/
Text
ОБЩЕСТВО ПО РАСПРОСТРАНЕНИЮ ПОЛИТИЧЕСКИХ И НАУЧНЫХ ЗНАНИЙ РСФСР Л. И. КЛИМОВИЧ ИСЛАМ И ЖЕНЩИНА Москва 1958
Происхождение и социальная роль женских ритуальных покрывал и затворничества В Советском Союзе женщины находятся в рядах актив- ных и самоотверженных строителей коммунизма. Социали- стический строй, возникший и утвердившийся в результате победы Великой Октябрьской революции, раскрепостил жен- щин, дал им свободу и равноправие. В нашей стране, где нет эксплуатации человека человеком, уничтожен националь- ный и колониальный гнет, перед женщинами открыты широкие возможности к проявлению их творческих способ- ностей и организаторских талантов во всех областях госу- дарственной, хозяйственной, культурной и общественной жизни. За сорок лет Советской власти во всех республиках на- шей Родины выросло новое поколение женщин, не знающих неравного положения в семье и обществе, гнета эксплуата- торов, под которым на протяжении веков находилась жен- щина — работница и крестьянка. При власти царей и ханов женщина в домашней жизни была задавлена самой (мелкой черной, тяжелой и отупляющей работой, являлась рабыней домашне-семейного хозяйства. В таком положении продол- жают оставаться и сейчас работницы и крестьянки в стра- нах господства капитала. В. И. Ленин писал, что «женская половина рода человеческого при капитализме угнетена вдвойне» 1. Необычайно тяжела ее участь в колониальных и зависимых странах. В национальных районах царской России женщина была лишена элементарных прав человека. Не только в обществе, но и в семье, она находилась на положении рабыни. Даже называли ее подчас в семье не по имени, а разными обид- ными кличками, как часть домашней утвари. В закрепощении женщины немалое значение имела ре- лигия, в том числе ислам, последователи которого именуют себя мусульманами. Церковь в Советском Союзе отделена от государства, а школа — от церкви. Конституция Союза ССР обеспечивает гражданам социалистического государства подлинную 1 В. И. Ленин. Соч., т. 32, стр. 138. 3
свободу совести, какой нет и не может быть ни в одном капиталистическом государстве. В нашей стране каждый гражданин может исповедовать любую религию или не исповедовать никакой, то есть быть атеистом. Ши- рокие круги советского народа уже отошли от ислама, как и от всякой другой религии. Но пережитки ислама и теперь сохраняются в нашей стране в республиках Средней Азии и Казахстане, на Кавказе и в Закавказье, в Татарии, Баш- кирии и некоторых областях Российской Федерации. В ос- новном же ислам распространен на зарубежном Востоке, в странах Азии и Африки. Мусульманское законодательство — шариат и право обычая (адат) 1, как и соответствующие им установления других религий, оправдывали и освящали неравноправное положение женщины. Напомнить об этом нелишне и теперь, когда наряду с огромными достижениями в хозяйственной и культурной жизни советских людей все еще имеют место проявления пережитков чуждой идеологии, элементов бес- культурья, феодально-байского отношения к женщине. Древняя мораль, освященная религией, даже рождение девочки рассматривала как несчастье. «Чем родить тебя, лучше родить камень, он пригодился бы, чтобы занять свое место при стройке стены», — такими словами встречали рож- дение девочки. «Девочка — это бесполезная ноша», «дочь — обуза», — столь обидно говорили о девушке. Унизительный взгляд на женщину в исламе обосновы- вался Кораном — книгой, считающейся священной. «Муж- чины, — говорится в нем, — выше их (женщин) степенью своего достоинства» (2, 228) 2. Согласно Корану и шариату, женщина не равна муж- чине как в имущественном, так и в правовом отношении. Так, при разделе наследства по Корану «мужчине доля, рав- ная доле двух женщин» (4, 175). В шариатском суде одного мужчину-свидетеля могут заменить лишь две женщины. Но и в этом случае свидетельство одних женщин перед рели- 1 Адат (арабск. «обычай») — неписаное право обычая, существую- щее у ряда народов, исповедующих ислам. Адат освящает патриар- хально-родовые отношения, в том числе беспрекословное подчинение старейшинам рода, кровную месть, похищение невест, телесные нака- зания и т. д. Отражая местные особенности, положения адата у раз- ных народов имеют некоторые отличия. Нормы адата по ряду вопро- сов подчас применялись наряду с уложениями шариата, отстаиваю- щими феодальные отношения. В СССР адаты, как и шариат, утратили силу закона и сохраняются только как пережиток. 2 Первая цифра означает главу, а вторая — стих Корана. 4
гиозным судом за доказательство не принималось. Денеж- ный штраф за убийство женщины по адату взимался в поло- винном размере против штрафа, установленного за убий- ство мужчины. Могилу женщины рыли на целую четверть глубже могилы мужчины, так как и после смерти она-де недостойна быть на одном уровне с ним. Презрением к женщине проникнут и миф Корана о «со- творении» жены Адаму одновременно с доставлением ему «в пищу восьми скотов в четырех парах» (39,8). По Корану, женщина недостойна быть ангелом (43, 18). Ислам узаконивает многоженство, продажу невест, умы- кание, выдачу замуж малолетних, затворничество. По Ко- рану, можно жениться на сиротах, даже не спрашивая их согласия, «на двух, на трех, на четырех» сразу (4, 3). Священная книга требует от жен покорности мужьям. «Тех, которые опасны по своему упрямству, вразумляйте, — поучает Коран мужей, — отлучайте от своего ложа, бейте» (4, 38). Непокорную жену муж вправе убить без суда (4, 19). «Женщину бей; если она не умрет от побоев, то убивай ту- пым топором», — гласит адат. Коран — это книга, составленная в VII веке, в эпоху, когда у арабов устанавливалось классовое общество, фео- дальные отношения. Отражая взгляды этой эпохи, Коран осуждал кровосмесительные браки, закапывание в землю новорожденных, если первый ребенок в семье девочка, и тому подобные жестокие обычаи, имевшие место в более раннее время, при первобытно-общинном строе. Но было бы неправильно из стремления авторов Корана упорядочить брачные отношения делать вывод, будто установления этой книги о женщине вообще демократичны, защищают ее интересы и права. Для разъяснения этого вопроса оста- новимся на некоторых положениях ислама, характери- зующих его отношение к женщине. Ислам сохранил древний обычай ношения женщинами разных ритуальных одеяний, связанных с их затворничест- вом, с отделением от общественной жизни. В числе этих одеяний — паранджа и чачван, чадра, яшмах и др. Чачван (или, иначе, чашм-банд, чиммат) обычно пред- ставляет собой черную сетку из конского волоса, опускаемую на лицо и грудь женщины. Сверху чачвана с головы наки- дывают паранджу (точнее фараджи, феридже) — род халата с ложными рукавами, заброшенными за спину. Паранджа и чачван совершенно скрывают фигуру женщины. Чадра — 5
большая матерчатая шаль, которой мусульманка закрывает лицо и фигуру, оставляя только небольшую щель для глаз. Яшмак — род чачвана: повязка, надеваемая в знак покор- ности и «нечистоты» дыхания женщины на ее рот и нижнюю часть носа. Откуда взялся обычай ношения этих и им подобных ри- туальных покрывал? Мусульманское предание гласит, что такой обычай был установлен пророком Мухаммедом. Будто бы, придя однажды со своей третьей женой, девятилетней Айшей, в гости к родственникам, Мухаммед приревновал ее к свое- му приемному сыну Зейду. Затем он приревновал ее к не- коему Савфану, оказавшему 15-летней Айше услугу во время одной из ее. поездок из города Медины. После этого Мухаммед якобы велел своим женам и другим женщинам постоянно находиться в запретной для посторонних части дома («харем», откуда гарем), а при выходе на улицу носить плотное покрывало, чтобы их не узнали. Предание также рассказывает, что якобы с просьбой об установлении обязательного для женщин ношения ритуальных покрывал к Мухаммеду обратился Омар, впоследствии второй араб- ский халиф. Перечисленные случаи из жизни пророка Мухаммеда (имевшего, по мусульманскому преданию, более десяти жен) явились якобы причиной появления в Коране стихов о необходимости затворничества женщин и ношения ими особых покрывал. Эти легенды не подтверждаются историческими фактами. Верно в них лишь то, что в раннем исламе стали вводиться обычаи женского затворничества и особых женских покры- вал. Но это не исконно арабские или специально мусуль- манские обычаи. Они не были известны древним арабам, да и сейчас кочевые арабы-бедуины их не знают. Но в некото- рых странах Востока такие обычаи существовали более чем за две тысячи лет до возникновения ислама. Они выражали власть мужчины над женщиной, что было характерным для эпохи возникновения имущественного и правового неравен- ства, противоположности классов. Ф. Энгельс в «Происхождении семьи, частной собствен- ности и государства» писал: «...первая появляющаяся в исто- рии противоположность классов совпадает с развитием анта- гонизма между мужем и женой в индивидуальном браке, а первый классовый гнет совпадает с порабощением жен- 6
ского пола мужским» 1. Последнее было связано с повыше- нием хозяйственной роли мужчины в ту эпоху. Мужчина- патриарх стал главой семьи, жену он покупал или выкрады- вал в другом роде, и она переходила к нему. Относясь к жене, как к своей собственности, он требовал, чтобы она скрывала свое лицо от взоров других. Это приниженное положение женщины сохранилось и по- лучило юридическое оправдание в некоторых рабовладельче- ских государствах Востока. Так, согласно ассирийскому су- дебнику, составленному более трех тысяч лет назад в рабо- владельческой Ассирии, закон разрешал женщинам выхо- дить на улицу только под покрывалом. Этот запрет не отно- сился лишь к рабыням и блудницам. За надевание ими по- крывала было даже установлено наказание — 50 палочных ударов и обливание головы горячим асфальтом. Мужчина, заметивший рабыню или блудницу под покрывалом, должен был вести ее в суд, иначе ему грозило наказание: провинив- шемуся прокалывали уши и, продев через них веревку, завя- зывали ее на затылке. Кроме того, такого «преступника» заставляли работать как раба. Женщина в ту пору была унижена и бесправна. Ассирий- ский судебник говорит о ней как о рабе мужа, не имеющей права на долю семейного имущества. Муж «имеет право бить свою жену, рвать ей волосы и повреждать ей уши, и за это ему не будет никакого наказания» 2. Подобные обычаи существовали и в древнем Иране, в частности в распространенном там зороастризме — древней религии, в которой большую роль играло поклонение огню. В зороастризме женщина не имела права прислуживать в храме. Но в обыденной жизни на ней лежала обязанность постоянно поддерживать в очаге огонь, а он считался свя- щенным. И вот, чтобы не осквернять огня своим «нечистым», «недостойным бога» дыханием, женщина должна была при- крывать рот и часть носа, носить особую ритуальную по- вязку. Одним из пережитков этого обычая является яшмак, который и сейчас еще иногда носят в Туркмении 3. 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. XVI, ч. I, стр. 48. 2 Цитир. по акад. В. В. Струве. История древнего Востока. М., 1941, стр. 246. 3 К представлению о «нечистоте» женщины относится и поверие, по которому женщине будто бы нельзя входить с непокрытой головой в помещение, где лежит Коран. С этим повернем, а также пережиточ- ным представлением о волосах, как «вместилище души», связан и обы- чай ношения особых (иногда очень тяжелых, до 2—4 кг весом) жен- ских головных уборов 7
