор—это общественная (социалистическая) собственность в ее движении.
Наконец решающие победы социалистической собственности и безраздельно господствующее положение, которое приобрели на данном этапе социалистические формы хозяйства, обусловливают и новую постановку вопроса о гражданской правоспособности. Вопрос о гражданской правоспособности ныне ставится диференцированно: содержание правоспособности отдельных категорий граждан СССР различно в зависимости от их классовой принадлежности и от их места в системе социалистического хозяйства.
Так, право общественной (социалистической) собственности выявляет себя в качестве действительной основы всех важнейших институтов советского хозяйственного права.
17 Са вел ье в и Поскребышев, Директивы ВКП(б) по хозяйственным вопросам, М. 1931, с. 112.
160


Вопрос о собственности в СССР неразрывно связан с ленинским анализом экономики Советского союза. В 1918 г. Ленин наметил пять укладов в экономике революционной России: а) патриархальное, т. е. в значительной степени натуральное крестьянское хозяйство, б) мелкое товарное производство (большинство крестьян «из тех, кто продает хлеб»), в) частно-хозяйственный капитализм, г) государственный капитализм, д) социализм.
Ленинский анализ пяти укладов сохранял свое значение для длительного периода, вплоть до завершения первой пятйлетки. В частности пятью укладами Ленин характеризовал и экономику России в момент, когда закладывались основы развернутого советского хозяйственного законодательства, рогда вырабатывался Гражданский кодекс* 38.
В связи с этим уже гражданское законодательство первых лет нэпа отказалось от единого понятия права собственно- с т и. Согласно ст. 52 ГК: «различается собственность: а) государственная (национализированная и муниципализированная), б) кооперативная, в) частная». Это разграничение собственности на три вида имело огромное принципиальное значение. Оно положило резкую грань между буржуазным пониманием права собственности,—всегда частной собственности, независимо от того, кто является носителем (субъектом) права,—и советской трактовкой этого института. Для советского права общественная (социалистическая) собственность никогда, и в первые годы нэпа, не была тем же, что и частная собственность, ибо только с ростом и укреплением общественной (социалистической) собственности связывались рост и укрепление социалистических элементов в народном хозяйстве и перспективы окончательной победы социализма.
В результате успешного продвижения к социализму на рельсах нэпа, победоносного проведения политики индустриализации и коллективизации и разгрома кулачества роль общественной (социалистической) собственности колоссально возросла. Первый, третий и четвертый общественно-экономические уклады (патриархальный, частно-хозяйственный капитализм, государственный капитализм) в настоящее время уже не существуют, второй уклад (мелкое товарное производство) «оттеснен на второстепенные позиции», а пятый уклад—социалистический—«является безраздельно господствующей и единственно командующей силой во всем народном хозяйстве»39.
Поскольку задачей второй пятилетки является окончательное выкорчевывание капиталистических элементов из экономики страны, окончательная ликвидация классов, построение бесклассового социалистического общества и установление социалистического способа производства как единственного способа производства,—социалистическая собственность по выполнении второго пятилетнего плана становится единственной формой собственности на средства производства в СССР. Новая постановка вопроса об укладах в результате победоносного социалистического строительства обусловливает и новую постановку вопроса о собственности. С укреплением социалистической собственности теперь больше чем когда-либо связываются все коренные политические
88 Ленин, О продналоге, т. XXVI, с. 321—330.
38 Сталин, Отчетный доклад на XVII партсъезде о работе ЦК ВКП(б), Партиздат, 1934, с. 19.
11 Курс сов. хоз. права
Ш


задачи момента. Поэтому именно в сторону ослабления и расхищения общественной собственности направляют свои усилия остатки разбитых капиталистических классов. Поэтому именно теперь пролетарское государство объявляет общественную собственность священной и неприкосновенной и устанавливает особо суровые меры для ее охраны.
Однако и в условиях бесклассового социалистического общества общественная (социалистическая) собственность не единственная форма собственности. Наряду с общественной (социалистической) собственностью на средства производства сохраняется личная (индивидуальная) собственность на средства потребления. «Общественная собственность распространяется на землю и на другие средства производства,—говорит Энгельс, излагая взгляды Маркса на организацию общественных отношений в социалистическом обществе,—а индивидуальная собственность— на продукты, следовательно—на предметы потребления»40. Понятно, почему вопросы роста, укрепления и охраны личной собственности трудящихся занимают серьезное место в системе хозяйственного законодательства периода второй пятилетки (проблема зажиточности).
Кроме того на долгое время и в условиях развернутого социалистического общества сохранится раличие двух видов социалистической собственности: последовательно-социалистической собтвенности пролетарского государства и социалистической кооперативной (колхознокооперативной) собственности41.
100-процентная коллективизация единоличных крестьянских хозяйств и 100-процентное кооперирование мелких трудовых товаропроизводителей—кустарей и ремесленников—ни в коем случае не равносильны их «огосударствлению». Колхозно-кооперативная собственность при социализме имеет самостоятельное значение как особый вид собственности в рамках общественной (социалистической) формы собственности.
На данном этапе, в условиях второй пятилетки вопрос осложняется еще остатками частной собственности на средства производства. Мы имеем некую ничтожную дробь государственного капитализма и частнохозяйственного капитализма в виде известного процента кулацких хозяйств в районах несплошной коллективизации, нескольких концессионных предприятий (подавляющее большинство концессий уже выкуплено государством) и имущества, принадлежащего иностранным фирмам, допущенным к производству операций в СССР. Существенное значение имеет еще частная собственность мелких самостоятельных товаропроизводителей: завтрашних колхозников—единоличников и завтрашних членов промартелей — некооперированных еще кустарей и ремесленников. Наконец на праве частной собственности колхозники владеют и распоряжаются своим личным добавочным хозяйством, необобществленной частью своего хозяйства.
40 Энгельс, Анти-Дюринг, 1931, с. 119. Там же Энгельс цитирует следующие слова Маркса из I тома Капитала: «Совокупность продуктов труда союза есть продукт общественный. Часть этого продукта служит вновь в роли средств производства. Она остается общественной. Другая же часть потребляется членами союза в виде жизненных средств. Она поэтому должна быть разделена между ними».
41 Об этом различии подробнее см. ниже, § 4 настоящей главы.
162


В итоге следовательно мы устанавливаем стр от о диферен- цированный подход к проблеме собственности по советскому праву. Важнейшие вопросы, связанные с правом собственности,—о природе той или иной формы собственности, о способах возникновения права собственности, о содержании и объеме правомочий собственника, о защите права—решаются по-разному для разных форм и видов собственности. Поэтому вслед за вопросом об объектах права собственности (п. п. 2 и 3 настоящего параграфа) мы рассмотрим отдельно вопросы о государственной последовательно-социалистической собственности (§ 3), о колхозно-кооперативной собственности (§4), о частной собственности в различных ее видах и о личной (идивидуальной) собственности (§5).
2. Вещи (имущества)
Право собственности означает, что известные средства производства и предметы потребления «закрепляются» за определенными общественными классами, за определенными группами лиц с исключением права распоряжения ими со стороны всех остальных лиц, всех других членов общества. Средства производства и предметы потребления как объекты права собственности называются на юридическом языке вещам и42.
Советский гражданский кодекс отождествляет понятия объекта права, вещи и имущества (ст. ст. ,20—25 ГК). Буржуазное право рассматривает имущество в юридическом смысле слова, как «сумму принадлежащих субъекту прав»43. В состав имущества включается как право собственности на вещи, так и права требования к третьим лицам: обязательственные права, притязания по наследственному праву и т. д. Права, из которых состоит имущество, называются также активом. Активу противостоит пасси в—обязательства, подлежащие удовлетворению из стоимости имущества. ^Размер всякого имущества как совокупности принадлежащих субъекту прав постоянно колеблется. Установление его на какой-либо определенный момент называется б а л а н- с о м44.
Буржуазная наука права различает вещи (имущества): а) недвижимые и движимые, б) замейимые и индивидуально определенные, в) делимые и неделимые, г) главные и принадлежностные, д) доход и капитал, е) изъятые из оборота и неизъятые из оборота. Вещами в юридическом смысле считаются также деньги и ценные бумаги. ,
Экономическое значение имеет различие между средствами производства и средствами потребления. Это экономическое различие находило свое более или менее адэкватное юридическое выражение в делении вещей на res ma ncipi и res пес mancipi в рим42 3 о м, Институции. СПБ 1908, т. II, с. 149: «Мы ... называем вещами в правовом смысле лишь телесные предметы, доступные для оборота и предназначенные для него по самой своей природе». См. также Enneccerus, Kipp und Wolff. Lehrbuch des Burgerliches Rechts. В. I. 1926, Abt. I. S. 192. «Вещи — части несвободной природы, которые считаются самостоятельными объектами права». В римском праве различались вещи телесные и бестелесные (res corpora les и incorporates). Бестелесными вещами считали права, например права требования, притязания из наследственного права.
43 Thur, Das allgemeine Teil des deutsches burgerliches Rechts. Leipzig. 1910. В. I, S. 318.
44 Cm. Thu r, id, S. 322.
11*
163


ском праве45 *. Примерно тот же смысл имело впоследствии деление вещей на недвижимые и движимые. «Настоящий смысл этого деления,—говорит П. И. Стучка,—наступил лишь в век феодализма, когда недвижимость заключалась в земле «с прикрепленными душами» крепостных (по терминологии царского права—«населенное имение»). А эта земля была основным и долгое время единственным средством тогдашнего производства, ибо к ней относились и леса и воды и сама земля с постройками, рудниками, даже движущимся инвентарем, крепостными, документами, вещными правами ит. д.»4в. Вуржуазное право считает недвижимостью землю и все что с ней физически связано путем насаждения, застройки или каким-либо иным способом47. Движимость—остальные вещи.
Юридические последствия этого деления заключаются в различном порядке установления прав на вещи той или другой категории, в особом порядке наследования, в особой подсудности для и^ов по недвижимости и по движимым вещам. Это деление теряет свое былое значение вместе с превращением земли и всех прочих недвижимостей в товар (мобилизация недвижимости). Итальянский торговый кодекс например прямо причисляет землю к товарам, к объектам торговых сделок наряду с другими товарами. Но законодательство фашистской Германии придает этому делению серьезнейшее значение (см. закон о наследовании крестьянского двора 29 сентября 1933 г).
В связи с отменой частной собственности на землю советское законодательство упразднило деление вещей на движимые и недвижимые (примечание к ст. 21 ГК). Однако для некоторых категорий вещей установлен особый осложненный порядок оформления передачи прав: купля-продажа строений (и права застройки) должна быть обязательно нотариально удостоверена с последующей регистрацией в коммунальном отделе (ст. 185 ГК), передача прав на морские и речные суда отмечается в Регистре СССР, переход предприятий (промышленных, торговых, коммунальных) от одного хоз^ргана другому фиксируется в органах государственной регистрации.’
Заменимыми называются вещи, определяемые общими родовыми признаками: числом, весом, мерой (ст. 66 ГК). Например зерно, чугун, мука. Индивидуально определенными считаются вещи, определяемые индивидуальными признаками: например комбайн «Коммунар» № 4137, пароход «Петр Чайковский». <
К заменимым вещам относятся также деньги.
Только заменимые вещи могут быть объектом договора займа (ст. 208 ГК).
В силу ст. ст. 66 и 67 ГК право собственности приобретателя возникает в отношении индивидуально определенной вещи с момента заключения договора, а в отношении заменимых вещей—b момента их передачи, т. е. фактического вручения приобретателю48.
45 См. выше, с. 139—140.
44 Стучка, Курс гражданского права, т. II, с. 102.
47 Дернбург, Пандекты, т. I, ч. 1, с. 200.
ч48 К фактическому вручейию приравниваются сдача вещи на железную дорогу или на почту для отправки по указанию приобретателя, а также сдача на почту распорядительного документа на вещь—транспортной .квитанции, документа о передаче товара на хранение.
164


Действующее ныне законодательство о кредитной реформе устанавливает, впрочем, другие правила. Во всех случаях право собственности на вещь переходит к приобретателю с момента оплаты счета49.
По ГК вопрос об освобождении должника от ответственности при так называемой невозможности исполнения решается различно в зависимости от того, что является предметом обязательства: заменимая вещь или индивидуально определенная. Невозможность исполнения, говорится в ст. 119 ГК, не освобождает от ответственности, «если предмет обязательства определен родовыми признаками и доставление имущества то^о же рода не стало объективно невозможным». Эти правила сейчас потеряли значение. Новые законы о договорах ставят вопрос об освобождении от ответственности по договору по-иному.
Делимыми называются вещи, которые могут быть раздроблены на одинаковые части без уменьшения ценности вещи, например, вино, сукно и пр. Н еделимость может происходить ^е только из естественных свойств вещи, по и из оснований социально-экономического и правового порядка (например неделимость фабрики и завода, крестьянского двора и пр.). Делимость или неделимость вещей имеет практическое значение при спорах об общей собственности (ст. ст. 61—65 ГК), при солидарных обязательствах (ст. 116 ГК).
Различаются далее вещи главные и принадлежности. По советскому ГК принадлежностью считается вещь, назначенная служить главной вещи и связанная с ней общим хозяйственным назначением. «Принадлежностью называются телесно самостоятельные, но хозяйственно несамостоятельные вещи. Это служебные вещи, имеющие полное хозяйственное значение лишь при условии их подчинения определенной другой вещи (главной вещи)»50 51. Пример принадлежности—ключ от замка, смычок от скрипки. По ст. 25 ГК принадлежность следует судьбе главной вещи, если в законе или в договоре не оговорено противное. Вопрос о главных вещах и принадлежностях стоит сейчас по-новому— как вопрос о комплектност и61.
Относительно деления вещей на доход и капитал Дернбург говорит следующее: «Доход—fructus—есть прибыль, правильно получаемая от вещи или от другого какого-либо имущества—капитала. С экономической точки зрения необходимо' различать капитал или самую субстанцию имущества от плодов его или дохода. Этим различием пользуется и право»52.
Господствующая среди буржуазных юристов точка зрения отождествляет деление вещей на доход и капитал с делением вещей в римском праве наплодыиплодоприносящие вещи. К буржуазным юристам поэтому по праву могут быть отнесены слова Маркса, обращенные к предствителям буржуазной политической экономии о том, что такая «способность плодить ценности, приносить проценты превращает49 См. ст. 1 постановления СНК СССР о мерах улучшения практики кредитной реформы от 14 января 1931 г. (СЗ 1931 г. № 4, ст. 52) и ст. 2 Постановления СНК СССР об ответственном хранении покупателя неоплаченных грузов от 17 августа 1931 г. (СЗ 1931 г. № 53, ст. 543).
60 3 о м, Институции. СПБ, 1908, вып. II, с. 156.
51 Постановление СНК СССР 19 декабря 1933 г. о заключении договоров на 1934 г., ст. 18 (СЗ. 1933 г. № 73, ст. 445). Подробнее о комплектности см. во II томе гл. XII.
62 Дернбург, Пандекты, т. I, ч. 1, с. 209.
165


ся в такое же качество денег, как качество грушевого дерева приносить груши»63.
Советское право пользуется в ряде случаев понятием дохода (и прибыли или накопления), например ст. ст. 59, 400 ГК. Большое практическое значение имеет вопрос о накоплениях (и убытках) хозорганов и предприятий в случаях прекращения их деятельности—разукрупнения и реорганизации.
Вещами, изъятыми из оборота (res extra commercium), считаются вещи, которые по закону не могут находиться в частной собственности. Для буржуазного права только возможность быть объектом права частной собственности обусловливает возможность каких бы то ни было сделок частного права с вещами. Поэтому там понятия «изъят из частной собственности» и «изъят из оборота» тоджественны.
Римское право знало три категории вещей, изятых из оборота: a) res omnium communes—общее достояние всех. Это вещи, которые в силу своих природных качеств не допускают возможности исключительного господства над ними. Таковы атмосферный воздух, проточная вода и море; б) res divini juris—вещи, посвященные богам, находящиеся под покровительством богов, кладбища; в) res public^e—публичные вещи, вещи, состоящие в собственности государства, но непосредственно служащие общественным целям и предоставленные в общее пользование всех граждан: публичные дороги, реки, озера, площади. Их положение регулируется публичным правом.
Современное буржуазное право сводит так же, как и римское, круг публичных вещей к минимуму. Государство может быть собственником любых вещей и неизъятых из оборота. Но в таком случае они принадлежат государству на праве частной собственности, а государство рассматривается как частный собственник наряду со всеми другими лицами—частными собственниками. Публичными вещами, непосредственно предназначенными для публичных целей, считаются такие имущества как правительственные, судебные, школьные, больничные здания, казармы, орудия обороны и пр.
В советской литературе делались попытки перенести понятие публичных вещей из буржуазного права на советскую почву54. Эго попытки теоретически и политически ошибочны и неприемлемы. Идея трактовать национализированные командные высоты как публичные вещи непосредственно вытекает из идеи публицизации частного права как сущности социализма. Из этой концепции вытекает далее, что во всех случаях, когда пролетарское государство в лице своих органов выступает в хозяйственном обороте, оно становится равноправным с частными собственниками носителем частных прав. Но советское хозяйственное право снимает самую противоположность частного и публичного права. Превращение основных средств и орудий производства в общественную собственность отнюдь не исключает их из сферы хозяйственного оборота, но лишь подчиняет их обращение особому принципиально невозможному в условиях капиталистического общества регулированию.
Категория вещей (имуществ), изъятых из оборота, имеет в советском хозяйственном праве огромное значение. У нас изъятие из оборота
63 Марк с, Капитал, т. III, ч. I, с. 378. ,
64 К а р а д ж е-И с к р о в, Публичные вещи. Иркутск, 1927 г. Его ж е, К вопросу о праве собственности на землю. Иркутск, 1928 г.
166


означает: а) недопустимость ни при каких обстоятельствах отчуждать вещь в собственность частных лиц, иными словами, установление исключительной собственности пролетарского государства и б) недопустимость обратить вещь на удовлетворение претензий кредиторов в порядке взыскания. Изъяты из оборота все основные средства производства и транспорта (ст. 15 Конституции РСФСР, ст. ст. 21 и 22 ГК). Они составляют важнейшую часть фонда государственной социалистической собственности65.
3. "Деньги и ценные бумаги
Деньги в СССР—«понятие с реальным содержанием»56. «Деньги останутся у нас еще долго вплоть до завершения первой стадии коммунизма,—социалистической стадии развития»67. Это значит, что основные функции денег, исследованные еще Марксом, присущи и советским деньгам. Но советские законы уже на данном этапе социалистического строительства исключают одну функцию денег—превращение их в капитал. В этом проявляется принципиально новая качественная природа советских денег как одного из орудий социалистического строительства.
ГК не ставит никаких Границ накоплению денег даже в руках отдельных частных лиц. По ст. 54 ГК предметом частной собственности могут быть «деньги, ценные бумаги и прочие ценности, в том числе золотая и серебряная монета и иностранная валюта» без каких бы то ни было ограничений. Однако многочисленные законодательные акты препятствуют использованию денежных ресурсов как средства капиталистической эксплоатацйи. Таков, например, закон 22 августа 1932 г. о борьбе со спекуляцией (СЗ 1932 г. № 65, ст. 375) и ряд других аналогичных актов. Декретом ЦИК и СНК СССР от 17 марта 1934 г. об исчислении заработка работников по количеству и качеству выработанной ими продукции (СЗ 1934 г. № 15, ст. 109) установлено, что размер зарплаты во всех государственных и кооперативных хозяйственных организациях в СССР должен устанавливаться, исходя из принципа вознаграждения по количеству и качеству затраченного труда. Декрет 17 марта 1934 г. перевел таким образом на язык закона ленинские принципы оплаты труда в социалистическом обществе58.
Советские деньги в СССР являются законным платежным средством. Они обязательны к приему всеми учреждениями и лицами в СССР в уплату государственных налогов и сборов и в погашение любых обязательств, возникающих из договорных и иных отношений между хоз- органами и частными лицами. Советскими деньгами являются: а) банковые билеты, выпускаемые Госбанком СССР (червонцы), обеспеченные золотом, другими драгоценными металлами и иностранной валютой 59,
66 См. ниже, с. 172—177.
66 Молото в. Задачи первого года второй пятилетки, М., 1933, с. 34.
67 Сталин, Отчетный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б), Партиздат, 1934, с. 36—37.
68 Л енин, т. XXI, с. 435: «Кто не работает, тот не должен есть», этот социалистический принцип уже осуществлен; «за равное количество труда равное количество продукта»—и этот социалистический принцип уже осуществлен. Однако это еще не коммунизм» и т. д. ...
69 Постановление СПК о выпуске банковых билетов от И октября 1922 г. (СУ 1922 г. 64, ст. 827). 167


б) государственные казначейские билеты, выпускаемые НКФ СССР в известном соответствии с суммой червонцев60, в) серебряная, медная и никкелевая разменная монета61. Разменная монета обязательна к приему во всех платежах в кредитных учреждениях и при расчетах между государственными учреждениями, хозорганами и частными лицами: серебряная монета достоинством в 1 р. и 50 к.—на сумму до 25 руб. в один платеж, прочая же серебряная, медная и никкелевая монета—на сумму 3 руб. в один платеж. Кассами НКФ советская серебряная, медная и никкелевая монета принимается без ограничения суммы.
Законом от 26 октября 1922 г. (СУ 1922 г. № 66, ст. 836) СНК обязал НКФ приступить к чеканке золотых червонцев. Золотые червонцы в СССР не выпущены в обращение.
Советский гражданский кодекс устанавливает ряд специальных правил о деньгах как особом виде заменимых вещей. Деньги не могут быть виндицированы от добросовестного приобретателя, даже если они были утеряны или похищены или принадлежали госоргану и были незаконно отчуждены каким-либо способом (примечание 2 к ст. 60 ГК). Должник, просрочивший платеж денежной суммы, обязан во всяком случае за время просрочки уплатить узаконенные проценты, если договором не установлен более высокий размер процентов (ст. 121 ГК). Местом исполнения денежного обязательства является в виде общего правила местонахождение кредитора, тогда как по другим обязательствам— местонахождение должника (ст. ИЗ ГК).
Особыми правилами регулируется обращение иностранной валютыиценных и драгоценных металлов в слитках и в монете. Декрет ЦИК СССР 17 июля 1925 г. о торговле фондовыми и валютными ценностями (СЗ. 1925 г. № 45, ст. 330, 1929 г. № 33, ст. 292, 1930 г. № 32, ст. 349, 1931 г. № 72, ст. 480) регулирует совершение сделок с валютными ценностями: золотом, платиной, серебром в слитках, иностранной валютой и выписанными в иностранной валюте платежными документами, устанавливая ряд существенных ограничений. Так, государственные и коойеративные хозяйственные организации, уставами и положениями которых не предусмотрено право производства операций с валютными ценностями, могут производить их при условии общего или особого на каждую операцию разрешения НКФ СССР. Производство и прием платежей в иностранной валюте воспрещается за исключением расчетов по сделкам, предметом которых являются валютные ценности, расчетов по сделкам внешней торговли с учреждениями и предприятиями, находящимися за границей, расчетов по транзитным перевозкам и случаев, особо указанных НКФ СССР. В отношении частных лиц эти правила, установленные в 1925 г., должны применяться с учетом и в связи с изданными за последние годы законами о борьбе со спекуляцией, искоренении частника и перекупщика, недопущении частной торговли и пр.
Вывоз, ввоз, пересылка и перевод за границу и из-за границы ва-
60 Декрет ЦИК и СНК СССР о выпуске казначейских билетов 5 февраля 1924 г. (СУ. 1924 г. № 32, ст. 288).
61 Декрет ЦИК и СПК СССР 22 февраля 1924 г. («Вестник ЦИК, СНК и СТО»
1924 г. № 3, ст. 61), 10 января 1925 г. (СЗ. 1925 г. № 6, ст. 58) и 27 февраля 1932 г. (СЗ. 1932 г. № 15, ст. 81). u
168


лютных ценностей регулируется особым законом 21 марта 1928 г. (СЗ. 1928 г. № 18, ст. 152, 1930 г. № 57, ст. 600)62.
Ценными бумагами называются документы,* предъявление которых безусловно необходимо для осуществления выраженных в них прав. Право, удостоверяемое документом, т. е. право, вытекающее из ценной бумаги, неразрывно связано здесь с правом на самую бумагу.
Права, выраженные в ценной бумаге, могут быть различны. Или это право на получение известной денежной суммы—таковы например облигации государственных займов; или это право на получение товара или груза—коносамент (документ, удостоверяющий договор морской перевозки); или, наконец, право на участие в хозяйственной организации— акция.
В зависимости от того, кто является управомоченным лицом по праву, воплощенному в ценной бумаге, различают ценные бумаги именные, ордерные (или приказные) и на предъявителя. Примером именной ценной бумаги может служить акция. Законодательство СССР запрещает акции на предъявителя63. В именной ценной бумаге точно обозначается, кто имеет право требовать исполнения по ценной бумаге. Примером ордерной (приказной) бумаги является вексель. Право требовать исполнения по векселю может как первый векселедержатель, так и всякое другое лицо, которому вексель передан по передаточной т$адписи. Примером ценной бумаги на предъявителя является облигация государственного займа. Ценной бумагой на предъявителя считается такая, по которой субъектом права требования является предъявитель, где одно владение бумагой равносильно праву требования из бумаги.
В современном капиталистическом обороте обращение ценных бумаг достигает огромных размеров. Самые разнообразные права воплощаются в ценных бумагах. Особое распространение получают ценные бумаги на предъявителя: акции, облигации, чеки и др. В условиях СССР, наоборот, распространению ценных бумаг поставлены сравнительно узкие рамки. Эти рамки значительно сужаются в реконструктивный период социалистического строительства по сравнению с первым периодом нэпа. Ряд ценных бумаг полностью выходит из обращения или запрещается действующим законодательством (акции на предъявителя, дубликат железнодорожной накладной на предъявителя, векселя во взаимоотношениях между хозорганами и др.). Сфера применения других х ценных бумаг жестцо ограничивается. Широкое распространение по- прежнему имеют облигации государственных займов. Этот вид ценных бумаг хорошо известен многомиллионным массам трудящихся СССР. Их судьба связана с выполнением важнейших политических задач по социалистической индустриализации и технической реконструкции всего народного хозяйства СССР.
По действующему законодательству выпуск всяких денежных обязательств на предъявителя, а также разного ррда именных и предъявительских документов и знаков (так называемые денежные сурогаты— боны, марки, товарные ордера и пр.) допускается только с разрешения
62 См. также Инструкцию НКФ СССР по применению этого закона 31 мая 1928 г—«Изв. НКФ СССР» № 36 за 1928 г. с рядом последующих дополнений и изменений.
68 Об акционерных обществах вообще и в СССР в частности см. ниже гл. XI, § 6.
16»


НКФ СССР. Исключение составляют чеки и жиро-приказы—приказы о перечислении в кредитных учреждениях денежных сумм с одного счета на другой. Выпуск облигационных займов допускается только с разрешения СНК СССР64. Облигационные займы выпускаются или отдельными хозорганами, например облигационный заем Камчатского акционерного общества, облигационные займы Уссурийской ж. д., или государством: государственные внутренние займы индустриализации, пятилетка в четыре года, второй пятилетки и др. Условия обращения облигаций каждого займа определяются постановлениями правительства. Покупка у трудящихся облигаций массовых государственных внутренних займов, выдача ссуд под залог этих облигаций производятся государственными трудовыми сберегательными кассами лишь с разрешения комиссий содействия государственному кредиту и сберегательному делу. Разрешения эти выдаются в случаях действительной нужды трудящихся65-
§ 3. Государственная социалистическая собственность
1. Диктатура пролетариата и государственная социалистическая собственность
Природу права государственной социалистической собственности П. И. Стучка определяет в проекте Общесоюзных начал гражданского законодательства следующим образом: «Государственная собственность пролетарского государства является социалистической собственностью, в противоположность праву частной собственности и служит основой для построения социализма и уничтожения эксплоатации человека человеком» (ст. 50).
Отсюда следует прежде всего, что государственная социалистическая собственность полярно противоположна частной собственности на средства производства. Частная собственность на средства производства—основное условие,'делающее возможным н необходимым процесс капиталистической эксплоатации. Уничтожение буржуазной частной собственности через экспроприацию экспроприаторов открывает новую эру в истории человечества—эру социалистического строительства.
<Сама гбсударственная социалистическая собственность имеетсвоим источникомТдпктатуру пролетариата^ Только пролетарская диктатура может провести всеобщую национализацию основных средств и орудий производства и этим заложить основы планового хозяйства. Для государства буржуазной диктатуры это немыслимо, ибо равносильно самоубийству буржуазии как господствующего класса.
Государственная собственность в СССР есть основа построения социализма и уничтожения эксплоатации человека человеком потому, что это собственность пролетарского государства. Предприятия, железные дороги и пр. в капиталистических странах могут принадлежать государству. Буржуазное государство в этом случае будет одним из собственников наряду с другими частными собственниками. 64 Постановление ЦИК и СНК СССР 3 ноября 1930 г. о порядке выпуска в обращение ценных бумаг и денежных сурогатов—СЗ 1930 г. № 32, ст. 445.
65 См. например постановление ЦИК и СНК СССР о государственном внутреннем займе второй пятилетки (выпуске второго года) 14 апреля 1934 г.—СЗ 1934 г. № 20, ст. 153.
170


Это будет право частной собственности. Государственная собственность становится социалистической лишь постольку, поскольку в качестве носителя права собственности («собственником и хозяином», как сказано в решениях XII съезда партии) выступает «организованный как господствующий класс пролетариат».
Государственная социалистическая собственность—сильнейшее орудие в руках пролетарского государства по уничтожению экономической мо* *щи эксплоататорских классов и подавлению их сопротивления пролетарской диктатуре. «Когда классы сменяли друг друга, то они меняли отношение к собственности,—говорит Ленин.—Победивший пролетариат отменил и разрушил до конца собственность, вот в чем господство класса. Прежде всего в вопросе о собственности. Когда практически решили вопрос о собственности, этим было обеспечено господство класса. Когда конституция записала после этого на бумаге то, что жизнь решила, отмену собственности капиталистической, помещичьей, и прибавила: рабочий класс по,конституции имеет больше прав, чем крестьянство, а эксплоататоры не имеют никаких прав—этим было записано то, что мы господство своего класса осуществили, чем мы связали с собою трудящихся всех слоев и мелких групп»66. В условиях полного уничтожения эксплоататорских классов и построения бесклассового социалистического общества государственная социалистическая собственность противостоит частной собственности в капиталистических странах как основа построения социализма в СССР—ударной бригаде мировой социалистической революции.
Государственная социалистическая собственность—вместе с тем важнейшее орудие в руках пролетариата по социалистической переделке мелкособственнического крестьянского хозяйства, по перевоспитанию медкого товаропроизводителя в активного работника социалистического общества.\Денин неоднократно подчеркивал коренное значение в этом вопросе пролетарской национализации земли, исключительной собственности пролетарского государства на землю. Огромное значение, далее, имеет и государственная собственность.на другие средства и орудия сельскохозяйственного производства. Известны слова Ленина о том, что «если бы мы могли дать завтра 100 тысяч первоклассных тракторов, снабдить их бензином, снабдить их машинистами (вы прекрасно знаете, что пока это фантазия), то средний крестьянин сказал бы: «я за коммунию» (т. е. за коммунизм)»67. '
Наконец государственная социалистическая собственность является и основой социалистического хозяйствования, важнейшим рычагом строительства планового социалистического хозяйства, предпосылкой создания новой системы хозяйственного управления. «Труд объединен в России коммунистически постольку,—писал Ленин,—поскольку, во- первых, отмененц.частная собственность на средства производства и поскольку, во-вторых, пролетарская государственная власть организует в общенациональном масштабе крупное производство на государственной земле и в государственных предприятиях, распределяет рабочие силы между разными отраслями хозяйства и предприятиями, распределяет массовые количества принадлежащих государству продуктов w Ленин, т. XXV, с. 105. 104. ч
•7 Ленин, т. XXIV. с. 170.
171


потребления между трудящимися»68. При этом всякое отдельное предприятие, принадлежащее пролетарскому государству, есть предприятие последовательн о-с оциалистического типа, поскольку оно—звено единой социалистической организации производства и база для развертывания новых социалистических производственных отношений.
В итоге следовательно все три стороны пролетарской диктатуры (подавление эксплоататоров, руководство крестьянством, организация социализма) находят в праве государственной социалистической собственности свое непосредственное выражение.
2. Фонд государственной социалистической собственности. Имущества, составляющие исключительную собственность государства
*
Какие же имущества являются объектом права государственной социалистической собственности?
В состав фонда государственной социалистической собственности включены прежде всего основные орудия и средства производства. Они изъяты из частного оборота и составляют исключительную собственность пролетарского государства. Это—«командные высоты», сосредоточение которых в руках организованного как господствующий класс пролетариата рассматривается советским законодательством как один из устоев всей советской системы. ?
Сюда относится прежде всего земля. Земля в СССР составляет исключительную собственность государства и не может быть предметом частной собственности (ст. 21 ГК). Земля предоставляется государств венным учреждениям, хозяйственным организациям и частным лицам лишь на праве пользования: в непосредственное пользование государственным учреждениям и государственным хозяйственным организациям (фабрикам, заводам, совхозам), в бессрочное пользование или на срочном праве застройк и— жилищной кооперации и отдельным гражданам трудящимся для индивидуального рабочего строительства69, на праве с о ц и а л и с т и- ческого колхозного и кооперативного землепользования колхозам и коопхозам для сельскохозяйственного производства, на праве трудовогоземлепользовани я— единоличным крестьянским хозяйствам, в аренд у—государственным и кооперативным организациям и частным лицам для разных целей. Нераспределенный земельный фонд (госземимущества) находится в заведывании органов Наркомзема.
Земля в СССР не имеет денежной оценки. Поэтому она не включается в уставные капиталы государственных хозяйственных организаций и фиксируется за балансом хозорганов лишь в количественном выражении (размер площади по различным видам угодий).
Никакие прямые или скрытые сделки купли-продажи земли, запродажи, дарения, залога или мены не допускаются под страхом уголовного наказания (ст. 87-а УК РСФСР).
68 Л е н и н, т. XXIV, с. 508.
• Об этом подробнее т. II, гл. XIV «Основы советского жилищного права».
172


Недра и воды также являются исключительной собственностью государства. Горное положение СССР 9 ноября 1927 г. (СЗ. 1927 г. № 68, ст. 688) устанавливает, что горным промыслом в СССР могут заниматься вс(\ советские граждане. Однако этот принцип (так называемой «горной свободы») существенным образом ограничивается рядом специальных правил, установленных частью Горным положением, частью особыми законами. Все уже открытые и эксплоатировавшиеся ранее месторождения полезных ископаемых в виде правила разрабатываются государством (горнопромышленными трестами). Постановлениями НКТП определяются целые районы или местности, закрытые для свободных поисков и эксплоатации недр частными лицами. Инициатива отдельных граждан- трудящихся широко используется государством не столько в порядке закрепления за «первым открывателем» горного отвода, сколько в порядке прем и р о в а н и я за поиски и разведки (постановление ЦИК и СНК СССР 20 декабря 1930 г.—СЗ 1931 г. № 1, ст. 4). В особом порядке регулируется деятельность так называемых «старателей»—отдельных лиц или артелей, работающйх по добыче золота и платины. Старатели получают от хозорганов определенные участки для разработки золота и платины, выполняют все работы производственного характера личным трудом и обязаны сдавать всю продукцию хозорганом 70.
Л е с а в СССР также составляют исключительную собственность государства (ст. 53 ГК, ст. 1 Лесного кодекса РСФСР). Все лесные массивы СССР разделяются на две зоны: зону лесопромышленного значения и зону лесокультурного значения. Леса в лесопромышленной зоне разрабатываются хозорганами системы НКЛеса (леспромхозы, лесозаготовительные и деревообрабатывающие тресты), лесное хозяйство в лесокультурной зоне находится в ведении НКЗема СССР71. В порядке исключения отдельные лесные массивы закрепляются за хозорганами и учреждениями других систем: НКПС, совхозов. Часть лесов, так называемые «леса местного значения», находятся в ведении низовых советских органов: районных земельных органов. Леса местного значения предназначены для удовлетворения потребностей в древесине и других продуктах лесного хозяйства районных и сельских организаций, колхозов и сельского населения. Леса местного значения эксплоатируются спедиальными низовыми хозорганами—райлесхозами, подчиняющимися непосредственно райзо72.
В состав фонда государственной социалистической собственности входят далее основныесредстваиорудияпроизвод- ства по промышленности, транспорту, связи, коммунальному хозяйству, товарообороту, а также национализированные и муниципализи- р о в анные строения (ст. 15 Конституции РСФСР, ст. 22 ГК).
Ст. 22 ГК перечисляет круг имуществ, изъятых из оборота: промышленные, транспортные и иные предприятия в целом, промышлен70 Постановление ЦИК и СНК СССР о золотой и платиновой промышленности и о хранении и обращении золота и платины от 8 мая 1929 г.—С.З. 1929 г. № 33, ст. 292, с рядом последующих изменений и дополнений.
71 Постановление СНК СССР об организации лесного хозяйства 31 декабря 1931 г. СЗ. 1931 г. № 46, ст. 313.
71 Постановление ВЦИК и СНК РСФСР 20 апреля 1934 г. Положение о лесах местного значения. С. У. 1934 г. №22, ст. 129. —
171


ные заведения, фабрики, заводы, рудники и пр. оборудование промышленных заведений, подвижной состав железных дорог, морские и речные суда, сооружения железнодорожного, водного и воздушного транспорта, народной связи (телеграфные, телефонные и радиоустановки общего пользования), гидротехнические и предназначенные для обслуживания товарооборота (элеваторы, холодильники и т. п.), а равно электроустановки общего пользования, коммунальные сооружения, строения муниципализированные и национализированные.
Все эти имущества составляют исключительную собственность пролетарского государства. Они «не подлежат отчуждению в собственность частных лиц,... а равно не могут быть обращаемы на удовлетворение кредиторов в порядке взыскания»73.
Для промышленных предприятий в начале нэпа был установлен предел, выше которого промышленные' предприятия могут быть собственностью только государства. Этот предел—предприятие с числом рабочих свыше 20. Мелкие кустарные и ремесленные промышленные предприятия с числом рабочйх менее 20 могли принадлежать на праве собственности и частным лицам. Ныне, поскольку партия повернула от политики ограничения и вытеснения капиталистических элементов к политике их ликвидации и выкорчевывания, эта норма первых лет нэпа потеряла практическое t значение. Принципиальное значение имеет изъятие, сделанное для кооперации. Промышленные предприятия, организуемые и приобретаемые кооперативными организациями, могут принадлежать им на праве собственности независимо от числа занятых в предприятиях рабочих (ст. 57 ГК).
Не являются исключительной собственностью государства и могутг быть предметом частной собственности мелкие речные и морские суда: спортивные суда, лодки, ялики, мелкие суда с маломощными механическими двигателями74.
Летательные аппараты в СССР также не составляют исключительной собственности государства. С разрешения в каждом отдельном случае Главного управления воздушного флота при СНК СССР летательные аппараты могут принадлежать на праве собственности и частным лицам75 76. На практике подавляющая масса летательных аппаратов составляют государственную собственность. Частные самолеты в СССР— единичное явление.
Нельзя считать отступлением от принципа исключительной собственности государства на основные орудия и средства производства сдачу некоторых промышленных предприятий в концессию иностранным капиталистам. Юридически концессия есть договор о передаче частному предприятию в эксплоатацию (в пользование) известных объектов, эксплоатация которых составляет по общему правилу монополию государства. Политически концессия в СССР—одна из форм государ73 Ст. 22 lh РССРО.Р.
74 Ст. ст. 14 и 15 Устава внутреннего водного транспорта—СЗ 1930 г. № 55,
ст. 582 и ст. 8 Кодекса торгового мореплавания СССР—СЗ 1929 г. № 41, ст. 366.
76 Таково же юридическое положение некоторых других категорий имуществ. .Лишь с разрешения подлежащих органов власти могут быть предметом частной собственности «оружие и вс-инское снаряжение, взрывчатые вещества, платина и металлы платиновой группы, их соединения и сплавы, радий, гелий, спиртосодержащие вещества (свыше установленной крепости) и сильнодействующие яды» (ст.
• 56 ГК).
174


ственного капитализма, продолжение классовой борьбы пролетариата в своеобразной форме договора пролетарского государства с передовыми капиталистическими предпринимателями в целях заимствования наиболее современной техники и увеличения продукции. По концессионному договору капиталист получает известные предприятия, участки земли, горные богатства и пр. не в собственность, а на праве концессионного пользования, на известный срок, с обязательством вернуть безвозмездно по истечении срока договора предоставленные ему имущества со всеми капитальными вложениями,t произведенными согласно договору76. Концессии никогда—и в первые годы нэпа—не имели в СССР широкого распространения. Сейчас концессии в СССР исчисляются единицами. Удельный их а вес в народном хозяйстве ничтожен.
Характерная особенность права собственности пролетарского государства на основные средства производства («командные высоты») заключается висключительности (монопольности) этого права. Взятое в связи с рядом других государственных монополий (в первую очередь монополией внешней торговли—ст. 17 ГК) исключительное право собственности государства на всю крупную и среднюю промышленность и на средства транспорта и связи явилось важнейшим рычагом в руках пролетарского государства по социалистическому переустройству экономики СССР. Неудивительно, что именно исключительность в праве государственной социалистической собственности подвергалась особенно ожесточенной аттаке со стороны юристов—идеологов капиталистическо-помещичьей реставрации.
Эмигрант-белогвардеец Тимашев в ряде работ, помещенных в ино- странных журналах, пытался доказать, что монопольный характер собственности пролетарского государства на командные высоты—это явление чисто фактического порядка, незакрепленное будто бы советским правом как всеобщее и общеобязательное. То обстоятельство, что определенные категории имуществ являются государственной собственностью, зависит будто бы не от их места и функции в системе общественного процесса производства (например основные орудия и средства производства, с одной стороны, кустарные и мелкие предприятия— с другой) и не от положительных постановлений советского законодательства, а только от того, были ли они фактически освоены органами Советского государства на известную дату или нет. Успели большевики до перехода к нэпу «захватить» предприятия—принять имущество, составить опись, назначить заведующего, затратить известные средства на охрану или ремонт или не успели—вот по Тимашеву критерий, который якобы само советское право выдвигает для решения вопроса о включении огромной массы имуществ в фонд государственной социалистической собственности. К этому сводится развитая i м теория так называемой «фактической национализации)*76 77. Практический смысл ее заключался в том, чтобы забронировать крупные ценности, принадлежавшие национализированным в СССР предприятиям и находив76 В этом смысле надо трактовать и ст. 55 ГК. См. Ш р е т е р, Система промышленного права СССР. М. 1924, с. 52.
77 См. об этом Гинцбург, О разделении государственной и частной собственности. «Рев. права» 1929 г. №4 и Стучка, Курс гражданского права, т. III., с. 36.
175


шиеся в момент Октябрьской революции за границей от возможных притязаний на них со стороны советского правительства. Эти ценности—уведенный Врангелем за границу торговый флот, имущество, находившееся в заграничных филиалах русских банков и страховых обществ и пр., никогда не были фактически освоены органами советской власти. Следовательно, утверждает «теория фактической национализации», они и не стали собственностью советского государства.
Теория фактической национализации строит свои выводы на песке. Она выискивает несуществующие противоречия в совершенно ясных и недвусмысленных постановлениях советского законодательства. Критерий «фактического освоения» как основание для признания имущества государственной собственностью действительно принят в советском праве, но лишь для имуществ, в отношении которых или никогда не было издано законов о их национализации (например домашняя мебель, строения в сельских местностях и др.) или национализированных по законодательству периода военного коммунизма, но впоследствии допущенных к обороту между частными лицами (например автомашины). Основная масса орудий и средств производства—крупная и средняя промышленность, транспорт и пр.—являются исключительной собственностью пролетарского государства по законам, изданный в первые годы пролетарской диктатуры, с тех пор никем не отменявшихся и полностью .воспринятых законодательством периода нэпа. Критерия фактического освоения для признания государственной собственностью этих имуществ советское право никогда не выдвигало. Поэтому и вывод Тимашева иК° ® фактической национализации как всеобщем принципе советского права должен быть отброшен прочь как недобросовестное покушение на совершенно ясное положение об исключительности права собственности пролетарского государства на основные экономические командные высоты.
Для полного уяснения понятия исключительности в праве государственной социалистической собственности необходимо остановиться еще на одном моменте. Исключительность не означает неподвижности. Изъятие из оборота в советском праве —это изъятие из частного оборота. Но изъятие из оборота не исключает возможности известного перераспределения (оборота) государственного имущества в рамках социалистической собственности. В зависимости от ряда обстоятельств— конкретных задач социалистического строительства на данном этапе, хозяйственного назначения имущества, гибкости и слаженности системы хозяйственного управления и т. д.—степень оборотоспособности имуществ, составляющих исключительную собственность государства, может быть различна и осуществляется в различных формах. Это или безвозмездная передача имущества от одного госоргана другому по распоряжению соответствующего планово-регулирующего органа78, или отчуждение за эквивалент в порядке заключения обычных советских хозяйственных договоров, основанных на производственно-финансовых планах хозорганов. В соответствии с успехами социалистического строительства и параллельно процессу систематического вытеснения капиталистических элементов из экономики страны (а на данном этапе не только вытеснения, но и выкорчевывания) идет процесс известного раз- бронирования основных средств и орудий производства в смысле сближе78 О безвозмездной передаче имущества см. ниже. с. 180.


ния правомочий хозоргана по распоряжению имуществами, являющимися исключительной собственностью государства с его правами по распоряжению другими объектами государственной собственности. По первому декрету о трестах 10 апреля 1923 г. правление треста имело право отчуждать имущество, включенное в состав основного капитала треста, только с разрешения ВСНХ (ст. 28, п. «а»). В состав же основного капитала зачислялось «все имущество, которое не уничтожается целиком в одном акте производства, как-то: фабричные и другие строения, машины, оборудование, инструменты, живой и мертвый инвентарь и т. п.» (ст. 16). По второму закону о трестах 29 июня 1927 г. правление треста помимо живого и мертвого инвентаря, инструмента, конторской мебели и пр. получило праве «самостоятельно отчуждать находящиеся в его распоряжении сооружения, строения и оборудование, пришедшие в ветхость или негодность» (ст. 19). По новейшему законодательству порядок реализации излишнего и демонтированного оборудования (через специальный хозорган Реммаштрест, в соответствии с указаниями наркомата) ничем не отличается от порядка реализации дефицитных фондируемых предметов материально-технического снабжения, отнюдь не признанных действующим законодательством исключительной соб-' ственностью государства 79.
3. Способы возникновен и’я государственной z социалистической собственности. Национализация и муниципализация
Первоначальный костяк государственной социалистической собственности составило имущество национализированное, т. е. экспроприированное безвозмездно пролетарским государством у помещиков и буржуазии в первые годы пролетарской диктатуры/ Национализация является поэтому одним из важнейших способов возникновения права государственной социалистической собственности. Однако в настоящее время удельный вес национализированного имущества во всем фонде государственной социалистической собственности очень невелик. Ценность богатства, унаследованного от капиталистического мира, неизмеримо мала но сравнению с огромными имущественными ценностями, созданными трудящимися Советского союза за 17 лет социалистическбго строительства80.
Ст. 22 ГК в отношении одной категории имуществ—строений—различает понятия муниципализации и национализации. По закону 30 ноября" 1925 г. (СУ 1925 г. № 86, ст. 638) были признаны муниципализированными строения, составляющие собственность государства и находящиеся в хозяйственном управлении местных советских органов. Строения, включенные в уставные капиталы союзных и респуб79 Постановление GHK СССР Об изменении порядка реализации оборудования и излишних неликвидных материалов 15 ноября 1933 г. (СЗ 1933 г. № 69, ст. 411).
80 Капитальные вложения по обобществленному сектору за годы восстановительного периода составили 11,1 млрд. руб. (в ценах соответ, года), за годы первой пятилетки—52,5 млрд. руб. См. Итоги выполнения первого пятилетнего плана. М. 1933 г., с. 253. Капитальные вложения за вторую пятилетку запроектированы в 133,4 млрд. руб. Действующие среднегодовые основные фонды по народному хозяйству в 1937 г. составят 229% от фондов 1932 г. См. Проект второго пятилетнего плана развития народного хозяйства СССР т. I. М. 1934, с. 411—412.
12 Курс сое. хоз. права.
17?


ликанских хозорганов или закрепленные за центральными (союзными и республиканскими) наркоматами и учреждениями, считаются национализированными. Этому разграничению в первые годы нэпа придавалось большое практическое значение с точки зрения установления четких взаимоотношений отдельных хозорганов, учета и пр. Сейчас последовательно проводится деление всех государственных имуществ на имущества союзного значения, республиканского и местного. С этим делением связывается особый порядок организации управления отдельными частями государственной собственности81, зачисление сумм, выручаемых от реализации государственных имуществ соответственно в общесоюзный, республиканский или местный бюджет82, поступление в соответствующий бюджет отчислений от прибыли хозорганов.
4. Другие способы возникновения государственной социалистической собственности
В составе фонда государственной социалистической собственности помимо имуществ, являющихся исключительной собственностью государства, находится еще огромная масса других ценностей. Государство в СССР—основной заготовитель хлеба; государство в СССР—производитель колоссальных масс товаров, поступающих на широкий рынок; государство в СССР—крупнейший торговец, организующий товарооборот83 84. В силу этого пролетарское государство является собственником не только основных экономических командных высот (ст. 15 Конституции РСФСР), но и промышленного оборудования, не установленного- еще на государственных предприятиях и обращающегося как товар в сфере внутрипромышленного оборота и разнообразных предметов потребления: товаров широкого потребления (ширпотреб) и продовольственных товаров.
Способы включения всех этих масс продукции в фонд государственной социалистической собственности, иными словами, спцсобы возникновения государственной социалистической собственности (помимо указанных в п. 3 национализации и муниципализации ) разнообразны. Сюда относится прежде всего производство на государственных предприятиях. Продукция государственных фабрик/ заводов и совхозов является государственной собственностью е4. На данном этапе социалистическое производство,—важнейший способ возникновения государ; ственной социалистической собственности. Сюда относятся затем разно81 См. ниже о хозорганах союзного, республиканского и местного значения,
с. 292.
82 См. новейшие законы РСФСР по этому вопросу: постановление ВЦИК'и СНК о разделении государственных имуществ на имущества республиканского и местного значения 10 марта 1934 г. СУ" 1934 г. № 12. ст. 78 и Положение о государственных фондах 20 сентября 1933 г. СУ 1933 г. № 56, ст. 252.
83 Вспомним постановку- вопроса об устойчивости советской валюты, данную
т. Сталиным на январском пленуме ЦК 1933 г.: «Устойчивость советской валюты обеспечивается прежде всего громадным количеством товарных масс в руках государства, пускаемых в товарооборот по устойчивым ценам». «Вопросы ленинизма». Дополнение к 9-му изд., с. 33.
84 Этот момент иногда является необходимым специально подчеркнуть в особенности для государственных предприятий, производящих средства потребления. См. например, постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) 26 июня 1934 г. о плане хлебосдачи государству совхозами из урожая 1934 г.
178


образные способы приобретения государственной собственности в порядке обычных хозяйственно-правовых сделок и хозяйственных договоров. Таковы например договоры, заключаемые государственными заготовительными органами с колхозами, колхозниками и единоличниками в области децентрализованных загото- рок и хлебозакупок 85. Сюда относятся, далее, установление государственной собственности вследствие утраты своих прав частными лицами. Это: а) выморочное имущество, т. е. имущество, оставшееся после смерти лица и не переходящее по наследству вследствие ли того, что наследников вообще нет, или они не явились в течение шести месяцев после открытия наследства, или отказались от наследства (п. 2 ст. 418 и ст. 433 ГК); выморочное имущество становится собственностьюлгосударства; б) бесхозяйное и бесхозяйственно содержимое имущество. Бесхозяйным называется имущество, собственник которого неизвестен или которое не имеет собственника (ст. 68 ГК). Оно переходит в собственность государства. В силу общей презумпции государственной собственности 86 становится собственностью государства и имущество, потерявшее собственника. Переходит, в собственность государства и а й д е н н о е, но невостребованное ймущество (ст. 68-а—68-г ГК).
Если судом установлена бесхозяйственность содержания и эксплоатации имущества частным лицом, такое имущество также может быть признано государственной собственностью. Таковы случаи муниципализации строений по признаку бесхозяйственности (ст. 1 ГК и ст. 5 разъяснения президиума ВЦИК 15 мая 1923 г.—СУ 1923 г. № 44, ст. 465).
Наконец основанием для включения имущества в фонд государственной социалистической собственности является также реквизиция и конфискация имущества.
Реквизицией называется принудительное, но возмездное отчуждение имущества частных лиц в пользу государства, конфискацией—принудительное безвозмездное отчуждение. В настоящее время /реквизация и конфискация могут производиться лишь в случаях и в порядке, предусмотренном специальными законами. Сюда относится прежде всего Сводный закон о реквизации и конфискации имущества 28 марта 1927 г. (приложение к ст. 70 ГК—СУ 1927 г. № 38, ст. 248), а также постановления советского уголовного и налогового законодательства. В силу примечания к ст. 59 ГК «бывшие собственники, имущество которых было экспроприировано на основании революционного права или вообще перешло во владение трудящихся до 22 мая 1922 г., не имеют права требовать возвращения этого имущества» 87.
85 В силу ст. 66 ГК «право собственности на вещи переходит на основании договора, заключаемого^ между отчуждателем и приобретателем».
88 О презумпции государственной собственности см. ниже, с. 185.
87 Вопрос о фонде государственной социалистической собственности подытожен в ст. 51 Проекта общесоюзных Основ гражданского законодательства И. И. С т у ч к а: «В фонд государственной собственности входит: а) земля, леса, воды и недра, а также заводы, фабрики, железнодорожный, водный и воздушный транспорт и средства связи, строения и другие национализированные и муниципализированные имущества; б) созданные пролетарским государством средства производства и ныне произведенные им материальные ценности; в) имущества принципиально отчужденные государством безвозмездно или с возмещением стоимости (конфискация и реквизиция); г) имущества, перешедшие к государству 12*
179


5. С о д е р ж а ни е права государственной социалистической собственности
Раскрытие содержания института государственной социалистической собственности должно начинаться с характеристики важнейшего принципа единства государственной социалистической собственности. Этот принцип прямо не выражен ни в одном из законодательных актов, но с несомненностью вытекает из целого ряда действующих советских законов, а также из практики хозяйственного управления. На нем базируется ряд конкретных положений советского права.
Единство государственной социалистической собственности означает прежде всего единство фонда государственной социалистической собственности. Все государственное имущество, за какими бы государственными учреждениями и хозорганами оно ни было закреплено, составляет единый фонд. Отсюда следует возможность перераспределения и безвозмездной передачи государственного имущества от одного учреж дения и хозоргана другим в соответствии с задачами его наиболее целесообразного и планомерного использования. Правила безвозмездной передачи государственного имущества установлены постановлениями СТО 26 августа 1931 г. (СЗ 1931 г. № 56, ст. 365) и 7 июля 1932 г. (СЗ 1932 г. № 53,. ст. 324) и инструкцией НКФ СССР 1 декабря 1932 г. (БФХЗ 1932 г. № 56/57).
Безвозмездная передача имущества от одного госоргана другому производится по постановлению СТО, или правительства союзной республики, или вообще органа, вышестоящего по отношению к обеим сторонам, в случаях укрупнения и разукрупнения хозорганизаций или передачи функций одного хозоргана другому. Государственный орган, по постановлению которого производится передача имущества, может установить особый порядок расчетов; если такого порядка не установлено, применяются правила 26 августа 1931 г. и 7 июля 1932 г.
Передача производится по балансовой оценке на день передачи. Все обязательства по выполнению установленных планом заданий, связанных с эксплоатацией передаваемого имущества, переходят полностью или в соответствующей части к принимающей хозорганизации. Хотя вся операция по передаче имущества проводится с соблюдением начал имущественной самостоятельности и хозрасчетности хозорганов, тем не менее самый принцип безвозмездности передачи (оформляемой путем списания имущества с уставного капитала одной хозяйственной организации и зачисления имущества в уставной капитал другой) подчеркивает единство всего фонда государственной социалистической собственности в целом. При передаче имущества от государственной хозяйственной организации кооперативной или обратно—от кооперативной государственной применяется уже начало возмездности. Исключение состав-
вследствие утраты на них прав собственниками; д) имущества, приобретенные государством всеми общими гражданско-правовыми способами перехода права собственности (договор, .завещание и т. д.)».
180


ляют лишь случаи передачи госорганам от кооперации имущества, полученного кооперацией от государства безвозмездно 88.
Принцип единства государственной социалистической собственности находит свое дальнейшее выражение в единстве социалистического планирования и вцентрализован- н о м—и з единого центра порядкеуправлениявсе- ми звеньями государственного хозяйства. Поскольку все государственное имущество представляет собой единый фонд, эксплоатация его осуществляется по единому плану, а управление—из единого центра—высших государственных органов Союза ССР. Поэтому противопоставление хозяйственных интересов одной государственной хозяйственной организации интересам других хозорганов или интересам государства в целом является абсолютно недопустимым и рассматривается как проявление антигосударственных тенденций 89.
Единство государственной социалистической собственности не исключает однако многообразияив порядке управления этой собственностью и в организации имущественной ответственности, связанной с эксплоатацией государственной собственности отдельными органами. Единый фонд государственной социалистической собственности не представляет собой сплошной нерасчлененной массы. Лишь в редких случаях само советское государство как таковое, как Союз советских социалистических республик выступает в хозяйственно-правовых отношениях в качестве носителя имущественных, прав по государственной собственности. Таковы большинство операций по внешней торговле90. Правилом же является расчленение единого фонда государственной социалистической собственности на отдельные части, закрепленные как собственное имущество надмножеством государственных хозрасчетных организаций—хозорганов. При этом твердо проводится начало самостоятельной имущественной ответственности хозорганов по их обязательствам, вытекающим из эксплоатации принадлежащего им имущества. В силу этого одно и то же имущество оказывается собственностью и государства и отдельного государственного органа, выступающего в своих хозяйственных взаимоотношениях с другими хоз- органами и лицами в качестве самостоятельного субъекта права. Одно и то же имущество может принадлежать даже не двум, а большему числу «собственников». Например совхоз какого-либо промышленного предприятия может б^ять «собственностью» одновременно государства (СССР, если предприятие союзного значения), треста, в состав которого входит предприятие, предприятия (за ним также закрепляются и основные фонды и собственные оборотные средства) и орса данного предпри-
88 О единстве фонда государственной социалистической собственности см. также Л. Гинцбург, Арбитражные комиссии и государственное хозяйство. «Рев. права» № 6 1928. О порядке передачи имущества см. II. В., О передаче имущества по распоряжению вышестоящих органов. «Бюлл. Госарбитража при СНК СССР» № 8 1933.
89 Ср. решения июньского 1934 г. пленума ЦК о единстве социалистического планирования. См. также ниже гл. VIII, с. 216—224. О социалистическом (демократическом) централизме в управлении хозяйством, см. гл. IX, с. 280—282,
90 В лице торгпредства, заключающего сделки на внешних рынках, действует сам СССР. Ответственность по этим сделкам несет СССР всем принадлежащий ему имуществом. См. ст. 6 Положения о торговых представительствах СССР за границей 13 сентября 1933 г.—СЗ 1933 г. № 59, ст. 354.
181


ятия, переведенного на хозяйственный расчет. В этом случае стоимость имущества совхоза (его основные фонды и оборотные средства) будут фигурировать в балансах сразу нескольких организаций и во всех случаях по пассиву: в балансе орса, предприятия, треста.
Такова своеобразная конструкция права государственной социалистической собственности: единство и одновременно расчленение; имущество принадлежит одному собственнику—пролетарскому государству, и вместе с тем множеству «собственников»—отдельным хозорга- нам. При этом и тот и другой момент—и единство и расчленение—неразрывно связаны друг с другом—расчленение делается возможным и обусловливается единством. Ибо именно потому и лишь потому, что все государственное имущество представляет собой в конечном счете единый фонд,—пролетарское государство может «закрепить» отдельные' части социалистической собственности за имущественно и хозяйственно самостоятельными государственными органами, не нарушая этим ни на поту принципов планового и централизованного управления всем государственным хозяйством.
Эта конструкция не имеет аналогий в буржуазном праве. В капиталистическом обществе каждый собственник—полновластный и всеобъемлющий хозяин вещи. Право собственности одного лица исключает возможность собственности на ту же вещь другого. Это потому, что там собственник собственнику—враг. Такова природа частной собственности. У нас право собственности одного хозоргана не исключает ни права собственности другого хозоргана, в состав которого входит первый «собственник», ни права собственности пролетарского государства в целом. Это потому, что у нас—единая социалистическая собственность, а носители права государственной собственности—это звенья единого социалистического хозяйства, связанные отношениями тесного сотрудничества в выполнении, единого народнохозяйственного плана.
Своеобразная конструкция права государственной социалистической собственности причинила не мало хлопот буржуазным юристам. Кто является у нас собственником земли: СССР или союзные республики? Кто собственник имущества, включенного в уставный капитал треста? Государство в лице хозяйственного наркомата или «сам трест»? Такие и подобные вопросы дебатировались в течение ряда лет Шретером, Аскназием, Мартыновым, Розенблюмом, Карадже-Искровым и другими 91. Земля в СССР является собственностью Союза, говорили одни; нет, не Союза, а союзных республик, возражали другие. Действительным собственником имущества треста является государство в лице его высших органов, утверждали третьи; трест же лишь «пользуется» предоставленным ему фабриками, заводами, оборотными ценностями и пр. «в качестве доверенного» или представителя государства. Нет, не соглашались четвертые, трест—настоящий, всамделишный и единственный собственник, государство же осуществляет в отношении имущества треста лишь права «верховенства».
Все эти «теории» порочны в самой своей основе. Все они игнорируют € единственно правильную, но действительно своеобразную конструк81 Изложение всех высказанных по этому вопросу точек зрения см. уВене-
-д иктова, Правовая природа государственных предприятий, Л.-М. 1928, с. 68 132.
182


цию права государственной социалистической собственности, как «единства» и «расчленения». Все они пытаются истолковать государственную социалистическую собственность с помощью одного из известных институтов буржуазного права. Это не удается и не может удаться. Отношения, возникающие на базе государственной социалистической собственности и из нее, —единственные в своем роде и принципиально н о- вые. К ним нельзя подходить со старыми мерками и втискивать их в конструкции, созданные на базе буржуазных общественных отношений.
Социально-политическим исходным пунктом всех этих теорий права государственной социалистической собственности является отрицание последовательно-социалистической природы государственных предприятий в СССР. Только исходя из этой установки, можно притти к признанию треста «доверенным» государства или к квалификации права треста на уставный капитал (или хотя бы на часть уставного капитала^ не изъятую из оборота) как права частной собственности пролетарского государства.
Расчленение государственной собственности между различными государственными органами означает и известное «расщепление» между ними правомочий по распоряжению и эксплоатации государственного имущества. Если на одно и то же имущество имеется несколько собственников, то их права по имуществу должны быть четко разграничены. Недопустима ни малейшая неясность в этом вопросе, ибо речь идет в конечном счете об организации управления отдельными частями и звеньями единого социалистического хозяйства.
Решающее значение здесь имеет вопрос о разделении прав по имуществу между государственными органами, являющимися одновременно хозрасчетными звеньями социалистического хозяйства (государственными хозяйственными организациями), с одной стороны, и высшими государственными планово-регулирующими органами, с другой. Назовем последние «центрами хозяйственных систем» 92. Вопрос, поставленный нами,—это по существу вопрос о разграничении компетенции по управлению государственной собственностью между центрами хозяйственных систем и звеньями этих систем—хозорганами. Мы откладываем детальное рассмотрение его до соответствующей главы (гл. IX «Государственные хозяйственные организации», § 4. п. 6 и § 5. п. 2). Здесь же зафиксируем лишь основную линию водораздела между правами по имуществу хозор- гана (например треста или предприятия, подчиненного непосредственно наркомату) и центра хозяйственной системы (например наркомата).
Эта линия будет следующая. Только центру хозяйственной системы принадлежит право распоряжения (в рамках, установленных законом) имуществом, составляющим исключительную собственность государства. Центру хозяйственной системы принадлежит право распоряжения и всем имуществом хозоргана в рамках, установленных законодательством о данном виде хозорганов (о трестах, о совхозах и др.) и законами о правилах и порядке передачи государственного имущества по распоряжению вышестоящих органов. Центр хозяйственной системы, утверждая план хозяйственной деятельности хозоргана, определяет тем самым назначение, т. е. общие рамки использования (эксплоатации) всей государственной собственности, закрепленной за хозорганом.
1 92 О понятии хозяйственной системы подробнее см. ниже, глава VIII, § 3.
188


Центр тяжести правомочий хозоргана заключается в э к с- плоатации имущества в целях выполнения возложенного на хоз орган планового задания. Владение как самостоятельный элемент права государственной социалистической собственности, как фактическое обладание или «сидение на вещи», оторванное от ее хозяйственной эксплоатации (пользования), не признается,советским правом.
Распоряжение имуществом осуществляете^ хозорганом самостоятельно за исключением случаев, особо предусмотренных законом (сюда относится распоряжение имуществом вышестоящими планово-регулиру- ющими органами—центрами хозяйственных систем) 93.
Оборотной стороной права использования и распоряжения имуществом является ответственность по обязательствам, связанным с эк- сплоатацией этого имущества. Здесь действуют следующие правила. Каждый хозорган отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением изъятого из оборота (ст. 4 Положения о трестах, 29 июня 1927- г.). СССР, местные советы, центры хозяйственных систем (наркоманы) не отвечают по обязательствам подчиненных им хозорганов, за исключением особо оговариваемых случаев, когда государство или наркомат принимают на себя гарантию за исправное выполнение хозорганами их обязательств. По сделкам торгпредств отвечает СССР (ст. 6 Положения о торгпредствах 13 сентября 1933 г.). Наконец надо выделить случай ответственности верхнего звена—хозоргана (например, треста) по обязательствам нижестоящего звена (например, предприятия). Рассмотрение этого случая, так же как и более подробное рассмотрение всей проблемы имущественной ответственности в целом, мы откладываем до главы «О государственных хозяйственных организациях», ибо решение этого вопроса неразрывно связано с проблемой системы управления социалистическим хозяйством.
В итоге следовательно и по линии определения содержания правомочий хозорганов—субъектов права государственной социалистической собственности—имеется расчленение («расщепление») правомочий между центром и низовыми звеньями. Так и во внутренней структуре центрального института советского хозяйственного права—государственной социалистической собственности («единство»—«расщепленность») и в установлении самого содержания правомочий отдельных носителей этого права реализуется принцип ’демократического централизм а—основной принцип социалистического строительства: партийного, советского и хозяйственного.
Надо подчеркнуть в заключение, что вопросы использования и распоряжения государственным имуществом и распределения имущественной ответственности не исчерпывают всей проблемы характеристики права государственной социалистической собственности по содержанию. Поскольку право государственной социалистической собственности—это основа всего социалистического хозяйства, а система хозяйственноправовых (имущественных) отношений социалисти93 См. ст. 5 Положения о трестах 29 июня 1927 г. «Трест ... владеет, пользуется и распоряжается имуществом... за изъятиями, указанными в настоящем Положении и в специальных законах».
184


ческого общества—это в основном общественная (социалистическая) собственность в движении,—постольку вся система мероприятий по организации социалистического производства и советской торговли, вся система мероприятий по управлению предприятиями последовательно социалистического типа составляет содержание права государственной социалистической собственности.
Отдельные части закрепленной за хозорганами государственной собственности имеют различный правовой режим: уставный капитал (фонд), специальные капиталы (фонды), накопление (прибыль) и пр. Детальный разбор этих понятий дается нами в гл. IX.
6. Защита права государственной социалистической собственности
Государственнаяусоциалистическая собственность—основа социалистического строительства. Неудивительно, что пролетарское государство устанавливает особые меры для защиты государственной собственности.
По закону 7 августа 1932 г. «люди, покушающиеся на общественную собственность, должны быть рассматриваемы как враги народа». За хищения общественной собственности установлены самые суровые меры судебной репрессии: высшая мера уголовного наказания—расстрел с конфискацией всего имущества и с заменой при смягчающих обстоятельствах лишением свободы на срок не ниже 10 лет с конфискацией имущества.
Помимо мер уголовн0й репрессии р в области хозяйственного зако- нодательства имеются специальные меры защиты и охраны государственной собственности. Главнейшие из них это: а) право неограниченной виндикации и б) презумпция государственной собственности.
По ст. 60 ГК собственник вправе истребовать имущество у добросовестного приобретателя 94 * лишь в том случае, если оно им (собственником) утеряно или похищено у н$го. Но государственные учреждения и хозорганы могут истребовать от всякого приобретателя принадлежащее им имущество, незаконно отчужденное каким бы то ни было способом. Из этого правила о неограниченной виндикации изъем- лются лишь ценные бумаги на предъявителя и деньги, которые не могут быть истребованы у добросовестного приобретателя, хотя бы они принадлежали государственным органам.
В силу презумпции государственной собственности при возникновении спора о праве собственности между государственными органами и частными лицами спорное имущество предполагается государственным, пока не доказано иное. Бремя доказательства всегда лежит на частном лице 9б.
94 Приобретатель признается добросовестным, если он не знал и не должен был знать, что лицо, от коего он приобрел вещь, не имело права отчуждать ее
(ст. 60 ГК, примечание 9).
96 Разъяснение пленума Верхсуда РСФСР 29 июня 1925 г. (Сборник разъяснений Верхсуда РСФСР, и&д. 1932 г., с. 53) и ст. 52 проекта Основ гражданского законодательства СССР П. И. Стучка. -
185


§ 4. Кооперативная собственность
I 1. Кооперативная собственность СССР как общественная (социалистическая) собственность
Кооперативная (цли иначе колхозно-кооперативная) собственность в СССР является наряду с государственной одним из видов общественной (социалистической) собственности.
В проекте «Основ гражданского законодательства» она определена следующим образом: «Кооперативная собственность является формой добровольного обобществления частной собственности и в условиях пролетарского государства служит средством социалистического пере-, устройства трудовых отношений мелко-товарного производства, все более сближаясь с государственной социалистической собственностью» (ст. 61). £
Отсюда следует: а) что кооперативная собственность в СССР— социалистическая собственность. Эта мысль в приведенном определении выражена (не вполне четко) словами: «средство социалистического переустройства трудовых отношений» и т. д., б) что социалистическое качество кооперативной собственности в СССР дано пролетарской диктатурой («в условиях пролетарского государства»), в) что кооперативная собственность, наконец, существенно отличается от государственной собственности последовательногсоциалистического типа, отличается постольку, поскольку является «формой добровольного обобществления частной собственности».
Мы помним, что «характер и способ, каким осуществляется... соединение... труда и средств производства... различает отдельные экономические эпохи социальной структуры»96.
В советском кооперативе нет характерного для капиталистического предприятия разрыва между производителями и средствами производства. В советском кооперативе нет собственников и лишенных собственности, нет эксплоататоров и эксплоатируемых. Носителями права кооперативной собственности являются сами трудящиеся, под руководством рабочего класса строящие социализм.
Здесь дан новый трп производственных отношений, как отно- шенйй социалистических, что не раз подчеркивал Ленин, говоря о кооперации в условиях советского строя.
«При частном капитализме,—писал он,—предприятия кооперативные отличаются от предприятий капиталистических, как предприятия коллективные от предприятий частных. При государственном капитализме предприятия кооперативные отличаются от государственнокапиталистических, как предприятия частные, во-первых, и коллективные, во-вторых. При нашем существующем строе предприятия кооперативные отличаются от предприятий частно-капиталистических, как предприятия коллективные, но не отличаются от предприятий социалистических, если они основаны на земле, при средствах производства, принадлежащих государству, т. е. рабочему классу»97. Поэтому «кооперация в наших условиях сплошь да рядом совершенно совпа-
06 Маркс, Капитал, т. II, М. 1931 г., с. 10, см. выше с. 19.
97 Ленин, т. XXVII, с. 396.
186


дает с социализмом»* 98 99 100, она является социалистической формой хозяйства, план действительного кооперирования действительных масс населения (ленинский кооперативный план) является составной частью грандиозного плана построения бесклассового социалистического общества, а кооперативная собственность й СССР—одним из видов социалистической собственности.
В цитированных словах Ленина вскрыты и основные предпосылки, обусловливающие социалистическую природу права собственности советской кооперации. «Ленин берет кооперативные предприятия не сами по себе,—говорит т. Сталин,—а в связи с нашим существующим строем, в связи с тем, что они функционируют на земле, Принадлежащей государству, в стране, где средства производства принадлежат государству, и рассматривая их в таком порядке^ Ленин утверждает, что кооперативные предприятия не отличаются от предприятий социалистических» ".
Иными словами, диктатура пролетариата и государственная социалистическая собственность на основные экономические командные высоты—вот что превращает советскую кооперацию в «путь к социализму». Лишь на базе и в пределах строя, созданного пролетарской диктатурой, кооперация в сочетании с социалистической экономикой превращается из простого объединения бывших мелких собственников в социалистическую форму хозяйствования.
Но хотя и государственная и кооперативная собственность образуют единую социалистическую собственность, однако между ними имеются различия. Они не могут быть, понятно, различиями принципиального свойства. Но отсутствие принципиальных различий не есть еще отсутствие всяких, в том числе и существенных различий. На примере совхоза и колхоза XVI партсъезд так определил их сущность: «В отличие от совхоза, являющегося государственным предприятием, созданным на средства государства, колхоз является добровольным общественным объединением крестьян, созданным на средства самих крестьян, со всеми, вытекающими отсюда последствиями»103.
Государственное предприятие создано на средства государства, т. е. организованного в господствующий класс пролетариата. Субъектом права государственной социалистической собственности является рабочий класс в целом. Как следствие этого, вырабатываемая на государственном предприятии продукция не есть продукция рабочих данного конкретного предприятия, а принадлежит всему рабочему классу j .
98 Ленин, т. XXVII. с. 396.
99 Сталин, «Вопросы ленинизма», с. 454.
100 См. также постановление VI Съезда советов о совхозном строительстве: «Совхозы являются государственными предприятиями, где государство является полным хозяином со всеми вытекающими отсюда последствиями и ничем с этой точки зрения не отличается от любой другой фабрики промышленного типа. Колхозы же наоборот являются предприятиями, основанными крестьянами, добровольно обобществившими свои средства производства и ведущими свое хозяйство на земле, принадлежащей государству. При этом хозяевами колхоза являются колхозники, которым рабоче-крестьянское государство оказывает всяческую поддержку, отводя им лучшие земли, предоставляя значительные льготы и создавая для них через государственные машинно-тракторные станции мощную техническую базу» (СЗ 1931 г. № 12, ст. 161).
187


т. е. пролетарскому государству. Отсюда, и прибыли, и убытки всякого государственного предприятия являются прибылями и убытками не коллектива рабочих данного предприятия, а государства. Если государственные предприятия вступают в договорные отношения друг с другом по приобретению или отчуждению какой-либо продукции, то и здесь они не противостоят друг другу как частные собственники, а через систему советской торговли участвуют в распределении результатов процесса производства соответственно государственным планам.
Иное положение занимает кооперативная собственность. Собственником средств производства или иных имущественных ценностей в колхозе или в потребительском кооперативе, является не государство, а определенный коллектив трудящихся. Сами колхозники или сами члены кооператива выступают здесь как коллективный собственник. Поэтому все то, что производится таким коллективом, является его, и только его собственностью. Доходы, например, колхоза поступают не к государству, а к данному колхозу, распределяются в определенном порядке между его членами. Если убыточный результат деятельности государственного предприятия не отражается непосредственно на зарплате рабочих этого предприятия, то плохой итог работы колхоза сказывается непосредственно на размере той доли, которая причитается колхозникам в результате совместного ведения им обобществленного хозяйства.
Таково существенное различие между государственной и кооперативной собственностью. Оно показывает, в частности, что государственные предприятия представляют собою более высокую ступень развития социалистических отношений, чем кооперативные организации. Поэтому, если первые квалифицируются Лениным как предприятия последовательн о-с о цчи алистического типа, то вторые рассматриваются как предприятия социалистического типа. Эти различия не умаляют, понятно, социалистической природы колхозно-кооперативных организаций, ибо они являются формой обобществленного хозяйства, где и кооперированный труд, и общие средства производства—нераздельные факторы*единого процесса производства, организованного на коллективных началах101.
Социалистическая природа кооперативной собственности в СССР, не исключающая притом ряда существенных отличий социалистической кооперативной собственности от последовательно-социалистической государственной, неоднократно оспаривалась в нашей литературе. Либерман, например, смазывая всякое различие между колхозной и государственной собственностью, считал, что внутртТколхозные отношения должны в условиях окончательной победы колхозного строя трактоваться как трудовые отношения на государственных фабриках 101 Кооперативную собственность как собственность коллективную не следует смешивать с собственностью групповой или общей. Если первая представляет вид обобществленного хозяйства (например колхоз), то вторая (например полное товарищество или товарищество на вере) представляет собою частное хозяйство. В первом случае налицо единое общественное хозяйство, во втором случае— совместное частное предприятие. Если общественное хозяйство коллектива есть форма кооперативной собственности, то совместная хозяйственная деятельность частных лиц на базе общей собственности есть форма частной собственности, (ст. 61—65 ГК). е
188


и заводах102. С другой стороны П. И. Стучка сближал кооперативную собственность ~cj частной собственностью. «Кооперативная собственность—писал п. и .—есть уже особый вид собственности, который с одной стороны в общем пользуется всеми правами частного собственника, но сверх того имеет целый ряд льгот и преимуществ как в отношении круга объектов собственности, так и в смысле всякого рода преимуществ, скидок ит. п. в торговом обороте»103. Здесь содержится явная недооценка социалистической природы кооперативной собственности и роли советской кооперации как социалистической формы хозяйства. Дело далеко не только в том, что советским кооперативам в обороте предоставлены известные преимущества по сравнению с частником. Самые эти преимущества должны быть объяснены из социалистической сущности советской кооперации, а не наоборот104.
Юридическим выражением единой социалистической природы кооперативной собственности наряду с государственной последовательносоциалистической является разветвленное законодательство, относящееся в равной мере и к государственному, и к кооперативному хозяйству. Сюда относятся законы о защите (охране) кооперативной собственности, о режиме экономии (сокращении административно-хозяйственных и других расходов), о регулировании накопления прибылей, об отношениях с финансовыми и кредитными органами (налоги, наценки, долгосрочное и краткосрочное кредитование и т. п.), о госнор- мировании зарплаты работников по найму, о планировании капитального строительства, об отчуждении строений, возведенных на земельных участках, предоставленных в бессрочное пользование и т. п.
С другой стороны, ряд законов обособляет кооперативную собственность от государственной, выявляя существенные отличия этих двух видов собственности. Ниже мы отметим важнейшие законодательные акты, касающиеся особенностей правового регулирования кооперативной собственности.
2. Объекты кооперативной собственност и. Способы возникновения кооперативнойсобствен- н о с т и
По сравнению с государственной собственностью, круг объектов кооперативной собственности значительно уже. Так, командные хозяйственные высоты (земля, воды, недра, леса, крупная промышленность,железнодорожный транспорт и т. д.) составляют исключительную собственность государства и не являются кооперативной собственностью. Однако круг объектов кооперативной собственности значительно шире по сравнению с частной собственностью. Помимо вещей, неизъятых из оборота, предметом кооперативной собственности могут быть промышленные предприятия (ст. 57 ГК), складские помещения, торговые предприятия, жилые строения, в том числе и вновь 102 См. Либерман, К вопросу о типе правовых отношений в колхознокооперативном секторе. «Сов. гос. и рев. права» № 7 1930 г.
103 С т у ч к а, Курс, т. III, с. 47.
104 См. Костел ьцев, Собственность советской потребительской кооперации. Сборник «Вопросы советского хозяйственного права», 1933 г., с. 160.
18»


возводимые, для чего кооперативные организации получают участки земли в бессрочное пользование.
Должны быть указаны следующие способы возникновения кооперативной собственности: а) денационализация имущества кооперации, б) вступительные и паевые взносы членов кооперации, в) финансово-материальная помощь, оказываемая кооперации пролетарским государством, г) производство на кооперативных предприятиях и д) так называемые общие хозяйственно-правовые способы приобретения собственности.
В силу постановлений СНК от 26 октября 1921 г. и 17 ноября 1922 г. о возврате потребкооперации национализированных и муниципализированных у нее предприятий и строений (СУ 1921 г. № 72, ст. 576- и 1922 г. № 65, ст. 847), потребкооперации были переданы не только принадлежавшие ей до революции предприятия и строения, но и то имущество, которое состояло до революции в арендном пользовании кооперации. После 1924 года состоялось аналогичное постановление СНК о возврате имущества сельскохозяйственной, промысловой и кредитной кооперации. Этими законодательными актами был обеспечен прочный материальный фундамент для развертывания хозяйственной деятельности советской кооперации.
Неизмеримо более важное место в ряду способов возникновения кооперативной собственности занимают однако собственные средства трудящихся, добровольно обобществляемые ими. Таковы вступительные и паевые взносы, известные только системе кооперативной собственности. Первые из них являются взносами, которые делаются единовременно при вступлении в кооперативную организацию, не возвращаются при выходе из нее и зачисляются в неделимые (основные) фонды кооперации. Размер этих взносов, например, при вступлении в колхоз, диференцируется в зависимости от материального положения трудящегося. Внесение такого взноса, как бы он ни был скромен, является необходимым условием кооперативного членства. Паевые взносы уплачиваются наряду со вступительными взносами и представляют овеществленной в денежной или материальной форме личный труд вступакйцего в кооперацию трудящегося. Как подчеркнула в 1924 г. сессия Центросоюза, пай должен служить средством материальной связи членов со своей организацией. Паевая система имеет огромное значение в деле роста и укрепления кооперативного строительства.
Размер паевых взносов также, как и вступительных' обычно диференцируется, в зависимости от материального положения трудящихся.
Финансов о-м атериальная помощь кооперации со стороны пролетарского государства является чрезвычайно существенной и при том в такой мере, что без нее совершенно невозможны были бы те колоссальные размеры и темпы кооперативного строительства, какие оно приняло у нас. Помощь эта носит самые разнообразные формы: безвозвратные ассигнования, все- ■ возможные виды долгосрочного кредита, помощь натурой, целый ряд материальных льгот и преимуществ и т. д. Достаточно указать в качестве примера на те виды помощи, какие оказаны были и оказываются колхозам. Организация и непрерывный рост сотен и тысяч машинно- тракторных станций, непосредственная денежная помощь колхозам, 190


которая выразилась в одном только 1931 г. в безвозвратном отпуске по госбюджету 1050 млн. руб., передача имущества ликвидируемых кулацких хозяйств в неделимые фонды колхозов в качестве взносов батраков и бедняков и т. д. и т. п.—все это представляет собою серьезный источник роста и укрепления кооперативной собственности. Понятное дело, что как бы ни была значительна эта помощь, ею далеко не исчерпывается та колоссальная творческая работа nd перестройке общественных отношений, которую проводит пролетарское государство на основе и при условии широкой самодеятельности самой коодерируо- мой массы. Иначе говоря, она чужда поощрения каких бы то‘ ни было собезовских элементов и настроений, ибо государство поддерживает лишь то кооперативное строительство, «в котором действительно участвуют действительные массы населения»105.
Одним из важнейших способов возникновения кооперативной собственности является производство на кооперативных предприятиях. Продукция кооперативных предприятий принадлежит кооперации. Наконец, право кооперативной собственности устанавливается и в порядке общих хозяйственно-правовых способов, к числу которых относятся договоры и наследование. Первый из них в условиях все большего внедрения хозрасчета и дальнейшего развертывания советской торговли, играет значительную роль, ибо вся система снабжения и сбыта, вся система товарооборота представляет как бы разветвленную сеть планово-организованных договорных связей. Наоборот, наследование по завещанию, открывая возможность для частного лица передать свое имущество по завещанию той или другой кооперативной организации никогда не оказывало, да и не может оказывать в СССР сколько-нибудь существенного влияния на рост кооперативной собственности.
Кооперативное имущество пользуется рядом значительных преимуществ по сравнению с частной собственностью в отношении условий и порядка обращения на него взыскания кредиторов. Кооперативная собственность во многом приближается с этой стороны, как впрочем и в ряде других отношений, к положению государственной собственности. По действующему Положению о взимании налогов (СУ 1933 г. № 16, ст. 53) кредиторы и даже финансовые органы не могут обратить взыскание по долгам и недоимкам кооперации на следующее имущество: кооперативные, колхозные промышленные и кустарно-промысловые предприятия (помещение, оборудование и инструменты, относящиеся к производственной деятельности данного предприятия); неделимые фонды промыслово-кооперативных организаций, а также неделимый фонд капитального строительства, семенной и страховой фонды колхозов; жилые и хозяйственные постройки; сельскохозяйственный инвентарь и скот в количестве, необходимом для выполнения производственного плана данного хозяйства; семена в количестве, потребном для посева в текущем сельскохозяйственном году, топливо, скот и корм для скота в установленных нормах, продовольственная продукция колхозов, подлежащая распределению между колхозниками в количестве, необходимом на время до распределения урожая следующего года; паевые взносы и взносы в фонд долгосрочного 106
106 Лени н, т. XXVII, с. 393.
191


производственного кредитования и причитающееся кооперации страховое вознаграждение по обязательному страхованию. Таков длинный перечень видов кооперативного имущества, забронированных от взыскания кредиторов и обеспечивающих колхозам и кооперативным организациям устойчивую производственную базу. В условиях советского государства они не могут быть проданы с молотка, как в буржуазных странах, или даже быть поставлены в условия невозможности продолжать в дальнейшем свою производственную или иную хозяйственную оперативную работу.
3. Содержание права кооперативной собственности
В отношении кооперативного имущества нельзя ставить вопрос о едином фонде кооперативной собственности, как мы это сделали применительно к государственной собственности. Кооперативные организации в отдельных отраслях народного хозяйства за исключением с.-х. производства объединены в СССР в самостоятельные кооперативные системы: потребительской кооперации, жилищной, промысловой, рыбацкой, инвалидной и т. д. Нельзя однако говорить и о едином фонде собственности той или иной кооперативной системы. Кооперативная собственность не знает множественности субъектов на одно и то же имущество. Организация управления советской кооперации, как системы звеньев, не меняет дела. Кооперативное имущество принадлежит либо данному коллективу, либо данному союзу, но не им вместе и одновременно. В силу этого, имущество, скажем, потребительского кооператива на балансе райпотребсоюза или край(обл)союза не значится и учитывается им лишь статистически. Если центр кооперативной системы или его срединные звенья имеют право и должны в определенных границах регулировать, планировать и иным путем руководить деятельностью своего низового звена, то им все же не принадлежит право распоряжаться самим имуществом такого звена. Распоряжение имуществом осуществляется самой низовой кооперативной организацией самостоятельно. Это прямо вытекает из цитированных выше решений XVI съезда партии и VI съезда советов и неоднократно подтверждено рядом законов и постановлений кооперативных центров.
Отсюда следует, в частности, что на кооперацию не распространяется принцип безвозмездной передачи4имущества, производимой в порядке законов 31 августа 1931 г. и 7 июля 1932 г.106. В случаях, указанных здесь, имущество, передаваемое от госорганов к кооперации и обратно, равно как и имущество, переходящее от одной кооперативной организации к другой, в пределах даже одной кооперативной системы— должно быть оплачено. Этот принцип последовательно и неуклонно проводится кооперативной практикой. Так, например, по постановлению президиума Центросоюза 25 апреля 1932 г. «О порядке расчетов за имущество, переданное потреборганизациями трестам Союз- промхлебопеченпе», основное имущество, приобретенное на счет собственных средств потребкооперации оплачивается трестами Союзпром- хлебопечения на протяжении пяти лет равными частями поквартально, 106
106 См. выше, g. 180.
192


начиная с 1933 г. Оплата оборотных ценностей, переданных трестам хлебопечения низовыми коопорганизациями—ЦРК, ЗРК, сельпо— должна быть произведена в два года равными частями поквартально107.
Однако, если нельзя говорить о едином фонде кооперативной собственности СССР, ни даже о едином фонде собственности той или иной кооперативной системы в целом, то необходимо отметить все же наличие некоторых элементов этого единства. К числу таких элементов мы относим, во-первых, централизованные фон- д ы кооперативных систем, фонд регулирования оборотных средств потребкооперации, фонд долгосрочного кредитования промысловой кооперации и аналогичные фонды по другим кооперативным системам108. Эти фонды, распоряжение которыми сосредоточивается у центров систем, есть уже собственность кооперативной системы в целом, ее е д и- н а я материальная база. Они указывают путь дальнейшего развития кооперативной собственности, элементы единства которой будут все больше возрастать.
К числу элементов единства кооперативной собственности следует отнести, во-вторых, неделимые фонды (капиталы) кооперативных организаций. Неделимые фонды—известная часть имущества кооперативных организаций, в отношении которых устанавливается особый режим (специальное назначение этих фондов для целей расширенного воспроизводства, забронирование от взысканий со стороны кредиторов, особый порядок хранения неделимых фондов на специальных счетах в банках и т. д.). В случае ликвидации кооперативной организации неделимый фонд не распределяется между членами. Он остается в рамках кооперативной собственности и передается другой организации по указанию вышестоящих звеньев системы или соответствующих государственных органов.
Наконец, нейьзя игнорировать и известных элементов единства всей общественной (социалистической) собственности—и государственной и кооперативной. Помимо единства народнохозяйственного плана, базой которого является общественная (социалистическая) собственность109, элементы единства всей общественной (социалистической) собственности имеют и определенное имущественное выражение. По постановлению СНК СССР и ЦК ВКП(б) 4 декабря 1932 г. о перестройке рабочего снабжения (СЗ 1932 г. № 80, ст. 489) потребкооперация передала государственной промышленности огромные имущественные ценности: магазины, инвентарь, денежные средства, товары. Эти ценности переданы на началах долгосрочной ссуды. Но наряду с этим надо отметить последовательно проводимое отрицание необходимости каких бы то ни было расчетов и перерасчетов по паевым взносам и спец- взносам между потребкооперацией и промышленностью или—в других случаях—организацию этих перерасчетов таким образом, как будто они происходят в рамках одной хозяйственной организации. По совместному циркуляру Центросоюза и НКТП 7 марта 1934 г. № Ф-22-09 никаких переводов паев и спецвзносов при переходе отдельных пай-
107 К о с т е л ь ц е в, Цит. соч., с. 167.
108 Об этих фондах подробнее см. ниже в гл. X «Кооперативные организации».
109 О единстве народнохозяйственного плана см. ниже в гл. VII «Плановая дисциплина и хозрасчет», с. 216—224.
13 Курс сов. хоз. права.
198


щиков потребкооперации в ОРС и обратно не производится (ст. 5). В случае же организованного группового перехода пайщиков потребкооперации в ОРС выявляется сумма фактически внесенных ими паев и перечисляется тому ОРСу, куда данная группа пайщиков переходит (ст. 6)110.
Обращаясь к анализу содержания права кооперативной собственности в смысле установления точного комплекса прав кооперативной организации на принадлежащее ей имущество, надо подчеркнуть прежде всего так же как и в праве государственной собственности— использование имущества в соответствии с народнохозяйственным планом, как центральный момент в характеристике правомочий кооперативной организации в качестве собственника. В использовании соответственно народнохозяйственному плану имущества, закрепленного за данной кооперативной организацией, заключается одновременно и право и обязанность каждого кооператива как звена в системе социалистического хозяйства.
Как обстоит дело с другим важнейшим элементом права собственности—р.а с п о р я ж е н*и е м? Оно сохраняет свое значение для права собственности советской кооперации. Однако в отличие от буржуазного права, где типичной формой осуществления собственности является свободная конкуренция и где поэтому закон защищает произвол собственника, распоряжение кооперативной собственностью в наших условиях социалистического хозяйства осуществляется не анархически, а в организованных формах. Кооперация в СССР есть составная и неразрывная часть единой системы планового хозяйства, и в качестве таковой она участвует в реализации единого народнохозяйственного плана. Поэтому свое распоряжение кооперативным имуществом, равно как и всю свою хозяйственную деятельность, колхозы и кооперативные организации осуществляют с соблюдением требований планового хозяйства и под руководством пролетарского государства.
Юридическим выражением этого факта является, во-первых, охват разнообразных сторон хозяйственной деятельности кооперации системой обязательных актов государственного планирования и регулирования, каковы контрольные цифры народного хозяйства, планы снабжения и сбыта, планы хлебозакупок и заготовок, разнообразные акты планирования производственной деятельности промкооперации, колхозов и т. д. '
Во-вторых, самое распоряжение кооперативным имуществом ставится законом в ряде случаев в зависимость от предварительного выполнения установленных для того условий. В качестве яркого примера может быть указано постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) 19 января 1933 г. об обязательной поставке зерна государству колхозами и единоличными хозяйствами (СЗ 1933 г. № 4, ст. 25). В нем установлено, что колхозная торговля хлебом может быть допущена лишь после полного выполнения колхозами своих обязательств перед государством по хлебосдаче, а также после того, как произведена засыпка семян и образованы страховые фонды. Без соблюдения этих
110 «БФХЗ» № 21 1934 г., с. 33.
194


предварительных условий самая возможность отчуждения колхозами своей товарной продукции исключена.
Государство, осуществляя регулирование и планирование деятельности кооперации, каждый раз учитывает однако особенности кооперативной собственности и ее существенные отличия от государственной собственности. Так, например, устанавливая цены на местные строительные материалы на 1934 год, СНК СССР оговаривает в своем постановлении, что для кооперативных предприятий и предприятий риков допускается надбавка к обязательным отпускным ценам в размере 20%. Наиболее характерными законодательными актами являются с этой стороны постановления СТО 26 августа 1931 г. и 7 июля 1932 г., в которых твердо установлен принцип возмездности при передаче имущества от госорганов к кооперации и обратно.
Так же, как в государственной собственности, традиционное в юриспруденции представление о праве кооперативной собственности только как о праве пользования и распоряжения отнюдь не выявляет действительного его содержания. Если для буржуазного права юридическое распоряжение имуществом, т. е. его о т ч у ж- д ение, является основным и решающим признаком собственности, ибо с ним связаны купля рабочей силы и реализация прибавочной стоимости, то для социалистического хозяйства, каким является кооперация, отчуждение перестает быть конститутивным признаком. Здесь так же, как и в системе государственной собственности, центр тяжести лежит в организации социалистического хозяйства, в мероприятиях по управлен и ю этим хозяйством, которые отнюдь не сводимы к тем или другим актам отчуждения имущества.
Структура кооперативной собственности та ко в а, что отдельные части ее имеют различный правовой режим, в связи с чем законы о соответствующих видах кооперации и уставы кооперативных организаций предусматривают образование различных фондов (капиталов): неделимый фонд, основной, оборотный, паевой, специальные фонды и т. д. Детальная характеристика каждого из них применительно к различным видам кооперации дается нами ниже в гл. X о кооперативных организациях. Здесь остановимся лишь на одном вопросе, имеющем общее значение для проблемы кооперативной собственности, на вопросе о природе кооперативного пая.
Пай является денежно-материальной формой организованного участия трудящихся в данной кооперативной организации. Пай представляет собой овеществленный личный труд пайщика, выражение того, что член кооперации участвует в ней своим личным трудом. Через паевую систему обеспечивается массовое участие трудящихся своими средствами в кооперации и тем самым пай превращается в важнейший метод мобилизации средств для нужд социалистического строительства.
Пай, будучи формой личного участия пайщика в кооперации, не может быть поэтому передаваем другим лицам. Его нельзя так же отчуждать или закладывать. Иное решение этого вопроса означало бы превращение пая в нечто близкое к акции и не обеспечивало бы необходимого социально-классового состава кооперации. По тем же мотивам не допускается обращение взыскания третьих лиц по долгам пай- гз*
195


щика на его кооперативный пай. С паем связаны не только права пайщика, вытекающие из его участия в данной кооперативной организации, но и определенные обязанности. К ним относится, властности, ответственность пайщика по долгам своей организации. В ряде случаев уставы предусматривают кратную (двух, трех и т. д.) к сумме пая ответственность. Там, где введен диференцированный пай (например, в потребкооперации), ответственность ограничивается лишь размерами самого пая и исключает дополнительную ответственность пайщика в кратном отношении к паю.
Пай является той долей в кооперативном имуществе, которая возвращается пайщику в случае его выхода из кооперации. Если при этом пай не является денежным взносом, то при возврате пая из него удерживается часть, падающая на амортизацию. Однако пай в потребкооперации не возвращается пайщику, если последний переходит из одной кооперативной организации данной системы в другую.
Таков строго личный характер связи пайщика с его паем. Он знает однако исключения. Так, например согласно ст. 18 постановления ЦИК СССР о жилищной кооперации, право на жилищную площадь, связанное с паем в рабочем жилищно-строительном кооперативном товариществе, в случае смерти пайщика не прекращается, а сохраняется за членами его семьи, если только она проживает с ним совместно (СЗ 1934 г. № 5, ст. 60).
По вопросу о том, кто является собственником пая, в литературе существуют самые различнее точки зрения. Одни рассматривают пай, как заемные средства кооперации, подлежащие возврату ио первому требованию пайщика и считают последнего единственным собственником пая. Другие, не оспаривая права кооперации на распоряжение паевыми взносами как собственным имуществом, не делают однако необходимого отсюда вывода и склонны квалифицировать паевой капитал кооперации как ее собственность лишь в условном смысле. Наконец, третьи приходят к тому выводу, что «кооперативная собственность в форме пая двойственна: с одной стороны, пай—собственность каждого данного пайщика, со всеми вытекающими из этого факта юридическими последствиями; с другой стороны, пай находится в непосредственном распоряжении коллектива, кооперативной организации. Эта „двойственность" и „противоречивость44 снимаются формой паевого капитала, являющегося собственностью кооператива, т. е. коллектива пайщиков»111. Из всех этих точек зрения нам представляется наиболее правильной последняя, ибо она, не обезличивая роли пая в кооперативном имуществе, вместе с тем достаточно определенно подчеркивает, что пай, пока он остается паем, т. е. составной частью кооперативного имущества, является собственностью самой кооперации.
4. Защита кооперативной собс т в е н н о с т и
Кооперативная собственность защищается: а) законом 7 августа 1932 г. об охране общественной (социалистической) собственности и б) при помощи виндикационных исков, предусмотренных ст.ст. 59 и 60 ГК.
111 Костельцев, Цит. соч., с. 175—176.
196


Между законом 7 августа 1932 г. и нормами ГК сейчас обозначился явный разрыв. Закон 7 августа 1932 г. одинаково сурово карает расхитителей как государственного, так и кооперативного имущества, т. е. в отношении условий защиты он целиком приравнивает кооперативную собственность к государственной собственности. Гражданский кодекс 1922 г. поступает иначе: право неограниченной виндикации он допускает лишь при истребовании государственного имущества, а условия для виндикации кооперативного имущества он устанавливает такие же, как и для частной собственности. Поэтому в силу ст. 60 ГК кооперация и сейчас не может истребовать свое имущество у частного лица, если этим лицом является так называемый добросовестный приобретатель, а само имущество не есть имущество утерянное или похищенное. Такое положение стоит в прямом противоречии с основной на данном этапе заботой революционной законности — защитою социалистической собственности. Вместо безусловной охраны кооперативного имущества в ГК воспроизведены принятые в буржуазных законодательствах и архаические в наших условиях ограничения виндикации в пользу «добросовестного приобретателя». Там, в капиталистических странах, эти ограничения виндикации действуют во взаимоотношениях между частными собственниками и направлены на -укрепление частной собственности и рыночного оборота. Здесь, в условиях социалистической стройки, ограничения виндикации, поскольку они становятся ограничениями кооперативной собственности и притом в пользу частного лица, уже не могут быть оправдан^
Равным образом, нельзя защищать эти ограничения и соображениями о развертывании торговли, ибо наша торговля есть советская торговля. Здесь нужно исходить из принцип^ святости и неприкосновенности общественной собственности—основы советского строя. Руководствуясь этим принципом, необходимо распространить и на кооперацию право неограниченной виндикации имущества у любого «добросовестного приобретателя», если этим приобретателем будет частное лицо. Здесь в области хозяйственного права так же, как и в уголовном праве, охрана колхозно-кооперативной собственности не может быть ослаблена или ухудшена по сравнению с условиями защиты государственной собственности.
§ 5. Частная собственность
Октябрьская революция экспроприировала экспроприаторов. Вместе с политической властью она отняла у помещиков и капиталистов все основные средства производства и превратила их из орудия капиталистической эксплоатации в мощную базу социалистического строительства. Этим революционным вторжением в систему капиталистической собственности государство пролетарской диктатуры уничтожило капиталистический способ производства как основу общественного строя и открыло новую страницу в истории, известную под именем переходного к коммунизму периода. На всем протяжении этрго периода . происходит коренная переделка старых, унаследованных от капитализма частнособственнических отношений в новые, выковываемые революцией, социалистические отношения.
197


