детский
звуковой
журнал
ISSN 0130 - 2353
rv
УВАЖАЕМЫЕ
МАМЫ и ПАПЫ!
На вопросы
читателей «Колобка»
отвечает поэт В. ОРЛОВ.
Вы удивлены и разочарованы?
У Вас в руках оказался
номер ЗВУКОВОГО журнала,
лишённый ЗВУКА, который
так любили Ваши дети,—
привычных гибких пластинок.
Пластмасса для них
так поднялась в цене,
что стоимость одного
экземпляра перевалила бы
за 20 рублей, что мы посчитали
неприемлемым. Редакция
оказалась перед выбором:
закрыть журнал вообще
или выпустить уже
подготовленный номер
без пластинок.
Мы пошли на компромиссный
вариант.
Журнал остаётся звуковым —
ведь часть тиража
по-прежнему комплектуется
компакт-кассетами, только
число их весьма ограничено
и стоят они немало,
ибо приобретаются за валюту.
У нас нет уверенности,
что большинству из Вас
они будут по карману.
Итак, если «Колобок»,
относительно дешёвый,
но без звука, покажется
Вашим детям неполным,
мы предлагаем приобрести
отдельно импортную
кассету С-30,
без футляра.
Для этого нужно отправить
заявку в редакцию по адресу:
113326, Москва,
ул. Пятницкая, 25,
журнал «Колобок».
Только не забудьте указать,
к какому номеру Вы желаете
приобрести
звуковое приложение,
а также Ваш полный адрес,
имя и фамилию.
Кассета будет отправлена
Вам бандеролью
наложенным платежом.
Это означает,
что оплачивать Вы её будете
только после того,
как она уже поступит
в указанное в Вашем адресе
почтовое отделение.
Стоимость кассеты
(без оплаты почтовой
пересылки) будет составлять
30 рублей.
Тиражирование производится
на оборудовании фирмы
«Атари» (Япония),
которое гарантирует отличное
качество стереозаписей.
Почему
у столетников
колючки?
Зима уходит. А жалко: зимой
хорошо! Помнишь, когда выпал
первый снег, какое во дворе на-
чалось строительство: хочешь;
снежную бабу лепи, хочешь,
снежную крепость возводи. А
как мороз ударил, горки ледя-
ные появились. Сядешь на сан-
ки — и вниз! Надоело с горки
кататься, надел коньки — и на
каток! Мальчишки там шайбу
гоняют, девчонки разные фигу-
ры на льду выделывают. А про
лыжи забыл? По сугробам даже
в валенках далеко не уйдёшь,
то ли дело на лыжах! Оттолк-
нулся палками и покатил по
лыжне, как по рельсам. Только
успевай по сторонам смотреть.
По лесу едешь, как будто путе-
шествуешь. Первая останов-
ка— Речка, вторая — Горка,
третья — Зелёные Ели. Стоят
они в снегу волшебными башня-
ми. Под ними в сугробах кусты,
словно сказочные теремки для
лесных жителей. Если повезёт,
кого-то из них и увидеть можно.
А не увидишь, значит, гуляют
где-то поблизости — вон сколь-
ко следов вокруг: и лосиные, и
заячьи, и беличьи, и птичьи...
Всё это заметишь, если не
спеша кататься. А если быстро,
чтобы от папы не отставать,
чтобы ветер в ушах свистел?
Заработаешь руками, ногами,
разгонишься и... бух в сугроб...
Ничего страшного: снег в лесу
пушистый, мягкий, как облако.
После такой прогулки
вернёшься домой, бабушка на
твои щёки взглянет, руками
всплеснёт:
— Откуда, внучек, красные
яблочки принёс?
Значит, на пользу пошла
лыжная прогулка.

— Эй, столетник,
Старый дед!
У тебя культуры нет!
Ты чего по самый нос
Весь колючками оброс?
— А без них, —
Ответил дед, —
Я не прожил бы сто лет!
Аня Архипова,
г. Вильнюс
Как возникли звёзды?