Христианская религия тоже освящает приниженное по- ложение женщины. Еще задолго до возникновения ислама «Новый завет» утверждал: «Жена да учится в безмолвии, со всякою покорностью; а учить жене не позволяю, ни властво- вать над мужем, но быть в безмолвии». (Первое послание к Тимофею, гл. II, ст. 11 и 12). Принижает женщину и иудаизм. До сих пор на утренней молитве верующий еврей славит бога за то, что он «не сотво- рил его женщиной». У древних евреев существовало много- женство, и их религия смотрела на женщину как на сред- ство удовлетворения похоти мужа. В почитаемом иудеями Талмуде говорится: «Все, что человек хочет делать с женой, он делает, — вроде как с мясом, полученным с бойни: хочет есть с солью — ест; (хочет есть) жареным — ест; вареным — ест» 1. В хозяйстве древнего араба-кочевника периода возник- новения ислама женщина также стала занимать все более подчиненное положение. Но в то время было еще много пережитков матриархата, времени, когда женщины часто имели «не только равноправное положение с мужчинами, но даже нередко и более высокое» 2. Аравитянки ходили с от- крытым лицом и принимали участие в общественной жизни. Прав современный исследователь, полагающий, что процесс «перехода от матриархальной системы к патриархальной» у арабов шел давно, но только «в течение ста лет после хиджры (то есть со времени возникновения ислама. — Л. К.) матриархальная система вообще исчезла» 3. Арабы издавна имели связи с Ираном, Месопотамией и другими странами Востока. От живших вблизи народов ара- бы усвоили некоторые культурные навыки и бытовые черты. Но эти влияния не ограничивались областью материальной и духовной культуры. Так, в исламе под воздействием зоро- астризма вместо прежних трех ежедневных молитв было установлено пять. От культовых и бытовых обычаев, суще- ствовавших в областях, в VII веке вошедших в арабское государство — халифат, происходят и такие чуждые им уста- новления, как обычай женского затворничества и ношения 1 А. Ранович. Очерк истории древнееврейской религии. М., 1937, стр. 373. 2 В. И. Ленин. Соч., т. 29, стр. 438. 3 W. Montgomery Watt. Muhammad at Medina. Oxford, 1956, p. 388. 8
женщинами ритуальных покрывал. Среди кочевых арабов эти обычаи почти не привились. Да и среди оседлых город- ских арабов женщина еще в VII веке не была совершенно бесправной. Мусульманское предание искусственно переносит введе- ние обычая женского затворничества и ношения покрывал, утвердившегося при власти халифов, ко времени пророка Мухаммеда. Но это же предание отмечает, что-де в 630 году, когда мусульмане Медины вступили в Мекку, они при- няли присягу мекканцев отдельно от мужчин и от женщин. В то время, значит, арабка-горожанка не была еще исклю- чена из общественной жизни. Известный историк ат-Табари (838—923) приводит предание о том, что халиф Омар I позвал свою жену Умм Кельсум по имени к столу, за кото- рым сидел гость. Когда же она отказалась, сославшись на то, что не одета соответствующим образом, то халиф пожа- лел об этом. Если бы она согласилась, сказал он, то ты, гость, был бы лучше угощаем. Коран, составленный и окончательно отредактированный при распространении власти арабских халифов вне Аравии, уже выдает требование ношения женщинами покрывал и их затворничества за божественное установление. Например, предлагается «дочерям... и женам верующих» плотно опу- скать «на себя покрывала свои так, чтобы не быть узна- ваемыми» (33, 59) 1. В Коране следующим образом регла- ментируется, как, когда и что следует делать женщине: «Скажи также и верующим (женщинам), чтобы они потуп- ляли свои взоры... накладывали себе на грудь покрывала, показывали бы наряды свои только своим мужьям, своим отцам, отцам своих мужей, своим сыновьям, сыновьям своих мужей, своим братьям, сыновьям своих братьев, сыновьям сестер своих, своим женщинам, невольницам, слугам таким, которые не имеют половых побуждений (т. е. кастрирован- ным, евнухам. — Л. К.), детям, которые не распознают еще женской наготы; ногами своими не ступали бы они так, чтобы выставлялись закрытые украшения их» (24, 31). Толь- ко «постаревшим женщинам, таким, которые не надеются вступить в брак, не ставится в вину снимать с себя покры- вала, если они не думают при этом хвалиться своими на- рядами» (24, 59). Не носили ритуальных покрывал, подобно 1 Употребляемое Кораном арабское слово «аль-хиджаб» толкуется как «покрывало», затворничество, «затвор» и оставляет неясным, какой формы ритуальные одежды он имеет в виду. 9
тому как это было в древней Ассирии, блудницы, прости- тутки. Но, повторяем, эти установления не привились сразу. Во всяком случае, в первые века ислама предписания Корана о «хиджаб» едва ли выполнялись строго. Неизвестно даже, имелись ли в домах арабов женские половины (гаремы) до халифа Валида II, правившего в 743—744 гг. Были случаи участия женщин в общественной и политической жизни. Бо- ровшемуся против такого положения багдадскому халифу Мутаваккилю (правил в 847—861) пришлось издать спе- циальный указ об отделении женщин от мужчин на пирах и общественных торжествах. Но и после этого обычай жен- ского затворничества неоднократно нарушался. Даже во второй половине XIII в., после захвата багдадского халифата монголами, мусульманские богословы спорили: что прилич- нее для женщины показывать — руки или лицо? Несмотря на ряд насильственных мер, обычаи женского затворничества и в других странах распространения ислама прививались плохо. Например, еще в 1221 году в Самаркан- де, по свидетельству китайского путешественника, мечети по пятницам наравне с мужчинами посещали женщины. Среди многих народов, как, например, киргизов, казахов, башкир, карачаевцев, курдов, обычаи женского затворничества и но- шения ритуальных покрывал вообще не привились. На Лак- кадивских островах Индийского океана, где до сих пор сильны пережитки матриархата, женщины не только не закрывают своих лиц, но и пользуются рядом привилегий в области наследственного права. Недавно посетивший эти острова итальянский путешественник и этнограф Аттилио Гаудио пишет: «Однажды вечером... я с удивлением увидел женщин, направляющихся в мечеть. Я подошел к старику, сидевшему у порога своей хижины, и опросил его, как это мусульмане разрешают женщинам входить в мечеть. Он мне ответил, что им не только разрешается входить в мечеть, но на каждом острове имеется женщина-имам, управляющая духовной и религиозной жизнью женской части населения» 1. В Средней Азии обычай ношения черной волосяной сет- ки — чачвана — введен, по-видимому, лишь в позднее сред- невековье, в период крайнего засилия схоластического бого- словия. При этом в узбекских и таджикских селениях па- ранджа и чачван всегда были распространены меньше, чем 1 А. Гаудио. Поездка на Лаккадивские острова. «В защиту мира», №№ 74—75, июль — август 1957, стр. 23. 10
в городах. То же характерно для Ирака и некоторых дру- гих стран, где женщина-мусульманка в поле, «в доме, коче- вой юрте или шатре работает обычно, не скрываясь от муж- чин. И наоборот, женщины носят покрывала в местах, где распространено христианство, например в некоторых горо- дах Северной Сирии. В Африке же, среди туарегов, испове- дующих преимущественно ислам, закрывают лицо не жен- щины, а мужчины. «По достижении двадцати пяти лет они получают право носить черную повязку, которой обматывают голову, закрывая рот, нижнюю часть носа и лоб; они не должны снимать ее даже ночью. Женщины, наоборот, лица не закрывают» 1. Таким образом, закрывание лица, ношение паранджи и чачвана — не только мусульманский обычай. Это пережиток варварства, далекого и тяжелого прошлого, пережиток, в ко- тором нет ничего национального или народного. Обычай ношения ритуальных покрывал и затворничества наносит женщине большой вред. Непосредственным резуль- татом ношения паранджи и чачвана являются заболевания женщин и особенно грудных детей, которых на улице матери обычно держат под этими одеяниями. Проведенные еще до Великой Отечественной войны »медицинские наблюдения по- казали, что паранджа и чачван тяжело сказывались прежде всего на зрении. Под покрывалами женщина находится в по- лутьме и ей постоянно приходится напрягать зрение. Но- шение этих «мешков рабства» подчас становилось причиной таких болезней, как трахома и глаукома («зеленая вода»). Кроме того, когда паранджа делается из тяжелого бархата 1 «Народы Африки», под редакцией Д. А. Ольдерогге, И. И. По- техина. М., 1954, стр. 326. По-видимому, этот обычай связан с пережит- ками матриархата, вообще сильными у этого древнего народа. При- нят же он был в сравнительно позднее время, как полагает Ф Р.Родд, между 600 и 1000 гг., когда нашествие арабов оттеснило их от жилищ в пески южных пустынь и они «стали туарегами, народом покрывала». (Richard St. Barbe Baker Sahara. Challenge, Лондон, 1954, стр. 65). Но в той же Африке есть и обычай ношения женщинами ритуального покрывала Так, в Триполитании, по наблюдениям современных чехо- словацких инженеров-путешественников, «в возрасте 10—12 лет всех мусульманок постигает проклятие «хаули»... «Хаули» — это широкая накидка из пятиметрового куска тяжелой шерстяной ткани. Вуаль, закрывающая нос и рот женщин Танжера или Марокко, по местным понятиям, оставляла бы слишком открытым лицо ливийской женщины. Ей разрешается смотреть на мир лишь одним глазом через узкую щель в «хаули», да и то в том случае, если муж соблаговолит выпу- стить ее из дома». И. Ганзелка и М. Зикмунд. Африка грез и дей- ствительности, т. Т, М., 1956, стр. 82. 11
с украшениями, она давит на голову и может вызвать голов- Еые боли. Температура под чачваном и паранджой иногда превы- шает на 10—12 градусов температуру окружающего воздуха, что, особенно в жаркое лето и дождливую зиму, может явить- ся причиной быстрой утомляемости и удушья. Было отме- чено, что у беременных женщин на этой почве возникали неукротимая рвота и эклампсия (родовые судороги). Но- шение паранджи и чачвана, мешающих доступу свежего воз- духа, отрицательно сказывается на физико-химическом со- ставе крови и тем самым подрывает силы всего организма. Вреден обычай ношения женщинами-матерями ритуаль- ных покрывал и для грудных детей. Под паранджой и чач- ваном матери ребенку грозят опасность перегревания и, как следствие этого, желудочно-кишечные заболевания. Через черную сетку почти не проникают ультрафиолетовые лучи солнца. Чачван, загрязненный пылью и засохшими выделе- ниями из носа и рта, подчас служит разносчиком гриппа, туберкулеза, кожных и глазных болезней. То, что ребенок лишен под чачваном и паранджой нормальных звуковых и световых впечатлений, может отрицательно сказаться и на его физическом развитии. Изготовляется чачван из недезинфицированного конского волоса. А грязный волос — это возможный передатчик воз- будителей сибирской язвы, столбняка. Поскольку чачван обычно надевается на непокрытую голову, он, растирая ко- жу, может занести инфекцию в кровь. Паранджа и чачван мешают женщине быстро ориентиро- ваться на улице и не раз являлись причиной ушибов, паде- ний и несчастных случаев. Однако основной вред от ношения чачвана, паранджи, чадры, как и другого обрядового одеяния, — социальный: этот обычай принижает достоинство человека, препятствует активному включению женщины в общественную жизнь. Не случайно поэтому передовые люди Востока, поднимая голос против женского бесправия, за приобщение женщины к нау- ке и просвещению, выступали и против ношения чадры, па- ранджи и чачвана. Видный азербайджанский поэт Мирза Шафи (умер в 1852 г.) писал: Распахни покрывало! Не прячь ты себя, Ведь не прячутся розы в саду у тебя .. Создана ты под солнцем цвести и сиять Перестань же чадрою лицо закрывать! 12
Великая Октябрьская социалистическая революция рас- крепостила женщин нашей страны. Коммунистическая пар- тия и Советская власть осуществили экономические, поли- тические, организационные и культурные мероприятия, обеспечивающие как юридическое, так и фактическое рав- ноправие женщин с мужчинами. В республиках Средней Азии в 1926 и 1927 годах была развернута широкая кам- пания за снятие паранджи и чачвана, получившая название «Наступления» (Худжум). Около ста тысяч узбечек и тад- жичек сняли и уничтожили тогда чачван и паранджу, этот «позор Востока». В стихотворении «Узбекской женщине» выдающийся об- щественный деятель, поэт и драматург Узбекистана Хамза Хаким-заде Ниязи писал в 1927 году: Сними чиммат, открой лицо, для всех прекрасной будь, Оковы на куски разбей, им неподвластной будь! Невежеству кинжал наук вонзи глубоко в грудь, Науке, мудрости мирской всегда причастной будь! Сбрасывая паранджу и чачван, женщины проклинали эти ритуальные одеяния. Заявления многих женщин были опубликованы в печати. Вот что говорили некоторые из тех женщин, которые много лет скрывали свое лицо под черной сеткой. Домохозяйка Наджми Расулова из Ленинабада писала: «Я носила паранджу до 1928 года, все время чувствовала себя больной, а под конец у меня стало портиться зрение. А сбросив паранджу, я стала здоровой и гораздо культур- нее, чем прежде». «Я три года работала на производстве в парандже, — рассказывала работница Ленинабадского шелкокомбината Совры Касымова. — От этого моя выработка была гораздо ниже, чем сейчас. Много времени уходило для закрывания лица от заходивших в цех мужчин. После того, как я сбро- сила паранджу, производительность моей работы намного увеличилась. Паранджа наносит большой вред здоровью женщины. Я знаю многих женщин, у которых плохое зрение или малокровие только потому, что они носят паранджу». Колхозница Хайра Гаидбаева из Ферганы делилась вос- поминаниями о своем тяжелом прошлом: «Я уже немолода. Волосы мои седы. Я много видела и выстрадала в жизни. Никогда не забыть, как издевались надо мной мои хозяева- баи, у которых я в непосильной работе провела молодость. В 1925 году на женском собрании в Коканде я сбросила 13