Процесс революционно-творческого преобразования общества есть длительный процесс. Он означает, что после того, как решена судьба основных средств производства, дальнейшее уничтожение частной собственности происходит не сразу, а постепенно, по мере роста и укрепления пролетарской диктатуры и ее материальной базы. В «Принципах коммунизма» Ф. Энгельс так писал об этом: «Возможно ли произвести отмену частной собственности сразу? Нет, невозможно,—отвечал он,—точно так же, как нельзя сразу увеличить имеющиеся средства производства в таких пределах, какие необходимы для создания общественного производства. Поэтому революция, которая по всей вероятности произойдет, сумеет только постепенно преобразовать нынешнее общество и отменить частную собственность лишь после того, когда уже будет создана для того масса основных средств производства»112.
И действительно, пройденные пролетарской революцией семнадцать лет показывают, что этот процесс отмены частной собственности на средства производства происходил и происходит не сразу, что он знал и знает ряд своих стадий и этапов, что он наполнен ожесточенной классовой борьбой, формы которой различны и менялись на каждом из этих этапов. Писать о них значит воспроизводить одну из страниц истории хозяйственного права, которая дана уже в гл. III. Поэтому мы начнем с констатации того, что в государстве пролетарской диктатуры, наряду с государственной и кооперативной собственностью, существует также частная собственность. Она означает, что пролетарским государством допускается в установленных законом пределах частнохозяйственная деятельность на время, необходимое Й1ля полного завершения социалистического строительства, в ходе которого изменяет природу свою и сама собственность.
В отличие от капиталистического хозяйства, где частная собственность составляет основу буржуазных условий производства и пользуется неограниченной свободой, частная собственность в советском государстве допускается только при строго определенных «социальноклиматических» (П. И. Стучка) условиях. Ими являются: а) незыблемость пролетарской диктатуры и государственной социалистической собственности на землю, фабрики, заводы, транспорт и другие основные средства производства, а равно сохранение монополии внешней торговли и кредита; б) охрана жизненных интересов рабочего класса и трудящихся масс деревни; в) устойчивость единого государственного плана переустройства народного хозяйства113.
Эти особые условия допущения у нас частной собственности представляют собою ее существенные ограничения. Они выступают прежде всего как ограничения по объекту. Согласно ст. 54 Гражданского кодекса 1922 г. предметом частной собственности могут быть только: ^муниципализированные строения, предприятия торговые, предприятия промышленные с числом наемных рабочих, не превышающим предусмотренного особыми законами; орудия и средства производства, деньги, ценные бумаги и прочие ценности, в том числе золотая и сереб112 М а р к с и Энгельс, т. V, с. 474.
113 См. ст. 2 проекта «Основных начал гражданского законодательства Союза», 1931 г.
198


ряная монета и иностранная валюта; предметы домашнего обихода, хозяйства и личного потребления; товары, продажа которых не воспрещается законом, и всякое имущество, не изъятое из оборота. Из этого перечня явствует, что все важнейшие и решающие для экономики страны материальные богатства изъемлются из сферы частного хозяйства и, как это показано в § 3, составляют предмет государственной собственности. Ныне этот перечень еще более сократился, ибо после решения проблемы «кто—кого» в пользу социализма и в городе и в деревне ни торговые, ни промышленные предприятия даже в тех ограниченных пределах, в которых они допускались ранее, уже не находятся более в руках частных собственников. Промышленность стала теперь безраздельной сферой государственной и кооперативной собственности, а торговля превращена в советскую торговлю, торговлю «без капиталистов малых и больших, без спекулянтов малых и больших». Резко сократился вместе с тем удельный вес частной собственности на орудия и средства производства. Ранее она представляла собою основную материальную базу единоличного (в том числе и кулацкого) крестьянского хозяйства. Теперь сплошная коллективизация сельского хозяйства и ликвидация на ее основе кулачества как класса, превратили во всех важнейших с.-х. районах СССР эту важнейшую категорию материальных ценностей в имущество колхозов. Деньги, ценные бумаги, драгоценные металлы и иностранная валюта могут быть предметом частной собственности и сейчас. Но действующее законода-^ тельство рядом мероприятий исключает возможность их превращения в капитал. За самое последнее время получают распространение новые формы индивидуального рабочего жилищного строительства, на основе особых договоров трудящихся с хозорганами114. Налицо таким образом резкое сужение круга объектов частной собственности.
Названные ограничения частной собственности по объекту являются ограничениями ее действия как бы в пространстве. Наряду с ними закон устанавливает для частной собственности ограничения и во времени. Они заключаются в том, что частная собственность на перечисленные выше виды имущества допускается лишь на будущее время. Существовавшие ранее, т. е. до введения Гражданского кодекса частнособственнические отношения, хотя бы они не выходили за пределы ст. 54 ГК, востановлению не подлежат и законом не защищаются. Это положение прямо вытекает из примечания ст. 59 ГК, согласно которому бывшие собственники, имущество которых было экспроприировано на основании революционного права или вообще перешло во владение трудящихся до 22 мая 1922 г. (т. е. до издания «Временного положения об основных частноимущественных правах»), не имеют права требовать возвращения этого имущества. Иначе говоря, бывшие собственники утрачивают свои права собственности, становятся не собственниками. Закон защищает произведенное революционное перераспределение частного имущества и закрепляет его за государством либо за теми трудящимися, у которых это имущество, если оно не изъято из оборота, фактически оказалось 114 См. утвержденный ЦИК и СНК 7 июня 1934 г. примерный договор между Зерносовхозом и рабочими или служащими Зерносовхоза об индивидуальном жилищном строительстве—СЗ № 32, ст. 237.
199


во владении до 22 мая 1922 г. Как разъяснил пленум Верхсуда РСФСР, эти лица должны быть рассматриваемы как собственники такого имущества и поэтому могут не только пользоваться им, но и распоряжаться115. К указанным ограничениям частной собственности во времени надо прибавить ст. 2 вводного закона к ГК, по которой никакие споры по правоотношениям, возникшим до 7 ноября 1917 г., не принимаются к рассмотрению судебными и иными государственными учреждениями. Здесь, стало быть, проявляет себя тот же принцип ограничения частной собственности во времени, но еще в более общей форме.
Право частной собственности на указанные ранее виды имущества возникает, во-первых, в результате приложения собственного труда, к принадлежащим данному лицу средствам производства, т. е. его источником может быть робственная производительная трудовая деятельность. К этому способу возникновения частной собственности П. И. Стучка справедливо относит также рыбную ловлю, охоту, сбор ягод в лесу и т. д., так как эти вещи становятся собственностью не в силу того, что они оккупируются (оккупация—узаконенный захват— нашему праву неизвестна), а вследствие того, что на их приобретение затрачивается определенный труд116. Во-вторых, право частной собственности приобретается всеми дозволенными законом способами хозяйственного оборота и в первую очередь путем купли-продажи, не исключая и куплю-продажу с публичных торгов. Способом возникновения частной собственности будет далее наследование, в силу которого имущество переходит в собственность к наследникам либо по эакону, либо в силу завещания. В известном смысле можно говорить, наконец, как о способе возникновения собственности, о демуниципализации частновладельческих жилых строений, хотя здесь происходит скорее возврат ранее принадлежавшего частному собственнику имущества, а неего приобретение.
Не служит основанием возникновения права частной собственности находка. Найденная вещь должна быть сдана в милицию или сельсовет. Есод собственник будет обнаружен в течение определенного срока (от трех до шести месяцев), найденная вещь возвращается ему, а лицо, нашедшее вещь, получает вознаграждение в размере 20% ее стоимости. При неявке или необнаружении лица, потерявшего вещь, она переходит в собственность государства. Вещи, найденные в учреждениях и помещениях общего пользования, находкой не считаются и сдаются администрации. В этих случаях никакого вознаграждения нашедшему не уплачивается (ст.ст. 68-а—68-г ГК).
Частному собственнику, согласно ст. 58 ГК, принадлежит в пределах, установленных законом, право владения, пользования и распоряжения. В действительности институт владения советскому праву неизвестен, так как у нас нет ни особых исков о защите владения, ни приобретательной давности, всилу которой владение превращается в собственность. Права частного собственника у нас сводятся, следовательно, только к праву пользования и распоряжения.
111 См. Сборник разъяснений Верхсуда РСФСР за 1929 г., изд. 1930 г., с. 22—23.
11в Стучка, Курс советского гражданского права, т. III, с. 43.
200


Эти права могут осуществляться лишь в установленных законом границах. Вопреки принятому в буржуазном обороте правилу: «разрешается все, что прямо не запрещается законом», в нашем праве действует для частноимущественных отношений противоположный принцип: «разрешено только то, что прямо дозволено законо м».
Таковы уже называвшиеся ст. ст. 54 и 56 ГК, где перечислены возможные объекты частной собственности, и ст.ст. 4 и 5 ГК, где установлен круг действий, дозволенных частному собственнику.
Но и в этих установленных законом пределах самое осуществление собственником прав по имуществу допускается и охраняется законом лишь при соблюдении определенных условий.
К ним относится прежде всего трудовое использование собственником своего имущества, приложение к нему собственного труда, ибо нетрудовое, капиталистическое использование имущества по нашему закону не предполагается. Если в годы восстановления народного хозяйства и были исключения из этого правила (например, эксплоатация промышленных и торговых предприятий, предпринимательская аренда), то и тогда эти исключения были строго ограничены. В настоящее же время, в период развернутого социалистического строительства и ликвидации капиталистических элементов, право частной собственности допускается только как право трудовой частной собственности.
Во-вторых, право частной собственности предполагает хозяйственное использование собственником своего имущества. Безхозяйственное’ отношение к имуществу или хищническое обращение с ним становится в противоречие с интересами народного хозяйства и может повлечь за собой лишение по суду даже самого права собственности на это имущество.
Наконец, к этим условиям охраны частноимущественных прав П. И. Стучка правильно относит также то, чтобы использование собственником своих прав по имуществу не нарушало общих директив партии и правительств а117 118.
Все эти условия4 обобщающе сформулированы в ст. 1 ГК, где сказано: «Гражданские права охраняются законом за исключением тех случаев, когда они осуществляются в противоречии с их социальнохозяйственным назначением». Под социальн о-х озяйствен- ным назначением права нужно понимать, следовательно, использование этого права в соответствии с принципами, на которых допускается у нас частнохозяйственная деятельность.
Политическое содержание этих принципов было раскрыто Лениным в 1922 г. на 4 сессии ВЦИК при утверждении Гражданского кодекса. «Мы и здесь старались соблюсти грань,—говорил он,—между тем, что является законным удовлетворением любого гражданина, связанным с современным экономическим оборотом, и тем, что представляют из себя злоупотребления нэпом, которые во всех государствах легальны
117 С т у ч к а, Курс советского гражданского права, т. III, с. 45.
118 Стенографический отчет 4 сессии ВЦИК, Бюлл. № 8, с. 13.
201


и которые мы легализовать не хотим»118. Так еще тогда были показаны Лениным две стороны нэпа, получившие отражение и в Гражданском кодексе. С одной стороны, государство допускает известную свободу Частнохозяйственной деятельности и устанавливает в ст.ст. 4 и 5 ГК необходимые для того права, которые являются «законным удовлетворением любого гражданина». С другой стороны, государство записывает в ст. 1 ГК важнейший принцип государственного регулирования всей системы имущественных отношений, исходя из политики партии и правительства, направленной на построение социалистической экономики и уничтожение классов. в
Эти важнейшие начала государственного регулирования частноимущественных отношений связаны, как известно, с принципиально различным отношением к трудовой и капиталистической частной собственности.
Ограничения, установленные законом для осуществления трудовой частной собственности, преследуют в конечном счете цели ее социалистического переустройства путем обобществления трудовых частнособственнических отношений. Экспроприация трудовой частной собственности у трудящихся никогда не имелась в виду пролетарским государством. По отношению к капиталистической (кулацкой) собственности задача социалистической переделки стоять не может. Эту собственность можно уничтожить, но не переделать. «Кулак—есть враг Советской власти,—говорит тов. С т а- л и н.—С ним у нас нет и не может быть мира. Наша политика в отношении кулачества есть политика его ликвидации как класса»119. Поэтому ограничения этого вида собственности с самого начала преследовали цели ее вытеснения,а на определенном этапе социалистического наступления они превратились и стали условиями полной ликвидации капиталистической собственности. Эта политика получила отражение в ряде постановлений правительства. Таково постановление ЦИК и СНК СССР 1 февраля 1930 г. о мероприятиях по укреплению социалистического переустройства сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством (СЗ 1930 г. № 9, ст. 105). Ст. 2-й этого постановлениякрай(обл)исполкомам и правительствам автономных республик дано было право применять в районах сплошной коллективизации по отношению к кулацким хозяйствам полную конфиска ц и ю их имущества и выселение кулаков в отдаленные районы. Таково далее постановление ЦИК и СНК СССР 20 мая 1932 г. о порядке производства торговли колхозов, колхозников и трудящихся единоличных хозяйств. В нем прямо указано: «Не допускать открытия магазинов и лавок частными торговцами и всячески искоренять перекупщиков и спекулянтов, пытающихся нажиться за счет рабочих и крестьян» (СЗ 1932 г. № 38, ст. 233). Таково, наконец, постановление ЦИК и СНК СССР 22 августа 1932 г. о борьбе со спекуляцией, где по отношению к спекулянтам и перекупщикам предложено применять такие меры, как заключение в концентрационные лагери на срок от 5 до 10 лет (СЗ 1932 г. № 65, ст. 375).
119 Стал и н, «Вопросы ленинизма», с. 484.
202


Обобществление трудовой частной собственности через коллективизацию и кооперирование, наряду с ликвидацией капиталистической собственности, коренным образом меняет лицо частной собственности. Особенно ясным становится это в свете решений XVII партийного съезда, где в качестве основной политической задачи второй пятилетки намечена «окончательная ликвидация капиталистических элементов и классов вообще, полное уничтожение причин, порождающих классовое развитие и эксплоатацию, и преодоление пережитков капитализма в экономике и сознании людей».
В условиях второй пятилетки частная собственность все больше превращается из частной собственности на средства производства в собственность на средства потребления и предметы хозяйственного обихода, ибо средства производства чем дальше, тем больше становятся общественной собственностью . Это значит, что частная собственность перестает быть частной собственностью, она становится л и ч- 1Г0 й собственностью сознательных и активных строителей бесклассового социалистического общества. Этот вид собственности не только совместим с социалистической экономикой, но и прямо вытекает из ее принципа распределения по количеству и качеству труда. Это есть то «восстановление индивидуальной собственности... на основе общественной собственности на землю и на произведенные самим трудом средства производства»120, о котором писали Маркс и Энгельс, характеризуя строй общественных отношений в социалистическом обществе. Личная или индивидуальная собственность у'нас есть известная часть с о в о к у п н о г о о б ще- ственного продукта, поступающая в распоряжение трудящихс я—о т де льных членов общества в соответствии с количеством и качеством затраченного каждым из них труда.
Укрепление и защита личной собственности трудящихся становится, вслед за охраной социалистической собственности, важнейшей задачей революционной законности. Задача сделать всех колхозников и рабочих зажиточными, задача всемерно защитить их имущественные права, есть задача, решение которой должно не ослабить, а укрепить дело социализма.
Способы защиты частной собственности и сейчас, по наследству от ГК, выражаются в традиционной виндикации, т. е. в праве собственника истребовать принадлежащее ему имущество у всякого владельца, за исключением добросовестного приобретателя, у которого имущество может быть виндицировано, только если оно утеряно или похищено. Равным образом, частноимущественные права охраняются и в порядке общего уголовного законодательства (ст.ст. 162—178 УК РСФСР и аналогичные статьи УК союзных республик).
Нормы ст.ст. 59 и 60 ГК если не устарели, то во всяком случае далеко не отражают теперь новых условий осуществления трудящимися их прав на личную собственность. Поэтому задача стоит здесь, видимо, в плоскости приспособления наших правовых норм к изменившейся коренным образом обстановке, где теперешний частный собственник— трудящийся либо уже есть сознательный и активный строитель социа120 М а р к с и Э н ге л ьс, т. XIV, с. 130—131.
203


лизма, либо будет им завтра. Частная собственность в ее прежнем значении явно доживает свои последние годы, ибо впереди все выше поднимается грандиозное здание социализма, где уже не будет вовсе частной собственности на средства производства.
Литература.
Маркс и Энгельс, Немецкая идеология, ч. 1. С. с. т. IV. Энгельс, Принципы коммунизма? С. с. т. V. Марк с, Капитал, т. I, гл. XXIV, разд. 7. Энгельс, Анти-Дюринг. С. с. т. XIII. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства. Ленин, Государство и революция, гл. V. С. с. т. XXI. Ленин, Отчет ЦК и доклад о партийной программе на VIII съезде партии. С. с. т. XXIV. Л е н и н, О кооперации. С. с. т. XXVII. С т а л и н, К вопросам аграрной политики в СССР. Сталин, Отчетный доклад XVII съезду- партии. Стучка, Курс гражданского права, т. I, гл. XVII, т. III, гл. I—VL Крыленко. Охрана и укрепление общественной (социалистической) собственности. М. 1933. Гинцбург, О разделении государственной и частной собственности. «Рев. права». 1929 г. № 4. К о с т е л ь ц е в, Право собственности потребительской кооперации. Сборник «Вопросы советского хозяйственного права». М. 1933. Ефименко, Труд и собственность. Харьков, 1927. Покровский. Основные проблемы гражданского права, гл. XI. Тьер, О собственности.. 1872. Ч и ч е р и н, Собственность и государство, ч. I.


ГЛАВА VII
ПЛАНОВАЯ ДИСЦИПЛИНА И ХОЗРАСЧЕТ
§ I. Плановая дисциплина
1. Социалистическое хозяйств о—п лановое хозяйство
Социалистическое хозяйство, базирующееся на общественной (социалистической) собственности, является плановым хозяйством. «Все граждане становятся служащими и рабочими одного всенародного, государственного «синдиката»... Все общество будет одной конторой и одной фабрикой» Ч Так писал Ленин непосредственно перед Октябрьской революцией в «Государстве и революции». «Главной задачей пролетариата и руководимого им беднейшего крестьянства во всякой социалистической революции, а следовательно и в начатой нами 7 ноября (25 октября) 1917 г. социалистической революции в России является положительная или созидательная работа налажения чрезвычайно сложной и тонкой сети новых организационных отношений, охватывающих Планомерное производство и распределение продуктов, необходимых для существования десятков миллионов людей» 1 2. Так писал Ленин через 4—5 месяцев после Октября в «Очередных задачах советской власти». Главная задача состоит следовательно в организации планомерного производства и распределения продуктов.
На решение этой задачи в первую очередь должны быть направлены усилия рабочего класса. Планомерность означает: а) подход к народному хозяйству как к единому целому («один всенародный государственный синдикат») и б) новую, не стихийного порядка связь между отдельными звеньями народнохозяйственного организма («чрезвычайно тонкая и сложная сеть новых организационных отношений»).
На XVI съезде партии т. Сталин выявил принципиальные особенности советской системы хозяйства и противопоставил ее капиталистической системе хозяйства. Вслед за диктатурой пролетариата и национализацией основных экономических командных высот он поставил принцип планового руководства (социалистического планирования) как характерный именно для СССР, для страны социализма.
Предпосылками установления планового руководства хозяйством является революционный захват власти пролетариатом и пролетарская
1 Ленин, т. XXI, с. 440.
2 Лен и н, т. XXII, с. 440.
2^9


национализация основных средств и орудий производства. Поскольку эти предпосылки создаются пролетарской революцией, советское хозяйство надо считать плановым хозяйством с момента Октябрьской революции3. Однако социалистический план не падает на голову новорожденному пролетарскому государству в день или в ночь его рождения. Он—продукт ожесточенной и длительной классовой борьбы, причем на разных этапах социалистического строительства он различен с точки зрения охвата народнохозяйственных процессов, степени оперативности и обязательности для различных участков народного хозяйства, методов составления и проведения в жизнь, участия масс в составлении плана и его осуществлении. Социалистический план не есть йекий объективный, складывающийся вне воздействия пролетарской диктатуры закон движения переходной экономики. Это конкретная программа социалистического строительства, реализуемая в процессе ожесточенной классовой борьбы.
Поскольку предпосылками социалистического планирования являются диктатура пролетариата и общественная собственность,—планирование, как форма сознательного руководства народным хозяйством, возможно только в условиях пролетарского государства.
Планирование немыслимо при капитализме, где господствует анархия производства, рыночная стихия, где стоимость выступает как некая объективная закономерность, складывающаяся за спинами товаропроизводителей. Безнадежность планирования при капитализме вытекает из основного противоречия буржуазного общества—противоречия между общественным характером производства и частной формой присвоения. Мечты буржуазных экономистов использовать опыт советской пятилетки для установления плановости в капиталистическом хозяйстве основываются на теории организованного капитализма или «планового капитализма», вдребезги разбитой действительностью 4. Они имеют своей целью отвлечь внимание трудящихся масс, страдающих под ударами кризиса, от выводов, которые напрашиваются сами собою при сравнении грандиозных успехов СССР на фронте социалистического строительства с развалом и деградацией капиталистического хозяйства.
Вокруг социалистического планирования идет ожесточенная классовая борьба. Классовый враг прекрасно понимает, что срыв хозяйственных планов—это срыв социалистического строительства. Влияние мелкобуржуазной стихии на отдельные неустойчивые элементы партии и рабочего класса приводило к оппортунизму в теории и практике планирования, к антиленинским трактовкам роли и значения плана.
Правооппортунистическая трактовка плана, как равновесия в народном хозяйстве и антиципации стихийно складывающихся в советском хозяйстве производственных отношений, подрывала значение плана как директивы, как орудия переделки экономики, изменения пропорций 3 Резолюция XII съезда ВКП(б) о промышленности: «Ввиду господствующей роли государства как собственника и хозяина, плановое начало приобретает тем самым уже на первых порах исключительное значение». Савельев и Поскребышев, Директивы ВКП(б) по хозяйственным вопросам, 1931, с. 112.
4 См. Беседу Сталина с Уэллсом, «Большевик», 1934 г., № 17. О теориях «планового капитализма» и о попытках использовать опыт СССР см. сборник писаний буржуазных экономистов и политиков «Под маской планирования» М. 1933.
20в


и преодоления узких мест. Правооппортунистическая теория планирования отражала давление кулачества, его сопротивление социалистической реконструкции народного хозяйства.
Теорию равновесия и равнения на узкие места всеми силами поддерживали вредители. С точки зрения Громана, Базарова, Юровского и других идеологов капиталистической реставрации план—это не активное преобразующее начало, но лишь форма предвидения стихийного, т. е. капиталистического пути развития производительных сил. По Громану «равновесие, хотя бы и подвижное, хозяйственного*организма страны есть высший постулат, всякое нарушение которого немедленно приводит к кризису»0 и заставляет исправлять допущенные отступления qt его требований. Вредители пытались навязать партии теорию примата «генетической» точки зрения (по существу интересов развития мелкотоварного и кулацкого крестьянского хозяйства) над «телеологической» установкой (т. е. задачей социалистической индустриализации страны), цо партия отвергла вредительские установки и, проводя неуклонно политику социалистической реконструкции, ликвидируя капиталистические элементы, смела их агентуру и самих вредителей.
Троцкизм в лице Преображенского, автора теорйп двух регуляторов, выступил с законом первоначального социалистического накопления, подводившим теоретическую базу для реставрации капитализма в СССР. Этот закон выражал неверие троцкистов в творческие силы пролетариата, в союз рабочего класса и крестьянства, в победу социализма в СССР. Практические выводы из троцкистских концепций—авантюристическое перепрыгивание через этап и голое администрирование пли наоборот капитуляция перед традициями, отказ от социалистического наступления—в равной мере характерны для троцкизма как «передового отряда контрреволюционной буржуазии».
«Мы всегда заявляли, что «левые»—это те же правые, маскирующие свою правизну левыми фразами,—говорил т. Сталин на XVII парт- съезде.—Теперь «левые» сами подтверждают это наше заявление. Возьмите прошлогодние номера троцкистского ,,Бюллетеня44. Чего требуют и о чем пишут там господа троцкисты, в чем выражается их «левая» программа? Они требуют: роспуска совхозов как нерентабельных, роспуска большей части колхозов, как дутых, отказа от политики ликвидации кулачества, возврата к концессионной политике и сдачи в концессию целого ряда наших промышленных предприятий, как нерентабельных. Вот вам программа презренных трусов и капитулянтов, контрреволюционная программа восстановления капитализма в СССР»5 6.
В нашу задачу не входит детальное исследование вопроса о сущности, роли и значении плана в социалистическом хозяйстве. Это—тема теоретической экономики. Мы оставляем также в стороне изучение многообразных методов и практики планирования отдельных отраслей народного хозяйства СССР. Это дело конкретных экономик. Наконец мы
5 Г р о м а н, О некоторых закономерностях, эмпирически обнаруживаемых в нашем народном хозяйстве. «Плановое хозяйство», 1925 г. № 1, с. 102.
6 С т а л и н. Отчетный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б),
Партпздат. 1934. с. 46—47. w
207


не затрагиваем и вопросов техники планирования. Наша задача, задача советского хозяйственного права — раскрыть сущность плана — как закона природу и границы обязательности актов социалистического планирования. Поэтому только плановая дисциплина, как одна из форм осуществления начал государственной дисциплины и революционной за^о^цости, является,темой последующего изложения.
2. Пло как закон* пролетарского государства
пролетарского государства, установить
Пролетарское государство активно воздействует на экономику, перестраивает хозяйство, управляет процессами производства, обмена и распределения. Поэтому акты хозяйственного руководства, исходящие от органов пролетарского государства, в частности народнохозяйственный план и другие мероприятия по планированию являются одновременно и актами государственного управления. Это значит, что всякий, исходящий от компетентной (правомочной по государственной и хозяйственной конституции СССР) инстанции акт планирования есть вместе с тем закон пролетарского государства, имеющий как всякий закон безусловно обязательную силу для всех органов пролетарской диктатуры и для всех граждан Советского союза и поддерживаемый в своем значении всей мощью государственного аппарата.
Л^нин характеризовал первый народнохозяйственный план советской республики—план ГОЭЛРО—как «вторую программу партии». Он подчеркивал этим безусловную обязательность плана, необходимость борьбы за его проведение в жизнь всеми членами партии в порядке партийной дисциплины так же, как и чисто политических пунктов партийной программы. Ленин говорил об этом с трибуны советского съезда (VIII съезда советов), считая, что план ГОЭЛРО—дело всей страны, миллионных масс трудящихся7 8.
Сталин на XV съезде партии указал, что «наши планы есть не планы-прогнозы, не планы-догадки,' а планы-д ирективы, которые •обязательны для руководящих органов и которые определяют направление нашего хозяйственного развития в будущем в масштабе всей страны»%
7 Л е ни н, т. XXVI, с. 45—46. «Наша программа партии не может оставаться только программой партии. Она должна превратиться в программу нашего хозяйственного строительства, иначе она негодна и как программа партии. Она должна дополниться второй программой партии, планом работ по воссозданию всего народного хозяйства и доведению его до современной техники. Без плана электрификации мы перейти к действительному строительству не можем. Мы, говоря о восстановлении земледелия, промышленности и транспорта, об их гармоническом соединении, не можем не говорить о широком хозяйственном плане. Мы должны притти к тому, чтобы принять известный план; конечно, это будет план, принятый только в порядке первого приближения. Эта программа партии не будет так неизменна, как наша настоящая программа, подлежащая изменению только на съездах партии. Нет, эта программа каждый день, в каждой мастерской, в каждой волости будет улучшаться, разрабатываться, совершенствоваться и видоизменяться. Она нам нужна как первый набросок, который перед всей Россией встанет как великий хозяйственный пЛан, рассчитанный не меньше, чем на десять лет, и показывающий, как перевести Россию на настоящую хозяйственную базу, необходимую для коммунизма».
8 Стеногр. отчет XV партсъезда, Госиздат, 1928, с. 69.
208


Поэтому советское хозяйственное законодательство последовательно проводит мысль о народнохозяйственном плане как государственном плане, как о законе советского государства. Поэтому плановая дисциплина это умеете с тем государственная дисциплина. Поэтому нарушение, срыв плана—это нарушение совет- к ского закона и карается со всей строгостью советского дисциплинарного и уголовного законодательства. Поскольку государственнохозяйственный план реализуется как правило через рычаг хозрасчета, с использованием хозрасчетных стимулов и методов9, на службу плану ставятся и специфические методы государственного принуждения, связанные с хозрасчетом,—разные формы воздействия имущественного порядка (контроль рублем); взыскание штрафов, убытков, закрытие кредита, принудительная продажа товара и т. д. Это тоже форма принуждения, своеобразная форма государственного принуждения. В итоге, следовательно план отнюдь не противостоит и не исключает революционной Законности (права).
План не только в условиях развернутого коммунистического общества, но и на данном этапе социалистического строительства не исчерцывается революционной законностью. Но план социалистического общества становится живым, реальным планом только в форме революционной законности и через революционную законность.
В огромной массе законодательных актов по различным конкретным вопросам хозяйственного строительства подчеркивается мысль о плане как о законе и о плановой дисциплине, как государственной дисциплине. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 9 марта 1934 г. о работе Донецкой железной дороги (СЗ .1934 г. № 4, ст. 98) рассматри- I вЯет нарушение государственных планов перевозок как грубое наруше- , ние государственной дисциплины. За невыполнение государственного Шгана перевозок руководители железной дороги, районов и станций должны сниматься с руководящих постов с понижением по должности, а в случае повторного нарушения государственного плана—привлекаются к судебной ответственности и пр соответствующим статьям Уголовного кодекса.
Должностные лица железнодорожного транспорта и партийносоветских организаций, злоупотребляющие своим положением, способствующие или толкающие на внеплановые перевозки, берущие или дающие взятки, привлекаются к судебной ответственности по закону 7 августа 1932 г. об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности. Постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) о планировании перевозок 23 марта 1934 г. (СЗ 1934 г. № 16, ст. 117) положения, содержащиеся в законе о Донецкой дороге, распространены на весь железнодорожный транспорт СССР.
По закону 19 декабря 1933 г. о заключении договоров на 1934 г. (СЗ 1933 г. № 79, ст. 445) цены в договорах должны быть твердые и точно соответствовать решениям и директивам правительства. Иными словами цены, заверстанные в народнохозяйственном плане и утвержденные в установленном порядке, являются безусловно обязательными. Условия договоров, нарушающие установленные цены, недействительны, • Подробнее об атом ниже, см. § 2 настоящей главы.
14 Курс сое. хоз. права
20»


а лица их подписавшие, подлежат ответственности как за должностное преступление.
По закону 8 января 1934 г. о заключении договоров на строительные работы в 1934 г. (СЗ 1934 г. № 3, ст. 27) договоры на строительные работы могут заключаться лишь по тем объектам, которые внесены в утвержденные титульные списки капитального строительства. Объем работ, установленный договором, не может превышать по своей стоимости ассигнований (лимитов) по титульным спискам. Иначе говоря, договоры на строительные работы должны в точности соответствовать утвержденным государственным планам капитального строительства. Притом условия договоров, противоречащие установленным планам, считаются недействительными, а лица, их подписавшие, несут ответственность как за должностное преступление (ст. 15 закона 8 января 1934 г.).
С предельной ясностью, в высшей степени четко значение плана как советского закона и плановой дисциплины, как государственной дисциплины сформулировано в приказе т. Орджоникидзе по НКТП 8 января 1934 г. Приведем этот приказ полностью:
«Ярославскому резиновому комбинату правительством и Нарком- тяжпромом на 1934 г. был утвержден план производства 900 тыс. п!тук автопокрышек, имеющих огромное значение для всего народного хозяйства и в частности для успешного проведения предстоящей весенней посевной кампании. Директор комбината тов. Михайлов вместо мобилизации рабочих и инженерно-технических работников комбината на выполнение утвержденного правительством плана, накануне начала года, 23 декабря, выступил на общекомбинатской партийной конференции с речью, в которой доказывал невыполнимость плана. План, утвержденный правительством, является законом. Выступление против утвержденного плана есть нарушение партийной советской дисциплины и советского закона. Директор предприятия, выступающий против утвержденного плана, не может оставаться руководителем предприятия. Тов. Михайлов своим выступлением показал, что он не оправдал того большого доверия, которое оказала ему партия, поставив во главе крупнейшего комбината. Тов. Михайлова Д. Л. за нарушение партийной и советской дисциплины с должности директора Ярославского резинового комбината снять и направить в распоряжение начальника строительства Окского химического комбината для назначения на должность не выше начальника участка. Начальнику Главрезины тов. Биткеру немедленно выехать в Ярославль сроком на три месяца, вступить в исполнение обязанностей директора комбината, обеспечить выполнение программы и навести полный порядок в жилищно-бытовом обслуживании рабочих».
Позащздам о 31щнопоставках_19 января 1933 г. (0^1933 г. № 4, "ст. 25) и 3_an£^^'193^j^C3 в установ-
лейномдодядк^длан^^д-севаихлебав-и-занланированные нормьГй сроки сдачи поставки имеют силу закона. Никакие встречные планы, принятые на местах в нарушение централизованных планов, не допускаются. За невыполение установленных законом обязательствпо сдаче зерна государству следуют суровые кары, вплоть до привлечения к уголовной ответственности пост. 61 Уголовного кодекса (для единоличных хозяйств)10.
10 Ст. 61 УК РСФСР гласит: «Отказ от выполнения повинностей общегссу- дарственных заданий или производства работ, имеющих общегосударственное зна-
210


Итак, положение о единстве плана и революционной законности и о плановой дисциплине, как государственной дисциплине, можно считать установленными. Необходимо отметить однако ряд извращений,1 которые имели место в советской правовой литературе по вопросу о соотношении плана и права. В основе всех антимарксистских и ошибочных теорий по этому вопросу лежит отрыв плана от революционной законности (права), противопоставление плана и права.
По К. Архиппову «план создается наряду с другими, вырастающими на почве стихийно возникающих отношений формами, в частности формами юридическими»* 11. «План в государстве пролетарской диктатуры господствует над юридическими формами... Планировать в народном хозяйстве означает в то же время господствовать и над юридическими нормами» 12. Что же касается существа самого плана, то Архиппов определяет его как технический феномен: «план в своем происхождении, существе и пределе является не юридическим, а техническим феноменом»13, а посему «как и всякая техника план покоится на теории, основное назначение которой—предвидение»14.
В этих высказываниях содержится целый ряд извращений: план, понимаемый как феномен технического порядка, противопоставляется праву, последнее трактуется как форма стихийно возникающих отношений, т. е. как буржуазное право. Архипповым игнорируется особое качество советского права, как формы политики пролетарской диктатуры; по Архиппову источником советского права является рыночная стихия; отсюда его утверждение «об ослаблении фетишизма права» в процессе его использования планом. С другой стороны, из плана вытравляется классовое содержание: план превращается в технику, в плановое предвидение.
Глубоко ошибочной является также концепция С. И. Аскназия и Б. С. Мартынова, развитая ими в книге «Гражданское право и регулируемое хозяйство» и в ряде других работ. По мнению Аскназия, история последних двенадцати лет (работа писалась в 1927 г.) вызвала *к жизни три типа планового хозяйства: «1) плановое хозяйство, в коем сохраняется капиталистический способ производства,—хозяйство военного времени в Германии, 2) плановое хозяйство эпохи военного коммунизма, в котором полностью устранены товарные отношения, и 3) плановое хозяйство, в коем при обобществлении главнейших средств производства плановое начало оказывается переплетенным с товарным; наряду с планом как регулятором хозяйственных отношении широкое применение чение», влечет за собой в первый раз «штраф, налагаемый соответствующим органом власти в пределах до пятикратного размера стоимости наложенного задания, повинности или работы: во вт< р* й раз—лишение свободы или принудительные работы на срок до одного года: те же действия, совершенные кулацкими элементами, хотя бы и в первый раз. или же другими лицами при отягчающих обстоятельствах: сговор группы лиц или оказание активного сопротивления органам власти в проведении повинностей, заданий или работ—лишение свободы на срок до двух лет с конфискацией всего или части имущества, со ссылкой или без таковой (15 февраля 1931 г.—СУ 1931 г. № 9, ст. 102)».
11 Архиппов, Компетенция СССР в области планирования, «Сов. строительство» № 10 1929, с. 32.
12 Там же, с. 34.
13 Там же, с. 32.
14 Там же, с. 34.
14*
211


получает и иной вид регулятора—товарный; такова ныне действующая хозяйственная система Советского союза»16.
Здесь бросаются в глаза две грубые ошибки: признание империалистического хозяйства военного времени плановым хозяйством и непонимание4 роли планового руководства в социалистическом строительстве. Наряду с планом, который определяется как регулятор социалистичес- ского сектора народного хозяйства в качестве регулятора частно-хозяйственных отношений, признается закон стоимости.
Теория двух регуляторов давно опровергнута всей практикой социалистического строительства. Объективно эта теория означает отказ от планового руководства советским хозяйством в цеЛом и локализацию планирования рамками социалистического сектора; в основе этой теории лежит непонимание единства советского хозяйства и единства политики пролетариата, а следовательно и непонимание роли социалистического плана как активного, преобразующего экономику начала. Обособление Аскназием государственного планирования рамками социалистического сектора привело его к неверной концепции регулируемого правоотношения. «Регулируемое» правоотношение противопоставляется «автономному» правоотношению в частнохозяйственном секторе, где господствует закон стоимости. Оторвав друг от друга различные стороны переходной экономики, противопоставив плановое начало товарной стихии, Аскназий вполне последовательно поместил на разных полюсах «регулируемое» и «автономное» правоотношения. Единство советского права у Аскназия исчезло. В его концепции нет места также хозяйственному расчету; последний трактуется как некий досадный остаток неизжитых еще товарных отношений между государственными хозяйственными организациями; из концепции Асканзия, хочет или не хочет того автор, неизбежно вытекает противопоставление плана хозрасчету и вместе с этим юридизация плана, понимаемого как публичноправовое регулирование деятельности государственных хозяйственных организаций. План Аскназием отождествляется с централизованным руководством. Из плана выхолащивается его классовое содержание.
Те же ошибки мы находим и в прежних работах Мартынова, который подобно Аскназию обособляет планирование рамками обобществленного сектора; при этом план трактуется им в духе юридического догматизма как форма централизованного регулирования и администрирования. Подобно Аскназию Мартынов противопоставляет сферу «обоюдного государственного оборота» (т. е. плановые сделки между госхозор- ганами) частнохозяйственному обороту, где господствует автономия сторон и полностью применяется Гражданский кодекс. В плановых же сделках ГК приненяется лишь «постольку, поскольку дело идет о применении технических примеров товарного оборота»17.
В этой формулировке со всей ясностью вскрываются механистические позиции автора. Мартынов, так же как и Аскназий, не понимает роли товарно-денежной формы и революционной роли советского права в социалистическом строительстве. Использование товарно-денежной формы в хозяйственных связах между хозорганами понимается либо как 18 С. И. Аскназий и Б. С. Мартынов, Гражданское право и регулируемое хозяйство, изд. Научн. об-ва марксистов, 1927, с. 13.
17 Сборник «Вопросы промышленного права», М. 1928, с. 58.
212


применение технических приемов товарооборота, либо как автономная деятельность независимых субъектов права—товаровладельцев; план же согласно этими воззрениям сам по себе чужд праву, ибо последнее есть форма отношений товарного общества; план, по Аскназию и Мартынову, убивает оперативную самостоятельность социалистического предприятия; план не программа социалистической переделки общества, но форма администрирования. Это исчерпывающе выражено в следующих словах Мартынова о характере взаимоотношений между социалистическим и частным секторами: «вы имеете два совершенно самостоятельных, не связанных друг с другом хозяйственных плайа, которые каждая сторона хранит в тайне»18.
Юридико-догматический подход к проблеме взаимоотношения плана и права выхолащивает реальное' классовое содержание этих понятий. План и право превращаются в пустые формы, оперируя которыми буржуазный догматик подводит под рубрику планового хозяйства и капиталистическое хозяйство эпохи империализма, а планированием считает любое мероприятие, проводимое в форме организованного принуждения (например военный приказ, военная дисциплина и т. д.). Планирование при таком подходе превращается в некое искусство в достижении цели путем прямого или косвенного воздействия на планируемый объект. Казалось бы, что на страницах советских журналов не должно быть места для защиты такой схоластической постановки вопроса. Однако даже в 1931 г. в журнале «Советское строительство» появилась работа, защищавшая чисто буржуазную концепцию плана, как искусство регулирования в любом хозяйстве и в любой обстановке»19.
Для иллюстрации теоретического уровня высказываний автора этой работы Викторского достаточно привести следующее место из его статьи: по мнению автора, в применении встречного плана «лежит разрешение и тех острых противоречий, которые создаются при замене на ходу негодного плана годным и нередко порождают состояние, близкое к кризису. Там, где формальная логика не находит решения, оно дается самой диалектикой жизни»20.
С точки зрения Викторского, различающего прямое и косвенное регулирование, последнее характеризуется тем, что оно дает исполнителю «иллюзию свободного решения, а в некоторых случаях и действительную свободу, добиваясь тех же результатов, которых не в состоянии достигнуть регулирование прямое»21. Прямое же регулирование, отождествляемое с приказом, вызывает часто противодействие исполнителя, который-де дорожит своей маневренной свободой, хотя последняя может быть является не действительной, а мнимой самостоятельностью.
Приведенного достаточно для уяснения архибуржуазной методологии Викторского: здесь и «кризис плана», и трактовка плана как акта формальной логики, и полное непонимание диалектической связи плана, права и хозяйственного расчета, поскольку последний истолковывается 18 Сборник «Вопросы промышленного права», М. 1928, с. 55.
19 Г. Викторский. План в действии. «Советское строительство» № 7 1931, с. 84.
20 Там же, с. 79. »
21 Там же, с. 81.
213


как иллюзия самостоятельности22, как форма7 косвенного регулирования, главное—трактовка плана как внеклассовой категории. Недаром Викторский пишет не о социалистическом плане, а о плане вообще. Статья Викторского является квинтэссенцией юридического догматизма, вершиной буржуазных извращений марксистского учения о планировании.
Теория двуединого регулятора советского хозяйства, защищавшаяся в свое время некоторыми советскими экономистами, нашла своеобразное преломление в работах А. В. Венедиктова.
Венедиктов резко разграничивает два начала в планировании деятельности социалистических предприятий и организации их хозяйственных связей: план и право. Отношения, складывающиеся на базе промфинплана между планирующим органом—хозяйственным наркоматом и трестом, являются отношениями организационно-техническими, взаимоотношения же трестов как участников товарооборота,как юридических лиц, суть отношения правовые. Эта двойственность положения треста вытекает из его двуединой природы: «В свэиХ внутренних отношениях с BGHX и другими планово-регулирующими органами трест противостоит им не как юридическое лицо гражданского права, а как орган того же государства, отношения которого как госоргана с другими госорганами являются отношениями организацион- н о-т ехническими, а не правовыми»23. Это вытекает из того, что «в организационной структуре треста «сосуществуют» jjBa отличных друг от друга организационных начала: трест—хозяйственный орган государства, и в то же времен он—юридическое лицо гражданского права»24.
Поскольку Отнощения между планирующими и планируемыми государственными хозорганами являются отношениями организационнотехническими, а не правовыми, отсюда логически следует вывод об отрицании правового характера за актами планирования. «Отрицание юридической личности за органами государства в сфере их внутригосударственных отношений предрешает для нас отрицательный ответ на вопрос о правовом характере тех актов планирования и регулирования, действие которых органичивается указанной сферой (например, утверждение производственно-финансовых заданий для трестов)». Правовыми являются лишь те плановые акты, «которые выходят за рамки внутренних отношений треста и планово регулирующих органов и непосредственно определяют отношение треста как участника гражданского оборота сего контрагентами (например, установление оптово-розничных или этикетных цен)»25.
В соответствии с этим А. В. Венедиктов отрицает также правовой характер взаимоотношений между трестом и производственным предприятием, не пользующимся правами юридического лица.
22 Рассуждая о нормировании цен как методе косвенного регулирования, Викторский так иллюстрирует свои положения: «Нет необходимости прямо приказывать: засевайте ваши поля табаком, подсолнухом, лекарственными травами. Достаточно умело нажать на клавиши хозяйственного расчета, и потребный результат будет достигнут без того упорного противодействия, которое слишком часто вызывается приказом». Цит. статья, с. 82.
22 А. В. Венедиктов, Правовая природа государственных предприятий, Л. 1928, с. 80 (подчеркнуто автором).
24 Там же, с. 3.
25 Там же, с. 4.
214


Основная методологическая ошибка Венедиктова—это трактовка советского права как формы рыночного обмена, непонимание того положения, что «природа» советского права определяется не товарным обменом, а диктатурой пролетариата. Отсюда все ошибки и в характеристике существа плана и актов планирования: если в отношениях между заводом и трестом, трестом и хозяйственным наркоматом отсутствуют товарные связи, отсюда делается вывод, что мы имеем дело с организационно-техническими отношениями, с плановой деятельностью в «чистом виде»; отсюда противопоставление «внутреннего» хозрасчета завода, не являющегося субъектом товарных отношений «настоящему» коммерческому расчету треста, участнику гражданского оборота.
Механистическое противопоставление плана и права неизбежно ведет к формализму. Понимание плана как организационно-технического мероприятия выхолащивает классовое содержание плана как программы классовой борьбы и социалистического строительства и как закона советского государства. За внешне «левой» постановкой вопроса об отмирании права в отношениях, вытекающих из планирования, таилась угроза скатиться к буржуазно-юридическим позициям26.
Ошибочна также позиция П. И. Стучка в вопросе о связи права и плана, развитая им в «Курсе советского гражданского права» и других работах. Разделяя взгляды, защищавшиеся Бухариным о законе трудовых затрат, как регуляторе советского хозяйства, Стучка в основу советского хозяйственного права положил трудовой эквивалент. В первом издании своего курса он писал: «Социалистическая плановость на правовом языке есть не более и не менее как тот закон природы (закон трудовых затрат.—авторы), который в обществе анархии производства и обмена проявляется лишь стихийно через бесконечные кризисы27.
Впоследствии, отказавшись от защиты опровергнутого практикой социалистического строительства закона трудовых затрат, Стучка ударился в другую крайность—противопоставление плана и права, развитое им в его теории двухсекторного права. Сохранив трудовой эквивалент для частного хозяйства, Стучка локализовал план в социалистическом секторе, выбросив за борт договорные отношения и хозрасчет. В противоположность плану, существующему в обобществленном секторе и предполагающему, по мнению Стучка, прямое распределение, а не обмен—в частнохозяйственном секторе советской экономики сохраняются договор и товарная стихия. Применение договорных начал в отношениях между социалистическими предприятиями рассматривается П. И. Стучка как проявление классово-враждебного давления частнохозяйственного сектора на обобществленное хозяйство. «Между секторами,—пишет он,—происходила борьба (соревнование), в которой один сектор стремился уничтожить другой: только в этой плоскости понятна та классовая борьба, которая у нас велась за возможно широкое действие чисто 26 В своей последней работе «Хозрасчет предприятия и цеха» (См. сборник «Организационные вопросы хозрасчета в промышленности», Л. 1932) Л. В. Венедиктов но существу отказался от теоретических установок, развитых им в «Правовой природе государственных предприятий».
27 «Курс советского гражданского права», т. I, М. 1928, с. 165 (подчеркнуто автором).
215


договорных начал буржуазного права между отделами или ячейками даже единого социалистического сектора»28.
Здесь налицо—отрицание единства советской экономики, неправильное понимание диалектики использования товарно-денежной формы в хозяйственной деятельности социалистических предприятий, возврат к теории двух регуляторов—плана и стихии, отнесение советского гражданского права лишь к частнохозяйственному сектору и игнорирование роли планового руководства^ак активного начала, охватывающего весь круг хозяйственных отношений в советской экономике. При наличии ряда ценных высказываний о планировании как организованном государственном принуждении т. Стучка в пылу борьбы за создание двух кодексов хозяйственного права допустцл в своих работах серьезные методологические ошибки; практика социалистического строительства опровергла теорию Стучка о невозможности использования договорной формы в обобществленном хозяйстве и вскрыла его механистические позиции в вопросе о взаимоотношении плана и права.
3. Единство соц Л листического планирования. Система органов Социалистического планирования
Плановая дисциплина означает централизованное плановое руководство, строгую подчиненность нижестоящих звеньев планового хозяйства высшим и мобилизацию всех сил и ресурсов каждого звена («борьба за план») как в процессе составления, так и в процессе выполнения плана.
Плановая дисциплина опирается на ряд организационных принципов социалистического планирования. Важнейшим из таких является принцип единства социалистического планирования.
Принцип единства социалистического планирования заключается в том, что: а) все звенья социалистического хозяйства, осуществляющие социалистическое планирование, взаимно связаны в единую систему плановых органов, б) порядок разработки (составления) народнохозяйственных планов представляет собой единую согласованную систему мероприятий, в) по своему содержанию каждый акт планирования отдельного звена социалистического хозяйства—часть единого народнохозяйственного плана, и все мероприятия по социалистическому планированию взаимно увязаны и согласованы по содержанию.
Система органов социалистического планирования включает органы общего (синтетического) планирования (Госплан СССР, Госпланы союзных республик и местные плановые органы) и органы и ячейки отраслевого планирования (от хозяйственного наркомата до цеха и бригады).
Система органов социалистического планирования возглавляется Госпланом СССР. Государственная общеплановая комиссия (Госплан) была учреждена декретом СНК от 22 февраля 1921 г. (С. У. 1921 г. №17, ст. 106) при СТО «для разработки единого общегосударственного хозяйственного плана на основе одобренного VIII съездом советов плана элек28 Стучка, Курс, т. III, 1931, с. 10.
21в


трификации и для общего наблюдения за осуществлением этого плана»- По положению о Госплане 21 августа 1923 г. («Бюлл. Госплана» 1923 г. № 8—9, с. 224)в его компетенцию входит разработка единого общесоюзного перспективного плана государственного хозяйства, а также, на основе его календарных годовых планов и способов и порядка их осуществления, согласование планов народного хозяйства отдельных входящих в Советский союз республик, руководство деятельностью плановых комиссий союзных республик и установление методов и способов плановой работы. Постановление СНК СССР 8 июня 1927 г. о результатах обследования работы Госплана (СЗ 1927 г. № 33, ст. 373) подчеркивает обязательность директив Госплана для всех плановых органов как отдельных ведомств, так и Госпланов союзных республик.
С переходом к реконструктивному периоду значение Госплана чрезвычайно возрастает, его компетенция количественно и качественно расширяется. Это находит свое отражение в постановлении ЦИК и СНК СССР 3 февраля 1931 г. (СЗ 1931 г. № 8, ст. 86) о преобразовании Госплана из комиссии при СТО в комиссию при СНК СССР и об избрании председателя Госплана Центральным исполнительным комитетом СССР.
Тов. Куйбышев в докладе на пленуме Госплана СССР весной 1931 г. особо подчеркнул необходимость усиления руководящей роли Госплана во всей плановой работе в СССР: «Нужно добиться того, чтобы все плановые органы чувствовали себя участниками единой плановой работы. Госплану нужно рассматривать местные плановые органы, республиканские, областные, районные, как свои ячейки, свой аппарат на местах, аппарат, с ним непосредственно связанный». Йо этого мало: «Госплан должен реализовать на деле представленное ему право непосредственных сношений со всеми учреждениями, предприятиями и организациями по> всем вопросам, связанным с выполнением возложенных на Госплан задач, ...а также давать непосредственно обязательные для них к выполнению задания»29.
Госпланы союзных республик, подчиняясь директивам Госплана Союза, самостоятельно разрабатывают планы развития народного хозяйства республик. Республиканские Госпланы были организованы как комиссии при ЭКОСО, в настоящее время они подчиняются непосредственно СНК республик. Краевые (областные) плановые комиссии при областных краевых исполкомах, подчиняясь в своей плановой работе указаниям Госплана Союза и республиканского Госплана, самостоятельны в своей деятельности по выработке и составлению планов развития хозяйства данного экономического района. Постановление ВЦИК и СНК РСФСР 30 июня 1930 г. о системе плановых органов РСФСР (СУ 1930 г. № 30, ст. 392) подчеркивает единство системы плановых органов РСФСР. В этом постановлении говорится: 1) Построить плановые органы РСФСР как единую систему, возложив на Госплан РСФСР руководство всей этой системой на основе единства организации и методологии планирования и учета. 2) Все директивные указания Госплана РСФСР, а равно и сроки, устанавливаемые Госпланом РСФСР для представления материалов в области планирования и учета, являются обязательными для всей системы 29 Куйбышев, (Уб организации] планирования и учета, «Плановое- хозяйство» № 4 1931, с. 7,8.
21Т


плановых органов РСФСР, наркоматов и кооперативных организаций. Равным образом все директивные указания местных плановых органов, а также сроки, устанавливаемые ими для представления материалов в области планирования и учета, являются обязательными для всех соответствующих местных органов».
Местные плановые комиссии составляют преспективные планы по принципу охвата всего хозяйства данной территории и отражают в своих контрольных цифрах (годовых хозяйственных планах) развитие всего хозяйства данного экономического района в целом. Поэтому все хозяйственные организации, находящиеся на данной территории независимо от их подчинения, обязаны представлять свои планы для предварительного рассмотрения и заключения в соответствующие плановые комиссии.
В больших городах в настоящее время образованы горпланы на правах комиссии при горсоветах. Низовыми звеньями общего планирования являются районные плановые комиссии при райсполкомах (райпланы).
При органах общего планирования состоят у правления народнохозяйственного учета. Центральное управление народнохозяйственного учета (ЦУНХУ) входит в состав Госплана СССР, однако пользуется самостоятельностью в административно-финансовом отношении.
Органами ЦУН ХУ являются управления народнохозяйственного учета союзных республик, входящие в состав республиканских Госпланов, областные (краевые) УНХУ в облпланах, инспектуры УНХУ в райисполкомах и в выделенных в самостоятельные административно- хозяйственные единицы городах городские УНХУ. ЦУН ХУ и его органы представляют единую систему: постановления ЦУН ХУ по вопросам учета и статистики обязательны для всех ведомств и организаций, которые по требованию органов ЦУН ХУ обязаны представлять материалы ho всем учетно-статистическим работам в любой стадии их разработки. Система ЦУНХУ строго централизована: республиканские управления народнохозяйственного учета находятся в непосредственном подчинении ЦУНХУ. Областные (краевые) УНХУ действуют под руководством и в непосредственном подчинении УНХУ республик. Поэтому содержание всех органов народнохозяйственного учета относится за счет общесоюзного бюджета.
Высшими органами отраслевого планирования являются плановые органы наркоматов: в НКТП—плановый сектор, в НКВоде и НКЗеме СССР—планово-финансовые отделы30 и т. д.
Согласно постановлению СНК СССР 14 июня 1928 г. (СЗ 1928 г. № 37, ст. 342) плановые органы наркоматов состоят под непосредственным руководством наркомов. Но в области методологии плановых работ и сроков их выполнения плановые органы наркоматов руководствуются как указаниями соответствующих наркомов, так и директивами Госплана СССР. На плановые органы наркоматов возлагается разработка на основе директив Госплана СССР перспективного плана и сводных годовых 30 Постановление ЦИК и СНК СССР 15 марта 1934 г. об органах управления водного транспорта (СЗ 1934 г. № 15, ст. 104) и постановление ЦИК и СНК СССР 4 апреля 1934 г. о реорганизации Наркомзема СССР и республиканских и местных земельных органов (СЗ 1934 г. № 18, ст. 140).
218


контрольных цифр соответствующих отраслей народного хозяйства и представление их в Госплан СССР, разверстка («спуск») утвержденных планов по своей отрасли, руководство плановой работой отдельных управлений наркоматов и дача директив и заданий плановым органам соответствующих наркоматов республик.
Плановые органы (отделы, ячейки) образуются также во всех местных органах наркоматов и во всех хозорганах вплоть до предприятий {планово-производственный отделы) и цехов внутри предприятий (планово-распределительные бюро). Система их взаимосвязи и соподчинения соответствует организационной структуре социалистического хозяйства, системе управления его отдельными отраслями. Каждый хозор- ган есть вместе с тем и орган планирования на том или ином хозяйственном участке. Все они—звенья еддной системы социалистического хозяйства. *
4. Единство социалистического планирования. Система мер по выработке (составлению) народнохозяйственных планов
Принцип единства социалистического планирования находит своё дальнейшее проявление в том, что порядок выработки (составления) народнохоз яй ственных планов представляет собою единую согласованную систему мероприятий («от стан к а до Гос пл а н а»).
Каждая нар о д но хоз яйст венна я операция в СССР планируется. В единый народнохозяйственный план СССР входят, в качестве его составных частей, планы по промышленности, по сельскому хозяйству, план по товарообороту, связи, кредиту. В зависимости от срока,
на который составляются планы, различают планы пятилетние (перспективные), ежегодные, квартальные, месячные. Помимо планов, распространяющих свое действие на территорию всего СССР, составляются планы по республикам, областям, краям, районам (районные планы). Наконец в связи с особым значением отдельных отраслей хозяйства на том или ином этапе, в связи с необходимостью особенно четко и тщательно подойти к'отдельным хозяйственным мерам,—составляются и такие частные планы, как планы распределения отдельных видов продукции (балансы производства и распределения по продукции производственного назначения, планы использования и планы реализации по ширпотребу и продтоварам), планы завоза и товароснабжения по районам, планы пуска и ввода в эксплоатацию отдельных агрегатов по электростроительству и пр. Работа по составлению всех этих планов ведется так, чтобы отдельные частные планы были органически увязаны друг с другом. Поскольку все частные планы входят в конечном счете в единый народнохозяйственный план СССР или вытекают из него31 и самое планирование должно представлять себою единую всесоюзного масштаба систему мероприятий. Поэтому у нас планируется не только хозяйственная деятельность — производство, товарооборот, транспорт, но и самое планирование.
Об этом ниже. см. следующий пункт этого параграфа.
21»


Порядок составления перспективного (пятилетнего) плана устанцв- ливается особым законодательным актом. Для второй пятилетки таким законом явилось постановление СНК СССР 25 марта 1932~г. об организации работ по составлению второй пятилетки (СЗ 1932 г. № 22, ст. 148).. Постановление 25 марта 1932 г. устанавливает, какие именно органы принимают участие в составлении второй пятилетки, в какие сроки и кому представляются па рассмотрение и утверждение отдельные части плана, как организуется руководство всей работой по составлению плана и т. д. Аналогичные законы издаются ежегодно для годового (оперативного) народнохозяйственного плана. В развитие их паркоматы каждый по своей отрасли издают приказы, определяющие порядок проработки плана отрасли, формы планов (в соответствии с указаниями Госплана), сроки рассмотрения планов в различных частях аппарата наркомата, сроки представления планов правительству. Вся работа по составлению планов оказывается увязанной в единую систему мероприятий.
Единство в составлении плана становится возможным в силу известного четкого разграничения между различными актами планирования по их силе, по сфере действия, по обязательности. Существует определенная иерархия актов планирования. Работа по составлению народнохозяйственного плана каждый год начинается с выработки так называемых «директив к контрольным цифрам» или «контрольных точек». По утверждении их прал^ительством они становятся обязательными для наркоматов, развертывающих на их основе работу по составлению контрольных цифр (народнохозяйственного плана). Спущенные вниз до предприятий, т. е. разверстанные между отдельными хозорганами контрольные точки (или «лимиты») имеют безусловно обязательную силу. На их базе идет работа по составлению развернутых контрольных цифр (промфинплана) предприятий. Отступление в ту или иную сторону от спущенных директив и лимитов возмбжно лишь с санкции вышестоящей организации, обязанной в свою очередь'Уложиться в установленные для нее рамки.
Повышение оперативного значения, т. е. степени обязательности планов за последние годы в связи с успехами социалистического строительства нашло свое выражение в реформе4 порядка планирования,, проведенной в 1931 г. Согласно ранее действовавшему порядку низовые хозяйственные организации проводили работу по составлению планов всякий раз дважды: сначала на основе спущенных контрольных точек составлялся проект контрольных цифр и затем на основе утвержденных и спущенных контрольных цифр—развернутый промфинплан (торгфин- план, транфиплан и т. д.)32. С 1931 г., в соответствии с полученными от наркомата (главка) или треста лимитами, составляется прямо промфинплан (или контрольные цифры—эти понятия ныне идентичны). Значение этой реформы подчеркнул т. Молотов в своем докладе на 3 сессии ЦИК СССР V созыва (январь 1931 г.): «Раньше годовые задания по народному хозяйству мы называли просто контрольными цифрами, теперь же называем народнохозяйственным планом. Уже одно это подчерки32 Постановление СПК СССР 5 сентября 1928 г. «о порядке ежегодного планирования промышленности СССР» (СЗ 1928 г. № 57, ст. 508).
220


вает рост элементов плановости в пашем народном хозяйстве в. целом»33.
Столь высокая степень оперативности и обязательности актов планирования требует четкой ответственности за плановую работу каждого звена и каждого должностного лица. Поэтому например постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР 23 марта 1934 г. о планировании перевозок и улучшении работы местных органов НКПС (СЗ 1934 г. № 16, ст. 117) обязывает «начальников жзлезных дорог составлять планы перевозок по отделениям службы эксплоатации и станциям дороги в соответствии с планом, утвержденным Советом труда и обороны, и лично подписывать планы, даваемые отделениям» (ст. 3), и обязывает «начальников отделений службы эксплоатации по получении планов от начальников дорог за своей личной подписью направлять эти планы начальникам -станций, обеспечивая в порядке повседневного руководства точное их выполнение» (ст. 4).
5. Единство социалистического плани р’о в а н и я. Единый народнохозяйственный план
Единство Социалистического планирования означает единство всех планов отдельных звеньев социалистического хозяйства по содержа н и ю. В социалистическом хозяйстве план работы отдельного станка на государственном предприятии или производственно-финансовый план отдельного колхоза представляет собою неразрывную часть единого народнохозяйственного плана. Работа Отдельного станка—составная часть плана-задания бригады, план-задание бригады—часть плана цеха, план цеха—часть техпромфинплана завода; последний—составная часть плана отрасли, план отрасли входит в единый народнохозяйственный план. /
Так реализуется принцип «от станка до Госплана» не только в организации плановой работы, но и в самом содержании планов.
Отсюда следует недопустимость и противозаконность таких явлений, как составление двойных планов, заниженных планов, работа по «своему плану», отличному от плана, утвержденному государством. Составление двойных планов—один «для себя», другой для высшего органа, для наркомата, треста и т. д.—следует рассматривать как прямой обман государства. Многочисленные факты двойного планирования имели место в 1933 г. в хлопчатобумажной промышленности и в ряде других отраслей легкой промышленности. Наркомлегпром СССР реагировал на них снятием с работы виновных хозяйственников, отдачей под суд, наложением дисциплинарных взысканий.
Заниженные планы являются результатом противопоставления интересов «своего предприятия» интересам социалистического хозяйства в целом. Заниженные планы грубо нарушают принцип единства народнохозяйственного планирования и должны квалифицироваться как антигосударственные тенденции. Лица, виновные в составлении заниженных планов, подлежат уголовной ответственности как за должностное преступление, а особо злостные случаи составления зани” 3 сессия ЦИК СССР V созыва. Стеногр. отчет, Бюллетень К? 1, М,. изд. ЦИК, 1931, с. 15.
221


женных планов должны рассматриваться как расхищение общественной собственности, т. е. по закону 7 августа 1932 г. Деятельность руководителей Одесского зернотерста в 1933 г., которые заведомо и сознательно преуменьшили урожайность и товарные излишки по совхозам, с целью поменьше сдать государству и побольше сохранить для себя, для «своего хозяйства», была квалифицирована в телеграмме тт. Молотова и Сталина как попытка обмануть государство и сорвать выполнение плана хлебосдачи. Руководители Зернотреста были осуждены уголовным судом как воры и расхитители государственного имущества34.
Возможны и другие пути противопоставления «своего плана» государственному, нарушение в силу этого принципа единства социалистического планирования и плановой дисциплины. Таковы в частности случаи реализации сбытовыми объединениями и предприятиями фондируемой и планируемой продук! ии (т. е. продукции, планы распределения которой утверждаются правительством) вне утвержденных планов распределения по «собственным» планам или на сторону. Такие случаи приравниваются к разбазариванию государственного имущества и виновные лица привлекаются к уголовной ответственности35.
6. Изменение, планов. План и договор
Плановая дисциплина требует безусловного выполнения утвержденных государственных планов. Это не значит, однако, что планы вообще не могут меняться в процессе их выполнения. «Только бюрократы могут думать, что плановая работа заканчивается составлением плана. Составление плана есть лишь на чало планирования. Настоящее плановое руководство развертывается лишь после составления плана, после проверки на местах, в ходе осуществления, исправления и уточнения плана»36.
Ряд постановлений о планировании предусматривает ежеквартальные уточнения утвержденного годового плана. В отдельных случаях исправление и уточнение плана проводится в порядке специальных постановлений правительства в связи с новыми обстоятельствами и фактами, не учтенными, не предусмотренными или не имевшими места в момент составления и утверждения плана. Так, в середине 1931 г. в порядке дополнительного плана было размещено внутри СССР заказов на машиностроительное оборудование на сумму 850 млн. руб. Летом 1933 г. в срязи с хорошим урожаем план хлебосдачи по совхозам был изменен в сторону повышения по сравнению с ранее утвержденным.
Недопустимо лишь с амовольпое изменение плана, вне установленного порядка и с нарушением компетенции органов, утверждающих планы.
Диктатура пролетариата и окончательная и бесповоротная победа социалистического способа производства37 в СССР обусловливают ре34 «Известия ЦИК» от 20 и 24 июня 1933 г. №№ 154 и 158.
86 Приказы НКЛП СССР 31 декабря 1933 г. № 1286 и 9 января № 23 о немедленном прекращении внепланового отпуска продукции и о разбазаривании продукции в льняной промышленности.
88 Сталин, «Вопросы ленинизма», изд. 9-е, с. 553.
87 Сталин. Отчетный доклад на XVII съезде партии о работе ПК ВКП(б). Партиздат, 1934. с. 19. «Социалистический уклад является безраздельно господствующей и единственно командующей силой во всем народном хозяйстве».
?22


альность народнохозяйственных планов, утверждаемых партией и правительством. Поэтому общественное мнение трудящихся в СССР, суды и практика отвергают ссылки на всякого рода «объективные причины» как основание к освобождению от обязательств по выполнению утвержденных планов. Поскольку совершенно и5ключительное значени* на данном этапе приобрел субъективный фактор, поскольку решает сейчас организация дел а,—единственным основанием для невыполнения данного плана может быть его изменение управомоченными на то органами, т. е. установление другого плана. Вне плана невозможно социалистическое хозяйствование.
Но вполне возможны и в практике действительно имеют место различные неувязки и дефекты в организации планирования. В докладе на XVII съеад<^.т^_Кагаш?вич привел примеры таких неувязок и дефектов. По промышленности: «Если взять работу центральных организаций и трестов, я должен сказать, что планирование превращается зачастую в йздевку. Вот пример трикотажной фабрики «Красная заря». Она проработала весь 1933 г. без плана. План «Красной зари», рассматривался в пяти органах (Наркомлегпром СССР, Главтрикотаж, Наркомлегпром РСФСР, областное управление легкой промышленности Московской области и трест Мострикодаж), в46^сектррах. Фабрика получила 19 директив, которые одна другой противоречили. Планы переделывались: по производству—7 раз, по труду—4 раза, по себестоимости—8 раз. В результате—весь год фабрика работала без плана. План на 1933 г. был окончательно утвержден 4 января... 1934 г. План на 1933 г. запоздал только на один год и 4 дня. Таких ярких примеров ^бюрократизма и бумажно-канцелярского руководства в Наркомлегпроме много» 38. По товарообороту: «Если вы возьмете планирование товаров и регулирование торговли, то здесь затор огромный. Для того чтобы распределить фонды по 12 планируемым товарам, необходимо пройти через 20 инстанций. Вы можете себе представить, сколько бумаги исписывается, сколько времени люди заседают, пока план утверждается. В конце концов это часто совпадает не с началом, а с окончанием квартала. Поэтому из-за слабости внутренней организации Наркомснаба и Центросоюза фактически получается так: план—планом, а отгрузка товаров идет самотеком» 39.
В силу таких и подобных им недочетов планирования на практике в отдельных случаях имеют место разрывы между утвержденными планами и договорами (чего не должно бы было бьпь, поскольку советские хозяйственные договоры основываются на планах), а также разрывы и несогласованность между различными планами. При разрыве плана и договора приоритет всегда принадлежит плану, ибо план—закон советского государства, а договоры могут и должны заключаться лишь в рамках, установленных законами. Противозаконные условия договоров недействительны. В случаях разрыва и несогласованности между разлщг^- ными планами требуется анализ соотношения между различными актами планирования и выяснение, какому из них должен быть отдан приоритет.
По фондируемой продукции (т. е. по продукции, планы распределения которой устанавливаются правительством) 40, в случае раз-
38 Каганович, Организационные вопросы, Партиздат, 1934, с. 34.
39 Там же, с. 50.
223


рыва (неувязки) между фондом, выделенным одной организации—покупателю и утвержденной в надлежащем порядке программой поставщика, приоритет принадлежит фонду, поскольку планы распределения фондируемой продукции утверждаются СТО и обязательны как для потребителя, так и для производителя. По нефондируемой продукции при аналогичных неувязках приоритет принадлежит производственной программе поставщика, поскольку планы распределения нефондируемой утверждаются тем наркоматом, в ведении которого состоят производящие организации 40 4i.
Приведем пример из практики договорной кампании 1934 г. по Госарбитражу при СНК СССР. Молочно-масляное объединение Центросоюза требовало поставки в 1934 г. запасных частей к сепараторам на сумму 400 тыс. руб., а завод № 10 ГЕШУ соглашался дать этих частей лишь на 60 тыс. руб., поскольку они лимитированы в этой сумме утвержденной для него программой. Молочно-масляное объединение доказывало, что запланированная для него в надлежащем порядке потребность в запасных частях основана на необходимости положить конец случаям, когда сепараторы выбывают из строя только из-за недостатка дешево стоящих запасных частей. Госарбитраж принял предложение поставщика, но одновременно обратил внимание ГВМУ на то, что утвержденная им программа производства запасных частей к сепараторам для завода № 10 недостаточна и влечет за собою последствия, на которые указывало молочно-масляное объединение.
7. Принцип демократического централизма в организации социалистического планирования
Последовательное проведение плановой дисциплины во взаимоотношениях хозорганов означает построение хозяйственного руководства в СССР как централизованного планового руководства. Плановая дисциплина и централизованное плановое руководство базируются на принципе единства социалистического планирования, во-первых, и на принципе демократического централизм а—во-вторых.
Демократический централизм в организации социалистического планирования проявляется, во-первых, в м н о г о р_б^р а з и ц м е т о- д о в п л_а_н и Р о вания. Пролетарское государство'полЬзуется самыми разнообразньгми средствами, приемами и способами воздействия на народное хозяйство, управления хозяйственными процессами и направления развития народного хозяйства в надлежащую сторону. Эти средства и приемы иногда носят характер, н_е п о с JLe Д с т в е н- дото (так называемого nj^jijMj^r о) п л а н и^ГоЬхя^Гаковы— утверждение промфинплана, торгфинплана,1 утверждение государствен- ного плана перевозок, утверждение планов распределения продукции с выделением определенных назначений определенным организациям-
40 О фондировании подробнее см. во II томе, гл. XII, «Основные положения советского договорного права».
41 Амфитеатров. Преддоговорные споры в тяжелой промышленности «Бюллетень Госарбитража» № 10 8а 1934 г.
1224


потребителям, утверждение плана посева крестьянину-единоличнику. В других случаях необходимый результат достигается методами к о с- в е нн о гоп л а и hj о в а"н и я Тр b г у л и р о в аГн и я). Здесь нет прямого приказа хозяйствующему субъекту (хозоргану, кустарю, крестьянину-единоличнику) сделать то-то, в такие-то прямо указанные сроки. Здесь устанавливаются лишь определенные рамки, условия, требования, соблюдение которых безусловно обязательно, поскольку осуществляется известная (прямо не продиктованная данным актом планирования) хозяйственная деятельность. Таковы установление обязательных цен и наценок на товары в области товарооборота, стандартизация, государственный бракераж, нормирование строительства (установление обязательных техно-экономических норм проекуирования и производства строительных работ), типизация строительства и многие другие.
Наименьшей степенью непосредственности отличаются меры так называемого заключа¬
ющиеся в том, что определеншлй эконом1Г1ес1ШИ эфект (снижение ццн, завоз товаров в тот или иноСрайон) достигается только через использование пролетарским государством своего господствующего положения на советском рынке. Яркий пример экономического регулирования привел т. Микоян в своей речи на XVII съезде партии: политика снижения цен, последовательно проводимая хозорганами Наркомснаба, оказывает соответствующее воздействие на цены в колхозной торговле, которые начинают равняться на цены госорганов и идут на снижение 42.
При выборе той или иной формы планирования большое значение имеет учет особенностей природы хозяйственной формы планируемого объекта. Так например одной из форм планирования децентрализованных заготовок является установление конвенцонных цен. Эти цены имеют безусловно обязательную Силу для государственных и кооперативных организаций-заготовителей, но не для производителей: колхозов и колхозников. Несоблюдение конвенционных цен приводит к неблагоприятным последствиям (штрафы, снятие с заготовок и пр.) лишь для заготовителей. Различный подход к заготовителям, с одной стороны, к производителям-колхозам и колхозникам—с другой, прямо вытекает из общих положений сельскохозяйственной политики партии на данном этапе: курса на развертывание колхозной торговли (после выполнения централизованных планов заготовок), недопущения встречных планов и т. д.
Возможность управления хозяйством в масштабе народного хозяйства в целом, включающая возможность непосредственного прямого планирования работы каждого звена, дается только диктатурой пролетариата и общественной собственностью на средства производства. Однако неправильно было бы для каждого конкретного случая устанавливать обязательную связь между той или иной природой хозяйственной формы хозоргана и определенной формой планирования. На данном этапе в порядке прямого планирования пролетарское государство осуществляет руководство сельским хозяйством не только в части совхозов (государственные предприятия), но и колхозов и единоличных хозяйств. Производственно-финансовые планы колхозов утверждаются райзо,
42 М и к о я н, За советскую торговлю, за улучшение рабочего снабжения. Речь на XVII съезде ВКП(б) 29 января 1934 г., с. 7—8.
15 Курс сов. хоз. права
225


планы посева и планы обязательных поставок зерна единоличным хозяйствам устанавливаются сельсоветами. С другой стороны, во многих случаях жесткая система прямого непосредственного планирования во взаимоотношениях, в которых участвуют только государственные организации, заменяется методами косвенного планирования (регулирования). Таков например переход от прямого централизованного распределения к развернутой советской торговле по ряду изделий производственного снабжения.
Применение принципа демократического централизма к сфере хозяйственного строительства означает самое широкое использование методов косвенного планирования (регулирования).
Демократический централизм в организации социалистического планирования означает далее привлечение к делу плани р.о- вания самых широких масс трудящихся. Социалистический план есть план миллионов. В составлении плана ^частвуют не только верхун ечные организации, не только администрация и руководящий персонал предприятий, но и весь рабочий коллектив: И ГР, рабочие, служащие. Рабочий класс выработал различные формы участия в плановой работе: техпромфинплан, планово-оперативные группы и др. На борьбу за план мобилизуется многомиллионная масса трудящихся Советского союза. «Реальность нашего производственного плана—это миллионы трудящихся, творящие новую жизнь. Реальность нашей программы—это живые люди, это мы с вами, наша воля к труду, наша готовность работать по-новому, наша решимость выполнить план» 43.
Демократический централизм в социалистическом планировании означает наконец проведение плана В жизнь методами хозрасчета. Отдельные звенья социалистического хозяйства, выполняющие каждый на своем участке народнохозяйственный пла^, организуются как самостоятельные хозрасчетные единицы. Их взаимоотношения друг с другом строятся на основе, сипользования хозрасчетных стимулов. Через рычаг хозрасчета мобилизуются для выполнения плана все средства, все ресурсы, все возможности социалистического хозяйства.
§ 2. Хозрасчет
1. Хозрасчет как основной метод управления социалистическими предприятиями и выполнения народнохозяйственного плана
План социалистического хозяйства реализуется через хозрасчет. Хозрасчет—основной метод выполнения народнохозяйственного плана, и следовательно и основной метод управления социалистическими предприятиями.
Теоретические установки в вопросе о роли и значении хозрасчета в социалистическом строительстве даны в произведениях классиков марксизма: Ленина и Сталина. В 1918 г. в «Очередных задачах советской власти» Ленин писал: «Каждая фабрика, каждая деревня является производительно-потребительской коммуной, имеющей право л обязанной по-своему применять общие советские узаконения («по-своему» не в смысле нарушения их, а в смысле разнообразия форм проведения их в жизнь), 43 Сталин, «Вопросы ленинизма», изд. 9-е, с. 603.
226


по-своему решать проблему уче^а производства и распределения продуктов» 44. Эти мысли Ленина должны быть поставлены в связь о Другими из тех же «Очередных задач советской власти» относительно необходимости точного счета и бережливости: «Веди аккуратно и добросовестно счет денег, хозяйничай экономно, не лодырничай, не воруй, соблюдай строжайшую дисциплину в труде» 45. В этих высказываниях дана идея хозрасчета как основного хозяйственно-политического метода управления социалистическими предприятиями. Хозрасчет может и должен быть понят как всеобщий и подлинно социалистический метод управления «производительно-потребительскими коммунами» (хозяйственными организациями социалистического общества по нашей нынешней терминологий).
В 1921 г., после перехода1 к нэпу, Ленин вернулся к вопросу о хозрасчете. С учетом новой обстановки—возрожденного рынка, частника как одной из фигур рыночного оборота, необходимости в борьбе с ним доказать преимущества централизованного планового хозяйства—вопрос был поставлен по-новому. Хозрасчет выступил в облачении «коммерческих начал», как коммерческийрасчет. Однако основная идея хозрасчета и в 1921—1922 гг. и в последующие годы вплоть до сегодняшнего дня—это ленинская идея управления производительно-потребительскими коммунами на основе сочетания «общих советских узаконений», с одной стороны, и самостоятельного решения ими «проблемы учета производства и распределения продуктов»—с другой.
Хозрасчет является одним из'шести условий т. Сталина. В исторической речи 23 июня 1931 г. т. Сталин показал связь проблемы хозрасчета с задачами социалистического накопления, а следовательно с перспективами социалистического строительства в целом и с конечными целями пролетарской диктатуры.
Наконец XVII съезд партии подчеркнул, что «основой хозяйственной деятельностей должна быть борьба за внедрение хозрасчета во всех звеньях народного хозяйства, усиление планово-финансовой дисциплины, дальнейшее укрепление советского рубля—этого важнейшего рычага усиления хозрасчета и укрепления экономических связей между городом и деревней» 46.
2. Основные этапы развития хозрасчета
Хозрасчет в советском хозяйстве имеет свою историю.
Система хозяйственного управления периода военного коммунизма представляет собою опыт построения планового хозяйства на основаниях, исключающих хозрасчет, с игнорированием хозрасчета. Советское хозяйство периода военного коммунизма отличалось чудовищным бюрократизмом. «Оправдание» и объяснение антихозрас^гетного характера военнокоммунистической системы хозяйственного управления следует искать в обстановке и в условиях того времени: гражданская война интервенция, всеобщая хозяйственная разруха. ** >
Окончание гражданской войны и переход к мирному строительству ознаменовались последовательным внедрением хозрасчета ^ практику 44 Л е н и н, т. XXII, с. 455—456.
46 Там же. с. 443.
44 Резолюции XVII съезда ВКГ1(б) по докладу тт. Молотова и Куйбышева.
15* 227


советского хозяйственного строительства. Со второй половины 1921 г. было приступлено к переводу на хозрасчет сначала предприятий промышленности, а затем и других отраслей народного хозяйства.
Первое упоминание о хозяйственном расчете в официальных документах содержится в «Положении о выделении группы льняных фабрик и порядке управления ими» 8 августа 1921 г.; в этом положении говорится о необходимости «поставить работу в данной отрасли промышленности на началах хозяйственного расчета» 47.
Д1тированный следующим днем «Наказ СНК о проведении в жизнь начал новой экономической политики» 9 августа 1921 г. (СУ 1921 г. № 59, ст. 403) дал аналогичные указания применительно ко всем отраслям промышленности: «...Предотвращая дальнейшее падение народного хозяйства, необходимо перестроиться на следующихЪа- чалах: а) государство в лице ВСНХ и его местных органов сосредоточивают в своем непосредственном управлении отдельные отрасли производства и определенное число крупных или почему-либо с государственной точки зрения важных, а также подсобных к ним предприятий,, взаимно дополняющих друг друга; б) эти предприятия ведутся на началах точного хозяйственного расчета». Наконец общий декрет, на основе которого была переведена на хозрасчет ная промышленность,—«Основные положения СТО» 12 августа 1921 г. установил: «Наиболее крупные, технически оборудованные, целесообразно организованные и соответственно расположенные предприятия в данной отрасли промышленности могут быть соединены... в особое объединение, ^организуемое на началах хозяйственного расчета. На тех же началах могут быть выделены и отдельные предприятия» (СУ 1921 г. № 63, ст. 462).
На основах хозрасчета организуются многочисленные промышленные объединения-тресты. Вслед за промышленностью начала хозрасчета внедряются в систему управления транспортом, затем в госторговлю, в сельское хозяйство (совхозы), коммунальное хозяйство.
Хозрасчет первых лет нэпа является коммерческим расчетом. Ленин писал в конце 1921 г.: «Перевод госпредприятий на так называемый хозяйственный расчет неизбежно и неразрывно связан с новой экономической политикой, и в ближайшем будущем неминуемо этот тип станет преобладающим, если не исключительным. Фактически это означает в обстановке допущенной и развивающейся свободы торговли перевод госпредприятий в значительной степени на коммерческие основания». 48.
Эго значит, что важнейшие задачи, которые должны были решить хозрасчетные организации в первые годы нэпа, были связаны с их выступлением на рынке, с рыночной борьбой и коммерческими операциями. Поэтому начала хозрасчета в полной мэре осуществлялись лишь применительно к трестам, единственно призванным к коммерческой деятельности. Вопрос о переводе на хозрасчет отдельных предприятий в составе трестов не ставился.
В условиях реконструктивного периода социалистического строительства мы говорим не о коммерческом, а о хозяйственном 47 Сборник «Новая экономическая политика в промышленности», т. I, М. 1921 с. 95.
’«Ленин, т. XXVII, о. 148.
228


расчете. Хозрасчет внедряется в производство; на основах хозрасчета работают и отдельные предприятия, хозрасчетные принципы работы переносятся и в работу цехов, создаются хозрасчетные бригады. Постановление ЦК ВКП(б) 5 ,декабря 1929 г. «О реорганизации управления промышленностью» характеризует значение хозрасчета для правильной постановки работы основного звена управления промышленностью— предприятия—следующим образом: «Перевод предприятий на хозяйственный расчет вполне себя оправдал. Хозрасчет выявляет лицо предприятия, способствует рационализации производства, правильной организации сбыта и снабжения и вызывает вместе с тем противодействие элементам бюрократизма и волокиты. Одновременно перевод предприятий на хозяйственный расчет способствует рациональной постановке учета производственной деятельности предприятия и ознакомлению масс с этой деятельностью. До настоящего времени перевод на хозрасчет совершился далеко не на всех предприятиях. Это мероприятие должно быть решительно проведено в кратчайший срок на всех без исключения предприятиях госпромышленности» 49.
В 1929—193,0 гг. имело место некоторое ослабление начал хозрасчета в связи с «извращениями кредитной реформы». Положение было выправлено «поправками к кредитной реформе». В начале 1931 г. последовали одно за другим ряд постановлений партии и правительства о внедрении и укреплении хозрасчета «на всех ступенях хозяйственной организации» 50.
В настоящее время в непримиримой борьбе на два фронта—и с «левацкой» недооценкой хозрасчета и с буржуазно-нэпманскими и право- оппортунистичАскими искажениями 61 окончательно установлено значение хозрасчета как основы организации хозяйственного руководства отдельными звеньями социалистического хозяйства.
- 3. Хозрасчет и план
Сущность хозрасчета как основного хозяйственно-политического метода руководства всеми звеньями социалистического хозяйства заключается в единстве: а) планового ^руководства, реализующего на данном хозяйственном участке народнохозяйственный план, б)^ оперативной и в)'имущественной самостоятельности каждого отдельного звена.
Хозрасчет означает самостоятельность и инициативу хозоргана в рамках и пределах, установленных его промфинпланом. Промфинплан хозоргана (социалистического предприятия)—неразрывное звено единого народнохозяйственного плана. Поэтому хозрасчет есть само-
49 Савельев и Поскребышев, Директивы ВКП(б) по хозяйственным вопросам, 1931, с. 641—642.
60 Резолюция I всесоюзной конференции работников социалистической промышленности по докладу т. Орджоникидзе. Стенографический отчет, М.—Л. 1931 г., с. 195. Ср. постановление СНК СССР 20 марта 1931 п «Об изменении в системе кредитования, укреплении кредитной работы и обеспечении хозрасчета во всех хозсрганах» характеризовало хозрасчет как «важнейший рычаг управления хозяйственными организациями во всем обобществленном секторе» (СЗ 1931 . г. № 18, ст. 166).
51 О борьбе на два фронта в вопросах хозрасчета см. ниже, с 236—238.
22У


стоятельность и инициативу звена. соццдлист^еского хозяйства, выпол- няю.щегоинасвоем участке хозяйственного фронта единый народнохозяйственный план/Условием возможности социалистического планирования является общественная (социалистическая) собственность. Поэтому вопрос о хозрасчете никогда не ставится применительно к частным предприятиям. Проблема хозрасчета в 1921 г. была поставлена применительно к государственному хозяйству. Ныне она ставится для государственных и кооперативных хозяйственных организаций (для социалистических предприятий). Хозрасчет—метод управления отдельными частями общественной (социалистической) собственности. Социалистическая собственность, а следовательно и диктатура пролетариата (предйосылка социалистической собственности) являются основой хозрасчета.
^^Хозрасчет требует точного подсчета издержек и результатов «сво- его^ЯТЭЙте^ва. Но это «свое» имеет здесь в высокой' мере условное значение. «Свое» здесь не то же, что «на праве частной собственности». Хозрасчетные предприятия, или звенья единого социалистического хозяйства или это не хозрасчетные предприятия. Перевод предприятия на хозрасчет—не равносилен передаче его во власть стихии. Хозрасчет—не денационализация. Государственное предприятие на хозрасчете не в меньшей мере государственное, чем то же предприятие в дохозрасчетном состоянии. Его «государственность» проявляется в первую голову в безусловной обязательности для него плановых заданий соответствующих государственных органов. Мысль о плане как обязательном элементе хозрасчета четко выражена в резолюции XII съезда партии о промышленности. «Поскольку государство остается не только собственпгком, но и хозяйствующим субъектом в отношении большинства прог зводьтельных сил промышленности и транспорта и в отношении кредитных средств, Постольку плановое начало при нэпе по объему немногим отличается от планового начала в эпоху военного коммунизма. Но оно радикальнейшим образом отличается по методам. Главкократичэское администрирование сменяется хозяйственным маневрированием» б2.
Рост элементов социалистической плановости в реконструктивный период ни в коей мере не означает умаления значения хозрасчета. «Рост плановости в нашем хозяйстве не снимает принципа хозрасчета с порядка дня,—говорил т. Молотов на конференции работников социалистической прбмышленности (1931 г.).—Напротив... Действительная борьба с бюрократизмом в хозяйственном аппарате не может сейчас вестись без осуществления на деле принципа хозрасчета в управлении промышленностью, сопровождаясь вместе с тем все большим развитием элементов социалистического планирования как в промышленности, так и в народном хозяйстве в целом» 53.
Поэтому перевод на хозрасчет всякого звена начинается с установления для него самостоятельного планового задания. Утверждение промфинплана предприятия—первая в системе мэр, связанных с внедрением хозрасчета в его хозяйственную деятельность.
62 Савельев и Поскребышев, Директивы ВКП(б) по хозяйственным вопросам, 1931, с. ИЗ.
*3 Стеногр. отчет I всесоюзной конференции работников социалистической промышленности, 1931, с. 166—167.
230


Отрыв хозрасчета от плана, игнорирование плана как основы и обязательного элемента хозрасчета являются источниками многообразных извращений и ошибок в теории и практике хозрасчета.
4. Оперативная самостоятельность
Следующий важнейший элемент хозрасчета—о перативная •с а мо ст о ят е л ь.ню-нт ь. Хозрасчетное звено само (самостоятельно) руководит хозяйственными процессами по выполнению промфинплана. В известных пределах сам хозорган и только он—вершитель своих хозяйственных судеб. Это значит, что в пределах предоставленных ему законом прав директор предприятия является «полным хозяином». Обязателен в силу этого известный круг вопросов, по*ко'тбр1?м~^ГТй'СГй хозрасчетной единице принадлежит «последнее решающее слово». Этот круг вопросов может быть и шире, может быть и уже. Но в тех или других рамках некоторая сфера «суверенности» предприятия всегда необходима. Иначе нет оперативной самостоятельности, нет хозрасчета.
Система военного коммунизма, отрицавшая хозрасчет, не признавала оперативной самостоятельности предприятий. Это выражалось в распылении хозя^твёйньЕГ^ункцийТфедпрМ между многочисленными, вне его находившимися центрами. Ни по одному вопросу предприятие не было «полным хозяином». Ущемление начал хозрасчета, наблюдавшееся в 1929—1930 гг. на отдельных хозяйственных участках, нашло свое наиболее яркое выражение в фактах игнорирования оперативной самостоятельности предприятия. Если текущим счетом завода распоряжается Госбанк, складским хозяйством—районный снаб, готовой продукцией—отраслевой сбыт,—нельзя говорить о «полноте прав» предприятия как хозяина. Его оперативной самостоятельности больше не существует; хозрасчет оказывается «на ущербе».
Содержание оперативной самостоятельности хозрасчетной организации различно для разных звеньев системы хозяйственного управления. Завод например пользуется большей степенью оперативной самостоятельности, чем цех. Это значит, что заводу принадлежит «последнее, решающее слово» по большему кругу вопросов, чем цеху. Начальник цеха самостоятельно назначает и увольняет цеховую администрацию, самостоятельно осуществляет техническое руководство, пользуется правом маневрирования в пределах установленных ему лимитов по заработной плате, расходованию материалов и т. д. Директор завода сверх того осуществляет целый ряд иных функций в области снабжения, строительства,- финансирования.
Оперативная самостоятельность предполагает наличие «последнего центра», до известному кругу вопросов, принимающего окончательные решения. Но «последний центр» не может не быть единственным центром. Отсюда—неразрывная связь хозрасчета с е д^и н о н а- ч а л и е м как предпосылкой оперативной самостоятельности^
Оперативная самостоятельность и единоначалие друг друга обусловливают, теснейшим образом друг с другом связаны. Не .только едино - началие—предпосылка оперативной самостоятельности, но в свою очередь оперативная самостоятельность, т. е. реальное овладение хозяйственными процессами — предпосылка единоначалия. Отсюда—лозунг: «большевики должны овладеть техникой». *— -
231


«Спрашивают часто, почему у нас нет единоначалия? Его нет и не будет, пока мы не овладеем техникой. Пока среди нас, среди большевиков, не будет достаточного количества людей, хорошо знакомых с вопросами техники, экономики и финансов, у нас не будет действительного единоначалия...
Задача, стало быть, состоит в том, чтобы нам самим овладеть техникой, самим стать хозяевами дела. Только в этом гарантия того, что наши планы будут полностью выполнены, а единоначалие будет проведено» 54.
Оперативная самостоятельность есть право «последнего, решающего слова» по известному кругу в опросов. Эгог «круг вопросов» для каждого хозрасчетного звена, иначе говоря, объем его правомочий и обязанностей или сфера компетенции, должен быть точно очерчен и отграничен от всех остальных соседних, выше и ниже стоящих звеньев. Оперативная самд^тоятельнос£ьjij^iiHOHa4anHe требуют точной фиксации прав и обязанностей, четкого определения ответственности и функций каждой хозрасчетной единицы. Эго производится в законе, уставе, положении, инструкции, доверенности. Конкретизация правомочий и ответственности директора, его помощников, начальников цехов, мастеров и т. д. наряду с установлением планового задания стоит на пороге хозрасчетной жизни предприятий. Первый де- I крег о трестах 10 апреля 1923 г., знавший лишь хозрасчет треста, точно разграничивал права и обязанности правления треста и ВСНХ. Для за- ! вода он считал возможным ограничиться ничего не говорящей формулой: «Управление отдельными производственными единицами (заведениями), входящими в состав треста, поручается директорам и заведующим, назначаемым и увольняемым правлением треста и действующим на началах единоначалия в пределах полномочий, предоставленных им правлением». Признание де-юре хозрасчета завода ознаменовалось включением в Положение о трестах 29 июня 1927 г. специального раздела «Об управлении производственными предприятиями, входящими в состав треста», и изданием 4 октября 1927 г. типового положения о предприятии.
н Оперативная самостоятельность связана с договором как
основной формой связи хозрасчетной единицы с другими хозяйственными звеньями. Значение договоров ^заключастзя в .конкретизации ответствцнцости методом слТб'обя з ы в а н и я.
Б услоштя^ратЗвернутой совёНЛтой* торговли все в^шшоотношения хозорганов должны оформляться договорами. В договоре и в самообя- зывании, которое реализуется через договор, находит свое осуществление начало оперативной самостоятельности хозрасчетной организации. По закону «Об ответственности за невыполнение заказов и поставок по договорам для обобществленного сектора народного хозяйства» 18 февраля 1931 г. (СЗ 1931 г. № 10, ст. 109) 1все хозорганы обязаны «оформлять свои заказы и поставки путем заключения письменных договоров».
5. Имущественная самостоятельность
Третий из указанных нами обязательных элементов хозрасчета— имущественная самостоятельность хозрасчетной еди-
64 Ста л и н, «Вопросы ленинизма», изд. 9-е, с. 583. Разрядка наша.—Авторы. 282


ницы. Имущественная самостоятельность («закрепление» за хозрасчетной единицей известного имущестрецного., _комплекса)-гматериальная база ддардтивдой.самостоятельности. В условия^Гс^циалибтического об- щества всякий хозорган, всякое предприятие последовательно социалистического типа выступает с^«имушествеиным лицом»^ Единый фонд социалистической собственности «расчленен»* и «закреплен» за отдельными хозрасчетными организациЙмиТхоЖУр'ганами).
Имущественная самостоятельность—то же, что и имущественная обособленность хозрасчетной единицы. Имущественная обособленность осуществляется прежде всего через самостоятельный, точный и всесторон- ний у ч е т ^имущества и хбзяйствйНИди^е^ТГШГЬности хо^асчетнри^еди- ницы. По Положению о трНсТйГЗЭ йШня 1927 г. учреждение, организующее трест, «составляет инвентарную опись и инвентарный баланс имущества, предоставляемоготресту>У (ст. окончании операционного
кода'трест представляет учреждению, в ведении которого он находится, отчет, баланс и счет, прибылей и убытков (ст. 30). Перевод на хозрасчет завода’"связан с постановкой самостоятельного и законченного учета имущества и операций завода по системе двойной бухгалтерии. Перевод на хозрасчет цеха требует четкой системы учета результатов работы цеха.
Но один лишь точный и законченный учет далеко не гарантирует имущественной самостоятельности. Необходимо твердо обеспечить эк- вивалентный (возмездвдй)i х а^Х^Ж ^ Р. 9 т н о ш е н njn хозрасчетной единицы ?5^6семи другими предприятиями, организациями и лицами 55. Хозрасчет отрицает безвозмездность. Кредитование под план и финансирование завода трестом не против реа^льн о-с данной продукции, а так, «за здорово живешь», в пределах надобности—такие факты справедливо приводились в качестве иллюстраций отсутствия действительно хозрасчетных взаимоотношений.
Мысль об эквивалентности отношений как элементе хозрасчета выражена Положением о трестах 29 июня 1927 г. в целом ряде статей, в частности в статье о занаряживании. Занаряживание допускается по ценам ниже рыночных, но не н и ж е с е б е с т о им о _с т и с начислением средн ей п ^гГУы^л^ случае неисправности стороны, *B*TIWTf5yi<6fSpOH выдан наряд, государственная казна возмещает убытки тресту (ст. 39). Принцип эквивалентности положен в основу наряда- заказа—документа, оформляющего взаимоотношения треста с переведенным на хозрасчет заводом (ст. 28) 56.
Эквивалентность—то же, что применение к хозорганам принципа вознаграждения по труду («буржуазное право без буржуазии»). Именно из эквивалентности во взаимоотношениях хозрасчетных организаций
65 По удачному выражению т. Пархоменко на конференции работников социалистической промышленности «хозрасчет дает строгое разграничение функций и ответственности, выраженное в деньгах». Стеногр. отчет, с. 24.
66 Ср. также ст. 7 Положения о трестах 29 июня 1927 г. (СЗ 1927 г. № 39, ст. 392): «Безвозмездное изъятие у треста входящих в его состав производственных предприятий или иного имущества в порядке уменьшения его уставного капитала допускается лишьпри условии, что оставшегося у треста после такого изъятия имущества, на которое можеФ быть обращено взыскание, окажется достаточно для покрытия всех его долгов. Если изъятие будет произведено с отступлением от вышеуказанного правила, то в постановлении о производстве такого изъятия должны быть предусмотрены не нарушающие интересов кредиторов порядок и способ покрытия долгов треста, возникших до момента изъятия имущества».
233


вытекает колоссальная роль хозрасчета как орудия социалистического накопления, как орудия расширенного воспроизводства социалистиче-
вать, беречь копейку, ЗаботйТТОТПГ’рёнта’бсльности каждогосвоего предприятия. Надо лишь не забывать/что каждый конкретный вопрос хозрасчета, в частности о рентабельности, надо брать в неразрывной связи с планом, под углом зрения единого народнохозяйственного целого. В частности рентабельность в социалистическом хозяйстве «надо брать с точки зрения общенародного хозяйства в разрезе нескольких лет. Только такая точка зрения может быть названа действительно ленинской, действительно марксистской» 57.
Имущественная самостоятельность означает, далее, самостоя- т£ л ьн у ю материальную ответственность хозрас- ч е т н о и ё дини ц ы. Самостоятельная материальная ответственность—оборотная сторона имущественной самостоятельности. По Положению о трестах 29 июня 1927 г. т^ест сам отвечает по своим обяза- тельствам в пределах той части предоставленного^ёму имущества^на которую «согласно дёиств’утотцеМу законодательству может бьп ь обращено взыскание». При этом «общегосударственная казна и местные советы за долги треста не отвечают. Трест не отвечает за долги государства и местных советов» (ст*. 4). По вопросу о самостоятельной материальной ответственности трестов опубликована записка Ленина от Й. февраля 1922 г. «...Я думаю,—писал Ленин,—гчто тресты и предприятия на хо- зяйственномчрасчете основаны именно для того, чтобы они сами отвечали и притом всецело отвечали за безубыточность своих предприятий. Если это оказывается ими не достигнуто, то, по-моему, они должны быть привлекаемы к суду и караться в составе всех членов правления длительным лишением свободы (может быть с применением по истечении известного срока условного освобождения), конфискации всего имущества и т. д. Если мы, создав тресты и предприятия на хозяйственном расчете, не сумеем деловым купцовским способом обеспечить полностью свои интересы, то мы окажемся круглыми дураками» * 58 59.
На конференции работников промышленности в 1931 г. Орджоникидзе высказал ту же мысль применительно к отдельному предприятию. «...Если ... ты не выполнил взятых на себя обязательств,—говорил т. Орджоникидзе, обращаясь к директорам предприятий,—я тебе денег не плачу. Банк тебе за меня платить уже не будет, и тебе, дорогой товарищ, придется думать очень крепкую думку, как оплатить зарплату, как продолжать работу своего завода»
Не может быть имущественной самостоятельности и самостоятельной материальной ответственности, если не установлена система санкций, гарантирующих исправное соблюдение каждым хозрасчетным звеном принятых на себя обязательств. «К о н т р о л ь р у б л е м» неразрывно связан с имущественной самостоятельностью. Наладить контроль рублем можно с помощью разнообразных приемов и способов. Наиболее
87 Сталин, «Вопросы ленинизма», дополнение к 9 изд., 1933, с. 26.
58 Л енин, т. XXIX, с. 420.
59 О рджоникидзе. Стеногр. отчет I всесоюзной конференции работников социалистической промышленности, 1931, с. 12—13.


