Журнал «Erkenntnis» («Познание»). Избранное - Анашвили В.В., Погорельский А.Л.

Ганс Ган. Значение научного мировоззрения, в частности, для математики и физики

Отто Нейрат. Пути научного миропонимания

Филипп Франк. Каково значение современных физических теорий для общей теории познания?

Ганс Рейхенбах. Физикалистское понятие истины

Феликс Кауфман. Замечания к спору об основаниях в логике и математике

Рудольф Карнап. О протокольных предложениях

Ганс Рейхенбах. Замечание к письму Поппера

Сторонники Движения за научную философию

Author: Анашвили В.В. Погорельский А.Л.

Tags: экономическая история философия история философии теория познания познание истины журнал erkenntnis

ISBN: 5-91129-027-8

Year: 2006

Similar

Философия марксизма и неопозитивизм. Вопросы критик современного позитивизма

Введение в семантику

Философия на перепутье: Карнап, Кассирер и Хайдеггер

Логика объяснения

Text

и я
ФИЛОСОФИЯ
и

ЖУРНАЛ «ERKENNTNIS»
(«ПОЗНАНИЕ»)
ИЗБРАННОЕ
Перевод с немецкого
А. Л. Никифорова
Под общей редакцией
О.А.Назаровой
ИЗДАТЕЛЬСКИИ ДОМ
«ТЕРРИТОРИЯ БУДУЩЕГО»
ИДЕЯ-ПРЕСС
МОСКВА • 200б

ББК 65.03
Ж92
Издание осуществлено при финансовой поддержке
Министерства образования, науки и культуры Австрии,
Министерства иностранных дел Австрии,
Австрийского культурного форума
австрийский//культурный форум т°*
и I
СОСТАВИТЕЛИ СЕРИИ
В. В. Анашвили,
А. Л. Погорельский
НАУЧНЫЙ СОВЕТ
В. Л. Глазычев, Л. Г. Ионин, В. А. Куренной
А. Ф. Филиппов, Р. 3. Хестанов
Перевод выполнен по изданиям:
Erkenntnis, Bd.I. Leipzig, 1930-1931;
Bd. II. 1931; Bd. III. 1932-1933.
Ж92 Журнал «Erkenntnis» («Познание»). Избранное / Пер. с нем.
А.Л. Никифорова. Под ред. O.A. Назаровой. —М.: Издательский дом
«Территория будущего», Идея-Пресс, гооб. (Серия «Университетская
библиотека Александра Погорельского»). —472 с.
ISBN 5-9ll29~027~8
© Никифоров А. Л., перевод с нем., гооб
© Назарова O.A., предисл., прилож., перевод с англ., 20об
© Издательский дом «Территория будущего», гооб
©Идея-Пресс, 2ооб

СОДЕРЖАНИЕ
0. A. Назарова. Предисловие редактора 7
ПРЕДЫСТОРИЯ
Рудольф Карнап, Гапс Ган, Отто Нейрат.
Научное миропонимание —Венский кружок 57
Рудольф Карпап. Логическое построение мира
(фрагменты) 75
«Erkenntnis», т.І. 1930-1931
Введение 95
Мориц Шлик. Поворот философии д8
Рудольф Карнап. Старая и новая логика 105
Хроника і2о
Сообщение о 1 Съезде теории познания
для точных наук, Прага, 1929
Филипп Франк. Вступительное слово 131
ГансГан. Значение научного мировоззрения,
в частности, для математики и физики 134
Отто Нейрат. Пути научного миропонимания 143
Филипп Франк. Каково значение современных
физических теорий для общей теории познания? ібо
Отто Нейрат. Заметки об истории і88
Библиография ідо
«Erkenntnis», т. II. 1931
Рудольф Карнап. Логицистские основания математики 225
Ганс Рейхенбах. Физикалистское понятие истины 239
Феликс Кауфмап. Замечания к спору об основаниях
в логике и математике 254

«Erkenntnis», т. ill. 1932-1933
Мориц Шлик. Позитивизм и реализм 283
Отто Нейрат. Протокольные предложения 3ю
Рудольф Карнап. О протокольных предложениях 32°
Письма к издателю 335
Карл Поппер. Критерий эмпирического
характера теоретических систем 335
Ганс Рейхенбах. Замечание к письму Поппера 337
Приложение I
БИОГРАФИИ И БИБЛИОГРАФИИ
Венский кружок 343
Берлинский кружок (или «Общество эмпирической
(научной) философии») 37^
Львовско-Варшавская школа 3^5
Сторонники Движения за научную философию 401
Приложение II
Фотографии 457

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ
Наша книга начинает знакомство отечественного философского сооб-
щества с содержанием самого популярного в Европе 1930-х гг. фило-
софского журнала «Erkenntnis» («Познание») — печатного органа логи-
ческого, или научного, эмпиризма, Венского кружка и Берлинского об-
щества эмпирической философии.
Расцвет журнала «Erkenntnis», движения за научную философию во главе
с Венским кружком и на основе идей научного эмпиризма пришелся на слож-
нейший период европейской (и мировой) истории — между Первой
и Второй мировыми войнами. Начало Второй мировой насильственно
прерѳало или радикально изменило жизпь многих исследователей, a также бур-
ное плодотворное развитие множества идей. И все же многие представи-
тели движения смогли эмигрировать из Европы, a достигнутый к тому
времени международный уровень общения мыслителей и исследований
позволил движению выжить и развиваться. Центр развития научного
эмпиризма переместился в США. Решение сформулированных в рамках
этого направления проблем, разрешение возникших в них противоре-
чий, возникновение впоследствии новых направлений мысли и форму-
лировка новых проблем во многом определило облик философии XX в.,
в особенности с 1940-х годов англо-американской и скандинавской, или
анаяитической, философии.
Именно это обстоятельство —расцвет направления в межвоенный
период, разнообразные причины, обуслоѳившиг начало Второй миро-
вой войны,—сформировало необычную ситуацию: международную из-
вестность и развитие идей и практически забвение их носителей и соз-
данных ими произведений, языка, на котором они были созданы, не-
исследованность истории направления и возникновения упрощенных,
неадекватных схем этой истории. Сложившуюся ситуацию можно объ-
яснить, как минимум, двумя объективными причинами: і) ряд обусло-
вивших начало Второй мировой войны причин и ее начало заставило
представителей научного эмпиризма эмигрировать из Европы, разбро
сало их по разным странам и городам; заставило забыть о первом, ев-
ропейском этапе развития логического и научпого эмпиризма; уничтожило
7

O. A. HA3APOBA
многие документы, книги и другие произведения или на десятилетия
оставило их в архивах и библиотеках без внимания; г) увлеченность ре-
шением сформулированных логическим позитивизмом, научным эмпириз-
мом проблем, иными словами, продолжавшаяся, несмотря на потери,
интересная и активная интеллектуальная жизнь ne была тесно связапа
с персоналиями или историей и не требовала «подведения итогов».
Несмотря на то, что родиной научного эмпиризмабылг. Европа, в част-
ности Австрия и Германия, идеи Венского кружка и научного эмпиризма
до сих nop считаются чем-то чуждым, побочным продуктом интеллекту-
альной немецкоязычной культуры. Например, главное для австрийской
философии —это философия религии и морали, для немецкой — фено-
менология. Как писал в і95ог- в своей книге1 один из членов Венского
кружка, проживший всю жизнь в Вене, В. Крафт, идеям Кружка уделя-
лось мало внимания в целом; писалось, в основном, о раннем этапе его
развития, высказывались ошибочные, неточные суждения о довольно
хаотично выбранных текстах представителей Кружка. С другой сто-
роны, серьезное отношение и адекватные исследования деятельности
Венского кружка появились2 в Великобритании, Финляндии, Франции,
США.
В Советском Союзе идеи Венского кружка, логического эмпиризма
и неопозитивизма обсуждали, анализировали и развивали в своих тру-
дах И.С. Нарский, В.С.Швырев3, Д. П.Горский, Б.С.Грязнов, Л. Б. Ба-
женов, Е. П. Никитин, А. Ф. Грязнов, А. Л. Никифоров и др. В этих тру-
дах, во многом, отразилась общемировая ситуация исследований этих
явлений, a также конкретные идеологические установки.
Вопервых, доступные в СССР источники представляли разрознен-
См.: КрафтВ. Венский кружок. Возникновение неопозитивизма. М.: Идея-Пресс,
2 004.
KailaE. Der logische Neupositivismus. 1930» Blumberg A., FeiglH. Logical Positivism//
Journal of Philosophy 28. 1931. P. 281-296; Vouillemin. La logique de la science et
Гесоіе de Vienne. 1935; Weinberg]. R. An Examination of Logical Positivism.
London, 1936; Morris Ch. W. Logical Positivism, Pragmatism and Scientific
Empiricism. 1937; NagelE. The Fight for Clarity: Logical Empiricism//American Scholar,
1938; Nagel E. Impressions and Appraisals of Analytic Philosophy in Europe,
Empiricism in Germany, and the Present State of its Problems//American Scholar, 1938;
Black M. Relations between Logical Positivism and the Cambridge School of
Analysis//Journal of Unified Science. Vol. 8, 1940; von Wright H. Den logiska
Empirismen. Helsinki, 1943.
Швырев B. C. Неопозитивизм и проблемы эмпирического обоснования науки. М.:
Наука, 1966.
8

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
ную выборку текстов. В ходе профессионально выполненного анализа
эти тексты последовательно выстраивались и согласовывались между
собой, но все же по отношению ко всему корпусу текстов и настоящей
истории движения эта выборка выглядит случайной.
Во-вторых, в библиотеках отсутствовали (и отсутствуют до сих nop)
первоисточники, в частности важнейшие — полная подборка номеров
журнала «Познание» («Erkenntnis») за і93°-194огг- и «Энциклопедии
единой науки»4.
В-третьих, ряд текстов, созданных на немецком языке, изучался по
переводам на английский или по цитатам и комментариям.
В-четвертых, отсутствие в анализе истории движения как таковой
по причине отсутствия в библиотеках книг, рассказывающих об исто-
рии Венского кружка, дневников, писем, других архивных материалов
(последнее, к сожалению, относится и к самой Австрии — родине Вен-
ского кружка).
У отечественного читателя (впрочем, и y зарубежного) складывалось
неполное и упрощенное представление о важнсйших явлениях фило-
софской мысли XX в. Коротко его можно было бы изложить следующим
образом: профессор М. Шлик и его студенты — Венский кружок—в сере-
дине 1920-х гг. прочитали «Логико-философский трактат» (1921г.) ав-
стрийского философа Л. Витгенштейна, в котором он опирался на ло-
гическую систему, построенную Б. Расселом и А.Уайтхедом, попали под
влияние идей, высказанных в «Трактате», и стали разрабатывать их. Од-
нажды созданное представление о Венском кружке было настолько про-
стым, что Кружок представал чудом, возникшим по желанию одного че-
ловека и исчезнувшим вместе с ним; многое в этом представлении не со-
гласовывалось.
В последние пятнадцать лет ситуация в исследовании истоков и ста-
новления Венского кружка изменилась, прежде всего, в Австрии. Воз-
ник Институт Венского кружка, объединивший людей, делающих для
нас доступными архивные материалы, их анализ. Такая же работа ве-
дется и в ряде архивов в университетах США. Сегодня можно сказать,
что история Венского кружка и научного эмпиризма в целом намного
сложнее и интереснее, a сам Кружок и Движение за единую науку, или
научную философию, представляли собой полифонию сходных, но не
одинаковых, точек зрения.
В своем предисловии к данной книге я представляю, в основном,
неизвестное — историю движения и его представителей, тех неорди-
Ранее принятое название —«Энциклопедия унифицированной науки». См.: Швы-
рев В. С. Неопозитивизм и проблемы эмпирического обоснования науки.
9

O. A. HA3APOBA
нарных людей и их взаимоотношений, которые создавали это фило-
софского направление, пропагандировали его и своими трудами обес-
печивали то, что оно стало ведущим в мировой философии. Именно
взаимоотношения между этими талантливыми людьми —философами
или первоклассными специалистами в какой-либо области науки, ак-
тивными в социальном плане и просто неравнодушными людьми,
преодолевали последствия Версальского мира — разделенности Ев-
ропы, состояние неафишируемой враждебности между французами
и немцами, нарастающей нетерпимости и фашизма. Биографии чле-
нов Венского кружка и многих других сторонников научной филосо-
фии невероятно интересны, нередко драматичны и в целом достойны
отдельного тома «ЖЗЛ»5, поэтому я сочла полезным добавить к этой
книге довольно обширное приложение «Биографии и библиографии»
с отдельным предисловием. Анализ же идейного содержания журнала
«Erkenntnis» и других первоисточников, в которых осуществлялось
формирование идей логического, научного позитивизма, еще пред-
стоит проделать.
Философское направление, о котором пойдет речь в нашей книге,—
одно из основополагающих направлений философии XX вв.—называ-
лось в отечественной и мировой философской литературе по-разному—
«логический позитивизм», «логический эмпиризм», «неопозитивизм»,
«научный эмпиризм», «научная философия», «Движение за единство
науки», «логика науки», «философия науки», «наука о науке», «анали-
тическая философия». К этому направлению относят такие известные
объединения, как Венский кружок, Берлинское общество, Львовско-
Варшавская школа, имена Б.Рассела, М.Шлика, Р.Карнапа» Г.Рейхен-
баха, Л. Витгенштейна, А. Тарского и других их единомышленников, по-
следователей и учеников—Ч. Морриса, А. Айера, У. Куайна и других.
Я предлагаю следующую схему соподчинения этих названий, кото-
рая подробнее будет представлена далее: В конце XIX —начале XX вв.
в Европе —в Австрии, Англии, Франции, Германии, Италии, Швеции,
Польше —возникло движениеза научнуюфилософиюкгк «восстание» про-
тив умозрительных метафизических спекуляций и как попытка осмыс-
лить новейшие достижения в области естествознания. Первая миро-
вая война, a также различия во мнениях исследователей разных стран
относительно значимости естественнонаучных открытий, затруднили,
но не остановили, развитие этого движения. По окончании войны дви-
жение за научную философию вновь набрало силу. Его центрами стали
Знаменитая советская ссрия книг-биографий «Жизнь замсчательных людей»».
Основана в 1933 г- М- Горьким. Издается и по ссй день.
10

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
Австрия (Вена), Германия (Берлин) и Польша. К 1928г. в Вене закон-
чилось формирование первой в Европе концепции научного миропонима-
ния, появляется Венский кружок. Именно поэтому манифест «Научное
миропонимание. Венский кружок» открывает данную книгу. Венский
кружок избрал логику в качестве основного инструмента борьбы с ме-
тафизикой и создания научной философии. Термин «логический пози-
тпивизм» как характеристика концепции Венского кружка принадлежит
Г. Фейглю и был впервые использован им в совместной с А. Блумбер-
гом статье 1931 г.в для знакомства интеллектуальной общественности
США с новым направлением европейской мысли. Однако уже к сере-
дине і93°"х гг- многие члены Венского кружка предпочитали термины
«логический эмпиризм» или «научный эмпиризм»7. Логический эмпи-
ризм представлял, в первую очередь, воззрения члепов Венского кружка, но
объединить на его основе сторонников научной философии по всей
Европе было трудно. Общеевропейское объединение стало возможно
благодаря выработке концепции научного эмпиризма, в центре которой
были идеи единой науки и международного сотпрудничества и проект «Эн-
циклопедия единой науки».
Итак, движение за научную философию — единое в интеллектуаль-
ном плане, но не оформленное в организационном плане — существо-
вало в Европе с начала XX в.; основные его представители, развивая
собственные идеи, общались друг с другом непосредственно или по
переписке, словом, были знакомы с идеями своих сторонников в дру-
гих странах. В каждой стране названия научного стиля мышления не-
сколько отличались —Венский кружок и логический позитивизм, Бер-
линское общество эмпирической философии, Львовско-Варшавская
логическая школа, Кембриджская аналитическая школа, Упсальская
школа и правовой реализм. Однако исследователи, несмотря на эту мо-
заику названий, считали себя единомышленниками и в ідз0^ гг- ^ла"
годаря организационным усилиям Венского кружка стали регулярно
встречаться на конгрессах и разрабатывать совместные проекты. Эта
деятельность продолжилась и после вынужденной эмиграции многих
членов движения из Европы в США.
Blumberg A.E., FeiglH. Logical Positivism//Journal of Philosophy 28, 1931, 281-296.
CarnapH. Dictionnary. USA, 1942. Относительно развития и целей этого движения
см., в частности: Reichenbach H. Ziele und Wege der heutigen Naturphilosophie,
1931; Stevens S.S. Psychology and the Science of Science// Psych. Bull., 1939, №36
(c библигр.).
11

O. A. HA3APOBA
НАУЧНО-ФИЛОСОФСКАЯ KAPTA ЕВРОПЫ
КОНЦА XIX— НАЧАЛА XX BEKA
Философские идеи объединения, известного под названием «Венский
кружок», к середине і93°"х гг- завоевали широкую популярность в Ев-
ропе и США.
Концепция нового философского направления включала в себя сле-
дующие основные идеи: і) научный характер философии, или общая
эмпирическая направленность и позитивизм; ориентация на цели и ме-
тоды эмпирической науки; 2) борьба с философскими спекуляциями,
или антиметафизическая направленность; з) приверженность идее ло-
гики в качестве инструмента философского анализа; 4) физикализм
(«Physicalismus») и идея единства научного знания (единой науки —
«Einheitswissenschaft»); 5) коллективный, интернациональный харак-
тер исследований. Члены Венского кружка считали, что в философии,
как и в науке, нужно работать большим коллективом. Они не просто ус-
танавливали контакты с зарубежными коллегами, вели переписку, они
сознательно создавали коллектив, который бы решал определенные
проблемы. Именно с этой целью организовывались конференции, кон-
грессы, издавались журнал, книжные серии.
Становление некоторых идей можно проследить на протяжении не-
скольких веков развития философской мысли — согласно О. Нейрату,
вплоть до номинализма Средних веков,—но их единство начало вы-
страиваться лишь с копца XIX в.
Начало этой работе было положено австрийским физиком-филосо-
фом Эрнстом Махом (1838-1916)8 в его всемирно известной книге
1883 г. «Механика в ее историческом развитии» («Die Mechanik in ihrer
Entwicklung historisch-kritisch darstellt»). Max первым проявил про-
фессиональный интерес к истории физики и опубликовал несколько
важных работ, посвященных истории механики, принципа сохране-
С 1867 г. Э. Max — профессор физики и ректор Немецкого университета в Праге,
с !895г- по !901 г. — профессор созданной специально для него кафедры фило-
софии, точнее, истории и теории индуктивных наук Венского университета.
Max проводил физические исследования в области механики, акустики, опти-
ки. Он установил распределение плотности воздуха вблизи снаряда, летящего
со сверхзвуковой скоростью, исследовал ударные волны, показал, что некото-
рые характеристики течения зависят от отношсния скорости течения к ско-
рости звука в данной среде (число Маха, М). Max отрицал кинетическую тео-
рию и атомистическое учение, реальность атомов и молекул.
12

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
ния работы, тепловой теории9, и тем самым ввел историю науки в об-
ласть интересов самих ученых. Его последней книгой стало исследо
вание развития механики и науки с доисторических времен в социо-
экономической перспективе «Kultur und Mechanik», вышедшее в свет
в 1915 г. ^ своей «Механике» Max впервые попытался построить меха-
нику, исходя из того, что движения тел могут определяться лишь по от-
ношению к другим телам, отказавшись от ньютоновских представлений
об абсолютном пространстве, абсолютном времени и абсолютном дви-
жении. Маховская критика основных понятий и законов классической
физики —вне каких-либо данных наблюдения, только посредством ло-
гико-научного анализа, требование допускать в физической науке лишь
строго поддающиеся наблюдению величины и исключать из нее «бес-
смысленные», т.е. не проверяемые опытом, понятия оказали значи-
тельное и плодотворное воздействие на сообщество физиков и их ис-
следования, формируя скептическое отношение к механистическому
пониманию природы, независимость от господствовавших философ-
ских концепций и религиозных представлений.
Конец XIX —начало XX вв. ознаменовались второй революцией
в естествознании, подготовленной трудами и достижениями физиков
Австрии, Германии, Франции, Англии и Дании —Эрнста Маха, Люд-
вига Больцмана (і844_190^)10» супругов Марии Склодовской-Кюри
9 Die Geschichte und die Wurzel des Satzes der Erhaltung der Arbeit, 1872; Die
Prinzipien der Wärmelehre. Historisch-kritisch entwickelt, 1896; Kultur und
Mechanik, 1915; Populärwissenschaftliche Vorlesungen, 1896.
Австрийский физик, один из основоположников статистической физики
и физической кинетики. В 1872-1886 гг. — расцвет творческой деятельности —
Больцман провел важнейшие исследования в области кинетической теории
газов, вывел закон распределения молекул газа по скоростям, обобщив рас-
пределения Максвелла на случай, когда на газ действуют внешние силы (ста-
тистика Больцмана). Формула равновесного больцмановского распределения
послужила основогі хлассическои статистической физики. В 1872 г., применив ста-
тистические методы к кинетической теории газов, Больцман вывел основное
кинетическое уравнение газов. Он также установил фундаментальное соот-
ношение между энтропией физической системы и вероятностью ее состоя-
ния, доказал статистический характер II начала термодинамики, что указало
на несостоятельность гипотезы «тепловой смерти» Вселенной. В том же году
Больцман доказал так называемую //-теорему, утверждавшую, что //-функция,
характеризующая состояние замкнутой системы, не может возрастать во вре-
мени. Эти исследования Больцмана заложили основу термодинамики необра-
тимых ироцессов. Больцман впервые применил законы термодинамики к про-
13

O.A. НАЗАРОВА
(1867-1934)11 и Пьера-Жолио Кюри (і859~і9°6)12» Эрнеста Резерфорда
(1871-1937)13' Макса Планка (1858-1947)14» Альберта Эйнштейна (1879-
1955)15 и Нильса Бора (і885-ідб2)1в.
цессам излучения и в 1884 г. теоретически вывел закон теплового излучения,
согласно которому энергия, иэлучаемая абсолютно черным телом, пропор-
циональна четвертой степени абсолютной температуры. В 1879 г. этот закон
был экспериментально установлен Й.Стефаном и известен теперь как закон
Стефана—Болыдмана.
Больцман был убежденным сторонником молекулярной теории. Он резко
выступал против очень популярных в Австрии и Германии в конце XIX —нача-
ле XX вв. махизма и энергетизма, сторонники которого (Э. Max, В.Оствальд
и др.) отказывались от объяснения внутрсннего механизма физических явлс-
ний и приэнавали лишь «чистое описание». Больцману приходилось вести
напряжённую идейную борьбу, чтобы отстоять право молекулярно-атомисти-
ческой теории на существование; его труды не были приняты рядом его сооте-
чественников. Возможно, это сыграло известную роль в трагическом конце
Больцмана: больной и подавленный, он покончил жизнь самоубийством.
11 Французский фиэик и химик, одна из создателей учения о радиоактивности, ино-
странный член-корреспондент Петербургской АН (1907) и почетный член АН
СССР (1926). В 1898 г. М. Кюри обнаружила радиоактивность тория. В том же
году совместно с мужем П. Кюри она открыла полоний и радий. М. Кюри ввела
в научный оборот термин «радиоактивность». В 1903 г. М.Кюри совместно
с П.Кюри и А. А. Беккерелем присуждена Нобелевская премия по физикс за
исследования радиоактивности. В 1910г. М.Кюри совместно с А.Деберном
получила металлический радий и исследовала его свойства. За эти открытия
в 1911г. им была присуждена Нобелевская премия по химии. М. Кюри разра-
ботала методы радиоактивных измсрений, впервые применила радиоактив-
ное излучение в мсдицинских целях.
Французский физик, удостоснный в 1903 г. Нобелевской премии по физике
(совместно со свосй женой М.Склодовской-Кюри и А. Беккерелем) за иссле-
дования радиоактивности. П. Кюри рано ушел из жиэни: его случайно сбил
на улице трамвай.
Английский физик, один из создателей учения о радиоактивности и строении
атома, основатель научной школы, иностранный член-корреспондент РАН
(1922), почетный член АН СССР (1925)- Э. Резерфорд в 1899г. открыл альфа-
и бета-лучи и установил их природу; в 1903 г. создал (совместно с Ф.Содди)
теорию радиоактивности; в 1911г. предложил планетарную модель атома;
в 1919 г- осуществил первую искусственную ядерную реакцию; в 1921 г. предска-
зал существование нейтрона. В 1908 г. Э. Резерфорду была присуждена Нобе-
левская премия по химии.
14

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
Ha рубеже ХІХ-ХХ веков быстрыми темпами развивалась и биология:
теория эволюции Ч.Дарвина (1859)» возникли биохимия, микробиоло-
гия, генетика, были открыты законы Г.Менделя (1900) и фотосинтез.
Открытия в области термодинамики, радиоактивности, квантовой
теории (і9°°) и специальной (1905) и общей (1916) теории относи-
тельности поставили под вопрос традиционное мировоззрение, в част-
ности тезис о бесконечной непрерывности всех природных процессов,
подвергли радикальному пересмотру философские категории прост-
ранства, времени и причинности.
14 (С. 14-) Непосредственно физичсской исходной предпосылкой теории
М. Планка была атомистическая статистика австрийского физика Больцма-
на, носящая принципиально дискретный характер. 14 декабря 1900 г. в Гер-
мании, ь Берлинском универгнтете Планк в аудитории Физического институ-
та сообщил членам Немецкого физического общества теоретическое обосно-
вание своей формулы излучения. Открытие элементарного кванта дсйствия
положило начало новой эпохе в физичсской науке. Оно показало, что тезис
о бесконечной непрерывности всех природных процессов был заблуждени-
ем. Выяснилось, что в природе бывают измснения, которые происходят не
плавно, a скачками, «взрывообразно». В исслсдовании атома постоянная
Планка играет основополагающую роль. Одними из первых, признавших
теорию Планка и в значитсльной степени развивших сс, были А. Эйнштейн
и Н. Бор.
(С. 14.) На рубеже веков А. Эйнштейн работал в Берне, Цюрихе, Праге и Бер-
линс. Он внимательно изучал главные труды Больцмана, Гельмгольца, Герца,
Кирхгофа, Лоренца и Максвелла. В 1905 г. в Праге А. Эйнштейном была соз-
дана специальная теория относительности. В том же году он ввел в физи-
ку понятие дискретности энергии электромагнитного поля —представление
о квантах света, a в ідобг. создал квантовую теорию теплоемкости твердых
тел. В 1916 г. в Берлине Эйнштейн представил общую теорию относительно-
сти и набросок релятивистской модели вселенной.
(С. 14.) В 1913 г- Н.Бор предложил свою модель атома. В 1920 г. он основал
Институт теоретической физики в Копенгагене. В 1920-е гг. Бор сделал
рсшающий вклад в то, что позднее было названо копенгагенской интерпре-
тацией квантовой механики. Основываясь на принципе неопределенности
В. Гейзенберга, копенгагенская интерпретация исходит из того, что жесткие
законы причины и следствия, привычные нам в повседневном, макроско-
пическом мире, неприменимы к внутриатомным явлениям, которые можно
истолковать лишь в вероятностных терминах. Например, нельзя даже в прин-
ципе предсказать заранее траекторию электрона; вместо этого можно указать
вероятность каждой из возможных траекторий.
15

O. A. HA3APOBA
Профессиональные философы того времени не могли сказать уче-
ным ничего интересного в плане интерпретации новейших научных
достижений. Поэтому те решили, что основная работа в плане ана-
лиза и переосмысления понятий должна быть проделана внутри самой
науки, что способствовало выработкеу ученых эмпирицистского, анти-
метафизического отношения.
В ідоог. и в і9°5 г- вышли в свет две книги Э. Маха, в которых он из-
ложил свои философские идеи —«Анализ ощущений» и «Познание и за-
блуждение»17. Его теория эмпириокритицизма стала единственной на-
учно-философской концепцией конца XIX —начала XX вв. и получила
в той или иной мере признание практически всех физиков и естество-
испытателей.
Осенью іді і г. состоялся первый Сольвеевский конгресс в Брюсселе,
посвященный вопросам исследования атома. Здесь встретились такие
известные физики, как Мария Кюри, Ланжевен, Пуанкаре, Перрен, Ре-
зерфорд, Лоренц, Камерлинг-Оннес, Нернст, Планк, Рубенс, Вилли
Вин, Эмиль Варбург, Зоммерфельд и др. Вместе с Газенёрлем, который
стал преемником Больцмана в Венском университете, Эйнштейн пред-
ставлял теоретическую физику Австрии. В это же время А.Эйнштейн
встретился со столь уважаемым им Э. Махом. С 75"летним физиком-фи-
лософом они обсуждали главным образом роль «экономии мышления»
и вопрос о формировании понятий в физике: в этих пунктах Эйнштейн
был не совсем согласен с Махом. Однако в целом он готов был поддер-
жать маховский вариант научной философии и вместе с Махом и дру-
гими представителями эмпириокритицизма подписал воззвание, спо-
собствовавшее возникновению Общества позитивистской философии.
В числе ученых, подписавших это воззвание, были знаменитые гёттин-
генские математики Феликс Клейн, Давид Гильберт и венский психиатр
Зигмунд Фрейд. «Общество позитивистской философии» было создано
в Берлине в 1912 г. Во главе его стоял Йозеф Петцольд (1862-1929)18.
В 1914Г- по инициативе М. Планка Эйнштейн был приглашен для работы
в Берлин, в Физический институт Общества кайзера Вильгельма по по-
Mach Е. Beiträge zur Analyse der Empfindungen, 1900 — Max Э. Анализ ощущений
и отношение физического к психическому. М., ідо8. Mach E. Erkenntnis und
Irrtum. Skizzen zur Psychologie der Forschung, 1905. — Max Э. Познание и заблу-
ждение. M., 1909-
И. Петцольд — профессор Высшей технической школы в Шарлоттенбурге
(с 1922 г.). Соч.: Die Stellung der Relativitätstheorie in der geistigen Entwicklung der
Menschheit, 2 Aufl., Lp/.., 1923; в рус. пер. —Проблема мирасточки зрения пози-
тивизма, с:іІЬ, 1909; Введение в философию чистого опыта, т. і. СПБ, 19»°-
іб

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
ощрению наук. В 1916 г. в Берлине Эйнштейн представил общую теорию
относительности и набросок релятивистской модели вселенной.
Одновременно с физикой на рубеже веков революционные откры-
тия совершались и в математике. всемирную известность приобрели
работы ^ракэдяпсшс математиков—Анри Пуанкаре (і854-1912)' атакже
Луи Кутюра (1868-1914)' Альбера Лотмана, Жана Никода, Абеля Рея,
разработавших методологию естественных и точных наук, и немецких
математиков—Ф. Клейна ( і849"і925)19» Д- Гильберта ( 1862-1943)20 и Гер-
мана Минковского из Цюриха. Особое влияние получили идеи конвен-
ционализма Пуанкаре—Дюгема (1861-1906).
В Италиив начале XX в. активно развивается математика илогикаблз-
годаря трудам, в частности, М. Пеано, Дж. Вайлати, Ф. Энрике21, А. Падоа.
19 Ф. Клейн —немецкий математик, член-корреспондент Германской АН в Берли-
не (1913)- С і886г. работал в Гёттинтене. С igoo no 1914 гг- благодаря рабо-
там Клейна и Гильберта Гёттинген стал мировым математическим центром.
Свои геометрические идеи Клейн изложил в работе «Сравнительное рассмот-
рение новых геометрических исследований» (1872), известной под названи-
ем эрлангенской программы. Клейн стремился раскрыть внутренние связи
между отдельными ветвями математики и между математикой, с одной сто-
роны, физикой и техникой —с другой. Клейн в сотрудничестве с нсмецким
ученым А. Зоммерфельдом написал четырехтомное сочинение «Теория волч-
ка» (1910-1923)- Большой труд был вложен Клейном в создание «Энциклопе-
дии математических наук» («Enziklopädie der mathematischen Wissenschaften»).
B течение почти 40 лет (с 1876 г.) Клейн был главным редактором журнала
«Mathematische Annalen». Много он занимался вопросами математического
образования; перед І-й Мировой войной организовал международную комис-
сию по реорганизации преподавания математики.
В ідоог. на Парижском математическом конгрессе Гильберт сделал доклад
«Математические проблсмы», в котором было 23 пункта, например первый —
обоснование новых, бурно развивающихся ветвей математики и шестой—дать
математическое изложение аксиом физики. Этот доклад задал программу раз-
вития математики на ближайшие ісю лет. В работе самого Гильберта можно
различить пять основных периодов: і) Теория инвариантов (1885-1893)»
2) Теория алгебраических числовых полей (1893-1898); з) Основания: а) гео-
метрии (1898-1902); б) математики в целом (1922-193°)^ 4) Интегральные
уравнения (1902-1912); 5) Физика (1910-1922). С 1922г. Д. Гильберт — ино-
странный член-корреспондент РАН; с і934г- — иностранный почетный член
Академии наук СССР.
Problemi délia Scienza. 1. ed. Bologna: Zanichelli, 1906, 3. ed. 1922. Перев. на нем.,
англ.. русский, франц.: 2 vols. «Les problèmes de la science et la logique». Paris:
17

