Text
                    В.П.Шунтов
Трудная
профессия
альбатроса

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ГОСУДАРСТВЕННЫЙ КОМИТЕТ ПО РЫБНОМУ ХОЗЯЙСТВУ ТИХООКЕАНСКИЙ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ РЫБНОГО ХОЗЯЙСТВА И ОКЕАНОГРАФИИ ВЛ.Шунтов Трудная профессия альбатроса В Москва ’’НАУКА” 1993
УДК 59874(551.4617.6) Трудная профессия альбатроса / В.П. Шунтов. - М.: Наука, 1993. - 224 с. - ISBN 5-02-005708-8 Книга - путеводитель по морским птицам Мирового океана, которым могут поль- зоваться в морских плаваниях научные работники, моряки, рыбаки, туристы. Мор- ские птицы — альбатросы, буревестники, тайфунники, фаэтоны, фрегаты... Автор рас- сказывает о поведении, экологии, гнездовых циклах, миграциях, способах добычи пищи морских птиц 15 семейств, относящихся к отрядам пингвинов, трубконосых, веслоногих и ржанкообразных. Особое внимание уделено описанию признаков, по которым легче распознавать птиц с борта судна. Для морских биологов, океанологов, любителей природы. Рецензенты: доктор биол. наукМ.К. Глубоковский, канд. биол. наук Н.М. Литвиненко Ответственный редактор канд. биол. наук Ю.В. Шибаев Научное издание ШУНТОВ ВЯЧЕСЛАВ ПЕТРОВИЧ Трудная профессия альбатроса Утверждено к печати Тихоокеанским научно-исследовательским институтом рыбного хозяйства и океанографии Редактор издательства Г.М. Орлова. Художник А.А. Кущенко Художественный редактор Н.Н. Михайлова. Технический редактор Н.М. Бурова Корректоры З.Д. Алексеева, Н.Л. Голубцова Набор выполнен в издательстве на наборно-печатающих автоматах ЛР № 020297 от 27.11.91 ИБ № 6 Подписано к печати 19.11.93. Формат 60x901/16* Гарнитура Пресс-Роман Печать офсетная. Усл.печ.л. 14,0. Усл.кр.-отт. 14,3. Уч.-изд.л. 14,6 Тираж 2000 экз. Тип. зак.3460- Ордена Трудового Красного Знамени издательство "Наука” 117864 ГСП-7, Москва В-485, Профсоюзная ул., 90 Санкт-Петербургская типография № 1 ВО "Наука” 199034, Санкт-Петербург В-34, 9-я линия, 12 м1907000000-Э80„, „ „ М2(02)-93 '376"’3, 1 П0Я7Г0Я,,в ISBN 5-02-005708-8 © В.П. Шунтов, 1993 © Российская академия наук, 1993
Все года, и века, и эпохи подряд - Все стремится к теплу от морозов и вьюг. Почему ж эти птицы на север летят, Если птицам положено только на юг?! Слава им не нужна - и величие, Вот под крыльями кончится лед — И найдут они счастие птичее Как награду за дерзкий полет. В. Высоцкий "Белое безмолвие” ПРЕДИСЛОВИЕ Профессия ... альбатроса. Но можно ли говорить о профессии птицы? Как это ни кажется странным - можно. Более того, профессию имеют все животные и в том числе птицы. Есть среди них узкоспециализированные профессионалы, но есть и специалисты широкого профиля. Есть примеры и трудных профессий. По образному выражению выдающегося английско- го орнитолога Д. Фишера, в мире птиц нет более трудной профессии, чем быть альбатросом. Почему именно альбатросом, а не пингвином, почему не чайкой или буревестником? Об этом, о поведении, других сторонах жизни морских птиц, их роли в океанических экоситемах и значении для человека, а также о том, как различать птиц в море с борта судна, рас- сказывается в этой книге. В море встречаются различные птицы. Но моя цель - рассказать в основ- ном о настоящих морских и океанических птицах. К ним относятся виды, вся жизнь которых связана исключительно с морской средой. Всего в Мировом океане обитает примерно 260 видов настоящих мор- ских и океанических птиц, или около 3% от всей орнитофауны нашей пла- неты. В общем-то немного, если иметь в виду, что более двух третей по- верхности Земли покрыты водой и даже крупные материки по существу только большие острова в безбрежном океане. Но с водной средой связана жизнь еще около 600 видов птиц. К этой группе относятся птицы, обитающие на озерах, реках, болотах, в эстуари- ях и лиманах. Во время миграций и зимовок многие из них появляются в прибрежной зоне морей и океанов. В отличие от настоящих морских их можно назвать полуморскими. Встречаются в море и сугубо сухопутные птицы, что чаще всего бывает во время сезонных перелетов, когда они пересекают проливы, заливы и лаже моря. При плохой погоде береговые птицы нередко теряют дорогу или сносятся сильными ветрами в открытое море. И здесь они оказывают- ся в очень трудном положении - для них морская стихия враждебна. Большинство из попавших таким образом в беду птиц обречено, море не любит слабых и безжалостно ведет свой суровый отбор. Заблудившиеся и з
обессилевшие птицы садятся на проходящие суда, и немногим из них удается избежать таким путем гибели. Океан находится в вечном движении. Мощные течения, вихревые и вертикальные токи вод создают его сложный лик. Но морская равнина с ее ландшафтами все же более однообразна, если сравнивать ее с сушей. В этом, наверное, и заключается основная причина не очень большого количества видов настоящих морских птиц. Приспособление птиц к жизни в море протекало разными путями. По- этому за миллионы лет эволюции сформировалось довольно много эко- логических типов от похожих на тюленей не умеющих летать пингвинов до великолепно летающих, но не умеющих нырять альбатросов. Все эко- логические и морфологические типы морских птиц в конечном счете представляют собой не что иное, как полученную от природы профессию добывания из моря корма. Считается, что биологические ресурсы моря - неограниченная кладовая пищи для птиц. Океан, конечно, богат рыбой, кальмарами, планктоном и бентосом, т.е. всем тем, чем питаются птицы. А многие районы как в высоких, так и низких широтах давно называют оазисами жизни. Но несмотря на обилие в море жизни, ’’хлеб насущный” дается птицам непросто, в первую очередь для тех, которым доступна пища только в поверхностных слоях моря. Особенно неуютным для птиц бывает штормовое море зимой в высоких широтах. Ряд за рядом идут могучие гряды волн. Море покрывается белой метелью из пены, срыва- емой ветром с их гребней. Безжалостный ветер уносит или прижимает к воде даже птиц с сильными крыльями. Добывать пищу в таких услови- ях трудно, а иногда и невозможно, да и кормовые организмы опускаются в это время в более глубокие слои. При бескормице, не так уж редкой, бывает и массовая гибель птиц, особенно среди молодых, менее опытных и стойких. И тогда море, освобождаясь от погибших птиц, усыпает ими свои побережья. В поисках пищи птицам приходится преодолевать большие расстоя- ния, а некоторые из них, пересекая экватор, летают из Антарктики в Арк- тику, а из Арктики в Антарктику. В Южном океане известны птицам и миграционные маршруты вокруг Земного шара. Вообще, в Мировом океа- не нет мест, где бы не встречались птицы, хотя и распространены они очень неравномерно. В разных широтах, под экватором и среди антаркти- ческих айсбергов, как у побережий, так и вдали от берегов можно встре- тить грандиозные многотысячные их скопления. Но можно часами плыть в открытом тропическом океане, где вокруг, насколько хватает глаз, простирается теплая синева, лишь оживляемая стайками летучих рыб, и заметить вдали всего один-два случайных птичьих силуэта. И здесь же над каким-нибудь атоллом можно увидеть многотысячное облако кра- чек. Проникают морские птицы и, казалось бы, в совсем не подходящие места. Глупыш и розовая чайка, например, достигают по разводьям околополюсных районов Арктики, а южнополярный поморник залетает на Южный полюс. Птицы в связи с их заметностью и красотой всегда привлекали особое внимание людей. Справедливо это и для морских птиц. Ведь в море, если 4
не находиться на борту рыболовного судна, мало что можно увидеть. Кругом вода, укрывающая большую часть его обитателей. На этой одно- образной водной равнине изредка можно заметить дельфинов или китов, а в теплых широтах еще и летучих рыб. Поэтому без птиц в море было бы совсем пустынно. Они всегда на виду, а многие из них, к тому же, любят сопровождать суда. Конечно, восприятие морских птиц не совсем такое, как сухопутных и особенно певчих. В море не услышать что-либо похожее на волнующие сердце соловьиные или жаворонковые песни, вносящий смятение в душу голос кукушки или звонкую разноголосицу дроздов в весеннем лесу. Морские птицы здесь в основном молчаливы, а гвалт на гнездовых коло- ниях напоминает не очень музыкальное карканье вороньего скопища или пронзительный шум большой стаи скворцов. Проигрывают морские пти- цы в красоте оперения. Среди них лишь редкие виды могут соперничать с теми из их многочисленных сухопутных собратьев, при описании опере- ния которых необходимы сравнения с драгоценными камнями и цвета- ми. В облике морских птиц больше строгости и, может быть, холодной скульптурности. Но в этой внешней простоте хорошо видна закончен- ность и точеность форм. Одним словом, у морских птиц своя красота. Думается, что мало найдется людей, которые не остановят свой взгляд на экспортирующем судно величественном альбатросе или на зависшем над мачтами стремительном фрегате. Океан живет, он колыбель жизни, он поражает воображение своими масштабами и величием. Есть в нем что-то необъяснимо притягательное, поэтому так волнует и зовет за горизонт его синяя даль. Все, что связано с океаном, несет на себе оттенки романтики, а одним из символов мор- ской романтики всегда были птицы. Альбатросы, буревестники, тайфун- ники, штормовки, фаэтоны, фрегаты ... Это не только перечень красивых названий птиц, за ними океанский простор, белые паруса, пенящийся девятый вал, разбивающийся о скалы грозный прибой и упругий соленый ветер. В прошлом, особенно во времена парусного флота, моряки знали мор- ских птиц гораздо лучше, чем сейчас. И само море с небольших судов было ближе, а кроме того, наблюдения за птицами и их поведением по- могали определить местонахождение судна, а также при поиске промыс- ловых животных и даже суши. В наши дни с морем связана жизнь гораздо большего количества людей. В некоторых районах океана бывает даже тесно от массы судов. Но контакта с морем и его обитателями стало гораз- до меньше. Сейчас суда так оснащены всевозможными приборами и аппа- ратурой, что несущие вахты моряки едва успевают снимать с них показа- ния. Созерцать просто некогда. Поэтому, за исключением некоторых энтузиастов, моряки в большинстве своем мало знают морских птиц. Из своего опыта плаваний в разных широтах на научно-исследовательских судах могу также сказать, что и научные работники, изучающие океан, птиц знают и различают неважно. И, кстати говоря, узнавать птиц в полевых условия не такое уж прос- тое дело. Порядочно видов, некоторые из них похожи друг на друга, а 5
различать их обычно приходится на расстоянии. И это не все: у части видов разное оперение имеют молодые и взрослые, и у тех и у других мо- жет быть разной окраска в летнем и зимнем наряде. Одним словом, нуж- ны зоркий глаз, собственные навыки и, конечно, полевые определители. Вообще, орнитологи в целом более неравнодушны к птицам, чем другие специалисты к объектам свои* исследований. Поэтому понятно их извечное желание вовлечь в круг почитателей птиц как можно больше людей. И это удается. В некоторых странах, например, много интересной информации о птицах собирают именно любители. Примечательно, что среди отличных современных полевых определителей морских птиц Мирового океана едва ли не лучшие подготовлены не специалистами орнитологами, а просто моряками Такком и Харрисоном. Кстати, из определителя Такка заимствованы и некоторые силуэты птиц в этой книге. В течение нескольких десятилетий наиболее полную информацию о распространении и миграциях в Южном океане ’’главной9’ морской пти- цы нашей планеты - странствующего альбатроса внесли опубликованные в 30-е годы наблюдения английского китобоя Диксона. Эта книга не определитель, но в ней приводятся силуэты отдельных видов и подчеркиваются некоторые особые приметы, полезные при опо- знавании птиц. Хочу, однако, подчеркнуть, что любую птицу таким обра- зом определить не удастся. Для этого нужен полный определитель, пред- лагаемая же книга посвящена в основном описанию жизни птиц. Но определить наиболее массовых и интересных птиц или суметь отнести за- меченную птицу к конкретной группе она поможет. Опять же из своего опыта знаю, что для первой ориентации этого достаточно. Дальше все бу- дет зависеть от собственных навыков и знания тонких примет, которые характеризуют особенности силуэта или полета птицы. И если при этом интерес к птицам сохранится или станет еще больше, легче станет путь и к специальной литературе. Мое знакомство с морскими птицами началось осенью 1959 г., когда в первой экспедиции удалось провести за ними серию наблюдений от зали- ва Петра Великого в Японском море до залива Бристоль и берегов Чукот- ки в Беринговом море. После этого было много других плаваний в разные широты Тихого и Индийского океанов, но самые первые впечатления хорошо помню и сейчас. Сначала были растерянность и ощущение раство- ренности в огромном морском мире и одновременно чувство безнадеж- ности понять его. Казалось, невозможно разобраться даже в летящих за кормой судна чайках. Потом все встало на свои места, но для этого при- шлось пройти далеко не простые стадии постепенного ’’узнавания” пест- рого разнообразия мира птиц. Во всех экспедициях мои основные занятия были связаны с изучением экологии рыб и поиском их скоплений. Но при всех обстоятельствах я ежедневно находил время на три-четыре учета птиц. В общей сложности на наблюдения за птицами ушли тысячи часов, но жалеть об этом не при- шлось ни разу. И не только потому, что удалось заметить много нового в их распределении и миграциях по лику океана. Результаты наблюдений за птицами очень помогали в исследованиях и по рыбам, и вообще в по- 6
нимании морской природы. Птицы оказались неплохими индикатора- ми многих сложных и не всегда понятных биологических, океанологиче- ских и географических явлений. И, конечно, не могу не добавить, что наблюдения за птицами делали долгие и не всегда легкие морские экспедиции более насыщенными впе- чатлениями и, хотя и небольшими, но событиями и даже радостями. Я хорошо помню, например, с каким нетерпением ожидал в первой экспедиции в южное полушарие встречу со знаменитым странствующим альбатросом. И вот в Тасмановом море севернее Новой Зеландии, когда ’’Академик Берг”, на котором я в то время был, подошел к альбатросо- вым широтам, появился огромный альбатрос и стал уверенно и раз- машисто ’’ходить” галсами за кормой судна. Вид крупной красивой пти- цы, планирующей на раскинутых более чем на 3 м длинных и узких крыльях, говорил о совершенстве самой природы. Не зря еще китобои времен парусного флота выделяли этого альбатроса среди всех других морских птиц. В последующих южных экспедициях ожидание встречи со странствующим альбатросом уже было желанием увидеть старого знако- мого. И если это происходило в заданном районе, в душе отзывалось что- то хорошее. Не случайно потом, через несколько лет пришлось испытать и щемящее чувство, когда я в последний раз в жизни видел этих птиц. Я знал, что заканчивалась моя последняя экспедиция в южном полушарии, поэтому спокойно реющие за кормой судна альбатросы воспринимались, как улетающие журавли в осеннем небе. ’’Лира”, на которой я тогда пла- вал, уходила на север, и сопровождавшие ее альбатросы отстали, когда судно покинуло родные широты этих птиц. Из многих подобных памятных встреч назову и буревестников. В пер- вой экспедиции в дальневосточные моря обратили на себя внимание многотысячные скопления буревестников из южного полушария. Больше всего запомнились тогда их роящиеся стаи у хмурого мыса Наварин, сто- ящего у входа в Анадырский залив на севере Берингова моря. Среди буревестников паслось стадо китов горбачей. Киты то выбрасывали бе- лые фонтаны, то, заныривая, показывали мощные литые спины и хвосты, напоминающие гигантских бабочек. Через несколько лет огромные скопления этих буревестников мне уда- лось наблюдать на их родине - на подводном Новозеландском плато и в Кассовом проливе, отделяющем Тасманию от Австралии. У мыса же Нава- рин вновь довелось побывать только через четверть века. Это особый район Берингова моря, где благодаря своеобразной системе течений создаются благоприятные условия для нагула различных рыб и китов. Хорошо наваринские воды знают и рыбаки, берущие здесь обильные уло- вы. Накануне подхода к району возникали сомнения: будут ли на ’’ста- ром месте” буревестники? По сезону должны были быть. И вот из моря вновь выступила громада мыса Наварин. Эхолот начал писать густые за- писи рыбы и планктона. А на воде извилистыми лентами, повторяя очертания границ сталкивающихся течений, сидят буревестники. Многие из них роятся над волнами, напоминая крупных черных стрижей. А даль- ше несколько тысяч этих стремительных птиц россыпью потянулись на 7
юг. Была северная осень, в южном же полушарии в это время наступала весна и буревестникам пора было лететь на свои гнездовья. Мои плавания проходили главным образом за пределами прибрежных вод, поэтому на местах гнездования морских птиц пришлось бывать мало. Но даже эпизодических посещений достаточно, чтобы испытать радостное ошеломление и навсегда запомнить особый и грандиозный мир, называемый колониями морских птиц или птичьими базарами. Ле- том 1988 г. при выполнении съемки Охотского моря на ’’Млечном пути” удалось вплотную подойти к о-ву Ионы. Этот остров в виде огромной ска- лы, возвышающейся на 150 м над морем, отстоит от ближайших побере- жий более чем на 200 км. Знаменит о-в Ионы полумиллионным птичьим базаром. Стоял редкий для лета в этих краях солнечный день. Море было синим и спокойным. Над островом в вышине парящие кругами тысячи глупышей. Сам остров и смежные кеккуры покрыты бесконечными ряда- ми кайр, многие из них на воде. Порознь и стаями спешат кайры в море за кормом для птенцов, и им навстречу непрерывно летят птицы с добы- чей. Лениво пролетают чайки, во всех направлениях низко над водой быстро снуют конюги и белобрюшки. Вся прибрежная полоса острова занята коричневым ковром из сивучей, рев которых напоминает глухой рокот прибоя. Какая-то невероятная могучая красота исходила от всей этой объемной и динамичной панорамы, олицетворяющей торжество и величие жизни. Все подобные наблюдения и встречи не просто интересны, но есть в этом нечто большее, а в восприятии, если это касается чего-то в душе, есть много индивидуального. Каждый здесь увидит и найдет свое, может быть непохожее, но также запоминающееся. О морских птицах уже немало написано. Но исследования продолжа- ются, орнитологи широким фронтом ведут наблюдения на местах гнез- дования и в море, где птицы в кочевках проводят большую часть жизни. Постоянный поток новой информации говорит о том, как много о них еще неизвестно. Более того, морские птицы до сих пор хранят еще не одну не- разгаданную ’’вековую загадку”. Такой была, например, история позна- ния жизни ставшей почти легендой розовой чайки. Впервые эта чайка была добыта еще в 1823 г. в Северном Ледовитом океане англичанином Россом, имя которого присвоено одному из морей Антарктики. О местах же размножения розовой чайки не знали до 1905 г., когда ее гнездовья нашел в тундрах низовий Яны, Колымы, Алазеи и Индигирки выдающий- ся русский орнитолог С.А. Бутурлин. Летом и осенью после этого розовых чаек регулярно встречали во льдах и разводьях Арктического океана. Зимовки же ее оставались неизвестными. Бутурлин писал: ”В течение зимы отдельные, обыкновенно молодые, птицы отбиваются далеко на юг ... Главная же масса зимует на полыньях и среди подвижных льдов сибирской и американской частей Полярного бассейна и как будто на- всегда сохраняет в своем оперении отблеск бесконечных зорь и прекрас- ных северных сияний своей морозной родины”. Почти с самого начала своих наблюдений на Тихом океане я не верил в возможность зимовки большей части особей розовой чайки в Арктике. а
Ведь хрупкая, не умеющая нырять на глубину за пищей чайка, - это не мощный императорский пингвин, не боящийся противостоять зимней суровости самой Антарктиды. После того, как от северных старожилов и рыбаков я получил сообще- ния о неоднократных встречах розовой чайки во льдах Охотского и Бе- рингова морей, еще в 70-х годах в своих публикациях стал писать о зимовках розовой чайки в северных умеренных широтах. Но под влияни- ем исключительно высокого авторитета С.А. Бутурлина его красивая легенда до самого последнего времени повторялась в популярной и даже строго научной литературе. Совсем недавно мои коллеги из ТИНРО провели специальные наблюде- ния во льдах Берингова и Охотского морей и каждый раз встречали там розовую чайку. Так по прошествии многих лет почти исчезла одна из тайн Арктики, но сама розовая чайка не стала менее притягательной пти- цей. Этим и интересен поиск, а в мире птиц ’’розовых чаек” еще много. Значит, каждый, начиная свой путь наблюдений и познания природы, может надеяться на свою удачу и даже на открытия.
пингвины Рассказ о морских птицах нужно начинать с отряда пингвинов, по- жалуй, самой своеобразной группы не только среди морских, но и птиц вообще. В них все интересно - напоминающие маленьких человечков внешний облик и походка, а также способность к подводному полету, по- вадки и образ жизни. Пингвины являются символом обширного региона Земли - Антарктики, а точнее Южного океана. Эта часть планеты наиме- нее заселена людьми, но пингвинов можно отнести к одним из самых из- вестных представителей птичьего мира. Правда, своей популярностью они обязаны главным образом императорскому пингвину и пингвину Адели, которых часто описывают в книгах или показывают в фильмах об Антарктиде. Вообще же в отряде пингвинов 18 ныне живущих видов. Науке, кроме того, известны еще около 40 ископаемых видов. Родиной как древних, так и современных пингвинов является только южное полушарие. Ископаемые виды известны, главным образом, из Новой Зеландии, южной части Южной Америки и с отделенного от нее проливом Дрейка Антарктического полуострова. Есть находки также из южных частей Австралии и Африки. Все эти районы укладываются в современную область распространения пингвинов. Более широкое рас- пространение в наше время пингвины имеют только на востоке Тихого океана, где они гнездятся в районе перуанского побережья и даже под экватором - на Галапагосских островах. Наиболее древние из известных ископаемых остатков пингвинов дати- ю
руются не старше 45 млн лет, т.е. они начинают встречаться с конца эоценового периода. Современные пингвины не мелкие птицы, но в про- цессе эволюции они все же измельчали. Рекордсменом является живший в эоцене пингвин Норденшельда, названный в честь знаменитого поляр- ного исследователя. Высотой он был почти с человека и весил около 120 кг. Почти такого же размера достигали и некоторые другие древние виды пингвинов. Известные ископаемые пингвины уже вполне походили на современ- ных. Чтобы целому отряду птиц развиться до такого уровня специализа- ции, конечно, необходимо было много времени. Тем более, что далекие прапредки пингвинов умели летать. Значит, происхождение их теряется где-то в глубинах мелового периода мезозойской эры, возможно, не ме- нее 100 млн лет назад. Из ныне живущих птиц к пингвинам наиболее близки трубконосые, в совершенстве освоившие воздушную среду. Поэтому почти уверенно можно предположить, что пингвины и трубконосые произошли от общих летающих предков, или что пингвины произошли от древних трубко- носых птиц. Последний вывод, казалось бы, представляется вообще не- вероятным, если иметь в виду внешний облик птиц из этих непохожих групп. Действительно, что общего между совершеннейшими и неутоми- мыми летунами альбатросами и буревестниками, с одной стороны, и совсем не умеющими летать пингвинами - с другой? Тем не менее, отря- ды пингвинов и трубконосых находятся в близком родстве. С пингвинами связано много событий из истории мореплаваний и ис- следований Южного океана, а названия некоторых видов имеют романти- ческое происхождение. Много страниц этой теме, например, посвятил в своей книге ’’Пингвины” известный американский ученый Г. Симпсон. Между прочим, и свое нынешнее название пингвины получили не сразу. Так первоначально звали бескрылую гагарку - птицу из семейства чистиковых, жившую до середины прошлого века в Северной Атлантике. Гагарка имела вполне ’’пингвинью” окраску - белые грудь и живот, тем- ные спина и голова. На суше она держалась также ”по-пингвиньи”, т.е. почти вертикально. Летать гагарка не умела, а крылья ее имели вид не- больших ластов. Pin-wing, т.е. шпилька-крыло - таково, по одной из вер- сий, появление названия пингвин. И в научной литературе бескрылая гагарка фигурирует под ’’пингвиньим” названием - Pinguinus impennis. Как пишет Г. Симпсон, первыми европейцами, увидевшими настоящих южных пингвинов, были моряки экспедиций Васко да Гама - в 1497 г. у южного побережья Африки, и Магеллана - в 1520 г. у юго-восточного по- бережья Южной Америки. В описаниях этих плаваний пингвины еще не фигурировали под современным названием. Странно, но чаще всего не- обычных птиц сравнивали с гусями. Только в конце XVI в. южных птиц стали звать пингвинами и перенесли это название в южное полушарие, судя по всему, английские моряки, которым была знакома бескрылая гагарка. Чтобы избежать путаницы, знаменитый французский натуралист Бюффон ввел в XVIII в. для южных птиц название маншоты, т.е. неуклю- жие. Но оно не получило распространения, и уже давно в большинстве и
2 Рис. J. Императорский (1) и королевский (2) пингвины языков закрепилось слово, близкое по звучанию с нашим. Да и путать их больше не с кем, ведь бескрылая гагарка в середине прошлого столетия вымерла. Несмотря на исключительную популярность пингвинов, большая часть их видов моряками не различается. Справедливости ради следует за- метить, что это очень даже непростое дело, так как в воде пингвины сидят очень низко. Самый крупный пингвин - императорский, или Форстера (Aptenodytes forsteri). Он обитает только на побережье Антарктиды и в непосредствен- но прилегающих к нему водах. Назван этот пингвин в честь Д. Форстера - натуралиста кругосветной экспедиции капитана Д. Кука. В умеренной зоне его заменяет близкий королевский пингвин (A. patagonica), который гнездится на разбросанных в Южном океане островах. Императорский пингвин достигает 120 см, королевский помельче - чуть меньше 1 м. На боках шеи у обоих видов выделяются оранжевые пятна, имеющие вид больших кавычек (рис. 1). У королевского пингвина оранжевым окраше- на и передняя часть шеи. Сходное с королевским пингвином распространение имеет папуасский пингвин (Pygoscelis papua). Кроме того, он гнездится на Антарктическом полуострове с сопредельными островами. Это пингвин среднего размера, высотой около 75 см. От других видов его легко отличить по белой полосе, которая проходит по темени от глаза к глазу (рис. 2). В нашей литературе его ошибочно часто называют ослиным. Но и настоящее назва- ние папуасского пингвина является зоологическим казусом, т.к. в Новой Гвинее пингвины не живут. Под таким названием его описал тот самый Д. Форстер, имя которого носит императорский пингвин. На побережье Антарктиды и в районе Антарктического полуострова гнездится самый известный среди пингвинов - пингвин Адели (Р. ade- liae), носящий имя красавицы жены начальника французской антарктиче- 12
Рис. 2. Пингвины папуасский (l)t Адели (2) и антарктический (3) ской экспедиции, проводившей исследования в 30-х годах прошлого сто- летия, Д’Юрвиля, в честь которого названо одно из морей, омывающих Антарктиду. Адели имеет типичную пингвинью окраску: темные фрак и голова, белоснежные живот и грудь. Вокруг глаз заметно белое кольцо (см. рис. 2). Похожих на Адели других видов пингвинов нет. Легко от других видов отличается и антарктический пингвин (Р. antarctica), который гнездится на приантарктических островах и в районе Антарктического полуострова. В отличие от пингвина Адели на голове у него темная только шапочка, от которой к подбородку идет тем- ный ’’ремешок” (рис. 2). Очень похожи по окраске пингвины галапагосский (Spheniscus mendi- culus), очковый, или ослиный (S. demersus), Магелланов (S. magellanicus) и Гумбольдта, или перуанский (S. humboldti). Пингвин Гумбольдта, назван- ный в честь выдающегося немецкого географа, гнездится вдоль перуан- ского побережья на юг приблизительно до 38° ю.ш. В окраске его опере- ния бросаются в глаза белые подковообразные пятна, проходящие над глазом через затылок на верхнюю часть груди, а также темная полоса, перехватывающая белую грудь и продолжающаяся по бокам тела (рис. 3). В южных районах тихоокеанского побережья Южной Америки его сменя- ет Магелланов пингвин. Но между 32е и 38е ю.ш. ареалы этих видов на- легают, т.е. оба вида встречаются вместе. Магелланов пингвин обитает также в умеренных водах Южной Америки с атлантической стороны и на Фолклендских (Мальвинские) островах. Чередование белых и темных полос у этого вида таково, что грудь перехватывают две темные полосы (см. рис. 3), а не одна, как у пингвина Гумбольдта. На пингвина Гумбольдта похож ослиный пингвин, который живет только в районе южного побережья Африки. Спутать его здесь не с кем, так как в водах Африки другие виды пингвинов не встречаются. А осли- ным его прозвали за громкий и неприятный крик. На Магелланова пинг- вина похож галапагосский, который, правда, уступает ему в размерах. Живет он только на Галапагосских островах, где нет других видов пинг- винов. 13
Рис. 3. Пингвины Гумбольдта (1) и Магелланов (2) Рис. 4. Пингвины желтоволосый (1), хохлатый (2) и Шлегеля (3) Следующая родственная группа пингвинов состоит из 6 видов, и у всех у них на голове торчат похожие на волосы золотистые пучки перь- ев, придающие этим пингвинам, с одной стороны, экзотический, а с дру- гой - строгий вид. Самый известный из них хохлатый (Eudyptes chryso- come), или ’’пингвин, прыгающий по скалам” (рис. 4). Он гнездится на большинстве островов по всей умеренной эоне Южного океана. Желтые перья у хохлатого пингвина начинаются недалеко от ноздрей и очень эффектно топорщатся веером позади глаз. В названии "прыгающий по скалам” подмечена его манера передвигаться - отталкиваться сразу обеими ногами. Он и в воду прыгает с берега ’’солдатиком”, а не ныряет, как другие пингвины. На островах умеренной зоны атлантического и индоокеанского секто- ров Южного океана и в районе Антарктического полуострова живет золотоволосый пингвин (Е. chrysolophus). Желтых, а точнее золотистых перьев у него на голове больше, чем у хохлатого пингвина. Их пучки начинаются с уровня середины глаз и как волосы опускаются позади глаз до спины (см. рис. 4). Такая же золотоволосая прическа у пингвина Шлегеля (Е. schlegeli), распространение которого ограничено о-вом Макуори, расположенным немного южнее Новозеландского плато. Его легко отличить по белым бо- кам головы (см. рис. 4). Остальные 3 вида этой группы живут в районе Но- 14
1 2 Рис. 5. Великолепный (1) и голубой (2) пингвины вой Зеландии к югу от пролива Кука. Это снэрский хохлатый пингвин (Е. robustus), толстоклювый, или пингвин Виктории (Е. pachyrhynchus) и большой хохлатый пингвин (Е. sclateri). Первые два вида на расстоянии неразличимы. Желтые перья у них имеют вид густых бровей, несколько расширяющихся у затылка, а у большого хохлатого пингвина ’’брови” топорщатся вверх. В южной части новозеландского района обитает великолепный, или желтоглазый, пингвин (Megadyptes antipodus). На голове у него через темя от глаза к глазу проходит желтая полоса. Желтоватым испещрена и остальная часть головы (рис. 5). Все перечисленные выше пингвины, кроме императорского и королев- ского, имеют средние размеры - около 65-75 см. Помельче - около 50 см - только галапагосский пингвин. Но и он не самый мелкий. Есть еще два вида, высота которых всего около 40 см. Это голубой, или малый (Eudyptula minor) и белокрылый (Е. albosignata) пингвины. Первый обита- ет вокруг главных островов Новой Зеландии, на островах Чатам и у юж- ного побережья Австралии, второй - только у восточного побережья Новой Зеландии. По сравнению с другими пингвинами внешне они невзрачны - белый низ, голубоватый однотонный верх. Молодые птицы у всех видов пингвинов имеют менее контрастную окраску. Пингвины редко встречаются в открытом океане вдали от берегов. Правда, есть один район, где пингвины регулярно встречаются за преде- лами прибрежной зоны. Таким районом является западная часть атланти- ческого сектора Антарктики с большим количеством островов и архипела- гов. Здесь располагаются самые крупные колонии пингвинов и вообще это самые пингвиньи места на Земле. За очерченные выше для каждого вида гнездовые области распространения пингвины почти не выходят. Имея это в виду, легче распознавать их виды. Но в любом правиле есть исключение. Например, у Новой Зеландии встречали императорского пингвина и Адели, а у Австралии - королевского и антарктического. По- хожие случаи известны и для большинства других видов. Но, наверное, не все они связаны с заплывами в чужие края склонных к странствиям бродячих особей. Изредка это результат ’’шуток” моряков, которые пере- возят пингвинов в несвойственные места. У Новой Зеландии, например, Уже дважды отмечали Магелланова пингвина, который вряд ли сам осме- 15
лился бы отправиться в путь от Америки за тысячи миль против велико- го течения Западных ветров. Но почти оседлы лишь пингвины, живущие на расположенных на боль- шом расстоянии от материков океанических островах. Они не решаются на дальние путешествия в неизвестном океане, а предпочитают хорошо из- вестные окрестные воды родных островов. По-другому ведут себя пинг- вины, гнездящиеся у побережий материков. Они также рождены только ходить и плавать, но вдоль побережий регулярно предпринимают продол- жительные странствия. А более легки на подъем, как это бывает у всех животных, молодые птицы. Ведь у взрослых между двумя очередными гнездованиями бывает ”в запасе” всего несколько месяцев. В Австра- лии, например, окольцованных молодых малых пингвинов обнаружива- ли от мест гнездования в 500-1000 км. На несколько сот километров вдоль Антарктиды или льдов могут откочевывать со своих колоний антарктические виды пингвинов, а одиночки их, как уже упоминалось, пересекают Южный скеан поперек. Протяженные миграции вдоль берегов совершают и южноамериканские пингвины. Один Магелланов пингвин был обнаружен здесь в 3300 км от места кольцевания. Случай этот явля- ется рекордным по дальности миграций для пингвинов вообще. В книге известного орнитолога Р. Локли ’’Океанские странники” описывается эксперимент, когда 5 самцов Адели, которые оказались не- удачниками в семейной жизни, были завезены самолетом за 3800 км. Через 10 мес. два из них вернулись в свою колонию. В среднем в сутки им пришлось преодолевать по 13 км. Если допустить, что каждый день поло- вину времени они тратили на отдых и питание, то их средняя скорость возвращения составила около 1 км/ч. Кажется немного, но это ведь вплавь! Здесь все - и стойкость, и устремленность, и верность дому, и, конечно, умение. А умение - это приспособленность к водной среде. В плане своей профессиональной подготовки к жизни в воде пингвины превосходят, конечно, всех других водных птиц. Они достигли в этом уровня тюленей и дельфинов. О многом говорит уже внешний вид пингвинов, особенно при наблюде- нии их подводного плавания, а точнее, быстрого и маневренного подвод- ного полета. Главным движителем при плавании у них являются крылья- ласты, движения которых напоминают взмахи ласт под водой у морских черепах. Скорость плавания в зависимости от обстоятельств бывает раз- ной. В среднем она составляет около 20-25 км/ч, но если пингвины торо- пятся, они могут развить скорость и 40 км/ч. Для императорского пингви- на указывают даже 45-58 км/ч. Такие совсем немалые скорости свой- ственны дельфинам. Быстро плавающие пингвины, как и дельфины или морские котики, выскакивают из воды. А в Антарктике спасающиеся от хищников пингви- ны, набрав скорость, запросто выскакивают на высокий ледовый припай. Под перьями у пингвинов почти нет пуха и воздуха, а сами перья на- поминают узкую и продолговатую чешую. Такой покров плохо держит тепло. Поэтому, как и тюлени, пингвины под кожей имеют жировую про- слойку, достигующую у живущих в высоких широтах видов солидной 16
толщины. Кости пингвинов тяжелые, непневматичные. По этой причине, а также в связи с отсутствием подкожных воздушных мешков и воздуха под пером пингвины имеют большой удельный вес. В связи с этим, на* ходясь на поверхности, они сидят очень низко в воде. Впрочем, такой и должна быть ныряющая птица, тем более добывающая пищу только под водой. В способности нырять пингвины опять же не уступают тюленям и дельфинам и несомненно превосходят других птиц. Но, конечно, не всегда и не везде пингвины ныряют глубоко и надолго. В этом нет необ- ходимости у берегов или при обилии пищи в верхних слоях моря. Но когда надо, для них не проблема пробыть под водой непрерывно не- сколько минут и уйти в глубину на несколько десятков метров. Извест- ные абсолютные рекорды глубины, установленные экспериментальным путем, - 100 м для папуасского, 235 м для королевского и 265 м для императорского пингвинов. В последнем случае птица пробыла под водой 18 мин! Хотя все пингвины хорошо приспособлены для подводной охоты, из этого не следует, что пища им всегда достается легко. В этом отношении очень интересные сведения были получены американским исследовате- лем Г. Куйменом с коллегами. Они приводят данные по трем королев- ским пингвинам с Южной Георгии, к которым крепились специальные датчики. В колонии, где пингвины занимались выведением птенцов, один из них отсутствовал 4, второй - 6, третий - 8 дней. Первый за время нахождения в море сделал 1217 погружений, второй - 488, третий 890. Столько много нырять приходится потому, что только в 10% случаев удается поймать добычу. Примерно половина погружений была до 50 м, остальные глубже - за 100 и даже 200 м. Пища пингвинов - планктон, рыба и головоногие моллюски. Ее они добывают только в море и никогда не пользуются выбросами. Есть сре- ди пингвинов почти полностью рыбоядные виды. Это галапагосский и Магелланов пингвины, а также пингвин Гумбольдта. Они питаются такими массовыми стайными рыбами, как анчоус, сардина, ставрида и им подобные. Преобладает рыба также в пище императорского и папуасско- го пингвинов, но они много ловят и кальмаров, а у королевского - кальмары в рационе стоят вообще на первом месте. Рыбой и кальмарами питается и малый пингвин. Большинство других видов является в основ- ном планктоноядными, при этом в высоких широтах особое место в пита- нии занимает массовый эвфаузиевый рачок криль. За счет криля в основ- ном живут Адели, антарктический, хохлатый и золотоволосый пингвины. В местах с обилием криля не отказывается от него и императорский пинг- вин, а для папуасского он может стать основой питания. Крилеядные виды не ныряют глубже 70 м, а чаще ограничиваются глубиной 20 м. В каждом районе основу питания пингвинов составляют массовые виды кормовых организмов. Однако у гнездящихся даже в смешанных колониях разных видов рационы неодинаковы, т.е. налицо признаки пищевой специализации. Вот что показали недавние исследования бри- танского орнитолога Д. Кроксэлла с коллегами на Южной Георгии и Юж- ных Шетландских островах. Золотоволосый пингвин с Южной Георгии 2. В.П. Шунтов 17
охотится в зоне до 100 км, а папуасский только до 10 км от берегов. Пер- вый ловит в основном мелкого криля и рыбу, а второй - крупного криля и рыбу. На Южных Шетландских островах золотоволосый пингвин добы- вает мелкого криля, рыбу и черноглазок, а антарктический - крупного криля. По подсчетам французских ученых Ж. Мужена и Ж. Прево из съедаемой всеми птицами Южного океана пищи около 85% приходится на долю пингвинов. Ни много ни мало это около 47 млн т, из которых более половины приходится на криль и других ракообразных и примерно чет- верть - на кальмаров. Пингвины - непосредственные и общительные птицы. Они группами и стаями держатся в море, а во время размножения обязательно образуют колонии, достигающие иногда нескольких сотен тысяч и даже миллионов особей. На острове Завадовского в группе Южных Сандвичевых остро- вов, например, известна колония антарктического пингвина в 10 млн птиц. Можно представить, насколько грандиозно это скопление птиц. Но впечатляют и менее крупные колонии. Большая скученность в таких скоплениях - не единственное неудобство жизни в тесноте. Но в конеч- ном счете пользы от совместной жизни неизмеримо больше, чем не- удобств. Наглядно это видно из наблюдений за успешностью гнездования пингвина Адели на мысе Крозе в Антарктиде. В этой колонии пингвины располагаются не равномерно, а как бы разобщенными группами. В груп- пах численностью менее 20 пар погибало 80-100% яиц и птенцов. Наибо- лее успешное размножение наблюдалось в группах, состоящих из 20-175 пар, при этом интересно, что на периферии гибель яиц и птенцов составила 60-80%, а в центре групп - 40-60%. Увеличивалась гибель и в группах, объединяющих более 400 пар. В последнем случае главную роль играла, конечно, большая скученность птиц, а в малых группах и на периферии - хищники. Вообще же успешность гнездования у Адели бывает на уровне 40-50%. Врагов у пингвинов немало, как на берегу, так и в море. Самые боль- шие потери они несут, конечно, на берегу, во время выведения птенцов. Особенно много охотников до яиц и птенцов, и первые из них поморни- ки. В Антарктике нет, наверное, ни одной колонии пингвинов, чтобы по соседству с ней не гнездились поморники. В первую очередь они похища- ют яйца и птенцов на периферии пингвиньих колоний, тем более остав- ленные без присмотра. Но нередко у поморников и нет необходимости воровать яйца или заклевывать птенцов. В районах больших скоплений пингвинов всегда есть погибшие от болезней и паразитов не только птен- цы, но и взрослые. На островах Южного океана и в Антарктиде много яиц и птенцов пингвинов погибает и от неразборчивых в пище гигантских буревестников. При возможности воруют и расклевывают яйца пингви- нов в Антарктике и белые ржанки-футляроносы, о которых в одном из разделов этой книги еще пойдет разговор. В более низких широтах, т.е. у границ Антарктики, у материков и Новой Зеландии похитителей яиц или птенцов еще больше. Это чайки, особенно доминиканская, орлы, крысы, змеи, лисицы, бродячие собаки, крупные ящерицы, а на Галапагосских островах - даже один из крабов. 18
Взрослые пингвины во многих случаях способны за себя постоять. От некрупных хищников они могут отбиться сильными ’’затрещинами” лас- тов, а в море - спастись вплавь. Наименее уязвим императорский пинг- вин. В течение года у него погибает всего около 5% взрослых особей. У других видов смертность повыше - 15-20%, а у Адели даже 20-30%. Зна- чительно больше погибает молодых птиц, живущих в море первый год: у императорского пингвина - 75%, у других видов примерно половина. Причиной их гибели являются не только хищники, но также болезни, бес- кормица, штормы и т.д. Но бесспорно, что в зубы врагов в первую оче- редь попадает неопытная молодежь и список их врагов довольно внуши- телен. В высоких широтах Антарктики регулярную дань с поголовья пингвинов снимает морской леопард, в умеренных - морские котики и львы, а еще севернее - акулы и другие хищные рыбы. Не отказываются от пингвинов и косатки, но, судя по всему, такие случаи бывают нечасты. Для мелких видов пингвинов в числе их врагов указываются также гигантские буревестники и даже осьминоги и альбатросы. Большое количество врагов приводит к тому, что в северной полови- не области распространения пингвинов, а здесь преобладают некрупные виды, они гнездятся чаще всего в укрытиях - в норах, расщелинах скал, нишах под камнями, под кустами и кочками. В высоких широтах, где больше крупных видов, пингвины гнездятся в основном открыто. Боль- шинство видов делают несложные гнезда, для чего используют камни, различную растительность, грунт и помет. Совсем не делают гнезд импе- раторский и королевский пингвины. Единственное крупное яйцо - у императорского около 450 г, а у королевского около 300 г - они держат на лапах. У других видов в кладке обычно по два, редко по одному или по три яйца. Но больше одного птенца поднимают обычно только опыт- ные птицы. Однако и у них при плохих кормовых условиях ’’лишние” птенцы погибают. При изучении пингвинов орнитологи всегда особое внимание уделяли их размножению. Экология размножения каждого вида, конечно, специ- фична, но несмотря на большое своеобразие все же выделяются три своего рода различные жизненные стратегии. При этом от основной массы пингвинов резко отличается с одной стороны королевский, а с другой - императорский. Гнездование большей части видов, как и положено, приходится на весенне-летний период. В зависимости от широты или видовых особен- ностей на гнездовые колонии они прибывают в сентябре, октябре или ноябре. Яйцекладке обязательно предшествуют весьма сложные брачные церемонии и ритуалы, включающие многие элементы. В их набор входит хлопанье ластами, поднимание клюва к небу, запрокидывание головы, поклоны, заинтересованное дотрагивание клювами до перьев партнеров. И все это сопровождается трелями, ’’разговорами” и другими звуками. Так происходит восстановление старых или создание новых супружеских пар. Пингвины хорошо знают свои колонии, и у большинства видов вер- ность месту рождения, судя по всему, выражена хорошо. У большинства, но не у всех. Например, при кольцевании малого пингвина в Австралии 19
обнаружили, что у этого вида между колониями происходит большой обмен особями. Время инкубации у разных видов обычно укладывается в период от 32 до 40 суток. После вылупления птенца две-три недели с ним постоянно находится один из родителей. Весь же период выкармливания птенцов составляет у разных видов от 7 до 11 недель. Это значит, что еще до наступления осени, т.е. обычно в феврале-марте, гнездовой цикл закан- чивается и молодежь уходит в море. И до сурового зимнего времени они успевают набраться необходимого жизненного опыта. Из описанной схемы гнездового цикла немного выпадает толсто- клювый пингвин, живущий в водах Новой Зеландии. Он появляется на колониях еще зимой и заканчивает выведение потомства в начале лета. Местами такой же сдвиг в сторону зимы бывает и у папуасского пингви- на. Наверное, в каждом случае здесь есть свой смысл и какая-то тонкая адаптация к конкретным условиям. Обычный гнездовий цикл имеет и пингвин Адели, но на его жизнь большой отпечаток накладывают суровые условия Антарктиды. Для того чтобы попасть в свою колонию, большинству видов пингвинов особых усилий не требуется, так как море рядом. Аделям в тех случаях, когда их колонии размещаются на антарктическом материке, сделать это труд- нее. Ведь в октябре, когда они приступают к размножению, весна здесь только начинается и места колоний от воды отделяют ледовые простран- ства. Их нужно преодолевать, и Адели, построившись в колонны, партия- ми смело отправляются в путь, длина которого составляет 30—100, а в некоторых случаях даже 300 км. Такие переходы совершаются со ско- ростью пешехода, но, если позволяет обстановка, под уклон они могут скользить на животе, отталкиваясь от снега ластами и ногами. Вообще нужно сказать, что как в это время, так и позднее переходы к морю и обратно Адели стараются не делать в одиночку. Артелью в несколько десятков птиц легче ориентироваться, прокладывать дорогу, а при случае и обороняться. После яйцекладки самка уходит к морю кормиться. К этому времени она теряет около 20% массы тела. Самец остается насиживать яйца. Супруга сменяет его через 14—17 суток. Потерявший треть своей массы самец уходит в море, но ненадолго. Вскоре он возвращается и заканчива- ет высиживание птенцов. В это время большие переходы по льду совер- шать уже не нужно, так как ледовый пояс разрушается и до разводий или открытой воды недалеко. После вылупления птенцов примерно три неде- ли родители кормят их, отлучаясь в море поочередно. После этого остав- ляют их в "яслях”, а обе взрослые птицы добывают корм, которого для подрастающих птенцов требуется все больше. Значительная потеря массы тела при выведении потомства, о которой говорилось выше, - дело для пингвинов Адели привычное, и они быстро его восстанавливают, начав кормиться. Кстати, у них бывает еще один период сильного похудения - до 45% массы тела. Это происходит после завершения размножения, когда Адели линяют на плавающих льдах. Адели вполне, как видим, освоили условия жизни в суровых широтах 20
Антарктики. Об этом говорят и их большие колонии, и общая высокая численность. Но во многих отношениях и им далеко до императорского пингвина, который выбрал для гнездования в Антарктиде зиму. В мар* те-начале апреля, когда все другие птицы в высокой Антарктике закан* чивают хлопоты с выведением потомства и переходят к морской жизни, отдохнувшие и накопившие запасы жира императорские пингвины соби- раются для размножения. Выглядят они в это время внушительно: глад- кие, лоснящиеся, с массой до 40-45 кг, из которых половина приходится на жир. Около двух месяцев уходит на восстановление или подбор новых пар и брачные церемонии. Эти степенные и основательные птицы не суетятся, прогуливаются парами и ’’беседуют”. Наконец, в мае самка сносит яйцо, самец сразу перекатывает его на свои лапы и закрывает от холода брюшной складкой. Самка, потерявшая за два месяца около 20% массы тела, уходит к морю кормиться. Оставшиеся с яйцами на лапах самцы собираются в плотные группы и терпеливо высиживают, а точнее ’’выстаивают” потомство. Продолжается это ’’великое стояние” около двух месяцев! Зима, кругом лед, снег, темнота, гнетущий холод, ветер, временами достигающий 200 км/ч. В одиночку или небольшими группами в таких условиях не выжить. Спасение может быть только в одном - со- гревать друг друга, сгрудившись поплотнее. Поэтому в колониях импера- торского пингвина редко бывает меньше нескольких сот голов. Стоящие снаружи птицы, замерзая, стараются проникнуть в середину скоплена, где теплее. Так, постепенно перемещаясь и вытесняя наружу согревших- ся товарищей, они проводят бесконечно долгие два месяца полярной ночи. Выклев птенца приходится на середину зимы. В это время возвращают- ся самки, потяжелевшие от жира и запаса полупереваренной пищи для птенцов. Если птенец вывелся до прибытия матери, самец начинает его кормить выделяемым стенками желудка ’’птичьим молоком”, богатым протеином и липидами. Оставаясь без пищи целых четыре месяца, самец теряет до 45% своей массы. Понятно, что от прежней гладкой и лоснящей- ся птицы к этому времени остается только бледная тень. На этом испыта- ния самца не кончаются. Ему нужны еще силы, чтобы через полярную ночь дойти до спасительной воды. Ледовый пояс в это время сильно раз- вит, поэтому путь предстоит не близкий - от наиболее удаленных коло- ний до 150 км. Хорошо, если на пути встретится трещина или тюленьи лунки, где можно попытаться наловить рыбы. Птенец почти на полтора месяца остается с матерью, и первое время взрослая птица держит его на лапах, прикрыв от мороза брюшной склад- кой. Затем уже оба родителя занимаются добычей пищи, а птенцы собира- ются в детские группы - ’’ясли”. Когда становится холодно, они, как и взрослые птицы, сбиваются в плотные скопления, называемые ’’чере- пахами”. С приходом весны льды начинают разрушаться и переходы за пищей к морю становятся короче. Молодые уходят в море в декабре, т.е. в начале лета, когда им исполняется 150-170 суток. До наступления следующей зимы, когда ухудшаются условия жизни, у них целое лето, следовательно, есть время, чтобы окрепнуть и научиться жить самостоя- 21
тельно. Успевают перелинять, отдохнуть и набраться сил к следующему гнездовому циклу и взрослые птицы. Императорский пингвин своей стойкостью и выносливостью олицетво- ряет силу жизни. Великолепная и загадочная птица! Живя в исключи- тельно суровых, даже экстремальных условиях, он как будто специально усложняет свое существование. Однако эта своеобразная стратегия жиз- ни вполне себя оправдывает. Об этом говорит и довольно высокая сте- пень выживания потомства в гнездовий период. В среднем погибает око- ло трети яиц и птенцов. Правда, так бывает не всегда. Показательными в этом плане оказались наблюдения за гибелью птенцов в колониях, рас- положенных от воды в 80 и 15 км. В первом случае смертность составила 73-90%, а во втором только 30-74%. Королевский пингвин живет в менее суровых условиях. Море у остро- вов умеренной зоны не закрывается ледовым припаем. Однако гнездо- вий цикл у него намного сложнее, чем у других пингвинов, включая императорского. Для выведения потомства королевские пингвины при- ходят в колонии с сентября по ноябрь. Откладка яиц также сильно рас- тянута - с конца ноября до начала марта, т.е. почти все лето южного полушария. Инкубация длится 52-55 суток, и вылупление птенцов при- ходится на период с конца января до апреля. Птенцы растут медленно, и их выкармливание продолжается 10-13 месяцев, т.е. до ноября-апреля (апреля следующего года!). Таким образом, весь гнездовый цикл коро- левского пингвина составляет 14-16 месяцев. При таких нагрузках в три года осуществляется только два цикла и выводится только два птенца - не частый случай даже среди крупных птиц. Такая вот непохожая на другие стратегия жизни, при этом, судя по всему неплохой вариант, о чем можно говорить с уверенностью, имея в виду высокую численность королевского пингвина. Молодые пингвины, покидая гнездовые колонии, внешне выглядят вполне пригодными к самостоятельной жизни. Но море проводит жест- кий и даже жестокий отбор и в первый год многие из них, как уже гово- рилось выше, погибают. Молодые птицы меньше привязаны к родным местам. Именно они предпринимают наиболее протяженные кочевки. Для этого они располагают порядочным временем. Кольцевание показа- ло, что в небольшом количестве пингвины Адели, антарктический, папуасский и императорский начинают размножаться в возрасте 3, коро- левский - 4, а золотоволосый - 5 лет. Средний же возраст первого раз- множения - 5-6, а у некоторых видов даже 7-8 лет. Так как смертность взрослых в целом невысокая, некоторые из них доживают до солидного возраста. Один окольцованный императорский пингвин, например, про- жил 34 года. Пингвины - хотя и древняя, но вполне процветающая группа птиц. Общее их поголовье составляет не менее 100 млн, а по некоторым оцен- кам даже почти 200 млн особей. В настоящее время серьезную тревогу вызывает численность только одного вида - галапагосского. Жизнь это- го вида под экватором стала возможной только в связи с тем, что данный район охлаждается холодным Перуанским течением. Но в периоды 22
знаменитого Эль-Ниньо, т.е. вторжения с севера теплых тропических вод, становится очень тепло и условия для галапагосского пингвина достига- ют ’’предела жизни”. Наиболее сильное за последние 100 лет Эль-Ниньо наблюдалось в 1982-1983 гг. Количество пингвинов в это время сократи- лось с 1720 гнездовых пар до 398. С 70-х годов отмечено также сокраще- ние численности ослиного пингвина в южноафриканском районе. Еще в 60-х годах здесь насчитывалось около 240 тыс. птиц, а в конце 70-х их было уже менее 100 тыс. Этот пингвин вместе с капскими олушей и бакланом создает на мелких островах у южного побережья Африки за- лежи гуано, используемые на удобрение. В числе причин снижения чис- ленности ослиного пингвина специалисты называют нефтяное загрязне- ние, сбор яиц, промысел рыбы и заготовку гуано. Самые массовые из пингвинов - золотоволосый, антарктический, хох- латый, Адели. Численность каждого из них за 10 млн голов. Довольно многочисленны и крупные виды, которые подсчитывались специалиста- ми особенно тщательно. Сейчас известно 25 колоний императорского пингвина, в которых гнездится около 200 тыс. пар. В эту цифру не вошли неполовозрелые птицы. Почти миллион гнездящихся пар у королевского пингвина. По другим оценкам численность этого вида еще выше - вместе с молодыми около 5,5 млн голов. Одним словом, в целом пингвинов можно считать вполне благополуч- ной группой птиц и большинству их видов как будто ничего не грозит в будущем. Можно быть уверенным и в том, что в отношениях к ним людей всегда будет учитываться и опыт прошлого. Дело в том, что в конце XIX - начале XX веков пингвинов пытались перетапливать на жир и делалось это в солидных коммерческих масштабах. Больше других пострадал королевский пингвин, численность которого в то время сильно понизилась, а часть колоний была полностью уничтожена. За не- сколько десятилетий после промысла поголовье королевского пингвина восстановилось. Наглядно о масштабах происходящих изменений можно судить на примере залива Лузитания на о-ве Маку ори. В период с 1810 по 1840 г. здесь было уничтожено две крупные колонии. В начале двадцато- го столетия гнездилось всего 3,5-5 тыс. птиц. В начале 30-х годов на острове был организован заказник. К 1980 г. на берегах залива гнезди- лось уже 140-200 тыс. королевских пингвинов, при этом начала формиро- ваться еще одна колония. Примерно с конца 40-х годов текущего века в атлантической части Ан- тарктики отмечен рост поголовья и других видов пингвинов - антаркти- ческого, Адели и в меньшей степени папуасского. На одном из островов Южно-Оркнейского архипелага, например, по сообщению Д. Кроксэлла, количество антарктического пингвина увеличивалось на 7-10%, а Адели на 3-4% в год. Таким случаям дается вполне приемлемое объяснение. Рост поголовья пингвинов в высоких широтах Антарктики связывается с перепромыслом китов. Ориентировочные оценки показали, что исходное поголовье китов съедало 180-200 млн т пищи в год, основу которой составлял криль. Современные сокращенные стада китов потребляют только 40 млн т. По расчетам американского орнитолога У. Слейдена, вы- 23
свободившаяся дополнительная пища ’’эквивалентна” 300 млн пингви- нов. Из этого, конечно, не следует, что численность пингвинов должна возрасти в Южном океане именно на 300 млн особей. Можно уверенно утверждать, что такого роста не будет. Экосистемные перестройки - очень сложное явление. Сообщества состоят из многих видов, объединен- ных многообразными связями. Да и криль в Антарктике едят не только усатые киты и пингвины. Тем не менее, связь роста крилеядных пингви- нов с выбоем китов, по крайней мере в атлантическом секторе Антаркти- ки, представляется реальной. Но возможно, что определенный отпечаток на это наложили и климатические изменения. О том, что изменения в количестве пингвинов могут быть связаны и с другими причинами, гово- рят наблюдения в тихоокеанском секторе Антарктики. Здесь числен- ность Адели понизилась, в первую очередь в тех колониях, на которых проводились исследования. Как видим, несмотря на общительность пингвинов, фактор беспокойства в период размножения и для них оказы- вается неблагоприятным. В последние годы промысловое освоение криля, а также рыбных ре- сурсов Южного океана начато рыбаками разных стран. Пока масштабы его незначительны и говорить о больших экологических следствиях этого преждевременно. Думается, что без пищи пингвины не останутся. Вряд ли будет иметь место в будущем возврат и к прямому их преследованию, если не считать практикующиеся местами, умеренные заготовки яиц. В наши дни пингвины у большинства людей вызывают большую симпа- тию и это также является серьезным доводом за их благополучную судьбу.