паранджу с тем, чтобы никогда больше не надевать ее. Трудно приходилось первое время. Муллы и баи шипели, как змеи, угрожали шариатом. На улице на меня показывали пальцем, как на преступницу. Все перетерпела, но не сда- лась. Сбросив паранджу, я, как прозревшая, смотрела на окру- жающее. Стала работать наравне с мужчинами, зарабатывая не меньше, а даже больше их. Как приятно и отрадно сознавать, что в создании зажиточной, культурной жизни колхозников принимала участие и я — бывшая рабыня, сей- час полноправная гражданка великого Советского Союза». Отказываясь носить паранджу, чачван, чадру, яшмак и другие ритуальные одеяния, женщины Советского Востока смело выступают против защитников этих пережитков экс- плуататорского общества, принимают активное участие в об- щественной жизни, строительстве социализма. Верующие люди иногда думают, что паранджа и чачван могут являться залогом нравственной чистоты женщины, но и это не так. Напротив, во все времена женское затворниче- ство и надевание ритуальных покрывал служили лишним поводом к развитию тайного разврата и проституции. В хан- ском и царском Туркестане было даже специальное слово для таких женщин — «купия» (тайная). Иранский поэт XI века Фахр-ад-дин Гургани в поэме «Вис и Рамин» рассказывает, что под чадрой посланники любовника проникают не только в гарем, но и в храм. Заставляя жену, дочь, мать надевать паранджу и чачван, чадру, яшмак, мужчина принижает и свое собственное до- стоинство. Он как бы стыдится своей жены, дочери, матери, а ведь они — его лучшие друзья и товарищи. Не менее уни- зителен и обычай, по которому женщина, даже если на нее надета паранджа и чачван, чадра или яшмак, на улице должна идти позади мужчины, ее мужа. Брак и семья по шариату и адату. Критика в фольклоре народов Востока установлений ислама о женщине В эксплуататорском обществе, как правило, брак — сдел- ка. Такой взгляд на брак оправдывает и ислам. За женщину, выдаваемую замуж, ее родители или родственники берут плату — калым, махр. Пока не выплачен калым, невеста не переходит в дом жениха. При этом нередко жених и невеста 14
до свадьбы даже не видят друг друга. Иногда родители за- ключали брачный договор и начинали получать по нему калым еще тогда, когда девочка только родилась. Если же и спрашивали согласия девушки на замужество, то ее ответу обычно серьезного значения не придавали. В имевшем силу закона в Средней Азии, Индии и Турции комментарии му- сульманского права «Хидая» (Руководство), составленном на арабском языке шейхом Бурхан-уд-дином Али аль-Мар- гинани (1152—1197) из селения Риштан в Фергане, указы- валось, что «молчание или улыбку (девушки в ответ на пред- ложение ей замужества — Л. К.) следует считать за согла- сие...». Мусульманские законоведы также «полагают, что... равно слезы не должны быть принимаемы за выражение неодобрения, если они не сопровождаются криком или жа- лобами» (кн. 2, гл. 2). По адату же: «девушка — это мешок орехов, ее можно купить или продать». Выплатив калым или, иначе, купив женщину, мужчина становился ее владельцем. Это положение отстаивалось шариатом, сохранившим многие установления патриархаль- но-родового и рабовладельческого общества. По закону шариата, действовавшему в Туркестане в пе- риод царизма, жена не имела права даже в парандже и чач- ване «показываться без уважительных причин в публичных местах» (гл. 1, ст. 34). «Непокорную жену, — указывалось в шариате, — муж вправе лишать свободы... Муж может развестись с женой по своему желанию и усмотрению без объяснения причин... Жена никогда не может развестись с мужем против его воли...» (гл. 11, ст. 43). В «Хидая» говорилось, что по уплате калыма «муж получает полную власть над женою» (кн. 2, гл. 3). А адат утверждал: «Как пастух может зарезать любую овцу из своего стада, так и муж вправе распоряжаться жизнью своей жены». Шариат разрешает мужу в известных случаях даже убить жену. За это он должен лишь заплатить штраф родствен- никам убитой, причем вдвое меньше, чем за убийство муж- чины. Вот что рассказывает составленный в прошлом веке офи- циальный документ — разъяснение (ривоят) высшего му- сульманского духовного лица муфтия Бухары ходжи муллы Мухаммеда Икрам-судура, подлинник которого хранится в Государственном музее Бухары: 15
«...разъяснение: Шариф-бай, будучи в полном уме и соз- нании, хорошо зная, какой вред будет от его поступков, сильно избил свою законную жену Бибиш-ой: бросив жену наземь, он топтал ее ногой, изуродовав все ее тело. От по- боев тело Бибиш-ой посинело и почернело, и она тут же скончалась. Родственники Бибиш-ой видели это и, как сви- детели, заявили кадию (шариатскому судье. — Л. К.), что «она умерла от побоев». В таком случае половину «кровных денег, полагавшихся за убийство мужчины, убийца должен уплатить родственникам покойной. Так требует шариат». В царской России за выполнением подобных решений следила полиция. Вот пример. В 1857 году в Шемахе на- сильно выданная замуж Тейфа Гаджи Зейнаб-кызы была силой взята от человека, которого она любила, и передана тому, кто заплатил за нее калым. Официальное отношение полиции, направленное муфтию — высшему мусульман- скому духовному лицу — по этому поводу, гласило: «На отношение вашего высокостепенства от 28 мая, № 32, городская полиция честь имеет уведомить, что Тейфа Гаджи Зейнаб-кызы законному ее мужу Ага Уста Гусейн- оглы возвращена 25 прошлого апреля». Случалось, что женщина, измученная кошмарным за- творничеством, предпочитала замужеству публичный дом. Известные исследователи Туркестана В. и М. Наливкины в 1886 году издали книгу о положении женщины в Ферган- ской области. «...Нередко, — писали они, — были случаи такого рода. Жена, не имеющая почему-либо возможности развестись с мужем законным порядком, или девушка, за- висящая от родителей, убегает из дому, является к содер- жателю публичного дома и просит принять ее сюда в ка- честве проститутки. Ее, конечно, принимают с большой охотой... и снабжают в долг более или менее нарядным платьем с обязательством уплатить сделанные расходы по- том, из предстоящих заработков». Когда же «является опа- сение, как бы муж или отец, напав на следы, не увел бы домой... ее уверяют, что избегнуть последнего очень легко, стоит только выдать содержателю дома долговой документ на такую сумму, которую ни она сама, ни ее родственники не были бы в состоянии заплатить. Документ выдается, и проститутка попадает в кабалу» 1. 1 В. и М. Наливкины. Очерк быта женщины оседлого на- селения Ферганы Казань, 1886, стр. 239—240. 16
Подобные факты имелись и в странах господства шиит- ского направления ислама. Так, в 1927 году в отношении Шираза (Иран) отмечалось, что «отсутствие правовой за- щиты замужней женщины способствует развитию проститу- ции. Многие женщины толкаются на этот путь благодаря тому, что (встав на него) пользуются большей относительно свободой, чем женщина, вышедшая замуж» 1. Нет ничего удивительного, что в подобных условиях ча- сто происходили самоубийства женщин. Интересно в этом отношении наблюдение М. С. Андреева, знатока быта наро- дов Средней Азии. «Характерно, — писал он, — поразитель- ное отсутствие в прошлом самоубийств среди мужчин в Средней Азии вообще, в том числе и среди таджиков в Хуфе. Как и среди прочих таджиков, самоубийства встре- чались только среди женщин, главным образом на почве дурного обращения с ними в семье» 2. Не случайны строки, вытканные на одном старом азер- байджанском ковре: Я умираю. Дочь моя Сгорит вот так же от неволи, Безрадостно прошел мой век, Бесплодно пролетели годы. В турецком султанате и некоторых других государствах, где ислам был господствующей религией, в течение длитель- ного времени проституция сохранялась и как одна из форм эксплуатации невольниц. Работорговцы оправдывали себя при этом содержащимся в Коране и шариате косвенным разрешением извлечения прибыли из принуждения принад- лежащих им невольниц к разврату. «Для приобретения вы- год в здешнем мире, — говорит Коран, — не принуждайте своих невольниц к распутству, тогда как они хотят жить честно; но если принудит их к тому кто-нибудь, то истинно, бог и после того принуждения будет милостив, милосерд» (24, 33). В «Хидая» же говорилось, что «мужчина может удовлетворить свою страсть к своей рабе каким угодно образом», «без ее согласия», ибо «право господина над рабою абсолютно». А мужчина, вступающий в брачные 1 «Сборник консульских докладов (Южная Персия)». М., 1932, стр. 50. 2 М. С. Андреев. Таджики долины Хуф (верховья Аму-Дарьи). Вып. 1, стр. 182, примеч. 1 (Труды Академии наук Таджикской ССР, т. VII, Сталинабад, 1953). 2. Зак. 302 17
отношения с чужой рабыней, обязан иметь «согласие ее господина» (кн. 44, раздел 4). О том, что эта худшая форма эксплуатации женщины — продажа ее тела — имела место еще в прошлом веке, напри- мер, у рабовладельцев Бухарского ханства, повествует на основании исторических фактов таджикский писатель Сад- риддин Айни (1878—1954) в романе «Рабы» 1. В шиитском направлении ислама был узаконен брак на срок (мут'а или сийга), юридически также опирающийся на Коран. В обоснование приводится 28-й стих 4-й главы Ко- рана, где верующим разрешено, помимо женитьбы, «искать себе удовлетворения в своих имуществах» с условием: «тем из них (женщин), которыми вы воспользовались, давайте причитающееся им вознаграждение». Этот стих Корана со- хранял одну из форм брачных отношений, существовавших в древней Аравии. Но позднее в суннитском направлении ислама такой брак был отвергнут, а стих этот стал считать- ся «отмененным». Согласно ряду мусульманских авторите- тов, после слова «воспользовались» первоначально в Ко- ране стояло: «на определенный срок», но позднее это было- де отменено пророком Мухаммедом. По другому мусуль- манскому преданию, отмену произвел не Мухаммед, а ха- лиф Омар, причем она вызвала возражение Али, ставшего затем халифом. Последний якобы сказал: «Если бы Омар не запретил брака мут'а, то бедняк не впадал бы в пре- любодеяние» 2. Временный брак — это скрытая форма проституции, средство угнетения женщины и узаконения разврата. По- нятно поэтому, что передовые деятели народов Востока всегда выступали против этого установления, принятого в шиизме. Впрочем, и в шиизме такой «брак» разрешают не все толки. Так, зейдиты считают брак мут'а запрещен- ным. Однако неправильно полагать, что в направлениях и толках ислама, осуждающих брак мут'а, не существовало 1 По последнему изданию русского перев. М., 1956, стр. 65 и след. См. также в наших Примечаниях к этому изданию «Рабов» перевод документа о продаже рабыни и ее возвращении по причине «порока в купленном» (стр. 437—438). Факсимиле этого документа приложено к изданиям «Рабов», выпущенном Таджикгосиздатом в Сталинабаде. 2 Предание содержится у Табари. Тафсир. Каир, 1321 г. мусульман- ского летосчисления, т. V, стр. 9. Ср. также другие доводы, приведен- ные А. Э. Шмидтом в статье «Из истории суннитско-шиитских отно- шений». Сб. «В. В. Бартольду», стр. 75—76, примеч. 3. Ташкент, 1927. 18