O. A. HA3APOBA
B 1904 г. на Международном философском конгрессе в Париже сразу
три французскихученых—Ительсон, Андре Лаланд (1867-1963) и Луи Ку-
тюра22—предложили современное значение термина «логистика» в каче-
стве синонима термину «символическая, или математическая, логика»23.
В Англии с конца XIX в.24 определенно существовала интеллекту-
альная атмосфера, враждебная метафизике и спекулятивной филосо-
фии и благоприятствующая анализу25. К созданию этой атмосферы
болыпе всего усилий приложил профессор Дж. Мур, сформулировав
свой принцип «реализма»26, выступив против идеализма Брэдли и Мак-
Таггарта. Рассел позднее охарактеризовал эти годы, как время всеоб-
щего восстания против немецкого идеализма в философии XX в. Од-
нако, несмотря на наличие значительного количества исследователей,
сознательно придерживающихся аналитических методов, невозможно
назвать хотя бы один объединяющий их принцип и тем более про-
Аісоп, 1908; «Les concepts fondamentaux de la science». Paris: Flammarion; Scien-
za e razionalismo. Bologna: Zanichelli, 1911; Per la storia délia logica. Bologna:
Zanichelli, 1922. Перев. на нем., антл., франц.: L'évolution de la logique. Paris:
Chiron, 1924; Storia del penziero scientifico. (совм. с Дж. ди Сантильяна Part I
«Il mondo antico») Bologna, 1932.
22 Couturat L. n<-ime Congres de Philosophie//Revue de Métaphysique et de Morale,
vol. 12, 1904. P. 1042.
Значснис термина «логистика» —искусство вычисления или просто арифмети-
ка —практически забыто к началу XX в. Изменение значения этого термина
началось в Англии с XVII в., когда прилагательные «логистический» и «логи-
ческий» периодически использовались как синонимы. Лейбниц впервые
использовал термин «logistica» (как и «logica mathematica») в качестве одного
из наименований для свосго «рационального вычисления» (calculus ratiocinator).
B XIX в. развитие логистики происходило в форме алгебры логики. Современ-
ное использование термина «логистика» в качестве синонима термину «сим-
волическая логика» началось с Международного философского конгресса
1904 г. в Париже. Символическая или математическая логика, или логистика,—
термин, обозначающий исследование проблем формальной логики средства-
ми формализованного языка или исчисления, целью которого является устра-
нение двусмысленности и логической неадекватности обыденного языка.
Cm.: Russell B. Sceptical Essays.
Black M. Relations between Logical Positivism and the Cambridge School of
Analysis//Erkenntnis VIII. 1939-40. S. 24-35. (Доклад стем же названием был сделан
М. Блэком на 4-м Международном Конгрессе за единство науки в Кембридже,
Англия, 1938 г.)
Moore G. Е. Appearance and Reality. 1893.
18

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
грамму, на которой основывалась бы эта «школа». Под влиянием Мура
интересы Б. Рассела с 1898 г. сместились в область философской логики.
Апосле публикации «Principia Mathematica» (1910-1913) новейшие ис-
следования Рассела и Уайтхеда в области логики и анализа действитель-
ности, подготовленные исследованиями Фреге, Пеано, Гильберта и др.,
обрели международное признание.
В Швеции в і905-і910ГГ- сформировалась Упсальская гикола27. Ос-
новными принципами ее основателя Акселя Хегерстрёма (1868-1939)
и школы были отрицание метафизики и критика господствовавшей
в то время спекулятивно-метафизической системы Х.Я.Бустрёма, ос-
мысление новейших открытий в области естественных наук и анализ
логического характера эмпирически данного. Сторонник феномено-
логического и концептуального анализа, Хегерстрём отрицал метафи-
зические предпосылки и субъективизм. Испытав влияние идеализма
и философии Канта и не став сторонником ни одной из философских
систем, он пришел к разработке собственной теории реальности, кри-
тикуя правовую, религиозную и моральную идеологии. Хегерстрём стал
также основателем скандинавского движения правового реализма. Сто-
ронники этого движения полагали, что правовые понятия, терминоло-
гия и ценности должны основываться только на опыте, наблюдениях
и экспериментах, т.е. быть «реальными». Хегерстрём считал, что та-
кие слова как «правда» или «долг» бессмысленны, если они не могут
быть научно доказаны или проверены, верифицированы. Этот эмпи-
рический, скептический подход «реалистов» противоположен рацио-
налистическому подходу таких исследователей, как, например англий-
ский философ Г. Харт, считавших, что понятия права, юриспруденции
вырабатываются только посредством априорного, или логического,
рассуждения. Реальность, по словам Хегерстрёма, следует искать в су-
ждении: «В каждом суждении, определяющем реальность, последняя
предполагается. Суждение есть улавливание реальности»28. Реальное
значит логически определяемое и тождественное самому себе (т. е. оно
не должно быть противоречивым). Методологическим принципом ли-
См.: Мысливченко А. Г. Философская мысль в Швеции. M., 1972* Cas sirer Е. Axel
Hägerstrom. Göteborg, 1939; Marc-Wogau K. Uppsalafilo-sofien och den logis-
ka empirismen. Ord och bild. 1947; Idem. Studier tili Axel Högerstroms filosofi.
Stockh., 1968; Oxenstiema G. Vad ar Uppsa-lafilosofien? Stockh., 1945; RydingE. Den
svenska filosofins hisioria. Stockh., 1959; Sandin R. The Founding of the Uppsala
school//Journal of the History of Ideas. N.Y. 1962, v. XXIII, N4; Waller M. Axel
Hägerstrom. Stoskh., 1961; WedbergA. Filosofins hisioria. Stockholm, 1966.
Hägerstr0m A. Das Prinzip der Wissenschaft, Bd. 1. Die Realität. Uppsala, 1908, с 77.
*9

O. A. HA3APOBA
деров школы стал формально-логический анализ суждений и понятий,
выяснение их смысла и непротиворечивости в контексте истории их
возникновения и употребления.
В і9°4г- Казимеж Твардовский29 основал Польское Философское об-
щество во Львове, тем самым начав формирование Лъвовско-Варшавской
гикалы. Львовско-Варшавская школа была образована группой логиков
и философов, работавших в период между двумя мировыми войнами,
главным образом, в Варшаве и Львове. Для школы было характерно
резко отрицательное отношение к иррационализму , стремление к
сближению философских и научных исследований, к приданию фило-
софским рассуждениям доказательного и логически строгого статуса.
Важнейшим средством достижения этих целей считался логический
анализ языка науки и философии, способствующий устранению не-
точностей и двусмысленностей, которые, как полагали представители
школы, служили основой спекулятивно-иррационалистических фило-
софских концепций.
Итак, в первом десятилетии XX в. на карте Европы ясно обозначи-
лись центры революционного развития физики—Австрия, Франция,
Германия, Англия, Дания, математики и логики —Германия, Франция,
Англия, Италия, Швеция, Полыпа, научно-философского осмысления
достижений в естествознании —Австрия, Франция, антиметафизиче-
ской ориентации—Австрия, Англия, Швеция, Польша.
Приходится констатировать, что французские ученые и философы,
как и представители Упсальской школы отнеслись негативно к теории
относительности и к математической логике. Во Франции негативное
отношение к теории относительности было сформулировано А. Берг-
соном, и болыиинство философов —по незнанию физики и нежела-
нию изучить современные достижения естествознания — считали ее
неверной (напр., Мерло-Понти). Идею бесполезности формальной ло-
гики разделял Пуанкаре, a в 1910-1920-е гг. Л.Брюнсвик—философ, со-
трудник Министерства образования, ответственный за формирование
К. Твардовский род. 2о октября і866г. в Вене. В 1885-188g гг. изучал филосо-
фию в Венском университете. Его первым учителем и наставником все эти
годы был выдающийся австрийский философ Франц Брентано, окаэавший
большое влияние на формирование личности Твардовского как философа.
По окончании Венского университета Твардовский продолжил образование
в области философин и психологии в Лейпциге y Вильгельма Вундта и в Мюн-
хене y Карла Штумпфа.
Ajdukiewicz К. Der logistische Antiirrationalismus in Polen (Логистический антиир-
рационализм в Польше.)//ЕгкеппіпІ5, Bd. V. 1935- S. 151-161.
20

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
университетских программ. Их разрушительное влияние обусловило
то обстоятельство, что логические исследования не приветствовались
во Франции большую часть XX в. Кроме того, практически все фило-
софы и интеллектуалы исповедовали католицизм, a c і88о-х гг. и вплоть
до начала Второй мировой войны в их среде доминировала схоласти-
ческая философия и неотомизм благодаря усилиям и авторитету Ж. Ma-
ритена и Э.Жильсона. Последователи Упсальской школы после і93°"х
гг. стали ориентироваться на идеи Венского кружка, принимая актив-
ное участие в Конгрессах и других мероприятиях Движения за единую
науку.
Но не только в Европе формировался новый стиль мышления. В аме-
риканской философии в 1870-е гг. появились яркие мыслители, изна-
чально ориентированные на науку, —Чарльз Пирс (і8з9~1914)» Уильям
Джемс (1842-1910), Джон Дьюи (і859~1952)> Джосайя Ройс (1855-
1916). Вскоре после Гражданской войны в 1872г. Пирс, Джемс и Оли-
вер Холмс встретились в Кембридже (США), организовали так назы-
ваемый Метафизический клуб и сделали набросок концепции, которая
позже получила название «прагматизм». Через некоторое время и опо-
средованно эта концепция привлекла внимание Дьюи и Ройса, a после-
довавшее мощное ее развитие придало четкие индивидуальные черты
американской философии, научной философии. Все эти мыслители
испытали влияние британского эмпиризма, учений Канта и Гегеля, но
в каждом случае влияние опосредовалось их образованием и интере-
сами в конкретной области науки: математика и физика y Пирса, функ-
циональная физиология и психология y Джемса, точные науки и пси-
хология y Ройса, биологически ориентированная социальная психоло-
гия y Дьюи.
В американской философии отсутствовала длительная традиция
спекулятивной философии, поэтому и не возникло столь острого кон-
фликта между научной и метафизической философией, как в Европе.
Однако, по времени и по форме ситуация была аналогичной: к началу
XX в. в американской философии доминировал абсолютный идеализм,
реакцией против которого и стал подъем движений прагматизма и реа-
лизма. В результате этой борьбы американская философия на десяти-
летия стала по преимуществу эпистемологией, научным исследовацием
природы процесса познания31. Влияние науки на философию вырази-
лось в следующем: если научные интересы философа лежали в области
биологии, психологии, общественных наук, то он становился прагмати-
стом; если в области физико-математических наук —реалистом. В силу
Cm.: Morris Ch. W. Six Theories of Mind. University of Chicago Press, 1932.
21

O. A. HA3APOBA
ряда причин прагматизм стал исторически первой формой, в которой
выразилось влияние науки на философию.
He преуменьшая значения Ч. Пирса, нужно отметить явное и посто-
янное влияние идей Б. Рассела на развитие логики и научной филосо-
фиивСША32.
ВЕНА НАЧАЛА XX B. —
ЦЕНТР ТРЕТЬЕГО ПОЗИТИВИЗМА
В 1907 г. в одном из венских кафе начали регулярно встречаться авст-
рийские интеллектуалы, эксперты в различных областях знания, соз-
давшие своебразное объединение. В него входили католические фило-
софы, романтики-мистики, a также известные ученые—математик и ло-
гик Ганс Ган, физик Филипп Франк, социолог и экономист Отто Нейрат
и профессор прикладной математики Рихард фон Мизес. Разными гту-
тями члены этого кружка, создавшего основудля формирования в даль-
нейшем Венского кружка, пришли к научному эмпиризму. Находясь
под влиянием идей Э. M axa, a именно принципов эмпиризма и номи-
нализма, экономии мышления, и концепции философии, ориентиро-
ванной на критический анализ языка и науки, участники этого собра-
ния обсуждали синтез эмпиризма и символической логики и взгляды
Болыдано, Фреге, Болыдмана, Брентано, Майнонга, Гуссерля, Шрё-
дера, Гельмгольца, Герца и Фрейда. Они стремились переосмыслить
эмпиризм Маха в свете французского конвенционализма (Дюгем, Пу-
анкаре) и тем самым противостоять ленинской критике «эмпириокри-
тицизма».
Г. Ган слушал лекции Л. Больцмана, Виртингера в Вене, Д. Гильберта,
Ф.Клейна и Г. Минковского в Гёттингене. В начале 1905 г. он стал при-
ват-доцентом по математике в университете Вены, защитив в 19°4Г- Дис'
сертацию «Bemerkungen zur Variationsrechnung» («Замечания к вариа-
ционному исчислению»). Как профессионал Ган привнес современную
логику и математику в обсуждения кружка в качестве конституирую-
щего элемента нового позитивизма. Как университетский профессор
Ган стремился познакомить широкую аудиторию с работами Рассела
и других логиков. Будучи приверженцем социалистических воззрений,
он публично защищил демократизацию университетов, a как член Со-
вета венских школ —поддерживал рефор\«у школ Вены.
См. значимые в этом плане работы: Spaulding Е. S. The New Rationalism; Love-
joy A. O. The Revolt Against Dualism; Sellars R. \\\ The Philosophy of Critical
Realism; MrGilvary E. B.
22

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
Ф. Франк тоже был студентом Л. Больцмана, Д. Гильберта, Ф. Клейна,
Г. Минковского, затем работал с Э. Махом и А. Эйнштейном как моло-
дой коллега.
О. Нейрат, сын социального реформатора и политэкономиста Виль-
гельма Нейрата, в ідо2 г. начал обучение вуниверситете Вены сразу в не-
сколькихобластяхзнания: математика, физика, политическая экономия,
история и философия. В это время Нейрат знакомится с Франком, Га-
ном и его сестрой математиком Ольгой и со своей первой женой Анной
Шапиро. Изучение политической экономии Нейрат продолжил в Бер-
лине y Эдуарда Мейера и Густава Шмолера, где в ідобг. защитил док-
торскую диссертацию «Zur Anschauung der Antike über Händel, Gewerbe
und Landwirschaft» («Воззрения античности на внутреннюю и внешнюю
торговлю и сельское хозяйство»). С 19°7 г- Нейрат работал доцентом
в Новой коммерческой школе Вены и преподавал экономику и историю
до конца Первой мировой войны. Вместе с Ганом и Франком он также
читал лекции на философском факультете Венского университета.
Р. фон Мизес в ідоі г. поступил на инженерный факультет Венского
технологического университета, где опубликовал свою первую статью
по математике. Старший брат Рихарда —известный экономист Людвиг
фон Мизес, представлявший в период между двумя мировыми войнами
вместе с Огюстом фон Хайеком, Готфридом фон Хаберлером и Оска-
ром Моргенштейном Венскую либеральную школу политической эко-
номии (к тому же он был лично знаком с некоторыми членами Венского
кружка—Ф. Кауфманом и К. Менгером). Р. фон Мизес работал в универ-
ситетах Брно, Страсбурга.
Виктор Крафт с 1899 г. изучал вуниверситете Вены философию, гео-
графию и историю. Лекции, организованные Венским философским
обществом, стимулировали его интерес к философии. В і9°Зг- Крафт
написал свою докторскую диссертацию по философии «Das Problem der
Aussenwelt» («Проблема внешнего мира»). Затем он продолжил учебу
в университете Берлине y Г.Зиммеля, В.Дильтея, К. Штумпфа. Перед
Первой мировой войной Крафт посвящал свои лекции и различные
публикации популяризации научной философии в системе народного
образования в Вене; эту деятельность он продолжил и в межвоенный
период вместе с другими членами Венского кружка.
В дискуссиях в Центральном кафе принимали участие и писатели
и артисты, в частности Петер Альтерберг и Адольф Луз, математики
Эдуард Хелли, Хенрик Леви и Мориц Шлик.
Помимо профессиональной деятельности в университете, Ган,
Франк, Нейрат и Крафт читали лекции в Философском обществе Вен-
ского университета, например, Г. Ган «Основывается ли геометрия
23

O. A. HA3APOBA
на фактах?» ( ідоб), Ф. Франк и A. Хёфлер «Проблема относительности
в физике» (1915)» О. Нейрат «Война и моральные принципы» (ідо8)
и «О психологии принятия решений» (1913), B. Крафт «Max как фи-
лософ» (1916). Если добавить остальные доклады о научной филосо-
фии Франца Брентано, Алоиза Хёфлера, Вильгельма Иерусалема, Кри-
стиана фон Эренфельса, Казимежа Твардовского, Людвига Больцмана,
Эмиля Райха, Фридриха Йодля, Рудольфа Голдшида, Генриха Гомперца,
Адольфа Штёра, Эрнста Мали, Людо М.Гартмана, то вырисовывается
коллектив единомышленников, стремящийся осмыслить состояние
и проблемы современного естествознания и создавший плодородную
почвудля последующей деятельности Венского кружка.
Члены собиравшегося в Центральном кафе кружка не принимали не-
которые идеи M axa, a многие ученые даже отвергал и его философию в це-
лом в пользулогико-научных методов. Подобные логико-научные дискус-
сии сформировали основные взаимосвязи между представителями кон-
кретных дисциплин. Главная цель уже этого кружка заключалась в том,
чтобы сделать философию научной, придать ей антиметафизическую на-
правленность в соответствии с современными научными открытиями.
В 1907 г. в журнале Вильгельма Освальда «Annalen der
Naturphilosophie» появилась первая статья Ф.Франка «Kausalgesetz und Erfahrung»
(«Закон причинности и опыт»), посвященная дискуссиям кружка по
проблеме взаимоотношений науки и философии (логики или теории
науки), возникшей на фоне революции в естествознании начала века.
Франк попытался объединить теории Маха и Пуанкаре—Дюгема:
В двух словах, согласно Маху основные принципы науки представляют
собой сокращенные экономичные описания наблюдаемых фактов; соглас-
но Пуанкаре, они являются свободными созданиями человеческого ума
и ничего не говорят о наблюдаемых фактах. Попытка объединить эти две
точки зрения в одну последовательную систему стала началом того, что
впоследствии получило название «логический позитивизм».
С публикацией в 1910-1913 гг- «Principia Mathematica» Уайтхеда и Рас-
села на смену традиционной аристотелевской логике приходит сим-
волическая логика. Главной в дискуссиях о будущем науки становится
проблема языка науки. Как математик и как университетский профес-
сор Г. Ган имел дело, в основном, с проблемами логики и математики
(основания математики, теория множеств, конкретные проблемы ло-
гики). Сам он рассматривал себя в качестве страстного популяриза-
тора логики и эмпиризма в традиции Юма, Лейбница, Больцано, Маха
и Рассела. Математика была сферой профессиональных интересов
24

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
Ф.Франка и Ольги Ган, Р. фон Мизеса и его будущей жены и соавтора
Хильды Гейрингер.
Несмотря на возможность переосмысления метафизической сис-
темы философии с помощью идей Маха и Больцмана, нужно было пре-
одолеть образовавшийся разрыв между эмпиризмом и современной
логикой и математикой, a это можно было сделать только путем меж-
дисциплинарных исследований. Попытки прояснить структуру зна-
ния сталкивались с той трудностью, что маховское уравнивание по-
нятия физического закона с эмпирическим описанием совокупности
фактов наблюдения в принципе экономии (и таким образом устране-
ние «механических объяснений») не встраивалось в новую символи-
ческую логику Рассела и Уайтхеда. Эту задачу не могли решить и кан-
товские категории a priori: доктрину априорных категорий разрушили
возможность неевклидовой геометрии, критика ньютоновской меха-
ники, электромагнитная теория материи и статистическая интерпре-
тация термодинамики. Стремление разрешить конфликт между эмпи-
рическим дескриптивизмом и аналитическим априоризмом привело к
идеям конвенционализма А. Пуанкаре. Цель была достигнута с помо-
щью гильбертовского истолкования аксиом геометрии (1899) как кон-
венциональных «внутреннихопределений», интерпретирующих такие
геометрические понятия как понятия точка, линия, плоскость. В форме
описания структуры, независимой от конкретного наблюдателя, в дис-
куссиях начал использоваться «формальный» способ выражения, позже
введенный в новую логику науки Карнапом и Шликом и контрастиро-
вавший с «материальным способом», описывающим «содержание». Но,
прежде всего, была установлена связь между этим аналитическим сим-
волизмом и уровнем данных наблюдения.
Специальная и общая теория относительности А. Эйнштейна также
рассматривалась как вклад в основание логического эмпиризма. Как пи-
сал Франк:
В этой теории Эйнштейн вывел законы движения и законы гравитационно-
го поля из общих и абстрактных принципов: принциіюв эквивалентности
и относительности. Его принципы и законы представляли собой взаимо-
связи между абстрактными символами: общими пространственно-времен-
ными координатами и н>-тью потенциалами гравитационного поля. Эта
теория явила собой великолепный пример способа построения научной
теории в соответствии с идеями нового позитивизма. Символическая, или
структурная, система, отточенная и строго отделенная от фактов наблюде-
ния, которые она должна объяснить. Эта система должна была быть интер-
претирована, нужно было предсказать факты наблюдения и проверить эти
25

O.A. HA3APOBA
предсказания наблюдением. Существует три конкретных факта наблюде-
ния, которые были предсказаны: отклонение световых лучей, красное сме-
щение спектральных линий и смещение перигелия Меркурия»33.
В кружке Центрального кафе обсуждались проблемы детерминизма
и индетерминизма, механицизма и витализма в физике и биологии,
оказавшиеся затем в центре внимания Венского кружка. В то время за-
родилась каузалистическая и антивиталистская тенденции, последняя
учитывала статическое понятие возможности, которое впоследствии
появилось в связи с интерпретацией квантовой механики. Например,
в своей лекции «Механицизм или витализм», прочитанной в Венском
философском обществе в 1907 г., Франк пришел к выводу, что до сих nop
еще не была доказана невозможность причинности в биологии, так же,
как двумя годами позже в той же аудитории он отверг возможность аб-
солютного движения и объяснил «принцип относительности и пред-
ставление физической реальности в четырехмерном пространстве».
ПЕРВОЕ ПРЕПЯТСТВИЕ
Начало Первой мировой войны (і9і4~191^) внесло неизбежные кор-
рективы в мирное течение дискуссий, но в целом развитие науки и ее
философского осмысления продолжалось.
В ідііг. Мориц Шлик завершил свою учебу в Университете Рос-
тока, закончив исследование на тему «Das Wesen der Wahrheit nach
der modernen Logik» («Понятие истины в современной логике»). Он
остался в Ростоке и в течение ю лет работал приват-доцентом, одно-
временно разрабатывая реформу философии на фоне происходящей
в естествознании революции. Во время Первой мировой войны Шлик
прослужил два года на военном аэродроме. Он познакомился с А. Эйн-
штейном и стал первым, кто дал философское осмысление его тео-
рии относительности, попытавшись совместить новый позитивизм
с идеями, возникшими из новой теории34,—в книге 1917 г. «Raum und
Frank Ph. Modern Science and its Philosophy. Cambridge, Mass. 1949, p. 18.
Die philosophische Bedeutung des Relativitätsprinzips//Zeitschrift für Philosophie
und philosophische Kritik 159, 1915, 129-175; Raum und Zeit in der
gegenwärtigen Physik. Zur Einführung in das Verständnis der allgemeinen Relativitätstheorie
(«Пространство и время в современной физике. Введение в теорию относи-
телыюсти и гравитации»)//Оіе Naturwissenschaften 5. 191?» 161-167, і77-1^6;
Allgemeine Erkenntnislehrc («Общая теория познания»), Berlin ig1**; Einsteins
Relativitätstheorie//Mosse Almanach, 1921, 105-12З; Die Relativitätstheorie in
26

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДAKTOPA
Zeit in der gegenwärtigen Physik» («Пространство и время в современ-
ной физике»).
Г. Ган принимал участие в Первой мировой войне, в 1916 г. получил
тяжелые ранения, был демобилизован и назначен внештатным профес-
сором в Бонне, где годом позже получил кафедру математики. О. Нейрат
служил на восточном фронте, ав 1916 г. (идо 1918 г.) был назначен ди-
ректором Музея военной экономики в Лейпциге и одновременно руко-
водителем отдела военной экономики в Военном министерстве в Вене.
Рейдемайстер находился на военной службе с 1914 г. по 1918 г.
В 1912 г. Л.Витгенштейн поступил в Тринити Колледж Кембриджа,
где познакомился и подружился с Б. Расселом, Кейнсом и Дж. Муром.
іgі з~ 1914 гг- Витгенштейн провел в Норвегии; с 1914 по * 9х 8 гг.—участ-
вовал добровольцем в военных действиях Первой мировой войны в Кра-
кове, Галиции, Буковине, Италии, был ранен и попал в плен к итальян-
цам. В іді8г. закончил «Логико-философский трактат», a в 1919г. по-
слал его Расселу и Фреге.
Р.Карнап с 1914 г. no 1917 г. находился на военной службе в Бер-
лине в качестве физика, прикомандированного к армии. В 1915-1917 гг-
Г. Рейхенбах работал в военном ведомстве Германии в отделе, отвечав-
шем за Восточный фронт.
В 1914 т- Айдукевич был призван в австрийскую армию и отправлен
на итальянский фронт. Только в конце войны ему удалось вступить в но-
вообразованную польскую армию, из которой он был демобилизован
в 1920 г. в ранге капитана артиллерии.
Ф. Франк в 1914 т* стал преемником Эйнштейна на должности про-
фессора в Немецком университете в Праге, проработав там до 1938 г.
В 1914 г. не стало Фридриха Йодля —одного из преемников Маха
на кафедре Венского университета.
Фон Мизес, получив должность доцента в Университете Страсбурга
в ідодг., оставался там до конца Первой мировой войны. По оконча-
нии войны Страсбург стал французским городом, и фон Мизес вынуж-
ден был искать новое место работы.
В і g 14~ 19 1 7 гг- Твардовский был ректором Львовского университета,
но в силу трудностей военного времени он руководил университетом
из Вены.
Котарбиньский обучался во Львовском университете и в 1915 г- за-
щитил докторскую диссертацию «Utylitaryzm w etyce Milla I Spencera»,
написанную под руководством Твардовского. В том же году вернулся
der Philosophie (Vortrag in Leipzig 1922)//Verhandlungen der Gesellschaft
Deutscher Naturforscher und Ärzte 87, Leipzig 1922, 58-69.
27

O. A. HA3APOBA
b Варшаву, принимал активное участие в культурной жизни города, чи-
тая лекции, публикуя статьи и сотрудничая с Владиславом Вериго в ор-
ганизации Философского института.
В І9і5-і91^гг. Лесьневский жил в Москве и преподавал математику
в польских женских гимназиях. В это время он создает свое учение «ме-
реологию» — оригинальный ответ на работу «Principia Mathematica»
(1910-1913) Рассела и Уайтхеда, с которой он познакомился через книгу
Я. Лукасевича. Непосредственно перед войной Лесьневский активно ра-
ботал во Львове: в 1910 г. Лесьневский переехал во Львов с тем, чтобы
присоединиться к группе учеников Твардовского и завершить свое об-
разование в области математики, проявив интерес к логическим па-
радоксам, алгебре логики Шрёдера, теории отношений и теории ве-
роятности. В том же году он написал свою первую статью «К анализу
экзистенциальныхутверждений», которую, по совету Твардовского, пе-
реработал и опубликовал в журнале «Przegl^d filozoficzny» (1911). Со-
держание этой статьи легло в основу докторской диссертации, напи-
санную под руководством Твардовского и защищенную в 1912 г. Важно
подчеркнуть, что в статье (и в диссертации) впервые вводится и иссле-
дуется различение языка/метаязыка —новшество, которое многие ис-
следователи ошибочно приписывают ученику Лесьневского — А. Тар-
скому. В 1911-1913 гг. Лесьневский читал лекции по теории истины
в Польском психологическом обществе.
Во время Первой мировой войны Лукасевич жил и работал во Львове,
оставаясь там и в период пребывания войск Российской империи.
С 1914 г- начинающий французский философ Луи Ружье опублико-
вал целый ряд статей по философии физики, использованию неевкли-
довой геометрии, демонстрируя глубокие познания в физике и теории
относительности. Главная его работа «La materialisation de l'énergie»
(1917) в 1921 г. была переведена на английский язык. Ружье продолжал
антиметафизический подход Конта и его последователей в немецкой
философии науки—Л. Больцмана, Г. Герца, К. Менгера, фактически став
представителем «нового позитивизма» во Франции.
КОНЦЕНТРАЦИЯ СИЛ
По окончании Первой мировой войны процесс формирования ев-
ропейских центров научной философии продолжился, в частности,
в Вене, Берлине и Варшаве.
В 1920г. P. фон Мизес стал профессором Берлинского универси-
тета. Одновременно он создал и руководил Институтом прикладной
математики и издавал (і92і~і933) престижный «Zeitschrift für ange-
28

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
wandte Mathematik und Mechanik» («Журнал по прикладной матема-
тике и механике»).
В 1925 г. Рейхенбахполучилстепеньдокторафилософии. В 1926 г. он
приехал в Берлин, где получил должность адъюнкт-профессора есте-
ственной философии и физики в Университете. До Берлина Рейхен-
бах работал приват-доцентом в Техническом университете г. Штутгарта
( 1920-1925гг.). В 1921г. он познакомился с Р. Карнапом, приехавшим
в Иену продолжить обучение философии. Вплоть до 1926 г. Рейхенбах
был одним из научных руководителей Карнапа. Знакомство и сотрудни-
чество этих мыслителей стало в прямом смысле судьбоносным для ев-
ропейской научной философии.
В 1927 г. было учреждено «Международное общество эмпирической
философии» и соответствующая его группа в Берлине. Председате-
лем Берлинской группы был Иозеф Петцольд, ставший с 1927 г. (с 6-го
тома) соиздателем не слишком популярного в философской среде жур-
нала «Annalen der Philosophie» и поддерживавший некоторое время
выход этого журнала в свет. В 1928 г. Берлинская группа была преобра-
зована в «Берлинское общество эмпирической философии», которая
позднее по предложению Гильберта стала называться «Обществом на-
учной философии». Некоторые члены Общества разрабатывали про-
блемы биологии, в первую очередь медики под руководством Крауса
и Герцберга, над проблемами технических дисциплин работали Арко
(Агсо) и Парсеваль. Затем вместе с Рейхенбахом, Дубиславом, Греллин-
гом и другими они объединились в Берлинский кружок. Последние об-
ращали особое внимание на проблемы логики и физики как исходный
пункт теоретико-познавательной критики (исходный пункт кантиан-
ства). Они находились под влиянием не столько немецкого естествен-
нонаучного материализма, сколько Гельмгольца, Планка, Больцмана и,
прежде всего, Эйнштейна. На их способ мышления глубокое воздейст-
вие оказали математики Клейн и Гильберт. К числу их учителей можно
отнести также Рассела.
Фактически председателем Общества с 1928 г. стал Ганс Рейхенбах
и его исследования во многом определяли позицию Берлинского Обще-
ства. Основной вклад в философию естествознания35 сделан Рейхенба-
хом в области исследования (I) проблем пространства и времени, и (II)
проблем причинности, индукции и вероятности.
Исследования Рейхенбаха были в основном посвящены философии сстсство-
знания. Книга «Raum-Zeit Lehre» дает краткий общий обзор проблем, которые
в особенности привлекали его внимание, и его представление об адекватном
методе их решения.
29