БУРЕВЕСТНИКООБРАЗНЫЕ, ИЛИ ТРУБКОНОСЫЕ, ПТИЦЫ Отряд трубконосых включает немногим больше 100 видов ныне живущих птиц. Кроме них известно еще 35 ископаемых видов. В этом довольно разнообразном отряде нет ни одного полуморского вида, тем более вида, связанного с пресными водоемами. При встрече трубконосой птицы в глубине суши, а это время от времени бывает, можно быть абсо- лютно уверенным, что ее занесло сюда штормовым ветром большой силы. В отряде трубконосых четыре семейства: альбатросов, буревестников, качурок и ныряющих буревестников. Все семейства очень разные. Это становится сразу ясным, если сравнить миниатюрную и хрупкую качурку в 20 г весом и мощного десятикилограммового альбатроса. Почти все трубконосые имеют длинные узкие крылья и хорошо лета- ют. Из-за большой длины крыльев на ровной поверхности для взлета им нужен разбег. Легким и маневренным полетом обладает даже группа длинноногих качурок, которые при добыче пищи приспособились неуто- мимо семенить по воде с распростертыми крыльями. Особенно резко от прочих трубконосых отличаются ныряющие буре- вестники, которые внешне и по повадкам напоминают северных чистико- вых птиц и ведут в основном не воздушный, а водный образ жизни. Имея короткие крылья, они неважно летают, зато хорошо ныряют. 25
У всех трубконосых, больших и мелких видов, ноздри открываются в роговые трубочки, которые располагаются по бокам надклювья или рядом по его гребню. Отсюда и название отряда этих птиц - трубконосые. Трубконосые, как и другие морские птицы, пьют соленую воду. Попав- шие в организм избытки солей выводятся носовыми или слезными желе- зами, которые располагаются над глазницами и выделяют соль более эффективно, чем почки. У большинства птиц выделяемый солевой раствор капает с кончика носа. У трубконосых секретируемая солевая жидкость выдувается в виде мелких брызг через носовые трубочки. Трубконосые - древняя группа птиц. Они находятся в родстве с такими же древними отрядами пингвинов и веслоногих или пеликано- образных. Родиной трубконосых является южное полушарие, а точнее Южный океан. И в наши дни в этой части планеты они наиболее много- численны. Самое высокое здесь и их видовое разнообразие. Вообще же отряд трубконосых имеет всесветное распространение. Они встречаются во всех зонах Мирового океана, а некоторым их видам, гнездящимся в Антарктике, известны пути в арктические моря. АЛЬБАТРОСЫ Каждая группа птиц интересна и своеобразна по-своему. Например, пингвины, о которых только что шел разговор, воспринимаются как сим- волы Антарктики, хотя они живут и в других географических зонах. А альбатросы? Альбатросы - это романтика моря, это крылья шторма, оке- анская ширь и упругий ветер в белых парусах. Одним словом, альбатро- сы - это . . . альбатросы. Особое, даже избранное, отношение к этим пти- цам объясняется их красотой, большими размерами и способностью часа- ми и даже сутками планировать над волнами. Привлекают они внимание и тем, что любят сопровождать суда, особенно рыболовные и китобойные. Родина большинства альбатросов, как и пингвинов, - Южный океан. И именно китобои Антарктики первыми добыли много интересных наблю- дений о них в этом краю волн и ветров. Парящий, а точнее, планирующий полет освоен многими морскими птицами. Но альбатросы здесь далеко превзошли всех. Это совершенней- шие планеры, а полет их - мощный и размашистый - под стать океанско- му простору. Не может не производить впечатления и парящий полет орлов. Они, как и другие ширококрылые птицы, для полета умело используют восхо- дящие вверх потоки воздуха. ’’Лающий вверх ветер” образуется или вер- тикальными потоками теплого воздуха или вихрями, возникающими при набегании воздушного потока на горы, острова, волны и другие препят- ствия. Такие потоки воздуха могут использовать и альбатросы, которые способны, например, без малейшего движения крыльев зависить над бор- том идущего или лежащего в дрейфе судна. Но стать полноправными обитателями еще более необъятного, чем морская равнина, воздушного океана альбатросам обеспечил совсем другой тип полета. По существу, они узкокрылые планеры, использующие для передвижения энергию обычного в море ветра. 26
<Из всех замечательных летунов меньше всего усилий тратят большие альбатросы. Их царство - океан, где восходящие потоки теплого возду- ха редки, а отраженные воздушные течения чувствуются лишь на очень небольшой высоте над гребнями волн. Однако из-за трения о воду океа- нические ветры в 15 метрах над поверхностью оказываются сильнее, чем у самой поверхности. Странствующий альбатрос, размах крыльев которого превышает три метра, систематически пользуется этой особен- ностью. Он поднимается до уровня более быстрых воздушных потоков и использует их, чтобы набрать скорость, скользя вниз по ветру на непод- вижных, несколько изогнутых крыльях. Затем, почти коснувшись гребней волн, он поворачивает навстречу более медленному ветру у поверхности воды и, благодаря тому, что движется быстрее, делает "горку” и набирает высоту. Вот так, чередуя скольжение вниз и набира- ние высоты, альбатрос без малейших усилий часами кружит над океаном, и крылья его все это время остаются неподвижными. Чем крепче ветер, тем больше наслаждается своей редкостной способностью этот самый лучший из планеров мира>. Так описывается полет альбатроса в книге "Птицы” (1973). Ее автор, известный американский орнитолог Р. Питер- сон, немного неточен только в одном. При очень крепком ветре, а точнее во время ураганов, даже альбатросам становится не очень уютно в их сти- хии. Они, как и другие птицы, бывают не прочь укрыться от все сметаю- щего ветра в ложбинах между горами волн. Не так редкими бывают и случаи, когда при очень сильных штормах альбатросов ветром заносит далеко на сушу. Трудно летать альбатросам и в штиль. Хорошо, если катит крупная мертвая зыбь, вызывающая движение воздуха у поверх- ности моря, которое можно ’’поймать” длинными крыльями. Вообще же при безветрии альбатросам, чтобы поддержать скорость, приходится делать глубокие взмахи крыльями. Выглядит это тяжело и не идет альба- тросу. Лучшая погода для альбатроса - устойчивый умеренный ветер. Характерное для них мощное и скоростное планирование с постоянным заходом при очередной ’’горке” на ветер требует запаса скорости, что в таких условиях возможно только при солидном весе птицы, чем и отли- чаются альбатросы. Кроме того, и весовая нагрузка на крылья у них самая большая в сравнении с другими трубконосыми птицами. У разных видов альбатросов на 1 см2 крыла приходится от 0,88 до 1,75 г массы тела, в то время как у буревестников в 2 раза, а у качурок в 6-8 раз меньше. Чтобы при свежем ветре подняться в воздух, альбатросу достаточно расправить крылья, оттолкнуться ногами, а иногда сделать и несколько взмахов. Но при тихой погоде приходится разбегаться с распахнутыми крыльями. И альбатросы хорошо умеют делать это не только на суше, но и на воде. Ноги у них крепкие и мускулистые, а пальцы соединены широ- кой перепонкой. Мелким альбатросам удается иногда и вообще корот- кий взлет при штиле, как это наблюдал у мыса Горн и описал в книге ’’Полет кондора” английский киносценарист М. Эндрюс: ’’Чернобровый альбатрос напрягся перед взлетом. Голова пригнулась, длинные, похо- жие на лопасти крылья тяжело хлопнули, ноги оттолкнулись от поверх- ности, и . . . разрушился миф о том, будто без помощи волн и ветра 27
/ 2 Тис. 6. Темноспинный (1) и черноногий (2) альбатросы альбатросы не могут подняться в воздух. Разом оторвавшись от воды, невесомая и грациозная, как балетная танцовщица, птица резко взмыла, лишь коснувшись зеркала концом крыла, и, словно радуясь, начертала линию в отражениях снежных вершин”. На воде альбатросы держатся высоко и плавают хорошо. Но нырять не могут, а точнее говоря, вода не пускает их в свою толщу. Причина здесь одна - плавучесть, которую во многом усиливает перьевой покров. Как увидим ниже, это обстоятельство временами сильно затрудняет жизнь альбатросов, а точнее, ограничивает их возможности при добыче пищи. Всего известно 14 видов альбатросов. Распределены они по Мировому океану неравномерно. Большая часть видов живет в умеренных широтах южного полушария, а в северном полушарии - только на севере Тихого океана. Хотя альбатросы очень заметные и даже неповторимые птицы, различать их виды в морских условиях не всегда легко, тем более, что в оперении молодых и взрослых птиц наблюдаются различия. Впрочем, не возникает особых затруднений определение альбатросов в северной части Тихого океана, где обитают три вида: темноспинный (Diomedea immutabilis), черноногий (D. nigripes) и белоспинный, или короткохвостый (D. albatrus). Первый из них часто фигурирует в литера- туре и как лайсанский альбатрос. Дело в том, что на о-ве Лайсан, распо- ложенном в Гавайском архипелаге, находится самая крупная гнездовая колония этого вида. В настоящее время темноспинный альбатрос гнез- дится на 20 островах Гавайской гряды. В начале двадцатого столетия он гнездился также на нескольких островах, расположенных к югу от Япо- нии, но был здесь истреблен. В конце 70-х годов он вновь начал гнездить- ся здесь, правда в небольшом количестве. От других видов северной 28
Рис. 7. Белоспинный альбатрос: взрослый (1) и молодой (2) части Тихого океана темноспинный альбатрос легко отличается темным верхом крыльев и спины. Такого же цвета у него и хвост (рис. 6). По ”аль- батросным” меркам - это птица средних размеров, с массой тела около 2-3,5 кг, с размахом крыльев около 2 м. Черноногий альбатрос гнездится на 23 островах в Гавайском архипела- ге и на нескольких островах южнее Японии. Черноногий альбатрос чуть крупнее темноспинного, отдельные его особи достигают 4 кг. Он весь тем- ный - оперение и клюв и ноги (рис. б). Лишь у основания клюва и в хвос- товой части тела есть небольшие белые пятна. Белоспинный алъботрос раньше гнездился на многих островах южнее Японии, сейчас только на Торисиме. Он покрупнее темноспинного и черно- ноге го альбатросов, размах крыльев у него в среднем около 210 см. Мо- лодой белоспинный альбатрос почти полностью темный. Но от черноного- го альбатроса его легко отличить по светлым клюву и лапам. Кроме того, у него сверху оснований крыльев видны светлые пятна. С возрастом белоспинный альбатрос светлеет, и у взрослых особей темными остаются только концы крыльев и хвоста (рис. 7). Верх головы у них становится золотисто-желтым. Зона кочевок северотихоокеанских альбатросов - обширные прост- ранства северной части Тихого океана от края тропической зоны до Берингова и Охотского морей. В область миграций белоспинного альба- троса входит и Чукотское море. Обособленно от других альбатросов под экватором живет галапагос- ский, или волнистый, альбатрос (Diomedea irrorata). Галапагосский пото- му, что в основном гнездится на одноименном архипелаге. Правда, в 29
Рис. 8. Темноспинный дымчатый (1) и светлоспинный дымчатый (2) альбатросы 60-х годах несколько экземпляров этого вида загнездились и на располо- женном у побережья Эквадора островке Исла-де-ла-Плата. А волнистым его называют из-за коричневого струйчатого рисунка на оперении корпу- са. С темным телом и крыльями у него отчетливо контрастируют белые голова и верхняя часть шеи. Область кочевок волнистого альбатроса необычайно мала для альбатроса. Она включает воды между Галапагос- скими островами и побережьями Эквадора и Перу. Труднее с отличительными признаками альбатросов Южного океана. Впрочем, двух из них легко отличить от других видов по полностью тем- ному оперению. Это темноспинный дымчатый (Phoebetria fusca) и светло- спинный дымчатый (Ph. palpebrata) альбатросы (рис. 8). Как следует из названия, у второго более светлая, а точнее, сероватая спина. У обоих видов глаза сзади окаймлены узкими, чисто-белыми полукольцами. Раз- мах крыльев у дымчатых альбатросов около 2 м. Это самые стройные и даже грациозные альбатросы, масса тела их обычно не превышает 2,5 кг. Летают они как будто совсем без усилий, могут зависать в воздухе и под- ниматься гораздо выше других альбатросов, а легкость их силуэта под- черкивает длинный клиновидный хвост. Темноспинный дымчатый аль- батрос гнездится на океанических островах северной части умеренной зоны в атлантической и индоокеанских частях Южного океана. Светло- спинный распространен шире - циркумполярно, при этом его гнездовья тяготеют к более южной части умеренной зоны. Он и во время кочевок проникает дальше на юг до самых айсбергов и разводий. Наиболее сложно отличать в Южном океане пять видов альбатросов среднего размера с темными спинами и верхней стороной крыльев и зо
Рис. 9. Чернобровый (1) и сероголовый (2) альбатросы белым корпусом. Это чернобровый (Diomedea melanophris), сероголовый (D. chrysostoma), Буллера (D. bulleri), желтоносый (D. chlororhynchos) и пугливый (D. cauta). От английских моряков за ними давно закрепилось не очень звучное и красивое название моллимоки, с намеком на глупость этих птиц. Как и в других случаях, за глупость здесь принимается довер- чивость и отсутствие страха перед человеком. Самый массовый и замет- ный из них - чернобровый (рис. 9). Наиболее броские его отличия - чер- ная полоса через глаз, делающая взгляд птицы очень строгим, и ярко- желтый клюв у взрослых. Белый низ крыльев окаймлен и у молодых, и у взрослых птиц широкой черной полосой. Гнездится чернобровый альба- трос циркумполярно по островам умеренной эоны Южного океана. Летом на кочевках он достигает айсбергов, а зимой границы тропиков. Черно- бровый альбатрос образует два подвида. У одного из них глаза черные, у второго бисквитного цвета с черным зрачком. Но эти тонкие признаки на растоянии, конечно, неразличимы. Чернобровый альбатрос по всем меркам - самый типичный, так сказать, средний альбатрос, с размахом крыльев примерно 230 см и массой тела около 3,5 кг. Такую же массу, но немного более мелкие размеры имеет сероголовый альбатрос (рис. 9). Он имеет похожую с чернобровым область распростра- нения, они даже образуют смешанные колонии, правда, на кочевках серо- головый тяготеет к более высоким широтам. Главный отличительный признак сероголового альбатроса, как это видно из его названия, - се- рый, а точнее серо-голубой цвет головы. Правда, по-настоящему серой бывает голова только с возраста около пяти лет. Очень красивый у него и клюв - черный, окаймленный ярко-желтой, с оранжевым оттенком поло- сой. 31
Похож на сероголового альбатрос Буллера, но у него на серо-голубом фоне головы хорошо заметны светлые лоб и темя. Альбатрос Буллера, в основном, - новозеландская птица. Здесь он гнездится и в окрестных водах кочует. Но изредка его можно встретить и в других районах уме- ренной зоны Южного океана. Самый мелкий из пяти рассматриваемых ви- дов - желтоносый, или зеленоклювый, альбатрос, весящий всего около 2 кг. Оба названия этого альбатроса, как ни странно, не соответствуют его блику. Клюв у него черный и только по верхнему гребню окаймлен жел- той полоской. Гнездится желтоносый альбатрос на нескольких островах по северному краю умеренной зоны в атлантическом и индоокеанском секторах Южного океана. Кочует он по умеренным водам, а зимой летает и в южную часть тропиков. В Тихий океан он проникает только до ново- зеландских вод. Крупнее всех описанных видов пугливый, или белошапочный, альба- трос. Масса тела у него около 4 кг, а размах крыльев достигает почти 2,5 м. Эти размеры визуально вполне ощущаются на расстоянии. Помога- ют различать этот вид в морских условиях и особенности окраски ниж- ней поверхности крыльев. У пугливого альбатроса низ крыльев почти весь белый, а черная каемка по их краю очень узкая, гораздо уже, чем у других альбатросов с темным верхом. Указанные отличия важно иметь в виду, потому что пугливый альбатрос образует три подвида, отличаю- щихся цветом головы и клюва. Клюв может быть желтым, серо-зеленым, голубоватым или двухцветным, а голова полностью серо-голубой или только на щеках. В последнем случае бросается в глаза белая шапочка на голове. Пугливым этого альбатроса назвали, так как почему-то счита- лось, что он боится судов и не сопровождает их. Нет, и этот вид не испы- тывает страха ни перед человеком, ни перед судами и охотно подбирает попадающие с них в воду отходы. Пугливый альбатрос гнездится только на нескольких островах у Новой Зеландии и Тасмании, но областью его кочевок является вся умеренная зона Южного океана. Из альбатросов Южнгого океана осталось описать два очень крупных вида. Это ’’сверхальбатросы” - странствующий (Diomedea exulans) и коро- левский (D. epomophora) - величественные птицы с размахом крыльев 3,0-3,5 м и массой тела 8-10 кг. Они столь внушительны, что спутать их с другими альбатросами невозможно. Молодые странствующие альбатросы коричневого цвета и имеют только белыми низ крыльев и лицевую часть головы. С возрастом они постепенно светлеют и через несколько лет переходят в так называемую леопардовую стадию, т.е. становятся пестрыми (рис. 10, 11). Часть взрос- лых странствующих альбатросов становится почти полностью белой, за исключением черных концов крыльев и отдельных темных перьев по верхней стороне. За такими особями даже закрепилось название снежные альбатросы. Их больше в наиболее холодных высоких широтах. Ареал странствующего альбатроса циркумполярный. Он гнездится на многих островах умеренной зоны Южного океана, а область кочевок простирает- ся от южной части тропиков до антарктических льдов. Молодые и взрослые королевские альбатросы не отличаются. Все они 32
/ 2 Рис, 10, Молодой странствующий альбатрос: вид свер- ху (1) и снизу (2) Рис. 11. Странствующий альбатрос: светлая (1) и "леопардовая* (2) особи 33
похожи на взрослых странствующих альбатросов, т.е. в окраске их преоб- ладает белый цвет. Черной бывает только часть верхней стороны крыль- ев. Одним словом, отличать их на расстоянии бывает непросто. При оди- наковых размерах королевский альбатрос выглядит стройнее, а концы крыльев в распростертом состоянии у него как бы немного надломлены назад. Хорошо отличаются они и строением клюва. В частности, трубочки- ноздри у странствующего открываются наверх, а у королевского - вперед. Кроме того, у королевского по режущему краю надклювья и под- клювья проходит узкая черная полоса. Королевский альбатрос гнездит- ся только в районе Новой Зеландии, но область его кочевок простирает- ся через всю умеренную зону Южного океана. Итак, 13 видов альбатросов. Так написано во всех крупных сводках по птицам Мирового океана, в том числе новейших. Но, судя по совсем недавнему сообщению французского орнитолога П. Жувентена, есть еще один крупный альбатрос - амстердамский (D. amsterdamensis), небольшая колония которого находится на о-ве Амстердам, расположенном на гра- нице Индийского и Южного океанов. Внешне этот альбатрос напоминает начавшего светлеть молодого странствующего, только он немного по- мельче. Поэтому-то их никогда и не различали. Считалось, что на Амстер- даме в небольшом количестве гнездится только странствующий. Если амстердамский альбатрос - реальность, это большое событие в орнито- логическом мире, так как новым видом оказался огромный альбатрос! Но есть здесь пока и неясности. В некоторых публикациях указыва- лось, что на Амстердаме альбатросы гнездятся не всегда. К тому же fax здесь очень мало. Тогда, может быть, этот альбатрос гнездится и на других островах и там он более многочислен? Оказывается, предположе- ния о том, что есть неописанный вид альбатроса, высказывались и рань- ше. В начале 60-х годов новозеландский орнитолог Д. Соренсен писал: ’’Сейчас мы не понимаем всего того, что знаем о странствующем альбатро- се”. Он обратил внимание, что на островах южнее Новой Зеландии, где расположены солидные колонии странствующего альбатроса, встречают- ся и заметно более мелкие особи, при этом их взрослые экземпляры не белые, а темные или пестрые. Д. Соренсен был уверен, что это самостоя- тельный вид, пока не узаконенный наукой. Между прочим, и в атланти- ческом секторе Южного океана на границе умеренной и субтропической эон на гнездовьях преобладают птицы в темном оперении. Странствующего альбатроса описал Карл Линней еще в 1758 г. И, как видим, последняя точка здесь еще не поставлена. Между прочим, хотя и королевский альбатрос был описан еще в 1825 г., окончательно от стран- ствующего альбатроса его стали отличать лишь в конце прошлого столе- тия, после работ немецкого орнитолога В. Буллера, имя которого носит один из новозеландских альбатросов, а также один из видов буревест- ников. Изредка одиночки по существу всех видов альбатросов могут оказать- ся за пределами привычных районов обитания. Альбатросов Южного океана, например, не раз встречали в северных частях Атлантического и Тихого океанов. Один чернобровый альбатрос даже много лет жил в 34
колонии олуш на Фарерских островах в Северной Атлантике. Причины появления альбатросов в несвойственных им местах могут быть самые разные. Некоторых из них уносят ураганы, у других в очень обостренной форме может быть выражена склонность к странствиям. Наконец, через экватор их могут перевозить и моряки. Ведь поймать следующего за суд- ном альбатроса на крючок - совсем не трудное дело. Современное распространение альбатросов, и особенно их тяготение к Южному океану, обычно объясняют тем, что для южных ревущих, сви- стящих и неистовых широт как раз и подходит планирующий полет. Отсутствие же их в тропиках и в Северной Атлантике связывают с труд- ностью парения в приэкваториальной штилевой зоне. Но все это выгля- дит, в общем-то, не очень убедительно. В штормовом Южном океане про- цветают и вообще не летающие птицы - пингвины. А они с альбатросами находятся в родстве. Кроме того, по ветренным условиям альбатросы вполне смогли бы жить на большей части тропиков, ведь пассатные ветры тропической зоны как раз очень устойчивы. Южным альбатросам в низких широтах попросту жарко. Зимой, когда температура воды и воздуха понижается, часть их проникает севернее тропика Козерога. От летней жары они опускаются за 30*-40е ю.ш. При- вычные же к теплу волнистый и северотихоокеанские альбатросы в низ- ких широтах чувствуют себя совсем неплохо и вполне находят для своего планирования ветер. Волнистый альбатрос, как уже говорилось, живет под экватором, а часть особей северотихоокеанских видов регу- лярно бывает зимой южнее тропика Рака. Кстати, в связи с этим интерес- но отметить, что, судя по ископаемым остаткам, еще полмиллиона лет назад в Северной Атлантике, где ветренных погод достаточно и сейчас, жил английский альбатрос. А вот почему он вымер - это, действительно, загадка. В Африке, точнее в Нигерии, обнаружены остатки предположи- тельно древнейшего альбатроса эоценового возраста. Эту птицу, жившую 50 млн лет назад, назвали гиганторнисом. Размах крыльев у него в два раза превышал размеры современных странствующего и королевского альбатросов. 7 метров! И эта птица в тропиках парила. При виде альбатроса, спокойно и уверенно следующего за судном раз- машистыми галсами, приходят мысли о хозяине океана и совсем нетруд- ной его жизни. По крайней мере, не кажется, что нет на свете более труд- ной профессии, чем быть альбатросом. Но патрулируют суда альбатросы не из любопытства. Причины такой привязанности самые прозаичные - они терпеливо дожидаются с судна каких-нибудь отбросов. У рыболов- ных судов, например, альбатросы скапливаются десятками и сотнями, и надо видеть, с какой жадностью, забыв про свой царственный вид, они хватают плавающую на поверхности травмированную рыбу. Напрашива- ется простой вывод - у судна пищу добыть легче, чем при свободной охоте. И это неудивительно, так как для всех альбатросов доступна только пища на поверхности моря. Поверхностные слои особенно бедны рыбой и беспозвоночными в Дневное время, а нырять альбатросы не могут, хотя некоторые виды и пытаются это делать с лёта. Но даже броски с довольно большой высоты 35
дымчатых альбатросов позволяют им, в лучшем случае, пробить только верхние полметра. И вряд ли альбатросы, будучи в общем неповоротли- выми птицами, прокормились бы, если бы с наступлением темноты жи- вотные, являющиеся их пищей, не поднимались в верхние слои моря. Так как свою привычную пищу альбатросы ловят по ночам, они мень- ше в это время летают и за судами. Вот что показали исследования по бюджету времени сероголового альбатроса, о которых сообщается в рабо- те П. Принце и М. Франциса. 13 взрослым альбатросам, занимавшимся вы- кармливанием птенцов на Южной Георгии, прикрепляли специальные автоматические датчики, которые фиксировали поведение птиц. Все они в общей сложности находились под наблюдением 7000 часов, из которых около 75% были в полете. Поэтому можно сказать, что жизнь альбатро- са - это почти постоянный полет над морем в поисках пищи. За пищей они улетали от колонии за 500-800 км, а за один вылет на одну птицу приходилось до 2270 км пути. Характерно, что примерно половину ночи они были на воде, днем же только 15% времени. Эти данные свидетельст- вуют о преимущественно ночном питании альбатросов. Излюбленная пища большинства альбатросов как в северном, так и в южном полушариях - кальмары, которые в верхние слои моря обычно поднимаются с темнотой. Большое место в питании принадлежит также рыбе и ракообразным. Но альбатрос не откажется от медузы, сальпы и даже мертвой птицы, не говоря уже об отбросах с судов и помете китов. В то же время состав пищи может заметно отличаться как у разных видов, так и в зависимости от места охоты. Например, черноногий альба- трос с Гавайских островов в большом количестве может временами пое- дать икру летучих рыб. Многие летучие рыбы приклеивают свою икру к дрейфующим саргассовым водорослям и другому плавающему субстра- ту. Собрать такую кладку нетрудно, но всем северотихоокеанским видам и галапагосскому альбатросу каким-то образом удается ловить и самих летучих рыб. Больше всего вопросов возникает по поводу добычи быстрых и мане- вренных кальмаров. Ведь альбатросы не только не умеют нырять, они не могут, как чайки, подхватывать добычу на лету, им обязательно надо сесть на воду. Обнаружение добычи в ночном море, правда, облегчается свечением. Многие животные, особенно глубоководные, сами имеют све- тящиеся органы, а не имеющие их - все равно оставляют за собой ’’горя- щий след” из искрящегося планктона. Альбатросы обычно добывают мелких и средних по размерам кальма- ров. Их видовой соостав в диете альбатросов известен неплохо, т.к. клювы кальмаров в желудках птиц сохраняются неделями и даже меся- цами. Для альбатросов с их мощными клювами, вооруженными сильны- ми крючками, расправиться с некрупной добычей не представляет труда. Но бывает добыча и более солидной. Судя по кальмарным клювам в от- рыжках птенцов, странствующий альбатрос с Южной Георгии ловит главным образом кальмара кондаковию со средней массой около 3,2 кг. Встречается в добыче и кальмар танинга с массой в 6,5 кг. Такие кальма- ры - это не только добыча, но и сильный вооруженный противник, 36
способный за себя постоять. В пище же волнистого альбатроса обнаружи- вали остатки кальмаров, по массе в три раза превосходящих самого альбатроса. Вывод здесь кажется однозначным: крупные кальмары до* стаются альбатросам или мертвыми, или больными и сильно ослабленны- ми. Для таких случаев вполне правдоподобны и предположения о том, что альбатросы подбирают остатки крупных кальмаров, остающихся при питании кашалотов или других зубатых китов. В связи с этим можно вспомнить давно замеченный факт совпадения некоторых районов кон- центраций кашалотов и альбатросов. Но, с другой стороны, далеко не везде, где летают альбатросы, есть и кашалоты, особенно зимой, когда киты откочевывают в низкие широты. Одним словом, ночная жизнь аль- батросов остается во многом неизвестной и даже таинственной страницей в их биологии. Питание отбросами говорит о неразборчивости альбатросов к составу корма. Но, с другой стороны, есть примеры на первый взгляд неоправдан- ной специализации или адаптации к строго определенным условиям пи- тания. Так, альбатросы желтоносый, пугливый, Буллера и королевский могут быть встречены на любом удалении от побережий, но все же они заметно тяготеют к водам шельфов, хотя их ни в коем случае нельзя назвать прибрежными птицами. С другой стороны, странствующий, чер- нобровый, сероголовый и дымчатый альбатросы - стопроцентные океа- нические птицы. В мутноватые, а точнее, зеленоватые воды шельфов они залетают мало. Более того, следуя иногда за кормой в большом количест- ве, все они отстают, когда судно заходит на широкий шельф. Но там, где большие глубины подходят непосредственно к берегам, все эти виды здесь встречаются так же часто, как и в открытом океане. Главное здесь, наверное, в том, что все приспособления таких видов направлены на пи- тание комплексом животных, обитающих в океанических водных массах. И этот стереотип поведения бывает выражен очень сильно. В районе мате- рикового склона, где проходит раздел океанических и шельфовых водных масс и обычно отмечается повышенная биологическая продук- тивность, часто встречаются все виды альбатросов. Особенно это броса- ется в глаза у Новой Зеландии, где обитает самое большое количество их видов. Рожденные жить в полете, все альбатросы, кроме волнистого, подстать своему образу жизни имеют обширные области кочевок. Для северотихо- океанских альбатросов - это вся северная часть Тихого океана, включая и край тропиков. В Южном океане, как уже говорилось в начале очерка, некоторые виды, в первую очередь странствующий, имеют непрерывное циркумполярное распространение. Поэтому можно предполагать, что часть особей летает с попутными западными ветрами вокруг земного шара. Из этого, однако, не следует, что кочевки альбатросов - это сти- хийная свобода передвижения. Наблюдая за сопровождающими судно альбатросами, можно заметить, что даже в течение дня их состав и коли- чество не остается постоянным. Складывается впечатление, что альба- тросам известны определенные границы, достигнув которых, они отстают от судна, как бы передавая эстафету другим. Массовое кольцевание, про- 37
водившееся на многих островах и прямо в море, подтвердило многие из имеющихся на сей счет предположений и представлений. Действительно, в Южном океане существует мощный восточный дрейф птиц в великой системе Западных ветров. Странствующих и чернобровых альбатросов, окольцованных на расположенной в атлантической части Южного океана Южной Георгии, встречали в Тасмановом море, а королевских альбатро- сов из Новой Зеландии и странствующих с Кергелена - у Южной Амери- ки. В то же время кольцевание показало, что каждая популяция любого вида альбатроса имеет свои конкретные районы охоты. Птицы их хорошо знают и уверенно находят в безбрежном океане. Много данных, подтвер- ждающих это, приводится в публикациях известных орнитологов У. Ти- келла, У. Слейдена, Д. Гибсона и А. Сестона. Например, одним из постоян- ных мест кочевок странствующего альбатроса с Южной Георгии являются воды юго-восточного побережья Австралии в Тасмановом море. 25 авгус- та 1959 г. здесь прямо в море окольцевали альбатроса, который 26 февра- ля 1962 г. был встречен на Южной Георгии, а 25 августа 1962 г. он был вновь пойман в австралийских водах, к тому же в той самой точке, где его кольцевали первый раз (!). В июле 1963 г. его здесь поймали еще раз. Вот как может быть тесен мир даже в необъятном океане, где легко за- теряться. Ясно, что случайным этот консерватизм места назвать нельзя. Чернобровый альбатрос, живущий на Фолклендских (Мальвинских) ос- тровах, во внегнездовое время чаще всего мигрирует на север, в смеж- ные воды восточного побережья Южной Америки. Этот же вид с Южной Георгии, как правило, улетает на северо-восток в воды южного побе- режья Африки. Воды Новозеландского плато не покидает значительная часть гнездя- щихся здесь альбатросов пугливого и Буллера. Шире разлетаются новозе- ландские чернобровые альбатросы, но и они большей частью кочуют в сопредельных с Новой Зеландией водах. Правда, их область кочевок все же весьма обширна. Желтоносый альбатрос с островов, расположенных на границе Индийского и Южного океанов, большей частью улетает в воды Австралии. Таким образом, в миграциях альбатросов Южного океана можно выде- лить три характерные особенности. Зимой они держатся в более север- ных, а летом - в более южных широтах. У всех видов отчетливо выражен разлет в восточном направлении, а некоторые из них огибают и земной шар. Но одновременно с этим все популяции имеют свои характерные районы кочевок. Упорядочены миграции альбатросов и на севере Тихого океана. Темноспинный альбатрос, например, явно тяготеет к северо-за- падной части океана, а черноногий - к северо-восточной. Берег альбатросам нужен только для выведения потомства. Гнездятся они на обдуваемых ветрами океанических островах, обычно небольших. Ветер и здесь имеет для них большое значение. Он облегчает маневриро- вание большекрылых птиц при посадке и особенно при взлете. Известно всего одно гнездовье альбатроса материкового типа. Это маленькая колония королевского альбатроса п-ова Отаго на о-ве Южный в Новой 38
Зеландии. Правда, о-в Южный не материк, хотя и имеет большие раз- меры. Альбатросы Южного океана гнездятся в весенне-летний период. На ос- тровах они появляются обычно в сентябре-октябре, а некоторые из них, например дымчатый альбатрос, даже в конце зимы. Крупные альбатросы появляются несколько позднее - в конце весны и даже в начале лета, т.е. в ноябре-декабре. Календарные сроки размножения, свойственные альбатросам южного полушария, сохранили и их северотихоокеанские родичи, у которых сезон гнездования начинается в октябре-ноябре, т.е. приходится на осень и зиму. Это обстоятельство считают, между прочим, одним из дово- дов в пользу южного происхождения семейства альбатросов. Но не пере- строили альбатросы на севере Тихого океана календарь размножения не из-за консервативной наследственности. Дело в том, что на севере они заселили только субтропические острова, расположенные примерно между 25* и 30* с.ш. Летом на этих островах для выходцев из Южного океана, где они гнездятся в умеренном климате между 40* и 60’ ю.ш., попросту очень жарко. И, кстати, обитающий под экватором волнистый альбатрос живет совсем по иному календарю. Его гнездовой сезон начи- нается в мае и заканчивается в декабре. Так, наверное, удобнее в усло- виях Галапагосских островов. Все альбатросы из Южного океана делают массивные гнезда, напомина- ющие большие кочки и даже пеньки деревьев. Эти массивные сооруже- ния конструируются из водорослей, травы и грязи. Для жизни в суровых условиях такие обычаи имеют большое значение, тем более что гнездо- вый период продолжается очень долго. Строительством, как правило, занимается самка, а самец подносит необходимый материал. Волнистый н северотихоокеанские альбатросы, живущие, по нашим меркам, в более комфортных климатических условиях, напрочь забыли гнездостроитель- ное умение своих предков. Белоспинный альбатрос, например, делает небольшое углубление в грунте и устилает его сухой травой. Нечто похо- жее бывает и у темноспинного альбатроса, который, сделав ямку диамет- ром около метра и глубиной всего около 5 см, яйцо откладывает по суще- ству на голую землю. Правда, насиживающая птица, не поднимаясь с гнезда, пытается его достраивать, подбирая клювом оказавшиеся рядом отдельные сухие веточки и травинки. Ясно, что это не настоящее гнездо- строительство. Просто в памяти вида сохранились следы былого умения его предков. Черноногий альбатрос гнездится на песчаных пляжах и яйцо откладывает в простое углубление в песке. При сильных ветрах столь сыпучее гнездовое устройство может засыпаться, иногда прямо вместе с терпеливо сидящей птицей, которая затем вновь придает своему соору- жению нужный вид. Волнистый альбатрос вообще ничего не строит. Но иногда, как бы вспомнив о навыке предков, собирает и кладет вокруг себя немного ненужных камешков и сухой травы. Ненужных потому, что инкубирующая птица часто двигает яйцо и оно за несколько дней, по сообщению английского орнитолога М. Харисса, может быть передвинуто на расстояние до 40 м. 39
Все альбатросы - колониальные птицы. У одних видов, например у странствующего, королевского и волнистого, колонии ’’рыхлые” и гнез- да расположены в 5- 20 м и более друг от друга. Другие - особенно чер- нобровый и сероголовый - размещаются очень плотно, пара к паре буквально в 1-2 м. Пожалуй, самой тесной колонией является гнездовье чернобрового альбатроса на одном из островов Фолклендского (Мальвин- ского) архипелага. Здесь на каменистой равнине собирается 140—170 тыс. пар этого вида и на одно гнездо приходится лишь чуть больше квадратно- го метра. Вообще размер колоний у альбатросов очень разный и зависит от рель- ефа местности, численности видов, их экологических особенностей и, по-видимому, характера. Меньше всего колониальность выражена у дым- чатых альбатросов, которые обычно гнездятся разрозненно-одиночными парами или небольшими группами на скалах. Странствующий и королев- ский альбатросы занимают поросшие травой равнинные вершины остро- вов. Сероголовый и чернобровый располагают колонии на склонах, как на каменистых, так и с травянистой растительностью. Нередко строгая привязанность к определенному биотипу имеет большой смысл. Вот, например, как по одной версии произошло обособление черноногого и темноспинного альбатросов. Проникший когда-то в северную Пацифику предок этих видов, по-видимому, был больше похож на черноногого аль- батроса. Сначала он загнездился на песчаных островах. Когда его числен- ность сильно увеличилась, он стал заселять смежные острова, в том числе поросшие травой и кустарником. В связи с очень сильным гнездовым консерватизмом перемешивания между колониями не происходило. Постепенно накопились различия и сформировались два вида. Черноно- гий альбатрос в наше время так же, как и исходный предок, гнездится только на свободных от растительности пляжах по краям островов. А на заросших внутренних участках островов располагает свои колонии тем- носпинный альбатрос. Нередко их колонии совсем рядом, даже сопри- касаются, но не перемешиваются. Пикл размножения альбатросов, особенно странствующего и королев- ского, - это трудный и долгий марафон. Но преодолевается он деловито и спокойно. Вообще солидность и достоинство характерны для альбатро- сов и в тех случаях, где другие птицы мельтешат, ссорятся и дерутся. Такое не водится за альбатросами даже при занятии и охране гнездового участка и соревновании за самку. Первыми прилетают на острова и занимают места для будущих гнезд обычно самцы. Самки появляются через неделю-другую. А так как разводы у альбатросов очень редки, каждая находит своего самца. Но новые пары все же образуются ежегодно. Это происходит в случае гибели одного из партнеров, а также за счет впервые ставших половозрелыми молодых птиц. Все виды альбатросов демонстрируют еще одно постоянство. Они верны не только своему родному острову, мысу, долине или утесу. Каждый раз они занимают один и тот же участок, обычно в пределах нескольких метров от прошлогоднего гнезда. Такая четкая привязан- 40
ность неоднократно доказывалась кольцеванием. По данным американ- ского орнитолога X. Фишера, темноспинный альбатрос с Гавайских остро- вов, например, чаще всего делает новое гнездо не далее, чем в 1, 3 м от прошлогоднего места. Поразительная точность, если учесть, что на ров- ной местности гавайских атоллов немного особых примет. Верен своей колонии и не делающий гнезд волнистый альбатрос. Но, каким бы ни был сильным гнездовый консерватизм у альбатросов, он все же не стопроцентный. Отдельные особи, а иногда несколько процентов птиц, ежегодно оказываются в других колониях или даже на других островах. И это хорошо. В противном случае невозможно было бы расселение видов или восстановление погибших колоний. Так, кстати, образовалось недавно новое гнездовье волнистого альбатроса, о чем уже упоминалось выше. В последние годы стали появляться на о-ве Сенкаку, расположенном на границе Южно- и Восточнокитайского морей, бело- спинные альбатросы, которые были здесь истреблены несколько десят- ков лет назад. Пока они здесь не гнездятся, но факт их залетов именно в гнездовое время вселяет надежду на повторное заселение. В 1937 г. на п-ове Отаго в Новой Зеландии неожиданно загнездилась пара королевских альбатросов. Этот участок был огорожен и стал охра- няться. Сейчас здесь размножается уже несколько десятков птиц. Пс мнению новозеландского орнитолога Л. Ричдейла на Отаго в прошло: королевский альбатрос гнездился, но несколько сот лет назад, когда Но* вая Зеландия была впервые заселена людьми, колония была уничтоже- на охотниками за птицами моа. Все эти примеры говорят о том, что в ви довой памяти птиц сохраняются события далекого прошлого и иногда эта память может давать всплеск в наши дни. Чтобы подготовиться к яйцекладке, крупным альбатросам нужен месяц, а остальным видам примерно на неделю меньше. В этот период особое место в жизни альбатросов занимает устройство гнезда и брачные игры. Брачные игры у большинства видов альбатросов весьма эффекты и разнообразны и, в общем, под стать великолепному облику этих птиц. Самые сдержанные из них - дымчатые альбатросы, свадебные ритуалы которых чаще всего ограничиваются синхронным перекликанием. У альбатросов чернобрового, пугливого, сероголового, Буллера и желто- носого брачные церемонии более сложные и обычно при этом один из партнеров находится на гнезде. Птицы раскланиваются, веером распус- кает хвост, перебирают друг у друга перья, кричат. В число ритуалов альбатросов Буллера и желтоносого входит и хождение самца вокруг сидящей на гнезде самки. Конечно, все эти игры наследственно запро- граммированы и, скажем, одинокая самка, за чрезвычайно редким ислю- чением, не примет незнакомые ей ухаживания самца близкого вида. Но в ритуалах альбатросов есть не только запрограммированный автоматизм, но также нежность и чувства. От взаимных прикосновений клювами они временами даже замирают. У темноспинного альбатроса при выполнении брачных танцев птицы становятся друг против друга, осматривают грудь партнера, соприкасают- ся клювами, вытягивают вверх шеи и клюв, поднимаются на цыпочках, 41
поочередно поднимают то левое, то правое крыло, при этом трогают клювом изгиб поднимающегося крыла. Церемонии черноногого альбатро- са считаются менее утонченными, так как они проходят более бурно, а птицы в танце быстро и даже бегом сближаются и сталкиваются грудью. Наиболее эффективны брачные ритуалы у крупных видов. Здесь также есть поклоны, нежное притрагивание клювами к голове и шее партнера, пощелкивание клювами и стонущие звуки от избытка чувств, наконец, танцы, иногда по кругу, с поднятыми головами и распростертыми огром- ными крыльями. В таких ’’мероприятиях” у странствующего и королев- ского альбатросов сразу могут принимать участие несколько птиц. Кладка у альбатросов, как и у других трубконосых птиц, состоит из одного яйца. У крупных видов оно весит почти полкилограмма, у других видов - до 300 г или немного меньше. Интересно, что как в северном, так и южном полушарии не раз обнаруживали по два яйца в кладке. Иногда на долю таких гнезд приходилось до 1-2% от всех кладок. Оказалось, однако, что в таких случаях в одно гнездо откладывали яйца две самки. Впрочем, на Южной Георгии было найдено гнездо странствующего альба- троса с двумя яйцами, отложенными одной самкой. Но яйца были в два раза мельче обычных. Самки альбатросов из южного полушария, снеся яйцо, оставляют насиживать его самцам, а сами улетают в море кормить- ся и восстанавливать затраченные ресурсы. Это норма, но если по какой- лгбо случайности самец отсутствует, самка садится на яйцо сама. Изве- стен случай, когда самка странствующего альбатроса, отложив яйцо, ждала самца 18 суток. У северных альбатросов начинает насиживать самка, но после нескольких дней ее заменяет самец и до очередной смены сидит на гнезде более двух недель, а иногда даже больше месяца. Затем смены бывают почаще, через неделю или немного больше. В общей сложности самцу приходится на гнезде быть больше самки. У странствующего и королевского альбатросов инкубация очень дли- тельная - больше двух с половиной месяцев, но и у остальных видов лишь на две недели меньше. После появления птенцов один из родителей постоянно находится с ним от нескольких недель до месяца. Пока ново- рожденный окрепнет, он нуждается в защите. На островах Южного оке- ана в это время, хотя и начинается лето, еще холодно, часты дожди и про- низывающие ветры, тем более что колонии обычно располагаются с ветренной стороны. Поэтому, пока птенец не запасся жиром и не покрыл- ся толстым слоем пуха, не лишним бывает и родительское тепло. На Гавайских островах, наоборот, при жаркой погоде взрослая птица своей тенью прикрывает птенца от солнца. Пока птенец маленький, ему достаточно пищи, добываемой одним из родителей. Но с ростом потребность в пище увеличивается, и вскоре только общими усилиями обе взрослые птицы способны прокормить своего потомка. Он остается на гнезде один, и жизнь его превращается в терпеливое ожидание. Терпеливое потому, что у большинства видов альбатросов выкармливание продолжается около 5, у королевского - около 8, а у странствующего - около 9 месяцев. Для птенцов - это затянув- шееся детство, а для родителей - изнурительных труд. В общей сложнос- 42
ти гнездовий цикл у мелких видов альбатросов продолжается 7-9 меся- цев, а у странствующего и королевского - до 13 месяцев. Насколько это нелегкое занятие, можно судить по тому, что в одиночку ни самка, ни самец поднять на крыло единственного птенца не могут. При гибели одного из родителей птенец обречен. Так трудно дается альбатросам добыча необходимого количества пищи. Действительно, трудно не только быть альбатросом, но и вырастить его. Несмотря на длительный гнездовий цикл, большинство мелких видов альбатросов гнездятся ежегодно. Очень устают и не успевают восстано- виться после гнездового сезона сероголовый и дымчатый альбатросы, поэтому они следующий год отдыхают от семейных забот. Тем более не могут ежегодно гнездиться странствующий и королевский альбатросы с их более чем годовым гнездовым циклом. После размножения они отды- хают также год, а часть их, возможно, даже два года. Их популяции под- разделены на две примерно равные части. Когда часть птиц после успеш- ного размножения берет перерыв и улетает в море, другая половина, от- дохнув в течение прошедшего года, собирается на острова. Когда они прибывают в колонии, на берегу застают готовых к отлету в море птен- цов предыдущего цикла. Но даже у крупных видов около !й)% особей гнездится ежегодно. Это те птицы, у которых в самом начале сезона погибли или яйцо, или птенец. С другой стороны, у ежегодно гнездящих- ся видов до трети (наверное, более уставших птиц) пропускают один се- зон. Занимающиеся выведением потомства альбатросы после того, как пе- рестанут караулить птенца, почти все время находятся в поисках пищи. Воды Южного океана у островов, на которых гнездятся альбатросы, высокопродуктивны, поэтому большая часть птиц очень далеко от дома не улетает. Это легко заметить в отношении альбатросов Буллера и пугливого в районе Новой Зеландии. Как только судно выходит за пре- делы вод Новозеландского плато, патрулирующие его особи этих видов сразу отстают. Для того чтобы определить, на какое расстояние улетают за кормом странствующие альбатросы, на Южной Георгии их красили яркой краской, хорошо заметной с судов. Обобщив эти данные, извест- ный знаток альбатросов У. Тиккел установил, что большая часть птиц до- бывает пищу не далее 150 милт от колонии. Так же ведет себя чернобро- вый альбатрос. Но некоторые особи и в сезон выкармливания птенцов улетают очень далеко: сероголовый и чернобровый - более чем за 500 миль, светлоспинный дымчатый - 700 и дальше всех странствую- щий - почти за 1500 миль. Еще больше приходится трудиться во время выкармливания птенцов гавайским альбатросам. По данным американских орнитологов В. Робин- сона и Д. Райса, которые занимались массовым кольцеванием североти- *оокеанских альбатросов, возвраты колец взрослых черноногих альба- тросов в сезон размножения пришлись на районы до 1000-1500 миль, а темноспинного - в основном далее 1000 миль. Чтобы слетать на такие расстояния, нужно время. Как показали наб- людения за режимом кормления птенцов, взрослые птицы необхо- 43
димое время для этого имеют. Птенцы, на первых порах не нуждающиеся в большом количестве пищи, кормятся ежедневно. Но позднее каждый из родителей начинает прилетать только раз в 3-4 дня. Всего же за период выкармливания птенцов самец и самка прилетают по 60-70 раз. Примерно так же выкармливают и воспитывают птенцов и южные аль* батросы. Странствующие альбатросы кормят птенца в среднем один раз в 5-6, светлоспинные дымчатые - в 3, чернобровые и сероголовые - в 2 дня. О затраченных в таких случаях усилиях можно судить по результа- там охоты. За 9 месяцев выкармливания странствующие альбатросы, на- пример, приносят своему птенцу около 83 кг кальмаров. Это и много и мало. Мало потому, что это ведь на 9 месяцев, а птенцу нужно расти и развиваться. Много же потому, что каждый из родителей должен нало- вить кальмаров и для собственного пропитания. Когда сопоставляются потребности в пище отдельных птиц, то и суточные, и месячные, и годо- вые рационы не кажутся большими. Средний по размерам альбатрос, на- пример, в сутки съедает около килограмма пищи или немного больше. Но если такой рацион пересчитывается на большие колонии, выводы полу- чаются совсем иными. В частности, крупная колония чернобрового аль- батроса с одного из островов Фолклендского (Мальвинского) архипелага, в которой гнездится 140-170 тыс. пар и о которой выше уже говорилось, по расчетам П. Принце, за восемь месяцев гнездового периода потребля- ет 55 тыс. тонн пищи. А это уже внушительная цифра, если учесть, что охота ведется в основном в окрестных водах. Пищу морские птицы переваривают очень быстро, она буквально сго- рает в их желудках. Но альбатросы, как и другие трубконосые птицы, каким-то образом способны приостанавливать пищеварение и благодаря этому, могут сохранять ее в желудках, по нескольку дней находясь в море. Если быть более точным, то сохраняется она в виде желудочного жира и полупереваренных остатков. При кормлении птенец вставляет свой клюв крест-накрест в клюв родителя и жидкая пища как бы перели- вается из одного желудка в другой. Желудочный жир - это не только пища, дающая жизнь, но и орудие защиты во время долгого сидения птенца на гнезде. Жир имеет неприят- ный запах и, ’’стреляя” им в хищника струей, птенец имеет шанс защи- титься. Жизнь птенца однообразна и, по существу, это терпеливое ожидание одного из родителей, свидание с которым в каждый прилет длится всего несколько минут. Малоподвижный образ жизни птенца имеет свои выгоды. Так экономится энергия, птенцы набирают вес, жиреют и стано- вятся тяжелее родителей. Особенно внушительными бывают. птенцы странствующего альбатроса, которые в возрасте около семи месяцев ста- новятся в полтора раза массивнее родителей. Отдельные экземпляры достигают ни много ни мало пудового веса. Накопленные запасы жира расходуются на жизнь и развитие в завершающей стадии островной жиз- ни, когда родители все реже и реже прилетают кормить, а затем и вообще оставляют птенца, зная, что он и сам поднимется на крыло и найдет свою дорогу в океане. 44
Северные альбатросы заканчивают гнездовый цикл в начале лета, и молодым птицам в это время легче вступать в самостоятельную жизнь. Молодые южные альбатросы мелких видов улетают осенью. По невзгод наступающей зимы они также успевают окрепнуть. Птенцам же крупных альбатросов в связи с их сверхпродолжительным гнездовым циклом первую зиму предстоит просидеть в одиночестве на своем гнезде. Несом- ненно, наиболее трудно приходится странствующим альбатросам на самых южных колониях. Холода, сильные ветры, частые дожди и снегопа- ды, временами их засыпает снегом. Трудный и долгий путь надо пройти, пока вырастет альбатрос альбатросов. Когда молодые странствующие альбатросы разлетаются с островов, в Южном океане наступает лето. Разные виды альбатросов в общем имеют различные жизненные стра- тегии. Разными могут быть и адаптации к условиям размножения, поэ- тому у разных видов может отличаться и итог гнездового цикла, который оценивается в проценте вылетевших птенцов от числа отложенных яиц. Альбатросы, живущие в теплых широтах, до вылупления птенцов дово- дят около 70—80% яиц. Заметно хуже выживание у альбатросов Южного океана. У мелких южных альбатросов погибает 50-60% яиц. У степенного странствующего альбатроса этот показатель несколько лучше - только 40%. Потеря потомства может быть связана с нападениями поморников, футляроносов, гигантских буревестников, крыс и других хищников. При- водят к потере части яиц, а также птенцов ураганы, ливни, снег, обле- денения. Временами причиной может быть и бескормица в океане. Заме- чено, например, что волнистый альбатрос на Галапагосских островах в массе может бросать кладки. Судя по всему, такое бывает при ухудше- нии пищевой обеспеченности, вызванной вторжением теплых вод (изве- стное Элъ-Ниньо), при этом характерно, что это состояние как волна пере- дается от пары к паре. Самым ответственным в жизни альбатросов, как и других птиц, явля- ется птенцовый период. В этом время происходит и запечатление в памяти птицы места своего гнезда, колонии и острова. X. Фишер приво- дит в подтверждение этого результаты следующего эксперимента. С одного из Гавайских островов увезли и выпустили на свободу 3124 мо- лодых темноспинных альбатросов, еще ни разу не летавших в море, но уже готовых к разлету. Все они были окольцованы. Через несколько лет, став половозрелыми, они начали возвращаться в свою колонию. Некото- рые детали птенцового периода вообще могут определять даже принци- пиальные отличия гнездовых циклов альбатросов. В этом смысле давно привлекают внимание два нередко соседствующих альбатроса - черно- бровый и сероголовый. Чернобровый альбатрос заканчивает выкармлива- ние птенцов на месяц раньше. Его молодые улетают в океан в апреле, а у сероголового в мае. Всего месяц, но чернобровый успевает восстановить растраченные силы, поэтому гнездится ежегодно. Сероголовый же, как уже отмечалось, размножается только раз в два года. Светлоспинный дымчатый также заканчивает размножение в мае и, как сероголовый, пропускает один сезон. Суть описанных различий разъяснилась после детального изучения питания птенцов, о чем сообщается в работе Л. Кроксала и П. Принце. 45
Наблюдения проводились на Южной Георгии. Оказалось, что размеры рационов у них одинаковы. Но птенцы сероголового больше получают кальмаров, а чернобрового - рыбы и криля. Кальмары, конечно, являются морскими деликатесами. Не зря их так любят многие животные. Но они менее калорийны по сравнению с рыбой и ракообразными: рыба - 0,98; ракообразные - 1,04; кальмары - 0,83 ккал/г. В кальмарах меньше и кальция, необходимого для роста скелета птенца. Значение состава пищи для развитимя птенцов подтвердили опыты по подмене яиц у этих аль- батросов. Птенцы сероголового, которых вывели чернобровые, на криле- вой и рыбной диете заметно прибавили в росте, а птенцы чернобрового на кальмарной диете сероголовых ’’родителей” явно чувствовали себя угне- тенно. В этой связи очень вероятно, что и светлоспинный дымчатый аль- батрос имеет более длительный цикл в связи с тем, что кормит птенцов в основном также кальмарами и, кроме того, гораздо реже приносит птен- цам корм. Возникает вопрос, что лучше - стратегия жизни чернобрового альба- троса или сероголового? Трудно сказать, но бесспорно одно - обе они жизненны и обе приводят к процветанию вида. Чернобровый альбатрос выигрывает от ежегодного гнездования, но количество поднятых на крыло птенцов от отложенных яиц у него на 10% ниже, чем у сероголо- вого. Как уже отмечалось выше, в конце периода выкармливания родите- ли все реже прилетают к птенцу и морскую жизнь он начинает самосто- ятельно. В общем, он уже знает, куда нужно лететь и как добывать себе пищу. Но знание без опыта не всегда являются гарантией выживания в трудных условиях. Поэтому в течение первого года примерно половина молодежи и даже больше погибает. При жизни на берегу, особенно в самом юном возрасте, у птенцов есть враги. В морских же условиях для таких крупных птиц, как альбатросы, не страшны почти любые хищники, тем более что большую часть времена они проводят в парящем полете. Значит, повышенная гибель неопытных птиц в первый год их жизни связана с бескормицей, погодными условия- ми и болезнями. Но после отсева слабых, особенно в зрелом возрасте, ежегодная смертность обычно не превышает 5-8%. Первый самостоятельный год жизни молодые альбатросы проводят полностью в море. Но затем, на 2-3-м годах жизни, а иногда и позднее, в разгар гнездового сезона они начинают появляться на гнездовых коло- ниях, с возрастом время пребывания их на островах все увеличивается. Физиологически альбатросы готовы к размножению уже в возрасте 3- 4 года. Но этого оказывается недостаточно, нужен порядочный подгото- вительный период взросления. Отдельные птицы, как исключение, начи- нают гнездиться в 5-6 лет, но чаще в возрасте около 10 лет, а иногда и старше. Разные виды в этом смысле несколько отличаются, но не очень значительно. Таким образом, подготовка к супружеской жизни продолжается много лет. Неполовозрелые птицы в колониях группируются обособленно. Хороводясь, они присматриваются друг к другу, пытаются неумело уха- 46
живать и выполнять отдельные элементы брачных ритуалов. Все это можно рассматривать как репетицию перед большой самостоятельной жизнью взрослых птиц. Таким путем происходит формирование будущих пар. Коль на это уходит по 5-10 лет, можно видеть, с какой серьезностью и тщательностью альбатросы относятся к выбору спутника жизни. Неслу- чайно так редки у них разводы. А ведь вместе супруги бывают мало. По- очередно они сидят на яйцах, поочередно кормят птенцов и скорее всего почти не встречаются в море. Подсчитано, например, что самка и самец темноспинного альбатроса за 230 суток периода гнездования вместе бывают всего 5-10 дней. И при этом хорошо помнят друг друга. Очень любопытно то, что чем длиннее подготовительный период, тем более полноценным формируется альбатрос. Наблюдения за странствую- щим альбатросом показали, что смертность выше у тех птиц, которые на- чинают размножаться в более раннем возрасте. Очень высокой бывает, в частности, выживаемость птиц, впервые приступающих к размножению даже в 14—16 лет. Как видим, польза от ранних браков и в этом случае оказывается не бесспорной, а большая продолжительность периода воз- мужания и многолетних тренировок в дальнейшем компенсируется совершенством и жизнестойкостью птиц. Но все же как долог путь, чтобы стать настоящим альбатросом! Будучи столь основательными, альбатросы выделяются и большой про- должительностью жизни. Так и должно быть при низкой плодовитости (всего одно яйцо), позднем созревании и небольшой смертности взрослых птиц. Основываясь на данных массового созревания темноспинного аль- батроса, X. Фишер рассчитал, что около 3% птиц должны доживать до 40 лет. Аналогичные расчеты есть и по южным альбатросам. Считается, что отдельные особи альбатросов могут доживать до 50 и даже 80 лет. Такие оценки очень правдоподобны, хотя и являются результатом только теоретических расчетов. Кольцеванием это пока не подтвержде- но, т.к. кольцевать в массе альбатросов начали сравнительно недавно, а кроме того, кольца столь долго на лапах птиц, как правило, не удержи- ваются, их разъедает морская вода. Тем не менее, известно два случая рекордно долгого ношения колец, что дополнительно подтверждает возможность полувековой продолжительности жизни альбатросов. В 1973 г. на полуострове Отаго были встречены два королевских альбатро- са, один из которых был окольцован птенцом в 1941 г., а второй - в 1937 г. будучи взрослым, т.е. в тот год, когда здесь впервые начала фор- мироваться новая колония. Так как этой птице в 1937 г. было не менее 10 лет, то при повторной встрече возраст ее был как минимум 46 лет. Так живут альбатросы - птицы самой трудной профессии. Однако они с достоинством преодолевают все невзгоды, и их никак нельзя отнести к угнетенной группе птиц. Об этом в первую очередь говорит их высокая численность. Поголовье альбатросов в последние годы подсчитано непло- хо. Общая численность темноспинного альбатроса составляет около 2,5 млн, а черноногого - около 300 тыс. особей. Численность половозре- лых волнистых альбатросов достигает 24 тыс. Самый массовый в мире альбатрос - чернобровый. По минимальным оценкам поголовье только 47
его гнездящихся особей составляет 1,5 млн, но есть, как увидим дальше, и более высокие оценки. По-видимому, почти полмиллиона особей на- считывается в Южном океане сероголового альбатроса. Несколькими десятками тысяч птиц измеряется поголовье светлоспинного дымчатого альбатроса. Около 75 тыс составляет численность половозрелых странст- вующих альбатросов, но вместе с неполовозрелыми их более 100 тыс. Правда, здесь надо оговориться. Если реален амстердамский альбатрос и если он гнездится не только на о-ве Амстердам, то указанные цифры необходимо относить к обоим видам. Не менее, чем в два, а возможно, и в три раза ниже численность королевского альбатроса. Таким образом, на Земле сейчас живет в общей сложности не менее 5-6 млн альбатросов. По оценкам французских орнитологов Ж. Мужена и Ж. Прево, только в Южном океане насчитывается 12,7 млн альбатросов, из них почти 12 млн чернобрового. Можно надеяты я что высокая численность альбатросов сохранится и в будущем. Во многих местах их охраняют и, кроме того, в мире стано- вится все больше лк лей, у которых не поднимается рука на таких пре- красных птиц. Но были в судьбах некоторых видов альбатросов и дру- гие, по-настоящему драматические страницы, и о них нужно сказать. Альбатросов с давних времен отлавливали для питания или собирали их крупные яйца. Когда это делалось в ограниченных масштабах, отрица- тельных следствий не было. Например, в кухонных отбросах древних жителей Алеутских островов в большом количестве обнаружили кости белоспинного альбатроса, который летал сюда охотиться из района Японии. Но это не мешало альбатросу процветать до начала двадцатого столетия. На о-ве Торисима, например, гнездилось около 100 тыс. особей этого вида. В конце прошлого столетия началась заготовка перьев этого альбатроса, и еще до второй мировой войны он был истреблен почти пол- ностью. В литературе есть сведения, что на всех островах за весь период заготовок было убито 5 млн птиц. Во время войны на Торисиме, где стоял гарнизон, видели всего одного альбатроса. На других островах белоспинный альбатрос был истреблен полностью. Но, к счастью, несколь- ко птиц торисимской колонии, будучи в море, пережили трагедию и после войны появились на острове. С нескольких пар началось постепен- ное восстановление колонии. Сейчас вся популяция насчитывает около 250 птиц. С надеждой и тревогой орнитологи наблюдают за ее медленным ростом. На нескольких островах к югу от Японии были истреблены также тем- носпинный и черноногий альбатрос. Сейчас гнездовья постепенно восста- навливаются. Истребляли темноспинного и черноногого альбатросов и на Гавайских островах. Причиной этому послужили их столкновения с самолетами американских вооруженных сил, базирующихся на тех же самых атоллах архипелага, на которых размещаются колонии альбатроса. Драматизм ситуации обострялся большой привязанностью этих птиц к своим локальным местам, а также отсутствием у них страха перед людь- ми и техникой. Невероятно, но в связи с этим некоторые журналисты писали в то время, что альбатросы нападали на самолеты. 48