других форм угнетения женщины. Сам брак, совершивший- ся в форме купли продажи, допускавший многоженство и произвол со стороны мужа в отношении развода, не счи- тался с достоинством женщины, принижал ее, ставил в не- равноправное положение. Богачи имели большие гаремы и проводили время в разврате. Известны случаи, когда халифы и султаны имели по многу сотен жен. Так, в 1258 году, когда хан Хулагу захватил Багдад и «было повелено пересчитать халифские гаремы», то в них «подробно было перечислено семьсот жен и наложниц и тысяча человек прислуги» 1. В XIV веке в арабской Испании султан Мута- мид имел 800 жен и наложниц и около 100 детей. Султан ма- рокканский Исмаил имел 878 детей — 350 девочек и 528 мальчиков. В XIX веке в гареме иранского шаха Наср-эд- дина насчитывалось 1200 жен и наложниц. Даже в начале XX века в Турции у султана и халифа Абдул-Хамида II был гарем из тысячи жен и наложниц. Большие гаремы со многими десятками жен содержали эмир бухарский и хан хивинский. Так, последний из бухарских эмиров сейид Мир-Алим имел в своем гареме 112 жен и наложниц. А бедняки и батраки в этих странах часто оставались неженатыми, так как за всю свою жизнь они не могли собрать необходимую сумму для уплаты калыма 2. Феодалы, купцы и ростовщики делали все, чтобы под- чинить себе труженицу-мусульманку. Даже их собствен- ные жены часто превращались в даровые рабочие руки Развитие сложных ремесел, кустарных промыслов, как, на- пример, ковроделия, часто бывало связано с использова- нием женского труда. Цена (калым) на жен колебалась в зависимости от спроса на ковры и иной рыночной конъ- юнктуры. При этом не только рабыня, но и так называе- мая «свободная» женщина фактически находилась в по ложении невольницы. В странах, где господствует капитал, под покровом ша- риата и до нашего времени культивировались самые мерз- кие виды рабства. Например, разрешение жениться одно- временно на четырех женщинах малайские торговцы не раз 1 Рашид-ад-дин. Сборник летописей, т. III, M. — Л., 1946, стр. 44. 2 В этом отношении характерна и дореволюционная статистика по Средней Азии, показывающая резкое уменьшение числа женщин в семьях, имевших мало скота или совсем его не имевших. См. Л. Кли- мович. Ислам в царской России. М., 1936 гтр 137 и 380—381. 2* 19
использовали для снабжения тайных притонов «живым то варом». Агенты этих торговцев объезжали деревни и вы- искивали семьи, в которых было много дочерей. Женясь на девушках «законным», по исламу, браком, выплатив их родителям выкуп, калым, они увозили своих жен в большие города, где под предлогом развода продавали их в публич- ные дома. Учитывая, что согласно шариату женщина под- властна мужчине (своему мужу, отцу и другим членам мужской линии родства), некоторые торговцы прибегали еще и к таким способам эксплуатации женщин: женясь на матерях, они потом отправляли в притон всю семью. История стран распространения ислама не является ис- ключением в области пресловутого «женского вопроса». В. И. Ленин писал: «Все угнетенные и эксплуатируемые классы в истории человеческих обществ всегда вынуждены были (в этом и состоит их эксплуатация) отдавать угне- тателям, во-первых, свой неоплаченный труд и, во-вторых, своих женщин в наложницы «господам». Рабство, крепостничество и капитализм одинаковы в этом отношении. Изменяется только форма эксплуатации; эксплуатация остается» 1. Ужасающая бедность, в условиях которой в течение веков жили миллионы людей, породила и такие явления, как обычай «меняться женами». Но шариат этот обычай не только не осудил, но и узаконил. По шариату можно не только приобретать жен за калым или за сумму, упла- чивавшуюся шиитами по условию о «сийга», но также ме- няться женами, как любым другим товаром. В «Хидая» по этому поводу говорится: «Если кто-либо отдаст свою сестру или дочь в жены другому с таким условием, чтобы тот за это отдал ему в жены свою сестру или дочь, так что один брачный договор будет как бы в уплату за другой, то оба эти договора имеют законную силу» (кн. 2, гл. 3). В таких государствах, как Ирак, подобный закон дей- ствовал до последних лет. Об этом пишет, например, ирак- ский ученый Джафар Хайят, книга которого «Иракская деревня» удостоена премии Иракской Академии наук за 1949 год. «Женщина, — указывает он, — в большей части сельского общества, особенно племенного, является пред- метом купли-продажи, которым мужчина распоряжается согласно своей воле и прихоти. Подтверждением этого 1 В. И. Ленин. Капитализм и женский труд. Журн. «Ком- мунист», № 6, 1955, стр. 18. 20
является и бракосочетание, называемое членами племени «завадж ас-саддак». Суть его состоит в следующем. Если кто-нибудь хочет жениться и не имеет денег на калым, он находит другого такого же человека, и они отдают друг другу в жены своих родственниц — сестру, дочь и т. д. Каждый из них платит друг другу небольшую сумму, и сделка совершена. Такие браки часто заканчиваются тра- гически. Если один из мужчин, женившихся подобным об- разом, разводится, он забирает назад свою родственницу, отданную другому за калым, и вынуждает тем самым вто- рого участника этой сделки также к разводу. Если же по- следний любит свою жену и любим ею, он должен женить разведенного на другой женщине. Но разведенный, не удо- влетворившись этим, имеет право настаивать на разводе своей родственницы и требовать ее возвращения. Случает- ся, что одна из женщин, участвующих в браке «завадж ас- саддак», расходится со своим мужем и уходит к своей семье. Тогда к своей семье уходит также и другая и возвращается к мужу только по возвращении первой... Деспотизм этих традиций... ведет, как мы уже сказали, к трагедиям и гнету» 1. Единственное утешение, которое дает ислам женщине, — это право верить в то, что она, будучи безмолвной рабой в течение всей своей жизни, сможет попасть в... несуще- ствующий рай. После смерти, по Корану, покорным ска- жут: «Войдите в рай, возрадуйтесь вы и ваши супруги» (43, 70). Унижению и закабалению женщины всегда служили развитые в исламе женские суфийские 2 организации, свое- го рода мусульманское женское монашество. В средние века существовали даже особые женские суфийские мона- стыри, вроде «рибат аль-багдадийя» (монастырь багдадок), построенного в Египте госпожой Тадкарпас, дочерью мам- люкского султана Малика-аз-Захира Бейбарса (1223— 1 Дж. Xайят. Иракская деревня. Сокращ. перев. с арабск. М., 1953, стр. 56—57. 2 Суфизм, иначе тасаввуф или дервишизм, — мусульманский ми- стицизм, «созерцательность». Слово «суфизм» происходит от араб- ского «суф», т. е. шерсть; суфий — человек, носящий власяницу, сер- мягу. Дервиш — открывающий дверь, переступающий порог на пути (к богу), мистик; в переносном смысле — нищий, бродяга, бедняк. В средние века суфии образовывали крупные организации (сильсиле, «цепочки» или, иначе, ордена), и их учения в некоторых феодальных государствах Востока получали значение господствующей идеологии. 21
1277). Он был воздвигнут, по словам египетского историка аль-Макризи (1364—1442), для святой шейхини Зейнаб, обычно называвшейся «дочерью багдадки». Подобные жен- ские суфийские организации, во главе которых стояли жен- щины-шейхини, существовали также в Мекке и других ме- стах. В Средней Азии в позднее средневековье возникло особое суфийское ответвление, во главе которого стояла женщина, называвшаяся духовным наставником, ишаном Поскольку радения устраивались одиннадцатого числа каж- дого месяца, то это ответвление, его ишаны и последователи носили название «ёздахум» — одиннадцатый. Известны и особые религиозные собрания женщин, например, в Таш- кенте, на которых читались и разъяснялись мистические стихи ходжи Ахмеда Ясави и других мистиков. Были, конечно, среди суфиев люди, которые осуждали ответвление «ёздахум» как ересь. Такие возражения осо- бенно понятны в исламе, учения и законы которого на протяжении веков прививали пренебрежение к женщине; подчас высказывалась мысль, что даже родиться у жен- щины дело непохвальное! Например, о святом Шиш« (Сифе), сыне Адама, в мусульманских преданиях гово рится как о появившемся якобы из семени Адама по мимо Евы. В написанной в XV веке суфийской поэме «Се- ламан и Эбсаль» Абдуррахмана Джами (1414—1492) глав- ный герой Селаман представлен совершеннейшим созда- нием, развившимся из семени царя, минуя материнское лоно. Подобным образом у курдов (сектантов-езидов) изло- жен миф о создании богом их прародителей. А в легендах мусульман шиитского направления ислама, связанных с именем высшего духовного лица, одиннадцатого имама Хасана Аскери, утверждается, будто вообще «зачатие наше (имамов) не бывает в утробе матери, а бывает между реб- рами матери. Мы, имамы, не рождаемся от чрева матери... потому что нам, имамам, созданным из божьего света, не- прилично родиться» так, как рождаются все люди 1. Но ислам — религия сложная, в ней много непоследо- вательного. Наряду с пренебрежительным отношением к женщине есть культ женщин-святых. Существует и спе- циально приспособленная для женщин мусульманская ли- тература. В ней обычно рассказываются небылицы о раз- ных святых женщинах и даются наставления о необходи- 1 Подробнее об этих взглядах Аскери см. М. Ф. Ахундов Избран- ные философские произведения Баку, 1953, стр. 96—97. 22
мости безропотности, покорности любому унижению, не- взгодам. Примером такой литературы может служить книга био- графий святых женщин, составленная шейхом Таки-уд-ди- ном Абу-Бекром аль-Хусни под заглавием «Жития стран- ствующих по божьему пути верующих и благочестивых женщин». По словам автора, его цель — преподать для подражания современным ему женщинам образцы благоче- стия и нравственной святости. «Горе и еще раз горе вам, женщины нынешнего времени! — восклицает аль-Хусни в связи с житием благочестивой Хасаны. — Вы-то ведь яв- ляетесь противоположностью этого. Вам нравятся сыновья этого мира. Если ваш муж безбожен и пьет опьяняющие напитки и совершает другие грехи, то он вам нравится, даже если его поведение возбуждает гнев бога, и вы избе- гаете благочестивого человека, хотя его поведение угодно богу. Проклятие над вами! Как мало удовольствия вы на- ходите в вещах, которые могли бы вас привести ближе к Аллаху!» 1. Эпизоды из жизни святых женщин включались и в свод- ные мусульманские сочинения о святых, вроде «Рисаля-и- азиза», написанного Ялчигул-оглы Тадж-уд-дином как комментарий на «Твердость слабых» (Субат-аль-аджизин) мистика начала XVIII века Суфи Аллаяра. Особенно пока- зателен описанный Тадж-уд-дином случай из жизни свя- той Разийи в рассказе об основоположнике одного из ша- риатских толков Ахмеде ибн-Ханбале. Однажды, пове- ствует Тадж-уд-дин, в Багдаде к Ахмеду ибн-Ханбалю при- шла старая бедная вдова, ведшая благочестивую отшель- ническую жизнь; имя этой женщине, говорят, было Ра- зийя». Она сказала Ахмеду ибн-Ханбалю: «Высокопочтен- ный учитель! У меня в доме никогда не бывает светиль- ника, а потому пряду я только при свете лунном. В одну из ночей, когда месяц скрылся уже из чертогов мира, мимо моего дома прошел его величество халиф с фонарем, в ко- тором горела свеча. При свете халифова светильника я старалась, спешила раза два повернуть мое веретено и успела спрясть две нитки. Скажи мне, господин имам — полярная звезда нашего века, — спряденная мной (при све- те чужого светильника) нитка будет ли для меня такой 1 I. Goldzther. Muhammedanische Studien, ч. II, Галле, 1890, стр. 300. См также И Гольддиэр. Культ святых в исламе. М., 1937, стр. 39. 23
вещью, которую закон позволяет, или она будет противоза- конной? Реши этот вопрос». И Ахмед ибн-Ханбаль, вос- хищаясь поступком Разийи, называет ее за это «великой подвижницей благочестия». Подобные мотивы имеются в жизнеописаниях и других святых, поэтому рассказ о Разийе приобретает большой интерес. В самом деле, чему может служить восхваление как подвига бедной женщины ее сомнения в том, имеет ли она право на две нитки, которые, работая ночью, она спря- ла из своей пряжи при свете фонаря халифа, случайно про- ходившего мимо? Не ясно ли, что подобное назидание имело одну цель: возвеличивая феодалов и выгодные им частно- собственнические отношения, обезличить и обесценить труд простого народа. Презрение к созидательному труду народа, его таланту выражено и в ответе Разийи Ахмеду ибн-Ханбалю, расто- чавшему ей похвалы за «благочестие». «О благосклонный имам! — сказала женщина, — я такова потому, что мой род- ной брат — Башир Хафий». Итак, оказывается, если Разийя и достойна похвалы, то не потому, что совершила хороший поступок, а из-за брата, названного здесь «великим ревни- телем благочестия»! Жизнеописание «подвига» святой, как оказывается, служит ее принижению как женщины, само- стоятельно якобы ни на что не способной! Что же ответил Разийе мусульманский законовед? Тадж-уд-дин пишет об этом: «Когда имам Ахмед ибн-Хан- баль услышал имя Башира Хафия, то заплакал, залился слезами и сказал: «Для таких великих подвижников, ка- кими знаю вас, и нитка, возбудившая сомнение, есть вещь, недозволенная законом» 1. Следовательно, и этот «столп шариата» встал на защиту частной собственности, за ко- торую здесь выданы случайно осветившие прялку Разийи лучи фонаря багдадского халифа. Характерен и эпизод из жизнеописания «святого» Ша-Машраба (Баба-Рахима), по преданию, родившегося в Намангане в 1640 г. и казненного в Балхе в 1711 г. В связанном с его именем творчестве есть много вольнодумного, антиклерикального Но интересую- щий нас здесь рассказ относится к тому, как Ша-Машраб заявил о себе за два месяца до своего рождения. 1 Тадж-уд-дин. Рисаля-и-азиза. Казань, 1850, стр. 298. Ис- пользую также текст и частью перевод этого эпизода, имеющийся в хранящемся у меня архиве русского востоковеда Г. С. Саблукова (1804—1880). 24