распространенные и общепринятые из них—возмещение убытков (ст. 117 ГК), пени, неустойки. Ими широко пользуется практика. Постановление СНК СССР 19 декабря 1933 г. о заключении договоров на 1934'г. (СЗ 1933 г. № 73, ст. 445) признает обязательным предусматривать в заключаемых хозорганами договорах пени, неустойки, размер которых устанавливается договором по соглашению сторон, и право требовать возмещения убытков, причиненных неисполнением договора. Могущественное средство осуществления контроля рублем—кредитная система. Действующая в настоящее время система кредитования построена на принципах срочности и возвратности кредита. При невыполнении хозорганами их" обязательства Перед .Госбанком последнему предоставляется право ограничивать йлп полностью прекращать кредитование, а также продавать в*принудйтельном порядке"товары, принадлежащие неисправному хозоргану.
Вопрос о контроле рублем вплотную подводит к следующему, тесно с ним связанному вопросу об особом аппарате, организующем этот контроль и методами принудительного воздействия воспитывающем хозор- ганы к плановой и договорной дисциплине. Татщл^аппаратом.являются суды, г о с у д а р с т в е н н'ы й и в е д о м с т в е нТыТ'а^ б и- т р а ж. Эти "органы рассматривают имущественные споры между хозрасчетными организациями. Они прибегают к государственному принуждению во всех случаях)* когда выявляется необходимость укрепить хозрасчетные принципы в работе отдельных звеньев социалистического хозяйства.
С вопросом об имущественной самостоятельности связан наконец 7 и вопрос охозяйственных стимулах, т. е. о системе мер, U организующих материальную заинтересованность участников производственного процесса в результатах производства. Это—одельщина, премирование в разнообразных формах, производственная экономия и т. д. Хозорган в целом также «заинтересовывается» в накоплениях.' Поэтому хозрасчет предусматривает оставление в распоряжение хозрасчетной единицы хотя бы части полученных ею накоплений.
Но материальная заинтересованность—лишь одна сторона вопроса о стимулах в хозрасчете. Есть другая сторона.
В условиях капитализма стимулом, толкающим частного собственника к накоплению, служит стремление к наживе. У нас «деятельность государства ставите себя на место та^ называемого экономического мотива, т. е. мотива личной выгоды, эгоистического интереса, обособленного хозяйствующего субъекта» 60. Это не значит, что советская система хозяйства снимает задачу социалистического накопления. Ни в коем случае. Задача накопления стояла^не, тольков 1923 г.г но стоит и сейчас перед каждым' хозорганом как актуальнейшая, важнейшая задача. Йо это именно задача, а не движущая сила и не стимул. Таким стимулом для советского хозоргана является «борьба за план» (плановая дисциплина). Степенью выполнения плана измеряются достижения и недочеты предприятия. Потому и труд является у нас делом доблести, чести и геройства, что это труд по созиданию планового социалистического хозяй80 Пашуканис, Экономика и правовое регулирование. «Рев. права* № 5, 1929, с. 34.
2JU


ства. Значение хозрасчета с этой стороны заключается в том, что он создает необходимые предпосылки для реализации новых социалистических стимулов. В условиях социалистического соревнования и ударничества единственное, 'что'^грё^уется для развязывания ^инициативы и самодеятельности трудящихся масс,—это и*н д и в _и д у а л иТГц й я р а б о- чего^места как части едино^^тСЙЩТалистическогэ хозяйства. Хозрас- ч£т№е «выявляет* Лицо предприятия», не только предприятия, но и цеха, и агрегата, и рабочего места. Хозрасчет ликвидирует обезличку и создает условия для четкой ответственности. Он конкретизирует поле приложения трудовых усилий для каждого участника социалистической стройки, конкретизирует в условиях сохраняющегося товарооборота, денежного хозяйства, внешнего рынка и т. д. Он ставит этим в связь деятельность каждого хозоргана и труд каждого трудящегося с процессом социалистического строительства в целом. Хозрасчет—мощное орудие борьбы за пла^ и подлинная основа со ци а л rfSrrinecttd го хозяй¬
6. Извраще ни я хозрасчета
Будучи рычагом реализации народнохозяйственного плана, хозрасчет является тем самым одним из орудий классовой борьбы пролетариата. Это орудие борьбы за быстрейшие темпы развития народного хозяйства, за преодоление инертности и бюрократизма в работе хозорганов, за повышение ответственности каждого хозяйственного звена и каждого руководителя предприятия. Поэтому вокруг хозрасчета так же, как и вокруг плана, шла и идет классовая борьба. Источник всех извращений в практике хозрасчета есть отрыв хозрасчета от плана.
Правооппортунистическая трактовка хозрасчета заключается в игнорировании плана во имя неправильно понятого хозрасчета, в недооценке плана как основы хозрасчета, что в конечном итоге ведет к срыву плана и развязыванию рыночной стихии. Факты прямого товарообмена и самовольного повышения цен, имеющие место в работе некоторых хозорганов, являются результатом либерально-буржуазного, кулацкого понимания хозрасчета. Они отражают влияние буржуазных элементов на слабые звенья советского хозяйственного аппарата. «Разве в самом деле нет таких случаев,—говорил т. Молотов в докладе на январском пленуме ЦК и ЦКК 1933 г.,—когда руководители трестов, кооперативных организаций, фабрик или совхозов сбывают продукцию «повыгоднее», срывая установленные цены и не выполняя своих государственных обязательств, на деле скатываясь на грязную дорожку спекуляции» 61 62.
Антигосударственная буржуазная постановка вопроса о хозрасчете ведет кизвращению политики цен на продукцию социалистической промышленности. Хозрасчет из орудия борьбы за качественные показатели плана превращается в орудие оправдания плохой рабо- ты предприятий. Отсюда—требование повышения цен. В~нашумевшей в свое время статье И. Дольников на страницах «За индустриализацию» 6-, пытаясь прикрыть плохую работу металлургических заводов 61 Молотов, Задачи первого года второй пятилетки, М. Партиэдат, 1933. с. 35.
62 Дольников, Вопросы себестоимости цен и финансовой политики на металлургических заводах, «За индустриализацию» от 17 марта 1933 г.
236


(повышение себестоимости против заданной в плане, снижение качества продукции), предложил повысить отпускные цены на мета^дурцгдаескую продукцию путем приближения их к фактическо’!ГсеТ)естоимости. Предложение Дольникова повело бы к всеобщему повышению цен во всех отраслях хозяйства, к срыву качественных показателей и темпов социалистического накоплений, запроектированных народнохозяйственным планом, а следовательно и к срыву последнего. Установка, развитая Дольниковым, свидетельствует о неверии в реальность социалистического плана и об игнорировании хозрасчета, превращающегося в трактовке буржуазных перерожденцев из орудия борьбы за план в прикрытие рваческих тенденций отдельных руководителей заводов, пытающихся путем повышения цен оправдать плохую работу своих предприятий.
Особенно характерны для правооппортунистической практики проведения хозрасчета факты прямо г о тдкюо о б мена. В обмен на дефицитные материалы или продукты руководитёли~некоторых предприятий, игнорируя плановое распределение фондов, передавали -эти фонды другим предприятиям, подрывая тем самым выполнение плана тех хозяйственных единиц, которым эти фонды предназначались. Например за IV квартал 1931 г. и январь 1932 г. Союзснабсбыт отгрузил различного рода хозяйственным организациям и учреждениям вне фондов 1672 вагона Цемента. Отпустив цемент вне установленных фондов Мосснабсбыту, Союзцемснабсбыт получил взамен шарикоподшипники, выключатели, изоляторы, электрические лампы, галоши и пр. 63.
Проведение таких товарообменных операций, подрывая планирование и устойчивость советского рубля, извращает хозрасчет. Буржуазные перерожденцы заслужили суровую оценку своей деятельности в ряде решений ЦКК—НКРКИ и постановлении СНК СССР 18 октября 1931 г. о ликвидации ненормальных фактов прямого товарообмена между хозорганами (СЗ 1931 г. № 63, ст. 414). Постановление СНК указывает, что «факты прямого товарообмена между хозорганами представляют грубое оппортунистическое извращение установленных партией и государством принципов хозрасчета и наносят вред интересам рабочего класса»; поэтому СНК постановляет «руководителей всех организаций, которые допустят продолжение практики прямого товарообмена после опубликования настоящего постановления привлекать к уголовному суду, как за совершение преступления, граничащего со взяточничеством».
«Л е в а ц к и е» извращения хозрасчета исходят также из противопоставления плана хозрасчету, из непонимания того, что план не отменяет хозрасчета. Леваки усматривают в хозрасчете опасность развязывания частнохозяйственной стихии и капиталистического перерождения советский Предприятий? Ярким ^роявйёй'йем' такого непони- маЖя' дйалёк^^^ хозрасчета и плана было выступление
И. Н. Смирнова на первой конференции работников социалистической промышленности в 1931 г. Смирнов предложил сверхцентрализовать промышленное снабжение, учредив при ВСНХ единый орган по производственному снабжению предприятий по типу Чусоснабарма периода военного коммунизма, с передачей этому органу всех планово-регулиру- ющих и оперативных функций. Тов. Молотов дал отпор этому предло-
ва «За индустриализацию» от 10 марта 1932 г.
237


жению. Он подчеркнул всю вредность предложения Смирнова* «Централизовать снабжение промышленности..-в теперешний период развернутого социалистического строит]едьства j6hjio_ бы сверхбюрократической затеей и к тому же практически совершенно неосуществимойв4. Предложение о Чусоснабармской организации промышленного снабжения исходит ...из отрицания и хозрасчета и самого нэпа» 64 65.
«Левацкая» недооценка хозрасчета приводит к бюрократизации планирования и к канцелярским методам руководства, к забвению учета и контроля рублем, к перерасходованию государственных средств,, к оправданию безответственности хозорганов за выполнение возложенных на них заданий, кДТОДрыву советской денежной системы, игнорированию борьбы за качественные показатели и темпы внутрийромышлен- ного накопления, коротко, к срыву того плана, горячими защитниками которого объявляют себя «леваки».
Литература
Ленин, О едином хозяйственном плане. Сочинения, т. XXVI. Лени нг Мысли Насчет «плана» государственного хозяйства. Сочинения, т. XXVI. Л е- н и н, Письма и записки к Крыжановскэму. Сочинения, т. XXVI и Ленинские сборники, XX, XXIII. Сталин, На хлебном фронте. Сталин, Политотчет на XVI съезде партии. Сталин, Новая обстановка —новые задачи хозяйственного строительства. Межлаук. Перестройка системы пл .новых органов. «Плановое хозяйство» N® .3, 1934. Г и н ц б у р г, О хозрасчете, М. 1931. Липец- к е р, Организационные вопросы планирования советской торговли, Статья в сборнике «Вопросы советского хозяйственного права». М.' 1933. Венедиктов и др., Статьи о хозрасчете в Сборнике «Организационные вопросы хозрасчета в промышленности» Л. 1933. Рубинштейн, К вопросу о хозрасчете. Статья в сборнике «Вопросы советского хозяйственного права». М. 1933.
64 Конференция работников социалистической промышленности, Стеногр. отчет, М. 193?, с. 167.
65 Там же, с. 169.
/
X


ЧАСТЬ III
ОРГАНИЗАЦИОННАЯ СТРУКТУРА НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА СССР
ГЛАВА VIII
ОБЩЕЕ УЧЕНИЕ О ЛИЦАХ (СУБЪЕКТАХ ДРАВА)
§ 1. Лица (субъекты права) в буржуазном гражданском праве. Понятия физического и юридического лица
1. Субъект права как одна из центральных категорий буржуазного гражданского права
Категория субъекта права является одним из центральных понятий буржуазного гражданского права. Но буржуазная юриспруденция бессильна раскрыть классовую природу правосубъектности. Лишь марксистско-ленинское пони^анйе права как специфической формы политики господствующего класса позволяет дефетишизировать эту категорию, определить ее место и роль не только в системе буржуазного гражданского права, но и в советском хозяйственном праве.
В товарном обществе, основывающемся на общественном разделении тр'уда и на частной собственности на средства производства, трудовая связь между людьми—товаровладельцами—устанавливается в процессе обмена их продуктов труда—товаров. Частная работа товаропроизводителей превращается в часть совокупного общественного труда через связь, которая устанавливается посредством обмена товаров на рынке. Но «чтобы данные вещи,—пишет Маркс,—могли относиться друг к ДРУГУ как товары, товаровладельцы должны относиться друг к другу как лица, воля которых обитает в этих вещах; таким образом один товаровладелец лишь по воле другого, следовательно, каждый из них лишь при посредстве одного общего им обоим волевого акта может присвоить себе чужой товар, отчуждая свой собственный. Следовательно, они должны признавать друг в друге частных собственников.•• Лица существуют здесь один для другого лишь как представители товаров, т- е. как товаровладельцы» х. V
В этих словах Маркса дан ключ к раскрытию понятия субъекта права в буржуазном обществе. Субъект права—это товаровладелец, хозяйствующий индивид, воля которого должна господствовать в его вещах, потому что «товары не могут сами отправляться на рынок и обмениваться между собою» 1 2. •
1 Маркс, Капитал, т. I, 1931, с. 41
2 Там же, с. 41.


Экономическая необходимость, тяготеющая над обществом товаропроизводителей, превращается в их сознании в юридическую свободу, в признание друг за другом свободы распоряжения своими вещами—товарами, т. е. в признание друг друга свободными субъектами права.
Товарный фетишизм дополняется юридическим фетишизмом. Но так же, как вещная форма, которую принимают производственные отношения капиталистического общества, является объективной реальностью, точно так же и категория субъекта права—это не только идеологическое извращение действительности, но и реальное общественное отношение—необходимая форма опосредствования процесса производства и обмена в товарном обществе. Маркс с исчерпывающей ясностью вскрыл это в следующих словах: «Вещи сами по себе внешни для человека и потому отчуждаемы. Для того чтобы это отчуждение стало взаимным, люди должны лишь молчаливо относиться друг к другу как к частным собственникам этих отчуждаемых вещей, а значит и как к независимым друг от друга личностям»3.
Итак собственники выступают в обороте по отношению друг к другу как представители товаров; следовательно, субъект права в товарном обществе есть не что иное как персонифицированная форма частной собственности. Формальная же свобода субъекта права есть юридическое выражение частнохозяйственной автономии товаровладельцев, «свободно» отчуждающих свои товары.
Свобода личности и собственности, равенство граждан перед законом—таковы, как мы знаем, основные требования буржуазии, идущей к власти. На другой день после захвата власти буржуазия спешит провести эти требования в жизнь. Эти необходимые условия развития капитализма буржуазия провозглашает вечными и неотчуждаемыми правами человека и записывает их в гражданском законодательстве, закрепляющем ее классовое господство над пролетариатом. Но формальное равенство и свобода являются лишь равенством и свободой для эксплоата- торов; поскольку же освобожденный от средств производства пролетарий, продающий свою рабочую силу, есть также «товаровладелец»—собственник своей рабочей силы, постольку и рабочий признается формально равноправным с капиталистом, считается свободной личностью и, следовательно, в договоре трудового найма фигурирует как «свободный» субъект права. На рынке труда рабочий противостоит капиталисту как формально независимая личность.
Но за формальным равенством скрывается классовое неравенство. За фигурой субъекта права в договоре трудового найма на одном полюсе скрывается буржуа, капиталист-собственник средств производства, на другом полюсе—пролетарий, лишенный средств производства. Классовая природа понятия субъекта права ясна. Как форма олицетворения собственности на средства производства субъект права в капиталистическом обществе—это буржуа, капиталист. Но и бездомный пролетарий как продавец своей рабочей силы признается в буржуазном праве носителем прав и обязанностей. В этом заключается одно из условий, одна из предпосылок капиталистической эксплоатации. Противоречие буржуазного гражданского права, противоречие между формальным равен-
8 Маркс, Капитал, т. I, 1931, с. 44.
240


права фигури-
етвом, вытекающим из эквивалентного обмена, и классовым неравенством, вытекающим из монополии капиталистов на средства производства, находит свое выражение в понятии абстрактного субъекта права как участника разнообразнейших сделок капиталистического гражданского оборота.
Буржуазная теория естественного права в своем учении о прирожденных правах человека и гражданина, возвеличив и вознеся на небеса абстрактного товаровладельца, показывает лишь пример того, как категория субъекта права, рожденная отношениями простых товаропроизводителей, используется буржуазией в целях эксплоатации рабочего класса и экспроприации мелкобуржуазных масс. Описывая эволюцию частной собственности, Маркс дает характеристику этого явления в следующих строках: «Общее юридическое представление от Локка до Рикардо—представление мелкобуржуазной собственности, между тем как изображаемые ими производственные отношения относятся к капиталистическому способу производства. Это возможно именно благодаря тому, что отношение продавца и покупателя остается формально тем же в обеих формах» 4.
2. Физическое лицо
Буржуазное гражданское право знает два вида субъектов права: лица физические и лица юридические. В теории гражданского права и в гражданском законодательстве человек как субъект рует под названием физического лица.
Физическим лицом в развитых буржуазных кодификациях признается вся кий гражданин; начало бытия человека как субъекта права совпадает с моментом появления его на свет. Это значит, что прайоСйособность лица начинается рождением и кончается смертью. Ст. 1 Германского гражданского уложения гласит: «Правоспособность человека начинается рождением и кончается смертью». Ст. 13 Швейцарского гражданского уложения: «Правоспособен каждый. Все люди в границах правопорядка одинаково способны иметь права и нести обязанности».
Ребенок может быть таким же носителем прав и обязанностей как и взрослый человек. Правоспособностью называется, следовательно, абстрактная способность иметь права и обязанности, например, быть собственником, заемщиком, продавцом и покупателем и пр. Но грудной ребенок, хотя и может являться владельцем крупного предприятия, самостоятельно управлять своим имуществом не в состоянии. Д е е- способность, т. е. способность собственными действиями осуществлять свои права и обязанности, начинается лишь с момента совершеннолетия. Законодательства буржуазных стран обычно определяют этот возраст в 21 год (французский гражданский кодекс, германское гражданское уложение; швейцарское гражданское уложение понижает его до 20 лет). Над несовершеннолетними устанавливается опека или попечительство. Опекуны или попечители представляют несовершеннолетних в обороте.
4 «Архив Маркса и Энгельса», т. II (VII), М. 1933, с. 265.
16 Курс сов. хоз. права
241


Кроме возраста на дееспособность влияют физические и умственные недостатки. Лица, страдающие душевной болезнью, идиотизмом, слабоумием, лишены дееспособности; над ними так же, как и над малолетними, учреждается опека. Для буржуазного общества расточительность является также основанием для лишения или ограничения дееспособности лица. Буржуазное государство охраняет в этом случае интересы буржуазной семьи и будущих наследников от «безрассудного» расходования средств незадачливыми участниками капиталистического оборота. Конечно, здесь, как и во всем, проявляется лицемерие буржуазного законодательства: во время кризиса расточаются колоссальные материальные ценности, капиталисты сознательно уничтожают товары для того, чтобы повысить цены на них, буржуазное же законодательство не только не лишает этих «расточителей» дееспособности, но, наоборот, всячески поощряет их, санкционирует это «ограничение национального производства» как один из путей выхода из кризиса.
Таково в кратких чертах содержание понятий правоспособности и дееспособности в буржуазном гражданском праве. Непрерывность процесса товарного производства, непрерывность кругооборота капитала— вот что вызывает признание за каждым членом буржуазного общества способности быть субъектом права. Этим обеспечивается единство движения буржуазной собственности от отца к сыну, от сына к внуку. Носители права собственности меняются, но она сама как орудие присвоения Чужого неоплаченного труда остается.
к
3. Юридическое лицо
В эпоху промышленного капитализма, когда процесс концентрации и централизации капитала лишь намечался, в центре хозяйственной жизни стоит индивидуальный капиталист, т. е. в переводе на юридический язык—физическое лицо. Капиталист в этот период является обыкновенно не только собственником капитала, но одновременно и руководителем своего предприятия. Капиталист управляет своим предприятием, потому что он собственник средств производства 5.
Процесс концентрации и централизации капитала ведет к установлению господства капиталистических монополий и следовательно к все большему отстранению отдельных капиталистов от руководства предприятиями, от активного участия в хозяйственной ж и з н и. В эпоху империализма субъект права превращается в еще более абстрактную категорию. «Юридический субъект получает себе двойника в виде представителя, а сам приобретает значение математической точки, центра, в котором сосредоточена известная сумма прав» 6. Процесс обобществления капитала ведет к тому, что собственность отдельного капиталиста, ставшего рантье, превращается в простой титул на присвоение определенной доли прибавочной стоимости; его право свободного распоряжения собственностью сводится лишь к отчуждению или при-. 5 «Капиталист не потому является капиталистом, что он управляет промышленным предприятием,—наоборот, он становится руководителем промышленности потому, что он—капиталист». Маркс, Капитал, т. I, 1931, с. 249.
6 Пашуканис, Общая теория^права ^марксизм, с. 72, 1929. Иэд. Коммунистической академии.
м»


обретению этого титула в форме акций и других ценных бумаг. Физическое лицо перестает быть центральной фигурой капиталистического товарооборота; в качестве основных участников хозяйственной деятельности начинают выступать капиталистические объединения. Центральным звеном, основной организационной формой введения имущества в оборот стало юридическое лицо.
Под юридическими лицами подразумевают объединения лиц, различные виды капиталистических товариществ, организации и учреждения, выступающие в обороте как самостоятельные имущественные массы и следовательно как специфические субъекты права. В основе процесса роста значения юридического лица как основного вида субъектов прав лежит концентрация капитала. Концентрация на известной ступени своего развития ведет к монополии. Уже Маркс обращал внимание на рост могущества акционерных обществ; он указывает, что в них происходит «превращение действительно функционирующего капиталиста в простого управляющего, заведывающего, управляющего чужими капиталами, и собственников капитала—в простых собственников, простых денежных капиталистов» 7.
Отсюда следует, что так же, как физическое лицо, юридическое лицо как вид субъекта права есть общественное отношение классового общества. Превращение капиталистического объединения—юридического лица—в основной элемент правоотношения не изменяет классового содержания категории субъекта права как формы опосредствования производственных отношений, базирующихся на частной собственности на средства производства и на противоположности труда и капитала. Все свойственные категории субъекта права признаки сохраняются и находят свое дальнейшее развитие в юридическом лице.
Понятие юридического лица прошло длинный путь развития. Оно было создано римским правом. По словам буржуазного юриста, «не только идея юридического лица была римским правом создана, но и дано ее основное практическое выражение; были выработаны понятия правоспособности, независимой от лица физического, приемы искусственной дееспособности и даже основные типы юридических лиц (корпорации и учреждения). Новому миру был передан очень тонкий юридический способ, при помощи которого самые разнообразные социальные образовав ния могли быть введены в нормальную жизнь гражданского общества, и новый мир широко воспользовался им» 8. Под «новым миром» здесь конечно надо иметь в виду буржуазное общество.
Однако юридическое лицо не получило в римском праве достаточного развития. Несмотря на широкий разворот мировой торговли, ростовщичества и крупных рабовладельческих латифундий (поместий) в основе римского хозяйства лежало все же мелкотоварное производство. Римское право—классическое право общества простых товаропроизводителей. Поэтому центральной фигурой в хозяйственном обороте был субъект права—физическое лицо—мелкий товаропроизводитель (крестьянин, ремесленник), торговец, ростовщик, крупный землевладелец, откупщик. Отсюда—тонкость и совершенство в разработке понятия право-
7 Маркс, Капитал, т. III, ч. I и II. 1932, с. 310. Партиздат.
8 II о к р о в с к и й И. А., История римского права, 1915. с. 326.
16*
248


способности физического лица в римском праве и недоразвитость понятия юридического лица.
Дальнейшее развитие понятия юридического лица стоит в тесной связи с ростом капитализма и укреплением капиталистического способа производства. В период первоначального капиталонакопления создаются разнообразные виды «торговых товариществ». В 1602 г. голландское правительство основывает первое акционерное общество, «Всеобщую нидерландскую соединенную Ост-индскую компанию» для индийской торговли с основным капиталом в 6% млн. флоринов. Впервые было применено разделение основного капитала общества на одинаковые, свободно передаваемые доли, акции. Французский «Торговый регламент» 1673 г. регламентирует открытое торговое товарищество, которое характеризуется малочисленным составом и принципом солидарной ответственности его членов. Это—преимущественно семейное товарищество. Несмотря на ограниченность участников, эта форма соединения капиталов завоевала хотя и скромное, но довольно прочное место в дальнейшей истории развития капиталистических объединений. В области морской торговли развивается комменда как форма аккумуляции капиталов для участия в торговом мореплавании: сперва купцу, отправляющемуся в плавание, отдельные лица поручали продажу своих товаров, затем постепенно создается из этих участников морское товарищество, выступающее во-вне под общей фирмой; в развитом вийе коммандитное товарищество характеризуется тем, что часть членов его (товарищей) отвечает лишь имуществом, вложенным ими в дело, остальная же часть товарищей (обычно меньшинство) является руководителями производственного или торгового предприятия и несет неограниченную ответственность всем своим имуществом по делам товарищества.
Коммандитное товарищество является более гибкой формой, чем открытое или полное товарищество, и его можно рассматривать как переходную ступень к акционерной компании.
В начале XVIII века Англия и Франция переживают акционерный ажиотаж, закончившийся грандиозным крахом для многих акционерных обществ и массы легковерных акционеров. В дальнейшем начинается спад волны акционирования. По словам буржуазного исследователя форм капиталистических предприятий Лифмана, «метод акционирования предприятий был на долгое время скомпрометирован и лишь к концу XVIII и началу XIX века этот способ предпринимательства начинает опять завоевывать себе место»9.
Процесс акционирования возрождается на новой расширенной основе с середины XIX века. Диалектика развития капитализма снова выдвигает акционерную форму как один из рычагов аккумуляции капитала. Две особенности акционерных обществ обеспечили им успех: раздробление акционерного капитала на значительное число мелких акций и особый порядок ответственности акционеров по обязательствам общества (акционер отвечает лишь в размере акции). То и другое гарантировало привлечение огромной массы мелких акционеров. Ленин, прослеживая развитие капиталистических монополий, указывает на ту роль, которую играет в этом процессе акционерная форма предприятий: • Р. Л ифма н, Формы предприятий, 1924. с. 51.
244


акционирование есть не только метод концентрации и централизации крупного капитала, но и способ привлечения мелких сбережений широких масс населения в интересах группы крупнейших капиталистических воротил, учредителей акционерного общества. Ибо на опыте доказано «что достаточно владеть 40% акций, чтобы распоряжаться делами акционерного общества» 10. Конечно, крупный капитал, выжимая из массы мелких держателей акций колоссальные суммы, разоряя мелких акционеров игрой «на повышение и понижение», и близко не подпускает их к управлению делами общества.
Акционерное общество является чрезвычайно гибкой формой объединения капиталов. Поэтому, * обходя всякие законодательные запреты, капиталистические тресты самым широким образом используют акционерную форму для завоевания монопольного положения на рынке. Буржуазные законодательства пытаются иногда лицемерно запрещать картельные и трестовские объединения, но в действительности —даже по признанию самих буржуазных исследователей капиталистических монополий—буржуазный суд никогда всерьез не ставил вопроса о роспуске незаконных объединений капитала. Американский закон против трестов (Шерман-акт) в настоящее время отменен. Сейчас в ряде капиталистических стран разрабатываются проекты реформ и изменений акционерного законодательства. Смысл, этой работы всюду один и тот же: дальнейшее усиление позиций крупного монополистического капитала, создание наиболее благоприятных условий для трестов и картелей.
С формальной стороны для учреждения всякого юридического лица по современным буржуазным законодательствам требуются: а) точная фиксация в уставе, положении или товарищеском договоре цели, ради которой юридическое лицо создается, б) известная имущественная (материальная) база, в) оформление в установленном законом порядке. В первой половине XIX века почти повсеместно был установлен разрешительный (концессионный) порядок возникновения юридических лиц; разрешение на образование юридического лица надо было испрашивать у соответствующих государственных органов. К концу XIX века устанавливается явочная форма образования юридических лиц: государственные органы обязаны зарегистрировать в качестве юридического лица всякое общество, законно образованное.
Буржуазное право различает два основных вида юридических лиц: корпорации (союзы лиц) и учреждения (установления); последние в свою очередь подразделяются на частные и государственные учреждения («публичные» юридические лица).
Под корпорацией, т. е. капиталистическим объединением (полное и коммандитное товарищества, акционерная компания и пр.), понимается такое образование, «которое существует и действует в интересах лиц, непосредственно связанных между собой и корпорацией в качестве членов ее; напротив, учреждение есть такое союзное образование, которое существует и действует в интересах лиц, не связанных непосредственно между собою и с учреждением в качестве полноправных членов его (например университеты, гимназии, больницы, остроги и т. д.)»11.
10 Л е н и н, т. XIX, с. 108.
11 Д. Гримм, Лекции по истории римского права, 1914, с. 44, Нечлены «пользователи» юридических лиц называются дестинаторами.
245


Частными учреждениями считаются больницы, музеи, благотворительные организации и пр.
Перенесение на учреждения, деятельность которых связана с культурными, благотворительными, воспитательными и т. п. целями, прав юридического лица есть результат общего процесса подчинения принципам капиталистического оборота всей жизнедеятельности буржуазного общества. Это ведет к тому, что и ассоциации лиц, не преследующие цели извлечения прибыли (спортивные товарищества, рабочие союзы, клубы, научные общества и пр.), наделяются правами юридического лица.
Государственные органы являются лицами публично-правового порядка, поскольку их деятельность связана с отправлением свойственных им государственных функций; но, сталкиваясь в гражданском обороте с частными лицами и заключая имущественные сделки, государство выступает и в качестве субъекта^ражданского права (государство как казна или фиск).
Правоспособность юридических лиц большинством буржуазных законодательств устанавливается в том же объеме, что и физических лиц, за исключением тех моментов правоспособности, которые вытекают из естественных особенностей физических лиц. Швейцарское гражданское уложение и судебная практика во Франции, Германии и Англии признают неограниченную правоспособность за юридическими лицами. Это расширение объема правоспособности за пределы тех задач, которые записаны в уставе или товарищеском договоре юридического лица, вполне соответствует тому положению, которое занимают современные капиталистические объединения в экономике империализма.
Юридические лица выступают в обороте и совершают юридические действия через свои органы или представителей. Под органом юридического лица подразумевается правление, совет или президиум корпорации или учреждения, т. е. руководство, выбранное на основании устава, товарищеского договора или назначенное соответствующим государственным учреждением или частным лицом—учредителем (если речь идет об учреждении) и представляющее юридическое лицо во-вне, в обороте. Подробнее по этому вопросу см. § 4 настоящей главы.
4. Буржуазные теории правосубъектности
Буржуазная доктрина создала целый ряд концепций, посвященных проблеме правосубъектности.
Буржуазия начинает с теории прирожденных пра в— естественных и неотчуждаемых прав человека и гражданина. Эта теория характерна для периода рождения и юности буржуазного режима.
Для укрепившейся в своем господстве буржуазии правосубъектность перестает быть прирожденным правом. Буржуазия прочно держит государственную власть в своих руках, и ее идеологи поэтому начинают рассматривать положительное законодательство как единственный источник права. Момент волевой, который был заложен в определение субъекта права,—физического лица в качестве его конституирного признака и который соответствовал периоду, когда капиталист являлся не только собственником средств производства, но и руководителем своего предприятия и следовательно активным участником гражданского оборота,—если не выпадает из теоретических построений буржуазной юрис246


пруденции, то перестает играть в них доминирующую роль. Возникает теория так называемых делегированныхправ, согласно которой государство наделяет индивидов правоспособностью, государство приписывает им качество субъектов права. Источником правосубъектности становится правовая норма, закон. По определению Дернбурга, «правом в субъективном смысле называется то участие в пользовании благами жизни, которое общей волей предоставляется и гарантируется отдельному лицу» 12.
Но Дернбург все-таки признает, что правопорядок «гарантирует и переделывает по-своему права в субъективном смысле, но вовсе не является их творцом» 13. Другие буржуазные юристы («позитивисты») идут дальше: с их точки зрения субъект права и право в субъективном смысле как сфера полномочий субъекта есть целиком продукт правопорядка; гражданин наделяется правами по воле государственной власти. По мнению проф. Шершеневича «субъект права—это тот, кому объективное право присваивает в юридическом отношении субъективное право... субъект права есть искусственный продукт творчества объективного права» 14.
Позитивисты, выводя правосубъектность из нормы, все же считали, что субъект права является необходимым элементом правоотношения. Тот же Шершеневич, критикуя теорию бессубъективных прав Виндшей- да, указывает, что «отсутствие субъекта права делает немыслимым существование юридического отношения» 15. В своем дальнейшем развитии буржуазная юриспруденция эпохи империализма делает следующий шаг: в теории социальных функций Дюги, в учении Шварца (теории целевого права), в учении Кельзена (нормативизм) подвергается сомнению самая необходимость категории субъекта права.
Мы видели уже, что Дюги пытается вовсе изгнать понятие субъективного права из правовой теории и законодательства. По мнениГю Дюги «... возникает общество,, откуда метафизическая концепция субъективного права изгнана, уступила место понятию объективного права, налага'ющего на каждого социальную обязанность исполнить некоторую миссию и дающего власть совершить акты, потребные для выполнения этой миссии» 16. Точку зрения Шварца мы уже излагали выше 17. Теории Дюги и Шварца, как это уже было нами отмечено, направлены на обоснование господства капиталистических монополий; субъект права—физическое лицо—отдельный капиталист и мелкий буржуа, разоряемые монополистическими организациями,—не могут уже претендовать на защиту их правопорядком; их интересы приносятся в жертву трестам; от прирожденных прав личности не остается и следа.
Вместе с тем Дюги развивает .теорию солидарности различных классов общества: каждый человек выполняет ту обязанность, которая возложена на него социальной нормой, обществом в целом; из этого проистекает межклассовая солидарность всех членов общества: капиталисты должны быть собственниками и командирами производства, рабо12 Дернбург, Пандекты, т. I, с. 100.
13 Там же, с. 101.
14 Г. III ершеневич, Общая теория права, вып. 3, 1913, с. 574.
16 Г. Шершеневич, Там же, с. 575.
16 Л е о н Дюги, Социальное право. Индивидуальное право, 1909, с. 8.
17 См. гл. II, § 3.
247


чие обязаны работать. Таков социальный смысл учения Дюги, идеолога фашизирующейся буржуазии.
По мнению Кельзена, нет никаких вечных и неотчуждаемых прав индивидуумов, нет никаких субъективных прав до установления их объективным правопорядком. Само государство представляет собою лишь персонификацию объективного правопорядка. Нормативное учение Кельзена окончательно изгоняет всякое реальное содержание из понятия субъекта права, превращая его лишь в момент осуществления правопорядка как нормы долженствования. Лишь сфера нормативного как сфера долженствования может быть предметом юриспруденции.
Таким образом для идеологов эпохи монополистического капитализма физическое лицо как субъект права—это уже не реальная человеческая личность, но некая математическая точка, вокруг которой группируется известная сумма имущественных прав. Такая трактовка правосубъектности наиболее адэкватна тем сдвигам в экономике капитализма, которые ведут к господству монополистических объединений и превращению собственности в простой титул на присвоение прибавочной стоимости. «На заре своего развития промышленный капитализм окружал принцип правосубъектности некоторым ореолом, превознося его как абсолютное свойство человеческой личности. Теперь (в эпоху империализма. С. Б.) его начинают рассматривать лишь как техническое определение, представляющее некоторые удобства для «разграничения рисков и ответственностей», а то и просто объявляют «умозрительной гипотезой, не имеющей под собой никакого реального основания» 18.
5. Буржуазные теории юридического лица
Буржуазные теории юридическоголица отражают те изменения в буржуазной экономике, которые выдвинули на первое место в качестве участников гражданского обор.ота не отдельных лиц, а капиталистические объединения.
Согласно теории Савиньи, только живой человек является действительным субъектом права. Юридическое лицо—это фикция, искусственное образование; фикция эта создана в интересах юридической техники; воля юридического лица заменяется волей его законного представителя.
Теория Савиньи соответствует раннему периоду развития капитализма, когда центральной фигурой этого оборота был хозяйствующий индивид, отдельный товаровладелец.
Следующим этапом в развитии теории юридического лица было признание его особым организмом, живым, имеющим волю единством (теория Гирке). По мнению Гирке, юридическое лицо столь же реально, как и лицо физическое. Теория Гирке является отзвуком орга-^ нической теории общества (Спенсера, Блюнчли и др.). Согласно взглядам буржуазного эволюциониста Спенсера, капиталистическое общество—это живой организм; различные отрасли производства и общественной деятельности как бы выполняют функции отдельных органов, некоего единого целого. Апологетический характер этой теории ясен. Она 18 Е. Пашуканис, Общая теория права и марксизм, изд. Комакадемии, 1929, с. 85.
348


пытается увековечить капиталистическое разделение труда, закрепить, классовое расчленение общества. Эта теория в применении к объяснению сущности юридического лица свидетельствует об укреплении позиций капиталистических объединений; юридическое лицо уже не фикция, но реальное единство.
Последующие теории пытаются поставить проблему на более реалистическую почву. По теории Бринца, юридическое лицо—это целевое имущество. Важна цель, ради которой существует юридическое лицо; имущество его принадлежит не членам, участвующим в нем, а целям, для достижения которых организованы корпорация или учреждение. Права принадлежат не союзным волям, не фикциям, а целевому имуществу.
Иеринг совершенно отвергает понятие юридического лица: по его мнению, поскольку сущность всякого права заключается в пользовании и извлечении определенных выгод из имущества, постольку единственно реальными субъектами права являются лишь пользователи (дестинатары), т. е. живые люди, входящие в состав корпорации, плите лица, которых обслуживает учреждение. В акционерном обществе такими Пользователями являются акционеры, в библиотеке—посетители ее. Но ввиду того, что пользователи меняются, законодательство и юриспруденция создали абстракцию, называемую юридическим лицом. Последнее представляет собою лишь форму отношения пользователей к обороту, к внешнему миру. Юридическое лицо—искусственный механизм, прием юридической техники.
Дальнейшее развитие теории целевого имущества в том виде, как она была обоснована Иерингом, приводит к расчленению пользователей на две категории—управителей, должностных лиц, т. е. органов юридического лица, и всей остальной массы пользователей. Управители в качестве субъектов права целевого имущества участвуют как лица физические ц хозяйственном обороте и представляют таким образом все целевое имущество. Это позволяет Штампе прийти к признанию полной ненужности понятия юридического лица. Лица, составляющие орган юридического лица, отождествляются с последним. От юридического лица как специфического, отличного от физических лиц, его составляющих, носителя прав и обязанностей ничего не остается. Наряду с этим признается, что форма юридического лица является своеобразным приемом коллективного владения общей собственностью19. Русский профессор Гамбаров, вслед за французом Пляниолем', обосновывая эту точку зрения, писал:* «Действительность представляет нам сосуществование прав индивидуального и коллективного обладания, прав индивидуально определенных и индивидуально неопределенных лиц. В сосуществовании тех и других прав лежит и оправдание юридического лица, которое представляет собой не что иное, как форму коллективного обладания, нимало не опровергающую того основного положения, что единственным субъектом права всегда и везде является только реальная человеческая личность» 20.
12 Гамбаров, Курс гражданского права, т. I, 1911, с. 445 и сд.
2® Гамбаров, Курс гражданского права, 1911, с. 450.
249»


По мнению Пляниоля, «необходимо миф юридического лица заменить положительным понятием, которым может быть только коллективная собственность» 21.
Из всего сказанного видно, что в буржуазной юриспруденции существует большой разнобой во взглядах на природу юридического лица. Проще всего поступают те, кто, не размышляя долго, определяют юридическое лицо как «явление, созданное правопорядком», или относят к категории юридических лиц тех субъектов имущественных прав, которые «не являются физическими лицами». Часто именно так представители догматической юриспруденции разрешают проблему юридического лица.
Ни одна буржуазная теория юридического лица не может правильно охватить проблему. Теория целевого имущества в 'уом ее варианте, в каком она былахразвита Иерингом, а затем Пляниолем и его последователями, лишь нащупывает реалистический подход к вопросу. Но и Пля- ниоль конечно не понимает, что юридическое лицо есть реальное общественное отношение. Теории, признающие юридическое лицо фикцией или созданием объективного правопорядка, свидетельствуют о том, что юридическое лицо, наравне с лицом физическим, признается необходимым участником хозяйственного оборота, специфическим субъектом права. Но ни один буржуазный юрист в силу классовой ограниченности его идеологии не может дать правилыГого решения проблемы юридического лица как специфического общественного отношения, как формы персонификации капитал аг
§ 2. Лица (субъект’ы права) в советском хозяйственном праве. Понятия хозяйственной организации (хозоргана) и частного лица
1. Общее понятие о лицах (субъектах права) по советском у праву
Вопрос о субъекте в советском хозяйственном праве тесно связан с проблемой изучения организационной структуры народного хозяйства СССР.
Основным методом управления социалистическим хозяйством, методом организации хозяйственного руководства отдельными его звеньями является хозяйственный расчет. При единстве фонда государственной социалистической собственности мы имеем множественность государственных хозрасчетных организаций, за которыми «закреплены» отдельные части государственного имущества. Кооперативная собственность «вводится в оборот» также в лице отдельных действующих на хозрасчете кооперативных организаций. Это означает, что понятие хозрасчетного звена является центральным для изучения организационной структуры народного хозяйства СССР.
Хозяйственный расчет как метод осуществления плана есть та основа, к(}*горая определяет правосубъектность в обобществленном секторе. Хозрасчет предполагает имущественную самостоятельность хозрасчетного звена. Всякая хозрасчетная организация имеет свои оборотные средства, свой самостоятельный баланс; в пределах выделенных ей оборотных средств она несет перед своими контрагентами—другими хозяйственными организациями—полную материальную ответствен¬
но
21 Цит. поГамбарову, там же.


ность. Следовательно, каждое хозрасчетное звено является «участником хозяйственного оборота» и поэтому субъектом советского права. Каждое хозрасчетное звено включается в систему договорных отношений (а хозрасчет неизбежно предполагает договор) и является субъектом правоотношения.
Итак, категория субъекта сохраняется и в социалистическом хозяйстве, по содержание этой категории и использование ее принципиально иные, чем в обществе капиталистическом. Там субъект права, в частно - сти юридическое лицо, есть персонификация права частной собственности на средства производства. Средства производства как капитал противостоят непосредственным производителям-рабочим. В обществе социалистическом хозрасчетная организация как субъект персонифицирует не частную, но государственную или кооперативную социалистическую собственность, которою владеют сами непосредственные производители—рабочий класс в целом или коллективы трудящихся.
Конечно, это принципиальное отличие в содержании правосубъект- ности в обществе капиталистическом й социалистическом влечет за собою и совершенно иной подход к определению объема правоспособности! Субъект буржуазного общества, как мы уже выяснили, это—отвлеченный вознесенный на небеса товаровладелец. Все лица по буржуазному гражданскому праву формально равны друг другу, все пользуются одинаковым комплексом имущественных прав (абстрактная правоспособность). Правоспосабность же хозрасчетного звена—социалистического предприятия—-определяется конкретными хозяйственными задачами, ко- торьтецта него возложены. Различная степень хозяйственно-оперативной самостоятельности различных звеньев управления народным хозяйством обусловливает неодинаковый объем правоспособности каждого звена. Объем правоспособности треста, на который возложены функции снабжения и сбыта, отличен от объема правоспособности предприятия, лишенного этих функций, или от объема правоспособности сбытового органа, задачей которого является реализация продукции данной отрасли производства. В основу определения правоспособности каждого звена кладется, следовательно, принцип специальной правоспособности, вытекающий из/объема задач, стоящих перед хозяйственной организацией и ее места в системе органов управления народным хозяйством. Содержание же тех хозяйственных задач, решить которые призвана хо^Гиственная организациях^щ^сируется в уставе или положении как цель ее деятельности и в промфинйлане, выполнение которого для каждого хозрасчетного звена безусловно обязательно. Поэтому сдел- ки, совершенные хозяйственной организацией с нарушением круга ее деятельности по уставу или положению (неуставные сделки) судебная и арбитражная практика считает недействительными.
Однако советское хозяйственное право признает лицами—субъектами права—не только государственные и кооперативные хозяйственные организации, но также и отдельных лиц граждан, или по терминологии советского хозяйственного законодательства—ч астных лиц.
Гражданский кодекс РСФСР 1922 г. стоит на позиции равной правоспособности всех частных лиц—граждан РСФСР, Устанавливая лишь в порядке исключения отдельные изъятия или преимущества для трудящихся. Это соответствует общему характеру ГК 251


как документа периода ограничения и вытеснения, но не ликвидации капиталистических элементов. Согласно ст. ст. 4 и 5 ГК: «В целях развития производительных сил страны РСФСР предоставляет гражданскую правоспособность (способность иметь гражданские права и обязанности) всем гражданам, не ограниченным по суду в правах. Пол, раса, национальность, вероисповедание, происхождение не имеют никакого влияния на объем гражданской правоспособности. В соответствии с этим каждый гражданин РСФСР и союзных советских республик имеет право свободно передвигаться и селиться на территории РСФСР, избирать невоспрещенные законом занятия и профессии, приобретать и отчуждать имущества с ограничениями,указанными в законе, совершать сделки и вступать в обязательства, организовывать промышленные и торговые предприятия с соблюдением всех постановлений, регулирующих промышленную и торговую деятельность и охраняющих применение труда».
Ныне, в период окончательного искоренения капиталистических элементов и ликвидации классов вообще, положение вещей существенно изменилось. Не может быть и речи о р а в н о й правоспособности всех граждан РСФСР. Однако самая категория субъекта права—частного лица—в полной мере сохраняет свое значение. Правда, ныне среди частных лиц группа «частников» (концессионер, кулак, предприниматель-иностранец, допущенный к совершению операций в СССР) является самой малочисленной и ее удельный вес в экономике страны ничтожен. Но частными лицами являются также представители «мелкотоварного уклада»: трудящиеся-единоличники, некооперированные кустари, ремесленники. Частными лицами являются также отдельные колхозники как участники советской торговли и отчасти как производители (в необобществленной части хозяйства). Наиболее многочисленной группой являются рабочие и служащие, реализующие получаемую ими зарплату посредством покупки предметов потребления, найма жилых помещений и совершения других хозяйственноправовых сделок.
Центральная фигура юреди частных лиц у нас—трудящийся потребитель22. Некоторое место среди частных лиц занимают также нетрудоспособные лица как получатели средств к существованию от отдельных лиц и организации «на частноправовых основаниях».
Категория частного лица сохранит свое значение далеко за пределами второй пятилетки и: после уничтожения классов, в течение всей первой фазы коммунистического общества—социализма.
22 В настоящее время среди имущественных правоотношений, в которых, в качестве субъектов, участвуют «частные лица», сильно возрос удельный вес правоотношений, направленных по линии удовлетворения потребительских нужд трудящихся, причем значение этих правоотношений все больше и больше возрастает по мере систематического подъема материального и культурного уровня трудящихся. И так как частнокапиталистические элементы сейчас почти полностью вытеснены из производства и обращения, а мелкотоварный сектор занимает весьма ограниченное место в народном хозяйстве СССР, то подавляюще преобладающая часть правоотношений, направленных по линии удовлетворения потребительских нужд трудящихся, представляет собой правоотношения не между «частными лицами», а между частными лицами как покупателями, нанимателями, заказчиками и т. п. с одной стороны, и государственными и кооперативными организациями, как продавцами, наймодателями и т. п., с другой стороны.
252


При социализме все средства производства составляют общественную собственность. Частная собственность на средства производства уничтожена. Но сохраняется личная собственность на средства потребления. В соответствии с принципом вознаграждения по труду, общественный продукт распределяется между членами общества и поступает в фонд индивидуального потребления отдельных трудящихся.
Поскольку же при социализме сохраняется личная собственность на предметы потребления и распределение индивидуально-потребля- емой части общественного продукта между членами общества производится по количеству и качеству затраченного каждым из них труда, постольку остается еще известное место для противопоставления отдельных интересов общим интересам.
В течение всей первой стадии коммунистического общества социалистический работник будет еще различать, что он отдает обществу / и получает от него обратно как «частное лицо», получающее вознаграждение по труду, и чго он получает косвенно, вместе с другими трудящимися, как «член общества»23.
Лишь на высшей стадии коммунизма, когда «узкий горизонт буржуазного права» будет окончательно преодолен, только тогда не останется места для категории «частного лица» в юридическом смысле слова, т. е. частного субъекта хозяйственного права, и для какого бы то ни было противопоставления в хозяйственных отношениях работника коммунистического общества как «частного лица» ему же как «члену общества»24. __
В итоге советское хозяйственное право знает две основных категории субъектов права: хозяйственные организации (хозорганы) и частные лица. Первая категория в свою очередь делится на две группы: государственные хозяйственные организации и кооперативные организации. Классификация субъектов права у нас «привязана» к видам собственности и принципиально отвергает внеклассовый и абстрактный подход, отличающий буржуазное гражданское право.
Подобно тому как в буржуазном гражданском праве отдельные государственные учреждения и «организации, не преследующие цели извлечения прибыли», наделяются правами юридического лица в порядке рефлекса от общей правовой обстановки, подобно этому в советском хозяйственном праве отдельные не переведенные на хозрасчет государственные учреждения и общественные организации в той мере, в какой они выступают в хозяйственном обороте, приравниваются к хозорганам и считаются самостоятельными субъектами права. Это относится к наркоматам, центральным, областным, краевым и районным исполкомам, местным советам, партии и комсомолу в лице их комитетов, профсоюзам (ВЦСПС, ЦК союзов, областные, краевые, районные советы профсоюзов, 23 Ср. Маркс, Критика Готской программы, Партиздат, 1933, с. 25: «Все удерживаемое с производителя, как частного л Ица, возвращается либо непосредственно, либо косвенно ему же как члену общества». Разрядка наша.—Авторы.
24 Ср. Маркс и Энгельс, Собр. соч. т. III, с. 622: «Коммунизм... истинное решение спора между человеком и природой и человеком и человеком, он—и с т и н н о е решение спора между существованием и сущностью, между объективированием, опредмечиванием и самоутверждением, между свободой и необходимостью, между индивидом и родом. Он—решение загадки истории, и он знает, что он есть это решение».
263
- ж *


местные комитеты), таким общественным организациям, как МОПР, Осоавиахим и др.
По закону 27 сентября 1926 г. (СУ 1926, № 64, ст. 499) учреждения,, состоящие на госбюджете, могут производить только хозяйственные операции, которые непосредственно связаны с их деятельностью или являются необходимыми для осуществления возложенных на них задач. Для выполнения таких допускаемых по закону хозяйственных операций руководители учреждений, пользующиеся правами распорядителей кредитов, заключают сделки и договоры. Имущественная ответственность гособюджетных учреждений определяется в рамках госбюджетных ассигнований и специальных средств, отпущенных и предоставленных данному учреждению на операции, для осуществления которых заключены соответствующие сделки и договоры. В случае необходимости систематического участия в хозяйственном обороте (в торговле, промышленности и т. д.) госбюджетные организацией создают специальные организации на хозрасчете, выделяя им необходимые средства. Так же, только в порядке создания специальных хозрасчетных организаций, могут принимать участие в хозяйственном обороте и добровольные общества.
Иностранные фирмы, допущенные к совершению операций в СССР, рассматриваются как частные лица 24\
2. Лица (субъекты права) по гражданским кодексам союзных республик
Гражданский кодекс РСФСР в вопросе о субъектах права придерживается традиционной, заимствованной из буржуазных гражданских уложений классификации субъектов права на лица физические и юридические. Понятие и объем правоспособности физического лица определяются в ст. ст. 4 и 5 ГК. По ст. ст. 13 и 14 ГК «юридическими лицами признаются объединения лиц, учреждения или организации, которые могут как таковые приобретать права по имуществу, вступать в обязательства, искать и отвечать на суде. Юридическое лицо должно иметь утвержденный, а в подлежащих случаях зарегистрированный уполномоченным на то органом устав или положение. Определенные в законе виды товариществ, преследующих хозяйственные цели, могут вместо устава иметь товарищеский договор, зарегистрированный в установленном порядке. Правоспособность юридического лица возникает q момента утверждения устава (положения), а в тех случаях, когда закон требует регистрации юридического лица,—с момента таковой регистрации».
В соответствии с этим и последующее законодательство широко пользуется понятиями физического й юридического лица. В тех случаях, когда нужно «ввести в оборот» ту или иную организацию, прибегают к формулировке «присвоить права юридического лица»—«наделить правами юридического лица». Так правами юридического лица наделяются управления по строительству, научно-исследовательские ма Участие иностранных фирм в хозяйственном обороте СССР регламентировано постановлением СНК СССР 11 марта 1931 г. о порядке допущения иностранных фирм к производству торговых операций на территории Союза ССР (СЗ 1931 г., № 24, ст. 197). Подробнее об этом см. в главе об основах законодательства по внешней торговле во II томе.


институты. Наоборот, когда нужно лишить права выступать в обороте (вступать в обязательства, заключать имущественные сделки и т. д.) законодательство отказывает в праве юридического лица. Так, не пользуются правами юридического лица церковь, религиозные организации.
Практически наделение правами юридического лица имеет двоякое значение: а) дри^анце^хозорганизации_само£тоятельным субъ- ектом^драва, б) установление самостоя,1 ельной имущественной ответ- ственности хозорганцзации, приаванноДлоридич^ским лицом без переложения^ ответственности по ее обязательствам на другие-учреждения и ^гпжрга1?^гг ТТервая задача на практике решается ныне другими средствами—«наделение правами юридического лица» оказывается излишним. Уже в 1926 г. Верховный суд РСФСР в одном из своих разъяснений вынужден был признать наличие у нас «фактических юридических лиц»25. Ныне такими «фактическими юридическими лицами» являются тысячи промышленных и сельскохозяйственных государственных предприятий (фабрики, заводы, совхозы, МТС). Все они по законам о промышленных и сельскохозяйственных трестах не пользуются правами юридического лица. Однако все они самостоятельно вступают в договорные отношения, кредитуются в банках и совершают целый ряд других юридических действий. На признании их самостоятельными участниками хозяйственного оборота, т. е. самостоятельными субъектами права построена вся существующая система ’кредитования и организация товарооборота.
Что касается до установления самостоятельной имущественной ответственности без переложения ее на^ другие хозорганизации, то для всех хозорганов—«юридических ли^;» вопрос этот решается в положительном смысле. Сложнее обстоит дело с хозорганами, которые правами юридического лица не наделены. Здесь практика колеблется. Подробней об этом см. и. 2 § 5 главы IX (о предприятиях, входящих в состав трестов).
3. Буржуазные интерпретации понятия субъекта права в советском праве
В литературе советского хозяйственного права было сделано несколько попыток истолковать понятие субъекта права в духе абстрактной буржуазной правоспособности и смазать тем самым принципиально новую постановку этой проблемы в условиях советского хозяйства.
Так, например, на первом совещании юрисконсультов госпромыш- ленности (1925 г.) Арефьев говорил, что наши «...государственные хозяйства вынуждены строиться на тех же самых индивидуалистических началах, что и на западе»; трест, цо его мнению, «есть сколок акционерного общества, права ВСНХ есть права общего собрания»26. Доводя эту мысль до конца, следовало бы признать трест формой частного предприятия. Отсюда делались практические выводы и предложения о максимальной автономии треста ^ак юридического лица, о свертывании пла-
25 См. разъяснение пленума Верхсуда РСФСР 28 апреля 1926 г. Сборник разъяснений Верховного суда РСФСР, изд. 2; М., 1933 г. с, 54—55.
2в «Вопросы промышленного права» 1925 г., с. 115—116.
255


но во-регулирующего воздействия со стороны центральных органов на деятельность государственных предприятий и т. д. Практика социалистического строительства жестоко разбила, эти надежды внутренней эмиграции.
Неверным является подход к правоспособности юридических~лиц в советском праве и у проф. Ландкофа. Стараясь доказать наличие абстрактной правоспособности у юридических лиц советского хозяйственного права, Ландкоф проводит грань между правоспособностью как «объемом по преимуществу абстрактных для всякого юридического лица полномочий» и промысловой или профессиональной деятельностью юридического лица, являющейся «конкретным содержанием его правоспособности, предметом его деятельности». Отсюда и «неуставные сделки», т. е. сделки, заключая которые хозорган выходит за рамки, установленные его уставом, являются, по мнению Ландкофа, «прорывом его профессиональной деятельности, но не прорывом в его правоспособности,законом вовсе не ограниченной»27. Совершенно очевидно, что применение к советским хозяйственным организациям понятия абстрактно^ и неограниченной правоспособности противоречит основным принципам организации социалистического хозяйства, требующей четкого определения круга деятельности и хозяйственных задач каждого звена.
Ошибочны и выводы П. И. Стучка о госорганах—юридических ли-. цах. По мнению П. И. Стучка, «государственная собственность при советской власти, как социалистическая собственность при существующей рядом с ней частной собственности, попадает в общий гражданский оборот, приходит в столкновение с частной собственностью, почему ей в возникающих спорах о праве гражданском приходится иметь представительство между прочим и на суде, а значить искать и отвечать. Нэп вводит довольно много случаев участия государственной собственности в юридическом обороте вообще, И'сделках, договорах и т. д., почему необходимо решить в отношении ее вопрос о юридическом лице»28.
В другом месте П. И. Стучка выражает свою мысль еще более ярко: «Если госпредприятия и госучреждения в обороте, в сношениях как с частником или кооперативом, так и между собою (подчеркнуто нами—Авторы) участвуют по нормам ГК, то они вэтом обороте как раз действуют не в с в о е м специфическом качестве социалистических предприятий или учреждений. Их социалистический характер на первом месте проявляется в производстве и в отношениях между ними и учреждениями планово-регулирующими»29.
Стало быть социалистическая собственность использует форму юридического лица потому, что она сталкивается в гражданском обороте с частной собственностью, а договорные отношения внутри социалистической собственности между предприятиями обобществленного сектора— это лишь рефлекс договорных связей, опосредствующих взимоотноше- ния государственной собственности с частными хозяйствами.
27 Ландкоф, Субъекты права. Научный комментарий к Гражданскому Кодексу, М. 1929, с. 37—38.
28 П. Стучка, Курс советского гражданского права, т. II, с. 118.
29 Там же, с. ^77.
256


Эта концепция отражает неверные позиции П. И. Стучка в вопросе о хозяйственно-административном й гражданском праве как двух самостоятельных секторах советского права. Стучка план противопоставляет договору. Практика социалистического строительства показала, что договор есть форма реализации планового задания, и договорные отношения внутри соцсобственности возникают не потому, что она сталкивается в обороте с частным хозяйством, а из необходимости подлинного осуществления хозрасчета как метода управления социалистическим хозяйством.
В своей трактовке юридических лиц—госорганов—П. И. Стучка солидаризуется с неверной механистической теорией А. В. Венедиктова, противопоставлявшего в социалистическом секторе отношения организационно-технические отношениям гражданско-правовым30.
§ 3. Общие положения о хозяйственных организациях (хозорганах)
1. Хозорган как звено единого социалистического хозяйства. Понятие хозяйственной си¬
стемы
1. Наиболее значительной по удельному весу и по роли в экономике страны категорией лиц—участников советского хозяйственного оборота—являются государственные и кооперативные хозяйственные организации (хозорганы). По сравнению с частными лицами, даже если взять эту последнюю категорию в целом, т. е. и крестьян-единоличников и колхозников, реализующих на советском рынке продукцию необобществленной части своего хозяйства, и всю многомиллионную массу трудящихся-потребителей, удельный вес первой категории лиц—хозорга- нов—неизмеримо больше и будет еще больше к концу второй пятилетки. В условиях стопроцентного обобществления производства и полного вытеснения частника из товарооборота почти в каждом акте купли-продажи, договоре найма жилищ и пр. частному лицу как стороне в правоотношении противостоит в качестве другой стороны хозорган—государственная или кооперативная хозяйственная организация31. С другой стороны, имеется огромная масса правоотношений: по производственному снабжению, по оптовой торговле продтоварами и ширпотребом, по транспорту и т. д., в которых обе стороны являются хозорганами.
Государственными хозяйственными организациями являются в промышленности предприятия, тресты, снабы и сбыты (снабженческие и сбытовые объединения и конторы), орги (конторы по организации и рационализации); в сельском хозяйстве—совхозы, сельскохозяйственные тресты, сельскохозяйственные снабы и сбыты, машинно-тракторные станции; в торговле—торги и их объединения, на транспорте—железные 30 «Лишь в области товарно-денежных (гражданско-правовых) отношений государство как собственник предоставленного тресту имущества выступает в виде особого юридического лица, признаваемого формальным собственником этого имущества». Венедиктов, Правовая природа гос. предприятий, 1928, с. 71.
31 Мы говорим: «Почтив каждом акте», ибо и в условиях полной ликвидации многоукладное™ советской экономики и окончательной победы социалистического способа производства останется мелкий бытовой потребительский «оборот», в котором обе стороны могут быть «частными лицами».
17 Курс сов. хоз. права
257


дороги, управления речного и морского транспорта, суда, порты и пристани; в строительстве—управления по строительству и строительные трёФШ; в коммунальном хозяйстве—коммунальные предприятия, коммунальные и домовые тресты и т. д. Хозорганы в кооперации различаются: а) по виду кооперации (по отрасли народного хозяйства): колхозы (т. е. производственная сельскохозяйственная кооперация), потребительская кооперация, промысловая, жилищная и т. д. и б) по месту в системе данного вида кооперации: низовка (сельскохозяйственная артель, сельпо, ЗРК, промысловая артель, промысловое сбыто-снабженческое товарищество, промколхоз, рабочий жилищно-строительный кооператив и т. д.); кооперативный союз (райпотребсоюз, областные и межрайонные союзы промкооперации, облжилсоюз и т. д.); кооперативный центр (Центросоюз).
Каждый хозорган—звено в единой системе социалистического хозяйства. Каждый хозорган выполняет свой пром (сельхоз, торг, тран, строй)-финплан как часть единого народнохозяйственного плана СССР. Отсюда связанность каждой хозяйственной организации в СССР обязательными для нее директивами и указаниями вышестоящих органов (государственная дисциплина). Для хозоргана имеют обязательную силу не только законы в узком смысле слова—распоряжения и постановления высших органов государственного и хозяйственного управления, но и распоряжения других органов, каждого в пределах своей компетенции. Поэтому каждый хозорган находится не только в системе всего народного хозяйства СССР, но одновременно и в хозяйственной системе менее обширной, охватывающей лишь ту или иную отрасль хозяйственного управления.
Понятие хозяйственной системы имеет большое практическое значение. Понятие хозяйственной системы определяется наличием ед и н‘о го' центра управления известной группой хозорганов. Установление организационной связи с центром управления означает «включение в систему». Например, передача мыловаренно-жировой промышленности из системы Наркомлегпрома в систему Наркомпищепрома влечет за собою передачу функций непосредственного технического и хозяйственного руководства, назначения и смещения административного персонала, контроля и т. д. по предприятиям мыловаренно-жировой промышленности от Наркомлегпрома и его местных органов к Наркомпищепрому СССР. *
Понятие хозяйственной системы относительно, поскольку многие звенья социалистического хозяйства, будучи вклеены в ту или иную систему, сами в свою очередь являются центрами хозяйственного управления для нижестоящих звеньев. Компетенция центров различных хозяйственных систем различна и определяется специальными законами, положениями и уставами. В одних случаях центр системы устанавливает лишь основные лимиты (показатели) по производственной программе, сырьевому снабжению, капитальному строительству; в других случаях в компетенцию центра системы входит и непосредственное управление по всем линиям хозяйственной деятельности: и назначение администрации, и проверка исполнения и регулирование оборотных средств и т. д. В тех случаях, когда между центром и низовыми хозяйственными звеньями существует связь имущественного порядка,^ е. когда основные фонды и оборотные средства низового звена 25S


числятся на балансе вышестоящей организации, считается, что низовое звено входит не только всистему, но ив состав вышестоящей организации. Так например, Московский автомобильный завод им. Сталина (б. АМО) “входит в систему НКТП по Главному управлению автотракторной промышленности. Это—система ВУТАП, Московский же завод «Электросвет» входит в состав треста ВЭТ (Всесоюзный трест электротехнической промышленности). ВЭТ в свою очередь трест системы Главэлектро НКТП.
Общие принципы управления социалистическим хозяйством имеют применение ко всем хозорганам как звеньям системы социалистического хозяйства. Классики марксизма—Маркс, Ленин, Сталин—дали развернутое учение о принципах хозяйственного управления в социалистическом обществе. В наиболее чистом виде они развиты ими применительно к «предприятиям последовательно социалистического типа» (т. е. государственным хозяйственным организациям). Поэтому мы излагаем основы марксо-ленинского учения об управлении хозяйством в главе, посвященной государственным хозяйственным организациям32. Система управления кооперативным хозяйством имеет свои особенности, вытекающие из особой природы кооперативной собственности. Они отмечены в главе о кооперативных организациях33. Здесь мь; остановимся на ряде моментов, отчасти формального и вместе с т?ем наиболее общего порядка, характерных для каждого звена социалистического хозяйства, для каждого хозоргана: а) об оформлении хозорганов, б) о фирме и товарном знаке, в) о публичной отчетности, г) о прекращении хозорганов, д) о специальном режиме для хозорганов по некоторым вопросам, связанным с их участием в хозяйственном обороте.
2. Оформление хозорга'нов
Оформление хозорганов проходит несколько стадий. Для"государственных хозяйственных организаций начальным моментом является постановление подлежащего органа (центра системы, наркомата, правительства, местного исполкома) об учреждении хозоргана. В случае, если образование нового хозоргана является результатом преобразования существовавших ранее Хозрасчетных управлений, контор, отделов снабжения и сбыта и тому подобных хозрасчетных единиц, т. е. если учреждение нового хозоргана вытекает из внутренней перестройки системы управления данной отрасли хозяйства, достаточно решения наркомата об организации хозоргана, согласованного с НК РКП34. Например, Монтажно-технический трест тепло-силового оборудования «МТТ» был организован в результате ликвидации объединения «Котлотурбина» (приказ НКТП 17 июля 1933 г.) путем преобразования хозрасчетной единицы, находившейся в составе «Котло- турбины»—Центрального проектно-монтажного управления—ЦПМУ— в самостоятельный трест. Вопрос об организации «МТТ» был лишь согласован с НК РКИ.
При образовании же совершенно нового хозоргана необходима предварительная санкция (разрешение) СТО (если речь идет о тресте 32 См. ниже главу IX.
33 См. ниже главу X.
34 Такой порядок существовал до ликвидации ЦКК—РКИ.
17*
259


союзного значения) и СНК республик или местных исполкомов при учреждении хозорганов республиканского и местного значения. Например, для учреждения «Союзхимсбыта» необходимо было особое постановление СТО: в постановлении 11 декабря 1931 г. СТО разрешил «ВСНХ СССР организовать в своей системе Всесоюзное объединение (типа «Стальсбыта») по сбыту основных продуктов химической промышленности «Союзхимсбыт» (СЗ 1931 г. № 72, ст, 486).
СледующИхМ этапом в оформлении хозоргана, как субъекта хозяй- ственногоо^орота, является разработка и утверждение устава. Последний вырабатывается тем главным управлением наркомата, в системе которого (главка) образуется новый хозорган. В уставе определяется круг задач, цель хозяйственной деятельности хозоргана и его имущественная база—уставный капитал. Размеры последнего устанавливаются наркоматом по согласованию’ с НКФ.
В постановлении наркомата об утверждении устава, хозоргана содержится полное наименование последнего (например, «утвердить устав Государственного всесоюзного монтажно-технического треста теплосилового оборудования «МТТ»—из постановления НКТП от 9 сентября 1933 г. № 608), указание на тот орган, в систему которого входит вновь образованная хозрасчетная единица («подчинить организуемый трест непосредственному руководству Главэнергопрома НКТП») и определяется круг предприятий и имуществ, входящих в состав нового хозоргана (наприцер п. 3 цит. постановления: «В «состав Треста включить проектно-монтажные предприятия и Центральное проектно-конструкторское бюро бывш. объединения «Котло- турбина» со всем относящимся к ним имуществом по балансу на 1 июля 1933 г.»).
В настоящее время уставы хозорганов, утверждаемых наркоматами СССР, обязательному опубликованию не подлежат. Лишь уставы хозорганов и других организаций, утверждаемые ЦИК и СНК СССР или СТО, публикуются в Собрании законов (II отдел). Аналогичные правила установлены и для хозорганов республиканского и местного значения. Уставы последних публикуются в официальных органах печати лишь в случае утверждения этих уставов республиканскими ЦИКами, СНК, ЭКОСО или краевыми областными исполкомами.'
Описанный порядок учреждения и оформления государственных хозяйственных организаций, включающий в качестве обязательного момента получение разрешения соответствующего высшего органа, называется разрешительным. В разрешительном порядке учреждается и большинство кооперативных организаций, в частности кооперативные союзы и советы. Разрешение на учреждение этих организаций должно быть получено от высших органов системы. Для.низовых организаций промкооперации действует так называемый явочный порядок. Никакого особого постановления планово-регулирующих органов и вышестоящих звеньев системы промкооперации как основания для образования промартели не требуется. Лишь для регистрации артели в органах государственной регистрации требуется заключение по уставу промкооперативного союза. В регистрации может быть отказано только в случае противоречия устава закону.
Организации, не преследующие целей извлечения прибыли, т. е. общества, учреждения и союзы, совданные для достижения культурно¬
го


воспитательных и иных общеполезных целей, возникают, как правило, в разрешительном порядке. Таковы, например, добровольные общества и их союзы. Согласно Положению ВЦИК и СНК РСФСР 10 июля 1932 г. о добровольных обществах и союзах (СУ 1932 г. № 74, ст. 331) установлен следующий порядок их организации. Заявления об утверждении уставов добровольных обществ подаются вместе с проектом устава в местный исполком, ЦИК республики или наркомат в зависимости от масштаба и характера деятельности общества. Соответствующий, государственный орган в месячный срок со дня получения заявления об утверждении устава разрешает вопрос о целесообразности организации данного общества и в случае положительного разрешения вопроса утверждает устав. Уставы или положения о добровольных обществах союзного значения утверждаются СНК или ЦИК СССР (например, Положение о союзе обществ Красного креста и Красного полумесяца, утвержденное постановлением СНК СССР 12 сентября 1930 г. (СЗ 1930 г. №47, ст. 495). При утверждении уставов добровольных обществ вопрос об источниках образования средств этих обществ предварительно согласовывается с финансовыми органами.
Со дня утверждения устава добровольное общество или союз добровольных обществ считается организованным.
Следующим этапом в оформлении хозоргана после рассмотрения и утверждения устава является его регистрация. В Положении о государственной регистрации предприятий, организаций и лиц, участвующих в хозяйственном обороте 9 февраля 1931 г. (СЗ 1931 г. № 8, ст. 99) указывается, что «государственная регистрация имеех_своей целью у nej пр е д п рд я т ииЦ-и) р г ан и з а п и й и лиц, зани- мающихся на территории СССР оперативно-хозяйственной деятельностью». Регистрация является формой официального включения хозор- г5Гна~ в число субъектов советского хозяйственного оборота. Хозор- ганы «приобретают права юридического лица» с момента их регистрации.
Оргещамддщсударственной регистрации являются НаркомфинСССР, наркомфины союзных и автономных республик и местные финотделы. В Наркомфине СССР регистрируются хозорганы, уставы которых утверждаются центральными органами Союза, концессионные предприятия и владельцы иностранных предприятий, допущенные к производству хозяйственных операций в СССР. В наркомфинах союзных республик регистрируются хозорганы республиканского значения. Остальные предприятия, а равно и филиалы республиканских и союзных хЬзорганов регистрируются в местных финансовых органах. За несоблюдение правил регистрации на лиц, обязанных представить сведения регистрирующим финорганам, последними может быть наложен штраф до 100 руб., а при повторном несоблюдении этих правил до 300 руб.
После занесения хозоргана в государственный реестр объявление о регистрации публикуется в центральной («Экономическая жизнь») или в местной прессе (при учреждении хозорганов местного значения). Публикация является обязательной для предприятий всесоюзного, республиканского и краевого (областного) значения.
Кооперативные организации, как потребительские, так и промысловые, также регистрируются в органах НКФ. Профсоюзы регистрируются в объединяющих их межсоюзных организациях. Но торговые 261


и промышленные предприятия, организованные профсоюзами на хозрасчетных основаниях, регистрируются в финансовых органах.
3. Фирма. Товарный знак
Хозяйственные организации выступают в хозяйственном обороте под особым наимепиванием или обозначением, отличающим их от других участников оборота (фирма). Фирьщ государственной хозяйственной организации должна содержать указание предмета деятельности, а также того государственного учреждения, в систему которого'она входит? Фирма предприятия кооперативной организации должна содержать указание предмета деятельности, вида кооперативной организации и степени объединения (областной и краевой союз и т. д.). Согласно Положению о фирме 22 июня 1927 г. (СЗ 1927 г. № 40, ст. 395) право на фирму состоит в праве исключительного п о л ьлц) в а н и я_фир- менным наименованием при совершении сделок, а также на вывесках, в объявлениях, рекламах, на бланках, на счетах, на товарах пред- приящя, их упако'вке и т. п. Фирма не подлежит особой регистрации отдельной от регистрации предприятия. В фирму может быть включено также и сокращенное фирменное наименование. Так например, Государственный трест грамофоннопластиночной промышленности имеет сокращенное наименование «Граммпласттрест», зафиксированное в объявлении о регистрации этого треста в НКФ РСФСР. Воспрещается включать в фирму обозначения, способные ввести в заблуждение (принцип истинности фирмы). В случае нарушения права на фирму заинтересованный хозорган может требовать в судебном порядке прекращения пользования тождественной или сходной фирмой со стороны других лиц, а равно возмещения убытков, причиненных таким пользованием.
В буржуазном обществе защита права на фирму играет большую роль в укреплении позиций того или иного предпринимателя, участника капиталистической конкуренции. Потребитель привыкает покупать товары, принадлежащие определенной фирме. Фирма должна гарантировать определенное качество товара; поэтому злоупотребление фирмой является одним из способов капиталистической наживы и борьбы против конкурентов.
В советском хозяйстве нет места конкуренции между звеньями социалистического хозяйства. Право на фирму у нас является методомдпо- вышения и индивидуализащш ответственжжти хозяйственных организаций в их_борьбе за качество продукции. Продукция социалистических фабрик^не должна быть обезличена. Плохо работающее предприятие должно быть так же известно, как и предприятие, выпускающее высококачественную продукцию. Признание права на фирму и защита этого права имеет значение, как метод ликвидации обезлички, а следовательно, и безответственности в работе хозяйственных организаций. Следо- вательнох в советском хозяйстве право на фирму используется как ору- диё'соревнования социалистических предприятий в деле выполнения качественных показателей плана. Если потребитель охотно берет патефоны ленинградской фабрики и отказывается от патефонов московского производства, это означает, что продукция московской фабрики значительно хуже и что ей надо улучшить качество продукции. Такцм образом фирма играет известную роль в деле развертывания советской культурной торговли.
✓
262


Таково же назначение и другого института—п р а в а на товарный знак. Хозорганы пользуются товарным знаком для отличия выпускаемых и сбываемых товаров от товаров других хозорганов. По закону о товарных знаках 12 февраля 1926 г. (СЗ 1926 г. № 11, ст. 30) товарными знаками считаются помещаемые на товаре или его упаковке в целях индивидуализации хозоргана-производптеля или продавца товара постоянные отличительные знаки, как-то: клейма, пломбы, тавро, метки, этикеты, виньетки, ярлычные обложки, рисунки, девизы, оригинальные названия и слова, особые сочетания и начертания слов, а также упаковка оригинальных видов. Товарный знак должен содержать наименование фирмы хозоргана и указание его местонахождения.
Для приобретения исключительного права на пользование товарным знаком необходимо зарегистрировать его в Комитете по делам изобретений при СТО и получить свидетельство на право пользования товарным знаком.
Незаконное пользование чужим товарным знаком влечет за собою возмещение убытков, причиненных лицу, на имя которого выдано свидетельство, запрещение пользоваться знаком, тождественным или сходным с уже зарегистрированным, а при явной недобросовестности и ответственность в уголовном порядке.
В последнее время в связи^с борьбой за повышение качества промышленной продукции ряд ведомств установил обязательные правила о маркировке продукции, выпускаемой каждым промышленным предприятием.
4. Публичная отчетность
Все хозорганы обязаны периодически и по определенным формам отчитываться о результатах своей хозяйственной деятельности. Публичная отчетность хозорганов есть одна из форм контроля над их хозяйственной деятельностью, а также метод осведомления ими широких масс трудящихся о своей работе.
Постановление СНК СССР 9 ферваля 1931 г. о публичной отчетности (СЗ 1931 г. № 8, ст. 96) указывает, что «предприятия д организации обобществленного сектора народного хозяйства обязаны периодически осведомлять широкие массы трудящихся о своей работе и о своем состоянии путем докладов, печатания отчетных сведений в общих и фабрично- заводских газетах, вывешивания этих сведении в предприятиях, клубах, красных уголках и пр.» (ст. 2). Хозорганы обязаны публиковать в печати свои годовые балансы, а также счета прибылей и убытков в месячный срок после их утверждения (Пост. СНК СССР 7 августа 1931 г. о порядке ойубликования годовых балансов предприятиями и организациями обобществленного сектора СЗ 1931 г. № 50, ст. 329).
Утверждение ежегодных отчетов и балансов хозорганов, а также утверждение проекта распределения прибылей и покрытие убытков производится наркоматами или другими учреждениями, в систему которых входят хозорганы (постановление СНК ССС^ 26 февраля 1931 г.—СЗ 1931 г. № 14, ст. 138).
Свои месячные и квартальные балансы все хозоргайы (за исключением колхозов и других кооперативов, находящихся в сельских местностях) обязаны представлять в те филиалы государственного банка, в которых они имеют расчетные счета; одновременно с предоставлением 263


балансов в Госбанк последние представляются и в соответствующие финорганы (постановление СНК СССР 9 мая 1931 г.—СЗ 1931 г. № 27, ст. 219).
Кроме периодической отчетности (за год, квартал, месяц) хозоргапы должны также давать отчетные сведения по требованию подлежащих органов по различным отдельным сторонам их деятельности. Надо однако иметь в виду, что ликвидация канцелярско-бюрократических методов руководства, борьба против писаницы, против бумажного моря— это также борьба за решительное сокращение отчетности, за освобождение предприятия от обязанности терять время на заполнение ненужных схем и статистических сведений. Отчетность должна быть простой и оперативной. Уже в 1933 г. было проведено значительное сокращение отчетности. Согласно постановлению президиума ЦКК и НК РКИ СССР о разгрузке предприятий и трестов от составления и рассылки отчетности («За индустриализацию» от 11 мая 1933 г.) промышленные предприятия обязаны посылать периодическую отчетность по формам и в сроки, утвержденные ЦУНХУ, лишь по двум линиям, а именно— в адрес своего наркомата и в адрес органов ЦУНХУ. За органами Наркомфина СССР и кредитных учреждений остается право на получение от предприятий и трестов бухгалтерской отчетности по формам, согласованным ЦУНХУ с НКФ СССР; органы ВЦСПС получают отчетность от предприятий лишь по вопросам труда; все остальные плановые органы, а также органы ВЦСПС и Наркомфина могут получать нужные им отчетные сведения лишь от органов ЦУНХУ и соответствующих наркоматов, от самих же предприятий—лишь с разрешения ЦУНХУ.
5. Прекращение хозорганов
Прекращение деятельности хозорганов происходит или вследствие изменение системы хозяйственного управления, т. е. в связи с разукрупнением, укрупнением, слиянием или ликвидацией, или в силу недостаточности оборотных средств для покрытия всех обязательств хозоргана, т. е. в силу несостоятельности. Последние случаи сравнительно редки. Ликвидируются по несостоятельности главным образом кооперативные организации (промартели, жилстроительные кооперативы), иногда—маломощные организации местных советов, ри- ков. В силу ст. 18 ГК, «существование юридического лица может быть прекращено соответствейным органом государственной власти, если оно уклойяется от предусмотренной уставом или договором цели или если его органы (общее собрание, правление) в своей деятельности уклоняются в сторону, противную интересам государства».
В последние годы в связи с непрерывной организационной перестройкой системы хозяйственного управления, особенно многочисленны случаи разделения и слияния хозорганов.
Положение о трестах 29 июня 1927 г. (СЗ 1927 г. №39, ст. 392) предусматривает две возможности: а) прекращение треста путем ликвидации, б) прекращение треста путем присоединения, слияния или разделения. Трест ликвидируется в случаях: а) признания треста в установленном порядке несостоятельным, б) признания нецелесообразным дальнейшего существования треста, в) потери более двух пятых уставного капитала треста, если притом в установленном порядке не будет произ264


ведено уменьшение размера уставного капитала либо пополнение его не менее, чем до трех пятых его первоначального размера.
Случаи ликвидации хозорганов по несостоятельности подробно регламентированы в гл. гл XXXVIII и XXXIX ГПК («О несостоятельности государственных предприятий и смешанных акционерных обществ» и «О несостоятельности кооперативных организаций»). Порядок производства дел о несостоятельности, изложенный в ГПК, сейчас почти не применяется на практике. Как ,правило, прекращение хозорганов в судебном порядке не производится. В случае недостатка оборотных средств у хозоргана и вследствие этого невозможности выполнения им взятых на себя обязательств принимаются следующие меры:
а) Госбанк объявляет хозорган неплатежеспособным с публикацией в прессе; по истечении определенного срока—при улучшении финансового положения хозоргана—постановление о н е п л а- тежеспособности отменяется, и хозорган возвращается в круг нормальных участников советского хозяйственного оборота;
б) в случае я4е дальнейшего ухудшения работы хозоргана, требующего измененйя системы хозяйственного управления и методов его работы, ликвидация хозоргана производится по постановлению правительства, исполкома или учреждения, в систему которого входит хозорган; ими же назначается ликвидационная комиссия и устанавливается порядок рассмотрения и удовлетворения претензий кредиторов, дальнейшая- судьба имущества хозоргана и меры, обесценивающие выполнение той части народ^хозяйственного плана, с которым связана деятельность ликвидируемого хозоргана (передача имущества другому хозоргану, заступающему в своей хозяйственной деятельности ликвидируемый хозорган, установление круга обязательств, переходящих к правопреемнику и прекращаемых вовсе и т. д.).
Поскольку все хозорганы находятся на хозрасчете, т. е. несут самостоятельно имущественную ответственность по своим обязательствам, при ликвидации по несостоятельности возможны случаи удовлетворения претензий кредиторов неполным рублем или полного отказа в удовлетворении претензий тех или иных категорий кредиторов. Очередность удовлетворения претензий в этих случаях устанавливается ст. ст. 266 Г11К В первую очередь удовлетворяются претензии по
заработной плате рабочим и служащим и социальному страхованию, затем по государственным налогам и сборам, затем по претензиям кредитных учреждений и т. д. Например, по постановлению Октябрьского райсовета г. Ленинграда в 1933 г. был ликвидирован по причине плохой работы и сильного ухудшения финансового положения районный Над- отройтрест. Ликвидном оплатил претензии по социальному страхованию, заработной плате и недоимки по государственным налогам; остальные кредиторы—хозорганы—вовсе не были удовлетворены.
Вопросы, связанные с ликвидацией хозорганов в силу их несостоятельности, недостаточно разработаны в нашем хозяйственном законодательстве. Прежний закон о несостоятельности явно устарел. При вырабо- ке нового закона надо исходить из тех принципов, которые кладутся в основу практики прекращения хозорганов вследствие их соединения, разделения или упразднения при признании нецелесообразности их дальнейшего существования, т. е., иначе говоря, в силу изменения системы хозяйственного управления.
265


При прекращении хозоргана вследствие разделения, слияния или упразднения правительство, исполком или хозяйственный наркомат выносит соответствующее постановление о реорганизации хозоргана. Этим постановлением учреждается ликвидационная комиссия, определяется объем ее полномочий, устанавливается порядок расчетов с кредиторами и круг тех обязательств, вытекающих из хозяйственной деятельности упраздняемого, разделяемого или сливаемого предприятия, которые переходят другому, вновь организованному или ранее существовавшему хозоргану или же сохраняются за реорганизованным предприятием.
Например, в 1932 г. (на основании приказов НКТП 20 октября
1932 г. № 711 и 2 декабря 1932 г. № 867) было упразднено Государственное всесоюзное объединение автотракторной промышленности (ВАТО); ликвидационная комиссия, образованная для составления заключительного баланса ВАТО и производства расчетов, предложила всем организациям и лицам, имеющим претензии к ВАТО, заявить последние не позднее 10 января 1933 г. Все функции ВАТО, связанные с планированием и регулированием деятельности автотракторных заводов, перешли ко вновь организованному на основании тех же приказов НКТП Главному управлению автотракторной промышлености (ГУТАП). Все же заключенные ВАТО действующие договоры, в том числе и генеральные, со всеми по ним правами и обязательствам иВАТО были переданы по принадлежности входившим в состав ВАТО заводам.
При ели яниихозррганов вновь образовавшейся в результате слияния организации передаются, как правило, все их активы и пассивы, и, следовательно, и их договорные и иные обязательства по отношению к третьим лицам. Например, в постановлении СНК СССР 31 октября
1933 г. о слиянии всесоюзных импортных объединений «Горметмаш- импорт» и «Электроимпорт» мы читаем: «В целях упрощения порядка прохождения импортных заказов... слить всесоюзные импортные объединения «Горметмашимпорт» и «Электроимпорт», для чего ликвидировать «Электроимпорт» путем передачи находу всех его операций, активов и пассивов по балансу на 1 января 1934 г., а также аппарата—«Гор- метмашимпорту» с присвоением последнему наименования «Всесоюзное объединение по импорту оборудования, предметов электротехники и транспортных механизмов» («Машиноимпорт»).
В ^случае р а з д е л е н и я (разукрупнения) хозорганов ликвидко- мом составляется разделительный баланс, определяющий объем имущественных прав и обязательств, переходящих к каждой вновь образованной организации. Так, постановлением СНК РСФСР 14 ноября 1933 г. (СУ 1933 г. №56, ст. 256) трест «Роскино» при СНК РСФСР был реорганизован в Управление кинофикации при СНК РСФСР. Из треста были выделены трест по прокату картин—«Росснабфильм^—и хозрасчетная контора—«Росснабсбыткино». СНК РСФСР постановил: «Передать тресту «Росспабфильм» актив и пассив быв. «Росскпно» в части, относящейся к функциям «Росснабфильма» по балансу на 1 октября 1933 *г. с изменением на день фактической передачи. Передать вновь организуемой конторе «Росснабсбыткино» актив и пассив быв. «Росскино» в части, относящейся к функциям «Росснабсбыткино» по балансу на 1 октября 1933 г. с изменениями на день фактической передачи» (ст. 5).
Наконец, в том случае, если часть обязательств по постановлению 266


соответствующего учреждения не переходит к вновь организованным в результате разукрупнения трестам^ ликвидном (фигурирующий иногда под названием оперативной или расчетной группы и т. п.) самостоятельно учиняет расчет с контрагентами. Например,лз объявлении о разукрупнении треста «Энергострой» было указано: «В круг деятельности оперативной группы входит учинение расчетов правления Энергостроя с контрагентами и банками по операциям, не переходящим к вновь организуемым трестам».
По закону от 10 (февраля 1^32 г. (СЗ 1932 г. № 11, ст. 60) при разделении или разукрупнении всяких хозорганизаций должны составляться разделительные балансы, а также перечень договоров и соглашений, заключенных разукрупненной организацией, и ссуд, полученных ею от банка, с точным указанием, к кому переходят права и обязанности по договорам, соглашениям и т. п. и ответственность по долгам банку. Разделительные балансы должны составляться в месячный срок со дня вынесения постановления о разделении и утверждаться в установленном порядке.
Корперлтивные организации согласно постановлению ЦИК и СНК СССР 15 июня1927г/о порядке прекращения кооперативных организаций при их ликвидации, соединении и разделении (СЗ 1927 г. № 37, ст. 372) прекращаются: а) в случае истечения срока, на который учреждена коопорганизация, б) в случае, если число членов опустится ниже минимума, установленного законом (например, для промартели—минимальное количество членов—5 лиц, для членов промсоюза или промсо- вета—3 кооператива), в) в~случае уклонения организации от указанной в ее уставе цели и выявления деятельности, противной интересам государства, г) в случае признания судом кооператива несостоятельным и д) при разделении или слиянии. Прекращение кооперативной организации может быть произведено добровольно или в принудительном порядке. Добровольная ликвидация производится самими органами кооператива. Порядок деятельности ликвидационной комиссии (обеспечение и удовлетворение интересов кредиторов, очередность погашения претензий и пр.) таков же, как и при прекращении государственных хозяйственных организаций. Если после полного удовлетворения кредиторов остается нераспределенное имущество, ликвидном* возвращает паевые взносы членам кооперативной организации. Остаток имущества (после возвращения паевых взносов) обращается на указанные в уставе цели или в случае отсутствия указания в уставе передается союзу, членом которого состоял ликвидированный кооператив. При принудительном прекращении кооперативной организации (по постановлению исполкома, правительства республики или СССР) ликвидном назначается органом, в котором зарегистрирована кооперативная организация. По окончании своей деятельности ликвидном отчитывается перед органом регистрации.
Закон 15 июля 1927 г. явно устарей, в особенности в части, касающейся потребительской кооперации. Вряд ли можно сейчас представить себе возможность прекращения деятельности ЗРК на основании признания общим собранием пайщиков (собранием уполномоченных) необходимости ликвидации ЗРК. В действительности прекращение потребительских кооперативных организаций в настоящее время производится или в силу постановления органов власти ввиду изменения системы потребительского снабжения (например, постановление СНК и ЦК ВКП(б)
2G7


4 декабря 1932 г. о передаче дела рабочего снабжения заводоуправлениям, о ликвидации ЗРК на крупных предприятиях и создании ОРСов)35, или в силу разделения и слияния по постановлению вышестоящих кооперативных звеньев системы.
Назревшая потребность в выработке нового закона о прекращении хозорганов и устранении разнобоя, имеющего место в этом вопросе, отразилась в одном из документов недавнего времени—постановлении коллегии Н К ЕЕИ РСФСРЗ декабря 1933jr. об упорядочении практики ликвидации хозорганов (БФХЗ 1934 г/№4, ст. 19). Это постановление обязывает наркоматы РСФСР, приравненные к ним учреждения, а также кооперативные центры РСФСР все мероприятия, связанные с ликвидацией хозорганов, согласовывать с соответствующими финорганами; весь ликвидационный процесс должен проходить под контролем финорганов.
6. Особые нормы советского законодательства о хозорганах
По ряду вопросов, связанных с выступлением хозорганов хозяйственном обороте, имеется специальное законодательство, распространяющееся только на государственные и кооперативные хозяйственные организации и не применяющееся к частным лицам. Такие особые законы, имеющие в виду только хозорганы, были исключением в ГК 1922 г. Ныне, чем дальше, тем больше они становятся общим правилом. По ряду областей хозяйственной деятельности хозорганы стали единственными хозяйствующими субъектами. В связи с этим получили общее значение и правила, изданные первоначально в порядке изъятия из обн^их норм. Отметим важнейшие из постановлений, касающиеся только хозорганов йли устанавливающие для них особый режим: 35 36 а) Кредитная реформа 1930 г., заменившая коммерческое кредитование банковским, затрагивает только хозорганы. Во взаимоотношениях между частными лицами до сих пор вполне легален вексель. Устав о векселях 20 марта 1922 г. не отменен, б) Особый порядок рассмотрения имущественных споров в органах государственного и ведомственного арбитража установлен только для хозорганов. Однако имущественные споры по операциям Госбанка, по операциям железных дорог и водной перевозки ^за исключением массовых и плановых перевозок) и по договорам о пользовании коммунальными услугами рассматриваются в общих судах, в) По спорам между хозорганами установлены специальные сроки исковой давности, г) Заключение хозяйственных договоров между хозорганами планируется в порядке проведения в начале каждого операционного года договорной кампании, д) Законодательство о публичной отчетности распространяется только 35 Не менее ярким примером, характеризующим объем и степень планово- регулирующего воздействия пролетарского государства в области изменения форм и методов организационного построения кооперативных организаций, является постановление ЦИК и СНК СССР 23 июля 1932 г. О перестройке работы и организационных форм промкооперации. См. также постановление ЦИК и СНК СССР 17 августа 1933 г. О ликвидации охотничьей кооперации и о реорганизации интегральной кооперации (СЗ 1933 г. № 53, ст. 309).
36 Все эти постановления имеют силу как для хозорганов, так и приравненных к ним госучреждений и общественных организаций.
268


на хозорганы. е) Постановления о рационализации хозяйственного аппарата (о сокращении штатов, о сокращении административно-хозяйственных расходов, об укреплении единоначалия, о сокращении отчетности и др.) имеют в виду только хозорганы. ж) Только к государственным и кооперативным хозяйственным организациям, а также госучреждениям и приравненным к ним общественным организациям относятся многие но0мы трудового законодательства: об особом порядке оплаты брака и простоя, о регулировании фондов зарплаты, о совместительстве, о льготах для отдаленных местностей, о дисциплинарной ответственности высших служащих и многие др. з) По закону 7 августа 1932 г. имущество хозорганов (общественная собственность) подлежит особой охране.
ГК также устанавливает ряд специальных правил для хозорганов (см. ст.ст. 137, 154 прим., 418 и др.).
§ 4. Представительство
1. Общее понятие о представительстве
Представителем является лицо, совершающее сделку не для себя, а для и за счет другого субъекта права, т. е. в пользу последнего.
В римском праве представительство развито слабо. Слабость развития представительства в древнем Риме—результат того, что основой римского хозяйства было простое товарное хозяйство. Мелкий товаропроизводитель не нуждается в институте представительства. Он является непосредственным участником оборота, ибо круг сделок, совершаемых им, определен размерами его хозяйства, собственником и руководителем которого он является.
Представительство достигает своего высшего развития в обществе капиталистическом, где собственность на капитал отделяется от управления производством и усложняющийся оборот приводит кразъеди- нению субъекта права, к возникновению института поверенных, юрисконсультов и других агентов капитала, заменяющих своих хозяев во всех сделках, связанных с управлением имуществом последних. Капиталист не в состоянии уже сам непосредственно участвовать во всех сделках, вытекающих из кругооборота капитала, он принужден передоверять свои полномочия своим представителям.
В развитом буржуазном гражданском праве признается, что любая сделка может быть совершена представителем в пользу непосредственного приобретателя прав и обязанностей доверителя. «Исключение составляют лишь семейные отношения, к которым отнесены: волеизъявление на брак, заключение имущественного брачного договора, а равно и оспаривание брака (но развод допускается обычно и по доверенности), усыновление, оспаривание «незаконности» и по какому-то суеверию для выражения «священной» последней воли даже совершение завещания» 37.
На высшую ступень своего развития представительство поднимается в эпоху монополистического капитализма, когда буржуа-рантье оконча37 П. Стучка, Курс, т. II, с. 160.
26»


тельно устраняется от непосредственного руководства производством; в качестве законных представителей капиталистического объединения -выступают бго органы—директора, распорядители и другие «функционирующие капиталисты»; органы юридического лица действуют на основании устава,/определяющего объем полномочий органа.
Законное представительство дополняется так называемым договорным представительством. Орган юридического лица, представляя его в обороте, осуществляет свою деятельность не только непосредственно, но и через армию поверенных, юрисконсультов, управляющих и пр., выступающих от имени и за счет юридического лица на основании доверенности или договора- поручения. «Поверенный» быстрым темпом охватывал всю юридическую деятельность буржуазного «лица»; на! суде он сделался в виде защиты обязательным придатком (даже по гражданским делам), а путанность и осложнение законов превратили юриста-поверенного в господствующую профессию, но в смысле продажности целиком подвергнутую всем правилам «Торгового оборота» 38.
Представитель должен быть право- и дееспособным. Этим он отличается от простого передатчика воли, которым может быть и несовершеннолетний.
2. Представительство по советскому праву
В советском праве п р е д с т а в и т е л я ми по з а к о н у являются директор, управляющий, начальник, т.е.руководствохоз- органов. Законом 15 марта 1934 г. «об организационных мероприятиях в области советского и хозяйственного строительства» (СЗ 1934 г. № 15, ст. 103) ликвидированы коллегии во всех областях советско-хозяйственной работы, за исключением выборных советских органов. В связи с этим во главе каждого хозоргана ныне стоит единоличный управляющий, имеющий обычно одного, двух заместителей (в больших хозорганах иногда и одного, двух помощников). Права управляющего как руководителя хозоргана основываются непосредственно на законе, уставе или положении.
В случаях договорного представительства отношения представителя (поверенного)' к доверителю оформляются договором поручения или доверенностью. Практически наибольшее значение имеет доверенность. По ст. 251 ГК «по договору поручения одна сторона (поверенный) обязуется совершить за счет и от имени другой стороны (доверителя) порученные ему доверителем действия». Доверенность же выдается без особого договора поручения, заменяет этот последний. Следовательно, доверенности является как бы односторонним актом. Представитель, действующий на основе доверенности, является служащим, работником данного хозоргана; он связан с последним трудовым договором, регулируемым Кодексом законов о труде. В этом случае право представительства на основании доверенности есть не что иное, как служебная* функция представителя—служащего.
Согласно договору поручения поверенный обязан своевременно передать доверителю все полученное в силу данного поручения, сооб38 П. Стучка, курс, т. II, с. 166.
270


щить доверителю по его требованию все сведения о ходе исполнения поручения и возместить ему убытки, которые будут понесены доверителем,, вследствие умысла или неосторожности поверенного. Поверенный обязан исполнить порученные ему действия лично; если есть на то управо- мочие, он вправе передоверить выполнение возложенных на него действий другому лицу. В этом случае поверенный отвечает только за выбор заместителя, но не за действия последнего (ст. 253 и 254 ГК). Доверитель обязан принять все законно сделанное поверенным во исполнение поручения, вознаградить поверенного по договору и возместить ему все издержки. Как поверенный, так и доверитель могут во всякое время прекратить поручение: доверитель—отменить его, а поверенный—отказаться от его исполнения. Соглашения об отказе от этого права недействительны. Кроме того, поручение прекращается в силу смерти поверенного или доверителя или прекращения юридического лица, от имени и на имя которого выдана доверенность.
Доверенность не может быть выдана на срок более трех лет; доверенность от имени государственного учреждения или предприятия выдается за подписью ответственного руководителя с приложением печати учреждения или предприятия. Доверенность на управление имуществом частного лица, и, следовательно, на совершение всех сделок, связанных с этим управлением, так называемая генеральная или общая доверенность должна быть удостоверена в нотариальном порядке. Нотариальное удостоверение доверенности также обязательно в тех случаях, когда действие частным лицом должно быть совершено по отношению к правительственному органу или должностному лицу. Есть ряд. исключений из этого правила: не подлежат обязательному нотариальному удостоверению доверенности на получение посылочной и денежной корреспонденции, а также доверенности на совершение операций в Госбанке и трудовых сберегательных кассах (ст. 265 ГК). «Действия поверенного создают для доверителя непосредственные права и обязанности, если они совершены согласно доверенности или если они впоследствии одобрены доверителем» (ст. 269 ГК). Но «устанавливая ответственность доверителя па одобренные им действия своего представителя, совершенные вне пределов доверенности, имеет в виду такие конкретные действия доверителя, которые с несомненностью устанавливают это одобрение, выводить же одобрение из предположений, догадок ни в коем случае нельзя» 39.
Один из видов договорного представительства—представительство по договору комиссии. Комиссионер—представитель, совершающий юридические действия хотя и от своего имени, но для и за счет доверителя. Это так называемое «скрытое представительство». О договоре комиссии см. том II гл. XIII.
К числу представителей, правда, не в хозяйственном обороте, но в отношениях, вытекающих из коллективных договоров и из защиты прав трудящегося, относятся ипрофсоюзь!. Профсоюзы как представители трудящихся заключают коллективные договоры (ст. 20 КЗоТ). Как в уголовном, так и в гражданском процессе уполномоченные профсоюзов могут выступать в качестве представителей трудящихся, причем они 39 Инструктивное письмо ГКК Верхсуда № 1 1927 г. «Судебная практика», № 2 1927 г. ' ,
271


вправе быть представителями помимо воли представляемого, однако не устраняя, а дополняя его. Пленум Верховного суда разъяснил, что уполномоченные профсоюзов, выступая от имени трудящегося, не имея от последнего доверенности, «имеют право на совершение всех процессуальных действий, кроме тех, на совершение которых в силу статьи 18 ГПК (оканчивать дела миром, отказываться от иска в части или целом и пр.—С.Б.) необходимо иметь специальную доверенность».
Одним из видов законного представительства является также представительство родителей, опекунов и попечителей за своих несовершеннолетних детей или недееспособных подопечных (см. Кодекс законов о браке, семье и опеке, ст. 68). Родители, опекуны и попечители выступают на суде за своих детей и подопечных не по доверенности, но в силу закона.
Кроме законного и договорного представительства возможен случай так называемого фактического представительства, т. е. ведение дел в интересах представляемого без его полномочия. Теория буржуазного гражданского права считает, что основанием для приравнивания фактического представительства к юридическому является последующее одобрение действий фактического представителя со стороны лица, в пользу которого были совершены те или иные действия (например, во время отсутствия домовладельца начала протекать крыша его дома, и квартирант произвел необходимый ремонт; домовладелец, санкционировавший по своем возвращении действия квартиранта, обязан возместить последнему произведенные расходы). В нашем ГК об этом институте прямо не говорится, но имеются косвенные указания на него (ст.ст. 399 и 400 о возмещении обогащения, ст. 269 об одобрении и пр.) 40.
Литература
Маркс, Капитал т. I, гл. 2, 4, 5. Ленин, Империализм как новейший этап капитализма, С. с. т. XIX. Сталин, Доклад на XVII съезде партии. Разд. Ill, §§ 1 и 2, Стучка, Курс советского гражданского права, т. II, разд. I., С тучка, Проблема юридического лица. «Рев. права» 1928, №1. Пашуканис, Общая теория права и марксизм, гл. 4. Г и н ц б у р г, Проект закона об управлении промышленностью. «Сов. гос, и рев. права» 1931 г. №11/12. Ланд к оф, Субъекты права, М. 1928 г.
40 См. Стучка, Курс советского гражданского права, т. II, с. 181—183.