Таня Пантелеева, г. Куйбышев
Давным-давно забыта
Далёкая пора,
Когда на небе солнце
Ковали мастера.
Кругом летели искры
В те давние года —
И звёздами на небе
Эти песни написали
композитор Г. Левкодимов
и поэт В. Степанов.
Исполняет их Е. Антоненко
и Ю. Балмусов.
доли».
Сидит грустный Волк возле
своих рыбёшек, пригорюнился,;
а потом догадался: ловко про-,
вела меня рыжая плутовка,
ведь Медведь же зимой спит в
берлоге! В ярости Волк бро-
сился вдогонку за Лисой.
Знаете, где они встретились?
На звуковой дорожке. Но не
драться же им там у вас на
виду, пришлось... песни петь.
Повстречали однажды ВОЛК
и ЛИСА Колобка на зимней ры-
балке. Ловит себе рыбку Коло-
бок и складывает в кучку. Волк
и Лиса были очень голодны. По-
просили они у Колобка рыбки.
«Берите,— сказал Колобок,—
мне не жалко». Забрали улов
голодные хищники и стали де-
лить. «Надо рыбку поделить на
три кучки,— сказала Лиса.—
Одну кучку Михайло Иванычу,
вторую — мне, а третью —
тебе. Волк». Лиса так поделила
рыбку, что Волку досталась ма-
ленькая кучка.
«А почему мне так мало?» —
заскулил Волк. «Посчитай, в|
кучках одинаковое количество
рыбок,— ответила Лиса,— а
что рыбка маленькая, не моя
вина, не могу же я маленькую
рыбку отдать Михайло Ива-
нычу. Он ведь у нас большой.
Заболталась я тут с тобой. Ми-
шенька давно ждёт своей
Английская песенка
Плывёт, плывёт кораблик,
Кораблик золотой,
Везёт, везёт подарки,
Подарки нам с тобой.
На палубе матросы
Свистят, снуют, спешат,
На палубе матросы —
Четырнадцать мышат.
Плывёт, плывёт кораблик
На запад, на восток.
Канаты — паутинки,
А парус — лепесток.
Ведёт кораблик утка,
Испытанный моряк.
— Земля! — сказала утка.—
Причаливайте! Кряк!
Перевёл С. Маршак
К нам в «Колобок» золотой кораблик
тоже привёз из Англии подарок —
сказку, которая называется
Оказывается, так звали одного чёрненького
маленького бесёнка, который...
Нет, нет, не будем раскрывать секрет.
Ты сам узнаешь обо всём,
если послушаешь сказку.
Инсценировка Л. Балакиревой.
Роли исполняют: Е. Антоненко, М. Вайнтрауб,
Л. Королёва, А. Лущик, В. Петров.
Композитор В. Мороз.


1
У меня зазвонил телефон.
— Кто говорит?
— Слон.
— Откуда?
— От верблюда.
— Что вам надо?
— Шоколада.
— Для кого?
— Для сына моего.
— А много ли прислать?
— Да пудов этак пять
Или шесть:
Больше ему не съесть.
Он у меня ещё маленький!
2
А потом позвонил
Крокодил
И со слезами просил:
— Мой милый, хороший,
Пришли мне калоши,
И мне, и жене, и Тотоше.
— Постой, не тебе ли
На прошлой неделе
Я выслал две пары
Отличных калош?
— Ах, те, что ты выслал
На прошлой неделе,
Мы давно уже съели
И ждём не дождёмся,
Когда же ты снова пришлёшь
К нашему ужину
Дюжину
Новых и сладких калош!
3
А потом позвонили зайчатки:
— Нельзя ли прислать
перчатки?
А потом позвонили мартышки:
— Пришлите, пожалуйста,
книжки!
4
А потом позвонил медведь
Да как начал, как начал
реветь!
— Погодите, медведь,
не ревите,
Объясните, что вы хотите?
Но он только «му» да «му».
А к чему, почему —
Не пойму!
— Повесьте, пожалуйста,
трубку!
5
А потом позвонили цапли:
— Пришлите, пожалуйста,
капли:
Мы лягушками нынче
объелись,
И у нас животы разболелись!