Его мать была обременена большой семьей и, чтобы про кормить детей, принесла на базар два мотка ниток. По- видимому, ока была голодна или ее мучила жажда. На помосте торговец продавал виноград. Увидев две виногра- дины, упавшие на землю, бедная женщина подняла их и съела. Не успела она сделать и двух шагов, как услышала голос из собственного чрева: «О мать! Не боясь бога, не стыдясь его творений, зачем ты съела принадлежащее дру- гому человеку? Если ты сейчас же не вознаградишь вла- дельца этого винограда, (не родясь) я исчезну из твоего чрева». Бедная женщина, услышав эту угрозу, упала без чувств. Когда она вернулась домой и рассказала о случившемся мужу, тот велел ей взять две монеты (теньги) и отдать торговцу. Измученной женщине, к которой муж обращался со словами: «ты моя утварь» (рузкар) пришлось вновь идти на базар и отдать деньги за поднятые с земли вино- градины 1. Мораль и этого сказания ясна — воспитание женщин, как и всех верующих, в духе законов феодалов и купцов, защиты частнособственнических отношений. При их гос- подстве обездоленный не только не может помышлять о вос- стании против несправедливости, о захвате силой того, что ему принадлежало по праву, но должен трепетать при одной мысли воспользоваться даже тем, что лежит в пыли и грязи, как виноградины, упавшие с лотка торговца. Эти виноградины не нужны их владельцу. Но — предупреждает святое житие — не вздумайте воспользоваться таким «доб- ром», оно имело своего владельца и только лишь ему мо- жет принадлежать. Продала ли мать Ша-Машраба нитки, чтобы купить еду детям, остается неизвестным. И это не случайно. Ибо не высокими гуманистическими чувствами, а узкими интере- сами возвеличения и защиты собственности купеческого сословия руководствовались авторы этого эпизода из жи- тия мусульманского святого. Это не было чем-то исключи- тельным. Все подобные назидательные рассказы имели классовый характер и другими быть не могли. Однако неправильно было бы представлять дело таким образом, будто приниженное положение женщины в исламе в равной мере касалось всех женщин, вне зависимости от их классового положения. Что общего могло быть, напри- 1 См. Дивана-и-Машраб. Самарканд, 1915, стр. 14—16. 25
мер, между бедной пряхой, не знающей, как поступить с двумя нитками, которые она спряла ночью, воспользовав- шись светом фонаря халифа, и Зубайдой, женой багдад- ского халифа Харуна-ар-Рашида, только одно из платьев которой, сделанное из узорчатого шелка, обошлось в пять- десят тысяч золотых динаров? Зубайде мало было обык- новенных свечей, и она не пряла при их свете. Согласно свидетельству историка аль-Масуди (умер в 956 г.), по указанию Зубайды изготовлялись свечи из драгоценной амбры, источавшие благовоние. Ее дворец был обставлен золотой и серебряной утварью, а туфли усыпаны драгоцен- ными каменьями. К одной из ее юбилейных дат, в 810/11 го- ду, была отчеканена памятная монета (дирхем) с особой надписью. Овдовев, Зубайда во время одного из своих па- ломничеств в Мекку (весной 831 года) истратила миллион динаров, то есть золотых монет, «только на путевые рас- ходы и до двух миллионов динаров на пожертвования уче- ным в Мекке и Медине и на различные сооружения, вы полненные по ее распоряжению в обоих городах». Она же «содержала при себе сто рабынь, знавших наизусть весь Коран. Каждая из них должна была ежедневно читать одну десятую часть Корана, так что дворец Зубайды от непрерывной рецитации походил на улей» 1. Известны также случаи, когда женщины не только сильно влияли на политику государей-мусульман, чем от- личалась Зубайда, но и сами занимали престол исламского государства. Так, например, в Северной Индии делийский султан Илтутмыш (1211—1236) перед смертью передал престол своей дочери Разийе, «вопреки притязаниям сы- новей, которых он считал неспособными нести бремя управ- ления империей. Однако знать, не пожелавшая признать женщину своим сувереном, возвела на престол Рукн-уд-дин Фируза, старшего из оставшихся в живых сыновей Илтут- мыша, который был известен безволием и распущенностью Султан вел разгульный образ жизни, а ведение государ- ственных дел попало в руки его неразборчивой в средствах матери, Шах Туркан, которая некогда была служанкой в гареме. Начались вторжения извне, внутренние распри... Разийя искусно использовала дурную славу о Шах Туркан и спровоцировала разъяренную толпу в Дели схватить ее Разийя была провозглашена правительницей, Рукн-уд-дин 1 А. А. Быков. Аббасидский памятный дирхем начала IX века, «Советское востоковедение», IV, 1947, стр. 86—87.
был схвачен и убит... Хотя правление женщины не было чем то новым для мусульман и такая возможность ими при- знавалась, все же, — по мнению современных индийских историков, — существовало некоторое предубеждение про- тив Разийи. Она, по-видимому, оскорбила чувства право- верных мусульман, отказавшись от женской одежды и уеди- нения в зенане (на женской половине дворца. — Л. К.). Она носила мужскую одежду и открыто вершила государ- ственные дела как при дворе, так и в походе... Разийя была единственной женщиной, которая занимала престол Дели Она правила в течение трех с половиной лет. Хотя ее про- тивники в конце концов оказались сильнее, все же она была несомненно замечательной женщиной. Минхадж-уд-дин описывает ее как «великую, проницательную правительни- цу, справедливую, благодетельную покровительницу уче- ных, творящую правосудие, заботящуюся о своих поддан- ных, обладающую военным талантом и наделенную всеми замечательными качествами и свойствами, необходимыми правителю». Историк, однако, с горечью восклицает: «Но что дали ей все эти замечательные достоинства?» 1. Конечно, случаи, когда в средние века женщина-мусуль- манка стояла у власти, были единичны и поэтому не могут характеризовать вопрос о положении женщины в целом К тому же и эти отдельные женщины-правительницы ничего не сделали для облегчения правового положения и жизни тружениц, то есть абсолютного большинства женщин Во- стока. Шариат же предлагал мужьям по-разному отно- ситься к женам, взятым из семей знати и богачей и из среды людей бедных и обездоленных, а тем более рабов. В «Хи- дая» есть особый подраздел, озаглавленный: «Когда жены разных состояний, то раздел сожительства между ними сообразуется с этим обстоятельством». С ссылкой на при- мер халифа Али (правил в годы 656—661) здесь доказы- вается, что у одного и того же мужа-многоженца «брач- ные права рабыни меньше брачных прав свободнорожден- ной женщины» (кн. 11, гл. 6). Приниженное, неравноправное положение женщины в исламе, продолжавшееся веками, тяжело сказалось не только на семейных отношениях и домашнем быте, но и на всей общественной жизни. Запрещая женщине выступать в театре, мусульманские законы мешали развитию искус- 1 Н. К. Синха, А. Ч. Банерджи История Индии. Перев. с англ. М., 1954, стр. 151—152. 27
ства. Даже там, где появлялись первые ростки националь- ного театра, женские роли исполнялись мужчинами. Так, в Баку при постановке в 1908 году азербайджанской оперы «Лейли и Меджнун» все женские роли, в том числе и ли- рическая партия Лейли, исполнялись мужчинами. Только после Октябрьской революции с расцветом театра в респуб- ликах Советского Востока женские роли исполняются жен- щинами. Но за рубежом, в странах, где ислам сохраняет значение господствующей религии, поддерживаются старые порядки. Например, в Афганистане, в Кабуле, где нацио- нальное театральное искусство только начинает разви- ваться, в поставленных любителями спектаклях, включая пьесы европейских классиков, женские роли исполнялись мужчинами. О феодальных пережитках, поддерживаемых исламом, говорит и внешний облик многих восточных городов и се- лений, где дома построены без окон на улицу или окру- жены высокой глухой оградой. Остатки этого феодального прошлого сохранились в Бухаре, Хиве и других городах Средней Азии; их можно видеть также на зарубежном Во- стоке, например в Пакистане, Иране, Ираке. Приниженное положение женщины поддерживается ко- лонизаторами, видящими в этом одно из средств сохране- ния своего господства. В резолюции «О социальном разви- тии стран Азии и Африки», принятой Конференцией соли- дарности стран Азии и Африки, происходившей в Каире с 26 декабря 1957 года по 1 января 1958 года, говорится: «...империализм препятствовал и продолжает препятство- вать благополучию семьи как главной основы общества и как важнейшего социального института, результатом чего является ослабление, а зачастую и распад этого институ- та... женщины и дети в странах, находящихся под властью колонизаторов или под воздействием пережитков коло- ниализма, лишены в различной степени своих социальных прав и подвержены различным методам эксплуатации»1. Тяжелые результаты хозяйничания колонизаторов в ря- де стран столь выразительны, что о положении женщины не могут молчать и отдельные ученые государств Востока. Характерны, в частности, выводы профессора Лахорского университета С. М. Ахтара, сделанные на основе сравни- тельного изучения численности женского и мужского насе- 1 «Правда», 4 января 1958 г., № 4. 28
ления ряда стран. Согласно приведенным им данным, на- пример, если в ряде государств Западной Европы на 1000 женщин приходится от 896 (Западная Германия) до 994 (Голландия) мужчин, то в государствах Востока наблю- дается превышение не женского, а мужского населения. Так, на 1000 женщин в Турции приходится 1011 мужчин, в Пакистане — 1128, в Иордании — 1154 мужчины. То, что на Западе женское население, как правило, количественно превышает мужское, объясняется, по словам Ахтара, «от- части уменьшением количества мужчин в результате двух последних войн и отчасти естественным демографическим явлением, заключающимся в большей жизнеспособности женщин (возможно, по биологическим причинам). В стра- нах Азии эта естественная тенденция не наблюдается вслед- ствие особых общественных условий, ставящих женщину в худшее положение по сравнению с мужчиной: в детском возрасте о ней проявляется меньше заботы, а будучи взрос- лой, она страдает от общественного неравноправия. Более того, среди женщин высока смертность во время деторож- дения, причина которой кроется в невежестве и недоста- точной медицинской помощи. В результате на полуострове Индостан женского населения всегда было меньше муж- ского» 1. «...Наиболее важной причиной высокого уровня за- болеваний и смертности были всеобщая бедность и темнота широких масс населения, ведущие к недоеданию и истоще- нию человеческого организма» 2. Факты говорят о том, что излюбленные в буржуазных кругах Запада рассуждения об угнетенном положении женщин стран распространения ислама, как явлении, яко- бы присущем «характеру восточного человека», есть не бо- лее как клевета, распространяемая в целях прикрытия без- жалостной эксплуатации женщин Востока, их расовой дис- криминации 3. Не случайно в постановлении «О расовой 1 С. М. Ахтар. Экономика Пакистана. Сокращ. перев. с англ. М., 1957, стр. 36. За этот труд С. М. Ахтар удостоен Большой Золотой медали Всесоюзной сельскохозяйственной выставки. См. «Известия», 31 января 1958 г., № 26. 2 С. М. Ахтар. Там же, стр. 38. 3 Дискриминация — ограничение в правах, в том числе по призна- кам пола, политических и религиозных убеждений. Расовая дискрими- нация — умаление прав колониальных и зависимых народов по мотивам их расовой принадлежности, цвету кожи, издевательское отношение к национальным меньшинствам в капиталистических государствах, на- пример к неграм в США. 29