ГЛАВА IX
ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ХОЗЯЙСТВЕННЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ
§ 1. Капиталистическая и социалистическая система хозяйственного управления
Проблема управления социалистическим хозяйством стоит принципиально иначе, чем проблема организации хозяйственного руководства в капиталистическом обществе. Конечно, управление является функцией общественного процесса производства и в условиях капиталистического хозяйства. Всякое предприятие, построенное на далеко зашедшем разделении труда, а тем более на базе современной сложной техники,—требует выделения управления как самостоятельной функции наряду с непосредственным исполнением трудовых процессов1. Но на капиталистической фабрике эту функцию (или «единство и волю 4 общественно-трудового тела») представляет капиталист. Власть «на поле производства» является «аттрибутом капитала». А вследствие этого самая функция управления приобретает специфический характер. «Управление капиталиста есть не только особая функция, возникающая из самой природы общественного процесса труда и входящая в состав этого последнего, оно есть в то же время функция эксплоатации этого общественного процесса труда и как таковая обусловлена неустранимым антагонизмом между эксплоататором и сырым материалом его эксплоатации»2. В силу классового антагонизма капиталиста и рабочего, руководителя и исполнителя управление становится деспотическим. Это—команда самодержца над «массой рабочих, организованных по-солдатски»3. Ибо самая сущность капиталистического предприятия заключается в эксплоатации, вплоть до самых зверских ее форм, в эксплоатации, сдерживаемой только организованным противодействием самих же рабочих.
Другая черта, характерная для капиталистического хозяйственного управления—ограничение поля производства, на котором командует капиталист рамками частной собственности. Капиталистическое общество не знает управления хозяйством в масштабе целой страны, управления государственного, снимающего перегородки капиталистической частной собственности. «Капитал организует и упорядочивает труд внутри фабрики для дальнейшего угнетения рабочего, для увеличения своей прибыли. А во всем общественном производстве остается 1 См.. Маркс, Капитал, т. I, 1931, с. 248.
2 Там же.
3 М а р к с и Энгельс, т. V, с. 490.
18 Курс сов. хоз. права
273


и растет хаос, приводящий к кризисам, когда накопленные богатства не находят покупателей, а миллионы рабочих гибнут и голодают, не находя работы»4. Мечта о капиталистическом планировании, об организованном капитализме, об управлении капиталистическим хозяйством как целым—миф, сказка, созданная идеологами крупной буржуазии и социал-фашистами, но вдребезги разбитая неумолимым ходом развития капиталистической экономики.
В последние годы в связи с поисками выхода из затянувшегося экономического кризиса фашистская и фашизирующаяся буржуазия создает разнообразные теории «планового капитализма». «Корпоративное государство», «сословное государство», «тоталитарное государство» и т. д. должны мерами государственного регулирования и помощи частной инициативе найти средства для внесения планомерности в развитие капиталистического хозяйства. Оставаясь на базе частной собственности, пытаются использовать опыт Советского союза по плановому руководству хозяйством. Усиленно подчеркиваются разнообразные черты якобы общие для советского хозяйства и для капиталистического. Выдвигаются проекты капиталистических десятилеток и четырехлеток. Хозяйственное законодательство Муссолини, Гитлера и Рузвельта, каждое по-своему пытается «спланировать» капиталистическую экономику. Усиленно пропагандируются апологетические идейки о прекращении классовой борьбы, о национальном единстве, мирном сотрудничестве труда и капитала.
Действительной сущностью «корпоративного» и «сословного» государства является дальнейшее усиление позиций крупного концентрированного монополистического капитала, дальнейший нажим па рабочий класс, организация разгрома сопротивляющихся еще мелких и средних предпринимателей (так называемых «аутсайдеров») и подчинение их всевластию крупного монополистического капитала. Именно в фашистских странах менее всего государство что-либо организует, планирует или управляет хозяйством. Наоборот, монополистический капитал использует капиталистическое государство в целях поддержания и укрепления отношений капиталистической эксплоатации и подготовки новых империалистических войн. Священная и неприкосновенная буржуазная частная собственность со всеми присущими ей противоречиями и антагонизмами сохраняет все свое значение основы капиталистического общественного порядка.
Принципиальная пропасть лежит между советским государственным хозяйством (предприятия последовательно-социалистического типа) и хозяйством капиталистическим. В условиях диктатуры пролетариата нет места классовому антагонизму между руководителем процесса производства на государственном предприятии и рабочим. Рабочий класс, организованный в государство, является одновременно и собственником орудий и средств производства и непосредственным производителем, своим трудом созидающим общественное богатство. Власть в промышленности перестает быть «атрибутом» чужеродной силы, извне противостоящей массе трудящихся. Носители этой власти—«советские руководители во время труда»5—члены того же класса, что и непосредственные ,4 Ленин, т. XVII, с. 248.
5 Л е н и н, т. XXII, с. 464; см. также с. 463. 501 и др.
274


производители. Поэтому при диктатуре пролетариата хозяйственное управление теряет свой антагонистический характер. Управление отдельным предприятием и социалистическим хозяйством в целом не исключает, а наоборот требует максимального привлечения самих масс трудящихся к руководству ходом производства. Это первое. И второе—новый народнохозяйственный аспект, какой приобретает проблема управления социалистическим хозяйством. В условиях, когда сняты перегородки частной собственности, когда устранено противоречие между общественным характером производства и частным характером присвоения, когда основная производительная сила общества—рабочий класс—является одновременно и «хозяином» промышленности, торговли, транспорта, кредита—каждое отдельное предприятие становится звеном одного организованного целог о—народного хозяйства, построенного на плановых основаниях. Поэтому нет больше разрыва между отдельным предприятием и народнохозяйственным целым. Ожесточенная конкурентная борьба между «независимыми» предпринимателями—частными собственниками—уступает место системе разностороннего сотрудничества. Управление как отдельным предприятием, так и всем народным хозяйством строится на одних и тех же принципах планового социалистического хозяйствования.
§ 2. Ленинские принципы управления социалистическим хозяйством
1. Единство хозяйственного и политического руководства
Основные принципы управления социалистическим хозяйством установлены и развиты в произведениях классиков марксизма: Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина. «Критика готской программы» и ряд статей Энгельса, «Очередные задачи советской власти» Ленина, 6 условий т. Сталина и решения по организационным вопросам XVII съезда партии представляют собою единую цель документов, определяющих пути организационного строительства и методы хозяйственного управления в социалистическом обществе.
Важнейшим организационным принципом социалистического хозяйствования является принцип единства хозяйственного и политического руководства.
«Буржуазный государственный аппарат, буржуазные министерства не управляют хозяйством. Буржуазно-государственный аппарат играет по преимуществу роль полицейско-регулятивную, охраняя интересы капиталистов против революционных рабочих, а каждым предприятием управляет сам капиталист. В то время как у нас—в обществе социалистическом—именно государство осуществляет единство политического и хозяйственного руководства»6.
Единство политического и хозяйственного руководства означает, что каждая государственная хозяйственная организация, каждое предприятие последовательно-социалистического типа является вместе с тем органом пролетарскойдиктатуры. Каждыйхозорган, на своем участке—строитель коммунизма, каждый хозяйственник, руко-
6 К а г а н о в и ч, Организационные вопросы, Партиздат, 1934, с. 20—21.
18* 275


водящий деятельностью хозоргана,—ответственный политический работник, каждый трудящийся, участвующий в управлении производством— активный строитель коммунистического общества. Органы управления социалистическим хозяйством—заводоуправления, тресты, хозяйственные наркоматы—это хозяйственный аппарат пролетарской диктатуры. Система их организации, взаимной связи отдельных органов и порядка их деятельности—социалистическая.
В первые годы нэпа была сделана попытка «эмансипировать» хозяйство от политики, противопоставить «хозяйственников» «чистым политикам», сконструировать какие-то самодовлеющие интересы советского хозяйства, отличные от интересов пролетарской диктатуры в целом. Это абсолютно неприемлемо с точки зрения учения Маркса—Ленина—Сталина об управлении социалистическим хозяйством. Такого рода построения и предложения—результат мелкобуржуазных влияний; объективным результатом их может быть лишь расшатывание пролетарской диктатуры и уклонение развития социалистического хозяйства в сторону от столбовой его дороги—к коммунизму.
У меньшевистских и откровенно буржуазных «теоретиков» первого периода нэпа считалась бесспорной мысль о последовательном и принципиальном организационном обособлении советского государственного хозяйства от «политики». Отрыв «экономики» от «политики» в сфере организации социалистического хозяйства—вещь якобы доказанная, самоочевидный факт. Советские гостресты—те же частные предприятия с той только разницей, что они принадлежат не отдельному капиталисту-предпринимателю, а совокупному государственному капиталисту—Советской республике или Союзу республик7. Каждый хозорган действует по плану, но по «своему», для данного хозоргана установленному плану, преследуя свои своекорыстные интересы, и лишь в рыночной борьбе множества государственных, кооперативных и прочих предприятий создается некая «гармония»—рыночное равновесие.
Ленин и Сталин давали по этим вопросам другие установки. Ленин неоднократно подчеркивал огромное политическое значение вопросов организации управления социалистическим хозяйством, роль новых органов хозяйственного управления в классовой борьбе и особый, последовательно-социалистический характер всей новой системы управления хозяйством. Сталин на XVII съезде с исключительной силой поставил вопрос о том, чтобы «поднять уровень организационного руководства во всех сферах народного хозяйства до уровня политического руководства»8.
Эти установки Ленина—Сталина ориентируют в определенном направлении и высшие правительственные учреждения, низовые хозяйственные организации и их руководителей-хозяйственников и всю массу трудящихся. Они как бы говорят каждому хозоргану: дело, которое ты делаешь,—не твое частное дело, это дело всех трудящихся, дело пролетарского государства, строящего социализм. Надо отказаться от проклятого наследия частной собственности—рассматривать каждую отдель-
7 А. М. Гинзбург, Экономия промышленности, ч. I, М., 1925, с. 229—230.
8 Сталин, Отчетный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б). Партиздат, 1934, с. 49.
27в


ную хозяйственную операцию как частное дело, покрывая ее в силу этого покровом коммерческой тайны. Надо вытравить из сознания советских граждан проклятое правило «каждый за себя, одДн бог за всех»9. Надо преодолеть воспитанную веками «величайшую ненависть и недоверие масс ко всему государственному» 10.
Ныне государственное—это свое, кровное, собственное. «Мы совершаем переход к социализму,—говорил Ленин на IX съезде партии,—и самый существенный вопрос—о хлебе, о работе—не является вопросом частным, частным делом предпринимателя, а вопросом всего общества, когда каждый сколько-нибудь думающий крестьянин должен определенно сознавать и понимать, что если государство во всей своей прессе, в каждой статье, в каждом номере газеты ставит вопрос о транспорте, то это является общим делом»11. В этих словах Ленина дано принципиальное обоснование многообразным современным формам взаимосвязи социалистических предприятий друг с другом. Здесь содержится и принципиальное обоснование беспощадной борьбы партии и государства против антигосударственных тенденций отдельных хозорганов, противопоставляющих свои, своекорыстные интересы интересам пролетарского государства в целом.
Единое политическое и хозяйственное руководство советским хозяйством есть тем самым плановое руководство. «Коренная разница между постановкой управления у нас и постановкой управления в буржуазных странах» заключается в том, что «капитализм не интересуется, не знал и не знает самой проблемы организацииэкономики страны как единого целого, ибо это противоречит самой природе капитализма» 12, мы же строим советское хозяйство как единое плановое централизованное хозяйство. Свое организационное выражение этот принцип находит помимо плановой дисциплины13, во-первых, также в необычайно высоком уровне организационной концентрации, во- вторых14, в исключительной легкости перенесения в СССР новейших технических достижений и наиболее передовых методов организации производства из капиталистических стран, и в-третьих, в цолитике наиболее рационального размещения производительных сил на территории страны и планомерного их использования, широчайшего развития таких методов организации производства, как специализация и кооперирование, комбинирование и др.
По всем этим направлениям—во всех без исключения областях организационно-хозяйственного строительства—СССР добился за годы социалистической реконструкции невиданных успехов.
Главное в диктатуре пролетариата—партия. Из единства политического и хозяйственного руководства вытекает партийность хозяйственного руководства. Это не значит, что партия в лице тех или других своих организаций непосредственно управляет процессами обще9 Л е н и н, т. XXV, с. 256.
10 Ленин, т. XXII, с. 450.
11 Ленин, т. XXV, с. 129.
13 Каганович, Организационные вопросы, Партиздат, 1934, с. 20.
13 О плановой дисциплине, см. выше, гл. VII.
14 СССР—страна наиболее крупной и объединенной промышленности. СССР— единственная в мире страна, покончившая навсегда с мелким раздробленным земледелием, страна крупных социалистических сельскохозяйственных предприятий.
277


ственного производства и распределения. Но она руководит всем советским хозяйством и в частности всеми государственными хозяйственными организациями. Партия является «учителем, руководителем, вождем всех трудящихся и эксплоатируемых в деле устройства своей общественной жизни без буржуазии и против буржуазии» 15. Партия сильна своим авторитетом, доверием рабочего класса, поддержкой партии со стороны рабочего класса16.
Партийность хозяйственного руководства осуществляется путем тщательного подбора кадров, их расстановки и контроля за выполнением ими партийных директив. «Не в учреждениях, не в переорганизациях, не в новых декретах—г воздь, а в людях ив проверке исполнени я»17,—не уставал повторять Ленин. «ЦК руководствовался,—говорил т. Сталин в отчете XVII съезду партии,— ...гениальной мыслью Ленина о том, что главное в организационной работе—п одбор людей и проверка исполнени я»18.
Подбор и постановка на руководящие посты членов партии не исключает конечно привлечения с низов беспартийных рабочих, крестьян и верных советской власти специалистов и вьГдвижения их в качестве организаторов социалистического хозяйства. Наоборот, выявление организаторских талантов должно быть поставлено самым широким образом. Больше того: только коммунистическая партия впервые может развернуть эту работу в невиданных при капитализме гигантских масштабах. Однако при всех условиях должна быть обеспечена главенствующая роль партии, ей принадлежит решающее слово во всех серьезных общеполитических хозяйственных вопросах.
2. Принцип конкретного руководства
Следующий из основных принципов, на которых строится управление государственным хозяйством в СССР,—это принцип конкретного руководства.
Конкретность и предметность хозяйственного руководства характеризуют социалистическое хозяйствование. Руководить предприятиями надо не «вообще», не «с воздуха», не бумажно («канцелярско-бюрократические методы руководства»), а конкретно, предметно, так, чтобы быть «полным хозяином» дела. Для этого надо входить в технику дела, в детали, в мелоци. Обеспечить такое конкретное предметное руководство можно лишь с соблюдением ряда условий, в частности, лишь построив хозяйственные организации и планово-регулирующие органы на принципах специализации, живого руководства и инструктажа, технизировав это руководство, т. е. насытив его технически компетентными кадрами.
В докладе на XVII съезде партии т. Сталин раскрыл в 14 пунктах содержание принципа конкретного руководства применительно к данному этапу. Установки т. Сталина лежат в основе одного из важнейших 15 Л е н и н, т. XXI, с. 386.
16 Сталин. «Вопросы ленинизма«, изд. 9, с. 211.
17 Л е н и н, т. XXVII, с. 217.
18 Сталин, Отчетный доклад на XVII съезде партии о работе ЦК ВКП(б), М.. Партиздат, 193'*, с. 50.
278


законодательных актов, изданных в целях реализации решений XVII съезда по организационным вопросам—Постановления ЦИК и СНК СССР 15 марта 1934 г. об организационных мероприятиях в области советского и хозяйственного строительства (СЗ 1934 № 15, ст. 103). Многочисленные мероприятия, декретированные в этом законе, должны быть проведены в жизнь «в целях обеспечения конкретного руководства всеми отраслями советской и хозяйственной работы применительно к новым сложным задачам реконструктивного периода, укрепления тесной, живой связи руководителей с низовыми звеньями хозяйственного и управленческого аппарата и изживания канцелярско-бюрократических методов руководства, усиления единоначалия и личной ответственности руководителей за порученное им дело и ликвидации распыленности и множественности руководства как следствия функционального построения аппарата».
Важнейшая организационная мера, вытекающая из принципа конкретного руководства, заключается в ликвидации функционал к и. Функционалка означает «рассредоточенность руководства», расчленение хозяйственного управления на ряд самостоятельных функций, каждая из которых привязана к своему центру, в результате чего на данном хозяйственном участке создается многовластие, отсутствие единого центра управления и, как следствие всего этого, отсутствие четкой ответственности. Если в цехе ремонтом оборудования ведает чер#в голову начальника цеха заводской отдел главного механика, техническим нормированием, также через голову начальника цеха,—заводской отдел технического нормирования, технический контроль осуществляет только заводской ОТК и т. д.—конкретное руководство производственными процессами в цехе со стороны начальника цеха становится невозможным.
Ликвидировать функционалку йадо всюду, начиная от низовых звеньев, кончая наркоматами. В связи с этим закон 15 марта 1934 г. предложил: «Ликвидировать во всех советских и хозяйственных органах функциональную систему построения аппарата и перестроить их, начиная от низовых производственных звеньев до народных комиссариатов включительно, на производственно-территориальной основе, организовав в народных комиссариатах главные производственные или производственно-территориальные управления, несущие ответственность и имеющие права по всем вопросам руководства подчиненными им организациями и учреждениями, и ограничив в правах остающиеся функциональные органы с воспрещением им вмешательства в работу низовых звеньев через голову главных управлений» (ст. 1).
Конкретное руководство есть вместе с тем специализированное руководство. Только специализированное руководство может быть действительно компетентным руководством. Отсюда в частности вытекает проведенное за последние годы разукрупнение и специализация наркоматов, главков и хозорганов. Специализация однако не исключает территориально-комплексного подхода в разрешении ряда народнохозяйственных проблем, связанных с развитием различных взаимно связанных отраслей производства или районов.
Конкретное руководство требует далее уничтожения многозвенности, приближения управляющих центров непосредственно к объекту управления—к низовым хозяйственным организациям «...Глав27*


ное в реорганизации советского государственного аппарата заключается в том, чтобы повернуть руководящие органы к низовому звену, перейти к тесной живой связи с низовыми звеньями—заводом, фабрикой, цехом, участком, предприятием, колхозом, селом, МТС, совхозом и т. п. Н е завод для наркомата, а наркомат д л.я завода. Не колхоз для Наркомзема, а Наркомзем для колхоза. Не совхоз для Наркомсовхозов, а Н а р ком- совхозов для совхоза»19. Эта мысль в законе 15 марта 1934 г. сформулирована так: «Ликвидировать в хозяйственном аппарате объединения, сократить количество трестов и расширить непосредственную связь центральных хозяйственный органов, начиная от народных комиссариатов с крупнейшими подчиненными им предприятиями» (ст. 3).
Из принципа конкретного руководства вытекает далее необходимость насыщения производства техническими кадрами и живым инструктажем и проверка исполнения как методы хозяйственного управления: «Возложить на руководителей всех советских и хозяйственных органов обязанность личного руководства подбором и распределением хозяйственных и инженерно-технических работников с передвижкой при этом значительной части инженерно-технических кадров из канцелярий на производство во всех отраслях народного хозяйства и государственного управления. Обязать руководителей всех советских и хозяйственных органов сократить 'дачу разного рода приказов и распоряжений и усилить повседневное живое руководство, инструктирование, обучение и практическую помощь руководителям низовых органов советско-хозяйственного аппарата» (ст.ст. 5 и 6).
И наконец конкретное руководство требует подлинного и серьезного знания техники дела. Отсюда требование закона 15 марта 1934 г.: «Обязать руководителей хозяйственных органов и предприятий овладеть основами техники своего дела, для чего разработать по каждой отрасли промышленности, сельского хозяйства и другим отраслям народного хозяйства технический минимум, подлежащий обязательному изучению в определенный минимальный срок всеми руководящими работниками» (ст. 7).
3. Пролетарская (социалистическая) ди сц и п л и- на. Демократический централизм в управлении хозяйством
Управление советскими хозяйственными организациями строится на началах строжайшей дисциплины. Железная пролетарская (социалистическая) дисциплина—важнейший принцип социалистического хозяйствования. Социалистическое хозяйство, базой которого является технически высоко оснащенная, снабженная сложнейшим оборудованием индустрия, может существовать лишь в условиях строжайшей дисциплинированности всех звеньев социалистического хозяйства и всех участников производственного процесса. Плановая, финансовая, договорная и трудовая дисциплина—обязательное требование к каждому хозоргану и к каждому трудящемуся на социалистическом предприятии.
” Каганович, Организационные вопросы, Дартиздат, 1934, с. 56.
280


Дисциплинированность всех звеньев планового социалистического хозяйства сверху до низу означает, что социалистическое хозяйство является хозяйством централизованным. «Социализм... это есть построение централизованного хозяйства, хозяйства из центра»20. Однако социалистический централизм ни в коей мере не бюрократический централизм. Он объявляет беспощадную борьбу малейшим элементам бюрократизма. Средствами для преодоления язвы бюрократизма служит широчайший разворот местной инициативы и самодеятельности низовых хозяйственных организаций и привлечение к хозяйственному управлению самых широких масс трудящихся, вовлечение их в дело управления социалистическим хозяйством.
В наброске статьи «Очередные задачи советской власти» Ленин писал: «Наша задача теперь провести именно демократический централизм в области хозяйства, обеспечить абсолютную стройность и единение в функционировании таких экономических предприятий, как железные дороги, почта, телеграф и прочие средства транспорта и т. п., а в то же самое время централизм, понятый в действительно демократическом смысле, предполагает в первый раз историей созданную возможность полного и беспрепятственного развития не только местных особенностей, но и местного почина, местной инициативы, разнообразия путей, приемов и средств движения к общей цели»21.
Отсюда вытекает, что система управления социалистическим хозяйством должна быть построена так, чтобы в рамках единого централизованного планового руководства, обеспечивающего «абсолютную стройность и единение» в функционировании социалистических предприятий создать вместе с тем условия, максимально благоприятствующие развороту их инициативы, самодеятельности и самостоятельности.
Это достигается через использование хозрасчета как основного метода организации и управления социалистическими предприятиями и соревнованияна социалистических началах, как стимула, толкающего хозорганы на выполнение и перевыполнение плановых заданий, на борьбу за лучшие показатели и т. д.
Значение принципа соревнования в условиях социалистического хозяйства—колоссально. Социализм уничтожает соревнование в форме капиталистической конкуренции, погоню за прибылью. Но он не только не отрицает соревнование как таковое, а наоборот, впервые делает возможной организацию соревнования в неслыханных при капитализме масштабах. Каждая фабрика, завод, сельскохозяйственное предприятие, артель должны соревноваться с другими на лучшую организацию производства. Сила примера получает значение могучего двигателя на пути к всеобщему совершенствованию. Лучшие предприятия заносятся на красную доску, становятся образцом для отстающих, штрафованные предприятия заносятся на черную доску; 'их подтягивают, исправляют и подгоняют передовые предприятия.
И наконец многообразные формы вовлечения рабочих в управление производством (профсоюзы как школа хозяйничания, школа управления, школа коммунизма, разнообразные формы производственно-технической активности рабочего класса, работа депутатских групп на пред20 Л е и и н, т. XXIII, с. 468.
21 Л е ни н, т. XXII. с. 416.
281


приятиях) дополняют характеристику социалистического централизма как демократического централизма.
Претворяя принципы демократического централизма в управлении хозяйством в конкретной обстановке данного этапа, закон 15 марта 1934 г. усиливает права и обязанности местных и республиканских органов в области развития местной промышленности и сельского хозяйства и считает необходимым передать в ведение местных органов часть предприятий, подчиненных союзным и республиканским органам (ст. 2). В связи с этим постановлением ЦИК СССР от 10 августа 1934 г. в союзных и автономных республиках созданы наркоматы местной промышленности (СЗ 1934, № 42, ст. 328).
Закон 15 марта предлагает усилить массовый контроль над работой всех органов управления и обеспечить всемерное вовлечение масс в дело борьбы с бюрократическими язвами и недостатками государственного аппарата. Закон передает профсоюзам контрольные права на предприятиях. Закон считает необходимым развернуть шефство предприятий над государственными учреждениями и соациалистическое совместительство работы на призводстве с работой в государственных учреждениях (ст.ст. 11 и 12).
4. Единоначалие
Социалистическая дисциплина требует, чтобы в работе каждого хозоргана было строго проведено единоначалие и обеспечена четкая личная ответственность каждого работника за порученное ему дело.
Единоначалие—это власть руководителя и беспрекословное повиновение единой воле руководителя трудового процесса. По Ленину «диктаторство во время труда»—единоначалие—вытекает из самой сущности крупной машинной индустрии—основы и материальной базы социализма. «Всякая крупная машинная индустрия,—говорил и повторял Ленин,—т. е. именно материальный производственный источник и фундамент социализма—требует безусловного и строжайшего единства воли, направляющей совместную работу сотен, тысяч и десятков тысяч людей. И технически, и экономически, и исторически необходимость эта очевидна, всеми думавшими о социализме всегда признавалась как его условие. Но как может быть обеспечено строжайшее единство воли? Подчинением воли тысяч воле одного» 22. Только твердым единонача лиём можно обеспечить четкую персональную ответственность каждого за порученное ему дело, ответственность, являющуюся обязательным условием функционирования народнохозяйственного организма как единого целого. Поэтому «вся полнота власти» должна быть сосредоточена в руках заводоуправлений и других органов хозяйственного управления.
Но советское единоначалие—это не только безусловная власть диктатора, но также и бурный, митинговый, бьющий весенним половодьем демократизм трудящихся. Беспрекословное подчинение воле руководителя во время труда дополняется массовым контролем снизу, диктатура отдельных лиц—выдвижением к руководству тысяч, миллионов организаторских талантов с низов. Управление предприятием последовательно-
22 Ленин, т. XXII, с. 462. См. также Энгельс, Об авторитете, сочинения, т. XV. с. 134—137. *
282


социалистического типа сочетает в неразрывном единстве твердое единоначалие и высшее развитие пролетарской общественности. Наше единоначалие—подлинное и яркое проявление ленинского принципа демократического централизма применительно к хозяйственному управлению. «Демократический централизм сочетает в неразрывном диалектическом единстве величайшую активность, самодеятельность, творческую инициативу, руководящую роль пролетарских масс—хозяев нового строя—с твердой дисциплиной, организованностью, четкой согласованностью и соподчиненностью в труде»23. Демократический централизм отрицает в равной мере как анархию и безвластие на производстве, так и бюрократический бездушный централизм и голое администрирование.
Постановление ЦК ВКП(б) «О мерах по упорядочению управления производством и установлению единоначалия» 5 сентября 1929 г. раскрывает подробно содержание советского единоначалия. Постановление 5 сентября 1929 г. определяет функции и права каждой из трех сторон треугольника на государственном предприятии (администрации, партячейки и профорганизации).
ЦК партии исходит из необходимости установить такой порядок управления производством, который гарантировал бы подчиненность и ответственность каждого занятого в производстве лица—от директора до рядового рабочего—за порученное ему дело ^исключал бы безответственность, путаницу и безначалие. В соответствии с этим за выполнение промфинплана и всех производственных заданий непосредственно отвечает администрация (директор). Администрация руководит как аппаратом управления, так и всеми организационно-техническими процессами на предприятии. Все оперативно-хозяйственные распоряжения директора безусловно обязательны для нижестоящей администрации и для рабочих. Администрация назначает весь административно-технический персонал предприятия24. При назначении и смещении того или иного работника администрация обязана учитывать мнение партийной и профессиональной организаций, за которыми в случае несогласия с назначением или смещением остается право обжалования в вышестоящие партийные, профессиональные и хозяйственные органы, что однако не приостанавливает проведения в жизнь решения администрации.
Профессиональные организации отстаивают и защищают повседневные культурно-бытовые и экономические нужды рабочих, но одновременно должны быть также организаторами производственной активности и самодеятельности рабочих масс. Фабзавкомы через Производственные совещания принимают активное участие в обсуждении и разработке основных вопросов производства, заслушивают отчеты администрации, вносят свои предложения, однако ни в коем случае не вмешиваются непосредственно в руководство предприятием. Решения XVII партсъезда и закон 15 марта 1934 г. возложили на низовые органы профсоюзов па предприятиях контрольные функции, выполнявшиеся ранее РКП25 26.
23 Т а л ь, О единоначалии, М. 1933. с. 31.
24 О порядке назначения технического директора и главного бухгалтера см.
ниже § 4.
26 Постановление президиума ВЦСПС О контрольной работе профсоюзов
13 июля 1934 г.—«Труд» 15 июля 1934 г. № 163.
28В


Партийныеячейки осуществляют руководство всей общественно-политической и хозяйственной жизнью предприятия, не вмешиваясь в детали работы директора и завкома, в особенности же в оперативные распоряжения администрации. Они заслушивают доклады администрации об основных вопросах производства и о ходе выполнения промфинплана. Их важнейшая задача—политическое руководство массами и воспитание в них классовой бдительности и сознательного отношения к интересам социалистического предприятия.
На практике до последнего времени имеют место многочисленные факты нарушения этих, совершенно четких и определенных директив ЦК. Наиболее часты случаи неправомерного вмешательства в оперативно-хозяйственную работу администрации со стороны партийных, профессиональных, местных советских, иногда даже комсомольских организаций. Факты грубого нарушения принципов единоначалия констатированы печатью, а в отдельных случаях даже осуждены специальными постановлениями ЦК в течение 1932—34 гг. по целому ряду крупнейших предприятий Советского союза: Горьковскому автозаводу, Московскому заводу шарикоподшипников им. Кагановича, Саратовскому заводу комбайнов, Ленинградскому заводу «Большевик» и т. д. Имеют место и другие извращения: неиспользование хозяйственниками предоставленных им по закону прав, неумение организовать производственную инициативу трудящихся и голое администрирование.
Вопрос о единоначалии исключительно актуален в условиях второй пятилетки. Единоначалие ныне необходимо, как воздух, без него невозможен нормальный ход производства. Почему? Строжайшее проведение единоначалия диктуется новой производственно-технической структурой социалистической промышленности (и других отраслей народного хозяйства), ее механизацией, электрификацией, модернизацией оборудования. Строжайшее проведение единоначалия, укрепление власти «советского руководителя во время труда» в цехе, в шахте, в предприятии диктуется такими центральными задачами второй пятилетки, как освоение новой техники и повышение качества продукции. Это подчеркнуто в историческом решении ЦК и СНК СССР 8 апреля 1933 г. об угольной промышленности Донбасса.
§ 3. Основные моменты развития социалистической системы хозяйственного управления
1. Главк из м. Хозрасчет. Тресты
Организационное строительство социалистического хозяйства на основе ленинских принципов хозяйственного управления прошло длинный путь развития. Программа строительства нового социалистического уклада и соответствующей ему системы хозяйственного управления, развернутая Лениным в 1918 г., реализовалась пункт за пунктом в процессе ожесточенной классовой борьбы, в процессе борьбы с оппортунистами всех мастей, в процессе переделки и перевоспитания самого пролетариата—творца новой системы общественных отношений.
Предпосылки новой системы управления хозяйством созданы Октябрьской революцией. Это—диктатура пролетариата и общественная (социалистическая) собственность. Переход власти в руки рабочего 284


класса и переход в собственность пролетарского государства основных орудий и средств производства создали базу для строительства новой социалистической системы общественных отношений и соответствующей ей новой системы хозяйственного управления. Завоевание этих предпосылок «записано» в документах, в законодательных актах первых месяцев революции: в Декларации прав трудящегося и эксплоатируемого народа, в Конституции РСФСР 1918 г., в законах о национализации. Первые попытки претворения в жизнь новых принципов—привлечение масс к управлению производством, создание центральных высших органов хозяйственного руководства, первые опыты составления хозяйственных планов—относятся еще к 1918 г.
Военный коммунизм внес ряд йовых моментов в организацию социалистического хозяйства. В годы 1918—1921 не только была сохранена, защищена и укреплена диктатура пролетариата, не только удержана в руках рабочего класса социалистическая собственность—основа советского строя,—но и реально осуществлены в практике социалистического строительства отдельные акты планового хозяйственного руководства, создана целая система органов хозяйственного управления, начиная от ВСНХ, продолжая главками и трестами и кончая заводоуправлениями и местными районными органами, осуществлен в широких масштабах переход от коллегиального управления к единоначалию, заложены основы новых социалистических форм организации труда (коммунистические субботники) и т. д.
Нов целом военно-коммунистическая система хозяйственного управления была обусловлена все же «войной и разорением» 26. Она соответствовала обстановке военного лагеря. Она уступила свое место совершенно новой системе с переходом^ новой экономической политике.
С переходом к нэпу изменилась форма союза рабочего класса с крестьянством. Отмена разверстки и введение продналога означали широкое использование торговой смычки как основной формы связи социалистической промышленности с крестьянским хозяйством. Государственная промышленность должна была перестроить свои ряды таким образом, чтобы действительно наладить оборот с деревней, 4To6bi направить этот оборот по руслу социалистического сектора, чтобы в конкурентной борьбе с частником отстоять и укрепить позиции государственного хозяйства, чтобы тем самым подготовить базу для построения фундамента социалистической экономики. Эти задачи были решены методами трестирования и перевода государственной промышленности (а затем и государственного сельского хозяйства, транспорта и т. д.) на начала хозяйственного расчета.
Перевод предприятий и объединений на хозрасчет означал снятие их с государственного бюджета, снятие их с государственного «довольствия» сырьем, материалами и топливом, предоставление им широкой самостоятельности в деле обеспечения производства необходимыми материальными ресурсами и денежными «средствами, но с полным сохранением принципов централизованного руководства их деятельностью со стороны ВСНХ по важнейшим хозяйственным вопросам: утверждение производственных программ, определение состава имущества, назначение администрации хозорганов и т. д.
28 Лен п и. т. XXVT. с. 332.
285


В течение 1921 и 1922 г. на начала хозрасчета (коммерческого расчета) была переведена вся промышленность. Этот процесс шел не гладко. Он встречал оппозицию с различных сторон. Так например, Ларин протестовал против излишнего, по его мнению, развязывания рыночной стихии во взаимоотношениях между государственными хозяйственными организациями, протестовал против предоставления трестам чрезмерной оперативной самостоятельности, требовал более жесткого вмешательства со стороны ВСНХ в оперативную работу трестов. С другой стороны, раздавались голоса, требовавшие самого широкого перенесения в практику социалистического хозяйствования организационных принципов и методов капитализма, подавались проекты организации государственной промышленности на акционерных началах, ликвидации ВСНХ ит. п. 27.
Генеральная линия партии в вопросах организации социалистического хозяйства нашла свое выражение в известном декрете о трестах 10 апреля 1923 г. (СУ 1923 г. № 29, ст. 336). Основным звеном в системе хозяйственного управления первых лет нэпа является трест. Понятно, что декрет о трестах 10 апреля 1923 г. в свое время сыграл большую роль в деле организационного устроения социалистического хозяйства. Он уточнил взаимоотношения трестов с государственным бюджетом и высшими планово-регулирующими органами, он предоставил трестам необходимую в условиях первого этапа нэпа маневроспособность, он сохранил вместе с тем полностью принцип планового централизованного руководства государственными хозяйственными организациями со стороны высших планово-регулирующих органов.
Декрет 10 апреля 1923 г. примечателен тем, что он больше, чем какой бы то ни было другой законодательный акт советской власти конструировал советские хозорганы, пользуясь образцами и приемами, свойственными частным предприятиям. Государственный трест—юридическое лицо (ст. 2). Он владеет, пользуется и распоряжается предоставленным ему и не регламентированным специальными законами имуществом на общем основании гражданских законов (ст. 6). Трест покупает и продает по ценам, свободно устанавливаемым им по соглашению с контрагентами (ст. 48). Стимулом его хозяйственной деятельности считается извлечение прибыли (ст. 1). Он облагается налогами «наравне с частными предприятиями» (ст. 47), кредитуется «на общем для частных предприятий основании» (ст. 23) при недостаточности средств треста на покрытие его долговых обязательств—на имущество, находящееся в его свободном распоряжении «взыскание обращается таким же порядком, как на имущество частных лиц» (ст. 17).
На положение, вытекающее из декрета 10 апреля 1923 г., была переведена сначала промышленность общегосударственного значения, а затем местная промышленность. Организационные принципы, положенные в основу этого декрета, были использованы затем для организации управления государственным речным транспортом, совхозами., коммунальным хозяйством.
Наряду с трестами как основными звеньями системы хозяйственного управления в первые годы нэпа организуются также акционерные общества (в частности государственные акционерные общества), создаются биржи, ярмарки, торговые палаты, советы съездов по отраслям 27 См. например Бюллетени XI всероссийской конференции РКП(б) М., 1921.
286


промышленности и торговли. В значительной мере именно эти учреждения имел в виду XVI съезд партии, поручивший ЦКК РКИ «провести решительную ликвидацию учреждений и форм управления как, не критически заимствованных у капитализма, так хотя и имевших значение в первые годы советской власти, но потерявших смысл в условиях преобладания социалистических элементов в экономике страны»28.
Переломный год от восстановительного периода нэпа к реконструктивному—1927 г.—отмечен рядом крупных законодательных актов в области организации управления социалистическим хозяйством. Это— новое Положение о трестах 29 июня 1927 г. (СЗ 1927 г. № 39, ст. 392), заменившее декрет о трестах 10 апреля 1923 г., новый Устав железных дорог СССР 14 мая 1927 г. (СЗ 1927 г. № 30, ст. 307), изданный взамен Устава железных дорог РСФСР 12 июня 1922 г., Положение о торгах (государственных торговых предприятиях, действующих на началах коммерческого расчета,—СЗ 1927 г. № 49, ст. 502) и др. Все эти акты знаменуют серьезные сдвиги в системе советского хозяйства, достижения социалистического строительства за годы нэпа.
Начиная с 1923 г., социалистический сектор переходит в решительное наступление и отвоевывает у частнокапиталистического сектора целый ряд очень важных позиций. В необычайной степени усиливается регулирование со стороны государства, охватывающее все народное хозяйство в целом. В еще большей степени усиливаются плановые моменты в деятельности государственных хозяйственных организаций. Система обязательных заказов (деятельность комитета государственных заказов), проводимое в самом широком масштабе нормирование цен, практика генеральных договоров, планы завоза и кредитные планы, разрешительный порядок открытия новых, даже мелких предприятий в ряде отраслей производства, выступление государства в качестве крупнейшего держателя товарных фондов на хлебном рынке—все эти меры радикально изменили облик советского хозяйства и потребовали соответствующих организационных перестроек.
В отличие от декрета 10 апреля 1923 г. новое Положение о трестах 29 июня 1927 г. отнюдь не подчеркивает моментов, общих и одинаковых для государственных хозяйственных организаций и для частных предприятий. Наоборот, всячески подчеркивается «особый порядок», «особый режим», установленный для госорганов в отличие от других участников хозяйственного оборота (по вопросу о капиталах и фондах, налоговом обложении, порядке кредитования, распределении прибыли и т. д.). Трест—по прежнему самостоятельная хозрасчетная организация, с обособленным имуществом, самостоятельной имущественной ответственностью. Но закон 29 июня 1927 г. ориентирует трест во всей его хозяйственной деятельности по-новому. Трест действует «на началах коммерческого расчета», но уже не с «целью извлечения прибыли», а «в соответствии с плановыми заданиями» государства. Это подчеркивание значения «плановых заданий» имеет большое принципиальное значение и пронизывает собою всю хозяйственную деятельность треста. Большое принципиальное значение имеет также усиление элементов децентрализации во всей организационной схеме управления промышлен-
28 Савельев и Поскребышев, Директивы ВКП(б) по хозяйственным вопросам, 1931. с. 744.
287


ностью. Происходит как бы передвижка прав сверху вниз: от СТО к ВСНХ, от ВСНХ к тресту, от треста к предприятию. В частности выдвигается на первый план организационного строительства предприятие как центр, в котором сосредоточивается решение важнейших вопросов скономической политики. Это обстоятельство получает свое законодательное выражение в Положении 29 июня 1927 г. (ст. ст. 24—36). Однако действительное проведение в жизнь новых принципов управления предприятием (расширение прав, хозрасчет наряд-заказ, производственная экономия) растягивается еще на ряд лет (1928—1931 гг.).
2: Синдикаты. О б ъ е д]п нения
Одной из важнейших задач социалистической промышленности в течение всего первого периода нэпа было осуществление ленинского принципа «учитесь торговать», завоевание господствующего положений на новом советском рынке и установление правильных (с точки зрения конечных задач пролетарской диктатуры) взаимоотношений с многомиллионным крестьянством.
С 1922 г. начинается строительство специальных органов в государственной торговли. Это—синдикаты и торги.
Торги—это местные торговые тресты с задачами сбыто-снабженческого обслуживания местной промышленности и местного рынка. Закон о торгах 17 августа 1927 г. (СЗ 1927 г. № 49, ст. 502) в основном повторял Положение о трестах 29 июня 1927 г.
Синдикаты—это, всесоюзные, как правило, объединения трестов для реализации их продукции и для организации материального снабжения промышленности сырьем, топливом и материалами. Синдикаты сыграли огромную роль в истории организационного строительства социалистического хозяйства. Закон о синдикатах 29 февраля 1928 г. (СЗ 1928 г. № 16, ст*. 129) определял структуру и задачи советских синдикатов следующим образом:
Государственный синдикат является торговым паевым с переменным составом и капиталом объединением государственных трестов, организованным на основе устава в виде особого юридического лица. Синдикат состоит в ведении указанного в уставе наркомата и действует на началах коммерческого расчета в соответствии с плановыми заданиями наркомата. Синдикату предоставляется самостоятельность в его оперативной деятельности (ст. 1). Основной задачей синдиката является реализация продукции членов и приобретение и заготовка для них сырья и предметов материально-технического снабжения в целях замены самостоятельной торговой деятельности членов синдиката. Кроме того уставом синдиката может быть предусмотрено выполнение ряда других задач в области организации коммерческой и производственной деятельности трестов и их финансирования (ст. 2). Синдикаты организуются «по добровольному соглашению трестов», в исключительных случаях—по постановлению правительства (ст. 3).
В самый момент издания положения 29 февраля 1928 г. действительное содержание работы советских синдикатов далеко выходило за рамки, указанные законом. Синдикаты никогда не были только «добровольным объединением» трестов. Всегда они являлись хозяйственными органами цролетарской диктатуры, осуществлявшими определенные
288


плановые задания государства. Правда, в первые годы синдикаты проводили не всю, а лишь часть продукции трестов. Но с течением времени они сконцентрировали в своих руках 100% сбыта и снабжения соответствующих отраслей промышленности. К 1928—1929 гг. таково было положение по текстильному синдикату, металлургическому, лесному и ряду других. Тем самым синдикаты превратились в действительных хозяев промышленности, каждый по своей отрасли. Они стали центрами, где устанавливались и перспективы дальнейшего развертывания промышленности и капитального строительства и осуществлялось регулирование производства, через них шло кредитование и финансирование и т. д. Понятно, что встал и не мог не встать вопрос о параллелизме в работе синдикатов, с одной стороны, и соответствующих главных отраслевых управлений (главков) хозяйственных наркоматов, с другой стороны. Устранений этого параллелизма путем слияния синдикатов с главками было одним из мероприятий, предусмотренных известным постановлением ЦК ВКП (б) 5 декабря 1929 г. о реорганизации управления промышленностью 29.
Постановление ЦК 5 декабря 1929 г. имело огромное значение для организационного строительства во всех отраслях народного хозяйства. Вслед за государственной промышленностью на основах этого решения ЦК было перестроено управление государственной торговлей, капитальным строительством, транспортом^ и т. д.
Мероприятия, проведенные в жизнь согласно директиве 5 декабря 1929 г., были продиктованы хозяйственной обстановкой и политическими задачами «года великого перелома» и всей первой пятилетки. Две величайшие задачи надо было решить: разгромить последний капиталистический класс в стране—кулачество—и развернуть огромное капитальное строительство в целях подведения передовой технической базы под развитие всего народного хозяйства. Постановление ЦК 5 декабря 1929 г. имело своей основной целью организационно мобилизовать государственный сектор народного хозяйства СССР на решение этих всемирно-исторических задач. Одно из важнейших мероприятий в этом направлении—создание всесоюзных отраслевых объединений.
Объединения создавались на базе синдикатов. Одновременно происходила ликвидация соответствующих главных управлений хозяйственных наркоматов. Так, вместо ВМС (Всесоюзного металлургического синдиката) и Главчермета ВСНХ было организовано объединение «Сталь», вместо ВКС (Всесоюзного кожевенного синдиката) и Главного кожевенного комитета ВСНХ было создано объединение Союзкож и т. д. Каждое объединение по масштабу своей деятельности—всесоюзная хозяйственная организация. Оно осуществляет руководство целой отраслью народного хозяйства. В порядке исключения могли быть организованы и объединения республиканского значения. Отличительный признак каждого объединения—концентрация в одном органе функций и планово-административных и оперативно-хозяйстводных. Объединение действует на хозрасчете, однако оно планирует и руководит хозяйственной работой не только непосредственно входящих в его состав трестов и предприятий, но и ряда других хозяйственных органи-
2’ Первый опыт слияния главка с синдикатом относится еще к 1927 г.: слияние Главтекстиля ВСНХ СССР с ВТС (Всесоюзный текстильный синдикат).
19 Курс сов. хоз. права
289


заций, включенных лишь в систему объединения, но не значащихся на его балансе. В систему союзных объединений например входили тресты и предприятия не только союзного значения, но и республиканские и местные, а в объединения Наркомснаба и Наркомзема СССР—даже и кооперативные организации. Важнейшие функции каждого объединения—планирование.производства, планирование и руководство капитальным строительством, техническое руководство, организация сбыта и снабжения, руководство коммерческой и финансовой деятельностью, вопросами труда, подготовка и распределение кадров, назначение и увольнение руководящего персонала. Центральное место в работе объединений должно было быть отведено руководству технико-производственной работой предприятий и трестов.
Было организовано три типа объединений. Практика присвоила им наименование: тип «а», тип «б» и тип «в». Союзное объединенйе типа «а» охватывало только предприятия и тресты союзного значения. Объединения этого типа—это по существу главк, синдикат и трест, слитые в одну организацию. Планово-регулирующие функции главка, функции синдиката—сбыт и снабжение, наконец руководство производством, строительством, текущей хозяйственной работой, осуществлявшееся раньше трестом,—все это сконцентрировалось в руках объединения. На таких началах были организованы ведущие, наиболее мощные и концентрированные отрасли промышленности (уголь, нефть, металлургия, тяжелое машиностроение и др.).
В систему союзных объединений типа «в» включались лишь республиканские и местные тресты и предприятия. В основном их деятельность была ограничена выполнением синдикатских функций. В области планирования и регулирования им присваивалось лишь право «междурес- публиканского планирования производства и капитального строительства и наблюдения за проведением рационализации и в особенности технической реконструкции». Объединения типа «в» были созданы преимущественно в легкой и пищевой промышленности.
Наконец в систему объединений типа «б» включались предприятия и тресты как союзной,так и республиканской и местной промышленности. В отношении союзных предприятий им предоставлялись права объединений первого типа («а»), в отношении республиканских и местных они выполняли синдикатские функции, к которым добавлялись «планирование производства и капитального строительства, общее техническое руководство в области рационализации и реконструкции, общее руководство в деле подготовки кадров».
Помимо организации объединений, постановление ЦК 5 декабря 1929 г. последовательно проводило мысль опредприятии как основном звене системы управления промышленностью. Предприятие работает на хозрасчете, имеет баланс, собственные накопления и пр. Эта мысль—предприятие как основное звено—также получила всеобщее признание, далеко выходящее за рамки одной, хотя бы и ведущей отрасли народного хозяйства.
Огромное значение постановления ЦК 5 декабря 1929 г. для всего последующего организационного строительства социалистического хозяйства несомненно. Многие идеи, развитые в этом решении ЦК, вошли в плоть и кровь действующей системы хозяйственного управления. Однако в целом организационная схема постановления 5 декабря 1929 г. 290


не сохранилась и уступила свое место новым организационным формам. На практике объединения оказались слишком громоздкими организациями; из единого центра нельзя было руководить сотнями предприятий, включенными в их состав. Уже в середине 1930 г. единая всеи союзная «Сталь» была разукрупнена на два объединения: «Сталь» и «Во- стокосталь», единый всесоюзный «Уголь»—на «Уголь» и «Востокоуголь». Процесс разукрупнения пошел быстрыми темпами после речи Сталина 23 июня 1931 г. Объединения превратились в чисто оперативные хозяйственные организации. По тем отраслям хозяйства, где сохранялись тресты, с очевидностью выяснилась ненужность объединений как излишних звеньев,, усложняющих систему хозяйственного управления. Постановлением СНК СССР 8 октября 1932 г. (СЗ 1932 г. № 79, ст. 384) было решено «ликвидировать объединения в промышленности и цельском хозяйстве (за исключением некоторых, список которых составить особо), отдав освободившихся лучших работников главным образом предприятиям» (ст. 3). После XVII съезда объединения ликвидируются и в других отраслях народного хозяйства.
Исходя из необходимости последовательного осуществления принципа конкретного руководства, в 1931 и 1932 гг. проведено разукрупнение ряда хозяйственных наркоматов. Ныне по промышленности имеется 4 союзных наркомата: НКТП, НКЛегпром СССР, НКЛес, НК- Пищепром и наркоматы местной промышленности в союзных республиках; по транспорту—4 наркомата29а: НКПС (наркомат железнодорожного транспорта), НКВод (наркомат морского и речного транспорта), ГУГВФ (Главное управление гражданского воздушного флота при СНК СССР) и Цудортранс СССР (Центральное управление шоссейных, грунтовых дорог и автомобильного транспорта); по сельскому хозяйству—2 наркомата: НКЗем СССР и НКСовхозов; по торговле— 2 наркомата: Наркомвнешторг и Наркомвнуторг.
Изменилось также и положение предприятия. 5 декабря 1929 г. оно было признано основным звеном системы хозяйственного управления. Однако организация снабжения, сбыта и кредитования в условиях 1930 г., а также многозвенность в самой системе управления не способствовали укреплению положения предприятия как хозрасчетной самостоятельной единицы. Лишь поправки к кредитной реформе 1931 г. и коренная реорганизация всей системы снабжения и сбыта радикально изменили положение предприятий.
3. Двухзвенная и трехзвенная системы хозяйственного управления. Союзные, республиканские и местные хозорганы
Сейчас законодательство и практика знают две основных схемы организации управления государственными предприятиями: предприятие—наркомат (двухзвенная система) и предприятие—трест—наркомат (трехзвенная система). Одна из этих схем с теми или другими нетипичными отступлениями лежит в основе организации управления государственной промышленностью, совхозами, государственной торговлей и т. д.
2ва Считая центральные и главные управления на правах наркоматов.
19*
291


Из общей массы государственных предприятий непосредственно подчинены наркоматам (непосредственно входят в систему наркомата по тому или иному главку) далеко не все. Постановление XVII парт- съезда говорит о необходимости расширить «непосредственную связь наркоматов с крупнейшими предприятиями»30.
По НКТП в апреле 1934 г. удельный вес непосредственно подчиненных наркомату предприятий во всей системе тяжелой промышленности составлял по объему продукции 24% и по количеству рабочих—20,6 %31. Остальные предприятия подчинены НКТП через тресты. Надо учесть однако, что непосредственно подчиненные наркомату предприятия являются крупнейшими, ведущими. Кроме того двухзвенная система применяется не только в системе тяжелой промышленности, но и в легкой, и в пищевой, и в местной промышленности, по линии строительства и по другим хозяйственным наркоматам: НКСовхозов, НКВоду НКВнуторгу и т. д.
Все государственные хозяйственные организации (и предприятия и тресты) разделяются на хозорганы общесоюзные (союзного значения), республиканские и местные. Союзные предприятия и тресты управляются союзными хозяйственными наркоматами (по тому или другому главку). Распоряжение их имуществом осуществляется союзными органами: правительством СССР и хозяйственным наркоматом, в систему которого входит хозорган. Отчисления в доход государства от прибылей этих хозорганов поступают в общесоюзный бюджет. Общесоюзной является почти вся тяжелая промышленность: металлургическая, топливная, машиностроение, химическая и пр. Лишь по мелкому и среднему машиностроению, металлоизделиям и стройматериалам имеются республиканские и местные предприятия. Общесоюзными же являются основная масса совхозов (НКСовхозов и НКСнаба), все МТС, вся лесная промышленность, значительная часть легкой и пищевой промышленности, весь железнодорожный, водный и воздушный транспорт, связь, значительная часть государственной торговли.
Остальная масса хозорганов подчинена республиканским наркоматам или местным (краевым и областным) исполкомам,СНК автономных республик, районным исполнительным комитетам и городским советам. Эго—республиканские и местные хозорганы. Для них органами управления вместо союзных наркоматов являются соответственно республиканские наркоматы или исполкомы и советы. Отчисления от прибылей этих хозорганов поступают в республиканский или местный бюджет.
После ликвидации ВСНХ и организации НКТП, НКЛегпрома, НКЛеса постановлениями ЦИК и СНК СССР 27 марта 1932 г (СЗ 1932 г. № 22, ст. 134) и ВЦИК и СНК 10 марта 1932 г. (СУ 1932 г. № 27, ст. 127) в союзных республиках были учреждены уполномоченные союзных наркоматов тяжелой и лесной промышленности. На них было возложено помимо наблюдения за работой союзной промышленности, расположенной на территории соответствующих республик и областей, также и управление республиканской и местной промышленностью системы НКТП 30 Ср. также ст. 3 постановления ЦИК и СНК СССР об организационных мероприятиях в области советского и хозяйственного строительства 15 марта 1934 г.
31 М. Каганович, О перестройке управления заводом. «За индустриализацию» № 90, 16 апреля 1934 г.
292


и НКЛеса с одновременным подчинением их как наркомам тяжелой и лесной промышленности, так и СНК союзных республик и местным исполкомам. Этот институт уполномоченных союзных наркоматов был распространен позднее и на НКСовхозов. По решению XVII парт- съезда институт уполномоченных с функциями управления республиканскими и местными хозорганами ликвидирован. Созданы наркоматы местной промышленности в союзных республиках. Их задача— 'непосредственное управление республиканской и местной промышленностью, которой отныне должно быть уделено значительно больше внимания.
Практика организационного строительства последнего времени тщательно избегает всякого шаблона и излишней типизации. В организационных вопросах не меньше, чем в вопросах производства, необходим конкретный подход. Поэтому основные директивные документы изданы партией и правительством отдельно для системы каждого хозяйственного наркомата. В них учтены особенности, специфические лишь для данной отрасли народного хозяйства. Такими важнейшими законодательными актами, определяющими систему управления государственными хозяйственными организациями на данном этапе, помимо решений XVII съезда и закона 15 марта 1934 г., являются: постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) 8 апреля 1933 г. об угольной промышленности Донбасса (СЗ 1933 г. № 25, ст. 148), постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) 3 июля и 8 июля 1933 г. о железнодорожном транспорте (СЗ 1933 г. № 40, ст. 237 и № 41, ст. 242), постановление ЦИК и СНК СССР 15 марта 1934 г. о системе управления водным транспортом (СЗ 1934 г. № 15, ст. 104), постановление ЦИК и СНК СССР 4 апреля 1934 г. о реорганизации Наркомзема СССР (СЗ 1934 г. № 18, ст. 140), постановление ЦИК и СНК СССР от 22 апреля 1934 г. о реорганизации Наркомсовхозов СССР и его местных органов (СЗ 1934 г. № 21, ст. 167), постановление ЦИК и СНК СССР от 17 июля 1934 г. о реорганизации Наркомлегпрома СССР (СЗ 1934 г. № 38, ст. 307), постановление ЦИК и СНК 19 сентября 1934 г. о реорганизации Наркомлеспрома СССР и его местных органов (СЗ, 1934 № 48, ст. 371), постановление ЦИК СССР 10 августа 1934 г. об образовании наркоматов местной промышленности в союзных и автономных республиках. (СЗ 1934. № 42, ст. 328), постановленние ЦИК и СНК СССР 24 июля 1934 г. о разделении Нар- комснабаСССР на Наркомвнуторг и Наркомпищепром (СЗ 1934 г. № 4Э, ст. 313).
Ниже мы даем характеристику системы управления государственными хозяйственными организациями применительно к двухзвенной системе (§ 4) и трехзвенной системе (§ 5), ориентируясь в первую очередь на ведущую отрасль народного хозяйства—тяжелую промышленность.
§ 4. Предприятие—наркомат
1. П р е дприятие, непосредственно подчиненное наркомату
Советское государственное предприятие—предприятие последовательно-социалистического типа, ибо здесь «и средства производства принадлежат государству, и земля, на которой стоит предприятие, и все 293


предприятие в целом»32. Советское государственное предприятие—орган пролетарской диктатуры, звено в системе социалистического хозяйства. Его основная задача—выполнение народнохозяйственного плана.
Каждое советское государственное предприятие работает на хозрасчете. Все общие положения о хозорганах (см. выше, гл. VIII, § 3) применимы к госпредприятиям.
Предприятие, непосредственно подчиненное наркомату, действует на основе особого положения или устава, утвержденного наркоматом. Оно подлежит регистрации согласно закону о государственной регистрации и со дня регистрации считается юридическим лицом. На все предприятия, непосредственно подчиненные наркоматам, распространяется действие закона о трестах 29 июня 1927 г.33.
Мы рассмотрим последовательно следующие вопросы: а) об управлении предприятием, непосредственно подчиненным наркомату, б) об имуществе предприятия, в) о его хозяйственной деятельности.
2. Управление пр е^д приятием. Г ла в к
Предприятием управляют: а) наркомат в лице того или иного главка, б) директор предприятия. Z
Главки (главные производственные или производственно-территориальные управления наркомата) являются по решению XVII партсъезда основными органами наркоматов, отвечающими за определенный участок работы в целом и имеющими права и обязанности по всем без исключения вопросам руководства подчиненными им организациями. Главки должны осуществлять по директивам наркома компетентное конкретное хозяйственное и техническое руководство всеми входящими в его систему хозорганами. Конкретное руководство отраслью в масштабе СССР или в масштабе известной части СССР— вот важнейший характерный признак главка на данном этапе, отличающий его от главка периода до реорганизации управления промышленностью по постановлению ЦК 5 декабря 1929 г. Тогда главк осуществлял лишь общее директивное руководство подчиненными ему хозорганами.
В 1934 г. в НКТП имеется 29 главков: Главное управление металлургической промышленности—ГУМП, Главное управление авто-тракторной промышленности—ГУТАП, Главное управление угольной промышленности—Главуголь и т. д. В НКЛПСССР—12 производственных главков, из них часть производственно-территориальных: Главное управление хлопчато-бумажной промышленности Московской и Ленинградской областей, Главное управление хлопчато-бумажной промышленности Ивановской области, Главное управление хлопчато-бумажной промышленности новых районов и новостроек. В НКПС—6 главков (не считая Политуправления): Управление эксплоатации, Управление паровозного хозяйства, Управление вагонного хозяйства, Управление пути и сооружений, Управление сигнализации и связи* Управление нового железнодорожного строительства. В НКВоде—5 главков 32 Л е н и н т. XXVII, с. 395.
33 См. Устав государственного союзного завода, состоящего в непосредственном подчинении НКТП в Сборнике: Гинцбург, Костельцев, Хите в. Советское хозяйственное законодательство, г. I. с. 111.
294


(без Политуправления): четыре центральных производственно-территориальных управления речного транспорта и Центральное управление морского флота. В НКЗ СССР—12 главков: Главное управление по зерну и по масличным культурам, Главное свекловичное управление, Главное хлопковое управление, Главное льно-коноплеводческое управление, Главное управление животноводства и т. д. В НКСовхозов— 5 главков: Главное управление зерновых совхозов, Главное управление молочно-масляных совхозов, Главное управление свиноводческих совхозов, Главное управление овцеводческих совхозов, Главное управление учебными заведениями. В ряде наркоматов в целях обеспечения территориального момента в руководстве хозорганами в составе главков созданы территориальные структурные ячейки: инспектуры по группам районов (НКЗем СССР, НКСХ).
Главк—не хозорган. Он—органическая часть наркомата. Поэтому главк не имеет собственных оборотных средств, его содержанке проходит по смете наркомата и относится за счет государственного бюджетас4, он не заключает хозяйственных договоров, ни прямых, ни генеральных34 35.
Главком руководит начальник. Начальник главка и его заместитель назначаются наркомом. Начальник главка является единоначальником, его распоряжения безусловно обязательны для всех подчиненных ему хозорганов.
Главк—единственный в наркомате орган, непосредственно управляющий соответствующими отраслями хозяйства36. Все другие структурные ячейки наркомата, Так называемые функциональные секторы и отделы (плановый, финансов, труда, кадров и пр.), осуществляющие сводную работу и разрабатывающие общие для всей системы данного наркомата меры, проводят свои директивы и указания только через главки. Функциональным секторам запрещено руководить хозорганами через голову главков.
В функции главка как органа, управляющего подчиненными ему предприятиями и трестами, входят: техническое руководство в целях завершения технической реконструкции и освоения новой техники и новых производств, руководство организацией труда, установление системы оплаты труда рабочих и ИТР, утверждение хозяйственных планов, разработка перспективных планов отрасли, руководство капитальным строительством, непосредственное руководство всей финансовой деятельностью подчиненных хозорганов, организация снабжения
34 В 1933 г. в НКТП был установлен порядок, по которому главки содержались за счет подчиненных ему хозорганов по смете включаемой в общую смету наркомата.
35 По закону о заключении догоЕоров на 1934 г. 19 декабря 1933 г. (СЗ 1933 г.
73, ст. 445) главные управления наркоматов имеют право заключать протокольные соглашения, которыми определяются порядок заключения договоров организациями, подчиненными этим главным управлениям, и о новные их условия. Никакой материальной (имущественной) ответственности протокольные соглашения за собой не влекут.
36 По закону о реорганизации НКЛП СССР 17 июля 1934 г. «главные производственные управления НКЛП СССР полностью осуществляют оперативное, техническое и финансовое руководство непосредственно подчиненными им трестами, предприятиями, торговыми, сырьевыми и снабженческими организациями» (ст. 4). См. также формулировки задач главка в постановлении СНК СССР о стекольной промышленности 2 апреля 1934 г. (СЗ 1934 г. № 19, ст. 151) и в постановлении СНК СССР и ЦК ВКГЦб) о производстве запасных частей на заводах НК ПС 4 июня 1934 г. (СЗ 1934 г. № 31, ст. 233).


и сбыта, в частности путем создания специальных хозрасчетных организаций (снабы и сбыты), составление балансов производства и распределения и руководство заключением договоров между хозорганами системы главка, расстацовка кадров, организация системы управления подчиненными хозорганами, внедрение хозрасчета, разработка необходимых мероприятий по снижению себестоимости, проверка исполнения директив и распоряжений партии, правительства и наркома.
3. Директор
Директор предприятия является полновластным руководителем и организатором производства на основе единоначалия и хозрасчета. Распоряжения директора безусловно обязательны для всех рабочих и служащих, а также для всех лиц, работающих на территории предприятия. Директор предприятия, непосредственно подчиненного наркомату, назначается по представлению начальника главка наркомом. В том же порядке назначается и его заместитель (технический директор).
Директор отвечает за целость вверенной ему социалистической собственности, за хозяйственное ведение дела, за выполнение государственного плана по всем показателям (плановая дисциплина), за высокое качество выпускаемой предприятием продукции37.
Директор—единоначальник. Его положение как одного из звеньев треугольника и взаимоотношения с партийной и профессиональной организациями определяются постановлением ЦК 5 сентября 1929 г. об укреплении единоначалия38.
Директор подбирает, назначает и увольняет весь административнотехнический персонал предприятия. Лишь в отношении заместителя директора (главного инженера) и главного бухгалтера установлен другой порядок: этих лиц назначает главк по гуредставлению директора. В силу особых условий некоторых отраслей народного хозяйства в отдельных случаях назначение не только заместителя и главного бухгалтера, но и ряда других должностных лиц ныне производится не директором, а начальниками главка или даже наркомом. Так по каменноугольной промышленности нарком тяжелой промышленности назначает управляющих и техноруков многих шахт (по особому списку), по черной металлургии—начальников цехов крупнейших заводов. По сельскому хозяйству Наркомзем СССР утверждает назначение не только всех директоров МГС, но также и старших агрономов, механиков и бухгалтеров МТС.
Директор руководит разработкой техпромфинплана и представляет его на утверждение в наркомат, распоряжается всеми материальными и денежными средствами предприятия в пределах утвержденного плана, непосредственно руководит всей производственной и хозяйст-
37 Постановление ЦИК и СНК СССР 8 декабря 1933 г. об ответственности за выпуск недоброкачественной продукции (СЗ 1933 г. № 73, ст. 442), ст. I: «Установить, что управляющие трестов, директора предприятий и лица административно-технического персонала, виновные в выпуске недоброкачественной или некомплектной продукции, привлекаются к уголовной ответственности с применением меры судебной репрессии —лишение свободы на срок не ниже 5 лет».
38 См. выше. с. 282;—284.
г
V


венной деятельностью предприятия, заключает договоры и совершает все необходимые юридические действия от имени предприятия.
Никакие органы и лица, кроме наркома, главка и тех, кому это право предоставлено действующими законами (прокуратура, Комиссия советского контроля), не имеют права вмешиваться в административную и хозяйственную деятельность директора, а также требовать от него сведений и отчетов. Директор может обжаловать наркому неправильные действия главка, не приостанавливая однако его распоряжений, за исключением распоряжений, нарушающих законы или распоряжения наркома.
Заместитель директора (технический директор, главный инженер) непосредственно осуществляет административно-техническое руководство производством, его технической подготовкой и обслуживанием. Он замещает директора по всем вопросам руководства предприятием в период его отсутствия. Все распоряжения замдиректора обязательны для всех начальников цехов и других должностных лиц предприятия и могут быть отменены только директором.
На некоторых крупнейших предприятиях помимо замдиректора — технического директора имеется еще должность коммерческого директора.
4. Внутренняя структура предприятия
*■
Внутренняя структура предприятия различна в зависимости от отрасли народного хозяйства и конкретных условий и особенностей производственной физиономии предприятия. Разработанное НКТП после XVII партсъезда Положение об управлении машиностроительным заводом предусматривает организацию в составе заводоуправления двух основных отделов: планово-производственного в непосредственном ведении директора и технического в ведении технического директора (заместителя директора). Кроме того в подчинении директора состоят: а) бухгалтерия, б) финансовый отдел, в) отдел кадров, г) отдел рабочего снабжения (OPG), д) отдел снабжения и сбыта, е) административно-хозяйственный отдел. В подчинении технического директора: а) отдел главного механика, б) отдел технического контроля, в) бюро оперативного планирования и регулирования (диспетчерское бюро на заводах, организовавших у себя диспетчерскую службу)^ г) основные производственные, инструментальный и железнодорожный цеха. На предприятиях, ведущих капитальное строительство (реконструкция или достройка), руководство этими работами возлагается или на специальный отдел капитального строительства (при крупном масштабе работ) или на главного механика завода39. Эта схема далеко не на всех машиностроительных заводах применяется полностью. Практика крупнейших машиностроительных гигантов знает ряд отклонений от нее. Отклонения диктуются специфическими условиями работы отдельных предприятий40.
39 М. Каганович, О перестройке управления заводом. «За индустриализацию» № 90,16 апреля 1934 г.
40 Ср. внутреннюю структуру предприятия, установленную постановлением СНК СССР о стекольной промышленности 2 апреля 1934 г.
207


Совсем иная структура у государственных сельскохозяйственных предприятий. Зерносовхозы, например, имеют следующую структуру:
а) директор совхоза с двумя заместителями (один из которых—заместитель по политической части) и с помощником по рабочему снабжению.
б) политотдел' совхоза, в) управляющий отделением (по числу отделений) с заместителем по политической части, г) старший агроном и младшие агрономы по числу отделений, д) заведующий тракторным парком, е) механики по числу отделений, ж) заведующий нефтебазой, з) ОРС, и) бухгалтерия. Кроме того находятся в составе совхоза и непосредственно подчиняются директору зерносовхоза автоколонны, дорожный отряд и ремонтная мастерская41. Опять иная структура у МТС. Законом 4 апреля 1934 г. утверждена следующая типовая структура МТС: а) директор МТС, б) политотдел, в) старший механик (он же заведующий тракторным гаражем), г) старший агроном и агрономы, д) заведующий нефтебазой, е) бухгалтерия. Кроме того непосредственно подчинены директору МТС работающие на хозрасчете автоколонны, дорожный отряд, ремонтная мастерская. Свои специфические особенности имеет структура управления государственным торговым предприятием, государственным транспортным предприятием и т. д.
Общее значение, далеко выходящее за рамки промышленности, имеют принципы цехового хозрасчета, осуществленные повсеместно в социалистической промышленности на основе ряда директив ВСНХ за 1931 и 1932 гг.
Не только предприятие, но и цех внутри предприятия должен работать на хозрасчете. Однако цеховой хозрасчет существенно отличается от хозрасчета предприятия. Впервые в развернутом виде все элементы цехового хозрасчета были даны в постановлении президиума ВСНХ 12 ноября 1931 г. № 764 о мероприятиях по переводу цехов на хозрасчет (Сб. приказов ВСНХ за 1931 г. № 50). Согласно этому постановлению перевод цехов на хозрасчет по всей промышленности должен был быть закончен к 1 января 1932 г. В 1931 г. перевод цехов на хозрасчет получил массовый характер и перекинулся на совхозы, в коммунальные предприятия, на транспорт.
По постановлению ВСНХ 12 ноября 1931 г. цеховой хозрасчет рисуется в следующем виде: на хозрасчет после соответствующей предварительной подготовки переводятся одновременно все цехи и отделы заводоуправления, взаимно связанные между собою постоянными производственно-хозяйственными отношениями42. Производственная деятельность хозрасчетного цеха определяется нарядом-заказом, выдаваемым директором завода цеху. Наряды-заказы разрабатываются на основе годового цехового техпромфинплана с обязательным участием начальника цеха. Наряды-заказы выдаются на квартал с разбивкой по месяцам или на каждый месяц. В них устанавливаются количественные и качественные плановые задания, денежные и материальные средства, выделенные цеху в соответствии с плановыми заданиями, и основные фонды, закрепленные за цехом. В пределах плановых заданий
' , 41 Постановление ЦИК и СНК СССР о реорганизации Наркомсовхозов СССР и его местных органов 22 апреля 1934 г. (СЗ 1934 г. № 21, ст. 16 7).
’ 42 Не подлежат переводу на хозрасчет функциональные отделы заводоуправ¬
ления: плановый отдел, бухгалтерия, отделы техконтроля и др. 298


и директив заводоуправления хозрасчетный цех является самостоятельной единицей, возглавляемой начальником цеха, действующим на основе единоначалия. В хозрасчетном цехе создается цеховой аппарат по оперативному' планированию, первичному учету и калькуляции, нормированию труда и рационализации, подчиненный непосредственно начальнику цеха. Взаимоотношения цехов между собою и с переведенными на хозрасчет отделами предприятия (снабжения, сбыта, транспорта) определяются межцеховыми договорами. В межцеховых договорах фиксируются взаимные обязательства «сторон», а также имущественная ответственность за невыполнение принятых по договору обязательств (пени, неустойки). Убытки по невыполненным договорам относятся на виновную сторону. Споры, возникающие в связи с невыполнением договоров, разрешаются директором или назначенным им лицом (заводской арбитраж). Расчеты по межцеховым договорам производятся по твердым плановым ценам. Для расчетов между цехами устанавливается или система внутризаводских расчетных чеков (ВРЧ) или система текущих счетов в заводоуправлении (контокоррент). Результаты деятельности хозрасчетного цеха выявляются путем сопоставления плановых и отчетных калькуляций по цеху и выявления так называемой цеховой экономии. Часть этой экономии в размерах от 10 до 30% поступает с распоряжения начальника цеха и расходуется на индивидуальное премирование рабочего коллектива и на улучшение культурно- бытовых условий в цехе (50%), и на рационализаторские мероприятия (остальные 50 %)43.
В практике осуществления начал цехового хозрасчета были допущены формально-бюрократические извращения. Некритическое заимствование форм договорных отношений между предприятиями и перенесение их на взаимоотношения между цехами приводило к излишней писанине, подмене живого руководства бумагомаранием. Улучшение методов внутризаводского планирования укрепило четкое и непосредственное хозяйственное управление внутри предприятия.
В результате на данном этапе цеховой хозрасчет осуществляется в более простых формах. На подавляющем большинстве предприятий межцеховые договоры не заключаются. Почти всюду упразднен арбитраж внутри предриятия. Отменены вместе с договорами и санкции. Отменены внутризаводские расчетные знаки и внутризаводской контокоррент (последнее, впрочем, далеко не всюду).
При всех обстоятельствах безусловно необходимо сохранение таких элементов цехового хозрасчета, как самостоятельный цеховый промфинплан (а следовательно, и четкая ответственность каждого цеха за его выполнение), самостоятельный учет работы каждого цеха и следовательно выявление «лица» цеха, цеховая экономия и возможность использования части цеховой экономии на нужды цеха.
С рядом особенностей, вызываемых конкретными условиями отдельных отраслей народного хозяйства, начала цехового хозрасчета осуществляются и в совхозах (хозрасчет отделений), на железнодорожном и водном транспорте, в государственных торговых предприятиях.
43 См. Инструкцию НКТП О порядке определения и использования экономии, полученной цехами, переведенными на хозрасчет (Сб. прик. НКТП 1932 г. № 8).
299


Дальнейшие внутренние подразделения предприятия (отделение цеха, мастерская, пролет, участок, бригада) строятся на тех же принципах строгого единоначалия, персональной ответственности определенных лиц за определенный участок работы и ликвидации всякой функ- ционалки и обезлички в организации труда и производства. Положение об управлении машиностроительным заводом указывает следующий ряд «командиров производства»: бригадир, сменный мастер, старший мастер отделения, участка или пролета, начальник цеха, технический директор, директор. В частности бригадир это—низовое должностное лицо в цеху.Бригадир—единоначальник с определенными правами, с определенной ответственностью, подчиняющийся в порядке единоначалия только мастеру. Но бригадир—своеобразное должностное лицо. Он несет свои бригадирские обязанности без отрыва от производства. Здесь функция управления еще не обособляется от самого производственного процесса. Руководя расстановкой рабочих, являясь низшим, первым звеном, бригадир вместе с тем стоит у станка. За выполнение своей работы по бригадирству он получает доплату к нормальному заработку. Он премируется также за перевыполнение производственных заданий на общем основании с другими участниками бригады44.
Наконец для организации управления социалистическим предприятием характерно широчайшее использование производственной активности рабочего класса, вовлечение масс трудящихся в управление производством. Это осуществляется путем развертывания разнообразных форм социалистического соревнования и ударничества, путем развертывания работы производственных совещаний45 46, депутатских групп на предприятиях, путем активного участия профессиональных организаций и всего рабочего коллектива предприятия в проработке производственных планов, в обсуждении хода их выполнения, разработки мер по ликвидации прорывов в выполнении плана и т. д.
Одной из форм социалистической организации труда (высшей формой социалистического соревнования) является хозрасчетная бригада.
Движение хозрасчетных бригад получило широкий размах в 1931 г. 11 сентября 1931 г. было издано совместное постановление ВСНХ СССР и ВЦСПС о хозрасчетных бригадах, установившее основные принципы их организации и деятельности. 10/27 июля 1932 г. утверждено НКТП и ВЦСПС развернутое Типовое положение о хозрасчетной бригаде.
Переход бригады на хозрасчет является добровольным, но с обязательным утверждением администрации. Построение бригады должно строго соответствовать технологическому процессу и способствовать наиболее рациональной его организации. На хозрасчет может быть переведена только бригада, имеющая зависимые от нее расходы (сырье, основные и вспомогательные материалы и т. д.) и могущая влиять на снижение себестоимости. Далеко не всюду эти условия налицо, поэтому 44 Гроссман В. Я., Вопросы перестройки методов управления про¬
мышленностью. «Организация управления», 1933 г. № 6, с. 3—12.
46 См. Положение о производственных совещаниях, утвержденное ВЦСПС 31 мая 1930 г. Сборник: Гинцбург, Костельцев, Хите в, Советское хозяйственное законодательство, ч. I. с. 122 и сл.
300


далеко не во всех случаях организация хозрасчетных бригад является целесообразной. Создание хозрасчетных бригад во цто бы то ни стало, без учета конкретной обстановки и конкретных условий данной отрасли производства явилось одним из извращений в практике бригадного хозрасчета.
Администрация цеха выдает бригаде наряд-задание, в котором указываются выпуск продукции, нормы выработки, расценки, количество рабочих, нормы расхода сырья, полуфабрикатов, инструмента, топлива и электроэнергии, нормы брака и т. д. На основании наряда-задания хозрасчетная бригада заключает с администрацией цеха хозрасчетный договор45а, в который включаются обязательства бригады по перевыполнению наряда-задания и встречные обязательства администрации по материальному снабжению бригады, по организации ремонта оборудования и по премированию. Бригада премируется за экономию, определяемую путем сопоставления фактических расходов с нормами расходов по наряду-заданию. Премирование производится в размере от 20 до 60% достигнутой экономии и независимо от результатов работы цеха в целом. Обязательным условием премирования является надлежащее качество продукции. Премирование не производится в случае снижения качества.
В движении бригадного хозрасчета имели вместо извращения и перегибы. Помимо указанной уже погони за чисто количественной стороной дела и переводом бригад на хозрасчет там, где к этому по условиям производства не было достаточных оснований, наблюдались и другие извращения: чрезмерно сложные формы учета, включение в договоры условий о материальных санкциях со стороны бригады (пени и неустойки), недооценка роли администрации (обязательность для администрации постановлений бригад о переходе на хозрасчет), премирование за количественные показатели в бригадах, в которых установлена прогрессивно-премиальная система оплаты труда, и, как результат этого, двойная оплата за одну и ту же работу и т. д.
Борьба с этими извращениями и перегибами привела к укреплению хозрасчетных бригад, к поднятию качества их работы при одновременном значительном сокращении общего числа хозрасчетных бригад, вполне естественном и оправдываемом условиями производства.
5. О PC
Особое положение в системе отдельных частей и подразделений предприятия занимает отдел рабочего снабжения (ОРС). ОРСы организованы на тех предприятиях, где в силу постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 4 декабря 1932 г. о расширении прав заводоуправлений в деле снабжения рабочих и улучшения карточной системы (СЗ 1932 г. № 80, ст. 489) дело рабочего снабжения передано самим предприятиям и в связи с этим ликвидированы ЗРК46. По данным, приведенным т. Микояном на XVII партсъезде к началу 1934 г., ОРСы охватывали по НКПС—100% рабочих, по Наркомтяжпрому—70%, по * 46
451 В связи с укреплением бригадного техпромфинплана заключение договоров бригад с администрацией во многих случаях становится излишним.
46 См. об этом ниже, 367 и сл.
301


НКЛесу—100%, по НКЛП—45%. В 1934 г. сеть ОРСов еще расширена и распространена на ряд новых отраслей хозяйства (в частности, совхозы и водный транспорт).
Отдел рабочего снабжения возглавляется начальником ОРСа, заместителем или помощником директора по рабочему снабжению. OPG организуется как самостоятельная хозяйственная единица при предприятии. ОРС действует на началах хозяйственного расчета с самостоятельным балансом и отдельным расчетным счетом в банке. В задачи ОРСа входит: снабжение рабочих, инженерно-технических работников и служащих и их иждивенцев продовольственными и промышленными товарами, организация общественного питания, ведение децентрализованных заготовок, организация собственных сельскохозяйственных предприятий и подсобных производственных предприятий. Отдельные отрасли хозяйства ОРСов (торговля, общественное питание, сельскохозяйственные предприятия, транспорт, производственные подсобные предприятия) могут быть переведены на хозрасчет с самостоятельными балансами, включаемыми в сводный баланс ОРСов. Имущество ОРСов составляется частью из средств государства—сюда относятся средства предприятия, при котором ОРС состоит47, а также безвозвратные ссуды и дотации, полученные ЗРК до реорганизации его в ОРС—частью из принятых от ЗРК кооперативных капиталов (паевой, основной, запасный и т. п.) и специальных взносов, вкладов и авансов, обслуживаемых ОРСом трудящихся. Имущества первой категории зачисляются в уставный капитал предприятия, имущества второй категории не зачисляются.
Все ОРСы каждой отрасли народного хозяйства представляют собою единую систему, возглавляемую Главным управлением рабочего снабжения наркомата (Главурсом). Главурсы утверждают торгфин- планы ОРСов и осуществляют непосредственное руководство всей их хозяйственной деятельностью.
6. Имущество предприятия
Имущество предприятия, непосредственно подчиненного наркомату, разделяется на ряд капиталов и фондов. Капиталы и фонды предприятия различаются по источнику образования, по назначению и по режиму, установленному для каждого из них.
Основу хозяйственной деятельности предприятия составляет уставный капита л—имущество, предоставляемое хозоргану при его организации. Размер уставного капитала определяется наркоматом, в систему которого входит предприятие, по согласованию с НКФ. В уставный капитал включаются здания, сооружения, оборудование, запасы топлива, сырья, материалов, полуфабрикатов, товаров, денежные средства и пр. Стоимость всего этого имущества фиксируется в инвентарном балансе, прилагаемом к уставу. В уставный капитал не включаются предоставляемые хозоргану земельные участки, месторождения ископаемых, леса и воды. Они не проводятся по балансу, однако их площадь указывается забалансовой статьей в отчетах и балансах хозоргана.
47 Эти средства показываются во вступительном балансе ОРСа по статье «Заводоуправление по выделенным средствам». См. приказ И КИТ № 28 9 января 1933 г. о порядке составления вступительных балансов и организации бухгалтерского учета в отделах рабочего снабжения предприятий.
302*


Размер уставного капитала меняется в том же порядке, в каком утверждается и изменяется устав государственного предприятия, т. е. в рассматриваемом нами случае—постановлением наркомата.
В уставном капитале выделяется известная часть имущества, так называемые «собственные оборотные средств а». Они фиксируются на балансе хозоргана особой статьей. Для них законом об оборотных средствах государственных объединений, трестов и других хозяйственных организаций 23 июля 1931 г. (СЗ 1931 г. № 46, ст. 316) установлен своеобразный режим, непосредственно вытекающий из принципов укрепления хозрасчета, стимулирования социалистического накопления и последовательного проведения начал срочности и возвратности кредитования.
На основе закона 23 июля 1931 г. была проведена работа по установлению собственных оборотных средств для всех государственных хозяйственных организаций в размере, минимально необходимом для выполнения их производственной, торговой или эксплоатационной программы. Собственные оборотные средства были приведены в соответствие с потребностью хозорганов в средствах для обеспечения минимального наличия запасов сырья, производственных и вспомогательных материалов, топлива, полуфабрикатов, незавершенного производства, готовых изделий и вложений в расходы будущих лет. На последующее время установлен порядок, по которому размер собственных оборотных средств фиксируется ежегодно при утверждении промфинплана. Необходимый прирост собственных оборотных средств финансируется или за счет собственных накоплений хозорганов или за счет ассигнований по бюджету. Хозяйственным наркоматам предоставлено право: а) при распределении сумм, отпускаемых на финансирование годовых и квартальных приростов собственных оборотных средств, оставлять в своем распоряжении резерв в размерах, не превышающих 10% распределяемой суммы, б) сверх того использовать в пределах 10% оборотные средства одного хозоргана для другого на срок не свыше месяца, в) изменять размеры собственных оборотных средств хозорганов не только при утверждении годового промфинплана, но и при изменении промфинплана среди года, а также в случае, если из отчетного материала выясняется необходимость тех или иных поправок.
Законом СНК СССР об оборотных средствах строительных организаций от 20 июля 1933 г. (СЗ 1933 г. № 48, ст. 283) принципы закона 23 июля 1931г. положены в основу регулирования вопроса об оборотных средствах и государственных строительных организаций.
Помимо уставного капитала в каждом предприятии и в каждом хоз- органе, непосредственно подчиненном наркомату, образуется амортизационный капитал (фонд). Амортизационный капитал предназначается для возмещения износа имущества и для производства капитального ремонта. Амортизация имущества включается в себестоимость продукции. Накопление амортизационного капитала происходит поэтому независимо от результатов работы предприятия: прибыли или убытка. Амортизационные отчисления производятся со строений, сооружений, машин, оборудования, инструмента, инвентаря и т. п. в размере определенных процентных норм с инвентарной стоимости амор- ти^уемого имущества. Уменьшение его стоимости вследствие технического и морального износа (конструктивной и экономической устаре303


лости) показывается отчислениями в амортизационный капитал и не списывается со стоимости имущества. Хранение амортизационного капитала по всем предприятиям наркоматов централизуется в специальных банках долгосрочных вложений и расходуется только в порядке и на цели, предусмотренные промфинпланами48.
Помимо уставного и амортизационного капиталов создаются еще специальные капиталы (или целевые фонды), каждый из которых имеет свое определенное назначение.
Специальные капиталы образуются прежде всего путем отчисления известного процента от прибыли (накопления) предприятия.
Размер накопления (прибыли) хозоргана и порядок его распределения или соответственно—порядок покрытия потерь (убытка) устанавливается при утверждении баланса и отчета за истекший операционный год тем учреждением, в систему которого входит хозорган; для предприятия, непосредственно подчиненного наркомату,—наркоматом49. По постановлению ЦИК и СНК СССР от 3 сентября 1931 г. (Положение, об отчислении в доход государства прибылей государственных предприятий—СЗ 1931 г. № 57, ст. 387) часть прибыли обязательно поступает в доход государства. Предприятия, финансируемые по бюджету на капитальное строительство или на увеличение оборотных средств, отчисляют в доход государства 10% чистой прибыли. Для предприятий, покрывающих все свои расходы на капитальное строительство и на увеличение оборотных средств собственными накоплениями, отчисления от прибылей в доход государства устанавливаются в увеличенном размере. Размер отчислений в этих случаях определяется ежегодными постановлениями правительства. Государственные торговые предприятия отчисляют в доход государства 85% чистой прибыли, государственные банки—50%.
Специальным капиталом, образуемым путем отчислений из прибылей, является фонд улучшения быта рабочих и служащих (ФУБР). Могут быть созданы и другие фонды на специальные нужды, связанные с особыми условиями и задачами отдельных отраслей народного хозяйства.
В фонд улучшения быта рабочих и служащих предприятия отчисляют 10% своей чистой прибыли. Этот фонд предназначается для удовлетворения культурных и бытовых нужд рабочих и служащих. Не менее 75% фонда расходуется на жилищное строительство (постройка жилых строений для рабочих и служащих, капитальный ремонт жилых строений, коммунальных предприятий и сооружений, возведенных за счет ФУБРа, долгосрочные ссуды рабочей жилстроительной кооперации), остальные 25% обращаются на удовлетворение других культурных и бытовых нужд рабочих и служащих (ясли, общественное питание, клубы, библиотеки, бани, прачечные и пр.). Все средства ФУБРов всех предприятий централизуются в Цекомбанке, 48 Об амортизационном капитале см. Инструкцию ВСНХ СССР № 537 28 марта 1928 г. (Сб. приказов, 1928 г. № 12).
49 Постановление СНК СССР о порядке рассмотрения и утверждения отчетов и балансов государственных органов, действующих на началах хозяйственного (коммерческого) расчета 26 февраля 1931 г. (СЗ 1931 г. № 14, ст. 138).
304


но расходуются непосредственно предприятиями по планам и сметам, согласованным с профессиональными союзами50.
От специальных капиталов, образуемых путем отчисления известного процента из прибыли, следует отличать ряд специальных фондов, из которых производится премирование за достижения, связанные с проведением рационализаторских мероприятий, за изобретательство, за достижения по перевыполнению плана и т. д. Эти фонды устанавливаются в известном проценте к общему фонду зарплаты по предприятию и покрываются ими за счет достигнутой экономии или за счет специальных ассигнований. Таковы фонды для премирования за достижения на основе социалистического соревнования и ударничества, фонды содействия изобретательству и рационализации51, фонд премирования за экономию топлива и другие.
7. Имущественная ответственность
Вопросы имущественной ответственности решаются для предприятия, непосредственно подчиненного наркомату, ст. 4 Положения о трестах 29 июня 1927 г. (СЗ 1927 г. № 39, ст. 392). Ст. 4 гласит: «По своим обязательствам трест отвечает лишь тем принадлежащим ему имуществом, на которое согласно действующему законодательству может быть обращено взыскание. Общегосударственная казна и местные советы за долги треста не отвечают. Трест не отвечает за долги государства и местных советов».
Отсюда следует, что предприятие само несет всю полноту имущественной ответственности по своим обязательствам, без переложения ее в какой бы то ни было доле на другие государственные органы. В силу ст. 22 ГК на известные категории имущества не может быть обращено взыскание кредиторами хозрасчетного предприятия. Сюда относятся здания, сооружения, оборудование и др. За вычетом этой части имущества остальное может быть обращено на удовлетворение претензий кредиторов. Это «остальное» и определяет границы имущественной ответственности хозоргана как внутри СССР, так и за границей52.
Принцип самостоятельной имущественной ответственности имеет огромное дисциплинирующее значение для взаимоотношений хозорганов друг с другом. Он имеет также большое хозяйственное и политиче60 При этом средства ФУБРов промышленных предприятий хранятся в ЦК Банке как их собственные необезличенные накопления, а средства торговых и кре-. дитных государственных хозяйственных организаций поступают на обезличенный централизованный счет ЦКБ, т. е. в специальный капитал ЦКБанка. О ФУБРе см. Постановление ЦИК и СНК СССР, Положение о фондах улучшения быта рабочих и служащих 27 июня 1928 г. (СЗ 1928 г. № 43, ст. 387) с последующими допол-' нениями в сборнике Гинцбург, Костельцев, Хите в—Советское хозяйственное законодательство, ч. I, с. 71.
51 Положение о фондах премирования за достижения по выполнению и перевыполнению промфинплана, а также за изобретения, технические усовершенствования и рационализаторские предложения 13 марта 1931 г. (СЗ 1931 г. № 52. ст. 338). Сборник Гинцбург, Костельцев, X и т е в, ч. I, с. 74..
52 Последнее в случае, если предприятие пользуется правом выхода на. внешний рынок и заключает сделки заграницей. О порядке взыскания по долгам госпредприятий внутри СССЭ см. Положение о взиманияи Залогов (СУ. 1933 г^ № 16. ст. 53) и постановление СНК РСФСР 7 декабря 1933 г. о перечне видов имущества, на которое не может быть обращено взыскание (С. У. 1934 г. № 8, ст. 53)
305-
20 Курс сое. хоз. права


ское значение для нашей внешней торговли. В первые годы развертывания внешней торговли СССР правительства и суды некоторых капиталистических стран пытались его игнорировать. В настоящее время в связи с огромным ростом политической и экономической мощи Советского союза принцип самостоятельной имущественной ответственности советских хозорганов твердо признан в практике наших хозяйственных отношений со всеми капиталистическими странами и зафиксирован в ряде международных торговых договоров*
8. Хозяйственная деятельность предприятия
Хозяйственная деятельность предприятия многообразна. Прежде всего это основное производство (или соответственно торговля, кредит й пр.): для промышленного предприятия—промышленное производство, для совхоза—сельскохозяйственное производство, для торгового предприятия—торговля и пр. Вся ориентировка предприятия на освоение техники, на техническую реконструкцию и рационализацию, вся концентрация внимания администрации на задачах овладения техникой и на конкретном руководстве производственными процессами вплоть до мелочей и деталей, вся расстановка сил в предприятии с упором на передвижку технических сил вниз, непосредственно к рабочему месту—всё это имеет в виду концентрировать деятельность предприятия на основном производстве как узловой задаче, которой должны быть подчинены остальные отрасли его хозяйственной деятельности.
Однако только производством не ограничивается хозяйственная деятельность советского предприятия. На конференции работников социалистической промышленности т. Сталин говорил: «Пишите сколько угодно резолюций, клянитесь какими угодно словами, но если не овладеете техникой, экономикой, финансами завода, фабрики, шахты—толку не будет, единоначалия не будет»53. Следовательно, экономика и финансы,' а не только «техника»—важные участки работы хозяйственника, важнейшие стороны хозяйственной деятельности предприятия. Стремление полностью «освободить» предприятие от экономики и финансов, сосредоточить все его внимание лишь на производственных задачах—вредная идея «левацкого» порядка, •бродившая одно время в головах кое- кого из хозяйственников и осужденная партией.
В 1930 г. по ряду отраслей промышленности создалось положение, когда предприятие должно было только «производить». Снабжением ведал отраслевой «снаб», принимавший предприятие на так наз. «ответственное снабжение». Сбыт осуществлялся отраслевым сбытом или краевым (областным) торгом в порядке централизованного распределения по ордерам, нарядам и разнарядкам. Предприятие в силу этого оказалось оторванным от рынка, от потребителя. Кредитование производилось «под план», автоматически, независимо от реальных хозяйственных отношений предприятия с другими хозорганами, независимо от степени и хода выполнения плана и собственных ресурсов предприятия.
43 Сталин, «Вопросы ленинизма», изд. 9-е, с. 583.
808


Эта система снабжения, сбыта и кредитования явно противоречила хозрасчету; на практике она привела к некоторому перекредитованию народного хозяйства и к ослаблению договорной и плановой дисциплины. Она была подвергнута резкой критике в докладе т. Орджоникидзе на 1-й конференции работников социалистической промышленности (январь—февраль 1931 г.), в речи т. Молотова на той же конференции, в речи т. Сталина на совещании хозяйственников 23 июня 1931 г. и в ряде партийных и правительственных актов 1931 г. г4.
Ныне совершенно бесспорно, что советское предприятие на хозрасчете должно само организовывать свое материальное снабжение в качестве самостоятельного и активного участника системы договорных отношений, что оно не может быть исключено из системы договорных отношений по сбыту продукции, что предприятие должно быть непосредственно связано с банком, самостоятельно проводить свои кредитные операции и иметь собственный расчетный счет, на котором оно держит* все свои средства и собственные и заемные. Это новое, значительно более богатое содержание работы сове-цжого предприятия обеспечивается новой ныне действующей системой производственного снабжения и сбыта, построенной на основе укрепления хозрасчетных отношений между предприятиями, расширения прав и усиления ответственности директоров предприятий54 55, а также новой системой кредитования, введенной «поправками к кредитной реформе», базирующейся на принципах срочности и возвратности кредита. Полностью или почти полностью эти положения реализованы однако лишь в промышленности, принимаются необходимые меры к их реализации в совхозах, а также в государственной торговле.
Вопросами производства, снабжения, сбыта и финансов не исчерпывается хозяйственная деятельность предприятия. Значительным участком его работы является рабочее снабжение. Оно организуется в рамках ОРСа, или—если на данном предприятии ОРС не создается, а рабочее снабжение и общественное питание попрежнему находятся в ведении кооперации—предприятие все же принимает на себя непосредственную заботу о "рабочем снабжении. Председатель ЗРК и помощник директора по рабочему снабжению совмещаются в одном лице, создается собственная продовольственная база, установление контингентов по централизованному снабжению проходит через предприятие, оказывается поддержка из средств предприятия на проведение децентрализованных заготовок и самозакупок для рабочих и служащих и т. д. Рабочее снабжение рассматривается как один из важнейших элементов организации производства.
Предприятие ведет большую работу также и по к а д р а м. Необходимые меры и ассигнования на подготовку кадров предусматриваются в ежегодных производственно-финансовых планах предприятий. На предприятиях организуются специальные школы и курсы по повышению квалификации.
54 См. в особенности постановление СНК СССР 20 марта 1931 г. об изменении в системе кредитования, укреплении кредитной работы и обеспечении хозрасчета во всех хоз< рганах (СЗ 1931 № 18. ст. 166).
65 Постановление ВСНХ и РКП № 156, 25 марта 1931 г. о мероприятиях по* улучшению снабжения промышленности. (Сб. приказов ВСНХ 1931 № 13).
20* 80?


Н а у ч н о-и сследовательская работа также один из участков деятельности советского предприятия. Оно ведется или непосредственно самим предприятием в специальных фабрично-заводских лабораториях или по заказу предприятий научно-исследовательскими институтами, обслуживающими соответствующую отрасль народного хозяйства.
Наконец огромное значение в хозяйственной деятельности предприятий имеют вопросы капитального строительства. Все советские предприятия непрерывно строятся: расширяются, реконструируются. Работа по капитальному строительству проводится или специальным отделом капитального строительства предприятия, или путем заключения договора со строительной организацией, или путем создания специального хозоргана: управления по строительству, по расширению и реконструкции56.
§ 5. Предприятие—трест—наркомат
1. Предприятие и трест
Трехзвенная система управления: предприятие—трест—наркомат имеет до настоящего времени еще широчайшее применение. За немногочисленными исключениями все совхозы, вся государственная торговля и значительная часть государственной промышленности управляются по трехзвенной системе.
В трехзвенной системе одно звено—наркомат или для местного хозяйства исполком (или отдел исполкома)—нехозрасчетный государственный орган; два другие—трест (торг, сельскохозяйственный или коммунальный трест и пр.) и предприятие—хозорганы.
Мы указывали выше, что предприятие, непосредственно подчиненное наркомату, действует на правах треста. Сам закон о трестах 29 июня 1927 г. предусматривает возможность организации треста в составе одного предприятия: «В состав треста входит одно или несколько производственных предприятий (фабрик, заводов, рудников, Цромыслов и т. п.), перечисленных в его уставе» (бт. 6). Трест в составе одного предприятия и есть предприятие, непосредственно подчиненное наркомату. Граница между трестом и предприятием стирается также практикой многих новых предприятий—гигантов и комбинатов, обрастающих обычно целым рядом подсобных предприятий, предприятий ио смежным производствам, сборочных предприятий и т. д.57. К трестам приравниваются также по своему организационному и имущественному положению многочисленные другие хозорганы. Так, применительно к Положению о трестах 29 июня 1927 г. действуют Ьпабженческие 66 Об организации капитального строительства см. т. II. гл. XV.
67 Так. 5*в состав» Кузнецкого металлургического комбината в настоящее время входят помимо самого комбината, включающего металлургические, коксохимическое и огнеупорное производства, также Гурьевский металлургический завод. горнорудное хозяйство, разбросанное за сотни и тысячи км. от к )Мбината. лесопильный комбинат и др.; «в состав» Московского автомобильного завода «ВИС» (б. «АМО»)—завод пожарных машин и автоарматурный завод; «в состав» автомобильного завода им. Молотова («ГАЗ»)—автомобильный завод «КИМ» в Москве, автосборочный завод «Гудок Октября» и металлообрабатывающий завод «Красная Этна» в Горьком и т. д. .