Более благополучной была судьба южных альбатросов. Но и здесь были случаи снижения их численности. Например, на о-ве Макуори в начале текущего столетия оставалось всего одно гнездо странствующего альбатроса. Сейчас их здесь несколько десятков. Но последние годы (по- видимому, из-за сбора яиц) примерно на 20% сократилось поголовье странствующего альбатроса в самой большой колонии на Южной Георгии. Есть один пример, когда численность альбатросов заметно возросла в связи с человеческой деятельностью. Это королевский альбатрос с о-ва Кэмпбелл, где расположена его главная колония. Численность его заметно возросла после того, как одичавшие здесь овцы вытоптали заросли и тем самым расширили пригодную для размещения гнезд площадь. Коснулось альбатросов местами и загрязнение моря. В результате ис- следований X. Фишера было установлено, что в тканях северотихоокеан- ских альбатросов в значительных количествах накапливаются пестици- ды, ртуть и другие вещества. При этом интенсивность заражения выше у черноногого альбатроса, который чаще подбирает отбросы с судов. Об- наруженные дозы в общем несмертельны. Но симптомы эти все же тре- вожные, так как речь идет об океанических птицах, которые мало кон- тактируют с наиболее загрязненными прибрежными водами. Альбатросы гнездятся главным образом на небольших островах, не представляющих особой ценности для хозяйственной деятельности. Не конкуренты альбатросы людям и в океане, где они так трудно добывают свое пропитание. Эти птицы, несомненно, заслуживают совершенно осо- бого к ним отношения. Здесь как нигде не место утилитарным целям и вообще как-то неуместными выглядят хозяйственные расчеты. Это тот случай, когда говорится, что красивое столь же необходимо, как и полез- ное. Неслучайно альбатросы стали символом морской романтики. БУРЕВЕСТНИКИ Семейство буревестников - самое распространенное и самое большое по количеству видов среди морских птиц. Буревестников можно встре- тить в любом районе Мирового океана - в высоких и экваториальных широтах, у берегов и посреди океана. Почему за этими птицами закрепилось название буревестники, а за частью видов тайфунники - неизвестно. Ни бурю, ни тайфун они не пред- вещают. Во время плохой погоды, правда, несколько меняется поведе- ние буревестников. При сильном ветре они реже бывают на воде, а полет их становится более динамичным и они чаще взмывают выше линии го- ризонта. Но все это является результатом изменения погоды, а не ее предвещением. В английских названиях некоторых буревестников и всех тайфун- ников есть слово ’’petrel”, производное от Петра, а точнее Святого Петра, который по преданиям мог ходить по поверхности воды. Кажется, какая здесь может быть связь со святым библейским апостолом? А объяснение более чем простое. Моряки давно заметили, что тайфунники, подбирая пищу, могут с распростертыми крыльями семенить по поверхности моря. 4. В.П. Шунтов 49
Такой способ питания, правда, больше свойствен качуркам, о которых будет рассказано в следующем разделе книги. И у этих птиц в названии каждого вида есть приставка ’’petrel”. Будучи хорошими летунами, буревестники тем не менее вряд ли любят очень сильные ветры и, конечно, они не радуются при приближе- нии бури. Несмотря на крепкие крылья, ураганы нередко уносят их даже в глубинные районы суши. При сильных штормах, когда по морю одна за другой начинают катить высокие гряды соленых валов, буревестники, как и другие морские птицы, стараются использовать затишные простран- ства в долинах между волн. В семействе буревестников примерно 65 видов. Очень возможно, что эта цифра еще не раз будет меняться. Дело в том, что систематичес- кий статус некоторых видов не совсем ясен. Есть буревестники, которых одни орнитологи считают видами, а другие только подвидами. Не исклю- чено, что есть еще вообще не описанные виды. Семейство буревестников включает птиц разного облика, размером от среднего альбатроса до качурки. При полете все они чередуют серии вз- махов крыльями с планированием над водой. В этом разные виды похо- жи, но есть между ними и заметные различия. Касаются они в первую очередь стиля полета, повадок и способов добычи пищи. По этим призна- кам буревестников можно разделить на четыре естественные группы. Большую группу составляют настоящие буревестники - стройные птицы и отличные летуны. При работе крыльями они делают эффективные глубокие взмахи, а планирующие способности разных видов прямо свя- заны с длиной крыльев. Длиннокрылые виды крыльями машут внешне неспешно, но этого достаточно для легкого и довольно продолжительно- го планирования. Короткокрылые виды планируют хуже, поэтому вы- нуждены часто делать серии быстрых взмахов крыльями. Зато они отлично ныряют, как с положения на плаву, так и с лёта, под углом вре- заясь в воду, и с помощью крыльев как бы продолжая подводный полет. Еще одна большая группа буревестников - тайфунники. Для них характерен более воздушный образ жизни. Хорошо нырять они не умеют и пищу обычно берут с поверхности моря. Крылья у тайфунников нес- колько шире, чем у настоящих буревестников, а полет менее устойчи- вый и прямолинейный. Они часто меняют направление полета и на виражах делают ’’горки”, во время которых крылья сгибаются в запястье и фиксируются в таком положении. Тайфунники как бы вьются над морем, поэтому они имеют еще одно довольно характерное название - птицы-оводы. И настоящие буревестники, и тайфунники встречаются как в северном, так и южном полушариях. Только в южном полушарии живут виды еще одной группы буревест- ников - прионы, или китовые птицы. Есть мнение, что китовыми птица- ми их называют по той причине, что их стаи нередко наблюдаются по соседству с кормящимися китами. Более правдоподобно, однако, что имя свое они получили за способ добычи пищи. Как и усатые киты, прионы через щеточку роговых пластинок клюва фильтруют воду, отцеживая 50
планктон. При этом они энергично гребут крыльями и скользят по по- верхности моря. Вместе с тем прионы неплохо ныряют. В основном в Южном океане живут и буревестники, объединяемые в группу глупышей. Один вид, а именно хорошо известный настоящий глупыш, обитает в высоких и умеренных широтах северного полушария. К этой группе относятся и гигантские буревестники, не уступающие по размерам средним альбатросам, а также капский голубь, антарктический и снежный буревестники. Все эти птицы, особенно гигантские буревестни- ки, имеют довольно массивные клювы, они не умеют нырять, а пищу подбирают с поверхности моря, для чего садятся на воду. Они любят различные отбросы, поэтому часто летают за судами. При полете птицы из ’’глупышевой” группы делают частые неглубокие взмахи крыльями и, набрав скорость, планируют над водой. Ну а гигантские буревестники имеют не только альбатросовый размер, но и полет. В книгах до сих пор изображают буревестников, гордо стоящих на прямых ногах у берега моря. Некоторые их виды, как уже упоминалось, могут семенить по воде. Многие виды, включая крупных гигантских буревестников, при подъеме с воды, особенно при тихой погоде, разбе- гаются, энергично работая перепончатыми лапами. Но насколько уверен- ными, ладными и координированными выглядят буревестники в полете и на воде, настолько они неуклюжи на суше. Только гигантские буревест- ники способны твердо ходить и стоять на ногах, они ведь и пищу могут добывать на суше. Все остальные виды по земле ковыляют на согнутых ногах, опираясь не только на лапы, но и на цевку, при этом помогая себе полураскрытыми крыльями. Лишь немногих из буревестников можно легко узнать на расстоянии, т.е. с борта судна. Как и при распознавании других морских птиц, наблю- дая за буревестниками, важно учитывать кроме особенностей полета, силуэта и оперения размеры и географическое место встречи птицы. Особое место среди буревестников занимают самые крупные из них гигантские: южный (Macronectes giganteus) и северный (М. halli), живущие в Южном океане. Они размером со среднего альбатроса, имеют размах крыльев около двух метров и даже немного больше. Гигантские буре- вестники любят сопровождать суда, поэтому с близкого расстояния можно хорошо рассмотреть их более грубое, чем у альбатросов, строение и очень массивный светлый клюв. Южный гигантский буревестник гнез- дится на антарктических островах и местами непосредственно на по- бережье Антарктиды. Окраска большей части особей этого вида светло- бурая, но встречаются и почти полностью белые экземпляры (рис. 12). Доля светлых птиц в разных местах неодинакова, но редко превышает 10%. Северный гигантский буревестник гнездится на островах умеренной зоны Южного океана. Он похож на бурых особей своего южного собрата, но заметно темнее его. И все же отличить их непросто. Неслучайно, до недавнего времени их считали одним видом. Самый известный из буревестников - наверное, глупыш (Fulmarus glacialis), живущий в северных частях Тихого и Атлантического океанов, а также в Арктике. Глупышем эту птицу прозвали за доверчивость. Его 51
Рис. 12. Южный гигантский буревестник: темная (1) и светлая (2) морфы Рис. 13. Глупыш: светлая (1) и темная (2) морфы
легко можно поймать даже сачком с борта рыболовного судна, когда они скапливаются привлеченные отходами промысла. Это птица средних размеров с размахом крыльев чуть больше метра. В обоих океанах у глупыша есть светлая и темная морфы (рис. 13). Интересными и пока необъяснимыми являются особенности географического распространения морф в Тихом и Атлантическом океанах. В более северных районах Тихого океана абсолютно преобладают светлые птицы, а в более южных - темные. В Атлантике все наоборот. В Южном океане живет близкий вид глупыша - антарктический, или южный, глупыш (F. glacialoides). Он имеет и другое название - серебрис- то-серый буревестник. Темных особей у этого вида нет. Он похож на свет- лую морфу северного вида: пепельно-серый верх, темные концы крыль- ев, белый низ. В Южном океане сходных по окраске с глупышем других птиц нет. Совсем не похожи на других птиц в Южном океане еще три буревест- ника средних размеров с размахом крыльев около 90 см: снежный и ан- тарктический буревестники и капский голубь. Снежный буревестник (Pagodroma nivea) “ белоснежная птица с черными лапами, клювом и бусинками глаз. Антарктического буревестника (Thalassoica antarctica) отличает ’’двухцветная”, а капского голубя (Daption capensis) - пестрая, как бы ’’шахматная” верхняя сторона тела (рис. 14). Может возникнуть вопрос относительно названия последнего вида буревестника, а имен- но - почему его называют голубем. Дело здесь в ’’голубином” облике этой птицы, что давно заметили европейские моряки, впервые попав- шие в Южный океан. В то далекое время, ища путь в Индию, они посте- пенно достигли мыса Доброй Надежды, т.е. вод будущей Капской провин- ции, где каждый раз наблюдали любящего летать за судами доверчивого буревестника, отдаленно напоминающего голубя. Так эта птица и стала капским голубком. А распространен он по всему Южному океану. Лишь гигантским буревестникам по размерам уступает в Южном океане белогорлый буревестник (Procellaria aequinoctialis). Размах крыль- ев у него около 135 см, оперение черно-бурое, и выделяется только белый подбородок. Лишь немного меньше размеры имеют два менее многочисленных полностью черных новозеландских вида: буревестник Паркинсона (Р. parkinsoni) и вестландский (Р. westlandica). Кочуют они по южной части Тихого океана и с борта судна неопытным глазом их вряд ли можно различить. Список буревестников черного цвета перечисленными видами далеко не ограничивается. Преимущественно черно-бурое оперение имеет еще целая группа видов буревестников и тайфунников среднего размера, размах крыльев которых укладывается в диапазон от 80—85 до 100— ПО см. При метровом размахе они, однако, не кажутся массивными, ведь в огромном морском просторе размеры и расстояния сильно скрадывают- ся. Этому способствует и стройность длиннокрылых силуэтов птиц. В австрало-новозеландском регионе и в районе южной оконечности Южной Америки гнездится серый буревестник (Puffinus griseus). Правиль- нее, конечно, было назвать его бурым. Он весь темный, но при полете 53
Рис. 14. Антарктический буревестник (1) и капский голубь (2) хорошо виден мелькающий серебристо-белый низ крыльев (рис. 15). Южным летом серый буревестник в больших количествах встречается не только в районе гнездовий, но и в Антарктике. Когда в южном полуша- рии наступает зима, миллионы особей этого вида прилетают в северную часть Тихого и Атлантического океанов. В австрало-новозеландском районе гнездится также бледноногий, или толстоклювый, буревестник (Р. carneipes). Здесь он держится несколько севернее серого, и в Антарк- тику не проникает. На зиму он летает на север Индийского океана, достигая Аравийского моря, и в северную часть Тихого океана. В послед- нем районе он по сравнению с серым, как и на юге, держится в более низких широтах. Бледноногий буревестник немного массивнее серого, у него темные подкрылья, но светлые лапы и клюв. В районе юго-восточно- го побережья Австралии и вокруг Тасмании гнездится тонкоклювый буревестник (Р. tenuirostris). Он немного меньше серого, и лишь у неболь- шой части особей подкрылья бывают серебристыми. Южную зиму он про- водит в северной части Тихого океана, достигая Чукотского моря. В тропиках Тихого и Индийского океанов гнездится и кочует клино- хвостый буревестник (Р. pacificus). Размером он с тонкоклювого, но выг- лядит более стройным благодаря длинному клиновидному хвосту. Кроме полностью темной морфы у клинохвостого буревестника есть и белобрюхая (рис. 15). Обе морфы могут встречаться в смешанных стаях. В тропиках Тихого океана есть еще один буревестник, похожий на тонко- клювого и темную морфу клинохвостого. Это рождественский буревест- ник (Р. nativitatis) - птица с легким сложением и полетом, при этом она заметно меньше двух первых видов. Есть несколько видов с темным оперением и среди тайфунников сред- него размера. Чтобы отличать их от буревестников, надо иметь в виду, 54
Рис. 15. Бледноногий (1) и серый (2) буревестники, светлая (3) и темная (4) морфы клинохвостого буревестника что тайфунники менее прогонисты, у них более крупная голова и вообще они имеют более округлые формы. Отличаются они и полетом. Буревест- ники, как уже говорилось, при полете чередуют быстрые взмахи крыль- ями с прямым планированием. Полет же тайфунников непрямолинейный и неровный; временами он напоминает маневрирование летучих мышей (птицы-оводы). В австрало-новозеландском регионе, а также на юге Индийского и Ат- лантического океанов гнездится длиннокрылый, или серолицый, тайфун- ник (Pterodroma macroptera). Он весь темный, только выделяется серая передняя часть головы (рис. 16). На о-ве Лорд-Хау в Тасмановом море гнездится такого же размера тайфунник Соландра (Р. solandri), который в 55
Рис. 16. Тайфунники длиннокрылый (1) и Соландра (2) литературе фигурирует еще под двумя необычными названиями - вестник несчастья и птица-провидение. На общем темном фоне у него хорошо видны по крупному треугольному пятну на концах нижней стороны крыльев и светлая лицевая часть головы (рис. 16). Тайфунник Соландра во время южной зимы летает через экватор на север Тихого океана, но в окраинные моря здесь не проникает. На островах южной части Тихого океана размножается еще один тайфунник с белыми пятнами на вершинах подкрыльев - кермадекский тайфунник (Р. neglects). Но у этого вида две морфы - светлая и темная. Птицы светлой морфы имеют белую голову и белую брюшную часть тела. Особи темной морфы полностью черно-бурые, за исключением белых пя- тен на подкрыльях. Кермадекский тайфунник также летает в северное полушарие, но не далее широты Японии. Также в тропиках южной части Тихого океана гнездится тайфунник Мэрфи (Р. ultima), проникающий в северное полушарие до Гавайских островов. Он светлее других темных тайфунников. Оперение его буро-серое, а передняя часть головы почти белая. В северо-западной части Индийского океана живет тайфунник Жуанэ- на (Bulweria fallax). Здесь нет других таких же тайфунников темного цвета. Кроме того, для этого вида характерен удлиненный клиновидный хвост. Вообще же тайфунник Жуанэна - редкая птица; известен он всего по нескольким экземплярам. Гнездовья его пока не обнаружены, предпо- лагается, что они располагаются где-то в районе Сомали и Омана. Среди черных тайфунников среднего размера есть два вида, которых по существу мало кто из специалистов видел вообще. Это маскаренский тайфунник (Р. aterrima) и тайфунник Мадженты (Р. magentae). Первый известен по нескольким шкуркам с о-ва Реюньон в Маскаренском архи- пелаге, расположенном восточнее Мадагаскара. Второго - более ста лет знали всего по одному экземпляру. Его родина - Чатамские острова у Новой Зеландии. А ’’Маджента” - это итальянское научное судно, с ко- 56
торого и был добыт единственный экземпляр тайфунника в середине прошлого века. Только в конце 70-х годов настоящего столетия было твердо установлено, что тайфунник Мадженты еще сохранился. Наконец, о самых мелких буревестниках и тайфунниках, имеющих темное оперение. Они лишь немного крупнее качурок и имеют размах крыльев около 60—70 см. В Южном океане встречается кергеленский тайфунник (Р. brevirostris). Основной фон его оперения темно-серый. В субтропиках северной Атлантики, в тропиках и северных субтропиках Тихого океана обитает тайфунник Бульвера (Bulweria bulwerii). На темно- буром фоне сверху у него отчетливо выделяются по продольной светлой полосе. В отличие от качурок у него длинный клиновидный хвост. Его ближайший родственник - тайфунник Макджилливри (В. macgillivrayi), чуть крупнее и имеет полностью темное оперение. Места гнездования этого редкого тайфунника долго были неизвестны. Только в 1984 г. его нашли на одном из островов архипелага Фиджи. Столь же загадочная птица - буревестник Хейнрота (Puffinus heinrothi), известный по одному экземпляру с Соломоновых островов. Внешне он напоминает маленькую копию тонкоклювого буревестника. Вот и все черные буревестники и тайфунники. Больше всего их видов в Тихом океане. В семействе буревестников гораздо больше не темноперых видов, а птиц с белым низом и серым или пятнистым верхом. Как и их темных собратьев, белобрюхих птиц можно подразделить по размерам на группы. Несколько видов белобрюхих буревестников имеют размах крыльев более метра - 110-125 см. В Южном океане гнездится и кочует бурый бу- ревестник (Procellaria cinereus), сопоставимый по размерам с темными буревестниками вестландским и Паркинсона. Верх у него темно-серый, с более темной головой и хвостом. Нижняя сторона тела белая. В субтропиках северо-западной части Тихого океана гнездится такой же крупный вид - пестролицый буревестник (Calonectris leucomelas). Зимой он откочевывает на юг, достигая морей Австралии и Новой Зелан- дии. На светло-буром фоне верхней части тела у него выделяется более светлая голова (рис. 17). Полет этого буревестника хотя и быстрый, но кажется неторопливым. Медленные и глубокие взмахи крыльев он чере- дует с продолжительным планированием. В субтропиках Северной Атлантики гнездится близкий к пестролице- му средиземноморский буревестник (С. diomedea). На кочевках он бывает в умеренных широтах Северной Атлантики и за экватором на юге Атлантического океана. У Новой Зеландии гнездится буревестник Бул- лера (Puffinus bulleri). Во время южной зимы он летает на север Тихого океана. От пестролицего буревестник Буллера отличается немного мень- шими размерами, черной шапочкой и темной полосой на спине в виде буквы ”М” (рис. 17). На юге Атлантического океана гнездится большой буревестник (Р. gravis), на зиму мигрирующей в Северную Атлантику. От средиземноморского он отличается черной шапочкой и черным хвостом. В юго-восточной части Тихого океана гнездится близкий по системати- ческому положению к черному бледноногому буревестнику похожий на него по комплекции розовоногий буревестник (Р. creatopus). Верх у него 57
Рис. 17. Буревестники Буллера (1 и 2) « пестролиций (Зн4) бурый, подкрылья серые, а нижняя часть тела белая. Зимой он мигрирует в тихоокеанские воды Северной Америки. Несколько уступает по размерам перечисленным белобрюхим буре- вестникам десяток видов тайфунников, в оперении нижней части тела которых преобладает белый цвет. Размах крыльев у них 90-100 см. В Южном океане гнездится и кочует белоголовый тайфунник (Р. les- soni). И хотя спина у него серая, с ней заметно контрастирует белая голо- ва (рис. 18). Несколько видов из этой группы имеют черную шапочку. В южной части Тихого океана гнездится белошейный тайфунник (Р. exter- na), совершающий перелеты в северное полушарие. На темно-сером фоне верхней части тела у него контрастно выделяются черная шапочка, бе- лый ошейник и черная ломаная полоса через крылья в виде буквы ”М” (рис. 18). На Бермудских островах гнездится почти не сохранившийся бермудский тайфунник (Р. cahow ), а в Карибском районе размножается черношапочный тайфунник (Р. hasitata). Они похожи: у обоих видов хорошо за- 58
метны черные шапочка и хвост, спина и верх крыльев темно-серые, на нижней части спины выделяется более темный ромб. Черношапочный тайфунник отли- чается от бермудского белым ошейником и белым надхвостьем (рис. 19). Под- вид черношапочного тайфунника - ямайский тайфунник в основном темного цвета. Но эту птицу уже давно не видели. Возможно, он вообще исчез. Родст- венник бермудского и черношапочного тайфунников - тайфунник Баро (Р. baraui) был обнаружен и описан в 60-х годах. Основная его колония нахо- дится на о-ве Реюньон в Маскаренском архипелаге в Индийском океане. Обнаружен он и на соседнем о-ве Родригес. Он похож на два первых ви- да, но не имеет светлых перьев на надхвостье. И последний тайфунник с черной шапочкой - гавайский (Р. phaeopygia). Он гнездится на Гавай- ских и Галапагосских островах. От белошейного тайфунника, с которым он может быть встречен в одних и тех же районах, отличается отсутстви- ем белого ошейника по верху шеи. Четыре вида белобрюхих тайфунников имеют темную голову, шею и грудь. В южной части Атлантики гнездится тайфунник Шлегеля (Р. in- certa). На кочевках он залетает в южную часть Индийского океана (рис. 19). Это довольно крупный тайфунник с размахом крыльев немного больше метра. В тропиках Атлантического, Индийского и Тихого океанов 59
Рис. 19. Тайфунники Шлегеля (1) и белошапочный (2) Рис. 20. Обыкновенный буревестник (вид снизу и сверху). гнездится и кочует похожий на него тринидатский тайфунник (Р. armin- joniana), но он чуть помельче. У этого тайфунника есть темная морфа с полностью серо-коричневым оперением. В тропической части Тихого океана обитает еще два темногрудых тай- фунника: Феникса (Р. alba) и таитянский (Р. rostrata). Они заметно меньше тринидатского и имеют размах крыльев около 85 см. Тайфунник Феник- са отличается от таитянского белым подбородком. Выше уже обращалось внимание на то, что семейство буревестников наиболее богато среди морских птиц видами. Многие из них уже перечис- лены, но и это еще не все. Осталось назвать еще два десятка мелких 60
белобрюхих видов. Самый известный из них - обыкновенный буревест- ник (Puffinus puffinus). Он гнездится в умеренных и субтропических широтах Северной Атлантики, а также на границе тропиков и субтропи- ков в северной части Тихого океана. Во время сезонных миграций обык- новенный буревестник из Северной Атлантики летает за экватор к Юж- ной Америке. Много прилетает его в Черное и Азовское моря. Подвиды обыкновенного буревестника, живущие в северных субтропиках Тихого океана, некоторые исследователи считают самостоятельными видами. Обыкновенный буревестник имеет размах крыльев около 70 см. Верхняя половина его тела и крыльев темные, нижняя белая (рис. 20). При полете обыкновенный буревестник чередует планирование с 3-4 взмахами крыльев, при этом он, переваливаясь с боку на бок, показывает то верх- нюю, то нижнюю стороны тела. В австрало-новозеландском районе обитают близкие и похожие на обыкновенного буревестника - порхающий (р. gavia) и Хуттона (р. hut- toni). У буревестника Хуттона нижняя часть головы серая, у порхающе- го - белая. В тропиках и субтропиках всех океанов обитает буревестник Одюбона (Р. Iherminieri). Он очень похож на предыдущие виды, но при полете боль- ше машет крыльями: периоды планирования он чередует с 6-7 частыми взмахами крыльев. Самый мелкий из настоящих буревестников - ма- лый, или сумеречный (Р. assimilis). Он похож на обыкновенного, но за- метно меньше; размах крыльев у него чуть больше 50 см. Имея короткие крылья, малый буревестник не может продолжительно планировать и вы- нужден делать частые взмахи. Встречается малый буревестник в авст- рало-новозеландском районе и далее на восток Тихого океана по тем же широтам. Обитает он также в Южной Атлантике, а также в субтропиках Северной Атлантики. На новозеландских островах гнездится сходный по размерам с буре- вестниками порхающими и Хуттона пестрый тайфунник, или тайфунник Пила (Pterodroma inexpectata). Он совершает перелеты на север Тихого океана до Берингова моря и на юг в Антарктику. На серо-голубом фоне спинной части у него хорошо заметна темная полоса в виде буквы М, темная шапочка, а снизу - темное брюхо (рис. 21). В Южном океане обитает группа самых мелких буревестников - прио- нов, или китовых птиц, имеющих размах крыльев в пределах 40-50 см. Во время кочевок они залетают в южные части Тихого, Индийского и Атлантического океанов. Прионов шесть видов: Сальвина (Pachyptila salvini), ширококлювый (Р. vittata), тонкоклювый (Р. belcheri), чернохвос- тый, или толстоклювый (Р. crassirostris), огненный (Р. turtur) и антаркти- ческий (Р. desolata). Окраска их однотипная: белый низ, пепельно-голубой верх, на фоне которого выделяется темная буква М и темный конец хвоста (рис. 22). Оперением и размерами похож на прионов голубой буре- вестник (Halobaena caerulea), который также живет в Южном океане. От- личается от них он белым концом хвоста и черной шапочкой (рис. 22). Наконец, последние виды семейства буревестников - семь видов мелких белобрюхих тайфунников. Размах крыльев у них укладывается 61
Рис. 22. Тайфунник Кука (2), прион (2) и голубой буревестник (3) (из Такка и Хейцеля, 1980) в 65-70 см. Издалека они похожи на прионов, особенно тайфунник Кука (Р. cooki), у которого на спине выделяется более темная буква ”М” (рис. 22). У других видов буквы М нет, верх у них темно-серый с голу- бым. Лучше они различаются по рисунку на подкрыльях. Мягкоперый, или шелковистый, тайфунник (Р. mollis) имеет темную нижнюю сторону крыльев. Обитает он на юге Атлантического и Индийского океанов с сопредельными водами Южного океана, а также у северо-западного по- бережья Африки. У других тайфунников этой группы подкрылья белые с темным рисунком различной конфигурации. Все они живут только в Ти- хом океане. В южной части Тихого океана, преимущественно в субтро- пиках гнездятся тайфунник Кука, чернокрылый (Р. nigripennis), Штейне- гера (Р. longirostris), чатемский (Р. axillaris) и белокрылый (Р. leucoptera), 62
Рис. 23. Тайфунники бонинский (1)9 чатамский (2), чернокрылый (3)м Штейнегера (4) (из Так к а и Хейнцеля, 1980) а на Гавайях и субтропических островах южнее Японии - бонинский (Р. hypoleuca). Южные тайфунники на кочевках бывают и в тропиках, и в субтропиках северной Пацифики. У бонинского и белокрылого тайфунников вдоль всей передней час- ти подкрыльев проходит довольно широкая черная полоса, у чернокры- лого такая полоса не доходит до корпуса, у тайфунников Штейнегера и Кука подкрылья почти полностью белые, а у чатамского черные полосы расширяются у основания крыльев (рис. 23). Даже только по кратким упоминаниям областей распространения разных видов буревестников видно, что это широко мигрирующая группа. Как и альбатросы, буревестники в основном птицы океаническо- го простора. Оседлых видов среди них нет. У тропических буревестников 63
правда отсутствуют фиксируемые строгими сроками перелеты. Они, широко рассеиваясь по теплым широтам, кочуют не придерживаясь каких-либо постоянных пролетных путей. При этом их ареалы обычно пульсируют до субтропических вод на север летом северного полушария, а на юг - летом южного полушария. Такие же миграции совершают и многие виды буревестников Южного океана. Зимой северная граница распространения многих видов подни- мается до субтропических и даже тропических широт. Но одновременно, используя преобладающие западные ветры, южные буревестники, как и альбатросы, кочуют в широтном направлении. Некоторые из них таким путем огибают Земной шар. Больше времени для миграций вокруг Земли имеют молодые неполовозрелые птицы. Разлет буревестников Южного океана в восточном направлении подтвержден кольцеванием. Много, в частности, кольцевали гигантских буревестников, которые и способом полета, и характером миграций ’’пытаются подражать” альбатросам. У довольно большой группы южных буревестников сформировались трансэкваториальные перелеты из полушария в полушарие. У массовых видов они нередко носят грандиозный характер. При помощи кольцевания и прямых наблюдений сейчас хорошо известны даже детали таких мигра- ций. Но и на опытного натуралиста не может не произвести впечатления многотысячная вереница тонкоклювого буревестника из Тасмании в Беринговом проливе или серого буревестника с Огненной Земли у бере- гов Гренландии. Среди буревестников и тайфунников, летающих через экватор, больше видов из южного полушария. Это вполне объяснимо, ведь здесь гнез- дится особенно много видов буревестников. Но далеко на юг летают и буревестники северного полушария, например пестролицый из японских вод до Тасманова моря, а обыкновенный буревестник из Европы до юго- восточного побережья Южной Америки. Миграционные маршруты буревестников и других трубконосых птиц орнитологи всегда пытались систематизировать. Выделялось много типов по образу перелетных путей сухопутных птиц. Но по мере накопления данных оказалось, что строгих и узких морских дорог у перелетных бу- ревестников нет, хотя область кочевок и перелетов у каждого вида своя. Особенно много писалось и пишется до сих пор о перелетах тонкоклюво- го буревестника по петлеобразному маршруту в виде восьмерки: от Тас- мании сначала на северо-восток, затем поворот к Японии, откуда в Бе- рингово море, а обратно на юг сначала вдоль побережья Северной Амери- ки с поворотом от Калифорнии к восточному побережью Австралии. Столь замысловатый путь так интриговал своей необычностью, что многие годы не замечались не укладывающиеся в него факты. Во всех перечисленных районах тонкоклювый буревестник действительно бывает, а в некоторых местах с завидной постоянностью. А. Кист, автор книги ’’Австралия и острова Тихого океана” из известной серии ’’Конти- ненты, на которых мы живем”, пишет: ’’Если смотреть на океан со скал Нового Южного Уэльса в октябре и ноябре, то примерно в полукилометре от берега всегда можно увидеть цепочку буревестников, летящих на 64
юг”. Это о пролете тонкоклювого буревестника у юго-восточного по- бережья Австралии, когда возвращающиеся буревестники приближаются к своей родине. Есть такие памятные места у этого вида и в северном полушарии. С апреля по июнь нельзя, например, не увидеть тонкоклювого буревестни- ка в Унимакском районе Берингова моря и залива Аляса, а в августе- сентябре в Наваринском районе и в водах Берингова пролива. Имеется постоянство, бывают и различия, но только двойную петлю тонкоклювый буревестник по Тихому океану не делает. По северо-западной части Тихо- го океана он пролетает и весной и осенью, при этом не только у японских берегов. В частности, весной, когда тонкоклювый буревестник появляет- ся в северном полушарии, его стаи летят в Охотское и Берингово моря, а также в залив Аляска на всем пространстве между Японией и Гавайски- ми островами. И, кстати, зимой южного полушария небольшое количест- во буревестников остается на юге. С другой стороны небольшая часть этих птиц остается зимовать в северном полушарии. Кроме того, в мигра- циях молодых и половозрелых буревестников наблюдаются заметные различия. Как будет отмечено ниже, буревестники становятся полово- зрелыми в солидном возрасте. Когда взрослые птицы заняты выведением потомства, миллионы неполовозрелых буревестников держатся не только в австралийском районе, но также кочуют в сопредельных водах Южного океана. Эти птицы в северное полушарие отправляются в конце марта. В середине апреля, оставив на островах птенцов, улетают на север размножавшиеся особи. Птенцы отправляются за ними только в конце апреля - начале мая. Несмотря на хорошие скорости полета, перелет занимает около месяца. В таком же темпе летают и другие виды буревест- ников, совершающие трансэкваториальные миграции. Перелеты совершаются по-разному. Есть индивидуалисты, они держат- ся поодиночке и в районах кочевок, и при перелетах. Таким, например, является пестрый тайфунник и вестник несчастья, летающие в северную часть Тихого океана из южного полушария. Так ведут себя и часть особей массовых видов, в частности тонкоклювого и серого. Но большая часть таких видов летает стаями - редкой, но простирающейся на большие пространства россыпью, небольшими стайками, огромными компактны- ми стаями или длинными и даже многокилометровыми цепочками. Уже много лет в литературе повторяются сведения о наблюдениях исследова- теля Бассова пролива капитана М. Флиндерса, имя которого носит сейчас один из островов в проливе, на котором, кстати, гнездится тонкоклювый буревестник. В 1802 г. М. Флиндерс видел в Бассовом проливе плотную ленту тонкоклювого буревестника, которые сплошным потоком летели полтора часа. В разных изданиях говорится, что в этой ленте было от 12 до 50 млн птиц. Обе цифры несомненно завышены, при оценке больших скоплений животных всегда есть место для эмоций. Но стаи тонкоклюво- го буревестника в несколько тысяч и даже десятков тысяч птиц - явле- ние не исключительное. Целесообразность дальних перелетов для буревестников несомненна. Ведь в каждом полушарии птицы оказываются в летний период, когда 5. В.П. Шунтов 65
кормовые условия бывают наиболее благоприятными. Одним словом, перелетные буревестники, судя по всему, неплохо ориентируются в биологических явлениях, происходящих в разных и далеко отстоящих друг от друга районах Мирового океана. Для таких перелетных видов в океане серьезных преград нет. Они не боятся тропической жары, правда, экваториальный пояс они стараются преодолеть быстро. Большую часть года благодаря этому они проводят в умеренных и высоких широтах. Большие перелеты, конечно, требуют определенных напряжений, бывают и случаи массовой гибели, особенно среди молодых. Но факт очень высокой численности многих дальних мигрантов говорит сам за себя. Например, северным летом, когда австралийский тонкоклювый буревест- ник и похожий на него северный из Новой Зеландии, прилетают в север- ную часть Тихого океана, они начинают численно преобладать над мест- ными птицами за пределами прибрежных вод. С другой стороны, зимой они буквально заполняют воды Антарктики к югу от Новой Зеландии и Австралии. Местами буревестников, только что прилетевших из Охот- ского и Берингова морей и северной Пацифики, здесь бывает больше, чем местных птиц. Из изложенного не следует, конечно, что только перелеты являются той жизненной стратегией, которая позволяет достигнуть процветания и высокой численности. Ведь большая часть буревестников относится не к перелетным, а к кочующим видам и многие из них имеют также большую численность. Это многие виды Южного океана, а в северном полуша- рии - глупыш, которого Д. Фишер назвал хозяином Северной Атлантики. Для большинства кочующих буревестников в океане существуют незри- мые, но тем не менее непреодолимые преграды. Они могут жить только при определенных температурах воды и воздуха. Поэтому кочевки их ограничиваются лишь смежными климатическими эонами. Скажем, тропические виды в летний период проникают в субтропические широты, а виды Южного океана зимой расширяют область кочевок в субтропичес- кие воды и в южную окраину тропической зоны. Для кочующих в высо- ких арктических широтах буревестников большое значение имеет положение ледовой кромки и плотность льдов. Нередко среди айсбергов и у ледовой кромки бывают самые кормные участки. А снежный беревестник вообще неохотно проникает за пределы ледовой зоны. Разводья предпо- читает и антарктический буревестник. Пищу буревестники добывают в море, и основные их охотничьи типы профессий уже описывались выше. В море охотится и большая часть гигантских буревестников, во многом отличающихся от других предста- вителей семейства. В этих птицах есть много ot хищников, а точнее, от падальщиков. Они единственные в семействе, кто может питаться на берегу - павшими тюленями, китами и пингвинами, плацентами тюле- ней, остающихся после деторождения, птенцами и яйцами птиц. Зимой отдельные гигантские буревестники остаются даже в Антарктиде у колоний императорского пингвина. В море они ловят кальмаров, рыбу и ракообразных, а летая за судами, подбирают любые отбросы. Часто в море в их желудках оказываются различные птицы - главным образом прио- 66
ны и другие некрупные буревестники. Но вряд ли гигантские буревест- ники их ловят, скорее всего они подбирают мертвых птиц. Не проблема для таких крупных и мощных буревестников проглотить и ослабшую или больную птицу. Таким образом, гигантские буревестники - неприхот- ливые всеядные птицы с несомненной слабостью к падали. Судя по всему, у них лучше всех морских птиц развито и обоняние. Такие мысли прихо- дят уже при первом взгляде на мощный клюв с крупными ноздревыми трубочками. Любят падаль и всевозможные отбросы также другие виды буревестни- ков, объединяемые в группу глупышей. Но всем им доступна пища только на поверхности и в самых верхних слоях моря. Среди них нет узких специалистов, и они ловят и подбирают то, что есть в том или ином районе. При обилии в поверхностных слоях мелкого планктона капский голубь и глупыш, например, могут его фильтровать, как это делают прионы. Антарктический глупыш при встрече съест мертвую птицу, а за внешне безобидным капским голубком замечались случаи нападения на ослабевших птиц. Все эти буревестники, как чайки и альбатросы, скапли- ваются у судов, особенно когда ведется промысел и обработка рыбы и других животных. В малокормный зимний период для глупыша во многих районах Северной Атлантики и северной части Тихого океана такой способ питания становится основным. Но глупышовые буревестни- ки неплохо ловят и живую добычу. Чаще всего это различные ракообраз- ные типа криля, но нередко ловят они кальмаров и рыбу. Не случайной пищей для них являются также медузы и другие желеобразные живот- ные. Умеющим нырять настоящим буревестникам обычно бывает легче обеспечить себя живой пищей. Длиннокрылые планирующие виды заныривают максимально на несколько метров, а более короткокрылые, например уже упоминавшиеся серый и тонкоклювый буревестники уходят на глубину до 10-20 м и остаются под водой до 10-15 сек. Состав пищи у таких буревестников сильно зависит от места кормежки. В общем можно сказать, что живут они в основном за счет рыбы, планктонных ракообразных и кальмаров. Рыба в добыче, конечно, преобладает мел- кая, такая, как мойва, анчоус, сардина, сельдь, песчанка, летучие рыбы, сайра. У более крупных видов с сильными клювами в среднем и добыча покрупнее. Так, летающему в Северную Атлантику с юга большому буре- вестнику доступна такая сильная рыба, как скумбрия, а менее мощный серый буревестник здесь же предпочитает сельдь. В северной части Ти- хого океана, где серый буревестник нередко скапливается и кормится в одних районах с более мелким тонкоклювым, у последнего всегда в рационе больше планктона. Чаще всего из планктеров добываются эв- фаузиевые рачки, в частности все тот же криль в Антарктике. В тропиках буревестники ловят много летучих рыб, но вряд ли это делается на лету. Скорее всего летучие рыбы становятся добычей буревестников под водой. Настоящие буревестники, по-видимому, могут охотиться в любое время суток. Но небольшое количество в рационах большинства видов 67
глубоководных рыб и кальмаров говорит о том, что основное время кормежки все же приходится на светлые часы. Иное дело тайфунники. Для них, судя по всему, наиболее добычлива охота под покровом темно- ты. Тайфунники ныряют гораздо хуже настоящих буревестников, а в пище на первом месте у них чаще всего стоят кальмары, нередки и глубо- ководные рыбы. Все эти животные в верхние слои моря поднимаются, как известно, в темноте. Не пренебрегают тайфунники и падалью, о чем свидетельствуют хотя бы случаи обнаружения в желудках этих птиц остатков крупных рыб и кальмаров. Самые плактоноядные в семействе буревестников - прионы. Но планктон прионы не только цедят, но могут ловить его и при занырива- нии. Владея для кочевок всем Мировым океаном, буревестники большей частью гнездятся на мелких островах. Гнездовые биотопы у них могут быть совершенно разными. Мощные гигантские буревестники, которые никого не боятся, гнездятся открыто, обычно небольшими и неплотными колониями. В расположении гнезд у этих двух похожих и близких видов есть и тонкие различия. На некоторых островах они гнездятся рядом, но южный гигантский буревестник занимает открытые пляжные участки, а северный - среди камней и травы. Эти особенности в выборе мест долж- ны способствовать изоляции видов. На скалах и карнизах располагаются колонии северного и антаркти- ческого глупышей, а также антарктического и снежного буревестников и капского голубя. Самый мелкий из них - снежный, боясь поморников, старается делать гнезда в трещинах скал, нишах и других укрытиях. При возможности предпочитают так поступать и другие, более крупные, буревестники в Антарктике. Правда, от поморников они иногда могут ’’отстреляться” вонючим желудочным жиром. В высоких, закованных льдами и покрытых снегами широтах Антарк- тики пригодных для буревестников мест не так уж много, а правильнее говорить о их дефиците и на материке и на прилежащих островах. Поэто- му снежный и особенно антарктический буревестники гнездятся не только на побережье Антарктиды, но и в горах, расположенных в глубине материка. Известны колонии даже в 250 км от побережья. От чистой воды и разводий это расстояние значительно больше, особенно весной, когда лед еще не отступил, а птицы приступают к размножению. Возможно, будут открыты гнездовья еще ближе к Южному полюсу. Снежного буре- вестника, например, видели в горах Шеклтона за 80е ю.ш. А эти горы на- ходятся всего в 150 км от гор Терон, где снежный и антарктический буре- вестники гнездятся. Океанические птицы в вечных снегах Антарктиды - необычное и удивительное явление. Поэтому правомочен вопрос, откуда известны буревестникам эти горы и путь к ним? Совсем недавно, а точнее несколь- ко лет назад, палеонтолагами американской антарктической экспедиции было установлено, что льды в Антарктиде при потеплениях неоднократ- но отступали, уровень моря поднимался, а внутриматериковые горные цепи оказывались близко к побережью. Имели место такие события и в 68
относительно недавние исторические периоды. Нынешние буревестники помнят об этом от своих предков, которые в те времена несомненно гнездились на прибрежных обрывах гор, которые теперь оказались в глу- бине материка. При этом надо иметь в виду, что отступление моря было постепенным, следовательно, легче было запомнить и удлиняющийся путь к гнездовьям. По-другому живут большинство других видов буревестников. Спа- саясь от хищных птиц, а в их роли могут быть поморники, чайки, орлы, гигантские буревестники и другие, большая часть видов на гнездовьях появляется в ночное время. Гнезда, как правило, буревестники делают в укрытиях. Роются норы там, где есть дерновый слой, используются раз- ломы и трещины в скалах и каменистых россыпях, густые травянистые и кустарниковые заросли, пространства под корнями деревьев. Такой образ жизни имеет и другие преимущества: в тропиках это спасение от жарких солнечных лучей, а в высоких широтах от непогоды. В любом правиле почти всегда есть исключения. Таким исключением является гнездование отдельных некрупных видов без укрытий. Днем на суше бывает активным кроме вышеописанных видов из Антарктики еще бе- логорлый буревестник. Благодаря крупным размерам он не боится ни поморников, ни чаек. Проблема дефицита мест для размножения существует не только в Антарктике. На многих тропических островах тайфунники, например, гнездятся на вулканах и в поросших лесом горах. Высоко в горах разм- ножаются новозеландские вестландский буревестник и буревестник Хут- тона, а в северной Атлантике - обыкновенный буревестник. На некото- рых островах дважды в течение года используются одни и те же норы. Когда после гнездового периода размножающиеся летом буревестники улетают в океан, их норы занимают виды размножающиеся зимой. Так, на новозеландском острове Кэмбелл летом норы используют серый, а зи- мой - бурый буревестники, на гнездовьях у юго-западного побережья Австралии летом - бледноногий буревестник, а зимой - большекрылый тайфунник, на островах Тристан да Кунья в Южной Атлантике летом - большой, зимой - бурый буревестники. Местами претендуют на норы буревестников и другие животные. На новозеландских островах конкурирует и живет вместе с буревестни- ками древняя рептилия туатара. С тонкоклювым буревестником ужива- ется в норах тигровая змея. Как пишет австралийский орнитолог Д. Сер- венти, змея даже питается птенцами, но они быстро растут и становятся вскоре недоступными для нее из-за размеров. Поселение колониями является для буревестников правилом, хотя могут быть и одиночные гнездования. Размер колоний различен и зави- сит от места и численности вида. Бывают колонии, в которых размещают- ся сотни и даже миллионы птиц. На двух островах у южного побережья Новой Зеландии новозеландский орнитолог Д. Уорэм насчитал на площа- ди 328 га 2 750 000 нор серого буревестника. Но даже в самый разгар гнездования столь густо заселенные острова могут показаться пустын- ными, если их посетить днем. Взрослые птицы в это время находятся в 69
море, а птенцы тихо и терпеливо сидят в норах. И вот наступает ночь. Но лучше здесь привести слова выдающегося натуралиста Д. Даррелла из его книги ’’Золотые крыланы и розовые голуби”, где он описывает посеще- ние Маскаренского архипелага, расположенного восточнее Мадагаскара. ”А когда погасли зеленоватые сумерки и на черном бархате неба замер- цали звезды, из недр земли внезапно, как по сигналу, вырвались необык- новенные звуки. Сначала мягкие, даже мелодичные, словно где-то в глуши на снегу под луной печально выла стая волков. По мере того как к хору присоединялись все новые и новые голоса, он стал подобен чудо- вищной неистовой мессе полоумных в подземном соборе... Около полу- часа земля вибрировала от нарастающих и убывающих звуковых волн, а затем будто разверзлись недра, выпуская обреченные души из преиспод- ней,... - то из скрытых под зеленью нор, словно восставшие из могилы мертвецы, мяукая, курлыкая, завывая, высыпали птенцы буревестни- ков. Сотни ковыляющих и порхающих птенцов наводнили наш лагерь, и нашествие это сопровождалось такой какофонией, что мы с трудом слы- шали друг друга... Так продолжалось до самого рассвета, перерывы наступали только, когда родители прилетали с кормом и дикие вопли птенцов сменялись своеобразным, малоприятными звуками, будто из ванны, которую кто-то вздумал наполнить жидким навозом, вытекало содержимое. Это родите- ли отрыгивали в клювики потомков полупереваренную рыбу. Скоро в палатке воцарился запах, как на китобойном судне после удачной охо- ты. ... На краю розово-оранжево-зеленого небосвода темнела горстка бес- порядочно разбросанных облаков. Притихшее море отливало кобальто- вой синью ... Небо пестрело буревестниками, приветствующими утро своим многоголосием; тем временем меланхолические птенцы закопоши- лись в зелени, ныряя в свои подземные убежища”. На Маскаренских островах из многочисленных буревестников гнез- дятся клинохвостый и Одюбона. К кому-то из них относятся слова Д. Даррелла. В связи с ночным образом жизни на гнездовьях темноголовых видов буревестников и тайфунников наблюдается интересная особенность в опернии. У них среди обычных перьев на голове и шее, как седина, про- биваются светлые нитевидные перья. Они должны быть особенно заметны в лунные ночи, и, как считают некоторые специалисты, имеют значение при выборе и распознавании партнеров. Как у ночных, так и у дневных буревестниковых птиц брачные цере- монии довольно простые. Элементом ритуала являются, в частности, воздушные игры. Пожалуй, в этом смысле более выразительны ночные виды, которые с резкими криками вьются в темном небе над островами. Черношапочного тайфунника в свое время в Карибском районе за ночные крики звали сатаной, а бермудского тайфунника, начинавшего брачные игры зимой, - рождественской птицей. Нечто похожее на воздушные игры бывает даже у гигантских буревестников. На суше же они топчут- 70
ся друг против друга, поднимают и веером расправляют хвосты, дотра- гиваются до партнера клювами, издают грубые крики, а иногда ... мяука- ют, как коты. Все это не очень эстетично, но только с человеческой точ- ки зрения. Сами буревестники на этот счет наверняка другого ’’мнения”. У всех буревестников в наборе ритуальных приемов обязательны и при- косновения клювами. И знакомо им чувство нежности. Вообще для буревестников, если говорить о размножении, характерно многое из описанного выше о мелких альбатросах. Все они откладывают только по одному яйцу, поздно становятся половозрелыми и имеют довольно продолжительный гнездовой цикл. Многие интересные детали из этой наиболее интимной части жизни были вскрыты благодаря массо- вому кольцеванию. Кольцевание подтвердило уже давно имевшие место взгляды на гнездовый консерватизм буревестников. Как правило, они возвращаются не только в свою колонию, в чем вообще-то нет ничего необычного, но и на свое старое конкретное место в ней. А здесь уже можно и удивиться: как, например, буревестники ночью находят свою нору, которая, к тому же, может быть укрыта травой или кустарником? Но, наверное, для буревестников эта задача не является чрезвычайной по сложности, и свою координатную точку на земном шаре они почти всегда знают. Ведь летать к своей норе в течение гнездового сезона, особенно при выкармливании птенцов, им приходится часто. Уже упоми- навшийся У. Тиккелл приводит интересные в этом смысле данные экспе- риментов с антарктическим прионом на Южных Оркнейских островах. Меченые прионы возвращались к своему гнезду с расстояния в 500 миль примерно через двое суток, а с 770 миль - через 5 суток. Большое у буревестников постоянство и в парах, бывает оно и на всю жизнь. Вместе с тем регулярны, но не очень часты, разводы и смена коло- ний. Стопроцентное постоянство здесь вряд ли целесообразно. Обмен между колониями полезен с генетической точки зрения, а птицы, склон- ные к непоседливости, могут при удаче колонизировать новый район. Половозрелыми буревестники, как уже замечено выше, становятся поздно, при этом мелкие виды созревают на год-два раньше. Такие виды, как обыкновенный буревестник и прионы, впервые приступают к гнез- дованию в 3-4 года, но в основном в 5-6 лет. Глупыш начинает гнездить- ся в 6-12, а средиземноморский буревестник в 7-13 лет. В среднем в 10-летнем возрасте начинают размножаться гигантские буревестники. Подобные данные сейчас есть по многим видам, и они не нарушают общего правила. После прилета на острова до яйцекладки проходит много времени - месяц, полтора и даже два у разных видов. После восстановления или образования новых пар, выбора места для гнезда или ремонта старого и брачных игр буревестники, истратив при этом много сил и энергии, уле- тают в море подкормиться. Вернувшись после этого, самка откладывает яйцо и сразу (или немного посидев на яйце) улетает в море, а насиживать остается самец. В дальнейшем они с самкой регулярно меняют друг друга, у одних видов через несколько дней, у других через неделю-пол- торы-две. Правда, все это средние цифры, а в реальной жизни склады- ваются разные ситуации. 71
Обший период инкубации у большинства видов укладывается в про* межуток от 50 до 60 суток. В высоких широтах Антарктики, где лето короткое, время инкубации более сжато и продолжается около полутора месяцев. Птенцовый период варьирует у разных видов и в разных широ* тах, чаще он укладывается в большой промежуток от 70 до ПО суток. Опять же в высокой Антарктике птенцы поднимаются на крыло раньше - в возрасте примерно 50 суток. Много специфичных особенностей у разных видов наблюдается в процессе выкармливания птенцов. Все здесь, наверное, зависит от способ* ности наловить нужное количество пищи, от расстояния на котором она добывается, и от рациона птенцов. Пища может собираться в окрестных водах, а также на расстоянии до нескольких сот миль. В одних случаях, например у гигантских и рождественского буревестников, частота корм- ления бывает меньше суток. В других более частых случаях птенец полу- чает пищу раз в 1-2 суток. Более редко - раз в 3-4 суток - кормят птен- цов серый и белогорлый буревестники. Вообще же у каждого вида час- тота кормления бывает больше в начале птенцового периода и реже в конце его. Более того, у большинства видов кормление птенцов прекра- щается за одну-две недели до отлета их в море. Родители их попросту бросают и больше не возвращаются к гнезду. Но бывают и исключения, когда птенец кормится до последнего дня. Так поступает, например, бу- ревестник Одюбона. Оставление птенцов на завершающей стадии воспитания не является безответственностью родителей. В это время они попросту не нужны птенцам, и природой здесь все предусмотрено. За время кормления птенец запасает большое количество жира, за счет которого он и заверша- ет свое развитие. Например, взрослые особи уже не один раз упоминав- шегося тонкоклювого буревестника, весят около полукилограмма, а птенец, когда его оставляют родители, около килограмма. Неслучайно за большую жирность его называют тасманийской бараньей птицей, а серого буревестника - новозеландской бараньей птицей. В обоих случаях местное население проводит промысловую заготовку жирных птенцов, и эти заготовки достигают сотен тысяч птиц. В настоящее время известна гнездовая жизнь уже многих видов бу- ревестников, но есть еще малоизученные и даже совсем не изученные виды. А вообще познание биологии буревестников пошло более быстры- ми темпами после классических работ Д. Фишера по северному глупышу и австралийского орнитолога Д. Сервенти по тонкоклювому буревест- нику. Последний вид интересен не только массовостью и дальними перелета- ми, но также постоянством своего годового цикла. Такой же и серый бу- ревестник. Половозрелые особи этих видов на гнездовые колонии начи- нают прилетать в последнюю неделю сентября, т.е. в начале весны в южном полушарии. Яйцекладка происходит в конце ноября - начале де- кабря, а вылупление птенцов - в январе. В колониях собираются не только половозрелые, но также часть неполовозрелых птиц с возраста 3-4 лет. Через год-другой некоторым из них самим предстоит выводить 72
птенцов и, посещая колонии, они приобретают навыки, присматриваются к будущим партнерам и месту. 1-2-х годовалые буревестники, минуя район гнездования, сразу пролетают в Южный океан. Не связанные вскармливанием потомства неполовозрелые буревест- ники в начале южной осени первыми начинают перелет в северное полу- шарие. Происходит это в конце марта. В среднем в середине апреля за ними устремляются бросившие жирных птенцов и размножавшиеся пти- цы. Птенцы, самостоятельно закончив свое развитие, в конце апреля - начале мая улетают в море и сами находят путь на север Тихого океана. Большая часть видов буревестников, как и других морских птиц, гнездится в весенне-летнее время. Первопричина этого - сезонность в климате и биологии моря. Летом птенцов в принципе выкармливать легче. В тропиках сезон гнездования более растянут, но некоторые виды, в частности тринидатский тайфунник и буревестник Одюбона, размно- жаются круглогодично. Есть в буревестниковом семействе и виды, раз- множающиеся зимой. Так поступают, например, бурый буревестник и тайфуники Соландра, большекрылый и гавайский. Такая приурочен- ность, по-видимому, в разных случаях имеет свою причину. Может сказываться в некоторых случаях здесь и история вида, т.е. его проис- хождение. Вообще происхождение и расселение буревестников изучено неважнс. Известно 25 ископаемых видов, начиная с олигоцена. Но эти данные мало что дают для восстановления истории буревестников. Большая часть на- ходок приходится на Северную Атлантику, которую по другим призна- кам трудно признать за первородину буревестников. Подавляющее число их родов свойственны Южному океану с сопредельными водами Тихо- го океана. Больше всего здесь и видов буревестников. Многие виды и роды эндемичны для этого региона, т.е. нигде больше не встречаются. Много видов буревестников гнездится и в тропиках. Выше они уже опи- сывались. Но все эти виды относятся всего к трем родам. Меньше всего видов буревестников в Атлантическом океане и в Арктике. В северной половине Атлантического океана гнездится только 9 видов, а в Аркти- ке - лишь глупыш. Почти все как будто однозначно говорит о южном и тихоокеанском происхождении семейства буревестников. Семейство буревестников, как и другие трубконосые, - древняя группа птиц. Но только что упомянутый глупыш - сравнительно молодой вид, а берет он начало от похожего на него антарктического глупыша. Этот буревестник не летает в северное полушарие, но зимой он расширя- ет свой ареал до субтропических широт. Наиболее далеко на север он проникает в системе холодных течений вдоль тихоокеанского побережья Южной Америки. По-видимому, здесь он и преодолел экваториальный пояс. Произойти это могло в один из периодов ледникового похолода- ния, когда температура в тропическом поясе понижалась на несколько градусов. Освоив северную часть Тихого океана, глупыш в один из меж- ледниковых потеплений, когда открывался Берингов пролив, а это было совсем недавно, через Арктику проник в Северную Атлантику. Такова простая схема вероятной истории глупыша. Однако эта простота обман- 73
чива, и глупыш во многом остается еще ’’неизвестной” птицей. Непонят- но, например, почему в Тихом океане светлый глупыш занимает север- ную часть ареала, а темный - южную. В Атлантическом же океане все наоборот. Еще об одной загадке глупыша будет рассказано в конце этого очерка. Большая часть подробностей прошлого скрыта за чередой многих лет и никогда не будет известна. Лишь по отдельным фактам можно реконст- руировать предполагаемые центры происхождения и пути расселения, как это сделано, в частности, в отношении глупыша. У каждого вида в этом смысле своя судьба. Как, например, объяснить разделенное огром- ными расстояниями обитание близких пестролицего и средиземномор- ского буревестников? Первый гнездится в северных субтропиках запад- ной части Тихого океана, а средиземноморский - на этих же широтах в Атлантике. Скорее всего расселение предков этих видов произошло вдоль южного побережья Азии, когда был открыт Суэцкий перешеек. Интересно, что часть пестролицего буревестника и сейчас летает зимой в Индийский океан. А средиземноморский буревестник, не имея возмож- ности преодолеть сушу в районе Суэцкого перешейка, пытается во время зимних кочевок проникать в Индийский океан, огибая Африку с юга. Высокая общая численность буревестников - признак процветания ; той группы трубконосых. Они хорошо приспособлены к жизни в океане, гд е у них мало врагов. Из этого, конечно, не следует, что их вообще нет. В литературе, например, упоминается случай, когда морской леопард съел гигантского буревестника. Смертность стойких к невзгодам взрос- лых птиц, как правило, составляет не более 5-10% в течение года. Нем- ного выше она у таких мелких видов, как прионы. Больше врагов у них на берегу. Это поморники, чайки, орлы, змеи и другие животные. Но к ним буревестники давно адаптировались. К таким приспособлениям от- носятся и ночной образ жизни на гнездовьях, и колониальное. Некото- рые виды буревестников и их птенцы защищаются, выпуская струю неприятно пахнущего рыбьего жира. Гигантских буревестников за это моряки прозвали вонючками. Бессильными буревестники оказались к другим врагам. Они ничего не могут противопоставить завезенным на острова, где располагаются гнездовья, крысам, мангустам, свиньям, одичавшим кошкам и собакам. И, конечно, наиболее уязвимыми бывают их яйца и птенцы. Большой отсев молодых птиц происходит и в первый год их жизни в море. Основ- ной причиной смертности при этом бывают плохие климатические усло- вия и бескормица. Нередко она принимает массовый характер. Так, в 1983 г. дальневосточные орнитологи Е.Г. Лобков и В.А. Нечаев отметили массовую гибель тонкоклювого буревестника в водах Камчатки и Саха- лина. Масштабы гибели были, по-видимому, весьма значительными, так как много мертвых буревестников наблюдали и японские орнитологи восточнее Хонсю, а американские - в водах Аляски и Алеутских остро- вов. Время от времени большая гибель молоди тонкоклювого буревест- ника бывает и в водах Австралии. Все это, однако, не мешает тонкоклю- вому буревестнику быть одной из очень массовых птиц. 74