O. A. HA3APOBA
B Польше шло формирование Львовско-Варшавская школа, объеди-
нившей Я.Лукасевича, С.Лесьневского, Т. Котарбиньского, К.Айдуке-
вича (с 1920г.), А.Тарского, Т.Чежовского, З.Завирского, В.Витвиц-
кого, В. Татаркевича, С. и М.Оссовских, Б. Собоцинского, Х.Мельберга,
С.Леевского, М. Кокошиньскую, И.Дамбску, К. Куратовского, Е.Слупец-
кого, Я.Хосиассон-Линденбаум, М. Пресбургера, Л.Хвистека (после
Первой мировой работал в Кракове) и др.
В 1918 г. Лесьневский вернулся в Варшаву и представил свои работы
«Общая теория множеств I» (первый вариант мереологии) и «Критика
логического принципа исключенного третьего» для получения права
на преподавание в университетах по специальности логика и методо-
логия науки. В igig-ідгогг. Лесьневский стал заведующим специально
открытой для него в Варшавском университете кафедрой философии
математики. Лукасевич в ідгогг. переехал в Варшаву, получив место
профессора философии на научно-математическом факультете Вар-
шавского университета. В 1924 гг. он стал почетным профессором фи-
лософии Варшавского университета. Область научных интересов Лу-
касевича—логика, методология, история философии, история логики
и философия науки. С îgigr. Котарбиньский—доцент Варшавскогоуни-
верситета, a c 1929 г. —профессор того же университета и декан факуль-
тета гуманитарных наук. Айдукевич в ідгог. представил диссертацию,
посвященную методу дедуктивной науки, и получил право на препода-
вание в университетах. До начала второй мировой войны Айдукевич
жил и работал во Львове, активно участвуя в деятельности Львовско-
Варшавской школы и Венского кружка. Хвистек в ідів-ідгггг. изучал
математику и философию в университете Варшавы. В ід24 г. он защитил
докторскую диссертацию «Об исходных понятиях логистики», написан-
ную под руководством Лесьневского, в 1925 г. получил право на препо-
давание в университетах, с 1925 no 1934 гг. работал приват-доцентом по
философии математики на научно-математическом факультете Варшав-
ского университета.
К ідго-м гг. центрально-европейское движение к научному мировоз-
зрению достигло вершины своего развития, выразившейся в появлении
трех книг: М. Шлика «Allgemeine Erkenntnislehre» (1918, «Общая теория
познания»)36, Г. Рейхенбаха «Relativitätstheorie und Erkenntnis Apriori»
(1920, «Теория относительности и знание априори»), Л. Витгенштейна
«Логико-философский трактат» (1921). Промежуточным звеном между
После своего ирисзда в Всну ( 1922 г.) Шлик переработал книгу «Общая теория
познания», которая повторно вышла в свет в вснском издательстве «Springer»
в 1925 г.
3°

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
этими книгами и теорией относительности Эйнштейна стала небольшая
книгаМ.Шлика 19*7 г- «Пространство ивремя всовременнойфизике».
МОРИЦ ШЛИК И ЕГО СЕМИНАР
В начале 1920 г. Нейрат вернулся в Вену и начал преподавать в универ-
ситете. Весной 1921г. окончательно в качестве полного профессора
математики в Венский университет вернулся и Г. Ган. В том же году не
стало Адольфа Штёра, деятельность которого в течение Первой ми-
ровой войны обеспечивала непрерывность развития научной, кри-
тичной философии. Таким образом освободилось и второе профес-
сорское кресло кафедры натуральной философии — кафедры Э. Маха
и Л. Больцмана. Первое кресло не было занято еще со смерти Ф. Йодля
в 1914 г- Ган стремился продолжить дискуссии собиравшегося до войны
в Центральном кафе кружка. Он действовал как организатор и в дово-
енное и в послевоенное время. Ган стал бороться за назначение Морица
Шлика на должность профессора кафедры натуральной философии.
Несмотря на значительное сопротивление, его усилия оказались успеш-
ными, и в 1922 г. Шлик стал преемником Маха и Больцмана. В инаугура-
ционной речи по поводу вступления в должность Шлик выразил свою
приверженность новому научному духу в натуральной философии. Он
считал необходимым сохранить дух Маха и Больцмана в Вене, несмотря
на различие политических позиций их последователей, и поэтому смог
позже в 1928 г. возглавить Общество Э.Маха.
Сразу же после своего приезда в Вену Шлик организовал неформаль-
ную дискуссионную группу из математиков, обсуждавших его хорошо
посещаемые лекции. Тематический спектр университетских лекций
Шлика варьировался от основного предмета натуральной философии
(включая введение в теорию относительности Эйнштейна), истории
философии (Шопенгауэра, Ницше, современная философия) до фило-
софии морали, логики, эпистемологии и философии истории. С одной
стороны, такое преподавание соответствовало традиционным канонам
философского образования, с другой стороны, это соответствовало по-
нятию Шлика о фундаментальной философии, которая объединяла
конкретные философские области (философию истории, языка, рели-
гии, морали, красоты и природы) под руководящим началом современ-
ного естествознания. Девиз, характеризующий его воззрения до конца
1920-х гг., он провозгласил в своей инаугурационной речи: «Практи-
чески вся философия —это натуральная философия».
В то же время Ганс Ган, разделяющий воззрения Шлика, в своих лек-
циях пропагандировал современную математику и логику, отражая ре-
3*

O. A. HA3APOBA
зультаты собственных дискуссий с Больцманом, Гильбертом, Клейном
и Минковским. Темами лекций были дифференциальное и интеграль-
ное исчисления, теория функций, элементарная математика и Булева
алгебра. Ган вел семинар no «Principia Mathematica» Рассела и Уайтхеда,
который посещали Курт Рейдемайстер и Леопольд Виеторис. В 1922 r. no
инициативе Г. Гана Рейдемайстер (1892-1972) получил приглашение
на должность адьюнкт-профессора по геометрии в Венский универси-
тет. Рейдемайстер с 1918 г. обучался в Мюнхене, Марбурге и Гёттингене,
в 1920 г. получил право преподавать математику, физику и философию
в университетах, в 1921 г. в Гамбурге защитил докторскую диссертацию
«On the Relative-Class Number of Certain Relative-Square Number Bodies».
B 1924 г. ученики Шлика Ф. Вайсман и Г. Фейгль предложили своему
учителю организовать постоянный «вечерний кружок» вместе с Г. Га-
ном. Этот кружок объединил не только известных ученых таких, как
М. Шлик, Г. Ган, В. Крафт, Ф. Франк, О. Нейрат, О. Ган-Нейрат и Г. Гом-
перц, но также студентов и аспирантов. Состав участников отражал
дух плюрализма и равенства, свойственный позже Венскому кружку:
Г. Фейгль, Ф. Вайсман, Р. Карнап, Бела Юхос, Генрих Нейдер, Жозеф
Шехтер, Э. Цильзель, Роберт Ньюман, математики К. Менгер, К. Гёдель,
Густав Бергман, Генрих Лёви, Теодор Радакович, Ф. Кауфман и совсем
молодые студенты Эгон Брюнсвик, Роз Рэнд, Марсел Наткин, Вальтер
Холличер и др.
После 1924т* и вплоть до 1936г. (в течение 12 лет!) встречи кружка,
ставшего впоследствии Венским, проходили регулярно, по четвергам.
Сначала это были просто встречи, на которых регулярно проводились
обсуждения актуальных проблем философии и естествознания в стиле,
присущем научному сообществу,—с приглашением всех заинтересован-
ных и профессиональных участников. Первое время этот кружок соби-
рался частным образом, потом во внутреннем здании Института мате-
матики на Больцманнгассе, дом 5. Менгер вспоминал, что Мориц Шлик
был центральной фигурой всех заседаний; он зачитывал письма из пе-
реписки с Расселом и Эйнштейном, фрагменты текстов для обсужде-
ния, анонсировал новые публикации, представлял иностранных гостей,
именно он был инициатором обсуждений и нахождения идеального
равновесия различных точек зрения. На протяжении тех лет, в тече-
ние которых К. Менгер участвовал в работе Кружка, дискуссии нико-
гда не касались политических или экономических проблем; даже ярые
приверженцы тех или иных политических взглядов никогда не выска-
зывали их на заседаниях Кружка.
Вместе с Франком и Нейратом Ган был в числе участников первой дис-
куссии кружка, организованного Шликом. Импульс, который придал Ган
3*

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
символическойлогике, начинаяс 1921-1922 it., «PrincipiaMathematica»
Рассела и Уайтхеда, a также собственные результаты Гана определили
ход дискуссий и мнение кружка в вопросах современной логики.
Летом і924г- Г. Рейхенбах псредал Р. Карнапу предложение Шлика
работать в Вене. В і925г- Карнап приехал в Вену и прочитал не-
сколько лекций для участников кружка. Это были лекции по первому
(несохранившемуся) варианту «Логического построения мира» («Der
logische Aufbau der Welt»). C 1926г. no 1931 г. Карнап работал в Вен-
ском университете доцентом по философии. С 1925 г- по 1928 г. «Логи-
ческое построение мира» активно и подробно обсуждалась членами
кружка. Атмосфера обсуждений была дружеской, ученые не соперни-
чали, a стремились работать сообща во имя ясности и точности мыс-
лей и формулировок. В 1928 г. книга Карнапа «Логическое построение
мира» была опубликована в Вене издательством «Шпрингер».
Зимой 1924-1925 гг- К. Рейдемайстер выступил на семинаре Шлика
с докладом о «Логико-философском трактате» Л. Витгенштейна, чем
привлек внимание к этой книге Г. Гана, который изначально проигнори-
ровал «Трактат» (о чем свидетельствует и К. Менгер). Рейдемайстер из-
ложил свое мнение о значении «Трактата» для современной философии
и логики. Однако после этого доклада именно Ган представил Венскому
кружку обзор «Логико-философского трактата» Витгенштейна как наи-
более важного вклада в философию и логику со времени Рассела, фунда-
ментального текста, объясняющего роль логики. В течение 1926 г. Шли-
ковский кружок строка за строкой изучал «Трактат» Витгенштейна.
С марта по октябрь 1924 г. в Вене работал Ф. Рамсей—молодой матема-
тик, научный сотрудник Кингз Колледжа Кембриджа. Он встречался для
обсуждения «Трактата» с самим Витгенштейном, работавшим тогдаучи-
телем в деревенской школе, и сумел убедить его в том, что его исследова-
ние (т. е. «Трактат») в области философии не завершено и что ему нужно
приехать на стажировку в Кембридж. К тому времени Рамсей (совм.
с Огденом) перевел и издал «Трактат» наанглийском языке. Рамсей также
посещал первые заседания Шликовского кружка, общался с М. Шликом.
Вполне возможно, что в беседах со Шликом Рамсей обсуждал «Трактат»
Витгенштейна и способствовал установлению связей между автором
«Трактата» и Шликом, т. к. их переписка началась в 1924 т*
Таким образом, члены Шликовского семинара практически одновре-
менно —в начале 1925 г. — познакомились с «Логическим построением
мира» Карнапа, которое, по словам Гана, представляло собой воплоще-
ние программы Рассела о точном философском методе, и «Логико-фи-
лософским трактатом» Витгенштейна. В подробных обсуждениях этих
текстов и формировалась единая философская позиция Кружка, a также
33

O. A. HA3APOBA
позиции каждого из участников дискуссий. Темы докладов распределя-
лись между участниками и обсуждались прямо на встречах. Позднее Рей-
демайстер отметил, что «Трактат» не оказал болыіюго влияния на Вен-
ский кружок. Нейрат так описал эту ситуацию:
Венский кружок приложил много усилий для того, чтобы выделить логи-
ческое ядро из «Трактата», высоко оцененного Расселом, чтобы освобо-
дить логику из метафизического панциря «Трактата». Вайжнейшим резуль-
татом освобождения было, в частности то, что логика теперь понималась
как синтаксис языка. Логика и математика обеспечивали аналитические
утверждения, «тавтологии», необходимые в науке для формулировки пред-
ложений о реальности. Неизбежно, что внутри кружка возникло сопротив-
ление метафизике Витгенштейна; многие его тезисы не получали одобре-
ния... в то же время сам Витгенштейн «выбросил за борт» «предложения
о предложениях», последующий и подробный анализ которых подвиг чле-
нов Кружка включить «предложения о предложениях» в язык науки. Стало
ясным, что в логике и эмпирических науках мы сталкиваемся с системами
предложений, на основании формы которых мы должны достичь понима-
ния. В такой интерпретации последний элемент, которого еще недоста-
вало логическому эмпиризму, был найден, и теперь он стал завершенной,
понятный эмпиристской концепцией».37,38
37 Neurath 0. Gesammelte philosophische und methodologische Schriften, ed. by R.
Haller and H.Rutte. г Bde., Wien, 1981. S. 697.
Вайсман работал в качестве научного ассистента Шлика и зарабатывал на жизнь,
ведя семинары y студентов и, прежде всего, читая лекции в венских центрах
народного образования. В Венском кружке 1920-х гг. он играл роль интерпре-
татора витгенштейновских идей. После встреч со Шликом и Витгенштей-
ном, бесед с последним, он попытался опубликовать доступную и одобрен-
ную автором интерпретацию философии «Трактата», но безуспешно. Публи-
кация книги «The Principles of Linguistic Philosophy», анонсированная еще
в і934г* провалилась, в основном, по причине многочисленных возражений
и исправлений Витгенштейна. Известно, что законченные к началу 1930-х
гг. Вайсманом «Тезисы» были распространены для обсуждения среди членов
Венского кружка. Вместе с рукописями «Intoduction to Wittgenstein» и «The
Nature of Logic» они составляли основу книги. Книга, которая должна была
появиться в I томе серии «Schriften zur wissenschaftlichen Weltauffassung»
c программным ведением Шлика, была закончена Вайсманом в очень изме-
ненном виде в і939г- и была опубликована на английском в 1965 г., и только
в 1976 г. на немецком.
34

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
В і927г- к Кружку присоединились математик и логик Карл Менгер (его
пригласил Г.Ган), Курт Гёдель, a в 1928-1929ГГ., параллельно Кружку,
был создан так называемый «Математический Коллоквиум» Менгера.
К. Менгер, специалист по теории кривых, вернулся в Вену из Амстер-
дама, где он два с половиной года работал ассистентом y Л. Брауэра
и преподавал частным образом. В 1927 г. Брауэр приехал в Вену с лек-
циями о своей теории интуиционистского обоснования математики.
К. Менгер посоветовал Ф.Вайсману пригласить на эти лекции Л.Вит-
генштейна. Результат посещения этих лекций и для членов Шликов-
ского кружка и Витгенштейна был неожиданным: члены Кружка убеди-
лись в том, что предлагаемые Брауэром к обсуждению проблемы, уже
нашли свое решение на заседаниях кружка, Витгенштейн же был потря-
сен и решил вновь заниматься философией. Он инициировал личные
контакты, в основном со Шликом и Вайсманом, хотя на ряде встреч ле-
том 1927 г. присутствовали Фейгль и Карнап. Любые попытки Карнапа
получить разъяснения или комментарии автора к каким-либо положе-
ниям «Трактата» вызывали раздражение Витгенштейна, и встречи пре-
кратились. В 1927 г. Шлика пригласили для чтения лекций в Кембридж,
где он встречался с Рамсеем.
ВЕНСКИЙ КРУЖОК, РЕЙХЕНБАХ И «ERKENNTNIS»
В 1928 г. no инициативе «Австрийской организации свободных мысли-
телей» было основано «Общество Эрнста Маха за развитие научного
образования» («Allgemeiner Naturwissenschaftlicher Bildungsverein Ernst
Mach»). Целью создания «Общества» было распространение идей и дос-
тижений естествознания с помощью лекционных курсов, публикаций,
организаций экскурсий и бесплатной раздачи научной литературы.
Четко обозначенный интерес «Общества» к естествознанию был рас-
ширен до включения в него общественных наук, социально-экономи-
ческих проблем сотрудничеством «Общества» с О. Нейратом и его Му-
зеем общества и экономики в Вене, открытым в 1925 г. В Музее Нейрат
успешно применял в целях народного образования созданный им Вен-
ский метод статистики в картинках. На первом организационном засе-
дании «Общества» с программной лекцией «Э. Max и точная картина
мира» выступил Нейрат, a Шлик был избран его председателем. Дея-
тельность «Общества» началась с лекции Ф. Франка «Туристические за-
метки о научном мировоззрении в России». По приглашению Россий-
ского физического общества Франк в числе других физиков побывал
в СССР с лекционным туром и заинтересовался взаимосвязями науч-
ного мировоззрения и диалектического материализма.
35

O.A. HA3APOBA
B этом же, 1928, году Шлик вместе с Франком начал публикации книж-
ной серии «Schriften zur wissenschaftlichen Weltauffassung» («Очерки
o научном миропонимании»)39. До і937г- было издано ю монографий,
в числе которых знаменитые «Логический анализ языка» Р. Карнапа,
«Логика исследования» К. Поппера, «Вероятность, статистика и истина»
Р. фон Мизеса.
В і929г- М.Шлик получает привлекательное приглашение на ра-
боту в Бонн. Это событие становится поворотным моментом в истории
Кружка, т. к. перспектива отъезда Шлика из Вены побуждает О. Нейрата
(инициатор), Г. Гана и Р. Карнапа к созданию Манифеста «Научное миро
понимание40. Венский кружок», в котором они ясно отводят ему место
лидера сложившегося объединения мыслителей и просят сохранить Кру-
жок и продолжить его работу. Шлик отказался от приглашения в Бонн.
На мой взгляд, именно издание в 1929 г. Манифеста, ставшее первой
публикацией Общества Э.Маха, закончило формирование идей, обсу-
39 ѴЫ. 1. Waismann Friedrich. Logik, Sprache, Philosophie; Vol. 2. Carnap Rudolf. Abriß
der Logistik. Mit besonderer Berücksichtigung der Relationstheorie und ihrer
Anwendungen. 1929; Vol. 3. Mises Richard von. Wahrscheinlichkeit, Statistik und
Wahrheil. 1928; Vol. 4. Schlick Moritz. Fragen der Ethik. 1930; Vol. 5. Neurath Otto.
Empirische Soziologie. Der wissenschaftliche Gehalt der Geschichte und
Nationalökonomie. 1931; Vol. 6. Frank Philipp. Das Kausalgesetz und seine Grenzen.
1932; Vol. 7. Kant Otto. Zur Biologie der Ethik. Psychopathologische
Untersuchungen über Schuldgefühl und moralische Idealbildung. Zugleich ein Beitrag zum
Wesen des neurotischen Menschen. 1932; Vol. 8. Carnap Rudolf. Logische Syntax
der Sprache. 1934; Vol. 9. Popper Karl. Logik der Forschung. Zur
Erkenntnistheorie der modernen Naturwissenschaft. 1935; Vol. 10. Schachter Josef Prolegomena zu
einer kritischen Grammatik. 1935; Vol. 11. Kraft Viktor. Die Grundlagen einer
wissenschaftlichen Wertlehre. 1937.
Rudolf Carnap, Hans Hahn, Otto Neurath. Wissenschaftliche Weltauffassung. Der Wiener
Kreis. Wien: Artur Wolf Verlag, 1929. См. данную книгу на с. 57-74
Нейрат, как и авторы многих других статей, противопоставляет здесь фило-
софскую позицию Венского кружка традиционной философии. Поэтому вме-
сто привычного слова «Weltanschauung» — «мировоэзрение» он использует
выражение «Weltauffassung» —«миропонимание» или «мировосприятие». Науч-
ное миропонимание противостоит философскому мировоззрению. Возможно,
«Weltauffassung» лучше было бы передавать выражением «картина мира», тем
более что словосочетание «научная картина мира» для отечественной лите-
ратуры кажется привычным, a именно это и имеет в виду Нейрат. Ниже мы
будем испольэовать все возможные варианты перевода, когда это нс искажает
мысль автора. — Прим. А. Л. Никифорова
зб

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДAKTOPA
ждавшихся в Шликовском кружке. Манифест ясно представгиі новую фгиіо-
софскую концепцию и новое объедшіение-Вепский кружок.
Р. фон Мизес, будучи директором Института прикладной матема-
тики в Берлине, способствовал установлению связей Венского кружка
и Берлинского общества эмпирической философии. Рсйхенбах и Кар-
нап, благодаря давно сложившимся дружеским отношениям, находи-
лись в центре этих взаимосвязей.
Сразу после создания «Общества эмпирической философии» (1928),
которым фактически руководил Ганс Рейхенбах, его деятельность, как
видно из переписки41, была сосредоточена на создании журнала. Изда-
ние журнала было интеллектуальной необходимостью для Рейхенбаха.
Проект «Erkenntnis», если не полностью, то в большей мере принадле-
жит Рейхенбаху. Для осуществления этого проекта Рейхенбах тесно со-
трудничал с Венским кружком. Организация методологически близко
мыслящих философов была единственным способом влияния Рейхен-
баха на философское сообщество, поскольку он не был профессором
философии и обычные академические способы влияния были ему не-
доступны. Подобно иным мероириятиям, и в этом случае Рейхенбах за-
рекомендовал себя великолепным организатором. В многочисленных
письмах между Рейхенбахом и Феликсом Майнером, знаменитым не-
мецким издателем, разворачивается история рождения «Erkenntnis».
Переписка продолжалась в течение нескольких лет. Майнер был актив-
ным участником процесса создания журнала и был по-настоящему заин-
тересован в его философском успехе.
Работы членов Венского кружка регулярно появлялись в австрийских
и зарубежных журналах. Ган, Фейгль, Крафт, Юхос, Шлик регулярно чи-
тали лекции в Философском обществе Венского университета, которое
стало также венской группой Кантовского общества. Однако этого было
недостаточно: чтобы быть доступным для широкой академической об-
щественности, Кружку был необходим собственный печатный орган.
Первое публичное выступление Венского кружка и Берлинского об-
щества эмпирической философии на Первой конференции по теории
познания точных наук в Праге (приуроченной к Конгрессу общества не-
мецких физиков) с 15П0 іусентября 1929г.42 стало заметным событием,
заявкой нового направления в европейской философии. Для обсужде-
ния были выбраны две главные темы: причинность и вероятность в ка-
Фонд Г. Реихенбаха. Архив философии науки XX века. Отдел спецнальных фон-
дов Хиллмановской библиотски Унивсрситета Питтсбурга.
Органи:іатором ее выступил Ф. Франк —нрофсссор Немсцкого университета
в Прагс.
37

O. A. HA3APOBA
честве основной темы, кризис оснований математики, a также Мани-
фест Венского кружка,—в качестве дополнительной. Участники конфе-
ренции пришли к мнению о том, что нужно популяризовать свои идеи
с помощью издания своего журнала, специальной серии книг и создания
общественной организации.
На Пражскую конференцию приехал и Ф. Майнер. Он лично позна-
комился с целым рядом членов Венского кружка и Берлинского обще-
ства. При этом Рейхенбах и Карнап проявили серьезный интерес к из-
даваемому Майнером и испытывавшему трудности журналу «Алпаіеп
der Philosophie» («Анналы философии»). С другой стороны, y Майнера
создалось впечатление, что для журнала было бы полезно присоеди-
ниться к движению логического эмпиризма.
Журнал «Анналы философии» имел длинную историю. В 1897 г- из"
вестный немецкий исследователь творчества Канта Ганс Файхингер
(1852-1933) основал журнал «Kantstudien»43, издателем которого был
Ф.Майнер. В і904г- Файхингер основал и «Кантовское общество». Ос-
новывая новый журнал, Файхингер, прежде всего, ставил перед со-
бой цель предоставить трибуну для Als-ob-Philosophie44. Основной тезис
этой философии заключался в том, что для познания нужно создавать
целесообразные фикции и что всю систему знания следует рассматри-
вать как набор полезных фикций. Поэтому подзаголовок журнала зву-
чал программно: «С особым вниманием к проблемам Als-ob-Betrachtungf5».
В январе і919г- журнал Файхингера вышел под названием «Annalen
der Philosophie» («Анналы философии»). Ko времени появления пер-
вого номера «Анналов философии» и одновременным выходом в свет
третьего издания «Философии Как-если-бы», впервые изданном Майне-
ром, Файхингер ослеп и нуждался в помощнике. Такого помощника он
нашел в лице Раймунда Шмидта, который уже принимал участие в изда-
нии в качестве корректора и переводчика и постепенно превращался
в издательского редактора. До этого (после войны) он работал учителем
одной из частных школ Лейпцига. Шмидт был известен широкой фило-
софской общественности благодаря предпринятому Майнером новому
изданию «Критики чистого разума». Он также писал рецензии и сообще-
ния о философских конференциях в «Лейпцигской газете». Его сообще-
ние о конференции Кантовского общества настолько понравилось Фай-
хингеру, что он подарил ему для обсуждения свою «Философию-как-если-
бы». С тех nop между ними началось тесное сотрудничество, которое
«Кантовские исследования».
« Как-есл и-бы-философии ».
«Как-если-бы-анализа».
38

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
вскоре привело к тому, что Шмидт не только активно участвовал в после-
дующих изданиях этого произведения, но и стал соиздателем «Анналов
философии». Практически он исполнял все обязанности редактора.
Однако журнал не пользовался большим успехом в философских кру-
гах. Это было обусловлено тем, что в течение первых лет он жестко
ограничивался обсуждением Философии-Как-если-бы. Следовало рас-
ширить рассматриваемую проблематику и старый подзаголовок был
заменен на «...и философская критика». Начиная с 6 тома (1927) K Фай-
хингеру и Шмидту в качестве третьего издателя присоединился Йозеф
Петцольд. «Поддержка» для журнала означала следующее: речь шла
об учреждении общества («Обществом научной философии»), членом
которого становились «Анналы».
Когда в 1928 г. разразился мировой экономический кризис, дальней-
шее издание журнала оказалось под угрозой. Шмидт, связь которого
с Майнером прекратилась вследствие многочисленных расхождений
и трудностей с оплатой его труда, уехал в 1929 т*в США с целью выяснить
возможности интернационализации журнала и найти средства для осу-
ществления этого проекта. Этот вопрос он обсуждал в США с Дж. Дьюи.
В конце 1929г- Раймунд Шмидт возвратился из США с проектом пре-
образования «Анналов» в новый журнал под названием «Форум филосо-
фикум», что должно было осуществляться на деньги американцев и под
руководством Шмидта. Между ним и Майнером произошел конфликт:
возник вопрос о том, кому принадлежат права на журнал и кто может
осуществлять его переименование, осуществлять ту или иную редакци-
онную политику и т. д. В обращении к подписчикам «Анналов» Шмидт
извещал их о своих планах преобразования журнала. В конечном итоге
спор закончился тем, что Раймунд Шмидт основал свой собственный
журнал, который после выхода трех номеров прекратил свое существо-
вание. Сам Шмидт ушел работать на радио.
Издателями «Анналов» стали Карнап и Рейхенбах, и журнал продол-
жал выходить под названием «Erkenntnis», причем предполагалось, что
Шлик должен стать членом редколлегии. Журнал представлял два объ-
единения —«Общество эмпирической философии» в Берлине, в кото-
ром ведущую роль играли Рейхенбах, Вальтер Дубислав и Курт Грел-
линг, и «Общество Эрнста Маха» в Вене, философская позиция кото-
рого определялась Венским кружком. Оба объединения и издатели
рассматривали «Erkenntnis» как центральный орган логического эм-
пиризма. Однако наиболее значимой философской темой переписки46
Фонд Г. Рейхенбаха —часть Архива философии науки XX века, в котором также
находятся Фонды Р. Карнапа и Ф. Рамсея. Архив философии науки XX века рас-
39

O. A. HA3APOBA
Рейхенбаха стало выявление различий между двумя кружками. В его ар-
хиве сохранилось много поразительных и важных писем относительно
взаимоотношений Рейхенбаха и Венского кружка. Во многих из них,
в частности, в переписке с Карнапом47 и Шликом, Рейхенбах пред-
принимает огромные усилия по уточнению своей позиции, отделяя ее
от позиции Венского кружка. Эти отличия, в особенности, касаются та-
ких проблем, как интерпретация вероятности, проблема индукции, он-
тологическое обязательство, интерпретация контрфактических сужде-
ний, природа времени и когнитивная значимость утверждений морали.
Многое о взглядах философа можно узнать, отметив то, с кем он невел
переписки. Несмотря на то, что Рейхенбах вел переписку или, по край-
ней мере, имел контакты со многими значительными философами сво-
его времени, изучение его эпистолярного наследия показывает, что он
не общался с Л. Витгенштейном. He существует писем между Рейхенба-
хом и Витгенштейном и практически нет ссылок на Витгенштейна в ра-
ботах Рейхенбаха. Факт еще более удивительный, если учесть то, что
Рейхенбах регулярно переписывался с М. Шликом и другими членами
Венского кружка, которые находились в постоянном контакте с Витген-
штейном. Этот факт лишний раз доказывает оригинальность, независи-
мость идей и работ Рейхенбаха и Берлинского кружка.
В 193° г- вышел в свет первый номер журнала «Erkenntnis». Рейхен-
бах написал черновик вступительной статьи к этому номеру. Предпола-
галось, что вступительная статья будет подписана Рейхенбахом, Кар-
напом и Шликом. Однако y них возникли разногласия относительно
исходного определения цели журнала. В известном письме Шлик со-
общает Рейхенбаху, что он не может быть соредактором «Erkenntnis»
наряду с Рейхенбахом и Карнапом, как планировалось изначально, по-
положен в отделе специальных фондов Хиллмановской библиотеки Универси-
тета Питтсбурга. Фонд Г. Рейхенбаха—недавнее приобрстсние архива, библио-
графическое изучение которого продолжалось в течение последних несколь-
ких лет. Фонд состоит из множества заметок, рукописей, записей. Однако
усилия по описанию и организации материала были сосредоточены на пере-
писке. Теперь эта часть Фонда Рейхенбаха открыта для заинтересованных
исследователей.
Для того, чтобы понять, что в интерпретации вероятности взгляды Рейхсн-
баха и Карнапа принципиально отличались, достаточно сравнить их опуб-
ликованные работы или же прочитать статьи, посвященные творчсству того
и другого. Но если мы хотим ионять, как оба философа отстаивали и измсня-
ли свою точку зрения іюд влиянисм критики другого, нам нужно просмотрсть
их переписку.
40

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
скольку он не уверен, что журнал будет представлять то философское
направление, с которым он мог бы согласиться.
Рейхенбах опубликовал в первом номере «Erkenntnis» «Введение»48,
носившее программный характер: философия должна развиваться
в тесной близости с естественными и общественными науками и зани-
маться анализом и критикой науки. Издатели «Erkenntnis» стремятся
осуществлять философское исследование в тесной связи с процеду-
рами и результатами различных научных дисциплин: предполагается,
что анализ научного исследования и его предпосылок поможет понять
характер человеческого знания в целом. Следует стремиться к ясности
языка и точному пониманию значения используемых слов. И в то же са-
мое время объективность и прогрессивный характер науки поддержи-
вает убежденность в том, что и сама философия должна получить новое
основание, которое поможет устранить досадное расхождение во мне-
ниях и раздроблениость философии; философия не должна оставаться
областью конфликтующих «систем», a может приобрести статус объек-
тивного знания. Этим и обосновывается и новое название «Анналов»:
Целью философии является познание, как и для любой конкретной науки,
поэтому мы и избрали это слово для названия нового журнала. Наш журнал
не будет представителем чьих-то мнений, выразителем каких-то немысли-
мых систем или поэтических картин, он будет служить познанию.
Начиная с 1929 г., к новому направлению присоединялись все новые
и новые единомышленники из разных стран Европы и США: помимо
Берлинской группы к движению логического эмпиризма присоедини-
лись немецкие математики Адольф А. Френкель, Хассо Хёрлен, Виктор
Ленцен, американец Дикинсон Миллер, финский профессор филосо-
фии Эйно Кайла, английский математик Фрэнк П. Рамсей, венгерский
математик Джон фон Ньюман. Начался период интенсивных междуна-
родных контактов с сообществами ученых в Берлине, Праге, Гёттин-
гене, Варшаве, Великобритании и США, публикаций и лекций.
В 1929 г. в Вену приехал Карл Гемпель, аспирант Рейхенбаха. Он про-
учился там один семестр, слушая лекции Шлика, Карнапа и др. и посе-
щая заседания Венского кружка. В том же году в Вену приехал аспирант
из США Альберт Е. Блумберг. Под руководством Шлика он написал дис-
сертацию «Философия Э. Мейерсона и позитивизм». В і93ог- М.Шлик
получил приглашение прочесть лекции в Стэнфорде, a в 1931_1932ГГ-
Reichenbach H. Zur Einführung//Erkenntnis. 1930-1931, Bd.I. S. 1-3. См. данную
книгу на с. 95-97.
41