и сбытовые организации системы разных хозяйственных наркоматов: НКТП, НКЛегпрома, НКЛеса, НКПищепрома, НКЗема и др.: снабы, сбыты и снабсбыты. Таково же положение так называемых «оргов»— контор по организации и рационализации, проектных и монтажных организаций и т. д.58. Таким образом является как будто бесспорным: а) что именно трест является типичной всеобщей организационной формой для государственного сектора социалистического хозяйства, 6) что нет разницы между предприятием, непосредственно подчиненным наркомату, и трестом.
Нам представляются оба эти выводы неверными. Типичной и всеобщей организационной формой для всего государственного сектора социалистического хозяйства является государственная хозяйственная организаци я—организационная форма, содержание которой раскрыто в общем учении о хозорганах (§ 3 главы VIII) и в §§ 1—4 настоящей главы. +
Это понятие—более общее, чем понятие треста, и вместе с тем более четкое, поскольку фигура треста на данном этапе не имеет определенного содержания, одинакового для всех отраслей народного хозяйства. С другой стороны, имеется некоторая разница в организационной и имущественной структуре треста и предприятия, подчиненного наркомату, разница, вытекающая из того, что в состав треста в свою очередь входят предприятия, являющиеся государственными хозяйственными организациями, но с Иной организационной и имущественной физиономией, чем предприятие, непосредственно подчиненное наркомату. В итоге, еледовательно, общее понятие государственной хозяйственной организации включает не два основных видовых понятия: трест и предприятие, а три: а) предприятие, непосредственно подчиненное наркомату, б) трест и в) предприятие, входящее в состав треста.
2. Основные особенности управления по трехзвенной системе по сравнению с двухзвенной
При трехзвенной системе хозяйственного управления положение и функции верхнего звена (главка) претерпевают известные изменения по сравнению с двухзвенной системой. Особенно четко эта разница в функциях главка сформулирована в постановлении СНК СССР и ЦК ВКП(б) о производстве запасных частей на заводах НКПС от 4 июня 1934 г. В отношении заводов, непосредственно подчиненных НКПС, «вагонное и паровозное управления НКПС несут полную ответственность за оперативно-техническое и хозяйственное управление заводами и полностью распоряжаются материальными и денежными фондами, выделяемыми по плану для этих заводов». В отношении же заводов, находящихся в подчинении дорог, т. е. управляемых по трехзвенной системе, на вагонное и паровозное управления возлагаются 68 К законодательству о трестах (пли к «соответствующим узаконениям о состоящих на хозяйственном расчете государственных предприятиях соответствующей отрасли народного хозяйства») отсылают также законы о подсобных предприятиях 10 мая 1926 г. (СУ 1926 г. № 31, ст. 237 и № 64, ст. 498) и закон о промкомбинатах низового подчинения 13 августа 1928 г. (СУ 1928 г. № 122, ст. 768 с рядом изменений).
/
809


лишь «общее планирование производства и капитальных вложений, разработка планов реконструкций, осуществление технического руководства и систематического контроля за ходом выполнения заводами планов производства и реконструкции».
Во многих случаях в систему главка входят одновременно и предприятия, непосредственно подчиненные наркомату, и тресты. Так например, по НКТП в систему Главмашпрома входит ряд предприятий, непосредственно подчиненных наркомату; «Красный путиловец», < Шарикоподшипник» № 1 им. Кагановича, «Шарикоподшипник» №2, Сибмаш- строй и др., и кроме того ряд трестов: ВАТ (Всесоюзный автогенныйтрест), Лесобуммашцна, Горзавтрест, Союздизель, Союзпродмашина, Союзтек- стильмашина и другие. Аналогичная картина—в НКТП по другим главкам, по многим главкам в НКЛП и НКПищепроме и т. д. Во всех этих случаях принцип единоначалия не допускает вмешательства главка в работу отдельных предприятии* через голову треста. При трехзвенной системе главк действует через трест.
Что касается хозрасчетных звеньев—треста и предприятия,—то здесь также создается новое положение по сравнению с двухзвенной системой. Права и функции предприятия, непосредственно подчиненного наркомату, как бы расщепляются между трестом—организацией, охватывающей несколько хозорганов и сосредоточивающей у себя выполнение задач, общих всем им и непосильных каждому в отдельности, и предприятием—низовой хозяйственной организацией.
Управление трестом и предприятием строится на общих для всех государственных хозяйственных организаций основаниях: единоначалия, конкретного руководства, четкой ответственности. Организация управления и внутренняя структура предприятия, входящего в состав треста, в общем не отличаются от организации управления и структуры предприятия, непосредственно подчиненного наркомату.
Управление трестом по Положению о трестах 29 июня 1927 г.— коллегиальное. Во главе треста стоит правление (ст. ст. 18—20). Ныне этот порядок всюду оставлен. Во главе каждого треста стоит управляющий, имеющий одного заместителя и действующий на основах твердого единоначалия. В сельскохозяйственных трестах управляющий имеет двух заместителей, из них один—по политической части. Структура промышленного треста обычно включает три основных отдела: плановый, производственно-технический и коммерческий. В сельскохозяйственных зерновых трестах по постановлению ЦИК и СНК СССР 22 апреля 1934 г. о реорганизации Наркомсовхозов образуются следующие отделы: а) агрополеводческий, б) машинотехнический, в) семенной, г) животноводческий, д) плановый, е) рабочего снабжения, ж) финансовый с бухгалтерией, з) хозрасчетная контора со складами и магазинами по продаже совхозам инвентаря и материалов, и) строительная контора, к) административно-хозяйственный сектор.
Трест утверждает промфинпланы входящих в его состав предприятий. Решения треста безусловно обязательны для предприятия. По Положению о трестах 29 июня 1927 г. трест выдает предприятию наряд-заказ. В наряд-заказ включаются все обязательства предприятия по выполнению производствен310


но-финансового плана, а также план сдачи продукции, размер и порядок снабжения предприятия материальными и денежными средствами в соответствии с промфинпланом, порядок и формы расчетов между трестом и предприятием. Наряд-заказ рассматривается трестом с участием директора предприятия и утверждается трестом (ст. 28). Правила о наряде-заказе в настоящее время устарели и не соответствуют действующему порядку финансирования и снабжения предприятий. В большинстве отраслей промышленности наряды-заказы предприятиям вообще не выдаются. В условиях четкого^ безусловно обязательного и детального планирования, когда каждое предприятие получает от треста развернутый по. всем показателям производственной и хозяйственной деятельности план, необходимость в особых нарядах-заказах отпала.
Имущество треста, включая все его предприятия, рассматривается как некое единое целое. В уставной капитал треста включается имущество всех предприятий по инвентарной оценке: все здания, сооружения, оборудование, инвентаре, запасы сырья, топлива, материалов, товаров, денежные средства и пр. В уставе и в балансе треста уставной капитал показывается в целом по тресту без подразделения по предприятиям.
Имущество отдельного предприятия фиксируется в Положении о предприятии и в балансе как «основные фонды» и «собственные оборотные средства».
В уставном капитале треста также выделяются собственные оборотные средства. Трест распределяет их между входящими в его состав предприятиями. Он имеет право оставить в своем распоряжении нераспределенный резерв в размере не свыше 10% суммы собственных оборотных средств, предоставленных предприятиям. Изменение размера распределенных менаду предприятиями оборотных средств допускается лишь при утверждении годового промфинплана или при изменении его в середине года или если при рассмотрении годового отчета выяснится необходимость внесения поправок, вытекающих из отчетного материала. В отдельных случаях при наличии у предприятия временно свободных собственных оборотных средств трест может использовать их для другого предприятия на срок не свыше месяца с обязательством возврата предприятию, у которого деньги взяты (ст. 2 закона 23 июля 1931 г. о собственных оборотных средствах—СЗ 1931 г. № 46, ст. 316).
Специальные капиталы (целевые фонды), важнейшими из которых являются амортизационный фонд и фонд улучшения быта, отлагаются на балансах предприятий и в сводном виде—по тресту в целом— фиксируются на балансе треста.
Накопление (прибыль) исчисляется по тресту в целом. Однако часть прибыли закрепляется за предприятиями. Предприятия отчуждают свою продукцию конечным потребителям по так называемым отпускным ценам. Отпускные цены утверждаются правительством или наркоматом, в систему которого входит трест. Отпускную цену реализует трест. Предприятие же получает за свою продукцию расчетную цену (плановую себестоимость) плюс так называемую плановую прибыль. Плановая прибыль—это часть накоплений предприятия, предусмотренных промфинпланом, оставляемая предприятию в целях укрепления хозрасчета и стимулирования его
811


заинтересованности в выполнении плана. Оставляемые в распоряжении предприятия накопления включаются в финплан предприятия и используются в плановом порядке: а) на предусмотренное планом бытовое и жилищное строительство, б) на предусмотренные планом нижели- митные капитальные работы59 60, в) на увеличение собственных оборотных средств предприятия, если планом треста предусмотрен прирост оборотных средств за счет собственных накоплений. Если в конце операционного года в результате перевыполнения количественных и качественных показателей плана выявляется сверхплановое накопление (прибыль), то оно оставляется в распоряжении предприятия на усиление его маневренных способцостей на протяжении операционного года, причем 50% этого сверхпланового накопления предприятия могут расходовать на капитальное строительство как для дальнейшего расширения предприятия, так и на удовлетворение культурно- бытовых нужд трудящихся, а также на индивидуальное премирование в0. ,
Большое практическое значение имеет вопрос об имущественной ответственности предприятий, входящих в состав треста. Практика давно признает предприятия, входящие в состав трестов, самостоятельными субъектами права. Еще в мае 1932 г. по делу завода «Красный Профинтерн», входящего в состав треста ВОВАТ, с заводом «Красное Сормово» арбитраж НКТП решил, что предприятия являются самостоятельными хозрасчетными субъектами имущественных прав, обладающими оперативной самостоятельностью в пределах выделенного им государственного имущества и собственных их оборотных средств, что объединения и тресты, в состав которых они входят, могут быть допущены в качестве истцов и ответчиков по их делам лишь в тех случаях, ^огда это предусмотрено специальным законом или приказом, когда это вытекает из заключенных ими или их предприятиями с третьими организациями договоров или когда им на это будут даны предприятиями специальные полномочия61». Это решение является типичным для всех аналогичных случаев.
Правда, по Положению о трестах 29 июня 1927 г. только трест считается юридическим лицом. Предприятия правами юридического лица не наделяются. Только трест подлежит государственной регистрации в органах НКФ (с указанием, впрочем, в реестре всех предприятий, входящих в его состав). По ст. 33 Положения о трестах 29 июня. 1927 г. все сделки, связанные с управлением предприятием, директор совершает от имени треста по доверенности, выданной ему трестом.
Все эти положения давно потеряли практическое значение. Директор заключает сделки от имени предприятия, предприятие имеет собственный расчетный счет в банке, от своего имени вступает в договорные отношения по снабжению и сбыту, на его имя вы-
69 Нижелимитными называются капитальные работы, по стоимости не превышающие известной суммы (лимита),, т. е. для производства которых не требуется утверждения наркомата.
60 См. постановление СТО О прибылях предприятий, входящих в объединения и тресты, 2 декабря 1931 г. (СЗ 1931 г. № 70, ст. 471) и постановление СТО О порядке использования сверхплановых накоплений (прибылей) хозорганов 1 апреля 1934 г. (СЗ 1934 г. № 18, ст. 149).
61 См. Бюллетень Госарбитража при СНК СССР за 1932 г. № 8, с. 26.
812


даются приказы о принудительном исполнении решений суда и арбитража и т. д.
С другой стороны, однако, уставной капитал треста является еди- н ы м. Предприятия входят именно в состав, а не только в с и- стему треста. Иными словами, связь треста с предприятиями не только управленческая, но и имущественная. Все имущество всех предприятий значится на балансе треста как собственное имущество треста. Трест руководит предприятиями как хозрасчетная организация, и его ответственности перед государством за выполнение плана треста в целом соответствует и имущественная ответственность треста по обязательствам его предприятий перед третьими лицами. Поэтому самым правильным решением вопроса является признание треста отвечающим по обязательствам своих предприятий перед третьими лицами в порядке субсид парной (дополнительной) ответственности в каждом отдельном случае по решению органов суда и арбитража при установленной ими неоплатности предприятий. Но это решение вопроса, вытекающее из существующей системы хозяйственного управления, наталкивается на ряд практических трудностей. Все оборотные средства треста—основа его возможной имущественной ответственности, за исключением 10% нераспределенного резерва— распйсаны между предприятиями и закреплены за ними как их оборотные средства. Практически признать трест отвечающим за свое предприятие часто означает сделать одно предприятие треста ответственным за неудовлетворительную хозяйственную деятельность, за прорывы и недочеты в работе другого предприятия того же треста. Это принципиально недопустимо с точки зрения укрепления хозрасчета, и органы суда и арбитража по этому пути не идут.
JCHK СССР еще 25 мая 1932 г. по докладу Госбанка и НК РКП СССР постановил: «Обязать Госарбитраж совместно с заинтересованными ведомствами и кредитными учреждениями в двухмесячный срок разработать вопрос о пределах ответственности хозяйственных объединений по обязательствам подведомственных им хозрасчетных звеньев и внести свои предложения на утверждение СТО» (СЗ 1932 г. № 42, ст. 250). Это поручение правительства СССР до настоящего времени не выполнено.
Вопрос о хозяйственной деятельности предприятия, входящего в состав треста, не имеет единообразного решения для всех отраслей народного хозяйства. Разграничение сферы хозяйственной компетенции между трестом и предприятием проводится различно от отрасли к отрасли, а иной раз и различно от треста к тресту в пределах одной и той же отрасли. По совхозам например сбыт продукции производится самими совхозами, снабжением же ведает трест череа специально организуемую им хозрасчетную контору по снабжению. По среднему и мелкому машиностроению, а также по ряду отраслей легкой промышленности тресты занимаются и оперативной работой по сбыту продукции своих предприятий. Во многих случаях тресты ведут работу лишь по организации сбыта продукции своих предприятий путем заключения генеральных договоров с потребителями^ вся же оперативная сбытовая работа проводится самими предприятиями путем заключения и выполнения локальных договоров. Центральным пунктом в работе всех трестов должно быть конкретное руководство производственной деятельностью предприятий.
eia


Организация треста как самостоятельного среднего звена системы хозяйственного управления необходима,- тогда и в тех случаях, когда по условиям экономики данного производства, территориальной разбросанности предприятий, их отдаленности от центра и т. д. деятельность треста может быть наполнена самостоятельным содержанием, не сводимым к содержанию работы ни главка, ни предприятия. Таков общий принцип, реализуемый по-разному в разных отраслях народного хозяйства.
Литература
Маркс, Капитал, т. I, гл. X—XIII. Энгельс, Об авторитете. Сочинения, т. XV. Ленин, Очередные задачи советской власти. Доклад, статья и набросок статьи. Сочинения, т XXII. Ленин, Как организовать соревнование, Сочинения, т. XXII. Ленин О роли и задачах профсоюзовв условиях новой экономической политики. Сочинения, т. XXVII. Сталин, О задачах хозяйственников. Сталин, Новая обстановка—новые задачи хозяйственного стро- ительста. Сталин, Доклад на XVII партсъезде. Каганович, Организационные вопросы. Доклад на XVII партсъезде. Таль, О единоначалии. М. 1933. Г инцбург, Советское предприятие в период социалистической реконструкции. «Сов. гос. и рев. права». 1930 №2. Гинцбург, Проект закона об управлении государственной промышленностью. «Сов. гос. и рев. права». 1931 г. № 10/12. Венедиктов. Правовая природа госпредприятий. Л. 1928. Сборник «Организационные вопросы хозрасчета в промышленности». Л. 1913. Загвязинский, Хозрасчет советского магазина. М. 19 М. П а т у ш и н с к и й и III к у н д и н, Организационные вопросы новостроек. «Орг. управления». 1933 г. № 6. Сахаров, К а- б а д о в и Черна й, Очерки организации тяжелой промышленности. М. 193't.


ГЛАВА X
КООПЕРАТИВНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ
§ 1. Принципы организационного строительства советской кооперации
1. Кооперация при капитализме и советская кооперация
Важнейшая после госорганов категория советских хозяйственных организаций—^кооперативные организации. Кооперация в советской экономике играет чрезвычайно крупную роль. В 1933 г. в сельском хозяйстве СССР было 224,5 тыс. коллективных хозяйств, засевавших 75,0 млн. га, что составляло 73,9% от всей посевной площади зерновых по Союзу. Кооперативная крупная (цензовая) промышленность дала в 1933 г. продукции на 3 млрд, рублей в ценах 1926/27 г. (7,17% от всей валовой продукции крупной промышленности СССР за этот год). Чрезвычайно велик удельный вес кооперации в товарообороте и в жилищном хозяйстве. В народнохозяйственном плане 1934 г. запроектирован розничный товарооборот по потребкооперации в сумме 21,4 млрд, рублей.
В перспективе второй пятилетки отнюдь не намечается снижения роли кооперации. Наоборот, XVII съезд партии дал установку о завершении коллективизации, т. е. о вовлечении в колхозы всех 100% крестьянских хозяйств и об организационном укреплении этой формы хозяйства, о полном, 100%-м, кооперировании кустарей, о дальнейшем развертывании торговой сети потребительской кооперации и т. д.
Для правильного понимания принципов организационного строительства советской кооперации необходимо дать хотя бы краткую характеристику кооперации буржуазной.
Кооперативные предприятия как организационная форма хозяйственной деятельности впервые возникли и развились в период промышленного капитализма как небольшой привесок к механизму буржуазного строя. Кооперация может существовать в капиталистическом обществе только в этом своем качестве и самостоятельного значения не имеет.
Основной причиной возникновения этой хозяйственной формы нужно считать стремление мелкой буржуазии защитить свои интересы как потребителя (потребкооперация) и производителя (так называемая производительная или кустарно-промысловая и сельскохозяйственная кооперация) от эксплоатации со стороны торгового капитала и от разрушающих ударов капиталистической конкуренции. Хотя один из первых кооперативов—«Рочдельское общество справедливых пионеров»,
815


воспетый буржуазными историками кооперации как ясли мирового кооперативного движения и высокий образец кооперативного строительства,—был основан рабочими ткачами, однако процветанием и укреплением он обязан именно своему мелкобуржуазному характеру. Историк и один из идейных руководителей этого кооператива Дж. Холиок, захлебываясь от восторга, рассказывает, как Рочдельское общество превратилось в пользующуюся всеобщим доверием мелкобуржуазную банкирскую контору, «сумело создать и поддержать частный банкирский дом». У него же мы узнаем, какими горячими симпатиями пользовалось это «рабочее» потребительское общество у светских и духовных властей. Основное направление деятельности этого кооператива лучше всего, пожалуй, выражено в словах одного из руководителей общества: «Необходимо сковать их (членов) вместе цепями из золота».
Лишь значительно позже, к самому концу XIX века, в связи с мощным организованным движением пролетариата возникает собственно рабочая потребительская кооперация как одна из массовых организаций рабочего класса; организационно она строится обособленно от мелкобуржуазной потребительской кооперации.
В потребительской кооперации мелкая буржуазия пытается защитить свои интересы как потребителя. Пытаявь же защитить себя как товаропроизводителя от конкуренции концентрированного промышленного капитала, мелкая буржуазия ищет спасения в кооперировании разрозненной массы мелких товаропроизводителей. Процесс разорения мелкой буржуазии происходит на рынке. Рынок—арена конкурентной борьбы и гибели мелкой буржуазии. Крупный капиталист бьет мелкую буржуазию, оперируя огромными массами товаров как при закупке, так и при сбыте. Достигнуть той же мощности в выступлении на рынке мелкая буржуазия надеется, сделавшись коллективным капиталистом, кооперируя снабжение своей производительной деятельности и сбыт ее продукции. Ремесленник-кустарь (крестьянин, преимущественно кулак) объединяется в сбыто-снабженческие кооперативы, которые должны обеспечить ему условия снабжения средствами производства и сбыта продукции не хуже, чем у крупного капиталистического предпринимателя, ибо, объединившись в кооперативы и в союзы кооперативов, мелкий буржуа сам становится,более или менее крупным коллективным капиталистом. Мелкая буржуазия создает также кредитные кооперативы, которые должны обеспечить ее производственную деятельность кредитом. В кооперации мелкий буржуа пытается спасти свой тип производства. На своем знамени, т. е. на вывеске кооперативной лавки, он пишет: «В единении—сила».
Однако тщетны его усилия. Борьба эта явно безнадежна. Сила крупного промышленного капиталиста—это не только сила концентрированного капитала* но сила концентрированного производства. Осуществить же концентрацию производства в условиях капитализма мелкий товаропроизводитель не может, не отрицая самого себя, своей мелкобуржуазной сущности, не превращаясь в пролетария. Поэтому мелкобуржуазная производственная кооперация не получает развития. История кооперации ремесленников и кустарейпри капитализме есть преимущественно история разложения, перерождения и гибели этого вида кооперации.
Не лучшая, хотя несколько иная, участь постигает кооперативные объединения крестьян. Если сейчас в ряде капиталистических стран
31Q


имеется довольно широкая сеть сельскохозяйственной кулацкой кооперации, то это объясняется не тем, что мелкому производителю в области сельского хозяйства удалось закрепить через кооперацию свои экономические позиции. Сельскохозяйственная кооперация продолжает свое, хотя и весьма жалкое существование потому, что в эпоху империализма финансовому капиталу удалось полностью подчинить ее себе и использовать ее как одно из орудий своего господства, превратив ее в свою низовую сеть, в щупальцы, дающие возможность эксплоа- тировать распыленное трудовое крестьянство, контролировать и подчинить себе распыленное сельскохозяйственное производство.
Таково в основном классовое содержание кооперативной формы хозяйствования в капиталистических условиях. История кооперации при капитализме есть история печального пути мелкого товаропроизводителя от безнадежных попыток борьбы за существование под капиталистическим солнцем до полного подчинения его финансовому капиталу. При этом мелкий товаропроизводитель в кооперации пытается бороться не с капитализмом, а лишь с подавляющим и разоряющим его крупным капиталистом. Эту борьбу он мыслит и ведет не иначе, как капиталистическими же методами, на основе капиталистического же способа производства, подчиняясь всем законам последнего. Именно поэтому кооперативное предприятие неизбежно воспроизводит капиталистические отношения и только капиталистические. Маркс даже о кооперативных фабриках самих рабочих говорил, что они «по своей действительной организации воспроизводят и принуждены воспроизводить все недостатки существующей системы». Отсюда понятна ленинская оценка буржуазных кооперативов как предприятий, которые «отличаются от предприятий капиталистических как предприятия коллективные от предприятий частных»1; его оценка кооперации как «коллективного капиталистического учреждения», как «небольшого привеска к механизму бур- экуазного строя». «Кооператив есть лавочка,—писал Ленин,—и какие угодно изменения, усовершенствования, реформа не изменяет того, что ото—лавочка» 2. Развитие коопераци при капитализме Ленин рассматривал как «капиталистический прогресс», й в отношении сельскохозяйственной кооперации подчеркивал, что она подготовляет лишь «укрепление сельской буржуазии».
Отсюда вытекают и особенности законодательного регулирования кооперации в капиталистических странах. Кооперация рассматривается там как один из видов «товариществ». Товарищество же—обычная, общепринятая юридическая форма, которую принимают коллективные капиталистические предприятия. Кооперативное товарищество строится или как «товарищество с переменным составом и капиталом» или как особый вид договорного товарищества наряду с полным товариществом, товариществомна вереи другими видами товарищеских объединений.
Советская кооперация принципиально отличается от кооперации при капитализме и по своей классовой сущности и по принципам своего организационного строительства.
В статье «О кооперации» (1923 г.) Ленин, характеризуя классовую сущность советской кооперации, писал: «При нашем существующем 1 Л е н и н, т. XXVII, с. 395,
2 Там же, с. 396.
317


строе предприятия кооперативные... не отличаются от предприятий социалистических, если они основаны на земле, при средствах производства, принадлежащих государству, т. е. рабочему классу»3. В речи «К вопросам аграрной политики в СССР» т. Сталин, приведя цитированные слова Ленина, говорил: <<Не ясно ли, что тем с большим основанием можно сказать то же самое о колхозах нашего периода»4. Стал) н обосновал понимание колхоза как одной из форм социалистического хозяйства, как хозяйства социалистического типа. В основу этой характеристики т. Сталин положил отношение колхозников к средствам производства. В колхозе нет людей, являющихся собственниками средств производства, и людей, лишенных этих средств производства,—нет эксплоататоров и эксплоатируемых. Это и определяет колхоз как социалистическую форму хозяйства.
Основой социалистического характера советской кооперации являются таким образом диктатура пролетариата и общественная социалистическая собственность. При этом из приведенной цитаты из статьи Ленина «О кооперации» ясно видно, что важнейшей предпосылкой социалистического характера кооперации Ленйн считал государственную собственность, собственность рабочего класса на командные высоты—землю и промышленность. Эту же мысль выдвигал также и Энгельс в письме к Бебелю от 20—23 января 1886 г. В письме этом Энгельс,' говоря об использовании кооперативного производства при социализме, писал: «Дело должно быть поставлено так, чтобы общество— следовательно, на первое время государство—удержало за собой собственность на средства производства и таким образом частные интересы кооперативного товарищества не могли бы возобладать над интересами всего общества в делом»5. Там же Энгельс подчеркивает, что передача крупных имений товариществам должна проводиться так, чтобы «государство оставалось собственником земли»6.
Решающее значение государственной собственности на командные высоты народного хозяйства подчеркивает т. Сталин, анализируя две оценки, данные Лениным советской кооперации в брошюре «О продналоге» и в статье «О кооперации». В брсшюре «О продовольственном налоге» (1921 г.) Ленин писал: «Кооперация есть тоже вид государственного капитализма»7. В статье «О кооперации» (1923 г.) Ленин характеризует предприятия советской кооперации как социалистические. Сопоставляя эти две характеристики, т. Сталин подчеркнул связь социалистического характера кооперации с укреплением государственной социалистической собственности на командные высоты народного хозяйства. Характеристика кооперации как вида госкапитализма «была достаточна и удовлетворительна в 1921 г.... когда у нас не было развитой социалистической промышленности, когда Ленин мыслил госкапитализм как возможную основную форму нашего хозяйствования, а кооперацию рассматривал в (сочетании с госкапитализмом. Но эта трактовка теперь уже недостаточна и превзойдена историей, ибо с тех пор времена изменились, социалистическая промышленность у нас развилась, госкапитализм не ’Ленин, т. XXVII, с. 396.
4 Сталин. «13епр< сы ленинизма», изд. 9-е, 1933, с. 455.
6 Архив Маркса и Энгельса, т. I (VI), 1932, с. 329.
• Там же, с. 328.
’Ленин, т. XXVI, с. 336.
818


привился в той степени, в какой это было желательно, а кооперация, охватывающая теперь более десятка миллионов членов, стала смыкаться с социалистической индустрией»8.
2. Принципы организационного строительства советской кооперации
Кооперация в СССР есть одна из форм социалистического хозяйства. Она является одним из рычагов и приводных ремней в системе пролетарской диктатуры. Но coi иалнстнческая форма хозяйственной организации не гарантирует еще социалистического же содержания ее работы. Применительно к колхозам т. Сталин говорил: «Дело не только в самих колхозах, как социалистической форме организации, но прежде всего в том, какое содержание вливается в эту форму,— дело, прежде всего, в том, кто стоит во главе колхозов и к т о руководит ими... Все дело в том, в чьих, руках заходится это оружие и против кого оно будет направлено»9. ь
Социалистическое содержание в работе советской кооперации обеспечивается рядом организационных мероприятий. Важнейшим принципом организационного строительства советской кооперации является пролетарское руководство. «Колхозы как организации социалистического типа не могут не находиться под непосредственным руководством пролетарской диктатуры»10. Это положение в равной мере относится ко всем видам советской кооперации.
Пролетарское руководство советской кооперацией заключается прежде всего в том, что всей ее деятельностью руководит авангард, пролетариата—п а р т и я. Партия «должна... взять в свои руки руководство колхозами, принять на себя ответственность за работу и помочь колхозникам вести свое хозяйство вперед на основе данных науки и техники»11. Партия руководит колхозами через свои постоянные территориальные партийные органы, а на определенном этапе и через специально созданный аппарат—политотделы МТС и совхозов. Партия руководит всеми без исключения кооперативными организациями через партийные группы в кооперативах, кооперативных союзах и советах.
Пролетарское руководство кооперацией осуществляется, далее, путем издания высшими органами пролетарского государства ряда актов общего нормативного порядка по различным вопросам кооперативного строительства. В порядке общесоюзного законодательства изданы Положение о потребительской кооперации 20 мая 1924 г. (СУ 1924 г. № 6, ст. 64), Положение о промысловой кооперации 11 мая 1927 г. и 5 еюля 1933 г. (СЗ 1927 г. № 26, ст. 280 и 1933 г. № 42, ст. 248), Положение о жилищной кооперации 5 февраля 1929 г. (СЗ 1929 № 19, ст. 165) и другие законы, играющие роль конституционных актов для соответствующих видов кооперации. Общесоюзными законами являются также устав Центросоюза СССР (СЗ 1928 г. № 27, отд. II, ст. 122), примерный устав сельскохозяйственной артели (СЗ 1930 г. № 24, ст. 255). Правитель-
8 Сталин, «Вопросы ленинизма», изд. 9-е, 1933, с. 234—235.
9 Сталин, «Вопросы ленинизма». Дополнение. 1933. с. 47.
10 М о л о т о в. Задачи первого года второй пятилетки, М. 1933, с. 38.
11 Сталин, «Вопросы ленинизма», Дополнение к изд. 9-му, 1933, с. 44.
310


ствами союзных республик изданы нормальные уставы потребительских кооперативов. В порядке союзного и республиканского законодательства решаются такие вопросы, как о членстве, о размере пая, о порядке регулирования цен на продукцию кооперативных организаций и т. д.
Пролетарское руководство советской кооперацией осуществляется далее путем включения хозяйственных планов кооперации в единый народнохозяйственный план СССР и путем планового руководства работой кооперативных организаций соответствующими государственными планово-регулирую- щими органами. Производственные планы колхозов составляются на основе контрольных цифр райземотделов, производственные планы системы промысловой кооперации представляются Всекопромсоветом СССР на утверждение правительства Союза и утверждаются правительством. Тот же порядок установлен для потребкооперации, для жилищной кооперации. ,
Пролетарское руководство советской кооперацией осуществляется наконец в порядке систематической поддержки и конкретного оперативного руководства органами пролетарской диктатуры хозяйственной работы кооперации. «Каждый «общественный строй возникает лишь при финансовой поддержке определенного класса... В настоящее время тот общественный строй, который мы должны поддерживать сверх обычного, есть строй кооперативный»12. Эти слова Ленина надо поставить в связь со словами т. Сталина в докладе на январском пленуме ЦК 1933 г. о рентабельности колхозов. Нелепо требовать от каждого из тысяч только что организованных колхозов рентабельности. Надо обеспечить колхозам необходимое руководство, помочь им встать на ноги, помочь им хозяйственно окрепнуть, и результаты не заставят себя ждать.
Пролетарское государство самыми разнообразными средствами способствует росту и организационному укреплению советской кооперации во всех ее видах. Оно денационализировало промышленные предприятия дореволюционной потребкооперации и передало их обратно в систему советской потребкооперации, оно передало колхозам конфискованное у кулачества имущество, оно финансирует крупные хозяйственные мероприятия и капитальное строительство кооперации по бюджету и по линии кредитных учреждений. Оно снабжает в плановом порядке промысловую кооперацию сырьем, обеспечивает заказами и т. д. Советское государство предоставляет многочисленные льготы кооперации, а во многих случаях и членам кооперации, в частности колхозникам, подчеркивая всячески, что кооперативный строй для государства пролетарской диктатуры есть строй, который оно всячески поддерживает и поощряет.
Руководство, осуществляемое государством в отношении кооперации, а равным образом руководство, осуществляемое высшими кооперативными звеньями в отношении низовых организаций, должно быть конкретным руководством. Это значит, что в организационном строительстве советской кооперации так же, как в управлении государственным хозяйством, должна проводиться беспощадная борьба с канцелярско-бюрократическими методами руководства, с волокитой и т. д.
12 Л е н и н, т. XXVII, с. 393.
320


В кооперации также, как и в государственном хозяйстве, может и должен быть осуществлен территориальн о-п роизводст- венный принцип организации управления. Система органов кооперации строится поэтому, как правило, применительно к территориальным и национально-государственным образованиям (по республи- ликам, краям, областям, районам, городу и селу). В управлении кооперативным хозяйством последовательно проводится принцип специализации. В качестве примера проведения принципа специализации можно указать на четкое разделение труда между различными кооперативными системами, на создание специальных автономных секций в составе Центросоюза, на выделение Инжкоопстроя в системе жилищной строительной кооперации и др. Вся внутренняя организация управления и труда в советской кооперации базируется на шести исторических условиях т. Сталина.
Чрезвычайно важные особенности организационного строительства советской кооперации связаны с ее задачами по социалистической переделке мелкого производителя. В условиях диктатуры пролетариата кооперация обеспечивает соединение частного интереса мелкого товаропроизводителя и отдельного трудящегося с общими интересами социалистического строительства. Отсюда проистекает ряд особенностей в принципах организационного строительства кооперации, отличных от принципов организации управления государственным хозяйством. х
Для всей советской кооперации безусловное и определяющее значение имеют принципы добровольности и самодеятельности кооперированных масс трудящихся, выборности руководителей кооперативных организаций, их прдотчетности, подконтрольности и сменяемости по воле членов кооперации, право коллектива, объединенного в кооперативе, решать все основные имущественные вопросы, связанные с деятельностью данной кооперативной организации. Все это прямо вытекает из ленинского указания о действительном участии в кооперативном обороте действительных масс населения13, из указания т. Сталина, что «крестьян надо переводить на рельсы коллективного хозяйства в порядке добровольности, путем убеждения в преимуществах общественного, коллективного хозяйства перед хозяйством единоличным.. Ленинизм учит, что убедить крестьян в преимуществах коллективного хозяйства можно лишь в том случае, если будет показано имидоказанона деле, на опыте, что колхоз лучше единоличного хозяйства, что он выгоднее единоличного хозяйства, что колхоз дает выход крестьянину, бедняку и середняку из нужды и нищеты. Ленинизм учит, что вне этих условий колхозы не могут быть прочными. Ленинизм учит, что всякая попытка навязать силой колхозное хозяйство, всякая попытка насадить колхозы в порядке принуждения может дать лишь отрицательные результаты, может лишь оттолкнуть крестьян от колхозного движения. И действительно, пока это основное правило соблюдалось, колхозное движение давало успех за успехом. Но некоторые наши товарищи, опьяненные успехами, стали пренебрегать этим правилом, стали проявлять чрезмерную торопливость, и в погоне за высоким процентом коллективи- 18
18 Ленин, т. XXVII, с. 393.
21 Курс сов. хоз. права.


зации стали насаждать колхозы в принудительном порядке. Неудивительно, что отрицательные результаты такой «политики» не заставили себя долго ждать. Наскоро возникшие колхозы стали так же быстро таять, как быстро они возникли, а часть крестьянства, вчера еще относившаяся к колхозам с громадным доверием, стала отворачиваться от них. В этом—первая и главная ошибка в колхозном движении»14.
Поэтому, осуществляя пролетарское руководство советской кооперацией, партия и советское государство не допускают голого администрирования, непосредственного вмешательства в оперативную деятельность кооперативных организаций, нарушения принципа выборности, изъятия у кооперации средств и т. д.
Недопустимость подмены руководства администрированием вытекает из указания т. Сталина о необходимости изучать устав сельскохозяйственной артели «по существу и проводить его в жизнь до конца»15. Совершенно правильно указывал т. Яковлев, что ленинское правило «не сметь командовать по отношению к середняку» целиком и полностью сохраняет свою силу в отношении сельскохозяйственной артели16. XVI съезд партии в резолюции по докладу т. Яковлева заклеймил как антилепинскую «всякую попытку перенесения на колхозы организационной системы управления совхозами». Одним из важнейших пороков «гигантомании» в колхозном строительстве съезд считает то, что при этом создаются «безжизненно-бюрократические организации, построенные на началах командования». Постановление ЦК ВКП(б) от 4 февраля 1932 г. «Об очередных мероприятиях по организационно-хозяйственному укреплению колхозов» предостерегает «против подмены работы правлений колхозов голым администрированием со стороны партийных и советских организаций, против повышения принятых в уставе сельскохозяйственной артели размеров отчислений в различные фонды»17 18 и выдвигает колхозный актив как опору пролетарского руководства колхозным движением. Соблюдения правил устава о выборности правления сельскохозяйственной артели категорически требует постановление ЦК ВКП(б) от 10 мая 1932 г. об укреплении руководящих кадров колхозов. Наконец постановление ЦИК и СНК СССР от 25 июня 1932 г. о революционной законности прямо предлагает привлекать к ответственности «всех должностных лиц, виновных в нарушении основных начал колхозного строительства: а) в нарушении выборности правлений и других органов колхозов; б) в произвольном распоряжении имуществом колхозов, их денежными средствами и отведенной в их пользование землей; в) в применении недопустимых приемов командования в отношении колхозов (в частности произвольная перестройка колхозов, их укрупнение и пр.)»18. В ряде постановлений партии и правительства четко обрисована та же линия советской колхозно-кооперативной политики по отношению к промысловой и к потребительской кооперации.
14 С т а л и н, «Вопросы ленинизма», изд. 9-е, с. 472—473.
16 Сталин, «Вопросы ленинизма», изд. 9-е с. 468.
16 Я к о в л е в, Об организационно-хозяйственном укреплении колхозов и о развертывании колхозной торговли. М. 1932, с. 11—12.
17 «Партийное строительство», 1932, № 3—4, с. 94.
18’См. также постановление ВЦИК и СНК РСФСР от 10 ноября 1932 г. о воспрещении произвольного распоряжения имуществом колхозов, их продукцией и денежными средствами (СУ 1932 г. № 85, ст. 373).
322


С этим же связаны ленинско-сталинские принципьГ'недопустимо- сти перескакивания через очередной этап развития необходимости учета национальных и местных особенностей того или другого района, необходимости укрепления на каждом данном этапе основного центрального звена кооперативно!! системы19.
Нужно подчеркнуть при этом, что, не допуская никакого насилия по отношению к кооперированному товаропроизводителю, применяя здесь политику, которая Лениным выражена в словах «вести», «руководить», «увлекать за собой», пролетарское государство не зарекается однако применять и методы «пресечения уклонений насилием» там, где колебания кооперированного мелкого товаропроизводителя—вчерашнего единоличника—угрожают осуществлению задач пролетарской диктатуры, грозят срывом социалистического строительства. Саботирование государственных заданий по обязательным поставкам продукции сельского хозяйства, дезорганизация производственной деятельности колхозов либо кооперативных предприятий лодырничеством, прогулами и т. д.—всякое подобное выступление влечет за собою применение мер «пресечения уклонений насилием». Поэтому указанное выше постановление ЦК ВКП(б)_ 10 мая 1932 г. не исключает вовсе возможности снятия выборного правления колхоза местными органами советской власти, но устанавливает контроль над подобным мероприятием, требуя санкции крайземуправления, которая обеспечивает колхоз от произвольного местнического администрирования щ будет дана лишь при наличии действительно государственной необходимости. Исходя из того же понимания задач пролетарского руководства колхозным движением, «Временные правила трудового распорядка в колхозах», утвержденные 8 апреля 1933 г. СНК УССР и ЦК КП(б) У, устанавливают право правлений колхозов привлекать к работе в обязательном порядке членов колхозов, не выходящих несколько раз на работу без уважительных причин. Этд же правила обязывают правления колхозов одновременно с исключением из колхоза на основе постановления ЦИК СССР от 30 января 1933 г. лодырей и прогульщиков (СЗ 1933 г. № 6, ст. 41) ставить вопрос перед райисполкомом о лишении их усадебной земли.
Организация советской кооперации в целом построена на принципах демократического централизма, т. е. на принципах сочетания наибольшей активности, самодеятельности, проявления творческой инициативы коопертфованных масс с централизацией планового руководства, с внутрикооперативной дисциплиной, с обеспечением неуклонного проведения в жизнь политики диктатуры пролетариата во всех вопросах колхозно-кооперативного строительства. На этих же принципах демократического централизма построена и сеть кооперативных союзов и совет ов, которая является важнейшим приводным ремнем государственного пролетарского руководства советской кооперацией.
За исключением колхозов, вся остальная советская кооперация организована в несколько мощных хозяйственных систем, отдельными звеньями которых являются кооперативные союзы и советы. Каждая система возглавляется всесоюзным центром:^ Центросоюз, Всекопромсовет СССР, Центрожилсоюз СССР.
19 Сталин, «Вопросы ленинизма», изд. 9-е, с. 474—476.
21*
«28


Государственные органы не могут охватить непосредственным оперативным регулированием сотни тысяч мелких кооперативных организаций. Для этого необходимы посредствующие звенья. Роль таких посредствующих звеньев выполняют кооперативные союзы и советы. Особые преимущества организации посредствующего звена в форме кооперативного союза или совета заключаются в том, что они являются организациями, построенными на началах демократического централизма, т. е. выборными, подконтрольными кооперативам, которые ими объединяются. Такая система управления кооперацией обеспечивает гибкость руководства и учет специфических особенностей отдельных видов кооперации. С другой стороны, партия и советское государство, имея все возможности обеспечить в кооперативных сою- вах и советах пролетарское, большевистское руководство, тем самым обеспечивают выполнение всеми кооперативными системами задач социалистического строительства и подчинения их социалистическому плану.
Лишь в системе колхозной кооперации нет союзов. Райколхозсоюзы, областные и краевые колхозсоюзы иКолхозцентр в 1932 г. ликвидированы. Пролетарское руководство колхозами сосредоточивается в земорга- нах. В них государство нашло тот низовой специализованный орган диктатуры пролетариата, который исключает необходимость в существовании колхозсоюзов как посредствующего в осуществлении пролетарского руководства звена. Необходимость дальнейшего укрепления непосредственного руководства и задача борьбы за большевизацию колхозов вызвала исторические решения о создании политотделов при МТС и совхозах19*1.
В основнохм строительство советской кооперации знает три звена: а) «низовка», т .е. самый кооператив, б) областной, краевой, междурайон- ный или районный союз кооперативов и в) республиканский или всесоюзный центр данного вида кооперации.
Задачей кооперативных союзов является планирование всей деятельности объединяемых ими кооперативов, оперативно-хозяйственная деятельность (в первую очередь снабжение и сбыт продукции) своих членов, их организационное обслуживание, т. е. руководство всей работой по организационно-хозяйственному их укреплению, включая сюда культмассовую работу, подготовку кадров и т. д. Кооперативные союзы представляют объединяемые ими кооперативы перед государственными организациями, ставят перед ними вопросы, в разрешении которых нуждается данная кооперативная система, и организуют осуществление директив партии и советского правительства в объединяемых ими кооперативах. Этого рода деятельность характерна для союзов всех ступеней: областных, республиканских, всесоюзных, с тем лишь различием, что нижестоящие звенья должны сосредоточить свое внимание на непосредственной организации производства в объединяемых ими кооперативах, применительно к местным конкретным особенностям, тогда как вышестоящие звенья разрешают более общие вопросы руководства производственной или торговой деятельности системы. И те, И другие в основу своей работы кладут самую тесную увязку с местными или центральными государственными органами, регулирующими деятельность данной отрасли народного хозяйства, и осуществляют дирекРешением Ноябрьского Пленума ЦК 1934 г. политоделы при МТС преобразованы в обычные партийные органы.
824


тивы этих органов. В некоторых случаях, когда руководство системой в пределах области, республики или во всесоюзном масштабе не требует централизации оперативно-хозяйственной деятельности, гместо кооперативных союзов организуются «кооперативные совет ы», задачей которых является планирование и учет работы системы, руководство организационным строительством и представительство системы перед органами государства, но которые оперативно-хозяйственных функций не имеют. В отличие от союзов, являющихся хозрасчетными организациями, коопсоветы находятся на кс оперативном бюджете (их расходы покрываются отчислениями нижестоящих организаций по сметам, утверждаемым вышестоящими звеньями системы).
Одним из наиболее важных вопросов организационного строительства советской кооперации является вопрос о взаимоотношениях кооперативной низовки с союзами кооперативов и с кооперативными советами, т. е. о пределах «самостоятельности» низовки в различных областях ее деятельности. В нашем кооперативном строительстве мы ведем неустанную борьбу как с правооппортунистической проповедью «самостоятельности» кооперативной низовки, освобождения ее от «опеки» союза, так и с «левацкой» тенденцией удушения, инициативы низовки и мелочного бюрократического администрирования со стороны верхних звеньев. Под требованием «самостоятельности» низовки кроется часто не что иное, как ставка на развязывание элементов стихийности в деятельности объединения товаропроизводителей, отказ от подчинения их воздействию социалистического плана. «Левацкая» практика командования низовкой из союза, лишение низовки всякой возможности проявить инициативу в работе на основе самодеятельности кооперированных масс вытекает из отрицания ленинского кооперативного плана, из игнорирования сущности советской кооперации как своеобразного, специфического пути социалистической переделки мелкого товаропроизводителя. Правильное разрешение вопроса о взаимоотношениях низовки с кооперативными союзами и советами возможно только на основе последовательного проведения принципа демократического централизма—руководящего принципа в вопросах кооперативного строительства. В силу этого принципа подлежит строжайшей централизации плановое руководство работой низовки, т. е. до низовки должен быть доведен конкретизированный план со всеми качественными и количественными показателями, план, вытекающий из места и роли даннойорга- низации в осуществлении народно-хозяйственного плана, а также должно быть обеспечено руководство и контроль за выполнением данного плана и пресечение всяких антигосударственных тенденций. При этом однако отыскание путей наилучшего выполнения плана, организация непосредственного оперативного руководства и управления хозяйственной деятельностью, организация производства—вся эта оперативная деятельность должна быть построена на началах децентрализации, должна иметь в своей основе самодеятельность и инициативу кооперированных масс.
Одним из важнейших орудий <колхозно-кооперативного строительства является внедрение в работу всех звеньев кооперативных систем хозрасчета, как основного метода управления социалистическими предприятиями.
325


Основные элементы хозрасчета, как-то: имущественная самостоятельность^ хозяйственно-оперативная самостоятельность в выполнении плана, Индивидуализированная ответственность, эквивалентный характер отношений с другими организациями и предприятиями, система договорных связей, наличие условий, создающих материальную заинтересованность отдельных кооперативных организаций в результатах своей работы,—все эти элементы даны самой формой кооперативной хозяйственной организации, вытекают из природы колхозно-кооперативной собственности, лежащей в основе этой формы. Поэтому смазывание хозрасчета в кооперативной низовке обычно тесно связано с игнорированием основных организационных принципов колхознокооперативного строительства, с нарушениями правового положения кооперативов, их устава. Таковы обезличка средств низовых кооперативов, фактическое растворение их в средства^вышестоящего звена, устранение договорных отношений между союзом и низовкой, полное изъятие прибылей низовки и обезличение их в фондах воюза и т. д.
Но говоря о внедрении хозрасчета в деятельность кооперативных организаций, следует подчеркнуть, что применение хозрасчета в колхозно-кооперативном секторе должно иметь место с обязательным^ учетом особенностей колхозного и кооперативного предприятия и что ни в коем случае недопустимо механическое перенесение методов хозрасчета, выработанных в государственной промышленности, в кооперацию. На это указал т. Молотов в заключительном слове на XVII партконференции, отметив, что «на колхозы нельзя переносить обычных для наших госпредприятий норм хозрасчета»20. Это свое утверждение т. Молотов обосновал своеобразием отношений собственности в колхозе. 20а
В кооперации по-иному, не так, как в государственных предприятиях, ставится вопрос о единоначалии. Равным образом в кооперации вполне допустима система договорных отношений «по вертикали»: низовки с вышестоящим союзом, поскольку последний выполняет хозяйственно-оперативные функции.
Таковы основные принципы организационного строительства советской кооперации. Они даны всем строем пролетарской диктатуры и непосредственно вытекают из ленинского кооперативного плана. Партия, рабочий класс и трудящиеся массы СССР, строящие социализм, защитили их в борьбе с буржуазными кооператорами, пытавшимися направить развитие советской кооперации в сторону, противную интересам пролетарской диктатуры, ц в борьбе с правыми и «левыми» оппортунистами. /
Буржуазные кооператоры в течение долгого ряда лет боролись против пролетарского руководства советской кооперацией, против руководящей роли партии в кооперативном строительстве и против включения всей советской кооперации в общую систему хозяйственных органов полетарской диктатуры21.
20 Молотов, Материалы XVII конференции ВКП(б), «О второй пятилетке», Партиздат, 1932, с. 90.
2оа См. выи!е гл. VI, § 4 «Кооперативная собственноть».
21 Факты см. у Костельцева, Собственность советской потребительской кооперации в сборнике «Вопросы советского хозяйственного права». М. 1933 г., с. 153 и сл.
326


Бухарин проектировал наряду с трудовыми кооперативами также «кулацкие кооперативные гнезда» и предлагал открыть доступ в советскую кооперацию нетрудовым элементам22. Даже на XVI партсъезде в 1930 г. т. Сталин вынужден был констатировать наличие в советской потребительской кооперации сильного «нэпманского душка», а октябрьский пленум ЦК в 1932 г. отметил его новую вспышку в потребительской и в промысловой кооперации. Элементы классовой борьбы имеются и в колхозах, где борьба с остатками кулачества и с подкулачниками, проникшими в колхозы, принимает подчас особенно острый характер. Общеизвестна практика «левацких» бюрократических извращений в потребительской кооперации, осужденная Обращением ЦК, СНК СССР и Центросоюза 10 мая 1931 г. (СЗ 1931 г. № 29, ст. 224); общеизвестны массовые факты командования, администрирования, перегибов в колхозном строительстве весною 1930 г., осужденные в «Головокружении от успехов» и в «Ответе товарищам колхозникам» т. Сталина. В борьбе с классовыми врагами, в борьбе на два фронта партия, рабочий класс и трудящиеся СССР строят советскую кооперацию, как часть единого планового социалистического хозяйства, как один‘из важнейших рычагов диктатуры пролетариата.
Ожесточенная классовая борьба за осуществление ленинского кооперативного плана нс могла не получить отражения и в теории хозяйственного права.
Буржуазная концепция в хозяйственном праве по вопросам правового регулирования советской кооперации представлена работами Генкина, Дьякова, О.зерецковского и других. Генкин конструировал «особую систему» кооперативного ‘права, которое лишь в «ряде моментов» противопоставляется им частнохозяйственному праву и основное содержание, «качественное-обоснование» которого он видел в «корпоративном» его характере, а именно в том, что «вся кооперативная система живет своей внутрикооперативной жизнью, регулируемой нормами корпоративного права», которое базируется на статутах и нормах, выработанных в силу автономии, представленной общим законодательством группе лиц»23. Тем самым кооперация противопоставлялась государственному сектору социалистического хозяйства как своеобразная частнохозяйственная форма, а правовое регулирование кооперации в СССР превращалось из формы социалистической кооперативной политики диктатуры пролетариата в форму «правовой автономии» частнохозяйственного объединения, в форму правовой гарантии, данной этому объединению против государственного вмешательства.
Озерецковский прямо характеризует кооперацию, как форму частнохозяйственной деятельности, основанной на договорной основе24. Дьяков хотя и пытается формально отмежеваться от противопоставления кооперации государству, но по существу выдвигает в своих работах откровеннейшую кулацко-реставраторскую «теорию» социальной, хозяйственной и правовой автономии кооперации и ее независимости от диктатуры пролетариата. Эта автономия коопера22 Бухарин, Путь к социализму и рабоче-крестьянский союз, М. 1925 г., с. 49 и сл.
23 Энциклопедический словарь «Гранат», т. 41, ч. 3, изд. 7-е, с. 77—79.
24 Озерецковский, Правовая организация советской кооперации, 1927 г., с. 11—12.
327


ции, как разъясняет сам Дьяков, есть «следствие складывающихся в данный отрезок времения переходного периода социально-экономических отношений» 25. Поэтому определенная «сфера организационнотехнической деятельности... отводится, уступается советским государством... кооперации»26. «Мы не можем признавать,—пишет там же Дьяков,—социальную автономию дарованной, делегированной отдельным социальным образованиям со стороны государства»27. Иначе говоря, социальная автономия или классовая независимость мелкого товаропроизводителя последним отвоевана у советского государства. С точки зрения Дьякова кооперация независима от диктатуры пролетариата как в хозяйственном, так и в правовом отношении, и эта независимость, автономия есть результат признанного государством, вырванного у него признания классовой независимости мелкого товаропроизводителя, неподчинения его гегемонии пролетариата. Не приходится удивляться тому, что Дьяков характеризует устав сельскохозяйственной артели как «общественный договор не только группы крестьян между собой..., но и договор между этой группой крестьян и государством»28... Трудовое крестьянство в роли концессионера-капиталиста, договаривающееся с диктатурой пролетариата—вот в чем сущность политических чаяний Дьякова. Из этого противопоставления кооперации государству вытекает и отрицание социалистического характера колхозно-кооперативной собственности и требование особого «кооперативного права» как самостоятельной системы, противостоящей праву последовательно социалистического сектора.
В области «кооперативного права» подвизались и украинские националисты. Ф. Крыжановский изображал кооперативную политику советской власти как политику великодержавного шовинизма и удушения украинской кооперации. Он требовал «кооператизации» колхозов, что должно было привести к превращению колхозов из социалистических предприятий в частнохозяйственные29.
§ 2. Колхозы
1.У стайные формы колхозов. Артель, как основное звено
К о л х о з о м мы называем кооперативное производственное объединение крестьян-—бедняков и середняков, в котором, в ртличие от единоличного хозяйства, установлено коллективное землепользование, обобществлены средства сельскохозяйственного производства и производственные процессы сельского хозяйства и которое практически выполняет задачу социалистической реконструкции сельского 25 Изв. прав. фак. Азерб. гос. унив., т. V—VI, с. 88.
28 Там же, с .86.
27 Там же с. 88.
28 Дьяков, Проблема наследования в колхозах, 1930, с. 8.
29 Ф. Крыжановский. Радянське кооперативне законодавство. ДВУ 1928, и его же «Колгости та их правне становище» 1929. О писаниях Крыжавов- ского см. статью Ф у к с а, Петлюровщина в вопросах колхозно-кооперативного законодательства. «Сов. гос.» 1934, № 5.
•28


хозяйства.\Колхоз есть «высшая форма коопоряттим>\ к которой партия подвела крестьянство в процессе осуществления ленинского коопер а - тивного плана, проведя его через низшие формы кооперирования^ кооперацию сбытовую и снабженческую. «Пролетариат, руководимы^ ленинской партией, убедил миллионы крестьянства в превосходстве коллективного производства и создал в деревне ногый колхозный строй»30. Колхоз, как Еысшая форма кооперации, яиляется на данном, этапе «столбовой дорогой» социалистического развития деревни.
-^^^2<олхоаная ^°^ма ^не является единообразной фор- мой^оДТектв^иа^щиисельского хозяйства. Отражая в себе этапы развития коллективизации, последовательность перехода от низших форм коллективизации к еысшим, колхозная форма знает три ступени коллек^ тивизации: 1СОЗ, т. е. товарищество по совместной обработке земли/ сельскохозяйственную артель и коммуну. Различие этих трех видов колхоза заключается в различной степени обобществления в каждом из них землепользования, средств производства и производственных процессов, а также в вытекающем отсюда различии в распределении колхозной продукции, предназначенной для потребления.
- Неправильно было бы думать, что можно и нужно абсолютно точно определить степень обобществления всех факторов производственной жизни в каждом из видов колхоза. Однако в основном это- должно быть сделано, так как закрепление в положениях устава самых основных указаний о том, какие средства производства должны быть обобществлены в ТСОЗ, артели, коммуне, а также регламентация всех прочих важнейших условий колхозного производства вносит полную ясность в вопросы колхозного строительства, создает возможность четкого руководства колхозами применительно к разным этапам и к различным районам Союза, создает важное орудие борьбы со всякого рода оппортунистическими извращениями политики партии в деревне.
Z В низшей форме колхоза—в ТСОЗ обобществлено использование средств производства на основных сельскохозяйственных работах. Сред-* ства 'производства являются частной собственностью объединенных^ в ТСОЗ крестьян, и только на время работ поступают в распо- ряя№'1ЛЮ ИСёГО коллектива. Одйако в 1 создаются уже й ЙОЛНОСТШО обобществленные средства производства в виде главным образом сложных машин, а также других средств производства, приобретаемых за счет доходов товарищества.
tTCO3 на данном этапе представляет собой «уже пройденную сту- пень колхозного движения»^, так как в результате решающих успехов на фронте коллективизации основные массы крестьянства вовлечены в социалистическое переустройство сельского хозяйства в форме объединения их в сельскохозяйственной артели—этом более высоком виде колхоза, с более высокой ступенью обобществления средств производства и труда.ТСОЗ сохраняет свое значение, как переходная форма к артели для тех районов, в частности для национальных районов Востока, где
88 Резолюции XVII партсъезда по докладам тт.Молотова и Куйбышева о плане второй пятилетки.
81 Сталин, «Вопросы ленинизма», изд. 9-е, 1932, с. 468.


необходимы меры подготовительного переходного характера. В таких районах TGO3 могут и должны получать массовое распространение, как подготовительная стадия для коллективизации в дальнейшем на основе устава сельскохозяйственной артели.
Основным для характеристики коммуны является обобществление в ней, кроме землепользования и средств пронзволства, также всей производственной деятельности ее членов, за исключением имею- щей лишь личное узко-потребительское значение, а отсюда и значи- тельный элемент’'"оЪэКщэствлёния' быта, т7 е. потребления. Постановление НКЗэма СССР от 15 июня 1933 г. предоставляет членам коммуны право иметь в своем индивидуальном хозяйстве корову, мелкий скот и птицу.
Тов. Сталин на XVII партсъезде характеризовал современную коммуну следующим образом:
«В отличие от артели, где обобществлены только средства производства, в коммунах до последнего времени были обобществлены' не только средства производства, но и быт каждого члена коммуны, т. е." члены коммуны в отличие от членов артели не имели в личном владении домашнюю птицу, мелкий скот, корову, зерно, приусадеоную земдЯо. Это значит, что в коммунах личные, бытовые интересы членов не столько учитывались и сочетались с интересами общественными, сколько заглушались последними'в интересах мелкобуржуазной уравниловки. Понятно, что это обстоятельство являетсн ’самой слабои ст^о- роной коммун. Этим собственно и объясняется, что коммуны не имеют большого распространения и попадаются лишь единицами и десятками. По этой же причине коммуны, чтобы отстоять свое существование и не развалиться, оказались вынужденными отказаться от обобществления *быта, начинают работать по трудодням, стали выдавать зерно на дом, допускают личное владение домашней птицей, мелким скотом, коровой и т. д. Но из этого следует^, что коммуны фактически перешли на 1 положение артелей. И в этом нет ничего плохого, ибо этого требуют интересы здорового развития массового колхозного движения.
Эго не значит, конечно, что коммуна вообще не нужна, что она не является больше высшей формой колхозного движения. Нет, коммуна нужна, и она, конечно, является высшей формой колхозного движения, но не нынешняя коммуна, которая возникла на базе неразвитой техники и недостатка продуктов и которая сама переходит на положение артели, а будущая коммуна, которая возникнет на базе более развитой техники и обилия продуктов. Нынешняя сельскохозяйственная коммуна возникла на основе мало развитой техники и недостатка продуктов. Этим собственно и объясняется, что она практиковала уравниловку и мало считалась с личными, бытовыми интересами своих членов, ввиду чего она вынуждена теперь перейти на положение артели, где разумно сочетаются личные и общественные интересы колхозников. Будущая коммуна вырастет из развитой и зажиточной артели. Будущая сельскохозяйственная коммуна возникнет тогда, когда на полях и в фермах артели будет обилие зерна, скота, птицы, овощей и всяких других продуктов, когда при артелях заведутся механизированные прачечные, современные кухни-столовые, хлебозаводы и т. д., когда колхозник увидит, что ему выгоднее получать мясо и молоко с фермы, чем заводить свою корову и мелкий скот, когда колхозница увидит,


что еи^выгоднее обедать в столовой, брать хлеб с хлебозавода и получать стиранное белье из общественной прачечной, чем самой занижаться этим делом. Будущая коммуна возникнет на базе более развитой техники и более развитой артели, на базе обилия продуктов. Когда это будет? Конечно, не скоро. Но это будет. Было бы преступлением искусственно ускорять процесс перерастания артели в будущую коммуну. Эго спутало бы все карты и облегчило бы дело наших врагов. Процесс перерастания артели в будущую коммуну должен происходить постепенно, по мере того, как вое колхозники будут убеждаться в необходимости такого перерастания» 32.
Основной формой колхоза на данном этапе, решающим звеном колхозного строительства является сельскохозяйственная артель. В сельскохозяйственной артели бедняцко-середняцкие массы крестьянства нашли ту форму соединения общественного интереса с их частным интересом, которая обеспечила добровольный переход трудящегося крестьянства под руководством пролетариата к коллективным формам хозяйства.
(«Теперь все признают, что артель является при нынешних уело-4' виях единственн^*"Нр&Аильной формой колхозного движения. И это вполне понятно: а) артель правильно сочетает личные, бытовые инте- ресы колхозников с их общественными интересами, б) артешТудаЧТТЪ приспособляет личные бытовые интересы—к общественным интересам, облегчая тем самым воспитание вчерашних единоличников в духе* коллективизма»33.
В сельскохозяйственной артели «обобществляются: сельскохозяйственный инвентарь, весь товарно-продуктивный скот, все семенные запасы, кормовые средства в размерах, необходимых для содержания обобществленного скота, хозяйственные постройки, необходимые для ведения артельного хозяйства, и все предприятия по переработке» (§ 4 устава). Непременным условием создания артели является обобществление землепользования.
(В распоряжении члена артели, в его индивидуальной собственности остаются жилые постройки, мелкий сельскохозяйственный инвентарь, потребный для работ на приусадебных землях. В силу §2 устава сельскохозяйственной артели в единоличном пользовании членов артели остаются приусадебные земли Не обобществляется молочный ейот в однокоровных хозяйствах, а в многосортных истаегся— в личном ПОЛЬЭдв^НИй'"одна корова. Мелкий скот (свиньй?~овцыТ обобществляется только в районах развитого промышленного животновбд- ства”11и мта'ко’Му 'еГОЛ’у,' 11рич.^КГ"И в 5тбм случае у членов артели обя- зательно оставляется некоторое количество мелкого скота в размерах, устанавливаемых самой артелью, для личного пользования. Остается для личного пользования /акжэ домашняя птица. ЦК ВКП(б) известным постановлением 26 марта 1932 г. не только пресек всякие попытки нарушения этих положений устава путем обобществления коров и мелкого скота у колхозников, но и указал, что «задача партии состоит z 32 Сталин, Отчетный доцдад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б), Партиздат, 1934, с. 41—42.
33 Там же, с. 41.
331


в том, чтобы у каждого колхозника были своя корова, мелкий скот, птица», обязал все партийные и советские организации «организовать помощь и содействие колхозникам, не имеющим коровы или мелкого скота, в покупке и выращивании молодняка для личных надобностей»34. Законами 14 августа и 5 декабря 1933 г. о помощи бескоровным колхозникам в обзаведении коровами (СЗ 1933 г. № 52, ст. 303 и № 66, ст. 395) постановлено приобрести 1 500 тыс. телок для наделения ими колхозников и организовано кредитование бескоровных колхозников для содействия им в приобретении телок.
Так в артельной форме колхоза реализуется основной принцип нынешнего этапа колхозного строительства—сочетание основного общественного хозяйства колхоза с добавочным индивидуальным хозяйством членов артели, сочетание общего и частного интереса, при подчинении первому второго.
То обстоятельство, что селькохозяйственная артель является основным звеном/ колхозного строительства на ряд лет, ставит задачу организационно-хозяйственного и политического укрепления колхозов как задачу организационно-хозяйственного и политического укрепления сельскохозяйственной артели. Пути разрешения этой задачи конкретно указаны в многочисленных постановлениях ЦК ВКП(б), в статьях и речах т. Сталина, особенно в речах на январском пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) 1933 г. «О работе в деревне», на съезде колхозников-ударников (февраль 1933 г.) и в отчетном докладе XVII партийному съезду. В свете этих указаний следует рассматривать основные положения устава сельскохозяйственной артели, а также развивающие и уточняющие его директивы партии и правительства.
2. О р ганизация колхоза
Организация каждого колхоза проходит_следующие стадии: организация инициативной группы крестьян-бедняков~и середаякощ ^е- йЕающих организовать колхоз, собрание учредителей и вынесение постановления об организации колхоза, йрйИЯТИё""У#га,ва‘ й регистрация его в районном земельном отделе, выборы органов—управлений (правление, ревизионная комиссия), передача обоОществлТНно^о йМу- щества колхозников колхозу и составление инвентаризационной описи имущества колхоза.
Добровольность объединения при организации колхоза обеспечивается требованием предварительного собрания будущих колхозников с разъяснением им смысла коллективизации и содержания устава и обязательного составления списка лиц, желающих вступить в колхоз, за их подписями.
3. Землепользование. Имущество колхоза
Основой хозяйственной деятельности колхоза является земля. Земля принадлежит государству, но находится в пользовании колхоза на праве социалистического колхозного земле- 3< Постановление ЦК ВКП(б) 26 марта 1932 г. О принудительном обобществлении скота. «Правда» 27 марта 1932 г., № 86.
&S2
Z


п о ль з о в а н и я. Постановлением ЦИК и СНК СССР 3 сентября 1932 г. о создании устойчивого землепользования колхозов (СЗ 1932 г? №66, ст. 388) за каждым колхозом закреплена земля, находящаяся^ в его трудовом пользовании в существующих ныне границах. разрешения земельных споров и всех вопросов, связанных с земле- пользованием колхозов, создаются районные, областные, краевые, республиканские и Высшая (при НКЗемах союзных республик) земельные комиссии. Местным органам власти запрещено производить какие бы то ни было отрезки земель, находящихся в пользовании колхозов, без особого постановления в каждом отдельном случае Высшей земельной комиссии. Изменение границ колхозов в связи с их слиянием и разукрупнением допускается лишь при согласии не менее трех четвертей членов сливающихся или разукрупняющихся колхозов по утверждении в каждом отдельном случае областной или краевой земельной комиссии. Изменение границ и обмен земель между колхозами в целях устранения чересполосицы и дальноземелья может производиться только по постановлению районных земельных комиссий. Во всех случаях передачи звхмли от одного колхоза другому колхоз, получивший землю в пользование, обязан возместить произведенные затраты. Границы землепользования колхозов не могут меняться в связи с выходом отдельных членов колхоза.
Закрепление за каждым колхозом находящейся в его трудовом пользовании земли, запрещение всяких проводимых административным порядком отрезок и переделов обеспечивает устойчивое и культурное хозяйство, создает необходимые предпосылки для действительного хозяйственного расчета в колхозе, усиливает у колхозников стимулы к вложению труда в коллективное производство, обеспечивая пользование его результата»^ и тем укрепляет колхоз как хозяйственно, так и организационно.
[ Источниками собственных средств колхоза являются: а) вступительные и паевые членские взносы колхозников, б) конфискованное имущество кулацких хозяйств, переданное КОЛУОЗам fe Качестве "взноса бедняков и батраков по закону 1 февраля' 1930 г. (Gf^ 1930 г. № 9, ст. 105), в) дотации и ассигнования государства, г) прирост средств колхоза в порядке ежегодного отчисления в колхозные фонды при распределении доходов (накопление).
Собственные средства колхозов делятся на ряд фондов: а) основной неделимый фонд, б) паевой фонд, в) другие общественные фонды (специальные: премиальный, культурнобытовой и т. д.).
ILL еделимый ф о н д образуется из вступительных взносов членов колхоза от 5 до 25 руб, и из отчислений от У4 до стоимости обобществленного имущества колхозников (при этом больший проце"нт зачисления в неделимый фонд применяется к более мощным хозяйствам), а также из отчислений, производимых по постановлению общего сбЙра- ния, в размере от 10 до 30% из денежной стоимости всех доходов колхоза, остающихся после покрытия хозяйственных и связанных с хозяйством расходов (как-то: текущей задолженности, сельскохозяйственного налога, страховки, семенных и фуражных фондов). Денежные затраты, произведенные колхозом в текущем году на капитальные вложения, засчитываются в счет отчислений в неделимый фонд. Кроме того в неделимый фонд в качестве взноса бедняков и середняков, вступивших


в колхоз, передано конфискованное имущество кулацких хозяйств, за исключением той части этого имущества, которая пошла в погашение причитающихся с кулаков обязательств государственным и кооперативным органам. Неделимый фонд ни в каком случае не может быть превращен в частную собственность членов артели, не может быть разделен. Укрепление этого фонда и обеспечение нормального его возрастания в пределах, указанных уставом, является одной из важнейших задач колхоза как социалистического предприятия. Но совершенно недопустимо превышение максимальных уставных норм и форсированный перевод делимых средств колхоза в неделимые. Это нарушает принцип добровольного обобществления средств производства и является вредным «левацким» перегибом.
чД1 а е в о й фо ид образуется из той части стоимости обобществленного имущества членов колхозов, которая остается после отчислении из нее от Х/А до У? в неделимый фонд? Паевой фонд является делимым фондом в том смысле, что в случае выбытия члена колхоза паевой взнос ему возвращается (если, конечно, взнос этот в части илив целом не был обращен на покрытие убытков колхоза). Устав (§ 10) предусматривает, что расчеты по паевым взносам с выбывающими членами колхоза производятся обычно после окончания хозяйственного года, т. е. тогда, когда уже можно установить фактическое наличие и размер паевого фонда. Следует иметь в виду, что в пай зачисляется остаток денежной стоимости обобществленного имущества после отчислений в неделимый фонд, а не самое имущество в натуре. Поэтому выбывающий из колхоза колхозник имеет право на получение денежной стоимости своего пая, а не на какое-лдбо конкретное обобществленное им при вступлении в колхоз имущество.
СПомимо фондов неделимого и паевого в колхозе могут быть созданы о б шественные ф п ц д ьт7 предназначенные для премирования, для создания учреждений бытового и культурного обслуживания" и другие.
(Примерный устав сельскохозяйственной артели, рассчитанный на продолжительное действие, устанавливает не -твердый процент" отчислений в неделимый и общественный фонд, а допускает в определенных пределах маневрирование: от 10 до 30% в неделимый фонд, от"5~до 15%—в общественные фонды. Размеры отчислений в этих пределах уточняются постановлениями правительствах и НКЗема35. Не исключается также возможность создания фондов общественного питания 35 Так, разъяснением НКЗема и Колхозцентра от 31 марта 1930 г. были установлены отчисления в неделимые и общественные фонды в наименьшем предусмотренном по уставу размере: в неделимые фонды—10% и в общественные фонды—5%. По постановлению НКЗема и Колхозцентра от 11 июля 1932 г. «Неделимые фонды в колхозах создаются в размере 10—15% общего дохода колхоза за вычетом из этого дохода задолженности колхоза, подлежащей уплате в 1932 г., суммы выплаты по сельскохозяйственному налогу, платежей по страхованию, семенных и фуражных фондов». Постановлением СПК СССР и ЦК ВКП(б) 18 августа 1933 г. разъяснено, «что если сами колхозы пожелают/они имеют право постановлением общего собрания колхоза с участием не менее 2/з колхозников создавать... фонд на увеличение неделимых капиталов в колхозах, а также фонд для оказания помощи инвалидам, семьям красноармейцев, на содержание детских яслей». Категорически запрещено создавать в колхозах по распоряжениям советских и партийных организаций какие-либо иные фонды, кроме указанных в постановлении. СНК СССР и ЦК ВКП(б) 2 августа 1933 г. семенных, страховых и фуражных.
3*4


и других аналогичных, однако эти фонды могут создаваться лишь по постановлению общего собрания колхоза; продовольственный фонд образуется только за счет доходов на трудодни тех колхозников, которые пожелают создать этот фонд.
При этом надо предостеречь от внесения в- колхоз в связи с созданием фонда общественного питания каких-либо элементов уравниловки и собесовских настроений.
Помимо собственных средств колхозы располагают также заемными средствами. Колхозы приш мают от своих членов целевые вклады, а также кредитуются в Госбанке и Сельхозбанке. Госбанк оказывает колхозам краткосрочный кредит на операции, связанные с развертыванием колхозной торговли. Сельхозбанк осуществляет долгосрочное кредитование на капитальное строительство36.
4. ^Принципы организации труда
да - ~
^Важнейшими вопросами колхозного" строительства являются во- просЕГирахшлыюй о р 1 а И И з а ц и и т р у д а, оплаты’ труда’ и р аспредёле й и я дохода в колхозах. Принципы решения
, оплаты т р у- и рас пределен ия доходов в к о л ко з а х
всех этих вопросов даны задачами колхозного движения, природой колхозно-кооперативной собственности при диктатуре пролетариата, сущностью колхоза, как социалистической формы хозяйственной организации. Они сформулированы в лозунгах партии о зажиточных колхозниках и большевистских колхозах, в словах т. Сталина: «чтобы стать колхозникам зажиточными, для этого требуется теперь только одно—работать в колхозе честно, правильно использовать тракторы и машины, правильно использовать рабочий скот, правильно обрабатывать землю, беречь колхозную собственность»37.
кДсе_работы в колхозе должны производиться трудом колхозников^ Привле^^йе^наемной рабочей силы допускается лишь для удовлетвоу рения потреоности производства в специалистах либо в исключительД ных случаях для Ьрочных работ, которые не могут быть в срок выполнены наличными силами членов колхоза при полной их нагрузке, а также для строительных работ (§ 12 устава). Такое ограничение в праве колхоза применять наемный труд имеет целью обеспечить трудовой характер колхоза и полностью мобилизовать трудовые ресурсы колхозников для работы в коллективном хозяйстве с тем, чтобы дополнительное индивидуальное хозяйство не превращалось для них в основное. Следует при этом иметь в виду, что под срочными работами, о которых говорит §112 устава сельскохозяйственной артели, нельзя понимать нормальные сезонные сельскохозяйственные работы, так как хотя эти работы и должны выполняться обязательно в определенные, часто очень короткие срсжи, но такого рода срочность должна быть предусмотрена планом ортанизации труда в колхозе.
Распределение работ в колхозе производится правлением согласно правилам внутреннего распорядка. Распоряжения правления являются для каждого колхозника безусловно обязательными (§ 13 устава).
36 О кредитовании колхозов см. том II, гл.XIV—«Кредитные правоотношения».
37 Сталин, «Вопросы ленинизма», Дополнение к 9-е изд., с. 58.
38&
X


Постановление 3 сессии ЦИК СССР VI созыва от 30 января 1933 г. (СЗ 1933 г. № 6, ст. 41) устанавливает ряд суровых взысканий для нарушителей колхозной трудовой дисциплины. Примерный устав сельскохозяйственной артели дополнен таким пунктом: «В случае отказа члена колхоза по неуважительным причинам от выполнения порученной ему колхозом работы, правление колхоза обязано оштрафовать его в количестве до пяти трудодней, а при повторном отказе— исключить его из колхоза».
Организация труда в колхозе базируется на исторических указаниях т. Сталина о ликвидации обезлички и уравниловки. Основным звеном организации труда в колхозе согласно постановлению ЦК ВКП(б) 4 февраля 1932 г. является бригада с постоянным составом колхозников, к которой прикрепляются, как правило, на время севооборота (Пост. 3 сессии ЦИК СССР VI созыва 30 января 1933 г.) определенный сельскохозяйственный участок и сельскохозяйственный инвентарь. Этим устраняется в основном обезличка в колхозном производстве. Для ликвидации текучести в составе руководителей бригады, для создания постоянных кадров бригадиров постановление ЦК ВКП(б) 10 мая 1932 г. устанавливает, что бригадиры назначаются правлением колхоза на срок не менее одного года и досрочное их снятие допускается в каждом отдельном случае лишь с разрешения райземотдела.
В колхозе так же, как в государственных предприятиях, должна проводиться беспощадная борьба с функционалкой и с канцелярско- бюрократическими методами работы. «...В самой колхозной бригаде не следует допускать функционалки. Надо, чтобы бригадир был на определенном производственном участке и отвечал полностью за все: за пахоту и за сев, и за уборку, и за инвентарь, и за лошадь—словом, отвечал бы за все. Надо превратить бригаду в действительно основную производственную единицу колхоза»38.
Огромное значение для социалистического перевоспитания колхозника, для воспитания в нем нового отношения к труду, новой дисциплины имеют социалистические формы Tpyifa: социалистическое соревнование и ударничество. Несмотря на молодость колхозного движения, эти социалистические формы труда нашли самое широкое распространение в колхозном движении. Для ликвидации куЛацкой уравниловки в оплате труда колхозников постановление ЦК ВКП(б) 4 февраля 1932 г. требует осуществления на деле сдельщины, улучшения учета и оплаты труда колхозника в действительном соответствии с количеством и качеством работы каждого, для чего необходимо установление обоснованных и проверенных норм выработки и примерных рас- сценок отдельных работ в трудоднях. Такие нормы и расценки на основе постановления 3 сессии ЦИК СССР VI созыва 30 января 1933 г. установлены постановлением НКЗема СССР от 28 февраля 1933 г.
Ликвидация уравниловки в оплате труда колхозников и применение принципа: за равное количество и качество труда—равное количество продуктов не означает однако, что право колхозника на получение определенной доли дохода колхоза может быть отождествлено с правом рабочего госпредприятия (фабрики, совхоза) на заработную плату. Напротив, основной принцип оплаты труда рабочих государственной
38 Каганович, Организационные вопросы, Партиздат 1934, с. 46.
«6


промышленности так же отличен от принципа оплаты труда в колхозе, как отношение работника госпромышленности к средствам производства отличается от отношения к ним колхозника. Принцип распределения в колхозе обусловлен наличием в нем коллективной собственности. Предметом распределения является не общий фонд потребления всего общества, а подлежащая распределению для потребительских нужд часть дохода данного конкретного колхоза; размер оплаты труда в колхозе определяется эффектом хозяйственной деятельности колхоза, причем до удовлетворения потребительских нужд должны быть обеспечены условия дальнейшего нормального социалистического воспроизводства.
Исходя из этих принципов и установлен такой порядок оплаты труда колхозников из дохода колхоза, при котором распределению среди колхозников подлежит, во-первых, та сумма денежного дохода колхоза, которая остается после покрытия денежной задолженности колхоза, уплаты сельскохозяйственного налога, платежей по страхованию и отчислений в неделимый фонд; во-вторых, та часть продовольственных и кормовых натуральных ресурсов колхоза, которая остается после выполнения колхозом обязательств перед государством по обязательным поставкам и натуроплате MTG и после выделения семенных и фуражных фондов. При этом, ввиду заинтересованности колхозников в получении продовольствия и фуража в натуре, запрещается оплата труда колхозников только деньгами (и соответственно—только натурой). Не допускается ограничение размера натурального дохода, причитающегося колхознику в соответствии с количеством выработанных им трудодней39. Для удовлетворения текущих нужд потребления колхозников до выяснения результатов хозяйственного года между ними авансом распределяется денежная часть дохода (полученная за сданную, проданную продукцию), в соответствии с количеством выработанных ими трудодней. Допускается и аваЗГс в счет натуральной части дохода. НКЗ СССР устанавливает каждый год, какая доля от обмолота может быть обращена на выдачу аванса.
5. У правление колхозом. Вопросы членства
Управление колхозом организуется под углом зрения проведения в жизнь лозунга т. Сталина о большевистских колхозах. Крепкое большевистское руководство должно обеспечить наполнение социалистической хозяйственной формы колхоза социалистическим же содержанием.
Социалистическое содержание деятельности колхоза нашло свое выражение в § 1 устава сельскохозяйственной артели, который задачей артели считает построение крупного коллективного хозяйства, обеспечение на этой основе действительной и полной победы над кулаком и всеми эксплоататорами, устранение вековой крестьянской нужды, создание высокой производительности труда и высокой товарности сельского хозяйства. Осуществление этих задач, как указал т. Сталин, тре3* Это правило не применяется в отношении административно-хозяйственного персонала колхозов.
8*7
22 Нуре сов. хоз. права


бует прежде всего, чтобы партия взяла на себя непосредственное конкретное руководство работой колхозов, взяла на себя ответственность за их работу, входила во все детали колхозной жизни, всячески умножала свои связи с колхозами и обеспечила им своевременную помощь.
Разумеется, хозяйственный рост колхозов, как социалистических предприятий, возможен лишь на основе их политического укрепления, изгнания из них вредительских, антисоветских элементов, остатков кулачья, всякого рода контрреволюционеров.
Организация новых форм руководства заключается в организационной перестройке партийной работы в деревне, создании политотделов при МТС и совхозах, в переходе непосредственного руководства колхозами от колхозсоюзов к органам НКЗема.
Согласно постановлению ЦК ВКП(б) 15 июня 1933 г. «О работе политотделов при МТС, о колхозной ячейке и о взаимоотношениях политотделов и райкомов», наряду с территориальными ячейками сельских учреждений создаются специально колхозные производственные партийные ячейки. Цель этой меры—обеспечить «действительный поворот деревенских ячеек к практическим вопросам колхозного производства и сплочение большинства внутри колхозов вокруг партийно-комсомольского большевистского ядра». На основе решений XVII съезда и нового устава партии, руководство колхозными ячейками осуществляется парткомами или паторганизаторами.
Ноябрьский пленум ЦК ВКП(б) 1934 г. установил, что, в связи с ростом задач по руководству деревней, политотделы сами по себе уже недостаточны, и для руководства всей работой в колхозной деревне требуется укрепление нормальных партийных и советских органов. В связи с этим пленум решил слить политотделы с райкомами, возложить на райкомы руководство всеми первичными партийными организациями в районе и учредить в каждой MTG должность заместителя директора, подчиняющегося как директору МТС так и райкому - В совхозах остается без изменения система политотделов.
Хозяйственные взаимоотношения МТС с колхозами определяются примерным договором 17 февраля 1934 г. (СЗ 1934 г. № 11, ст. 68). В своем выступлении на XVII съезде т. Калинин подчеркнул нерб- ходимость «стабилизировать отношения между колхозами и машинно- тракторными станциями», «установить законность» в их взаимоотношениях. В связи с этим встает вопрос об организации системы арбитражных органов для разрешения хозяйственных (имущественных) споров между МТС и колхозами40.
МТС оказывают постоянную помощь колхозам в деле агрономического обслуживания, составления производственно-финансовых планов, установления правильного севооборота, содействия в деле организации труда и распределения доходов, подготовки колхозных кадров и постановки учета.
Низовые органы пролетарской диктатуры в деревне—сельсоветы и райисполкомы—в лице своих земельных отделов (райземотделы) выполняют целый ряд важнейших функций по управлению колхозами: утвер-г ждение производственно-финансового плана, утверждение плана обяза40 Подробно о договорных отношениях МТС и колхозов см.’’том II. гл. XIII «Курса».
38S


тельной поставки сельскохозяйственной продукции государству, проведение мероприятий по подготовке колхозных кадров и др. Сельсоветы, развертывая массовую работу через сельскохозяйственные секции и депутатские группы, играют большую роль в деле организационно-хозяйственного и политического укрепления колхозов.
На районные земельные органы постановлением ЦИК и СНК СССР о реорганизации НКЗема СССР, республиканских и местных земельных органов 4 апр’еля 1934 г. (СЗ 1934 № 18, ст. 140) возложены следующие функции по руководству колхозами: оперативное руководство полеводством в отношении колхозов, не обслуживаемых МТС, оперативное руководство всем животноводством и садоводством в районе, сводное планирование сельскохозяйственного производства и составление общих сводок сельскохозяйственных кампаний, государственный контроль за качеством работ во всех колхозах (и единоличных хозяйствах).
Внутренняя жизнь колхоза строится на основе самоуправления. Высшим органом управления в колхозе является общее собрание членов (или собрание уполномоченных). Для непосредственного оперативного управления оно избирает правление, а для ревизии дел колхоза—ревизионную комиссию. Постановление ЦК ВКП(б) 10 мая 1932 г. закрепляет принцип выборности правления колхоза, запрещая районным органам без санкции крайзу снимать членов правления, а с другой стороны, предупреждает возможность избирательной чехарды, устанавливая твердый срок полномочий выборного правления—один год—и запрещая, как правило, досрочные перевыборы. Этим колхозу обеспечивается устойчивость руководства, как одна из существенных предпосылок организационного укрепления.
Вопросы членства являются чрезвычайно актуальными вопросами колхозного строительства. Советское законодательство гарантирует добровольность объединения и классовый характер колхоза, т. е. недопущение в него кулацких и всяких иных антисоветских элементов. § 7 примерного устава сельскохозяйственной артели запрещает вступление в колхоз кулакам, лицам, лишенным избирательных прав, хозяйствам, убивающим или продающим перед вступлением в колхоз свой скот, ликвидирующим инвентарь, семена и т. д.„ т. е. тем хозяйствам, которые желают воспользоваться преимуществами колхозной жизни, не внося в общее дело своего имущества. Поэтому постановление ЦИК СССР 30 января 1933 г. об укреплении колхозов допускает прием в существующие колхозы только тех единоличников, которые добросовестно выполнили производственные задания и обязательства по сдаче продукции государству, т. е. не перекинулись в лагерь кулацкой контрреволюции, а также сдают при вступлении в колхоз свою лошадь и причитающийся на их долю посевной материал. В этой директиве ЦИК СССР конкретизируется указание т. Сталина, что колхоз не должен закрывать своих дверей перед единоличниками, которые приходят к сознанию необходимости коллективизации с некоторым опозданием по сравнению с основной массой крестьянства, но принимать, их следует «с разбором».
Исключение из общего правила о недопущении в колхозы кулаков допускается лишь в отношении членов тех семейств, в составе которых имеются преданные делу советской власти красные партизаны, красноармейцы и краснофлотцы, сельские учителя и учительницы при усло-
22*
33$>


вии поручительства последних за членов своей семьи. Классовый состав колхоза проверяется справкой сельсовета, которая обязательна для регистрации колхоза в земельных органах.
Прием новых членов в уже существующий колхоз производится правлением, но подлежит утверждению со стороны общего собрания членов колхоза.
Выбытие из колхоза может иметь место как по желанию самого колхозника, так и вследствие его исключения из колхоза. В обоих случаях с момента выбытия бывший член колхоза имеет право только на получение своего паевого взноса, поскольку таковой имеется в составе средств колхоза и в том размере, в каком он имеется. Если вследствие дурного хозяйствования колхоза паевые взносы проедены или пошли на уплату долгов полностью или частично, и таким образом списаны на покрытие убытков производства, то, разумеется, выбывшему члену колхоза либо вовсе ничего не причитается, либо пр читается только часть его паевого взноса. Требование паевого взноса вообще может заключаться только в требовании* выплаты его стоимости по инвентарной оценке, но не в требовании выдачи в натуре имущества, внесенного в колхоз при вступлении. Вопрос о выплате ,,выходцу“ пая натурой или деньгами решает правление колхоза. Натуральная часть дохода, причитающаяся выходцу, выдается по трудодням на общих основаниях.
Обобществление земельного надела при вступлении в колхоз не может рассматриваться как какой-либо имущественный взнос, ибо земля, как известно, является исключительной собственностью советского государства. Поэтому выбывающие из колхоза члены не имеют никаких прав на земельную площадь колхоза, земельный массив которого «ни в коем случае не должен уменьшаться» (§ 3 примерного устава). Выбывающие из артели могут получить землю лишь из свободных земель госфонда.
Исключение из состава колхоза может иметь место только по постановлению общего собрания колхозников, большинством не менее двух третей законного состава собрания по причинам, указанным в уставе и в развивающих его директивах и постановлениях партии и правительства. В постановлении должны быть фиксированы причины исключения и оно м >жет быть обжаловано исключенным колхозником земорганам. Исключение является мерою воздействия на лиц, уклоняющихся от соблюдения основных требований, обеспечивающих успешность колхозного строительства, одной из тех мер принуждения, которые являются необходимым дополнительным рычагом в процессе перевоспитания колхозников и создания в колхозе новой дисциплины. § 17 примерного устава перечисляет некоторые, наиболее типичные, случаи нарушения колхозной дисциплины, могущие повлечь за собой исключение из колхоза, как например бесхозяйственное и нерадивое отношение к обобществленному имуществу, нарушение трудовой дисциплины и т. д. При этом § 17 устава не уточняет порядка применения мер воздействия, давая правлению и общему собранию возможность прибегать к исключению или более мягким мерам воздействия (выговор, временное отстранение от работы, штраф и т. д.) в зависимости от важности нарушения колхозной дисциплины в каждом отдельном случае. В процессе колхозного строительства выявилось, что, наряду с расхищением колхозной собст-
340


венности, классовый враг широко использует саботаж и срыв трудовой дисциплины, как средство борьбы с колхозным движением. Потребность ударить по этим проискам классового врага вызвала к жизни дополнение к примерному уставу сельскохозяйственной артели, внесенное постановлением ЦИК СССР 30 января 1933 г., в силу которого повторный отказ члена колхоза от порученной ему работы без уважительной причины влечет за собой исключение из колхоза.
«Временные правила трудового распорядка в колхозах» Нарком- зема УССР детализируют постановление ЦИК СССР 30 января 1933 г., устанавливая, что исключению из колхоза подлежат также члены колхоза, самовольно ушедшие в отход и систематически опаздывающие на работу.
6. Отходничество
К числу вопросов, от правильного разрешения которых зависит организационно-хозяйственное укрепление колхоза, следует отнести и вопрос о регулировании отходничества. Отходничество должно обеспечить правильное и наиболее полное использование рабочей силы колхозников с учетом как потребности промышленности в рабочей силе, так и цолного и своевременного выполнения всех работ в колхозе. Решающим принципом для организации отходничества является историческое указание т. Сталина о плановом наборе рабочей силы и окончательном устранении самотека в решении этой важнейшей народнохозяйственной проблемы.
Внедрение плановости в дело распределения трудовых ресурсов между городом и деревней составляет основную задачу законодательства об отходничестве. Поэтому постановление ЦИК и СНК СССР 17 марта 1933 г. о порядке отходничества от колхозов (СЗ 1933 г. № 21, ст. 16) устанавливает, что отход допускается лишь при наличии у колхозника специального договора с хозорганами, подлежащего регистрации в правлении колхоза. Постановление 17 марта 1933 г. обязывает Колхозы исключать из колхоза летунов, уходящих в отход без такого договора, и лишает их права на колхозные доходы. Этим, с одной стороны, регулируется отход в промышленность в соответствии с ее действительными потребностями, с другой стороны* обеспечивается потребность в рабочей силе самого колхоза.
Колхозники, ушедшие в отход на основании зарегистрированного в правлении колхоза договора с хозорганами, пользуются рядом льгот.
§ 3. Промысловая кооперация
1. Промысловая кооперация в системе советского хозяйства
В кооперативном плане Ленина важное место занимает социалистическая переделка простого товаропроизводителя, работающего в области мелкой промышленности, трудового кустаря.
Формой, в которой пролетариат осуществляет социалистическую переделку трудового кустаря на базе социалистической реконструкции 841


мелких кустарных промыслов, является промысловая кооперация. Промысловая кооперация находится на службе социалистического строительства и выполняет конкретные и притом ответственные задачи социалистического плана. На данном этапе основными задачами промысловой кооперации являются: увеличение массы товаров широкого потребления для удовлетворения колоссально возросшего спроса пролетарских и колхозных масс путем мобилизации децентрализованных, распыленных сырьевых ресурсов и производственных возможностей; обслуживание государственной промышленности и сельского хозяйства путем доделки, отделки и изготовления деталей и частей изделий госпромышленности, использования брака, утиля и отходов госпромышленности, выработка изделий, потребных в сельскохозяйственном производстве, организация промысловой деятельности колхозников, как дополняющей их основную сельскохозяйственную деятельность, особенно во время затишья сезонных работ, и т. д. О масштабах этой деятельности не трудно судить хотя бы потому, что на 1934 г. промысловая кооперация имеет задание по выработке продукции на сумму свыше 6 млрд, рублей. XVII партконференция потребовала от промысловой кооперации «полного кооперативного охвата мелкой кустарной промышленности», т. е. ликвидации в течение второй пятилетки мелкого товарного производства в области промышленности. ХуП съезд партии выставил лозунг «полного завершения... кооперирования всех кустарей».
2. Этапы организационного строительства промысловой кооперации
Организационная структура советской промысловой кооперации неоднократно изменялась. Начало строительства промысловой коопе-« рации как системы относится к первым годам нэпа. Уже первый закон о промысловой кооперации 7 июня 1921 г. (СУ 1921 г. № 53, ст. 322) допускал объединение промысловых кооперативных товариществ в союзы по территориальным и производственным признакам, а также организацию всероссийских и областных объединений промысловой кооперации (ст. ст. 2 и 12). Соответственно этому в первые же годы нэпа были созданы Всеколес (Всероссийский союз лесной кооперации) и Всо- копромсоюз (Всероссийский союз промысловой кооперации).
Постановление ЦК ВКП(б) 3 марта 1925 г. о взаимоотношениях государственной промышленности с кооперацией предусмотрело включение в производственные планы государственной промышленности известных контингентов материалов, полуфабрикатов и фабрикатов для кустарной промышленности и промысловой кооперации. Постановление ЦК ВКП(б) 3 сентября 1928 г., констатируя рост и усложнение хозяйственной деятельности промысловой кооперации, указало на необходимость «более решительно перейти к специализации системы», предостерегая при этом от увлечения бюрократической перестройкой там, где нет еще для нее достаточной финансовой базы. /
Годы первой пятилетки отмечены бурным ростом советской промкооперации и вместе с тем чрезвычайным усилением централизации во всем ее организационном строительстве. Система промкооперации в 1928—1932 гг. характеризуется крайней сложностью, многозвенностью
342


и сужением оперативно-хозяйственной и имущественной самостоятельности основного низового звена—артели.
. Ярким показателем, характеризующим положение основного звена артели в эти годы, является тот факт, что в 1931 г. артель сбывала самостоятельно лишь 9% своей продукции, хотя 60 с лишним процентов продукции вырабатывалось из местного сырья. В 1927 же году низовая сеть (т. е. артели и снабженческо-сбытовые товарищества) сбывали 67% всей продукции самостоятельно, на долю второго звена приходилось 26% и лишь 7% продавал центр. Артель к 1930—1931 г. фактически потеряла свою хозяйственную самостоятельность.
Такое же ограничение хозяйственной самостоятельности низовки имелось не только в области сбыта, но и в сфере снабжения. Характерен следующий пример. Галантерейная артель в Нижних котлах (под Москвой) получала свое основное сырье—лоскут—от фабрики им. Землячки, находящейся в 200 метрах от артели. Однако лоскут поступал в артель не по прямому договору с фабрикой, а по наряду Кожобъедине- ния Всекопромсоюза через Горкожсоюз; наряд проходил 15 инстанций; на эту процедуру уходило не менее 18 суток42.
Число союзных звеньев, опекавших низовку, доходило до 6—7. Непосредственное планирование и регулирование деятельности артели осуществлял межрайонный специализированный или многопромы- с^човый производственный союз. Межрайонный союз был наряду с артелью основной оперативной единицей. В его руках по существу находилось распоряжение средствами артели, распределение ее прибыли и пр. Сама артель часто не могла,израсходовать 200—300 руб. на свои производственные нужды без разрешения вышестоящих звеньев. Артели за редким исключением не имели своих расчетных счетов в Госбанке. Ссуды, выдававшиеся банком низовке на пополнение оборотных средств, поступали межрайонным промсоюзам и оформлялись на их имя. Пром- союзы производили также в обязательном порядке различные отчисления из средств артели на содержание вышестоящих звеньев и в многочисленные фонды, выдавая филиалам Госбанка по месту своего нахождения безотзывные платежные приказы на взыскание с артелей этих отчислений. Всякие договорные отношения внутри системы отпали. Все сводилось к нарядам вышестоящих звеньев низовке.
Межрайонный союз в свою очередь находился под опекой областного (краевого) промыслового союза. Облпромсоюз же обычно создавал в качестве оперативных звеньев областные хозрасчетные отраслевые объединения. Последние через межрайонные промсоюзы руководили производственной деятельностью артелей и проводили оперативную работу по снабжению и сбыту. Отраслевые объединения—хозрасчетные предприятия облпромсоюза. В том случае, если облпромсоюз не организовывал объединений, он проводил оперативную работу или сам через особые хозрасчетные сектора, или же, оставаясь органом, осуществляющим только планирование и регулирование низовой сети, все оперативные функции полностью возлагал на межрайонные промсоюзы (например, Нижегородский краевой союз).
Следующим союзным звеном, объединяющим деятельность промы-
42 В. Б а р у н. За перестройку промысловой кооперации, Партиздат, М. 1932, с. 7—8.
М3


еловой кооперации в республиканском масштабе, являлись республиканские кооперативные промысловые союзы. Республиканские пром- союзы, в частности Всекопромсоюз, в 1930—1931 гг. не имели оперативных функций. Им принадлежало общее руководство и планирование деятельностью нижестоящих союзных звеньев, организационно-инструкторская и финансовая работа и пр. Оперативную работу республиканские союзы промкооперации осуществляли в большинстве случаев через республиканские отраслевые объединения, образованные согласно постановлению СНК СССР 28 июня 1931 г. о кустарной промышленности и кустарной кооперации (СЗ 1931 г. № 41, ст. 284) по типу хозрасчетных объединений в государственной промышленности. Были организованы 14 отраслевых объединений (кожевенно-меховое, галантерейное, текстильно-швейное и пр.). Вместе с тем самостоятельная система лесной кооперации, возглавлявшаяся Всеколесом, была ликвидирована. Вместо Всеколеса при Всекопромсоюзе было создано соответствующее производственное объединение (по древесно-лесным и лесохимическим промыслам). Наконец, высшим звеном промкооперативной системы являлся Всекопромсовет—Всесоюзный совет республиканских центров промысловой кооперации. Его задача—планирование и общее руководство системой промкооперации в союзном масштабе, защита интересов системы в высших правительственных органах, инструктирование, финансовая политика.
Вся эта система жесткой централизации, лишившая промкоопера- тивную артель необходимой оперативно-хозяйственной самостоятельности и создавшая чрезвычайно дорогостоящий и обременяющий артельное производство союзный аппарат, отнюдь не может однако рассматриваться как результат ошибок в пролетарском руководстве кооперацией. Напротив, необходимо признать, что этот этап жесткой централизации был необходимым этапом в борьбе за полное подчинение промысловой кооперации задачам социалистического строительства. Жесткая централизация была вызвана необходимостью прекратить разбазаривание продукции промкооперации и смычку ее с частником-спекулянтом, обеспечить направление этой продукции по каналам советской торговли, подчинить производственную деятельность промкооперации планам социалистического строительства, вырвать с корнем тот нэпманский спекулянтский дух, который в промкооперации, в силу ее классового состава и засоренности буржуазно-нэпманскими элементами, был еще сильнее, чем в потребительской кооперации. Достаточно указать, например, на то обстоятельство, что предприятия промкооперации часто строили свою сырьевую базу на так называемых «децентрализованных закупках» в государственных предприятиях, т. е. по существу на разбазаривании государственной плановой продукции горе- руководителями государственных предприятий. Конечно, необходимая на том этапе жесткая централизация в оргстроительстве промкооперации сопровождалась бюрократическими извращениями. Однако, несмотря на наличие этих извращений, описанный этап был исторически необходим, укрепил промкооперацию и обеспечил подчинение ео задачам социалистического строительства43.
43 Следует отметить также, что острые рецидивы проявления нэпманского духа при потере классовой бдительности со стороны руководителей промкооперации
844


В 1932 г. вся промкооперация была коренным образом перестроена под углом зрения ликвидации чрезмерной бюрократизации и многозвенности и широкого развертывания производственной самодеятельности низовки (Постановление ЦИК и СНК СССР 23 июля 1932 г. о перестройке работы организационных форм промкооперации—СЗ 1932 г. № 57, ст. 340).
Закон 23 июля 1932 г., а также Положение о промысловой кооперации 11 мая 1927 г. и 5 июля 1933 г. (СЗ 1927 г. № 26, ст. 280 и 1933 г. № 42, ст. 248) являются важнейшими источниками действующего советского законодательства о промысловой кооперации.
Согласно закону 23 июля 1932 г. создано две системы промысловой кооперации, возглавляемые всесоюзными центрами: система В с е к о- промсовета СССР, охватывающая все виды промкооперации за исключением артелей, работающих в области деревообделочных, лесных и лесохимических промыслов, объединяемых специальными лесопромысловыми союзами. Последние составляют самостоятельную систему, возглавляемую Всеколеспромсоюзом СССР. Число оперативных, т. е. занятых хозяйственно-оперативной деятельностью, звеньев в промкооперации не может быть более двух. Первым является н и- з о в к а (артель, производственное товарищество, сбыто-снабженческое товарищество). Вторым звеном является специализированный или многопромысловый межрайонный союз, или областной союз, причем союз большей частью специализированный. Для учета, планирования и организационного руководства деятельностью оперативных звеньев промсистемы в пределах республики (кроме РСФСР) или области создаются промкооперативньге советы, т. е. центры, не имеющие оперативных функций. Для увязки деятельности промкооперации во всесоюзном масштабе создается всесоюзный совет промысловой кооперации. Из республиканских союзов в качестве третьего оперативного звена сохранены лишь метал- лопромсоюзы РСФСР и УССР, объединяющие металлообрабатывающие артели, входящие в состав специализированных металлосоюзов.
Таким образом, сохраняя специализацию в тех пределах, в каких она необходима для конкретного оперативного руководства, постановление 23 июля 1932 г. устраняет крайности централизации и многозвенность системы. Одновременно постановление 23 июля 1932 г. создает условия, обеспечивающие развертывание производственной инициативы и самодеятельности артели, предоставляя ей самостоятельность в распоряжении собственными оборотными средствами и имуществом, предоставляя ей право самостоятельной заготовки сырья (за некоторыми исключениями) и материалов производства, а в известных пределах
отнюдь не исключаются и на данном этапе. Об этом свидетельствуют такие факты, как раскрытие весной 1934 г. в Москве, Одессе и Киеве капиталистических предприятий довольно крупного масштаба под фирмой промкооперативных артелей. Постановление бюро Комиссии советского контроля при СНК СССР об искривлении классовой линии в сбыто-снабженческих товариществах («Снабжение, кооперация, торговля» № 146 от 27 июня 1934 г.) констатировало, что в Москве и в Киеве под вывеской промкооперативной артели орудовали хищники-спекулянты, прибыль которых составлял! сотни тысяч рублей. Они эксплэатировали наемную рабочую силу, фальсифицировали продукцию, проводили массовые заготовки дефицитного сырья, получали государственные кредиты и пытались организовать кустарей для срыва решений XVII партсъезда о промкооперации.
84Г>