дискриминации» Каирской конференции солидарности стран Азии и Африки рекомендуется всем правительствам стран, где практикуется расовая дискриминация, принять меры с целью обеспечить «равную заработную плату муж- чинам и женщинам в соответствии с выполняемой работой и отмену принудительного труда» 1. Униженное положение женщины, освящавшееся исла- мом, никогда не имело ничего общего с отношением к ней народа. Народ всегда высоко ставил женщину. В народном художественном творчестве женщина — верный друг и то- варищ мужчины, образец ума, смелости, находчивости и заботливости. Таковы, например, Гулаим и ее подруги в ка- ракалпакском героическом эпосе «Сорок девушек» («Кырк кыз»). В подлинно народных произведениях осуждаются и высмеиваются те люди, которые поступают по законам ша- риата и адата: против желания девушки продают ее или покупают (за калым), разлучают с любимым юношей, вы- давая замуж за нелюбимого. В Закавказье, где бок о бок живут грузины, армяне и азербайджанцы, давно бытует азербайджанское сказание «Асли и Керем», герои которо- го — девушка-армянка и юноша-мусульманин, горячо по- любившие друг друга, — одерживают верх над жестокими законами, разлучавшими их. В дореволюционной татарской песне «Баит Хаерни- сы» народ заклеймил позором попа, муллу и станового, надругавшихся над русской девушкой и татарином-джиги- том, полюбившими друг друга. И за что страдало двое Юных, любящих, простых? И зачем их было мучить, Доводить до смерти их? Обожгла любовь джигита, С русской девушкой свела, И кому б они мешали Тем, что жизнь у них светла 2. Если подчас и в нашей стране еще можно услышать пословицы и поговорки, принижающие женщину, то это — пережиток, след темного, далекою прошлого. «Если хо- чешь поступить правильно, — внушает мусульманская мо- 1 «Правда», 4 января 1958 г., № 4. 2 «Антология татарской поэзии». Казань, 1957, стр. 40, перевод В. Каржавина. 30
раль, — то спроси женщину и поступи наоборот» 1. Подлин- ная народная мудрость говорит совсем другое. Туркмен- ские пословицы о женщине, например, гласят: «Она родит, она и на ноги поставит»; «Без матери и отца не было б молодца»; «Язык немого мать поймет»; «У кого нет жены, у того нет близкого». В фольклоре женщина-мусульманка нередко выступает как разоблачительница тех служителей культа, кто учит верующих одному, а сам поступает по-другому. Такова, например, маленькая курдская новелла про муллу Ба- зида, который «в пятницу в мечети, не подозревая, что в толпе стоит и его жена, в горячей проповеди призывал отдавать нищему и вторую смену платья, и второй кусок хлеба; вернувшись же домой, очень сердился, узнав, что опередившая его при возвращении жена не может ему дать чистой рубахи, так как, следуя его призыву, отдала ее нищему, и не может подать ему обеда, так как успела накормить нищего тем, что было приготовлено для муллы. И в гневе воскликнул мулла: «Так я ведь проповедь гово- рил не для себя, а для других, чтобы другие давали мне, а не ты отдавала другим мое!» 2. Борьба женщин против пережитков прошлого — важное звено в борьбе за их демократические права Тяжелое положение женщины-мусульманки не могло не привлечь внимания лучших людей Востока. Они подняли голос как против ношения паранджи, чачвана, чадры и дру- гих ритуальных покрывал, так и против многоженства, за- творничества, лишения женщины возможности принимать участие в общественной жизни, а также против воспитания ее в духе религиозного ханжества. Еще в XI веке знаменитый арабский поэт и философ Абу-ль-Ала аль-Ма'арри писал, обращаясь к девушке, ре- шившей совершить паломничество в Мекку: «Девица, оста- 1 Это высокомерное изречение в мусульманских сочинениях воз- водится к пророку Мухаммеду. Например, в широко известной «Авто- биографии Тимура» читаем: «Посланник Аллаха сказал, что следует советоваться с женщиной, но только для того, чтобы поступать как раз противоположно тому, что посоветует женщина». Автобиография Ти- мура. Богатырские сказания о Чингиз-хане и Аксак-Темире. Перев. с тюркск. и джагатайск. яз. М., 1934, стр. 117. 2 И. Орбели. Басни средневековой Армении. М. — Л., 1956, стр. 26. 31
новись!.. Замени путешествие туда добром, которое ты со- вершила, и если потребуется доброе дело, то скажи быстро: хорошо!» 1 Другой выдающийся средневековый мыслитель Иби- Рушд (Аверроэс, 1126—1198) из Кордовы решительно вы- сказывался против женского рабства, требовал равнопра- вия женщин, предоставления им возможности участвовать в государственных делах и общественной жизни. В том же XII веке в Азербайджане великий Низами создает обаятельные образы женщин-правительниц. Кра- савица Ширин, героиня поэмы «Хосров и Ширин», по своим моральным качествам намного выше царствующего Хосро- ва. Осуждая обычай многоженства и даже мысль, будто любовь можно делить между несколькими женами, Низами в поэме «Искендер-намэ» писал: Лишь одною женой нас обрадует рок, Муж при множестве жен не всегда ль одинок? 2 О том, что жизнь в многоженстве — это свара и муки, не перенеся которых муж «выскочил за дверь и убежал из дома», красочно рассказано в миниатюрной персидской сказке «Троеженец». Сюжет ее может быть кратко передан азербайджанской пословицей, записанной еще в прошлом веке в Ширване: «У двоеженца дом всегда не подметен». Но, конечно, при браке по шариату или адату главной страдающей стороной оставалась женщина, с чувствами которой не считались. В стихотворении «Молодая женщи- на» классик башкирской и татарской литературы Мажит Гафури писал в 1910 году: И шестнадцати нет ей, а мужу ее — шестьдесят! Замуж выдали силой, — ни жить, ни вернуться назад... Муж седой и горбатый, давно уж свое отлюбил, Но ее красоту он за звонкие деньги купил. И живет она, плача в тоске день и ночь напролет, — Жизнь давно ей постыла, да только и смерть не идет... 1 А. Kremer. Kulturgeschichte des Orients unter den Chalifen, II, стр. 393, Вена, 1877. 2 Низами. Искендер-намэ. Перевод К. Липскерова. М., 1953, стр. 505. 32
Да п как не рыдать ей, несчастной? Поймите, она Не на час или день — на всю жизнь старику отдана! 1 Неправильно, однако, полагать, что женщина стран распространения ислама безропотно подчинялась унижав- шим ее средневековым мусульманским законам. Уже то, что порой, как мы знаем, женщина предпочитала исполне- нию этих законов смерть, было следствием не только безыс- ходности и отчаяния, но и протеста. Еще совершенно недо- статочно изучены песни и другие произведения художе- ственного слова, в которых женщина Востока выражала свои мечты и чаяния. Но и из немногого, собранного в этой области, можно судить о том, что в них главным являлось стремление любым путем освободиться от неравноправия и беззащитности, бывших уделом миллионов женщин. В баш- кирском фольклоре был развит даже особый жанр обря- довых женских песен сенляу, в которых в форме плача по девушке, отдаваемой за калым многоженцу, да еще ста- рику, выражался протест против законов шариата. Обращает на себя внимание факт активного участия женщин во многих демократических движениях, даже если они и принимали сектантскую или суфийско-еретическую окраску. В таких движениях подчас выдвигались требова- ния отказа от обязательного ношения ритуальных покры- вал, от женского затворничества и т. п. Так, в XVI—XVII вв. в Афганистане женщины принимали большое участие в де- мократическом движении рошанитов, имевшем религиоз- ную окраску. Причем этот факт, по-видимому, обеспокоил врагов рошанитов. Последнее следует, в частности, из того, что их противник ахунд Дарвеза, являвшийся союз- ником феодалов и монгольских государей, в книге «Махзан уль-ислам» (Сокровищница ислама) настаивает на необ- ходимости затворничества женщин и соблюдении всех тре- бований суннитского направления ислама; он объявил гре- ховными даже такие излюбленные развлечения афганцев, «как пение и пляски» 2. 1 М. Гафури. Избранные стихотворения. 1953, стр. 32. Перевод П. Шубина. 2 М. Г. Асланов. Народное движение рошани и его отражение в афганской литературе XVI—XVII вв «Советское востоковедение», 1955, № 5, стр 128. 3 Зак. 302 33
В XIX веке против обязательного ношения ритуальных женских покрывал в Иране выступали сектанты ба- биды. С развитием капитализма и ростом национально-осво- бодительной борьбы возникает женское движение, ставя- щее целью достижение равноправия женщин с мужчинами в культурной, общественно-политической и экономической областях. Египетский публицист Касим Амин (1865—1908), вы- ступивший в конце XIX в. с книгами «Освобождение жен- щины» и «Новая женщина», в которых впервые детально изложил программу раскрепощения женщины-мусуль- манки, вызвал оживленные споры и заслужил широкую из- вестность как «вождь борцов за освобождение женщины». Касим Амин резко осуждал порядки, освященные шариа- том. Он указывал, что современные ему мусульмане не ответственны за недостатки прежних поколений и должны считать позорной мысль, будто существующие обычаи яв- ляются лучшими и совершенными для всех времен и лю- бой из стран. «Женщина, обязанная закрывать видимые части тела так, что не только не может ходить или ездить, но даже с трудом дышит, смотрит и говорит, — писал он, — должна считаться рабыней». «Женщина, которую отец гонит, как животное, к неведомому ей мужу, про которого она не знает ничего, чтобы разобраться в его действительных качествах и выработать себе какое-нибудь мнение о нем, не может считаться свободной, — она поистине рабыня». «Муж, ко- торый запрещает своей жене выходить из дома... не ува- жает ее свободы. В этом смысле она не только рабыня, но арестантка... Если бы мусульмане считались с мнением своих глупых законоведов...тогда для них было бы обяза- тельным заключить в тюрьму своих жен, позволяя им выйти только, чтобы навестить родственников в два праздника (то есть на праздник жертвоприношения — курбан-байрам и на праздник окончания поста — ураза-байрам, или, иначе, ид-аль-фитр. — Л. К.). А еще лучше, если она совсем не будет выходить: они ведь считают славой для себя, если женщина покидает свое заключение, только когда ее несут к могиле... Женщина, которая должна изучать лишь основы бого- почитания, как говорят юристы с их последователями, или 34
не должна изучать ничего, кроме ограниченных начатков некоторых наук, может считаться рабыней...» 1 Несмотря на ограниченный просветительский характер выступлений Касима Амина, они способствовали деятель- ности возникших в то время в ряде стран Ближнего Восто- ка женских культурных организаций. В Египетском уни- верситете вскоре было организовано специальное женское отделение. Новый толчок женскому движению дала первая русская революция. В Тегеране во время иранской революции 1907— 1911 гг. происходили женские собрания (в том числе жен- ский митинг 20 января 1907 года), на которых выносились требования об открытии женских школ, отмене обремени- тельного калыма и т. п. И хотя в этом движении многое еще продолжало быть ограниченным рамками буржуазного просветительства, в целом оно сыграло немаловажную роль в пробуждении национального самосознания народов Во- стока. Для дальнейшего подъема женского движения на Ближ- нем и Среднем Востоке, его массовости и, главное, большей связи с антиимпериалистической борьбой важнейшее зна- чение имела Великая Октябрьская социалистическая рево- люция, в победе которой выдающуюся роль сыграли жен- щины нашей страны. В 1919 году женщины Египта деятельно участвовали во всенародном восстании против иностранного протектората и оккупации, за национальную независимость. Современный египетский историк Абдаррахман ар-Рафии пишет по этому поводу: «Женщины по мере своих сил и возможностей при- нимали активное участие в восстании, проявляя свои пат- риотические чувства: они писали патриотические статьи и побуждали мужчин к героическим поступкам, они высту- пали организаторами демонстраций, созывали собрания, создавали комитеты. Женщины были активными участни- цами движения, приведшего к патриотическому подъему нации; они нередко подвергались преследованиям и пере- носили невзгоды, связанные с участием в этой борьбе» 2. 1 Касим Амин. Новая женщина. Перев. со 2-го арабск. изд. И. 10. Крачковского, СПБ, 1912, стр. 22-24. (Приложение к журн. «Мир ислама»). 2 Абдаррахман ар-Рафии. Восстание 1919 года в Египте. История национально-освободительного движения 1914—1921 годов. Сокращ. перев. с арабск М , 1954, стр. 92. 3* 35