6
А потом позвонила свинья:
— Пришлите ко мне соловья.
Мы сегодня вдвоём
С соловьем
Чудесную песню
Споём.
— Нет, нет! Соловьи
Не поют для свиньи!
Позови-ка ты лучше ворону!
7
И снова медведь:
— О, спасите моржа!
Вчера проглотил он
морского ежа!
8
И такая дребедень
Целый день:
Дин-ди-лень,
Дин-ди-лень,
Дин-ди-лень!
То тюлень позвонит, то олень.
А недавно две газели
Позвонили и запели:
— Неужели,
В самом деле
Все сгорели
Карусели?
— Ах, в уме ли вы, газели?
Не сгорели карусели,
И качели уцелели!
Вы б, газели, не галдели.
А на будущей неделе
Прискакали бы и сели
На качели-карусели!
Но не слушали газели
И по-прежнему галдели:
— Неужели,
В самом деле
Все качели
Погорели?
Что за глупые газели!
9
А вчера поутру
Кенгуру:
— Не это ли квартира
Мойдодыра? —
Я рассердился да как заору:
— Нет! Это чужая квартира!
— А где Мойдодыр?
— Не могу вам сказать...
Позвоните по номеру
сто двадцать пять.
10
Я три ночи не спал.
Я устал.
Мне бы заснуть,
Отдохнуть...
Но только я лёг —
Звонок!
— Кто говорит?
— Носорог.
— Что такое?
— Беда! Беда!
Бегите скорее сюда!
— В чём дело?
— Спасите!
— Кого?
— Бегемота!
Наш бегемот провалился
в болото...
— Провалился в болото?!
- Да!
И ни туда и ни сюда!
О, если вы не придёте,
Он утонет, утонет в болоте.
Умрёт, пропадёт
Бегемот!
— Ладно! Бегу! Бегу!
Если могу, помогу!
11
Ох, нелёгкая это работа —
Из болота тащить бегемота!
5
Был у нас в деревне безродный кре-
постной мальчик Панька. Рос он при
...Был у нас нанят строгий-престро-
гий управитель, и любил он за всякую
господском дворе, ходил в том, что
ему давали, а ел на застольщине вме-
сте с коровницей и с её детьми. Долж-
ность у него была такая, чтобы «всем
помогать»; и это значило, что все
должностные лица в усадьбе имели
право заставлять Паньку делать за них
всякую работу, и он, бывало, беспре-
станно работает. Как сейчас его помню:
бывало, зимою — у нас зимы бывают
лютые,— когда мы встанем и подбе-
жим к окнам, Панька уже на себе тянет,
изогнувшись, большие салазки с вязан-
ками сена, соломы и с плетушками ко-
лоса и другого мелкого корма для ско-
тины и птиц. Мы встаём, а он уже на-
работался, и редко увидишь его, что он
присядет в скотной избе и ест краюшку
хлебца, а запивает из деревянного ков-
шика.
Работа у него никогда не переводи-
лася, потому что все его заставляли
помогать себе... И его, бывало, никто не
жалеет, а все говорят:
— Ему ведь ничего — он дурачок.
— А чем же он дурачок?
— Да всем...
— А например?
— Да что за пример! — вон коровни-
ца-то все огурцы и картошки своим де-
тям отдаёт, а он, хоть бы что ему... и не
просит у них, и на них не жалуется. Ду-
рак!
Мы, дети, не могли хорошо в этом
разобраться, и никто против этого не
спорил, а скоро вышел такой случай,
что об этом уже и нельзя стало спо-
рить.
вину человека наказывать... Вот раз ле-
том едет этот управляющий и видит,
что в молодых хлебах жеребята ходят
и не столько зелени рвут, сколько её
топчут и копытами с корнями выколу-
пывают...
Управитель и расшумелся.