Большая часть известных сейчас случаев угасания видов в семействе буре- вестников в той или иной степени связаны с деятельностью человека или с уничтожением птиц завезенными на острова животными. Особенно уязвимыми оказываются тайфунники. На острове Святой Елены в Южной Атлантике совсем исчезли вскоре после их открытия сразу два вида тай- фунников. Это было единственное место, где они гнездились. Достоверно прослежена история уничтожения черношапочного тай- фунника, который до европейских переселенцев гнездился на многих островах в Карибском районе. Сейчас он сохранился в основном только на Гаити. Подвид черношапочного тайфунника - ямайский тайфун- ник - почти наверняка исчез. В 70-х годах как будто слышали в горах его ночные крики, но надежды эти довольно призрачны. В Карибском регионе одновременно и даже в большей степени от за* везенных свиней и крыс пострадал бермудский тайфунник. 300 лет счи- талось, что он исчез совсем. Но в 50-х годах на небольшом смежном островке обнаружили 18 гнездящихся пар. Сейчас количество бермудско- го тайфунника увеличилось примерно в два раза, но полной уверенности в благополучии судьбы этого вида нет. Среди тайфунников, по-видимо- му, есть и естественно угасающие виды. Не случайно, что именно среди этой группы буревестников много редких видов. Нельзя, конечно, и думать, что хозяйственная и иная деятельность человека обязательно должна оказывать неблагоприятное влияние на буревестников. Тот же глупыш хорошо приспособился питаться всевоз- можными отбросами с судов. Особенно обильную пищу он находит у ве- дущих промысел рыболовных флотилий. Этот дополнительный источник питания оказывается очень большим подспорьем в зимнюю бескормицу. С питанием отбросами сначала китобойного, а затем рыболовного про- мысла связывал рост численности глупыша в Северной Атлантике с 1750 г. Д. Фишер. Эти взгляды были высказаны несколько десятков лет назад, и их до сих пор придерживааются многие орнитологи. До середины 18-го века глупыш гнездился в Гренландии, на Шпицбергене, Земле Франца Иосифа и в сопредельных с ними районах. В районе Британии он обитал только на о-ве Сент-Килда. Внезапно одна из северных популя- ций, увеличив численность, распространялась до Исландии, а затем дальше на юг. В конце 19-го столетия глупыш заселил побережье Брита- нии и смежных островов, а в 20-м столетии загнездился на островах у побережья Франции и Норвегии. На Британских островах его нет только на низменных побережьях. Гнезда строятся даже на оконных карнизах, развалинах замков, стенах зданий, что для буревестников в общем, несвойственно. Конечно, китобойный и рыболовный промыслы могли сыграть свою роль в экспансии глупыша. Но вряд ли причина состояла только в этом. Ведь рост численности и расширение ареала происходили лишь на восто- ке Атлантики, при этом шло расселение только светлого глупыша. Выс- казывались мнения о том, что расширение ареала глупыша было связано с глобальным климатическим потеплением. Но такая версия не выглядит Убедительно, ведь расселение шло не на север, а на юг, где теплее. Одним словом простой и ’’глупый” глупыш еще далеко не разгадан. 75
Сейчас глупыш среди буревестников по численности кажется делит 5-6-е места с большим буревестником. Поголовье каждого из этих ви- дов составляет примерно 10 млн особей. Более высокую численность имеют тонкоклювый и серый буревестники, прионы Сальвина и антарк- тический. Самый многочисленный из них - антрактический прион, пого- ловье которого возможно достигает 50 млн особей. Общее же поголовье всех видов буревестников в Мировом океане, по-видимому, приближает- ся к 200 млн особей. Эту цифру в основном слагают около двух десятков видов, остальные виды могут быть отнесены только к категории обычных или редких. Все сколько-нибудь многочисленные виды буревестников давно из- вестны, но в начале очерка говорилось о возможности обнаружения еще вообще неизвестных буревестников. Бели есть неописанные виды, то они, конечно, редкие и не известны специалистам из-за ночного образа жизни на суше и труднодоступное™ мест гнездования, которые могут распола- гаться в поросших лесами горах и даже на вулканах. Не случайно до сих пор остаются неизвестными места гнездования тайфунников маскарен- ского и Жуанэна. Примечателен в этом смысле и почти легендарный тай- фунник Мадженты. Более ста лет думали, что он уже вымер, находили и полуископаемые остатки на Чатамских островах. Одновременно были и слабые надежды на то, что может быть где-нибудь в горах Чатамского архипелага все еще есть гнездовья. Изредка наблюдали одиночек неиз- вестного тайфунника и в окрестностях Чатамских островов. И только в 1978 г. на Чатамских островах было поймано 20 экземпляров тайфунника Мадженты, но его конкретные гнездовья по-прежнему пока никто не видел. Значит, вид сохранился, но с другой стороны он немногочислен и дальнейшая его судьба не известна. Только на Чатамских островах живет также чатамский тайфунник, численность которого не превышает не- скольких особей. Таково семейство буревестников. С одной стороны, они являются массовой фоновой группой морских птиц в разных зонах Мирового океа- на. С другой стороны, несколько видов и многие популяции находятся у опасной и даже последней черты. О некоторых из них в настоящее время приходится судить как о призраках только по таинственным крикам в ночном небе. КАЧУРКИ Семейство качурок включает самых мелких птиц из отряда трубконо- сых. Эти хрупкие стройные птички с массой тела всего 30-50 г, на первый взгляд как будто не очень приспособлены для жизни в море. Английские моряки, имея, наверное, это в виду, уже давно прозвали их ’’цыплятами матушки Кери”. Под матушкой Кери подразумевалась Святая Дева Ма- рия. Богородица считалась покровительницей моряков, поэтому они ува- жительно называли ее ’’наша Леди”. С ее покровительством связывалась, в частности, благоприятная погода, что было особенно важно во времена парусного флота: "Наша Леди - попутный ветер”. 76
Другие названия качурок также, как правило, связаны с особеннос- тями их внешнего вида и поведения. Летают они низко над водой, при тихой погоде полет порхающий, как у бабочек, но обычно он переменчи- вый, зигзагообразный, как у летучих мышей или у ласточек. Поэтому не- редко называют их морскими или штормовыми ласточками. Все качурки по общему облику, конечно, похожи, но есть между ними и различия. Они подразделяются на две группы - длинноногие и корот- коногие качурки. У длинноногих качурок ноги непропорционально длин- ные, буквально как ходули. При добыче пище они, подняв крылья, тан- цующей походкой семенят по воде, бросаясь из стороны в сторону. Корот- коногие качурки также могут семенить по воде, но делают это реже, чем длинноногие. Умение без особых усилий ходить по воде объясняет анг- лийское название качурок ’’stormpetrels”. Здесь имеется в виду тот самый Святой Петр, с именем которого связано английское название тайфун- ников (petrels). Впрочем, в этом нет ничего удивительного, так как внеш- не качурки очень похожи на миниатюрных тайфунников. В русской литературе встречаются и такие названия качурок, как штормовики и океанники. Как эти, так и все другие из перечисленных выше названий легко объяснимы. Не так просто с происхождением само- го слова качурка. Предполагают, что оно произошло от ’’качуриться” или окочуриваться”. Может, это и так. Попадая в руки, качурки хохлятся и выглядят в общем беспомощно и обреченно. На море качурки из-за своих малых размеров не очень привлекают внимание, если не собираются в большие стаи. Они как бы теряются сре- ди волн и морского простора. Тем не менее моряки с качурками знако- мы лучше, чем с многими другими морскими птицами. Ночью, особенно в плохую погоду, они летят на свет судовых огней, с жалобным писком вьются над мачтами и нередко падают на палубу или попадают в судовые помещения. Так появилось даже выражение ’’буревестниковый дождь”. С палубы сами качурки подняться на крыло не в состоянии и таким пу- тем часто попадают в руки моряков. Все качурки хорошо плавают, но на воде бывают немного. Нырять они не могут, да и слишком легки для этого. При небольшой массе качурки имеют довольно длинные крылья, что, конечно, свидетельствует об их летных способностях. Размах крыльев у них составляет около 35-40 см, а у некоторых видов - 50-55 см, т.е. как у мелких буревестников. На квадратный сантиметр площади крыльев у качурок приходится всего 0,15-0,25 г. Это меньше в 3-4 раза, чем у буревестников, и в 6-8 раз, чем у альбатросов. При таких соотношениях совсем нетрудно порхать над водой или семенить по ее поверхности. Обладая уверенным полетом, качурки тем не менее не могут напрямую спорить с сильными ветрами. Поэтому нередки случаи заноса ураганами большого их количества в глубинные районы суши. И все же море является обжитым домом для этих внешне беззащитных маленьких птиц. При сильных штормах они стараются держаться в долинах между валами волн, где ветер потише и можно кормиться даже в плохую погоду. Распространены качурки в Мировом океане очень широко. Область 77
океанического распространения семейства простирается от субаркти- ческих широт до берегов Антарктиды. Среди них нет сугубо прибрежных видов, качурки - птицы открытого моря, и семейство качурок в целом можно назвать океаническими. Это также говорит о том, что внешняя слабость и беззащитность хрупких качурок обманчива. Они сформиро- вались, приспосабливаясь именно к жизни в океанических просторах. В семействе качурок 20 нынеживущих вида. Известно также два-три ископаемых вида. Для распознавания их нужно ориентироваться в пер- вую очередь на окраску оперенья. У семи видов в оперении преобладают серые и белые тона. По всей умеренной северной части Тихого океана и в дальневосточных морях живет многочисленная серая, или сизая, ка- чурка (Oceanodroma furcata). Основной фон ее окраски пепельно-голубой (рис. 24). Других качурок со светлым опереньем здесь нет. В тропики она не залетает, а с юга к ее ареалу примыкает область тихоокеанского тропи- ческого вида - белогорлой качурки (Nesofregetta fuliginosa). Верх у этой качурки темно-серый, с которым ясно контрастирует белое надхвостье и белая нижняя часть тела и подкрылья (рис. 24). В юго-восточной части Тихого океана, в водах, омывающих Южную Америку, живет внешне похожая на белогорлую качурке Хорнбая (Oce- anodroma hombui). Белый лоб и светлый ошейник у нее как бы оконтури- вают темную шапочку. Серые у нее подкрылья и надхвостье. По северной окраине Южного океана и в субтропиках южного полушария обитает белолицая качурка (Pelagodroma marina). Южной зимой она появляется в тропиках, но за экватор проникает только в Индийском океане. Больше всего ее в Австрало-Новозеландском районе. Еще один изолированный район обитания белолицей качурки - субтропические и умеренные воды восточной части Северной Атлантики. На сером фоне оперения верхней части тела у нее заметны более темные концы крыльев, хвост и шапочка (рис. 25). В умеренных водах Южного океана, т.е. в общем южнее белолицей качурки, обитает сероспинная качурка (Garrodia nereis). Верх у нее в ос- новном также серый, низ белый. Но в отличие от белолицей у сероспин- ной качурки нет темной шапочки, зато вся голова, горло и шея темно- серого цвета. Особо стоят в рассматриваемой группе светлых качурок белобрюхая (Fregetta grailaria) и чернобрюхая (F. tropica) качурки. Первая из них оби- тает по северной периферии Южного океана, а при кочевках залетает в тропики. Вторая гнездится на островах Южного океана, в том числе в Антарктике на островах в районе Антарктического полуострова, а зимой, как и первый вид, проникает в тропики. У обоих качурок белые под- крылья, грудь и живот четко контрастируют с черной головой и верхней частью тела. У чернобрюхой качурки, кроме того, белую нижнюю часть тела пересекают продольная черная полоса (рис. 26). Остальные тринадцать видов качурок имеют в основном черно-корич- невую окраску. У шести видов из этой группы контрастно выделяется белое надхвостье. Два их них имеют, кроме того, вильчатый хвост. Это северная (Oceanodroma leucorhoa) и мадейрская (О. castro) качурки. Пер- 78
Рис. 24. Серая (1) и белогорлая (2) качурки Рис. 25. Белолицая качурка (из Слэтера и др., 1970) / 2 Рис. 26. Белобрюхая (1) и чернобрюхая (2) качурки вая в очень больших количествах гнездится в северных частях Тихого и Атлантического океанов (рис. 27). Во время кочевок она проникает в тро- пики как северного, так и южного полушарий. Залетает северная качур- ка из Тихого и в Индийский океан. Мадейрская качурка гнездится в тро- пиках Тихого и Атлантического океанов, а также в северных субтропи- ках этих океанов. Северная качурка отличается также темной полоской на белом надхвостье (рис. 27), у мадейроской качурки надхвостье пол- ностью белое. На островах Южного океана, а также на побережье Антарктиды гнез- дится качурка Вильсона (Oceanites oceanicus). Зимой она летает на север Атлантического и Индийского океанов, в Тихом же за экватор проникает мало. У этого вида хвост не вильчатый и очень длинные черные ноги с желтыми перепонками (рис. 27). На Галапагосских островах гнездится 79
Рис. 27. Качурки северная (1) и Вильсона (2) похожая на качурку Вильсона качурка Эллиота (Oceanites gracilis), но у нее есть немного белого на животе. В северо-восточной Атлантике и в Средиземном море гнездится бри- танская качурка (Hydrobates pelagicus). Совершая сезонные миграции, она проникает по восточной части Атлантического океана до вод южного побережья Африки. На Галапагосских островах гнездится похожая на нее галапагосская качурка (Oceanodroma tethus). Два последних вида даже мельче небольшой качурки Вильсона, но в полевых условиях их отли- чить от нее практически невозможно. У семи видов темных качурок нет белых перьев на надхвостье. Все они гнеэдяться только в Тихом океане. В основном на субтропических остро- вах северо-западной части Тихого океана гнездятся качурки малая (Осе- anodroma monorhis), угольная (О. tristrami) и Матсудайры (О. matsudairae). Угольная качурка, кроме того, гнездится на Гавайских островах, а ма- лая - в Японском, Восточно-Китайском и Желтом морях. Зимой они миг- рируют в тропическую зону, проникая и в Индийский океан. У всех этих видов вильчатый хвост, и на расстоянии их различить очень не просто. Качурки угольная и Матсудайры довольно крупные, размах крыльев у них около 55 см, у малой - в полтора раза меньше. Первые два вида можно также отличить по светлым пятнам на верхней стороне крыль- ев. Только у качурки Матсудайры проступают светлые участки на концах крыльев (рис. 28). Очень похожая на эти два вида такая же крупная ка- чурка Маркхама (О. markhami), живущая в теплых водах у Южной Аме- рики. Гнездовья этого вида до сих пор не найдены. Такая же крупная черная качурка живет в калифорнийском районе. Она так и называется - черная качурка (О. melania). Но в калифорнийском районе гнездятся еще две полностью темных качурки - пепельная (О. homochroa) и малая ка- лифорнийская (Halocyptena microsoma). Они заметно мельче черной, кро- ме того у малой калифорнийской клиновидный хвост. У всех других полностью темных качурок хвост вильчатый. Из сделанного обзора видно, что большинство видов качурок явно тяготеют к Тихому океану. Много их и в Южном океане. В Атлантическом 80
/ 2 Рис. 28. Качурки угольная (1) и Матсудайры (2) океане видов мало, и это несомненно облегает их распознавание здесь. К длинноногим качуркам относятся все виды родов Oceanites, Fregetta, Nesofregetta, Garrodia, Pelagodroma, а к коротконогим - виды из родов Hydrobates, Halocyptena и Oceanodroma. Из описания их распространения нетрудно заметить, чтс длинноногие качурки гнездятся в основном в юж- ном полушарии, а коротконогие - в северном. Будучи океаническими птицами, качурки, как правило, имеют обшир- ные области кочевок. Часть их держится локально по окраинам океанов. Во всех случаях характерно смещение областей морского распростране- ния в зимние периоды в более низкие широты. Понятно, что такие пуль- сации ареала в северном и южном полушарии имеют обратное направле- ние. Очень протяженные миграции совершает, по-видимому, только око- ло трети видов качурок, а настоящие дальние перелеты - только отдель- ные виды. Бесспорным рекордсменом здесь является, конечно, качурка Вильсона. Она, как и некоторые буревестники, не боясь огромных рас- стояний, совершает трансэваториальные перелеты. На время южной зимы из Антарктики она улетает в Северную Атлантику и на север Индийского океана. Но интересной загадкой в этом смысле является ее поведение в Тихом океане. Здесь в северном полушарии за экватором ее не бывает. Может быть, что связано с тем, что на севере Тихого океана много мест- ных видов качурок. Не близкие маршруты сезонных миграций бывают также у северной качурки из северных частей Тихого и Атлантического океанов, осваива- ющей зимой почти всю тропическую зону, у качурок малой и Матсудай- ры, летающих от Японии в Индийский океан, британской, достигающей вод южного побережья Африки, австралийской белолицей - Аравийско- го моря. Так как качурки не могут нырять, их удел добывать пищу только в самом верхнем слое моря. Вряд ли при этом они часто имеют избыток пищи, особенно днем, когда многие кормовые организмы опускаются в глубину. Основная пища качурок - различные эоопланктеры, особенно ракообразные, мелкие рыбки и головоногие. Более благоприятные усло- вия для питания создаются в местах соприкосновения вод и течений раз- личного происхождения, где планктон может накапливаться механичес- 6. В.П. Шунтов 81
ки. В таких случаях большое значение могут иметь и физико-химические характеристики вод. Например, в дальневосточных морях качурки ста- раются избегать вод шельфа с глубинами менее 80-100 м. Но там, где из глубоководных районов на мелководье вторгаются устойчивые потоки вод, ближе к берегу встречаются и качурки. Нередко хорошие условия для добычи пищи складываются в зоне материкового склона, т.е. на гра- нице океанических и шельфовых вод. Могут склевывать качурки с воды капли жира, подбирать падаль и отходы с судов. За судами чаще других летает качурка Вильсона. Другие виды делают это лишь временами или вообще не привлекаются судами. Описанная выше способность качурок, особенно длинноногих видов, танцующей походкой семенить по воде является приспособлением не для миграций, а способом добычи пищи. Гнездятся качурки в основном на островах. Но есть гнездовья и на материках. Качурка Вильсона, например, в большом количестве гнез- дится на берегах самой Антарктиды. Эта маленькая качурка упоминалась выше уже не раз и вообще она отличается, пожалуй, наибольшей эколо- гической пластичностью среди качурок. Легко преодолевая при мигра- циях жаркие тропики, в гнездовой период она может добывать пищу в небольших разводьях среди тяжелых льдов. По-видимому, на южноамериканском материке гнездятся две со всем неизученные и во многом таинственные качурки Маркхама и Хорнбая. Гнезд их пока никто не видел, но предполагается, что они размножаются на пустынных побережьях Перу и Чили, возможно даже в Андах. На суше качурки довольно беспомощны. Как и буревестники, они не могут даже стоять на ногах и при передвижении по земле опираются на всю цевку. Эту особенность качурок не всегда учитывают художники при подготовке даже солидных научных трудов. К примеру в ’’Красной книге РСФСР” изображена малая качурка, прямо стоящая на берегу моря. Из-за мелких размеров они довольно беззащитны, и вряд ли большой эффект бывает от небольшой порции пахучего желудочного жира, который ’’выстреливается” в сторону противника. На них нападают поморники, чайки, вороны и другие птицы, а птенцы и яйца страдают также от крыс, мышей и одичавших кошек. Спасаясь от дневных пернатых хищников, гнезда качурки располагают в укрытиях - в расщелинах скал, в каменис- тых россыпях, а в районах с дерновым слоем - в норах. На островах, заросших лесом, норы нередко делаются под корнями деревьев. Под пер- натых хищников настроен и суточный ритм качурок во время размноже- ния. На гнездовьях они появляются только с темнотой, а в лунные ночи осмеливаются появляться на суше ближе к полночи. Конечно, надеж- ность всех приспособлений оказывается относительной и хищные птицы свою дань с качурок берут. Но интересна ситуация в этом смысле все с той же качуркой Вильсона на Южной Георгии. Было замечено, что она здесь каким-то образом избегает большого пресса поморников, от кото- рых достается более крупным и сильным пингвинам, буревестникам и бакланам. Качурки в основном колониальные птицы, но бывают и одинокие гнеэ- 82
довья или небольшими группами. Под покровом ночи они совершают брачные игры и на земле и в воздухе, когда быстро гоняются друг за дру- гом. В море качурки обычно молчаливы, но на гнездовьях издают отры- вистые крики, напоминающие печальный писк и имеющие сигнальное или ориентирующее значение. В темноте перекликаются самки и самцы, а родители с птенцами. Крики бывают слышны и из нор. Таким путем в темноте облегчается нахождение своего гнезда, а это не очень просто в зарослях или когда на квадратном метре располагается несколько нор. Во время барчных игр качурки поют, если пением можно назвать щебе- тание, различные, нередко продолжительные трели, которые, например, у северной качурки могут переходить в жужжание. Во время пения они могут вибрировать клювами. В гнездовом цикле качурок есть почти все из характерного для буре- вестников и даже альбатросов. Они довольно поздно становятся половоз- релыми - в 3-5 лет. Первый год молодые птицы вообще не бывают на берегу, но с 2-3 лет они появляются на местах гнездования и проводят на колониях часть сезона размножения. В это время происходит накопле- ние опыта для взрослой жизни и, по-видимому, будущие брачные парт- неры начинают в темноте присматриваться друг к другу. После завершения брачных игр, восстановления старых или формиро- вания новых пар и оборудования очень простого гнезда самка улетает на 1-2 недели в море кормиться. Вернувшись к гнезду, она сносит одно яйцо, по весу почти равное пятой части своей массы. В дальнейшем партнеры насиживают яйцо поочередно, меняясь через несколько дней. Время инкубации у разных видов и популяций укла- дывается в период от 40 до 80 суток, а выращивание птенца длится от 50 до 80 суток. При нормальных условиях птенец быстро растет, жиреет и становится похожим на пуховой шарик. При максимальном весе он почти в два раза превосходит родителей. Но в конце птенцового периода, когда его реже кормят, накопленный жир расходуется на рост оперения и птенец приобретает нормальные размеры. Сезон размножения различных видов и популяций качурок зависит от климатических условий конкретного района. В умеренных и высоких широтах по понятным причинам все начинается весной. В северном полу- шарии это апрель-май, а в южном - октябрь-декабрь. Следовательно, для размножения выбран теплый сезон, который продолжается до осени, когда разлетаются птенцы. В северном полушарии завершение размноже- ния приходится обычно на сентябрь-октябрь, а в южном - на апрель- май. При этом давно замечена интересная особенность, характерная и для других птиц. В высоких широтах размножение происходит более дружно и сжато по времени. Это связано с коротким летом, когда при- ходится ценить каждый день. В самые суровые условия поставлена, конечно, качурка Вильсона в Антарктиде. Она прилетает на гнездовья, когда они еще покрыты снегом. В старых гнездах могут в это время лежать замерзшие яйца и птенцы с прошлого года. Такие драматические ситуации в Антарктиде не ред- кость. В разгар сезона размножения буран может занести и блокировать 83
снегом гнездовое убежище, из которого через снежную стену могут выб- раться только взрослые птицы. Птенцы при холоде без родителей теряют температуру, немеют и таким образом могут сохранять энергетические ресурсы при перерывах в питании. Этой способностью, кстати, обладают птенцы и других качурок, гнездящихся в высоких широтах. Но, конечно, все приспособления имеют свои пределы. Разлет молодых качурок Виль- сона из Антарктиды происходит с появлением первого снега очередной зимы. При размножении в таких трудных условиях до 80% потомства может погибнуть. И все же эта маленькая качурка, не боящаяся спорить с суровой Антарктидой и пускаться в дальние перелеты, как уже подчер- кивалось, обладает высоким жизненным потенциалом, о чем свидетель- ствует и ее высокая численность - миллионы особей. В низких и особенно тропических широтах сезон размножения мень- ше привязан к конкретному времени году. На некоторых островах гнез- дование может протекать круглогодично. Но особенно интересна в этом смысле мадейрская качурка с Галапагосских островов. Английский ор- нитолог М. Харрис установил, что здесь одна ее популяция начинает гнез- дование в ноябре перед теплым сезоном, а вторая в мае перед холодным сезоном. У всех качурок птенцы начинают морскую жизнь самостоятельно. Улетают в море они обычно ночью. В это время и первые месяцы жизни, будучи неопытными, они несут максимальные потери от хищников и неблагоприятных погодных и кормовых условий. В дальнейшем при накоплении жизненного опыта выживаемость увеличивается и ежегод- ный отсев составляет только около 10%. Пространствовав первый, а иногда и второй год в море, молодые ка- чурки начинают появляться на островах. Но если в молодом возрасте они могут посещать другие острова и колонии, то гнездиться они возра- щаются, как правило, на тот остров, где родились. Часто занимаются те же самые норы или укрытия в ращелинах скал. Гнездятся качурки в ос- новном ежегодно, но известны нередкие случаи и пропуска сезона. Точная численность качурок в Мировом океане неизвестна, да и оп- ределить ее очень непросто, ведь на местах гнездования они появляются только по начам. Несомненно, она не меньше 25 млн особей. Но есть и более высокие оценки. Так, французские орнитологи Ж. Мужен и Ж. Пре- во только для Южного океана называют цифру более 60 млн особей. Ско- рее всего, здесь явное завышение. Некоторые виды качурок могут быть смело названы процветающими. Самая массовая из них северная - воз- можно, около 10 млн особей. Миллионами оценивается поголовье качурок Вильсона, серой и белолицей. Хотя и не в такой степени, но также мас- совыми являются качурки британская, галапагосская, чернобрюхая и сероспинная. Остальные не столь многочисленны, а есть и вообще доволь- но редкие виды. Малочисленны качурки Хорнбая и Маркхама, у которых неизвестны даже гнездовья. Невысокую численность имеют также ка- чурки Эллиота, черная и малая калифорнийская. Качурки вполне приноровились к естественным врагам и трудностям климатических условий. Они могут, например, избежать нападения хищ- 84
ной птицы, располагая гнездо в укрытии и посещая его по ночам. Но, как и другие морские птицы, качурки оказались беспомощными перед заве- зенными на острова крысами, мышами и одичавшими кошками. По этой причине местами уже отмечено снижение количества некоторых видов, а численность черной качурки, живущей только в калифорнийском райо- не, составляет сейчас всего 150 гнездящихся птиц. В этом же районе совсем недавно полностью истреблена, как полагают, одичавшими кош- ками, гваделупская качурка (Oceanodroma macrodactyla). Нигде больше она не встречается. Более удачна судьба качурок, живущих на необи- таемых, трудно доступных островах в холодных широтах. Их меньше затронула деятельность человека, а естественным невзгодам маленькие качурки умеют противостоять. НЫРЯЮЩИЕ БУРЕВЕСТНИКИ Ныряющие буревестники - наименее известные из морских птиц, а в отряде трубконосых это семейство занимает совершенно особое поло- жение. Все альбатросы, настоящие буревестники, тайфунники и качурки хорошо и даже отлично летают. Об этом говорит весь их облик и стре- мительные силуэты. Совсем другие ныряющие буревестники, жители юж- ного полушария. Они неважные летуны и приспособлены в первую оче- редь для жизни не в воздухе, а на воде и даже в воде. У них все корот- кое - крылья, хвост, ноги, шея. Округлый силуэт, темный верх и белый низ делают их очень похожими на некоторых мелких чистиковых из се- верного полушария. На сходство чистиковых и ныряющих буревестников обратил внима- ние еще Ч. Дарвин в прошлом столетии. Эти птицы очень далеки друг от друга, если иметь в виду родственные отношения, не говоря уже о том, что они живут в разных полушариях. И тем не менее, ныряющие буре- вестники и мелкие чистиковые внешне очень похожи, что является ре- зультатом сходного образа жизни. Они, как говорят биологи, занимают сходные экологические ниши. Само название ’’ныряющие буревестники” говорит о способности этих птиц нырять. Большую часть времени они проводят на воде, а пищу добы- вают под водой. Летают ныряющие буревестники низко над водой, при этом очень часто и непрерывно машут крыльями. Из-за коротких крыльев и хвоста они не умеют маневрировать, и полет их, обычно непродолжи- тельный, проходит по прямой, и при пасадке они попросту шлепаются в воду. Бывает, что, не успев сделать маневр, буревестник пролетает сквозь гребень волны, как бы пробивая ее. Впрочем, и под водой они не плавают, а гребут крыльями, т.е. это такой же подводный полет, как у пингвинов и как у тех же чистиковых. Наблюдать в море за ныряющими буревестниками довольно трудно. Птицы эти небольшие - около 20 см от клюва до хвоста при размахе крыльев чуть больше 30 см. Чаще всего они бывают на воде и из-за тем- ного верха тела теряются среди волн. При приближении судна они в пос- ледний момент рассыпаются в стороны и, еще не набрав полностью ско- рость для полета, отскакивают от воды как шарики, работая ногами и 85
Рис. 29. Ныряющий буревестник (вид сверху и снизу) крыльями. В такие моменты они напоминают выпорхнувшую из-под форштевня стайку летучих рыб, которые при полете временами оттал- киваются от воды при помощи вибрирующей нижней лопости хвоста. Конечно, на крыло ныряющие буревестники поднимаются не только тогда, когда их пугают. Бывает необходимо сменить место кормежки, лететь на остров к своей норе или по другим делам. В таких случах полет может быть достаточно продолжительным. В семействе ныряющих буревестников всего четыре вида. Внешне все они очень похожи, имеют темный верх и белый низ и на расстоянии почти неразличимы (рис. 29). У берегов Перу и Чили живет перуанский ныряю- щий беревестник (Pelecanoides garnoti). Южнее 50* с.ш., т.е. в районе Ма- гелланова пролива, его сменяет Магелланов ныряющий буревестник (Р. magellani). Сразу за глазом у него просматривается белое пятно в фор- ме запятой, основание которой сливается с белым оперением нижней половины шеи. У обоих американских видов на близком расстоянии мо- гут быть замечены узкие белые полоски, как бы отделяющие основание крыльев от туловища. На многих островах Южного океана на север до юго-восточной Австра- лии и северной оконечности Новой Зеландии гнездится обыкновенный ныряющий буревестник (Р. urinatrix). В южной части ареала обыкновен- ного буревестника на тех же островах обитает георгийский буревестник (Р. georgicus). Там, где ареалы этих видов перекрываются, при наблюде- нии в море их не отличить. Но если птица попадает в руки, можно рас- смотреть, что та белая полоска, которая достигает у Магелланова буре- вестника глаза, у обыкновенного только едва намечается от белого низа шеи, а у георгийского доходит до середины шеи. Живут ныряющие буревестники в основном у берегов и протяженных миграций, тем более перелетов, не совершают. Отрытые просторы океа- на, конечно, не для коротких крыльев этих птиц. Во внегнездовое время область их морского распространения несколько расширяется. У берегов Южной Америки, Австралии и Новой Зеландии они совершают ограни- ченные кочевки вдоль побережий. Более локального, а иногда и осед- ло, держатся ныряющие буревестники, гнездящиеся на изолированных островах в Южном океане. Отдельные птицы залетают на отдых на свои колонии даже зимой, т.е. во внегнездовое время. 86
Размножение всех видов по срокам в общем приспособлено к сезонам южного полушария, но в самом гнездовом цикле бросаются в глаза не- которая разбросанность в сроках. Лучше в этом смысле изучены обык- новенный и георгийский буревестники на островах Южного океана. На своих колониях, но необязательно у своей норы, для размножения они начинают появляться с конца зимы, но в основном весной - в сентябре и октябре. Насиживание продолжается немного меньше двух месяцев, а птенцы выкармливаются в январе-феврале в течение 1,5-2 месяцев. Птенцы обыкновенного ныряющего буревестника уходят в море в фев- рале-марте, а местами даже в январе; немного позднее покидают гнез- довья георгийские буревестники. На гнездовых колониях ныряющие буревестники ведут ночной об- раз жизни и потомство выводят только в укрытиях, чаще в норах. На суше они очень страдают от поморников, которые успешно ловят у нор птиц, осмелившихся прилететь до наступления темноты. В отличие от настоящих буревестников ныряющие, не умея маневрировать, не кру- жатся над островами, а летят по прямой и, шлепнувшись на землю, сразу скрываются в норе. Чтобы уметь в темноте так точно выходить в задан- ную точку, надо обладать исключительными навигационными способ- ностями. В гнездовом цикле ныряющих буревестников есть черты, отличающие их от других трубконосых и дополнительно подчеркивающие специфич- ность этого семейства. Они рано становятся половозрелыми и начинают гнездиться в двухгодовалом возрасте. Вылупившийся птенец очень дол- го, о^оло десяти дней, бывает голый. Поэтому один из родителей все это время, а иногда до двух недель, находится неотлучно с ним. Примеров столь продолжительной родительской опеки среди птиц-норников боль- ше нет. Так как пищу ныряющие буревестники добывают недалеко от островов, птенцов они кормят ежесуточно, а иногда в одну ночь приле- тают с кормом и самец и самка. Главный корм и родителей и птенцов - планктон, в основном ракооб- разные. Могут ловить ныряющие буревестники также мелких рыбешек и кальмаров. Правда, по мнению австралийского орнитолога Д. Сервен- ти, кальмаров ныряющие буревестники не едят вообще. По-видимому, так бывает только местами. Наловленный планктон птенцам ныряющие буревестники приносят в особых горловых мешках. Этим они также на- поминают мелких чистиковых птиц северного полушария. Вообще ныряющие буревестники изучены неважно. Они мало заметны на море, а на суше из-за скрытного ночного образа жизни их легче услы- шать, нежели увидеть. По этим же причинам трудно определить их чис- ленность. По очень ориентирочным прикидкам их поголовье оценивается около 25-35 млн особей, при этом абсолютно преобладают по численнос- ти обыкновенный и георгийский буревестники. На некоторых островах в Южном океане они образуют очень крупные колонии. Несмотря на скрытный образ жизни, под покровом ночи на таких колониях бывает очень шумно. Особенно активны и крикливы бывают неполовозрелые холостые птицы. Крики ныряющих буревестников не очень музыкальны и варьируют от верещанья и кеканья до кошачьего мяуканья. 87
Высокая численность ныряющих буревестников говорит о эффектив* ности их жизненной стратегии. Эти внешне неброские буревестники пред- ставляют пример ’’незаметного процветания”, правда у них, как и у других мелких птиц, должно быть много врагов. О первых из них - по- морниках, уже говорилось. Не могут они чувствовать себя в полной бе- зопасности и в воде. В литературе есть упоминания о нападении на ны- ряющих буревестников даже морских леопардов, хотя для такого круп- ного зверя птица массой в 200 г, казалось бы, не может считаться заслу- живающей внимания добычей. Ночная темнота, к сожалению, не являет- ся защитой яиц и птенцов ныряющих буревестников от крыс, завезенных человеком на острова, где буревестники гнездятся. По крайней мере, на островах в Южном океане, которых вряд ли коснется сильно разруша- ющая хозяйственная деятельность, ныряющие буревестники имеют все шансы сохранить высокую численность и в будущем, а дальнейшими исследованиями, несомненно, будут выявлены еще многие интересные особенности жизни этих птиц.
ПЕЛИКАНООБРАЗНЫЕ, ИЛИ ВЕСЛОНОГИЕ, ПТИЦЫ Отряд веслоногих, как и отряд трубконосых, объединяет внешне очень непохожих птиц. Он включает шесть семейств: фаэтонов, фрега- тов, олуш, пеликанов, бакланов и змеешеек. Все они действительно очень разные. Разное поведение, образ жизни, облик. Трудно, например, заметить что-либо общее в облике и повадках фаэтонов и фрегатов или этих птиц с бакланами и пеликанами. И тем не менее они родственники. Их объединяет общее происхождение и некоторые черты морфологии. В первую очередь обычно обращается внимание на сходство в строении ног. Веслоногими этих птиц называют за то, что кожистая перепонка у них соединяет все четыре пальца на лапах, при этом задний палец раз- вернут вперед. Трудно заметить это только у фрегатов, ноги которых очень маленькие и слабые. В настоящее время на земном шаре обитает около 60 видов веслоно- гих. Это очень древняя группа птиц, по-видимому связанная происхож- дением с пингвинами и трубконосыми. Примерно 100 млн лет назад в меловом периоде мезозойской эры жил похожий на баклана элоптерикс. Регулярно ископаемые остатки веслоногих начинают встречаться в отложениях кайнозойской эры с палеоцена-эоцена, т.е. в периодах, удаленных от наших дней отрезком времени в 63-36 млн лет. Науке 89
известно 88 ископаемых видов различных веслоногих, в том числе, а точнее в основном принадлежащих к современным семействам. Большая часть современных видов встречается в низких или умерен- ных широтах. Но если говорить о распространении всего отряда, то его можно признать космополитическим, т.к. зоной его жизни является значительная часть земного шара от Гренландии и Чукотского моря до Антарктики. Исключительно морской образ жизни ведут фаэтоны, фрега- ты, олуши, к морским побережьям тяготеет и большая часть бакланов. Некоторые их виды обитают в том числе или исключительно на внутрен- них водоемах. К внутренним водоемам в основном приурочено распро- странение пеликанов. Всем этим семействам ниже будет посвящено по специальному разделу. Одно семейство веслоногих исключительно пресноводное. Это змеешейки, которых также называют птицами-змеями и птицами-дротиками. Змеешейки, а их четыре вида, живут в тропичес- ких реках Америки, Африки, Азии, Австралии, Мадагаскара, Шри-Ланки и островов Зондского архипелага. Лишь местами они встречаются в эстуариях. Змеешейки близки к бакланам, только у них более длинная шея и хвост, а кроме того длинный и острый клюв. Вместе с бакланами они иногда образуют смешанные колонии на деревьях и вместе ловят рыбу. Как и бакланы, даже в большей степени, змеешейки могут изменять свой удельный вес. Увеличивают они вес, освобождаясь от воздуха легочных мешков и из-под оперения, прижимая его плотно к телу. У потяжелевшей птицы из воды торчит только извивающаяся длинная шея, с чем и связа- но название змеешейка. Охотятся змеешейки на рыбу и другую мелкую живность. Держа шею в изогнутом положении, они стремительно ее выпрямляют, выбрасывая голову с острым клювом вперед, как копье. Добыча при этом хватается или пронзается острым концом клюва. Отсюда и второе название этих птиц. Много времени находясь в воде, змеешейки намокают, поэтому, как и балканы, просушивают оперение, сидя на деревьях с полураскрытыми крыльями. ФАЭТОНЫ Английское название фаэтонов - тропические птицы. В иностранной литературе чаще всего они и фигурируют под этим названием, которое получили за постоянное тяготение к теплым широтам. Нередко называют их еще и ’’боцманскими свайками”, имея в виду длинный шиловидный хвост. Это название очень прозаично и вряд ли удачно. Наиболее подхо- дящим для этих птиц является название солнечных птиц. По древнегре- ческой мифологии Фаэтон был сыном бога Солнца Гелиоса и нимфы Климены, дочери морской богини Фетиды. Именно ’’солнечное” ощуще- ние возникает при виде этих великолепных летунов на фоне голубого неба или синих тропических вод. Они словно купаются в знойной небес- ной синеве и выглядят при этом по-настоящему воздушными. Один из видов фаэтонов даже называют эфирным. Такое восприятие усиливает создающий впечатление невесомости длинный шиловидный хвост. 90
Точнее говоря, очень длинными бывают только два центральных хвосто- вых пера, которые на 35-45 см длиннее остальных перьев хвоста. У молодых фаэтонов хвост обычный, т.е. без удлиненных перьев. И сразу видно, что внешний вид птицы от этого проигрывает. В облике молодого фаэтона сквозит какая-то кургузость и даже несовершенство. Фаэтоны внешне немного напоминают крупных крачек. Длина их почти достигает метра, но половина ее приходится на два длинных хвостовых пера. Около метра составляет и размах крыльев. Размеры, как видим, порядочные, однако они скрадываются благодаря стройности этих птиц. Подстать воздушному облику фаэтонов и их легкий, уверен- ный полет. Они часто по-голубиному машут крыльями, временами чередуя такой полет со скользящим планированием. Воздушная среда освоена фаэтонами в совершенстве. В полете они неутомимы, при этом весьма маневренны, чему в немалой степени помогает и длинный хвост. На воду фаэтоны садятся не очень часто, однако вынуждены это делать для отдыха и даже сна. Сидящий на воде фаэтон как-то неестественно и высоко поднимает длинный хвост, как бы подчеркивая, что его стихией является небо. Фаэтоны - одни из немногих морских птиц, которых без каких-либо сомнений и оговорок относят в разряд экзотических. Об этом говорит весь их облик, что, впрочем, помогает при наблюдениях не путать их с другими птицами. Семейство фаэтонов насчитывает всего три вида: красноклювый (Phaethon aethereus), краснохвостый (Ph. rubricauda) и белохвостый (Ph. lepturus). Красноклювый, или эфирный, фаэтон имеет общий шелковисто-белый фон оперения, густо испещренный черными перьями сверху. Как и у других фаэтонов, от клюва через глаз к затылку у него проходит черная полоса (рис. 30). Клюв довольно большой, красно-кораллового цвета. У краснохвостого фаэтона также красный клюв. Рубиново-красные у него и оба шиловидных хвостовых пера. Преобладает же обычно в оперении этого вида все тот же шелковисто-белый цвет с отдельными вкрапления- ми на верхней стороне тела черных пестрин (рис. 31). У некоторых краснохвостых фаэтонов белая окраска имеет розовый оттенок. Встре- чаются и полностью нежно-розовые птицы, совсем как розовые чайки. У белохвостого фаэтона (рис. 30) клюв желтый, а черные перья разбивают белый фон в основном на верхней стороне крыльев. Иногда белые перья имеют слабый налет абрикосового цвета. На небольшом острове Рождест- ва, затерянном в Индийском океане южнее Явы, живет особая форма белохвостого фаэтона, при виде которого невольно вспоминается жар- птица из сказки. Весь он от клюва до конца нитевидных перьев имеет ярко-золотистую окраску, разбавленную розоватым или абрикосовым оттенком. Радостное чувство поднимается в душе, когда такое велико- лепие вдруг зависает над судном, часто трепеща крыльями. Молодые фаэтоны, покинув гнездовья и начав странствовать по открытому океану, не сразу приобретают облик взрослых птиц. У них обычный хвост и более скромное оперение - белое снизу, рябое сверху. Настоящими фаэтонами им еще предстоит стать.
1 Рис. 30. Красноклювый (1) и белохвостый (2) фаэтоны Фаэтоны встречаются почти повсеместно в тропиках и субтропиках Тихого, Индийского и Атлантического океанов. Но распространение отдельных видов несколько отличается. Во всех трех океанах обитает белохвостый фаэтон. Не гнездится он только в восточной части Тихого океана. Гнездовые же части ареалов краснохвостого и красноклювого фаэтонов очень четко взаимоисключают друг друга. Возможно они когда-то были подвидами одного вида. И поэтому, имея близкие эколо- гические характеристики, возможно, не позволяют друг другу заселять одни и те же острова. Краснохвостый фаэтон гнездится в центральной и западной частях Тихого и в южной части Индийского океанов, а красно- клювый - в восточной части Тихого, в северной части Индийского и в Атлантическом океанах. Можно довольно уверенно предположить, что форма ареала последнего вида - следствие былого соединения Тихого и Атлантического океанов в области Панамского, а Атлантического и Индийского - на месте Суэцкого перешейка. С сушей фаэтоны связаны только в период выведения потомства, что происходит обычно на небольших океанических островах. Да и не очень 92
Рис. 31. Краснохвостый фаэтон. Взрослая (1) и молодая (2) птицы уютно они здесь себя чувствуют. Имея маленькие, слабые и далеко назад отнесенные лапы, они передвигаются по земле, неуклюже опираясь на грудь. Поэтому, хотя фаэтоны часто гнездятся прямо на земле, при наличии выбора они занимают возвышения, прибрежные скалы и обрывы. Фаэтоны по праву считаются среди других веслоногих родичей самыми пелагическими, а точнее, океаническими птицами. Они явно тяготеют к открытому океану и могут встречаться на любом удалении от суши. Во время кочевок они регулярно проникают за пределы гнездовой части ареала. Например, краснохвостый фаэтон бывает обычным в восточной части Тихого океана, где не гнездится. Странствуя по океанам, не выхо- дя, впрочем, к северу и югу за субтропические широты, эти неутомимые летуны бывают активными не только днем, но и ночью. Питаются они мелкими пелагическими рыбами; местами, особенно в открытом океане, в добыче преобладают летучие рыбы. Любят они и кальмаров, которых ловят чаще всего ночью в сумерках, т.к. этих животных в верхних слоях моря больше бывает в -темное время суток. Впрочем, мелкие летучие кальмары поверхностных слоев моря, как и летучие рыбы, днем не поки- дают, поэтому также становятся регулярной добычей фаэтонов. По-на- стоящему нырять фаэтоны не могут. Заметив добычу, они с высоты стремительно пикируют, пробивая верхний слой воды. Удар о воду амортизируется подкожными воздушными полостями на передне-нижней 93
части тела. Иногда фаэтоны пытаются отбирать добычу у крачек и при случае могут воровать яйца или птенцов у более слабых птиц. Фаэтоны не боязливы и нередко с характерным резким криком подле* тают к судну. Но судовыми или промысловыми отбросами они не питают- ся. Скорее всего, ими движет обычное любопытство. Однако особой общительностью они не отличаются. Не селятся фаэтоны и плотными колониями, а в море не собираются в стаи. Правда, в начале сезона размножения они устраивают брачные воздушные игры. Откладывают всего одно яйцо, при этом настоящее гнездо не строится. В субтропиках они размножаются весной, в тропиках же, где сезонность нарушена, кладки могут быть в любое время года. Не делая гнезд, фаэтоны, тем не менее, как правило каждый раз возвращаются на свое место. Насижива- ние яйца, при котором самка и самец ежедневно или через несколько дней меняют друг друга, продолжается около полутора месяцев. Птенец, прожив около сорока суток, бывает уже тяжелее родителей, но летать в это время еще не умеет и для жизни в море пока не готов. Только в возрасте между двумя и тремя месяцами он покидает место своего рождения и на сушу возвращается, только когда наступит и его время выводить потомство. Вообще в птенцовый период фаэтоны бывают наиболее уязвимы. Для птенцов опасны фрегаты и другие воздушные хищники. Поэтому, гнез- дясь на земле, они стараются размещаться под деревьями и кустами. Тень деревьев предохраняет потомство и от палящего тропического солнца, но не является защитой от завезенных на острова хищников, а также крыс. Нередко в таких случаях или при неблагоприятных погодных условиях на крыло поднимается всего несколько процентов птенцов от числа отложенных яиц. Обычно же успех гнездования составляет у фаэтонов 30-50%. На некоторых островах, особенно в Атлантическом океане, фаэтоны уже пострадали не только от завезенных млекопитающих, но и от хо- зяйственного освоения островов. Местами их колонии сохранились только на труднодоступных скалистых участках. В настоящее время фаэтоны - обычные птицы в тропической зоне океана, но массовыми их назвать нельзя. Они не образуют очень крупных колоний, но на многих тропических островах и атоллах, особенно в Тихом и Индийском океанах, гнездятся по нескольку сот и даже тысяч пар. Общее количество всех видов, по-видимому, - не менее 100 тысяч особей. Основу этого поголовья составляют белохвостый и краснохвос- тый фаэтоны. Гнездование на большом количестве островов гарантирует им сохранение от различных неожиданностей. ФРЕГАТЫ В многочисленных названиях этих тропических птиц звучит воинственность, и фрегат среди них, пожалуй, наиболее миролюби- вое. Морские ястребы, воздушные агрессоры, разбойники, грабите- ли, морские пираты - вот какими словами пестрят описания фрегатов. Такую репутацию эти птицы заслужили тем, что кроме 94
обычной охоты за рыбой они регулярно отбирают пойманную добычу у других морских птиц - олуш, крачек, фаэтонов, чаек, бакланов и даже пытаются нападать на пеликанов. И нужно сказать, что в умении грабить они достигли большого мастерства, к тому же делают это без жалости. Настигнутую жертву, если она не желает или не догадывается отрыгнуть пойманную добычу (а это в первую очередь молодые и неопытные птицы), налетевший как молния фрегат запросто может искалечить. ’’Портрет в действии” этих птиц и хорошо и точно описан Ж.-И. Кусто: ’’...фрегаты в совершенстве справляются с ролью пиратов теплых морей. Они величественно без всяких усилий парят в вышине и вдруг мгновенно превращают- ся в стремительный болид или, точнее, в истребитель-перехватчик, обладающий замечательной маневренностью. Используя авиацион- ную терминологию, о них можно сказать, что эти птицы с крыльями переменной геометрии, со всеми преимуществами такой формулы”. И далее: ’’Природа, создав эти почти совершенные летательные аппараты, проявила иронию: она отправила их жить к морю, не дав возможности приводняться”. Кстати сказать, таких ’’ироний” или противоречий у фрегатов немало. Будучи смелыми и агрессивными по отношению к другим птицам, фрегаты во многих ситуациях бывают уязвимыми и как бы не похожими на себя. Они, например, не защищаются и выглядят обреченными, оказавшись ранеными. Нет у них слабых мест, наверное, только если говорить о лета- тельных качествах. Если фаэтоны среди веслоногих являются наиболее ’’океаническими” птицами, то фрегаты - самые совершен- ные воздушные мастера. На летательный аппарат у этих птиц - перья и обеспечивающую полет мускулатуру - приходится почти половина массы тела. Масса фрегатов сравнительно небольшая, около 1,5 кг, зато размых крыльев 1,5- 2,5 м. Крылья длинные и острые с углообраз- ным изгибом, длинный вильчатый хвост - все это делает их похо- жими на гигантских ласточек. Сходство, правда, нарушает что-то зловещее во всем их облике и крупный клюв с сильным крючком на конце. Сидящий на ветке фрегат не выглядит стройным, более того, он кажется неуклюжим и сутулым. Это впечатление не проходит и при наблюдении за летящим фрегатом, когда он делает замедленные и глубокие взмахи крыльями; но вид его преображается, когда он начинает парить, широко распахнув свои громадные крылья, или стремительно пикировать к воде, или в погоне за какой-либо птицей. В скорости и ловкости в таких случаях фрегаты превосхо- дят и соколов; пикирующего фрегата сравнивают даже с черной молнией. Находясь значительную часть дневного времени в воздухе, фрегаты чаще всего парят на неподвижных крыльях, раскрывая или складывая для баланса и маневра хвост. Крылья в локтевом суставе у них при этом как бы заклиниваются, что дает возмож- .95
ность не тратить много энергии для поддерживания их в раскрытом положении. Часами паря над морем, фрегаты высматривают добычу. Но нередко любят они и просто кружить стаями над остро- вами, на которых гнездятся, поднимаясь на огромную высоту в восходящих столбах прогретого над сушей воздуха. Ирония судьбы, о чем говорится в цитированном выше высказы- вании Ж.-И. Кусто, состоит в том, что будучи исключительно морской птицей, фрегат не может нырять, плавать и даже садиться на воду. Перья его, не имея жировой смазки, в воде намокают, а очень маленькие ноги слишком слабые, чтобы оттолкнуться от воды. Мешают оторваться от воды и огромные крылья. Неуклюже и и не очень уверенно он держится и на суше, где посадочными площадками для него являются деревья, кусты или скалы. Неудач- но приземлившись и оказавшись под кроной дерева, фрегат обре- чен. Такая же судьба ожидает и птенцов, часто вываливающихся из не очень прочных гнезд, которые строятся на деревьях и кустар- никах. Семейство фрегатов насчитывает пять видов: большой (Fregata minor), Вознесенский (F. aquila), рождественский (F. andrewsi), великолепный (F. magnificens) и фрегат Ариеля (F. ariel). Кстати, большой фрегат носит латинское имя ’’малый”. Эта ирония (еще одна!) в его судьбе связана с тем, что когда в XVIII столетии он описывался как вид, его отнесли к роду пеликанов, на фоне которых фрегат действительно выглядит малым. В полевых условиях, особенно на большой высоте, различать разные виды фрегатов не просто, а зачастую и невозможно. Преобладающий цвет оперения у них - черный с металлическим эеленовато^ронэовым блеском сверху. Но есть в окраске разных видов и некоторые детали, которые в совокупности с некоторыми другими признаками все же позволяют различать виды, когда их удается рассмотреть с близкого расстояния. Рождественский фрегат гнездится только на о-ве Рождества в Индий- ском океане. У самцов этого вида на темном фоне выделяется белый живот, а у самок также и грудь. Вознесенский фрегат, гнездящийся только на о-ве Вознесения в Атлантическом океане, весь черный, только у самок на груди обозначается коричневый перехват. Однако изредка встречаются формы и с белым низом. Великолепный фрегат гнездится в восточной части Тихого океана и в тропиках Атлантики, самцы у него все темные, а у самок белая грудь и верхняя часть живота. Во всех трех океанах гнездятся фрегат Ариеля и большой фрегат. Но создается впечатление, что великолепный фрегат ”не пускает” эти виды в те районы, где он процветает. Их немного в Атлантике и гнездятся здесь они только южнее экватора на расположенных рядом бразильских островах Тринидад и Мартин Вас. Фрегата Ариеля нет в восточной части Тихого океана, а большой здесь гнездится только на Галапагосских островах. Зато в Индийском океане, западной и центральной частях Тихого океана оба вида гнездятся на массе островов, при этом часто вместе, т.е. вполне уживаясь. При этом, как отмечают некоторые орнито- 96
логи, если большой фрегат гнездится на верхушках деревьев, то фрегат Ариеля - на боковых ветвях. У самцов фрегата Ариеля заметны неболь- шие белые пятна на животе у основания крыльев, у самок белые грудь и верх живота (рис. 32). Самцы большого фрегата полностью темные, а у самок снизу хорошо заметны белая грудь и серая шея (рис. 33). Таким образом, учитывая области распространения видов и описан- ные выше броские особенности в оперении, распознать подлетевшего к судну взрослого фрегата в общем-то можно. Но дополнительные труд- ности возникают при попытке определить молодого фрегата. У молодых птиц светлые или испещренные бурыми перьями не только низ тела, но также голова и шея. Гнездовая часть области распространения фрегатов лишь местами нез- начительно выходит из тропической зоны. Подавляющая часть птиц не покидает тропические широты и во внегнездовое время. Будучи хозяева- ми неба, фрегаты, тем не менее, постоянно нуждаются в суше для отдыха. Поэтому на ночь они возвращаются на берег, где по-настоящему спят на ветвях деревьев и кустарников. Такой уклад жизни ограничивает распространение фрегатов в открытый океан, и большая их часть держит- ся не далее SO миль от мест, где они гнездятся или отдыхают. В литера- туре есть много упоминаний о том, что полинезийцы, используя эти особенности поведения фрегатов, приручают их и используют для ’’голу- биной почты”. Чтобы птица возвращалась к "своему” дому, сооружают насест и подкармливают ее рыбой. И все же не все фрегаты так строго привязаны к суше и своему острову. Одиночек можно встретить на любом удалении от берегов, а окольцован- ные птицы отмечались даже в 4 тысячах миль от мест кольцевания. Такие странствия обычно проходят с попутными ветрами в системах теплых течений. Например, придерживаясь Куросио и его ветвей, фрегат Ариеля изредка проникает в Японское и даже Охотское моря. Отмечался в Япон- ском море и большой фрегат. Известны регулярные залеты фрегатов в умеренные широты и в других районах Мирового океана. Чаще это делают молодые птицы, больше склонные к перемене мест. Есть, однако, основания думать, что многие из этих странников домой не возвращают- ся и погибают в непривычных чужих краях. Известный австралийский орнитолог Д. Сервенти приводит редкий пример долговечности одной самки большого фрегата, которая была окольцована в Полинезии на гнезде в 1939 г. и вновь обнаружена здесь в 1968 г. Так как она в год кольцевания гнездилась, ей не могло быть меньше пяти лет, следовательно, к 1968 г. ее возраст, как минимум, составлял 34 года. Вряд ли многие фрегаты живут столь долго. Как это и должно быть в природе, особенно высокая смертность бывает у птенцов и молодых фрегатов. Вот что показывают наблюдения за гнездовым циклом фрегатов. В его начале, кажется, нет ничего особенного. Все начинается с токования самцов. Они это делают в одиночку, заняв гнездо или сидя на ветке, или собравшись в группу от нескольких до 20-30 птиц, не проявляя при этом агрессивности друг к другу. Право выбора предоставляется здесь только 7. В.П. Шунтов 97
/ Рис. 32. Фрегат Ариеля 1 - самец, 2 - самка, 3 - молодая птица Рис. 33. Большой фрегат 1 — молодая птица, 2 - самка, 3 — самец
самке. Токующий фрегат сразу бросается в глаза: красная и лишенная на горле перьев кожа у него в это время раздувается в огромный ярко-крас- ный шарообразный зоб. Этот воздушный баллон и должен в первую очередь привлечь и понравиться самке, поэтому при ее приближении самец, надувая его, во всю пыжится, хлопает крыльями, щелкает клювом и пытается ’’петь”, правда, это пение напоминает не очень музыкальное бормотание и квохтание. После того как брачный союз заключен, начинается строительство или ремонт гнезда. Самец достает, а иногда отбирает или ворует у других птиц ветки, самка же применяет их по назначению. Поиском и сбором веток она сама заниматься не может, ибо без присмотра строительный материал будет немедленно разворован. Единственное яйцо почти два месяца поочередно насиживают оба партнера. За это время они меняют ДРУ1* друга всего несколько раз. Английский орнитолог Б. Нельсон, наблюдая за фрегатами Галапагосских островов, заметил, что из-за шаткости гнездового сооружения при таких сменах теряется около двух третей яиц. Птенец в гнезде находится четыре-шесть месяцев и сначала бывает слабым и беззащитным. Он может погибнуть даже от перегрева, поэтому первые две-три недели и даже больше один из родителей нахо- дится при птенце, прикрывая его от палящих лучей тропического солнца. Смертность среди птенцов высокая. В первые дни, когда они остаются одни, часть их вываливается из гнезда или становится добычей хищных птиц и даже других фрегатов. Когда молодой фрегат покидает гнездо, он еще не совсем готов к само- стоятельной жизни: хотя внешне от взрослых птиц отличается только более светлым оперением, он не может себя прокормить. Без родитель- ской опеки молодой фрегат обречен, что нередко и бывает. Поэтому самка еще несколько месяцев (иногда полгода и даже больше) подкарм- ливает птенца, помогая ему стать настоящим фрегатом. По этой причине она не может гнездиться ежегодно. Самец прекращает родительскую заботу сразу после слета птенца с гнезда. Поэтому у него есть время перелинять и отдохнуть от семьи, чтобы с другой партнершей начать новый гнездовой цикл. Впрочем, есть мнение, что у фрегатов бывают и прочные, не на один год, пары. Эта сторона интимной жизни фрегатов известна вообще-то пока недостаточно. Есть, например, сообщения о том, что на о-ве Альдабра летающего птенца продолжают кормить оба роди- теля. Может быть, ослабленная родительская забота к своим птенцам больше характерна только для самцов великолепного фрегата, лучше других изученного в этом отношении. Так как фрегаты совсем не умеют плавать и нырять, им доступна добыча, находящаяся только на самой поверхности воды. Чаще всего это летучие рыбы. Стайки их обитают в верхних слоях тропических морей почти повсеместно. Преследуемые корифенами, тунцами, дельфинами или другими хищниками, летучие рыбы часто выскакивают из воды и становятся добычей сваливающихся в пике с неба стремительных фрега- тов. Паря в высоте и обладая отличным зрением, фрегаты специально следят за косяками охотящихся хищников, зная, что и для них здесь 99
будет добыча. Хотя фрегаты достигли высочайшего уровня пилотажа и им достаточно всего лишь мгновенья, чтобы на бреющем вираже, едва коснувшись воды, подхватить добычу, они не в состоянии довольство- ваться такой свободной охотой. Все же не всегда много живности в самых поверхностных слоях моря, да еще днем, когда фрегаты бодрст- вуют. Для этого надо уметь нырять, что фрегатам не дано. Поэтому-то они не могут не заниматься грабежом. Дань с других птиц фрегаты в основном собирают над морем. Заметив, как олуша, крачка или другая птица с уловом возвращается на остров, фрегат принуждает ее отрыгнуть добычу, которую чаще всего прямо в воздухе и подхватывает. Иногда на других птиц они нападают коллек- тивно, хотя отрыгнутая добыча достается только одному. Отнятая добы- ча - не только дополнительная пища, но и расширение ее ассортимента. Благодаря пиратству фрегатам местами много достается деликатесных кальмаров, которых в сумерках или в темное время ловят ныряющие птицы. Грабительская активность фрегатов возрастает в штилевую погоду, когда труднее маневрировать на границе воды и воздуха. И все же значение пиратства в жизни фрегата не стоит переоценивать. Наблю- дения в разных районах показывают, что атаки фрегатов бывают резуль- тативными в лучшем случае каждая пятая. Правда, все эти наблюдения проводились с берега. Возможно, более удачными бывают нападения в открытом море. Голодные фрегаты (особенно уже ведущие самостоятельный образ жизни молодые особи) досаждают птицам и на суше. Они воруют яйца и птенцов, нередко нанося серьезные потери колониям более слабых птиц. Не стесняются они это делать даже и со своими сородичами. Не упускают случая фрегаты подхватить на лету с песчаного пляжа только что вылу- пившегося из яйца и убегающего в море детеныша морской черепахи или мелкого крабика, многочисленных по тропическим берегам. Вот такие эти птицы - сочетание совершенства, уязвимости и противо- речивости. Можно ли их считать вредными, имея в виду пиратские наклонности? В конечном счете нет. Очень убедительно на этот счет выразился Ж.-И. Кусто: ’’Великолепные фрегаты! Они не вредны, хотя и выступают среди тропических птиц в роли неутомимых и безжалостных пиратов. Благодаря их непрекращающемуся воздействию сильные отде- ляются от слабых, сообразительные от глупых и вся местная авиафауна пребывает здоровой и энергичной”. Как видим, здесь повторяется мысль, ранее доказанная и утвержденная экологами, относительно роли сухо- путных хищных птиц, таких, как соколы, ястребы и орлы. И действитель- но, во многих случаях рядом с колониями фрегатов соседствуют и процветают многотысячные колонии других морских птиц. Общая численность фрегатов в Мировом океане довольно значительна, не менее полумиллиона особей. Для хищных птиц это не так уж мало. При этом большая часть их приходится на большого и Ариеля, которые живут, главным образом, в Тихом и Индийском океанах. Всего по не- скольку тысяч насчитывают Вознесенский и рождественский фрегаты, гнездящиеся только на одноименных островах. 100