и право самостоятельной реализации на рынке своей продукции, изготовленной из сырья собственной децентрализованной заготовки (продукция, изготовленная из планового сырья, подлежит обязательной реализации через торговую сеть госторговли и кооперации или сдается госпромышленности.).
Предоставление артели широкой хозяйственной самостоятельности и в частности непосредственного выхода на рынок, установление непосредственного контакта артели с неорганизованным потребителем и держателем сырья ознаменовалось некоторым оживлением спекулятивных тенденций в организациях промкооперации, что проявилось в вздутии цен на продукцию. Это нездоровое явление, грубо нарушающее советскую политику цен и имеющее свои корни в колебаниях мелкого товаропроизводителя, социалистическая переделка которого еще далеко не завершена, могло получить более или менее значительное распространение только потому, что руководство промкооперации не выполнило директивы правительства, данной в том же постановлении 23 июля 1932 г. и обязавшей руководящие органы промкооперации «вести решительную борьбу с проявлениями спекуляции в отдельных промкооперативных звеньях». Наличие этих искривлений политики советской торговли вызвало необходимость в твердом регулировании цен на продукцию промкооперации с учетом особых условий ее производства: низкого уровня технической вооруженности по сравнению с госпромышленностью, работы на сырье из утиля, брака и отходов, незначительности планового снабжения предприятий сырьем. Постановление СНК СССР 26 апреля 1933 г. о ценах на продукцию промкооперации (СЗ 1933 г. № 27, ст. 161) устанавливает твердый порядок регулирования цен на продукцию промкооперации, порядок, диференцированный применительно к отдельным отраслям производства и различным видам изделий.
Закон 26 апреля 1933 г. имеет для промкооперации огромное значение, далеко выходящее за пределы регулирования цен. Практика проведения его в жизнь показала, что постановление это стало мощным рычагом организационно-хозяйственного укрепления промкооперации. Устанавливая предельные цены на продукцию, конвенцбюро отсекают стимулы к бесплановой закупке, сырья по спекулятивным ценам, заставляют артели оздоровить свое производства для снижения себестоимости, снижать накладные расходы, поднимать производительность труда, лучше охранять кооперативную социалистическую собственность, бороться за подлинный хозрасчет и т. д.
3. Промартель. Промколхоз. Производственное товарищество
Основной ячейкой промкооперации является ее низовое звено, т. е. кооперативное объединение трудящихся кустарей, так называемая «низовка». Низовые кооперативы могут быть различного вида: производственная арель, промколхоз, производственное товарищество, снабженческ о-с б ы т о- в о е товарищество. Артель представляет собою, так же как и промколхоз, высшую форму производственного кооперирования. Низшей формой является снабженческо-сбытовое товарищество. Разница между снабженческо-сбытовым товариществом и производственной 346


артелью та же, что и между сельскохозяйственной сбыто-снабженческой кооперацией и колхозом. Кооперирование мелкого товаропроизводителя в промышленности, так же как и в сельском хозяйстве, начинается с кооперирования в сфере обращения и переходит затем на высшую ступень производственного кооперирования. Что же касается пром- колхоза, то он является формой производственного кооперирования промыслов в тех сельских местностях, где промысел преобладает над сельским хозяйством, но тесно с сельским хозяйством связан.
Основным звеном промыслового кооперирования на данном этапе является промысловая производственная артель. Это не значит, что снабженческо-сбытовое товарищество потеряло всякое значение, форма снабженческо-сбытового товарищества имеет значение и сейчас при кооперировании фэомыслов в национальных республиках Востока.
П р о изводстве'нная артель как высшая ступень и основная ведущая форма промыслового кооперирования представляет собою кооперативное объединение кустарей трудящихся, обобществивших свои орудия и средства производства для создания коллективного социалистического типа предприятия с высокой техникой и социалистической организацией труда и для улучшения материального положения и повышения культурного уровня своих членов. Члены производственной артели работают в общих мастерских; только в виде исключения допускается выдача сырья и материалов отдельным членам для переработки их в изделия на дому. При этом работа членов артели на дому должна быть связана с работой в общих мастерских на основе производственного разделения труда. Изделия, изготовленные на дому, являются коллективной собственностью артели, и труд членов артели, работающих на дому, оплачивается на тех же основаниях, что и работающих в общих мастерских. Вообще выдача работы членам на дом практикуется только там, где производство артели в общих мастерских находится еще в мануфактурной стадии. Там же, где мы имеем перед собой кооперативную фабрику, с характеризующей ее непрерывностью и взаимной связанностью производственного процесса, вынесение каких-либо производственных процессов за пределы фабрики, т. е. выдача работы членам на дом, исключается самой техникой производства. Поэтому оговорку примерного устава промысловой артели (§ 3), допускающую выдачу работы на дом, нужно считать имеющей преходящее значение и не характерной для производственной артели, которая своей основной задачей ставит реконструкцию, механизацию промыслов, создание кооперативной социалистической фабрики. Последнее не означает впрочем, что промысловая кооперация должна стремиться к созданию индустриальных гигантов типа государственных предприятий. Подобная «гигантомания» должна быть решительно осуждена, так как при ориентировке на децентрализованные ресурсы как источник снабжения, на неполноценное, либо нестандартное сырье предприятия промкооперации должны обладать такой гибкостью и приспособляемостью к разнообразным условиям производства, которая не может быть осуществлена заводом- гигантом.
Предметом деятельности производственной артели является ведение какого-либо промысла и «связанных с ним подсобных промыслов» (§ 2 устава артели), т. е. артель строится на принципе специализации. «47


Практика работы промкооперации знала многочисленные случаи увлечения так называемыми «комбинатами», т. е. объединением в одной артели разнообразных и часто производственно чуждых друг другу предприятий. Не приходится доказывать, что такое укрупнение исключает возможность организационно-хозяйственного укрепления артели. Руководство артелью-комбинатом со стороны правления в большинстве случаев не может быть конкретным, ибо нельзя найти руководителей, которые овладели бы техникой многочисленных и разнообразных производств комбината. Поэтому требование устава об ограничении деятельности артели одним каким-либо промыслом и вспомогательными к нему является важным организационным принципом промкооперативного строительства.
К производственным артелям относятся также трудовые артели, основанные на объединении лишь труда членов с применением его в чужом хозяйстве. Таковы артели транспортные, строительные, лесорубов и др.
Низшей формой промыслового кооперирования, имеющей на данном этапе только вспомогательное значение, является с н а б ж е п- ч е с к о-с бытовое промысловое товарищество. Эта форма кооперирования в своем чистом виде, в котором она почти уже не сохранилась, не предполагает обобществления средств производства и производственного процесса. Снабженческо-сбытовое товарищество кооперирует кустарей лишь в сфере обращения; производство каждый член товарищества ведет самостоятельно; товарищество снабжает своих членов сырьем и материалами и реализует их продукцию. Положительная роль и такого примитивного кооперирования заключается в том. что эта форма, не устраняя еще привычного мелкому производителю индивидуалистического производственного уклада, все же подготовляет его к производственному кооперированию, воспитывает кооперативные навыки, способствует вытеснению капиталистических элементов из сферы обращения и т. д.
Сейчас эта форма кооперирования там, где она еще сохранилась, существует обыкновенно лишь в смешанном виде, т. е. кооперирование снабжения и сбыта в большей или меньшей степени связывается е производственным кооперированием. Создается так называемое производственное товарищество. Здесь общие мастерские существуют наряду с работой членов на дому, причем последняя не является исключением, как в производственной артели, а может быть и основной формой работы при обобществлении лишь отдельных производственных процессов (например, окраска готовых трикотажных изделий, изготовляемых членами на дому). Производственное товарищество принципиально отличается от сбыто-снабженческого товарищества тем, что сырье и готовая продукция являются уже не частной собственностью кооперированных кустарей, лишь покупающих через товарищество сырье и продающих через товарищество продукцию, а собственностью самого товарищества, которое сдает сырье в переработку своим членам, является собственником изготовленной ими из этого сырья продукции и оплачивает только работу своих членов. При этой форме кооперирования внутри товарищества постепенно происходит нарастание элементов обобществления производства, способствующее превращению производственного товарищества в производственную артель.
348


В течение второй пятилетки форма снабженческо-сбытового товарищества, как предполагающая сохранение частной собственности на средства производства, должна быть полностью изжита.
Промысловое кооперирование в сельских местностях в условиях коллективизации сельского хозяйства вызвало к жизни промысл о- в о-с ельск©хозяйственную артель, называемую п р о м- колхозом. Как известно, мелкое промышленное производство часто является дополнением к сельскохозяйственному производству крестьянина, вырастая из докапиталистического натурального крестьянского хозяйства. Крестьянин цак производитель раздваивается между промысловой и сельскохозяйственной деятельностью. В ряде сельских местностей кустарные промыслы настолько развились, что стали основным видом деятельности крестьянства, а сельское хозяйство сохранило лишь вспомогательное значение. В связи с этим промысловое кооперирование в сельских маетностях должно быть согласовано с процессом коллективизации сельского хозяйства таким образом, чтобы не только не тормозить процесса коллективизации, но содействовать всячески его росту и углублению, одновременно не допуская прекращения или снижения объема промысловой деятельности коллективизированного крестьянства.
Вопрос об увязке промыслового кооперирования с процессом коллективизации и формах этой увязки в основном разрешен постановлением СНК СССР 23 июля 1932 г. о работе промысловой кооперации в районах сплошной коллективизации (СЗ 1932 г. № 58, ст. 345). По этому постановлению в районах, где промысловая деятельность с >льского населения является его главным занятием, а сельскохозяйственное производство только дополнительным, руководство как промысловым кооперированием, так и коллективизацией переходит к системе промкооперации (промколхозы). Такое положение имеет место главным образом в районах с так называемым гнездовым расположением промыслов, где целые селения заняты сплошь однородным кустарным промыслом (Кимры—кустарное производство обуви, Павлово—кустарное производство металлических изделий и т. д.). В других районах, где промысловая деятельность крестьян-кустарей хотя и не является преобладающей, но все же дает товарную продукцию для реализации за пределами района, эта промысловая деятельность не объединяется с сельскохозяйственной в едином кооперативе. Крестьяне объединяются в колхозе, но одновременно могут организовать промысловую артель, которая входит в систему промысловой кооперации. Впрочем, постановление СНК СССР 23 июля 1932 г., давая такую директиву о двух различных формах промыслового кооперирования в районах с гнездовым расположением промыслов и вне этих районов, учитывает необходимость применяться к конкретным условиям кооперирования и допускает образование самостоятельной промысловой артели из колхозников и в районах с гнездовым расположением промыслов.
Таким образом предметом промыслового кооперирования в сельских местностях в районах сплошной коллективизации являются только те промыслы, которые имеют товарное значение, выходящее за пределы данного района. Промысловая деятельность колхозников, имеющая подсобный для колхоза характер или обслуживающая только местные нужды (ремонтные и починочные мастерские, производство строймате-
84»


риалов для местного потребления), кооперируется, как правило, в самом колхозе путем создания в нем соответствующих мастерских и выделения занятых в них колхозников в самостоятельные бригады.
Промколхоз, как особая форма промыслового кооперирования, возникшая в связи с процессом коллективизации, представляет собою артель, в которой наряду с кооперированием промысла коллективизируется сельское хозяйство кустарей-крестьян, причем основным родом деятельности артели является промысел, почему артель и входит в систему промкооперации. Организация сельского хозяйства в промколхозе ничем не отличается от организации такового и колхозе. Точно так же и организация промысла в промколхозе не отличается от организации его в промартели. Поскольку промысловая деятельность промколхоза является основной, здесь должен в первую очередь обеспечиваться рабочей силой и средствами производства промысел.
В целях создания собственной сырьевой производственной и продовольственной базы промартели организуют подсобные сельскохозяйственные предприятия—к оопхозы. В отличие от промколхозов сельское хозяйство коопхозов ведется на наемном труде. По многим вопросам коопхозы промартелей приравнены к коопхозам потребительской кооперации.
Промкооперация является одним из звеньев развернутой советской торговли. В связи с этим целым рядом директив партии и правительства последних лет на промкооперацию возложена организация розничных торговых предприятий при артелях и союзах главным образом для реализации собственной продукции.
Для снабжения промартелей сырьем, распределяемым в централизованном порядке, при промкооперативных советах организуются специальные хозрасчетные конторы—с н а б ы по образцу снабов и сбытов при главках наркоматов.
4. Имущество промартели
Кооперативная собственность промарте- л и возникает на базе обобществления средств производства членов артели. Надо отметить однако, что при промысловом кооперировании обобществление в артели орудий производства играет меньшую роль, чем при коллективизации сельского хозяйства, так как ценность орудий кустарного производства обыкновенно бывает довольно незначительна. Кроме того, при создании общих мастерских мануфактурный характер предприятия сохраняется большей частью очень ненадолго; оно механизируется, производственный процесс реорганизуется, и орудия кустарного единоличного промысла скоро теряют всякое производственное значение. Поэтому устав промартели предусматривает, что пределы обобществления индивидуальных средств производства устанавливаются общим собранием, которое, принимая кустаря в состав артели, имеющей механизированную мастерскую, может быть вовсе не заинтересовано в получении его ручных станков. Так как обобществление индивидуальных средств производства не составляет производственной базы артели и имеет случайный характер, так как не это обобществление является основным источником создания коллективной кооперативной собственности, то обобществленные средства производ¬
ив


ства в промартели не зачисляются в паевой фонд, а стоимость их распределяется таким образом, что часть зачисляется в основной фонд артели (соответствующей неделимому фонду в колхозе), а остальная часть считается срочным вкладом данного члена в артель, т. е. подлежит возврату ему при наступлении срока и независимо от пребывания его в артели.
Собственное имущество промартели создается в основном путем обобществления денежных средств ее членов, т. е. из вносимых членами денежных паевых взносов. Это и понятно потому, что для реконструкции промысла, для создания общей мастерской, для ведения операций по снабжению артели и сбыту ее продукции нужны денежные средства, а не малоценное оборудование кустаря. Притом не требуется, чтобы каждый член артели при вступлении в артель внес причитающийся с него денежный пай полностью. Внесение пая происходит путем небольшого процентного отчисления от сумм, причитающихся члену артели за работу, причем размер этого отчисления диференцируется в зависимости от социально-имущественного положения и заработка члена артели. Этот порядок имеет огромное значение для вовлечения в промкооперацию кустарей-бедняков.
Общий размер пая, подлежащего внесению путем отчислений, определяется в размере суммы, кратной к среднему месячному заработку члена артели. После покрытия этой суммы дальнейшие отчисления в. пай прекращаются.
Внесенные таким образом паи составляют паевой фонд, артели.
Паевой фонд является единственным делимым фондом артели. При выходе или исключении члена из артели он имеет право нц получение суммы, внесенной им в пай, за вычетом падающих на его долю убытков артели и всех его обязательств перед артелью. Никаких прав, на прочее имущество и средства артели выбывающий не имеет, хотя ему, разумеется, должны быть вовращены при наступлении срока внесенные им вклады. Но вклады являются не собственным имуществом артели, а заемными средствами. Так как для выяснения состояния расчетов артели с ее членами, наличия убытков, состояния паевого фонда необходимо составление годового бланса, то расчеты с выбывшими членами производятся только по окончании отчетного года и не раньше утверждения годового отчета. Кроме того, так как хозяйственные операции, начатые в конце года, не заканчиваются обычно к началу нового операционного года, члены артелей, выбывающие в последнем квартале данного операционного года, несут ответственность и по операциям следующего года, и расчеты с ними по паям производятся только после окончания следующего операционного года.
Помимо паевого фонда, единственного делимого фонда артели, уставы промысловых кооперативов знают еще целый ряд других фондов: основной, оборотный, специальные фонды. Все эти фонды являются неделимыми. В случае ликвидации артели они не распределяются между членами, а после покрытия всей задолженности артели остаток передается кооперативному союзу. Иными словами эта часть социалистической собственности прочно закреплена за социалистическим сектором.
Предприятия и их оборудование, переданные промартелям на основе специального закона 20 августа 1928 г. (СУ 1928 г. № 115, ст. 715)г
351


в случае ликвидации артелей также передаются союзу и используются в системе промысловой кооперации.
Описанная структура собственных средств промкооперации одинаково характерна как для производственной артели, так и для сбытоснабженческого товарищества. В промколхозе средства, предназначенные для сельского хозяйства и для промысла, не сливаются, а учитываются раздельно, точно так же как и результат этих двух видон деятельности. Структура средств промысловой деятельности соответствует структуре средств промысловой производственной артели, а структура средств, предназначенных для сельского хозяйства, повторяет структуру средств сельскохозяйственной артели. Раздельный учет средств необходим для обеспечения хозрасчета в каждой из отраслей хозяйства промколхоза и для правильного распределения доходов промкол- хоза между его членами, так как члены промколхоза принимают неодинаковое участие в сельскохозяйственной и промысловой деятельности. Но нельзя себе представлять те и другие средства взаимно несвязанными. Напротив, весь смысл существования единого промколхоза заключается в том, что здесь сельское хозяйство дополняет промысел и, наоборот, и что средства промколхоза являются хозяйственно едиными. Это дает руководству промколхоза возможность хозяйственного маневрирования. Разумеется, всякое маневрирование должно осуществляться с соблюдением принципов хозрасчета.
Будучи коллективными собственниками предприятия, члены артели несут имущественную ответственность по ее обязательствам. В случае ликвидации артели по несостоятельности ответственность членов по ее долгам не ограничивается суммой внесенного ими пая, и члены артели могут быть привлечены к дополнительной ответственности в определенном уставом кратном размере, если этого потребует большинство кредиторов по сумме претензий. Из кооперативной природы собственности промкооперации вытекает также право общего собрания артели (товарищества) распределять между членами операционные убытки.
Из кооперативной же природы собственности промкооперации вытекает не только обязанность членов артели покрывать убытки артельного предприятия, но и право их на участие в чистом доходе, «прибылях» артели. По закону 5 июля 1933 г. (СЗ 1933 г. №26, ст. 280) доход артели может частично распределяться между членами, но не по паям, апо труду (сообразно количеству и качеству затраченного труда).
В тесной связи с вопросом о порядке участия членов артели в ее доходах и убытках находится и вопрос о формах оплаты труда членов артели. Обычный порядок здесь заключается в том, что оплата производится в соответствии с количеством и качеством затраченного труда путем установления расчетной ставки, сдельщины и т. д. Но оплата труда членов промартели является не заработной платой, а распределением между членами артели доходов артели. Поэтому размер реального заработка членов артели зависит от размера доходов артели, итак называемая «заработная плата» членов представляет собою по существу лишь некоторый аванс в размере, не превышающем тех возможностей, которые вытекают из средней, нормальной доходности артели, и ориентирующемся на среднюю зарплату соответствующих рабочих госпромыш-
352


ленности44. Достаточно артели • потерпеть убытки, распределяемые согласно уставу для покрытия между членами, как «заработная плата» их уменьшается, потому что теперь они вынуждены передать эту «зарплату» на покрытие убытков предприятия. Наоборот при высокой доходности артели увеличивается и часть прибыли, отчисляемая на создание фондов общественного потребления, т. е. соответственно увеличивается и реальный заработок членов артели. Отсюда следует также, что трудовое законодательство к отношениям внутри артели не имеет прим?нэния.
До сих пор, говоря об имуществе промартели, мы рассматривали его только как собственность данной артели. Законодательство о промкооперации устанавливает однако и некоторые права всей промкоопе- ративной системы на имущество отдельных кооперативов. Так например в случае ликвидации промкооператива его имущество после покрытия претензий кредиторов и распределения паевого делимого фонда между членами переходит в собственность промкооперативного союза, членом которого данный промкооператив состоял. По закону 17 декабря 1933 г. о порядке финансирования капитального строительства и оборотных средств и о внутрисистемных отчислениях в промысловой кооперации (С31933г. №77, ст. 443) установлены ежегодные отчисления от средств артелей и союзов в единый фонд долгосрочного кредитования промкооперации в Всекобанке. Размер отчислений устанавливается самими артелями в соответствии с ориентировочными сметами и контрольными цифрами высших звеньев. Средствами фонда долгосрочного кредитования распоряжаются центры промкооперации (всесоюзные, республиканские, краевые, областные и межрайонные) в соответствии с утвержденными планами финансирования капитального строительства и оборотных средств45 46. Здесь мы имеем дело уже не с собственностью отдельных кооперативов, а с собственностью всей промкоопе- ративной системы в лице ее союзов. Значение этой части кооперативной собственности заключается в регулировании капитального строительства, роста и развития промысловой кооперации в целом, а по оборотным средствам—в помощи и поддержке слабых или наиболее полезных организаций, а также в проведении централизованных мероприятий по подготовке кадров и культработе.
В 1930 и 1931 гг. имели место перегибы—обезличивание средств артелей, чрезмерные отчисления в общекооперативные фонды. Этим перегибам дан решительный отпор законом 23 июля 1932 г. и 17 декабря 1933 г. Закон 23 июля 1932 г. устанавливает, что артель (товарищество) самостоятельно (в соответствии с утвержденным планом ее хозяйствен-
44 Следует иметь в виду, что характер артельного производства, прибли¬
жающегося часто к фабрично-заводскому, обусловливает устойчивый, постоянный размер авансов в промартелях. Авансы, как общее правило, играют основную роль в заработке члена артели. Здесь серьезное отличие аванса в промартели от аванса в колхозе. В силу этого по своим результатам для членов артелей распределение доходов в промкооперации сильно приближается к зарплате.
46 Проценты, начисляемые Всекобанком, полностью причисляются к этой части фонда долгосрочного кредитования, которая находится в распоряжении всесоюзных центров. Бюджетные ассигнования (являющиеся также одним из источников образования фонда долгосрочного кредитования) поступают в распоряжение тех звеньев системы, которые указаны при назначении ассигнований (ст. ст. 4 и 5 закона 17 декабря 1933 г.).
23 Курс сов. хоз. права
353


ной деятельности) распоряжается Собственными оборотными средствами и имуществом, самостоятельно кредитуется в банках, а отчисления на содержание вышестоящих кооперативных звеньев и иные общекооперативные расходы производит только по постановлению собраний уполномоченных самих артелей. Эти меры укрепляют социалистическую кооперативную собственность промкооперации не только для того, чтобы закрепить хозрасчет отдельных звеньев кооперативной системы, но и для того, чтобы использовать в ней сочетание частного интереса с общегосударственным для максимальной мобилизации производственной инициативы кооперированных масс. В этом отношении кооперативная собственность играет в промкооперации такую же роль, как и в колхозах, где сельскохозяйственная артель именно потому является решающим звеном на данном этапе, что в ней найдена наиболее доступная для широких масс трудящегося крестьянства форма сочетания частного и общего интереса, при подчинении первого второму.
5. Членство. Управление промартелью. Система советской промысловой кооперации
В кооперативе нет места капиталистическим элементам. Члена- м и промкооператива могут быть только трудящиеся (в возрасте от 16 лет )46. Устав артели (товарищества) устанавливает и гарантии против превращения промкооператива в предприятие эксплоататорского типа. Все работы в артели должны производиться личным трудом самих членов; применение наемного труда допускается только как исключение для привлечения квалифицированных руководителей специалистов, либо для работ вспомогательных, не являющихся основным предметом деятельности артели (например, машинистка, счетные работники в конторе производственного предприятия). При этом число наемных работников промкооператива не может превышать 20% общего количества членов артели.
Прием нового члена производится общим собранием артели, которое может впрочем особым постановлением поручить прием новых членов правлению. Общему же собранию принадлежит право исключать из состава кооператива его членов, если они нарушают свои обязанности, установленные уставом или правилами внутреннего распорядка. При этом исключение равно как и отказ в приеме должны быть надлежащим образом обоснованы. Советский кооператив не может обратиться в замкнутую организацию, использующую выгоды данного кооператива исключительно в интересах узкой группы его членов.
Управление всеми делами промкооператива принадлежит коллективу его членов, каждый из которых имеет в общем собрании один голос. Для оперативного руководства делами промкооператива избирается правление, которое является исполнительным органом общего собрания, отчитывается перед ним в своей деятельности, может быть общим собранием отстранено и переизбрано. Для контроля и ревизии деятельности промкооператива общее собрание избирает ревизионную комиссию. Кроме того в артелях создаются группы общественно-мас- 46
46 Ученики в возрасте с 15 лет.
354


сового контроля, руководство которыми осуществляется ревизионными комиссиями.
Для того чтобы обеспечить участие коллектива в руководстве делами промкооперативов, имеющих большое количество членов, т. е. там, где частый созыв общего собрания членов технически затруднителен, вместо общего собрания созывается собрание уполномоченных, которые выбираются по отдельным предприятиям, цехам или бригадам по нормам, устанавливаемым общим собранием. Собрание уполномоченных во всем заменяет общее собрание.
Отдельные промысловое кооперативы объединяются в союзы. Союзы организуют централизованное снабжение своих членов, с^ыт их продукции, планируют их хозяйственную деятельность и руководят организационной работой среди объединяемых ими низовых организаций промкооперации. Каждый йромкооператив, входящий в союз, вносит пай в размере определенного процента своего собственного пае- ; вого фонда. Эти паи составляют делимый фонд союза, так как в случае ликвидации союза подлежат возвращению кооперативам-пайщикам. Промкооперативы—члены союза—могут иметь перед союзом ряд других имущественных обязательств. Они вносят средства на содержание аппарата союза, на со_здание в союзе средств, необходимых для хозяйственной деятельности, и т. д., причем вносимые в союз средства могут быть как возвратными, так и безвозвратными. В последнем случае они образуют неделимые в отношении кооперативов-пайщиков фонды союза. Неделимые фонды союза создаются также в результате его собственной хозяйственной деятельности.
Для руководства делами союза на общем собрании уполномоченных кооперативов-пайщиков избираются правление и ревизионная комиссия. Собрание уполномоченных от кооперативов, объединившихся в союз, является высшим органом управления союза, а правление— исполнительным органом. Таким образом союз промкооперативов представляет собой по организационной структуре тот же кооператив, с той однако разницей, что здесь членами кооператива являются не отдельные лица—кустари, а хозорганы—кооперативные объединения кустарей.
Промкооперативные советы представляют собой руководящие центры промкооперации, не имеющие оперативно-хозяйственных функций, а лишь функции организационного руководства и планирования деятельности объединяемых ими кооперативных организаций. В соответствии с характером задач кооперативных советов изменяется их структура и имущественные отношения с кооперативными организациями. Средства кооперативных советов образуются обыкновенно не из паев (совет— не «паевая») организация), а из сумм, вносимых на содержание аппарата совета теми кооперативными организациями, которые совет объединяет, которыми руководит. Высшим органом кооперативного совета является обычно пленум совета, состоящий из представителей тех же кооперативных организаций. Исполнительным органом является президиум совета, избираемый пленумом.
Помимо Всекопромсовета СССР и Всеколеспромсоюза СССР, возглавляющих системы промкооперации, общее руководство и регулирование промысловой кооперацией и кустарной промышленностью в СССР осуществляется Комитетом промкооперации и
23*
855


кустарной промышленности пр и СТО. Согласно положению о нем от 31 мая 1932 г. (СЗ 1932 г. № 4, ст. 257), комитет промысловой кооперации кустарной промышленности при СТО осуществляет общее руководство и содействует развитию промысловой кроперацпи иТсустарной промышленности, увязывает работу промысловой кооперации с единым планом народного хозяйства, разрешает споры между ведомствами по вопросам промысловой кооперации и кустарной промышленности и наблюдает за проведением в жизнь постановлений правительства в области промысловой кооперации и кустарной промышленности.
По закону о создании наркоматов местной промышленности 10 августа 1934 г. общее наблюдение и содействие промысловой кооперации возложено на наркоматы местной промышленности союзных республик.
§ 4. Потребительская кооперация
1. Потребительская кооперация в системе советского хозяйства
Системе социалистического производства соответствует советская торговля как форма организации хозяйственных связей в социалистическом обществе.
Решения XVII съезда партии подчеркивают исключительное значение развертывания товарооборота на данном этапе социалистического строительства. «Чтобы экономическая жизнь страны могла забить ключом, а промышленность и сельское хозяйство имели стимул к дальнейшему росту своей продукции, надо иметь еще одно условие, а именноразвернутый товарооборот между городом и деревней, между районами и областями страны, между различными отраслями народного хозяйства. Необходимо, чтобы страна была покрыта богатой сетью торговых баз, магазинов, лавок. Необходимо, чтобы по каналам этих баз, магазинов, лавок безостановочно циркулировали товары от мест производства к потребителю. Необходимо, чтобы в это дело были вовлечены и государственная торговая сеть, и кооперативная торговая сеть, и местная промышленность, и колхозы, и единоличные крестьяне. Это и называется у нас развернутой советской торговлей, торговлей без капиталистов, торговлей без спекулянтов»47.
Важнейшим звеном в системе советской торговли является п о - требительская кооперация. Кооперирование потребителей—как пролетариата, так и находящегося в стадии социалистической переделки мелкого товаропроизводителя,—является необходимой ступенью социалистической организации общества,’ способом создания системы распределения соответствующей социалистической организации производства. Значение кооперативного метода обобществления потребления заключается в том, что этот метод дает возможность мобилизовать инициативу и самодеятельность масс также и на этом участке социалистического строительства 48. Вместе с тем советская
47 Сталин, Отчетный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б), Партиздат, 1934, с. 35—36.
48 Ленин, Речь на собрании уполномоченных Московского центрального рабочего кооператива, т. XXIII, с. 297—303.
856


потребительская кооперация играет роль мощного орудия в руках пролетариата по вовлечению многомиллионных масс мелких производителей в социалистическое строительство и их социалистическому перевоспитанию. к - ‘ * k
Роль потребкооперации на всех этапах социалистического строительства огромна. XI всероссийская конференция РКП(б) (август 1922 г.) характеризовала потребительскую кооперацию как «наиболее широкую арену для осуществления экономического союза рабочих и крестьян». XIV конференция РКП(б) (апрель 1925 г.) подчеркнула, что потребительская и сельскохозяйст1 енная кооперация «является основной общественно-экономической формой связи между государственным хозяйством и мелким товаропроизводителем деревни» и что в частности потребкооперация является «основным, главным звеном в товаропроводящей цепи». На данном этапе, когда основной формой смычки является производственная смычка, потребкооперация отнюдь не теряет своего значения. «Победа в деле организации социалистической производственной смычки между городом и деревней не только не снимает, но выдвигает с особой силой задачу укрепления на этой базе торговой смычки города с деревней»49. В укреплении торговой смычки, как дополнительной к производственной смычке форме, потребкооперации наряду с госторговлей принадлежит важнейшая роль.
Задачи, которые стоят на данном этапе перед советской потребкооперацией, это задачи общие всей системе советской торговли. Первейшая нз них—задача подчинить всю систему распределения интересам производства. Энгельс в Анти-Дюринге указывал, что распределение не является простым пассивным результатом производства и обмена; оно в свою очередь влияет обратно на производство и обмен50. Потребкооперация должна свою политику распределения сделать мощным орудием влияния на поднятие производительности труда на фабриках, в совхозе и колхозе, обеспечить преимущественное снабжение на ударных участках социалистического строительства, содействовать росту социалистического соревнования и ударничества, стимулировать заготовки сельскохозяйственного сырья и т. д. Потребкооперация как организован-, ный потребитель должна стать активным борцом за хорошее качество и низкую цену товаров широкого потребления, организуя общественный контроль над качеством продукции государственной промышленности и промкооперации, контролируя это качество рублем, создавая сеть специальных учреждений для борьбы за качество, организуя изучение и учет потребительского спроса, обеспечивая путем предварительных заказов госпромышленности удовлетворение действительного спроса и предупреждая возможность производства товаров, не имеющих спроса.
В борьбе за снижение цен потребкооперация должна исправить и недочеты в собственной работе, которые зачастую дешевый товар госпромышленности превращают в руках потребкооперации в дорогой. Отсутствие хозрасчета в отдельных звеньях потребкооперации, раздутые штаты, низкая производительность труда, часто связанная с низкой техникой торгового дела, непомерные накладные расходы, запутан49 Сентябрьский пленум ЦК ВКП(б) 1932 г. Резолюция о развитии сдветской торговли,
10 Э н ге л ьс, Анти-Дюринг, 1931, с. 137.
857


ность путей товаропродвижения, встречные перевозки, удорожающие продукцию, медленность и замораживание товарооборота—все это извращения и проявления «нэпманского душка», полное изжитие которых является важнейшей задачей потребкооперации. Всякий прорыв в работе потребкооперации вызывает к жизни частное посредничество, оживляет вытесненного, разбитого, но недобитого спекулянта-частника.
Борьба с капиталистическими элементами на участке советской торговли не будет успешной, если потребкооперация не поставит в центре своего внимания борьбу за социалистическую собственность. Значение этого вопроса станет ясным, если учесть, что через каналы потребкооперации проходит больше половины хвсей продукции широкого потребления. Волна растрат и хищений в потребкооперации свидетельствует о том, что классовый враг не дремлет. Организация контроля и учета, проведение мероприятий по предупреждению хищений и в первую очередь очистка аппарата потребкооперации от всех классово враждебных элементов, классовая бдительность и максимальное содействие органам пролетарской диктатуры в применении репрессий на основе закона 7 августа 1932 г.—таковы задачи потребкооперации в борьбе за социалистическую собственность.
Само собою разумеется, что в основу всей хозяйственной деятельности потребкооперации должен быть положен хозрасчет каждого звена от магазина до центра и что только на основе четко проведенного хозрасчета потребкооперация может стать тем дешевым аппаратом распределения, которого требует социалистическое строительство.
Характерная особенность потребкооперации как самостоятельной хозяйственной системы заключается в том, что организация снабжения строится ею на основе самодеятельности кооперированных масс. Поэтому вся организационная структура потребкооперации построена на основах демократического централизма. В соответствии с этим укрепление принципа выборности в потребкооперации, подотчетности избирателям, укрепление массового контроля—все это важнейшие организационные принципы в работе потребкооперации. Отсюда следует также, что решающим в организационном и хозяйственном строительстве звеном в системе потребкооперации является низовое звено.
Важнейшими источниками советского законодательства по вопросу о потребительской кооперации являются: Положение о потребительской кооперации 20 мая 1924 г. (СУ 1924 г. № 64, ст. 645), Обращение ЦК ВКП(б), СНК СССР и Центросоюза о потребительской кооперации 10 мая 1931 г. (СЗ 1931 г. № 29, ст. 224), примерные уставы ЗРК, сельпо, райпотребсоюза, постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР 4 декабря 1932 г. о расширении прав заводоуправлений в деле снабжения рабочих и улучшения карточной системы (СЗ 1932 г. № 80, ст. 489).
2. Организационное строительство советской потребительской кооперации. Система советской потребительской кооперации
Основным низовым звеном потребкооперации в городе является закрытый рабочий кооператив (ЗРК), а в сельских местностях сельское потребительское общество 858


(сельпо, с е л ь к о о п). Имеются и другие виды низовых потребительских кооперативов, например городские рабкоопы, закрытые студенческие кооперативы (ЗСК), закрытые военные кооперативы (ЗВК), в сельских местностях—совхозрабкоопы и т. д. В дальнейшем мы сосредоточим наше внимание на ЗРК и сельпо, как важнейших видах низовых звеньев потребкооперации.
И ЗРК и сельпо представляют собой кооперативные объединения потребителей, ставящие себе целью—непосредственное участие в социалистическом строительстве путем развертывания советской кооперативной торговли на основе хозрасчета й на средства объединившихся потребителей.
ЗРК объединяет работников какого-либо одного предприятия, фабрики, завода, новостройки или определенной группы предприятий и членов их семей, совместно с ними проживающих, а также работников подсобных к. предприятию учреждений (культурно-бытовых, медицинских) и членов их семей. Членами ЗРКмогут быть лишь граждане, достигшие 14-летнего возраста. До достижения 16-летнего возраста члены ЗРК пользуются лишь правом совещательного голоса при разрешении вопросов деятельности ЗРК и не могут выбирать и быть избранными в органы управления и ревизии ЗРК. Валены ЗРК не принимаются лица, лишенные избирательных прав в Советы, в частности кулаки, а также несовершеннолетние*(до 18 лет), члены семей этих лиц, находящиеся в материальной от них зависимости. Исключение из этого правила допущено лишь для иностранцев, работающих на предприятиях, обслуживаемых ЗРК. Но иностранные специалисты, не имеющие избирательных прав в советы, не пользуются правом быть избранными в выборные органы ЗРК, т. е. не допускаются к руководству работой ЗРК. Таким образом ЗРК представляет собой классовую организацию потребителей, объединенных совместной работой в едином производственном предприятии. Такой состав ЗРК обеспечивает возможность тесной увязки задач производства с системой распределения. *
В состав членов сельпо наряду с колхозниками принимаются и прочие трудящиеся, проживающие в районе деятельности сельпо: рабочие-батраки, служащие и единоличники—бедняки и середняки, а также члены их семейств. Круг лиц, лишенных по классовому признаку права быть членами сельпо, тот же, что и для ЗРК. Членами сельпо из числа лиц, лишенных избирательных прав в советы, могут быть, кроме иностранцев, проживающих в СССР для трудовых занятий, также: а) члены семейств кулаков, в составе которых имеются преданные советской власти красные партизаны, красноармейцы и краснофлотцы, сельские учителя, учительницы и агрономы при условии, если они поручатся за членов своей семьи; б) бывшие мелкие торговцы, ремесленнйки и кустари, лишенные по своим занятиям в прошлом права выбирать в советы, если они будут приняты в состав колхоза или промкооператива там, где законодательство союзных республик это разрешает.
Права и обязанности членов потребительского кооператива принципиально не отличаются от таковых в других кооперативных системах. Прием членов производится правлением ЗРК или сельпо, причем санкции общего собрания не требуется. Отказ в приеме однако может быть обжалован перед общим собранием членов ЗРК или сельпо, а также перед потребсоюзом, членом которого данный ЗРК или сельпо является. 359


Член потребкооператива может выйти из состава кооператива в любое время, сделав об этом письменное заявление правлению. Исключение из состава кооператива может иметь место в отношении членов, нарушающих свои обязательства перед кооперативом, нарушающих постановления органов кооператива, а также лиц, действующих во вред социалистическому строительству, хотя бы эта их деятельность и не была непосредственно связана с работой потребкооператива. Кроме того из состава ЗРК выбывают лица, оставившие работу на предприятии, обслуживаемом ЗРК, независимо от причины оставления работы, что вытекает из производственного принципа кооперирования в ЗРК.
Управление делами потребкооператива, как и всякой кооперативной организации, строится на началах самоуправления. Высшим органом управления в ЗРК является общезаводская конференция делегатов, в сельпо—общее собрание членов или съезд делегатов. Они выбирают правление как свой исполнительный орган сроком на один год, а также могут досрочно отстранить правление в целом или отдельных его членов в случае их бездеятельности, бесхозяйственности или действий, направленных во вред социалистическому строительству.
Соблюдение принципа выборности органов управления и контроля, особенно в низовом звене, является необходимым условием мобилизации кооперативной общественности, «действительного участия действительных масс населения»51 в работе кооператива. Поэтому партия и советское правительство борются с подменой выборности назначенче- ством, отменяют все те организационные меры, которые по существу исключают возможность соблюдения принципа выборности и следовательно подрывают основу кооперативного метода организации советской торговли, бюрократизируют кооперативный аппарат. Так например постановление ЦК ВКП(б) 6 сентября 1930 г. о массовом рабочем контроле над работой потребкооперации предлагает «отменить и вторично провести перевыборы кооперативных органов там, где перевыборы прошли без действительного участия широких масс пайщиков». Революция, принятая пленумом ЦК и ЦКК ВКП(б) 21 декабря 1930 г., по отчетному докладу Центросоюза о работе потребкооперации, предлагает «немедленно восстановить выборные кооперативы в селах там, где выборные кооперативы заменены лавками с назначенными заведующими», т. е. отменяет практику создания районных обществ потребителей (многолавок), оторванных от массы потребителей.
Члены правления, нарушившие свои обязанности, несут солидарную ответственность за причиненные кооперативу убытки. Этот принцип имеет общее значение для всех звеньев советской потребительской кооперации.
Стремясь максимально обеспечить непосредственность воздействия кооперированных масс на руководство низового кооператива, Центросоюз установил в 1932 г. новый порядок выборов председателя правления в кооперативах, находящихся в сельских местностях. Этот новый порядок заключается в том, что председателя правления потребкооператива выбирает не правление из числа своих членов, как это имеет место в городских потребкооперативах, а непосредственно общее собрание или конференция пайщиков, которым принадлежит также право 61 Л е н и н, т. XXVII, с. 393.
860


отстранения председателя правления. Этим общему собранию пайщиков предоставляется возможность наиболее конкретно и непосредственно подойти к вопросам руководства кооперативом, ответственность его повышается и тем самым обеспечивается действенный общественный контроль при выборе основного руководителя кооператива.
Одной из важнейших задач потребкооперации является организация массового общественного контроля для борьбы за неприкосновенность социалистической кооперативной собственности, для устранения недостатков и извращений в торговой работе, для организации наилучшего обслуживания потребителя. Таким органом контроля и ревизии являютсй ревизионные комиссии потребкооперации, реорганизованные ныне в контрольно-ревизионные комиссии. Во всей своей работе контрольно-ревизионные комиссии опираются на кооперативную общественность, привлекая для участия в своей работе рабочих и колхозников.
Контрольно-ревизионные комиссии осуществляют общественный контроль деятельности потребкооператива в целом. Если потребкоо- ператив имеет несколько предприятий, лавок, столовых и т. д., для контроля деятельности каждого из них создаются коопбюро, лавочные комиссии, столовые комиссии, т. е. к каждому предприятию прикрепляется определенная группа членов кооператива, осуществляющая общественный контроль в этом предприятии.
XVII съезд партии постановил «передать профсоюзам все права ни- 8овых органов РКИ на предприятиях и руководство контрольными органами при ОРСах, ЗРК, райпо, горпо»52. В связи с этим профсоюзные организации должны развернуть большую работу по освоению новых чрезвычайно важных функций в области контроля за деятельностью потребительской кооперации.
Деятельность низовых потребкооперативов объединяется союзами потребкооперации (райпотребсоюзы, краевые и областные потребсоюзы, республиканские союзы союзных республик, Центросоюз СССР и РСФСР). Основная масса низовых потребительских обществ объединяется райпотребсоюзами. Наиболее крупные городские потребительские общества, общегородские рабкоопы и ЗРК крупных предприятий входят непосредственно в состав краевых и областных потребсоюзов. Всесоюзным центром потребкооперации является Центросоюз СССР, являющийся одновременно и республиканским центром потребкооперации РСФСР.
Союзы потребкооперации принципиально не отличаются по своим задачам и функциям от прочих кооперативных союзов, например, от союзов промкооперации, будучи тем же рычагом руководства и воздействия на низовые организации потребкооперации, рычагом, построенным на принципе демократического централизма. Союз является «руководящим, организующим, планово-регулирующим и торгово-оперативным объединением потребительских обществ» (§ 1 устава райпотреб. союза, утв. 16 августа 1932 г.), осуществляя таким образом как организационно-плановую, так и хозяйственно-оперативную деятельность.
В связи с хозяйственно-оперативной деятельностью союзов следует остановиться на значении торговых баз потребкооперации (мёжрай- 11 Резолюции XVII партсъезда по докладу т. Кагановича.
861


базы). Базы эти имеют большое значение для снабжения товарами низовых потребобгцеств краевыми и областными потребсоюзами. Организация баз имеет целью приблизить мелко-оптовую торговлю к низовке, избегнуть централизации ее при краевых и областных потребсоюзах и обеспечить возможность производить отбор и закупку товаров в соответствии с действительными потребностями низовки. Функции мелкооптовой торговли осуществляют иногда и сами райпотребсоюзы. Однако они не могут заменить баз, так как стоящие перед ними задачи организационно-планового руководства часто требуют иной дислокации обслуживающих центров, нежели задачи рационального построения передаточных пунктов товаропродвижения. Кроме того райпотребсоюз в качестве оптового звена обыкновенно не в состоянии обеспечить крупнопартионных и транзитных перевозок и подсортировки сложноасорти- ментных товаров. Это может выполнить лишь межрайонная база, район деятельности которой обычно в 8—10 раз больше района деятельности райпотребсоюза. Поэтому базы как центры мелкооптовой торговли, как подсортировочные пункты должны существовать наряду с райпотребсоюзами, отнюдь не подменяя их. Имеющаяся в ряде мест обратная тенденция подменить райпотребсоюзы базами является также чрезвычайно вредной попыткой разрушить планово-организационную деятельность в системе потребкооперации, важнейшим стержнем которой являются райпотребсоюзы.
Центр всей системы потребкооперации—Центросоюз СССР и РСФСР—подвергся коренной реорганизации в 1931 г. На основе обращения ЦК и СНК СССР 10 мая 1931 г. в составе Центросоюза были созданы всесоюзные отраслевые действующие на хозрасчете объединения по оптовой торговле (швейное, кожевенно-обувное, текстильное, трикотажное и др.), ряд производственных объединений (по хлебопечению, молочному хозяйству и пр.) и несколько автономных секций, объединяющих специальные виды потребкооперации (водная, железнодорожная, рыболовецкая, лесоразработок и лесосплава, торфоразработок). В качестве самостоятельной секции была организована секция- общественного питания. В областях и краях при крайпотребсоюзах на аналогичных началах были созданы розничные специализированные торговые объединения, тресты хлебопечения и автономные секции.
В настоящее время (1934 г.) после ряда перестроек в Центросоюзе существует только одна автономная секция—рыболовецкая. Секции лесная, торфяная и транспортная, совхозная и водная ликвидированы в связи с образованием орсов и передачей снабжения предприятий соответствующим хозяйственным наркоматам (НКЛесу, НКТП, НКВоду).
Военная секция постановлением президиума Центросоюза 5 апреля 1932 г. («Инф. бюл. Ц-за» 1932 г. № 12, ст. 208) реорганизована в Центральное военно-кооперативное управление (ЦВКУ). Одновременно была реорганизована в специальное трестированное объединение Всеко- опит—секция общественного питания.
Специализированные отраслевые объединения в данный момент существуют трех типов:
1) производственные (Союзпромхлебопечение, Всеко- опит—Всесоюзное потребкооперативное объединение общественного питания, Союзкоопоткорм и Сельхозуправление); 2) оптовой торговли (галантерейно-парфюмерное (ВГТО), кустарно-хозяйствен862


ных товаров (ВКХО), культтоваров (ВСКТ), силикатно-метизно-моска- тельное (СММО), бакалейно-гастрономическое (ВВГО), внеплановых товаров (Внепланторг), спичечное (Всеспичкоопторг—контора) и инвентарное (Инвенторг) и 3) заготовите л ьн о-с н а б ж е н ч е- с к и е (Центроплодоовощь, Центросырье, молочно-масляное и яично- птичное).
Задачи организации кооперативной торговли преследуют бюро спроса и предложения Центросоюза и местных союзов. Бюро выявляют спрос и предложение товаров, способствуют созданию планомерной организованной связи отдельных звеньев кооперативной, торговли друг с другом и с другими отраслями народного хозяйства. В марте 1934 г. в Москве проведена первая всесоюзная кооперативная ярмарка.
3. Имущество советской потребкооперации
Структура кооперативной собственности в потребкооперации такова же, что и в других кооперативных системах. Хотя уставь^ потребкооперации не знают термина «неделимый фонд», а говорят об основном, запасном и т. д. «капиталах», однако и в потребкооперации необходимо различать прежде всего делимые средства от неделимых. К делимым средствам нужно отнести паевой фонд потребкооператива. Прочие фонды: основной, запасной, специальные фонды являются неделимыми.
Паевой фонд потребкооператива состоит из паевых взносов, которые вносятся при вступлении в число членов кооператива с рассрочкой, продолжительность которой диференцируется в зависимости от материального положения вступающего члена и от его социального положения (рабочий, некооперированный кустарь, колхозник, единоличник). Размер пая также диференцируется по этим двум признакам материальной обеспеченности и социального положения.
Помимо паевого взноса каждый член кооператива уплачивает вступительный взнос в размере одного рубля (для красноармейцев 10 коп). Вступительные взносы зачисляются в основной (неделимый) капитал. При выбытии пайщика из потребительского кооператива вступительный взнос ему не возвращается.
Размер паевого взноса для рабочих и служащих и членов промартелей в настоящее время колеблется от 22 до 210 руб., для колхозников— средний паевой взнос—40 руб., для единоличников—от 20 до 270 руб., для некооперированных кустарей и ремесленников—от 30 до 450 руб. Красноармейцы полностью освобождаются от уплаты паевого взноса, рабочие и служащие с месячным заработком не свыше 25 руб., учащиеся, инвалиды труда и войны, пенсионеры (последние две категории не полностью) уплачивают паевой взнос в размере 8 руб.53.
При выходе из потребкооператива члены его имеют право на получение своего паевого взноса в том размере, в котором он действительно сохранился в средствах кооператива, т. е. поскольку он полностью или 63 Инструкция Центросоюза СССР и РСФСР о вступительных и паевых взносах в потребительских кооперативах 13 марта 1933 г. с последующими изменениями ^Сборник «Финансовое хозяйство потребкооперации» под редакцией Г л у з б е р- г а и Бин, М. 1933^-с. 65.


частично не был обращен на покрытие убытков кооператива. Выдача пая производится не ранее конца операционного года и утверждения годового отчета, причем ответственность члена кооператива по делам кооператива прекращается не с момента его выбытия, а с момента окончания операционного года. Объем ответственности определяется не размером внесенной уже части пая, а размером всего причитающегося сданного члена паевого взноса, т. е. если есть убытки, на покрытие которых нужно обратить пай, выбывший член кооператива, не успевший внести полностью причитающегося с него пая, может быть привлечен к уплате такового полностью для покрытия убытков.
В случае перемены места жительства члены потребкооператпва выходят из одного потребкооператива и вступают в другой по месту нового жительства. В этих случаях однако не требуется получать пай в кооперативе, из которого член выбывает, и вносить его снова при вступлении в новый кооператив. Отменена теперь также и практика перевода паев из одного потребкооператива в другой, так как эта практика влекла за собой чрезвычайно запутанные расчеты между потребкоопера- тивами, что по существу не вызывалось требованиями хозрасчетности каждого отдельного потребкооператива. Переводы паев в связи с переходом членов из одного кооператива в другой, будучи явлением постоянного порядка, в конце концов взаимно компенсировались. Кроме того паевые фонды в значительной своей части вообще сосредоточиваются в центрах потребкооперации, почему взаимные расчеты между отдельными кооперативами по паям вообще не могут иметь большого значения. Поэтому при переходе из одного потрс бкооператива в другой члену потребкооператива остается только сняться с учета в одном кооперативе и взяться на учет в другом. При этом он освобождается и от вторичной уплаты вступительного взноса.
В неделимых средствах ЗРК и сельпо уставы их различают основной, запасный и специальные «капиталы». Основной капитал потребкооператива представляет собой все средства кооператива, непосредственно предназначенные для оперативно-хозяйственной деятельности его и не резервируемые для каких-либо специальных целей; сюда входят как средства, вложенные в имущество, оборудование, предприятия кооператива, так и те средства, которые вкладываются в торговый оборот.
Запасный капитал предназначается для покрытия убытков по годовому балансу за истекший операционный год. Он образуется путем отчислений не менее 10% от чистой прибыли по годовому балансу при распределении таковой. Отчисления в запасный капитал могут быть прекращены только в том случае, если запасный капитал достигнет 20% всех собственных капиталов потребкооператива за исключением паевого. Следует отметить, что создание запасных капиталов для организаций потребкооперации в отличие например от промкооперации является обязательным в силу закона (СЗ 1932 г. № 65, ст. 379). Объясняется это тем, что уставы промкооперативов предусматривают порядок покрытия убытков промкооператцва путем разверстки суммы убытков между членами промкооператива, чего нет в потребкооперации. £ *
Специальные капиталы представляют собой средства, выделенные, обособленные для каких-либо специальных целей, напри364


мер для содействия кооперированию бедноты, для улучшения быта работников кооператива, для культурной работы среди пайщиков. Особое значение имеет фонд регулирования оборотных средств (постановление СНК СССР о фонде регулирования оборотных средств потребкоопераций 5 февраля 1932 г.—СЗ 1932 г. № 19, ст. 109). Этот фонд создается для пополнения оборотных средств потреб- кооперативов путем отчисления определенного процента от прибылей организаций потребкооперации и собранных паевых взносов (общая сумма изъятий из прибылей и из паевых взносов не может превышать 80% дохода по этим статьям). Фонд регулирования находится в распоряжении Центросоюза и взносы в этот фонд являются бессрочными. Использование этого фонда для нужд системы производится распоряжениями Центросоюза через его автономные секции, отраслевые объединения и республиканские, краевые и областные союзы. Средства из фонда регулирования для пополнения оборотных средств или для наделения ими вновь создаваемых организаций выдаются в виде возвратных ссуд на срок не менее 5 месяцев. Создание фонда регулирования явилось важным шагом в направлении перевода потребкооперации на реяшм собственных оборотных средств и в укреплении хозрасчета в системе, в частности в отношениях между низовкой и союзом. Фонд этот должен сократить требования потребкооперации в части финансирования за счет общегосударственных средств. Средства, необходимые для финансирования товарооборота, потребкооперация должна мобилизовать в первую очередь в своей собственной системе. С другой стороны, создание фонда регулирования должно ликвидировать обезличку средств низового звена и союза, которая наблюдалась в связи с тем, что союзы потребкооперации вынуждены были финансировать деятельность' низовки за счет своих средств, либо наоборот привлекать средства низовки для нужд собственной оперативной деятельности.
Помимо собственных средств потребкооперация располагает еще заемными средствами. Краткосрочное кредитование потребкооперации осуществляется через Госбанк, долгосрочное—через Все- кобанк на основаниях, установленных специальным кредитным законодательством54.
Прибыль потребкооператива не распределяется между членами по каким бы то ни было признакам (по паям, по забору товаров), а вся целиком идет на образование различных фондов; запрещение распределения прибыли между членами подчеркивает социалистическую природу советского потребкооператива в отличие от колллективной «лавочки», какой является потребкооператив в капиталистическом мире. Задачей советского потребкооператива является организация самодеятельности широких трудящихся масс на основе обобществления сферы субъективного личного потребления, а не получение прибылей. Прибыль нужна кооперативу лишь как средство расширения его работы, укрепления его финансовой базы. Не может быть также аналогии между прибылью потребкооператива и доходами колхоза, в распределении части которых члены колхоза принимают участие, так как участие колхозников в распределении доходов колхоза есть форма оплаты затрачен54 Том II Курса, гл. XIV «Кредитные правоотношения».


ного ими в колхозном производстве труда, между тем как члены потребкооператива непосредственного участия в самой торговой работе потребкооператива не принимают, участвуя лишь в порядке общественнокооперативном в руководство этой работой.
4. Хозяйственная деятельность потребительской кооперации
Хозяйственная деятельность потребкооперации сосредоточивается в основном на торговле, имеющей целью организовать снабжение кооперированных пайщиков необходимыми предметами широкого потребления и продовольственными товарами. Важнейшие виды торговых предприятий потребкооперации — торговые базы (о них см. выше, с. 361—362) и магазины.
Вся работа торговых предприятий потребкооперации должна строиться на началах хозрасчета. В свое время руководство потребкооперации явно недооценило значения хозрасчета для нормального развертывания кооперативной советской торговли и извратило указания т. Сталина о необходимости вытравить из потребкооперации «нэпманский дух», отбросив всякую заботу о рентабельности и взяв курс на прямой продуктообмен. Эти ошибки в работе потребкооперации были резко осуждены в обращении ЦК ВКП(б) и СНК СССР и Центросоюза 10 мая 1931 г? В марте 1931 г. Центросоюз постановил перевести на хозрасчет все торговые, производственные и сельскохозяйственные предприятия с выделением крупных предприятий на самостоятельный баланс, расширить права заведующих предприятиями, предоставив им право найма и увольнения служащих, использования части экономии средств для премирования аппарата, право маневрирования средствами в пределах утвержденной сметы, право закупки отдельных товаров и т. д. Постановление президиума Центросоюза 13 ноября 1931 г. предоставляет наиболее крупным магазинам право иметь самостоятельный контокоррент в Госбанке, выделяет им оборотные средства, дает право непосредственного получения товаров от поставщиков, акцепта счетов и оплаты их, требует, чтобы в торгфинплане был предусмотрен твердый процент самостоятельных покупок магазином, организует доведение хозрасчета в магазине до отделения.
Последние директивы Центросоюза подразделяют магазины потребкооперации на три группы по степени хозрасчетности и самостоятельности: а) крупнейшие специализированные магазины и крупные уневермаги по особому списку. Эти магазины являются законченными хозрасчетными предприятиями. Они наделяются собственными оборотными средствами по закону 23 июля 1931 г., самостоятельно кредитуются в Госбанке и имеют собственный расчетный счет, имеют законченный баланс, заключают годовые и квартальные договоры с промышленностью и промкооперацией, имеют самостоятельный транспорт; б) специализированные магазины и средние универмаги с месячным оборотохм Z50—400 тыс. руб. по промтоварам и 150—200 тыс. руб. по продтоварам. Эги магазины имеют самостоятельный баланс, самостоятельный расчетный счет в ?банке, инеют право самостоятельной отборки товаров на фабриках, заводах и базах промышленности, производят закупки в порядке подсортировки как на ос366


нове разовых сделок, так и заключения квартальных договоров с кустарно-промысловыми артелями, местной промышленностью и утильцехами; в) все остальные магазины. Они не имеют расчетного счета в банке и осуществляют закупку товаров через торговые отделы кооперативных организаций.
Потребкооперативы помимо торговой деятельности организуют также предприятия общественного питания, собственные сельскохозяйственные предприятия, являющиеся базой для снабжения потребителей сельскохозяйственными продуктами в необходимых случаях, хлебопечение и т. д. Нужно отметить, что объем производственной деятельности потребкооперации в настоящее время сужен, так как значительная часть этих предприятий передана соответствующим специализированным трестам промышленности. Каждое из производственных предприятий потребкооператива, так же как и его магазины, являясь частью единого хозяйства кооператива, действует на основе хозрасчета. Примером таких хозрасчетных предприятий потребкооператива являются к о о п х о з ы, т. е. сельскохозяйственные предприятия разного рода: огороды, крольчатники, свинарники, молочные и птицеводческие фермы, рыбные хозяйства и пр. Таким предприятиям выделяются определенные средства и имущество, причем в дальнейшей своей работе ко- опхоз строит свои хозяйственные отношения на основе твердого хозрасчета, путем заключения договоров с отдельными хозрасчетными магазинами данного кооператива и со сторонними организациями.
Постановлением СНК СССР 3 августа 1933 г. (СЗ 1933 г. № 50, ст. 296) и совместным постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) 19 января 1934 г. (СЗ 1934 г. № 5, ст. 37) на систему потребкооперации возложено проведение ответственной народнохозяйственной операции— закупки хлеба урожая 1933 г. Закупка производится в районах, где выполнены планы обязательных поставок и разрешена колхозная торговля хлебом. Закупка проводится по ценам на 25% (для пшеницы) и на 20% (по другим видам зерна) выше цен, по которым производится обязательная поставка зерна государству. Организуется встречная продажа промтоваров: на каждый рубль закупленного хлеба—на три ' рубля товаров. Для выполнения этой операции в системе потребкооперации создается специальный хлеботоварный аппарат: при Центросоюзе—союзная хлеботорговая контора, конторы при областных, краевых и республиканских союзах, уполномочены!! при райсоюзе. На селе закупку хлеба производит сельпо, возлагающее эту работу на одного из членов правлений.
По постановлению СНК СССР и ЦК ВКГ1(б) 4 декабря 1932 г. (СЗ 1932 г. № 80, ст. 489) по ряду предприятий промышленности" и транспорта (так называемые «предприятия первой группы») ликвидированы ЗРК и организованы отделы рабочего снабжения (орсы), непосредственно подчиненные заводоуправлениям 55. На остальных предприятиях, где существуют ЗРК, они остаются в системе потребкооперации, но подчиняются одновременно как директивным указаниям Центросоюза и его органов, так и заводоуправлениям. В этих случаях сохраняются все кооперативные формы работы: членство, собрания и конференции пайщиков, выборы правления и контрольных органов. Но 66 См. выше с. 301.
367


усиливаются права, ответственность и практическое участие заводоуправлений предприятий в организации снабжения рабочих и распределении основных товаров. Заводоуправление устанавливает порядок использования основных фондов продовольственных и промышленных товаров в интересах производства, несет за этот порядок ответственность и вместе с ЗРК устанавливает сроки и порядок выдачи продуктов и товаров. Председатель ЗРК назначается заместителем директора по рабочему снабжению или заведующим заводским отделом снабжения. Основной кадр руководящих работников ЗРК, в частности председатель ЗРК, намечается республиканским, областным, краевым союзом совместно с заводоуправлением б6.
Литература
Маркс. Бакунин.' Государственность и анархия. ,,Летописи марксизма1*, В. II.—Э н г е л ь с. Письмо Бебелю 20 января 1886 г. ,,Архив Маркса и Энгель- са“, т, I (VI). Ленин. О кооперации. С. С., т. XXVII. Сталин Ответ товарищам кшхозникам. С т а л и н. О работе в деревне. Сталин. Отчетный доклад XVII съезду партии. К аганович. Доклад о политотделах МТС и совхозов на январском пленуме ЦК и ЦКК 1933 г. Яковлев. Об организационно-хозяйственном укреплении кэлхозов и о развертывании колхозной торговли, М. 1932. Стучка. Курс гражданского права, т, II, гл. 6, т. Ill, гл. 6 П а в л о в. Земельное право и совхозно-колхозное строительство за 2 года. ,,Еженедельник ИССП“. 1931 .К р ы л е н к о (ред.) Юридический справочник для колхозного актива. 1933. Костел ь цев. Собственность советской потребительской кооперации. Сборник ,.Вопросы советского хозяйственного права**, 1933. Глузберг и Бин (ред.) Финансовое хозяйство потребкооперации, 1933. Г е н к и н. Законодательство о промкооперации, 1933.
ьв См. Постановление Центросоюза и НКТП И апреля 1933 г. № 449/2208 о перестройке рабочего снабжения на заводах и фабриках, где сохраняются ЗРК, и о взаимоотношениях ЗРК с заводоуправлениями на предприятиях, республиканских, краевых и областных союзов и Центросоюза с НКТП и его органами на местах.


ГЛАВА XI
ЧАСТНОЕ ЛИЦО
§ 1. Гражданская правоспособность
1. Понятие гражданской правоспособности на различных этапах социалистического строительства
Проблема частного лица в советском праве включает ряд отдельных вопросов: 1) о гражданской правоспособности, 2) о «частноправовых» формах обеспечения: а) о наследовании, б) о возмещении вреда жизни или здоровью лица, в) об алиментах по семейно-брачному праву, 3) о частнохозяйственных объединениях;
Ниже мы рассматриваем все эти вопросы в указанной последовательности.
Вопрос о гражданской правоспособности частного лица на различных этапах социалистического строительства ставился по- разному. ' ——
В первый год пролетарской диктатуры (1917—1918), когда за пределами национализированных командных высот оставался еще обширный массив необобществленного хозяйства, для дозволенной, но разумеется подчиненной государственному контролю и регулированию частнохозяйственной деятельности оставалось еще довольно широкое, хотя непрестанно суживавшееся поле.
В период военного коммунизма сфера, где допускалась частная собственность на средства производства (крестьянское хозяйство, мель- чайшая и кустарная промышленность), ёкла до чрезвычайности сужена, частный же оборот был допущен в самых незначительных размерах.
Правда, для периода военного коммунизма характерно всеобщее распадение советской экономики на две сферы: легальную и нелегальную. В сфере нелегальной экономики частное лицо в качестве мешочника, спекулянта и т. п. проявляло активную деятельность.
В первые годы нэпа за всеми гражданами РСФСР и союзных республик была признана общая гражданская правоспо- с о б> н о с т ь в объеме того минимума имущественных прав, который являлся безусловно необходимым для оживления и развития оборота и привлечения частнохозяйственной инициативы в пределах, определяемых политикой пролетарской диктатуры.
Перечень прав, в сумме своей определяющих объем общей гражданской (хозяйственной, имущественной) правоспособности частных
24 Курс сов. хоз. права 369


лиц, установлен в ст. 5 ГК. Согласно этой статье все лица, не ограниченные в правах по суду, пользуются правом: а) свободно передвигаться и селиться на территории советских республик; б) правом заниматься невоспрещенной законом хозяйственной деятельностью; в) иметь имущественные права, приобретать и отчуждать их законными способами; г) совершать сделки и вступать в обязательства; д) организовывать промышленные и торговые предприятия, с соблюдением всех постановлений, регулирующих промышленную и торговую деятельность и охраняющих применение труда.
Установление общей гражданской правоспособности в советском праве коренным образом отличается от правозглашения принципа равной для всех гражданской правоспособности в буржуазном праве.
В буржуазном праве провозглашение формального равенства всех граждан перед законом означает формально равный подход к разным классам, к эксплоатирующим и к эксплоатируемым. Принцип равной для всех гражданской правоспособности служит там прикрытием классового неравенства и эксплоатации. Надо к этому добавить, что и провозглашенное ею формальное равенство буржуазия не проводит последовательно в жизнь. Для обширнейших категорий граждан, например, для туземцев в колониях, для замужних женщин, для „не-арийцев“ (в фашистской7 Германии) и пр., буржуазное право устанавливает и формальные ограничения гражданской правоспособности.
Советское же государство, уничтожив всякое правовое неравенство и угнетение, связанное с 1|олом, расою, национальностью, вероисповеданием и происхождением (поскольку в последнем случае имеются в виду сословия), не допускает лишения и ограничения гражданской правоспособности в связи с указанными обстоятельствами. Но принадлежность к ^враждебным пролетариату классам и вредным для социалистического Строительства элементам jio ж е т с л уж и т ь основанием для ограничения законом гражданской правоспособности. И обратно, принадлежность к числу трудящихся или к определенным категориям трудящихся может служить основанием для установления законом в их пользу определенных преимуществ1.
Устанавливая известные льготы для трудящихся классов (в отношении найма жилых помещений, возмещения вреда, ответственности по долгам, очередности удовлетворения имущественных претензий и пр.), гражданские кодексы советских республик не создали все же никаких общих ограничений гражданской правоспособности по признаку принадлежности к нетрудовым элементам.
1 Поэтому советское право не только теперь, но и в первый период нэпа не представляло благоприятной почвы для широкого развития начал всеобщего формального равенства лиц перед гражданским законом. Проф. С. М. Л а н д к о ф (в «Научном комментарии к Гражданскому кодексу РСФСР», вып. III, «Субъекты права». М. 1928) ставит вещи на-голову. когда подчеркивает как особенность советского права действительно всеобщий характер признания в СССР гражданской правоспособности. «Правоспособность лица нашла, конечно,—пишет проф. Ланд- коф,—свое признание и в законодательствах капиталистических стран» (стр. 11). По «в законодательстве почти всех буржуазных государств существуют тепли иные ограничения ее для определенных категорий лиц... По нашему ГК имущественные права принадлежат всем лицам, в том числе и лицам, принадлежащим к так называемому нетрудовому элементу» (стр. 12).
870


Однако и в первые годы нэпа установление общей гражданской правоспособности, как и вообще допущение «известной свободы оборо- та», было в советских республиках подчинено задачам расширенного социалистического воспроизводства, подготовке нового развернутого наступления на капиталистические элементы и окончательной победы социализма в СССР.
Поэтому одновременно с установлением общегражданской правоспособности хозяйственное законодательство советских республик ввело развитие частного оборота в строгие рамки и поставило условия, гарантирующие неприкосновенность и дальнейшее усиление социалистических командных высот и обеспечивавшие уже в первый период нэпа ограничение и вытеснение капиталистических элементов, плановое регулирование товарооборота и пролетарское воздействие на мелкое крестьянское хозяйство в целях подготовки его социалистической реконструкции.
Установление на^дервой стадии нэпа общей гражданской правоспособности, будучи" необходимой предпосылкой развития оборота, являлось одновременно одной из форм политики пролетарского госу- дарства, рассчитанной на борьбу социалистических элементов с капита- листическими, на преодоление капиталистических элементов социалистическими, на построение фундамента социалистической экономики, на уничтожение классов. _
На новом последнем этапе нэпа в связи с решающими задачами этого периода—ликвидацией кулачества как класса на базе сплошной коллективизации, а затем и полным уничтожением классов и причин, порождающих классовые различия,—,вопрос о гражданской правоспособности ставится по-новому. Устанавливается диференцированный подход к разным классам и к разным социальным группам в пределах одного и того же класса. Советское хозяйственное право, поскольку оно является орудием политики уничтожения классов, на нынешнем этапе не может подходить как к равноправным «частным лицам» и к кулаку, и 'iTwt руд о во му''элементу в городе, и к трудящемуся единоличнику, и к колхознику, и к рабочему. Сфера хозяйственноправовых отношений, где лица различных классов выступают только как «субъекты гражданских прав», становится все уже и уже. Решающее значение приобретают меры, выражающие диференцированный подход к различным классам и подразделениям внутри их.
В области хозяйственного права создается специальный режим для кулаков и устанавливаются некоторые общие ограничения гражданской правоспособности для лиц, лишенных права избирать в советы.
В районах сплошной коллективизации краеЕым (областным) исполнительным комитетам и правительствам автономных республик историческим постановлением ЦИК и СНК СССР 1 февраля 1930 г. о мероприятиях по социалистическому переустройству сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством предоставлено право применять все необходимые меры борьбы с кулачеством, вплоть до йолной конфискации Имущества кулаков ивыселения их из пределов отдельных районов и краев (областей).
Конфискованное имущество кулацких хозяйств за исключением: той части, которая идет в погашение причитающихся с кулаков обязательств (долгов) государственным и кооперативным органам^ должно 24*
871


передаваться в неделимые фонды колхозов в качестве взносов бедняков и батраков, вступающих в колхоз (СЗ 1330 г. № 9, ст. 105; ст. 3 декрета о революционной законности 25 июня 1932 г.—СЗ 1932 г. № 50, ст.298).
Кулаки и другие лица, лишенные избирательных прав, не допускаются в колхозы и кооперативные организации (постановление Ноябрьского пленума ЦК ВКП(б) 1929 г.; постановление ЦИК и СНК СССР 13 ноября 1930 г.—СЗ 1930 г. № 56, ст. 591; примерный устав сельскохозяйственной артели и другие постановления партии и правительства). Исключения делаются лишь ддя членов тех семейств, в составе которых имеются преданные советской власти красные партизаны, красноармейцы, сельские учителя, учительницы и агрономы, если они ручаются за членов своей семьи.
Кулацкие хозяйства лишены права заключать договоры контрактации сельскохозяйственной продукции; кулацкие хозяйства обязаны в отношении производства и сдачи товарной продукции государству руководствоваться твердыми заданиями, даваемыми сельскими советами2. Поскольку в отношении тех или иных видов сельскохозяйственной продукции сохраняется метод контрактации21 , постольку остается в силе и лишение кулаков права заключать договоры о контрактации сельскохозяйственной продукции и применение к ним метода ^твердых заданий». ,
Там, где метод контрактации заменен сдачей-поставкой, имеющей силу налога, кулаки находятся также в особом положении, выражающем линию дальнейшего наступления на кулачество в целях скорейшего завершения процесса ликвидации его как класса на базе сплошной коллективизации. Нормы сдачи товарной продукции государству для кулаков выше, чем для трудящихся единоличников3.
2 Положение о лишении кулаков права заключать договоры контрактации и о применении к кулакам метода «твердых заданий» было зафиксировано в ст 41 пост. СНК СССР 7 октября 1929 г. «О контрактации продуктов сельского хозяйства» в ред. 28 июня 1930 г. (СЗ 1930 г. № 34, ст. 374).
В настоящее время указанный закон о контрактации отменен. Но правило о неприменении к кулацким хозяйствам метода контрактации сохраняет свою силу и, для устранения всякой неясности в этом вопросе, воспроизводится в некоторых инструкциях о контрактации отдельных видов сельскохозяйственной продукции. Так, например, в прим, к ст. I Инструкции КомзагСНК 27 января 1934 г. говорится: «В кулацких хозяйствах контрактация хлопка не производится. Посев хлопка и сдача его государству этими хозяйствами производится на основе твердых заданий сельских советов» (СЗ 1934 г., № 8, ст 53-6).
2а См., например, постановления СНК СССР о контрактации в 1934 г. табаков и махорки (СЗ 1934 г. №7, ст. 50; № 14, ст. 50; № 13, ст. 93; № 25, ст. 200); сахарной свеклы (СЗ 1934 г. № 14, ст. 101); хлопка (СЗ 1934 г. № 8, ст. 53-а); пост. СТО о контрактации, в 1934 г. льна и конопли (СЗ 1934 г. № 4, ст. 36; № 13, ст. 96; № 20, сг. 165); хмеля (СЗ № 17, ст. 138).
3 См. например постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) 19 января 1933 г. об обязательной поставке зерна государству колхозами и единоличными хозяйствами (СЗ 1933 г. № 14, ст. 25) ист. 14 инструкции по проведению в жизнь этого постановления: «Группа кулацко-зажиточных хозяйств данного сельского совета выделяется в особый список. Норма сдачи с гектара в отношении этих хозяйств устанавливается в полуторном размере против нормы сдачи, установленной для единоличных хозяйств по данному сельскому совету> (СЗ 1933 г. № 16. ст. 95). Ср. также постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) об обязательной поставке картофеля (СЗ 1933 г. № 13, ст. 74) ист. 11 инструкции по проведению в жизнь этого постановления (СЗ 1933 г. № 22, ст. 126).
872


Ответственность кулаков и их пособников за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по сдаче-поставке сельскохозяйственной продукции принципиально иная, неизмеримо более строгая,чем ответственность трудящихся единоличников (ст. 61 УК РСФСР, ст. ст. 581 и 582 УК УССР в редакции 1933 г.).
Из числа других ограничений правоспособности кулаков и других лиц, лишенных права избирать в советы, следует отметить, что согласно правилам обязательного окладного страхования, утвержденным 28 мая 1933 г., прекращено_страхование имущества, принадлежащего кулацким хозяйствам^ облагаемым сельскохозяйственным налогом в индивидуальном порядке, хозяйствам Ъетрудовых элементов, облагае- мым подоходным налогом по расписанию № 3, лицам, лишённым избирательных прав по своему социальному^ положению, Происхождению или прошлым занятиям (ст. 5 постановления СНК СССР 28 мая 1933 г.— СЗ 1933 г. № 34, ст. 201-6).
В ст. 5 постановления СНК СССР 19 июля 1934 г. «Об обязательном окладном страховании в сельских местностях и городах на 1935 г.» (СЗ 1934 г. № 38, ст. 308) снова подтверждено, что имущество, принадлежащее указанным лицам, страхованию не подлежит.
Еще в 1929 г. проведено было выселение нетрудовых элементов, а также и других лиц, лишенных избирательных прав, из домов обоб^- ществленного сектора жилфонда. ’
Лишение эксплоататорского класса собственности на средства производства, при помощи которых он эксплоатировал трудящихся, еще не завершает процесса уничтожения его как класса4 *.
В частности и в условиях сплошной коллективизации экспроприированные кулаки продолжают существовать как остатки класса экс- плоататоров, чувствующего близкий конец своего существования и оказывающего поэтому самое ожесточенное, самое зверское сопротивление социалистическому строительству.
Поэтому сохранение специальных ограничительных условий для хозяйственной деятельности представителей ликвидируемого эксплоататорского класса необходимо на весь период вплоть до окончательного уничтожения классов. Задачей пролетариата в отношении экспроприированных эксплоататоров является беспощадный отпор всякому сопротивлению с их стороны, пресечение им возможности извлечения нетрудового дохода, преграждение им возможности «просачиваться на заводы, фабрики, в совхозы, в рабочую среду и особенно в колхозы»6 *
и вести там «работу» по подрыву социалистического строительства®.
4 О. Дзенис. К вопросу о путях уничтожения классов и классовых сдви¬
гах в деревне. «Сов. государство» № 4 1933 г., с. 15 и сл.
6 Там же.
. 8 Ср. ст. 1 разд. II пост. 3 сессии ЦИК СССР VI созыва «Об укреплении колхозов» (СЗ 1933 г. № 6, ст. 41): «Остатки кулачества, разгромленного в результате коллективизации и проведения политики ликвидации кулачества, но еще недобитого, во многих районах проникли в колхозы, в аппарат руководства колхозами и пытаются разложить колхозы изнутри путем вредительства, порчи машин,
уничтожения лошадей, расхищения колхозного добра, саботажа выполнения заданий государства. Эти противоколхозные, кулацкие элементы стараются путем чрезмерного и рваческого раздувания всяческих потребительских, кормовых и других фондов в колхозах, путем демагогического потакания рваческим настроениям отсталой части колхозников и следовательно путем разрушения общественной основы колхозного производства подорвать экономически и разложить колхозы».
378


Лишь в том случае, если отдельные бывшие эксплоататоры на протяжении сравнительно долгого времени покажут свою решимость и способность окончательно порвать со своей прежней средой* и жить честным трудом, участвуя в социалистическом строительстве, они могут быть восстановлены в избирательных и общегражданских правах. Относительно кулаков, лишенных избирательных прав и выселенных по постановлению общих собраний граждан села и местных органов власти за противосоветские и противоколхозные выступления (поджоги, бандитизм и т. п.) из пределов сел и поселков, в которых они ранее проживали, имеется специальное постановление ЦИК СССР 3 июля 1931г. (СЗ 1931 г. № 44, ст. 298), согласно которому выселенные кулаки могут быть восстановлены по истечении пяти лет с момента выселения во всех гражданских правах и получить избирательные права приус ювии:
а) если они в течение этого срока на деле докажут, что прекратили борьбу против организованного в колхозы крестьянства и мер советской власти, направленных на подъем сельского хозяйства;
б) если они покажут себя на деле честными и добросовестными тружениками. Порядок восстановления в гражданских правах быв них кулаков указан в постановлении ЦИК и СНК СССР 28 мая 1934 г. (СЗ 1934 г. № 33, ст. 57).
По-новому ставитсясейчас и вопрос о гражданской правоспособности трудящихся единоличников. С начала реконструктивного периода смычка между пролетариатом и трудящимся крестьянством в новых формах производственной смычки, на основе которой происходит укрепление торговой смычки, регулируется на совершенно новых основаниях: не столько в порядке ГК, сколько в порядке специальных постановлений о колхозном строительстве и плановом воздействии на единоличные хозяйства и договоров контрактации. В этих новых не только по содержанию, но и по форме отношениях трудящиеся единоличники выступают уже не как абстрактные «субъекты хозяйственного права», а именно как трудящиеся единоличники, как классово определенная категория субъектов хозяйственного права.
Чем дальше, тем больше дает о себе знать особый подход к единоличнику, как классово определенному субъекту. Превращение трудящегося единоличника в колхозника, а затем колхозника в работника социалистического общества—такова перспектива. Отсюда и в области хозяйственного права отношение к трудящемуся единоличнику как к завтрашнему колхознику.
Советское государство не «скидывает» единоличника «со счетов», а в целях увеличения общих товарных ресурсов в стране принимает известные меры содействия повышению урожайности, повышению товарности, развитию и росту животноводства и птицеводства, развитию и расширению определенных технических и специальных культур не только в колхозах, но и в единоличных хозяйствах; в тех же целях и опять-таки подходя к единоличнику как к завтрашнему колхознику, советское государство возлагает на совхозы и колхозы обязанность оказывать единоличникам производственную, организационную, культурно-политическую и тому подобную помощь7. Советское 7 И обратно, на единоличных крестьян возлагается обязанность содействовать в определенных отношениях успеху колхозного производства. Так например,
874


государство охраняет имущество и единоличного сектора от последствий пожаров, падежа скота, гибели посевов и других стихийных бедствий и несчастных случаев; предоставляет льготы по сельскохозяйственному налогу, по окладному страхованию и пр. и единоличным хозяйствам, но само собою понятно, в меньших размерах, чем колхозникам; поощряет торговлю сельскохозяйственными продуктами, по выполнении единоличным хозяйством всех обязательств перед государством и т. д.
Но в то же время советская власть и по единоличным хозяйствам применяет принцип плановых заданий и ответственности перед государством за выполнение установленного для каждого из них местным советом плана посева (посадки) и обязательств по сдаче продукции государству.
Нормы обязательных поставок сельскохозяйственной продукции государству по законам об обязательных поставках устанавливаются для единоличников более высокие, чем для колхозов и для колхозников ?а .
Самое сохранение за единоличником права пользования государственной землей обусловлено обязанностью выполнять установленные для него местным советом план посева и обязательства по сдаче продукции государству (п. «а» ст. 7 постановления 3 сессии ЦИК СССР VI созыва—СЗ 1933 г. № 6, ст. 41). Одновременно с этим органы советской власти, опираясь на колхозников, ведут настойчивую работу по убеждению единоличников, остающихся еще вне колхозов, в необходимости вступить на путь коллективизации, подготовляя этим полное завершен ние сплошной коллективизации и ликвидации на ее основе кулачества как класса.
В том же направлении действуют предоставляемые колхозам и колхозникам льготы^ и преимущества, которые, укрепляя колхозное строительство, вместе с тем наглядно демонстрируют единоличникам хозяйственные выгоды, которое они смогут получить, вступив добровольно в колхоз.
Однако есть единоличники, которые не обнаруживают стремления стать завтра колхозниками, а наоборот в своей хозяйственной деятельности являются на деле пособниками кулака (спекуляция, отказ засевать и обрабатывать землю, неисполнение обязательств перед государством). Такие единоличники приравниваются к кулакам. По положению о сельскохозяйственном налоге на 1934 г. 31 мая 1934 г. (СЗ 1934 г. № 30, ст. 231-6) хозяйства, злостно не выполняющие заданных им планов посева и обязательных поставок сельскохозяйственной продукции государству, облагаются налогом в двойном размере по сравнению с другими единоличными хозяйствами.
по постановлению ЦИК и СНК СССР 11 сентября 1932 г. (СЗ 1932 г. № 67, ст. 403) колхозам разрешается использовать за плату лошадей единоличных крестьян на нужды сева, хлебозаготовок и вывоза зерна, свеклы и овощей, а на единоличных крестьян возложена обязанность предоставлять лошадей на указанные нужды. Колхозы при использовании лошадей единоличных крестьян согласно указанному постановлению ЦИК и СНК СССР обязаны полностью обеспечить лошадей кермами и возвращать их владельцам по использовании в исправном виде.
7а См. постановление СНК СССР 3 августа 1934 г. об изменении порядка привлечения единоличных хозяйств к обязательным поставкам зерна государству (СЗ 1934 г. № 40, ст. 321).
375


По отношению к единоличникам, ударившимся в спекуляцию и упорно отказывающимся обрабатывать и засевать землю, применяются суровые меры, «вплоть до лишения приусадебной земли», а в отдельных случаях в виде крайней меры высылка «из пределов края в места менее плодородные» (п. «б» ст. 7 постановления 3 сессии ЦИК СССР VI созыва—СЗ 1933 г. № 6, ст. 41).
К числу хозяйственно-правовых мер советской власти, в которых выражается не одинаковый подход к различным гражданам как равноправным частным лицам, а классово диференцированный подход, сле- дует отнести также и к л асе сГв у ю д и ф е р е н ц и р о в а тГн у к> систему сна бж е н и я.
Система снабжейия предметами личного потребления строится в настоящее время на основе принципа классовости и ударности снабжения. Этот принцип реализуется и через открытую советскую торговлю, и через- так называемую закрытую сеть и систему нормированного снабжения.
Закрытая сеть и нормированное снабжение охватывают исключительно трудящихся. Внутри системы нормированного снабжения проводится диференциация применительно к{ народнохозяйственному значению отдельных хозяйственных участков и отдельных профессий. Индустриальные рабочие снабжаются иначе, чем служащие, а высококвалифицированные специалисты иначе, чем младший обслуживающий персонал. Помимо того система снабжения диференцируется применительно к качеству работы каждого отдельного трудящегося и применительно к степени выполнения им своих обязательств. Конкретно эта диференциация выражается в различных формах поощрительного снабжения и прежде всего в преимущественном снабжении ударников8.
Система закрытой сети и нормированного снабжения .имеет ряд дефектов: бюрократизм, возможность злоупотреблений и т. д, В результате успешного выполнения плана второй пятилетки она будет заменена системой развернутой (открытой) советской торговли9. Еще XVII партконференция дала директиву: «подготовить отмену нормирования отпуска товаров и заменить систему централизованного распределения развернутой советской торговлей». Серьезнейшим мероприятием на этом пути является решение Ноябрьского пленума ЦК ВКП(б) 1934 г. об отмене карточной системы по хлебу и некоторым другим продуктам. Однако полностью замена нормированного снабжения открытой торговлей должна быть осуществлена лишь тогда, 8 Постановление ЦК и СНК СССР 4 сентября 1932 г. о расширении прав заводоуправлений в деле снабжения рабочих и улучшении карточной системы (СЗ 1932 г. № 80, ст. 489). См. также статью т. Липец кер а, Организационные вопросы планирования советской торговли. Сб. «Вопросы советского хозяйственного права». М. 1933, с. 120 и сл.
9 Речь т; Микояна на XVII партсъезде: «Несмотря на все улучшения в деле постановки закрытой торговли, надо сказать, что система карточек и закрытых распределителей создает благоприятную обстановку для бюрократизма и злоупотреблений. Поэтому нужны систематическая борьба и контроль, чтобы не допустить разложения работников и извращения системы. Самым коренным улучшением снабжения было бы раскрытие закрытых распределителей и открытие продажи без карточек, без книжек, без бюрократизма, с тем, чтобы каждый рабочий, каждый служащий, каждый советский гражданин мог бы притти в мдгазин и за советские деньги купить, что ему нужно. Мы не тратили бы так много бумаги, не было бы столько злоупотреблений с карточками, не было бы столько волокиты и была бы настоящая советская торговля. Но пока мы этого во всем объеме сделать *76


когда и через систему единой развернутой советской торговли можно будет гарантировать последовательное проведение социалистических принципов—«кто не работает, тот да не ест» и'«вознаграждение по количеству и качеству затраченнбгб труда». К этим двум принципам сводится и марксистское требование равенства при социализме.
«Под равенством,—говорил т. Сталин на XVII партсъезде,—марк- сизм понихмает не уравниловку в области личных потребностей и быта, а унпчтожение классов, тТеТа) равное освобождение всех трудящихся от эксплоатации после того, как капиталисты свергнуты и экспроприированы, б) равную отмену для всех частной собственности па средства производства после того, как они переданы в собственность всего общества, в) равную обязанность^всех трудиться по своим способностям и равное право всех трудящихся получать за это по их труду (с о ц и а- диетическое общество), г) равную обязанность всех трудиться по своим способностям и равное право всех трудящихся получать за это по их потребностям (коммунистическое общество)»10.
Таким образом равная отмена для всех частной собственности на средства производства, равная обязанность всех трудиться по^способностям и равное право получать з!Г это по труду—та"кТвд р^альй'ое сбдер- жание понятия правоспособности частного лица при социализме11 12 *.
Вместе с тем на данном этапе в связи с лозунгами партии о зажиточных колхозниках и о зажиточных рабочих («Мы хотим сделать всех ра- бочих зажиточными»)1 большое зачение приобретают такие меры и связанные с ними законы, как о развитии индивидуального рабочего огородничества и о развертывании индивидуального рабочего жилищного строительства и т. п. Эти меры не влекут за собою восстановления капиталистических отношений, ибо они проводятся в обстановке, когда социалистическая собственность победила окончательно и бесповоротно, когда повышение материального и культурного уровня жизни трудящихся происходит на базе роста общего благосостояния и укрепления социалистических форм хозяйства. Но права, предоставляемые этими законами, входят в комплекс имущественных прав частного лица—трудящегося—гражданина социалистического государства.
не можем. Это можно будет сделать тогда, когда рыночные цены снизятся настолько,, что сравняются с ценами в закрытой сети.Пока что нам приходится и долго еще придется наряду с сохранением закрытого пайкового снабжения развернуть свободную- продажу в государственных магазинах продуктов питания и промтоваров, чтобы тем самым расчистить поле для настоящей советской торговли, о котороый говорил т. Сталин. Таким образом свободная продажа продуктов, организованная Наркомснабом по инициативе т. Сталина, помимо того, что она является важнейшим рычагом экономической интервенции, создает школу советской торговли, эта торговля, постепенно расширяясь, и снижая в будущем рыночные цены, пойдет на смену системе закрытой торговли» (Стеногр. отчет XVII партсъезда, 1934, с. 184).
10 Сталин, Отчетный доклад XVII партсъезду о работе ЦК ВКП(б). Партиздат, 1934, с. 43.
11 Ср. Ленин, т. XX, с. 132. Сущность социализма—в «общем владении средствами производства и распределении продуктов по мере работы каждого».
12 Сталин, Отчетный доклад XVII партсъезда о работе ЦК ВКП(б),
Партиздат, 1934, с. 44.
377


В направлении к марксистской формуле равенства при социализме и развивается советское законодательство о гражданской правоспособности. Надо отметить однако, что законодательство не всегда поспевает за жизнью. До сих пор некоторые законы формально признают за капиталистическими элементами право на хозяйственную деятельность определенного рода, а фактически капиталистические элементы уже вытеснены из соответствующей области хозяйства.
В области промышленности законодательство союзных республик в первые годы нэпа допускало существование частных предприятий (помимо концессионных предприятий) с числом рабочих до 20 человек, а в виде исключения и с большим числом рабочих (в РСФСР СУ 1923 г. № 24, ст. 285; СУ 1928 г. № 130, ст. 842). В УССР с разрешения ЭКОСО УССР допускалось даже открытие частных промышленных предприятий с числом свыше 100 рабочих (СУ УССР 1928 г. № 18, ст. 168). Законы эти о допущении частной промышленности формально не отменены и по нынешний день, но совершенно устарели. В связи с мощным ростом социалистической промышленности удельный вес частной промышленности стремительно падал. Доля частного капитала в валовой продукции цензовой промышленности, составлявшая вместе с мелкой в 1921 г. 36%, в 1930 г. снизилась до 5%13. В настоящее время роль капиталистически^ элементов в промышленности сиедонл к нулю; удельный вес социалистических форм в валовой^ продукции крупной промышленности составил в 1933 г. 99,93%14.
В области товарооборота в первый период нэпа для частного капитала открыто было сравнительно широкое поле деятельности при обеспечении регулирующей роли государства на рынке. Разрешалась частная торговля всех видов (оптовая, полуоптовая, розничная) без ограничения размеров торгового предприятия. Объектами частнопосреднической торговли могли быть все произведения сельского хозяйства, фабрикаты и изделия, кроме особо оговоренных, изъятых из гражданского оборота. Однако постепенно частноторговый капитал был вытеснен из занимаемых им позиций. За время с 1921 г. по 1930 г. доля частного сектора по товарообороту (розничному) упала с 75% до 5%%15. В 1932 г. удельный вес социалистических форм в розничном товарообороте составил 99%16 * 18. Частный оптовый оборот уже в 1929—1930 гг. к общему итогу оптового оборота составлял только 0,5%. В настоящее время бурный рост советской торговли, отражающий гигантские успехи социалистического производства, дал возможность поставить на очередь дня вопрос о совершенном искоренении частной посреднической торговли, роль которой в последний период сводилась к спекуляции. «Мы добились того, что за последний период вышибли совершенно из товарооборота частных торговцев, купцов, посредников всякого рода». Если торговля на первой стадии нэпа допускала оживление капитализма и функционирование частнокапиталистического сектора в товарообороте, то советская торговля исходит из отрицания как того, так и другого. « Что 13 Молотов, Речь на VI съезде советов СССР. Стеногр. отчет. М. 1931. с. 2 5—24.
14 Сталин, Доклад на XVII партсъезде.
16 Молотов, Речь на VI съезде советов СССР. Стеногр. отчет. М. 1931.
с. 2».
18 Молотов, Задачи второй пятилетки. М.* 1934, с. 7.
378


такое советская торговля? Советская торговля есть торговля без капиталистов—малых и больших, торговля без спекулянтов—малых и больших »17. Еще в мае 1932 г. союзным законом о порядке производства торговли колхозов, колхозников и трудящихся единоличных крестьян... (постановление ЦИК и СНК СССР от 20 мая 1932 г.— СЗ 1932 г. № 38, ст. 233) постановлено было «не допускать открытие магазинов и лавок частными торговцами и всячески искоренять перекупщиков и спекулянтов, пытающихся нажиться за счет рабочих и крестьян». В августе 1932 г. был издан суровый закон о борьбе со спекуляцией (постановление ЦИК и СНК СССР 22 августа 1932 г.—СЗ 1932 г. № 65, ст. 375), которым подтверждено было запрещение открытия магазинов и лавок частными торговцами.
Из числа частных лиц теперь только колхозникам, трудящимся единоличникам и кустарям разрешается производить торговлю изделиями сельского хозяйства и своего производства. Разрешается также продажа подержанных вещей домашнего обихода. В области посреднической торговли согласно существующей практике, частным лицам выдаются разрешения (регистрационные удостоверения) лишь на мелко-розничную торговлю с земли, рук, лотков: а) мелкой галантереей; б) замазкой, содой, синькой, ваксой и т. п.; в) мелкими железоскобяными изделиями (ключи, замки, ножи и т. п.); г) мелкими щепными изделиями, а также кустарной посудой; д) игрушками; е) фруктами, ягодами, семечками; прохладительными напитками; местными сластями, ж) изделиями из молочных продуктов и з) старой одеждой и обувью.
2. Ограничения гражданской правоспособности. Начало и конец правоспособности
Лишение и ограничение признанной законом гражданской правоспособности допускается лишь в случаях и в порядке, установленном законом (ст. 6 ГК). Например в качестве меры социальной защиты в отношении лица, совершившего преступление, по уголовному приговору может быть применено поражение отдельных гражданских прав, удаление на срок (во всяком случае не свыше 10 лет) из пределов СССР или из пределов4 отдельных советских республик, а тлкжэ из пределов отдельной местности, с обязательным поселением в других местностях или без этого, с запрещением проживания в отдельных местностях или без этого; запрещение занятий той или иной деятельностью или промыслом (на срок не свыше 5 лет); конфискация всего или точно определенного судом имущества (УК РСФСР, ст. ст. 20, 36, 38, 40; УК УССР, ст. ст. 21, 33, 35, 38).
Самым тяжким видом поражения правоспособности является объявление врагом трудящихся и изгнание из пределов СССР, с лишением гражданства союзной республики и тем самым гражданства СССР. Объявление врагом трудящихся может применяться лишь без срока.
Для известных категорий граждан ограничения правоспособности в отношении права пребывания в определенной местности установлены законами о паспортной системе. Закон о депортах 27 декабря 1932 г. /|7 Стали н, Вопросы ленинизма, Дополнение к 9-му изд. 1933. с. 32.
379


(СЗ 1932 г. № 84, ст. ст. 516 и 517) введен «в целях лучшего учета населения городов, рабочих поселков и новостроек и разгрузки этих населенных мест от лиц, не связанных с производством и работой в учреждениях или школах и не занятых общественно полезным трудом (за исключениехМ инвалидов и пенсионеров), а также в целях очистки этих населенных мест от укрывающихся кулацких, уголовных и иных антиобщественных элементов».
Лица, выселяемые из определенных местностей, вследствие отказа в выдаче им паспорта, не лишаются прав на принадлежащее им имущество, в том числе и на имущество, находящееся в той местности, где им не разрешено проживать (строения, предприятия и т. д.).
Они имеют право это имущество продавать, сдавать в наем и т. д, на общих основаниях советских хозяйственных законов.
Если же выселяемое лицо оставит свое имущество без присмотра и не распорядится им ни лично, ни через представителя, то такое имущество может и должно быть у него отобрано, как имущество бесхозяйное (по иску, предъявленному соответствующим горсоветом, /или райисполкомом), и передано подлежащим госорганам для использования в порядке постановления ЦИК и СНК СССР 28 мая 1927 г. о порядке использования конфискованного, выморочного и бесхозяйного имущества (СЗ 1927 г. № 32, ст. 323).
Выселенный вследствие отказа в выдаче ему паспорта утрачивает только такие имущественные права, осуществление которых согласно общему направлению политики пролетарской диктатуры обусловлено проживанием в данной местности. Так например, если выселяемое лицо получило земельный участок под застройку и не приступило еще к постройке, то соответствующий городской или поселковый совет имеет право предъявить в суде иск о расторжении договора застройки.
Равным образом у таких лиц подлежит отобранию земля сельскохозяйственного назначения, предоставленная им в пользование под условием обработки личным трудом. Собранный ими урожай в части, остающейся после выполнения этими лицами их обязательств перед государством, остается их собственностью.
Гражданская правоспособность по советскому праву признается за каждым человеком с момента рождения.
Хотя гражданская правоспособность возникает только с момента рождения, с момента самостоятельной внеутробной жизни человека, но в известных случаях возможно предназначение прав лицу зачатому, но еще не рожденному, которое приобретает их с момента своего рождения, с отнесением условий приобретения этих прав к тому моменту, с какого они для него предназначаются. В этом случае лицо приобретаем права так и в том объеме, как приобрело бы их, если бы оно было рождено в момент, с которого предназначаются для него права. Так например лица, зачатые при жизни наследодателя и родившиеся после его смерти, имеют право наследования по закону и по завещанию наравне с лицами, находившимися в живых при открытии наследства (ст. 418 ГК, примечание). Если же зачатое лицо, в пользу которого предназначаются права, родится мертвым или умрет во время родов, его утробное существование оказывается фактом юридически безразличным и не влияет ни на какие имущественные правоотношения.
Гражданская правоспособность прекращается со смертью лица.
380


Но бывают случаи, когда нельзя достоверно определить, живо ли еще данное лицо или его уже нет в живых. Такое состояние неизвестности о жизни и смерти лица возникает при продолжительном отсутствии лица из места его постоянного жительства и неполучении о нем никаких известий (безвестное отсутствие).
Безвестное отсутствие лица может быть связано также с исчезновением его при таких обстоятельствах, которые дают основания предполагать его гибель: во время военных действий или от несчастного случая (кораблекрушение, железнодорожная катастрофа, воздушная авария, несчастный случай в горах во время экспедиции, как например случай с Амундсеном, пожар театра и другие случаи смертельной опасности, которой подвергался исчезнувший).
Для урегулирования правовых вопросов, связанных с безвестным отсутствием, еще4 в средние века были установлены и затем перешли в современное буржуазное законодательство институты «объявления лица безвестно отсутствующим» и «объявления безвестно отсутствующего умершим».
Старые законодательства устанавливали чрезвычайно длительные „ сроки для наступления последствий безвестного отсутствия (достижение безвестно отсутствующим лицом 70-летнего и даже 100-летнего возраста; отсутствие его в течение более 10, прежде—более 30 лет).
В новейших буржуазных законодательствах заметна тенденция к сокращению этих сроков. Например в Германии общий срок для наступления предположения о смерти—10 лет со времени последних вестей об отсутствующем, 3 года, со времени заключения мира—в случае пропажи на войне (для участников империалистической войны срок этот законом 1916 г. был сокращен до^ одного года); один год со времени гибели судна или иного массового несчастия. Наиболее короткий срок устанавливает Швейцарское гражданское уложение: общий срок—5 лёт со времени последних известйй об отсутствующем, один год—со времени угрожавшего жизни события.
Законодательство советских республик в первые годы нэпа установило продолжительный и сложный порядок объявления лица отсутствующего безвестно отсутствующим, и безвестно отсутствующего — умершим.
В 1929 г. в РСФСР признано было возможным при сохранении вполне достаточных гарантий для безвестно отсутствующего упростить порядок признания лица безвестно отсутствующим или умершим и сократить чрезмерно длительный срок наступления предположения о смерти отсутствующего.
По действующему законодательству РСФСР (ст. 12 ГК в редакции 27 мая 1929 г.—СУ 1929 г. № 40, ст. 419; ст. ст. 57—61 Положения о государственном нотариате—СУ 1930 г. № 38, ст. 476) признание безвестно отсутствующим или умершим производится путем выдачи свидетельства заинтересованным лицам и учреждениям соответствующими нотариальными конторами. В случаях предполагаемой гибели на войне или от несчастного случая такое свидетельство может быть выдано нотариальной конторс^о лишь при наличии документальных данных, подтверждающих факт гибели (протоколов о кораблекрушении, актов о несчастном случае, сообщений официальных лиц и т. п.).
381