А жеребят в этот год был приставлен
стеречь мальчик Петруша — сын той
самой Арины-коровницы, которая
Паньке картошек жалела, а всё своим
детям отдавала. Петруша этот имел в
ту пору лет двенадцать и был телом
много помельче Паньки и понежнее, за
что и дразнили «Творожничком», сло-
вом, он был мальчик у матери избало-
ванный и на работу слабый, а на рас-
праву жидкий. Выгнал он жеребят рано
утром «на росу», и стало его знобить, а
он сел да укрылся свиткою, и как со-
грелся, то на него нашёл сон — он и
заснул, а жеребятки в это время в хлеб
и взошли.
Управитель, как увидел это, так сей-
час стегнул Петю и говорит:
— Пусть Панька пока и за своим, и за
твоим делом посмотрит, а ты сейчас
иди в контору и скажи выборному, что-
бы он тебе двадцать розог дал; а если
это до моего возвращенья домой не ис-
полнишь, то я при себе тогда тебе
вдвое дам.
Сказал это и уехал.
А Петруша так и залился слезами.
Весь трясётся, потому что никогда его
ещё розгами не наказывали, и говорит
он Паньке:
— Брат милый, Панюшка, очень
страшно мне... скажи, как мне быть?
6
В декабре, когда застыли лужи
И наш двор от снега побелел,
Воробей, взъерошенный от стужи,
В брошенный скворечник залетел.
Так и зимовал в домишке тёплом.
Смело к нам садился на окно
И, косясь на кошку через стёкла,
Он чирикал важно и смешно.
А Панька его по голове погладил и
говорит:
— Ну постой же ты: оставайся здесь
и смотри за моим и за своим делом, а я
скорей сбегаю, за тебя постараюся,
авось тебя Бог помилует. Видишь, ты
трус какой.
Петруша спрашивает:
— А как же ты, Панюшка, постара-
ешься?
— Да уж я штуку выдумал — поста-
раюся!
И побежал Панька через поле к
усадьбе резвенько, а через час назад
идёт, улыбается.
— Не робей,— говорит,— Петька, всё
сделано: и не ходи никуда — с тебя на-
казанье избавлено.
Петька думает:
«Всё равно: надо верить ему».— И не
пошёл, а вечером управляющий спра-
шивает у выборного в разрядной избе:
— Что, пастушонок утром приходил
сечься?
— Как же,— говорит,— приходил, ва-
ша милость.
— Взбрызнули его?
— Да,— говорит,— взбрызнули.
— И хорошо?
— Хорошо, постаралися.
Дело и успокоилось, а потом узнали,
что высекли-то пастушонка, да не того,
которого было назначено, не Петра, а
Паньку, и пошло это по усадьбе и по
деревне, и все над Панькой смеялись, а
Петю уже не стали сечь.
— Что же,— говорили,— уже если
дурак его выручил,— нехорошо двух за
одну вину разом наказывать.
Ну не дурак ли, взаправду, наш Пань-
ка был?	п
Печатается с сокращениями
А когда последний снег растаял
И весна вернулась к нам опять,
Прилетел домой скворец-хозяин
И пришельца начал выгонять.
Уступать не хочется обоим.
— Как не стыдно! —
крикнул птицам я.—
Три скворечни новых я построил,
Не деритесь, хватит всем жилья.
Прежде чем ты начнёшь
слушать «Танцы кукол» Дми-
трия Дмитриевича Шостако-
вича, я хочу тебе немного рас-
сказать об этом замечатель-
ном композиторе.
Что Митя Шостакович будет
музыкантом, его родители не
сомневались. Он учился игре
на фортепиано и так успешно,
что принял участие в Между-
народном конкурсе пиани-
стов имени польского компо-
зитора Фридерика Шопена.
Он лучше всех сыграл его
концерт для фортепиано с ор-
кестром и получил почётный
диплом конкурса. Но пиани-
стом Митя Шостакович не
стал, а начал сочинять музы-
ку и стал композитором.
Композиторов в мире очень
много. Но только некоторые
из них сочиняют такую пре-
красную музыку, которую ис-
полняют во всех странах ми-
ра. Их все знают, любят и на-
зывают великими. Таким ве-
ликим композитором и был
Дмитрий Дмитриевич Шоста-
кович. За свою жизнь, а он
прожил почти 69 лет, Шоста-
кович написал 147 (!) произве-
дений. А ещё много музыки к
театральным спектаклям и
кинофильмам.