O. A. HA3APOBA
провел несколько месяцев как приглашенный профессор в Универси-
тете Стэнфорда, в Беркли, Калифорния.
В і93ог- Г. Фейгль49 первым из членов Вснского кружка эмигрировал
в СШ А. Фейгль внес сущсственный вклад в развитие международных свя-
зей Венского кружка. В 1931 г- он огтубликовал совместную с A. E. Блум-
бергом статью «Логический позитивизм. Новое движение в европей-
ской философии» в американском журнале «Journal of Philosophy»
(«Философский журнал»). Как отмечалось выше, термин «логический
позитивизм» принадлежит Г.Фейглю и был впервые использован им
для знакомства интеллектуальной общественности США с новым на-
правлением европейской мысли. Однако уже к середине і93°"х гг- мно-
гие члены Венского кружка предпочитали термин «логический эмпи-
ризм» или «научный эмпиризм».
Основанный К. Менгером Математический коллоквиум (1928-
1936 гг.) находился под интеллектуальным влиянием Венского кружка
и имел сильную ориентацию на международное сотрудничество. В част-
ности, Менгер послужил посредником между Венским кружком и Львов-
ско-Варшавской логической школой. Приняв приглашение А. Тарского
в і93ог» Менгер инициировал плодотворное общение между этими ор-
ганизациями, которое продолжалось вплоть до начала Второй мировой
войны и в эмиграции.
С 5 по 7 сентября і93ог- в Кёнигсберге50 совместно с Конгрессом
немецких физиков и математиков состоялась Вторая конференция по
эпистемологии точных наук. На этой конференции К. Гёдель впервые
представил результаты своего революционного открытия о невозмож-
ности полной формализации арифметики, a следовательно, и знания
в целом. He менее важным в то время событием были доклады Ф. Вайс-
мана «Природа математики: точка зрения Витгенштейна» (результат
Г. Фейгль—студент Шлика, под руководством которого он написал диссертацию
«Zufall und Gesezt». Книга Фейгля «Theorie und Erfarung in der Physik» (1929)
получила похвальные отзывы Эйнштейна и Вольфганга Паули. Он описал
основания и типы физических теориіі с целью обсуднть их смысл и обоснован-
ность на примере квантовой мсханики. Возможно, его идеи оказали бы боль-
шее влияние на членов Венского кружка. ссли бы он не эмигрировал в США
в 198°г- Как один из первых защитников критического реализма (наряду
со Шликом, Крафтом и позже Поппсром), Фейгль проанализировал кантиан-
ство и конвенционализм и предложил (гипотетико-дедуктмвный) «нейтраль-
ный позитивизм» за пределами традициопных идеализма и матсриализма.
К. Рейдемайстер как профессор математики университста Кёнигсберга выстл-
пил организатором этой конфсрснции.
42

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
его и Шлика бесед с Виттенштейном, в которых речь шла о формули-
ровке принципа верификации в отношении к математике) и В. Гейзен-
берга «Закон причинности и квантовая механика».
Согласно Крафту, после і93ог- главными темами обсуждений Вен-
ского кружка были: а) новая книга Р.Карнапа «Логический анализ
языка» и его критика Вайсманом, б) физикализм, представляемый Ней-
ратом и Карнапом, в) труды Гейзенберга, Бора, Планка, Паули, представ-
ляемые к обсуждению Шликом и Ганом. Согласно Бергману, обсуждались
также математика Гильберта, теория типов Рассела, исчисление вероят-
ностей, вопросы, касающиеся предполагаемого вычленения конкрет-
ных социальных наук, специфики «наук о духе», проблема типизации.
В ідз1 г- в журнале «Larousse mensuel illustré» Л.Ружье огтубликовал
обзор работ Рейхенбаха и Шлика. В течение последующих несколь-
ких лет генерал де Вуйемин, посвятивший себя распространению идей
и методов Венского кружка во Франции, М. Боль и Л. Ружье перевели
на французский язык и опубликовали в издательстве «Hermann» в Па-
риже целый ряд небольших монографий Р. Карнапа, Г. Гана, Ф. Франка,
О. Нейрата, Г. Рейхенбаха и М. Шлика.
В і920-і93°"х гг. Ружье был исключением для французской интеллек-
туальной среды еще и в том смысле, что интересовался всем, что происхо
дит за пределами Французской академии, в особенности в Италии и Гер>-
мании, Австрии. В его книгах содержатся первые для Франции обсуж-
дения идей Дж. Ферреро, В. Парето, В.Зомбарта и М.Вебера. Поэтому
когда Ружье узнал о существовании обществ в Вене и Берлине, то сразу
понял близость их идей и его собственных. Он выдвинул идею создания
«Общества Анри Пуанкаре», которой не суждено было реализоваться51.
Первое письмо Ружье Шлику датировано 27 ноября 193l г- Однако
Ружье был известен членам Венского кружка и раньше, a именно своей
книгой 1920г. «Les paralogisms de rationalism» («Паралогизмы рациона-
лизма»)52. В книге содержалась подробная критика Ружье традицион-
Сегодня во Франции существуст «Общсство Анри Пуанкаре-, н« совершенно
на иных основаниях.
В ідгог. Ружье защитил докторскую диссертацию в Сорбонне, Париж. По мате-
риалам диссертации он оііубликовал две книги «La philosophie géométrique
de Poincaré» («Геометрическая философия Пуанкаре») и «Les paralogisms
de rationalism» (1920). B 1921 г. вышла в свет книга «La structure des theories
deductives» («Структура дедуктивных теорий») как продолжение книги о Пуан-
каре. Эти две работы представляли собой исследование понятия аксиомати-
ческой теории в свете новых идсй Гильберта, Пеано, Падоа, Рассела и др..
ставших основанием для оригиналыюй интерііретации —вие неокаитианско-
43

O. A. HA3APOBA
ных форм априорного рационализма. Он стремился показать, что веч-
ные истины, которых иридерживаются рационалисты, являются либо
эмпирическими истинами либо необязательными конвенциями. Члены
Венского кружка высоко оценили эту книгу. Как писал Ф. Франк, это луч-
ший из известных мне критических обзоров школьной философии.
Сьюзан Стеббинг —последовательница Дж. Мура и основательница
журнала «Analysis», продолжающего выходить в свет и в наши дни,—
была инициатором установления контактов с Венским кружком, при-
гласив Карнапа читать лекции в Англию.
В і932_1933г- молодой ученый из Англии Альфред Айер, которого
Гильберт Райл познакомил с трудами Рассела и Витгенштейна, приехал
для продолжения учебы в Вене и посещал заседания Венского кружка.
Вернувшись в Оксфорд, он обучался в аспирантуре Крайстчерч-колледжа
и в ід3^г- н^писал книгу «Language, Truth and Logic» («Язык, истинаило
гика»), которая популяризировала идеи Венского кружка в Великобри-
тании и сопоставляла их с традициями английского эмпиризма.
В 1932 г. на обратном пути из Советского Союза Ружье остановился
в Берлине и сделал доклад в «Обществе эмпирической философии». То-
гда же, по его словам, в разговоре с Рейхенбахом ему пришла в голову
идея организации международных конгрессов. В ноябре 1933 г- в письме
Нейрату Ружье предлагает Париж вместо Праги как место проведения
подготовительной конференции.
В 1933г- в Вену из Гарварда приехал бывший студент Альфреда
Н.Уайтхеда Уиллард ван Орман Куайн. Его пребывание в Вене, a затем
в Праге позволило ему познакомиться со всеми выдающимися предста-
вителями Венского и Берлинского кружков, a также с А.Тарским. Это
общение не только связало Куайна с логическим позитивизмом и Дви-
жением за единую науку, но через него оказало влияние на послевоен-
ную американскую мысль.
Тем временем число подписчиков журнала «Erkenntnis» росло, и к
1933г- перевалило за четыре сотни. С ростом числа подписчиков улуч-
шалось финансовое положение журнала. Рейхенбах, как редактор жур-
го «мусора» — конвенционализма Пуанкаре. Ружье полагал, что если аксиомы
формальной системы предполагаются, но не доказываются, они должны счи-
таться конвенциями; они являются результатом «молчаливого согласия» или
согласием, достигнутым свободным решснисм, или «решениями доброй воли».
Согласно Ружьс, в данном случае мы имеем дело с «необязатсльными конвен-
циями» (conventions facultatives), т. с. конвенциями, которыс в любой момснт
можно заменить на противоположныс, виеся в научный язык лишь ііеболь-
шую модификацию.
44

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
нала и достаточно независимый от различных направлений и объеди-
нений исследователь, вел активную переписку с читателями и потен-
циальными авторами журнала. Он общался со многими философами,
которые в методологическом и тсоретическом плане принадлежали
совершенно иным лагерям. Например, Рейхенбах переписывался
с Г.Динглером, К.Ясперсом, Г. Вайхингером, если отметить самые из-
вестные имена философов, весьма далеких от логического позити-
визма. В несколько сотнях писем Рейхенбаха обсуждается возможные
публикации «Erkenntnis». B некоторых письмах Рейхенбах представ-
ляет в журнал рукописи хорошо известных философов таких, как Кас-
сирер, в других —он рассуждает о возможности публикации статей ме-
нее известных авторов. Во многих письмах Рейхенбах разъясняет пози-
ции Берлинской и Венской групп интересующимся читателям.
Хотя «Erkenntnis» предоставлял широкие возможности для внутрен-
них дискуссий, Карнап и, в особенности, Нейрат были категорически
против диалогов с представителями традиционной философии. 23 ян-
варя 1935 г- Карнап сообщает Нейрату о том, что Ионас Кон, неокан-
тианец из Фрайбурга, спрашивал y Рейхенбаха, не готов ли «Erkenntnis»
опубликовать критику идей Венского кружка. Рейхенбах дал принципи-
альное согласие и вот теперь y него имеется рукопись статьи: «Рейхен-
бах считает ее приемлемой, a возражения вполне типичными, поэтому
полагает, что ее можно опубликовать. Мне же она представляется чрез-
мерно философичной и неясной для нашего читателя. Мне кажется,
рукопись следует отклонить. Как ты думаешь, стоит ли нам вступать
в дискуссии с философами?». Ответ Нейрата от 28 января не остав-
ляет сомнений: «По поводу Йонаса Кона. Я считаю ошибочным всту-
пать в дискуссии с традиционными философами. У нас не хватает места
для обсуждения собственных внутренних проблем... Нет никакого ин-
тереса втом, чтобы обмениваться 'типичными' возражениями».
Однако в Германии и Австрии продолжалось ухудшение политиче-
ской обстановки, что все больше сказывалось на сторонниках логиче-
ского позитивизма. Из издателей «Erkenntnis» первым покинул свое
место Г.Рейхенбах. В ідЗЗг- он эмигрировал в Турцию, сохранив за
собой пост редактора журнала. Он продолжал участвовать в издании
«Erkenntnis», руководя им из Стамбула (до тех nop, пока немецкое пра-
вительство не приказало Ф. Майнеру прекратить публикацию журнала.
Рейхенбах узнал об этом из письма издательства Кембриджского уни-
верситета.)
В і934г- в Праге состоялась подготовительная к Первому между-
народному конгрессу конференция, объединившая ученых и фило-
софов из Австрии, Праги, Германии, Польши, Италии, Нидерландов
45

O. A. HA3APOBA
и Скандинавии, Англии и США. Среди международных участников
этой конференции —К.Айдукевич, А.Тарский, З.Завирский, Я.Хос-
сиасон (Польша), Л.Ружье (Франция), Й.Йоргенсен (Дания), Г. Рей-
хенбах (Турция), Э.Нагель, Ч.Моррис (США)53, Э. Кайла (Финляндия).
Конференция в Праге, во-первых, продемонстрировала тесные связи
Венского кружка с Львовско-Варшавской логической школой и амери-
канским прагматизмом в лице Ч.Морриса, и, во-вторых, окончательно
оформила Движение за единую науку. Личные контакты с Ч. Моррисом
и У. Куайном стали чрезвычайно важны в период уже начавшейся эмиг-
рации. Конференция в Праге была последней конференцией по логи-
ческому позитивизму в Центральной Европе. В Праге был избран меж-
дународный оргкомитет по организации Первого международного кон-
гресса за единство науки. Одним из его членов был Л. Ружье. В 1934 г- он
впервые смог поучаствовать в заседаниях Венского кружка, выступить
на конференции, посвященной философии науки Пуанкаре.
В 1934г- прекратило свое существование «Общество Э. Маха». Шлик
не смог этому противостоять. Деятельность «Общества», помимо про-
читанных его членами 50-ти лекций, отмечена такими эпохальными со-
бытиями, как публикация Манифеста Венского кружка, началом пуб-
ликаций журнала «Erkenntnis», проведением Первой Пражской конфе-
ренции ід29г-
Фактически вдвоем Нейрат и Ружье организовали Первый конгресс
за единство науки в Париже. Переписка Нейрата и Ружье содержит бо-
лее 50о писем, преобладающее содержание которых —вопросы органи-
зации Конгрессов 1935 и 1937гг» а также вопросы издания «Энцикло-
педии единой науки».
С іб по 2і сентября 1935 г- в Париже в Сорбонне состоялся Первый
Международный конгресс за единство науки. Газеты и журналы под-
робно освещали работу Конгресса, брали интервью y его участников,
ведь на Конгресс приехали около 170 ученых из 2о стран. Впервые Кон-
гресс собрал такое большое число участников. Было прочитано 88 док-
ладов, из них 2і — французскими участниками конгресса. Интенсивно
обсуждался проект «Энциклопедии единой науки». Это было первое
и весьма успешное выступление нового философского движения перед
широкой общественностью Европы. На этом Конгрессе Б. Рассел заме-
тил, что «Вена» — это понятие психологии, a не географии. Это значит,
что идеи Венского кружка получили мировое признание.
Работа над просктом «Энциклопедпи сдиной науки» позволила Ч. Моррису син-
тезировать идеи американского прагматизма, традиционного английского
эмпиризма и логического иозитивилма, основав соврсмснную семиотику.
4б

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
После Конгресса і935г- в «Revue de Paris» Ружье опубликовал ста-
тью «Une philosophie nouvelle: l'empirisme logique, à propos d'un
Congrès récent» («Новая философия: логический эмпиризм. Заметки к про-
шедшему конгрессу») с целью популяризировать идеи логического эм-
пиризма среди французских ученых и интеллектуалов. Для того, чтобы
быть понятным французской общественности, вышли в свет 8 томов
материалов Конгресса под названием —«Материалы Конгресса по на-
учной философии» —и вызвали болыиой интерес как y ученых, так
и в прессе.
1936 ГОД —НАЧАЛО КОНЦА
В 1936 г- перед лицом усиления национал-социализма второй редактор
«Erkenntnis» P. Карнап покинул Прагу, где проработал с ідз1 по іЭЗБ^»
и при посредничестве Ч. Морриса и У. Куайна переехал в США. Еще
до этого значительная часть редакторской работы по журналу легла
на плечи О. Нейрата, который сам был вынужден эмигрировать в Гол-
ландию и жил там в тяжелейших условиях. Фактически Нейрат был
«неявным» соиздателем «Erkenntnis» и важнейшим двигателем логико-
эмпиристского движения. Процитированное выше обращение к нему
Карнапа отнюдь не было чем-то исключительным, и Нейрат твердо со-
хранял политику журнала, «которая так важна для нас» (Нейрат— Кар-
напу от 02.oi.i934)- В публикациях «Erkenntnis» он старался сохранить
научную строгость логического эмпиризма. A 2 января і935г- Нейрат
писал Карнапу:
Поскольку я пользуюсь некоторым влиянием, библиографию и всю инфор-
мацию я стараюсь опубликовать как можно раньше. Нас травят. Если уж мы
можем еще говорить в этой отравленной атмосфере, то пусть потомкам
останется хотя бы наша библиография. Если говорить серьезно, то я знаю,
что в 1936 г. нужно провести еще хотя бы один Конгресс до того, как начнет-
ся мировая война или произойдут еще какие-то потрясения. Но, конечно,
все это возможно только в сотрудничестве с тобой и Рейхенбахом, посколь-
ку y меня нет соответствующей компетенции. Кто знает, не станет ли эта
публикация нашей лебединой песней?54
См.: Hegselmann R. Die Korrespondez zwischen Otto Neurath und Rudolf Carnap
aus den Jahren 1934 bis 1945 — Ein vorläufiger Bericht//Philosophie,
Wissenschaft, Aufklärung — Beiträge zur Geschichte und Wirklung der Wiener Kreises.
DahmsH.J. (Hg.) Berlin, 1985. Pp. 276-290.
47

O. A. HA3APOBA
C 21 no 26 июня 1936 r. B Копенгагене в доме Нильса Бора состоялся Вто-
рой международный конгресс за единство науки на тему «Проблема при-
чинности. Конкретные проблемы физики и биологии», обсуждавший
копенгагенскую интерпретацию квантовой теории. На следующий день
после открытия Конгресса— 22 июня—егоучастники узнали обубийстве
в Вене Морица Шлика. Шлик был застрелен на ступенях Венского уни-
верситета своим бывшим студентом, действовавшим по личным мировоз-
зренчеасим55 и политическим мотивам56. Шлик находился в полном рас-
цвете своих творческих сил и на вершине своего влияния как ученый.
Убийство Шлика стало знаковым событием: завершалась обществен-
ная деятельность Венского кружка в Европе. И в целом, время спокой-
ной интеллектуальной работы в Европе заканчивалось. Члены Венского
кружка и их друзья в Германии, Польше, Чехословакии стали готовиться
к эмиграции. Небольшая группа студентов под руководством Вайсмана
и Цильзеля продолжала встречаться по четвергам вплоть до ідз^ г-, пока
нацистский режим не запретил окончательно деятельность Кружка.
Как 1936 год—год убийства М. Шлика, так и 1938 год—год прекращения
заседаний Венского кружка можно считать последним годом существова-
ния Венского кружка. На мой взгляд, эти даты преждевременны: не в Вене,
но в Европе продолжаетиздаваться «Erkenntnis», монографии поединой
науке, проводятся международные Конгрессы за единство науки.
В ідз^г. положение «Erkenntnis» в Германии, казавшееся вполне проч-
ным, резко ухудшилось. 12 ноября 1936 г. Карнап пишет Нейрату о том,
что Майнер получил официальный запрос относительно выяснения арий-
ского происхождения издателя «Erkenntnis». И он продолжает: «Что нам
делать, если вследствие этого возникнут трудности с Рейхенбахом? Со-
хранить журнал и пригласить другого издателя? Или уехать в Америку?».
В своем ответе Нейрат выразил ту позицию, которой он последова-
тельно придерживался и в отношении других печатных органов и проек-
тов, в частности, проекта книжной серии ««Einheitswissenschaft/Unified
Science/Science Unitaire» («Единая наука») и «International Encyclopedia of
Unified Science» («Энциклопедияединойнауки»). 7декабря 1936г. онотве-
чает Карнапу: «В целом я стою за то, чтобы насколько возможно сохранять
наши позиции в Германии и в Европе». В компании «Gerold & Co» в Вене
он сам издавал серию «Einheitswissenschaft...». Однако уже через полгода,
в середине 1937 г- стало ясно, что должно что-то произойти. Карнап посы-
лает Ф. Майнеру письмо, датированное 14 июля 1937 г» в котором пишет:
См. сн. №40 выше на с. $6.
Студента-убийцу освободили вскорс послс Аншлюса; он жил как свободнын граж-
дапин в Австрии и погле 1945 г°ла.
48

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
Как Вам уже, возможно, стало известно, дальнейшее пребывание профес-
сора Рейхенбаха в составе издательского совета «Erkenntnis» стало невоз-
можным. He только потому, что он неариец, но, главным образом, иото-
му, что в послевоенное время в своих речах и брошюрах он высказывал
политические идеи, сделавшие его противником нынешнего государства.
Поэтому передо мной стоит задача найти ему преемника. Мне указывают
на то, что направление, пропагандируемое «Erkenntnis», имеет в Германии
не много сторонников и поскольку основная масса работ и поднисчиков
находится за границей, мне следовало бы в данном случае в качестве вто-
рого издателя пригласить иностранца».
Намечаются две альтернативы: для того, чтобы «Erkenntnis» мог
и дальше выходить в Германии, нужно пожертвовать Рейхенбахом и вы-
вести его из числа издателей журнала; если не сделать этого, то нужно
менять место издания. Над этой альтернативой размышляет Карнап
в своем письме Нейрату от іб июля ідз7г-:
В пользу того и иного решения имеются серьезные соображения. Ты не
должен сжигать за собой все мосты. Было бы желательно пойти навстре-
чу Майнеру, который так хорошо поддерживал журнал в трудные времена,
поскольку не предполагается накладывать каких-то ограничений на круг
авторов. С другой стороны, в силу первоначального контракта Рейхенбах
имеет право протестовать против дальнейшего издания журнала под назва-
нием «Erkenntnis» без его участия. Моррис говорил мне, что Майнер вот
уже два года ведет с ним разговоры о том, что если издание «Erkenntnis»
в Германии станет невозможным, то можно все передать в Чикаго-пресс,
т.е. продать им всю подписку».
Нейрат высказался за полную реорганизацию всего дела. Он предло-
жил, чтобы организованный им «Международный институт единой
науки» был представителем двух журналов. Один журнал должен со-
хранить название «Erkenntnis» и издаваться Карнапом и Сьюзен Стеб-
бинг, a другой должен издаваться Йоргенсеном, Рейхенбахом и Ружье.
По мысли Нейрата, для издания этих двух журналов к Майнеру следо-
вало добавить еще одного, зарубежного издателя, что должно было не-
сколько защитить Ф. Майнера.
С 2д по зі июля 1937 г- в Париже состоялся Третий Международный
конгресс за единство науки, на котором обсуждался проект издания двух
томов «Энциклопедии», ставших реальностью после заключения дого-
49

O. A. HA3APOBA
вора c издательством Чикагского университета57. Непосредственно пе-
ред Конгрессом состоялся Девятый Международный философский кон-
гресс, т. н. Декартовский конгресс, на котором работала секция «Един-
ство науки», организованная Ружье и Нейратом. Конгрессы 1935 и 1937 гг-
стали визитной карточкой движения логического позитивизма.
В связи с этими конгрессами в Париж приехал Ф. Майнер и вел пере-
говоры о дальнейшей судьбе «Erkenntnis». B результате этих перегово-
ров было принято решение, в соответствии с которым было установлено
сотрудничество между Майнером и издательством Кембриджского уни-
верситета, Ружье занимал место Рейхенбаха, a журнал должен был стать
трехязычным. Но получилось иначе: 14 сентября і937г- Ф- Майнер оты-
скал в Дрездене Карнапа и вручил ему письмо, в котором говорилось:
С сожалением должен Вам сообщить, что для меня оказалось невозможным
дальнейшее издание «Erkenntnis». Хотя Министерство, судя поустным со-
общениям его референтов, согласилось с найденным решением, научные
круги выступают против моего издательства, ссылаясь на то, что я буду не
в состоянии воспрепятствовать тому, что в журнале будут появляться статьи
евреев. Имеются люди, которые считают невозможным публиковать свои
работы в издательстве, которое связано с евреями. Поскольку спрос со сто-
роны широкой публики на журнал все больше уменьшается, издательство не
может игнорировать голоса протеста. Поэтому я попросил Министерство
разъяснить, насколько большое значение оно придает тому факту, что я про-
должаю издавать «Erkenntnis». Подозреваю, что я не получу никаких разъяс-
нений, поэтому буду вынужден отказаться от дальнейшего издания журнала.
Конечно, меня это чрезвычайно огорчает. Если бы я мог предполагать, что
официальные научные круги в своих требованиях превзойдут требования
Министерства, то смог бы избавить себя и их от неприятных переговоров.
Поэтому пока что я прекращаю всякую работу, связанную с «Erkenntnis».
Тогда же в устной беседе, как потом сообщил Карнал в письме Нейрату
от 15 сентября ід37г» Майнер добавил, что он уже получил вполне оп-
ределенное указание прекратить издание «Erkenntnis».
Таким образом, в середине сентября ід37г- Феликс Майнер был вы-
нужден отказаться от продолжения издания «Erkenntnis», хотя всего за
несколько недель до этого был готов к этому. Что же произошло? И что
стояло за намеками, высказанными в письме к Карнапу? По-видимому,
дело было в том, что Ф. Майнер в своем издательстве хотел издавать
журнал нового «Общества мирового хозяйства», однако на заседании,
С ідз1 г- по 1947г- Ч. Моррис —профессор Чикагского университета.
5о

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
на котором решался этот вопрос, ему указали на то, что он будет ис-
ключен из числа соискателей, если в своем издательстве будет продол-
жать издавать журнал «Erkenntnis», в котором регулярно появляются
статьи евреев. При таком положении Майнер лишался связи с эконо-
мическими науками и дальнейшее издание «Erkenntnis» грозило закры-
тием его издательства вообще.
С 14 по ig июля 1938г. —через несколько месяцев после оккупации
Австрии нацистской Германией —в Кембридже (Англия) прошел Чет-
вертый Международный конгресс за единство науки, который стал по
следней встречей сторонников Движения за единство науки в Европе.
Конгресс был посвящен проблемам логики и языка науки. Приветст-
вовал Конгресс Дж. Мур, отметив связь Венского кружка с английской
философией благодаря «Principia Mathematica» Рассела и Уайтхеда.
От имени Оксфордской философской школы выступил Г. Райл, обсу-
див теоретические и практические основания дифференциации науч-
ного знания. С. Стеббинг, инициатор проведения Конгресса в Велико
британии, сделала критический обзор идей Л. Витгенштейна в докладе
«Язык и ошибочные вопросы». Участники Конгресса отметили іоо-ле-
тие со дня рождения Эрнста Маха.
Возможно — следует подчеркнуть, что только возможно, — запреще-
ние издавать «Erkenntnis» было связано с жизненным путем Раймунда
Шмидта. Шмидт, в руках которого находилось издание «Анналов»
до того, как оно перешло к Карнапу и Рейхенбаху, сначала пошел рабо-
тать на радио. До 1933 г. он придерживался социал-демократической ори-
ентации. В ідддг.онвступилвНСДАП58. В і935гонпРинимаетУчастие
в написании воинственного антисемитского труда, a именно, «Справоч-
ника по еврейскому вопросу». Этот труд был задуман как продолжение
в новых обстоятельствах труда Теодора Фрича «Катехизис антисемита»,
впервые опубликованного в 1887 г.59 В новом издании Р. Шмидт опубли-
ковал две статьи: «Евреи в радиовещании» и «Еврейство в немецкой фи-
лософии»60. Основной удар в последней статье был направлен на нео-
Название по первым немсцким буквам Национал-социалистической немецкой
рабочей партии (А. Гитлера).
Fritsch Th. Handbuch des Judenfrage, 38. Auflage des 1887 erschienenen «Antisemiten-
Catechismus». Leipzig, 1935.
Schmidt Я Der Jude im Rundfunk / / Fritsc h Th. Handbuch desjudenfrage, 38. Auflage
des 1887 erschienenen «Antisemiten-Catechismus». Leipzig. 1935. Pp. 346-351;
Schmidt & Das Judentum in der deutschen Philosophie// Fritsch Th. Handbuch
desjudenfrage, 38. Auflage des 1887 erschienenen «Antisemiten-Catechismus»».
Leipzig, 1935. Pp. 391-401.
öl

O. A. HA3APOBA
кантианство, Кантовское общество и журнал «Kantstudien». Удар сразу
достиг цели: с первого номера 40-го тома (і935) издание «Kantstudien»
перешло к Паулю Гейзу. Его предисловие и программная статья «Фило-
софия и политическое существование» отчетливо показывали, что Гейз
ясно осознал приметы времени. (В качестве курьеза следует отметить,
что Шмидт, очевидно, сам планировал стать редактором «Kantstudien».
По-видимому, он был достаточно близок к достижению этой цели, ибо
только этим можно объяснить, что в т. 6, столбец 629 Альманаха ученых
Киршнера (ід40~1941) Шмидт назван редактором «Kantstudien»).
Высказывания Шмидта отличались крайним антисемитизмом
и вполне согласовались с публикациями национал-социалистических
философов:
«Еврейский дух» направлен на то, чтобы «полностью разрушить все основ-
ные ценности, поскольку они не имеют рационалистической природы,
и на место созидательного немецкого духа поставить страшно активную,
аналитически разложенную и пораженную скепсисом мелкую литерату-
ру..., ворох так называемых теоретико-критических расщеплений поня-
тий, чисто формалистических упражнений, подрывающих наше арийское
миросозерцание и основы нашего мировоззрения... (ibid., p. 395)-
Статья заканчивалась агрессивным выводом:
Но пока еврейский дух не будет устранен из немецкой философии, пока
немецкая идеалистическая философия вновь не займет своего законного
места в учебном процессе университетов, освобожденная от рационалисти-
ческих оков еврейских интерпретаторов и их последователей, пока немец-
кая философия вновь не обретет своей творческой потенции и не начнет
вновь оказывать влияние на образ жизни и воспитание немцев, пройдут
годы и это будут годы борьбы и основательной чистки (ibid., p.401).
В последующие годы Р. Шмидт принимал в этой борьбе непосредст-
венное участие: он стал руководителем одной из служб Министерства
пропаганды в немецких библиотеках и был связующим звеном между
Министерством и Союзом биржевиков. Сейчас уже трудно установить,
был ли Р. Шмидт, которого обвиняли в том, что благодаря его доносам
некоторые люди попали в концлагерь, причастен к прекращению изда-
ния «Erkenntnis». Bo всяком случае, сформулированный им лозунг чи-
стки был прямо направлен против программы «Erkenntnis».
После прекращения выхода «Erkenntnis» все, кто активно участво-
вал в его издании, сразу стали искать другие возможности для публика-
52

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
ций. Переписка Рейхенбаха с издательством Кембриджского универси-
тета показала, что они хотят только купить журнал. Карнап начал вести
переговоры с издательством Чикагского университета.
В то время, когда появились планы издания «Энциклопедии единой
науки», Рейхенбах оставался в Турции и не мог принимать непосредст-
венного участия в конкретном оформлении этих планов61. Когда было
решено, что издание будет состоять из монографий, посвященных раз-
личным проблемам, встал вопрос о том, кто и какую монографию будет
писать. He получив предложения написать монографию по теории ве-
роятности, Рейхенбах был подавлен. Проблема так и не была решена
в удовлетворительном для него плане, и стало ясно, что авторитет Рей-
хенбаха как редактора «Erkenntnis» утрачен им при переходе к изданию
«Энциклопедии»62.
После введения немецких войск в Австрию проблема с публика-
циями еще более обострилась, так как уже и для книжной серии
«Einheitswissenschaft...»63 («Единая наука») нужно было искать новое из-
дательство. Наконец, в Голландии Нейрат нашел издателя, a именно из-
дательство «Van Stockum & Zoon», которое взялось издавать не только
журнал «Erkenntnis», но и книжную серию «Единая наука», в то время
как издательство Чикагского университета настаивало на продаже жур-
нала в США. С 8-го номера журнал стал называться «Erkenntnis/The
Journal of Unified Science». Ha титуле, помимо Карнапа и Рейхенбаха
как главных издателей, были перечислены еще несколько редакторов:
Филипп Франк, Йорген Йоргенсен, Чарльз У. Моррис, Отто Нейрат,
Луи Ружье, Л.Сьюзан Стеббинг. И дата издания обозначила границу:
/ июня IÇ39 г°да- Статья Генриха Гомперца, которая планировалась к
Ряд писем О. Нейрата и Рейхенбаха дают важную информацию о переходе
от «Erkenntnis» к «Энциклопсдии единой науки». См.: Архив Г. Рейхенбаха.
Любопытно отметить в переписке Рейхенбаха иоследних лет, что, уже посслив-
шись и укоренившись в США, он регулярно рассматривал возможности созда-
ния нового журнала или возобновления выхода журнала «Erkenntnis». Видимо,
несмотря на свое устойчивое положение и повысившийся статус в академиче-
ском мире, Рейхенбах испытывал сильнейшую потребность возглавлять свой
собственный журнал. К сожалению, on так и смог этого сделать.
Из иереписки видно, что Рейхенбах испытывал трудности в нахождении
издателей для некоторых своих книг. Например, рукоііись книги «The Rise of
Scientific Philosophy» была отослана более, чем ю издатслям, прежде чсм была
принята к изданию в издательстве Калифорнийского университета, которое
затем стало основным издатслсм трудов Г. Рейхенбаха.
«Einheitswissenschaft/Unified Science/Science Unitaire».
53