Характерна запись героини рассказа египетского писа- теля Исы Убейда «Дневник Хикмет Ханум», относящаяся к 11 апреля 1919 года (рассказ посвящен первому этапу восстания 1919 года в Египте): «...Я задумалась о той роли, которую играла русская женщина, чтобы приобрести сво- боду своей родины. Какие только страдания пришлось ей перенести на пути к этому — и ссылку, и тюрьму, и болезни, и холод, и голод! И в душе у меня вспыхнули чувства со- страдания и нежности, а вслед за ними восторг и стрем- ление к самопожертвованию» 1. В 1926 году в Турецкой республике был введен новый гражданский кодекс и воспрещено многоженство. Граждан- ский брак был признан обязательным. Аналогичные ре- формы происходили и в некоторых других странах Востока. Но проведение их в жизнь встречало большие препятствия как со стороны местных феодально-клерикальных и ча- стично буржуазных кругов, так и особенно со стороны им- периалистов. Тяжелое экономическое положение Турции и буржуазная ограниченность проведенных реформ привели к тому, что там и после второй мировой войны сохраняются многие феодальные пережитки, в том числе и женское не- равноправие. Не раз в турецкой печати отмечались факты продажи женщин и даже наличия особых организаций, агенты которых похищают девочек и продают их как внутри страны, так и за ее рубежами. В этих условиях многие жен- щины в Турции, ранее сбросившие чадру, надели ее снова. Постановления отдельных городских муниципалитетов, за- прещающие чадру, а также правительственное распоряже- ние 1928 года, обязывавшее женщин, состоявших на госу- дарственной службе, надеть вместо платков шляпы, конеч- но, не дали больших результатов. Это были реформы адми- нистративного порядка, которые ни к какому серьезному перелому привести не могли. Преградой к проведению их стали, прежде всего, влиятельные круги мусульманского духовенства Турции не только в сельских местностях, но и в городах. Турецкая газета «Ватан» в номере от 1 июня 1954 года писала, что «имам мечети Святого плаща (Хыр- ка-и-шериф джами) в Стамбуле пытался запретить тур- чанкам в современной одежде вход в мечеть». Тогда же обозреватель турецкой печати указывал, что «постоянное 1 Цитир. по перев. И. Ю. Крачковского «Советское востоковедение», III, 1945, стр 6 36
увеличение числа закрытых женщин в небольших анато- лийских городах и даже Стамбуле заставило четырех жен- ских представительниц демократической партии в Великом национальном собрании... предложить распространить за- кон об одежде от 25 ноября 1925 года (kiyafet kanunu, по которому вместо фески предлагалось носить шляпу. — Л. К.) на женское черное покрывало (фаршаф)» 1. Однако и это мероприятие существенных результатов не дало. Подобная же картина наблюдалась и в Иране, где, как признают даже буржуазные авторы, «проведенная принуди- тельным порядком при Реза-шахе эмансипация женщины была... не настоящим освобождением. Возврат к покрывалу всеобщий, исключая прозападно настроенные круги. ...Его (покрывало, чадру) приняли снова добровольно, хотя му- сульманское духовенство более или менее на этом настаи- вало...» 2. В этом сообщении отражена характерная черта совре- менного освободительного движения женщин зарубежного Востока, его непосредственная связь с борьбой против коло- низаторов В условиях страны, на жизни которой тяжело отзывается насилие колонизаторов, женщины не хотят даже своей одеждой походить на тех, кто их угнетает. Только у обычно немногочисленных «прозападно настроенных кру- гов» такого стремления, естественно, не было. Это наблю- дение станет еще яснее, если принять во внимание, что оно относится к 1951 —1952 гг., к периоду ожесточенной борьбы иранского народа за национализацию нефтяных богатств своей страны, за прекращение их разграбления английскими империалистами. Причем в последнем случае возвращение к покрывалу не было равносильно отказу от участия в об- щественной жизни. Напротив, уже 9 марта 1951 года в Те- геране произошла массовая демонстрация женщин и детей. «В ней приняло участие 5 тыс. женщин и 15 тыс. представи- телей трудящихся, приветствовавших женщин-демонстран- ток» 3. Возникли новые женские организации демократического характера. В мае 1953 года в Первом национальном кон- грессе иранских женщин, состоявшемся в одном из приго- 1 «Die Welt des Islams», N. S. Лейден, IV, 1955, № 1, стр. 60. 2 Сообщение Э. Кристофель, перепечатанное в «Die Welt des Islams», N. S., III, 1954, № 3—4, стр. 276. 3 А. В. Башкир ов, Экспансия английских и американских им- периалистов в Иране М . 1054 стр. 274. 37
родов Тегерана, участвовало 400 делегаток разных горо- дов и населенных пунктов Ирана и более С00 гостей. Кон- гресс принял решения о борьбе за национальную незави- симость страны, о положении детей, о правах иранских женщин, избрал иранскую делегацию на Всемирный кон- гресс женщин и т. д. Борьба женщин Ирана за свои права, свободу и демократию не прекращается и в наши дни. Достижение национальной независимости и суверени- тета страны, как правило, облегчает борьбу с женским за- творничеством, открывает широкие возможности для жен- ского движения. «Завоевание независимости, — пишет о современном Тунисе журналист Т. Шемла, — положило конец порожденному колониальным режимом застою обще- ственной жизни. Например, эмансипация тунисской жен- щины была затруднена до тех пор, пока отказ от ношения чадры мог быть воспринят как уступка французскому влиянию; ношение чадры считалось проявлением тунисской самобытности. Сейчас нет больше почвы для такого сме- щения понятий. Недавно в одной манифестации участвова- ли сотни тунисских спортсменок; они шли с открытыми ли- цами...» 1. Конституцией Республики Египет, принятой путем пле- бисцита 23 июня 1956 года, женщине предоставлены рав- ные права с мужчиной. Статьей 19-й этой Конституции спе- циально предусмотрена помощь женщине: «Государство облегчает женщине сочетать ее общественный труд с обя- занностями в семье» 2. В новой провинции Египта — ат-Тах- рир (Освобождение) — есть поселок Умм Сабер, назван- ный так по имени египетской патриотки, погибшей в борьбе с оккупантами в зоне Суэцкого канала. На гуманитарных факультетах Каирского университета одна треть учащих- ся — девушки, много их и на других факультетах. Естественно, что новые условия вызывают и соответ- ствующие течения в исламе, выражающиеся, например, в разрешении женщине посещать мечеть не на хорах или специальных местах за решеткой, а в общем зале с муж- чинами. В египетском фильме, посвященном третьей годов- щине провинции ат-Тахрир, показано, что женщины с от- крытыми лицами находятся в мечети вместе с мужчинами, хотя и стоят там группой, занимая как бы несколько об- 1 Т. Шемла. Тунис. «В защиту мира», июнь, 1956, № 61, стр. 14. 2 «Конституция Республики Египет», М , 1956, стр. 10. 38
особленное место. Фильм толкует это новшество как воз- вращение к обычаям первоначального ислама. В 1956 году египетские женщины вместе со всем наро- дом приняли деятельное участие в мужественной защите своей родины от англо-франко-израильских агрессоров. Проявляя бесстрашие и отвагу, отряды патриоток брались за оружие, оказывали помощь раненым. «Скорее Нил поте- чет назад, чем мы согласимся снова влачить жизнь ра- бов», — так выразила свои чувства одна из патриоток, сту- дентка агрономического факультета Каирского универси- тета Фавкия Камаль 1. Но нельзя не видеть, что на пути к полному освобожде- нию женщин-мусульманок зарубежного Востока стоят еще очень большие трудности. Их много и в государствах, до- бившихся независимости, где женщина получила право голоса. Так, по словам индонезийского журналиста И. Су- карно, «брачные положения большей части населения Ин- донезии, которое исповедует мусульманство, основаны на обычном праве, которое подвержено влиянию мусульман- ских религиозных законов. Чтобы оценить эти положения, следует помнить следу- ющее: 1. Ни обычное право, ни магометанские предписания не запрещают бракосочетания в детском возрасте. 2. Обычное право и магометанские предписания разре- шают многоженство. 3. По обычному праву, так же, как и согласно магоме- танским предписаниям, добиться развода со стороны мужа намного легче, чем со стороны жены» 2. В таких странах, как Иран и Ирак, женщины лишены избирательного права. При этом, например, в Ираке, по данным миссии, посланной Международным банком ре- конструкции и развития по просьбе иракского правитель- ства, женское население, «как правило, поголовно негра- мотно. В городах, за исключением таких, как Багдад, Мо- сул, Киркук, Басра, грамотность среди женщин... едва пре- вышает 1%» 3. В Иране, как отметил ездивший туда с науч- 1 См. корреспонденцию Н. Драчинского «Каир, 6 ноября». «Огонек», 1956, № 46, стр. 4. 2 С у к а р н о. Индонезия. Краткий очерк. Перев. с англ. М., 1956, стр. 72. 3 Краткие сообщения Института востоковедения АН СССР, XIV. М, 1955, стр. 90; рец. М Ф Гатауллина. 39
ной целью проф. Н. Щербиновский, «во всех оазисах и в самом Бендер-Аббасе «новичков» из нашей экспедиции поражал вид женщин белуджских и других малых народ- ностей: начиная с 8—9-летнего возраста они ходят в чер- ных масках (род чашм-банда. — Л. К.), закрывающих пол- ностью верхнюю часть лица. Только глаза блестят сквозь узкие прорези. На голове чадра, а до ступни спускаются черные узкие штаны, украшенные внизу красивой, тонкой вышивкой. Даже в поле женщины работают в масках при жаре, достигающей летом 50°» 1. В Пакистане женщины не только ходят под покрыва- лами, но и более того, например в Карачи, в трамвае они «с закрытыми лицами теснятся в своем особом отделении, куда не смеет зайти мужчина» 2. В некоторых государствах Аравийского полуострова до недавнего времени существо- вало женское рабство, поддерживавшееся мусульманским законодательством. Господство средневековых законов о браке, ставящих женщину в неравноправное положение, характерно для всех колониальных и зависимых стран. Так, «среди сомалийских магометан многоженство — распространенное явление... Вне (домашнего) хозяйства всю работу выполняют мужчины, в то время как их жены сидят дома взаперти и выходят только за самыми необходимыми покупками. Выбор жены — вопрос цены, которую жених должен заплатить отцу не- весты» 3. Чехословацкие инженеры-путешественники И. Ган- зелка и М. Зикмунд, наблюдавшие эти порядки, правильно связывают их с политикой, в течение многих десятилетий проводящейся колонизаторами. «...Во всех африканских колониях, — пишут они, — ев- ропейские властители придерживались общего принципа: не допускать подъема культурного уровня угнетенных на- родов. Всеми возможными способами они изолировали ко- ренных жителей от любых источников образования, настой- чиво поддерживали старые традиции, способствующие по- рабощению широких слоев местного населения. В бывшем Итальянском Сомали колонизаторы построили сеть хоро- ших асфальтированных и бетонированных дорог, развили 1 Проф. Н. Щербиновский. 20 000 километров по Ирану. «Огонек», 1956, № 25, стр. 26. 2 И. Марек. Карачи. Перевод с чешского. «Огонек», 1955, № 26, стр, 17. 3 И. Ганзелка и М. Зикмунд. Африка грез и действитель- ности, т. П. М , 1956, стр. 72. 40