Но, конечно, главной в
творчестве Шостаковича бы-
ла музыка симфоническая.
Одна из симфоний Шоста-
ковича — 7-я (её ещё называ-
ют Ленинградской) — сочиня-
лась в годы Великой Отече-
ственной войны в родном
для композитора городе Ле-
8
нинграде, который тогда со
всех сторон окружили фаши-
сты. Профессор Ленинград-
ской консерватории Дмитрий
Дмитриевич Шостакович вме-
сте с другими ленинградцами
рыл противотанковые рвы
вокруг города, дежурил на
крыше консерватории, чтобы
тушить зажигательные бом-
бы. А они сыпались на город
градом.
Под вой сирен, грохот кано-
нады, взрывы фугасок сочи-
нял Шостакович свою огнен-
ную 7-ю симфонию... Сначала
она прозвучала в осаждённом
Ленинграде, а потом начался
её великий путь по всему све-
ту. Ноты, снятые на самую ма-
ленькую фотоплёнку, во-
енным самолётом были пере-
правлены в Англию, и симфо-
ния исполнялась в столице
Англии — Лондоне. Эту же
фотоплёнку боевой корабль
доставил в Америку. Здесь
симфонию исполнил симфо-
нический оркестр под упра-
влением всемирно известного
дирижёра Артуро Тоскани-
ни...
Так музыка Шостаковича
рассказала всему миру, что
пережил наш народ в борьбе
с фашизмом, о нашем горе и
нашем мужестве.
Но сейчас ты услышишь
совсем иную музыку Дмитрия
Дмитриевича Шостаковича —
«Танцы кукол». И хотя для
серьёзного композитора это
пустячок, он отнёсся к нему
вполне серьёзно.
Послушай, какая получи-
лась красивая, изящная му-
зыка!
Поэт Юрий Кушак написал
к ней стихи, и ты узнаешь, что
это за танцы — полька, гавот
и вальс...
Л. КРЕНКЕЛЬ
Художник А. Юсупова
9
Николай КРАСИЛЬНИКОВ
У меня в детстве был четвероногий
друг. Петушок. Так звали нашего пёсика,
лохматого и очень голосистого. Только
назвали его так не за голос, а за то, что
пёсик жил на глиняной крыше сарая,
словно петушок на насесте.
Забирался он туда по широкой лестни-
це, ловко, как циркач. Три-четыре прыж-
ка, и Петушок — на крыше...
Конечно, собаке негоже там жить, и мы
убирали лестницу. Петушок тосковал,
слонялся по двору, опустив хвост, облеп-
ленный репьями, а потом... снова вдруг
появлялся на крыше!
И как ему это удавалось сделать? До
сих пор не знаю.
Пришлось оставить лестницу в покое.
10
— Раз ему нравится жить на крыше,
пусть живёт,— смирилась мама.
А отец даже смастерил Петушку фанер-
ную будку. Не мокнуть же упрямой соба-
ке, если хлынет дождь или забарабанит
град...
Петушок первым встречал рассвет.
Выплывет солнце из-за далёких гор, а
он, как заправский петух:
— Тяв, тяв, тяв!
Хоть часы сверяй по ушастому будиль-
нику!
— Пора вставать,— услышав побудку,
говорила мама, поднимая меня с посте-
ли.— Петушок проснулся...
И я убегал в школу.
Гостей тоже первым встречал наш Пе-
тушок. Звонко тявкал, если кто появлял-
ся на дороге. С крыши-то ему виднее.
Пропылит трактор, протарахтит мотоцикл
или облаком проплывёт отара — всё за-
мечает Петушок.
Кстати, Петушок охранял не только
наш дом, но и сад Раима-бобо. Заприме-
тит сорванцов с рогатками и давай тяв-
кать, хоть уши затыкай. За это сосед все-
гда угощал его вкусными косточками...