O. A. HA3APOBA
публикации в очсредном номере старого «Erkenntnis», была опублико
вана в этом номере под новым названием.
Изменения в названии и редакторском составе этого последнего
номера предвосхитили смещение центра эмпирицистского аналити-
ческого философствования в Великобританию, Австралию, Сканди-
навские страны и, в особенности, в США. Пятый (з~9 сентября ід39г»
Гарвардский университет) и Шестой (2-6 сентября 1941 г., Чикагский
университет) Международные Конгрессы за единство науки собрали
своих участников в Соединенных Штатах Америки.
8-й том (і939~194°) можно считать последним томом журнала
«Erkenntnis». Хотелосъ бы именно это событпие и датпу рассмагприѳагпь как ко-
нец деятпельности Венского кружка. После того, как в марте 1938 г. в изда-
тельстве Шпрингера появились подготовленные Шликом и Франком
«Статьи по научному миропониманию», «Van Stockum & Zoon» осталось
единственным издательством логико-эмпирического направления. Та-
ковым оно и оставалось до немецкого вторжения в мае ід4ог-
Политические события вынудили эмигрировать почти всех чле-
нов логико-эмпиристского движения64. Отметим лишь, что между
1931 г. и ід39г- эмигрировали тринадцать из двадцати ведущих членов
Венского кружка: Г. Фейгль, Г. Бергман, Р. Карнап, Ф. Франк, Ф. Кауфман,
К. Менгер, Р. фон Мизес, М.Наткин, О. Нейрат, Р. Рэнд, Дж. Шехтер,
Ф. Вайсман, Э. Цильзель, a число эмигрировавших из Европы сторон-
ников научного, или логического, эмпиризма, ученых в целом исчисля-
лось десятками. Англия и США предложили этим людям относительно
благоприятные условия жизни и даже продолжения научной и профес-
сиональной карьеры, что удалось все же немногим. Однако с эмигра-
цией завершился начатый Венским кружком процесс интернационали-
зации идей логического, научного эмпиризма: и если к началу Второй
мировой войны логический эмпиризм был доминирующим философ-
ским направлением в Европе, за исключением Франции, то по оконча-
нии войны он вышел на мировой уровень развития, став одним из ис-
точников формирования аналитической философии—доминирующего
в XX вв. философского направления в англоязычных странах и странах
Скандинавии и Северной Европы.
О. А. Назароеа
См.: Da h ms H.J. Die Kmigration des Wiener Kreises// Vertriebene Vernunß (J)
-Emigration und Exit österreichischer Wissenschaft 1930-1940. Stadler F. (Hg.) Wien, 1987. Pp.
66-122. Hegselmann H. Alles nur Missverständnisse? — Zur Vertreibung des Logischen
Kinpirismus aus Österreich und Deutschland / / Vertriebene Vernunft {II) -Emigration
und Exit österreichischer Wissenschaft. Stadler F. (Hg.) Wien. 1988. Pp. 188-202.
54

ПРЕДЫСТОРИЯ

РУДОЛЬФ КАРНАП, ГАНС ГАН, OTTO НЕЙРАТ
НАУЧНОЕ МИРОПОНИМАНИЕ-
ВЕНСКИЙ КРУЖОК1
I. ВЕНСКИЙ КРУЖОК НАУЧНОГО МИРОПОНИМАНИЯ
і. Предыстория
Многие утверждают, что метафизическоеи теологизирующее мышленис
сегодня вновь усиливается не только в жизни, но и в науке. Идет ли
здесь речь о всеобщем явлении или же только о некоторой тенденции
(Wandlung), имеющей ограниченное распространение? Само этоутвер-
ждение легко подтвердить, бросив лишь взгляд на темы лекций, читае-
мых в университетах, и на названия философских публикаций. Однако
в настоящее время укрепляется и противоположный дух просвещения
и антиметафизического исследования фактов, осознавая свое существова-
ние и свою задачу. В некоторых кругах опирающийся на опыт и отвер-
гающий спекуляцию способ мышления жив как никогда, лишь укреп-
ляемый вновь поднимающимся сопротивлением.
Этот дух научного миропонимания жив в исследовательской работе
всех отраслей опытной науки. Систематически продуман и основа-
тельно представлен он, тем не менее, лишь немногими ведущими мыс-
лителями, и эти последние очень редко оказываются в состоянии со-
брать вокруг себя единомышленников. Мы находим антиметафизиче-
ские устремления, прежде всего, в Англии, где все еще продолжается
традиция великих эмпиристов; международное признание обрели ис-
следования Рассела и Уайтхеда в области логики и анализа действи-
тельности. В США эти устремления принимают самые разнообразные
Catnap R., Hahn H., Neurath O. Wissenschaftliche Weltauflfassung. Der Wiener Kreis.
Wien: Artur Wolf Verlag, 1929.
O различии понятий «Weltschauung» («мировоззрение») и «Weltauffassung»
(«миропониманис») см. сн. 40 на с. 36.
57

РУДОЛЬФ КАРНАП, ГАНС ГАН, OTTO НЕЙРАТ
формы; в определенном смысле сюда можно было бы иричислить также
и Джеймса. Новая Россия отчетливо стремится к научному миропонима-
нию, даже если и опирается при этом отчасти на более старые материа-
листические течения. В континентальной Европе средоточие продук-
тивной работы в направлении научного миропонимания можно найти,
в частности, в 2>ф/шн/» (Рейхенбах, Петцольд, Греллинг, Дубислав и дру-
гие) и Bene.
Исторически понятно, почему Вена предоставила для этого развития
особенно благоприятную почву. Во второй половине XIX столетия ли-
берализм давно уже был в Вене господствующим политическим направ-
лением. В духовном плане он происходит из Просвещения, эмпиризма,
утилитаризма и движения за свободу торговли в Англии. В Венском ли-
беральном движении ведущее место занимали ученые с мировой репу-
тацией. Здесь заботились об антиметафизическом духе; вспомним Тео
дора Гомперца, который переводил работы Милля (1869-1880), Зюса,
Йодля и других.
Этому духу Просвещения мы должны быть благодарны за то, что
Вена занимала ведущие позиции в деле научно ориентированного на-
родного образования. В это время при содействии Виктора Адлера и Фрид-
риха Йодля было основано и осуществляло свою деятельность «Обще-
ство народного образования»; Людо Гартман, известный историк, чья
антиметафизическая ориентация и материалистическое понимание ис-
тории нашли выражение во всех его деяниях, организовал «популяр-
ные университетские курсы» и учредил «народный дом». Из того же са-
мого духа происходит движение за «свободную школу», которое подго-
товило сегодняшнюю школьную реформу.
В этой либеральной атмосфере жил Эрнст Max (род. 1838), кото
рый был в Вене студентом и приват-доцентом (1861-1864). Он вер-
нулся в Вену уже в зрелом возрасте, когда для него была создана соб-
ственная профессура по философии индуктивных наук (1895). Особые
усилия он уделял тому, чтобы очистить эмпирические науки, в первую
очередь физику, от метафизических идей. Можно вспомнить его кри-
тику абсолютного пространства, которая сделала его предшествен-
ником Эйнштейна, его борьбу против метафизики вещи в себе и по
нятия субстанции, так же как и его учение о построении научных по-
нятий из исходных элементов, чувственных данных. Развитие науки
показало, что в некоторых моментах он ошибался, например, в своем
негативном отношении к атомистике и в своем предположении, что
психология ощущений может быть полезна для физики. Однако суще-
ственные пункты его понимания были с пользой реализованы в ходе
их дальнейшего развития. Затем (1902-1906) кафедру Маха занимал
5«

НАУЧНОЕ МИРОПОНИМАНИЕ — ВЕНСКИЙ КРУЖОК
Людвиг БольцмаНу который отстаивал четко выраженные эмпирист-
ские идеи.
Деятельность физиков Маха и Больцмана на философской кафедре
наглядно показывает, что здесь господствовал живой интерес к теоре-
тико-познавательным и логическим проблемам, примыкавшим к осно
ваниями физики. Анализ проблемы оснований стимулировал усилия
по обновлению логики. Для этих усилий в Вене также была подготов-
лена почва, но совсем с другой стороны, a именно благодаря деятельно
сти Франца Брентано (с 1874 Д° і88ог. —профессор философии на тео-
логическом факультете, позднее доцент на философском факультете).
Как католический священнослужитель, Брентано разбирался в схола-
стике; он исходил непосредственно из схоластической логики и усилий
Лейбница по реформированию логики, a Канта и идеалистических сис-
тематических философов он оставил в стороне. Все отчетливее прояв-
лялось ионимание Брентано и его учениками таких людей, как Боль-
цано (Теория науки, 1837) и других, которые добивались нового стро
гого обоснования логики. В частности, Алоиз Хёфлер (с 1853 по 1922
г.) выдвигал на передний план эту сторону брентановской философии
в рамках одного форума, в котором под влиянием Маха и Больцмана
были в болыпом количестве представлены сторонники научного миро
понимания. В Философском обществе при Венском университете под ру-
ководством Хёфлера велись многочисленные дискуссии по вопросам
оснований физики и связанным с ними теоретикопознавательным
и логическим проблемам. Этим Философским обществом были изданы
«Предисловия и введения к классическим трудам механики» (1899), так
же как и отдельные произведения Больцано (под редакцией Хёфлера
и Гана, 1914 и 1921 гг.). В окружение Брентано в Вене входил молодой
Алексиус фон Мейнонг (позднее профессор в Граце), теория предме-
тов которого (1907) обнаруживает определенное родство с современ-
ными теориями понятия и ученик которого, Эрнст Малли (Грац), тоже
работал в области логистики. Юношеские произведения Ганса Пихлера
(1909) вырастают из этого же круга идей.
Примерно в одно время с Махом в Вене работал его ровесник и друг
Йозеф Поппер-Линкей. Наряду с его достижениями в физике и технике
здесь можно упомянуть всесторонние, пусть и несистематические, фи-
лософские размышления (1899) Поппера-Линкея, и его рационали-
стический хозяйственный план (Всеобщая продовольственная обя-
занность, 1878). Поппер-Линкей сознательно служил духу Просвеще-
ния, о чем, в частности, свидетельствует его книга о Вольтере. Отказ
Поппера-Линкея от метафизики разделяли вместе с ним некоторые
другие венские социологи, например Рудольф Гольдшейд. Стоит отме-
59

РУДОЛЬФ КАРНАП, ГАНС ГАН, OTTO НЕЙРАТ
тить, что в Вене о строго научном методе заботились и в области пацио-
налънои экопомии в рамках учения о максимальной пользе (Карл Менгер,
1871); этот мстод нашел признание в Англии, Франции, Скандинавии,
но не в Германии. Марксистская теория также культивировалась и раз-
вивалась в Вене с особой энергией (Отто Бауэр, Рудольф Гилъфердинг,
Макс Адлер и др.)-
Эти разносторонние усилия имели в Вене, особенно с началом но-
вого столетия, тот результат, что болыіюе число людей часто и с азар-
том обсуждали общие проблемы в тесной связи с опытными науками.
Прежде всего, речь шла о теоретико-познавательных и методологиче-
ских проблемах физики, например о конвенциализме Пуанкаре, о пони-
мании Дюгемом целей и структуры физических теорий (его переводчи-
ком был венец Фридрих Адлер, сторонник M axa, в то время приват-до-
цент физики в Цюрихе); далее также о вопросах оснований математики,
проблемах аксиоматики, логистики и тому подобном. Среди научно-
и философско-исторических направлений можно в особенности выде-
лить нижеследующие, объединившиеся на этой почве; мы отмечаем тех
представителей этих направлений, чьи труды здесь главным образом
читались и обсуждались.
і. Позитивизм и эмпиргим: Юм, Просвещение, Конт, Милль, Рич, Авенариус,
Max.
2. Основания, цели и методы эмпирическои науки (гипотезы в физике, геомет-
рии и т. д.): Гельмгольц, Риман, Max, Пуанкаре, Энрике, Дюгем, Больцман,
Эйнштейн.
3- Логистика и ее применение к действительности: Лейбниц, Пеано, Фреге,
Шрёдер, Рассел, Уайтхед, Витгенштейн.
4- Аксиоматика: Паш, Пеано, Вайлати, Пьери, Гильберт.
5- Эвдемонизм и позитивистская социология: Эпикур, Юм, Бентам; Милль, Конт,
Фейербах, Маркс, Спенсер, Мюллер-Лайер, Поппер-Линкей, Карл Мен-
гер (старший).
2. Кружок вокруг Шлика
В 1922 году Мориц Шлик был приглашен из Киля в Вену. Его деятель-
ность хорошо вписалась в историческое развитие Венской научной ат-
мосферы. Он, сам первоначально физик, пробудил к новой жизни тра-
дицию, которая была начата Махом и Больцманом и в определенном
смысле была продолжена антиметафизически настроенным Адольфом
Штёром. (В Вене друг за другом: Max, Больцман, Штёр, Шлик; в Праге:
Max, Эйнштейн, Ф.Франк.)
6о

НАУЧНОЕ МИРОПОНИМАНИЕ — ВЕНСКИЙ КРУЖОК
Через несколько лет вокруг Шлика собрался кружок, который объе-
динил различные устремления в духе научного миропонимания. В ре-
зультате этой концентрации возникла плодотворная взаимная инициа-
тива. Члены кружка в той степени, в которой имеются их публикации,
названы в списке литературы. Никто из них не является так называс-
мым «чистым» философом; все работали в конкретных научных облас-
тях. A именно: они пришли из различных областей науки и первона-
чально с различными философскими взглядами. Co временем, однако,
обнаружилось все более возрастающее единство; это также явилось
следствием специфической научной установки: «что вообще можно ска-
зать, можно сказать ясно» (Витгенштейн); при расхождениях во мне-
нии достижение единства, в конечном счете, возможно, поэтому его
нужно требовать. Все явственнее обнаруживалось, что общей целью
всех членов кружка является не просто свободный от метафизики, но
антиметафизический подход.
Взгляды по жизненным вопросам, хотя они и не находятся на пе-
реднем плане обсуждаемых в кружке тем, обнаруживают поразительное
сходство. Эти взгляды гораздо более тесно связаны с научным миропо-
ниманием, чем может показаться на первый взгляд с чисто теоретиче-
ской точки зрения. Например, стремление к преобразованию эконо
мических и общественных отношений, к объединению человечества,
к обновлению школы и воспитания демонстрирует тесную внутрен-
нюю взаимосвязь с научным миропониманием; оказывается, что члены
кружка отстаивают эти устремления, относятся к ним с симпатией, a не-
которые энергично работают над их осуществлением.
Венский кружок не довольствуется выполнением, в качестве замк-
нутого сообщества, коллективной работы. Он также старается нала-
дить контакт с теми активными движениями современности, которые
симпатизируют научному миропониманию и отказываются от метафи-
зики и теологии. Той организацисй, через которую кружок обраща-
ется сегодня к широкой общественности, является Общество Эрпсгпа
Маха. Это «Общество» стремится, как сказано в его программе, «под-
держивать и распространять научное миропонимание. Оно органи-
зует доклады и публикации о нынешнем состоянии научного миропо-
нимания с тем, чтобы показать значение точного исследования для
социальных и естественных наук. В результате должно быть создано
идейное оружие современного эмпиризма, которое также необходимо
для организации общественной и частной жизни». Название этого
«Общества» призвано обозначить его основную направленность: сво-
бодная от мстафизики наука. Тем самым, однако, «Общество» вовсе
не заявляет, что оно на программном уровне согласно со всеми поло
6і

РУДОЛЬФ КАРНАП, ГАНС ГАН, OTTO НЕЙРАТ
жсниями учения Маха. Венский кружок надеется посредством своего
участия в «Обществе Эрнста Маха» соответствовать требованиям дня,
a именно: формировать повседневные орудия мышления для ученых,
но также и для всех тех, кто тем или иным образом принимает участие
в сознательной организации жизни. Жизненная сила, которая прояв-
ляется в усилиях по рациональному переустройству общественного
и хозяйственного порядка, пронизывает также и движснис научного
миропонимания. Тот факт, что председателем основанного в ноябре
1928 года «Общества Эрнста Маха» был избран Шлик, вокруг которого
в наибольшей мере сосредоточился коллективный труд в области на-
учного миропонимания, отражает ситуацию, сложившуюся сегодня
в Вене.
Шлик и Ф.Франк редактируют совместно книжную серию «Очерки
о научном миропонимании», в которой пока представлены по преимуще-
ству члены Венского кружка.
II. НАУЧНОЕ МИРОПОНИМАНИЕ
Научное миропонимание характеризуется не столько особыми поло-
жениями, сколько определенной принципиальной установкой, точкой
зрения, направлением исследований. В качестве цели здесь мыслится
единая наука. Это устремление направлено на то, чтобы объединить
и взаимно объяснить достижения отдельных исследователей в различ-
ных научных областях. Из этой целевой установки вытекает подчер-
кивание коллективной работы; отсюда и выдвижение на передний план
интерсубъективной понимаемости; отсюда проистекает поиск ней-
тральной системы формул, символики, освобожденной от засорений
исторически сложившихся языков; отсюда также и поиск общей поня-
тийной системы. Стремятся к четкости и ясности, отвергаются темные
дали и загадочные глубины. В науке нет никаких «глубин»; везде только
поверхность: все данные опыта (Erlebte) образуют сложную, не всегда
обозримую, часто лишь в частностях понятную сеть. Все доступно чело-
веку, и человек является мерой всех вещей. Здесь проявляется родство
с софистами, a не с платониками, с эпикурейцами, a не с пифагорей-
цами, со всеми, кто отстаивает земную сущность и посюсторонность.
Научное миропонимание не знает никаких неразрешимых загадок. Прояс-
нение традиционных философских проблем приводит к тому, что они
частью разоблачаются как кажущиеся проблемы, частью преобразуются
в эмпирические проблемы и тем самым переходят в ведение опытной
науки. В этом прояснснии проблем и высказываний и состоит задача
философской работы, a вовсе не в создании собственных «философ-
62

НАУЧНОЕ МИРОПОНИМАНИЕ — ВЕНСКИЙ КРУЖОК
ских» высказываний. Методом этого прояснения является логический
анализ, Рассел говорит о нем так: он «постепенно возник по образцу кри-
тических исследований математиков. По моему мнению, здесь имеет
место прогресс, аналогичный тому, который был достигнут в физикс
благодаря Галилею: доказуемые конкретные результаты замснили недо-
казуемые всеобщие утверждения, для подтверждения которых можно
опираться только на способность к фантазированию».
Этот метод логического анализа и есть то, что существенно отличает
новый эмпиризм и позитивизм от старого, ориентированного больше
в биологически-психологическом ключе. Когда кто-то утверждает: «Бог
существует», «Первоосновой мира является бессознательное», «Суще-
ствует энтелехия как последний принцип живого существа», то мы не
говорим ему: «To, что ты утверждаешь, ложно», но спрашиваем: «Что
ты имеешь в виду под этими высказываниями?» И тогда оказывается,
что существует резкая граница между двумя видами высказываний. К
одному виду принадлежат высказывания, как они осуществляются
в эмпирической науке; их смысл можно установить посредством логи-
ческого анализа, точнее, посредством их сведения к простым выска-
зываниям о том, что дано эмпирически. Другие высказывания, к ко-
торым относят приведенные вышс, оказываются полностью бессмыс-
ленными (bedeutungsleer), если принимать их такими, как их видит
метафизик. Конечно, часто их можно переистолковать в эмпириче-
ские высказывания, но тогда они теряют то эмоциональное содержа-
ние, которое для метафизика как раз чаще всего и является существен-
ным. Метафизик и теолог верят, вводя себя в заблуждение, что своими
предложениями они что-то высказывают, представляют какое-то по-
ложение дел. Анализ, однако, показывает, что эти высказывания ни-
чего не означают, a являются выражением некоторого чувства жизни.
Выражсние такого рода чувства, конечно же, может быть важной жиз-
ненной задачей. Но адекватным выразительным средством для этого
является искусство, например поэзия или музыка. Если же вместо
этого избирается теоретическая языковая форма, то появляется опас-
ность симуляции теоретического содержания там, где его вообще нет.
Если метафизик или теолог хочет сохранить привычную языковую
экипировку, то он должен осознавать и признавать, что он осуществ-
ляет не изложение, a выражение, производит не теорию, результат по-
знания, a поэзию или миф. Когда мистик утверждает, что он обладает
переживаниями, которые находятся над или по ту сторону всех поня-
тий, то в этом ему невозможно возразить. Но об этом он не может го-
ворить, ведь говорить значит выражать в понятиях, сводить к фактам,
которые могут быть включены в науку.
бз

РУДОЛЬФ КАРНАП, ГАНС ГАН, OTTO НЕИРАТ
Научное миропонимание отвергает метафизическую философию.
Но чем можно объяснить заблуждения метафизики? Этот вопрос можно
рассмотреть с различных точек зрения: психологической, социологи-
ческой и логической. Исследования в психологическом направлснии
находятся только на начальной стадии; некоторые подходы к глубин-
ному объяснению даны, возможно, в психоаналитических исследова-
ниях Фрейда. Точно так же обстоит дело с социологическими исследо-
ваниями; тут можно упомянуть теорию «идеологической надстройки».
Здесь имеется еще открытое поле для перспективного дальнейшего ис-
следования.
Дальше продвинулось выяснснис логических корней метафизиче-
ских заблуждепий, в особенности, благодаря работам Рассела и Витген-
штейна. В метафизических теориях, уже в самих постановках вопро-
сов содержатся две коренные логические ошибки: первая — слишком
сильная привязанность к форме традиционных языков, другая — неведе-
ние относительно логических способностей мышлсния. В обыденном
языке одна и та же словесная форма, напримср существительное, ис-
пользуется как для обозначения вещей («яблоко»), так и свойств («твер-
дость»), отношений («дружба»), процессов («сон»); вследствие этого
возникает соблазн вещественного истолкования функциональных по-
нятий (гипостазирование, субстантивирование). Можно привести мно-
гочисленные похожие примеры того, как язык вводит нас в заблужде-
ния, которые были точно так же губительны для философии.
Вторая коренная ошибка метафизики состоит в представлении, что
мыгиление якобы может из себя самого, без использования какого-либо
опытного материала, вести к познанию, либо же может, по крайнсй
мере, из данных положений дел посредством умозаключения получать
новое содержание. Логическое исследование показывает, однако, что
любое мышление, любое умозаключение состоит ни в чем ином как в пе-
реходе от предложений к другим предложениям, которые не содержат
ничего, что не заключалось бы уже в предыдущих предложениях (тавто-
логическое преобразование). A пото\іу мстафизика не может быть раз-
вита из «чистого мышлсния».
Тем самым, посредством логического анализа преодолевается не
только метафизика в собственном, классическом смысле этого слова,
в частности, схоластическая метафизика и системы немецкого идеа-
лизма, но и замаскированная мстафизика кантовского и современного
априоризма. Научное миропонимание не знает никакого безусловно ис-
тинного познания из чистого разума, никаких «синтетических апри-
орных суждений», на которых основана кантовская теория познания
и тем более вся до- и послекантовская онтология и метафизика. Суж-
б4

НАУЧНОК МИРОПОНИМАНИЕ — ВЕНСКИЙ КРУЖОК
дения арифметики, геометрии, определенные основоположения фи-
зики, которые Кант рассматривает в качестве примеров априорного
познания, получают в этом случае свое объяснение. Именно в отказе
от возможности синтетического познания a priori и заключается осно-
вополагающий тезис современного эмпиризма. Научное миропонима-
ние знает лишь предложения опыта о вссвозможных предметах и ана-
литические предложения логики и математики.
Все приверженцы научного миропонимания сдины в отказе от от-
крытой метафизики и замаскированной мстафизики априоризма. В до-
бавление к этому Венский кружок считает, что высказывания (критиче-
ского) реализма и идеалгізма о реальности или нереальности внешнего
мира и чужой психики (Fremdpsychischen) имеют метафизический ха-
рактер, поскольку по отношению к ним могут быть выдвинуты те же са-
мые возражения, что и к высказываниям старой мстафизики: они бес-
смысленны, поскольку неверифицируемы и беспредметны. Нечтоявля-
ется «действителънъш», если опо встроено в общую систему опыта.
Интуиция, особо подчеркиваемая мстафизиками в качестве источ-
ника познания, в целом не отвергается научным миропониманием. Од-
нако оно добивается и требует тщательного последующего рациональ-
ного оправдания всякого интуитивного познания. Тому, кто ищет, доз-
волены любые средства; но найденное должно выдержать последующую
проверку. Отвергается точка зрения, которая видит в интуиции высоко-
ценный, проникающий в глубину вид познания, который якобы может
выходить за пределы чувственного опытного содержания и не должен
быть ограничен тесными узами понятийного мышления.
Мы охарактеризовали научное миропонимание в основном посредст-
вом двух определяющих моментов. Во-первых, оно является эмпиристским
и позитивистскгім: существует только опытное познание, которое осно-
вывается на том, что нам непосредственно дано (das unmittelbar
Gegebene). Тем самым устанавливается граница содержания легитимной
науки. Во-вгпорых, для научного миропонимания характерно примене-
ние определенного метода, a именно метода логического анализа. При-
меняя логический анализ к эмпирическому материалу, научная работа
стремится к достижению своей цели, к единой науке. Поскольку смысл
каждого научного высказывания должен быть установлен посредст-
вом сведения к како\іу-нибудь высказыванию о непосредственно дан-
ном (das Gegebene), to и смысл каждого понятия, к какой бы отрасли
науки оно ни принадлежало, должен быть установлен посредством по-
шагового сведения к другим понятиям, вплоть до понятий самой низ-
шей ступени, относящихся к непосредственно данному. Если бы такой
анализ был осуществлен для всех понятий, то они тем самым были бы
65

РУДОЛЬФ КАРНАП, ГАНС ГАН, OTTO НЕЙРАТ
упорядочены в некоторую систему сводимости (Rückführungssystem),
«конструктивную систему». Исследования, направленные на создание
такой конструктивной системы, «конструктивная теория», образуют та-
ким образом рамки применения логического анализа, характерного
для научного миропонимания. Такие исследования очень скоро пока-
зывают, что традиционной, аристотелевско-схоластической логики со-
вершенно недостаточно для достижения этой цели. Только в современ-
ной символической логике («логистике») удается получить требуемую
строгость определений понятий и высказываний, и формализовать ин-
туитивный процесс умозаключений обыденного мышления, т. е. при-
вести его к строгой форме, автоматически контролируемой посред-
ством знакового механизма. Исследования конструктивной теории
показывают, что на самых низших уровнях конструктивной системы на-
ходятся понятия, выражающие собственно психические переживания
и качества, над ними располагаются физические объекты, из которых
образуются внепсихические предметы, a на самом верху—предметы со-
циальных наук. В общих чертах упорядочение понятий различных от-
раслей науки в единую конструктивную систему можно видеть уже сего-
дня, но для ее более детальной разработки предстоит еще многое сде-
лать. Одновременно с доказательством возможности общей системы
понятий и раскрытием ее формы станет очевидным, что все высказы-
вания имеют отношение к непосредственно данному, и тем самым про-
яснится форма построения единой науки.
В научном описании речь может идти только о структуре (форме упо-
рядочивания) объектов, a не об их «сущности». To, что люди соединяют
посредством языка, суть структурные формулы; в них представлено со-
держание общего познания людей. Субъективно переживаемые каче-
ства —красный цвет, удовольствие, как таковые, суть только пережива-
ния, a не знания; в физической оптике речь идет только о том, что в ос-
новном понятно даже слепому.
III. ПРОБЛЕМНЫЕ ОБЛАСТИ
і. Оспования арифметики
В работах и дискуссиях Венского кружка рассматривается множество
проблем, относящихся к разным отраслям науки. Здесь стремятся еди-
нообразно систематизировать различные проблемные направления
и тем самым прояснить общую проблемную ситуацию.
Проблемы обоснования арифмстики потому приобрели особое исто-
рическое значение для развития научного миропонимания, что имснно
66

НАУЧНОЕ МИРОПОНИМАНИЕ— ВЕНСКИЙ КРУЖОК
они дали импульс для развития новой логики. После необычайно пло-
дотворного развития математики в XVIII и XIX столетиях, в процессе
которого больше заботились о богатстве новых результатов, чем о тща-
тельной перепроверке понятийного основания, оказалось, что такая
перепроверка является неизбежной, если математика не хочет поте-
рять постоянно превозносимую безопасность своей конструкции. Эта
перепроверка стала еще более настоятельной, когда появились опре-
деленные противоречия, «парадоксы теории множеств». Вскоре при-
шло осознание, что речь идет не о трудностях в некоторой отдельной
области математики, но об общелогических противоречиях, «антино-
миях», которые указывают на существенные ошибки в основаниях тра-
диционной логики. Задача устранения этих противоречий послужила
особенно мощным импульсом для дальнейшего развития логики. Так,
усилия по прояспепию понятия числа совпали здесь с усилиями по внут-
ренней реформе логики. Co времен Лейбница и Ламберта была жива
мысль охватить действительность посредством повышенной строго
сти понятий и умозаключений, a этой строгости достигнуть посредст-
вом символики, построенной по математическому образцу. После Буля,
Венна и других, в особенности Фреге (1884)» Шрёдер (і8до) и Пеано
(1895) работали над этой задачей. На основе данных наработок Уайгп-
хед и Рассел (ідю) смогли построить связную систему логики в симво-
лической форме («логистику»), которая не только избегала противоре-
чий старой логики, но и далеко превзошла ее по богатству и практиче-
ской применимости. Из этой логической системы они вывели понятия
арифмстики и анализа, тем самым обеспечив математике надежный
фундамент—логику.
После такой попытки преодоления кризиса в основаниях арифме-
тики (и теории множеств) остались все же определенные трудности,
которые вплоть до сегодняшнего дня еще не нашли окончательно удов-
летворительного решения. В настоящее время в этой области проти-
востоят друг другу три различных направления; наряду с «логицизмом»
Рассела и Уайтхеда имеется «формалгізм» Гильберта, который истолко-
вывает арифметику как игру в формулы по определенным правилам,
и «интуиционизм» Брауэра, согласно которому арифметическое по-
знание основано на далее неразложимой интуиции двойки-единицы.
В Венском кружке с болыиим интересом следят за полемикой сторонни-
ков этих трех направлений. На чью сторону, в конце концов, склонится
чаша весов, остается пока нсясным; в любом случае, здесь будет также
дано решение проблеме построения логики, чем и объясняется ее важ-
ность для научного миропонимания. Некоторые придерживаются мне-
ния, что данные направления не настолько различны, как это представ-
67