автомобильный транспорт, возвели строения из стали и бе- тона в главном городе Могадишо. Но итальянцы стара- тельно следили за тем, чтобы эти внешние изменения как можно меньше коснулись отсталых взглядов и традиций сомалийцев. Колонизаторы знали, что сохранить власть над широкими слоями сомалийского народа они смогут, только пока этот народ будет отсталым, несознательным и разоб- щенным, пока он сам не поймет, как белые пришельцы гра- бят его землю, и не будет в состоянии организовать отпор» 1. Хозяйничание французских колонизаторов в районах Сахары привело к тому, что, как признает английский уче- ный Р. Бейкер, вожди туарегов «этих областей фактически запретили браки, и женщины отказываются растить детей, не желая обрекать их на голодную смерть» 2. Бесправие женщин в странах Востока, поддерживав- шееся колонизаторами, — яркое выражение сущности по- литики господствующих классов капиталистической Ев- ропы в женском вопросе. Даже среди буржуазных исламоведов находились та- кие, как немец Отто Паутц, считавший необходимым «ре- шительно высказаться за замкнутый, ограниченный пре- имущественно домом и семьей образ жизни мусульманок, против обычного в западных странах свободного и непри- нужденного воспитания женщины». Участие женщины в об- щественной жизни казалось этому реакционеру противным ее «естественному назначению, а организация женских гим- назий и допуск девушек к обучению в университетах и т. п. — глупостями» 3. К счастью, теперь не конец XIX века, когда писал Паутц, и человечество идет вперед, в целом успешно преодолевая подобные призывы реакционеров. И на Востоке и на Западе миллионы женщин активно участвуют в общественной жизни, все более объединяя свои силы в борьбе за мир и демократию. Но и теперь есть еще женщины, не избавившиеся от многих предрассудков, в том числе от пережитков ислама и других религий. И в нашей стране кое-где еще сохраня- ются эти темные следы прошлого. В Средней Азии и на 1 И. Ганзелка и М. Зикмунд. Африка грез и действитель- ности, т. II. М.. 1956, стр. 74. 2 Ричард Ст. Б. Бейкер, указ. соч., стр. 70. 3 О. Раutz. Muhammeds Lehre von der Offenbarung. Лейпциг, 1898, стр. 286—287, примеч. 2. 41
Кавказе есть женщины, которые носят чадру, паранджу и чачван, яшмак. Бывают случаи умыкания (похищения) невест, выдачи замуж несовершеннолетних. Встречаются еще отсталые люди, запрещающие дочерям учиться, беру- щие калым при выдаче их замуж. Известны также факты, когда молодые женщины и девушки, не желающие под- чиняться унизительным религиозным обрядам и обычаям, адатам, подвергаются травле со стороны родителей, мужа, лиц, находящихся в плену религиозных предрассудков. Обращаясь за поддержкой и помощью к представителям общественных и советских организаций на местах, молодые женщины и девушки не всегда встречают с их стороны должное понимание и защиту. О таких фактах не раз пи- салось за последние годы в партийной и комсомольской печати. Были отмечены даже отдельные случаи самосож- жения девушек, не желавших переносить бесправного по- ложения в семье 1. Наподобие упомянутых выше «ёздахум» в некоторых городах и селениях и теперь еще существуют своего рода религиозные общины или группы, возглавляемые женщи- нами — охранительницами старых обычаев, разного рода абстай-бике, атынбу, ходым и т. п. лицами. Для поддержа- ния пережитков старого быта и связанных с ними рели- гиозных верований они устраивают индивидуальные и груп- повые собеседования и чтения, особые посещения женщи- нами почитаемых гробниц и иных «святынь», поддерживают веру в «святых покровительниц», в гадания и наговоры и т. п. Через женщин, находящихся под их влиянием, охра- нительницы старины пытаются оказывать тлетворное влия- ние на семью. Особенно следят они за выполнением таких ритуальных обрядов, как обрезание — суннат, религиозный брак — никах, похороны, пост-ураза, выплата калыма и т. д. Для удержания женщины под влиянием религиозных представлений деятели культов идут и на своеобразные «реформы». Известны, например, случаи, когда женщины выполняли не только обязанности главы женской религиоз- ной общины, но и привлекались в качестве имамов (пред- стоятелей) в мечети, хотя раньше, если они и посещали мечети, то находились там в особом помещении (обычно 1 См. корреспонденции в «Комсомольской правде»: «Пиала по кругу», № 229 от 27 сентября 1955 г.; «Серьезный разговор о воспита- нии Со съезда комсомола Туркменистана», № 300 от 22 декабря 1955 г. 42
на хорах), отделенном решеткой от молящихся мужчин и имеющем отдельный выход. Приспособляясь к изменившимся условиям, защитники женского затворничества кое-где стали «разрешать» изго- товление чачвана не из конского волоса, а из окрашенной в черный цвет марли или замену ее наглухо закрываемым ситцевым платком, шитье паранджи наподобие легкого халата, внесение калыма — под видом «подарков» невесте деньгами и т. д. Внешне изменяя мусульманские обряды и обычаи, их охранители хотят тем самым закрепить влияние религии в массах. В нашей стране уничтожено неравноправие женщины. Одним из первых решений Советского правительства явил- ся акт о предоставлении женщинам полного равноправия с мужчинами. Эти великие права женщин были закреплены еще в первой Советской Конституции (1918). В. И. Ленин в статье «Международный день работниц» писал: «Главное, основное в большевизме и в русской Октябрьской револю- ции есть втягивание в политику именно тех, кто был всего более угнетен при капитализме... А втянуть в политику массы нельзя без того, чтобы не втянуть в политику жен- щин» 1. Права советских женщин записаны в 122-й статье Конституции СССР: «Женщине в СССР предоставляются равные права с мужчиной во всех областях хозяйственной, государственной, культурной и общественно-политической жизни. Возможность осуществления этих прав женщин обеспе- чивается предоставлением женщине равного с мужчиной права на труд, оплату труда, отдых, социальное страхова- ние и образование, государственной охраной интересов матери и ребенка, государственной помощью многодетным и одиноким матерям, предоставлением женщине при бере- менности отпусков с сохранением содержания, широкой сетью родильных домов, детских яслей и садов». Основной закон Союза Советских Социалистических Республик предусматривает также меры наказания тех, кто выступает против раскрепощения женщины, против прав, завоеванных ею в ходе социалистической революции. В статье 109-й Конституции Таджикской ССР и 121-й статье Конституции Узбекской ССР записано: «Сопротивление фактическому раскрепощению женщин 1 В. И. Ленин. Соч . т. 32, стр. 138. 43
(выдача замуж малолетних, калым, организация сопротив- ления вовлечению женщин в учебу, сельскохозяйственное и промышленное производство, государственное управление и в общественно-политическую жизнь) — карается зако- ном». Успехи, достигнутые в деле раскрепощения женщин на Советском Востоке, огромны. В Азербайджане, Узбекиста- не, Туркмении, Казахстане, Таджикистане, Киргизии, Та- тарии, Башкирии, Дагестане и в других республиках и ав- тономных областях тысячи женщин избраны депутатами в Верховный Совет СССР, республиканские Верховные Со- веты, районные, городские и сельские Советы; многие жен- щины удостоены звания Героя Социалистического Труда, награждены орденами, работают на ответственных постах, являются учеными, учатся в школах, техникумах, высших учебных заведениях. «За годы Советской власти выросло совершенно новое поколение женщин, духовной красотой которых, мужеством и волей, преданностью делу коммунизма гордится наш на- род, гордятся трудящиеся всего мира. Советская женщина предстала перед лицом всего человечества как сознатель- ный и деятельный творец нового общества. Неизмеримо возрос культурный уровень советских жен- щин. Среди специалистов с высшим образованием женщины составляют 53 процента; 480 тыс. женщин являются инже- нерами и техниками. В СССР насчитывается 265 тыс. жен- щин-врачей, 1164 тыс. педагогов, свыше 86 тыс. женщин работают в различных отраслях науки» 1. Женщины Советского Востока, как и все женщины на- шей великой социалистической Родины, овладели передо- вой культурой, являются активными строителями коммуни- стического общества. Труженицы Советскою Востока вме- сте со всеми советскими людьми поддерживают героиче- скую борьбу женщин зарубежных стран за равноправие и свободу. В Советском государстве, одним из источников крепости которого является дружба народов, принципы интернацио- нализма стали основой и семейных отношений В этом смысле очень характерен рост смешанных браков, когда 1 Приветствие ЦК КПСС «Работницам, колхозницам, деятелям науки, техники, просвещения, культуры и здравоохранения, всем жен- щинам Советскою Союза!» к Международному женскому дню 8 марта «Правда», 8 марта 1957 г. № 67. 44
молодые люди, вступающие в брачные отношения, разных национальностей и исповеданий. Число таких браков воз- росло и в странах зарубежного Востока, добившихся на- циональной независимости, как, например, в Египте и Си- рии (между молодыми людьми из мусульманских и хри- стианских семей). В безвозвратное прошлое уходят жесто- кие нравы и обычаи, по которым, как в X веке писал Мак- диси о дейлемитах, женщину, вышедшую замуж за инопле- менника, полагалось убить. Значение таких фактов будет особенно понятным, если учесть, что еще в начале XX века в отдельных странах распространения ислама имелись пережитки племенного антагонизма и кастового строя, причем член низшей касты не мог жениться на женщине из высшей касты, хотя бы оба были мусульманами. Еще в 1929 году в Ираке был случай убийства члена «касты» хадири, женившегося на мусуль- манке из «касты» шейхов 1. В Советском Союзе всеобщей заботой и любовью окру- жены семьи, где вместе растут и воспитываются дети раз- ных национальностей. Такова, например, семья ташкентско- го кузнеца Шаахмеда Шамахмудова и его жены Бахри Ак- рамовой, усыновивших четырнадцать детей-сирот, среди которых не только узбеки, но и русские, украинец, молда- ванка, казашка, татарин, еврей. Президиум Верховного Со- вета СССР, отметив высокую сознательность и патриотизм Шаахмеда Шамахмудова и Бахри Акрамовой, в 1955 году наградил их орденами «Знак почета». Раскрепощены женщины-мусульманки, как и все другие женщины, в Китайской Народной Республике и других странах социалистического лагеря. «Женщины, — говорится в статье 6-й Общей программы Народного Политического Консультативного совета Китая, — пользуются одинако- выми правами с мужчинами в политике, экономике, куль- туре, просвещении и во всех областях общественной жизни. Вводится свобода брака как для мужчин, так и для жен- щин». Большие успехи достигнуты и в деле освобождения от предрассудков женщин-мусульманок национальных 1 Описавший этот и подобные случаи Таки-эд-дин аль-Хилали за- мечает, что хотя по его мнению «этот обычай противен исламу... неко- торые мусульманские юристы пытаются равенство происхождения (имеется в виду: кастового и племенного. — Л. К.) сделать обязатель- ным условием брака». Таки-эд-дин аль-Хилали. Касты в Аравии. «Die Welt des Islams», т. 22. Берлин, 1940, стр. 107. 45
меньшинств, например, в Болгарской Народной Республи- ке, где около 13 процентов населения по религии мусуль- мане (в их числе турки, болгары-помаки, частью цыгане), «Ушло то время, — читаем в болгарском журнале «Жената Днес», — когда женщина-турчанка, скованная религиозным фанатизмом, пребывала в невежестве. Теперь она, с по- мощью своих сестер-болгарок, пробудилась к новой, сво- бодной жизни. Теперь она — учительница, кооперативный работник, народный советник, общественник...» В числе других мероприятий «в Софии Болгарский Красный Крест организовал первые четырехмесячные курсы сестер-турча- нок для турецких трудовых кооперативных земледельческих хозяйств». Окончившие курсы 43 девушки ведут на селе работу в области санитарии и гигиены, по охране здоровья и медицинскому просвещению населения, «борются за пре- одоление предрассудков, суеверия и фанатизма» 1. Однако еще многое предстоит сделать для преодоления пережитков прошлого, всего того, что тянет назад, стоит преградой на пути к дальнейшему подъему культуры, про- тивостоит борьбе за мир, демократию и свободу. 1 «Девойки-туркини — сестри в TK3C». Жури. «Жената Днес», София, 1956, № 9, стр 9.
СОДЕРЖАНИЕ Стр. Происхождение и социальная роль женских ритуальных покры- вал и затворничества 3 Брак и семья по шариату и адату. Критика в фольклоре народов Востока установлений ислама о женщине 14 Борьба женщин против пережитков прошлого — важное звено в борьбе за их демократические права 31
Автор Люциан Ипполитович Климович Редактор П. И. Сумарев Техредактор Г. В. Фурман Корректор Р. А. Бондаренко А 02180. Подписано к печати 20.III.1958 г Зак. 302. 3 п. л. Авт. 2,6 л. Цена 80 коп. Тираж 75.000. Типография Общества по распространению политических и научных знаний РСФСР