Однажды над кишлаком — это случи-
лось летом — появился беркут. Я даже
вскрикнуть не успел, как он острыми ког-
тями подхватил Петушка и, тяжело пока-
чивая крыльями, стал подниматься над
притихшими улочками кишлака. Я зама-
хал руками и побежал в ту сторону, куда
поплыл беркут, уносящий моего Друга.
Раим-бобо поспешил в дом за своим
дробовиком, понимая, однако, что не вы-
стрелит... Можно было попасть и в Петуш-
ка... А тот на лету отчаянно боролся с
беркутом. Изворачивался, как мог, кусал,
тявкал!
И беркут не выдержал: выпустил добы-
чу. Я видел, как Петушок упал в тёплую
пыль, перевернулся через голову и, вско-
чив на лапы, с яростным лаем запрыгал
на месте.
Через неделю чабаны нашли в ущелье
мёртвого беркута. Видно, погиб от ран,
нанесённых отчаянным Петушком. Прав-
да, и Петушку здорово досталось. Он дол-
го ещё хромал, припадая на одну лапу.
Мы были уверены, что теперь-то Пету^
шок забудет про злополучную крышу. Не
тут-то было: уже на другой день, когда
солнце выплыло из-за гор, мы услышали,
как Петушок, бегая по крыше, радостно
тявкал.
Значит, детям пора в школу.
С тех дней я, кажется, начал особенно
быстро взрослеть. Наверное, потому, что
понял: можно победить любого врага, ес-
ли ты его не боишься.
Валерий АУШЕВ
лесенкой.
В одном квартале,
Доме и подъезде,
Уж так случилось,
Поселились вместе
Трубач с трубой,
С весёлой
песенкой
И трубочист
С высокой
Один с утра
С трубой не расставался:
Смолкали птицы,—
Так играть старался!
Другой на крыше
Как бы мимоходом
Легко справлялся
С каждым дымоходом.
Труба в руках
У трубача звенела,
Труба у трубочиста
Гулко пела!..
Но как-то раз
Поссорились
соседи,
Ушли из дома
Молча на рассвете.
И спорить чудакам
Была охота,
Чья лучше,
Чья нужней
Для всех
работа?!
Надулись, пряча
Друг от друга взгляды,
И вещи перепутали
С досады:
Побрёл трубач
С высокой лесенкой,
А трубочист —
С трубой и песенкой...
Трубач не смог
Трубу прочистить чисто.
Не лучше шли дела
У трубочиста.
Толпа обоих
Проводила свистом,
И каждый сразу понял:
Дело в нём —
Как важно быть
умелым трубочистом!
Как важно быть
отличным трубачом! I
М. Ю. ЛЕРМОНТОВ
АШИК-КЕРИБ
Турецкая сказка
Давно тому назад, в городе Тифлизе,
жил один богатый турок; много аллах дал
ему золота, но дороже золота была ему
единственная дочь Магуль-Мегери: хоро-
ши звёзды на небесах, но за звёздами жи-
вут ангелы, и они ещё лучше: так и Ма-
гуль-Мегери была лучше всех девушек
Тифлиза. Был также в Тифлизе бедный
Ашик-Кериб; пророк не дал ему ничего,
кроме высокого сердца и дара песен;
играя на саазе (балалайка турецкая) и
прославляя древних витязей Туркестана,
ходил он по свадьбам увеселять богатых
и счастливых; на одной свадьбе Ашик-Ке-
риб увидал Магуль-Мегери, и они полюби-
ли друг друга. Мало было надежды у бед-
ного Ашик-Кериба получить её руку — и
он стал грустен, как зимнее небо. А потом
решил нажить собственное богатство,
странствуя по белому свету. Магуль сог-
ласилась ждать жениха ровно семь лет...
Послушай звуковую дорожку...
Инсценировка В.Толмачёвой.	/(rjXjji
Роли исполняют: Р. Суховерко, И. Карташова,
Ю. Балмусов, Е. Антоненко, Д. Филимонов.