Так как фрегаты гнездятся на деревьях, их яйца и птенцы недоступны для наземных хищников, а в воздухе они сами хозяева положения. На некоторых островах, затронутых хозяйственной деятельностью, числен- ность фрегатов в последние десятилетия уменьшилась. Главная причина этого - сокращение древесных и кустарниковых зарослей, на которых фрегаты строят гнезда. ОЛУШИ Это еще одно семейство веслоногих птиц, рассказывая о которых, сначала нужно коснуться их названия. Почему олуши? Ведь олуши - зна- чит глупые. Так привычно в разных странах характеризуют животных, которые ... не боятся человека. А олуши нередко позволяют даже брать себя в руки. Глупым или самоубийственным может показаться и основной способ охоты олуш. С высоты 10-30 м и даже более, как будто желая разбиться, они стремительно пикируют вниз и со скоростью более 100 км в час по- добно снаряду врезаются в море. Правильнее, наверное, за это олуш считать не глупыми, а бесстрашными. А вообще, это красивые и заметные птицы, с интересной биологией и поведением. Они не только отлично ны- ряют. Олуши умеют почти все: они хорошо плавают, неплохо маневриру- ют под водой, обладают превосходными летными качествами и могут на лету поймать даже летучую рыбу. Вот только уйти под воду с положения на плаву для них является проблемой. Мешает повышенная плавучесть, усиливающаяся легким пневматичным скелетом и подкожными воздуш- ными мешками в передней части тела, предназначенными для смягчения удара о воду при нырянии. Сидящая или ковыляющая по суше олуша кажется несколько неуклю- жей, в полете же она олицетворяет стремительность. Сигарообразное об- текаемое тело продолжает вытянутая в одну линию с ним крепкая шея, а завершает эту живую торпеду спереди крупный конический клюв, а сзади ромбовидный хвост. Крылья длинные и узкие, как у альбатроса. Полет, прямой и быстрый, представляет собой чередование редких, но сильных взмахов крыльями, с планирующим скольжением. В скользящей над волнами олуше есть даже что-то от альбатроса. Пикирующая с высоты олуша приводит крылья в полураскрытое положение, превращаясь в крылатую ракету. Таков схематический портрет, характерный для всех олуш. Но разные виды по-своему индивидуальны и кое в чем даже непохожи. В семействе олуш девять видов, подразделяющихся на две группы. Шесть видов - чисто тропические птицы. Общая область их распростра- нения и места гнездования почти совпадают с распространением фрега- тов и фаэтонов. В более высоких широтах живут представители второй группы, включающей три вида - северная (Sula bassana), капская (S. са- pensis) и южная, или австралийская (S. senator). Географически эти виды разобщены огромными пространствами. Больше других, пожалуй, извест- на северная олуша, гнездящаяся в умеренных широтах Северной Атлан- тики. Это самая крупная олуша с массой около 3,5 кг и размахом крыль- 101
1 2 Рис. 34. Северная олуша 1 — взрослая, 2 — молодая ев около 1,7 м. Капская и австралийская олуши при аналогичных разме- рах полегче. Они живут в южном полушарии: капская гнездится в районе южного побережья Африки, а южная - в районе Новой Зеландии и Тас- мании. Взрослые особи всех трех видов в общем похожи. Преобладающий цвет у них белоснежный, а верх головы золотистый. У северной олуши на белом фоне контрастно выделяются черные концы крыльев (рис. 34). У капской и австралийской олуш также хорошо заметна черная полоса по заднему краю крыльев. Кроме того, у первой из них полностью черный хвост, а у второй - средние перья хвоста (рис. 35). Молодые птицы буро- крапчатые, с возрастом они постепенно светлеют и через четыре года приобретают полностью взрослое оперение. Труднее различать в море тропические виды олуш, ведь в некоторых районах океана могут встречаться сразу несколько видов. Трех из них - бурую, или коричневую (S. leucogaster), краснолапую (S. sula) и белую, или голуболицую (S. dactylatra) можно назвать тропическими космопо- литами. Они встречаются в тропическом поясе трех океанов - Тихого, Атлантического и Индийского. Правда, если говорить строго, то местами они гнездятся и в субтропических широтах. В восточной части Тихого океана обитают еще два вида - перуанская (S. variegata) у берегов Перу и к северу от нее голуболапая, или синелапая, олуша (S. nebouxii). И, на- конец, последний вид - чернокрылая, или олуша Абботта (S. abbotti), живущая в Индийском океане. Это самая редкая из олуш. Она занесена в международную Красную книгу; ее поголовье составляет всего около пяти тысяч особей и все они живут только на о-ве Рождества - единст- венном месте гнездования золотистого фаэтона и рождественского фре- гата. В прошлом встречалась чернокрылая олуша также на о-ве Ассамп- шен в Сейшельском архипелаге. Предполагают, что в настоящее время она может гнездиться также на о-ве Родригес в группе Маскаренских ост- ровов. 102
Рис. 35. Белая (1) и южная (2) олуши Рис. 36. Краснолапая (1) и бурая (2) олуши Тропические олуши по массе примерно в два раза легче сородичей из более высоких широт. Но размерами они отличаются не сильно, о чем говорит полутораметровый размах крыльев. Среди них наиболее легко узнаваема бурая, или коричневая, олуша (рис. 36). Преобладающий цвет ее оперения темно-шоколадный, с которым четко контрастирует бело- снежный живот. У молодых птиц низ тела пестро-бурый. Самая крупная из тропических олуш - голуболицая, или белая, ее масса немного пре- вышает 2 кг. Она в основном белая, кроме черных концов крыльев и хвоста, а также широкой черной полосы, окаймляющей заднюю часть крыльев (рис. 35). Молодые птицы пестрые, более светлые снизу. Взрос- лую окраску они приобретают в трехлетием возрасте. Самая мелкая олуша - краснолапая. У всех взрослых, но только у взрослых птиц этого вида кораллово-красные ноги. А вот в оперении 103
наблюдается несколько совсем непохожих вариаций или цветовых фаз. Часть птиц в основном белые с черными концами крыльев и неширокой черной полосой по«оаднему краю крыльев (рис. 36). Птицы темной фазы серо-бурые, более светлые снизу. Между этими двумя крайними типами существуют переходные. Молодые особи, как и других видов, темные. Одним словом, наблюдая на расстоянии, не так-то просто отличить моло- дых от темных взрослых. Олуши чернокрылая, перуанская и синелапая отличаются от других видов с белым низом и полностью темной верхней стороной крыльев. У чернокрылой олуши также хорошо выделяются пестрины на задней части спины и пояснице, у перуанской - по всей спине, а у синелапой, кроме того, на шее. и голове. Можно назвать еще одно внешнее отличие тропических олуш от нетропических. У всех олуш на передней части го- ловы или, точнее говоря, на ’’лице” вокруг глаз и у основания клюва кожа голая, нередко яркоокрашенная. У тропических олуш это голое пространство выражено больше. При взгляде спереди кажется, что на голову птицы одета маска. Такое впечатление усиливается очень глу- боким разрезом рта. В англоязычной литературе одна из олуш - белая чаще всего по этой причине фигурирует под названием ’’Masked booby”, т.е. ’’олуша в маске”. В биологии олуш есть немало необычных черт и одно из них - способ насиживания яиц. В отличие от большинства птиц яйца нагреваются не телом, а лапами, которые у олуш весьма крупные, а перепонки на них густо снабжены кровеносными сосудами. В кладке обычнб бывает одно яйцо; белая и бурая олуши могут откладывать по два, синелапая - три, а перуанская даже четыре яйца. При насиживании олуша накрывает яйцо или яйца широкими и горячими от прилива крови перепонками лап, а чтобы не раздавить их, вес тела переносится на хвостовую часть. Яйца поочередно насиживают оба родителя и продолжается это около полуто- ра, а у чернокрылой олуши почти два месяца. Птенец в гнезде выкармливается долго - у большинства видов 3- 3,5 месяца, у бурой, белой и краснолапой около 4, а у чернокрылой олуши даже 5-6 месяцев. Выкармливание потомства, как и у многих других птиц - трудная задача, и чаще всего при наличии в кладке боль- ше, чем одного яйца второй птенец погибает от голода или его забивает старший. Жестоко конечно, но, наверное, оправдано. Ведь двух птенцов на крыло все равно не поднять. И все же правомерно спросить, зачем это суровое испытание? Зачем второе яйцо, если лишний птенец все равно обречен? Предполагают, что здесь, может быть, имеет место подстраховка на случай потери первого яйца, что бывает довольно часто. Но, возмож- но, что здесь имеет место и элементарная расточительность природы. Только перуанская олуша при обилии у гнездовий пищи, что, правда, бывает не так уж и часто, способна выкормить нескольких птенцов. На завершающей стадии гнездового цикла обнаруживаются принци- пиальные отличия тропических олуш от северной, капской и южной суб- тропических. У трех последних видов в конце гнездового периода птенец становится жирным и значительно тяжелее родителей, к примеру у се- ки
верной олуши он весит около 4-4,5 кг. Родители в это время прекращают о нем заботу, и оставленные птенцы самостоятельно со скал спускаются в море. Хорошо летать они еще не могут - слишком тяжелы, поэтому с десяток дней живут на плаву за счет жировых резервов, пока не научатся летать и нырять за добычей. Начало самостоятельной жизни дается непросто. В это время половина молодых олуш погибает. У тропических олуш покидающий гнездо птенец сразу умеет летать. Он не имеет таких больших жировых резервов, как родственники из более высоких широт, хотя и бывает сначала немного тяжелее родителей. Прекращение питания для него означало бы гибель. Однако самостоя- тельно добыть необходимое количество пищи он пока не может. Поэтому еще два, а у чернокрылой и краснолапой олуш три месяца родители продолжают их подкармливать. В общей сложности гнездовой цикл краснолапой олуши продолжается 9, а у чернокрылой - даже 15 меся- цев. Ежегодно при такой нагрузке эти виды, в отличие от других видов, гнездиться не могут, нужно время на восстановление растраченных ре- сурсов. У чернокрылой олуши, таким образом, получается одна кладка в два года, а у краснолапой лишь немного чаще. Кстати, этих двух олуш сближает еще одна биологическая особен- ность. Обе они гнездятся на деревьях, в то время как другие виды - нг земле и скалах. Все олуши в общем колониальные птицы. Северная, капская и австралийская олуши гнездятся плотными колониями. Гнезда их, представляющие собой возвышения из земли, помета, водорослей и другого материала, располагаются одно возле другого. Приходится толь- ко удивляться, как в скоплениях тысяч однотипных гнезд птицы нахо- дят свое. Тропические виды так плотно не гнездятся. А чернокрылая олуша в этом смысле вообще оригинальна. По наблюдениям английско- го орнитолога Дж. Нельсона редко на одном дереве бывает даже два гнезда, обычно же всего одно. Как и у других птиц, гнездование в умеренных и субтропических ши- ротах приходится на весенне-летний период. В тропиках же в любой месяц года могут быть встречены и яйца, и птенцы. У всех видов гнездо- вой сезон начинается с брачных церемоний, ритуалов и игр. Известны десятки различных поз, положений и фигур, которые имеют определен- ный смысл. Вот как описывает Ж.-И. Кусто любовный церемониал у сине- лапых олушей: "Самец возвращается с моря; видно, что ему удалось уйти от бдительных фрегатов. Он приближается к скале ... поджался для по- садки - широкие перепончатые лапы вытянуты вперед и служат воздуш- ным тормозом; птица мягко садится на край скалы. ... Самец встретил самку и поздоровался с ней, после чего они разыграли очаровательный спектакль. Месье, меньших размеров, чем дама, срыгивал, задирал клюв к небу и многократно демонстрировал свои лазурные лапы. Сделав пау- зу, он снова возобновлял танец, который я сравнил бы с медленной полькой. Дама чуть слышно попискивала, будто постанывала всякий раз, когда он исполнял номер "обольстительные лапы". Она восхищенно на- клоняла голову и, наконец, пустилась порхать по кругу. Это служило указанием на то, что парад самца произвел впечатление и шансы его рас- 106
тут. Однако парочке предстояло исполнить еще много актов ритуально- го балета, включающих пощелкивание клювами, разглаживание перьев, вариации раскланивания, прежде чем перейти к заключительному ак- ту... . Такие сложные ритуалы - не только обязательное условие брачных отношений. Олуши относятся к птицам, у которых разнообразные и дале- ко не простые церемонии помимо основного назначения призваны сгла- живать естественную враждебность между особями. Наиболее простое ритуальное поведение у чернокрылой олуши. Как уже говорилось, эта олуша гнездится на вершинах деревьев. Попадание под полог крон для нее означает смерть. Ветви деревьев, конечно, не лучшее место для тан- цев, частых ссор и выяснения отношений. Вот поэтому чернокрылая олу- ша и имеет упрощенные ритуалы. А кроме того, она наименее агрессивна. Но в то же время они не строят гнезда очень близко друг от друга. Все олуши - в основном рыбоядные птицы. Великолепное зрелище представляет собой охотящаяся за рыбой стая олуш. Обнаружив косяк мелкой рыбы, они начинают его бомбить, одна за другой срываясь в стремительное пикирование. И нужно сказать, что в охоте они часто бывают удачливыми. Иногда стихийно возникает и тактическое взаимо- действие с хищными рыбами и другими подводными хищниками. Прес- ледуемый снизу косяк мелкой рыбы выходит к поверхности, где его за- мечают олуши, а в тропиках еще и фрегаты. Зажатый со всех сторон косяк в таких случаях несет серьезные потери. В тихую погоду хорошо видны взрывы брызг от падающих олуш, другие в это время всплывают наверх, довольно заглатывая не съеденную под водой добычу, третьи - тяжело разбегаясь по воде, взлетают, чтобы зайти на очередной бросок. Пикировать олуши могут прицельно, а тропические виды даже ловят на лету летучую рыбу. Под водой они, и особенно тропические виды могут плавать и маневрировать при помощи крыльев и лап, однако глуб- же 10 м обычно не заныривают. Под водой, как правило, не бывают больше 10 с, ио при необходимости могут задержаться и немного доль- ше. В приемах добычи пищи тропические олуши несколько отличаются от нетропических. Нетропические виды обычно ныряют более ответно, с большей высоты и глубже. При этом крыльями при пикировании они совсем не машут. Ветер сильнее 4 баллов в такой ситуации охоту уже осложняет. Правда, охотящихся австралийских олушей наблюдали и при ветре около 6 баллов. Тропические же олуши часто пикируют под углом и даже почти горизонтально к поверхности моря. Чтобы набрать скорость, они должны разогнаться, для чего применяют крылья. Такой способ охоты очень выгоден для ловли рыбы у самого берега и на мелководье. И когда бывает совсем уже мелко, олуша, по существу, лишь соприкасает- ся с поверхностью моря, только частично погружаясь в воду. Наиболее совершенна при такой охоте синелапая олуша. Кстати, она имеет среди всех олуш и самый длинный хвост, что помогает ей лучше маневрировать при нырянии у берега. Добывая пищу недалеко от колоний, она имеет возможность и чаще кормить своих птенцов. 106
В пище олуш преобладают массовые пелагические рыбы. У нетропичес- ких видов - сардина, анчоусы, другие сельдевые рыбки, ставриды, скумбрии, а у северной олуши также и молодь тресковых. Перуанская олуша в годы обилия анчоуса питается почти исключительно этой рыбой. У других тропических олуш в пище чаще всего фигурируют летучие рыбы и кальмары. При питании же у островов нередко в их рационе бывают ставридовые, скумбриевые, сельдевые, барабульки и другие тропические виды. Крупный клюв олуш хорошо приспособлен для хватания и удер- жания скользкой и верткой добычи. Края клюва и подклювье имеют вид мелкой пилки. Кальмары в рационе по значению уступают рыбе даже в тех местах, где их много. И только самая мелкая краснолапая олуша ловит кальмаров не меньше, чем рыб, а иногда и больше. Эта олуша самая сумеречная и охотится не только в светлое время суток, как другие олуши, но и с наступлением темноты. Кальмары же, как уже говорилось выше, в верхних слоях моря более многочисленны именно ночью. Кстати, красно- лапая олуша и самая ’’глазастая”, т.е. имеет наиболее крупные глаза, приспособленные для охоты в сумерках. Именно эта олуша чаще других с темнотой налетает на суда, садится на мачты или надстройки. Некоторые специалисты считают, что среди краснолапых олушей, предпочитающих сумеречную активность, больше птиц с темным оперением. Как и фрегаты, олуши чаще всего держатся у берегов и в районах мелководий в пределах нескольких десятков миль от побережеий. Но встретить их можно и на любом удалении в скрытом океане. Более склонны к перемене мест менее консервативные молодые птицы. Моло- дые северные олуши из Северной Атлантики откочевывают в свою пер- вую зиму вдоль побережий Америки и Европы далеко на юг. Птицы, живущие в восточной части океана, проникают, например, до тропических вод Африки. Вдоль побережья Африки кочует капская олуша, но ее путь направлен на север. Перуанская олуша также кочует вдоль побережья, и часть птиц удаляется от мест рождения на несколько тысяч километров. Интересна в этом отношении австралийская олуша, гнездящаяся в Новой Зеландии. Именно у Новой Зеландии сосредоточено ее основное полово- зрелое поголовье. Как только ее птенцы начинают летать, они без задер- жек пересекают Тасманово море и несколько лет живут в шельфовых водах Австралии, поднимаясь вдоль берегов до тропиков. Домой они начинают возвращаться в возрасте около трех лет, но не все сразу. В таком возрасте замечено первое появление молодых птиц на гнездо- вых колониях, но сами они размножаться начинают только в 5-7 лет. Тропические олуши чаще встречаются в открытом океане. Это и понят- но, ведь гнездятся они в основном на мелких ооровах, окруженных со всех сторон океаническими просторами. Способность как нетропических, так и тропических олуш улетать от родных мест на расстояния до 3- б тысяч километров и даже дальше подтверждена и кольцеванием. Коль- цеванием же доказано и возвращение большинства птиц, особенно взрослых, к местам рождения. За исключением чернокрылой, остальные виды олуш довольно много- 107
численные птицы. Поголовье перуанской олуши может достигать почти 3-4 млн особей, но только в периоды обильные анчоусом. Это примерно половина общего поголовья всех видов в Мировом океане. Вторая по численности краснолапая олуша, поголовье которой составляет не менее 1 млн особей, при этом только в Галапагосском архипелаге около 500 ты- сяч. Другие олуши не столь многочисленны, но каждый вид, кроме чер- нокрылой, имеет поголовье более 100 тысяч. В перуанском районе поголовье олуш не стабильно и в годы бескорми- цы, вызванной вторжением с севера теплых вод Эль-Ниньо, происходит катастрофическое вымирание птиц. Но этот процесс обратимый. Иная картина наблюдается в западной части Индийского океана. Здесь на многих островах колонии олуш в последние десятилетия явно оскуднели. Причина - хозяйственная деятельность, прямое преследование, туризм и т.д. Страдают олуши и от завезенных на острова крыс и других млекопи- тающих. На численности капской олуши отрицательно сказались про- мышленные разработки отложений помета - гуано на островах ее гнездо- вания. Но есть и другого рода примеры. Северная олуша за последние 100 лет увеличила свою численность примерно в три раза, и современное ее поголовье почти достигает 500 тысяч. Рост численности создал предпо- сылки и для увеличения ареала. В 1939 г. она расширила область гнездо- вания и начала гнездиться у побережья Франции, а в 1946 г. - Норвегии. ПЕЛИКАНЫ Вряд ли нужно специально представлять этих птиц. Пеликаны благо- даря их необычности известны больше многих других водных птиц. Крупное угловатое тело, большие широкие крылья с пальцеобразно торчащими на их концах главными маховыми перьями, длинная шея, огромный плоский клюв с кожаным мешком вместимостью около вед- ра - все это вместе создает очень причудливый облик, даже кажется какой-то ошибкой природы. Такое восприятие становится еще более отчетливым при виде летящих и особенно идущих на посадку пелика- нов - давно вымершие птеродактили и только. Но говорить об ошибке природы неверно. Вид у пеликанов, конечно, не современный, но свою жизнеспособность они доказали, выдержав про- верку временем. Эти птицы ведь жили на Земле еще 20-30 млн лет на- зад. Совсем недавно в США обнаружены остатки гигантской .морской птицы, она имела размах крыльев 5,5 м и весила около 40 кг. Ее считают отдаленным родственником пеликанов. В настоящее время известно восемь видов пеликанов и распростране- ны они довольно широко. Однако в морях они встречаются только места- ми и, если иметь в виду семейство в целом, то его, строго говоря, нельзя считать настоящим морским. Шесть видов тяготеют к внутренним водое- мам, а при выходе к морю они держатся в лагунах, эстуариях, заливах и устьях рек, т.е. непосредственно у берега. Не покидают прибрежную зо- ну и два морских вида - бурый (Pelecanus occidentalis) и чилийский (Р. thagus), которые почти везде избегают пресных вод. На ночь они обя- зательно должны вернуться на сушу спать. 108
Рис. 37. Американскиий белый (1) и бурый (2) пеликаны Одним словом, пеликаны - это птицы, приспособленные для жизни в мелководных водоемах и у берегов. Поэтому морякам они доступны для наблюдений обычно только при заходах в порты или у островов. Разные виды пеликанов, если учесть особенности их распространения, в большинстве районов различить не очень сложно. У шести из них в окраске преобладает белый, а у двух - бурый цвет. Два последних вида обитают только в американских водах. Это уже упоминавшиеся родст- венные бурый и чилийский пеликаны. Нередко их относят к одному виду, а чилийского выделяют в качестве более крупного подвида. Бурый встречается в теплых водах Америки как с атлантической, так и с тихо- океанской сторон; живет он и на Галапагосских островах. Чилийский пеликан как бы продолжает вдоль тихоокеанского побережья ареал бурого к югу от экваториальных вод. Преобладающий цвет их оперенья коричневый с различными оттенками - серебристым, красноватым, чер- ным (рис. 37). С общим темным фоном одеяния контрастирует белая или золотистая голова, от которой вниз по шее продолжаются белые полосы. Зимой белого на голове и шее становится больше. В основном на внутренних водоемах Северной Америки гнездится американский белый пеликан (Р. erythrorhynchus), который бывает и на тихоокеанском и на атлантическом побережьях (рис. 37). Интересно, что в сезон размножения на клюве сверху у него появляется рог. На пресных водах и местами по морским побережьм Австралии и Новой Гвинеи оби- тает австралийский белый пеликан (Р. conspicillatus), а в тропической Африке - розовоспинный, или африканский, пеликан (Р. rufescens). Живет он и на Мадагаскаре, а в начале нынешнего века около сотни пар гнездилось на одном из атоллов Сейшельского архипелага. Он также в основном имеет белое перо, но с заметным розоватым оттенком на верхней стороне тела. Область распространения этого пеликана налегает на ареал также светлоокрашенного восточного белого или розового пе- ликана (Р. onocrotalis). Африканский имеет слабый сероватый оттенок. С близкого расстояния его от восточного можно отличить по серому хвосту 109
1 Рис. 38. Кудрявый (1) и розовый (2) пеликаны (из Такка и Хейнцеля, 1980) и желтым лапам. У восточного хвост белый, а ноги розоватые. Это пели- кан гнездится на внутренних морях, озерах и реках Восточной Европы и Азии, а также в Африке. Его ареал в Европе и Азии налегает на ареал кудрявого пеликана (Р. crispus). Вместе они могут быть встречены и на зимовках - в Северо-Восточной Африке и на азиатском побережье Ин- дийского океана. Их легко спутать, когда они сидят. Но в полете легко заметить, что у розового пеликана нижняя сторона крыльев наполовину черная, а у кудрявого - видна лишь узкая черная полоса по заднему краю (рис. 38). На водоемах тропической Азии с выходом на побережье Индийского океана живет серый пеликан (Р. philippensis). Отличается он отчетливо серым фоном оперенья и розовым клювом. Молодые птицы всех светлых пеликанов имеют темную окраску. Они держатся со взрослыми в общих стаях, а в светлый наряд одеваются только в возрасте нескольких лет. Во всем облике пеликанов сквозит солидность и спокойное, философи- ческое достоинство. На суше они довольно неуклюжи. Однако летают на удивление легко, чередуя взмахи крыльями с плавным планированием. Шею при этом подобно цаплям изгибают, а голову как бы втягивают в плечи. На воде пеликаны сидят высокого и при плавании напоминают парусные лодки, легко и быстро скользящие по воде. Свободно нырять пеликаны не могут, так как обладают чрезвычайно высокой плавучестью, обусловленной пневматичностью костей и под- кожными воздушными прослойками. Да и оперение у них рыхлое, и между перьями находится много воздуха. Поэтому ловить рыбу они могут только на малых глубинах или в верхних слоях воды, подхваты- вая ее как сачком. Все светлые пеликаны и не пытаются нырять. Способы добычи ими рыбы хорошо описаны в научной и научно-популярной ли- тературе. Описаны и коллективные охоты пеликанов, когда они, переме- щаясь цепью, шумно хлопая крыльями, выгоняют рыбу к берегу, где ее можно легко поймать, не умея нырять. Возможна при коллективной охо- те и кооперация с другими птицами, например бакланами. 110
К другим птицам пеликаны, судя по всему, относятся философски спокойно. Есть много описаний, в которых говорится о том, что чайки прямо из клюва или едва ли не из подклювного мешка могут вырвать у пеликана пойманную рыбу. Не очень расстраивается он, и когда фрегат или другая птица утащит из гнезда ветку или другой строительный ма- териал. Но такое добродушие бывает не всегда и не везде. Д. Сервенти, например, указывает, что австралийский пеликан может убить черного лебедя, оказавшегося помехой в момент его рыбалки. Как уже говори- лось, пеликаны питаются рыбой и в сутки им требуется наловить ее 1- 2 кг. Время от времени рацион разнообразится и другой живностью, водящейся на мелководьях. Это могут быть крабы, креветки, головасти- ки и даже утята. Все светлые виды пеликанов в приемах добычи в общем похожи. По другому пути пошли морские виды - бурый и его ближайший род- ственник чилийский пеликаны. Они ’’приняли на вооружение” способ добычи олуш, т.е. ныряют, пикируя с высоты. Как уже описано выше, все строение и облик олуш отлично соответствует этому. Но пеликаны? С их угловатой массивностью, длинной шеей и очень большой положительной плавучестью? Наверное, имея в виду такие сомнения, в некоторых очень популярных издания, например в шеститомнике ’’Жизнь животных” и в книге И. Акимушкина ’’Мир животных. Рассказы о птицах” пишется, что бурый пеликан при пикировании, чтобы не сломать шею, сгибает ее, а голову укладывает на спине. Ударяясь о воду передней частью тяжелого тела, он оглушает рыбу, после чего ее подбирает. Нет, бурый пеликан охотится по-другому. Он не только знает, но и видит, что делает. В пе- реведенной на русский язык книге американского орнитолога Р. Питер- сона ’’Птицы” приводятся хорошие фото, из которых видно, что пеликан пикирует и ныряет с полураскрытыми крыльями, с вытянутой шеей и выставленным вперед как копье клювом. До олуш бурому и чилийскому пеликанам, конечно, далеко. И под воду они вряд ли уходят глубже 1- 2 м. Но кое-что на этом поприще они все же достигли и если не всегда процветают, то и не вымерли ведь. И, кстати, эти виды не всегда ныряют с высоты 10-20 м. При низком полете, особенно на малых глубинах, они бросаются в воду с небольшой высоты. Есть наблюдения, свидетельству- ющие о том, что только треть бросков бывает успешной. Поэтому питаясь в основном такой мелкой рыбой, как анчоусы, наловить ее даже с кило- грамм для пеликана не является очень легкой задачей, особенно в годы бедной рыбой. Не случайно морские пеликаны нередко собираются у ведущих промысел судов и подбирают отходы. Для веслоногих птиц такой способ добычи пищи не обычен. Гнездятся пеликаны группами, колониями, иногда довольно больши- ми. В любых условиях строится гнездо. В зависимости от места оно может располагаться на заломах и сплавинах тростника, на деревьях, на скалах и просто на пляжах. В соответствии с условиями и возможностями места гнездования подбирается и строительный материал. Это могут быть вет- ки, водоросли, трава, листья. Когда же приходится гнездиться на земле, то нагребаются возвышения из грунта вперемешку с пометом, перьями in
и растительностью. Не видит пеликан особой проблемы и в том, что в этой куче окажутся кости или даже мертвая птица. Брачные церемонии и игры у пеликанов есть, но они не шумные и, в общем-то, скромные. Впрочем, от такой крупной, спокойной и неповоротливой птицы трудно ожидать бурных выражений чувств. Ж.-И. Кусто, например, наблюдая за медлен- ным и торжественным танцем самца бурого пеликана, остроумно сравни- вает его с похоронным церемониалом. Количество яиц в кладке варьирует. Обычно откладывается по 2-3, изредка 1, 4 и даже 5 яиц. Большое значение здесь имеет обеспеченность пищей. В голодные годы погибают не только птенцы, но и взрослые птицы. Несмотря на крупные размеры, гнездовой цикл у пеликанов не очень продолжителен. Насиживание продолжается месяц или немного больше. Птенцы появляются голыми, слепыми и беспомощными, но в воз- расте трех месяцев уже могут летать. При кормлении птенец буквально залезает через открытый клюв в глотку родителя. На этом основании еще в древности родилось поверье об особой самоотверженности пеликанов, которое якобы кормят птенцов своими внутренностями. Но к потомст- ву пеликаны действительно относятся с большой заботой. Э.Н. Головано- ва в книге ’’Мир птиц” так описывает семейную идиллию у розовых пе- ликанов на оз. Маныч-Гудило: ’’Птенцов оказалось всего три ... Как толь- ко они вышли на середину острова с редкой травой, их окружили взрос- лые птицы, в числе которых были и родители, и бездетные соседи. Каж- дый пеликаненок размером с раскормленную курицу напоминал город- ского малыша, которого бабушки, тетки и собственные папа и мама выве- ли на прогулку в воскресный день. Все порывались к ним с любезностя- ми и заботами. Но родители отгоняли посторонних и старались держать детей возле себя”. Подрастающие молодые собираются в группы, и иногда в таких яслях бывает по нескольку сот птенцов. Готовые летать молодые пеликаны несколько тяжелее родителей. Запасы жира оказываются полезными на первых порах, когда они постигают секреты рыбалки и когда далеко не все у них получается. В это время их продолжают подкармливать и роди- тели. Профессиональные навыки пеликанов позволяют им жить только у морских берегов и в мелководных водоемах. Это обстоятельство лишает из возможности широкого маневра при изменившихся условиях и соз- дает для них ограничения, особенно в связи с хозяйственной деятельнос- тью человека. Они первыми страдают от загрязнения вод, освоения че- ловеком водных угодий, осушения внутренних водоемов, а также при оскуднении рыбных запасов. Пока пеликаны еще довольно многочис- ленны, но не везде. Особенно сильно сократилась их численность в обжи- той Европе. ’’Красная книга РСФСР” сообщает, что в настоящее время на территории бывшего СССР гнездится только 2-2,5 тыс. пар розового и 1,5-2 тыс. пар кудрявого пеликанов. Наиболее многочислен чилийский пеликан - представитель перуан- ских птичьих базаров - производителей гуано. Он хотя и уступает здесь по численности бакланам и олушам, но некоторые его колонии достигают 112
десятков тысяч птиц, а общее поголовье временами почти достигает миллиона особей. Однако в годы резкого снижения численности основно- го корма птиц этого района - перуанского анчоуса - происходит их массовая гибель. Такие периодические колебания в этом крайне измен- чивом районе Мирового океана были всегда. Но в то же время известно, что до промышленной эксплуатации на перуанских берегах залежей гуано общий уровень численности пеликанов был выше. Численность большинства других видов пеликанов в лучшем случае измеряется десятками тысяч птиц. Выше уже говорилось, что с Сейшельских остро- вов совсем исчез розовоспинный пеликан. Этот вид в Африке может гнез- диться даже в городах. Отсюда можно заключить, что для пеликанов отрицательным является не просто близкое присутствие людей, а измене- ние ими среды обитания. БАКЛАНЫ Все описанные выше группы веслоногих птиц явно тяготеют если и не к жарким, то, по крайней мере, к теплоумеренным широтам. Многие ви- ды бакланов также не нарушают этого правила. Многие, но не все. Среди разнообразного бакланьего племени, а оно насчитывает около 30 видов, есть виды, гнездящиеся в Арктике, включая суровую Гренландию, и в Антарктике, в том числе на Антарктическом полуострове южного ледово- го материка. Будучи прибрежными птицами, они не смогли заселить толь- ко открытые океанические районы Тихого, Индийского и Атлантического океанов. Но бакланы гнездятся на океанических островах Кораллового и Тасманова морей, а также на островах Южного океана. В связи с большим видовым разнообразием бакланов и специфич- ностью ’’экологических паспортов” многих видов дать характеристику, так сказать, осредненного баклана довольно трудно, но все же возмож- но. Похожие черты у разных видов связаны со сходством жизни и спосо- бов охоты. Все бакланы - отличные ныряльщики, при этом они ныряют только из положения на плаву, а под воду уходят мгновенно. Под водой могут находиться до минуты и даже больше и, судя по всему, чувству- ют там себя неплохо. Главным движителем под водой, как и при плава- нии на поверхности, являются лапы с широкими перепонками. Крылья под водой также используются и для движения, и для маневров. Длительная рыбалка под водой была бы невозможна при высокой по- ложительной плавучести, но бакланы имеют большой удельный вес. В отличие от других веслоногих скелет у них не пневматичен, а подкож- ные воздушные мешки отсутствуют. Поэтому и на воде все бакланы си- дят очень низко. Летают бакланы довольно быстро, но полет их не маневренный, пря- молинейный, что неизбежно при тяжелом весе и не очень больших крыльях. Летящие бакланы вытягивают длинную тонкую шею, часто машут крыльями и несколько напоминают уток или гусей, особенно ког- да летят клином или вереницей. И тем не менее в облике их есть что-то несомненно воронье, хотя вороны и крыльями медленно машут, и шеи у них короткие. Именно из-за вороньего сходства бакланы в разных стра- 113 8. В.П. Шунтов
нах чаще всего называются корморанами или корморантами, что и яв- ляется производным от ’’морской вороны” (corvus marinus). Да и в раз- ных оттенках их голоса явно проступает знакомое карканье. Перья бакланов в воде намокают. Поэтому они регулярно должны бы- вать на берегу для просушивания оперения. Их часто можно видеть тор- чащими столбиками на скалах, камнях или облепившими, как грачи, деревья. В этом одна из причин сугубо прибрежного образа жизни всех видов бакланов. Как говорят, в воду они идут не из-за удовольствия, а по необходимости - за пищей. И в полете бакланы выглядят далеко не королями воздуха, более того, возникает ощущение, что полет для них - довольно тяжелая работа. И все же некоторые из них не преминут из любопытства лишний раз облететь проходящее мимо судно. Семейство бакланов, как уже говорилось выше, насчитывает около 30 видов. Приблизительность оценки связана с тем, что в отношении не- которых из них нет полной ясности - виды это или подвиды. Окраска бакланов бывает неодинаковой в различном возрасте, а также летом и зимой. В этом разнообразии разобраться непросто. Еще более непросто распознать разные виды на расстоянии, наблюдая с борта судна. Тем бо- лее что в некоторых районах бок о бок живет по нескольку видов. В водах Австралии и Новой Зеландии, например, обитает 9, в Южной Атлан- тике и в тропиках Индийского океана - по 8, в юго-восточной части Ти- хого океана - 7, на севере Тихого океана - б, а в северной Атлантике - 4 вида. При наблюдениях с борта судна нужно в первую очередь ориентиро- ваться на размеры, бросающиеся в глаза типы окраски оперения, а также известные данные об ареалах видов. Большинство бакланов укладыва- ется в три размерные градации: мелкие виды - с ворону, масса их тела 0,5-0,8 кг и размах крыльев около 70-90 см; среднеразмерные - с круп- ную утку, массой до 1,5-2,0 кг и размахом крыльев около 100-130 см, и крупные - с гуся, массой до 3 кг и размахом крыльев около полутора метров. Впрочем, относительно крупных бакланов нужно сделать неболь- шую оговорку. Самый крупный в мире - нелетающий баклан (Nannop- terum harrisi), живущий на Галапагосских островах. Но крылья у него очень маленькие, как у хлопунца. Он совсем не может летать, но хорошо плавает и ныряет. По окраске оперения, исключая буроватого нелетающего баклана, все виды можно подразделить также на три группы: полностью или почти полностью темных (до черного), темных сверху, но белых снизу и в ос- новном серых. Такое разнообразие цвета оперения бакланов опровер- гает часто встречающиеся в литературе обоснования характерного и даже чуть ли не обязательного типа окраски рыбоядной птицы - белая снизу, темная сверху. И кстати: такие характеристики, как темный, светлый и другие, правомочны только для наблюдений на расстоянии. При более близком знакомстве с бакланами для описания цвета их оперения ока- жутся необходимыми уже другие слова, особенно если говорить о брач- ном периоде. Темные перья приобретают яркий металлический блеск с преобладанием бронзовых, синих и зеленых оттенков. Экзотичность 114
облика бакланов в это время подчеркивают топорщащиеся хохолки, ”уши”, ’’рога”, яркий цвет голой кожи на лице, вкрапления контрастных нитевидных перьев на голове и шее. Молодые птицы и взрослые во внегнездовое время имеют более скромное однотонное оперение. Инте- ресно, что бакланы с черным оперением обитают как в северном, так и в южном полушариях, а белобрюхие и серые - только в южном. Если иметь в виду все изложенное выше, распознавание видов бакла- нов на расстоянии все же немного облегчается. Начнем с мелких видов. Их всего четыре. В Средиземноморье и в Черноморско-Каспийском реги- оне обитает малый баклан (Phalacrocorax pygmaeus). Он весь темный, а голова и шея красновато-бурые. В Африке, в основном на пресных водах, живет камышовый баклан (+ Ph. africanus). Преобладающий цвет опере- ния его также темный. В Индии, Индокитае и в северной части Зондского архипелага обитает мелкий яванский баклан (Ph. niger). Его ареал частич- но налегает в Зондском архипелаге на ареал малого пестрого баклана (Ph. melanoleucus), который встречается также в Австралии и на островах к востоку от нее, включая Новую Зеландию. Последний вид по окраске варьирует. Наиболее часто встречаются птицы с белой нижней частью тела - от головы до хвоста. У Новой Зеландии преобладают темные осо- би. Чаще всего этот баклан встречается на внутренних водах. Очень крупных бакланов, не считая нелетающего, три вида. Самый известный среди бакланов большой или обыкновенный (Ph. carbo), име- ющий наиболее широкое среди морских птиц распространение. Он гнез- дится как на внутренних водоемах, так и по морским побережьям юж- ной половины Азии, в Европе, Гренландии, Африке, Австралии и Новой Зеландии, а также на северо-восточном побережье Северной Америки. Оперение большого баклана в основном темное. На темном фоне хорошо заметен белый низ головы, а в брачном наряде также белые пятна на бо- ках брюшной части (рис. 39). В это время на затылочной части головы появляются тонкие длинные волосовидные перья, многие из них имеют серебристый цвет. В Африке живет такой же крупный белошеий баклан (Ph. lucidus). Его легко можно отличить по белой нижней части шеи и го- ловы, контрастирующих с темным цветом остальной части тела. Часть орнитологов считает его подвидом большого. Очень похож на большого уссурийский, или японский, баклан (Ph. filamentosus), гнездящийся по берегам Японского моря и сопредельных районов. Он немного помельче большого, но заметить эти различия с борта судна почти невозможно. Темноокрашенных бакланов средней величины 11 видов, и если бы все они обитали в одном районе, то отличить их в полевых условиях бы- ло бы безнадежным делом. Но у большинства видов ареалы не перекры- ваются. На побережье южной части Африки гнездятся два вида - массо- вый весь темный капский (Ph. capensis) и береговой (Ph. negelectus). Вто- рой вид несколько крупнее, и у него в полете видны белые пятна на зад- ней части тела. В Персидском заливе и водах Аравийского полуострова обитает полностью темный персидский баклан (Ph. nigrogularis), а в водах Индии - более мелкий индийский (Ph. fuscicollis). У последнего вида на боках головы торчат пучки тонких белых перьев. В Зондском архипе- 115
/ 2 Рис. 39. Большой (1) и краснолицый (2) бакланы лаге, в Австралии, Новой Зеландии и на островах Кораллового моря его сменяет похожий малый черный баклан (Ph. sulcirostris). В северо-восточ- ной Атлантике от Скандинавии и Исландии до Средиземного и Черного морей гнездится зеленый баклан (Ph. aristotelis). Он весь темный, а назва- ние получил за зеленоватый блеск пера. Впрочем, называют его также длинноносым и хохлатым. По атлантическому побережью Северной Америки и в Карибском бас- сейне обитает полностью темный ушастый баклан (Ph. auritus). Это наз- вание он получил за двойной хохол, т.е. пучки перьев с каждой стороны головы. В водах Центральной Америки ареал ушастого баклана налегает на ареал более мелкого неотропического баклана, или баклана Бигуа (Ph. olivaceus), который встречается как у атлантического, так и у тихо- океанского побережий Южной Америки. У ушастого баклана голая кожа ’’лица” красная, а у неотропического желтая, при этом у последнего она окаймлена узкой полосой белых перьев, нет у него и ’’ушей”. Труднее всего разобраться в темных бакланах на севере Тихого океа- на. В северо-западной части Тихого океана обитают берингов, или пела- гический (Ph. pelagicus), и краснолицый (Ph. urile) бакланы (рис. 39). Они очень похожи, правда, краснолицый немного крупнее, кроме того, на ’’лице” у него больше голой красной кожи. У обоих видов в брачный пе- риод появляются белые пятна на боках брюшной части и удлиняются перья на темени и затылке. Оба вида вместе гнездятся в заливе Аляска, на Курильских, Алеутских, Командорских и Прибыловых островах. В северных районах Охотского и Берингова морей обитает только берин- гов баклан. Этот вид гнездится также в Чукотском море и вдоль тихооке- анского побережья Северной Америки, где обитает также уже упоминав- шийся ушастый баклан, у которого совсем нет в оперении белого. Здесь живет еще один темный вид - баклан Брандта (Ph. penicillatus). ’’Лицо” у него голубое, а на боках головы и на спине в брачном наряде появляют- ся белые нитевидные перья. Хохла на голове и белых пятен на боках брюшка у него нет. Несмотря на то что каждый северотихоокеанский вид имеет свои внешние особенности, трудности в их распознавании неиз- бежны. Как уже говорилось, белобрюхие бакланы обитают только в южном полушарии. Один из них упоминался выше - это малый пестрый баклан ив
из группы мелких видов. Но есть еще 8 видов среднего размера. Три из них живут в Австрало-Новозеландском регионе. Как в Австралии, так и и Новой Зеландии гнездится пестрый баклан (Ph. varius). Верх у него чер- но-зеленый, а низ от головы до хвоста - белый. У южного побережья Австралии к нему добавляется белогрудый, или чернолицый, баклан (Ph. fuscescens). Он похож на пестрого, но верхняя сторона шеи у него не темная, а пестрая. Только у Новой Зеландии живет новозеландский бак- лан (Ph. corunculatus). От пестрого он отличается хохлом на голове и бе- лыми полосами на темном фоне верха крыльев и белым пятном на се- редине спины. На о-ве Кэмпбелл обитает особый подвид новозеландского баклана. У него нет белых пятен сверху, но зато имеется темный пере- хват вокруг нижней половины шеи. Вдоль тихоокеанского побережья Южной Америки, исключая ее юж- ную часть, живет баклан Бугенвилля (Ph. bougainvillei) - главный по чис- ленности вид знаменитых перуанских базаров. Белый фон нижней части тела у этого вида нарушается темным перехватом вокруг нижней поло- вины шеи (рис. 40). Лицо у него красное, а на темени топорщится хохол. У берегов южной части Южной Америки баклана Бугенвилля сменяет Ма- гелланов баклан (Ph. magellanicus). Он похож на предыдущий вид, но имеет полностью темную шею (рис. 40). Правда, зимой ее нижняя сторона становится белой. У южных берегов Южной Америки обитают еще два белобрюхих бак- лана - голубоглазый (Ph. atriceps) и королевский (Ph. albiventer). Они по- хожи на новозеландского баклана, т.е. имеют полностью белую нижнюю сторону тела от головы до хвоста и белые полосы вдоль верхней поверх- ности крыльев (рис. 41). У голубоглазого, кроме того, заметно белое пят- но на нижней части спины. Королевский баклан встречается также на островах Крозе и Макуори, а голубоглазый - на о-ве Херд и на Антарк- тическом полуострове с прилегающими к нему островами атлантического сектора Антарктики. На о-ве Кергелен живет похожий на них кергелен- ский баклан (Ph. verrucosus). Осталось дать характеристику трем видам бакланов в общем серого цвета. Все они имеют средние размеры. У тихоокеанского побережья Юж- ной Америки гнездится краснолапый баклан (Ph. gaimardi). Встречается он и в южной части атлантического побережья Южной Америки. У него яркие красные лапы, а на сером фоне шеи с каждой стороны отчетливо выделяется по белому овальному пятну. Вокруг главных островов Новой Зеландии живет пятнистый баклан (Ph. punctatus). Это очень красивая птица. От клюва по бокам шеи по всей ее длине отчетливо выделяются белые полосы, с которыми контрастирует темная нижняя сторона шеи в ее верхней части. На темени, затылке и верхней части шеи у него топор- щатся эффектные хохолки и удлиненные перья (рис. 42). На Чатамских островах живет близкий к пятнистому чатамский баклан - Ph. feathers- toni. Возможно, эти виды являются подвидами. Белые полосы на шее у чатамского баклана выражены слабее (рис. 42). Бакланы большей частью морские птицы, но некоторые из них частич- но или в основном тяготеют к пресноводным водоемам или эстуариям. 117
1 2 Рис. 40. Бакланы Бугенвилля (1) и Магелланов (2) /23 Рис. 41. Кергеленский (1), королевский (2) и голубоглазый (3) бакланы (из Такка и Хейнцеля, 1980) Это пестрый, малый пестрый и малый черный бакланы в Австралии и Новой Зеландии, камышовый и белошеий в Африке, малый баклан в Чер- номорско-Каспийском регионе, а также самый известный из всех большой баклан. Все виды бакланов - колониальные птицы, хотя нередко гнездятся небольшими группами и даже одиночными парами. Гнезда строятся на скалах, карнизах, на столбообразной поверхности небольших островов, на деревьях, кустах, на заломах камыша и в некоторых случаях просто на земле. Они могут располагаться на высоте до 100 м от уровня моря, как, например, большой баклан в Англии, или так низко к прибою, что при шторме волны могут попросту смыть в море, как это бывает с бе- логрудым бакланом в Австралии. Гнездо представляет собой довольно внушительную постройку. Оно строится из веток, травы, водорослей, 118
1 2 Рис. 42. Пятнистый (1) и чатамский (2) бакланы листьев, перьев. Это скрепленное пометом сооружение бывает довольно прочным. Прилепленное к карнизу на скале, оно отлично выдерживает сильный ветер. Колонии бывают чисто бакланьими, но нередко бакланы гнездят- ся и среди других птиц: на морских побережьях среди морских птиц, а на пресных водах - вместе с околоводными птицами, например с цап- лями, гнезда которых бакланы могут занимать для собственных нужд. Как и другие птицы, бакланы имеют и постоянные пары и возвраща- ются в свои районы. Но строгой привязанности к своему карнизу, своей скале, своему гнезду у них, по-видимому, все же нет. Да и расположение самих колоний у них может меняться даже в смежные годы. Каждый гнездовой сезон, как и положено, начинается с подбора или восстановления прошлогодних пар и, конечно, с брачных ритуалов. То- кующие бакланы волнообразно изгибают шею, укладывают ее на спину или запрокидывают, направляя вверх клюв, топорщат и поднимают хвост, часто трепещут крыльями. При наблюдении за машущей крыльями птицей становится понятным, почему в сезон размножения у некоторых видов на боках нижней части тела появляются белые пятна. Они очень контрастно сверкают, а точнее, мерцают на черном фоне и, конечно, привлекают внимание уже издали. Действенность брачных демонстраций усиливается эффектными штрихами их наряда. Именно в брачному сезону оперение приобретает отчетливый металлический блеск, голая кожа на лице становится особенно яркой, а на голове появляются хохол- ки и красивые волосовидные перья. Все это придает бакланам молод- цеватый, а точнее свежий и даже франтоватый вид. Кладки у бакланов довольно большие - 2-4, а иногда и 5-6 яиц. Яйца насиживают оба родителя. Процесс этот обычно продолжается около месяца - у одних видов немного меньше, у других больше. Насиживаю- щая птица ложится на яйца и, как замечено у зеленого баклана, под яйца могут подсовываться лапы, которые от притока крови становятся горя- чими. Птенцы появляются голые, слепые и беззащитные. Поэтому первое 119
время нуждаются не только в корме, но и постоянном присутствии од- ного из родителей. В возрасте 7 недель уже могут летать, но старые птицы опекают и кормят их еще 2-S недель. Птенцы выкармливаются отрыгну- той пищей. При кормлении они дружно щекочут клювами подбородок родителя и лезут в широко открытый рот. Бакланы хорошие рыболовы, поэтому им вполне по плечу поднять на крыло большое потомство. Однако дается это не просто, особенно на за- вершающей стадии, когда молодые по размерам не уступают родителям. Э.Н. Голованова в уже упоминавшейся книге ’’Мир птиц” так описывает процесс кормления птенцов большим бакланом в Казыл-Агачском запо- веднике на Каспийском море: ”В гнездах, где птенцы были уже летными, при появлении родителей начиналась целая баталия. Если отец или мать присаживались на край гнезда, то трое или четверо птенцов кидались к ним с такой поспешностью и стремительностью, что, наверное, могли не- нароком подмять их под себя и растоптать. Поэтому, вернувшись с моря, бакланы остерегались появляться сразу возле выводка. Они предпочи- тали пролететь рядом на виду у детей и опуститься под своим деревом на воду... бакланята мгновенно прыгали в воду и начинали гоняться за отцом или матерью с таким азартом, как за рыбой в воде. Те же как будто старались уйти, ныряли, увертывались и только через несколько минут позволяли себя поймать. С этого момента начинался ’’морской бой”. По воде хлопали длинные черные крылья, летели во все стороны брызги. Со стороны нельзя было понять, то ли птенцы пытаются отнять принесен- ный им корм, то ли они, увлекшись, топят несговорчивых родителей”. Нетрудно представить, что будет с потомством при бескормице. Клюв у бакланов тонкий, но очень сильный. Он очень широко откры- вается, имеет острые режущие края и оснащен дополнительными мыш- цами для закрывания. Все это позволяет удерживать довольно крупную и сильную рыбу. У большого баклана, например, в желудках находили угрей до 65 см длиной. В рационе разных видов бакланов встречается очень большое коли- чество видов рыб, обычно наиболее многочисленных в районе охоты. Это могут быть анчоусы, сардины, сельдь, песчанка, мойва, шпроты, ке- фали, тресковые и даже камбалы. Не пренебрегают бакланы, особенно живущие на пресных водоемах и в эстуариях, и другой пищей - ракооб- разными, моллюсками и даже лягушками. Пища добывается только путем ныряния. Глубина ныряния во многом зависит от места. Живя чаще всего у берегов, т.е. охотясь на малых глу- бинах, бакланы ныряют всего на несколько метров. В глубоких местах, по крайней мере для части видов, не проблема занырнуть и на 20- 25 м. Охотятся бакланы и в одиночку, и коллективно. Коллективные охо- ты бывают удачными, когда в них участвует много птиц, и обычно они применяются на мелководных внутренних водоемах. При этом бакланы, выстроившись цепью или вкруг, шумно сгоняют рыбу и, когда это уда- ется, ошалелым косякам наносят большие потери. Суточный рацион у большинства видов бакланов составляет около 300-500 г. Это порядочно, и в местах больших скоплений птиц за сезон 120
набираются солидные цифры выловленной ими рыбы. Поэтому уже давно н не раз возникали вопросы о вреде бакланов. Если говорить о морях и океанах, то эта проблема чаще всего надуманна, но на внутренних во- доемах бакланы, действительно, могут приносить вред, выедая большое количество ценных промысловых рыб и их молоди. И, конечно, нежела- тельны они в больших количествах на рыбоводных прудах. Однако часто упоминаются бакланы и как полезные птицы. Более то- го, одного из них - баклана Бугенвилля - даже называют самой полез- ной птицей в мире. Наверное, такой вывод излишне категоричен, но баклан Бугенвилля, конечно, заслуживает того, чтобы о нем рассказать подробнее. Этот баклан - самый массовый вид перуанских птичьих ба- заров. В Мировом океане есть не одно место, где птиц больше, чем у бе- регов Перу. Но все же колонии этого района поражают грандиозностью. В благоприятные для птиц по кормовым условиям периоды поголовье птиц-производителей гуано может превышать 20 млн голов, и главный среди них баклан Бугенвилля. Основные колонии птиц располагаются на столообразных поверхностях небольших островов. На каждом квад- ратном метре располагается три бакланьих гнезда. С птенцами это 12 птиц на квадратном метре, а баклан Бугенвилля - птица далеко не ми- ниатюрная. Просто поразительно, как в такой однообразной тесноте птицы находят свое гнездо и своих птенцов. Выдающийся французский зоолог Ж. Дорст так описывает свои впечат- ления о посещении бакланьей колонии на островах Чинча: ’’...Когда мы подходили к островам, тысячи бакланов носились в небе длинными из- вивающимися лентами... Чем ближе мы подплывали, тем гуще станови- лись стаи, так что, когда мы пристали к скалистому берегу, птицы носи- лись над нами, как темные грозовые тучи... Воздух гудел от шума, под- нятого сотнями тысяч птиц, обитающих на острове. Вскоре тяжелый, тошнотворный запах гуано забился в ноздри и пропитал одежду. Мы не- прерывно чихали от пуха, носившегося в воздухе, как тонкая пыль. Но как будто всех этих неприятностей было мало - нас еще поливали пометом непрестанно пролетавшие над нами птицы. Когда я взобрался на вершину берегового уступа, передо мной открылось совершенно фан- тастическое зрелище. Весь остров был буквально покрыт птицами, как будто на нем расстелили бело-черный ковер”. В связи с такой массовостью баклан Бугенвилля и стал основным про- изводителем гуано, которое считается самым ценным в мире естествен- ным удобрением. Сейчас известно, что разработка отложений гуано ве- лась древними инками еще до новой эры. Но так как масштабы заготовок были незначительными, то за многие годы накопились слои гуано тол- щиной до 40, а местами даже до 50 м. Ведя умеренную эксплуатацию удобрений, инки заботились и о самих птицах. Под страхом смертной казни запрещалось посещение островов в гнездовой период или убийство птиц. Крупномасштабное промышленное использование залежей гуано началось в середине прошлого столетия. Общая масса отложений в это время составляла примерно 13 млн т, из них около 10 млн т было вывезе- но с 1851 по 1872 г., а весь запас был использован за 40 лет. Это была нас- 121
тоящая индустрия в духе покорения природы в плохом смысле этого слова. Заготовку гуано вели круглый год, одновременно истреблялось много птиц и гибли их кладки. В результате этого в начале нынешнего столетия поголовье птиц катастрофически сократилось. Пришлось при- нимать срочные охранные меры. В 1909 г. была создана специальная ком- пания по эксплуатации гуано, которая взяла птиц под охрану и регламен- тировала заготовку удобрений. Все это быстро дало свои результаты, и колонии птиц восстановились. Особенно быстро увеличил численность именно баклан Бугенвилля. Более того, он стал более многочисленным, чем в прошлом. Раньше столь значительного преобладания его над дру- гими птицами не было. Разумную эксплуатацию перуанских базаров в конечном счете орга- низовать удалось. Но птицы этого района время от времени подвергаются очень трудным испытаниям в связи с вторжением с севера теплых вод. Это хорошо известное явление Эль-Ниньо. В периоды Эль-Ниньо про- дуктивность вод уменьшается, падает численность главного кормового объекта птиц - перуанского анчоуса, что вызывает откочевку части птиц в более южные районы и одновременно массовое вымирание мил- лионов птиц, особенно молодых. О масштабах гибели дают представле- ние следующие цифры. После Эль-Ниньо в 1957 г. численность птиц с 27 млн сократилась до 5,5 млн голов в 1958 г. После Эль-Ниньо в 1965 г. поголовье с 17 млн упало до 4,3 млн голов и примерно на таком уровне сохранялось до 1972 г., когда вновь разразилось очень сильное Эль- Ниньо. Очередное потрясение в Перуанском районе было в 1982—1983 гг. В эти годы Эль-Ниньо было самое сильное за последние 100 лет. В годы такой низкой численности птиц отложения гуано бывают сла- быми. При восстановлении птичьего поголовья в год накапливается слой гуано около метра - до 350 тыс. т. Для воспроизводства тонны гуано должно быть съедено 15 т анчоуса. Один баклан за сезон дает около 14 кг гуано. Перуанский район - не единственный район образования гуано. В южноафриканском районе одним из производителей гуано является капский баклан, а у северного побережья Австралии, например, в заливе Шарк - пестрый баклан. Численность птиц в этих районах намного мень- ше, чем у берегов Перу. Несопоставимы и объемы отложений гуано, кото- рые при промышленных заготовках быстро истощились. Большинство видов бакланов не являются дальними мигрантами, а некоторые виды живут оседло. На вечную оседлую жизнь обречен неле- тающий баклан Галапагосских островов. Постоянно находятся у побе- режий и бакланы, живущие на разбросанных в Южном океане островах. Они не приспособлены для перелетов через бедные рыбой огромные пространства. Да, наверное, и нет в этом необходимости. По-другому ведут себя бакланы, гнездящиеся на внутренних водо- емах и материковых побережьях. Они совершают кочевки вдоль бере- гов на десятки, а нередко на сотни и даже тысячи миль. Вдоль побе- режья Южной Америки совершает перелеты описанный выше баклан Бу- генвилля. Часть бакланов из Англии достигает вод Франции, Испании и Скандинавского полуострова. Из Охотского моря бакланы летают на 122
зимовки в Японское море и тихоокеанские воды Японии. До Японии про* никают бакланы из западной части Берингова моря. Но большая часть беринговоморских бакланов летает зимовать к американским берегам в северо-восточную часть Тихого океана. Вообще весенние и осенние миг- рации бакланов в северной части Тихого океана нередко напоминают перелеты водоплавающих птиц, временами весьма оживленные. Большие вереницы и клинья бакланов издали можно легко спутать с утиными ста- ями. В то же время миграционной волной увлекаются не все птицы, и зимой даже в ледовых разводьях северных районов можно встретить одиночек или небольшие группы бакланов. Мигрирующие бакланы при- держиваются побережий материков и островных гряд. Но отдельные осо- би или стайки берингова баклана в это время могут оказаться и на зна- чительном удалении от берегов, например в центре Охотского или Берин- гова морей. Не случайно этот вид носит и другое имя - пелагический. Бакланы, если говорить о всем семействе в целом, могут считаться процветающей и многочисленной группой. Об этом можно судить хотя бы по баклану Бугенвилля. Этот вид в семействе самый массовый. По не- скольку сот тысяч особей имеют численность берингов, краснолицый, зе- леный, капский, персидский и пятнистый бакланы. При таких уровнях численности судьба видов, конечно, не вызывает каких-либо опасений. Более того, местами на внутренних водоемах, где занимаются искусст- венным разведением рыб, возникает необходимость отпугивания или даже сокращения поголовья бакланов. Но есть среди них виды с иной судьбой. Так, в Красную книгу РСФСР из-за малой численности занесены зеленый и малый бакланы. В прошлом в наших водах они были более многочисленны. Вообще среди бакланов не так уж редки случаи периодических изменений численности помимо описанных для перуанского района. При изменении численности проис- ходит сокращение или, наоборот, увеличение ареалов, появляются новые или исчезают старые гнездовые колонии. В последние десятилетия, к примеру, очень заметно возросло количество краснолицего баклана в северной части Тихого океана. Он превзошел по численности ранее более многочислен- ного берингова баклана в Беринговом море и на Курильских островах. Одним словом, для многих видов временные понижения численности не грозят большой бедой. Но для более консервативных видов, ареалы которых ограничены всего одним-двумя небольшими островами, послед- ствия изменений условий могут оказаться катастрофическими. И такие примеры есть. В прошлом веке на Командорских островах жил крупный нелетающий баклан Стеллера. Он вымер, но возможно, что дополнитель- ную роль в этом сыграла охота на него или какая-нибудь болезнь. В част- ности,есть указания на то, что время от времени по колониям бакланов на севере Тихого океана прокатывается мор. В наше время возможным кандидатом на вымирание является нелетающий баклан с Галапагосских островов. Недавно его поголовье составляло около 1600, но после Эль- Ниньо 1982-1983 гт. сократилось до 800 особей. При такой низкой числен- ности, очень локальном распространении и невозможности при плохих условиях откочевать в другой район вид может погибнуть даже от слу- чайных причин, например от болезней или загрязнения вод.