При отсутствии указанных документальных данных признание лица умершим производится только судом в исковом порядке. Признание лица безвестно отсутствующим по новому закону РСФСР может последовать не раньше, чем по истечении года со дня получения последних известий о месте его пребывания.
Признание отсутствующего умершим может состояться в РСФСР: а) по истечении трех лет со дня получения последних сведений о месте пребывания отсутствующего, и б) по истечении шести месяцев со дня безвестной пропажи во время военных действий, либо со дня несчастного случая при наличии обстоятельств, дающих основание предполагать гибель от этого несчастного случая.
Признание лица умершим является основанием для открытия после него наследства и передачи его имущества наследникам по закону или по завещанию. Днем смерти такого лица считается день вступления в силу определения суда о признании отсутствующего умершим или день выдачи нотариального свидетельства об этом.
Возможен случай, когда лицо, признанное умершим, неожиданно возвращается и желает восстановиться в правах на принадлежавшее ему имущество. По этому вопросу законодательства советских республик держатся различных позиций.
По действующему законодательству РСФСР лицо, явившееся после признания его умершим, имеет право независимо от срока явки и причин отсутствия отыскивать от соответствующих учреждений и лиц сохранившееся в наличии имущество. При этом однако по соображениям защиты интересов добросовестного приобретателя от третьих лиц, в обладание которых имущество перешло от лиц, обладавших этим имуществом по соглашению с лицом, признанным умершим, а также от лиц, приобревших имущество от наследников указанного лица, имущество может быть изъято лишь в случаях, если приобретатели знали или должны были знать о том, что это имущество принадлежит лицу, признанному умершим (ст. 60-а ГК РСФСР в редакции 27 мая 1929 г.).
По законодательству УССР (ст. 162 Кодекса законов о семье) за явившимся после признания его умершим сохраняется Право на получение оставшегося в наличности имущества, если он отсутствовал «п о . непреодолимым для него причинам» (тяжкая болезнь, пребывание в плену и т. п.).
По Белорусскому закону 1927 г. (СУ 1927 г. № 17, ст. 73) признанный умершим или, как выражается ГК БССР, «пропавшим» безусловно теряет право на получение ранее принадлежавшего ему имущества.
3. Дееспособность
Дееспособность в полном объеме возникает с достижением совершеннолетия. Совершеннолетие наступает у нас по достижении 18 лет. В буржуазных странах, где законодательство ориентируется на «золотую молодежь» имущих классов и исходит из того, что этой молодежи не следует «слишком рано» предоставлять полную свободу распоряжения имуществом, совершеннолетие наступает позже. Сбычный возраст совершеннолетия в буржуазных странах—21 год (§ 488 Французского гражданского кодекса; § 2 Германского гражданского уложения и др.); только в Швейцарии возраст совершеннолетия—20 лет (Швейцарское гражданское уложение § 14). 4
382


I
В виде поправки к общей норме совершеннолетия в буржуазных странах допускается досрочное объявление совершеннолетия по индивидуальному исследованию зрелости. Эта так называемая «эмансипация» от родительской или опекунской власти. Во Франции такая «эмансипация» может быть произведена по воле родителей по достижении несовершеннолетним 15 лет, а в случае отсутствия родителей по постановлению семейного совета—по достижении несовершеннолетним^ лет. В Германии и Швейцарии объявление несовершеннолетнего совершеннолетним допускается по достижении несовершеннолетним 18 лет (ст. ст. 3 и 9 Германского гражданского уложения и ст. 15 Швейцарского гражданского уложения).
Кроме того по некоторым буржуазным законодательствам вступление в брак делает совершеннолетним 18 (что например во Франции допускается по достижении мужчйной 18, а девушкой—15 лет).
Советское законодательство «эмансипации» от родительских и опекунских прав в порядке индивидуального акта не знает. Но признание дееспособности в связи с вступлением в брак советскому законодательству известно. Так, по Украинскому кодексу законов о семье несовершеннолетняя, вышедшая замуж (брачный возраст для женщины в УССР— 16 лет; с особого разрешения допускается регистрация брака по достижении женщиной 15% лет), или несовершеннолетний, вступивший в брак (брачный возраст для мужчины в УССР—18 лет, но по достижении 17% лет может быть дано разрешение на регистрацию брака), в силу самого закона освобождают^ от родительских прав или из-под опеки, но для совершения ими важнейших сделок и актов, особо предусмотренных законом (ст. 96 Кодекса законов о семье, например продажа дома, отказ от наследства, выдача общей доверенности и т. п.), требуется разрешение не того или другого физического лица (отца, матери, мужа), а государственного учреждения—местного опекунского органа.
По советским гражданским кодексам лица, не достигшие 14 лет, считаются совершенно недееспособными. Сделки от их имени в случае необходимости совершаются их законным представителем (родителями,) усыновителями, опекунами).
Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет уже пользуются некоторой ограниченной дееспособное т ь ю. Несовершеннолетние, достигшие этого возраста, могут совершать сделки с согласия своих законных представителей (родителей, усыновителей, попечителей).
Они вправе самостоятельно распоряжаться получаемой ими заработной платой и вообще личным их заработком, хотя и не по найму (продавцы газет, чистильщики сапог и т. п.) и отвечают за вред, причиненный их действиями другими лицам (ст. 9 ГК, ст. 90 Кодекса законов о браке РСФСР; ст. 97 Кодекса законов о семье УССР).
Несовершеннолетний, который сам внес на свое имя вклад в государственную сберегательную кассу, распоряжается им без участия законного представителя (Положение о гос. труд, сберкассах—СЗ 1929 г. № 17, ст. 140).
В целях вовлечения наиболее активной молодежи в колхозное и кооперативное строительство ЦИК и СНК СССР 13 ноября 1930 г.
18 «Heirat macht mundig». «Le mariage rend majeur».
383


постановили, что несовершеннолетние граждане, достигшие 16 лет, не только могут быть членами колхозов, а также промысловых и потребительских кооперативов, но допускаются и в качестве их учредителей и в качестве членов их выборных органов (СЗ 1930 г. № 56, ст. 590).
В 1931 г. союзным законодательством дополнительно было постановлено, что несовершеннолетние и в возрасте от 14 до 16 лет могут; быть членами потребительских обществ. Однако они не могут быть учредителями потребительских обществ, членами выборных органов и в общих собраниях потребительского общества участвуют только с совещательным голосом (СЗ 1931 г. № 30, ст. 229).
Лица совершеннолетние могут быть объявлены недееспособными, если они вследствие душевной болезни или слабоумия не способны рассудительно вести свои дела. Эти лица считаются совершенно недееспособными, подобно лицам, не достигшим 14 лет. Сделки от их имени в случае необходимости совершаются за них их опекунами (ст. 8 ГК).
В УССР, БССР и других советских республиках основанием для лишения или ограничения дееспособности, кроме душевной болезни или слабоумия, может служить также и чрезмерная расточительность, разоряющая имущество данного лица (имеются в виду главным образом случаи привычного пьянства и пропивании семейного имущества).
В РСФСР с 1927 г. чрезмерная расточительность це является более основанием для лишения или ограничения дееспособности.
4. Охрана имущественных прав трудящихся
Характер и объем правоспособности и дееспособности граждан на каждом этапе социалистического строительства определяется общей политикой диктатуры пролетариата. Как говорит П. И. Стучка, «как право, так и дееспособность являю гея способностями, социально, публично присвоенными каждому лицу, при существовании известных условий (возрастных, физических и т. п.)»19. Поэтому ГК устанавливает, что «всякие сделки, клонящиеся к ограничению правоспособности или дееспособности, недействительны» (ст. 10).
Придавая принципиальное значение вопросу о пределах гражданской правоспособности и дееспособности вообще, партия и правительство придавали всегда особое значение охране прав трудящихся. На современном этапе охрана имущественных прав трудящихся, в частности колхозников, имеет огромное значение.
За годы пролетарской диктатуры политически и культурно выросли как рабочий класс, так и колхозное * крестьянство и другие слои трудящихся. Творческий энтузиазм охватил сейчас широчайшие массы трудящихся города и деревни. Крестьянин-колхозник—действительная и прочная опора советской власти. Под руководством пролетариата и ленинской партии он строит крупное социалистическое хозяйство 20.
Советская власть, с своей стороны, своими законами обеспечивает
19 П. И. Стучка, Курс советского гражданского права, т. II, 1929. с 42—43, 244.
20 С. М. К р ы л е н к о, О революционной законности. М. 1932.
384


беспрестанное улучшение материально-бытового положениятрудящихся. Строжайшее соблюдение этих законов является необходимым условием еще сильнейшего повышения производственной инициативы и активности трудящихся, еще сильнейшего разворота социалистического соревнования, еще сильнейшего увеличения производительности труда. Поэтому в области охраны прав трудящихся, в том числе и имущественных их прав, значение революционной законности как орудия борьбы за генеральную линию партии и за укрепление пролетарской диктатуры в настоящее время исключительно велико.
Эта задача строжайшего соблюдения революционной законности в сфере охраны прав трудящихся ни в малейшей мере не теряет своего значения от того, что «основная забота революционной законности в наше время состоит... в охране общественной собственности, а не в чем-либо другом»21.
Общественная собственность—основа социалистического строительства. Только на базе укрепления и роста социалистической собственности могут быть обеспечены и действительно обеспечиваются жизненные интересы рабочих и трудящегося крестьянства. Только на основе укрепления и роста социалистической собственности могут быть обеспечены и действительно обеспечиваются свойственные советскому хозяйству (в противоположность капиталистическому хозяйству) «коренное улучшение в материальном положении и во всем быту трудящихся» и «рост потребностей (покупательной способности)»22.
Только на базе укрепления и роста социалистической собственности будет выполнена и перевыполнена грандиозная программа подъема благосостояния рабочих и колхозников во второй пятилетке, намеченная XVII партсъездом.
Охрана социалистической собственности, расширенное социалистическое воспроизводство, охрана интересов трудящегося, борьба с классовыми врагами трудящихся, это—не отдельные, самостоятельные задачи, это—различные стороны единой задачи, задачи уничтожения классов, задачи построения бесклассового социалистического общества.
Единство задач революционной законности подчеркнуто в декрете 25 июня 1932 г., в^котором говорится, что революционная законность является «одним из важнейших средств укрепления пролетарской диктатуры, защиты интересов рабочих и трудящихся крестьян и борьбы с классовыми врагами трудящихся... и их контрреволюционной политической агентурой».
Что касается специально охраны интересов трудящихся, то в декрете 25 июня 1932 г. особо указано, чго «задача строжайшего соблюдения революционной законности в отношении колхозов и всей массы колхозников является задачей особо важной в условиях, когда большинство трудящихся крестьян объединилось в колхозы».
Споры об имущественных правах граждан разрешаются в судебном порядке. Изъятия из этого правила допускаются в случаях, предусмотренных законом. Отказ от права обращения к суду недействителен (ст. 2 ГК).
21 Сталин, «Вопросы ленинизма». Дополнение к 9-му изд. 1933, с. 36.
22 С т а л и н, Отчетный доклад XVII партсъезду ол работе ЦК ВКП(б), Партиздат 1934, с. 82.
25 Нуре сов. ков. права
885


§ 2. Общие положения о так называемых «частноправовых» формах обеспечения
Одним из серьезных вопросов для пролетарского государства является вопрос о социальном обеспечении нуждающихся нетрудоспособных членов общества (как не достигших еще трудоспособности, так и утративших ее).
В буржуазном обществе основной формой обеспечения является частное, семейное обеспечение, дополняемое частной благотворительностью (филантропией). Наряду с этими типичными для буржуазного общества формами обеспечения в ряде буржуазных стран введено государственное страхование рабочих, но в размерах и формах, лишь в небольшой степени удовлетворяющих страховым требованиям рабочих. Это—результат классовой борьбы пролетариата и вынужденных уступок ему со стороны буржуазии. Повсюду в буржуазных странах страхование рабочих отличается низким уровнем норм обеспечения, узким кругом застрахованных, распространением страхования только' иа некоторые виды потери трудоспособности, возложением всех или части расходов по страхованию на самих рабочих, отсутствием подлинного самоуправления застрахованных и т. д. В некоторых буржуазных странах, в том числе в США, государственное страхование рабочих вовсе отсутствует.
Годы всеобщего кризиса капиталистической системы и бешеный натиск буржуазии на жизненный уровень трудящихся привели почти к полному разгрому государственного страхования рабочих в буржуазных странах. Германский фашизм, олицетворяющий общий ход фашизации буржуазных государств, дошел в своем наступлении на остатки государственного страхования рабочих до переложения на самих рабочих всех страховых взносов.
Пролетарское государство включает в свою программу замену случайного, частного обеспечения всеобщим социальным обеспечением трудящихся.
К осуществлению этой программы советская власть приступила сейчас же после установления пролетарской диктатуры. Уже в первый период советского строительства (1917—1918 гг.) проведено было—с небывалой в мире широтой и глубиной охвата—обеспечение всех работающих по найму в форме социального страхования. Социальное обеспечение всех остальных групп трудящегося населения осуществлялось государством в обычном бюджетном порядке.
В период военного коммунизма в связи с сплошной централизацией почти всего обобществленного хозяйства, жестким централизованным регулированием необобществленного хозяйства и привлечением к трудовой повинности почти всего трудоспособного населения взамен различных форм обеспечения для различных социальных групп была введена система единого социального обеспечения трудящихся. А именно декретом 31 октября 1918 г., с позднейшими его дополнениями, введено было полное социальное обеспечение всех трудящихся от всех видов потери трудоспособности и от безработицы, а также обеспечение членов их семейств в случае смерти кормильца. Эта мера отмечена и в программе ВКП(б) как одно из принципиальных завоеваний Октября, как одна из задач партии и рабочего класса,
886


которая может быть осуществлена только при диктатуре пролетариата23.
Лишь содержание детей, впредь до окончательного проведения в жизнь мер по бесплатному общественному воспитанию детей, оставалось на обязанности родителей. Впрочем этой обязанности родителей по отношению к детям сопутствовали такие меры, как бесплатное детское питание, снабжение учащихся одеждой, обувью и учебными пособиями.
Нужно однако заметить, что проведение в жизнь всех этих мер наталкивалось на непреодолимые препятствия голода и разрухи, вызванные империалистической и гражданской войной и блокадою.
Переход к новой экономической политике обусловил необходимость диференцированного подхода государства к социальному обеспечению различных групп трудящегося населения.
Вследствие этого с переходом к новой экономической политике советская власть отказалась от системы единого социального обеспечения и вновь перешла к системе различных форм социального обеспечения для различных групп и категорий трудящихся (обеспечение работающих по найму—в форме социального страхования, трудящегося крестьянства—в форме обязательной взаимопомощи, инвалидов-красноармейцев—в бюджетном порядке и т. д.). Но самый принцип полного социального обеспечения трудящихся остался в силе.
Однако, учитывая исключительные расходы, связанные с завершением технической реконструкции всего народного хозяйства СССР, с проведением широчайших социально-культурных мер ит. д., советское государство не может уже теперь или в ближайшем будущем провести полную, развернутую программу социального обеспечения всех ’трудящихся, при наличии которого отпала бы ’всякая необходимость в частном обеспечении. Главнейшими из таких «частноправовых» суррогатов социального обеспечения явя/яются: 1) наследование; 2) возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья или лишением жизни кормильца семьи; 3) алименты по семейно-брачному праву.
Независимо от финансовой стороны вопроса сохранение указанных и некоторых других институтов «частноправового обеспечения» диктуется еще тем соображением, что пока личные материальные стимулы еще играют значительную роль как фактор производственной и вообще общественной жизни, они должны быть использованы как одно из орудий для преодоления остатков капитализма в экономике и сознании людей не только в направлении укрепления трудовой, плановой и договорной дисциплины, но и в направлении воспитания серьезного, ответственного отношения к жизни и здоровью других (возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья *или лишением жизни кормильца семьи), к судьбе детей и других нетрудоспособных членов семьи (алименты, отчасти наследование) и т. д.
Выделение институтов хозяйственного права, имеющих в той или иной мере задачею обеспечение нуждающихся нетрудоспособных членов 23 См. программу ВКГ1(б) «Советская власть провела в законодательном порядке полное социальное обеспечение всех трудящихся, не эксплоатирующих чужого труда, от всех видов потери трудоспособности и—впервые в мире—от безработицы, за счет нанимателей и государства, при полном самоуправлении обеспечиваемых и при широком участии профессиональных союзов».
25*
887


общества в особую группу «социальных институтов» и определение их сущности, как «частноправовых» форм обеспечения, которые сохраняются до окончательного проведения в жизнь полного социального обеспечения трудящихся, составляет научную заслугу П. И. Стучка24.
§ 3. Наследственное право
1. Общее понятие о наследовании и о наследственном праве. Буржузное наследственное право
Наследственное право в его современном виде представляет собой правовой институт, регулирующий переход имущества (частной собственности) в целом—с активом и пассивом—от одного лица по его смерти к другим лицам (наследникам).
Наследственное право неразрывно связано с частной собственностью и классовой организацией общества.
В доклассовом обществе со свойственными ему формами «родовой», «племенной» и «общинной» собственности наследования не было и не могло быть. Не будет его и в коммунистическом обществе.
Лишь с возникновением и развитием частной собственности на средства производства и разделением общества на классы устанавливается твердый, регулируемый правом порядок перехода имущества, оставшегося после умершего, к другим лицам в соответствии с общей политикой господствующего в данном обществе класса.
В свою очередь в институте наследования развитие частной собственности получает свое завершение, так как лишь с установлением института наследования частная собственность приобретает свойство непрерывности (делается для господствующего класса «вечной», т. е. переходящей из поколения в поколение по смерти одного собственника к новому собственнику). Свобода же распоряжения имуществом на случай смерти становится необходимым элементом самого права собственности.
Наследование теснейшим образом связано не только с развитием института частной собственности, но и с семьей и родственными отношениями, хотя бы уже по одному тому, что «оно передает права в первую очередь членам той же семьи или того же рода (родственникам)25.
Особенно тесно связано было наследование с семьей и родом на ранних ступенях развития частной собственности, когда переходящая по наследству частная собственность носила еще на себе явственные следы своего происхождения из семейной рбщности имущества, создаваемого совместным трудом всех членов семьи, и выступала как форма подчиненная родовой и общинной собственности26.
24 «Курс советского гражданского права», т. III, разд. IV, М. 1931.
25 П. И. С тучка, Курс советского гражданского права, т., II, 1929, с. 138—139.
2в Ср. П. И. С т у ч к а, там же, с. 139: «Во Французском кодексе право наследования отнесено просто к способам перехода права собственности, тогда как например в Германском кодексе оно и по месту в кодексе близко связано с семейным правом. Германская точка зрения более соответствует исторической действительности, французская— выдает свое рационалистическое буржуазно-революционное происхождение. Если из состава первоначального рода или из 388


В современном буржуазном праве связь наследования с семьей и родством ослабла, но не исчезла. Семья и наследование вместе с частной собственностью являются основными устоями буржуазного общества.
Будучи институтом производным, следствием частнособственнической организации производства, и определяясь в своем развитии развитием основных институтов классового общества—частной собственности и семьи и лежащими в основе их производственными отношениями, наследственное право, в свою очередь, оказывает обратное действие на развитие этих институтов и на весь строй производственных отношений данной классовой общественной формации.
В частности наследственное право может быть с успехом использовано как одно из орудий для проведения политики сохранения и все большей концентрации крупных состояний в немногих руках27 или наоборот политики ослабления имущественного неравенства среди членов имущих классов.
Имея в виду специфические возможности, представляемые наследственным правом для проведения определенной классовой политики в отношении распределения имуществ, Энгельс писал: «Основа наследственного права—экономическая, предполагая одинаковую ступень развития семьи. Несмотря на это будет очень трудно доказать, что например в Англии абсолютная свобода завещаний, а во Франции сильное ее ограничение во всех деталях имели только экономические причины. Но и то, идругое очень сильно действует на экономику тем, что оказывает влияние на распределение ймущест в»28.
Наследственное право имеет большое экономическое и политическое значение в современном буржуазном обществе. Еще более значительное место по степени своего развития и удельному весу занимал институт наследования в системе феодального права, где наследование, при слабом развитии оборота, было основным способом перехода имущества от одного лица к другим лицам и кроме того распространялось на переход не только имуществ, но и политических прав (привилегий).
Институт наследования, ставящий с полной для всех очевидностью одних людей в привилегированное положение перед другими, давно уже стал подвергаться критике не только со стороны социалистов, но и со стороны буржуазных реформаторов, искавших и ищущих в тех или семьи кто-либо приобрел тем или иным способом частную собственность, то самым естественным представлялось, что оставшееся ^осле смерти кого-либо из членов семьи имущество (поскольку оно не следовало за умершим в гроб или на костер) оставалось бы в семье, как общности не только лиц, но и имуществ, или вернулось в род. Этого требуют и интересы первобытной экономической ячейки как в целях производства, так и в видах примитивного социального обеспечения потомства и вообще неспособных к труду членов семьи. Вымерла семья, собственность возвращается в род».
27 Ср. например порядок наследования в родовых имениях знати в феодальный период (право первородства для старшего сына, ограничения наследственных прав женщин; так называемые «фидеикомиссные субституции», посредством которых завещатель возлагал на наследника обязанность передать имущество после смерти последнего другому лицу, а иногда и определял судьбу имущества на несколько поколений вперед и т. д.).
28 Письмо Энгельса к Конраду Шмидту 27 октября 1890 г. К. Маркс и Ф. Энгельс, «Письма», изд. 1931, с. 386.
88»


иных ограничениях наследственного права панацею против несправедливостей капиталистического строя.
Особенно резкой критике институт наследования подвергся со стороны некоторых утопических социалистов (сен-симонисты, Луи-Блан, Вейтлинг и др.). Ученик Сен-Симона—Базар предлагал совершенно отменить наследование и взамен его учредить особые банки, которые распределяли бы оставшиеся по смерти собственника имущества не между родственниками, а между «достойнейшими».
Само собою разумеется, что Маркс и Энгельс, которые считали основной задачей пролетарской революции уничтожение буржуазной собственности, высказывались одновременно и за «уничтожение права наследства»29.
Но для Маркса и Энгельса было ясно, что наследственное право является не причиной, а следствием современной буржуазной организации общества и что «отменить совсем наследство может лишь революция, окончательно отменяющая частную собственность»30.
Поэтому они резко отрицательно относились к требованию отмены наследственного права как основ ному требованию рабочего класса, при сохранении главных устоев капиталистического строя.
Когда в эпоху I Интернационала такое требование было выставлено Бакуниным, Генеральный совет в лице Маркса подверг его уничтожающей критике31.
В последнее время за те или иные ограничения наследственного права энергично высказываются социал-фашистские «теоретики», пропагандирующие реформу наследственного права как одно из средств «социализации» или «солидаризации» капиталистического строя и стремящиеся отвлечь рабочий класс от его основной задачи—свержения капиталистического строя и установления пролетарской диктатуры.
Фашисты, до прихода к власти выступающие с рядом демагогических выпадов против наследственного права, после прихода к власти резко меняют свое отношение к этому институту. Наследственное право становится одним из устоев общественного порядка.В Германии например укрепление позиций сельской буржуазии—кулачества—проводится законом о наследственном крестьянском дворе 29 сентября 1933 г. 32
Правовым основанием наследования является или непосредственно сам закон, определяющий круг наследников, порядок призвания их к наследованию, размер наследственных долей и т. п., или з а- вещание, т. е. облеченное, в надлежащую форму распоряжение собственника принадлежащим ему имуществом на случай его смерти.
Некоторые буржуазные законодательства допускают в качестве основания наследования также и договор о наследовании, т.^е. договор между двумя лицами о том, что одно из них призывается к наследованию по смерти другого. Такой договор отличается от заве29 Коммунистический манифест, гл. 2 «... В наиболее цивилизованных странах могли бы почти повсюду быть приняты следующие общие меры... 3. Уничтожение права наследства».
30 Г1. И. С т у ч к а. Курс, т. II, с. 141.
31 Ф р а н ц Меринг, К. Маркс. История его жизни. ГИЗ, 1920, с. 338—339. Доклад Маркса Генеральному совету I Интернационала о наследственном праве опубликован в № 17 «Большевика» за 1934 г.
32 «Reichsgesetzbiatt» 30 сентября 1933 г.
390


щания главным образом тем, что не может быть односторонне отменен наследодателем. По советскому праву такие договоры не допускаются.
В истории наследственного права наследование по закону (по обычаю) предшествует наследованию по завещанию. В феодальном праве наследование определялось преимущественно законом. Напротив, в буржуазном обществе свобода завещательных распоряжений получила широкое распространение и признание.
Широкая свобода завещаний, как указывал Маркс в письме к Лассалю 22 июля 1861 г., наиболее соответствует «существу свободной конкуренции и основанного на ней общества».
Буржуазное гражданское право не могло бы в полной мере стимулировать хозяйственную инициативу собственников-капиталистов и тем самым капиталистическое накопление, если бы не признало свободы распоряжения имуществом не только при жизни, но и (хотя бы с известными ограничениями) на случай смерти. Соответственно этому буржуазное право открывает широкий простор для свободы завещательных распоряжений. Некоторые буржуазные законодательства ограничивают впрочем завещательную свободу определенной долей имущества, устанавливая так называемую «обязательную» или «неотъемлемую» долю, которой наследодатель не вправе распорядиться по завещанию и которая предназначается в пользу ближайших наследников по закону.
Из-за вопроса о пределах завещательной свободы шла упорная борьба в эпоху буржуазных революций33.
Из современных буржуазных государств почти полная свобода завещаний установлена в Англии, Североамериканских соединенных штатах, Мексике, Канаде. В большинстве буржуазных государств на континенте Европы, напротив того,'существует институт обязательной доли.
Институт обязательной доли берет свое начало еще в римском праве. Уже римское право в целях защиты интересов членов семьи от произвола наследодателя ограничивало завещательную свободу определенной долей имущества. Ближайшие члены семьи наследодателя, а именно: нисходящие, при отсутствии их—восходящие, а также при известных условиях братья и сестры—имели право требовать, чтобы им была оставлена из наследства определенная часть доли, ко33 Главная причина, почему Великая французская революция в период своего наибольшего подъема пришла в противоположность Английской революции, к почти полной отмене завещательной свободы, заключается в следующем. Французская буржуазная революция конца XVIII в. происходила в условиях более высокого экономического развития, при большем обострении классовой борьбы, при более деятельном участии широких масс мелкой буржуазии и рабочих, чем Английская революция XVII в. И когда угнетенные массы овладели государственной властью, они воспользовались ею для полной отмены как всех феодальных институтов, так и тех институтов, при помощи которых низвергнутый класс мог попытаться возродить феодальные порядки. Одним из институтов последнего рода был институт завещаний, которым контрреволюционные силы в очень многих, случаях, особенно на юге Франции, пользовались для того, чтобы свести на-нет значение изменений, внесенных буржуазной революцией в порядок наследования по закону. С а н ь я к, Гражданское законодательство Французской революции. М. 1928, с. 181 и сл., Р а е в и ч. С. И., Великая французская революция и наследственное право. «Советское право» № 1 1928 г., особенно с. 38—40, 42—43. Р а е в и ч, С. И., Гражданское право буржуазно-капиталистического мира. М. 1928, с. 16—17.
891


торая бы причиталась им в порядке наследования по закону сначала х/4, впоследствии х/3 или даже х/2 законной доли).
В современных буржуазных законодательствах право на обязательную долю признается обыкновенно за нисходящими без ограничения степени, а при отсутствии нисходящих—за восходящими (в Германии, Швейцарии и некоторых других государствах не за восходящими вообще, а только за родителями; в Швеции не признается право на обязательную долю даже за родителями). Рядом с нисходящими и восходящими право на обязательную долю признается также и за пережившим супругом (в Германии, Швейцарии, Италии, Испании). Не признается обязательной доли за пережившим супругом во Франции, Австрии, Голландии, Норвегии. По Швейцарскому уложению право на обязательную долю имеют также* родные братья и сестры.
Величина обязательной доли определяется или одинаково для всех случаев (в Германии обязательная доля равняется всегда половине доли, причитающейся в порядке наследования по закону) или же меняется в зависимости от тех или других обстоятельств. Так например по французскому праву свободная часть в имуществе лица, которой оно вправе распоряжаться на случай смерти (portion disposable), составляет х/2, если по смерти его остается одно законное дитя, х/3, если у него двое детей, х/4, если у него трое и более детей. Остальная часть имущества признается недоступной для завещательных распоряжений и сохраняется в пользу детей (biens reserves).
При отсутствии детей, но при наличии внуков или дальнейших нисходящих свобода завещаний ограничена так же, как и при наличии детей завещателя, от которых они происходят.
При наличии одних восходящих свободная доля, которую лицо вправе завещать, составляет х/2, если живы отец и мать или дальнейшие восходящие по отцу и матери, и 3/4, если есть восходящие только в одной линии (Французский гражданский кодекс §§ 913, 914).
По Швейцарскому уложению обязательная доля равняется 3/4 законной доли для нисходящих, х/2—для родителей и х/4—для братьев и сестер. Для пережившего супруга обязательная доля при наличии других законных наследников составляет всю его законную долю, а если он является единственным наследником по закону, то —1/2 (Швейцарское гражданское уложение § 471).
Торжество индивидуалистических тенденций и разрушение старых родовых и патриархально-семейных связей, приведшие к установлению в буржуазном праве широкой свободы завещаний, не могли не отозваться также и на наследовании по закону.
С постепенным ослаблением значения родов уже в римском праве делались попытки к ограничению наследования боковых родственников. Однако эти ограничения в римском праве не удержались, вледствие чего в римском праве самой последней стадии его развития (в юстиниановой кодификации) наследование баковых родственников допущено было «ad infinitum», «до бесконечности».
В новое время также много раз делались предложения ограничить наследственные права боковых родственников, мотивированные тем, что в современных условиях отдаленное родство не играет никакой роли, что дальние родственники весьма часто не поддерживают между собой никакой связи, а иной раз даже не знают друг друга, и что 892


поэтому нет решительно никаких оснований призывать их к наследованию по закону и ставить их в положение «ликующих наследников».
Некоторые буржуазные законодательства, идя навстречу этим Предложениям, ограничили пределы наследования боковых родственников. Но установленные ими ограничения были столь незначительны, что фактически это было почти равносильно безграничному призванию боковых родственников к наследованию. Так, Кодекс Наполеона (1804 г.) ограничил круг боковых родственников, призываемых к наследованию, 12-й степенью родства, Австрийский гражданский кодекс (1811 г.)— 6-й линией родства («Шестой парентелой». Предельная линия наследников: потомки пра-пра-прадедов ипра-пра-прабабок). Более узко определило круг боковых родственников, призываемых к наследованию, Швейцарское гражданское уложение (1907 г.) (предельная линия наследников—потомство деда и бабки, но при определенных условиях наследственное имущество предоставляется в пожизненное владение прадеда и прабабки и их потомства).
Как ни скромны и практически малозначительны были эти попытки ограничения прав наследования по закону, они все-таки вызвали тревогу со стороны хранителей буржуазного строя, боявшихся прикосновения к наследованию как нераздельной части института «священной и неприкосновенной частной собственности». В Германии при крайнем обострении классовой борьбы между пролетариатом и буржуазией эти опасения взяли верх, вследствие чего в Германском гражданском уложении начало наследования по закону проведено без ограничения какой бы то ни было степенью родства.
Только в послевоенное время, главным образом под влиянием финансовых затруднений, в целом ряде буржуазных государств проведены существенные ограничения круга наследников по закону. Дальше всех в этом отношении пошла Англия (закон 1922 г.), где боковые родственники далее третьей степени не призываются к наследованию по закону, а также Греция (закон 1918 г.) и Румыния (закон 1921 г.), где права боковых родственников на наследование по закону ограничены 4-й степенью.
По французскому закону 1917 г. пределом наследования является 6-я степень родства (вместо 12-й), то же и по итальянскому закону 1916 г. (6-я степень вместо 10-й).
Почти во всех буржуазных странах—как в тех, которые провели ограничение круга наследников по закону, так и в тех, где круг наследников остался без изменения, за последнее время, начиная с империалистической войны, были введены или увеличены налоги с наследства.
На высокие ставки налога с наследств буржуазия идет легче,чем на прямое ограничение пределов наследования по закону. Тут не задевается принцип частной собственности, не прекращающейся смертью собственника, а переходящей целиком из рода в род. Кроме того ставки налога с наследств периодически пересматриваются и при сколько-нибудь благоприятной для буржуазии конъюнктуре могут быть незаметно, «без шума» снижены.
2. Советское наследственное право
В советских республиках в первые годы Октябрьской революции вопрос о наследовании получил весьма радикальное разрешение. Дек-
393
5?


i ретом 27 апреля 1918 г. в РСФСР (СУ 1918 г. № 34, ст. 456), декретом 11 марта 1919 г. в УССР (СУ УССР № 24, ст. 268) и соответствующими им декретами в других советских республиках наследование как по закону, так и по завещанию было отменено. По смерти гражданина принадлежавшее ему имущество переходило в собственность государства. Однако нетрудоспособным, неимущим ближайшим родственникам умершего и его супругу временно—«впредь до издания декрета о всеобщем социальном обеспечении»—было предоставлено право получать содержание из имущества умершего. Размер подлежавшего выдаче содержания из имущества умершего определялся органами собеса. Впрочем, если имущество не превышало 10 тыс. руб., то оно должно было поступать в непосредственное управление и распоряжение имевшихся налицо супруга и родственников. Отмена наследственного права не касалась перехода права пользования на землю, переход которого регулировался декретом о социализации земли.
В первые годы нэпа право наследования было легализовано, однако с рядом существенных ограничений как в отношении круга возможных наследников, так и в отношении предельной суммы наследственного имущества.
Восстановление наследственного права оправдывалось как необходимостью обеспечить непрерывность производства и обращения в тех областях хозяйства, где в известных рамках было допуше^о развитие капиталистических отношений, так и соображениями о предоставлении хотя бы некоторого обеспечения ближайшим членам семьи и иждивенцам умершего впредь до осуществления всеобщего социального обеспечения трудящихся. Сюда же в период издания гражданских кодексов i присоединялись соображения о крайнем неудобстве для государства брать'в свое управление огромные массы мелких имуществ, от перехода которых в государственную собственность можно было ожидать лишь очень скромного хозяйственного эфекта.
Из всех этих оснований допущения наследственного права в настоящее время, в условиях окончательной победы социалистических форм собственности, наибольшее значение имеет то обстоятельство, что на современном этапе наследование является у нас по преимуществу частноправовой формой обеспечения, благодаря которой сокращается число лиц, нуждающихся в социальном обеспечении34.
34 Тот факт, что наследование у нас на современном этапе является по преимуществу частноправовой формой обеспечения, был использован троцкистскими контрабандистами как одно из «доказательств» будто бы происходящей сейчас у нас ликвидации частной собственности вообще, а вместе с тем и гражданского права. Так например, установка на ликвидацию частнособственнических отношений вообще и гражданского права пролетарской диктатуры привела Либермана к утверждению, что сейчас у нас происходит превращение наследственного права в институт трудового права (I). «Превращение целого ряда институтов, связанных с гражданским правом, в институты трудового (подчеркнуто нами,— В. С.), колхозного и хозяйственно-административного права,—писал Либерман,— можно продемонстрировать следующим. Наследование... На базе социалистической собственности оно является частноправовой формой социального обеспечения. Объектами наследования являются не средства производства, а средства потребления. Иначе говоря, оно оказывается формой распределения полученных в соответствии с количеством и качеством труда материальных благ. Органическая связь этого института с трудовым правом выступает здесь чрезвычайно рельефно («Последний этап нэпа и хозяйственное право>«Проблемы марксизма» № 5—6 1931 г., с. 42).
394


Первоначально (1923—1926 гг.) наследование в советских республиках было ограничено предельной суммой 10 тыс. руб. за вычетом всех долгов умершего (ст. 416 ГК РСФСР и соответствующие ей статьи ГК других советских республик). /
Если после умершего оставалось имущество, превышающее 10 тыс. руб., то производился раздел имущества между наследниками и государством. Часть, не превышающая 10 тыс. руб., переходила к наследникам, а излишек свыше 10 тыс. руб. поступал в пользу государства.
Опыт показал бесплодность ограничения наследования по сумме наследства в финансовом отношении. Ближайшие к умершему лица обычно так искусно умели утаивать имущество, которое превышало максимум наследования, что государство больше теряло на непоступавшем в его распоряжение налоге с наследств, чем выигрывало от перехода к нему в редких случаях частей имущества, превышавших установленный законом максимум.
Вследствие этого по инициативе Наркомфина СССР, ЦИК и СНК СССР предложили законодательным органам советских республик отменить с 1 марта 1926 г. ограничение размера имущества, могущего переходить в порядке наследования (постановление ЦИК и СНК 29 января 1926 г.—СЗ 1926 г. № 6, ст. 37).
В настоящее время —с 1 марта 1926 г.—по законодательству союзных республик не существует более никаких ограничений в максимуме наследования (вместо этого у нас установлены высокие ставки налога с наследств, сильно увеличивающиеся для более крупных наследств).
При наследований по закону круг наследников у нас ограничен немногими лицами. Это—только прямые нисходящие умершего (дети, внуки, правнуки), усыновленные и их потомство, переживший супруг (зарегистрированный или незарегистрированный, одинаково жена или муж), а также нетрудоспособные, неимущие лица, находившиеся на полном иждивении умершего не менее одного года до его смерти. Такими иждивенцами могут быть как родственники умершего— его родители, братья, сестры и т. д., так и посторонние лица.
Все наследники умершего получают одинаковую долю из оставшегося имущества. Если например осталось двое детей, три внука от этих детей и еще один внук от умершего сына, все наследство делится между наследниками на 6 равных частей.
Таким образом по советскому праву внуки наследуют самостоятельно, наряду со своими родител/ями и в равной с ними доле, тогда как в буржуазном праве к наследованию после деда или бабки призываются внуки лишь от умерших детей (по так называемому «праву представления»), причем в таком случае на всех внуков от умершего сына или дочери приходится одна только доля, которую получили бы их умершие отец или мать, если бы они были живы в момент открытия наследства. Советское право стоит на точке зрения непосредственного обеспечения несовершеннолетних, а не на точке зрения усиления материальных возможностей и авторитета родителей.
Дети и дальнейшие нисходящие пользуются правом наследования безотносительно к тому, родились ли они в браке, зарегистрированном или незарегистрированном, или вне брака. В отличие от буржуазных законодательств, которые в наследственном праве (а равно и в праве на алименты, о чем будет сказано ниже) проводят резкое различие между 395


детьми брачными и внебрачными, советское право не знает вовсе самого деления детей на брачных и внебрачных. Все дети по советскому праву пользуются одинаковыми правами.
Имущество, относящееся к обычной домашней обстановке и обиходу, за исключением предметов роскоши, переходит к тем из наследников по закону, кто совместно проживал с умершим, сверх причитающейся им в общем порядке доли из имущества умершего (ст. 421 ГК).
Пленум Верховного суда РСФСР (прот. № 5 20 мая 1930 г.; прот. № 16 16 декабря 1930 г.) разъяснил, что «нет никаких оснований ограничивать применение» статьи 421 ГК «случаями, когда речь идет о предметах домашней обстановки и обихода лишь в буквальном смысле этих слов (мебель, кухонная утварь и т. п.)» и что «в порядке ст. 421 ГК может быть передано и другое имущество, в частности и строение, если это имущество по своим размерам и ценности но могло быть источником дохода и использовалось исключительно для обслуживания повседневных нужд и потребностей умершего и совместно с ним проживавших наследников».
Установленный законом порядок наследования может быть изменен завещанием. Законодательство советских республик в части, касающейся завещаний, резко отличается от законодательства буржуазных стран. По советскому законодательству завещать имущество можно лишь лицам, имеющим право наследования по закону, т. е. только прямым нисходящим, усыновленным и их потомству, супругу и иждивенцам. Из этого правила законодательство и практика советских республик допускают лишь очень немногие исключения. Так, по гражданским кодексам некоторых советских республик (например, Грузии—по закону 1925 г.; РСФСР—по закону 1928 г.; БССР—по закону 1929 г.) завещания можно делать не только в пользу наследников по закону, но и в пользу государственных органов, кооперативных и иных общественных организаций. Законодательство БССР разрешает назначать наследниками по завещанию, кроме лиц, имеющих право наследования по закону, также родителей и усыновителей наследодателя (ст. 460 ГК БССР в редакции 1929 г.). В остальных советских республиках родители могут быть наследниками по завещанию только в качестве иждивенцев, т. е. в том только случае, если они нетрудоспособны, неимущи и находились на полном иждивении умершего не меньше одного года до его смерти. Такое решение вопроса создает на практике большие затруднения в тех случаях, когда родители состояли не на полном иждивении одного из детей, а на совместном иждивении двух или нескольких детей. Родители в таких случаях не имеют формального основания для наследования после одного из детей, как не состоявшие на полном иждивении умершего. Закон -БССР, разрешая назначать родителей и усыновителей наследниками по завещанию, имеет в виду устранить всякие формальные препятствия для возможности предоставления им средств к жизни из имущества их детей или усыновленных.
Кроме завещания в пользу государственных органов, кооперативных и общественных организаций, а также завещания в пользу родителей и усыновителей, содержанием завещательных распоряжений по гражданским кодексам Советских республик может быть иное распределение имущества между законными наследниками, чём это имело бы место при наследовании по закону. Завещатель вправе распределить 396


имущество между наследниками не поровну, а в любых долях; вправе указать, какие конкретные объекты должны перейти к тому или иному наследнику; вправе распределить завещаемое имущество не между всеми, а только между некоторыми из числа своих законных наследников; вправе оставить все имущество, без остатка, одному из своих законных наследников с отстранением всех остальных.
В большинстве советских республик законодательство не ставит для завещательных распоряжений ограничений в виде определенной обязательной доли. Лишь в некоторых советских республиках, например, в РСФСР в 1928 г., в БССР—в 1929 г., в целях борьбы с беспризорностью установлена обязательная доля в пользу несовершеннолетних наследников по закону в размере трех четвертей той части, которая причиталась бы им в порядке наследования по закону (Примечание 2 к ст. 422 ГК РСФСР в редакции 28 мая 1928 г.). Отсутствие постановлений об обязательной доле для несовершеннолетних наследников в большинстве советских республик составляет несомненный пробел в законодательстве, так как обход в завещаниях несовершеннолетних наследников (не столько детей, сколько внуков) составляет, к сожалению, далеко не редкое явление.
Содержанием завещательного распоряжения может быть также возложение на наследника, получающего имущество по завещанию, обязательства в пользу одного или нескольких лиц, имеющих право наследования по закону. Такие обязательства, возлагаемые на наследников по завещанию, носят название «легатов» или «отказов».
Верховный суд РСФСР признал, что завещатель вправе возложить на лиц, получающих по завещанию имущество, обязанность пожизненно содержать кого-либо из прочих законных наследников, а также обязательство предоставлять этим лицам право пожизненного проживания в завещаемом доме (постановление пленума Верховного суда РСФСР 15 апреля 1929 г. «Суд. практика» № 8 1929 г.).
Такие завещательные распоряжения допускаются и в УССР и в других союзных республиках.
Лица, в пользу которых возложены на наследников обязательства (отказополучатели, получатели легатов), не являются наследниками. Поэтому они не отвечают по обязательствам наследодателя и не уплачивают налога с наследства. Однако наследник вправе, при выдаче отказов, удержать выплаченную им часть налога, падающую на отказанную часть имущества.
По законодательству некоторых советских республик, в том числе РСФСР, завещатель может возложить на наследников исполнение каких-либо действий, направленных на осуществление какой-либо общеполезной цели. При завещании имущества госорганам, кооперативным и общественным организациям завещатель имеет право указать конкретную цель, на которую должно быть употреблено завещаемое имущество (ст. 423 ГК РСФСР в редакции 6 апреля 1928 г.).
Для завещания установлена обязательная форм а—оно должно быть нотариально удостоверено; при несоблюдении нотариальной формы завещание признается недействительным (ст. 425 ГК).
Исключение из общих правил о форме завещания и вместе с тем о круге лиц, в пользу которых допускаются завещательные распоряжения, установлено для вкладов в государственных трудовых сберкассах. 897


В целях привлечения вкладчиков и мобилизации трудовых сбережений на нужды социалистического строительства вкладчику предоставляется право особой надписью на именном вкладном документе указывать лиц, которым должен быть выдан вклад в случае его смерти, независимо от того, входят ли эти лица в круг законных наследников (ст. 13 Положения о гос. труд, сберкассах—СЗ 1929 г. № 17, ст. 140).
Завещатель имеет право как изменить, так и совсем отменить завещание. Отмена завещания производится путем подачи заявления подлежащему органу (в РСФСР—нотариальной конторе; в некоторых других республиках—суду; в УССР, где в 1933 г. нотариальные конторы ликвидированы, а нотариальные функции возложены на народных судей и нотариальные отделы областных судов—народному судье или нотариальному отделу областного суда).
Местом открытия наследства признается место последнего постоянного жительства наследодателя; при неизвестности последнего местожительства—место нахождения наследственного имущества. Публикация об открытии наследства не производится, но в случаях необходимости принимаются меры охранения наследства. Меры охранения наследства принимаются нотариальными конторами или судами. Эти же органы, принимающие меры охранения наследства, выдают и свидетельства, подтверждающие право наследников на наследство.
Принятие мер охранения наследства необходимо во всех случаях, где этого требует ограждение интересов наследников или кредиторов, но особенно необходимо принятие таких мер в тех случаях, где этого требуют интересы государства (при предполагаемой выморочности наследства, во избежание сокрытия от налога и т. п.). К сожалению^охранение наследств не всегда находится у нас на должной высоте. До сих пор встречаются случаи, когда после какой-нибудь одинокой «няни» (как оказалось в одном случае—бывшей помещицы) в потертом сундучке обнаруживаются ценности на тысячи рублей. И такие ценности не всегда поступают в распоряжение соответствующих государственных органов, а иногда просто расхищаются случайно проведавшими о них лицами.
Если присутствующие в месте открытия наследства наследники в течение трех месяцев со дня принятия мер охранения не заявят об отказе от наследства, они считаются принявшими наследство (ст. 429 ГК).
Наследники, отсутствующие в месте открытия наследства, могут принять наследственное имущество в течение 6 месяцев со дня принятия мер охранения наследства (ст. 430 ГК).
В случае неявки в течение 6 месяцев со дня охранения имущества, а равно в случае отказа наследников от наследства, имущество признается выморочным (ст. 433 ГК)35.
35 НКЮ УССР в постановлении 26 августа 1933 г. (СЗ 1933 г. № 39, ст. 510) разъяснил, что доля лица, отказавшегося от наследства, первкадат к государству только в том случае, когда наследник подаст подлежащему органу заявление об общем и безусловном отказе от наследства; если же наследник такого заявления не подает, а только отказывается от своей доли в наследстве в пользу всех остальных наследников или одного из них, то это следует считать переуступкой своих прав на долю наследства, а не полным отказом от него. Оформлять переуступку права на долю в наследстве можно как односторонним заявлением отказывающегося ор-
398


Находящиеся налицо наследники могут вступить управление наследственным имуществом, не дожидаясь явки прочих наследников, которые, своевременно явившись, могут истребовать от них свою долю (ч. 3, ст. 429 ГК). Судебная практика РСФСР, УССР и других советских республик установила, что истребование от сонаследников присвоенной ими доли может производиться в течение общего срока исковой давности.
Указанные выше сроки для заявления присутствующими наследниками отказа от наследства (3 месяца) и для явки отсутствующих наследников (6 месяцев) приняты в большинстве советских республик. В некоторых советских республиках эти сроки определены иначе. Так например, в БССР установлен один срок—6 месяцев со дня открытия наследства как для присутствующих, так и для отсутствующих наследников.
К государству все наследственное имущество или соответствующая его часть переходит:
а) при отсутствии наследников (ст. 418 ГК);
б) если все или некоторые наследники, присутствующие' в месте открытия наследства, отказались от принятия наследства (ст. 429 ГК);
в) если все или некоторые наследники, отсутствующие в месте открытия наследства, в течение указанного в законе срока не примут наследства (ст. 430 ГК).
г) в случае лишения наследодателем в завещании кого-либо из наследников по закону права наследования и отсутствия завещательного распоряжения долей лишенного, поскольку такие распоряжения допускаются законодательством соответствующей советской республики.
Имущество в таких случаях признается выморочным и используется в порядке, устанавливаемом специальными законами.
Некоторые категории выморочного имущества передаются определенным общественным организациям.
Имущество, принадлежащее несовершеннолетним членам трудовых семей (семей рабочих, служащих, колхозников, трудящихся единоличников, кустарей и пр.) в тех случаях, когда названное имущество находилось в совместном пользовании умершего с другими членами семьи, в собственность государству не переходит и становится собственностью этих членов семьи.
Наследства, за вычетом долгов, облагаются прогрессивным налогом,, доходящим до 90° 0 с получаемой по наследству суммы.
Наследник, принявший наследство^ а равно государственный орган и общественная организация, которым перешло выморочное имущество, отвечают по обязательствам наследодателя лишь в пределах стоимости перешедшего к ним имущества.
Кредиторы наследодателя обязаны заявить свои претензии под страхом утраты права требования в течение 6 месяцев со дня открытия наследства (ст. 434 ГК).
Институт наследования в советском праве, при ведущей, затем преобладающей, ныне безраздельной господствущей роли социалистиче-
гану, принимающему меры к охране наследственного имущества, так и всяким иным законным способом передачи прав на имущество. 39»


ской собственности, имеет ограниченное значение. В частности он занимает чрезвычайно скромное место и в имущественных отношениях тру- дящегося крестьянства.
Даже в условиях преобладания мелкособственнического крестьянского хозяйства наследование не имело применения в отношении наиболее значительной тогда части крестьянского имущества. Согласно ст. 67 Земельного кодекса РСФСР (и соответствующим статьям земельных кодексов других союзных республик) остающееся в силе для единоличных хозяйств право собственности на постройки и сельскохозяйственный инвентарь считается принадлежащим «всем членам двора в полном его составе» и не переходит по наследству. По смерти членов крестьянского двора в порядке наследования (по завещанию и по закону) переходят только предметы и суммы, принадлежащие ему лично и не входившие в состав имущества крестьянского двора.
В колхозах основные средства производства обобществлены. Предметы, составляющие необобществленную часть хозяйства, чаще всего являются общей собственностью проживающих вместе членов семьи колхозника (общим фондом колхозного двора) и по смерти колхозника право собственности на эти предметы в полном объеме сосредоточивается у прочих проживавших с умершим членов семьи. Предметом наследования после члена колхоза могут быть только лично принадлежащие ему вещи и денежные суммы, в частности суммы, причитавшиеся умершему с колхоза за выработанные им трудодни. Относительно сумм, причитающихся колхознику за трудодни, президиум Верховного суда РСФСР дал такое разъяснение: «Ввиду того, что расценка трудодня в колхозах должна определяться в соответствии с количеством и качеством труда каждого колхозника и вознаграждение за выработанные трудодни должно считаться личным имуществом колхозника, в отношении которого не должны применяться правила Земельного кодекса об общем имуществе крестьянского двора, разъяснить, что в случае смерти колхозника не полученное им с колхоза вознаграждение* в оплату за трудодни поступает не в общий фонд имущества крестьянского двора, членом которого состоял умерший, а переходит согласно правилам о наследовании по ГК к лицам, являющимся наследниками после умершего» зв. е
36 «Сов. юстиция» № 14 1932 г., с. 32. Вопросу о наследовании в колхозах посвящена специальная работа Ф. В. Дьякова, Проблема наследования в колхозах, Баку 1930 г. Автор этой работы проблему наследования в колхозах всецело подчиняет принципу «непрерывности производства», понимая под этим обеспечение наследникам умершего члена колхоза возможность вернуться к единоличному хозяйству («возможности из элементов домашнего хозяйства умершего члена колхоза плюс его доли в имуществе колхоза вновь воссоздать хозяйство крестьянского двора» стр. 57), ибо, как говорит автор, «пока еще вступающий в колхоз крестьянин должен знать, что обобществление им своих орудий и средств производства—это не окончательная, безвозвратная ликвидация им своего хозяйства, но это состояние, которое может продолжаться до тех пор, пока для крестьянина это будет представлять экономическую целесообразность» (с. 23). Как справедливо замечает в своей рецензии на работу Дьякова т. Комаров Б: «Здесь похуже теории самотека, это явный подрыв колхозного движения, кондратьевщина» («Сов. государство и рев. права» № 1 1931 г., с. 169). Троцкисты со своей стороны не прочь использовать смерть колхозника для ликвидации, в разрез с политикой партии, частной собственности на личное, добавочное хозяйство колхозника и не допустить перехода предметов этого хозяйства в порядке наследования к членам семьи умер-
400


§ 4. Возмещение вреда жизни и здоровью лица
1. Возмещение вреда по советскому праву
Право на обеспечение в порядке возмещения вреда возникает в тех случаях, когда вред был причинен путем лишения жизни, нанесения телесных повреждений (увечья) или расстройства здоровья (ст. ст. 403— 415 ГК).
Вред, подлежащий возмещению, заключается в утрате или понижении трудоспособности, в результате чего наступили утрата или уменьшение заработка, или же в лишении средств к существованию вследствие причинения смерти «кормильцу».
Повреждение здоровья само по себе, и даже связанное с понижением общей трудоспособности, не порождает обязанности возмещения вреда, если оно не отразилось на профессиональной трудоспособности и заработке потерпевшего* 37.
Точно так же и в случае причинения смерти право на возмещение имеют только лица, лишившиеся средств к существованию, доставлявшихся умершим, при условии нетрудоспособности и нуждаемости этих лиц.
Возмещение вреда в порядке индивидуальной ответственности по гражданским кодексам союзных республик носит в СССР характер дополнения к системе социального страхования и регулируется применительно к принципам и нормай социального страхования.
Все лица, работающие по найму, за весьма немногими исключениями, в СССР застрахованы в порядке социального страхования. В случае причинения им увечья или длительного повреждения здоровья они сами, а в случае причинения смерти—их семьи получают пенсионное обеспечение от органов соцстраха.
На социальное страхование в СССР тратятся колоссальные средства. За первую пятилетку расходы по соцстраху возросли в 4 раза. В VL933 г. бюджет социального страхования составлял 4,5 млрд. руб. На 1934 г.
шего. «Особо встает,—говорил например С. Либерман,—вопрос о наследовании в колхозах, где имеются остатки частнособственнических отношений. Мне кажется,— говорил он далее,—что, поскольку здесь речь идет о наследовании на средства производства, право на наследование этого имущества должно быть предоставлено колхозу, с возложением на него обязанности обеспечения в определенных размерах нетрудоспособных членов семьи умершего. В противном случае возможно ослабление" производственной мощи колхозов» (С. Либерман, Последний этап нэпа и хозяйственное право. «Проблемы марксизма» № 5—6 1931 г., с. 42).
37 Ср. определение ГКК Верховного суда УССР 4 декабря 1926 г. по делу инженера Санина, с которым произошел несчастный случай в подвальном помещении Одесского элеватора (нога гр. Санина была затянута в подвал и раздроблена): «Хотя здоровье и целость организма человека и являются благами, охраняемыми советским правом, но телесное повреждение может служить основанием для гражданско-правовых имущественных притязаний лишь тогда, если это повреждение создало для потерпевшего имущественный ущерб, т. е. вызвало расходы или уменьшило заработок потерпевшего» («ВСЮ» 1927 г. № 4). По указанию ГКК Верховного суда при определении размера вознаграждения за утрату физической трудоспособности вследствие получения увечья, но при сохранении способности к умственному труду надлежит исходить не только из утраты потерпевшим (например служащим) его физической трудоспособности, но и из того, насколько эта утрата отразилась на его профессиональной трудоспособности и на заработке (определение № 33953 1928 г. «Суд. практика» № 9 1928 г.).
26 Курс сов, хоз. права
401


годовой бюджет социального страхования утвержден в сумме 5 млрд. 50 млн. руб.38.
Колоссальнейшие средства тратятся в СССР также на проведение специальных мер по технике безопасности и оздоровлению условий труда, на восстановление здоровья и трудоспособности увечных (травматологические институты и т. п.).
Однако и в настоящее время органы социального страхования выплачивают обеспечение не во всех случаях инвалидности и уплачиваемое ими вознаграждение не всегда покрывает полностью понесенный потерпевшим ущерб от потери заработка, хотя с течением времени пенсии ио социальному страхованию по своему размеру все больше и больше приближаются к полному покрытию ущерба39. В связи с этим встает вопрос о дополнительном возмещении вреда в порядке индивидуальной ответственности по ГК.
Вопрос этот нашим законодательством разрешается различно, смотря по тому, является ли причинивший вред страхователем потерпевшего или, что то же самое, утратил ли потерпевший трудоспособность (или лишился жизни) на работе по найму или вне связи с работой по найму.
Если причинивший вред не является страхователем потерпевшего (если вред причинен не на работе по найму), если например заводской рабочий потерпел увечье от трамвая, т о в случае неполучения им от органов социального страхования полного возмещения вреда он имеет право дополнительного требования к причинившему вред об уплате ему разницы между зарплатой ко времени причинения вреда и пенсией по социальному страхованию (ст. 414 ГК). Для наступления такой дополнительной ответственности должны быть налицо общие условия ответственности за причинение вреда, предусмотренные ст. ст. 403 или 404 ГК (социально-опасное или социальновредное действие либо бездействие лица, причинившего вред, пли же повышенная опасность для окружающих предприятия, причинившего вред)40.
Орган социального страхования (раньше страховая касса, теперь— профсоюзные организации), назначивший пенсию, при наличии тех же условий имеет право требования к причинившему вред (в порядке регресса) в размере выданного потерпевшему пособия 41.
Если же причинивший вред является страхователем потерпевшего (если заболевание, увечье или смерть причинены на работе по найму), то при .отсутствии со стороны страхователя (нанимателя) преступного действия или бездействия, имевшего последствием причинение вреда, страхователь (наниматель) никакой ответственности перед застрахованным не несет, хотя бы назначенная ему пенсия по социальному страхованию была меньше прежнего его заработка.
38 «Известия ЦИК СССР и ВЦИК» № 255 11 октября 1933 г.
39 Об уменьшении размеров пенсии по соцстраху для дезорганизаторов производства и срывщиков трудовой дисциплины см. ниже.
40 См. том 2, гл. XIII о внедоговорных обязательствах.
41 Под «выданным пособием» судебная практика понцмает не только выплаченные суммы пенсии, но и другие виды пособий, выданных органом социального страхования (пособие по временной нетрудоспособности, на погребение и пр.).
402


Объясняется это тем, что экономическое назначение системы социального страхования заключается не только в обеспечении застрахованных при наступлении страхового случая (с наибольшим приближением работы органов социального страхования к задачам улучшения материального положения рабочих и повышения производительности труда), но и в освобождении нанимателей от индивидуальной ответственности перед застрахованными за вред, причиненный им в условиях нормальной производственной деятельности.
Наниматель, участвуя в образовании страхового фонда и уплачивая страховые взносы в соответствии с народнохозяйственным значением, размером, характером, степенью опасности и пр. предприятия, учреждения или хозяйства, тем самым страхует себя от индивидуальной ответственности перед застрахованным или членами его семьи за вред, причиненный наступлением страхового случая.
Это основание для освобождения страхователя (нанимателя) от индивидуальной ответственности отпадает в том случае, если причиной страхового случая является «преступное действие или бездействие» нанимателя (ст. 413 ГК).
Под «преступным действием или бездействием» нанимателя судебная практика (постановление пленума Верховного суда РСФСР 9 июня 1924 г., прот. № 12, п. I, определение ГКК Верховного суда УССР 23 декабря 1927г.,—«ВСЮ» №2 1928г.) понимает не только действие или бездействие «преступное» в узком смысле этого слова, т. е. действие или бездействие социально-опасное, преследуемое в уголовном порядке, но и всякое вообще «несоблюдение мер предосторожности или поставление работающего в условия труда, при которых он вполне или утратил или мог утратить трудоспособность, безразлично, был ли вопрос на рассмотрении уголовного суда или нет».
Если несчастный случай с застрахованными произошел от «преступного действия или бездействия» нанимателя в указанном выше смысле (например вследствие отсутствия необходимых ограждений, отсутствия технического надзора за работами, отсутствия инструктажа относительно обращения рабочих с машинами, небрежной организации труда и т. п.), то застрахованный вправе требовать дополнительно от нанимателя разницы между заработком к моменту причинения увечья и пенсией по социальному страхованию.
Орган социального страхования, удовлетворивший потерпевшего, и в этом случае имеет право требования к нанимателю в размере выданного потерпевшему пособия (в порядке «регресса»).
Для лиц незастрахованных, получающих возмещение за причиненный им вред исключительно в порядке индивидуальной ответственности по ГК, возмещение вреда есть суррогат социального страхования, и они поэтому не могут взыскивать от причинившего вред большего возмещения, чем могли бы получить на их месте лица застрахованные (ст. 415 ГК).
При этом незастрахованный потерпевший приравнивается к соответствующей категории рабочих или служащих, в зависимости от его имущественного положения и степени его социальной полезности (ст. 415 ГК). Установленный законом критерий социальной полезности надо понимать в смысле полезности той профессии или того типа деятельности, которою занимается потерпевший, для народного хозяйства 25»
403


или для культурного строительства СССР. Незастрахованный сплавщик или возчик леса, кустарь, домашний учитель, домашняя хозяйка и пр. могут искать возмещения вреда, исходя из той зарплаты, которую они бы получали, если бы они свою деятельность осуществляли по найму.
Возмещение вреда, причиненного заболеванием,увечьем или смертью потерпевшего, заключается, как правило, в выдаваемой потерпевшему или лицам, состоявшим на его иждивении, пенсии—содержания, в дополнение к пенсии по социальному’страхованию или взамен пенсии по социальному страхованию. Только в случае ликвидации по каким бы то ни было основаниям предприятия (государственного, смешанного, кооперативного, общественного или частного), обязанного выплачивать пенсию на основании постановления ЦИК и СНК СССР 27 ноября 1927 г., производится капитализация пенсии. В этом случае ликвидационная комиссия (ликвидаторы) обязана внести соответствующую сумму в органы государственного страхования, а увечный или члены его семьи будут потом получать периодические платежи через органы государственного страхования.
Поскольку возмещение за утрату трудоспособности или потерю кормильца является возмещением единственного или основного источника содержания потерпевшего или его семьи, судебная практика распространяет на иски о возмещении за смерть или увечье процессуальные льготы, установленные для алиментных исков: подсудность по месту жительства истца, освобождение от единой государственной пошлины, допущение немедленного (по законодательству УССР—предварительного) исполнения судебных решений и пр.
Возможны случаи, когда подлежащий возмещению вред является результатом не только социально-опасного либо ‘ социально-вредного действия или бездействия лица, непосредственно причинившего вред, или проявлением специфически опасных сторон в данной хозяйственной деятельности, но и результатом социально-опасного или социальновредного действия (бездействия) ёамого потерпевшего42.
В таких случаях было бы неправильным возложить ответственность за происшедший вред полностью на лицо, непосредственно причинившее вред (на железную дорогу, на орган комхоза, на промышленное предприятие и т. п.), но одинаково неправильным было бы и полное освобождение лица, непосредственно причинившего вред, от всякой ответственности за этот вред. Судебная практика признала необходимым применение в таких случаях так называемого «принципа смешанной ответственност и», т. е. распределения тяжести ущерба между причинившим и потерпевшим вред или, точнее говоря, возмещения потерпевшему не всего понесенного им вреда, а только половины или иной его части (разъяснение пленума Верховного суда РСФСР 28 июня 1926г.; доклады ГКК Верховного суда РСФСР за 1926 и 1928 гг.; определение ГКК Верховного суда УССР по делу ЦК Союза 42 Например суд по делу устанавливает, с одной стороны, несоблюдение ж.-д. служащим правил о предупредительных свистках, об уменьшении в определенных местах скорости движения и т. п., а с другой стороны, нетрезвое состояние самого потерпевшего в момент причинения ему увечья. Или например при увечье на производстве наряду с наличием грубой небрежности потерпевшего суд устанавливает не менее грубую небрежность или даже преступное бездействие администрации предприятия и т. п. >
404


строительных рабочих с Украинбанком 16 мая 1927 г.—«ВСЮ» № 14 1927 г.)43.
Бывают случаи, когда подлежащий возмещению вред причинен не одним лицом, а несколькими лицами, причем невозможно определить, в какой мере каждое из этих лиц участвовало в причинении данного вреда.
В этих случаях гражданские кодексы (ст. 408 ГК РСФСР) устанавливают солидарную ответственность всех лиц, совместно причинивших вред44.
Так например, если увечье или смерть являются последствием одного преступления, совершенного несколькими лицами, то имущественную ответственность за этот вред должны нести солидарно в полном объеме все участники этого преступления, независимо от характера их участия в причинении вреда (исполнители, пособники, подстрекатели и т. п.). Точно так же отвечают солидарно за причиненный вред несколько лиц, обязанных иметь технический надзор за безопасностью определенных работ. Например в случае увечья или смерти рабочего-строителя на работе, производимой подрядным способом, перед увечным (или членами семьи погибшего) отвечают солидарно и предприятие-подрядчик (строительная организация), и предприятие, сдавшее подряд (постановление пленума Верховного суда РСФСР 19 апреля 1926 г., прот. № 7). Украинская судебная практика применяет солидарную ответственность и в случаях простого совпадения независимых друг от друга действий, давших в совокупности единый вредный результат, так что невозможно определить, какая часть вреда причинена каждым из этих действий, например в случае увечья или смерти седока при столкновении двух автомобилей (определение ГКК Верховного суда УССР 30 октября 1925 г.)45.
2. В о^з мещение вреда и принципы социального страхования
Как показано выше, в основу советских гражданских законов о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью лица, положен принцип пенсионного обеспечения применительно к задачам и нормам социального страхования.
43 «Хотя этот принцип распределения ответственности (т. е. принцип смешанной ответственности.—авторы.) и не выражен непосредственно в ГК, однако применение его следует признать допустимым в тех случаях, когда невозможно точно признать причинную связь понесенного ущерба с действиями лишь одной из сторон и когда соображения социально-политического характера делают невозможным возложение всей тяжести ущерба либо на потерпевшего, либо на непосредственно причинившего вред» (см. указанное выше определение ГКК Верховного суда УССР 16 мая 1927 г.).
44 Ст. 115 ГК определяет солидарную ответственность следующим образом: солидарная ответственность наступает, если она предусмотрена договором или установлена законом. По солидарному обязательству кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от каждого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. При безуспешности взыскания с одного должника кредитор может взыскивать все недополученное с остальных должников. Должник, исполнивший солидарное обязательство, имеет, поскольку иное не установлено законом или договором, право обратного требования к остальным должникам в равной доле. Неуплаченное одним из содолжников падает в равной доле на всех остальных.
45 Семенова, Научный комментарий’к ГК РСФСР, вып. 20, М. 1928 г., с. 39.
405


Теснейшая связь возмещения вреда в таких случаях по правилам ГК с выдачей пенсий по правилам социального страхования неоднократно подчеркивалась и судебной практикой. Так например пленум Верховного суда РСФСР в разъяснении 17 января 1927 г. говорит: «Пенсии-пособия, назначаемые потерпевшим от так называемых несчастных случаев как за увечье, так и за смерть, в нашем ГК хотя и внесены в главу обязательств, возникающих вследствие причинения другому вреда, но определяются с применением иного принципа, чем в буржуазных гражданских законах. Наше положение о вознаграждении в этих случаях исходит из принципа социального страхов а н и я»46.
Принцип социального страхования, лежащий в основе обязательств, возникающих вследствие причинения вреда жизни и здорвью лица, применяется как при определении размера возмещения за причиненный вред, так и при решении других вопросов. Например по вопросу о предельном сроке выплаты возмещения несовершеннолетним в случае причинения смерти их родителям, пленум Верховного суда РСФСР разъяснил, что при определении возрастало достижения которого должны выплачиваться платежи в пользу несовершеннолетних детей в случае причинения смерти их родителям, надлежит руководствоваться не нормами семейного права, а пунктом «а» ст. 189 КЗоТ, согласно которому (редакция 27 мая 1929 г.) в случае смерти родителей подлежат обеспечению дети (в частности усыновленные), не достигшие 16-летнего возраста. Дети, обучающиеся в учебных заведениях, подлежат обеспечиванию до 18-летнегр возраста (прот. № 9 23 июля 1929 г.).
Ответственность по ГК за причинение вреда жизни и зоровыо лица должна быть теснейшим образом увязана с задачами социального страхования на каждом данном этапе социалистического строительства. В настоящее время грандиозные задачи второй пятилетки потребовали коренной перестройки всего дела социального страхования лицом к производству. Деятельность профсоюзов в области социального страхования должна быть теснейшим образом связана с борьбой за высокую производительность труда и выполнение всех показателей промфинплана, с борьбой со всеми дезорганизаторами производства, со всеми теми, кто срывает успешный ход производства и социалистического соревнования, с борьбой за преимущественное обслуживание ударников, активных производственников, работников, длительно работающих на одном месте и пр.
III пленум ВЦСПС (1933 г.) так определил задачи, встающие перед профсоюзами в связи с передачей им управления делом социального страхования:
«Профсоюзы должны искоренить всяческий бюрократизм и уравниловку в социальном страховании. Они должны социальное страхование превратить в действительно могучий рычаг улучшения материального положения рабочих, подъема производительности труда, укрепления трудовой дисциплины и борьбы с текучестью рабочей силы. В осуществление этого... пленум предлагает президиуму ВЦСПС в целях поощрения ударничества и социалистического соревнования разработать И внести изменения в действующее законодательство по социальному 46 «Судебн. практика» 1927 г., № 2, с. 4.
406


страхованию. При исчислении размера пособий по временной нетрудоспособности и пенсиям учитывать не только общий производственный стаж, но также и продолжительность работы на одном предприятии. При исчислении размера всякого рода выплат по социальному страхованию ударник и соревнующийся должны пользоваться максимальными привилегиями. В центре работы профсоюзов по социальному страхованию должна быть забота о рабочйх, активно борющихся за выполнение промфинпланов и норм выработки, и борьба с летунами, прогульщиками, рвачами путем лишения их всякого права пользования социальным страхованием. Пересматривая порядок социального страхования, необходимо нанести решительный удар по текучести и создать у рабочих стимул для продолжительной работы на предприятии».
Ввиду тесной связи между возмещением вреда, причиненного жизни и здоровью лица, по гражданским кодексам союзных республики социальным страхованием было бы совершенно недопустимым, чтобы лицо, которому было отказано в назначении пенсии по социальному страхованию или которому пенсия была назначена в уменьшенном размере—по соображениям борьбы с дезорганизацией производства, текучестью рабочей силы и т. п., могло бы потом себя «компенсировать» в. порядке дополнительного требования по ГК.
Индивидуальная ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью лица, установленная в дополнение к правилам о социальном страховании, и «регрессные иски» органов социального страхования находили весьма широкое применение в судебной практике в течение восстановительного периода, а также вначале реконструктивного периода.
При изношенности и технической отсталости промышленных и транспортных предприятий, унаследованных от царского режима, гражданская ответственность за последствия несчастных случаев перед потерпевшими (или их семьями) и страховыми кассами имела весьма существенное практическое значение в деле внедрения мер по охране труда и технике безопасности, а следовательно и в деле предупреждения несчастных случаев на производстве и транспорте.
Коренная техническая реконструкция народного хозяйства СССР, сопровождавшаяся широким развитием специальных мер по оздоровлению условий труда и техники безопасности47, привела к резкому снижению травматизма и заболеваемости рабочих.
47 По данным металлургических заводов УССР, в новых реконструированных заводах на одну домну с механизированной загрузкой число смертельных несчастных случаев приходилось в 11 раз меньше, прочих несчастных случаев—в 6 раз меньше, профессиональных отравлений—в 34 раза, меньше, чем ранее на одну доменную печь с ручною завалкой.
Влияние механизации труда на снижение травматизма ясно видно из того, что травматизм на одного машиниста подземных установок в 3 раза, а на одного обслуживающего врубовую машину в 1,5 раз ниже, чем на одного ручного забойщика и отбойщика. Па новых коксобензольных заводах Украины в 1931 г. травматизм был на 44% ниже, чем на старых заводах. В общем в каменноугольной промышленности снижение травматизма составляло в 1932 г. по сравнению с 1929 г. 43,6%, по металлургии—37,5%, по основной химии—28,9%, по добыче нефти—32,9%.
Такое резкое снижение травматизма дает не механизация сама по себе, а только механизация, являющаяся неразрывной частью социалистической рационализации. Капиталистическая рационализация, даже в условиях наибольшей механизации, неизбежно приводит к увеличению промышленного травматизма. Так например в одной из наиболее механизированных шахт Германии (Ахенбах) на 1000 рабочих 407


Вследствие этого, а также вследствие грандиозного развития системы социального страхования, особенно в ведущих отраслях промышленности, поле применения и относительное значение гражданской ответственности за смерть и увечье сильно уменьшились. Уменьшились также число и относительное значение регрессных исков органов социального страхования. Однако и сейчас гражданская ответственность за смерть и увечье имеет весьма важное значение для защиты интересов трудящихся.
Проверяя по искам потерпевших (или членов семьи потерпевшего) и регрессным искам органов социального страхования соблюдение предприятиями правил об охране труда и обязывая предприятия в случае несоблюдения этих правил выплачивать солидные суммы на обеспечение потерпевших, суды и сейчас «помогают выполнять очень важную функцию органов охраны труда по предупреждению несчастных случаев в дальнейшем»48 49. '
Поэтому надо отметить как положительное явление некоторое оживление в практике предъявления «регрессных исков» со стороны органов социального страхования после того, как такими органами стали профсоюзы, 4
3. В о_з мещение вреда в колхозах и в промкооперации
Члены колхозов и члены промысловых кооперативных артелей (товариществ) как лица ненаемного труда не подлежат государственному социальному страхованию. В целях обеспечения их на случай утраты трудоспособности созданы специальные кассы общественной взаимопомощи колхозников и кассы взаимного социального страхования лиц, занятых в промысловой кооперации. В случае выдачи этими кассами обеспечения потерпевшим увечье колхозникам или членам промысловой кооперативной организации (либо членам семьи умершего колхозника или члена промысловой кооперативной организации) на указанные кассы должно распространяться право регресса, предусмотренное ст. ст. 413 и 414 ГК49.
Некоторые суды отказывают в присуждении с колхозов возмещения по правилам ГК за вред, причиненный жизни или здоровью колхозника в связи с его работой в колхозе, считая, что поскольку потеря колхойни- комтрудоспособностиявиласьследствием участия его в общем коллективприходилось несчастных случаев в 1928 г. 211,3; в 1929 г.—2G6,4; в 1930 г.—289,1. Количество смертельных травм в горной промышленности в СССР значительно ниже, чем в капиталистических странах. Так, в 1929 г. на 1000 рабочих приходилось смертельных травм в горной промышленности: по СССР 1,7; в Пруссии—2,0; в Японии— 3,4, в США—4.5. Обо всем этом см. «Итоги выполнения первого пятилетнего плана развития народного хозяйства Союза ССР». Изд. Госплана СССР, М. 1933, с. 182— 185.
48 Г. М. Свердлов и В. С. Тадевосьян, ГК РСФСР в судебной практике. М. 1929, с. 178.
49 Относительно касс взаимного социального страхования промысловой кооперации имеется специальное разъяснение президиума Верховного суда РСФСР 22 февраля 1932 г. прот. № 6: «Разъяснить, что право регресса, предусмотренное ст. ст. 413 и 414 ГК, распространяется и на кассы взаимного социального страхования лиц, занятых в промысловой кооперации».
408


ном хозяйстве, претензии увечного должны разбираться в порядке устава артели, а не на основании Гражданского кодекса. ГКК Верховного суда РСФСР разъяснила, что отказы в исках по этому мотиву являются неправильными, но указала при этом, что при присуждении с колхоза возмещения «необходимо исходить из того, что потерпевший колхозник, как член коллектива является в то же время и сам причинителем вреда и потому несет ту или иную долю ответственности за возникшее увечье. Поэтому размер вознаграждения в каждом отдельном случае определяется судом в зависимости от доли ответственности колхоза в происшедшем увечье, степени утраты трудоспособности потерпевшим, хозяйственной мощности колхоза и имущественного положения потерпевшего» (Инструктивное письмо 6 октября 1930 г.).
В УССР споры междуС колхозниками и колхозами о возмещении за вред, причиненный жизни или здоровью члена колхоза в с^язи с его работой в колхозе, разрешаются по существу на тех же основаниях,что и в РСФСР, но только не в судебном, а в административном порядке— районными или городскими земотделами по принадлежности (пост. НКЮГ Наркомзема и Наркомсобеса УССР 28марта 1933 г.—СЗ УССР 1933 г. № 15, ст. 189).
При определении размера возмещения члену колхоза или его семье? необходимо кроме моментов, указанных в инструктивном письме ГКК Верховного суда РСФСР 6 октября 1930 г., принимать во внимание ценность потерпевшего в производственном отношении, его отношение к. труду, к социалистической собственности и т. п.
§ 5. Алименты 50
1. Общее понятие об алиментах
Одной из главнейших фукций семьи в переходный от капитализма, к коммунизму период продолжает еще оставаться функция содержания детей и нуждающихся нетрудоспособных членов данной семьи.
Содержание, которое обязаны доставлять одни лица другим в силу существующих между ними брачных и семейных отношений, называется алиментами. ч
Огромнейшие всемирноисторического значения успехи в области индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства создают необходимые условия для перестройки быта на нсГвых социалистических началах и для постепенной замены частного обеспечения в пределах отдельной семьи социальным обеспечением (государственным и общественным).
Миллионы женщин вовлекаются в производство, активно участвуют в социалистическом строительстве, управляют государством; многие из них идут в первых рядах строителей социализма. В колхозе женщина стала «большой силой». «Колхозное движение выдвинуло на руководящие должности целый ряд замечательных и способных женщин» 51.
50 Семейное право в СССР является самостоятельной областью права и самостоятельной научной дисциплиной. В курс хозяйственного права мы включаем только вопрос об алиментах.
61 Сталин, «Вопросы ленинизма». Дополнение к 9-му изд., с. 60.
40&»


На смену женщине-«иждивенке» приходит женщина экономически самостоятельная, независимая в материальном отношении от мужчины- мужа или отца, имеющая свой заработок, свои трудодни, равноправная с мужчиной участница социалистического производства, равноправный с мужем член семьи.
Во второй пятилетке в производство будет вовлечено заново свыше 3 миллионов женщин. В результате общее количество работающих женщин достигнет 10,1 миллиона, что составит 33,9% общего числа работающих против 29,9% в 1932 г.
Вовлечение женщин в производство сопровождается огромным развертыванием и в городе и в деревне (в колхозах, МТС, совхозах) культурно-бытовых учреждений, дающих женщине возможность отдавать свое время производительному труду и общественно-политической работе (детские ясли, сады, школы, столовые общественного питания, прачечные и т. п.). Во второй пятилетке ясельная сеть в городах расширится в 2,6 раза; охват детей дошкольного возраста соответственной сетью учреждений увеличится в 3 раза; общественным питанием будет схвачено не меньше 32,7 миллиона человек (больше чем удвоение).
Все это, а равно ликвидация безработицы и пауперизма, расширение объема и функций государственного и общественного обеспечения значительно снижают роль частного, семейноТо обеспечения (алиментов).
Однако не только в настоящее время, но и в конце второй пятилетки основная забота о содержании детей и часть забот о содержании нуждающихся нетрудоспособных членов семьи лежат и останутся лежать на родителях и вообще ближайших членах семьи. Общее число «иждивенцев» во втором пятилетии сократится приблизительно на 15 % (в 1937 г. на 1 работающего будут приходиться 0,92 иждивенца вместо 1,08 в 1932 г.)52.
Поскольку таким образом семейные функции по содержанию детей и нетрудоспособных не будут еще вытеснены социальным обеспечением, постольку и судам долгое еще время придется иметь дело «со всеми видами алиментов, как с видом социального обеспечения, перенесенным в плоскость семейных отношений» (из инструктивного письма ГКК Верховного суда РСФСР 11 июня 1929 г.).
В буржуазных странах в алиментном праве проводится резкое различие между детьми брачными и внебрачными.
Одна группа буржуазных законодательств в виде общего правила запрещает внебрачным детям отыскивать своего отца, т. е. добиваться установления отцовства судебным порядком (reconnaissence judiciare). К этой группе законодательств принадлежит прежде всего Французский гражданский кодекс (ст. 340), который до 1912 г. запрещал внебрачному ребенку «отыскивать отцовство», за исключением случаев изнасилования или похищения его матери. Законом 16 ноября 1912 г. сюда были присоединены еще случаи обольщения матери (злоупотребление властью, обещание жениться, обручение), явного с ней сожительства и некоторые другие. Этот запрет с теми пли иными изъятиями воспринят всеми романскими странами. Та же группа законодательств в большинстве ^случаев затрудняет внебрачному ребенку отыскивание и его матери,
62 Проект второго пятилетнего плана развития народного хозяйства СССР, т. I, Партиздат, 1934, с. 322.
410


не допуская например установления материнства свидетельскими показаниями, если нет «начала письменного доказательства»53. Непризнанные внебрачные дети во Франции и в странах, позаимствовавших у нее законодательство, не имеют прав по отношению к своим родителям; признанные пользуются правом на алименты и некоторыми наследственными правами.
В Германии внебрачный ребенок юридически связан родством только со своей матерью и ее родственниками. Между внебрачным ребенком и его отцом закон не признает родственной связи. «Внебрачный ребенок и его отец не считаются состоящими в родстве», говорит § 1589 Германского гражданского уложения.
Обязанности отца ограничиваются уплатой алиментов до достижения ребенком 16 лет. Размер алиментов в Германии определяется социальным положением матери, а не отца (отец в подавляющем большинстве случаев принадлежит к «высшим», мать—к «низшим» классам общества).
Английское законодательство о внебрачных детях еще более реакционно. В Англии внебрачный ребенок рассматривается, как «ничей» (filius nullius), который юридически не состоит в родстве ни с отцом ни с матерью и который поэтому не имеет никаких наследственных прав после своих родителей. Содержать ввнебрачного ребенка по английскому закону обязана мать, и только при недостатке у нее средств отец может быть присужден к уплате алиментов внебрачному ребенку до достижения им 16-летнего возраста. При этом сумма алиментов до. 1921 г. не должна была превышать 5 шиллингов в неделю, а теперь (с 1921 г.) максимальная сумма алиментов—10 шиллингов в неделю.
В США внебрачные дети в общем пользуются также весьма ограниченными правами на алименты.
Несколько лучше, чем в большинстве стран капиталистического мира, юридическое положение внебрачных детей в Швейцарии; однако и швейцарское законодательство очень далеко от уравнения в правах внебрачных детей с законными. Лишь в скандинавских странах, особенно по норвежскому закону 10 апреля 1915 г., да в двух штатах Северной Америки (в Миннезоте и Сев. Дакоте) серьезно улучшено положение внебрачных детей. Но эти страны не являются типическими для капиталистического мира. Во всех «великих» державах буржуазного мира внебрачные дети находятся в бесправном положении и недостаточно обеспечены алиментами, что влечет за собой ужасающее повышение смертности среди внебрачных детей, колоссальное число детоубийств, великое множество абортов и т. п.
Буржуазные законодательства во многих случаях в праве на алименты проводят различие не только между детьми брачными и внебрачными, но и между мужем и женой. Некоторые буржуазные кодексы возлагают обязанность доставлять содержание другому супругу только на мужа по отношению к жене, но не обратно, исходя, очевидно, из лого, что для мужчины ниже его достоинства получать содержание от женщины. Право жены на получение содержания бывает иногда обус53 Commencement de preuve par ecrit ст. 341 французского гражданского кодекса, т. е. одних свидетельских показаний недостаточно; надо еще, чтобы были хотя бы и не формальные письменные доказательства.
411


ловлено наличием с ее стороны готовности следовать за мужем при перемене местожительства и жить с ним.
Октябрьская революция в первые же месяцы отменила навсегда позорное деление детей на брачных и внебрачных и уничтожила до последних следов неравенство в правах женщины с мужчиной.
Ленин придавал огромное значение революционному законодательству в области семейного и брачного права. В речи на конференции московских работниц 23 сентября 1919 г. Ленин подчеркивал, что «советскою властью... в первые же месяцы ее существования был йроизведен в законодательстве, касающемся женщины, самый решительный переворот. Из тех законов, которые ставили женщину в положение подчиненное, в Советской республике не осталось камня на камне. Я говорю,—пояснял Ленин,—именно о тех законах, которые специально использовали более слабое положение женщины, поставив ее в положение неравноправное и часто даже унизительное, т. е. о законах о разводе и о внебрачном ребенке, о праве женщины на иск к отцу ребенка для его обеспечения...»54.
И в другом месте: «За два года советская власть в одной из самых отсталых стран Европы сделала для освобождения женщины, для равенства ее с «сильным» полом столько, сколько за 130 лет не сделали все вместе передовые, просвещенйые, «демократические» республики все?*о мира. Просвещение, культура, цивилизация, свобода,—все эти пышные слова соединяются во всех капиталистических, буржуазных республиках мира с неслыханно-подлыми, отвратительно-грязными, *3верски-грубыми законами о неравенстве женщины, по законам о брачном праве и о разводе, о неравенстве внебрачного ребенка с «законнорожденным», о привилегиях для мужчин, об унижении и оскорблении для женщины. Иго капитала, гнет «священной частной собственности», деспотизм мещанской тупости, меДко-хозяйственной корысти,—вот что помешало самым демократическим республикам буржуазии посягнуть на эти грязные и подлые законы. Советская республика... смела эти законы сразу, не оставила камня на камне в постройках буржуазной лжи и буржуазного лицемерия»55.
2? Алименты по советскому праву
Кто имеет право на алимент^ по советскому праву?
Дети имеют право на получение средств на свое содержание от родителей в тех случаях: а) когда дети несовершеннолетние (до 18 лет) и б) когда дети, хотя бы и совершеннолетние, нетрудоспособны и находятся в нужде.
Обязанность содержать детей лежит на обоих родителях, причем размер средств на содержание, которые отец или мать обязаны давать детям, определяется в зависимости от материального положения каждого из родителей. От обязанности содержать своих детей родители не освобождаются и тогда, когда решением суда они лишены родительских прав.
В целях защиты интересов ребенка советское законодательство предоставляет матери право еще до рождения ребенка (в период бере- 54 Л е н и н, т. XXIV. с. 468.
55 Л е н и н, т. XXIV, с. 518—519.
412


мениости) или после рождении ребенка подать заявление об отце ребенка в местный орган загса по своему местожительству.
Согласно ст. ст. 28, 29 Кодекса законов о браке РСФСР (в редакции 20июля 1933 г.—СУ 1933 г. №42, ст. 159) и «инструкции о порядке регистрации актов рождения», утвержденной ВЦИК 20 марта 1933 г. (СУ 1933 г. № 22, ст. 74), если заявление матери подкреплено данными, достаточными для установления фактического брака (например справка домоуправления о совместном проживании указанных лиц, взаимная переписка, показания третьих лиц и пр.), лицу, названному отцом ребенка, посылается извещение о поступившем заявлении. По истечении месячного срока со дня получения им извещения лицо, названное отцом ребенка, независимо от того, поступит или н е поступит с его стороны возражение, регистрируется отцом ребенка.
В течение годичного срока указанному лицу предоставляется право оспаривать отцовство в судебном порядке. Своевременно неоспоренная лицом, названным отцом ребенка, запись об отцовстве является бесспорным доказательством отцовства.
Аналогичные постановления об упрощенном порядке установления отцовства имеются и в других советских республиках, причем однако по законодательству большинства советских республик, в случае возбуждения лицом, названным в заявлении отцом ребенка, судебного спора о правильности этого заявления, занесение его в книгу записей как отца ребенка приостанавливается до разрешения возбужденного спора по существу судом (ср. например ст. 7 Код. зак. о семье УССР). Нельзя не признать, что законодательство РСФСР более обеспечивает интересы ребенка в случаях отрицания отцовства со стороны лица, указываемого матерью как отца ребенка, чем законодательство других советских республик.
Упрощенный порядок установления отцовства установлен в целях лучшей защиты интересов ребенка. Подача в загс заявления об отце ребенка—право, а не обязанность матери. Поэтому мать ребенка имеет право с заявлением об установлении отцовства обратиться также в суд, если по обстоятельствам дела находит это более целесообразным.
Правом на алименты наравне с родными детьми пользуются также усыновленные дети, ав РСФСР и некоторых других республиках кроме того, при известных условиях, правом на алименты пользуются также пасынки, падчерицы и дети, принятые на постоянное воспитание, но формально не усыновленные (ст. ст. 421, 423 Код. зак. о браке, семье и опеке).
Мать ребенка, хотя бы и не состоящая с отцом ребенка в зарегистрированном или незарегистрированном браке, в случае нужды имеет право на получение алиментов от отца ребенка в течение беременности и 6-месячного срока после родов (в УССР в течение беременности и в течение года после родов)—ст. 31 Код. зак. о браке РСФСР, ст. И Код. зак. о семье УССР.
Родители, если они нетрудоспособны и нуждаются, имеют право на алименты от своих детей. Таким же правом пользуются у с ы- новители по отношению к усыновленным. По законодательству РСФСР и некоторых других республик и пасынки или падчерицы 413


обязаны доставлять содержание нуждающимся нетрудоспособным отчи- му или мачехе в том случае, если они находились на иждивении последних в течение не менее 10 лет (ст. 421 Код. зак. о браке РСФСР).
Нетрудоспособный и нуждающийся супруг (жена или муж) имеет право на алименты от другого супруга, если последний по признанию суда в состоянии оказывать ему материальную поддержку.
Право нуждающегося супруга на алименты от другого супруга сохраняется и по прекращению брака разводом. Разведенный, нуждающийся и нетрудоспособный супруг в РСФСР имеет право на алименты в течение одного года со дня прекращения брака (ст. 15 Код. зак. о браке). В УССР это право сохраняется за разведенным супругом без ограничения сроком, если только нетрудоспособность разведенного супруга возникла до брака, во время состояния в браке, либо не позже года после развода. Это право на получение алиментов от прежнего супруга прекращается в случае вступления получающего алименты супруга в новый брак (ст. 129 Код. зак. о семье).
Взаимное право супругов на алименты принадлежит одинаково как лицам, брак которых был зарегистрирован, так и лицам, состоящим в незарегистрированном браке.
В некоторых советских республиках, например в РСФСР, правом на алименты, при известных условиях, пользуются также внуки и внучки по отношению к деду и бабке и обратно, а также несовершеннолетние братья и сестры по отношению к братьям и сестрам, обладающим достаточными средствами.
При определении размера алиментов суд должен тщательно изучить конкретную обстановку каждого дела, учесть материальное, семейное, классовое положение сторон, а также действительную нуждаемость в алиментах.
Как правило, алименты присуждаются помесячно. Капитализация платежей допускается только при неплатежеспособности и несостоятельности ответчика (Инструктивное письмо ГКК Верховного суда РСФСР от И июня 1929 г.). При присуждении периодических платежей суды в тех случаях, когда они не связаны законом (заработная плата, пенсия по социальному страхованию или социальному обеспечению и т. д.)т имеют право присуждать, смотря по имущественному положению и хозяйственным условиям сторон, не только помесячно, но и по четвертям года (постановление пленума Верховного суда РСФСР 26 октября 1925 г.).
Как общее правило, взыскание средств на содержание детей допускается лишь на будущее время.Взыскание за прошлое время возможно лишь в том случае, когда требующий для ребенка алименты родитель (истец) докажет, что он, не получая от другого родителя (ответчика) средств на содержание ребенка, принужден был содержать ребенка в долг и что расходы, которые он понес на содержание ребенка, были действительно необходимы (постановление пленума Верховного суда РСФСР 18 января 1929 г.).
Большое практическое значение имеет вопрос о мероприятиях, обеспечивающих реальное взыскание алиментов. «Борьба матери за право ребенк а,—по» авторитетному свидетельству П. И. Стучка,—была нелегка... Ей при414


шлось бороться за свое материальное право, чтобы не одной выполнять, обязательства по содержанию ребенка, что обычно ей не по силам. Отцы не всегда держали себя на суде благородно и не всегда признавали свои обязательства; напротив, они сопротивлялись тому всякими, иногда самыми грязными средствами. Доходило дело даже до убийства ребенка или матери, а обвинения в шантаже и т. п. (конечно также имеющие место) были чрезвычайно часты»56.
Эта борьба матери, хотя и не в такой мере, как раньше, все же продолжает оставаться нелегкой и по нынешний день.
Для обеспечения реального взыскания алиментов советское законодательство устанавливает такие меры:
а) Возможность предъявления иска не только по месту жительства ответчика, но и по месту жительства истца (примечание к ст. 25 ГПК РСФСР; ст. 30 ГПК УССР).
б) Возможность привода ответчика в суд в случае признания судом необходимости его личной явки и после вторичного вызова с соответствующим предупреждением (ст. 101 ГПК РСФСР; ст. 119 ГПК УССР).
в) Освобождение исков об алиментах от единой государственной пошлины (ст. 43 ГПК РСФСР; п. 3 ст. 49 ГПК УССР).
г) Обязательность для суда принятия иска об алиментах и при неуказании в исковом заявлении места жительства ответчика; розыск в необходимых случаях скрывающихся неплательщиков алиментов через- органы милиции (постановление Пленума Верховного суда РСФСР 8 декабря 1929 г.; ст. 86 ГПК УССР).
д) Обеспечение нуждающегося нетрудоспособного супруга и детей до разбора дела. По искам о назначении содержания детям или нуждающемуся нетрудоспособному супругу народный судья в случае надобности вправе и до разрешения дела по существу вынес ги определение о том, в каком размере один из супругов должен временно выплачивать алименты другому супругу, а также кто из супругов и в каком размере должен временно давать средства на содержание детей. Определение это приводится в исполнение немедленно, и для этого судья выдает истцу исполнительный лист (ст. 214 ГПК УССР). В РСФСР такое предварительное условное присуждение алиментов допускается только в пользу детей (ст. 24 Код. зак. о браке).
е) Обязательность немедленного (в УССР—предварительного) исполнения решений по искам об алиментах (ст. 187 ГПК РСФСР; п. 4 ст. 211 ГПК УССР).
ж) Преимущество претензий по алиментам перед другими взысканиями. Если к данному лицу предъявлены еще и другие взыскания, то алименты наравне с зарплатой и задолженностью по социальному страхованию выплачиваются в первую очередь (ст. 266 ГПК РСФСР;,, ст. 310 ГПК УССР).
з) Возможность удержания из заработной платы ответчика для удовлетворения претензии по алиментам более значительной части заработка, чем это допускается по другим претензиям, а.имен- но: на уплату алиментов можно удерживать до 50% того излишка, который остается, если из суммы заработной платы вычесть установленный.
бв П. И. Стучка, Курс советского гражданского права, т. III. М.—Л. 1931, с. 200.
41 а»


для данной местности общеобязательный минимум заработной платы; по другим взысканиям допускается удерживать не свыше 20% указанного излишка (ст. 289 ГПК РСФСР; ст. 346 ГПК УССР).
и) Возможность обращения взыскания по алиментам и на такие получаемые ответчиком суммы, из каких нельзя производить взыскания по другим претензиям (прим. 2 к ст. 289 ГПК РСФСР; ст. 347 ГПК УССР).
к) Обязанность сообщать о перемене места жительства и увеличении заработка или дохода. Лица, с которых присуждены алименты, обязаны сообщать о перемене местожительства и места работы по найму, а также об увеличении заработка или дохода. Плательщик алиментов обязан сообщать об этом лицу, в пользу которого присуждены алименты, или его законному представителю, а также лицам и учреждениям, производящим взыскание (судебному исполнителю; учреждению, в котором работает или служит плательщик алиментов—постановление ВЦИК и СНК 11 июня 1928 г.—СУ 1928 г. № 68, ст. 487; постановление НКЮ и НКСобеса УССР 26 декабря 1933 г.—СЗ УССР 1933 г. № 55, ст. 617).
л) Запрещение лицам, присужденным к платежу алиментов, отчуждать свое имущество. Если лица, присужденные к платежу алиментов, имеют источником существования нетрудовой доход, то им воспрещается отчуждать принадлежащие им строения или предприятия без предварительного согласия "Лица, получающего алименты или его законного представителя (ст. 2 указанного постановления ВЦИК и СНК РСФСР И июня 1928 г.).
м) Вменение в обязанность всем учреждениям и организациям, ведущим борьбу с детской беспризорностью, и безнадзорностью, немедленно доводить до сведения прокурорского надзора о всех известных им случаях неплатежа алиментов обязанными к тому лицами (ст. 3 указанного выше постановления ВЦИК и СНК РСФСР И июня 1928 г.).
н) Вменение органам загс в обязанность при регистрации развода обращать особое внимание на обеспечение детей с тем, что во всех случаях, когда между разводящимися супругами не достигнуто по этому вопросу достаточно обеспечивающего детей соглашения, органы загс передают вопрос на разрешение суда (ст. 4 указанного выше постановления ВЦИК и СНК РСФСР 11 июня 1928 г.; постановление НКЮ и НКСобеса УССР 26 декабря 1933 г.—СЗ УССР 1933 г. № 55, ст. 716).
о) Возложение на администрацию учреждения, предприятия или организации, где состоит на работе или на службе лицо, обязанное к уплате алиментов, обязанности удерживать из заработной платы присужденные алименты. Если администрация не производит соответствующих удержаний из заработной платы должника, то независимо от персональной ответственности за это членов администрации перед лицами, в пользу которых присуждены алименты, несет имущественную ответственность и само учреждение, предприятие или организация, где работает должник, в размере подлежавшей удержанию суммы (ст. 251 ГПК РСФСР; ст. 345 ГПК УССР).
п) Занесение отметки о задолженности по алиментам в трудовой список или в паспорт должника (постановление Наркомтруда 5 мая 1930 г.).
416


р) Уголовная ответственность за неплатеж алиментов детям67.
В колхозах обобществление средств производства само по себе не снимает с родителей и других обязанных к платежу алиментов лиц обязанности по выплате алиментов и не переносит этой обязанности на колхоз.
При определении размера алиментов, выясняя материальное положение родителей, суд должен принять во внимание и помощь, получаемую ребенком из специального колхозного фонда. Однако основная забота о содержании детей в колхозе лежит на родителях, причем взыс- скание алиментов с членов колхоза может быть обращено на суммы и продукты, причитающиеся колхознику за выработанные им трудодни, и на другие его доходы, а также на личное имущество колхозника (Инструктивное письмо ГПК Верховного суда РСФСР 6 октября 1930 г.; постановление НКЮ и НКСобеса УССР 26 декабря 1933 г.—СЗ УССР № 55, ст. 716).
НКЮ и НКСобеса УССР разъяснили, что при обращении взыскания на доход, получаемый колхозником за трудодни, допускается удержание по алиментам в размере не свыше 50% дохода, причитающегося должнику' за выработанные им трудодни (пост. НКЮ и НКСобеса УССР 26 декабря 1933 г.—СЗ № 55, ст. 716).
§ 6. Частнохозяйственные объединения
Допустив с переходом к нэпу в известных пределах, на известных условиях и на определенное время капиталистические элементы к участию в хозяйственной жизни страны, советская власть предоставила «частнику» известную свободу выбора правовых форм и для объединения хозяйственной деятельности.
Советским законодательством были допущены примерно те же правовые формы частнохозяйственных объединений, которые являются наиболее распространенными и в капиталистических странах. А именно гражданские кодексы советских республик предусматривают пять видов товариществ: 1) товарищество простое, 2) товарищество полное, 3) товарищество на вере, 4) товарищество с ограниченной ответственностью и 5) акционерное общество (паевое товарищество).
На переживаемом нами этапе социалистического строительства эти товарищества вследствие сведения роли капиталистических элементов в экономике СССР к нулю представляют уже исторически изжившие себя формы организации частнохозяйственной деятельност и57 58.
Формой наиболее близкой к единоличному предприятию является простое товарищество.
57 Например в РСФСР злостный неплатеж средств, присужденных на содержание детей, влечет за собой лишение свободы на срок до 6 мес. или штраф до 300 р. (ч. I ст. 158 УК). То же и по законодательству УССР (УК ч. I, ст. 161).
За оставление без всякой помощи малолетних, содержание которых лежит на обязанности деда или бабки, братьев или сестер, отчима или мачехи, означенные лица могут быть привлечены к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 158 УК РСФСР (по разъяснению пленума Верховного суда РСФСР 7 мая 1928 г.).
68 Лишь простое товарищество в отдельных случаях и на данном этапе используется как форма организации хозяйственной деятельности государственных и кооперативных предприятий.
27 Курс сов. хоз. права
417