12

АПОЛЛОН НИКОЛАЕВИЧ
МАЙКОВ
С детства многие помнят стихотворение Апол-
лона Майкова «Весна».
Голубенький, чистый
Подснежник-цветок!
А подле сквозистый,
Последний снежок.
Последние слёзы
О горе былом
И первые грёзы
О счастьи ином...
(1821 —1897)
Когда в Москве в семье известного художника,
академика живописи, родился сын, ему дали имя
Аполлон.
Так в Древней Греции называли бога — покро-
вителя искусств.
Не напрасно дали Аполлону Майкову это звуч-
ное имя; впоследствии он стал известным поэтом
и прославил своё имя.
Казалось, что Музы всегда любили род Майко-
вых. В нём были художники, писатели, покровите-
ли театра. В этом роду был ещё один знаменитый
поэт — Василий Майков. Он жил давно, в XVIII ве-
ке, и написал для театра пьесу в стихах «Елисей,
или Раздражённый Вакх». А Вакхом в Элладе зва-
ли весёлого бога винограда. Но особенно полюби-
ли Музы из всего рода Майковых поэта Аполлона
Майкова.
Сначала он вместе с братьями выпускал домаш-
ний журнал «Подснежник». Его любили читать го-
сти в доме Майковых. Всем нравились стихи Апол-
лона Майкова в этом журнале.
Сам Аполлон Майков хотел стать, как и его
отец, художником. Ему было всего двадцать лет,
когда у него вышла первая книга стихотворений. А
стихи он писал и в детстве, и в юности, когда
учился в Петербургском университете, когда путе-
шествовал по Италии, Франции, когда был в Че-
хии. Стихи поэт писал всю жизнь...
Однажды Аполлон Майков читал древнюю ле-
топись. Он восхитился рассказанной в ней былью.
И родилось стихотворение с необычным названи-
ем «Емшан». Так называется душистая степная
трава.
Степной травы пучок сухой,
Он и сухой благоухает!
И разом степи надо мной
Всё обаянье воскрешает...
А дальше в стихах рассказывается, как бежал в
горы хан из кочевой орды. И в родные степи с гор
он уже не хотел возвращаться. Он забыл и степи,
и родные песни. Брат послал за ним гонца — звать
назад.
Ему ты песен наших спой,—
Когда ж на песнь не отзовётся,
Свяжи в пучок емшан степной
И дай ему — и он вернётся.
Начало этого стихотворения можно прочитать
даже в музыкальном альбоме Чайковского «Вре-
мена года» перед пьесой «Апрель». Музыка ком-
позитора в этом цикле такая же радостная, как и
сами стихи. Она как бы говорит, что горе может
растаять, как снег весной, а счастье может
расцвести, как расцветает среди снега первый го-
лубой цветок.
Евдокия ЯЗЫКОВА
Галина АСТАФЬЕВА
Пошёл кот Папазол к синему морю, и
очень ему повезло: поймал он тут же Зо-
лотую Рыбку.
— Вот так штука! — думает.— Что же с
ней делать? Съесть,— так от одной
рыбки, хоть и золотой, ни вкусу, ни за-
паху. Может, желания загадать?! А ка-
кие?!
Взял Папазол банку, посадил туда
рыбку, смотрит на неё и дальше размыш-
ляет:
— Может, в космос полететь? На весь
мир прославлю и себя, и свою породу. Со-
баки летали, а мы, коты, чем- хуже? Всё
равно мы умней и выносливей!
И представил себе Папазол, как очу-
тился он на космическом корабле среди
кнопочек, лампочек и разных непонятных
штучек. И сначала всё это ему понрави-
лось. Но тут посмотрел он в иллюминатор
на Землю, а там не видно ни родного
дома, ни блюдца с молоком, ни бабки с
дедом.
— Нет, в космос, пожалуй, не стоит:
далековато! — решил Папазол.— Ну то-
гда, может, на морское дно отправиться?
Там, наверное, ещё интереснее!