РЖАНКООБРАЗНЫЕ ПТИЦЫ Отряд ржанкообразных птиц включает немногим меньше 300 видов птиц, но далеко не все из них морские. Больше всего в этом отряде кули- ков - несколько семейств и почти 200 видов. Ржанки, имя которых при- своено всему отряду, также кулики. Кулики чаще всего обитают на боло- тах, лугах, на побережьях морей, рек и озер. На морских побережьях их бывает особенно много во время сезонных миграций и зимовок. Огром- ные скопления этих длинноногих птиц собираются на пляжных и или- стых берегах заливов, лагун и эстуариев. Обладая сильным стремитель- ным полетом, многие виды куликов совершают дальние сезонные пере- леты. Особенно примечательны в этом смысле кулики, гнездящиеся в Арктике. Закончив размножение, они широко разлетаются по теплым ши- ротам. Не страшась океанических просторов, часть их посещает не только тропические острова всех океанов, но и бывает на далеких островах Ан- тарктики. Некоторые виды куликов, постоянно находясь у моря, по обра- зу жизни мало чем отличаются от настоящих морских птиц. Но традици- онно к морским обычно относят только два семейства куликов - плавун- чиков и белых ржанок. Плавунчики действительно много времени проводят в море, и о них еще пойдет специальный разговор. А белые ржанки, или футляроносы, в море не живут, это береговые птицы. У них полностью белое оперение, и внешне они очень похожи на небольших домашних курочек. Их всего два вида - малая и американская белые ржанки. Первая живет на островах в индийском секторе Антарктики, а вторая в атлантическом и на Антаркти- 124
деском полуострове. Зимой американская ржанка совершает перелеты к южным берегам Южной Америки и на Фолклендские (Мальвинские) острова. Обе ржанки - птицы морских побережий, где они питаются выбросами моря, в том числе различной падалью. Летом в гнездовой сезон белые ржанки очень досаждают другим птицам, даже таким круп- ным, как пингвины. Они воруют из гнезд яйца, даже нападают на птенцов или отбирают у них пищу. В этих не очень красивых делах ржанки прояв- ляют изрядную изобретательность. Когда одна ржанка отвлекает внима- ние взрослой птицы, вторая сзади стаскивает и разбивает яйцо. Кроме нескольких семейств куликов отряд ржанкообразных включает семейства поморников, чаек крачек, чистиковых и водорезов. Чистико- вые - исключительно морские птицы. Они совсем не бывают на пресных водоемах. Некоторые поморники часть года проводят в стороне от моря. Среди же чаек и крачек есть довольно много неморских видов. Этим трем семействам ниже будут посвящены отдельные очерки. Близкие к крачкам водорезы живут только на внутренних водоемах, в устьях рек и эстуариях. Морскими этих птиц, конечно, назвать нельзя. Всего в семействе водорезов только три вида. Черный водорез живет в субтропических и тропических водоемах Северной, Центральной и Южной Америк, африканский - в Африке, индийский - в тропической Азии. Все они внешне похожи: темный верх, белый низ, с размахом узких крыльев чуть больше метра. Самое интересное у водорезов - способ охо- ты и созданная для этих целей конструкция клюва. Клюв у них вообще длинный, но верхняя его часть значительно короче нижней. При охоте водорезы летают низко над водой и, опустив в воду длинное подклювье, как бы режут или вспахивают им водную поверхность. Когда клюв на- тыкается на рыбку, креветку или другую небольшую живность, над- клювье мгновенно смыкается. Затем добыча подбрасывается вверх и подхватывается на лету, после чего охота продолжается. При таком спо- собе добычи пищи важно ее обилие в самых верхних слоях воды. Поэто- му и охотятся водорезы в сумерках или лунные ночи, когда водные жи- вотные поднимаются наверх. Днем водорезы отдыхают на песчаных от- мелях и банках. Ржанкообразные в эволюционном смысле моложе более древних и на- ходящихся в родстве отрядов пингвинов, трубконосых и веслоногих птиц. Ржанкообразные формируют другую эволюционную ветвь вместе с отрядами журавлей, дроф и голубей. Помимо ныне живущих, известно еще около 140 ископаемых видов отряда ржанкообразных. Из связанных с морем отрядов ржанкообразные - самая разнообразная группа. Поэто- му иногда их подразделяют на три самостоятельных отряда: куликов, чаек и чистиковых. Исходя из сходства многих анатомических черт боль- шинство специалистов объединяют их в один отряд, несомненно про- цветающий в настоящую эпоху. И среди всех морских птиц именно ржанкообразные имеют самое широкое распространение, можно сказать, от полюса до полюса. 125
ПЛАВУНЧИКИ Плавунчики - типичные небольшие кулички. В то же время они за- метно отличаются от других своих собратьев. Плавунчиками их называют за умение хорошо плавать. В отличие от других куликов они много вре- мени проводят не у воды, а на воде. В их облике мало, а точнее, почти ни- чего нет характерного для морских птиц. Они еще более хрупки и изящ- ны, чем качурки. И тем не менее большую часть жизни плавунчики про- водят в морях и океанах. Пальцы ног у плавунчиков оторачивают не- большие кожистые складки, делающие гребки более эффективными. На воде они сидят высоко, очень прямо держат шею и напоминают легкие яркие поплавки. Плавунчики очень подвижны, при плавании все время меняют направление, а точнее, вертятся и даже кружатся на месте, беспрерывно кивают головой или склевывают пищу с водной поверх- ности. Они чаще держатся компактными стайками и при полете поочеред- но показывают белый низ и более темный верх. Когда плавунчики кор- мятся, их стайки то садятся на воду, то перелетают с места на место. По этому признаку их легко отличить от других куликов, ведь на воду садятся только плавунчики. Семейство плавунчиков небольшое, оно включает всего три вида. Плосконосый, красный, или северный, плавунчик (Phalaropus fulicarius) гнездится в Арктике. В брачном оперении у него преобладает красный цвет и хорошо заметны белые щеки. Круглоносый, или красношеий, пла- вунчик (Ph. lobatus) также гнездится в Арктике, правда, в среднем южнее плосконосого. В брачном наряде у него на сине-сером фоне головы, шеи и груди выделяются красно-рыжие бока шеи и белый подбородок (рис. 43). Зимовки круглоносого и плосконосого плавунчиков находятся вдали от мест гнездования: в океанских водах у берегов Африки, тропической Азии и тихоокеанского побережья Южной Америки. Отдельные птицы достигают Новой Зеландии и даже Антарктики, но, может быть, это заблу- дившиеся или унесенные штормами птийы. Выбор столь дальних в основ- ном тропических зимовок неслучаен. Плавунчикам доступна пища лишь в самой верхней пленке воды. Для такого способа питания более благо- приятны, конечно, маловетренные теплые широты. Но при этом все равно непонятно, почему арктические плавунчики зимуют у западных берегов Африки и Южной Америки, но избегают вод восточных побережий этих материков, а также почему к Южной Америке летает больше плоско- носый плавунчик, а к тропическим берегам Азии - круглоносый. Ответы на эти вопросы, наверное, затерялись где-то в далеком прошлом плавун- чиков. Плавунчик Вильсона (Ph. tricolor) гнездится только в Северной Амери- ке, а зимует у берегов Южной Америки и на внутренних водоемах этого материка. Он гораздо светлее других видов плавунчиков (рис. 44). На море все плавунчики в ярком брачном пере наблюдаются в основном на весеннем перелете. Осенью и зимой их оперение в основном бело-серое. С далеких южных зимовок в тундры и лесотундры Евразии и Северной Америки плавунчики прилетают поздно - в конце мая-начале июня. Лето здесь короткое, но жизнь в непродолжительный теплый период бы- 126
2 3 Рис. 43. Круглоиосый плавунчик. Самка (1) и самец (2) в брач- ном наряде и птица в зимнем оперении (3) (из Слэтера и др., 1970) Рис. 44. Плавунчик Вильсона. Самка (1) и самец (2) в брачном наряде и птица в зимнем оперении (3) (из Слэтера и др., 1970) вает очень бурной. Многочисленные неглубокие большие и маленькие водоемы кишат личинками комаров и другой живностью. Проблем с питанием в это время для плавунчиков, по*видимому, не бывает, что, конечно, создает благоприятные условия для выведения потомства. И здесь плавунчики еще раз демонстрируют свою непохожесть на других куликов. Первыми прилетают и выбирают место для будущего гнезда самки. Окраской самки намного ярче самцов, и именно они задают тон в брачных церемониях и ухаживаниях, привлекая более скромных самцов и красотой и активностью при токовании. Но яйца несет, конечно, самка. Их у плавунчиков, как и у других куликов, бывает четыре и в гнезде они лежат по*”куличиному”: острыми концами внутрь. Свадебный союз быва- ет коротким. После того как бывают отложены все четыре яйца, самка оставляет их самцу, который берет на себя все остальные заботы по вы- ведению потомства. Освободившиеся от семейных хлопот самки объеди- няются в стайки, начинают кочевать, и в конце июля часть их уже бывает в море. Во второй половине августа и особенно в сентябре происходит пролет и у молодых птиц. Круглоносые плавунчики отлетают раньше плосконосых. Во время миграций они бывают и на внутренних водоемах. В частности, на пути в 127
Индийский океан круглоносые плавунчики быстро пересекают Евразию. Многие плавунчики Вильсона не только бывают на внутренних водоемах на пролете, но и зимуют на них, в том числе в высоких южноамерикан- ских Андах. Но большая часть плавунчиков после завершения гнездово- го сезона сразу стремится к морю. Кстати, у арктических морских побере- жий плавунчиков бывает много и в разгар размножения. Здесь собирают- ся холостые годовалые птицы. Как на севере, так и на зимовках плавунчики держатся по окраинам морей и океанов. Но на пролете они могут быть встречены и в централь- ных частях океанов. Как и другие кулики, они могут кормиться не- посредственно по береговой полосе, но на море для них все же является правилом добыча пищи на плаву вне связи с берегом. Более благоприят- ные условия для питания складываются в местах соприкосновения тече- ний, где накапливается планктон - главная пища в морской период жиз- ни. В таких случаях плавунчики могут собираться многотысячными стая- ми. В полярных водах летом и осенью они иногда держатся в больших количествах в местах кормежки планктоноядных гренландских китов. Плавунчики доверчивые и внешне беззащитные кулички. Особенно много у них врагов на суше. Из пернатых хищников здесь первыми, на- верное, нужно назвать поморников и крупных чаек. Однако ко всем есте- ственным трудностям жизни и на суше и на море они, судя по всему, при- способились неплохо. О высоком жизненном потенциале плавунчиков в первую очередь говорит их очень высокая численность, особенно плоско- носого и круглоносого. Помогает им и то, что они имеют обширную гнездовую часть ареала, которая пока не очень сильно затронута хозяй- ственной деятельностью человека. ПОМОРНИКИ Поморники - близкие к чайкам птицы, при описании которых обычно вспоминаются фрегаты. В числе многих очень хорошо освоенных помор- никами профессий есть и такой способ добычи пищи, как отбирание ее у других птиц. За это их и сравнивают с фрегатами, а также называют еге- рями, пиратами и разбойниками, а в латинском названии одного из них даже фигурирует выразительное слово "parasitucus”. В уже упоминавшей- ся книге И. Акимушкина ”Мир животных. Рассказы о птицах” поморники названы просто - ’’бандиты, да и только”. Но поморники не только умеют отбирать пищу у других птиц. Они мо- гут разорять гнезда, убивать птенцов и даже взрослых птиц, одним сло- вом, это хищники со смелым нравом, крепким клювом и врожденной агрессивностью. Доля хищника, как известно, не всегда бывает простой и справедливой в оценках. Хищными навыками, например, соколов и орлов люди любуются и даже используют их для своей охоты, при этом чаще всего стала в наши дни положительно оцениваться и экологическая роль хищников. Поморников же судят по другим, более строгим и не всегда справедливым меркам. Может быть, потому, что все свои нападе- ния поморники производят слишком в открытую и бесцеремонно. В общем чаячьем облике поморников есть что-то и от фрегатов, и даже 128
Рис. 45. Длиннохвостый (1) и большой (2) поморники от известных хищных птиц. Темный крадущийся силуэт летящего по- морника, когда он глубоко и неспешно машет крыльями, кажется немно- го мрачным и даже зловещим. Несмотря на хорошую скорость прямого полета, ощущается некоторая тяжеловатость и даже неуклюжесть. Но, как и фрегат, поморник преображается, а полет его становится виртуоз- ным и стремительным, когда на виражах начинается преследование птицы, наловившей рыбы. Птицы знают о повадках и наклонностях по- морников, знают о силе их клювов и настойчивости, с какой они пресле- дуют жертву, но с пойманной рыбой расстаются далеко не сразу и не всег- да, а пытаются ускользнуть от обидчика. Иногда поморники нападают вдвоем и даже группой, вынуждая преследуемую птицу отдать свой улов. А отрыгнутая рыба, не успев упасть в воду, обычно еще в воздухе подхватывается удачливыми грабителями. В семействе поморников только пять видов, но встретить их можно в любом районе Мирового океана. Они подразделяются на две размерные группы, что облегчает их распознавание в полевых условиях. Одну из групп составляют большой (Stercorarius skua) и южнополярный (S. шассог- micki) поморники. Южнополярного поморника, названного в честь Мак- Кормика, пилота американской экспедиции в Антарктиду, часть орнито- логов считает подвидом большого поморника. При парении эти поморни- ки напоминают небольших орлов. У них тяжеловатый профиль, округлое тело, широкие хвост и крылья, на которых отчетливо выделяются белые пятна (рис. 45). Большой поморник гнездится в Северной Атлантике, но в основном на многих островах Южного океана, а южнополярный — на побережье Антарктиды. Их гнездовые части ареалов перекрываются на Антаркти- ческом полуострове. Большой поморник образует пять подвидов, кото- рых некоторые авторы считают самостоятельными видами. Только один В.П. Шунтов 129
из них живет в Северной Атлантике. Он имеет размеры очень крупной чайки с размахом крыльев около полутора метров. Этого поморника на- зывают также бурым за преобладающий цвет оперения. В брачный сезон концы перьев головы и шеи у него становятся золотистыми. Южнополяр- ный поморник немного мельче и светлее - палево-коричневого цвета. Правда, часть его особей имеет такое же темное оперение, как и у боль- шого поморника. На расстоянии различить эти виды трудно, а часто не- возможно. В море же они могут быть встречены вместе. Большой помор- ник, гнездящийся в Северной Атлантике, зимой летает до экватора, а возможно и южнее. Таким путем он, наверное, когда-то проник в Южный океан, заселил его и, следовательно, дал начало нескольким подвидам и южнополярному поморнику. Большой поморник, гнездящийся на остро- вах Южного океана, зимой проникает до тропической зоны, а южнополяр- ный от берегов Антарктиды рассеивается не только по южному полу- шарию, но также регулярно летает в северные части Атлантического, Индийского и Тихого океанов, включая наши дальневосточные воды. Кстати, на схемах в книге о чайках из серии ’’Птицы СССР” большой поморник почему-то вообще не указывается для Южного океана, а о появлении южнополярного поморника в дальневосточных морях, где он бывает ежегодно, говорится как о случайно залетной птице. Вторую группу поморников слагают три вида, гнездящиеся в Арктике и местами в сопредельных с ней северных районах умеренной зоны Евра- зии и Северной Америки. У взрослых птиц этих видов два центральных пера хвоста заметно длиннее остальных. У большого и южнополярного они едва выступают за обрез хвоста. Самый мелкий из северных помор- ников - длиннохвостый (S. longicaudus). Это стройная, с длинным хвос- том птица с размахом крыльев всего около 75 см. В его силуэте даже есть что-то соколиное, и он может, как мелкий соколок пустельга, за- висать на месте, часто трепеща крыльями. Каждый из арктических поморников имеет два типа оперения. Одна морфа полностью темная, а у светлой - темный верх и светлый низ. Встречаются и птицы в промежуточном оперении. У длиннохвостого по- морника встречаются в основном особи светлой морфы (рис. 45). Короткохвостый, или арктический, поморник (S. parasiticus) имеет раз- мер средней чайки с размахом крыльев около метра (рис. 46). Средний по- морник (S. pomarinus) покрупнее, он имеет размах крыльев около 120 см. Длинные перья хвоста у него перекручены, поэтому имеют булавовид- ный профиль (рис. 47). Во время сезонных миграций северные поморники широко разлетают- ся по Мировому океану. Зиму они проводят в тропических и субтропиче- ских широтах обоих полушарий, а часть птиц проникает до Южного океа- на. Небольшое количество их остается и в умеренных водах Западной Европы. Все три вида летают и в высокие широты южного полушария, но больше это характерно для среднего и короткохвостого поморников. Но и длиннохвостый бывает у южных побережий Южной Америки, Африки и Австралии. Из тундры они сначала отлетают к морским арктическим по- бережьям, а затем мигрируют в Тихий и Атлантический океаны. Но не- 130
Рис, 46, Короткохвостый поморник. Светлая (1) и темная (2) морфы Рис, 47, Средний поморник. Темная (1) и светлая (2) морфы большая часть поморников просачивается на юг по долинам рек через глубинные районы материков. Таким путем, кстати, из тундр Евразии часть поморников попадает в воды тропических побережий Индийского океана. На суше поморники чувствуют себя вполне уверенно, но как только закончат сезон размножения, улетают в море, где и проводят большую часть жизни. Это очень пластичные в экологическом смысле птицы. Они всеядны, могут быть падальщиками и хищниками и в то же время спо- собны сами ловить рыбу, отбирать ее у других птиц и даже собирать яго- ды. Преимущество отдается в зависимости от условий тому или другому способу добычи пищи. Но имеют здесь значение и индивидуальные 131
наклонности разных особей. Одним больше нравится свободная охота, другим - грабеж, а третьим - самим ловить рыбу и беспозвоночных в море. Большой поморник вместе с другими птицами с удовольствием собирает также отходы рыбного промысла и может поэтому патрулиро- вать суда. Многие профессиональные тонкости поморников особенно заметны в гнездовой период. Но сначала немного о самом размножении поморни- ков. Половозрелыми они становятся довольно поздно - мелкие виды в возрасте 3-5, редко 2 лет, а крупные в возрасте 5-7, редко 3-4 лет. Считается, что поморники - колониальные птицы и обособленно раз- множаются только отдельные пары. Но настоящими колониями их гнез- довья назвать, наверное, трудно. Пары поморников в лучшем случае рас- полагаются в нескольких метрах друг от друга, а обычно в десятках и сотнях метров. Не чужды этим птицам и консерватизм территории, и постоянство пар. Первые год-три молодые птицы не посещают мест гнездования и остаются на лето в море. Северные молодые поморники залетают в это время дале- ко в воды Арктики и, наоборот, могут оставаться в низких широтах. Именно молодые южнополярные поморники залетают летом на Южный полюс. Но за 2-3 года до наступления половозрелое™ молодые птицы начинают собираться в районах гнездования, где образуют своеобразные клубы холостяков. В этих клубах и начинаются знакомства, которые могут приводить в конечном счете к образованию пар. Гнездовой цикл поморников не очень продолжительный, особенно у мелких видов. В тундру и на арктические побережья они прилетают позд- но, обычно в мае. Яйца, а их, как правило, бывает два, откладываются в конце июня-начале июля. Насиживание продолжается немногим больше трех недель, а птенцы в возрасте полутора месяцев поднимаются на крыло и направляются к морю. От взрослых птац они отличаются короткими центральными хвостовыми перьями и рябым оперением. Уже во второй половине августа в северных частях Тихого и Атланти- ческого океанов появляются тянущиеся на юг одиночные поморники. До зимы еще очень далеко, но поморники, как и плавунчики, предвещая предстоящие великие сезонные перемещения северных птиц, первыми направляются на юг. У крупных видов гнездовой сезон более продолжительный. На яйцах они сидят около месяца, а птенцы у них разлетаются в двухмесячном возрасте. Большой поморник в Южном океане начинает свой цикл при- мерно на месяц раньше, чем южнополярный. Яйцекладка у первого про- исходит с конца октября до конца ноября, а у второго - с середины нояб- ря до конца декабря. Птенцы появляются у большого поморника с сере- дины декабря по середину января, а у южнополярного - с конца декабря до конца января. Таким образом, пик размножения приходится на сере- дину лета, когда бывает в разгаре гнездовой сезон других птиц, во многом за счет которых живут южные поморники. Гнезда у всех поморников очень просты. Обычно это небольшое углуб- ление с небольшим количеством сухой растительное™. Территорию, на 132
которой располагается гнездо, поморники охраняют и как бы оконтури- вают ее или демонстрацией характерных поз, или особым облетом границ участка. Самой известной в этом смысле является поза с поднятыми вверх крыльями. Поморник при этом кричит и изгибает шею. У крупных видов таким путем демонстрируются и контрастно выделяемые белые пятна на концах крыльев. Своеобразно эта поза изображается и при демонстративном полете, при котором взмахи замедляются, а крылья даже могут задерживаться в поднятом положении. Агрессивность разных видов поморников при охране территории неодинакова. Слабо агресси- вен чилийский большой поморник. Остальные виды и подвиды гнездо и потомство всегда защищают с отчаянной смелостью и могут слету даже ударить в голову человека. Гнезда располагаются в различных биотопах. Все виды гнездятся на низких и высоких берегах морских и океанических побережий, а мелкие виды также на равнинах и возвышенностях обширных тундр вдали от моря. Южнополярный поморник кроме прибрежных поселений в не- большом количестве гнездится на буревестниковых колониях в глубине Антарктического материка. Но при всех обстоятельствах при выборе места для размножения общим условием являются наличие пищи и усло- вия охоты. В гнездовое время поморники как никогда зависят от обилия других животных. В тундрах Евразии и Северной Америки успех гнездования северных поморников во многом зависит от обилия леммингов. В годы, когда леммингов мало, гнездование может вообще не состояться. Этот фак с говорит о том, что отнимание добычи у других птиц или ловля мел- ких птиц и их птенцов не могут обеспечить количеством пищи, необходи- мым для выкармливания птенцов. Но в безлемминговые годы "пресс” поморников на других животных увеличивается значительно. Магадан- ский орнитолог А.В. Андреев пишет, что средние поморники два года подряд, когда было мало леммингов, полностью разорили одну из коло- ний розовых чаек на реке Чукочьей. Поморники в Южном океане и в Антарктиде гнездятся почти всегда рядом с колониями птиц. Они в это время берут тяжелую дань с буре- вестников, прионов и качурок, нападая как на их потомство, так и взрос- лых птиц. Всегда соседствуют поморники и с пингвиньими колониями. При случае они воруют яйца и забивают птенцов пингвинов, но, навер- ное, в этом случае поморники нередко выступают больше в роли падаль- щиков, а не хищников. Ведь в больших колониях пингвинов всегда мно- го погибших по разным причинам птиц, в первую очередь птенцов. Особенно много орнитологи уделяли внимания отношениям южно- полярного поморника с пингвинами Адели. Высказывались даже мнения о том, что без Аделей в Антарктиде южнополярный поморник не смог бы выкормить потомство. В некоторых случаях, по-видимому, так и бывает, но, с другой стороны, известны гнездовья южнополярного поморника во- обще без пингвинов. Эти оригиналы предпочитают сами ловить рыбу и криль или добывать другой корм. Сложность и неоднозначность отношений поморников с пингвинами 133
Адели видна на примере наблюдений немецкого орнитолога Ф. Трилл- миха на одной из колоний на антарктическом побережье моря Росса. На этой колонии гнездилось 43 тыс. пар Аделей и рядом с ними 98 пар помор- ников. Вся колония пингвинов была поделена поморниками, и каждая пара их контролировала определенную территорию площадью от 0,5 до 1,8 га. На одного поморника приходилось от 730 до 3190 пингвинов. Эти закрепленные участки местами частично перекрывались. Но особенно интересным оказалось то, что только часть пар поморников добывала пищу исключительно на пингвиньей колонии. Другие ее посещали толь- ко временами или вообще охотились в других местах. Явно просматрива- лись две жизненные стратегии, но поморники, обладавшие территорией в колонии пингвинов, оказались более удачливыми в выведении потом- ства. Еще раньше кольцеванием были доказаны гнездовой консерватизм у южнополярных поморников и ежегодное возвращение значительной их части на старое место. Этим также поддерживается тесная связь поморни- ков с колониями пингвинов. При хороших кормовых условиях поморники могут откладывать до трех яиц. Но три птенца на крыло никогда не поднимаются. И не только три, и при двухяйцовой кладке, а это бывает чаще всего, старший птенец обычно забивает младшего. В малокормные годы размер кладок умень- шается и даже, как уже говорилось, может быть пропуск в гнездовании. О хищнических повадках поморников следует добавить еще несколь- ко слов. Особенно правомочно это для крупных видов. Наблюдали, например, как большие поморники в Северной Атлантике забивали даже таких крупных птиц, как чайки, тупики, утки и цапли. Расправиться с более мелкой добычей или птенцами для них тем более не составляет ни- какого труда. Когда же поморники отбирают пищу у других птиц, они с их размерами считаются еще меньше. Большой поморник в Северной Атлантике заставляет отрыгивать пойманную пищу не только чаек, кра- чек и буревестников, но и олуш. В Южном океане так он поступает с чай- ками и бакланами. В охотничьем азарте большой поморник порой посту- пает даже авантюрно. Наблюдали, например, как он пытался нападать на альбатроса и пить молоко от лактирующей самки морского слона. Есть много наблюдений и того, как южнополярные поморники похищают птен- цов даже у своих собратьев. Мелкие виды поморников более осмотрительны. При отборе пищи они специализируются главным образом на крачках и некрупных чайках подобных моевкам. В этом смысле они без излишних церемоний ’’по- свойски” обращаются не только со своими северными крачками и чайка- ми, но и с ’’чужими” в тропиках и в южном полушарии, куда они летают на зимовки. Такие наблюдения, в частности, провела Б. Фарнесс на зимов- ках короткохвостого поморника в водах южного побережья Африки близ Кейптауна. Оказалось, что поморник нападает здесь на местных красно- клювую серебристую и доминиканскую чаек, а также на находящихся на зимовке северных вилохвостую чайку, обыкновенную и сэндвичеву крачек. Около 25% нападений на вилохвостую и красноклювую чаек и 134
16,7% на обыкновенную крачку были удачными. Во время наблюдений не замечено удачных нападений на сэндвичеву крачку и крупную домини- канскую чайку. Интересно, что если чайки сидят на воде, поморники сна- чала их вспугивают, а затем пытаются заставить отрыгнуть рыбу. Бывая в низких широтах и в противоположных полушариях, поморни- ки более часто держатся по окраинам океанов, где больше жизни и дру- гих птиц. Но все их виды, особенно длиннохвостый и средний, регуляр- но залетают и в центральные районы океанов, где при низкой плотности жизни наловить рыбы не очень просто. И надо думать, что здесь им непло- хо помогают гнездящиеся в больших количествах на тропических остро- вах и атоллах крачки и другие птицы, умеющие ловить даже летучих рыб. В начале этого очерка говорилось о некоторой предвзятости отноше- ния к поморникам из-за их хищных наклонностей. Но наверное, более правильной является оценка экологической роли поморников, данная в книге Ж.-И. Кусто и И. Паккале ’’Жизнь на краю земли”: <Когда им неко- го преследовать, чтобы удовлетворить свою врожденную агрессивность, поморники довольствуются падалью, то есть ведут себя скорее как океанические ’’стервятники” или ’’грифы”, чем как ’’орлы”. Но и в той, и в другой роли поморники равно полезны для поддержания равновесия в местных популяциях животных и отбраковки больных (а следовательно, и сохранения здоровья остальных). Они являются инструментом местно- го естественного отбора и местными санитарами одновременно». Общая численность поморников довольно внушительная - не менее 1 млн особей. Для хищных птиц это не так уж мало. Наиболее массовые из них короткохвостый, средний и длиннохвостый поморники, имеющие обширные области размножения. Численность каждого из них составляет по нескольку сот тысяч штук. Не менее чем по нескольку десятков тысяч особей насчитывают большой и южнополярный поморники в южном полушарии. В пределах 25—30 тысяч особей имеет численность большой поморник в Северной Атлантике. Естественных врагов у поморников мало. Хищники, например гигантский буревестник в южном полушарии или песец в северных тундрах, конечно, могут разорять их гнезда, но смелые поморники могут неплохо и постоять за себя. Одним словом, в судьбе этих птиц пока не предвидится больших драматических страниц, так характерных для многих других морских птиц в условиях расширя- ющей хозяйственной деятельности человека. ЧАЙКИ Чайки - наиболее известные из морских птиц. Именно с этими птица- ми обычно ассоциируются и море, и морские плавания. Чайки чаще дру- гих морских птиц сопровождают суда, поэтому их в первую очередь замечают моряки, а также пассажиры и путешественники. Впрочем, для того чтобы увидеть чаек, не обязательно ходить в море, ведь эти птицы - самые привычные и многочисленные завсегдатаи гаваней, прибрежных городов, поселков и пляжей. Море здесь начинается от береговой полосы и с чаек. 135
Чайки - красивые и совершенные птицы, однако это в общем-то замечается не всегда, к ним просто привыкли, как к городским голубям. Так уже сложилось, что гораздо чаще обращается внимание на экзотиче- ское или редкое. Не будет преувеличением сказать, что одна розовая чай- ка вызывает у любителей природы больше интереса, чем все остальные виды чаек вместе взятые. Но для профессионалов орнитологов чайки - предмет многолетнего внимания и удобный объект для исследований. Чаек вполне можно назвать универсалами в мире морских птип. Они умеют почти все, если говорить о морских птичьих профессиях. Обладая неутомимым, легким и даже элегантным полетом, чайки могут хорошо парить. Они уверенно вышагивают или семенят по суше и отлично плава- ют. Не могут чайки только хорошо нырять и лишь с большим трудом могут уйти пол воду на глубину около полуметра. Признаком универ- сальности чаек является и их всеядность. Они и рыболовы, и хищники, и мусорщики. Исключительную пластичность чайки проявляют и по от- ношению к человеку. Они в большей степени по сравнению с другими морскими птипами извлекают для себя пользу от хозяйственной деятель- ности и первыми реагируют ростом численности на охранные мероприя- тия. Семейство чаек, насчитывающее 45 ныне живущих видов, имеет очень широкое распространение. Чайки гнездятся не только на морских по- бережьях, довольно много их видов размножается исключительно на внутренних водоемах, включая высокогорные. Не смогли чайки заселить только тропические и субтропические острова центральных районов океанов. Сопровождающих суда чаек можно наблюдать с близкого расстояния, но узнавать их виды все же не всегда просто. У большинства видов быва- ет несколько возрастных нарядов, а крупные чайки окончательное опе- рение одевают только на четвертый-пятый год. Часто отличаются у них летний и зимний наряды. Для облегчения распознавания видов чаек луч- ше разбить их на несколько групп. Первую группу слагают крупные и среднего размера чайки, которые в летнем взрослом оперении имеют темные, даже почти черные спину и верх крыльев. Голова, шея и нижняя часть тела у них белоснежные, но зимой голова становится пестрой. Молодые птицы у видов этой группы бурые, а с возрастом в течение нескольких лет они постепенно светлеют. В Северной Атлантике обитает большая морская чайка (Larus marinus). Это вообще самая крупная чайка (рис. 48), размах крыльев у нее более полутора метров. Другие темноспинные виды имеют размеры поменьше, но все равно они достаточно крупные, с крепким телосложением птицы и с размахом крыльев 120—140 см. В Северной Атлантике - это малая темноспинная чайка, или клуша (L. fuscus). Она похожа на большую мор- скую чайку, но заметно мельче ее. В северо-западной части Тихого океа- на живет похожая на нее тихоокеанская темноспинная чайка (L. schistisa- gus), а у тихоокеанского побережья Северной Америки - западная чайка (L. occidentalis). В северо-западной части Тихого океана есть еще один темноспиный вид чаек - чернохвостая (L. crassirostris). Это характерный 136
Рис. 48. Большая морская чайка. Взрослая (1) и молодая (2) птицы вид Японского моря, вод Японии и сопредельных с ними районов. О г тихоокеанской морской ее отличить легко. Она в полтора раза меньше а белый хвост у нее пересекает черная полоса. В южном полушарии в водах Южной Америки, у южного побережья Африки, в районе Новой Зеландии, Австралии, на островах, разбросан- ных по Южному океану, обитает ближайшая родственница атлантической клуши - южная темноспинная, или доминиканская, чайка (L. dominica- nus). В районе Австралии есть еще один крупный темноспинный вид - тихоокеанская большеклювая чайка (L. pacificus). От доминиканской она легко отличается очень толстым клювом и черной полосой поперек хвоста (рис. 49). У побережья Южной Америки вместе с доминиканской чайкой встречается чайка Симеона (L. belcheri), которая также имеет почти черную спину. Но она имеет черную полосу поперек белого хвоста и серо-голубоватый оттенок на светлом оперении. Зимой у этой чайки голова становится густо испещренной темными перьями. Девять крупных чаек с телосложением, как у только что описанных темноспинных видов, имеют серо-серебристую верхнюю сторону крыльев и спину. Размах крыльев у них также укладывается в 120—140 см, а моло- дые имеют бурое оперение и плохо различаются на расстоянии. В Аркти- ке живет самая крупная и светлая из них - большая полярная чайка, или бургомистр (L. hyperboreus). Встречаются бургомисты и полностью мело- вого цвета. Зимой эта чайка широко разлетается по северным частям Тихого и Атлантического океанов. В западной части Арктики и в Север- ной Атлантике обитает похожая на бургомистра, но только в полтора раза более мелкая исландская, или малая полярная, чайка (L. glaucoides). В северной части Тихого океана живет крупная, размером с тихоокеан- скую темноспинную, серокрылая чайка (L. glaucessens). Как в Арктике, так и в северных частях Тихого и Атлантического океанов, а также на 137
Рис. 49. Доминиканская (1) и тихоокеанская большеклювая (2) чайки. Моло- дые (вверху) и взрослые (внизу) птицы (из Слэтера и др., 1970) внутренних водоемах Евразии и Северной Америки живет серебристая, или сельдевая, чайка (L. argentatus). В отличие от перечисленных выше видов у нее заметно выделяются черные концы крыльев (рис. 50). Зимой она проникает на юг до северной окраины тропической зоны. На расстоя- нии не отличимы от серебристой чайки гнездящаяся в арктическом архи- пелаге Канады чайка Тэйера (L. thayeri), а в западных районах Северной Америки - калифорнийская чайка (L. californicus). Копией серебристой чайки, только в полтора раза мельче, является сизая чайка (L. canus). Она широко распространена в умеренных и арктических широтах Евразии и Северной Америки. В основном она гнездится на внутренних водоемах, но зимой в массе откочевывает к морским побережьям. На внутренних водоемах Северной Америки гнездится слабо отличающаяся от сизой 138
Рис. 50. Серебристая (1) к серокрылая (2) чайки делавэрская или круглоклювая чайка (L. delawarensis). В Средиземном море и у северо-западного побережья Африки обитает средиземномор- ская чайка, или чайка Одуэна (L. audouini). Она среднего размера, имеет серебристую спину, черные концы крыльев, но в отличие от всех перечис- ленных выше темноспинных или сероспинных видов, имеющих во взрос- лом состоянии желтые клювы, у нее он полностью красный. Другие виды чаек, за небольшим исключением, выглядят более строй- ными, даже изящными. При этом они, как правило, заметно мельче опи- санных выше видов. Шесть таких видов с размахом крыльев около 85-100 см имеет в основном белое оперение с серо-серебристой спиной и верхней стороной крыльев. На концах крыльев у всех у них есть черное. В Арктике и северных частях Тихого и Атлантического океанов обита- ет самая массовая из чаек обыкновенная, или черноногая, моевка (Rissa tridactyla). У молодых ее особей конец хвоста черный, а по верху крыль- ев и спины четко контрастирует черная полоса в виде буквы ”М” (рис. 51). В северной части Тихого океана обитает похожая на обыкновенную красноногая моевка (R. brevirostris). Как видно из названия, лапы у нее не черные, а красные. В австрало-новозеландском районе и у южного побережья Африки гнездится красноклювая серебристая чайка (L. novaehollandiae), у кото- рой с белым оперением четко контрастируют ярко-красные клюв и лапы (рис. 52). Африканских птиц иногда выделяют в самостоятельный вид - чайку Хартлаба. В Новой Зеландии гнездится похожая на серебристую черноклювая чайка, или чайка Буллера (L. bulleri). И клюв, и лапы у нее черного цвета. В бассейнах Средиземного, Черного и Каспийского морей и сопредель- ных районах включая Персидский залив живет тонкоклювая чайка, или 139
1 2 Рис. 51. Обыкновенная моевка (1 — взрослая, 2 — молодая) и белая (3 - взрослая, 4 - молодая) чайка морской голубок (L. genei). У взрослых особей этой чайки весной и летом белое оперение тела имеет розоватый оттенок. На внутренних тропиче- ских водоемах Африки и Южной Америки гнездится еще один из рассмат- риваемой группы вид - сероголовая чайка (L. cirrocephalus), имеющая пепельные голову и низ крыльев. Во внегнездовое время она появляется на морских побережьях этих материков в Атлантическом и Индийском океанах. Особое место среди чаек занимают два арктических вида - белая (Pagophila eburnea) и розовая (Rhodostethia rosea) чайки. Зимой они со льдинами откочевывают в северные части Тихого и Атлантического океа- нов. Розовая чайка имеет размеры только что описанных небольших видов чаек, а белая лишь немного покрупнее. Как слёдует из названия, белая чайка имеет белый цвет. Но ее молодые заметно испещрены темны- 140
Рис. 52. Красноклювая серебристая чайка. Взрослая (1) и молодая (2) птицы (из Слэтера и др., 1970) Рис. 53. Розовая чайка. Молодая (1) и взрослая (2) птицы ми отметинками (рис. 51). У знаменитой розовой чайки розовый оттенок на пере, напоминающий отражение малиновой зари на белом снегу, быва- ет только в весенне-летний период. В это время у неё на шее также контрастно выделяется черный ошейник. Для розовой чайки характерен клиновидный хвост, а у молодых по верху крыльев и спине проходит черная полоса в виде буквы ”М” (рис. 53). Большая группа чаек отличается черной или коричневой головой в весенне-летние месяцы, т.е. в период размножения. Туловище у них бе- лое, у некоторых видов с розовым оттенком, а спина серая. Почти все они гнездятся на внутренних водоемах, но зимой обязательно бывают у мор- ских побережий. Зимой они становятся белоголовыми с небольшим количеством темных пестрин. Больше испещрены молодые птицы. Почти все черноголовые виды имеют небольшие размеры. Размах крыльев у них обычно находится в пределах 85-100 см. Исключение составляет большая черноголовая чайка, или черноголовый хохотун (L. ichthyaetus), име- ющий очень солидные размеры, почти с большую морскую чайку. Гнез- дится черноголовый хохотун в центральной части Евразии от Черного моря до Китая, а зимой бывает в Средиземном море и у берегов тропиче- ской Азии в Индийском океане. 141
Рис. 54. Вилохвостая (1 — в зимнем, 2 — в летнем пере) и малая (3 — молодая, 4 — взрослая в зимнем пере) чайки Отличается размерами и малая чайка (L. minutus) - самая миниатюр- ная среди всех чаек. Размах крыльев у этой маленькой чаечки всего око- ло 65 см. Подкрылья у нее темно-серые, что хорошо видно на фоне белого туловища птицы (рис. 54). У молодых особей малой чайки, как и у моев- ки, на спине и верхней стороне тела на пепельном фоне выделяется чер- ная полоса в виде буквы ”М”. Гнездится малая чайка на внутренних водоемах от Западной Европы до Дальнего Востока. Во время миграций появляется в прибрежье Северной Атлантики, Средиземного моря и северо-западной части Тихого океана. Своеобразно выглядит среди черноголовых видов вилохвостая чайка (Хета sabinei). Для нее характерны вильчатый хвост и двухцветная верх- няя сторона тела (рис. 54). Гнездится вилохвостая чайка в Арктике, а на зимовки летает за экватор к атлантическому побережью Африки и тихо- океанскому побережью Южной Америки. 142
Облик остальных десяти черноголовых видов приблизительно сход- ный. На внутренних водоемах Евразии гнездятся озерная, или черноголо- вая, или просто обыкновенная, чайка (L. ridibundus), средиземноморская черноголовая (L. melanocephalus), индийская черноголовая (L. brunni- cephalus), монгольская, или реликтовая (L. relictus), и китайская черно- головая (L. saundersi) чайки. Во внегнездовое время они проникают на теплые морские побережья Азии, Европы и севера Африки. Внешние раз- личия между этими видами касаются деталей. Например, у индийской черноголовой чайки больше чем у озерной темного и черного на крыльях (рис. 55). У средиземноморской и китайской чаек черное оперение голо- вы захватывает и верх шеи, при этом у средиземноморской на крыльях почти нет черного. На внутренних водоемах Северной Америки гнездятся чайки Бонапар- та (L. Philadelphia) и Франклина (L. pipixan), а на морских побережьях Карибского региона - смеющаяся или ацтекская чайка (L. atricilla). Два первых вида заметно отличаются между собой рисунком на концах крыльев (рис. 56). Зимой эти чайки бывают и у атлантического и тихо- океанского побережий. Смеющаяся чайка в основном тропическая птица. Она заметно крупнее двух первых видов, кроме того, у нее спина не серебристая, а темно-серая. В Южной Америке гнездятся два черноголовых вида - андская (L. ser- ramis) и патагонская (L. maculipennis) чайки. Первая встречается только у тихоокеанского побережья Южной Америки, а вторая в умеренных водах обоих побережий. Андская чайка заметно крупнее, она имеет размеры сизой и чернохвостой чаек. В летнем пере у нее голова черная, а у пата- гонской коричневая. Кроме того, у патагонской чайки в отличие от анд- ской почти нет темного на концах крыльев. Осталось рассмотреть еще семь видов чаек, основной тон оперения которых во взрослом состоянии преимущественно темный. На тихоокеан- ском побережье Южной Америки гнездится серая чайка (L. modestus), а на берегах южной части этого материка - Магелланова чайка (L. scoresbyi). У Магеллановой чайки ярко-красные ноги и толстый клюв, у серой - они красно-коричневые. У взрослых особей Магеллановой чайки хвост и над- хвостье светлые, у серой - серые, а по краю хвоста проходит черная по- лоска. У серой, кроме того, выделяется светлая голова (рис. 57). На тихо- океанском побережье Мексики гнездится похожая на серую чайка Хеер- мана (L. heermanni). На Галапагосских островах живут некрупная полностью темная суме- речная чайка (L. fuliginosus) и крупная галапагосская вилохвостая чайка (Creagrus furcatus). У вилохвостой на общем сером фоне выделяются белые живот, вильчатый хвост и задняя часть крыльев. Характерны для нее так- же длинный клюв со светлым концом, большие глаза, окруженные красным ободком, и белое пятно перед основанием клюва. Две темные чайки живут в северо-западной части Индийского океана: мелкая красноморская черноголовая (L. leucophthalmus) и среднего раз- мера - аденская (L. hemprichi). У обоих видов во взрослом наряде между черным оперением головы и темно-серой шеей заметен белый ошейник. У 143
Рис. 55. Озерчая (1) и индийская черноголовая (2) чайки в летнем пере Рис. 56. Чайки Франклина (1) и Бонапарта (2) в зимнем оперении Рис. 57. Серая (1) и Магелланова (2) чайки в летнем оперении 144
красноморской он очень узкий, а у андской широкий, заметный на значи- тельном расстоянии. Из краткого обзора распространения видов довольно разнообразного чаячьего мира легко заметить, что по лику планеты распределены они очень неравномерно. Морских видов больше всего в умеренной и аркти- ческой зонах северного полушария. Пресноводных видов чаек также больше в северном полушарии, но они явно тяготеют к субтропическим и умеренным широтам.-Обоснованно расцвет этой группы чаек связывают с древним морем - океаном Тетис, реликтами которого являются совре- менные Средиземное и Черное моря, а также соленые озера Средней и Центральной Азии. В этом смысле очень удачно и в высшей степени сим- волично названа одна из гнездящихся в центре Азии чаек - реликтовая. Слабо чайки освоили тропическую зону. Здесь мало своих видов, а гнездящиеся в более высоких широтах чайки залетают на время зимовок только на периферию тропиков. Единственным исключением здесь явля- ется вилохвостая чайка, летающая из Арктики к тихоокеанским берегам Южной Америки и атлантическим берегам Африки. Такая дислокация зимовок вилохвостой чайки загадочна, а условия формирования необыч- ных ее перелетных путей теряются в отдаленном прошлом. Казалось бы, что на юг эта чайка может летать и по западным окраинам океанов, но эти дороги она, наверное, не знает. Мало видов чаек живет и в южном полушарии. По-видимому, и в прошлом тропическая зона представляла для их распространения серьез- ную преграду. Судя по некоторым признакам, в южном полушарии для чаек и сейчас есть свободные экологические ниши, хотя по условиям обитания для них несравнимо более благоприятно северное полушарие с его обширными тундрами, многочисленными внутренними водоемами и намного более протяженной морской береговой линией. В пользу ’’неза- полненное™ чайками” южного полушария говорит история самой харак- терной южной чайки - доминиканской. Ее прародиной, как и поморни- ков Южного океана, является Северная Атлантика. Живущая здесь клуша не очень давно во время зимних кочевок попала в южное полуша- рие. Возможно это были даже попросту заблудившиеся особи, которые, не встретив конкуренции, размножились и быстро колонизировали почти все побережье материков и островов Южного океана. Так сформировался очень массовый новый, но по-прежнему похожий на клушу, вид домини- канская чайка, которая гнездится даже на Антарктическом полуострове. Интересно, что при столь широком распространении до 1958 г. домини- канской чайки не было в Австралии. Возможно, ее сюда не пускала такая же крупная местная тихоокеанская большеклювая чайка. Тридцать с небольшим лет назад доминиканская чайка от Новой Зеландии все же закрепилась на юго-восточном побережье Австралии и постепенно начала расширять ареал. Среди даже полностью морских чаек нет по-настоящему океанических видов. С некоторой натяжкой к этой категории можно отнести только моевок, которые встречаются и у побережий, и на любом удалении от них в северных частях Тихого и Атлантического океанов. Остальные виды Ю. В.П. Шунтов 146
явно тяготеют к морям и окраинам океана. Та же доминиканская чайка, заселив изолированные океанические острова в Южном океане, стала на них оседлой. Центральные районы тропического пояса во всех океанах чайки так и не смогли колонизировать. Но из этого, конечно, не следует, что вдали от берегов бывают только моевки. К берегам Северной Амери- ки регулярно залетают чайки из Европы, а, к примеру, сугубо прибреж- ная озерная чайка может быть встречена в центральной части Охотского моря. Американский орнитолог У. Кинг приводит документированный список залетов чаек к Гавайским и другим островам центральной части Тихого океана. В этом списке полтора десятка видов и среди них кроме обыкновенной моевки фигурируют полярная и серебристая из Арктики, тихоокеанская от азиатских берегов, западная и делаварская из Север- ной Америки, доминиканская и красноклювая серебристая из австрало- новозеландского региона. Оседлых видов среди чаек мало. Кроме популяций доминиканской чайки, живущих на изолированных островах в Южном океане, к ним можно отнести чаек с Галапагосских островов. А самые протяженные миграции у вилохвостой чайки, летающей из Арктики в тропические воды Африки и Южной Америки. У большинства видов чаек сезонные пе- ремещения хотя и имеют значительную протяженность, обычно проходят в пределах своей и смежной климатических зон. Например, розовая и белая чайки из Арктики распространяются в умеренную зону. Для них (особенно для белой чайки) характерно тяготение к ландшафтам с плаву- чими ледовыми полями. Белая чайка в северных полярных морях в этом смыс- ле напоминает белого буревестника в полярных морях южного полушария. Миграции чаек могут протекать постепенно. Но бывают и настоящие дружные перелеты организованными стаями. Такие перелеты весной, в частности, может совершать обыкновенная моевка. Очень интересен вопрос о том, как попадают чайки и другие птицы из Сибири, Средней и Центральной Азии на зимовки к теплым берегам Индийского океана, Южно- и Восточно-Китайских морей. Ведь им нужно преодолевать гран- диозные высокогорные системы. Наблюдения последних лет стали здесь настоящим откровением. Известный отечественный орнитолог В.Р. Доль- ник так пишет о результатах наблюдений за перелетом птиц в Средней Азии:<Главной стратегией перелета через великий экологический барьер Азии оказались совсем не ’’просачивание” и не облет. Птицы берут его ’’силовым” методом и на огромных высотах, прямыми курсами и ночью, пользуясь своими феноменальными энергетическими, физиологическими, аэродинамическими и навигационными способностями. Сверхвысотный бросок над горами Азии - столь же неожиданный прием мигрантов, как и открытый ранее английскими орнитологами сверхдлительный перелет через Средиземное море и Сахару одним махом>.Это о птицах вообще. Но несомненно, что в таких бросках осенью на юг, а весной на север участвуют и чайки, а также другие ржанкообразные. Такую же проблему приходится решать чайкам с внутренних водоемов и в других горных стра- нах. Например, с высокогорных озер в Андах чайки спускаются на зиму к океаническим побережьям. 146
Универсализм чаек проявляется в первую очередь в их исключитель- ной пищевой пластичности. Они всеядны, но это не значит, что добыча корма им всегда дается легко. Именно из-за трудности регулярной добы- чи нужного количества пищи чайки очень охотно переключаются на писание на городских свалках или на сбор различных отходов с судов, особенно ведущих рыбный промысел. Там, где вблизи от колоний чаек находятся сельскохозяйственные угодья, вереницы чаек сопровождают пашущие трактора так же, как корабли в море. На море чайки ловят рыбу, различные планктонные организмы, подбирают выброшенных штормом на берег донных животных, во время отлива ловят их на оголившейся литорали. Некоторые из них, например серебристая, серокрылая и другие чайки, чтобы добраться до внутреннос- тей морских ежей или мягкого тела крупных двустворчатых моллюсков, разбивают их, бросая на берег с высоты. На литорали в северных широтах в весенне-летний период чайки во время отлива выедают большое коли- чество икры рыб, откладываемой на водоросли и камни. В частности известно, что они могут буквально ополовинить оголяющиеся при отливе кладки сельди. Рыбы и различные беспозвоночные имеют особенно большое значение в питании мелких видов чаек. Но и они не упускают случая разорить гнездо или украсть птенца другой птицы. Могут отбирать они добычу и у других птиц. Наблюдали, например, как озерная чайка преследовала чибисов и ржанок, а вилохвостая полярных крачек. У крупных сильных чаек хищные и паразитические навыки выражены более отчетливо. Они могут отбирать пищу почти у любых водных или околоводных птиц, включая таких крупных, как гагары и бакланы. Хищ- ничество для чаек имеет особенно большое значение в гнездовой период. В это время они наносят значительный ущерб колониям других морских птиц. И они не только разоряют гнезда, но и нападают на взрослых птиц. Бургомистр может забивать даже таких крупных птиц, как моевки и кайры. Мощная большая морская чайка успешно охотится на тупиков и обыкновенных буревестников. Последних она подкарауливает в лунные ночи у нор. По силам этой чайке расправиться даже с новорожденным щенком тюленя. Нападают на птиц и другие крупные чайки, в том числе доминиканская и тихоокеанская. А корм крупные чайки могут отнимать даже у поморников и тюленей. Чайки нередко сопровождают других крупных животных и извлекают из этого пользу. Серокрылая и тихоокеанская темноспинная чайки подбирают остатки деликатесных лососей после медведей, которые успешно ловят этих рыб во время нерестового хода. Впрочем, крупные чайки и сами могут добывать нерестовых лососей. Есть сведения о том, что при этом они предпочитают самок, из чего можно сделать вывод, что им больше по вкусу икра, а не молоки. Белые чайки летают за белыми медведями и питаются не только остатками от добытых ими тюленей, но и пометом медведей. Последнее имеет определенное значение в первую очередь в бескормный холодный период, т.е. в период белого безмолвья. Пытаются чайки извлекать пользу и от кормящихся китов. Серебристая, 147
полярная и другие виды чаек, к примеру, часто сопровождают серых китов, питающихся на малых глубинах донными животными. Когда мо- гучий кит перелопачивает мягкий грунт, на поверхности моря за ним тя- нется шлейф мути. По нему чайки следят за подводным перемещением кита, и при этом им кое-что перепадает, особенно при подъеме кита наверх. При случае чайки могут есть и растительную пищу - ягоды в тундре и семена в полях. Но кормясь в сухопутных угодьях, они, конечно, предпо- читают животную пищу. Чайки, особенно мелкие с маневренным полетом виды, могут ловить налету насекомых или схватывать их или гусениц с верхушек растений. Питаются чайки обычно в светлое время, но голод заставляет их вре- менами изменять этому правилу. У ведущих промысел судов они держат- ся круглосуточно, правда, современные суда в таких случаях хорошо освещают воду за бортом. Три вида чаек предпочитают охотиться ночью. Эта особенность до недавнего времени признавалась только за галапагос- скими сумеречной и вилохвостой чайками, при этом считалось, что пе- реход на ночной образ жизни является своеобразным уходом из-под пресса фрегатов. Это объяснение в общем-то неубедительно. Фрегаты преследуют многих птиц, и среди них есть более слабые, чем чайки, хотя бы крачки. Но смещения ’’режима дня” в сторону ночи у большинства обижаемых фрегатами видов не произошло. Недавно возможность ноч- ного питания была установлена у гнездящейся на севере Тихого океана красноногой моевки, и сделано это было путем анализа состава кормовых объектов этой чайки. Оказалось, что в ее рационе много светящихся ан- чоусов, т.е. рыб, поднимающихся к поверхности моря только в темноте. Возможно, в какой-то степени с ночной добычей корма связано и разме- щение гнездовых колоний красноногой моевки. Все они - на Прибыло- вых, Алеутских и Командорских островах, располагаются в непосредст- венной близости от глубоководных впадин и котловин, откуда к поверх- ности по ночам и поднимаются животные больших глубин. Такая специа- лизация может рассматриваться как вполне приемлемая стратегия жизни. Тем более что чайка охотится и днем. Но красноногой моевке тем не менее очень далеко до более пластичной в экологическом смысле и процветающей ее ближайшей родственницы- обыкновенной моевки. Последняя имеет очень широкое распространение в северных частях Тихого, Атлантического и Арктического океанов, а численность ее превышает 10 млн особей. А локально гнездящаяся красноногая моевка имеет поголовье, немногим превышающее четверть миллиона особей. Чайки неприхотливы в выборе места и строительстве гнезда. Обычно они гнездятся колониями различной величины, и лишь редкие пары могут размещаться обособленно. Обязательное условие в выборе места для размножения чаек - наличие по соседству водоема, ведь это птицы, имеющие на лапах перепонки. И тем не менее в этом правиле есть одно исключение. Это южноамериканская серая чайка, которая гнездится в нескольких десятках километров от тихоокеанского побережья, в зной- ной андской пустыне Атакама среди камней и песка. Английский кино- 148
сценарист М. Эндрюс, снимавший серую чайку с птенцами в 60 км от мо- ря, в книге ’’Полет кондора” пишет: ”На всем необозримом просторе долины с дрожащими в жарком мареве берегами лишь пыльные вихри создавали какое-то движение. Один из птенцов встал и зарылся головой р тело матери, спрятавшись под крылом, которым птица с нежностью прикрывала его... Чайка будет находиться здесь целый день, пока солнце не поднимется к зениту и снова зайдет. Тогда она повернется навстречу двадцатиузловому юго-западному ветру, который внезапно задует после полудня, принося облегчение от пятидесятиградусной жары. Не ранее чем в десять часов вечера вернется ее супруг с кормом для птенцов, а сама она до наступления рассвета отправится на целый день к морю”, феномен серой чайки вполне объясним. Она своеобразная ’’жертва гнез- дового консерватизма”. Современные пустынные гнездовья ее в прош- лом располагались на берегах прибрежных озер-лагун. Сначала с ростом Анд эти озера были подняты, а затем они высохли. Серые чайки, приспо- собившись гнездиться без воды, не захотели или не сумели освоить новые места у передвинувшегося побережья. Остальные чайки гнездятся у воды. Для колоний выбираются различ- ные места - скалы, банки-отмели, острова, болота и озера. Некоторые виды в последние десятилетия стали гнездиться даже на крышах домов в городах. Но на вертикальных обрывах и узких скальных карнизах гнез- дятся только моевки. Если карниз очень узкий, сначала птицы его расши- ряют, прикрепляя к нему ил и растительность. Будучи очень массовыми, моевки испытывают постоянный дефицит гнездовых площадей. Поэтому им приходится выдерживать конкуренцию со своими собратьями даже из-за таких неуютных и ненужных другим птицам пристанищ. Выдающий- ся голландский этолог Н. Тинберген в книге ”Осы, птицы, люди” писал: ’’...особенность моевок - их неуемная драчливость. Во всяком случае, в течение брачного сезона они большую часть времени тратят на взаимные угрозы и драки... Лишь немногие из них выбирают подходящий уступ поодаль от основной колонии, а остальные предпочитают по многу недель вести ожесточенные и почти безнадежные сражения в попытках отвоевать стойко обороняемый карниз в центре колонии. К концу брач- ного сезона драки почти столь же часты, как и в его начале... многим моевкам так и не удается обзавестись своим местом на карнизе”. У других чаек ’’жилищных проблем” меньше, однако колониальная жизнь всегда диктует сложные отношения, и в течение всего гнездового периода им приходится решать много различных проблем. Чайки вла- деют большим количеством демонстрационных поз и звуков, имеющих вполне определенный сигнальный смысл. Более того, лексикон чаек, передаваемый различными позами и звуками, гораздо разнообразнее, чем у многих других морских птиц. Этот непростой язык символов изучен к настоящему времени хорошо, а чайки к тому же оказались из-за своей заметности очень удобными объектами для наблюдений. Все различные демонстрации чаек объединяются в агрессивный и брачный комплексы. Можно сказать, что в характере чаек изначально заложена агрессивность друг к другу и для выражения или показа такого 149
настроения у них много средств. Но умная природа для равновесия пре- дусмотрела и характерные позы умиротворения, которые гасят агрессив- ный настрой. Например, воинственный пыл немедленно проходит, если вызвавшая раздражение соседняя птица отвернет голову в сторону. Все это нужно для жизни в колониях, т.е. в гнездовой период. С одной стороны, вместе тесно и место для гнезда в колонии приходится утверж- дать с боем. А с другой - колония добровольное объединение, где, чтобы жить вместе, нужно уметь и терпеть. В начале сезона агрессивны друг к другу и будущие брачные партнеры, даже если они в прошлые годы уже выводили потомство. Самка к тому же проявляет сначала еще и страх. У отдельных из них это чувство столь сильно, что они не решаются ’’выйти замуж”. В тех же случаях, когда брачный союз заключается, ему предшествует набор церемоний, которые в конечном счете и призваны погасить агрессивность и страх. Уже цити- ровавшийся Н. Тинберген писал о озерных чайках: ’’Кажется, что одни самки влюбляются с первого взгляда, а другие делают выбор, только по- кокетничав с несколькими самцами. Когда самка более или менее привя- зывается к одному самцу, она посещает его снова и снова... Признаки страха у самки постепенно исчезают... птицы начинают привыкать друг к другу... После достижения этой стадии дальнейшее происходит так же, как и у других чаек. Самка выпрашивает корм, и самец кормит ее”. Вы- прашивание самкой пищи у самца является обязательным элементом брачных церемоний. Подношение же пищи может и не состояться, и это не имеет значения. Бывают случаи, когда самка, прилетев с рыбалки, вы- прашивает пищу у самца, насиживающего яйца в гнезде. В брачных церемониях разных видов чаек есть сходство, но есть и раз- личия, которые являются дополнительным препятствием к скрещиванию разных видов. И все же изоляционные механизмы изредка дают сбой, и близкие виды образуют гибриды. Предусмотрительная природа изобрела здесь дополнительную подстраховку, а именно зрительную сигнализа- цию. Очень интересны в этом смысле наблюдения провел на Баффиновой Земле за четырьмя видами чаек полярной, серебристой, Тейера и малой полярной американский орнитолог Н. Смит. Только в этой части Канад- ского арктического архипелага эти похожие друг на друга чайки гнездят- ся совместно, но гибридов не образуют. Кажется, эти чайки на одно лицо: белоснежная голова, желтый клюв с красным пятном на конце над- клювья. Но для птиц главным оказывается не это, а цвет мясистого коль- ца, окружающего глаз, а также особенности рисунка на концах крыльев. Собственно главным фактором распознавания является не цвет около- глазного кольца, а контраст между ним и белой головой. Самки выбира- ют таких самцов, которые по контрасту глаз-голова и окраске концов крыльев похожи на них самих. Но возникает вопрос - откуда чайки знают о своей внешности, ведь они в зеркало не смотрятся? Все, однако, просто - у них с детства в памяти запечатлевается образ родителей, на которых они похожи. Мелкие виды чаек становятся половозрелыми начиная с 2 лет, но обычно старше - в 3-4 года. У крупных видов созревание сдвинуто еще 150