РУДОЛЬФ КАРНАП, ГАНС ГАН, OTTO НЕЙРАТ
ляется. Можно предположить, что существенные черты этих направ-
лений в ходе дальнейшего развития сблизятся и, вероятно, используя
важные мысли Витгенштейна, объединятся в конечном решении.
Представление о тавтологичном характере математики, опирающееся
на исследования Рассела и Уайтхеда, поддерживается также Венским
кружком. Важно иметь в виду, что это представление противоположно
не только априоризму и интуиционизму, но и старому эмпиризму (на-
пример, Милля), который определенным образом хотел вывести мате-
матику и логику экспериментально-индуктивно.
С проблемами арифметики и логики взаимосвязаны также исследо-
вания, которые занимаются сущностью аксиоматического метода вообще
(понятия полноты, независимости, мономорфии, неразветвляемости
и т. п.) и формулировкой аксиоматических систем для определенных
областей математики.
2. Основания физики
С самого начала Венский кружок проявлял наиболыиий интерес к про-
блемам методов наук о действительности. Под воздействием идей M axa,
Пуанкаре, Дюгема здесь обсуждались проблемы освоения действитель-
ности посредством научных систем, в частности гипотетических и аксио-
матических систем. Если совершенно отвлечься от всех эмпирических
применений, система аксиом, прежде всего, может быть рассмотрена
как система неявных определений. Под системой неявных определе-
ний подразумевается следующее: входящие в аксиомы понятия устанав-
ливаются, некоторым образом определяются не по их содержаниям,
a только через их взаимоотношсния в рамках аксиом. Такая система ак-
сиом приобретает значение для действительности только при добавле-
нии других определений, a именно «соотносящих определений»
(Zuordnungsdefinitionen), посредством которых указывается, какие пред-
меты действительности должны рассматриваться в качестве членов
аксиоматической системы. Развитие эмпирической науки, которая хо-
чет выразить действительность посредством как можно более едино-
образной и простой системы понятий и суждений, может происходить,
как показывает история, лишь двумя способами: измснсния, вызывас-
мые новым опытом, касаются либо аксиом, либо соотносящих опреде-
лений. Таким образом возникает проблема конвенций, которой уделял
большое вниманис Пуанкаре.
Методологическая проблема применения аксиоматических систем к
действительности в принципс актуальна для каждой отрасли науки. Од-
68

НАУЧНОЕ МИРОПОНИМАНИЕ — ВЕНСКИЙ КРУЖОК
нако тот факт, что эти исследования до сих nop были плодотворными
почти исключительно только в физике, можно понять, приняв во вни-
мание современную стадию исторического развития науки, на которой
физика далеко опередила другие отрасли науки в отношении строгости
и точности понятийного аппарата.
Теоретико-познавательный анализ основных понятий естество-
знания все больше освобождал эти понятия от метафизических прыме-
сей, которые засоряли их с незапамятных времен. В частности, Гельм-
гольц, Max, Эйнштейн и другие очистили понятия прострапство, время,
субстанция, причинность, вероятность. Учения об абсолютном простран-
стве и абсолютном времени были преодолены благодаря теории отно-
сительности; пространство и время больше не являются абсолютными
вместилищами, a только упорядоченными структурами элементарных
процессов. Материальная субстанция была устранена благодаря теории
атома и теории поля. Каузальность была лишена антропоморфного ха-
рактера «воздействия» или «необходимой связи» и сведена к отноше-
ниям между условиями и функциональному сочетанию. Далее, некото-
рые, считавшиеся строгими законы природы были замснсны статисти-
ческими законами, и под влиянисм квантовой теории растет сомнение
относительно применимости понятия строгой каузальной закономер-
ности даже к явлениям в мельчайших пространственно-временных об-
ластях. Понятие вероятности сводится к эмпирически доступному по-
нятию относительной частоты.
Применение к названным проблемам аксиоматического метода позво-
ляет всюду отделить эмпирические компоненты науки от чисто конвен-
циональных, содержание высказывания — от определения. He остается
места для априорного синтетического суждения. Утверждение, что по-
знание мира возможно, основывается на том, что материал определен-
ным образом упорядочен, a не на том, что человеческий разум накла-
дывает на него свою форму. О способе и степени этого порядка заранее
ничего знать нельзя. Мир мог бы быть гораздо более или менее упоря-
доченным, чем он есть, и оставаться познаваемым. Только шаг за ша-
гом продвигающееся исследование опытной науки может дать сведе-
ния о том, в какой степени мир является законообразным. Метод индук-
ции, заключение от вчера к завтра, от Здесь к Там, конечно же, только
тогда является правильным, когда имеет место законообразность. Но
этот метод основывается вовсе не на априорной предпосылке этой за-
конообразности. Индукция — достаточно или недостаточно обосно-
ванно — всегда может применяться там, где она приводит к плодотвор-
ным результатам; полной надежности она не обеспечивает никогда. Но
теоретико-познавательное сознание (Besinnung) требует, чтобы индук-
69

РУДОЛЬФ КАРНАП, ГАНС ГАН, OTTO НЕЙРАТ
тивному выводу придавали значение лишь тогда, когда он может быть
эмпирически перепроверен. Научное миропониманис не отбрасывает
успех исследовательской работы лишь потому, что он был достигнут не-
достаточными, логически не до конца проясненными или эмпириче-
ски недостаточно обоснованными средствами. Однако оно все же посто-
янно будет стремиться к перепроверке результатов посредством ясных
вспомогательных средств и требовать такой перепроверки, a именно
опосредованного или непосредственного сведения к опыту.
3- Основания геометрии
В последние десятилетия среди проблем оснований физики особое зна-
чение приобрела проблема физического пространства. Исследования Га-
усса (і8і6), Больяи (1823), Лобачевского (1835) и других привели к не-
евклидовой геометрии, к осознанию, что до сих nop безраздельно господ-
ствовавшая, классическая геометрическая система Евклида является
лишь одной из бесконечного множества логически равноправных сис-
тем. Тем самым возник вопрос, какая из этих геометрий является гео-
метрией действительного пространства. Еще Гаусс хотел решить этот
вопрос посредством измерения суммы углов большого треугольника. Та-
ким образом, физическая геометрия превратилась в эмпирическую науку,
отрасль физики. Эти проблемы в дальнейшем рассматривались в осо-
бенности Риманом (і868), Гельмгольцем (і868) и Пуанкаре (1904). Пу-
анкаре подчеркивал, в особенности, взаимосвязь физической геомет-
рии со всеми другими отраслями физики: вопрос о природе действи-
тельного пространства может быть решен только в рамках некоторой
общей системы физики. Затем Эйнштейн нашел такую общую систему,
в рамках которой на этот вопрос был дан ответ, ответ в духе конкрет-
ной неевклидовой системы.
Развиваясь в указанном направлении, физическая геометрия все
больше отдалялась от чисто математической геометрии. Последняя в ре-
зультате дальнейшего развития логического анализа постепенно под-
вергалась все большей и большей формализации. Сначала она была
арифметизирована, т.е. истолкована как теория определенной сис-
темы чисел, затем аксиоматизирована, т.е. представлена как некото-
рая система аксиом, которая трактует геометрические элементы (точки
и т.д.) как неопределенные предметы и устанавливает только взаимо-
отношения между ними. И, наконец, геометрия была логизирована,
a имснно представлена как некоторая теория определенных реляцион-
ных структур. Таким образом, геометрия стала важнейшей прикладной
областью аксиоматического метода и общей теории отношений. Тем са-
7о

НАУЧНОЕ МИРОПОНИМАНИЕ — ВЕНСКИЙ КРУЖОК
мым она дала сильнейший импульс развитию обоих этих методов, кото-
рые затем приобрели важнейшее значение для развития самой логики
и, опять же, для научного миропонимания в целом.
Отношения между математической и физической геометрией есте-
ственным образом поставили проблему применения аксиоматических
систем кдействительности, которая, какужеупоминалось, играетболь-
шую роль и в общих исследованиях оснований физики.
4- Проблемы основанигс биологии и психологии
Биология всегда и с особым пристрастием выделялась метафизиками
в качестве особой области, что нашло свое выражение, в частности,
в витализме—учении об особенной жизненной силе. Современные пред-
ставители этого учения пытаются уйти от неясной, туманной формы,
характериой для данного учепия в прошлом, и сформулировать его по-
нятийно ясным образом. Вместо понятия жизненной силы использу-
ются понятия «доминанты» (Райнке, 1899) или «энтелехии» (Дриш,
1905). Поскольку эти понятия не удовлетворяют требованию сводимо-
сти к данным опыта, они отклоняются научным миропониманием как
метафизические. Такая оценка распространяется и на так называемый
«психовитализм», который говорит о вмешательстве души, о «ведущей
роли духовного в материальном». Однако если выделить из метафизи-
ческого витализма эмпирически доступное ядро, останется лишь тезис,
что в органической природе процессы протекают по законам, которые
не могут быть сведены к физическим законам. Более точный анализ по-
казывает теперь, что этот тезис равнозначен утверждению, что опреде-
ленные области действительности неподвластны единообразной и все-
проникающей закономерности.
Понятно, что научное миропонимание может получить более четкое
подтверждение своим основным положениям в областях, уже достигших
понятийной строгости: в области физики больше, чем в области психо-
логии. Te языковые формы, которые мы до сих nop используем, когда го-
ворим о психических явлениях, возникли в старые времена, на основе
определенных метафизических представлений о душе. Формирование
понятийного аппарата в области психологии осложняется, прежде всего,
этими недостатками языка: метафизической нагруженностью и логиче-
ской неправильностью, к чему добавляются еще и определенные объек-
тивные трудности. Как следствие всего этого, большинство используе-
мых в психологии понятий до сих nop определены явно неудовлетвори-
тельно; о некоторых понятиях вообще не установлено, являются ли они
осмысленными или лишь выдаются за осмысленные в ходе языкового
7і

РУДОЛЬФ КАРНАП, ГАНС ГАН, OTTO НЕЙРАТ
употребления. Таким образом, в области психологии сще только пред-
стоит начать теоретико-познавательный анализ, и работать в этой об-
ласти гораздо труднее, чем в области физического. Попытка бихевио-
ристской психологии истолковать все психические явления посредст-
вом телесного поведения, т. е. через доступный восприятию слой, близка
по своей основной установке научному миропониманию.
5- Основания социальных наук
Каждая отрасль науки, как мы видели, в особенности, на примере фи-
зики и математики, рано или поздно приходит к необходимости теоре-
тико-познавательной проверки своих оснований, логического анализа
своих понятий. Это верно и для социальных областей науки, в первую
очередь для истории и национальной экономики. Уже около ста лет
в этих областях происходит процесс очищения понятий от метафизиче-
ского содержания. С одной стороны, здесь пока не достигнута та же сте-
пень чистоты понятий, как в физике, но, с другой стороны, возможно,
задача их очищения и не столь настоятельна. Видимо, метафизический
элемент, даже во времена расцвета метафизики и теологии, не был осо-
бенно силен; возможно, в силу того, что понятия этих областей такие,
как война и мир, импорт и экспорт, еще ближе непосредственному вос-
приятию, чем понятия атома и эфира. Несложно отбросить такие поня-
тия, как «народный дух», и вместо них взять в качестве объекта группы
индивидов определенного вида. Исследователи различных направле-
ний —Куэсни (Quesnay), Адам Смит, Рикардо, Конт, Маркс, Менгер, Во-
лрас, Мюллер-Лайер—работали в духе эмпирической, антиметафизиче-
ской установки. Предметом истории и национальной экономики явля-
ются люди, вещи и их расположение.
IV. ИТОГИ И ЗАДАЧИ
Современное научное миропонимание сформировалось в процессе ра-
боты над вышеперечисленными проблемами. Мы видели, как в физике
изначальное стремление при помощи недостаточных или еще не вполне
проясненных научных средств получить убедительные результаты, все
сильнее влекло и к методологическим исследованиям. Таким образом,
был сформулирован метод выдвижения гипотез, далее — аксиоматиче-
ский метод и метод логического анализа; тем самым понятийный аппа-
рат приобретал все большую ясность и строгость. К методологическим
разработкам привело, как мы видели, и развитие исследований основа-
ний физической геометрии, математической геометрии и арифметики.
72

НАУЧНОЕ МИРОПОНИМАНИЕ — ВЕНСКИЙ КРУЖОК
Проблемы, которыми в настоящее время занимаются представители на-
учного миропонимания, возникли главным образом из этих методологи-
ческих разработок. Понятно, что в дискуссиях Венского кружка еще от-
четливо прослеживается принадлежность отдельных обсуждаемых про
блем к конкретным проблемным областям. Это обусловливает различие
интересов и точек зрения, что ведет к различиям в понимании. Тем не
менее характерно следующее: в результате стремления к точным фор-
мулировкам, к применению точного логического языка и символики,
к отчетливому отделению теоретического содержания того или иного
тезиса от сопутствующих представлений, эти различия уменьшаются.
Шаг за шагом увеличивается запас общих представлений, образующих
ядро научного миропонимания, к которым примыкают внешние слои
несколько различающихся субъективных представлений.
Теперь, подводя итоги, мы выяснили сущность нового научного миро-
понимачия в противовес традиционной философии: новое научное ми-
ропонимание не выдвигает собственных «философских предложений»,
атолько проясняет предложения, точнее, предложения эмпирической
науки, как мы видели на иримере различных рассмотренных выше про
блемных областей. Некоторые представители научного миропонима-
ния, стремясь подчеркнуть свое противостояние систематической фи-
лософии, вообще больше не хотят употреблять слово «философия»
в своих работах. Как ни называть такие исследования, в любом случае
ясно следующее: не существует никакой философии как осповополагающей
или универсальной науки наряду или над различными областями опытной
науки\ не существует иного способа содержательного познания, кроме
опыта; не существует мира идей, который бы находился над опытом или
по ту сторону опыта. Но работа по «философскому» исследованию, или
исследованию «оснований» в смысле научного миропонимания, все же
сохраняет свою важность. Ибо логическое прояснение научных поня-
тий, предложений и методов освобождает от сковывающих предрас-
судков. Логический и теоретико-познавательный анализ не стремится
к тому, чтобы ограничить научное исследование; наоборот, этот ана-
лиз предоставляет научному исследованию как можно более широкую
область формальных возможностей, из которых выбираются те, кото
рые в том или ином конкретном случае согласуются с опытом (напри-
мер, неевклидова геометрия и теория относительности).
Представители научного миропонимания решительно стоят на почве
простого человеческого опыта. Они уверенно работают над тем, чтобы
убрать с дороги тысячелетний метафизический и теологический хлам.
Или, как считают некоторые: вернуться после метафизического меж-
дувремснья к единообразной посюсторонней картине мира, которая,
73

РУДОЛЬФ КАРНАП, ГАНС ГАН, OTTO НЕИРАТ
в определенном смысле, лежала уже в основе свободных от теологии
ранних мифологических представлений.
Усиление метафизических и теологических тенденций, проявляю-
щееся сегодня в увеличении числа различных союзов и сект, книг и жур-
налов, докладов и университетских лекций, видимо, коренится в ост-
рых социальных и экономических сражениях современности: одна
группа сражающихся, опирающаяся в социальном плане на мир про
шлого, отстаивает также унаследованные, часто давно уже содержа-
тельно преодоленные установки метафизики и теологии, в то время
как другая группа, обращенная к новым временам, в особенности в Цен-
тральной Европе, отклоняет эти установки и стоит на почве опытной
науки. Это развитие взаимосвязано с современным производственным
процессом, в котором все больше используются машины и техника и ко
торый оставляет все меньше пространства для метафизических пред-
ставлений. Оно также связано с разочарованием широких масс в пози-
ции тех, которые провозглашают доставшиеся по наследству метафи-
зические и теологические учения. Таким образом, во многих странах
народные массы теперь гораздо более осознанно, чем прежде, откло
няют эти учения и в соответствии с их социалистическими устремле-
ниями склоняются к земной, эмпирической позиции. В прежние вре-
мена такая позиция называлась материализмом, но с тех nop, преодолев
определенные ущербные формы, развился современный эмпиризм, ко-
торый обрел свою прочную основу в научном миропонимании.
Итак, научное миропонимание близко современной жизни. Хотя
ему, конечно же, предстоят еще тяжелые сражения. Но все же много
тех, кто не падает духом, а, напротив, перед лицом современной соци-
альной ситуации с надеждой смотрит в будущее. Конечно же, не каждый
приверженец научного миропонимания станет бойцом. Некоторые, ра-
дуясь одиночеству, станут вести уединенное существование на ледяных,
покрытых вечным снегом, вершинах логики; некоторые даже станут об-
винять в смешении с народными массами, которое, распространяясь,
к сожалению, сопровождается неизбежной «тривиализацией». Однако
и их достижения вносят вклад в историческое развитие. Мы видим,
как дух научного миропонимания все в большей степени пронизывает
формы личной и общественной жизни, преподавания, воспитания, ис-
кусства, помогает организовать формы хозяйственной и общественной
жизни на рациональной основе. Научное миропонішание служит жизни,
и жизнъ принимает его.

РУДОЛЬФ КАРНАП
ЛОГИЧЕСКОЕ ПОСТРОЕНИЕ МИРА1
ПРЕДИСЛОВИЕ
Какова цель научной книги? Изложить какие-то идеи и убедить читателя
в их справедливости. Но, кроме того, читатель хочет также знать: от-
куда взялись эти идеи и куда они ведут? С какими направлениями мысли
из других областей они связаны? Обоснование правильности высказан-
ных идей может дать только вся книга в целом. Здесь же, за рамками
предлагаемой теории, можно попытаться ответить лишь на второй во
прос: какова связь этой книги с событиями, происходящими ныне в фи-
лософии и общественной жизни?
В течение последних десятилетий математики создали новую логику.
Их вынудила к этому необходимость, a именно: кризис оснований ма-
тематики, ибо старая логика обнаружила свое полное бсссилие в этом
кризисе. В сложной проблемной ситуации не только выявилась ее не-
достаточность, но что гораздо хуже и что способно полностью разру-
шить научную концепцию — она приводила к противоречиям. Это вы-
звало острую потребность в построении новой логики, которая устра-
нила прежние противоречия. Уже одно это послужило доказательством
ее плодотворности — прежде всего, в области анализа основоположе-
ний математики.
Вполне понятно, что новая логика сначала привлекла внимание
лишь узкого круга специалистов по математике и логике. Ее громадное
значение для философии в целом до сих nop осознают лишь немногие,
ее применение к более широкой области еще только начинается. Если
философия стремится следовать путем науки (в строгом смысле этого
слова), то она не может пренебречь этим эффективным средством про-
яснения понятий и уточнения проблемных ситуаций. В данной книге
сделан определенный шаг в этом направлении —шаг, предполагающий
дальнейшие усилия.
Carnap R. Der logische Aufbau der Welt. Im Weltkreis-Verlag, Berlin-Schlachtensee,
1928.
75

РУДОЛЬФ КАРНАП
Здесь рассматриваются, главным образом, проблемы теории позна-
ния, т.е. проблемы сводимости одних элементов знания к другим. Пло-
дотворность нового метода доказывается тем, что решсние проблемы
сводимости приводит к построснию единой разветвленной системы
научных понятий, опирающейся на небольшое число исходных по-
нятий. Можно надеяться также на то, что такое ясное представление
взаимосвязей между научными понятиями позволит пролить новый
свет и на некоторые общие проблемы философии. Будет показано, что
одни проблемы существенно упрощаются с точки зрения представлен-
ной теоретикопознавательной позиции, другис оказываются псевдо
проблемами. Столь отдаленным следствиям в настоящей книге уде-
лено лишь небольшое внимание. Здесь перед нами лежит еще мало ис-
следованная область, требующая дальнейшего изучения.
Основоположения и рассуждения данной книги не являются наход-
кой только одного автора, они являются принадлежностью той науч-
ной атмосферы, которую не может целиком охватить и выразить один
человек. Изложенные здесь идеи несут на себе отпечаток деятельного
сотрудничества многих людей. Их объединяют, прежде всего, опре-
деленные научные принципы. Их отличает отстранение от традици-
онной философии. Но это лишь общий отрицательный признак. По-
зитивную характеристику этого круга людей дать гораздо сложнее,
можно только попытаться указать лишь какие-то самые общие черты.
Новый способ философствования появляется в тесной связи с разви-
тием конкретных наук, в частности, математики и физики. Благодаря
этому строгий и ответственный метод научного исследования стано-
вится также методом философствования, a метод традиционной фи-
лософии приравнивается к поэтическому методу. Этот новый метод
изменяет не только стиль мышления, но также и постановку проблем.
Теперь уже отдельный философ не ставит перед собой задачи воз-
двигнуть целиком все здание философии. Каждый работает на своем
месте в рамках одной общей науки. Для физиков или историков это
само собой разумеется, но философия представляет нам зрелище (ко
торое должно производить неприятнос впечатление на людей науки)
того, как одна за другой или одна рядом с другой появляются фило-
софские системы, часто несовместимые между собой. Если в разви-
тии философии мы хотим следовать примеру конкретных наук, то пе-
ред каждым исследователем мы должны ставить одну особую задачу, за
решение которой он отвечает и своей работой вносит вклад в совме-
стное общее дело. Тогда постепенно и последовательно мы будем воз-
водить здание философии, надстраивая все новые этажи на прочный
фундамснт.
76

ЛОГИЧЕСКОЕ ПОСТРОЕНИЕ МИРА
Требование согласовывать свою деятельность с работой других
и обосновывать каждое выдвигаемое положение сразу же исключает
спекулятивную деятельность в области философии. Как только начи-
нают предъявлять к философии требование научной строгости, так
с необходимостью приходят к выводу о том, что нужно исключитъ ме-
тафизику из философской области, ибо ее утверждения не допускают ра-
ционального обоснования. Каждое научное положение должно быть
рационально обосновано. Однако это не означает, что научные идеи
возникают благодаря рациональному рассуждению. Важнейшие прин-
ципы и новые пути исследования открываются не размышлением,
a чувством, интуицией, талантом. Это верно не только для философии,
но и для самых строгих наук —для математики и физики. Но решаю-
щим является следующее: для обоснования своих положений физик
обращается не к иррациональным вещам, a к эмпирико-рациональным
аргуме.нтам. Этого же мы трсбуем и от философской деятельности.
Практическая разработка философских проблем и нахождение новых
решений не могут осуществляться чисто рассудочным путем и всегда
требуют умозрительных, интуитивных средств. Но обоснование найден-
ных решений является задачей разума, здесь мы не можем полагаться
на интуицию или на веру. В философии нам также нужны «интуитив-
ные озарения», но за ними должна следовать работа по прояснению
понятий, уточнению методов, обоснованию выдвинутых положений,
т. е. та большая совместная работа, в которой каждый отдельный ис-
следователь находит свое место.
Нельзя умолчать о том, что течения в области философско-мета-
физической и религиозной мысли, которыс всегда противостояли из-
ложенной позиции, в наши дни вновь приобрели болыіюе влияние.
Что же дает нам уверенность в том, что наш призыв к ясности приве-
дет к освобождению науки от метафизики? Это понимание или, выра-
жаясь осторожнее, надежда на то, что противостоящие нам силы при-
надлежат прошлому. Мы чувствуем внутреннее родство нашего фило-
софского направления с духовными тенденциями, проявляющимися
ныне в совершенно отличных областях жизни, например, в искусстве,
в частности, в архитектуре. Мы ощущаем свою близость к тем движе-
ниям, которые стремятся сделать жизнь людей более осмысленной —
как жизнь отдельных людей, так и общества в целом. Здесь мы нахо-
дим те же стремления, тот же стиль мышления и деятельности. Это
тот способ мышления, который везде стремится к достижению ясно-
сти, но одновременно признает сложность жизни; который заботится
о точности в решении отдельных вопросов, но одновременно при-
знает невообразимую сложность целого; который подчеркивает взаи-
77

РУДОЛЬФ КАРНАП
мосвязь всех людей, но одновременно выступает за свободное разви-
тие отдельных индивидов. Надежда на то, что такому способу мышле-
ния принадлежит будущее, вдохновляет нас в нашей работе.
Вена, май 1928 г.
Рудолъф Карнап
СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие
I. Введение: задачи и план исследования
A. Задачи
і. Цель: конструкционная система понятий. 2. Что значит «конструи-
рование»? 3- Путь: анализ реальности с помощью теории отношений.
4- Единство предметных областей. 5- Понятие и предмет.
B. План исследования
6. Предварительное обсуждение (глава II). у. Проблема формы конст-
рукционных систем (глава III). 8. Набросок конструкционной системы
(глава IV). 9- Прояснение некоторых философских проблем (глава V).
II. Предварительное обсуждение
A. О форме научных высказываний
іо. Описание свойств и описание отношений. 11. Понятие структуры.
12. Описание структуры. і з- Об обозначении. 14. Пример чисто струк-
турного обозначения. 15. Общая возможность структурного обозначе-
ния. іб. Все научные высказывания являются структурными высказы-
ваниями.
B. Обзор видов предметов и их взаимосвязей
17- Значение видов предметов для конструкционной теории. 18. Физиче-
ские и психические предметы. 19. Психо-физическое отношение, связь
внешних проявлений и связь знаков. 2о. Проблема соподчинения и про-
блема бытия связей. 21. Проблема соподчинения и проблема бытия пред-
сгавленных свяэей. 22. Психо-физическая проблема как централъная проб-
лема метафизики. 23- Духовные предметы. 24* Проявления и фиксация
духовного. 25. Многообразие обособленных видов предметов.
III. Проблема формы конструкционных систем
А. Ступенчатые формы
26. Четыре главные проблемы конструкционной теории. 27. Квази-пред-
меты. г8. Функции-высказывания. 29. Сфсры родства; сферы предметов.
78

ЛОГИЧЕСКОЕ ПОСТРОЕНИЕ МИРА
Зо. «Смешение сфер» как источник ошибок. з1- Пример применения.
32. Экстенсионал функции-высказывания. $$.Классы. 34- Отношения.
35- Сводимость; конструирование. 36- Совокупность и целостность. 37-
Класс не состоит из своих элементов. 38. Конструирование осуществ-
ляется посредством определения. 39- Определение употребления. 40.
Формы уровней: классы и отношения. 41- Уровни (ступени) конструи-
рования. 42- Быть и иметь значение. 43- Возражение против экстен-
сионального метода конструирования. 44- Различие между высказыва-
ниями о знаках, смыслах и значениях. 45* Оправдание экстенсиональ-
ного метода.
B. Форма системы
і. Формальное исслсдование
46. Форма системы относится к сводимости. 47- Критерий сводимости
в реалистическом языке. 48- Исходное положение дел относительно
нскоторого предмета. 49 Обозначения и условия. 50- Логическое зна-
чение и познавательное значение. $і. Логический перевод и перевод
смысла. 52. Реалистический и конструкционный язык. 53- Итоги. Метод
решения проблемы, касающейся формы системы.
г. Содержательное исследование
54- Познавательная первичность. 55- Духовные предметы сводимы к
психическим. $6. Конструирование духовных предметов из психиче-
ских. 57- Психические предметы сводимы к физическим и наоборот.
58. Собственное психическое и чужое психическое. 59- Форма системы
с физическим базисом. 6о. Формы системы с психическим базисом.
C. Базис
і. Основные элементы
6і. Раздвоение проблемы базиса. Основные элементы и основные отно
шения. 6г. Возможности задания базиса в физическом. 63. Возможности
задания базиса в психическом. 64. Выбор в качестве базиса собствен-
ного психического. 65. Чувственно данное бессубъектно. 66. Проблема
объективности собственно психического базиса. 67. Выбор основного
элемента: «элементарное переживание». 68. Элементарные пережива-
ния являются неразложимыми целостностями. 6д. Задача обсуждения
неразложимых целостностей. jo. Метод непосредственного анализа
на основе описания отношений. 71. Метод квази-анализа. J2. Квази-ана-
лиз на основе отношения частичного сходства. 73- Квази-анализ на осно-
ве транзитивного отношения. 74- Об анализе и синтезе.
2. Основные отношения
75- Исходные отношения как основные понятия системы. уб. Частичное
равенство. 77- Частичное подобие. 78. Память о сходстве как основ-
ная связь. 79- Возможность дальнейших выводов. 8о. Круги сходства.
79

РУДОЛЬФ КАРНАП
8і. Классы качеств. 82. Достаточно ли одного основного отношения?
83. Основные отношсния как катсгории.
D. Формы предметов
84- Выведение как подготовка конструирования. 85. Классы чувствен-
ных качеств. 86. Характсристика зрительных восприятий. 87. Времен-
ной порядок. 88. Выведение зрительных полей. 8д. Пространственный
порядок зрительного поля. go. Порядок цветов. gi. Возражения про-
тив данного выведения порядка зрительных полей и порядка цветов.
дг. Другие возможности выведения зрительных полей. дз- «Ощущения»
как конкретные составные части чувственных переживаний. д4- Пер-
спсктивы дальнейших выводов.
E. Формы представления конструкционных систем
д5- Четыре языка. дб. Символический язык логистики. д7- Объяснение
некоторых логистических знаков. д8. Описание в словесном языке и реа-
листическом языке. дд. Язык фиктивного конструирования. іоо. Конст-
рукция как рациональное переструктурирование. юі. Фикции разделе-
ния и сохранения чувственно данного. Ю2. Фикция персчня основных
отношений. 103. 06 общем правиле конструирования. 104. Попытка
формулировки некоторых правил конструирования. іо-ѵ Проблема
дедукции правил конструирования.
IV. Набросок конструкционной системы
A. Низший уровены собственно психичсскис предметы
іоб. О форме, содержании и цели данного наброска. 107. Логические и мате-
матические предметы. ю8. Исходное отношение (Er). 10g. Исходные
элементы (егі). і ю. Частичное сходство (Ае). 111. Круги подобия (ahnl).
112. Классы качеств (quai). 113. Частичное равенство (Gl). 114. Подо-
бие качеств (Aq). 115. Классы чувственных впечатлений и зрительное
восприятие (sinn, gesicht). 116. Ощущения (emp) и расщепление элемен-
тарного переживания. 117. Места в зрительном поле и зрительное поле
(stelle, Glstell, Nbst). 118. Цвета и окрашенные тела (Glfarbnd, Glfarb,
färbe, Nbfarb). 1 ig. Пример обратного перевода определения и выска-
зывания. 12о. Предварительный временной порядок. 121. Отношение
выводимости предмета. 122. Представленные конструкции являются
лишь примерами.
B. Средний уровень: физические предметы
123- О представлснии последующих уровней конструирования. 124.
Различные возможности конструирования физического простран-
ства. 125. Пространственно-временной мир. ігб. Приписывание цве-
тов мировым точкам. 127. Положения дел в реалистическом языке. 128.
Наблюдаемые вещи. і гд. «Мое тело». 130. Осязаемые видимые вещи.
8о

ЛОГИЧЕСКОЕ ПОСТРОЕНИЕ МИРА
131. Характеристика остальных чувственных впечатлений. 132. Область
собственного психического. 133- Приписывание других чувственных
качеств. 134- Воспринимаемые вещи. 135- Дополнение воспринимае-
мого мира посредством аналогий. 136. Физикалистский мир. 137« Био-
логические предметы; люди. 138- Связь внешних выражений.
С. Высший уровень: чужое психическое и духовные предметы
139- О представлении последующих уровней конструирования.
140. Область чужого психического. 141. Взаимосвязь знаков. 142. Свиде-
тельства других людей. 143- Интуитивное понимание и функциональная
зависимость. 144- Использование свидетельств других людей. 145- Мир
другого. 146. Интерсубъективное упорядочение. 147« Интерсубъектив-
ное упорядочение охватывает все виды предметов. 148. Интерсубъектив-
ный мир. 149- Интерсубъективный мир как мир науки. 150. Первичные
духовные предметы. 151. Духовные предметы более высоких уровней.
152. Область ценностей. 153- Проблема элиминации исходных отно-
шений. 154- «Обоснованные» отношения. 155- Элиминация исходного
отношения Er. 156. Утверждения о конструкционной системе.
V. Прояснение некоторых философских проблем на основе конструкцион-
ной теории
157- Конструкционная система как основание философских исследо-
ваний
A. Некоторые проблемы бытия
158. О различии между индивидуальными и общими понятиями.
159- О тождестве. ібо. Бытие физических, психических и духовных
предметов. ібі. Конструкции и метафизическое бытие. ібг. О дуализ-
ме души и тела. 163. Проблема «я». 164. Бытие интенциональных свя-
зей. 165. Бытие причинности.
B. Психологическая проблема
ібб. Формулировка проблемы. 167. Психофизическая проблема не явля-
ется следствием чужого психического. і68. Основы психо-физической
проблемы. 169. Конструкции и метафизические проблемы.
C. Конструкционная или эмпирическая проблема реальности
17о. Реальные и нереальные физические предметы. 171. Реальные и нере-
альные физические и духовные предметы. 172. Понятие реального пред-
мета. 173- Границы реального в области физического и духовного.
D. Метафизическая проблема реальности
175- Реализм, идеализм и феноменализм. 176. Метафизическое понятие
реальности. 177« Конструкционная теория не противоречит реализму,
идеализму или феноменализму. 178. Эти три направления расходятся
только в области метафизики.
8і