Простое това рищество представляет собою объединение двух или более лиц, основанное на договоре, по которому эти лица обязуются друг перед другом соединить свои вклады и совместно действовать для достижения общей хозяйственной цели (ст. 276 ГК).
Для образования простого торарищества не требуется ни разрешения правительства, ни последующей регистрации в органе государственной регистрации, ни обязательной письменной формы заключения договора59.
Зато простое товарищество не считается самостоятельным субъектом имущественных прав («не пользуется правами юридического лица»). На внешней стороне участники простого товарищества выступают как группа отдельных лиц; договоры по делам товарищества с третьими лицами совершаются не от имени товариществ, а от имени всех его членов.
Средства простого товарищества образуются путем внесения участниками его вкладов. Вкладом признаемся все, что каждый товарищ вносит в общее дело, будут ли это деньги, другое имущество или услуги (ст. 277 ГК).
Имущество, внесенное товарищами в качестве вклада в простое товарищество, и все приобретенное товариществом за свой счет, т. е. за совместный счет всех товарищей, составляет «складочное имуществ о», принадлежащее всем товарищам на праве общей собственности.
Однако это—общая собственность особого рода. Поскольку участники товарищества связаны между собою единством общей хозяйственной цели, постольку имеется и некоторая экономическая и юридическая связанность образованного ими «складочного имущества». Например при общей собственности- обычного типа каждый из участников ее может требовать выдела своей доли в натуре. Доля товарища в складочном имуществе выделу в натуре не подлежит, а возвращается ему при выходе его из товарищества только наличными деньгами (ст. 292 ГК). При общей собственности обычного типа каждый из участников может распоряжаться своей додей по своему усмотрению. Участник же простого товарищества не вправе распоряжаться во время существования товарищества своей долей в складочном имуществе (ст. 286 ГК).
Организация простого товарищества построена на индивидуалистических началах. Ведение дел товарищества, поскольку иное не установлено в договоре, производится с общего согласия всех товарищей (ст. 281 ГК). В договоре может быть предусмотрен и иной порядок ведения дел товарищества (по большинству голосов или же через уполномоченных—ст. 281 ГК).
Товарищество прекращается кроме причин объективного характера (истечение срока, установленного по договору; достижение или невозможность достижения цели и т. п.) также и вследствие смерти или выхо59 Относительно формы заключения договора простого товарищества применяется общее правило ст. 136 ГК и примечание к ней. т. е. письменная форма заключения этого договора требуется только в том случае, если сумма договора, т. е. общая сумма обусловленных в договоре вкладов, превышает 500 руб. Но и в этом последнем случае несоблюдение письменной формы не делает договор недействительным, а только лишает стороны права ссылаться в подтверждение договора на свидетельские показания.
418


да кого-либо из товарищей, поскольку в договоре товарищества не установлено иное.
Основные обязанности каждого члена простого товарищества заключаются: а) в обязанности внести вклад и б) в обязанности действовать совместно с другими товарищами для достижения общей хозяйственной цели. Конкретно эти общие обязанности товарищей определяются договором.
Каждый товарищ имеет право лично участвовать в ведении дел товарищества, если по договору полномочие на ведение дел товарищества не предоставлено лишь определенным товарищам, с устранением всех остальных от управления делами (ст. ст. 281, 282 ГК). Вознаграждение- за ведение дел даже специально уполномоченным на то товарищем не предполагается, но может быть установлено в договоре (ст. 283 ГК). Все товарищи, в том числе и отстранившиеся по договору от ведения дел товарищества, имеют право знакомиться с положением дел товарищества, его книгами, документами, перепиской и т. п. Соглашение об отказе от этого права недействительно (ст. 285 ГК).
Права товарищей на участие в прибылях и убытках товарищества, как правило, определяются товарищеским договором. При отсутствии в товарищеском договоре особого условия о доле участия товарищей в прибылях и убытках применяется такой порядо^: сначала на вклад каждого цз товарищей начисляются проценты в размерах, взимаемых Госбанком по учету векселей, а в остающихся за уплатою указанных процентов прибылях и убытках товарищи участвуют поровну (ст. 288 ГК).
Ответственность по долгам простого товарищества не ограничивается «складочным имуществом» товарищества; при недостаточности его товарищи отвечают по долгам товарищества неограниченно всем своим имуществом. Однако эта ответственность, как общее правило, распределяется между ними соразмерно с долею участия каждого из них в прибылях и убытках (ст. 287 ГК). Это—ответственность долевая, но усиленная в том отношении, что в случае несостоятельности кого-либо из товарищей приходящаяся на его долю часть общего долга дополнительно распределяется между остальными товарищами также пропорционально их долям участия в прибылях и убытках (ст. 294 ГК). Солидарная ответственность участников простого товарищества по долгам товарищества хотя и допускается, но не предполагается, а может быть установлена по товарищескому договору (ст. 287 ГК).
Полное товариществ о—соединение двух или более лиц для ведения за общий счет предприятия под неограниченной и солидарной ответственностью всех товарищей (ср. ст. 295 ГК).
Сохраняя большинство черт внутренней структуры простого товарищества, полное товарищество значительно от него отличается. Наиболее существенные отличия заключаются в следующем: а) Предмет деятельности. В отличие от простого товарищества, которое может быть создаваемо для достижения любой хозяйственной цели, в форме полного товарищества, по гражданским кодексам союзных республик, может быть образовано только торговое или промышленное предприятие (ст. 295 ГК), б) Полное товарищество является самостоятельным субъектом права («юридическим лицом») (ст. 298 ГК). В силу этого складочное имущество, именуемое здесь «складочным капиталом», принадлежит 27*
419


полному товариществу на праве собственности как самостоятельному субъекту прав, обособленному от лиц, входящих в его состав, а не всем товарищам на праве общей собственности, как это имеет место в простом товариществе. По этой же причине дела полного товарищества ведутся от его имени, а не от имени всех товарищей, в) Неограниченная и солидарная ответственность всех товарищей по долгам полного товарищества. Долги полного товарищества—это долги самого товарищества как самостоятельного субъекта права. Но закон в целях обеспечения интересов кредиторов полного товарищества, в дополнение к ответственности самого товарищества как непосредственного должника, устанавливает неограниченную и солидарную ответственность всех товарищей (ст. 304 ГК). Ответственность товарищей за долги товарищества носит дополнительный («субсидиарный») характер. Кредиторы товарищества могут обратить взыскание на личное имущество товарищей дшшь при установлении фактической или по суду несостоятельности товарищества (ст. 305 ГК). Полный товарищ, уплативший долг товарищества, вправе требовать от остальных товарищей (в порядке «регресса») возмещения части приходящегося на каждого из них долга, соразмерно доле участия в убытках товарищества (ст. 304 ГК), г) Форма заключения договора полного товарищества.- Договор полного товарищества под страхом недействительности должен быть совершен в письменной форме и удостоверен в нотариальном порядке (ст. 297 ГК), а само товарищество подлежит регистрации в соответствующем органе государственной регистрации (ст. 298 ГК).
Товарищество на вере является лишь своеобразным видоизменением полного товарищества, усложнением его формы. Основное его отличие от полного товарищества заключается в том, что товарищество на вере составляется из двух групп участников: одни из них—«неограниченно ответственные товарищи»—управляют делами товарищества и отвечают по его долгам всем своим имуществом неограниченно и солидарно как полные товарищи; другие—так называемые «вкладчики»—как правило, в управлении делами Товарищества не участвуют и по долгам его отвечают только своими вкладами или своим имуществом в размере условленного вклада, если он не внесен или внесен не полностью (ст. ст. 312—316 ГК).
Постановления гражданских кодексов советских республик о товариществах простых, полных и на вере были реципированы из наиболее «передовых» буржуазных законодательств. Частный капитал не преминул использовать эти формы товарищеских объединений в спекулятивных целях. Явочный порядок образования товариществ, а в простых товариществах возникновение товарищества без всякого участия государственных органов, свобода в определении района деятельности товарищества и срока, на который учреждается товарищество, отсутствие в законе требований о точном указании предмета деятельности, о минимуме складочного имущества или капитала, о способах собирания складочного имущества или капитала,—все это обеспечило этим формам товарищеских объединений относительно широкое развитие в частном секторе (хотя преобладающей формой частнокапиталистического предприятия все время оставалось единоличное предприятие). Но то, что делало товарищеские формы выгодными для буржуазии, создавало затруднения для государственного регулирования торгового оборота. 420


Кроме того в условиях нашей действительности неограниченная ответственность товарищей не была достаточной гарантией для кредиторов. Личное имущество городской буржуазии (нэпманов), как правило, находилось в легко реализуемых ценностях и легко могло быть сокрыто от взыскания кредиторов. В результате всего этого товарищества возникали сплошь и рядом там, где их работа была явно нецелесообразной, с недостаточными капиталами, крайне универсальным асортиментом товаров. Все это вместе взятое открывало широкий простор для злоупотреблений всякого рода.
В наиболее резких случаях уклонения товариществ полных и на вере «в сторону, противную интересам государства», выход давала ст. 18 ГК, составляющая особенность советского права. Согласно этой статье существование юридического лица может быть прекращено соответствующими органами советской власти, если это юридическое лицо или его органы в своей деятельности уклоняются от предусмотренной уставом или договором цели или же в сторону, противную интересам государства.
Участие государственных учреждений и государственных предприятий в простых товариществах было нормировано специальным постановлением СТО СССР 19 февраля 1926 г. (СЗ 1926 г. № 29, ст. 184).
Во всех указанных выше видах товариществ (простом, полном, товариществе на вере) основой кредитоспособности их является или просто неограниченная, или кроме того и солидарная ответственность товарищей по обязательствам товарищества. Это обусловливает необходимость особого доверия во взаимных отношениях товарищей, приводит к ограниченности числа их участников и делает эти формы соединения непригодными для предприятий, требующих или большого числа участников, илй больших капиталов. Наиболее пригодной для собирания огромнейших капиталов и осуществления наиболее крупных хозяйственных задач оказалась форма акционерного обществ а€0, которая в эпоху империализма стала основной формой коллективных капиталистических предприятий.
Советское законодательство определяет акционерное общество следующим образом: «Акционерное общество (паевое товарищество) является юридическим лицом, действующим на основе особого устава с уставным (основным) капиталом, разделенным на определенное число равных частей (акций, паев). Акционеры (пайщики) не отвечают по обязательствам акционерного общества. Акционерное общество не отвечает по обязательствам акционеров (ст. 1 Положения об акционерных обществах 17 августа 1927 г.—СЗ 1927 г. № 49, ст. 500). Наименования «акционерное общество» и «паевое товарищество», «акция» и «пай», «акционер» и «пайщик», «уставный капитал» и «основной капитал» во всем законодательстве СССР и союзных республик, касающемся акционерных обществ, признаются равнозначащими.
В СССР акционерные общества стали организовываться йосле перехода к новой экономической политике. Устав первого акционерного
•о Ср. Маркс. Капитал, т. 1,изд. 1923 г, с. 618:«Мир досих пор оставался бы без железных дорог, если бы приходилось дожидаться, пока накопление не доведет некоторые единичные капиталы до таких размеров, что они могли бы справиться с постройкой железной дороги. Напротив, централизация посредством акционерных обществ достигла этого как бы по одному мановению руки». 421


общества—«Кожсырье» был утвержден 1 февраля 1922 г. Первоначально образование акционерных обществ было допущено главным образом с целью привлечения иностранного капитала. Однако в восстановительный период акционерная форма была широко использована для образования государственных предприятий, в деятельности которых руководящее участие нужно было обеспечить госорганам различных ведомств. В акционерную форму облекались иногда и кооперативные предприятия (кооперативное акционерное общество). Довольно большое распространение в восстановительный период получили так называемые «смешанные» акционерные общества, образование которых имело в виду вовлечение частного капитала (внутреннего и иностранного) в сферу деятельности предприятий, где он мог быть использован советским государством в направлении, определяемом общей экономической политикой пролетарской диктатуры. Закон не ставил препятствий и для образования акционерных обществ с участием одного частного капитала, так как гарантией против уклонения таких акционерных обществ в сторону, противную интересам государства, должна была служить разрешительная система учреждения акционерных обществ и строжайший государственный контроль над их деятельностью.
Однако произведенное в 1927 г. наркоматом РКИ РСФСР обследование 86 частных акционерных обществ (охватившее 93% общего числа акционерных обществ в РСФСР с основным капиталом в 12,5 млн. руб., что составляло 87% всей суммы основного капитала частных акционерных обществ) выявило резко отрицательные стороны акционирования частного капитала61.
С 1927 г. отчасти вследствие выявленных отрицательных сторон акционирования частного капитала, а главным образом в связи с усилившимся по мере перехода к реконструктивному периоду социалистическим наступлением, случаи дачи разрешений на учреждение частных акционерных обществ без участия иностранного капитала стали все реже и реже.
В обобществленном секторе при окончательном внедрении планового начала акционерная форма также утратила свое значение.
61 Как показало это обследование, акционерные общества образовывались сплошь и рядом там, где их работа являлась явно нецелесообразной и притом с крайне универсальной постановкой дела, что открывало широкий простор для всякого рода злоупотреблений. В большинстве обследованных частных акционерных обществ констатированы были недостаточность основного капитала, малый процент акций, удержанных за собою учредителями, оплата акций такими «ценностями» как предполагаемая в будущем прибыль, огромные размеры заемных средств (на каждый рубль собственного капитала—2 руб. 17 коп. чужих средств, причем средства, полученные акционерными обществами в заем только у государственных и кооперативных организаций, составляли 78 коп. на один собственный рубль). В результате всего этого частные акционерные общества обнаружили крайнюю нежизнеспособность и за короткий срок причинили государству значительный ущерб. Из 86 обследованных обществ 32 вскоре были ликвидированы. И кроме того по различным причинам закрылись, не успев открыться, еще 17 обществ, уставы которых были уже утверждены.
Только по 8 ликвидированным частным и смешанным акционерным обществам убыток государственных и кооперативных органов—их кредиторов—достиг 3 млн. руб. и еще 1,5 млн. руб. составляют разного рода налоговые льготы, полученные акционерными обществами. («Практика частных акционерных обществ», по материалам НК РКИ РСФСР «Известия» № 150 5 июля 1927 г.).
422


Поэтому XVI съезд ВКП(б) по отчету ЦКК РКП (13 июля 1930 г.) признал, что акционерные общества принадлежат к числу тех форм, которые «имели значение в первые годы советской власти, но потеряли смысл в условиях преобладания социалистических элементов в экономике страны».
В настоящее время согласно постановлению СНК СССР 16 августа 1931 г. разрешается организовывать предприятия (без участия иностранного капитала) в акционерной форме лишь в тех случаях, когда имеется в виду привлечение средств населения, или же, когда предприятие имеет целью производство или обслуживание экспортных или импортных операций.
Из существовавших раньше акционерных обществ акционерную форму разрешено было сохранить лишь немногим предприятиям в виде исключения, оправдываемого особыми целями и особыми условиями деятельности этих предприятий. Все остальные акционерные общества были ликвидированы или реорганизованы в предприятия с неделимым на паи капиталом (тресты, торги и т. д.).
Правовая сторона организации, деятельности и ликвидации акционерных обществ определялась первоначально гражданскими кодексами союзных республик. 17 августа 1927 г. было утверждено ЦИК и СНК СССР Положение об акционерных обществах (СЗ 1927 г. № 49, ст. 500), где были урегулированы уже в общесоюзном масштабе все важнейшие вопросы акционерного законодателства. С 1931 г. законодательство об акционерных обществах относится всецело к компетенции ор? ганов СССР (постановление ЦИК и СНК СССР 3 сентября 1931 д'.— СЗ 1931 г. № 58, ст. 373).
Действующее законодательство об акционерных обществах различает следующие виды акционерных обществ: 1) частное, 2) государственное, 3) смешанное, 4) кооперативное.
Акционерное общество признается государственным, если его уставом предусмотрено: а) что все акции обществ должны принадлежать государственным учреждениям или предприятиям, либо б) что государственным учреждениям или предприятиям должно принадлежать не менее 2/3 всех акций общества, а остальные акции могут принадлежать смешанным акционерным обществам, в которых не ^енее половины общего числа акций по уставу являются государственными.
Акционерное общество признается смешанным, если его уставом предусмотрено: а) что государственным учреждениям или предприятиям должно принадлежать не менее половины всех акций, либо б) что определенное число акций должно принадлежать государственным учреждениям и предприятиям, а остальные акции могут принадлежать кооперативным и общественным организациям и смешанным акционерным обществам.
Акционерное общество признается кооперативным, если его уставом предусмотрено, что все акции должны принадлежать кооперативным организациям (статья 3 положения об акционерных обществах в ред. 23 июня 1929 г.—СЗ 1929 г. № 74, ст. 706).
Все остальные акционерные общества считаются частными. Государственные и кооперативные акционерные общества являются хозяйственными организациями обобществленного сектора. Все общие положения о хозорганах распространяются на них.
423


На смешанные акционерные общества распространяются общие законы, касающиеся частных юридических лиц, поскольку иное не установлено в законе (ст. 143 Положения об акционерных обществах).
Товарищество с ограниченной ответственностью стоит близко к акционерному обществу и удовлетворяет тому же назначению, что и акционерное общество, но отличается от последнего в выгодную для капиталистов сторону своей эластичностью и меньшею связанностью формальными требованиями закона.
По Германскому закону 20 апреля 1892 г., которым впервые введена эта форма товариществ, учреждение их обставлено меньшими формальностями, чем учреждение акционерных обществ (§ 2, 3, 7 и др.). Организационная структура их значительно упрощена по сравнению с акционерными обществами. Общее собрание и наблюдательный совет не обязательны (§ 52). Делами товарищества управляют уполномоченные товарищи или состоящие на службе у товарищества директора. Опубликование отчетов обязательно только для таких товариществ с ограниченной ответственностью, которые занимаются банковыми операциями (§ 41). С другой стороны, передача паев таких товариществ затруднена по сравнению с передачей акций. Для передачи паев требуется нотариальная форма (§ 15). Паи товариществ с ограниченной ответственностью не допускаются к котировке на бирже.
Эта форма товариществ долгое время составляла специфическую особенность германского права. Но с течением времени она была воспринята законодательством и других капиталистических стран (австрийский закон 1906 г.; французский закон 1925 г. и др.).
Форма товарищества с ограниченной ответственностью в капиталистическом мире пользуется успехом главным образом ввиду той легкости, которую она открывает «для дутых предприятий и любителей легкой наживы»62.
В СССР вся система политики диктатуры пролетариата исключает возможность спекулятивного и «грабительского использования формы товарищества с ограниченной ответственностью.
Однако поскольку ответственность участников рассматриваемого вида товариществ ограничивается сверх вклада личным имуществом лишь в одинаковом для всех товарищей кратном отношении к сумме вклада каждого товарища (например в двукратном, трехкратном и т. д. размере63, а в УССР может быть даже ограничена исключительно внесенным вкладом) без дополнительной кратной ответственности64, то 62 Раевич С. И. Сборник «Гражданское право современного империализма», ГИЗ «Сов. законодательство» 1932, с. 29.
63 Ст. 318 ГК РСФСР: «Товариществом с ограниченною ответственностью признается товарищество, все участники коего (товарищи) занимаются торговлею или цромыслом под общей фирмою и по обязательствам товарищества отвечают не только внесенными в товарищество вкладами, но личным имуществом в одинаковом для всех товарищей кратном (например трехкратном, пятикратном, десятикратном) отношении к сумме вклада каждого товарища».
64 Ст. 318 ГК УССР (в редакции 31 октября 1927 г. СЗ 1927 г. № 58—59, ст. 236). «Товариществом с ограниченной ответственностью признается товарищество, все участники которого (товарищи) занимаются торговлей или промыслом под общей фирмой и по обязательствам товарищества отвечают или поровну внесенными в товарищество вкладами или кроме того
424


такие товарищества представляют меньше гарантий для кредиторов^ чем другие виды товариществ.
Поэтому закон допускает образование таких товариществ лишь в тех отраслях народного хозяйства, где они допущены специальными законами (например электрификационные товарищества, товарищества по кинофикации деревни) или по специальным разрешениям центральных органов.
Литература
Марк? и Энгельс. Коммунистический манифест. Маркс. Критика готской программы. Ленин. Государство и революция, гл. V. С. с. т. XXI. Стучка. Курс советского гражданского права, т I, гл. 5, т. III, гл. 1—3, 8—10, т, III, разд. VI. Свердлов и Тадевосян. ГК РСФСР в судебной практике. 1929, гл. XIII. Ландкоф. Субъекты права. 1929. Гойхбарг. Сравнительное семейное "право. 1927. Раевич и Рубинштейн. Наследственное право. 1929. Семенова. Обязательства, возникающие вследствие неосновательного обогащения, и обязательства, возникающие из причинения вреда. 1928. Р а е в и ч. Гражданское право буржуазно-капиталистического мира. 1928.
и личнкм имуществом в одинаковом для всех товарищей кратном отношении к сумме вклада каждого товарища».


АЛФАВИТНО-ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
А
Авансы. А. в колхозах—337; А. в промкооперации—352.
Автономные республики—124.
Автономные секции Центросоюза—321, 362, 365.
Австрийское гражданское уложение—53.
Авторское право—30, 86, 88, Аграрное законодательство—74.
Аграрное право—38—39.
Администрация. А. заводская—75, 283. А. цеха—300. См. также Предприятие. Администрирование. Борьба с голым А.—280, 322, 323, 327.
Актив—163, 266.
Акты законодательные. А. з. как источники советского хозправа—8, 97, 123— 126. См. также Кодексы.
Акты планирования—8, 208, 215, 221, 223. См. также План и планирование в СССР.
Акцепт—95.
Акционерное общество. Понятие, сущность и история А. о.—33, 53, 55, 71, 244, 245. Проблема А. о. с единственным акционером—70. Советское законодательство об А. о.—417, 421—424. Акция—155, 169, 244, 421.
Алименты. А. по буржуазному праву—409—412. А. по семейному праву СССР— 105, 412—417. См. также Брачное право. Дети и детское право. Семья и семейное право.
Аллоды—147.
Амортизационный капитал (фонд)—303,311.
Англия. Гражданское право А.—53, 54,61, 411.
Античная собственность. См. Собственность.
Арбитраж. Государственный и ведомственный А.—13, 18, 95, 114, 268, 312. Арбитражные органы для разрешения имущественных споров МТС с колхозами— 338. Заводской А.—229.
Арбитражная практика—10, 126, 127, 251.
Арбитражные комиссии—104, 111.
Аренда—А. земли—93, 172. А. государственных и промышленных предприятий в первые годы нэпа—85.
Арендная плата. А. п. за земельные участки—58. ,
Арийцы—59. См. также Неарийцы, Фашизм.
Аристократия военная—135.
Артель. Л. производственная (промысловая). См. Кооперация в СССР. А. сельскохозяйственная. См. Колхозы. А. трудовая—80.
Аутсайдеры—2 7 4.
Б
Баланс—172, 180, 182, 250, 263, 266, 267, 301, 302, 311, 349, 366.
Банки—9, 71, 73, 74, 88, 89, 94, 116, 255, 303. См. также Госбанк. Промбанк. Сельхозбанк. Цекомбанк. Электробанк. Кредитование.
Барщина—164, 148. '
Беднота деревенская—48, 78, 80. См. также Комитеты бедноты.
Безвестное отсутствие—381—382.
Безработица—39, 59, 386, 410. См. также Труд и трудовое право. Социальное страхование.
426


Бенефиции—14 6.
Биржа—38, 88, 286, 424.
Биржевая торговля—104.
Бразильский гражданский кодекс—29, 61. Бракераж государственный в СССР—225.
Брачное право. Б. п. в капиталистических странах—269, 383, 395, 410, 411. Б. п. в СССР—396, 412—417.
Бригада. Б. в колхозе, как основное звено организации труда—336. Б. хозрасчетная как высшая форма соцсоревнования—299—301. '
Бригадир. Б. в колхозе—права и обязанности—336. Б. в цеху—права и обязанности—299, 300.
Буржуазия деревенская—78. См. также Кулачество. \
Буржуазная собственность. См. Собственность.
Буржуазное государство. См. Государство.
Буржуазное гражданское право. См. Гражданское право.
Бюджет—285, 286, 304, 320.
Бюрократизм и канцелярско-бюрократические методы руководства—83, 96, 227, 229, 238, 278, 281, 283, 299, 322, 342, 344, 360, 376, 406. См. также Единоначалие. Конкретное руководство. Функционалка.
В
\
Валюта иностранная—167, 168, 198, 199.
Ведомственный арбитраж. См. Арбитраж.
Веймарская конституция—56, 68.
Вексель—33, 87, 94, 169, 268.
Великая французская революция и вопросы гражданского права—63.
Вероисповедание. Свобода В. в СССР—252, 370.
Версальский мир—61.
Верховный суд РСФСР. Разъяснения пленума В.С. как источник советского хозяйственного права—10,127.
Вещное право—28, 29, 30, 31, 47, 56, 61, 65, 105, 148.
Вещь—понятие В., как объекта права—31, 56, 65, 102, 141, 143, 148, 152, 153, 154, 155, 163—167. В. главные и принадлежностные—163, 165. В. движимые и недвижимые —77, 154, 155, 156, 157, 158, 164. В. заменимые и индивидуально-определенные—163—164. В. делимые и неделимые—163, 165. В. изъятые и неизъятые из оборота—163, 166, 167, 172—176, 378. В. манципированные и неманципированные—139, 140, 143. В. публичные—166. См. также Имущество, Собственность.
Взыскание. Правила и порядок В. алиментов по советскому праву—414, 415, 417. Порядок В. по долгам трестов в первые года нэпа—286. В. по долгам советских хозорганов за границей—116. См. также Имущественная ответственность.
Взятки и взяточничество—209.
Виндикация и виндикационный иск—29, 31, 65, 69, 140, 141, 142, 143, 157, 158, 168, 185, 203.
Вклад—335, 351, 418—420, 424.
Владение. См. Собственность.
Внешняя торговля СССР—76, 77, 87, 119, 125, 181, 184, 305.
Воздушный кодекс СССР—126.
Военный коммунизм. В. к. как этап социалистического строительства 79—83, 285. В. к. и революционная законность—16. В. к. и проблема планирования—80, 81, 285. В. к. и частнохозяйственная деятельность—84, 369. В. к. и вопросы хозяйственного управления—81, 227, 284—285.
Вред. Институт возмещения В.—Общее понятие—87, 105, 369, 387, 401. Возмещение В. жизни или здоровья лица по советскому праву—401—409.
Вредительство—15, 17, 92, 94, 207, 308.
Всеколес (Всероссийский союз лесной промышленности)—342, 344.
Всскопромсовет СССР (Всесоюзный совет республиканских центров промкооперации)—320, 323, 344, 345, 355.
Всекцпромсоюз—342, 344.
Всеколеспромсоюз СССР—345, 355.
Всероссийская чрезвычайная комиссия (ВЧК)—15.
427


Вступительны© взносы. В. в. в колхозах—333. В. в. в потребкооперации 363. Выморочное имущество. См. Имущество.
Вымпий совет народного хозяйства (ВСНХ)—76, 81, 90, 91, 255, 285, 289, 291.
Г
Германия. Гражданское право Г.—63, 65, 71, 246, 370, 381, 392, 393, 424. Германисты—65, 68.
Германское гражданское уложение—29, 56, 57, 60, 61, 65, 69, 152, 241, 382, 393. Германское торговое уложение—60.
Главки (главные производственные и производственно-территориальные управлении)—структура, задачи и функции, вопросы управления и руководства—294— 295, 309. Г. в период военного коммунизма—81, 284—285. Г. в составе ВСИХ— ЛИ, 92, 93. Г. в НКТП—294, 309. Г. в НКЗ СССР—294. Г. в ПКСовхозов—294, 295. Г. в НКВоде—294. Г. в НКЛП—294, 308. Г. в НКПС—294.
Главкизм—81, 284—285.
Главные управления рабочего снабжения (главурсы)—302. См. также Отделы рабочего снабжения (ОРС).
Горное положение СССР—173.
Государство. Возникновение Г.—135, 136, 138. Отмирание Г.—22, 23. Г. римское— 141—143. Г. феодальное—144. Г. сословное—274. Г. буржуазное—10, 26, 30, 42, 49, 52, 55, 57, 58, 130, 166, 246, 248, 273. Г. правовое—103. Г. корпоративное—274. Г. тоталитарное—274. Г. пролетарское (советское)—5, 7, 9, 12, 15, 83, 87, 90, 95, 99, 107, 109, ИЗ, 121, 122, 123, 159, 160, 170, 174, 175, 176, 179, 181, 198, 206, 208, 209, 224, 225, 230, 275, 277, 319, 320, 321, 322, 324, 332, 370, 371, 372, 374, 386, 387, 399. См. также Государственный аппарат. Диктатура пролетариата.
Государственная плановая комиссия (Госплан)—89, 216—219, 320. См. также План и планирование в СССР.
Государственная регистрация. См. Регистрация.
Государственная социалистическая собственность. См. Собственность. Государственная торговля. См. Торговля.
Государственно© вмешательство—26, 28, 55.
Государственное право—25.
Государственное регулирование—36, 37, 74, 77, 80, 85, 86, 225, 268, 287, 346, 378, 420.
Государственное страхование. См. Страхование.
Государственные бюджетные учреждения. См. Учреждения.
Государственные хозяйственные организации. Общее понятие Г.х.о. как звена социалистического хозяйства—159,181,221, 223, 259, 274—275, 293—294, 308— 309. Ленинские принципы управления социалистическим хозяйством—8, 275— 284. Различные виды Г.х.о.—257—258, 294, 308—309. Двухзвенная и трехзвенная система хозяйственного управления—291—292, 309. Союзные, республиканские и местные Г.х.о.—286, 290, 292—293. См. также Демократический централизм. Дисциплина. Единоначалие. Единство хозяйственного и политического руководства. Конкретное руководство. Ответственность личная. План и планирование в СССР. Предприятие. Синдикаты. Тресты. Хозорганы. Хозрасчет.
Государственный аппарат—13, 17, 76, 208, 275, 280. См. также Государство.
Государственный арбитраж СССР. См. Арбитраж.
Государственный банк (Госбанк)—88, 94, 335, 343, 365, 366.
Государственный капитализм—9, 55, 318.
Государственный контроль. См. Контроль, Рабочий контроль.
Государственный социализм—70.
Гоэлро. План Г.—208. См. также Электрификация.
Гражданская правоспособность. См. Правоспособность.
Гражданский кодекс РСФСР—9, 15, 29, 87, 88, 97—98, 101, 108, 109, 118, 119, 125у х 130, 161, 201, 202, 251—252, 254—255, 369—370. См. также Кодексы.
Гражданский оборот. Г. о. в капиталистических странах—19, 34, 49, 246, 248. Г. о. в период военного коммунизма—79—84. Г. о. в первые годы нэпа—9Г 86, 87, 90. Государственная собственность в Г. О.—90, 256. См. также Оборот. Хозяйственный оборот. Частный оборот.
Гражданское право. Буржуазное Г. п.—11, 19, 24—34, 27, 49—72, 99, 102—103г 105, 109, 149—158, 239—250, 317, 380—381, 383, 388—393, 409—412, 424. Со428


ветское Г. п.—См. Советское хозяйственное право. См. также Договор. Кодексы. Собственность. Субъект права. Юридическая литература.
Гражданский процесс—25, 404, 415—417.
Губернские советы народного хозяйства (ГСНХу—81.
д
Давность. Д. пековая—125, 155, 268, 399. Д. приобретательная—140, 141, 149, 155.
Дарение—125, 172.
Двор крестьянский—39, 165, 400. Дееспособность—241, 270, 382—384. Декларация прав человека и гражданина—50.
Декларация прав трудящегося и эксплоатируемого народа—74, 124, 285. Делегированные права—24 7.
Демократический централизм. Д. ц. как принцип управления социалистическим хозяйством—80, 81, 83, 89, 280—282, 283. Д. ц. и право государственной социалистической собственности—184. Д. Ц. как принцип организации социалистического планирования—89, 224—226. Д. ц. в советской кооперации—323, 324, 325, 358, 361.
Демуниципализация—200. См. также муниципализация.
Денационализация—190, 230, 320. См. также национализация.
Деньги и денежное обращение—85, 86, 135, 167—168, 198—199, 234, 238, 302, 333, 337, 418.
Дети и детское право—269, 395—396, 410, 411, 412, 413, 416. См. также Алименты. Брак- и брачное право. Женщина. Отцовство. Семья и семейное право.
Децзаготовки—179, 225, 302, 342, 346. См. также Заготозки.
Диалектический материализм. Применение метода Д. м. к советскому хозяйственному праву—43—46.
Диктатура пролетариата—5, 6, 7, 8, 10, 12, .78, 79, 99, 107, 112, 113, 159, 170—172, 187, 197—198, 203, 206, 208, 211, 215, 230, 274, 275, 276, 284—285, 318, 319, 320, 321, 322, 323, 326, 335, 338, 339, 358, 369, 384, 386, 387, 390. См. также Государство, План и планирование в СССР. Собственность. Советское хозяйственное право. Социалистическое хозяйство.
Диктатура продовольственная—78, 82.
Директивы партии. Д. п. как источник советского хозправа—13, 122.
Директор предприятия—см. Предприятие.
Дисциплина. Д. пролетарская (социалистическая)—6, 280, 282. Д. партийная—15, 208, 210. Д. государственная—13, 15, 208, 209, 210. Д. трудовая—227, 280, 323, 336, 340, 387, 406. Д. хозрасчетная—95, 227. Д. договорная—8, 9, 10, 18, 36, 39, 95, 280. Д. кредитная и бюджетйая (финансовая)—18, 95, 227, 280. Д. внутрикооперативная—360. Воспитание новой Д. как форма классовой борьбы—336.
Дисциплинарная ответственность—2 69. Дисциплинарное законодательство—209.
Добрая совесть—56, 57, 58, 61. См. также Гражданское право. Добрые нравы—56, 57, 116. См. также Гражданское право. Добровольные общества—254, 261.
Доверенность—125, 271, 330, 383.
Догматический метод в юриспруденции—40—42, 106, 107.
Договор и договорные отношения. Д. и д. о. в буржуазном гражданском праве— 30, 31, 50, 51, 52, 56, 58, 65, 66. Д. и д. о. в советском хозяйственном праве— 8, 9, 35, 94, 95, 103, 112, 125, 160, 188, 215, 216, 256, 257, 306. Заключение Д.— 95, 254, 268. Принуждение к заключению Д.—57, 67. Исполнение Д.—10, 32, 95, 235. Ответственность по Д.—10, 95, 165. Обязательность актов планирования для Д.—208, 209, 215, 221, 223. Д. как основание возникновения права собственности—179, 191. Цена в Д. —209. Д. купли-продажи—20, 31, 47, 94, 102, 200. Д. личного найма—20, 31, 51. Д. о наследовании—390. Д. найма жилищ— 257. Д. комиссии—105, 125, 271. Д. застройки—380. Д. займа—164. Д. кабальные—58. Д. генеральные—104, 287, 331. Д. локальные—331. Коллективный Д.—39, 271. Д. контрактации—92, 93, 374. Д. ссуды—31. Д. поручения— 270, 271 (см. также Представительство). Д. на строительные работы—210, 307. Д. МТС с колхозами—47, 96. Межцеховые Д.—298—299. Д. хозрасчетных бригад с администрацией цеха—300—301. Д. о. в кооперации—326, 343, 366, 429


367. Договорные кампании—95, 224. См. также Дисциплина договорная. План и планирование в СССР.
Договорно-обязательственное право—66. См. также Обязательственное право.
Долг—234, 267.
Должностные преступления—221.
Доля обязательная—392—393, 395, 397. См. также Наследственное право.
Дотации—302, 333.
Доход. Д. и капитал—163, 165, 166. Принципы распределения Д. в колхозах— 188, 335—337. Принципы распределения Д. в промкооперации—352.
Дюгизм—108, 110.
Е
Единоличники и единоличное хозяйство—252, 323, 359, 371, 372, 374, 375, 376, 379, 400.
Единоначалие—8, 39, 81, 94, 160, 231, 232, 270, 279, 282—284/285, 296, 309, 310. См. также Бюрократиями канцелярско-бюрократические методы руководства. Дисциплина. Коллегиальность. Конкретное руководство. Ответственность личная. Функционалка.
Единство политического и хозяйственного руководства—277—278. См. также Государственные хозяйственные организации. Предприятие.
Единство системы советского хозяйственного права—36—37, 102—114.
Единство собственности. Е. общественной (социалистической собственности)—193. Е. государственной социалистической собственности—23, 180—184, 192, 233. Элементы Е. кооперативной собственности—192, 353. См. также Собственность.
Единство социалистического планирования—193, 216, 222. См. также План и планирование в СССР.
Естественное право—62, 63, 64, 67, 241.
Ж
Женщина—370, 409, 410. См. также Алименты. Брачное право. Дети и детское право. Семья и семейное право.
Жилищное право. Жилишный вопрос в первые годы советской власти—77. Льготы трудящимся по найму жилых помещений в СССР—370. Выселение нетрудового элемента из жилфонда обобществленного сектора—373. Жилишное строительство—89, 199, 304, 311, 315, 321, 377. Жилищный мораторий—77.
Жиро-приказ—170.
3
Завещание—139, 191, 200, 382, 389—399. См. также наследственное право.
Заводоуправление—276, 282, 298, 301, 367, 376. См. также Государственные хозяйственные организации. Предприятие. Отдел рабочего снабжения (ОРС).
Заготовки—15, 78, 82, 225, 345—346. См. также Дец-заготовки. Закупки хлебные. Контрактация. Поставки обязательные с.-х. продукции.
Заготовительно-снабженческие объединения и конторы—363, 367.
Загс—416. См. также Алименты. Брачное право. Дети и детское право. Семья и семейное право.
Зажиточность.—3. колхозников и рабочих—96, 377.
Заем—33, 125, 164, 169.
Заемные средства—335, 365.
Заинтересованность материальная—235.
Заказы. 3. предварительные госпромышленности—357. Система обязательных 3.— 287.
Закладное право—148.
Закон. Буржуазное понятие 3.—13, 42, 59, 130. Понятие 3. в советском праве—15, 16, 86, 108, 122—126, 128—133. 167. План, как 3. пролетарского государства. См. План и планирование в СССР. См. также Законность. Законодательство. Источники права.
Законность.—3. буржуазная—13, 157. 3. социалистическая (революционная)—7, 12—18, 86, 96, 100, 114, 211, 385. См. также Законодательство. План и планирование в СССР.
Законодательная власть—123.
Законодательство.—3. буржуазное—52, 56, 58, 61, 109, 130.3. советское хозяйствен- z ное—17, 35, 97, 121, 133, 167, 267, 268, 286, 292—293, 303, 319, 320, 345, 349, 480


352, 353, 358, 378, 381, 383—384, 395, 397, 416, 417, 423. 3. фашистское—58, 59, 70, 164. См. также Гражданское право. Закон. Законность. Советское хозяйственное право.
Закрытый рабочий кооператив (ЗРК)—258, 301—302, 307, 358—361, 365, 367.
Закупки хлебные—367. См. также Заготовки. Дец.заготовки. Контрактация. Поставки обязательные с.-х. продукции.
Залог—29, 33, 105, 125, 172.
Запаспый капитал. См. Капитал.
Заработпая плата—23, 58, 167, 188, 300, 336, 337, 376, 377, 383, 403, 404, 415. Застройка (право застройки)—29, 86, 105, 126, 164, 172, 380.
Защита. 3. владения, см. Собственность. 3. собственности. См. Собственность. См. также Охрана прав трудящихся.
Земельпая собственность—38, 146, 172, 332. См. также Собственность. *
Земельное право. 24, 38, 117.
Земельные наделы—ЗЛО.
Земельные комиссии—333.
Земельные органы—293, 323, 324, 333, 338, 339.
Земельные участки—58, 139, 302, 389.
Земельный кодекс РСФСР—15, 39, 117, 400.
Землевладение. 3. общинное—138, 3. феодальное—58, 144, 145, 243.
Земледелие—80, 139, 141, 144.
Землепользование. 3. в капиталистических странах—58, 59, 3. в СССР—39, 74, 80, 86, 172, 328—330, 331, 332—333, 375, 380.
Землеустройство—80.
Земля—9, 39, 80, 164, 172, 182, 331, 332—333, 375. См. также Земельное право, Земельные наделы. Земельные участки. Земельный кодекс. Землевладение. Земледелие. Землепользование. Землеустройство.
Зернопоставки—см. Поставки обязательные с.-х. продукции. Зерносовхозы—297—298. См. также Совхозы.
И
Идеализм «нравственный »—6 7.
Иждивенцы—395—397, 401, 409.
Избирательные права в СССР—358, 371, 373, 374. Изобретения и изобретательское право—30, 86, 88. Иммунитетные грамоты—144.
Империализм—27, 34, 54, 61, 64, 70, 71, 213, 242, 244, 245, 274.
Имущество. Понятие И.—47, 163—170. И. бесхозяйное и бесхозяйственное—179, 380. И. выморочное—179, 380, 398, 399. «Целевое имущество» и проблема юридического лица—249, 250. Охрана И. безвестно отсутствующего лица—282. И. хозорганов (государственных и кооперативных хозяйственных организаций)—23, 90, 176, 177, 182—184, 185, 302—305, 310—313, 332—335, 350—354, 363—366. См. также Вещь. Имущественные отношения. Имущественные споры. Наследственное право. Собственность.
Имущественные отношения. Понятие И. о.—18—20. И. о. в родовом обществе— 135. И. о. в рабовладельческом обществе—138—143. И. о. в феодальном обществе—144—149. И. о. в капиталистическом обществе—21, 149—158. И. о. в социалистическом обществе—7, 18, 19—20. 21—24, 103, 111, 252. Частноимуше- ственные о. впервые годы нэпа—86, Охрана имущественных прав трудящихся—384—385. См. также Имущество. Имущественный споры.^Ответственность имущественная. Собстгенкость.
Имущественная правоспособность. См. Правоспособность.
Имущественная самостоятельность. См. Хозрасчет.
Имущественные споры. И. с. между хозорганами и порядок их рассмотрения—111, 235, 268.
Инвенстнтура—148, 14 9.
Индивидуализм буржуазный—65.
Индустриальные рабочие. Преимущественное снабжение И. р.—376. Ипжкоопстрой—321.
Иностранцы и иностранные фирмы в СССР—129, 252, 254. 261, 359,
Иностранные суды. И. с. и вопросы советского хозяйственного права—116, 305. И петиту ции—29.
Институционная система—29, 53.
431


Ипотека—33.
Иск—415. См. также Гражданский процесс.
Исковая давность. См. Давность.
Исключительные права—30, 86. См. также Авторское право. Изобретения и изобретательское право. Товарный знак. Фирма.
Исполнительная власть—123.
Исполнительный лист—415. См. также Гражданский процесс.
Историческая школа права—63, 64, 71.
Источники права. Понятие И. п. —46, 121. И. буржуазного гражданского права— 52—54, 59—61. И. советского хозяйственного права—36, 121, 133, 345, 358. См. также Закон. Законодательство. Кодексы»
Итальянский торговый кодекс—164.
К
Капитал. К. и доход—163, 165, 166. К. амортизационный—303, 311. К. запасный— 302, 363, 364. К. оборотный—351, К. основной—177, 244, 302, 351, 363, 421. К. паевой—302, 351, 363. К. специальный—304—311, 351, 354, К. (фонд) улучшения быта рабочих—304, 311. К. уставный—90,170, 180, 182,302,311,421. См. также Фонды.
Капиталистические элементы—6, 9, 16, 87, 88, 89, 92, 93, 161, 174, 176, 207, 252, 371, 378.
Капиталистический оборот—см. Оборот.
Капитальное строительство—94, 210, 225, 258, 289, 295, 307, 311, 320, 335, 353. Карточная система—301, 376—377. См. также Закрытый рабочий кооператив (ЗРК).
Отделы рабочего снабжения (ОРС). Снабжение.
Кассы общественной взаимопомощи—408—409.
Качество продукции—96, 238, 262, 263, 284, 296, 301, 357.
Квиритское право—138. 139, 141, 143. Китайский гражданский кодекс—29, 61.
Кодекс законов о браке, семье и опеке РСФСР—125. См. также Алименты. Брачное право. Дети и детское право. Семья и семейное право.
Кодекс законов о труде РСФСР. (КЗоТ)—39, 125, 270, 271, 406.
Кодекс римского гражданского права. (Юстиниана)—29, 143. Кодекс торгового мореплавания СССР—118, 125.
Кодексы. Буржуазные гражданские К. Общая характеристика—20,29, 49, 50, 52— 53, 5£, 59—63, 152—154. Советские К. как истбчники права—125—126. Вопрос о кодификации советского хозяйственного законодательства—35, 98, 111. «Кодексы честной конкуренции»—70. См. также Австрийское гражданское уложение. Бразильский гражданский кодекс. Воздушный кодекс СССР. Германское гражданское уложение. Германское торговое уложение. Горное положение СССР. Гражданский кодекс РСФСР. Земельный кодекс. Итальянский торговый кодекс. Китайский гражданский кодекс. Лесной кодекс РСФСР. Мексиканский гражданский кодекс. Персидский гражданский кодекс. Польский кодекс обязательств. Польский торговый кодекс. Свод законов Российской империи. Сиамский гражданский кодекс. Турецкое гражданское уложение. Уголовный кодекс РСФСР. Устав ж. д. СССР. Устав внутреннего водного транспорта СССР. Швейцарское гражданской уложение. Швейцарский обязательственный, закон. Японский гражданский кодекс.
Коллегиальность—81, 285, 310. См. также Единоначалие.
Коллективизация сельского хозяйства в СССР. См. Кооперация в СССР. Колхозы. Сельское хозяйство в СССР.
Колоны—142.
Колхозно-кооперативная собственность. См. Собственность кооперативная. Колхозы—см. Кооперация в СССР.
Командные высоты—9, 21, 79; 87, 116, 124, 159, 166, 170, 172, 173, 175, 178, 205, 285, 369, 371. См. также Национализация.
Командитное товарищество—244. См. также Товарищество. Комменда—2 4 4.
Коммендация—145, 147. Комиссия использования—83.
Комиссия по разработке Германского гражданского уложения—60. См. также Германское гражданское уложение.
Комиссия советского контроля—296.
■432


Комитеты бедноты—82, См. также Беднота деревенская.
Комитет государственных заказов—287, Комитет по делам изобретений при СТО—126.
Комитет по заготовкам при СНК СССР—126.
Комитет по промысловой кооперации и кустарной промышленности при СТО—355— 356.
Комитет товарных фондов и регулирования торговли при СТО—126.
Комитет по стандартизации—126.
Коммерческая тайна—75, 277.
Коммерческий оборот. См. Оборот.
Коммерческий расчет—90, 227, 228, 286/288. См. также Хозрасчет. Коммунистические субботники.—285. См. также Сила примера. Социалистическое соревнование и ударничество.
Комвнуторг при СТО—88.
Конвенционные цены—225. См. также Цены.
Конкретное руководство—95, 97, 123, 278—280, 310, 311, 320, 324, 325, 361. См. также Бюрократизм и канцелярско-бюрократические методы руководства. Дисциплина социалистическая. Единоначалие. Функционалка.
Конкуренция—20, 27, 55, 57, 64, 65, 70, 262, 281.
Коносамент—169.
Конституция СССР и РСФСР—124, 173, 285.
Контокоррентный счет—299.
Контрактация—44, 45, 92, 93, 372. См. также Децзаготовки. Заготовки. Закупки хлебные. Поставки обязательные с.-х. продукции.
Контроль. К. государственный—26, 73, 80. К. общественный в потребкооперации— 358, 360, 361. К. рублем—18, 209, 234—235, 238. Контрольные права профсоюзов—281. См. также Рабочий контроль.
Контрольно-ревизионные комиссии потребкооперации—361.
Концентрация организационная—2 7 7.
Концессии в СССР—89, 174, 175, 207, 261, 378.
Конфискация—79, 86, 137, 179, 185. Кооперативное право—327, 328. Кооперация буржуазная—315—317.
Кооперация в СССР. Лен и некий кооперативный пла н—325, 326t 329, 341.
Принципы организационного строительства советской к о о п е р а ц и и—319—328. Пролетарское руководство в К.—319—
323, 326. Принцип демократического централизма в К. 321—325, 358, 361. Внутрикооперативная дисциплина—323. Союзное строительство в К.—323—
324, 354—355, 361. Хозрасчет в К.—320, 325—326, 333, 354, 358. Законодательство о кооперации—189, 319—320, 345, 349, 358.
Кооперация жилищна я—88, 258.
Колхоз ы. Основные принципы колхозного строительства—89, 92—93, 96, 159,160,187,188,322,323, 328—332,339,340, 374,375. Уставные формы К.—328— 332. С.-х. коммуна—80, 330—331. Товарищество по совместной обработке земли (ТСОЗ)—329. С.-х. артель как основное звено—331—332. Организация К.— 332. Землепользование в К.—172, 328, 330, 332—333. Имущество и имущественные отношения в К.—23, 332, 333—335, 400, 417. Организация труда в К.— 335, 336. Оплата труда в К. 336—337. Распределение доходов в К.—333—§37, 365. Управление К. 337—339. МТС и К.—96, 337, 338. Вопросы членства—339— 341, 383—384. Отходничество в К.—341.
К. потребительская. К. п. как важнейшее звено в системе советской торговли—88, 95, 356—358, 366. Система советской потребительской кооперации— 258, 358—363. ЗРК—258, 301—302, 307, 352, 361, 365, 367. Коопхоз—350, 367. Сельпо—258, 359, 367. Центросоюз—95, 258, 319, 321, 323, 361, 362, 363. Имущество и имущественные отношения в К. п.—195—196, 363—366. Хозяйственная деятельность К. п.—366—369. \
К. промысловая. К. п. в системе советского хозяйства—341—342. Организационное строительство К. п.—258, 342—346, 354—356. Производственное товарищество—348. Снабженческо-сбытовое товарищество—348—349. Пром- колхоз—349—350, 352. Промысловая производственная артель (промартель) как основное звено—347. Имущество и имущественные отношения в К. п.— 350—354. Членство в К. п.—354—355.
К. сельскохозяйственна я—85, 88, 89, 317, 329.
28 Курс. сов. хоз. права
433


См. также Собственность кооперативная. Хозяйственные организации (хозорганы).
Коопхоз. См. Кооперация в СССР.
Корпоративное государство—71.
Корпоративное право—71. в
Корпорация—2 4 5
Кредит. Кредитная реформа—94, 95, 165, 229, 268, 291, 306, 307. Кредитование колхозов и кооперации—335, 353, 365. Кредитование бескоровных колхозников— 331. Кредитно-банковская система—9, 88, 89, 94, 235. См. также Банки.
Кредиторы—41, 167, 267, 305, 399, 420.
Крепостничество—53, 144—146, 148.
«Кто —кого»—15, 35, 199.
Кулачество и кулацкие хозяйства—11, 15, 78, 83, 92, 93, 108, 161, 202, 207, 252, 320, 337, 338, 339, 371—375.
Купля-продажа. Договор К.-п.—20, 31, 47, 94, 102, 200. Запрещение К.-п. земли—172. К.-п. строений—164. К.-п. рабочей силы—26, 52.
Кустари—37, 174, 252, 315, 341, 349, 355, 359.
/
Л
Латифундии—142, 144, 243.
Легат (отказ)—397. См. также Наследственное право.
Лены—146, 147, 149.
Леса, недры и воды—173.
Лесной кодекс РСФСР—125, 173.
Летательные аппараты—174.
Ликвидация. См. Ликвидационные комиссии.
Ликвидационные комиссии (ликвидкомы)—264—268. См. также Хозяйственные организации (хозорганы).
Лица. См. Субъект права. Юридическое лицо.
М f
Магазин—94, 366—367, 376, 379.
Манципация—139, 140, 141, 143.
Маркировка. М. продукции—263..
Мать—410, 415. См. также Алименты. Брачное право. Дети и детское право. Отцовство. Семейное право.
Машинно-тракторные станции (МТС)—37, 92, 96, 97, 122, 257, 298, 338. См. также Политотделы, Предприятие. Сельское хозяйство.
Мексиканский гражданский кодекс—61.
Менморты—147, 148.
Мена. Запрещение мены земли—172.
Мешочничество—78, 84, 369. См. также Спекуляция.
Монополия. М. внешней торговли—76, 77, 87, 119, 125. М. хлебная—78. М. на ткани—78. М. на торговлю с.-х. орудиями—78. См. также Внешняя торговля. Торгпредства.
Мораторий. Жилищный М.—77.
Морское право—49.
Муниципализация—177—179. См. также Демуниципализация.
Наемный труд—52, 93, 335, 354.
Наем личный. Договор личного найма—20, 31, 51.
Налоги и налоговое закон о дольет во—15, 58, 79, 85, 286, 287, 337, 373, 375, 393, 395, 397, 398, 399. W
Народные комиссариаты. Постановления и приказы Н. к. как источник советского хозяйственного права—126. Разукрупнение и реорганизация хозяйственных Н. к.—279, 291, 292, 293.
Наряд-задание. Н-з.. хозрасчетной бригаде—300.
Наряд-заказ. Н.-з. предприятию—233, 310. Н.-з. хозрасчетному цеху—298.
Наследственное право. Маркс и Энгельс о Н. п.—389, 390, 391. Наследование по римскому праву—139, 392. Наследование по феодальному праву—146—147,
434


389, 391. Буржуазное Н. п.—61, 62, 16'*, 388, 393. Советское наследственное право—79, 89, 105, 179, 191, 200, 393—400. См. также Доля обязательная. Завещание. Легат. '
Национализация. II. основных экономических командных Ьысот—И, 79, 87, 116, 170, 171, 177, 178, 285, 369. Н. банков—9, 39, 80. И. промышленности—9, 73, 75, 76, 80. II. торгогою флота—74, 87. Теория фактической национализации— 175—176. См. также Командные высоты. Собственность государственная. Экс- проприагия экспроприаторов.
Национальный труд. Закон Гитлера о Н. т.—58.
Находка—179, 200.
Неарийцы—71, 370. См. также Арийцы. Фашизм.
Недвижимость—77, 154, 155, 156, 157, 158, 164. См. также Вещь. Имущество. Ипо* тека. Собственность.
Неделимые фонды—191, 193, 195, 333—335.
Неплатежеспособность—2 6 5.
Неравенство—22, 23, 50, 135, 241, 370, 389, 412. См. также Равенство.
Несовершеннолетние—241, 383—384, 395, 397, 406. См. также Вред. Дееспособность. Опека. Эмансипация.
Несостоятельность—264, 265, 267. См. также Ликвидационные комиссии. Нетрудовые элементы—327, 370, 371, 373. См. также Капиталистические элементы. Нормативизм—247, 248.
Нормы. Н. юридические—22, 28, 40, 44, 45, 46, 66, 107, 121. II. коллизионные— 130—132. Н. Диспозитивные и принудительные—28,66.
Нотариальное удостоверение—398, 420.
О
Облигация—169, 170.
Оборот. О. капиталистический—34, 67, 157, 169. О. коммерческий—103, 107, 108. О. мелкий бытовой—34. Свобода О в первые годы нэпа—371. О. торговый— 34, 61. См. также Гражданский О. Хозяйственный О. Частный О.
Оборотные средства (собственные)—23 123, 181 182, 258, 302—303 311, 365. Оброк—144, 147.
Общее право—53.
Общенародное право—141. Обычное право—63, 71.
Объединения. О. капиталистические—56, 57, 242, 244, 245. Всесоюзные отраслевые О. в промышленности—91—94, 257, 289—291. Всесоюзные отраслевые О. в промкооперации—343—344. Всесоюзные отраслевые О. в потребкооперации— 362—363.
Объективное право—'*6.
Объект права—47. См. также Вещь. Имущество.
Обязательство—47, 65, 165, 370. См. также Обязательственное право.
Обязательственное право—28—31, 47, 61, 105, 163.
Опека—105, 242, 383—384. См. также Попечительство. Эмансипация.
Орги (конторы по организации и рационализации)—257, 308.
Основной капитал—См. Капитал.
Основы гражданского законодательства СССР. (Проект)—35, 111, 170, 179, 183, 186.
Ответственность—О. личная руководителей хозорганов—81, 91, 95, 221, 279, 282, 307. О. имущественная (материальная)—184, 234, 255, 267, 305, 312— 315, 352. О. акционеров по обязательствам акционерного общества—244. О. долевая—419. О. смешанная—404. О. солидарная—360, 405, 420, 421. О. субсидиарная—330—331. О. уголовная за срыв государственных планов—209, 210, 221, 222. О. по договору—10, 95, 165.
Отделы рабочего снабжения (ОРС)—181, 301—302, 307, 367.
Отцовство—413. См. также Алименты. Брачное право. Дети и детское право. Мать. Семья и семейное право.
Отчуждение имущества—139, 141, 143, 146, 154, 174, 177, 179, 185, 188, 416. Отходничество—341.
Оформление. О. хозорганов—259—262. См. также Регистрация государственная. Уставы.
Охрана—О. (защита) общественной собственности (государственного и кооперативного имущества)—20, 185, 196—197, 209, 222, 269. О. наследства—398. О. имущественных прав трудящихся—384—385. См. также Собственность.
27*
43$


п
Паевое товарищество—421—424. См. также Акционерные общества.
Паевой фонд—334, 351, 363. См. также Пай.
Пай—193, 196, 334, 351, 363, 364, 421. См. также Паевой фонд.
Пандекты—29.
Пандектная система—29.
Параж—146.
Партийные решения—8, 13, 122. .
Паспорт. Паспортная система в СССР—379—380.
Пассив—163, 182.
Патенты на изобретения—88. См. также Изобретение и Изобретательское право. Пенсия—404, 406. См. также Социальное страхование.
Первый съезд марксистов-государственников—112, 113. Перевозки железнодорожные—209, 221.
Персидский гражданский кодекс—61.
План и планирование в СССР. II. как закон пролетарского государства—8, 97, 208— 216, 223. II., как основная категория советского хозяйственного права—9, 39, 208, 209. Плановая дисциплина как государственная дисциплина—13, 15, 18, 194, 208, 209, 210, 221, 224, 235, 277, 296. Единство социалистического планирования—193, 216, 222. Система органов социалистического планирования 89, 216—219, 297, 320. Порядок составления (выработки) хозяйственных планов 219—221. Принцип демократического централизма в организации социалистического планирования—224—226. Плановое руководство (плановое начало) как принцип социалистического хозяйствования—159, 160, 206, 212, 216, 222, 224, 229, 277. Планы завоза—104. Промфинплан—220, 229, 231, 283, 299, 303, 310, 406. Торгфинплан—220, 236. План и договор —223—224. Коллизии планов—223—224. Извращения в социалистическом планировании—221—222. Встречный план—213. См. также Государственные хозяйственные организации. Предприятие. Социалистическое хозяйство. Хозрасчет.
Платежные приказы безотзывные—343.
Подрядчики—84, 405.
Политика. Экономика, политика и право при диктатуре пролетариата—7, 8, 112, ИЗ. Право как форма политики господствующего класса—6, 7—10, 42, ИЗ, 239.
Политотделы МТС и совхозов—97, 122, 298, 338. См. также Машинно-тракторные станции. Совхозы.
Польский кодекс обязательств 1931 г.—61.
Польский торговый кодекс—61.
Попечительство—105, 241. См. также Опека. Поручение—2 7 0—2 71.
Поставки. П. обязательные с.-х. продукции—46, 96, 210, 222, 321, 337, 372, 375. См. также Заготовки. Закупки хлебные. Децзаготовки. Контрактация.
Право. П. как форма политики господствующего класса—6, 7—10, 42, ИЗ, 239. Классовая природа II.—10, И, 3.0, 42, 43, 100, 101. Три основные формы II.— 101. Экономика, политика и право при диктатуре пролетариата—7, 8, 1.12, ИЗ. «Народность» П.—71. Отмирание II.—23, 1о4, ИЗ, 215. Революция П.— 43, 101. См. также Гражданское право. Советское хозяйственное право. Юридическая литература.
Правоотношение.' Понятие П.—46, 102—103, 105. Теория «регулируемого» П.— 212. См. также Имущественные отношения.
Правоспособность—56, 62, 71, 112, 139, 160, 241, 242, 246, 251, 256, 270, 369, 370, 377, 384. См. также Правосубъектность. Равенство. Собственность. Субъект права. Юридическое лицо.
Правосубъектность—239, 246, 247, 251. См. также: Правоспособность. Субъект права. Юридическое лицо.
Предприятие. Государственное П. в СССР, как предприятие последовательно социалистического типа—89, 90, 159, 172, 183, 185, 258, 274, 275, 284, 293—294. П. как основное звено системы управления социалистическим хозяйством—93, 94, 290. Управление П.—18, 275—284. 291—293, 294—302, 310—311. П., непосредственно подчиненное наркомату,—280, 294—307. П., входящее в состав треста,— 308—313. Директор П—283, 296—297, 310. Имущество и имущественная ответственность II.—302—305, 311—313. Хозяйственная деятельность II.—305— 307. П. как субъект права—255, 294. Система управления в капиталистичес-
436


ком П.—58, 186, 242, 244, 273—274, 275. См. также Государственные хозяйственные организации. Магазин. Машинно-тракторные станции. Объединения. Синдикаты. Совхозы. Тресты. Хозяйственные организации (Хозорганы). Представительство —269—272.
Презумпция. II. государственной собственности по советскому праву—9, 10, 87, 179, 185. II. частной собственности—155.
Прекарий—147.
Премирование—235, 299, 300, 301. См. также Сдельщина. Соцсоренование и ударни* чество. Фонд премирования.
Преступления должностные—209.
Претензии. Оче) едкость удовлетворения П. по советскому ГК—265.
Претер и преторское право—140—143.
Прецедент судебный—54. См. также Судебная практика.
Прибыль (накопление). Порядок распределения П. (накопления) хозорганов—188, 263, 304, 311. Порядок распределения II. в кооперации—326, 353, 365. Порядок распределения II. и убытков в частнохозяйственных объединениях—419. Плановая II.—311. II. как стимул хозяйственной деятельности трестов—90, 91, 235, 286, 287. См. также Имущество хозорганов. Убытки.
Привиллегии. II. сословные—50. П. феодальные—62.
Принудительные договоры—57, 07.
Принуждение. Г1. государственное—22, 40, 97, 157, 208, 209, 213, 235. П. внеэкономическое—50, 54, 82, 83, 145, 147. П. и убеждение—321, 322.
Проверка исполнения—97, 258, 278, 280. См. также Конкретное руководство. Единоначалие. Ответственность личная.
Продиктованные договоры—57, 67.
Продналог (ироде вольственгый налог)—79, 85.
Производственная экономия—299.
Прокуратура в СССР—12, 13, 15, 86.
Потребительская кооперация. См. Кооперация в СССР.
Пролетарское руководство. II. р. советской кооперацией. См. Кооперация в СССР. Промбанк—88.
Промысловая кооперация. См. Кооперация в СССР.
Промфинплан—220, 229, 231, 283, 299, 303, 310, 406. См. также План и планирование в СССР.
Профсоюзы—о7, 282, 283, 300, 361, 404, 408. См. также Единоначалие. Предприятие.
Публичная отчетность—263—264, 268.
Публичный порядок—116.
Публичное право—24—28, 70, 105.
Р
Рабство. Р. в древнем Риме—137, 138, 142. Р. наемное—51.
Рабочий контроль— 75—76. См. также Контроль.
Равенство. Принцип Р. при социализме—377. Р. всех граждан перед законом по бу|лкуазному праву—50, 51, 241, 370. См. также Правоспособность. Субъект права. Перагенстго.
Разверстка продовольственная—82, 83, 85, 285. См. также Диктатура продовольственная. Продналог.
Развод—269, 414.
Разделение властей—123.
Расточительность—242, 384. См. также Дееспособность.
Растраты—358.
Расчетный счет—263, 301, 307, 330, 343, 366.
Расчетные операции—84, 94, 95, 180.
Революционная законность. См. Законность социалистическая (революционная). Регистр СССР—164.
Регистрация государственная—164, 260—261.
Регресс. Регрессные иски—497, 498.
Реквизиция—79, 179.
Репта—146, 148.
Рентабельность—207, 234, 366.
Репрессия уголовная—8, 18, 185, 358, 373, 376.
Рецепция.—Р. Римского права—33, 62, 65, 138. Р. кодекса Наполеона—52, 53. Р. советским ГК буржуазного законодательства—87, 420.
437


Римское право—33, 62, 65, 138, 140, 141, 157, 165, 166, 391, 392.
Родовое общество—135, 136, 138, 140.
Романисты—6 5.
С
Саботаж—75, 391.
Санкции—8, 234, 299.
Сберегательные кассы—383.
Сбыт—295, 307, 313, 343. См. также Синдикаты. Снабженческие и сбытовые организации.
Свод законов гражданских Российской империи—53.
Сделки. Понятие С.—34, 4 7—48, 57, 66, 169, 252. Форма С.—251, 256. С., совершаемые несовершеннолетними—383—384. С. госбюджетных учреждений—254. Плановые С.—212. Запрещение посредничества в С. между госорганами—88. С. по внешней торговле—77, 168, 305. С. с иностранной валютой—168. См. также Договор. Завещание. Заем: Купля-продажа. Мена. Страхование имущественное.
Сдельщина—С. в колхозах—336. 4
Сезина—148—149.
Сезонные работы—335. Секвестр—77. |
Секция права и государства Комакадемии—104, 108, 110. Секция хозяйственного права ИССП Комакадемии—114—115. Сельскохозяйственная артель. См. Кооперация в СССР—колхозы. Сельскохозяйственная кооперация. См. Кооперация в СССР. Сельскохозяйственный банк (Сельхозбанк)—88, 335.
Сельское потребительское общество (Сельпо)—258, 359, 367. См. также Кооперация в СССР.
Сельское хозяйство в СССР. Социалистическая реконструкция с. х.—6, 11, 15, 39, 80, 89, 92, 93, 160, 207. 328—330, 371 Управление с. х. в СССР. См. Земельные органы. Кооперация в СССР—Колхозы. Машинно-тракторные станции. Совхозы.
Семья и семейное право. Патриархальная С.—138. С. и С. П. в капиталистических странах—69, 389, 410, 412. С. и С. П. в СССР—383, 409, 410, 412. См. также Алименты. Брачное право. Дети и детское право. Женщина. Мать. Отцовство.
Сеньориальные права—148.
Сервитуты—139, 148.
Сиамский гражданский кодекс—61.
Сила примера—281. См. также Социалистическое соревнование и ударничество. Синдикаты—91, 93, 94, 107, 205, 288—289.
Сменовеховство в советском праве—14, 106—108. Смешанная ответственность—См. Ответственность.
Смычка. С. торговая между городом и деревней—9, 87, 285, 357, 374. С. производственная между городом и деревней—92, 357, 374.
Снабжение потребительское—81—84, 301, 307, 357, 376—377.
Снабжение производственное—83—94, 291, 295, 306—307, 313, 343, 355.
Снабженческие и сбытовые организации. (Снабы и сбыты)—94, 257, 291, 295, 308, 350.
Собственность. Общее понятие о праве С.—19, 21, 29, 31, 103, 114, 134—138, 152, 164, 165. С. племенная—137. С. родовая—135, 388. С. общинная—138, 388. С. семейная—138,139. С. античная—137, 138, 143. С. бонитарная (преторская)— 142—143. С. квиритская—140, 142, 143. С. перегринов—142. С. провинциальная—142—143. С. феодальная—30, 137, 144—149. С. буржуазная частная (капиталистическая)— И, 13, 19, 21, 25, 26, 30, 31, 33, 50, 52, 54, 56, 100, 137, 149— 158, 161, 170, 182, 241, 242, 273, 276—277, 389, 390, 393. С. в советском праве- 159—163. Три вида С. по советскому праву—161, 163. Ленинское учение о пяти укладах и право С.—161—162. Общественная (социалистическая) С. как ос- ' нова советского строя—9,14,19—20,22,23, 36,39. 97, 114,159—160, 170—172, 205, 207, 250, 286, 377, 385. Охрана (защита) общественной (социалистической) С.—16, 17, 18, 185, 196—197. 209, 222, 358. Государственная социалистическая С.—160, 161, 170—185, 256. Природа права государственной социалистической С.—170—172. Фонд государственной социалистической С.—172— 177. Способы возникновения государственной социалистической С.—177—179. Содержание права государственной социалистической С.—180—184. Единстве государственной социалистической С.—23, 180—184, 192, 233. Кооператив- 438


нэя С. по советскому праву—160, 162, 186—197, 326, 335, 350, 361. Частная С. по советскому праву—135, 136, 139, 140, 151, 152, 153, 154, 161, 162, 163,
170, 197—204. С. личная (индивидуальная)—22—23, 162, 163, 203, 253, 277— 378. Владение как элемент права собственности—142, 143, 146, 148, 152, 154. Защита владения—157. См. также Вещь. Виндикация и виндикационный иск. Земельная С. Имущество. Национализация.
Советская торговля. См. Торговля.
Советское государство. См. Государство.
Совет труда и обороны (СТО)—89, 123, 126.
Советское хозяйственное право. С.Х.П. как классовое право пролетариата (как особая форма политики диктатуры пролетариата)—6, 7, 9, 10, 11, 12, 17, 18, 20, 32, 33, 34, 105, 110, 112, 113, 121, 215, 239, 251, 255—257, 311, 312, 371, 387— 388. Пять периодов развития С.Х.П.—73. Источники С.Х.П.—121—128. Единство советского хозпрэва—11, 35, 36, 37. Литература С.Х.П.—24, 99—115, 210—216. Иностранная литература по С.Х.П.—115—120, 394. Система С.Х.П.— 24—40. Методы изучения С.Х.П.—40—46. Основные категории (понятия) С.Х.П.—46—47. См. также Государство. Диктатура пролетариата. Законодательство советское хозяйственное. Политика. Право. Экономика, политика и право.
Сословное государство. См. Государство.
Совхозы—37, 39, 80, 89, 92, 94, 97, 122, 160, 181, 182, 187, 207, 225, 228, 297, 299, 308, 313. См. также Сельское хозяйство в СССР.
Соединенные Штаты Америки (США). Гражданское право США—53—54. Солидарная ответственность. См. Ответственность.
Социал-фашизм. С.-Ф. о праве—26, 55, 57, 274. Социалистическое совместительство—2 82.
Социалистическое соревнование и ударничество—92, 236, 300, 336, 385, 406. См. также Сила примера.
Социалистическое хозяйство. С. X., как единое плановое централизованное хозяйство—31, 205—208. Основные принципы и методы управления С. X.—7, 10, 94,
171, 183, 226, 258. 259, 275—284. Роль партии в управлении С. X.—93, 94, 277— 278. См. также Государственные хозяйственные организации. Демократический централизм. Единоначалие. Кооперация в СССР. План и планирование в СССР. Предприятие. Сельское хозяйство в СССР. Торговля. Хозяйственные организации (Хозорганы).
Социальная функция. Теория С. Ф. и ее сторонники—27, 56, 57, 66, 69, 108—110, 247.
Социальное обеспечение—87, 386—388, 394, 409.
Социальное страхование. См. Страхование. Социологическая школа в праве—42, 68.
Спекуляция—15, 77, 78, 84, 346, 358, 375, 376, 379. См. также Мешочничество. Стачки—58.
Страхование имущественное—337, 373, 375.
Страхование социальное—105, 386—388, 404—409. Страховые общества—57, 116.
Субсидиарная ответственность. См. Ответственность.
Субъективное право—46, 66, 102.
Субъект права—23, 47, 49, 56, 62, 71, 90, 112, 139, 142, 143. 160, 161, 181, 184, 187, 228, 231, 233, 239, 241, 242, 246, 247, 249, 254, 256, 270, 369, 370, 377, 384. См. также Правоспособность. Правосубъектность. Физическое лицо. Хозяйственные организации (Хозорганы). Юридическое лицо.
Суд—13, 15, 18, 34, 57, 58, 87, 104, 305, 379, 381, 404.
Судебная власть—123.
Судебная практика—9, 54, 59, 61, 105, 108, 110, 245, 251, 403.
Судно—С. как основное звено управления в воднОхМ транспорте—94.
Т
Текущий счет—299.
Товарищество. Т. Н а вер е—420—421.
Т. Коммандитно е—244.
Т. С ограниченной ответственность ю—424—425.
Т. II а е в о е—421—424.
Т. Спеременным составом и капиталом—107,317.
Т. Полнее—419—420.
439


Т. Производственное См. Кооперация промысловая.
Т. По совместной обработке земли (ТСОЗ)—80, 329—330.
Т. Снабженческ о-с бытовое. См. Кооперация промысловая.
Т. Т о р г о в о е—244.
Товарный знак—30, 86, 262—263.
Товарообмен. Т. в первые годы нэпа—78, 82, 83, 85, 87. Т. прямой—237. Кооперативный Т.—85.
Торговля. Т. советская—6, 9, 11, 17, 36, 95, 185, 225, 226, 346, 356—358, 376—377, 378—379. Революционная законность и С. Т.—7, 12, 358. Вопросы управления С. Т. 91, 257, 288, 308.
Торговое право—25, 32—34, 49, 68.
Торговые базы—361—362, 366.
Торговые палаты в СССР—88.
Торговые предприятия государственные (торги)—257, 288, 308.
Торговый оборот. См. Оборот.
Торговый свод СССР (проект)—34, 108.
Торговый флот. Национализация Т. Ф.—74, 87.
Торгпредство СССР—58, 116, 184. См. также Внешняя торговля. Монополия внешне;! торговли.
Торгфинплан—220, 336. См. также План и планирование в СССР.
Тоталитарное государство. См. Государство.
Транспорт и транспортное право—9, 38, 75, 87, 94, 97, 164, 173, 174, 175, 209, 221, 228, 257, 258, 298. См. также Воздушный кодекс. Летательные аппараты. Перевозки ж. д. Торговый флот. Устав ж. д. Устав внутреннего годною транспорта.
Тресты. Т. капиталистические—55, 76, 245, 247. Т. советские—90, 91, 214, 228, 233, 234, 257, 259, 276, 285, 286, 287, 308—313, 362.
Труд и трудовое право—24, 38—40, 51, 56—58, 71, 135, 269, 275, 295, 323, 335— 336, 386, 394, 406—407. См. также Кодекс законов о труде.
Трудовая дисциплина. См. Дисциплина трудовая.
Трудодни—336—400, 417. См. также Кооперация в СССР—колхозы.
Турецкое гражданское уложение—61.
У
Убытки—188, 234, 263, 299, 352, 360, 364, 419. См. также Прибыль.
Уголовное право—25
Уголовный кодекс РСФСР—15, 379.
Уголовный процесс—25.
Ударничество и соцсоревнование. См. Социалистическое соревнование и ударничество.
Уполномоченные хозяйственных наркоматов—292—293.
Управление. См. Государство. Государственные хозяйственные организации. Народные комиссариаты. Предприятие. Социалистическое хозяйство. Хозяйственные организации (Хозорганы).
Управления морского и речного транспорта—258.
Управления главные производственные (Главки). См. Главные производственные и производственно-территориальные управления.
Устав внутреннего водного транспорта—125.
Устав железных дорог СССР—125, 288.
Устав примерной с.-х. артели—93, 319, 322, 331, 334, 372, 408, 409.
Уставы. Разработка и утверждение У.—254, 260—261. У. типовой треста—90. Уставный капитал. См. Капитал уставный.
Учет—80, 227, 238, 298, 299.
Учреждение. Понятие У., как субъекта права.—245—246, 253. Право госбюджетных У. в СССР совершать хозяйственные операции—254. Передача имущества госбюджетным У.—180. Неограниченная виндикация имущества, принадлежащего госбюджетным У.—185. Особые нормы советского законодательства о государственных У., как участниках хозяйственного оборота.—268. Главк, как У.—295.
Ф
Фашизм и гражданское право—20, 55, 58, 59, 70—71, 128, 274, 370, 390. См. также Арийцы. Гражданское право. Неарийцы. Юридическая литература.
Феодальная собственность—См. Собственность.
Феодальное право—30, 53, 62, 144—149, 389, 391.
440
/


Физические лица—49, 241—242, 246, 249, 254. См. также Правоспособность. Правосубъектность. Субъект права. Частное лицо.
Фирма—30, 86, 362—363.
Фонды. Ф. государственный земельный в СССР—80, 172, Единый Ф. государственной социалистической собственности. См. Собственность. Ф. амортизационный.—311.Ф. неделимый и другие в колхозах—191,193,195, 333—335.Ф. в промкооперации—193, 351, 353. Ф. в потреб! ооперации—193, 363—3'65. Ф. содействия соцсоревнованию и ударничеству—305. Ф. премирования за экономию топлива—305. Ф. улучшения быта рабочих и служащих (ФУБР)—304, 311. Ф. премирования за перевыполнение промфинплана и за изобретательство— 305.
Фондирование—223, 224.
Французский гражданский кодекс (Кодекс Наполеона)—29, 49—52, 56, 63, 152, 154, 241, 382, 392, 411.
Функционалка—279, 295.
X
Хозяйственная система—183, 192, 257—259, 312, 323.
Хозяйственно- административное право—34—3 6.
Хозяйственное право. Классики марксизма о X. П.—99—100. Немецкие юристы о X. П.—27, 68—69. См. также Гражданское право. Советское хозяйственное право.
Хозяйственные организации (Хозорганы). X. как субъекты п ава—23, 90, 181, 183, 184, 228, 231, 233, 250—251, 253. Оформление X.—259—262. Прекрашение X.—264—268. Государственные хозяйственные организации. Понятней виды— 257—258, 291, 292, 308, 309. Кооперативные хозяйственные организации. Понятие и виды 258, 323, 328—331, 346—350, 355, 358—363. Особые нормы о хозорга- нах—268. См. также Государственные хозяйственные организации. Кооперация в СССР. Магазин. Машинно-тракторные станции. Предприятие. Синдикаты. Совхозы. Тресты.
Хозяйственный оборот—18, 32, 254—255, 261, 262.
Хозрасчет. X. как основной метод управления социалистическими предприятиями и выполнения плана—8, 18, 23, 36, 39, 85, 90—95, 97, 160, 181, 182, 183, 226— 227, 285,—287, 294. План и X.—226, 229—231. Оперативная самостоятельность как элемент X.—231, 232. Имущественная самостоятельность как элемент X.—232—236. Борьба в извращениями X.—236—238. X. в кооперации 95, 325—326, 352, 354, 358, 362, 366. Цеховой X.—298—299. Бригада на X.— 300. См. также Государственные хозяйственные организации. Коммерческий расчет. Предприятие. Хозяйственные организации (Хозорганы).
Ценз—148.
Ценные бумаги—105, 163, 167, 169—170, 198.
Ценсивы—147.
Центральное управление народнохозяйственного учета (ЦУНХУ)—217—218, 264. Цены—90, 209, 225, 286, 287, 311, 320, 346, 357. См. также Конвенционные цены. Центросоюз—95, 258, 319, 321, 323, 361, 362, 363. См. также Кооперация в СССР. Церковное право—25, 53.
Церковный брак—53.
Церковь и религиозные организации—255
Цех—297—300. См. также Предприятие. Хозрасчет.
Ч
Частное право—24—27, 40, 70, 102, 105. См. также Гражданское право. Публичное право.
Частнохозяйственные объединения—417—427. См. также Акционерное общество. Товарищество.
Частной лицо—10, 151, 153, 162, 201, 203, 369, 416. См. также Правоспособность. Правосубъектность. Субъект права. Физическое лицо.
Частный оборот—168, 176, 212, 369. См. также Вешь. Гражданский оборот.
Имущество. Оборот. Собственность. Хозяйственный оборот.
Чек—169, 170, 299.
Чусоснабарм—81, 237—238.
441


ш
Швейцарское гражданское уложение 1907 г.—57, 60, 61, 154, 241, 246, 381, 382, 392. Швейцарский обязательственный закон 1911 г.—60.
Э
Экономика, политика и право—7,8, 112, 113. См. также Диктатура пролетариата. Политика. Право. Социалистическое хозяйство.
Экономия производственная. См. Производственная экономия.
Экономическое господство. Закон против злоупотребления Э. Г.—56, 58.
Экспроприация экспроприаторов—9, 31, 57, 170.
Электрификация. Э. как единый хозяйственный план—81. См. также ГОЭЛРО. Электробанк—88.
Эмансипация—383.
ГО
Юридическая догматика—40—42.
Юридическая литература. Ю. Л. дореволюционная о гражданском праве—25,62—72. Созегская 10. Л. по хоз. праву—99—115, 210—216. Иностранная Ю. Л. по советскому хозправу—115—г120, 394;
Юридические действия—47. *
Юридические институты—44, 45, 47.
Юридические нормы—22, 28, 40, 44, 45, 46, 66, 107, 121.
Юридические сделки—4 7.
«Юридический социализм»—69 Юридический факт—47.
Юридическое лицо—49, 241, 242, 246, 248—250, 254, 255, 261, 286, 288, 294, 312, 419, 421. См. также Правоспособность. Правосубъектность. Хозяйственные организации (Хозорганы). Субъект права.
Юридическое мировоззрение—41—42.
Я
Японский гражданский кодекс—29.
Ярмарки—88, 363.
ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ
А
Агарков—106, 115.
Алексеев—116.
Амфитеатров—114, 115, 120, 224. Амье—120.
Арефьев—255.
Архиппов—133, 211.
Аскназий—106, 182, 211, 212, 213.
Б
Базар—390.
Базаров—207.
Бакунин—390.
Барун—343.
Блан, Л.—390.
Бин—363, 368.
Братусь—114, 120.
Бринц—249.
Брук—65.
Бухарин—54, 112, 113, 32?.
Бюгне—63.
В
Венедиктов—72, ИЗ, 182, 214, 215, 238, 257, 313.
Вейтлинг—390.
Викторский—213.
Винавер А.—106.
Винавер М.—68.
Виндшейд—65.
Виноградов—107.
Воль—118.
Вольф В—34, 106, 107, 108, 115. Вольф М.—163.
Вольфсон—106, 108, 111. Вормс—107, 115.
Г
Гамбаров—68, 249, 250.
Гегель—63.
Гедеман—27, 33, 67, 69, 108. Генкин—327, 368.
442


Гильфердинг— 7 0.
Гинзбург А.—106, 276.
Гинцбург Л.—37, 48, 111, 112, 114, 115, 119, 175, 181, 204, 238, 272, 300, 304, 305, 313.
Гирке—65, 248.
Гитлер—58, 71, 128, 274.
Глаесон—59, 64.
Глузберг—363, 368.
Гойхбарг—27, 100, 106, 108, 109, 110, 425.
Гордон—32, 106, 107, 115,1120.
Граве—106, 115.
Гредингер—37.
Гримм—245.
Громан—207.
Гроссман—300.
Гуго—63.
Гумплович—101.
д
Дернбург—25, 27, 47, 140, 153, 164, 165, 247.
Дзенис—373.
Дольников—236.
Дурдене вский—56.
Дьяков—32 7, 328, 400.
Дюги—27, 57, 66, 68, 108, 247.
Е
Ельяшевич—116, 117.
Ефименко—204.
3
Завадский—116.
Загвязинский—114, 313.
Зимелева—'*4.
Зом—65, 163, 165.
И
Иеринг—44, 64, 161, 140, 249.
К
Кабаков—314.
Каганович Л.—21, 93, 223, 275, 277,
280, 313, 336, 368.
Каганович М.—292. 297.
Калинин—338.
Кант—62, 63.
Капитан—49, 117.
Каравайкип—114.
Карадже-Искров—115, 166, 182.
Каутский—41, 69.
Кельзея—247, 248.
Кипп—49.
Кобленц—106.
Козак—153.
Колер—66.
Кольмет—51.
Комаров Б.—400.
Комаров В.—120.
Костельцев—114, 189, 193, 196, 204, 300, 304, 305, 326, 368.
Крыжановский—328.
Крыленко—48, 125, 204, 368, 384. Курский—28.
Куйбышев—20, 21, 48, 217.
Л
Ладыженский—110.
Ландкоф—106, 118, 119, 256, 272 425. Лассаль—391.
Ленин—5, 7, 8, 10, 12, 17, 19, 21, 22, 23, 28, 31, 42, 44, 46, 48, 50, 54, 64, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79,
81,
82, 83, 84, 85,
86, 8
7, 88
, 89,
90, 1
98, 99, 103, 112,
121,
123,
128,
133,
159, 161, 167,
171,
172,
187,
201,
204, 205, 208,
226,
227,
228,
234,
238, 244, 245,
259,
272,
274,
275,
276, 277, 278,
281,
282,
285,
313,
317, 318, 320,
321,
341,
356,
360,
368, 377, 412, 425.
Либерма
н—И, 112, 113,
189,
394,
401.
Либова—
-106.
Липецке]
р—114, 238, 376.
Лифман—66, 244.
Локк—241. Лотмар—66. Лямбер—119.
М
Мабли—62. Магазинер—106. Малицкий—106, 108.
Маркс—5, 7, 10, 13, 14, 19, 20, 21, 22, 23, 25, 26, 30, 31, 33, 34, 42, 44, 46, 48, 50, 52, 56, 63, 69, 70, 72, 73, 99, 103, 128, 133, 134, 136, 137,
138, 144, 145, 150, 151, 158, 162,
166, 186, 198, 203, 204, 239, 240,
241, 242, 243, 253, 259, 272, 273,
275, 276, 313, 368, 390, 3^1, 421,
425.
Мартынов—106, 107, 182, 211, 212, 213. Межлаук—238.
Менгер—69. Меринг—390.
Мейер—68. Микоян—225, 376.
Милль—41. Митили но—106, 107.
Можейко—114.
Молотов—8, 9, 23, 48, 83, 122, 167, 222, 230, 236, 237, 306, 319, 326, 378.
Муромцев—68, 101. Муссолини—55, 274. М юллер -Эрцбах—68.
Н
Ниппер д ей—67. Новицкий—106.
Нольде—116. Нуссбаум—68.
О
Озерецковский—32 7. Орджоникидзе—98, 210, 234.
443


п
Павлов—368.
Папиньян—62.
Пату шинский—314.
П архоменко—2 33.
Пахмап—65
Пашуканис—12, 17, 27, 40, 46, 48, 54, 72, 100, 102, 104, 110, 112, 113, 114, 120, 133, 235, 242, 248, 272.
Петражицкий—25, 60, 67.
Планк—65.
Пляниоль—249, 250.
П о бедонос цев—6 7.
Покровский—25, 67, 139, 157, 158, 204, 243.
Поскребышев—28, 85, 160, 206, 229, 230, 287.
Преображенский—2 0 7. Прушицкий—106.
Пухта—63.
Р
Радусь -Зенкович—И1.
Раевич— 72,, 106, 114, 129, 133, 391.
Ревунов—ИЗ.
Реннер (Карнер)—69, 108.
Рейснер—И.
Розенблюм—106, 108, 182.
Рузвельт—70, 274. Рубинштейн—114, 238.
Руссо—62.
С
Савельев—28, 85, 160, 206, 229, 230, 287. Савиньи—63, 248.
Салейль—67, 68.
Сантерре—51.
Салтыкова—120.
Саньяк—148, 391.
Сахаров—314.
Свердлов—408, 425*
Семенова—405, 42 5.
Сан-Симон—390.
Синайский—157.
Смирнов—237, 238.
Соколов—106.
Спенсер—248.
Спиноза—62.
Сталин-
-5, 7,
9, 10
, и,
12, 1
6, 17
, 18,
36,
48, 72
:, 74,
86,
88, 9
2, 93,
, 95,
96,
97, 98
;, 99,
112,
121,
122,
128,
133,
159,
161,
167,
187,
202,
204,
205,
206,
207,
222,
226,
232,
238,
259,
272,
275,
276,
278,
306,
313,
318,
319,
321,
322,
323,
329,
330,
331,
335,
356,
368,
377,
278,
379,
385,
409.
Стальгев
ич—1
1.
Стучка—
-20, 27, 30,
35,
36, 3
7, 47,
51,
64,
72, в;
1, 98,
190,
101,
104,
105,
111,
112,
ИЗ,
116,
120,
133,
164,
175,
179,
185,
189,
198,
200,
201,
204,
215,
216,
256,
257,
269,
270,
272,
368,
384,
388,
390,
414,
415,
Т
Тагер—116, 117.
Тадевосян—408, 425.
Таль—283, 313.
Тарановский—42.
Тимашев—116, 175, 176.
Тон—66.
Трайнин—14.
Тур—163.
Тьер—34, 204.
У
Удинцев—106.
Ульпиан—25, 62. Ундревич—ИЗ.
Ф
Федер—55.
Финци—71.
Фиолетов—40, 41.
Фиссье—51.
Фихте—63.
Фрейпд—110, 118, 119.
Фукс—118.
Фуксе—328.
X
Хитев—300, 304, 305.
Холиок—316.
ц
Циперович—75. Цительман—65.
Ч
Челяпов—27, 63.
Черепахин—25, 115.
Чернай—314.
Чичерин—34, 204.
Ш
Шац—106.
Шварц—66, 68, 247.
Шеллинг—63.
Шершеневич—30, 32, 34, 40, 68, 152, 247.
Шкундин—314.
Шретер—25, 106, 107, 108, 175, 182. Штаммлер—25.
Штампе—249.
Э
Эберт—68. Эльясон—106.
Энгельс—5, 6, 7, 10, 13, 19, 20, 25, 26, 31, 33, 41, 42, 48, 50, 54, 55, 63, 69, 70, 72, 73, 77, 99, 128, 134,
135, 137, 138, 140, 144, 150, 151,
153, 162, 186, 198, 203, 204, 253,
273, 275, 282, 313, 357, 368, 389,
425.
• Эннекцерус—163.
Ю
Юровский—207.
Я
Яковлев—322, 368.
425.


ОГЛАВЛЕНИЕ
От Ирститута советского строительства и права 3
ЧАСТЬ I
ВВЕДЕНИЕ
ГЛАВА I. Предмет и метод советского хозяйственного права
§ 1. Вводные замечания 5
§ 2. Советское хозяйственное право как классовое право пролетариата (как особая форма политики пролетарского государства в области организации социалистического производства и советской торговли) .... 7
1. Экономика и политика. Советское хозяйственное право как
особая форма политики пролетарского государства в области организации социалистического производства и советской торговли 7
2. Советское хозяйственное право—классовое право пролетариата . 10
§ 3. Социалистическая (революционная) законность и советское хозяйственное право 12
1. Понятие о социалистической (революционной) законности ... 12
2. Советское хозяйственное право как осуществление начал револю¬
ционной законности в области организации социалистического производства и советской торговли 17
$ 4. Советское хозяйственное право как система имущественных отношений переходного от капитализма к коммунизму периода 18
1. Понятие имущественных отношений 18
2. Имущественные отношения в социалистическом обществе .... 21
§ 5. Система советского хозяйственного права . F 24
1. Право публичное и частное 24
2. Право вещное и обязательственное 28
3. Право гражданское и торговое 32
4. Право гражданское и хозяйственно-административное 34
5. Разделение советского хозяйственного права 37
6. Аграрное право. Трудовое право 38
$ 6. Методы изучения советского хозяйственного права 40
1. Догматический (формально-юридический) метод изучения права . 40
2. Метод материалистической диалектики и применение его к советскому хозяйственному праву 43
§ 7. Понятия (категории) советского хозяйственного права 46
ГЛАВА II. Общая характеристика буржуазного гражданского права
§ 1. Гражданское право эпохи промышленного капитализма 49
1. Общая характеристика буржуазного гражданского права эпохи
промышленного капитализма • 49
2. Источники буржуазного гражданского права эпохи промышленного капитатизма 52
§ 2. Буржуазное гражданское право эпохи империализма 54
1. Общая характеристика буржуазного гражданского права эпохи
империализма. Гражданское право фашизма 54
2. Источники буржуазного гражданского права эпохи империализма 59
§ 3. Кратк' й обзор истории доктрины буржуазного гражданского права . 62
1. Докапиталистические общественные формации. Эпоха промышленного капитализма 62
2. Переход от свободной конкуренции к господству монополистического капитала 1 64
3. Империализм. Довоенный период 66
4. Империализм. Послевоенный период 68
ГЛАВА III. Основные этапы развития советского хозяйственного права
§ 1. Пять периодов развития советского хозяйственного права 73
§ 2. Первый год пролетарской диктатуры (1917—1918 гг.) 73
445


§ 3. Гражданская война и военный коммунизм (1918—1921 гг.) 79
§ 4. Восстановительный период (1921—1927/28 гг.) 84
§ 5. Первая пятилетка (1928—1932 гг.) • . 92
| 6. Вторая пятилетка 96
ГЛАВА IV. Литература советского хозяйственного права
1. Борьба за марксо-ленинскую теорию советского хозяйственного права 99
. 2. Иностранная литература о советском хозяйственном праве . . . 115
ГЛАВА V. Источники советского хозяйственного права
§ 1. Различные виды источников советского хозяйственного права .... 121
§ 2. Действие закона по лицам и времени и так называемые коллизионные нормы 128
§ 3. Толкование и применение законов по советскому^праву 132
ЧАСТЬ II
ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ СОВЕТСКОГО ХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРАВА
ГЛАВА VI. Право собственности
§ 1. Понятие и исторические формы права собственности 134
1. Понятие собственности . . . . • 134
2. Античная собственность 138
3. Феодальная собственность 144
4. Буржуазная частная собственность 149
§ 2. Собственность в советском .праве 159
1. Три вида собственности в СССР 159
2. Вещи (имущества) * 163
3. Деньги и ценные бумаги 167
} 3. Государственная социалистическая собственность 170
1. Диктатура пролетариата и государственная социалистическая собственность 170
2. Фонд государственной социалистической собственности. Имущества, составляющие исключительную собственность государства . 172
3. Способы возникновения государственной социалистической собственности. Национализация и муниципализация 177
4. Другие способы возникновения государственной социалистической собственности 178
5. Содержание государственной социалистической собственности . . 180
6. Защита права государственной социалистической собственности . 185
§ 4. Кооперативная собственность 186
1. Кооперативная собственность в СССР как общественная (социалистическая) собственность 186
2. Объекты кооперативной собственности. Способы возникновения
собственности 189
3. Содержание права кооперативной собственности 192
4. Защита кооперативной собственности 196
§ б. Частная собственность 197
ГЛАВА VII. П л а н о в а я дисциплинами хозрасчет
§ 1. Плановая дисциплина . 205
1. Социалистическое хозяйство—плановое хозяйство 205
2. План как закон пролетарского государства 208
3. Единство социалистического планирования. Система органов социалистического планирования 216
4. Единство социалистического планирования. Система мер по выработке (составлению) народнохозяйственных планов 219
5. Единство социалистического планирования. Единый народнохозяйственный план 221
6. Изменения планов. План и договор 222
7. ' Принцип демократического централизма в организации социали¬
стического планирования Ж4
446


§ 2. Хозрасчет 226
1. Хозрасчет как основной метод управления социалистическими
предприятиями и выполнения народнохозяйственного плана . . 226
2. Основные этапы развития хозрасчета 227
?. Хозрасчет и план 229
4. Оперативная самостоятельность 231
5. Имущественная самостоятельность 232
6. Извращения хозрасчета 236
ЧАСТЬ III
ОРГАНИЗАЦИОННАЯ СТРУКТУРА НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА СССР
ГЛАВА VIII. О б ще е у ч е н и е о лицах (субъектах права)
$ 1. Лица (субъекты права) в буржуазном гражданском праве. Понятия физического и юридического лица 239
1. Субъект права как одна из центральных категорий буржуазного
* гражданского права 239
2. Физическое лицо 241
3. Юридическое лицо 242
4. Буржуазные теории правосубъектности 246
5. Буржуазные теории юридического лица 248
g 2. Лица (субъекты права) в советском хозяйственном праве. Понятия
хозяйственной организации (хозоргана) и частного лица 250
1. Общее понятие о лицах (субъектах права) по советскому праву . 250
2. Лица (субъекты права) по гражданским кодексам союзных республик 254
3. Буржуазные интерпретации понятия субъекта права в советском
праве 255
9 3. Общие положения о хозяйственных организациях (хозорганах) . . . 257
1. Хозорган как звено единого социалистического хозяйства. По¬
нятие хозяйственной системы 257
2. Оформление хозорганов 259
3. Фирма. Товарный знак 262
4. Публичная отчетность 263
5- Прекращение хозорганов 264
6. Особые нормы советского законодательства о хозорганах .... 268
§ 4. Представительство 269
1. Общее понятие о представительстве 269
2. Представительство по советскому праву 276
ГЛАВАIX. Государственные хозяйственные организации
§ 1. Капиталистическая и социалистическая система хозяйственного управления 273
g 2. Ленинские принципы управления социалистическим хозяйством . . . 275
1. Единство хозяйственного и политического руководства 275
2. Принцип конкретного руководства 278
3. Пролетарская (социалистическая) дисциплина. Демократический
централизм в управлении хозяйством 286
4. Единоначалие 282
9 3. Основные моменты развития социалистической системы хозяйственного управления 284
1. Главкизм. Хозрасчет. Тресты 284
2. Синдикаты. Объединения .. . . 288
3. Двухзвенная и трехзвенная системы хозяйственного управления.
Союзные, республиканские и местные хозорганы 291
9 4. Предприятие—наркомат 293
1. Предприятие, непосредственно подчиненное наркомату 293
2. Управление предприятием. Главк 294
3. Директор 296
4. Внутренняя структура предприятия 297
447


5. ОРС 301
6. Имущество предприятия 302
7. Имущественная ответственность 305
8. Хозяйственная деятельность предприятия 306
§ 5. Предприятие—трест—наркомат 308
1. Предприятие и трест 308
2. Основные особенности управления по трехзвенной системе по
сравнению с двухзвенной . . . ' 309
• ГЛАВА X. Кооперативные организации
§ 1. Принципы-организационного строительства советской кооперации . . 315
1. Кооперация при капитализме и советская кооперация i . 315
2. Принципы организационного строительства советской кооперации 319
$ 2. Колхозы 328
1. Уставные формы колхозов. Артель как основное звено 328
2. Организация колхоза 332
3. Землепользование. Имущество колхоза 332
4. Принципы организации труда, оплаты труда и распределения
доходов в колхозах *335
5. Управление колхозом. Вопросы членства 337
6. Отходничество а 341
§ 8. Промысловая кооперация . . < 341
1. Промысловая кооперация в системе советского хозяйства .... 341
2. Этапы организационного строительства промысловой кооперации 342
3. Промартель, Промколхоз. Производственные товарищества ... 346
4. Имущество промартели 350
5. Членство. Управление промартелью. Система советской промысловой кооперации 354
§ 4. Потребительская кооперация 356
1. Потребительская кооперация в системе советского хозяйства . . 356
2. Организационное строительство советской потребкооперации. Система советской потребительской кооперации 358
3. Имущество советской потребительской кооперации 363
4. Хозяйственная деятельность потребительской кооперации .... 366
ГЛАВА XI. Частное лицо
$ 1. Гражданская правоспособность . 369
1. Понятие гражданской правоспособности на различных этапах социалистического строительства • . 369
2. Ограничения гражданской правоспособности. Начало и конец
правоспособности 379
3. Дееспособность 382
4. Охрана имущественных прав трудящихся 384
§ 2. Общие положения о так называемых «частноправовых» формах обеспечения 386
§ 8. Наследственное право 388
1. Общее понятие о наследовании и о наследственном праве. Буржуазное наследственное право 388
2. Советское наследственное право 393
§ 4. Возмещение вреда жизни и здоровью лица 401
1. Возмещение вреда по советскому праву 401
2. Возмещение вреда и принципы социального страхования .... 405
3. Возмещение труда в колхозах и в промкооперации 408
§'5. Алименты ,....., 409
1. Общее понятие об алиментах 409
2. Алименты по советскому праву 412
§ 6. Частнохозяйственные объединения 417
Альфавитно-предметный указатель 426
Именной указатель * 442


Адрес издательства; Москва, центр, Красная площ., здание ЦИК СССР (б. ГУМ), 2-й этаж, пом. 28.
Заказы направлять: в магазины и отделения КОГИЗа. Почтовые
заказы направлять без задатка „КНИГА — ПОЧТОЙ44: Москва, Моховая, 17, или Ленинград, Проспект 25 Октября, 28.