на год-два. Они и живут дольше. Известен случай, когда серебристая чайка проносила кольцо 32 года, а в неволе прожила почти 50 лет. Как и у других птиц, для чаек характерны и гнездовой консерватизм и супружес- кие пары, сохраняющиеся годы. Правда, после гнездового периода пары на время распадаются, и на следующий год перед их восстановлением надо сначала привыкнуть друг к другу и преодолеть взаимную недовер- яевость и агрессивность. Но нередки у чаек и разводы. Английский ор- нитолог Д. Коулсон, много лет изучавший моевок, установил, что еже- годно восстанавливается примерно 50% прошлогодних пар. Было замечено также, что самки моевок в зрелых годах склонны выходить замуж за более молодых самцов. В последнее время у некоторых видов, в частнос- ти у серебристой, замечены и другие признаки ’’расшатывания нравов”, например образование любовных трио. И это неудивительно, ведь чайки сейчас переживают свой бурный век, и многие их виды, увеличивая численность, расширяют свои ареалы. Кстати, и сам факт заселения новых районов говорит об относительности чувства верности своему гнезду и колонии. А розовая чайка вообще может внезапно всей коло- нией сменить место гнездования. В кладке у чаек может быть от 1 до 4 яиц, но обычно 2-3 яйца. У крас- ноклювой серебристой чайки находили по 5-6, а у северной серебристой чайки даже по 7 яиц, но скорее всего это результат отношений в любов- ных треугольниках, т.е. яйца отложены двумя самками. Нужно сказать, что чайки не боятся не только таких излишеств. Вид лежащих яиц у них вызывает острое желание насиживать. В экспериментах с искусственны- ми яйцами заметили, что они особенно неравнодушны к крупным и даже гигантским яйцам. Отличаются от других видов и галапагосские чай- ки - у сумеречной в кладке не бывает больше двух яиц, а у вилохвос- той - одного. Мелкие виды чаек несколько отличаются от крупных ходом гнездово- го цикла. Инкубация у них продолжается около трех недель или чуть больше, а у крупных видов около четырех недель. Молодежь у мелких видов умеет летать уже в 5, а у крупных в 7 недель. Опять же среди всех чаек здесь выделяются две галагапосские чайки, они сидят на яйцах по 32 дня. Галапагосская вилохвостая чайка в этом смысле вообще является рекордсменом. Она дольше других видов, а именно 4,5 месяца, выкарм- ливает птенца в гнезде, а после подъема на крыло еще несколько меся- цев заботится о нем. Вообще же у чаек птенцы в гнезде или в колонии обычно находятся от двух до трех месяцев. Отношения птенцов и родителей у чаек - большая и интересная тема. Птенцы первое время родителей в лицо не знают. Для них главный разд- ражитель клюв взрослой чайки. И это очень убедительно было доказано в экспериментах на серебристой и других чайках. Птенцы обращали внима- ние только на красное пятно на конце клюва. Особенно сильной бывала реакция если весь клюв красный, пусть даже картонный и имел любую форму. Форма и цвет головы здесь значения не имеют. Взаимное узнава- ние детей и родителей наступает позднее. Но и тогда птенец, желая выпросить пищу, клюет родителей в клюв. Э.Н. Голованова, наблюдав- 151
шая жизнь в колонии серебристых чаек на оз. Маныч-Гудило, располо- женном между Каспийским и Азовским морями, писала: ’’Близилась ночь, но чайченку было не до сна. Он, видимо, считал, что все забыли про ужин. Назойливо приставая то к одной, то к другой птице, он подол- гу пищал, кланялся, теребил взрослых за клювы и щекотал подклювья. Наконец мать вняла его мольбам и начала отрыгивать добычу... чайка широко раскрыла рот и резким движением бросила на землю к ногам птенца малого суслика. Это был довольно крупный, размером немногим меньше птенца, зверек со слипшейся мокрой шерсткой. Чайченок в замешательстве попятился, а мать тотчас проглотила грызуна. Голодный птенец направился к отцу. И тот тоже выплюнул перед ним суслика. Всю ночь взрослые птицы по настойчивым просьбам детей то и дело отрыгивали сусликов... Но грызуны переваривались медленно. Только под утро пища оказалась готова. Кожа и часть поверхностных мыши зверьков переварилась и обнажилось содержимое брюшной полости. То здесь, то там по всему острову можно было видеть, как счастливые чай- чата вытаскивали из глотки родителей, словно макароны из кастрюльки, тонкие кишки грызунов”. Это описание выхватывает одну из сцен жизни колонии, когда взрослые птицы вернулись на ночь домой с дневной охоты в сельскохозяйственных угодьях. Сезон размножения у чаек приходится, как правило, на весенне-лет- нее время, но непосредственные сроки гнездового цикла отличаются на разных широтах и у разных видов. Интересную особенность здесь демон- стрирует красноклювая серебристая чайка. У нее бывает два пика кладок в течение года: у восточного побережья Австралии весной и летом, а у западного - осенью и весной. Австралийский орнитолог Д. Сервенти описывает интересный эксперимент по перевозу этой чайки из Австралии в США в 1922 г. Первые два года на новом месте южные чайки начинали гнездиться в ноябре, т.е. северной осенью, затем перенесли время разм- ножения на весну, что, казалось, хорошо соответствовало условиям се- верного полушария. Но по прошествии 22 лет с 1943 г. они вновь начали гнездиться осенью. Любопытно, что два сезона гнездования у красноклю- вой чайки наблюдается и у южного побережья Африки, но новозеланд- ские популяции имеют нормальное, т.е. односезонное размножение. Нет строгого фиксирования сроков гнездования у галапагосской вилохвос- той чайки. При нормальном ходе гнездового цикла у нее одна кладка приходится на 9 месяцев. В конечном счете в любой месяц года встре- чаются гнезда этой чайки с яйцами. Использование весенне-летнего периода для размножения чайками высоких и низких широт легко объяснимо. Он благоприятен и по клима- тическим и по кормовым условиям. А.В. Андреев, изучив гнездовой цикл розовой чайки, установил, например, что на местах гнездования она проводит всего два месяца, а для выведения птенцов ей надо всего 45-50 суток, т.е. в два раза меньше продолжительности тундрового лета. Птенцы разлетаются в начале августа, а пик кормности тундровых уго- дий приходится на середину августа. Но вряд ли это говорит о ’’незна- нии” розовой чайкой условий своей родины. Ее птенцы рано становятся 152
самостоятельными, и без опеки родителей при хороших условиях они более успешно накапливают нужный для жизни опыт. Кроме того, до зимы им нужно еще освоить и ледовитые моря Арктики. Начало внегнездовой жизни у молодых всех видов птиц - это время больших потерь, и чайки здесь не исключение. У мелких чаек родители молодых после подъема на крыло опекают мало. Поэтому у них самая высокая смертность бывает в начале самостоятельного периода. Крупные чайки подкармливают своих уже летающих молодых более продолжи- тельное время, иногда до поздней осени. Наверное, поэтому у них и бывает несколько сдвинуто время повышенной смертности. Самое сложное при прохождении уроков жизни - научиться добывать пищу. В связи с этим есть красивая гипотеза, пытающаяся объяснить, почему у многих чаек молодые имеют серое, а взрослые белое оперение. Белых птиц почти на любом фоне можно увидеть издали. По мечущимся как белые косынки силуэтам легко определить, что птицы нашли пищу и кормятся. Имея отличное зрение, такой сигнализацией чайки пользуются всегда, и, как при эстафете, сигнал быстро распространяется на значи- тельном пространстве. Если одна птица заметила, как другая поспешила в определенном направлении - это понятный и верный сигнал. А так как искать и добывать пищу умеют лучше взрослые птицы, как будто стано- вится ясным, почему более заметными должны быть взрослые, а не мало- опытные молодые. Это объяснение выглядит не более как просто правдо- подобное, ведь не все виды чаек молодыми бывают серыми, а взрослы- ми - светлыми. У чаек, особенно у мелких видов, много врагов. Но смелость и агрес- сивность этих птиц, да еще объединенных в колонии, позволяет им успешно противостоять даже сильным хищникам. Дружно и с криками бросающаяся стая, да еще поливающая пометом, способна привести в смятение любого противника. На водоемах, где гнездятся, например, озерные чайки, они дружно отгоняют ворон и под их прикрытием успеш- но выводят птенцов водоплавающие. Результативность размножения самих чаек определяется в основном погодными и кормовыми условия- ми. При бескормице они могут вообще пропустить сезон размножения. В отличие от других морских птиц чайки как никто научились извле- кать пользу от хозяйственной деятельности. Отходы морских промыслов, свалки у городов и поселков, сельскохозяйственные угодья обеспечили им дополнительную обильную пищу, что особенно важно в голодный зимний период, а многочисленные искусственные водоемы расширили гнездовые биотопы. И численность многих видов чаек начала расти, в частности у озерной чайки еще в конце прошлого столетия. Эта чайка из Европы в 1969 г. проникла в Гренландию, а в 1977 г. она начала гнездить- ся и в Северной Америке - на Ньюфаундленде. Особенно увеличилась численность чаек и в их числе серебристой, клуши, сизой, большой морской, делаварской в северном полушарии, а доминиканской и серебристой красноклювой - в южном в последние 30—40 лет. Им стало тесно, и они начали расширять ареалы, а также гнез- диться в городах на крышах и карнизах зданий. В Англии в антропоген- ез
ных ландшафтах стала встречаться и гнездиться на постройках даже пелагическая моевка. Во всех случаях новые колонии осваивают менее консервативные молодые птицы. Все эти процессы раньше, чем в других регионах, начались в Западной Европе, природа которой особенно изменена человеком. ’’Мода” на гнез- дование в городах распространилась и в другие районы, в том числе в Восточную Европу. Гнездование большого количества чаек в городах приносит их жителям понятные неудобства. Некоторый ущерб при боль* шом количестве чайки приносят, поедая молодь рыб в рыбхозах. А про- жорливость чаек может быть поразительной. В экспериментах они съеда- ли количество рыбы, равное половине и даже двум третям собственной массы. Правда в естественных условиях столь обильной пищи почти никогда не бывает. Превысившая все экологические нормы численность чаек, особенно крупных хищных, создала дисбаланс в природных сообществах. Во многих местах увеличился пресс на мирных птиц - чистиковых, буре- вестников, водоплавающих. С хищничеством чаек связывают снижение их численности, например в целом ряде районов Северной Атлантики. Более активные и дерзкие виды чаек, в частности серебристая, местами теснят и менее конкурентоспособных других видов чаек. Вспышка численности чаек вызвала необходимость ее регуляции, и в Западной Европе в этом смысле уже накоплен некоторый опыт, особенно по борьбе с чайками в городах. Некоторый эффект дают разорение гнезд, замена настоящих яиц искусственными, стерилизация яиц путем покры- тия их нефтяной эмульсией, инъекцией формалина, простым прокалыва- нием их иглой или встряхиванием. Однако полностью взять под конт- роль рост численности чаек, да еще на обширных труднодоступных ска- листых морских побережьях, не удается. Конечно, высокая численность чаек имеет не только негативные след- ствия. Тяготея в больших количествах к портам и городам, они неплохо выполняют санитарную роль, поедая самые разные отбросы. Да и эсте- тическое восприятие этих красивых птиц, являющихся символами моря и морских дорог, не идет ни в какое сравнение со столь же многочислен- ными в городах голубями. Общее поголовье чаек неизвестно. Оценок численности некоторых видов пока нет совсем. Но по многим районам учеты ведутся давно и исходя из них можно предполагать, что численность всех чаек сейчас на Земле не менее 30 млн голов, и эту цифру слагают в основном около 10 видов. Самая массовая из чаек - обыкновенная моевка. На ее долю при- ходится около трети всего чаячьего поголовья. Вторая по численности - озерная чайка. Ее примерно наполовину меньше, чем моевки. Затем идут серебристая, доминиканская и красноклювая серебристая. Каждой из них более двух миллионов голов. Больше миллиона численность сизой чайки. За полмиллиона имеют численность серокрылая, смеющаяся и большая морская чайки. Говоря о процветании чаячьего населения в целом, сразу надо сказать, что не все благополучно в их пестром мире. Немало видов или популя- 154
ций имеют низкую численность. Будучи пластичными птицами, они тем не менее теряют возможность гнездиться, например, при осушении или высыхании болот и водоемов. Болезненно реагируют некоторые пресно- водные виды и на фактор беспокойства. Самые уязвимые здесь консерва- тивные реликтовые виды. Сегодня они выглядят как красивые осколки их прекрасного былого, например, теплого моря Тэтис в Евразии. Пожа- луй, в наиболее угнетенном состоянии сейчас находятся средиземномор- ская, реликтовая и китайская чайки. Численность первых двух видов не превышает нескольких тысяч, а китайской и того меньше. Более того, у китайской чайки пока мало известны и конкретные места гнездования. Вот такие неодинаковые чайки - самые известные из морских птиц. Одни из них вместе с расширением хозяйственной деятельности челове- ка все больше процветают и даже вынуждают принимать меры по сокра- щению их численности. Экологический потенциал других оказался невысоким, поэтому они не успевают приспосабливаться к условиям быстро изменяющейся природы. КРАЧКИ Крачки - ближайшие родственники чаек, поэтому этих птиц нередко объединяют в одно семейство. Будучи в родстве и имея некоторое внеш- нее сходство, крачки, тем не менее, многими чертами и особенностями экологии, поведения и облика отличаются от чаек. Рядом с чайками более мелкие крачки выглядят даже хрупкими. Их стройность и особая грациозность подчеркиваются прогонистым телом, узкими длинными крыльями, тонким длинным клювом и вильчатым хвостом. Неслучайно крачек часто называют морскими ласточками. Они редко парят, но летают очень легко, а крыльями, в отличие от чаек, машут не плавно, а как бы бросками, отчего траектория полета у них бывает волнообразной. Опять же в отличие от чаек, крачки при полете клюв чаще держат не прямо, а вниз. На фоне универсальности чаек и их высокой экологической пластич- ности крачки выглядят специалистами узкого профиля. У них короткие ноги, и они меньше ходят по суше. Плавать большинство видов крачек может, но на воде они бывают мало, а при отдыхе в открытом море предпочитают садиться на различные плавающие предметы, сплавины, льдины и даже спины черепах. Дилемма - не любить воду и жить только у воды наложила свой отпечаток на способы добычи пищи у крачек. Арсенал охотничьих приемов у них небольшой. Обычно с воздуха заме- тив добычу, чаще сразу, а иногда накоротке зависнув, трепеща крыльями на месте, они стремительно пикируют вниз. Схватив рыбку с поверхности или погрузившись за ней на мгновение в самый верхний слой воды, они сразу выныривают и взлетают. В каждом семействе птиц есть виды, знаменитые рекордами. Есть рекорды И у крачек. В этом смысле особенно примечательна полярная, или арктическая, крачка, которая является самым северным гнездящим- ся видом. Ее гнездовья простираются до северного предела суши - приполюсного побережья Гренландии. Одновременно с этим полярная 155
крачка - самый дальний мигрант - она ежегодно летает к берегам Антарктиды. Имея в виду только ареал полярной крачки, можно сказать, что зоной жизни семейства крачек является весь Мировой океан. По видовому разнообразию семейство крачек почти не уступает чай- кам - оно насчитывает 42 вида, четвертая часть которых встречается не только в морях и океанах, но и на пресных водах. Крачки обычно не летают за судами, их не прельщают какие-либо отбросы, даже рыба. И так как наблюдать их, как правило, приходится на расстоянии, узнавать большинство видов очень не просто. Большая часть видов крачек имеет белое оперение нижней части тела, пепельно-голубую спину и верх крыльев, черную шапочку на голове и вильчатый хвост. Зимой они светлеют, в частности белым становится лоб. Такой облик имеет и самая крупная из крачек - каспийская, или чегра- ва (Sterna caspia). Размах крыльев у чегравы, имеющей крепкое телосло- жение и мощный ярко-красный клюв, составляет около 135 см. Она гнез- дится на внутренних водоемах и морских побережьях Северной Амери- ки, Африки, Австралии, Новой Зеландии, Европы, Центральной и Южной Азии. Хвост у чегравы слабовильчатый. Еще две крачки со слабовильча- тыми хвостами имеют непропорционально мощные клювы. Это больше- клювая (Phaetusa simplex) и чайконоса (Gelochelidon nilotica) крачки - птицы среднего размера, с размахом крыльев около 90 см. Большеклювая крачка гнездится на внутренних водоемах Южной Америки и на морских побережьях почти не бывает. Чайконосая крачка гнездится как на внут- ренних, так и морских побережьях всех материков в пределах низких широт. У чайконосой крачки в оперении преобладают светлые тона. Верх тела у нее слегка серебристо-серый, а толстый клюв черного цвета (рис. 58). Семь довольно крупных крачек с размахом крыльев 90—110 см отно- сятся к группе хохлатых. Перья черной шапочки у них удлинены, за счет чего и образуется хохолок на затылке, правда, при полете он не топор- щится (рис. 58). Все они имеют наиболее типичную для крачек окраску: серебристый верх, белый низ. Живут хохлатые крачки в основном в теплых широтах. В Индийском океане и западной части Тихого океана обитают большая хохлатая (S. bergii) и малая хохлатая (S. bengalensis) крачки. Они похожи, но раз- личаются по размерам. У большой размах крыльев около ПО см, а у малой - 90 см. Кроме того, у большой клюв желтый, а у малой оранже- вый. На малую хохлатую похожа хохлатая крачка (S. eurygnata), живу- щая у атлантических берегов Южной Америки. У мексиканского побе- режья в Тихом океане, а также на этих широтах в Атлантическом океане у берегов Америки и в Африке обитает королевская крачка (S. maximus), обликом напоминающая большую хохлатую крачку, но имеющую ярко- красный клюв. В тихоокеанских водах Мексики гнездится еще одна хох- латая крачка - элегантная (S. elegans), совершающая миграции к побе- режью Южной Америки. Клюв у нее оранжевый. Она помельче королев- ской и имеет размеры малой хохлатой. В Европе, на Каспийском море, в 156
/ 2 Рис. 58. Чайконосая (1) к большая хохлатая (2) крачки Карибском бассейне и тихоокеанском побережье США гнездится пестро- носая хохлатая, или сэндвичева, крачка (S. sandvicensis). Зимой вдоль побережий Америки и Африки она проникает за экватор. Из Европы она также летает в северную часть Индийского океана, а из Карибского бассейна на тихоокеанское побережье. От других хохлатых крачек она отличается черным с желтым концом клювом. В морях Юго-Восточной Азии случайно может быть встречена китайская хохлатая крачка (о. bernsteini). Она очень редка, а отличается от других хохлатых видов чер- ным концом желтого клюва. На хохлатых крачек похожи виды большой группы очень стройных, также черношапочных крачек с длинными вильчатыми хвостами. В ос- новном они среднего размера с размахом крыльев около 75-85 см. Поч- ти не отличимы друг от друга типичные представители этой группы обык- новенная, или речная (S. hirundo), и арктическая, или полярная (S. para- disea),крачки. Правда, у арктической клюв полностью красный, а у обык- новенной - на конце черный. От других подобных крачек они отличают- ся темной каймой на самых длинных перьях хвоста (рис. 59). Полярная крачка гнездится циркумполярно в Арктике и сопредельных районах умеренной зоны. Отдельные изолированные колонии полярной крачки располагаются значительно южнее основного ареала - на Камчатке, Британских островах, в штате Вашингтон в Северной Америке. На зиму она летает в Антарктику. Обыкновенная крачка распространена в Евра- зии, Северной Америке, Карибском бассейне, северных частях Южной Америки и Африки. Зимой она бывает в субтропических и тропических широтах у побережий всех материков. Такая же, но только с полностью белым хвостом антарктическая крачка (S. vittata), гнездящаяся циркум- полярно на островах Южного океана. В Индийском океане, в западной части Тихого океана, в Карибском бассейне, Средиземном море и вдоль западных берегов Европы гнездит- ся похожая на обыкновенную и полярную розовая крачка (S. dougalli). В брачном наряде оперение нижней части тела у нее имеет розоватый оттенок. Но в целом она более светлая, полностью белый у нее и очень длинный хвост (рис. 59). В атлантических и тихоокеанских водах южной половины Южной Америки обитает такая же, но без розового оттенка, южноамериканская крачка (S. hirundinacea). Такая же светлая крачка Форстера (S. forsteri), гнездящаяся на внутренних водоемах Северной 157
Рис. 59. Обыкновенная (1) и розовая (2) крачки Америки, а зимой появляющаяся в водах обоих океанических побере- жий. Средняя часть вилки хвоста у нее серая, а самые длинные хвосто- вые перья - белые. В отличие от перечисленных выше пяти видов, лапы и клюв у нее не красные, а желтые, а конец клюва, кроме того, черный. На внутренних водоемах Южной Азии гнездится индийская речная крач- ка (S. aurantia), имеющая такую же окраску очень длинного хвоста. На берегах Берингова и Охотского морей гнездится алеутская крачка (S. aleutica). От других подобного облика крачек она отличается черными лапами и клювом, темно-серой спиной и белым лбом. Характерна для нее также черная полоса от шапочки через глаз к клюву (рис. 60). Белый лоб имеет и белолобая крачка (S. striata), обитающая в новозеландском райо- не, откуда она летает к Австралии. В тропиках Индийского и западной части Тихого океанов обитает очень стройная светлая крачка, у которой черная шапочка осталась только на затылке (рис. 60). Это темнозатылочная, или лысая, крачка (S. sumatrana). Четыре вида рассматриваемой группы средних длиннохвостых черно- шапочных крачек имеют почти полностью серо-голубую окраску. Две из них практически неотличимы, но живут они в разных районах: кер- геленская (S. virgata) - в индийской части Южного океана, а белощекая (S. repressa) - в северо-западной части Индийского океана. На дымчатом фоне у них выделяются только белые средняя часть вилки хвоста и бока головы под черной шапочкой (рис. 61). В южной части Новой Зеландии обитает редкая чернолобая крачка (S. albostriata). У нее на сером фоне выделяются белое надхвостье и полоска под черной шапочкой. У обитаю- щей на внутренних водоемах Южной Азии темнобрюхой крачки (S. mela- nogastra) на сером фоне контрастно выделяется, как и шапочка, черное брюшко. Пять видов черношапочных крачек имеют короткий слабовильчатый хвост. Все они имеют небольшие размеры и размах крыльев около 50 см. 158
Рис. 61. Кергелекская (1) и прекрасная (2) крачки На внутренних водоемах и морских побережьях Африки, Австралии, а также в умеренных и тропических широтах Евразии, Северной Америки и в Карибском бассейне обитает малая крачка (S. albifrons). Популяции этого вида с побережий западной части Индийского океана иногда отно- сят к самостоятельному виду - мекранской крачке (S. saundersi). В Авст- ралии, Новой Зеландии и на Новой Каледонии обитает похожая на малую прекрасная крачка (S. nereis). Прекрасная крачка (рис. 61) немного посветлее, и, кроме того, у нее меньше черного на концах крыльев. У юго-западного побережья Африки живет крачка Ламара (S. balaenarwn). У нее в отличие от малой надхвостье не белое, а серое, как спина, и совсем нет белого на лбу. На внутренних водоемах Южной Америки обитает 159
Рис. 62. Темная крачка амазонская крачка (S. superciliaris), а на морском побережье Перу - чи- лийская крачка (S. lorata). Общим обликом она напоминает малую, но имеет почти полностью дымчатую окраску. Десять видов крачек имеют нетипичное ’’крачечное” оперение, в их окраске много темного и даже черного. В тропиках и субтропиках всех океанов обитают темная, или дымчатая, крачка (S. fuscata) - крачка сред- них размеров с размахом крыльев около 85 см, с черным хвостом и белым низом (рис. 62). У молодых дымчатых крачек темная и нижняя часть тела. Почти такой же ареал имеет похожая на темную бурокрылая крачка (S. anaethetus). Но она немного поменьше, а верх у нее не черный, а темно-серый, самые длинные перья хвоста - белые, а черная шапочка от темно-серой спины отделяется дымчатым воротничком (рис. 63). В Океании обитает почти не отличимая от нее на расстоянии очковая крач- ка (S. lunata). У нее только больше белого на лбу и более темные длинные перья хвоста. Полностью темное оперение, кроме серой шапочки, имеют три вида глупых крачек: бурая, или обыкновенная (Anous stolidus), белошапочная (A. minutus), малая, или тонкоклювая (A. tenuirostris). Как и предыдущие три вида, глупые крачки живут в тропических и субтропических широ- тах. Бурая глупая крачка живет во всех океанах. Так же широко в Тихом и Атлантическом океанах распространена белошапочная глупая крачка. Ее нет только в Индийском океане, а малая, наоборот, встречается именно в Индийском океане. Больше известна из них бурая крачка, имеющая размеры темной крачки. От других глупых крачек она отли- чается более длинным хвостом (рис. 63). У белошапочной и малой глупой крачек хвост покороче и сами они немного мельче. У тихоокеанского побережья Южной Америки обитает очень ориги- нальная крачка инков (Larosterna Inca). На преобладающем темном фоне этой крачки выделяются узкие белые полосы на крыльях и белые ’’усы”, проходящие по бокам головы и шеи в виде запятых. 160
Рис. 63. Бурокрылая (1) и бурая глупая (2) крачки Три вида крачек с темным корпусом гнездятся на пресных водоемах, но во время миграций они появляются у морских побережий. Это птицы с размахом крыльев около 65—70 см и слабовильчатым хвостом. В Евразии и Северной Америке гнездится черная крачка (Chlidonias nigra), летаю- щая зимой в воды Южной Америки, Африки и Индийский океан. Она почти вся темная, особенно корпус. Белое оперение имеет только перед- няя часть подкрыльев. В Евразии и Северной Африке гнездится белокры- лая крачка (Cg. Leucoptera), которая во время миграций проникает до Австралии, Новой Зеландии и южного побережья Африки. Корпус у этой крачки черный, с ним контрастируют пепельные крылья и белый хвост (рис. 64). В Южной Евразии, Австралии и Африке гнездится белощекая крачка (Ch. hybridae). На фоне темно-серого корпуса у этой птицы хорошо видна черная шапочка. Крылья и хвост у нее светлые (рис. 64). Есть еще три вида крачек, которых нельзя отнести ни к одной из пере- численных выше групп. В тропиках всех океанов живет экзотическая белая крачка (Gygisalba)l - белоснежная птица с размахом крыльев около 70 см. На внутренних водоемах и побережьях южной половины Южной Америки живет крачка Трюдо (S. trudeaui). Общий фон оперения у нее слабодымчатый и белый, только вокруг глаз заметны черные пятна. Океанией ограничено распространение небольшой серо-голубой крачки (Procelstema cerulea). Оперение у нее пепельное, и, как у белой крачки, выделяются только черные бусинки глаз, лапы и клюв. Из краткого обзора видов нетрудно заметить, что крачки в основном жители теплых широт. Больше всего их видов обитает в тропической и субтропических зонах. И в этом они отличаются от чаек, явно тяготею- щих к более высоким широтам. И если чайки так и не смогли освоить центральные районы океанов, то крачкам это вполне удалось. Более того, несколько видов, в их числе все глупые крачки, темная, белая, серо-го- лубая и другие, гнездящиеся на разбросанных в океанских просторах II. В.П. Шунтов lei
Рис. 64. Белокрылая (1) и белощекая (2) крачки многочисленных островах, стали настоящими океаническими птицами. Но в целом крачки все же прибрежные птицы. Даже настоящие океани- ческие виды, как правило, более многочисленны у берегов островов. Больше всего видов крачек гнездится в бассейне Индийского и запад- ной части Тихого океанов, а также на внутренних водоемах южной половины Евразии. В связи с этим правдоподобно выглядит гипотеза о связи происхождения крачек, как и чаек, с древним морем Тетис. В дальнейшем же судьба их и, в частности, пути расселения разошлись. Крачки в сравнении с чайками более активные и дальние мигранты, среди них много перелетных видов, не боящихся больших расстояний и сухопутных преград. Такими в первую очередь являются крачки, гнез- дящиеся в умеренных и высоких широтах Евразии и Америки. Улетая осенью на юг, белокрылая, черная, малая, обыкновенная, пестроносая и другие виды проникают до побережий Южной Африки, Австралии, Но- вой Зеландии, Южной Америки. А так как при полете эти и другие при- брежные виды крачек повторяют очертания береговой линии, можно пред- ставить, какой дальней бывает дорога с севера Евразии до южных побере- жий материков южного полушария. Некоторые птицы в этом смысле вы- глядят вообще рекордсменами. У южных побережий Австралии, напри- мер, обнаруживали речных крачек, окольцованных на северо-западе Ев- ропы. Но даже такие перелеты уступают по протяженности миграциям полярной крачки, которая ежегодно повторяет маршрут длиной в 25 ты- сяч миль и более. Минуя все зоны, она пролетает в высокие широты Ан- тарктики. Вследствие таких миграций полярная крачка десять месяцев в году живет в условиях или белых, или коротких ночей. Как в Арктике, так и в Антарктике значительную часть времени она проводит среди раз- водий и ледовых полей. Может возникнуть вопрос: зачем ежегодно летать так далеко? Ведь другие северные крачки на зиму остаются в более низких теплых широтах. А местные крачки Антарктики - керге- ленская и антарктическая - вообще никуда из Южного океана не улета- ют. Но дальние перелеты вполне окупаются теми благоприятными усло- виями, в которые попадают полярные крачки на несколько месяцев антарктического лета. Здесь на далеком юге огромные скопления криля, являющиеся, по существу, неограниченным источником пищи, а на льди- нах крачки могут отдыхать, к тому же в это время они меняют оперение перед новой дальней дорогой за экватор. Высокая, в несколько миллио- 162
нов особей, численность полярной крачки говорит о том, что она выбрала для себя вполне перспективную стратегию жизни. Миграциям полярной крачки посвящено много работ, но большинство описаний и схем ее перелетов в отечественной литературе грешат ошиб- ками. Справедливости ради нужно сказать, что сама схема миграций очень сложна и не во всех деталях пока известна. При попытках объяс- нить замысловатую конфигурацию маршрута перелета полярной крачки иногда высказываются совершенно неправдоподобные версии. Выска- зываются даже мнения о том, что пути перелетов этой птицы почти сов- падают с маршрутами усатых китов. Из Арктики полярные крачки сте- каются в два главных потока к западу от Таймыра, к берегам Европы, восточнее Таймыра - к Берингову проливу. Так же поступают крачки, гнездящиеся в арктических широтах Северной Америки. Лишь немногие из них летят на юг вдоль атлантических берегов Северной и Центральной Америки. Из вод Европы крачки летят дальше на юг, и у западного по- бережья Африки пересекают экватор. Затем часть их рассеивается по Южной Атлантике и оказывается у побережья Южной Америки. Из вод Южной Америки и Африки крачки попадают в Южный океан, где, попав в зону западных ветров, они как бы дрейфуют на восток. Крачки от Берин- гова пролива в Антарктику летят только по восточной половине, а точнее в основном по восточной окраине Тихого океана. Интересно, но необъяснимо, почему на юг полярные крачки не летают или почти не летают по западным частям Тихого океана и Северной Атлантики. В пре- дыдущем очерке уже говорилось о такой же особенности в перелетах наиболее далеко мигрирующей вилохвостой чайки. В Южном океане часть крачек с попутными ветрами, по-видимому, успевают облететь вокруг Земли. Но в конце антарктического лета, отступив со льдами к берегам Антарктиды, полярные крачки попадают в зону уже восточных ветров и с ними летят назад, т.е. на запад. Когда в северном полушарии наступает весна, прежними маршрутами крачки возвращаются в родные края. В Тихом океане они в это время летяг, как и осенью, в основном вдоль побережья Америки и в небольшом количест- ве в рассеянном состоянии по всей восточной и даже центральной части океана. Такова в самых общих чертах схема перелетов полярной крачки. У китов таких сверхграндиозных маршрутов миграций нет и никогда не было. Как видно, пролет полярных крачек проходит в основном над мо- рем. Но местами они путь спрямляют и летят над сушей. Например, крачки с Белого моря в отличие от гнездящихся на берегах других арк- тических морей не огибают Скандинавию, а летят напрямик к Балтийско- му морю. При перелетах над сушей поведение как полярных, так и других кра- чек меняется. Они могут забираться на высоту до нескольких километ- ров, при этом чаще летят ночью. Проблему высотных бросков на большие расстояния ежегодно приходится решать и крачкам с внутренних водое- мов Евразии при перелетах через горные системы и страны к Индийско- му океану и обратно. 163
Крачки умеренных и высоких широт южного полушария так далеко не летают. Скажем, для белолобой крачки из Новой Зеландии серьезным событием являются ежегодные перелеты через Тасманово море в воды Австралии. Локальны сезонные перемещения у большинства тропических крачек, часть их всегда держится у своих берегов. Но есть среди тропи- ческих видов и яркие исключения. Явно легка на подъем самая массовая из них - темная крачка. Долгое время ее считали одной из самых таин- ственных морских птиц. На многих островах тропической зоны Тихого, Индийского и Атлантического океанов эта крачка гнездится большими колониями, иногда достигающими сотен тысяч и даже миллионов особей. На о-ве Рождества в Тихом океане, например, ее насчитывали до 15 млн особей. После гнездования она исчезает и при наблюдении с берега как бы теряется в океанских просторах. Эта контрастность особенно бросает- ся в глаза из-за массовости темной крачки. Таинственность во многом рассеялась после того, как крачек стали кольцевать, а также проводить наблюдения в открытом океане. Было доказано, что с мест гнездования темные крачки могут улетать неожиданно далеко. Например, с о-ва Драй-Тортугас в Мексиканском заливе большая часть молодых крачек улетает через Атлантический океан в воды Африки и домой возвращает- ся только спустя от 2 до 6 лет. Как пишет американский орнитолог Р. Гоулд, в гнездовое время в Тихом океане больше всего темных крачек бывает в пределах 25 миль от своих островов, хотя отдельные птицы уле- тают и на 300 миль. После размножения они широко рассеиваются по тропическим водам, при этом из центральной части океана четко просле- живается перемещение в западную часть океана. Интригующие вопросы возникают и в связи с тем, что у темной крачки перья из-за слабого развития копчиковой железы жиром не смазываются. Боясь намокнуть, она совсем не садится на воду. Судя по всему, несколь- ко месяцев между сезонами гнездования они проводят на крыльях. По- видимому, на крыльях они и спят. Если это так, то напрашивается еще один, при этом почти невероятный вывод: молодые птицы без приземле- ния и приводнения проводят в воздухе несколько лет до первого гнездо- вания. На этом фоне беспосадочный перелет полярной крачки из северно- го полушария в южное и обратно не выглядит исключительным. Кольцеванием выявлены многие интересные особенности в миграциях и У других видов крачек. В частности установлено, что различные попу- ляции имеют свои зимовки и пути к ним. Малая крачка, к примеру, из Западной Европы, огибая берега материков, улетает в воды западного побережья Африки, из Восточной Европы - в тропические прибрежья Индийского океана, а из Восточной Сибири и Китая - в воды Малайско- го архипелага. Еще такой же пример. В водах у южных побережий Афри- ки встречаются речные крачки из разных районов Европы. Прибалтий- ские птицы летят сюда вдоль атлантических побережий, а из Причерно- морья - вдоль восточного побережья Африки. По сравнению с чайками крачки явно ограничены и в выборе пищи. Они совсем не питаются отбросами и падалью. Мало кто из них добывает пищу и на суше. Чаще других в гнездовой период это делает сильная с 164
крепким клювом чайконосая крачка. Она успешно ловит грызунов, яще- риц, лягушек, насекомых, а иногда нападает и на птенцов других птиц и даже своих. Умеют на лету ловить насекомых болотные крачки - черная и белощекая. На основное место добычи пищи для крачек, конечно, вод- ная среда. Патрулируя вдоль берегов рек, озер и морей, они терпеливо высматривают свою добычу. В море крачки ловят в основном рыбу, мень- ше ракообразных, кальмаров и другую мелкую живность, при этом у них нет узкой специализации для питания какими-то конкретными кормо- выми объектами. В рационе обычно преобладают наиболее массовые на данный момент в местах обитания крачек виды животных. Летом у бере- гов Антарктиды - это криль, в тропиках - летучие рыбы, ставриды, атерины, полурылы, ящероголовы, кузовки, в умеренных широтах север- ного полушария - сельдь, мойва, песчанка, а из ракообразных - эвфау- зиевые рачки. Обычно добычей крачек оказываются рыбки длиной всего в нескольких сантиметров, но иногда ловятся и более крупные, до 20 см, а мощная чеграва справляется и с рыбой в 30 см длиной. Большая часть видов крачек охотится днем, а ночью отдыхает. Некото- рые виды используют для охоты сумерки и лунные ночи, а проводящая большую часть жизни на крыльях темная крачка - и темное и светлое время суток. При ночном питании значительной бывает в добыче доля кальмаров и мелких глубоководных рыб, с темнотой поднимающихся к поверхности моря. У темной крачки кальмары могут составлять поло- вину рациона. Наиболее характерный прием, который используют при добыче пищи многие виды крачек, это стремительное пикирование с полусложенными крыльями, при этом на мгновение птица погружается в воду. Однако пикирование не всегда заканчивается заныриванием. Часто крачка только на мгновение задевает воду и ловко подхватывает добычу с поверхности воды. Для некоторых видов такой способ добычи единственно возмож- ный. Только так ловят пищу те же темные крачки, имеющие легко намо- кающее перо. Глупые и некоторые другие виды крачек, используя при добыче пищи описанные приемы, могут также просто склевывать ее с поверхности воды, грациозно плавая или передвигаясь по поверхности на манер качурок, т.е. они могут семенить по воде, помогая крыльями. Как это не покажется странным для птиц с хрупким и эстетическим обликом, но некоторые крачки пытаются разбойничасть, отбирая пищу у своих более слабых сородичей. Так, розовая крачка преследует речную и полярную, речная - полярную, а чайконосая - пестроносую. Большинство видов крачек охотится в одиночку или небольшими группами. Обычно это птицы со светлым оперением. С другой стороны, чаще стаями охотятся виды крачек темного цвета. Белые птицы из воды меньше заметны и по одной из старых гипотез белый цвет оперения является в этом смысле приспособлением, способствующим успеху охоты. При охоте же стаями маскировка не имеет такого значения, ибо рыба все равно бывает напуганной. В тропиках стайные крачки к тому же приспособились при охоте взаимодействовать с хищными рыбами, чаще с косяками тунцов, которые выгоняют мелкую рыбу к поверхности. Когда 165
косяк мелкой рыбы разбит, а мечущихся рыбок преследуют и сверху и снизу, цвет нападающего не имеет большого значения. Рыбаки, занима- ющиеся ловлей тунцов, при их поиске наряду с другими ориентирами используют и заметных издали птиц, облаком вьющихся над местом охоты тунцов. Кажется более успешной бывает охота у крачек не в штиль, а при легком ветре и волнении. Дело в том, что в таких условиях свою добычу крачки с высоты видят хорошо, но силуэты самих крачек через волнистую поверхность воды как бы разбиваются, отчего птицы бывают хуже заметны. Все крачки - колониальные птицы, лишь в редких случаях они гнез- дятся отдельными парами. Колонии могут быть разными по размерам - от нескольких пар до нескольких сот тысяч пар. На тропических остро- вах бывают и более крупные гнездовья. Жить в колонии хлопотно,-но преимуществ все же больше. В колониях крачек, как и других птиц, более синхронным бывает гнездовой цикл. Эффективной бывает и защита от воздушных хищников. Когда одновременно с резкими криками навстре- чу противнику взлетает большое количество птиц, это напоминает взрыв. А. Кист в книге ’’Австралия и острова Тихого океана” так передает ощу- щение от посещения колонии малой глупой крачки на одном из островов Большого барьерного рифа: ’’Эту колонию нельзя описать иначе, как бедлам визжащих крачек, причем шум возрастает с каждым новым прилетом птиц с моря. Миновав такую колонию, всегда испытываешь чувство облегчения”. Менее успешной бывает коллективная защита от наземных хищников. Не случайно поэтому крупные колонии удерживаются только на трудно- доступных местах - на островах, банках и болотах. Гнездящиеся неболь- шими группами крачки в местах, доступных четвероногим хищникам, могут рассчитывать только на покровительственную окраску яиц и затаивание птенцов. Жизнь в колониях, особенно в крупных и плотных, вынуждает быть в постоянном контакте с соседями. Как и чайки, крачки владеют значи- тельным набором демонстративных поз. И кстати, для гашения столь характерной для них агрессивности при нахождении в скоплениях, они наклоняют голову, что является умиротворяющим жестом. Большая часть крачек гнездится на земле, обычно на песчаных, галеч- ных и каменистых берегах, отмелях, косах и банках. Гнезда в таких случаях не строятся. Гнездящиеся на болотах крачки, делают гнезда и размещают их на сплавинах или кочках. Глупые крачки гнезда обыч- но располагают на деревьях и кустарниках. Иногда они могут гнездиться на скалах или земле. Сильно от других видов отличается крачка инков, и особенно белая. Крачка инков яйца прячет в трещинах скал, а белая единственное яйцо размещает в развилках веток на деревьях. Невероят- ная на первый взгляд стратегия размножения белой крачки в итоге оказывается вполне жизненной, о чем говорит довольно высокая ее численность. Появляющийся в необычных условиях птенец белой крачки имеет большие когти, благодаря чему и удерживается на качающихся ветвях. 1ва
Гнездовой консерватизм у крачек выражен меньше, чем у чаек, они чаше меняют партнеров и переселяются в другие районы. Подвижность и незакрепощенность крачек гнездовым консерватизмом бывает полезной в изменяющихся условиях, особенно когда исчезают гнездовые биотопы в одних местах и появляются в других. В десятитомнике ’’Птицы СССР” приводятся такие данные о возврате окольцованных полярных крачек, гнездящихся на севере европейской части нашей страны. При благопри- ятном размножении на следующий год на старое место возвращается 47-81% взрослых птиц, а после неудачного сезона только 15—25%. В свою колонию возвращается только третья часть молодых, столько же оказы- вается в 1-5 км от места рождения, остальные до 100 км и более. На колониях в Белом море могут гнездиться крачки с Балтийского и Барен- цева морей. Самый слабый гнездовой консерватизм, по-видимому, у малой крачки: у нее чаще распадаются и пары. Больше преданы родным колониям, судя по всему, крачки, гнездящиеся на изолированных океанических островах. Началу гнездового сезона у всех крачек, как и положено, предшеству- ют брачные ритуалы. Они включают токовой, часто зигзагообразный, полет с призывными криками, а на суше различные демонстративные брачные церемонии. Особое место при этом отводится преподношению самке пойманной самцом рыбки. Этот дар напоминает подношение букета цветов. Р. Шовен писал: ’’...так происходит обряд взаимного признания супругов: действительно, прежде чем поднести рыбу, самец заглядывает многим самкам ”в лицо”. Иногда некоторые преисполненные добродетели самки возвращают подношение, но самец недолго печалится и спешит отдать рыбу другой. Бывает, что самец и самка держат рыбу за два конца, но не едят ее. Лишь много позже, когда самка уже выкармливает птен- цов, подношение утратит свой символический характер и рыба будет действительно поедаться. Но до этого влюбленные самки часто назой- ливо выпрашивают пищу, которую не собираются есть”. А вот наблюде- ние на этот счет Ж.-И. Кусто и И. Паккале за темной крачкой на о-ве Иза- белла у тихоокеанского побережья Мексики: ’’Самец возвращается с моря, держа в клюве пойманную рыбу. Самка движется к нему в поло- жении почтительной просительницы. Кавалер, подняв голову, вытянув хвост и полураскрыв крылья, описывает ритмические круги и по проше- ствии некоторого времени предлагает ей рыбу, та иногда отказывается, но если принимает этот свадебный подарок, то дело может считаться слаженным. Время от времени, когда самец забывает обычай и не хочет отдавать рыбу, церемония вырождается в базарную драку”. Нетрудно заметить, что это уже не начало знакомства, а сцена из ежедневной семейной жизни. Небольшая часть крачек начинает размножаться с двух лет, а отдель- ные птицы даже в годовалом возрасте. Но в основном половозрелость наступает в возрасте 3-5 лет. Молодые птицы северных видов, улетев в первый раз на южные зимовки, могут там остаться и на следующее лето. Но затем, еще до наступления половозрелости они ежегодно возвращаются в родные широты и все лето держатся у мест размножения. У своих 167
островков остаются и многие молодые крачки не совершающих дальних перелетов тропических видов. Некоторые виды крачек, например белая, серо-голубая, все глупые и самая массовая темная, несут всего по одному яйцу. По одному яйцу может быть в кладке у любого другого вида крачек, но наиболее часто встреча- ются кладки по 2-3 яйца. У некоторых видов находили по 5-6 яиц, а у чайконосой-даже по 12-17. В последнем случае яйца принадлежали нескольким самкам, которые принимали участие и в насиживании кладок и выкармливании птенцов. Компанейство у крачек может выра- жаться и по-другому. В колониях полярных крачек иногда бывают крачки-помощницы.. Наверное, ими бывают птицы, у которых размножение было неудачным и в начале сезона прервалось. Все это, конечно, отклоне- ния от нормы. Также должны квалифицироваться и встречающиеся изредка смешанные гнездовые пары речной крачки с розовой,а черной - с белокрылой. Гнездовой цикл крачек в общем непродолжительный. Насиживают большинство видов около трех недель или немного больше. Только у белой и глупых крачек инкубация продолжается около пяти недель. На яйцах поочередно сидят и самцы и самки, при этом смена происходит по нескольку раз в сутки. Иногда при смене преподносится рыбка. В возрасте 3-5 недель птенцы крачек, живущих в высоких и умерен- ных широтах уже умеют летать. Тропическим видам для этого нужно около двух месяцев или немного меньше. При выкармливании птенцов крачки за кормом летают не очень далеко, максимум несколько десят- ков километров. Поэтому птенцов они кормят часто, а пищу р отличие от чаек приносят только в'клюве. После покидания колоний первое время молодые прокормить себя не в состоянии и поэтому нуждаются в опеке родителей. И если, например, у речной и пестроносой крачек родители подкармливают летающих детей около недели, редко месяц, то у чегравы, белой и королевской этот период может затянуться на три месяца и даже больше. Пойманную добычу родители могут передавать птенцам не только на берегу или на воде, но и воздухе. В высоких и умеренных широтах крачки гнездятся в весенне-летний период, когда тепло и много корма. Несмотря на дальние миграции, крачки, имея короткий цикл размножения, к концу лета успевают вывести потомство. В тропиках сезон размножения у всех видов более продолжительный и в любой месяц года встречаются гнездящиеся птицы. Особенно, интересна в этом смысле уже не раз упоминавшаяся темная крачка. Предполагают, что одна кладка у нее приходится на 7-9 и даже 6 месяцев. Если это соответствует действительности, то у темной крачки может быть до двух выводков в году. Но когда в течение года наблюда- ется два пика гнездовой активности все же нет полной уверенности в том, что это не разные популяции, каждая из которых гнездится в конкретный сезон. Одни и те же тропические острова одновременно могут занимать по нескольку многочисленных видов крачек, а кроме них и другие морские 168
птицы. В связи с большой скученностью птиц на ограниченных площадях давно обсуждается вопрос о конкуренции между ними за пищу. С пищей действительно бывает дефицит и при неблагоприятных условиях могут упасть и численность и успешность размножения птиц. Показательный пример такого плана описали Р. и Е. Шрейберы, наблюдавшие темных кра- чек на о-ве Рождества в Тихом океане. На этом острове было 3-4 млн пар крачек. В 1982 г. в связи с развитием Эль-Ниньо изменились океанологи- ческие условия и в водах у о-ва Рождества. Из-за бескормицы почти все птицы исчезли. Через год экологическая обстановка стала меняться и часть птиц возвратилась. Эго, конечно, резко аномальная ситуация, но есть много косвенных признаков, говорящих о том, что птицам при больших гнездовых скоплениях приходится постоянно решать проблемы конку- ренции за пищу. Американские орнитологи Н. и М. Ашмолы, наблюдая крачек и других морских птиц на этом же о-ве Рождества, еще тридцать лет назад пришли к очень интересным выводам. По их мнению у разных видов птиц при совместном гнездовании давно выработался целый комплекс приспособлений, снижающих конкуренцию. К ним относятся разные методы добычи пищи, питание животными различных размеров, несовпадение гнездовых сезонов, питание в разные часы суток и на разном удалении от берега. В сроках гнездования могут расходиться крачки даже в высоких широтах, где размножение четко приурочено к теплому сезону. На островах индийской части Южного океана гнездится всего два вида крачек - кергеленская и антарктическая. Кергеленская гнездиться на два месяца раньше, чем антарктическая. Бывает, что последняя занимает освобо- дившиеся от кергеленской гнездовые места. Внешне слабые крачки обнаруживают довольно большую жизнестойкость. Есть среди них и долгожители. Об этом говорят данные по кольцеванию. Известны случаи, когда речная крачка жила с кольцом 25, темная - 32, а полярная - 34 года. И это не предельный возраст, т.к. обычно кольца сравнительно быстро разрушаются. У крачек много врагов. В высоких и умеренных широтах на них нападают чайки и поморники, а в тропиках фрегаты. Особый вред приносят чайки в районах, где их численность сильно увеличилась. Уязвимы крачки и от настоящих хищных птиц, а также четвероногих хищников. Известны в числе врагов крачек и экзотические животные, например змеи. На тропических пляжах гнезда крачек могут разрушить откладывающие здесь же свои яйца громоздкие морские черепахи, а выходящие из моря крабы - воровать яйца. Такие враги не опасны для видов, гнездящихся на деревьях и кустах. Но если растительность исчезает, эти птицы остаются без гнездового субстрата. А растительность на островах может уничтожать- ся не только человеком. Есть сообщение о том, что на некоторых тропи- ческих островах глупые крачки сильно пострадали от того, что на них завезенными козами были уничтожены заросли пизонии, на которых делали гнезда эти птицы. Хозяйственная деятельность человека на крачках отражается по-раз- ному. Искусственные водоемы - пруды, карьеры, каналы, водохрани- 169
лита, способствуют появлению новых гнездовий и кормовых угодий. Но гораздо больше негативных следствий человеческой деятельности на численность крачек. Кроме фактора беспокойства, особенно вторжения в места гнездования, это и осушение болот, и загрязнение водоемов, и сбор яиц. Особенно большие масштабы носил и носит сейчас сбор яиц темной крачки. На Сейшельских островах в Индийском океане заготовки яиц являются настоящей промышленной индустрией. Особенно крупными, по 5-7 млн яиц, были заготовки с поставкой их на экспорт несколько десятков лет назад. Это отрицательно отражалось на численности птиц. В настоящее время эксплуатация колоний крачек носит более умеренный характер. Общая численность крачек выше, чем чаек. Возможно их не менее 50 млн особей. Но больше двух третей из этого количества, по-видимому, приходится на долю всего одного вида - темной крачки, наиболее многочисленной в тропиках Тихого и Индийского океанов. Еще несколько видов крачек имеет численность свыше миллиона особей каждый. Это полярная, обыкновенная и малая глупые крачки, а также большая хохлатая крачка. Около десятка видов насчитывают по нескольку сот тысяч особей. Это бурокрылая, белая, белощекая, белошапочная глупая, белолобая, очковая, пестроносая, розовая, речная крачки и возможно еще отдельные виды. Остальные виды крачек не столь многочисленны или даже редки. Есть много случаев, когда при нормальной общей числен- ности вида некоторые его популяции находятся в неблагополучном состоянии. Например, на Гавайских островах при строительстве аэродро- мов была потеснена массовая темная крачка. Эта же крачка местами снизила численность из-за сбора яиц или занятия мест ее гнездовий под плантации. В связи со строительством гидростанций совсем мало оста- лось встречающейся только в Новой Зеландии чернолобой крачки. Тре- вожный уровень численности имеют крачки Дамара, элегантная и южно- американская хохлатая. Последней в этом ряду находится китайская хохлатая крачка. До сих пор остаются не известными даже ее гнездовья, а встречи самой крачки носят эпизодический характер. Судя по всему, это вымирающий вид и есть большая вероятность ее исчезновения. При сравнении с чайками нетрудно заметил», что от хозяйственной деятельности крачки гораздо реже извлекают для себя пользу, а точнее говоря, обычно бывает наоборот. В то же время они могут быстро реаги- ровать на природоохранные мероприятия, особенно если это касается защиты мест гнездования, где крачки наиболее уязвимы. Тому примером может служить выставление плавучих плотиков на водоемах для при- влечения крачек. Плотики покрываются или водной раститель- ностью, или песком с гравием. Крачки охотно размещают на них гнезда, очевидно принимая плотики за сплавины и островки. Особенно полезными такие искусственные гнездовья молгут быть на водохранилищах, где очень непостоянный уровень воды. Там, где крачек не преследуют, они становятся менее пугливыми. В Европе крачки по примеру чаек, правда робко, начинают делать попытки гнездиться на крышах зданий в городах. 170
Терпеливо патрулирующие в поисках пищи по рекам, озерам и при- брежьям бухт и морей, крачки удивительно хорошо дополняют привод- ные ландшафты. Эти красивые, стройные, даже воздушные птицы с легким, веселым, радующим глаз полетом являются украшением природы и, конечно, заслуживают покровительства. ЧИСТИКОВЫЕ Семейство чистиковых птиц в систематическом отношении наиболее близко к чайкам. Но внешне эти птицы отличаются разительно. На обли- ке чаек лежит отпечаток воздушного образа жизни, чистиковые же большую часть жизни проводят на воде и в воле. Их считают экологическими аналогами в северном полушарии пингвинов и ныряющих буревестников. Из этого следует, что чистиковые в арктических и умеренных водах се- верного полушария занимают такие же экологические ниши, что и пингвины и ныряющие буревестники в Южном океане. Чистиковые значительно моложе пингвинов и ныряющих буревестни- ков в эволюционном отношении, и они являются не только примером параллельной эволюции птиц, но и как бы демонстрируют путь, по которому у более древних пингвинов происходило приспособление к вод- ному образу жизни, в результате чего они потеряли способность летать по воздуху. Но если пингвины ’’летают” только под водой, то чистиковые в своем развитии так далеко не пошли. Они летают и по воздуху и под водой. Впрочем, это верно только в отношении современных чистиковых. Еще 150 лет назад в Северной Атлантике жила бескрылая гагарка (Pingu- inus impennis), которую и называли пингвином. Еще по одной версии это название, очевидно, латинского происхождения, означающее жир. За большую жирность гагарка и поплатилась в свое время. На ее заготовку снаряжались специальные экспедиции, а добыча велась столь интенсив- но, что численность бескрылой гагарки резко оборвалась, а в 1844 г. были убиты последние птицы. По-видимому, в исчезновении гагарки помимо промысла сыграла роль и какая-то эпидеьшя. Бескрылая гагарка была довольно крупной с длиной тела около 70 см и массой около 5 кг пти- цей. Крылья она, конечно, имела, но они были небольшие, меньше 20 см длиной, и обеспечивали ей только быстрое подводное плавание. Все современные чистиковые при всей их непохожест, имеют плот- ное округлое тело, с густым перьевым покровом. Пера и пуха у них на единицу площади в два раза больше, чем у чаек. Только топорок и тупики ходят и бегают на прямых ногах, большинство же видов чисти- ковых опирается на цевку и хвост. Находясь на поверхности воды, чисти- ковые* эффективно гребут лапами, но под водой задние конечности используются только как рули. Главным же движителем под водой служат крылья. В связи с приспособлением к подводному полету размеры крыльев, а точнее их площадь, у чистиковых уменьшены, при этом в плотной среде они работают полусогнутыми крыльями. Количество взма- хов под водой может быть разным, но в среднем составляет 15-20 греб- ков в минуту. 171
Существует критический порог подъемной силы крыла, ниже которого полет уже невозможен, как это было у бескрылой гагарки. Все ныне живущие чистиковые до этой черты не дошли, но чтобы удержаться в воздухе, они вынуждены очень часто махать крыльями - до 8 раз в секунду. Такой полет не может быть маневренным, поэтому чистиковые летают по прямой. Трудно они взлетают и с поверхности моря, особенно когда нет волнения. С борта судна часто можно видеть, как испуганный топорок или кайра, забыв нырнуть и вытянув назад лапы, шлепают крыльями по воде несколько десятков и даже сот метров. Как и другие ныряющие птицы, чистиковые имеют емкие легкие, а приток воздуха в них увеличивают и большие воздушные мешки. В крови их много гемоглобина, эффективно насыщающего организм кисло- родом. что позволяет этим птицам подолгу бывать под водой. В зависи- мости от количества воздуха в воздушных мешках сильно меняется удельный вес птицы. При наполненных мешках на воде они сидят высо- ко, а при освобожденных погружаются по самую спину. Чистиковые гнездятся только в северном полушарии и не южнее субтропиков. Ни один из них никогда не залетал и не заплывал в южное полушарие. Так было и в прошлом. Ископаемые остатки чистиковых известны с раннетретичного времени, и все они по существу не выходят за пределы современной области распространения семейства. Среди них, во-видимому, были и нелетающие виды. Наиболее древние ископа- емые находки сделаны в северо-восточной части Тихого океана. Северная часть Тихого океана, возможно, побережье Берингии с сопредельными районами являются местом происхождения чистиковых птиц. В пользу этого говорит и современное их распространение. В Тихом океане обитает 18 видов чистиковых, а в Атлантическом лишь 6, и только два из них эндемичны, т.е. не встречаются в Тихом океане. Всего в семействе чистиковых 22 вида, часть из них в полевых усло- виях различается просто, а некоторых легко перепутать. Три вида имеют размеры с крупную утку и пингвиний облик. Верх у них черный, низ белый, а находясь на суше, они сидят столбиками. Самые известные из них кайры: тонкоклювая, или обыкновенная (Uria aalge) и толстоклювая (U. lomvia), встречающиеся в северных частях Тихого и Атлантического океанов, а также в Арктике. Очень часто они образуют смешанные коло- нии, но в более северных районах преобладает толстоклювая, а в южных тонкоклювая. На расстоянии их различить далеко не просто, а иногда и невозможно. Более прогонистая тонкоклювая кайра имеет больше светлого в зимнем пере, а у более плотной толстоклювой летом от клюва по бокам головы проходит узкая белая полоска (рис. 65). На воде кайры сидят довольно высоко, поэтому двухцветность их оперения хорошо заметна, тем более в полете (рис. 66). Интересно, что в Атлантике встречается особая морфа тонкоклювой кайры - очковая. У нее вокруг глаза имеется белое кольцо, от которого назад проходит очень узкая, как дужка очков, полоска. Очковых кайр мало на юге, но на севере ареала их доля может достигать 50%. В Тихом океане таких кайр нет совсем. На кайр издали похожа гагарка (Alca torda), но она имеет более круп- 172
Рис. 65. Толстоклювая (1 - в зимнем, 2 — в летнем пере) и тонко- клювая (3 - в зимнем, 4 - в летнем оперении) кайры ный с красивым рисунком клюв (рис. 66). Живет гагарка только в Север- ной Атлантике. Четыре вида чистиковых птиц имеют вообще причудливые клювы. Это в первую очередь топорок (Lunda cirrhata), по размерам лишь немного уступающий кайрам. Обитает топорок только в северной части Тихого океана и на юге Чукотского моря. Он весь черный, и на этом фоне четко выделяются белые бока головы. Летом массивный и красный клюв топорка особенно впечатляет. Экзотический облик птицы дополняют и желтые косицы (рис. 67). Зимой вся эта красота исчезает, кроме того, несколько светлеет и оперение нижней половины тела. Такие крупные и яркие клювы имеют очень похожие тупик (Fratercula arctica) и ипатка (F. comiculata). Первый из них живет в Северной Атлантике и в сопре- 173
1 3 Рис. 67. Топорок (1) и тупик (2) дельных водах Арктики, а второй - в Северной Пацифике и в Чукот- ском море. Они меньше топорка, размером примерно с чирка и в отличие от топорка имеют совершенно белую нижнюю часть тела. В северной части Тихого океана живет еще один тупик - рогатый (Cerorhinca monocerata). Нижняя часть тела у него также светлая. Летом в основании клюва появляется высокий, в виде рога выступ, а от угла рта и в верхней части головы в это время вырастают длинные белые косицы. В размерную категорию тупиков, т.е. птиц среднего резмера, входят три вида чистиковых, от которых берет название все семейство. В Арк- тике и Северной Атлантике живет обыкновенный чистик (Cepphus grylle), в северной части Тихого океана его заменяет тихоокеанский, или голуби- ный, чистик (С. columba). В Охотском и Японском морях и сопредельных с ними водах обитает еще один чистик - очковый (С. carbo). Летом они в основном черные с ярко-красными лапами. У первых двух видов ясно 174
1 2 Рис. 68. Тихоокеанский (1), очковый (2) и обыкновенный (3, 4 - в молодом оперении) чистики выделяются большие белые пятна на плечах, а у очкового - вокруг глаза. В зимнем и молодом пере все они светло-пестрые (рис. 68). Остальные 12 видов чистиковых имеют более мелкие размеры, длина тела у них в основном укладывается в диапазоне от 15 до 27 см, т.е. одни из них имеют размеры немного больше воробья, другие - с дрозда, а третьи - с небольшого голубя. В Арктике и в Северной Атлантике обитает всего один такой вид - люрик (Plautus alle). Спутать его здесь не с кем, так как других мелких чистиковых в этих районах нет. Голова и верх тела у люрика черные, а нижняя часть белая. Все остальные мелкие чис* тиковые живут на севере Тихого океана и многих из них различать на расстоянии трудно. Половина из них имеет в основном темное оперение, а половина белобрюхое. Самый мелкий не только среди белобрюхих, но и вообще среди всех чистиковых вид - это крошечная конюга (Aethia pusilia), имеющая разме- ры небольшой перепелки. Она гнездится в Беринговом, Охотском морях и на юге Чукотского, но зимой мигрирует до Калифорнии и Японии. В районе Нижней Калифорнии живут два мелких белобрюхих пыжика - 175