РУДОЛЬФ КАРНАП
Е. Задача и цель науки
179- Задача науки. 18о. О границах научного познания. 181. Вера и зна-
ние. 182. Интуитивная метафизика. 183. Рационализм?
Подведение итогов
Библиографический и именной указатель
Предметный указатель
I. ВВЕДЕНИЕ. ЗАДАЧА И ПЛАН ИССЛЕДОВАНИЯ
А. Задача
Высший принцип научного философствования заключается в сле-
дующем: везде, где это возможно, на место выводимых сущностей
следует ставитъ логические конструкции.
Рассел
і. Цель: конструкционная система попятий2
Цель настоящего исследования заключается в построении логикогно-
сеологической системы предметов или понятий — «конструкционной
системы». Выражение «предмет» здесьупотребляется в самом широком
смысле, a именно, для обозначения всего того, о чем можно говорить.
Таким образом, к предметам мы относим не только вещи, но также свой-
ства и связи, классы и отношения, состояния и процессы —как реаль-
ные, так и нереальные.
В отличие от других систем понятий, конструкционная система не
только подразделяет понятия на различные виды и исследует особен-
ности этих видов и многообразные связи между ними. В этой системе
понятия должны шаг за шагом выводиться из определенных исходных
понятий, «конструироваться» таким образом, чтобы в итоге получи-
лось разветвленное дерево понятий, в котором каждое понятие зани-
мает свое определенное место. Утверждение о том, что такое выведе-
В оригинале: «Konstitutionssystem der Begriffe», поэтому возможен другой
вариант перевода «конститутивная система». Однако, если принять этот
термин, затрудняется оперирование производными от него понятия-
ми на русском языке. По сути, y Карнапа речь идет о системе понятий,
в которой одни понятия строятся или конструируются из других и так
создается иерархическая пирамида понятий. — Прим. перев.
82

ЛОГИЧЕСКОЕ ПОСТРОЕНИЕ МИРА
ние всех понятий из неболыиого числа исходных понятий возможно,
представляет собой главный тезис конструкционной теории, который
отличает ее от всех других предметных теорий.
2. Что такое «конструирование» ?
Для того чтобы сделать более понятными цели «конструкционной сис-
темы», требуется пояснить смысл некоторых важнейших понятий кон-
струкционной теории. Предмет (или понятие) считается «сводимым»
к одному или нескольким другим предметам, если все высказывания
об этом предмете можно преобразовать в высказывания о других пред-
метах. (Этого пояснения с помощью нестрогого понятия «преобразова-
ния» пока достаточно; приводимые ниже примеры сделают его доста-
точно четким. Более строгие определения сводимости и конструкции
будут даны позднее (п. 35)»они будут относиться не к высказываниям, a к
функциям-высказываниям). Если асводимо к ft, a ft сводимо к с, то a сво-
димо к с, т.е. отношение сводимости транзитивно.
Пример. Все дроби сводимы к натуральным (т. е. положительным целым) чис-
лам, поскольку все высказывания о дробях можно преобразовать в выска-
зывания о натуральных числах. Так, например, дробь з/7 сводима к 3 и 7,
a дробь 2/5 —к 2 и 5. Высказывание «з/7 болыие */5» преобразуется в выска-
зывание о натуральных числах: «для любых натуральных чисел хи), Зх
больше 2)\ если Іх-Ъу».
Далее, все действительные числа, включая иррациональные, сводимы
к дробям. И, наконец, все конструкты арифметики и анализа сводимы
к натуральным числам.
Если какой-то предмет a сводим к предметам ft, c, то — согласно дан-
ному разъяснению —высказывания относительно a преобразуемы в вы-
сказывания о ft и с. Таким образом, выражения «а сводимо к ft, c» или
«а конструируется из ft, 0 означают: задано общее правило, устанав-
ливающее, каким образом в каждом конкретном случае высказывания
об a можно преобразовать так, чтобы получить высказывания о ft и г».
Эти правила перевода мы будем называть «правилами конструирова-
ния» или «конструкционными определениями» (поскольку они имеют
вид определений, п. 38).
Под «конструкционной системой» мы понимаем такое иерархическое
упорядочение предметов, в котором предметы каждого уровня конст-
руируются из предметов нижележащих уровней. Благодаря транзитив-
ности отношения сводимости оказывается, что все предметы конст-
83

РУДОЛЬФ КАРНАП
рукционной системы в консчном итогс конструируются из предметов
самого первого уровня. Эти «исходные предметы» образуют «базис» всей
системы.
Пример. В частности, конструкционную систему арифметических понятий
можно было бы задать таким образом, чтобы все арифметические понятия
шаг за шагом (посредством цепочки определений) выводились или «кон-
струировались» из основных понятий натурального числа и «непосредст-
вснно следующего».
Аксиоматизация той или иной теории заключается в том, что все выска-
зывания теории упорядочиваются в дедуктивную систему, базисом ко-
торой являются аксиомы, a все понятия теории выстраиваются в виде
конструкционной системы, базис которой образуют исходные основ-
ные понятия. До сих nop основное внимание обращали на выведение
высказываний из аксиом, в то время как систематическим конструиро-
ванием понятий до некоторой степени пренебрегали. Здесь нас будет
интересовать, главным образом, методика конструирования понятий
и ее применение к системе понятий науки. Только в том случае, если
удастся построить такую единую систему всех понятий науки, появится
возможность преодолеть раздробленность всей науки на отдельные, не-
связанные между собой частные науки.
Несмотря на то, что субъективный исходный пункт всякого позна-
ния лежит в переплетении чувственных переживаний, тем не менее, как
должно показать построение конструкционных систем, можно все-таки
придти к интерсубъективному, объективному миру, который осознан
в понятиях и поэтому является одним и тем же для всех индивидов.
3- Путь: анализ реальности с помощью теории отношений
В отношении своих методов настоящее конструкционное исследование
отличается, главным образом, тем, что в нем предпринята попытка со-
единить два научных направления, которые до сих nop развивались от-
дельно друг от друга. С представленной здесь точки зрения, только их
объединение дает возможность сделать значительный шаг вперед в раз-
витии науки. Рассел и Уайтхед построили логистику (символическую
логику) таким образом, что теперьу нас имеется теория отношений, ко-
торая позволяет рассмотреть почти все проблемы чистого учения о по-
рядке. С другой стороны, в новейшее время был поставлен и отчасти
разрешен вопрос о сведении «реальности» к «чувственно данному» Аве-
нариусом, Махом, Пуанкаре, Кюльпе и, прежде всего, Циеном (Ziehen)
84

ЛОГИЧЕСКОЕ ПОСТРОЕНИЕ МИРА
и Дришем (упоминая только некоторые имена). Теперь эту теорию отно-
шений нужно применитъ для анализа реалъности с тем, чтобы представить
логическую формулировку конструкционной системы понятий. Нужно
более четко задать базис этой системы и попытаться с помощью имею-
щихся логических форм построить систему понятий на этом базисе
(хотя бы только в общих чертах).
Литература. Основные идеи теории отношений восходят к идсям Лейбница
об «искусстве комбинаторики» и «mathesis universalis». Применение теории
отношений для построения конструкционной системы связано с лейбни-
цевской идеей «универсальной характеристики» и «всеобщей науки».
Логистика. Общая система логистики сформулирована Уайтхедом и Рас-
селом. До сих nop это единственная система, которая содержит закон-
ченную теорию отношений, поэтому ее можно использовать в качестве
вспомогательного средства при построении конструкционной теории.
Система Уайтхеда и Рассела опирается на предшествующие работы
Фреге, Шредера, Пеано и других. Ее полное изложение дано в «Ргіп-
сіріа Mathematica»; очерк этой системы с попытками применения дал
Карнап (Логистика). Рассмотрение понятий (без символики): Рас-
сел (Principles), Math. Phil., Дубислав (Wörterbuch); с другой символи-
кой: Беман (Math.). Исторический обзор с подробной библиографией
(до 1917г.): Льюис (Survey).
Прикладная теория отношений. Идея применения теории отношений к
анализу внелогических объектов была высказана Уайтхедом и Расселом
(однако без логистического аппарата): Уайтхед, «Теория абстракций из-
мерения» и «Теория процессов» в (Space), (Nat. Knowledge), (Nature);
в построении внешнего мира Расселом (External W.), (Constr. Matter),
(Sense-Data). При построении конструкционной теории мы значи-
тельно отходим от Рассела, однако руководствуемся его методологиче-
ским принципом: «высшее правило научного философствования гла-
сит: везде, где возможно, на место выводимых сущностей следует ста-
вить логические конструкции» (Sense-Data, 155)- Здесь этот принцип
будет применяться еще более решительно, чем это делал Рассел (напри-
мер, при выборе собственного психического в качестве базиса (п.64),
при конструировании ненаблюдаемого из наблюдаемого (п. 124) и при
конструировании чужого психического (п. 140)- B работе Карнапа (Ло-
гистика, ч.ІІ) приведены примеры применения теории отношений к
различным областям (теории множеств, геометрии, физике, учению
о родстве, анализу познания, анализу языка).
85

РУДОЛЬФ КАРНАП
Теория констпруирования. Важнейший импульс к решению проблемы све-
дения научных понятий к «чувственно данному» дали Max и Авенариус.
К настоящему времени имеются три разные попытки построить систему
понятий: Цисна (Erkth.), Дриша (Ordnungsl.), Дубислава (Wörterbuch),
однако они никак не связаны между собой. Только попытка Дубислава
выразилась в виде конструкционной системы благодаря использованию
цепочек определений. В отдельных пунктах наша система согласуется
с указанными системами, что и будет отмечено в своем месте. Тем не ме-
нее в целом она существенно отличается от них благодаря использова-
нию особых методологических средств.
Какие-то точки соприкосновения имеются также с «материей пе-
реживаний» Гуссерля (Phanomenol., 141) и с теорией объектов Мей-
нонга. И в стороне остаются классифицирующие системы понятий
или наук (например, Оствальда, Вундта, Кюльпе, Тиллиха), поскольку
они никак не касаются выведения понятий друг из друга.
4- Единстпво предметпных областпей
Если можно построить конструкционную систему понятий или пред-
метов (истолкованных в том или ином смысле, см. п.5) указанного
вида, то отсюда следует: предметы вовсе не разделены на различ-
ные, не связанные между собой области, существуетп тполько одна об-
ластпь предметов и поэтому только одна наука. Тем не менее можно про-
вести различие между разными видами предметов, принадлежащих к
разным уровням конструкционной системы и в рамках одного уровня
имеющих разные конструкционные формы. Ниже (в гл. Ill A) мы по-
кажем, что формы, в которых осуществляется построение из элемен-
тов более сложных образований, представляют собой не сумматив-
ные объединения, a «логические комплексы». Например, предмет
«государство» в конструкционной системе будет конструироваться
из психических процессов, однако это не означает, что государство
представляет собой сумму психических процессов. Мы будем прово-
дить различие между «целым» и «логическим комплексом»: целое со-
ставляется из элементов, которые являются его частями; логический
комплекс не имеет такой связи со своими частями, a характеризуется
тем, что все высказывания о нем можно преобразовать в высказыва-
ния о его элементах.
Пример. Представление о единстве предметов и разнообразии различных
структур дает синтетическая геометрия. Она исходит из точек, прямых
и плоскостей в качестве элементов и конструирует более сложные образо-
86

ЛОГИЧЕСКОЕ ПОСТРОЕНИЕ МИРА
вания как комплексы этих элементов. Вся конструкция состоит из несколь-
ких слоев, причем образования разных слоев существенно отличаются
друг от друга. Однако все высказывания об этих образованиях являются,
по сути дела, высказываниями об элементах. Здесь мы имесм перед собой
разные виды предметов, но единую область предметов, из которой все
они вырастают.
5- Понятие и предмет
Поскольку выражение «предмет» мы употребляем здесь в самом ши-
роком смысле (п. і), постольку каждому понятию соответствует один
и только один предмет —«его предмет» (не смешивать с предметами,
которые подпадают под понятие). Поэтому даже в отношении общих
понятий мы говорим об их «предмете». В противоположность преж-
нему учению о понятии мы считаем общность понятий лишь относи-
тельной, в связи с чем граница между общими и индивидуальными по-
нятиями для нас зависит от точки зрения (п. 158). Относится ли оп-
ределенный знак к понятию или предмету, говорит ли некоторое
предложение о понятии или предмете —не имеет, с точки зрения ло-
гики, никакой разницы. Это имеет, в лучшем случае, лишь психологи-
ческую разницу и касается репрезентируемых представлений. Здесь,
в сущности, речь вовсе не идет о двух разных истолкованиях. A только
о двух разных способах выражения. Поэтому в конструкционной
теории мы иногда говорим о конструировании предметов, a ино-
гда —о конструировании понятий, не проводя между ними различия
по существу.
Эти два параллельных языка, говорящих о предметах и о поня-
тиях, но высказывающих одно и то же, представляют собой язык реа-
лизма и язык идеалгізма. «Создается ли мыслью» конструируемый объ-
ект, как учит Марбургская школа, или лишь «познается» мыслью, как
утверждает реализм? Конструкционная теория пользуется нейтраль-
ным языком: с ее точки зрения, объект не «создается», не «познается»,
a «конструируется». Уже здесь следует со всей ясностью сказать, что
слово «конструируется» полностью нейтрально в этом отношении. По-
этому с позиций конструкционной теории спор о том, «создается» или
«познается» объект, есть бесплодный спор о словах.
Мы могли бы пойти еще далыие (не обосновывая здесь этого) и ска-
зать, что понятие и его предмет есть одно и то же. Однако это тожде-
ство вовсе не означает субстанциализации понятия, скорее, это «функ-
ционализация» предмета.
87

РУДОЛЬФ КАРНАП
В. ПЛАН ИССЛЕДОВАНИЯ
6. Предварительныеразъяснения (глава II)
Вторая глава содержит подготовительный материал для построения
конструкционной теории. Здесь не идет речь об истолковании этой
теории и о возможности создания единой конструкционной системы,
a обсуждается лишь научное или, точнее, теоретико-познавательное по-
ложение, как оно сложилось в настоящее время.
В первой части главы рассматривается важное понятие структуры
(в чисто формальном смысле) и обосновывается его основополагаю-
щее значение для науки: будет показано, что, в принципе, все предметы
можно охарактеризовать посредством чисто структурных свойств
(т. е. посредством некоторых формально-логических свойств отноше-
ний или структур отношений), поэтому все научные высказывангш можно
преобразоватъ в высказывания о структурах.
Во второй части этой главы кратко рассматриваются важнейшие виды
объектов, в частности, физические, психические и духовные объекты.
Обсуждаются их признаки, различия между ними и их взаимосвязи. При
этом мы опираемся не на конструкционную теорию и ее язык, a на обыч-
ное понимание и обычный (реалистический) язык эмпирической науки.
Это позволяет нам получить общее представление о том материале, для
которого мы строим конструкционную систему. Становится ясной также
задача, которую мы ставим перед конструкционной системой: весь этот
материал должен занять в системе соответствующее место.
7- Проблема формы конструкционной системы (глава III)
В третьей главе мы начинаем построение конструкционной теории.
В первой части (А) более тщательно рассматривается понятие конст-
рукции, в частности, особое внимание обращено на ее отличие от про-
стого суммативного соединения. Будет показано, что конструирование
некоторого предмета осуществляется в логической форме определе-
ния, т.е. каждый конструируемый предмет вводится посредством сво-
его конструирующего определения либо в качестве класса, либо в каче-
стве отношения. Таким образом, на каждом шаге в рамках конструкци-
онной системы образуются обе эти формы. «Ступенъками построения»
{«Stufenformen») конструкционной системы являются классыи отношения,
ничего другого не требуется.
Во второй части (В) будет представлено логическое и содержатель-
ное исследование «форм предметов» и «формы системы» конструкцион-
88

ЛОГИЧЕСКОЕ ПОСТРОЕНИЕ МИРА
ного построения. Под формой конструируемого прсдмста понимается
ряд конструкционных шагов, которые приводят к нему, начиная с исход-
ных предметов. Здесь пока не идет речь об отдельных конкретных пред-
метах и видах предметов, a в самом общем виде показано, каким образом
можно получить форму предмета из научного описания этого предмета,
в частности, из его обозначения. Под «формой системы» понимается
порядок отдельных шагов при построении системы и, соответственно,
упорядоченность конструируемых предметов. Из числа разных, логиче-
ски и содержательно возможных форм, будет избрана одна определен-
ная форма, которая наилучшим образом представляет взаимоотноше-
ния предметов с теоретико-познавательной точки зрения.
В третьей части (С) обсуждается проблема «базиса» конструкцион-
ной системы, т.е. ее исходные предметы двух существенно различных
видов: «основные элементы» и «основные отношения», создающие первую
упорядоченность основных элементов. В качестве исходных элемен-
тов системы принимаются «мои переживания» (точнее, изначально
не имеющие имен и свойств и лишь позднее благодаря определенному
конструированию обозначаемые этим термином). В итогс будет из-
брана форма системы с базисом из «собственного психического». За-
тем будет показано, каким образом эти основные элементы можно ис-
толковать как неразложимые целостности и посредством синтетиче-
ского анализа («квази-анализа») конструировать те предметы, которые
позднее будут рассматриваться как «признаки» или «составные части»
переживаний.
Таким образом, собственно исходнъши понятиями конструкционной
системы, т.е. теми понятиями, к которым сводятся все понятия науки,
являются не основные элементы, a основные отношения. Это согласуется
с принципиальным тезисом конструкционной теории, согласно кото-
рому именно структура отношений должна быть первичной по отноше-
нию к их членам. Выбор исходных отношений конструкционной сис-
темы опирается на содержательное исследование, которое устанавли-
вает самые первые уровни системы, обсуждая вопрос о том, в какой
последовательности и какого типа предметы конструируются на самых
первых уровнях системы и какие исходные отношения для этого требу-
ются. Выясняется, что для этого нужно очень небольшое число исход-
ных отношений, может быть, достаточно даже одного единственного
отношения.
В четвертой части (D) обсуждается вопрос о том, каким образом
и с какой целью можно построить конструкционную систему (в следую-
щей главе IV) в четырехязыках. в собственно системном языке, a именно,
в логистическом; и в трех языках, служащих его переводами, которые
89

РУДОЛЬФ КАРНАП
облегчают понимание отдельных конструкционных шагов и проверку
выполнения определенных формальных требований. Из этих трех язы-
ков один представляет собой выражение конструкционных определе-
ний в словесном языке; другой преобразует эти определения в описа-
ние ситуаций на реалистском языке; наконец, третий язык преобразует
определения в предписания («конструкционный язык») на основе оп-
ределенных функций.
8. Набросак конструкционной системы (глава IV)
В четвертой главе результаты всех предшествующих рассуждений нахо-
дят практическое применение: здесь в основных чертах дан набросок
конструкционной системы. Самые нижние уровни системы были под-
робно рассмотрены (часть А), отдельные конструкции были представ-
лены в символической форме и переведены на три вспомогательных
языка (см. п. 7)- Поэтому эта часть системы не излагается во всех под-
робностях, ибо содержатсльно онауже ясна. Требуется только привести
как можно более наглядные примеры для прояснения смысла всего ис-
следования и подготовить основу для обсуждения проблемы наиболее
целесообразного построения самых нижних уровней. В этой части с по-
мощью только одного исходного отношения будут конструироваться
чувственные качества, области чувственных восприятий, зрительные
восприятия, пространственное упорядочение зрительных полей, каче-
ственное упорядочение окрашенных тел и временной порядок.
Во второй части (В) конструирование будет осуществлено в словес-
ном языке. Хотя здесь уже не будет прежней точности, но отдельные
ступени построения получат более четкое описание. В этой части бу-
дут конструироваться пространственновременной мир и налолняю-
щие его вещи; далее будет построено «мое тело» в качестве одной
из вещей мира, остальные чувственные восприятия (в добавление к
зрительному восприятию) и прочие «собственно психические» обра-
зования, компоненты и состояния. С помощью остальных чувствен-
ных восприятий видимый мир будет дополнен до мира восприятий,
a этот последний —до физического мира, который уже больше не свя-
зан с чувственными качествами.
В третьей части (С) будутуказаны только самые общие налравления
последующего построения, чтобы показать возможность его осуществ-
ления. Будет дан краткий набросок построения «чужого психического»
на основе «других людей» (как физических вещей) и с помощью связей
внешних проявлений, «мира другого» и «интерсубъективного мира»,
наконец, духовных объектов и ценностей.
9о

ЛОГИЧЕСКОЕ ПОСТРОЕНИЕ МИРА
g. Прояснение некоторых фгиіософских проблем (глава V)
В пятой главе рассматриваются некоторые традиционные философ-
ские проблемы. Будет показано, каким образом конструкционная
теория может быть использована для прояснения проблемной ситуа-
ции, которая складывается в рамках тех или иных областей (рацио
нальной) науки. Обсуждение этих проблем следует рассматривать лишъ
как пример пргіменения предложенного метода, a не как попытку их обос-
нованного решения. Прежде всего (часть А), рассматриваются некото-
рые проблемы бытия, в частности, проблема тождества, дуализма физи-
ческого-психического, интенционалъности и причинности.
В части В предпринята попытка прояснить проблемную ситуацию,
связанную с пониманием психофизического параллелизма.
После этого (части С, D) обсуждается проблема реалъности. Будет по-
казано, что конструкционная теория образует общий базис тех фило
софских направлений, которые пытаются решить эту проблему — реа-
лизма, идеализма и феноменализма, и что эти направления начинают
расходиться только за пределами конструкционной теории—в области
метафизики.
В последней части (Е) обсуждаются задачи и границы науки и ставится
вопрос о ее четком отделении от метафизики.

«ERKENNTNIS»
Т.І, ЛЕЙПЦИГ, 1930-1931

ВВЕДЕНИЕ1
Начиная с д-го тома, редактирование «Анналов» переходит к новым из-
дателям, которые будут представлять Общество эмпирической филосо-
фии, Берлин, и Общество Эрнста Маха, Вена, так что журнал будет со-
вместным органом этих двух обществ.
Программа «Анналов» всегда заключалась в том, чтобы развивать
философию не в качестве изолированной дисциплины, a в тесной связи
с конкретными науками, и изменения в редакции журнала призваны к
более интенсивному воплощению этой идеи. Новые издатели считают
своей задачей развивать философию в качестве критики науки и по-
средством научно-аналитических методов вырабатывать систематизи-
рованное понимание смысла и значения человеческого познания, ко-
торого безуспешно искала философия исторической школы, исходив-
шая из предполагаемых природных свойств разума.
Это не следует понимать так, что публикации журнала обязательно
должны соответствовать взглядам издателей. Нам представляется само
собой разумеющимся, что только научная ценность работы решает во-
прос о ее публикации в журнале. Однако с нашей точки зрения, основ-
ное содержание журнала должны составлять исследования, опираю-
щиеся на плодотворную почву эмпирии. Поток философской мысли
обогащается, вбирая в себя идеи, возникающие в конкретных науках,
и в нашем журнале он обретет то русло, которое позволит ему течь все
дальше и находить новые пути. Естественные науки до сих nop вносят
наиболее существенный вклад в развитие философии, поэтому они и бу-
дут определять основное содержание журнала. Но, как нам представля-
ется, столь же плодотворно для философии ее сближение с науками
0 духе, которые отличаются от естественных наук только с точки зре-
ния технического аппарата, и мы надеемся содействовать также разви-
тию философии гуманитарных наук. Поэтому мы обращаемся ко всем,
кто работает в какой-то конкретной науке или пришел к критике позна-
ния из научной области, с призывом присылать нам свои работы и вме-
сте с нами создавать философию науки.
1 Reichenbach Н. Zur Einfuhrung // Erkenntnis, Bd. I, Leipzig, 1930—1931. S. 1-3.
95

ГАНС РЕИХЕНБАХ
Мы убеждены в том, что одновременно с этим получит новое осно-
вание и философия как наука. При этом мы вовсе не имеем в виду со-
временные исследования логической возможности теории познания,
ибо критика философского мышления представляется нам столь же
возможной и необходимой, как и критика конкретных наук. Словом
«наука» мы выражаем некоторую рабочую программу, наше убежде-
нис и требование. Для философии столь привычен раскол мсжду на-
правлсниями и школами, что от мысли о единой философской науке
почти уже отказались и характерную особенность философии пыта-
ются видеть в том, что в ней имеются лишь мнения об учениях, но
нет учений, есть точки зрения, но нет никакого знания. Мы убеж-
дены в том, что такой отказ от общезначимости обусловлен чрезмер-
ной узостью взгляда, при котором преувеличиваются различия ме-
жду философскими системами и преуменьшается множество общих
познавательных результатов. Философские системы всегда стреми-
лись к тому, чтобы с помощью мыслительных конструкций сократить
путь планомерного исследования. Они концентрировали внимание
на том, что еще не было познано и, поэтому, открывало широкие воз-
можности для различных направлений и точек зрения в истолкова-
нии мира. Но если речь идет о том, что познано, то и в области фи-
лософии можно увидеть значительное согласие. Таких совместно раз-
рабатываемых областей знания будет становиться тем больше, чем
дальше в сторону конкретных наук мы продвинемся по пути, сформу-
лированному философией, и раскроем то мыслительное содержание,
которое будет служить фоном для результатов конкретных наук —тем
фоном, который служит для подлинного понимания и оценки науч-
ных открытий. Если принять во внимание тот слой философии, бла-
годаря которому в наше время произошло теоретико-познавательное
преобразование физики и математики и из которого получают стимул
к подобному преобразованию биология и психология, то не остается
никаких сомнений в том, что философия также несет в себе объек-
тивное знание. Если о содержании этого знания еще можно спорить,
то в процессе этих споров становится все яснее, что все мы, в сущ-
ности, думаем об одном и том же, когда высказываем философские
предложения, и что различия между философскими направлениями
сохраняются лишь до тех nop, пока неясно, о чем в точности они го-
ворят. Поэтому ясность языка, точное понимание значений собствен-
ных слов представляются ндм высшим достоинством философских
произведений. Тот, кто уже достиг такой ясности и точности в собст-
венном творчестве, знает, что философия представляет собой не по-
этическос изображение душевных псреживаний, не историко-психо-
96

ВВЕДЕНИЕ
логическую оболочку разнообразных мнений, a исследование, анализ
и постоянное стремление к познанию.
Целью философии мы считаем познание — познание в том же
смысле, в котором оно является целью конкретных наук, поэтому для
названия нашего журнала мы выбрали это слово. Наш журнал не бу-
дет выражением мнений, искусственно придуманных систем или по-
этических фантазий. Он будет познанием.
Ганс Рейхенбах (Берлин)

МОРИЦ ШЛИК, ВЕНА
ПОВОРОТ ФИЛОСОФИИ'
Время от времени встает вопрос о том, как оценить прогресс филосо-
фии в течение определенного промежутка времени. Рассматриваемый
период обычно ограничивают, с одной стороны, именем какогото ве-
ликого мыслителя, с другой — «современностью». По-видимому, также
предполагается, что в достаточной мере ясно, как развивалась филосо-
фия до появления избранного мыслителя, и сомнения вызывает лишь
вопрос о том, какие новые достижения появились за последнее время.
Вопрос такого рода ясно свидетельствует о недоверии по отноше-
нию к философии последнего времени, и создается впечатление, что
это лишь неявная формулировка более резкого вопроса: добиласъли фи-
лософия за последнее время вообще каких-то успехов? Если бы такие ус-
пехи были, то всем было бы ясно, в чем они заключаются.
Если более отдаленное прошлое вызывает гораздо меньшие сомне-
ния и в развитии философии признают устойчивый прогресс, то это
может быть обусловлено тем, что к исторически ставшему испытывают
гораздо большее уважение. К тому же следует добавить, что философ-
ские построения прошлого уже доказали свою историческую плодо-
творность, поэтому рассмотрение их реального содержания нередко
подменяется рассмотрением их исторического значения.
Однако наиболее крупные мыслители редко полагались на резуль-
таты философов предшествующего времени и даже на идеи классиков
философии. Это обусловлено тем, что каждая новая система начинает
как бы с самого начала, и каждый мыслитель ищет свою собственную
твердую почву и не может встать на плечи своих предшественников. Де-
каргп ощущает себя (и не без оснований) в самом начале долгого пути;
Спиноза полагает (как будто бы правильно), что использование математи-
ческой формы поможет найти однозначный философский метод; Кант
1 Schlick M. Die Wende der Philosophie//Erkenntnis, Bd. 1, Leipzig, 1930-1931.
S. 4-11.
98

ПОВОРОТ ФИЛОСОФИИ
был убежден в том, что, следуя предложенному им пути, философия ста-
нет, наконец, похожей на науку. Нетсмысла приводить дальнейшие при-
меры, ибо почти каждый великий мыслительсчитал необходимой ради-
кальную перестройку философии и стремился ее осуществить.
Это своеобразное развитие философии столь часто описывали
и разъясняли, что говорить об этом кажется тривиальностью и оста-
ется только удовлетвориться позицией скептика. Все попытки преодо
леть хаос системосозидания и изменить судьбу философии не следует
принимать всерьез, о чем свидетельствует опыт более чем двух тысяче-
летий. Указание на то, что люди способны, в конце концов, справиться
с самыми сложными проблемами, скажем, с такой, которую решал Де-
дал, не могут утешить знатока, ибо он испытывает опасение, что фило
софия отнюдь не занимается подлинными «проблемами».
Я позволил себе указать на эту столь часто описываемую анархию
философских мнений, чтобы не было никаких сомнений относительно
того, что я вполне осознаю важность и спорность того убеждения, ко
торое я хотел бы здесь высказать. A именно, я убежден в том, что мы
переживаем период окончательного поворота философии и имеем ос-
нования считать законченным бесплодный спор философских сис-
тем. В наши дни, утверждаю я, уже есть средства, делающие принци-
пиально ненужным всякий спор такого рода. Дело заключается лишь
в том, чтобы применить их.
Эти средства создавались без шума, незаметно для большей части
философов, так что сейчас возникло положение, которое нельзя срав-
нить со всеми предшествующими эпохами. To, что нынешнее положе-
ние действительно уникально и что происходящий поворот действи-
тельно является окончательным, можно увидеть лишь в том случае,
если познакомиться с новым способом мышления и с тех позиций, к
которым он приводит, вновь взглянуть на все те идеи, которые счита-
ются «философскими».
Этот новый способ мышления опирается на логику. Его зачатки
смутно прозревал Лейбниц, важные идеи в последние десятилетия вы-
сказали Готтлоб Фреге и Бертран Рассел, но решающий поворот связан,
прежде всего, с «Логико-философским трактатом» (1922) ЛюдвигаВиш-
генштейна.
Как известно, в последние десятилетия математики разработали
новые логические методы для решения в первую очередь своих собст-
венных проблем, которые не поддавались решению с помощью преж-
них форм логики. Однако возникшая таким образом логика (см. ста-
тью Карнапа в этом томе) очень скоро доказала свое превосходство
над старыми формами, которые, без сомнения, вскоре должны будут
99