И представил себе Папазол, как спу-
стился он в батискафе на самое дно. По-
смотрел в один иллюминатор — огромная
акула мимо него плывёт; посмотрел в
другой — морской чёрт ему свои ужасные
зубы показывает.
— Нет, очень уж там темновато,— ре-
шил Папазол... Тут высунулась Рыбка из
банки и сказала ему бабушкиным голо-
сом:
— Ах ты, бессовестный! Всю сметану
съел и банку сюда принёс! Вот я сейчас
веник возьму!
Выронил Папазол от неожиданности
банку, а Рыбке только того и нужно.
Шлёпнулась она в море, отплыла и хво-
стом на прощание помахала.
— А у неё, наверное, бабка с дедом то-
же такие же строгие,— подумал Папа-
зол.— А жаль, что мы с ней ни о чём и не
поговорили!
15
Жанна ДАВИТЬЯНЦ
ЗАГАДКП
Живёт в горах чудное существо,
Никто ни разу не видал его.
Но если крикнуть громко:
- Эй! Привет! -
Оно всегда откликнется
В ответ.
№ 2 (240)
1992
Год основания - 1969
ЕЖЕМЕСЯЧНОЕ ДЕТСКОЕ ПРИЛОЖЕНИЕ
К ЖУРНАЛУ -КРУГОЗОР-
Чей пух по городу летает?
Среди июля — снегопад.
Прохожие его ругают.
А это ветер виноват.
ИЗДАТЕЛЬ
ГОСТЕЛЕРАДИО 1992 г.
0б1цественмый редакционный совет:
С. А. АЛИМОВ. Ю. Н. КУШАК,
Л. Ф. МИРОНЕНКО, В. Н. ОРЛОВ,
А. А. УСАЧЕВ, Ю. Н. ЯКОВЛЕВ.
Ответственная за выпуск
В. О. ТОЛМАЧЁВА
На 1-й обложке —
рисунок художника С Борисовой
Оно всё время надо мной.
Манит своей голубизной,
Грусть нагоняет серой краской,
Пугает ночью чёрной маской.
Художник О. А Кознов
Технический редактор И. А. Кузьмина
Режиссёр В. А. Волынский
Сдано в набор 29.11.91.
Подписано к печати 13.12.91.
Фермат 8^x108 1/1в-
Бумага офсетная.
Усл. п. л. 2.10 Усл. кр.-отт. 9.24.
Уч.-изд. л. 3.68.
Тираж 100 000 экз.
Заказ № 1167.
Адрес редакции:
113326, Москва. Пятницкая, 25.
Телефон: 241-02-94
Так грустно бывает,
Когда его нет, —
Оно нам тепло посылает
И свет.
Вчера был злой - шумел, свистел,
Качал деревья, бился в стёкла,
Зато сегодня - тихий, тёплый, -
Наверно, с юга прилетел.
Типография издателоства
«Псесса»,
125865, ГСП, Москва. А-137.
ул. <• Правды». 24.
Слушайте
в номере:
©
СКАЗКА
М. ЛЕРМОНТОВА
«АШИК-КЕРИБ»
АНГЛИЙСКАЯ
СКАЗКА
«ТОМ тит тот»
Смотри, набегают одна за одной:
Дразнят и пугают, играют со мной.
Потом отступают немного назад
И снова накрыть с головою грозят.
«ТАНЦЫ КУКОЛ»
д. ШОСТАКОВИЧА
ЖИЛА-БЫЛА
ПЕСЕНКА
16
В. БОРИСОВ
Я наверху и до поры
Хозяин снега, царь горы!
Отвоевал я горку.
Спихнув отсюда Борьку.
А тот. столкнув Серёжку,
Был сам царём немножко.
Сижу на снежном троне -
Кто государя тронет?
Внизу два друга, оба
Смеются из сугроба.
Лежат себе, хохочут,
Никто на трон не хочет.
Им хорошо, они вдвоём.
Всё! Не желаю быть царём.
Я сверху вниз.
как снежный ком.
Качусь к ребятам
кувырком.
Индекс 70464
Холуй. Художник П. А. Митяшин. « Москва Олимпийская». (Фрагмент).