Ксантуса (Brachyramphus hypoleucus) и Кравера (В. craved). Они немного крупнее крошечной конюги и имеют длину около 22 см. Между собой они отли- чаются цветом подкрыльев: у пыжика Ксантуса они светлые, а у пыжика Кравера темные. Три белобрюхих вида имеют размеры около 27 см. Разница по сравне- нию с тремя предыдущими видами вполне заметна на глаз. В прибрежных водах от Корейского полуострова до побережья Канады встречается стАрик (Syr.thliboramphus antiquus). В водах Японии, Корейского полу- острова и, по-видимому, в Приморье в небольшом количестве гнездится его родственник - хохлатый старик (S. wumizusume). Широкое распрост- ранение в прибрежных водах северной части Тихого океана имеет и белобрюшка (Cyclorrhynchus psittacula). Хохлатый старик от обыкновен- ного отличается хохолком и белым затылком. Белобрюшка имеет замет- но изогнутый утолщенный клюв (рис. 69). Пять мелких видов чистиковых имеют в основном темное оперение. Самый массовый из них - большая конюга (Aethia cristatella), имеющая размеры старика. Она вся темная, а на голове в весенне-летний период вырастает из удлиненных перьев красивое украшение (рис. 70). Примерно в полтора раза меньше по размеру малая конюга (A. pygmea), имеющая еще более красивое украшение на голове. У конюг, как и у белобрюшки, клюв утолщенный, а летом, кроме того, бывает ярко-красного цвета. Темное оперение имеют также три вида пыжиков. В северо-восточной части Тихого океана от Алеутских островов до Калифорнии гнездится алеутский пыжик (Ptychoramphus aleuticus), имеющий однотонную тем- ную окраску. Два других пыжика имеют пеструю или рябую окраску. Это пестрый, или длинноносый (Brachyramphus marmoratus) и серый, или коротконосый (В. brevirostris), пыжики. У пестрого пыжика верх темный, а у серого - рябой, как и остальная часть тела. К зиме оба вида одевают оперение совсем другой окраски и становятся белобрюхими (рис. 70). Большая часть видов чистиковых явно тяготеет к шельфовым и даже прибрежным водам. Но и сугубо прибрежные виды могут быть встречены далеко в открытом море. Несколько видов во время осенне-зимних кочевок в открытых водах морей и океанов бывают вообще весьма обычными. В Атлантике самыми активными мигрантами в этом смысле являются гагарка, тупик и толстоклювая кайра, которые могут быть встречены на любом удалении от берегов. Кольцеванием доказаны миграции части особей этих видов из Баренцева моря в атлантические воды Канады и Гренландии. Исландские чистиковые регулярно мигрируют в воды Норвегии. Сюда же и в Северное море откочевывают многие птицы с севера Британии, а от юга Британии и Ирландии- к берегам Франции, Испании и Португалии. На западе Атлантики крупнейшие зимовки чистиковых находятся в водах Ньюфаундленда, куда спускают- ся птицы от Гренландии и арктической Канады. В Тихом океане во внегнездовое время наиболее пелагический образ жизни ведет топорок. Зимой большая его часть откочевывает в открытые воды северной части Тихого океана. Не боятся открытого океана и кайры, особенно толстоклювая. 176
1 2 Рис. 70. Большая (1), малая (2) конюги и пестрый пыжик (3 — летом, 4 — зимой) В различных публикациях повторяется, что чистиковые совершают в общем ограниченные сезонные перемещения, при этом в основном вплавь. Утверждается также, что размах миграций во многом зависит от ледовых условий. Все это, конечно, имеет место, но не является всеобщим прави- лом. Чистиковые действительно зимуют среди льдов. Некоторое коли- чество чистиков, люриков и кайр остается зимой даже в полыньях в высоких широтах Арктики. Повышенные концентрации чистиковых часто бывают у ледовой кромки. Создается впечатление, что распростра- няющиеся льды как бы отжимают птиц из замерзающих районов. Но еще задолго до настоящих холодов и льдов часть чистиковых птиц из северных широт начинает смещаться в сторону более теплых районов. В дальне- восточных морях в октябре и даже еще во второй половине сентября появляются тянущиеся вдоль побережий стайки конюг и других мелких чистиковых. Позднее на крыле можно увидеть и кайр. Осенние мигра- ции чистиковых более растянуты по времени, но вплавь они преодоле- вают, по-видимому, только небольшую часть пути. Весенние миграции более дружные и чаще всего представляют собой настоящий пролет, нередко большими стаями. 12. В.П. Шунтов 177
В связи с зимовками части чистиковых во льдах, в том числе в райо- нах гнездования, и утвердились взгляды об ограниченной протяженности их миграций вообще. Но без кольцевания нельзя утверждать, что зимую- щие у какого-либо острова птицы летом здесь же гнездятся. Скорее всего это мигранты из более северных вод. О значительной протяженности миг- раций чистиковых говорят уже упоминавшиеся выше миграции тонко- клювой кайры, гагарки и тупика из Баренцева моря в воды Америки. Известно также проникновение этих видов до Средиземного моря и северо-западного угла Афики. Из Берингова и Охотского морей многие чистиковые откочевывают в Японское море и воды Японии. Всех даль- ше на юг проникает старик. Зимой он бывает у островов Волкано, распо- ложенных на северной границе тропиков. На Гавайских островах нес- колько раз находили погибших ипаток и белобрюшек. Скорее всего, это заблудившиеся или унесенные штормами птицы. Таким же путем изредка чистиковые попадают и в глубинные районы суши. Будучи отличными подводными пловцами, все чистиковые добычу ловят только под водой, а плавающую на поверхности живность за добычу не считают. Наблюдения последних лет говорят о том, что ныря- тельные способности чистиковых раньше занижались. В работах амери- канского орнитолога Г. Сангера с коллегами есть упоминание о том, что в заливе Аляска толстоклювая кайра попала в крабовую ловушку на глубине 130 м. Пока это абсолютный рекорд, известный для чистиковых вообще. Но и раньше были известны случаи попадания толстоклювых кайр на ярусы и в сети на глубинах 70—80 м. Обычно под водой толстоклювая кайра находится не более минуты, но при необходимости продолжитель- ность ныряния, по-видимому, может увеличиваться в 2-3 раза. Если учесть, что скорость подводного плавания составляет 1,5-2 м/сек, то доступность для них глубин в районе стометровой отметки станет оче- видной. Однако постоянной необходимости нырять так глубоко нет, обычно кайры охотятся на меньших глубинах. Японский орнитолог X. Оги, изучавший питание попавших в рыболовные сети кайр в дальне- восточных морях и северной части Тихого океана, пришел к выводу о том, что они чаще всего добывают пищу в верхнем 50-метровом слое. Лишь немного толстоклювой кайре уступает в этом смысле тонкоклювая. На примере двух близких видов кайр видно, какое большое влияние могут оказывать на образ жизни и поведение, казалось бы, незначительные различия в строении тела. Прогонистая и стройная тонкоклювая кайра с относительно короткими крыльями развивает хорошую скорость и бо- лее успешно ловит добычу в верхних слоях воды. В ее рационе абсолют- но преобладает рыба. У толстоклювой кайры крылья длиннее, а тело более крепкое и коренастое, что помогает ей проникать в более глубокие слои. Значительно чаще поэтому толстоклювая кайра бывает и в глубоко- водных районах на большем расстоянии от берегов. Все это отражается и на ее рационе. Он у нее гораздо разнообразнее, чем у тонкоклювой. Кроме рыб толстоклювая кайра успешно ловит кальмаров и планктон, при этом она добывает и придонных животных. Другие чистиковые птицы ныряют менее глубоко. Но для крупных и 178
среднего размера видов вполне доступны глубины 50-70 м, а для мелких 20-30 м. Большая часть чистиковых в той или иной степени рыбоядные птицы. Их можно узнать по длинному узкому клюву. Несколько мелких видов - люрик, конюги и белобрюшка - питаются в основном планкто- ном. Клювы у них короткие и широкие, а в сезон размножения развива- ются шейные мешки, в которых они носят планктон птенцам. Особую фор- му имеют клювы тупиков, топорка и гагарки. Они очень высокие, а в брачный сезон одеваются яркими роговыми пластинками. Особенно экзо- тические клювы у топорка, ипатки и тупика. За необычный вид их иногда сравнивают с попугаями и даже клоунами. Поймав рыбку, они не спешат с нею, как другие чистиковые, к птенцам. Добыча зажимается между надклювьем и языком, и охота продолжается. Только после того как вылавливается 5-7, а иногда 10-12 рыбок, эти птицы летят домой. Рыбки при этом пучком топорщатся с боков клюва. Другие рыбоядные чистико- вые за раз ловят только по одной рыбке. Чистики добычу держат только поперек клюва, и она свисает сбоку, а кайры вдоль клюва, при этом рыба помещается головой внутрь. В добыче чистиковых обычно преобладают наиболее многочисленные животные, но при питании разных видов в одном месте их рационы все же отличаются, что связано с различиями, иногда тонкими, в строении тела и поведении. Чистики, например, хотя и встречаются в разводьях Центральной Арктики, больше других охотятся близко от берега и в придонных слоях. Поэтому в их питании много разных видов донных и придонных рыб и беспозвоночных. Знаменитый исследователь Арктики С.М. Успенский в книге ’’Живая Арктика” так рассказывает о подводной охоте чистиков: <С прибрежных скал иногда удается наблюдать за охотой птиц. Нырнув и размахивая крыльями, чистик ’’летает” в толще воды. Именно летает, насколько движения его походят на обычный полет в воздухе. .Постигнув дна, он тщательно обследует камень за камнем, заглядывает, даже подныривает под них. Время от времени птица появляется на поверхности, держа в клюве рыбешку или рачка. Однако прежде чем проглотить добычу или улететь с ней к гнезду, чистик непременно ’’прополощет” ее, несколько раз опустив в воду, низко наклонив голову>. По-видимому, эта привычка и дала название как самим чистикам, так и целому семейству. По некоторым признакам многие чистиковые предпочитают охотиться за стайными животными. Замечено, что в приносимых топорком, тупи- ком, ипаткой и гагаркой ’’пучках” добычи всегда бывают рыбки одного вида и размера. Следовательно, обнаружив стайку, а в стаях рыбы подби- раются по размеру, эти птицы успевают выхватить из нее несколько ры- бок. Конструкция же клюва у них позволяет продолжать охоту с зажа- той в нем добычей. В наполненных шейных мешках конюг и люриков планктон также бывает или одного вида, или разные виды помещаются слоями, но не вперемешку. Объяснение здесь может быть одно: эти чисти- ковые также при охоте ищут стайки планктеров. Один из приемов охоты за стайной рыбой хорошо описан на примере семьи старика в заливе Петра Великого в Японском море дальневосточ- 179
ными орнитологами Н.М. Литвиненко и Ю.В. Шибаевым. Охотятся стари* ки в светлое время. Птица плавает и часто заглядывает под воду, опус- кая в нее голову. Обнаружив косяк, старик батерфляем бросается в его сторону и начинает нырять, стремительно врываясь в стаю снизу или сбоку. После серии таких атак рыба, сбившись в плотный шароообраз- ный косяк, поднимается к поверхности. Море в этом месте закипает от прыгающих рыбешек, на которых набрасываются чайки, после чего косяк рассеивается и охота прекращается. Все это занимает не более трех минут. Аналогичный прием охоты на песчанку описан для рогатого тупика в американских водах. Чайки и в других районах знают, что охотящиеся чистиковые выгоня- ют к поверхности стайных рыб и беспозвоночных и извлекают из этого пользу. Таким путем часто образуются смешанные скопления птиц. Канадский орнитолог Д. Шнейдер с американскими и британскими колле- гами показал, что беринговоморские кайры с островов Прибылова, ны- ряя за эвфаузиевыми рачками, черноглазками, вынуждают их стайки подниматься в верхние слои моря, где на них в свою очередь кормятся не умеющие нырять моевки и плавунчики. Наблюдались такие охотничьи объединения и у о-ва Св. Матвея в Беринговом море. Весь список поедаемых чистиковыми животных чрезвычайно большой. Их рацион изменяется по сезонам, в разные годы и в зависимост от района обитания, а иногда и времени суток. Изредка у кайр в добыче могут быть рыбы длиной до 30-35 см. Чаще всего, однако, чистиковыми поедаются молодь массовых рыб или мелкие виды длиной до 10-15 см, реже 20- 25 см. Это песчанка, мойва, молодь тресковых, в частност минтай в Ти- хом океане, сайра, сельдь, корюшки. Из беспозвоночных больше всего вылавливается ракообразных - эвфаузиид, копепод и амфипод. Местами много ловят чистиковые кальмаров и креветок. Не так редко почти каждый вид чистиковых может переключаться на кормовые объекты, обычно являющиеся дополнительной пищей. Япон- ские орнитологи X. Оги и Т. Тсуита обнаружили, например, что в север- ной части Охотского моря кайры питаются в основном привычной добы- чей - сельдью и минтаем, в южной глубоководной части моря - эвфау- зиидами, а в открытом океане между Курильскими и Алеутскими остро- вами мелкими кальмарами. По наблюдениям американцев отмечены слу- чаи, когда кайры с о-ва Св. Павла в группе островов Прибылова охоти- лись в основном на минтая, а с о-ва Св. Георгия - на эвфаузиид. Потребности в корме у чистиковых довольно значительны. Есть на этот счет и экспериментальные данные, полученные, в частности, советскими учеными С.М. Успенским и А.Н. Головкиным. В неволе кайры и гагарки съедали от 10 до 34%, в среднем около 25% рыбы от собственного веса. А 34% - это 320 г рыбы. В естественных условиях такое количество пищи добывать, по всей вероятности, доводится* не каждый день. И наверняка бывают неудачные для охоты дни. Но птицы в этом смысле обладают порядочным запасом прочности. В довольно драматическом эксперимен- те кайры без пищи продержались 6-8 суток, после чего погибли, потеряв около 40% веса. 180
Охотятся чистиковые в светлое время суток, при этом имеют место пики активности, обычно в первой половине дня и вечером. Такая ритми- ка сохраняется и в гнездовой сезон. Правда, в это время на суточный ход жизни накладывает отпечаток ночное посещение колоний некоторыми мелкими видами. Чистиковые - в основном общественные птицы, поэтому гнездятся обычно колониями. Социальность особенно сильно выражена у кайр. Они привыкли гнездиться такими плотными колониями, что нередко сидят на яйцах буквально плечо к плечу. В стороне от колоний кайры вообще не могут загнездиться, т.к. без стимулирующего вида заняты выведе- нием потомства соседей у них даже не развиваются половые железы. Но есть среди чистиковых и отшельники, гнездящиеся не только далеко друг от друга, но часто очень далеко и от моря. Это пестрый и серый пыжики. Первый из них может располагать гнезда на расстоянии до 20, а второй - 35 миль от берега. Серый пыжик гнездится в гольцовом поясе гор выше зоны растительности среди каменистых россыпей. Эскимосы с о-ва Свя- того Лаврентия зовут его ’’птицей тумана”, т.к. гольцы прибрежных северных гор часто бывают окутаны туманом. Пестрый пыжик чаще всего гнезда располагает на хвойных деревьях, но там, где нет леса, и на земле. Из-за специфичности биологии размножения этих птиц по сравнению с другими чистиковыми их гнезда были обнаружены совсем недавно, да и вообще они до сих пор изучены слабо. Вынужденные гнездиться в нео- бычных условиях, а следовательно, летать далеко и высоко, пыжики обладают по сравнению с другими чистиковыми самым маневренным полетом. Легко они взлетают и с ровного места. Самые колониальные из чистиковых кайры совсем не делают гнезд. Единственное яйцо они насиживают на лапах, а откладывают его на голые скалы. Они гнездятся на продуваемых всеми ветрами совершен- но голых и неуютных скальных уступах, карнизах, кекурах или плоских каменистых вершинах столбчатых островов. Но эта неприхотливость кайр вовсе не говорит о их безразличии к гнездовому биотопу. Скалы, покрытые почвой и заросшие растительностью, они не занимают. Также на скалах гнездится гагарка, но она старается занимать полузакрытые участки - ниши, трещины, пустоты. Остальные чистиковые гнездятся в укрытиях, даже довольно крупные и сильные топорки. Монолитные скалы для них непригодны. Чистики, конюги, белобрюшки и люрики располагают гнезда в каменистых россыпях, в пустотах среди валунов, в трещинах. В таких местах могут располагаться также топорок и тупики. Но чаще эти птицы делают норы, поэтому они предпочитают места, где есть торфяной или почвенный слой. Как в каменистых укрытиях, так и в норах или под корнями деревьев гнездятся старики. Гнездящиеся в укрытиях чистиковые делают элементарные гнезда. Чаще всего это сухая подстилка, которая предохраняет яйца от холода и сырости, что особен- но важно в северных районах, где снег в нишах и пустотах между скал и камней лежит до середины лета. Там, где есть и монолитные скалы и результаты их эрозии, а также дерновые отложения, располагаются наиболее разнообразные колонии 181
чистиковых птиц. Иногда подходящие условия для укрыто гнездящихся птиц бывают на большой высоте. Не боится высоко, на несколько сот метров, забираться в горы, например, люрик. А ниже всех, т.е. ближе к воде, гнездятся чистики. Далеко не все острова и материковые побережья пригодны для разме- щения колоний чистиковых. Во многих, казалось бы, пригодных мес- тах они не могут гнездиться из-за четвероногих хищников. Но в неприс- тупных и пригодных во всех остальных отношениях местах колонии чис- тиковых могут достигать грандиозных размеров - нескольких сот тысяч птиц и более. Именно колонии чистиковых птиц получили название птичьих базаров из-за их грандиозности, насыщенности и гвалта, стоя- щего на них, особенно при больших скоплениях кайр. Все чистиковые гнездятся в весенне-летнее время. Но некоторые из них, особенно в мягкие зимы и в южных широтах, по утрам ненадолго появляются на колониях еще в середине зимы. С.М. Успенский в уже упоминавшейся книге ’’Живая Арктика” описывает это явление и для расположенной в высоких широтах Земли Франца-Иосифа, из-за суро- вости называемой также ’’маленькой Антарктидой”: < Первыми, в февра- ле-марте, появляются у своих будущих гнездовий люрики. Они приле- тают сразу тысячными стаями, и их звонкое щебетание среди зимы звучит как вызов морозам и вьюгам. Почти так же рано появляются у островов чистики, а чуть позже и остальные квартиранты. Однако до начала их размножения пройдет еще не один месяц, и птицы пока не привязаны тесно к суше - они то вьются у скал или сидят на них, то на несколько дней улетают в море, на ближайшие разводья и полыньи. ”Общежития” окончательно заселяются лишь в июне». Основные весенние события, связанные с размножением, сначала на- чинаются не столько на колониях, а в их окрестностях на воде. Здесь происходят игры, ухаживания, восстановление старых пар и формирова- ние новых. Вообще брачные ритуалы и другие общественные формы поведения у чистиковых в целом не очень яркие и бурные. Но это очень важная веха в годичном цикле, и относятся к ней все виды серьезно, иногда даже с сильными драками из-за самок или за участок. Уже цитиро- вавшиеся Н.М. Литвиненко и Ю.В. Шибаев описывают двухчасовую ноч- ную драку стариков, которые в азарте не обращали внимание даже на людей и свет фонарика. Иногда возникают враждебные отношения и между разными видами. Особенно неуживчивый, сварливый характер у топорка. По наблюдениям на Командорских островах С.В. Маракова. топорок может насмерть забивать белобрюшек, но при этом проявляет большую терпимость к хрупким качуркам. Сами брачные церемонии у разных видов своеобразны. У тупиков, нап- ример, большое значение имеет игра яркими клювами, во время которой сильно возбуждаются не только самка и самец, но и соседи. Оперение чистиковых в общем скромное, но они, судя по всему, очень ценят яркие оттенки в нарядах, какими являются хохолки, косицы и ’’топорковые” клювы. Во время брачных игр все они часто открывают рты, полость которых имеет красный и оранжевый цвет. Весеннее состояние у чистико- 182
вых выражается не только во взаимном возбуждении во время любовных игр. Гагарка в это время при спуске со скал на воду может от избытка чувств планировать, как бабочка, с медленными взмахами крыльев. Гнездящиеся в укрытиях чистиковые, а поэтому зрительно изолиро- ванные друг от друга, любят под вечер посидеть в компании на открытых скалах, иногда называемых клубами. При этом сами чистики протяжно свистят, за что их и прозвали каюрками. Конюги и чистики роятся над колониями облаками, а тупики и топорки, образовав большое кольцо, стремительно носятся по кругу. Большинство чистиковых сносят только одно яйцо, а старики и чистики по два. Насиживают и самка и самец, а продолжительность инкубации чаще всего составляет около месяца. Некоторые виды, например люрики и обыкновенные чистики, сидят на яйцах немногим больше трех недель, а тупики и топорок - до полутора месяцев. Птенцов чистиковые кормят часто, поэтому они растут очень быстро. Это особенно важно для север- ных гнездовий, освобождающихся от снега и льда тогда, когда на южных колониях уже птенцы. Выкармливание и развитие птенцов у чистиковых в отличие от других групп морских птиц происходит не по одному, а по трем сценариям. Птенцы стариков и калифорнийских пыжиков в гнезде находятся всего 2-3 суток, и в это время родители их совсем не кормят. Птенцы этой группы рождаются с непропорционально крупными лапами, поэтому хорошо передвигаются по суше. Под прикрытием темноты родители уводят их в море и здесь на плаву опекают и кормят 1,5-2 месяца. Плю- сом этой жизненной стратегии является быстрое избегание наземных хищников. Но на воде, находясь в постоянном движении, растущие молодые требуют много пищи. Проводившие в прибрежье Японского моря наблюдения за стариком Н.М. Литвиненко и Ю.В. Шибаев устано- вили, что взрослая птица ныряла за кормом 635- 725 раз в день и пример- но в половине случаев удачно. Птенец получал пищи более двух третей собственного веса. Это примерно в три раза больше, чем птенцы чисти- ковых, развивающихся в гнездах. Сначала птенец кормится на поверх- ности, а затем под водой. Так он осваивает навыки самостоятельной жизни. Гнездящиеся на карнизах кайры и гагарки кормят птенцов на бере- гу, т.е. в колонии около двух-трех недель. После этого происходит переселение еще не выросших и не умеющих летать птенцов на море. Прыгать вниз птенцам часто приходится с большой, в десятки метров высоты и более. Конечно, момент для начинающей жить молодежи более чем ответственный. Так как сроки размножения в колониях птиц в общем синхронны, переселение птенцов на воду также происходит друж- но. В это время в колонии особенно много волнений, взрослые птицы зовут кайрят на воду, те долго не решаются, тревожно пищат, но наконец отважно бросаются вниз, трепеща еще не выросшими крылышками и широкого расставив лапы. Не беда, если планируя таким путем, птенец попадает не в воду, а на камни. Удар смягчается небольшой скоростью планирования, да и вес птенца в это время еще небольшой. Поэтому, 183
отскочив от скалы, он как ни в чем не бывало стремится к воде, где его ждут родители. Молодые кайры и гагарки после этого уплывают под прикрытием взрослых птиц в море, опекаются и кормятся ими еще около полутора месяцев. Остальные виды чистиковых выкармливают птенцов в гнездах до подъема их на крыло. И продолжается это от 7 до 9 недель. Выросший птенец сам улетает в море и осваивает морскую жизнь самостоятельно. Иногда родители об этом узнают с опозданием, и бывают случаи, когда, например, чистики прилетают к пустому гнезду с рыбой. В других слу- чаях, в частности у тупика и белобрюшки, родители незадолго до слета птенца бросают. Вынужденные кормить потомство по нескольку раз в день, чистико- вые не могут летать за пищей на очень большие расстояния. Часть птиц охотится буквально рядом с колониями, но пища здесь бывает далеко не всегда. А очень крупным колониям на ограниченном пространстве прокормиться вообще проблематично. Но птицы умеют находить добычу в соседних районах и летают в зависимости от обстановки на расстояние 5-10, при необходимости за 20-50 км и даже больше. Особенно далеко приходится летать за кормом в начале лета в высоких широтах, где в это время чистая вода и разводья бывают отделены от колоний ледовой перемычкой до 100-150 км. Даже среди наиболее компанейских видов чистиковых всегда есть индивидуалисты, предпочитающие охотиться в одиночку. Но значитель- ная часть массовых видов за кормом предпочитает летать стаями. В районах больших колоний, особенно в первой половине дня, среди суетя- щейся массы их обитателей можно всегда увидеть вереницы спешащих на охоту или подлетающих с моря птиц. Чистиковые несомненно процветающее в настоящее время семейство морских птиц, о чем говорит их высокая численность. Из этого, конечно, не следует, что у них мало врагов и трудностей в жизни. Прямых врагов у них едва ли не больше, чем у большинства других морских птиц. Среди птиц - это в первую очередь увеличившие в последние десятилетия свою численность чайки, ворующие яйца и нападающие не только на птенцов, но и на взрослых птиц. Свою дань с чистиковых, правда в основном в гнездовое время, берут поморники и настоящие хищные птицы, в том числе соколы, белая сова, орланы, ворон. Но численность настоящих хищных птиц, конечно, несопоставимо более низкая, чем у чаек. Не меньше врагов у чистиковых и среди млекопитающих - от медведей до грызунов. Но в борьбе за жизнь чистиковые оказываются в основном в состоянии противостоять и своим многочисленным врагам, и суровым условиям морской стихии. Среди наиболее эффективных приспособлений нужно назвать колониальность, гнездование в труднодоступных местах, укрытиях и ночную активность жизни мелких видов. Научившись хорошо нырять, чистиковые в меньшей степени, чем неныряющие птицы, зави- сят от зимнего оскудения поверхностных слоев моря кормовыми орга- низмами. Колониальное гнездование многих чистиковых, как и других птиц, 184
стало их социальной особенностью и потребностью. Групповое поведе- ние, стимулирующее значение брачных игр соседей, т.е. вся бурлящая жизнь гнездовых скоплений птиц, создает благоприятный психологичес- кий фон для более успешного размножения. Хорошо известны и защитные свойства колоний птиц. Тем не менее жизнь в особенно плотных и круп- ных скоплениях имеет и свои неудобства. Во многих случаях явно не хва- тает жизненного пространства на самих колониях, поэтому во время их формирования бывает много драк. Возникают свои проблемы от чрезмер- ных скоплений и при добыче пищи в море. Американский орнитолог Г. Хант с коллегами недавно получил интересные данные такого рода для птиц с островов Прибылова. На о-ва Св. Георгия гнездится около 2,5, а рядом на о-ве Св. Павла - только 0,25 млн птиц. Оказывается, что масса тела оставляющих колонию птенцов тонкоклювой кайры с Св. Георгия составляет только 84-88%, а толстоклювой - 74% массы тела птенцов с Св. Павла. Скорее всего, это влияние фактора плотности. Численность всех чистиковых превышает 100 млн голов, а самый массовый из них вид - люрик. Считается, что только в Гренландии его количество составляет 30 млн особей. Еще несколько миллионов люри- ков живут в других районах Атлантики и Арктики. Второй по массовости вид чистиковых - толстоклювая кайра, а третий - тонкоклювая. Общая их численность составляет около 50 млн особей, при этом на долю толсто- клювой кайры приходится, по-видимому, не менее 60%. По нескольку миллионов особей насчитывается крошечной конюги, тупика, топорка и боль- шой конюги. В пределах 1-2 млн особей составляет поголовье алеут- ского и пестрого пыжиков, белобрюшки, рогатого тупика и ипатки. Нес- колько сот тысяч особей достигает численность большинства остальных видов чистиковых, исключая три вида - хохлатого старика и калифор- нийских пыжиков Ксантуса и Кравера. Эти три вида имеют локальное распространение и невысокую, не более нескольких тысяч особей, чис- ленность. Судя по всему, их экологический потенциал не очень большой. Высокая в целом численность чистиковых птиц говорит о том, что они неплохо пока противостоят и хозяйственной деятельности человека. Удается это им во многом благодаря труднодоступное™ многих их коло- ний, а самих птиц и во внегнездовое время. Не выдержала промыслового пресса только бескрылая гагарка, но здесь могли вмешаться какие-то неблагоприятные естественные условия. В плане практического интереса всегда больше всего привлекали кайры. Ежегодные заготовки составля- ют до 1 млн самих кайр и до 2 млн их яиц. После сбора свежих яиц кайры возобновляют кладку. Поэтому если колонии кайр эксплуатировать разумно и умеренно, т.е. с соблюдением сроков и норм сбора яиц, сущест- венного вреда, по-видимому, быть не должно. К сожалению, предыдущая история промыслового использования кайр в основном была бессистем- ной и во многих случаях имело место самое настоящее разорение птичь- их базаров. В частности снижалась численность кайр на крупнейших коло- ниях Новой Земли. Примером нерациональной эксплуатации колонии кайр может служить история птичьего базара на небольшом о-ве Тюленьем у юго-восточного побережья Сахалина. Здесь в 40-х годах гнездилось 185
около 650 тыс. кайр. В результате нерегламентированных сбора яиц и заготовок самих кайр, а также других хозяйственных дел численность кайр понизилась в несколько раз. Рост численности долгое время был невозможен из-за того, что крутые склоны острова были взорваны для расширения лежбища котиков, и они одно время залегали на части тер- ритории базара. В последнее время количество кайр несколько увеличи- лось. Интересно, что на Тюленьем стало больше и других морских птиц, а рогатые тупики, белобрюшки и малые конюги стали гнездиться под хо- зяйственными постройками. Масштабы заготовок других чистиковых птиц меньше, чем кайр. Но часто они весьма значительны. Многими тысячами отлавливаются или отстреливаются, в частности, конюги и люрики и другие птицы. В северных раинах, где чистиковые особенно многочисленны, они, как и водопла- вающие, являются традиционными охотничьими птицами. Но если уме- ренная охота может остаться без существенных последствий, то хозяй- ственное освоение островов, на которых находятся гнездовья, в состоя- нии сильно изменить среду обитания, что неизбежно должно отражаться на успехе размножения. Для пестрого пыжика, например, такое действие оказывает вырубка прибрежных хвойных лесов. Уже давно появилось еще два фактора, которые вызывают массовую гибель морских птиц и к которым чистиковые приспособиться не могут и ни- когда не приспособятся в будущем. Они, особенно кайры, в большом коли- честве гибнут, запутываясь в ставных рыболовных сетях. Таким путем потери за год могут составлять сотни тысяч особей. Беззащитны чисти- ковые, проводящие большую часть жизни в воде и на воде, и к нефтяному загрязнению, особенно при больших разливах нефти во время танкерных аварий.
ДРУГИЕ ПТИЦЫ В МОРЕ Кроме описанных выше семейств птиц в море встречается много других видов птиц, не морских. Еще больше их видов живет у моря, и многие из них извлекают от этого несомненную пользу. Прибрежная, особенно осушаемая при отливах, эона моря распола- гает значительными и разнообразными кормовыми ресурсами. В мелководных заливах, лиманах и эстуариях кроме уже описанных чаек, крачек и куликов скапливаются различные утки, а местами в теплых широтах фламинго, голенастые и другие длинноногие птицы. На арктических побережьях гнездятся и бьют морских птиц великолепные соколы кречеты, круглый год живет у моря и значи- тельная часть могучих орланов, которые собирают не только падаль, но также ловят рыбу, птиц и других животных. Повсемест- но по побережьям островов и всех материков, кроме Антарктиды, живут многие мелкие воробьиные птицы. Одним словом, граница столь непохожих двух сред - суши и моря - является особой и богатой зоной жизни, поэтому и привлекающая сюда многих птиц, даже боящихся воды, на временное или постоянное местожи- тельство. Но чем дальше от побережья, тем меньше встречается птиц, для которых море не является и не может быть не только родным домом, но и вынужденным пристанищем. Но дважды в году, а именно во время весенних и осенних перелетов птиц, картина разительно меняется, что можно легко заметить даже по садящимся в это время на суда ослабевшим береговым птицам. Численность сухопутных птиц намного выше в северном полуша- рии, более материковом в отличие от океанического южного 187
полушария. С остывающих и покрывающихся снегами (а поэтому становящихся малопригодными или не пригодными для жизни) обширных пространств суши умеренных и арктических, широт птицы вынуждены временно улетать в теплые страны. Волны северных мигрантов охватывают почти всю планету. Северные сухопутные и околоводные птицы в это время долетают до южных пределов материков и островов Южного океана, хотя большая часть их не проникает южнее тропического пояса. Миграции сухопутных птиц южного полушария на фоне великих перемещений северных мигрантов малозаметны, хотя и имеют место, например, между Австралией и Новой Зеландией, Новой Зеландией и островами юго-западной части Тихого океана, Фолклендскими (Мальвински- ми) островами и Южной Америкой. В Мировом океане есть несколько районов, где в связи с особен- ностями расположения массивов суши и конфигурацией берегов миграции сухопутных птиц над морем носят особенно массовый характер. Крупные зимовки многих европейских птиц находятся в Англии, куда нужно лететь через Северное море. Через Средизем- ное море летят многие миллионы птиц из Европы и Азии в Африку. Через Карибский район пролегают пути мощных миграций между Северной и Южной Америками. Оживленный перелет птиц происхо- дит между Японскими островами и смежными районами Азии, между Индией и Африкой через Индийский океан. Во всех районах Земли интенсивный пролет птиц происходит по так называемым ландшафтным, или экологическим, руслам, напри- мер вдоль морских побережий, долин рек, горных хребтов, цепей островов. Как в горлышки воронок стекаются мигрирующие птицы к узким проливам между массивами суши, например в Гибралтар- ский, Лаперуза и Берингов, или к перемычкам суши вроде Суэцко- го перешейка. Но не меньше, а вернее даже больше мигрирует птиц широким фронтом. Многие детали и грандиозность этих перелетов стали известны только благодаря радарным наблюдениям. Оказа- лось, что и над сушей и над морем значительная часть птиц летит на большой (в несколько сот метров и даже километров) высоте, при этом в ночное время. Стратегия перелета может быть разной не толь- ко у разных видов, но и у разных особей одного и того же вида в за- висимости от их физиологического состояния. Особое значение здесь имеет упитанность птицы, так как жир - это источник энер- гии для перелета. В.Р. Дольником и другими орнитологами пока- зано, что худые птицы летят на меньших высотах и чаще днем. Им нужно пополнять энергетические резервы, поэтому они должны чаще останавливаться для кормежки и отдыха. Жирные птицы чаше летят по ночам и на большой высоте. Именно таким путем они совершают протяженные высотные броски через морские простран- ства и другие неблагоприятные районы, например из Европы через Средиземное море и Сахару. Такие птицы не только знают, как и куда лететь, но и когда лететь. Они хорошо ориентируются в синоптических ситуациях и умело используют их. 188
Интересные в этом смысле данные описываются в работах амери- канских орнитологов Т. и Дж. Уильямс, которые проводили радар- ные наблюдения за осенним пролетом в зоне Карибского бассейна и на о-ве Гуам, расположенном на западной окраине Тихого океана между Японией и Новой Каледонией. Многие миллионы птиц из Северной Америки зимуют в тропиках Южной Америки и на много- численных островах Карибского района. Накопившись на восточ- ном побережье Северной Америки и дождавшись прохождения холодного атмосферного фронта, птицы пускаются в путь. Но не по кратчайшему пути на юг, а на юго-восток. Дело в том, что, достиг- нув Саргассова моря, они попадают в зону восточных пассатов, которые сносят птиц к западу. В итоге птицы достигают окончатель- ной цели полета - северных берегов Южной Америки и Антильских островов. Этот безостановочный полет продолжается около трех суток. Пролет на разных участках маршрута проходит на высоте 1-2 и 3-6 км. Приближаясь к Южной Америке, птицы, готовясь к приземлению, постепенно снижаются до высоты в несколько сот метров. Описанным путем летят разные птицы, но численно преоб- ладают воробьиные. Высотный беспосадочный поток мигрантов через открытые воды западной части Тихого океана, судя по наблюдениям на о-ве Гуам, слагают кулики, которые летят в общем южном направлении, не беря поправку на дрейф от восточного пассата. В свете описанных и других наблюдений можно сделать вывод о том, что те береговые птицы, которые вьются у судов в море, это уставшие, не сумевшие накопить нужных жировых запасов неудач- ники, а также унесенные с берега или заблудившиеся птицы, которые в норме не мигрируют через открытые морские пространст- ва, а предпочитают лететь вдоль побережий, пересекая водные преграды только в районах проливов. Множество таких птиц еже- годно гибнет во время миграций в морских волнах. Этот вывод, конечно, не относится к уткам и их родственникам. В отряде гусеобразных Anseriformes, к которому относятся утки, гуси и лебеди, есть также виды, которые на море проводят значительную часть года, а некоторые из них могут быть даже названы настоящими морскими птицами. Пожалуй, самые известные из них - гаги, интересные во многих отношениях птицы. Их четыре вида, и гнездятся они на арктических островах и северных побережьях Евразии и Северной Америки. На море гаги держатся в прибрежье, где, ныряя, добывают моллюсков, ракообраз- ных и других донных беспозвоночных. Вдоль морских побережий они совершают и сезонные миграции, часто собираясь в огромные стаи и скоп- ления. Но далеко на юг гаги не летают, и зимой они выходят за пределы умеренной зоны. В большом количестве они зимуют в разводьях, и многие северные районы их вынуждают покидать лишь сплошные льды. Все гаги, вернее их самцы гагуны, в весеннем пере невероятно краси- вы. Имея это в виду, голландский этолог Н. Тинберген писал, что в существование этих птиц можно поверить, только увидев их собствен- 189
ними глазами. Но большую известность гаги получили все же не из-за красоты, а из-за знаменитого гагачьего пуха. Впрочем, это относится только к одному виду - обыкновенной гаге (Somateria mollissima). Пух гаг, которым они укрывают яйца, очень легкий и обладает исключитель- ными теплоизоляционными свойствами. К настоящему времени уже накоплен немалый опыт упорядоченного использования гагачьих гнездо- вий. В Исландии и Скандинавии история гагачьего хозяйствования насчитывает уже несколько столетий. На нашем европейском Севере на Айновых островах гагачье хозяйство вели в прошлом еще монахи Трифо- но-Печенгского монастыря. Вообще гаги быстро откликаются на охран- ные мероприятия и перестают бояться людей, если их не преследуют. Более того, они сами во время размножения собираются на охраняемых территориях, при этом охотно занимают искусственные гнездовья. В других районах гагачье хозяйство не ведется и гаг отстреливают вместе с другой водоплавающей дичью. Значительную часть года на море проводят и другие северные хорошо ныряющие морские и нырковые утки - морянка, турпаны, синьги, чер- нети, каменушка. В прибрежной зоне, особенно в заливах и лагунах, они образуют большие скопления, а во время сезонных перелетов бывают хорошо заметны. Зимовки их, как и гаг, в основном не выходят за преде- лы умеренных вод северных частей Тихого и Атлантического океанов. Встречаются их стаи и в разводьях, но холодов эти утки не боятся. Была бы открытой вода, а на дне мелководий пищу они умеют находить. Более масштабные перелеты настоящих или речных уток, так как пресные водоемы на одних и тех же широтах замерзают сильнее, чем морские. Эти утки также бывают на море и над морем. Из Северной Америки и Евразии, где речные утки наиболее многочисленны, значи- тельная их часть улетает в субтропические и даже тропические широты. Много северных уток зимует, в частности, в южных районах Азии и в Африке, а североамериканские утки бывают в Южной Америке. Наиболее смелые из них уклоняются от основных маршрутов и залетают в, каза- лось бы, совсем не подходящие места. Несколько видов речных уток из Северной Америки регулярно бывает на Гавайях и даже на более южных островах Полинезии. Из Азии утки залетают на тропические острова западной части Тихого океана. Пожалуй, первой из таких уток должна быть названа шилохвость (Anas acuta), имеющая наиболее совершенный аэродинамический силуэт и легкий стремительный полет. Кстати, на островах Южного океана также живут шилохвости, но это другие виды. Например, в индоокеанской части Южного океана на островах Кергелен и Крозе оседло живет кергеленская шилохвость (Anas eatoni). Считается, что она произошла от когда-то залетевшей сюда с севера Евразии на зимовку и не пожелавшей улетать назад обыкновенной шилохвости. Утки живут и гнездятся на всех материках, кроме Антарктиды. Но таких мигрантов, какими являются утки арктических и умеренных широт северного полушария, в других частях света нет. Мало в других районах Земли и морских уток. Пожалуй, больше других из них извест- ны крупные, в несколько килограммов весом, утки-пароходы, живущие 190
по берегам Южной Америки. Их два вида и один из них - Tachyeres pteneres - не умеет летать. При испуге утка-пароход работает ногами и часто молотит по воде короткими крыльями, развивая при этом скорость до 10 узлов. Необычное название этой утке за сходство ее с только что появившимися в то время колесными пароходами дал, кстати, Фицрой - капитан ’’Бигля”, на котором совершил знаменитое путешествие Ч. Дарвин. Только на морских побережьях южной части Южной Америки живет водорослевый гусь (Chloephaga hybrida). Настоящих гусей в южном полушарии нет, а водорослевый гусь - это очень крупная утка, южноаме- риканская пеганка. Питается он исключительно водорослями и за преде- лами морского прибрежья не бывает. Есть еще два совершенных по специализации к водной среде отряда птиц. Это поганки - Podiciptiformes и гагары - Gaviiformes. Внешне они похожи: острый сильный клюв, длинная шея, обтекаемое торпедообраз- ное тело, отнесенные на задний конец тела ноги. Гагары - мощные, до 5 кг птицы, имеют перепончатые лапы. Поганки - птицы небольших или средних размеров, перепонок на ногах у них нет, но зато каждый палец имеет кожистую лопасть. По умению плавать и нырять гагары и поганки превосходят боль- шинство других водных птиц, за исключением, пожалуй, только пингви- нов. С поверхности под воду они уходят почти мгновенно. В толще воды поганки работают только ногами, а гагары и ногами, и крыльями. Спе- циализация к жизни в воде у этих птиц ушла так далеко, что по суше они ходить не могут, а передвижение их здесь напоминает ползанье. Чтобы подняться в воздух, поганкам и гагарам нужен разбег. Особенно трудно дается взлет тяжелым гагарам, которым приходится разгоняться не- сколько десятков метров и потом еще долго набирать высоту. Поганки живут на всех материках, кроме Антарктиды, а гагары - только в Арктике и умеренной зоне Евразии и Северной Америки. По- ганки гнездятся на заросших растительностью пресных водоемах, а гагары предпочитают чистые глубоководные озера. Гагары откладывают всего два, редко три яйца, у поганок в кладках бывает до 10 яиц. После вылупления птенцов поганки с многочисленным потомством переходят к жизни на плаву. Птенцы при необходимости забираются под перо взрослой птицы, которая с ними может даже нырять. Живущие в низких широтах поганки далеко не мигрируют, а нередко живут оседло. Поганки из высоких и умеренных широт и все гагары совершают значительные сезонные перелеты. Большая их часть осенью после размножения переселяются на море и вдоль морских побережий смещаются на зимовки, которые расположены не только в умеренных, но и в субтропических водах. В Тихом океане зимовки их простираются до вод Калифорнии, Японии и Китая, а в Атлантическом - до западных и южных берегов Европы, а также Флориды и Мексиканского залива в американский водах. Есть утверждения о том, что миграции гагары совершают вплавь. Нет, большую часть пути и гагары и поганки преодо- левают на крыльях. Во время миграций они не образуют стай и обычно 191
летят в одиночку или по нескольку птиц. Еще задолго до образования льдов вдоль морских побережий можно увидеть спешащие в сторону зимовок характерные сгорбленные силуэты этих птиц. На море гагары и поганки живут только в прибрежной, не более не- скольких километров, а чаще несколько сот метров, полосе. И хотя они здесь чувствуют себя очень уверенно, настоящими морскими птицами их назвать нельзя. Это типичные полуморские птицы. Питаются гагары и поганки на море рыбой. Они не только хорошо ны- ряют в глубину - мощным гагарам доступны горизонты в несколько де- сятков метров, но и могут проплыть под водой по горизонтали не одну сотню метров. Для них не проблема пробыть под водой 1-3 минуты и, по- видимому, больше. На море у гагар и поганок врагов немного. Отлично ныряя и плавая, они могут спастись, по существу, от любого хищника. Эти способности гарантируют им и добычу пищи. В наши дни для них, пожалуй, наиболее опасным является нефтяное загрязнение прибрежной зоны моря. Постоянно находясь в воде, они, как чистиковые и утки, первыми среди водных птиц принимают на себя и последствия танкерных аварий.
МИР МОРСКИХ птиц Выше описаны все основные семейства ныне живущих морских птиц. Конечно, это был только краткий рассказ, ибо жизнь каждой группы птиц и каждого их вида более многообразна и в конечном счете каждый из них неповторим. Но при любом обилии птиц и специфичности их видов можно говорить о мире морских птиц в целом. Всех их объединяет морская среда, осваивая кормовые ресурсы которой эти птицы и стали морскими. Современная фауна морских птиц, распространение их по лику Миро* вого океана, все многообразие их видов, форм и экологических типов являются результатом длительной эволюции, начавшейся в мезозойской эре. Вообще птицы в наше время - вполне процветающий класс животных. Но, по всей видимости, золотые века птиц сравнительно недавно уже миновали. Этот вывод тем более правомочен для морских птиц, большей частью относящихся к давно возникшим древним группам. Поэтому, наверное, можно сказать, имея в виду птиц, - все, что есть сейчас на Земле, уже было и мы являемся свидетелями небольшого фрагмента великой истории жизни на нашей планете. Ископаемых остатков птиц не очень много, они плохо сохраняются в отложениях из-за хрупкости и других причин. Поэтому миллионы про- шедших лет навсегда скрыли многие, если не большинство подробностей эволюционного пути птиц. Но древность большей части групп морских птиц говорит о том, что море как среда жизни всегда привлекало птиц и 13. В.П. Шунтов 193
они не без успеха его осваивали. Свойством и вместе с тем силой живого является постоянное стремление расширить сцену своего существования и проникнуть в смежные пространства. Птицы здесь, конечно, не пред* ставляют исключения. Притягательность океана для них была во многом связана с его богатейшими кормовыми ресурсами, и также с тем, что он давно покрывал большую часть поверхности Земли, а в мезозойскую эру, когда началась эволюция птиц, даже еще большую чем сейчас. О ПРОИСХОЖДЕНИИ МОРСКИХ птиц Несмотря на отрывочность палеонтологических данных, к настоящему времени известна почти тысяча ископаемых видов птиц. А за всю их эволюцию по расчетам выдающегося американского палеонтолога П. Бродкорба по лику Земли прошло уже 154 тыс. видов птиц. По оценкам этого ученого продолжительность жизни одного вида птиц в современ* ные резко изменчивые по условиям жизни эпохи в среднем составляет около 0,5 млн лет. В прошлом, когда условия на Земле были более ровными и в климатическом отношении более комфортными, продол- жительность жизни вида птиц была больше - около 3 млн лет. В настоя- щее время на нашей планете живет около 8,7 тыс. видов птиц. Это до- вольно много, но золотой век птиц, как уже говорилось, кажется не очень давно миновал. Еще 2 млн лет назад одновременно на Земле жило, по оценкам того же П. Бродкорба, почти 11 тыс. видов птиц. О щедрости, а в некоторых случаях, может, и расточительности природы в минувшие эпохи, говорит не только былое разнообразие, но и гигантизм древних птиц. Среди вымерших птиц известно много самых настоящих гигантов. К примеру, среди предков альбатросов и пеликанов были виды с размахом крыльев до 7 м, пингвин Норденшельда был с человека, а гесперорнис - с тюленя. К сожалению, темп вымирания птиц в последние столетия увеличился в связи с хозяйственной деятельностью и прямым преследованием людей, численность которых на планете все это время возрастала. За последние 300 лет исчезло с лика Земли почти 100 видов птиц. При естествен- ном же ходе событий при продолжительности жизни вида в 0,5 млн лет вымирало, по мнению П. Бродкорба, не более двух видов за столетие. Можно абсолютно уверенно сказать, что дальнейшими исследования- ми будут обнаружены ископаемые остатки еще многих видов древних птиц. Но сколько бы ни было описано новых вымерших птиц, самым известным всегда останется живший около 150 млн лет назад, т.е. в юрский период мезозойский эры, знаменитый археоптерикс, открытый в середине прошлого столетия. Дело в том, что в течение многих лет эволюция класса птиц рисовалась от ’’археоптерикса к воробью”. К ’’воробью”, потому что отряд воробьиных самый молодой и процветаю- щий среди птиц в наше время. Но археоптерикс не был настоящей птицей. Он имел оперение, мог планировать, но рептильных черт в нем было больше, чем птичьих. Поэтому уже давно высказывались сомнения о том, что сам археоптерикс не предок птиц, а скорее всего только одна из боковых ветвей эволюционного пути от рептилий к птицам. Эти сомне- 194
ния усиливались тем, что возраст самых старых ископаемых остатков настоящих птиц оценивался всего на десять миллионов лет меньше, чем археоптерикса. Такого отрезка времени явно было недостаточно для становления класса птиц от полурептилии- полуптицы. Сейчас в связи с новыми палеонтологическими находками, кажется, все встает на свои места. Сначала в США были найдены остатки типичной птицы, являющейся современником археоптерикса. Вскоре после этого в Румынии вместе с остатками самого археоптерикса было обнаружено много фрагментов костей настоящих птиц, из чего следовало, что история птиц имеет продолжительность, превышающую 150 млн лет. Дополнитель- ные подтверждения этому были получены совсем недавно. Американ- ские палеонтологи в штате Техас обнаружили остатки двух особей птиц возрастом около 225 млн лет. Эта первоптица, или предптица, получив- шая название протоавис, имела еще много рептильных черт, но, по-види- мому, она может быть поставлена в начале эволюционного пути от рептилий к птицам. 225 млн лет назад - это триас - первый период мезозойской эры, которая, как известно, была временем расцвета реп- тилий. Других находок птиц, относящихся к триасу, пока нет. Следующий период мезозойской эры, юрский, который закончился 133 млн лет назад, а это период археоптерикса, также является вр многом белым пятном в истории птиц. Зато в последнем периоде мезозойской эры - мелу - обнаружено уже довольно много остатков птиц. Самые древние из них галлорнис, который был почти современником археоптерикса и мог быть предком гусеобразных или фламинго, а также эналиорнис, по-видимому, имевший родственные связи с гагарами. Позднее, но также в меловом периоде появились древние родственники поганок, голенастых, веслоно- гих, в частности олуш и бакланов. Вместе с ними жили лишь немного менее известные, чем археоптерикс, связанные с морем ихтиорнисы и гесперорнисы. Ихтиорнисы были похожи на крачек и хорошо летали, а гесперорнисы имели размеры тюленя, облик гагар, хорошо ныряли, но летать не могли. Можно добавить также, что клюв у гесперорнисов был вооружен зубами. Характерно, что почти все известные мезозойские птицы были водны- ми или околоводными, при этом явно преобладали среди них морские виды. Нельзя не заметить и наличие уже в то время различных экологи- ческих типов морских птиц от хороших летунов до специализированных нелетающих ныряльщиков. Все это, конечно, подтверждает вывод о том, что птицы успешно осваивали морскую среду уже в самом начале своей истории. Но появление птиц в море - это, конечно, вторичное явление. Их предки были сухопутными, просто о них мало что известно. Наверное, в мезозое и условия для захоронения погибших птиц создавались в основном в мелких водоемах с обильными отложениями осадков. В мезозойской эре было тепло даже в высоких широтах северного и южного полушарий. Но, с другой стороны, эта эра была временем великих океанических трансгрессий. Для формирования мезозойской фауны морских птиц, по-видимому, большое значение имело связанное с этим 195
образование в то время на местах низменностей больших мелководных водоемов. Площадь суши в такие периоды сильно сокращалась. Предки морских птиц, конечно, летали, но затем, осваивая водную среду, не* которые из них добровольно отказались от выдающегося приобретения своих предшественников - способности летать и перешли к жизни на воде и в воде. Не только птицы вообще, но и первые морские птицы, судя по всему, появились в северном полушарии. Большая часть ископаемых остатков птиц известна из Европы и Северной Америки, что, конечно, является доводом в пользу происхождения птиц из северного полушария. Но, может быть, это связано и с тем, что северные материки, особенно Европа и Северная Америка, намного лучше изучены в палеонтологическом отношении. Согласно взглядам некоторых сторонников глобальной тектоники плит, еще в самом начале мезозойской эры существовал суперматерик Пангея, омываемый древним океаном Панталассом. К концу триаса в результате дрейфа материков образовались северный материк Лавразия и южный Гондвана. Их разделяло море Тетис. Вскоре стала раскалываться и Гондвана, в результате чего начал открываться Индийский океан, а затем и Атлантический. На границе мезозойской и кайнозойской эр, т.е. около 67 млн лет назад, еще сохранялась связь Южной Америки и Ан- тарктиды в районе современного пролива Дрейка, представляли пока единое целое Австралия и Антарктида. Не разошлись на месте современ- ной Северной Атлантики в то время также Северная Америка и Евразия. В начале кайнозойской эры уже наметились все современные отряды и многие семейства птиц. Их формирование происходило на фоне продол- жавшегося перемещения материков и понижения уровня океана, в результате чего сократились площади мелководных морей и, напротив, увеличилась площадь суши. Эти обстоятельства вызвали изменения в системе океанических течений и ухудшение климата, который ранее был теплым на всей планете. В меловой период ветви теплых течений из тропиков, в частности из моря Тетис, через затопленные низменности Евразии проникали в Арктику и обогревали ее. Таким же образом обогревали Антарктиду поворачивавшие на юг ветви тропических течений вдоль восточного побережья Австралии, а в Индийском океане вдоль Африки и Индии, которая в то время еще "плыла” посредине Индийского океана. Так согревался самый холодный ныне материк, на котором в то время не было льда и снега, а сам он располагался в более низких широтах. Но когда открылся пролив Дрейка, а Австралия отошла от Антарктиды на север, образовалось мощное циркумполярное течение Западных ветров, отрезавшее Антарктиду от северных теплых вод. С другой стороны, в связи с произошедшим понижением уровня океана ’’моря ушли” с затопленных ими низменностей, что вызвало увеличение площади суши. Ушли, в частности, морские воды с обширных низин Ев- разии. В результате появления многих сухопутных преград нарушился водообмен между тропическими и высокими широтами, и Арктика вслед за Антарктикой стала охлаждаться. 196
Итак, в высоких широтах Земли стало холоднее, а в тропиках еще теплее. Так начали формироваться и на суше, и в океане климатические контрасты и пояса. В связи с похолоданием многие виды в это время вымерли. Ледниковый щит в Антарктиде начал развиваться около 20 млн лет назад, а в Арктике - 3 млн лет назад. Но знаменитый и хорошо известный ледниковый период был еще впереди. Однако и в холодную эпоху климат на Земле не был постоянным. Временами становилось теплее, льды отступали, а уровень океана поднимался. В той же Ан* тарктиде при потеплениях морские воды по заливам и проливам распро- странялись далеко на юг за современную кромку льда. Таким образом, формирование сначала отрядов и семейств, а затем и родов морских птиц происходило на фоне развития планетарных ши- ротных климатических зон. Это обстоятельство оказалось очень важным. Возникшие в определенных климатических зонах группы птиц, несмотря на последовавшее после этого расселение, сохранили до наших дней в своем распространении черты широтной зональности. Десятки миллионов минувших лет навсегда скрыли истинную карти- ну происхождения, развития и расселения конкретных групп птиц. Созданию гипотез на этот счет помогают ископаемые фрагменты, совре- менное распространение и различные косвенные признаки. По многим признакам находящие в родстве отряды пингвинов и трубконосных сформировались в умеренных районах южного полушария. Ископаемые пингвины известны только в пределах нынешнего ареала отряда, т.е. в южном полушарии. Отряд трубконосых как в прошлом, так и сейчас распространен по лику Мирового океана гораздо шире - от Арктики до Антарктики. Но большая часть видов и родов всех семейств этого отря- да - альбатросов, буревестников, качурок и ныряющих буревестников ограничены в гнездовой период именно умеренными широтами южного полушария. И особенно важно то, что здесь сконцентрирована большая часть эндемичных родов. Кстати, эндемиком южного полушария являет- ся и все семейство ныряющих буревестников. Таким образом, хотя многие виды отряда трубконосых являются теплолюбивыми, даже тропи- ческими, а некоторые, наоборот, арктическими или антарктическими, все же можно сказать, что этот отряд, как и пигвины, по своему климати- ческому профилю явно умеренный. Есть много доводов о том, что центром происхождения этих отрядов и возможно, всех их семейств была южная часть Тихого океана. И сегодня эта часть планеты является центром их разнообразия. Умеренная холодо- любивость большей части видов и родов обоих отрядов как будто вписы- вается в гипотезу о том, что первой начала охлаждаться в кайнозойской эре именно приантарктическая часть Тихого океана. Отряд веслоногих в отличие от пингвинов и трубконосых по происхож- дению является теплолюбивым, а точнее тропическим. И в наше время четыре его семейства - фаэтоны, фрегаты, олуши и змеешейки - не выходят или почти не выходят за тропический пояс. Шире распростране- ны семейства пеликанов и особенно бакланов. Но пеликаны в высокие широты почти не проникают дальше теплоумеренных зон, а бакланы 197
живут даже в Арктике и Антарктике. Однако так далеко в высокие широты проникли, а точнее, к холодным условиям приспособились лишь отдельные виды. Каждое семейство веслоногих, конечно, развивалось и расселялось своим путем. Но скорее всего все они начинали формиро- ваться в районе моря Тетис, а точнее в его восточной части. На совре- менной карте этот центр происхождения веслоногих приблизительно можно оконтурить северной частью Индийского океана и австрало-азиат- ским регионом. Интересно, что расселение и дальнейшая эволюция бакланов с черным оперением происходили в основном в северном полушарии, а белобрюхих - в южном. Тропическим по происхождению является и отряд ржанкообразных. Но этот отряд очень пестрый, и если говорить о его морских семействах, то здесь просматривается несколько вторичных центров. В основном в тропиках жили и живут все представители близкого к крачкам семейства водорезов. И сами крачки живут в основном в теплых широтах, а высо- кие широты освоили только отдельные их виды. По-видимому, изначаль- ной родиной этого семейства было море Тетис. Буквально к крачкам примыкает семейство чаек, которых нередко объединяют с крачками в одно семейство. Богатая видами группа черноголовых чаек, живущих сейчас в основном в теплых широтах, является как бы реальным напо- минанием истоков семейства в море Тетис. Но при дальнейшей эволюции чаек, судя по всему, образовался вторичный центр развития семейства в высоких и умеренных широтах северного полушария, где они сейчас процветают и где обитает несколько эндемичных родов. В умеренных и высоких широтах южного полушария видов чаек мало и никогда не было по-другому. О вторичной, северной, родине чаек говорит и распростране- ние еще двух северных семейств ржанкообразных, которые близки к чайкам. Это семейства поморников и чистиковых. Поморники живут в Антарктике, куда они, как и чайки, проникли с севера. Чистиковые же никогда не жили не только в умеренных широтах южного полушария, но и в тропиках. И ископаемые остатки, и современное разнообразие и другие факты говорят о том, что в основном центром формирования семейства чистиковых является северная часть Тихого океана. С умеренными и высокими широтами северного полушария связано происхождение древних отрядов гагар и поганок. И если поганки за долгую историю расселились по всем материкам, кроме Антарктиды, то гагары никогда за еще более продолжительную историю не встречались южнее северной субтропической зоны. Как уже подчеркивалось выше, большинство подробностей эволюции птиц скрыты минувшими эпохами. Но отдельные контуры ее все же просматриваются, и они говорят о том, что существенный вкладе станов- ление основных связанных с морем групп птиц, в том числ* древних, внесли не только тропические, но и умеренные регионы обоих полуша- рий. Основной ареной эволюции морских птиц были Тихий и Индийский океаны. После образования самого молодого Атлантического океана, ка- залось бы, было достаточно времени, чтобы птицы могли сюда расселить- ся и из Индийского и Тихого океанов. Легче это было осуществить пти- 198
цам Южного океана, более сложно птицам умеренных широт северного полушария, но особенно - тропическим. В конечном счете Атлантичес- кий океан заселила только часть видов и родов птиц. Преграды в виде Африки, Суэцкого и Панамского перешейков, по-видимому, сыграли здесь свою роль. Местных же видов в Атлантическом океане образова- лось мало. Поэтому по видовому разнообразию морская орнитофауна Атлантического океана значительно уступает тихоокеанской и индо- океанской. СОВРЕМЕННОЕ РАСПРОСТРАНЕНИЕ ПТИЦ ПО ЛИКУ МИРОВОГО ОКЕАНА У большинства морских птиц сильно выра