МОРИІД ШЛИК
исчезнуть. Является ли эта новая логика тем великим средством, о ко-
тором я только что говорил, способна ли она освободить нас от всех
философских споров, дает ли она нам какие-то общие предписания,
с помощью которых можно разрешить, хотя бы в принципе, все тради-
ционные вопросы философии?
Если бы это было так, то я едва ли имел бы право утверждать, что воз-
никло совершенно новое положение, ибо тогда речь должна была бы
идти лишь о постепенном, как бы техническом прогрессе — подобном
тому, например, который от изобретения бензинового двигатсля при-
вел, в конце концов, к решению проблемы полета в воздухе. Однако цен-
ность нового метода еще нуждается в оценке: одна только разработка
какого-то метода еще не означает ничего принципиально нового. По-
этому великий поворот заключен не в самом по себе методе, a в том, что
совершается в гораздо более глубоких слоях —в проникновении в сущ-
ность самого логического.
To, что в определенном смысле логическое есть чисто формальное,
высказывалось раньше и неоднократно, однако сущность чистых форм
не была достаточно ясной. Путь к прояснению этого исходит из того
факта, что всякое знание есть некое выражение, представление. Оно
выражает то положение дел, которое в нем познано. Такое положение
дел может быть выражено любыми способами, на любых языках, по-
средством каких угодно произвольных знаковых систем. Если все эти
разнообразные способы представления действительно выражают одно
и то же знание, то они должны иметь между собой нечто общее. И это
общее есть их логическая форма.
Bot почему всякое знание является знанием только благодаря своей
форме; посредством этой формы оно выражает познанное положение
дел; однако сама форма не может быть выражена; для знания важна
только одна форма, все остальное несущественно и случайно, как, ска-
жем, черта, которой мы подчеркиваем некоторое предложение.
Эта простая идея приводит к следствиям величайшей важности. Пре-
жде всего, разрешаются традиционные проблемы «теории познания».
Исследования человеческих «познавательных способностей» — в той
мере, в которой их нельзя передать психологии,—заменяются рассмот-
рением сущности выражений, представлений, т.е. возможных «язы-
ков» в самом общем смысле этого слова. Вопросы о «значении и грани-
цах познания» отпадают. Познаваемо все, что можно выразить, и это
есть все, о чем можно осмысленно спрашивать. Поэтому нет вопросов,
на которые в принципе нельзя ответить, не существует принципиально
неразрешимых проблем. To, что до сих nop считалось таковым, пред-
ставляет собой не подлинные вопросы, но лишенные смысла последо-
іоо

ПОВОРОТФИЛОСОФИИ
вательности слов, которые хотя внешне и выглядят как вопросы, ибо
удовлетворяют обычным правилам грамматики, однако, по сути дела,
состоят из пустых звуков, ибо нарушают глубокие внутренние правила
логического синтаксиса, открытые новейшим анализом.
Там, где речь идет об осмысленных проблемах, теоретически все-
гда возможно указать путь, ведущий к их решению, ибо оказывается,
что этот путь, в сущности, совпадает с указанием на чувства. Конечно,
практическому описанию этого пути могут помешать практические об-
стоятельства, например, недостатки человеческих способностей. Акт
верификации, приводящий в конце концов, к решению, всегда один
и тот же: появление определенного положения дел, фиксируемого на-
блюдением, непосредственным восприятием. Именнотаким путем как
в повседневной жизни, так и в науке устанавливается истинность (или
ложность) любого высказывания. He существует никакой другой про
верки или обоснования игтин помимо наблюдения и научного опыта.
Каждая наука (если иметь в виду существо дела, a не человеческие орга-
низации) есть система знания, т.е. истинных опытных предложений.
Совокупность наук, включая высказывания повседневной жизни, есть
система знания. He существует за ее пределами какой-то особой области
«философских» истин, философия не является системой предложений,
не является наукой.
Но тогда что она собой представляет? Пусть философия никакая
не наука, однако это нечто столь значительное и великое, что она, как
и в прежние времена, может почитаться царицей наук. Нигде не ска-
зано, что царица наук сама должна быть наукой. Теперь мы видим в ней—
и именно в этом состоит великий поворот наших дней —не систему зна-
ния, a систему деятелъности. Это та самая деятельность, благодаря кото-
рой устанавливается или раскрывается слсыс^высказываний. Философия
проясняет предложения, наука их верифицирует. В науке речь идет
об истинности высказываний, a в философии — о том, что, собственно,
высказывания подразумевают. Содержание, душа и дух науки заключены
в том, о чем говорятее предложения, поэтому смыслопорождающая фи-
лософская деятельность есть альфа и омега всякого научного познания.
Высказывают правильную догадку, когда говорят, что философия лежит
как в основании, так и на вершине здания науки. Ошибочно здесь только
мнение о том, что этот фундамент состоит из «философских предложе-
ний» (предложений теории познания) и что все здание увенчано купо-
лом философских предложений (метафизикой).
Нетрудно убедиться в том, что задача философии состоит не в вы-
движении предложений и что порождение смысла высказываний осу-
ществляется не посредством высказываний. Если, скажем, значение не-
іоі

МОРИЦ ШЛИК
которого слова я задаю посрсдством разъясняющих предложений и оп-
ределений, т.е. с помощью новых слов, то встает вопрос о значении
этих новых слов и т.д. Этот процесс не может быть бесконечным. Он
всегда завершается фактическим указанием, предъявлением подразу-
меваемого, т. е. реальным действием. Только оно не нуждается ни в ка-
ких дальнейших разъяснениях. Окончательное установление смысла
всегда осуществляется посредством деиствий, из них состоит философ-
ская деятельность.
Величайшее заблуждение прошлого заключалось в убеждении, будто
собственный смысл и окончательное содержание можно вновь сформу-
лировать в высказываниях и, таким образом, представить как познан-
ное: в этом состояла ошибка «метафизики». Метафизики с давних nop
стремились к достижению бессмысленной цели2 —выразить в виде зна-
ния содержание чистых качеств («сущность» вещи), т.е. выразить не-
выразимое. Качества нельзя высказать, их можно только указать в пе-
реживании, но тем самым не создается никакого знания.
Таким образом, метафизика приходит к концу не потому, что реше-
ние ее задач превосходит способности человеческого разума (как пола-
гал Kaum), a потому, что этих задач вовсе не существует. Обнаружение
ложной постановки вопроса в то же время делает понятной историю
метафизических споров.
Если наша позиция верна, то она должна иметь историческое оправ-
дание. Нужно показать, что она способна обосновать изменение значе-
ния слова «философия».
Но это действительно так. Если с древности и до нового времени фи-
лософия была просто тождественна всякому чисто теоретическому на-
учному исследованию, то это свидетельствует о том, что наука находи-
лась на такой стадии развития, когда свою главную задачу она видела
в прояснении собственных основных понятий. Отделение конкретных
наук от их общей матери философии служит выражением того обстоя-
тельства, что смысл определенных основных понятий становился дос-
таточно ясным и с ними можно было успешно работать дальше. Если,
например, до сего времени этика и эстетика, a иногда даже психоло-
гия, считаются ветвями философии, то это говорит о том, что дан-
ные дисциплины еще не пришли к достаточно ясным основным поня-
тиям, что их усилия направлены, главным образом, на смысл собствен-
ных предложений. И, наконец: как только в давно сформировавшейся
науке внезапно возникает необходимость заново осознать подлинный
смысл фундаментальных понятий и благодаря этому достигнуть более
2 Schlick M. Erleben, Erkennen, Metaphysik//Kantstudien, Bd. 31. S. 146.
102

ПОВОРОТ ФИЛОСОФИИ
глубокого понимания этого смысла, такая деятельность сразу же ощу-
щается как очевидно философская. Все согласны с тем, что, например,
деятельность Эйпштейна, который исходил из анализа смысла выска-
зываний о времени и пространстве, была подлинно философской де-
ятельностью. К этому следует добавить, что решающие, эпохальные
достижения науки всегда носят именно такой характер: они всегда оз-
начают прояснение смысла фундаментальных предложений и получает
их только тот, кто философски одарен. Это означает, что великий уче-
ный всегда является также и философом.
Равным образом легко понять, почему некоторые виды духовной дея-
тельности, направленные не на чистое познание, a на способы жизни,
также часто носят имя философии, ибо мудрец возвышается над не-
рассуждающей толпой благодаря тому, что гораздо яснее представляет
себе смысл высказываний и вопросов относительно образа жизни, фак-
тов и желаний.
Великий поворот философии означает также решительное отклоне-
ние некоторых ошибочныхучений, которые получили распространение
во второй половине XIX столетия и ведут к совершенно ошибочной
оценке значения и места философии: я имею в виду попытки придать ей
индуктивный характер и рассматривать ее как состоящую из гипотети-
ческих предложений. Мысль о том, чтобы приписывать предложениям
философии лишь вероятность, была совершенно чужда более ранним
мыслителям. Они отвергли бы ее как несовместимую с достоинством фи-
лософии. Кроме того, здравый инстинкт подсказывает, что она служит
предельной основой знания. Конечно, в противоположной догме, глася-
щей, что философия содержит безусловно истинные априорные осно-
воположения, мы видим в высшей степени неудачное выражение этого
инстинкта, учитывая, что она вообще не содержит никаких предложе-
ний. Однако мы считаем также, что с высоким достоинством филосо-
фии несовместима мысль о ее недостоверности и вероятности. Поэтому
нас радуетто обстоятельство, что великий поворот делает невозможным
приписывание ей такого характера. К смыслообразующей деятельности,
которой занимается философия, понятие вероятности или недостовер-
ности совершенно неприменимо. Речь идет об области, в которой все
высказывания обретают свой окончательный смысл. Либо y нас естьэтот
смысл, и тогда мы знаем, о чем говорит высказывание, либо y нас его нет,
и тогда перед нами лишь слова, лишенные значения, a вовсе не высказы-
вание. Третьего не дано, a o вероятности значения не может быть и речи.
Так, после великого поворота философии ее однозначный характер про-
является гораздо более отчетливо, чем прежде.
юз

МОРИЦ ШЛИК
Благодаря этому характеру может, наконец, завершиться и спор
разнообразных систем. Я повторяю, что мы, со своей позиции, счи-
таем, что в принципе его можно завершить уже сегодня, и надеюсь, что
на страницах этого журнала в новый период его жизни это будет стано-
виться все более ясно.
Конечно, будут еще какие-то арьергардные бои, многие будут про-
должать ходить привычными проторенными путями, еще долгое время
философы будут продолжать обсуждать старые псевдопроблемы. Од-
накоэ в конце концов, их перестанут слушать, и они станут похожи на ак-
теров, которые продолжают играть, не замечая, что зрители уже ушли.
Тогда не нужно будет говорить о «философских вопросах», ибо все во-
просы будут обсуждаться философски, т.е. осмысленно и ясно.

РУДОЛЬФ КАРНАП, ВЕНА1
СТАРАЯ И НОВАЯ ЛОГИКА
1. ЛОГИКА КАК МЕТОД ФИЛОСОФСТВОВАНИЯ
С настоящего выпуска журнал принимает новое направление, цель ко-
торого — содействовать разработке пового научного метода фгиіософство-
вания. Отличительиая особенность нового метода заключается, коротко
говоря, в том, что он направлен на логический апализ предложений и no-
нятий эмпирической науки. Именно в этом состоят два важнейших при-
знака, отличающих данный метод от традиционной философии. Пер-
вый признак говорит о том, что такое философствование осуществля-
ется в самой тесной связи с эмпирической наукой и относится только к
ней, так что философия как некая особая область познания, существую-
щая наряду с эмпирической наукой, больше не признается. Второй при-
знак указывает на то, в чем должна состоять философская работа в от-
ношении эмпирической науки: в прояснении ее предложений посред-
ством логического анализа, в частности, в разбивке предложений на их
составные части (понятия), в сведении понятий к основным понятиям
и предложений — к фундаментальным предложениям. Из такой поста-
новки задачи становится ясной значение логики для философской дея-
тельности: она оказывается не просто одной из философских дисцип-
лин наряду с другими, но мы могли бы сказать, что логика является мето-
дом фгыософствования. При этом «логика» понимается в самом широком
смысле —как охватывающая чистую, формальную логику и прикладную
логику, или теорию познания.
Желание на место метафизической игры с понятиями поставить
строго научный метод философствования осталось бы не более чем
благим намерением, если бы логика была вынуждена довольствоваться
лишь системой традиционной логики. Последняя была совершенно не
в состоянии обеспечить содержательное богатство, формальную стро
1 Carnap R. Die alte und die neue Logik // Erkenntnis, Bd. I, Leipzig, 1930-1931.
S. ia-26.
105

РУДОЛЬФ КАРНАП
гость и техническую изощренность, требуемые новыми задачами. В ос-
нове формальной логики лежит аристотелевско-схоластическая сис-
тема, которая в ходе своего исторического развития испытала лишь
незначительные улучшения и дополнения. Правда, в области приклад-
ной логики (учения о методе) существовали многочисленные исследо-
вания и несколько крупных обобщающих произведений. В них можно
было найти немало замечательных рассуждений, однако с точки зрения
четкости понятий и анализа основоположений эти произведения нахо-
дились на чрезвычайно низком уровне. Конечно, за это их нельзя упре-
кать (по крайней мере, те, которые принадлежат прошлому веку), ибо
подобное состояние прикладной логики было обусловлено недостаточ-
ной разработанностью формальных оснований.
Для того чтобы вместо прежнего неэффективного аппарата создать
новые работоспособные средства, потребовалось длительное время.
И сомнительно, смогли бы при этом представители самой логики спра-
виться с этой задачей. К счастью, в течение последних 50 лет усилиями
почти исключительно математиков была создан новый мощный инст-
румент, новая логика. Побудительным мотивом послужили внутренние
трудности самой математики, a о важности этой логики для философии
первоначально даже и не думали. До сих nop большая часть философов
очень мало знает о ней, и почти никто не пытается использовать ее
в своей собственной работе. Поразительно, с какой настороженностью
или даже со страхом смотрят они на новую логику и стараются обхо-
дить ее стороной. Конечно, многих отпугивают ряды математических
формул, однако главным является инстинктивное предубеждение. Они
правильно чувствуют, что в этой новой логике, хотя этого еще не осоз-
нают даже многие ее представители, таится опасность для всей преж-
ней философии. Неумолимый приговор новой логики гласит: все преж-
ние философские системы, связаны ли они с именами Платона, Фомы
Аквинского, Канта, Шеллинга или Гегеля, a также новая «метафизика бы-
тия» или «философия наук о духе» не только ложны с точки зрения со-
держания, но и логически несостоятельны, a поэтоліу бессмысленны.
2. НОВАЯ ЛОГИКА
Новая логика возникла в последние десятилетия предыдущего столе-
тия. Исходя из идей Лейбница и опираясь на предшествующие разра-
ботки (ДеМорган, 1847; Буль, 1854)» Фреге, Пеано и Шредерпредприняли
первые попытки построить целостную систему логики (см. литературу
в конце статьи). На оснойе этой предварительной работы Уайтхед и Рас-
сел создали главное произведение современной логики «Principia Math-
106

СТАРАЯ И НОВАЯ ЛОГИКА
ematica» (1910-1913)- ^се последующие исследования в области совре-
менной логики опирались на это произведение и стремились либо до-
полнить его, либо изложить по-новому. (Здесь следует упомянуть еще
несколько имен; школа Геттингена: Гилъберт, Аккерман, Бернайс, Бемап
и др.; Варшавская школа: Хвистек, Лесъневский, Тарский и др.; Вигпген-
гитпейн и опирающийся на него Рамсей\ дополнительные указания см.
y Льюиса и Френкеля.)
Важнейшим стимулом к разработке современной логики послужила
необходимость критически проанализировать основания математики.
Co времен Лейбница и Ньюгпона математика бурно развивалась в каче-
стве инструмента получения нового знания. Однако обоснование на-
дежности фундамента этого быстро растущего здания математики зна-
чительно отставало. Поэтому около іоо лет назад были предприняты
серьезные усилия для прояснения основных математических понятий.
Эти усилия в некоторых отношениях оказались успешными: математи-
кам удалось дать более строгие определения таким важным понятиям,
как понятие предела (Grenzwert), дифференциального уравнения
(Differentialquotient), комплексного числа. Данные понятия уже долгое
время использовались на практике, не имея соответствующих опреде-
лений. Только благодаря безошибочному инстинкту великих математи-
ков, недостатки в процедурах образования понятий не принесли несча-
стья для математики.
Тем не менее усилия по «прояснению оснований» продолжались.
Сначала различные понятия математического анализа удалось свести
к понятию числа как фундаментальному понятию математики, затем
встала задача логического прояснения самого понятия числа. Иссле-
дования логических оснований арифметпики, направленные на логический
анализ понятпия числа, потребовали создания точных и эффективных
логических систем. Таким образом, данные исследования дали мощ-
ный импульс к развитию новой логики, ибо ПеапОу Фреге, Уайтпхед, Рассел
и Гилъбертп в своих логических трудах преследовали именно эту цель.
Необходимость создания новой логики стала еще более настоятель-
ной, когда в области математики обнаружили определенные npomueope-
чия («антиномии»), которые, как вскоре обнаружилось, носили общело-
гический характер. С ними можно было справиться только с помощью
принципиально новой логики.
В дальнейшем изложении следует указать на некоторые важные
особенности новой логики, прежде всего, на те, которые отличают
ее от прежней логики и придают ей особое общенаучное значение. В
первую очередь, мы бросим беглый взгляд на символическое облаче-
ние, в котором выступает новая логика. Затем следует обратить вни-
іо7

РУДОЛЬФ КАРНАП
мание на ее возросшее содержание: она не ограничивается рассмот-
рением одних только предикатов, но принимает во внимание и отно-
шения. В дальнейшем нужно коротко рассказать о том, каким образом
упомянутые выше противоречия устраняются благодаря так называе-
мой теории типов. После рассмотрения этих внутрилогических вопро-
сов, можно продемонстрировать общенаучное значение новой логики:
возможность выведения математики из логики; принципиальную тавто-
логичность логических предложений, что чрезвычайно важно с фило-
софской точки зрения; понятийный анализ, благодаря которому обес-
печивается единство науки; наконец, устранение метафизики с помо-
щью логического анализа.
3- СИМВОЛИЧЕСКИЙ МЕТОД
Когда берешь в руки сочинение по современной логике, то в глаза бро-
сается, прежде всего, широкое использование формул, напоминающих
формулы математики. Эта символика первоначально создавалась для
нужд математики, однако позднее логика стала разрабатывать симво-
лические формы для собственных целей.
Преимущество символического представления по сравнению со сло-
весным языком для математики представляется очевидным. Насколько
более точным и понятным становится предложение, когда вместо того,
чтобы писать: «если одно число умножить на другое, то получится та-
кой же результат, как и при умножении второго числа на первое», мы
напишем: «для любых чисел х, y справедливо: х y = y • х»у или еще более
четкои кратко, используя логический знак общности: «(х,у). ху = ух».
Благодаря употреблению символики в логике достигается небывалая
ранее строгость выводов. Выводы делаются здесь посредством опера-
ций с формулами, похожих на вычислительные операции арифметики
(отсюда выражения «исчисление», «исчисление высказываний», «ис-
числение функций»); содержательные соображения при этом направ-
ляют ход дедукции, но не входят в ca\fy дедукцию. Этот метод гаран-
тирует, что в дедукцию не могут войти никакие неявные предпосылки,
чего трудно избежать при выводах в словесном языке. Такая строгость
выводов особенно важна, когда мы имеем дело с аксиоматикой какой-ни-
будь конкретной области, скажем, геометрии. Ее историческое разви-
тие дает многочисленные примеры некорректных выводов. Можно
упомянуть, например, различные попытки вывести аксиому о парал-
лельных из остальных аксиом Евклидовой геометрии. При этом в ка-
ждом случае неявно опирались на предложение, эквивалентное этой
аксиоме. Как при дедукции предложений, так и при построении поня-
ю8

СТАРАЯ И НОВАЯ ЛОГИКА
тий требуются точность и чистота. Анализ с помощью средств совре-
менной логики показывает, что многие философские понятия не удов-
летворяют повышенным требованиям строгости, поэтому одни из них
должны быть заменены другими понятиями, a другие должны быть уст-
ранены как бессмысленные (см. п.д).
Поэтому сейчас становится все более ясно, что теория познания, ко-
торая по сути дела есть не что иное, как прикладная логика, также не
может обойтись без логистики, как физика без математики.
4- логика отношений
Современная логика отличается от прежней не только новыми фор-
мами представления, но, прежде всего, значительным расширением об-
ласти логического. Важнейшими новыми областями являются теория
предложений об отношенимх и теория функций-высказываний. Здесь
следует кратко сказать только о теории отношений.
В старой логике единственной формой предложения (суждения) была
предикативная форма: «Сократ есть человек», «Все (или некоторые)
греки являются людьми». Здесь понятию субъекта приписывается поня-
тие предиката, некоторое свойство. Уже Лейбниц высказал мысль о том,
что логика должна учитывать также предложения об отношениях. В таких
предложенияхоботногиениях, например, «абольше Ь», двум или нескольким
предметам (нескольким понятиям субъекта, если угодно) приписывается
некоторое отношение. Набросоктеории отношений, данный Лейбницем,
был развит в целостную теорию только новой логикой. Старая логика
предложения об отношениях истолковывала как предикативные пред-
ложения. Однако вследствие этого некоторые выводы из предложений
об отношениях, необходимые для науки, оказывались невозможными.
Например, предложение «абольше Ь» можно истолковать таким обра-
зом: субъекту a приписывается предикат «быть больше b». Ho тогда этот
предикат образует некоторую целостность, и из него нельзя с помощью
какого-либо правила устранить Ь. Поэтому из данного предложения не-
возможно вывести предложение «^меньше a». B новой логике такой вы-
вод осуществляется следующим образом. Отношение «меньше» опреде-
ляется как «конверсия» отношения «больше». Тогда наш вывод опирается
на общее предложение: если между хиу имеется некоторое отношение,
то конверсия этого отношения имеет место между уи х. Еще одним при-
мером предложения, которое не могло быть доказано в старой логике, бу-
дет следующий: «Если есть победитель, то есть и побежденный». В новой
логике это вытекает из логического предложения: если в некотором от-
ношении есть первый член, то должен быть и второй член.
log

РУДОЛЬФ КАРНАП
Предложения об отношениях особенно важны для математических
наук. Возьмем в качестве примера геометрическое понятие о трехмест-
ном отношении «между» (на незамкнутой прямой). Только в новой ло-
гике можно выразить следующие аксиомы геометрии: «если a лежит ме-
жду Ъ и с, то a лежит между с и Ь» и «если a лежит между Ь и с, то Ь не ле-
жит между с и а». При предикатном истолковании мы в первом случае
имеем предикаты «лежать между Ь и с» и «лежать между cub». Если их
нельзя разложить, то невозможно показать, каким образом из первого
предиката благодаря его преобразованию возникает второй предикат.
Если же из выражения предиката устранить предметы Ь и с, то предло-
жение «алежит между Ьи с» уже не одному, a трем предметам приписы-
вает некоторое отношение и оказывается предложением о трехмест-
ном отношении.
Упоминаемые выше отношения «больше» и «между» таковы, что они
устанавливают порядок не между любыми предметами. Установление
порядка в какой-то конкретной области существенно опирается на та-
кого рода отношения. Если для двух представителей некоторого класса
известно, какой из них больше другого, то тем самым между ними уста-
навливается отношение порядка. Можно было бы предположить, что
такое отношение порядка нетрудно установить с помощью предикат-
ныхутверждений, приписав, например, каждоліу представителю класса
некоторое порядковое число в качестве свойства. Однако при этом
опять-таки нужно опираться на предположение о том, что для любой
пары чисел уже известно, какое из них болыые. Образование ряда не-
возможно без какого-то упорядочивающего отношения. Поэтому уче-
ние об отношениях необходимо для всех тех наук, которые имеют дело
с рядами или упорядоченными последовательностями: для арифметики
(числовой ряд), геометрии (ряды точек), физики (ряды всех величин —
пространства, времени и разнообразных состояний).
Ограничение лишь предикатными предложениями роковым обра-
зом сказалось и на областях, лежащих вне сферы логики. Возможно,
Рассел был прав, объясняя некоторые ошибки метафизики недостатками
логики: если каждое предложение приписывает какому-то субъекту не-
который предикат, то, в сущности, существует лишь один субъект, не-
кий абсолют, и каждое положение вещей сводится к тому, что абсолюту
присущ определенный атрибут. Быть может, аналогичным образом
всякую субстантивную метафизику можно объяснить как основанную
на этой ошибке.
Однако несомненно, что названная ограниченность вызвала дли-
тельную задержку в развитии физики, породив, например, субстанци-
альное представление о материи. Прежде всего, следует понять, что по-
і іо

СТАРАЯ И НОВАЯ ЛОГИКА
нятие абсолютного пространства обусловлено этой ошибкой логики.
Поскольку форма высказываний о пространстве должна быть преди-
катной, постольку эти высказывания могут говорить только о местопо-
ложении тел. Когда Лейбниц осознал возможность использования пред-
ложений об отношениях, он смог придти к правильному истолкованию
пространства: не местоположения тел, a их положения по отношению к
другим телам,—вот в чем заключается элементарное положение дел. Он
дал теоретико-познавательное обоснование тезиса о том, что можно за-
фиксировать не местоположение само по себе, a только взаимное поло-
жение тел по отношению друг к другу. К сожалению, его борьба за реля-
тивистское истолкование пространства со сторонниками ньютоновского
абсолютного пространства была столь же безуспешной, как и его стрем-
ление расширить область логики. Лишь гоо лет спустя его идеи обрели
признание: в логике благодаря созданию теории отношений (Де Мор-
ган, 1858; Пирс, 1870), в физике — благодаря теории относительности
(пророческие идеи M axa, 1883, Эйнштейн, 1905)-
5- ЛОГИЧЕСКИЕ АНТИНОМИИ
Приблизительно на рубеже двух столетий в теории множеств — этой
молодой математической дисциплине —были обнаружены некоторые
удивительные противоречия («парадоксы»). При более внимательном
исследовании вскоре было осознано, что здесь мы имеем дело не с соб-
ственно математическими, a c общелогическими противоречиями,
с так называемыми логическими антиномкями. На достигнутой к тому
времени стадии своего развития новая логика была еще не в состоя-
нии справиться с такими противоречиями, это был недостаток, кото-
рый она разделяла со старой логикой. Стремление избавиться от дан-
ного недостатка послужило дальнейшим стимулом к принципиально
новому построению системы логики. Благодаря своей «теории типов»
Расселу удалось устранить существовавшие противоречия. Благодаря
этому разрыв между старой и новой логикой увеличился. Старая ло-
гика оказывается не только гораздо беднее по своему содержанию, но
поскольку она не способна справиться с противоречиями, она вообще
перестает рассматриваться (однако об этом пока еще ничего не знают
авторы учебников по логике).
Рассмотрим простейший пример антиномии (следуя Расселу). Поня-
тие можно назвать самоприменимым, если его как свойство можно при-
писать самому себе. Пример: понятие «абстрактный» само является аб-
страктным. Понятие считается несамоприменимым, если его нельзя
приписать самому себе. Пример: понятие «добродетельный» не явля-
111

РУДОЛЬФ КАРНАП
ется добродетельным. Согласно закону исключенного третьего, поня-
тие «несамопримепимый» является либо самоприменимым, либо несамо-
применимым. Допустим, оно самоприменимо; тогда, согласно опреде-
лению «самоприменимости», оно присуще самому себе, т. е. является
несамоприменимым. Допустим, что понятие «несамоприменимый» яв-
ляется несамоприменимым; в таком случае оно приписывается самому
себе, следовательно, является самоприменимым. Оба предположения
ведут к противоречию. Имеется целый ряд подобных антиномий.
Основная идея теории типов заключается в том, что все поня-
тия о свойствах и отношениях распределяются по «типам». Для про-
стоты ограничимся рассмотрением свойств. Здесь нужно различать:
«индивиды», т.е. предметы, не являющиеся свойствами (нулевая сту-
пень); свойства индивидов (первая ступень); свойства свойств инди-
видов (вторая ступень) и т.д. Примем в качестве индивидов, скажем,
физические тела; тогда «четырехугольный», «красный» будут свой-
ствами первой ступени; «пространственное свойство», «цвет» будут
свойствами второй ступени. Теория типов утверждает: свойство пер-
вой ступени может быть присуще или не присуще только индивидам,
его нельзя приписывать свойствам первой или более высоких ступе-
ней. Свойство второй ступени может быть присуще или не присуще
только свойствам первой ступени, его нельзя приписывать индиви-
дам или свойствам второй и более высоких ступеней. Пример: если а,
Ь— физические тела, то предложения «а четырехугольный», «Ь крас-
ный» могут быть истинными или ложными, во всяком случае, они ос-
мысленны. Предложения «Четырехугольность есть пространственное
свойство» и «Красный есть цвет» истинны. Напротив, словосочетания
«а есть пространственное свойство», «Четырехугольность является
красной», «Цвет есть пространственное свойство» не истинны и не
ложны, они просто бессмысленны, это псевдопредложения. Появле-
ния таких псевдопредложений можно избежать, если понятие (свой-
ство) гг-ой ступени приписывать только понятиям (свойствам) (п-І)-й
ступени. Отсюда вытекает чрезвычайно важный вывод: предположе-
ние о том, что некоторое свойство может быть присуще или не при-
суще самому себе, не может быть ни истинным, ни ложным, оно про-
сто лишено смысла.
Если следовать требованиям теории типов, то легко показать, что
упомянутая выше антиномия «несамоприменимости» нс возникает.
Приведенные выше определения для понятий «самоприменимый»
и «несамоприменимый» не могут быть сформулированы, ибо они бес-
смысленны. Аналогичным образом с помощью теории типов устраня-
ются и все остальные антиномии.
112

СТАРАЯ И НОВАЯ ЛОГИКА
6. МАТЕМАТИКА КАК ВЕТВЬ ЛОГИКИ
Как уже было упомянуто, одной из задач новой логики был логический
анализ арифметики. Уже Фреге пришел к мысли о том, что математику
следует трактовать как ветвь логики. Эту идею систематически разрабо
тали Уайтхед и Рассел. Оказалось, что каждое математическое понятие
можно вывести из основных понятий логики, a каждое математическое
предложение (поскольку оно справедливо в каждой из возможных об-
ластей, состоящих из любых объектов) можно дедуцировать из осново-
положений логики.
Важнейшими понятиями новой логики (которые отчасти сводимы
друг к другу) являются следующие: і. отрицание «не»; 2. логические
связки, соединяющие два предложения: «и», «или», «если, то»; 3. «каж-
дый» (или «все»), «существует»; 4- «тождественно». Возможность выве-
дения арифметических понятий покажем на простом примере числа
«два» в качестве кардинального числа, т. е. некоего количества. Мы оп-
ределяем, что «количество понятия/есть два» означает: «существует
х и существует у, такие, что х не тождествен у, х подпадает под /, y под-
падает под /и для каждого z имеет место: если z подпадает под/, to z
тождествен х или гтождествен у». Мы видим, что в этом определении
числа «два» используются только перечисленные выше логические по-
нятия, что можно строго показать, если обратиться к символическому
представлению. Аналогичным образом мы могли бы вывести отсюда
все натуральные числа; далее—положительные и отрицательные числа,
дроби, действительные числа, комплексные числа; затем — понятия ма-
тематического анализа: предел, сходимость, дифференциал, интеграл,
непрерывность и т. д.
Поскольку каждое математическое понятие можно вывести из ос-
новных понятий логики, постольку каждое математическое предложе-
ние можно перевести в предложение, говорящее о чисто логических
понятиях, a затем эти переводы дедуцировать (при определенных усло-
виях) из основоположений логики. Возьмем в качестве примера ариф-
метическое предложение «1 + 1=2». Его переводом в чисто логическое
предложение будет следующий: «если имеется понятие/мощности
(Anzahl) 1, понятие g мощности 1, причем/и^исключаютдругдруга, ипоня-
тие h объединения (соединения с помощью «или»)/и g, то h имеет мощ-
ность 2». Этот перевод представляет собой предложение логики поня-
тий (теории функций-высказываний), выводимое из логических законов.
Аналогичным образом и все остальные предложения арифметики и ма-
тематического анализа (если они общезначимы в самом широком смысле
этого слова) можно вывести в качестве логических предложений.
113

РУДОЛЬФ КАРНАП
7- ТАВТОЛОГИЧНЫЙ ХАРАКТЕР ЛОГИКИ
Опираясь на современную логику, можно гораздо глубже понять при-
роду логических предложений. Это имеет чрезвычайно большое зна-
чение как для понимания характера математики, так и для прояснения
многих спорных философских проблем.
Обычно проводимое различение аксиом и выводимых предложений
становится в логике произвольным. Для того или иного логического
предложения несущественно, из каких других предложений его можно
вывести, ибо его общезначимость усматривается из его собственной
формы. Это можно показать на одном простом примере.
С помощью логических связок из двух предложений р, q можно об-
разовать какие-то другие предложения, скажем, «не-р», «р или q», «p
и q». Ясно, что истинность этих сложных предложений зависит не
от смысла предложений р и q, a только от их «истинностных значе-
ний», т.е. от того, истинны они или ложны. Для ри ^имеется всего че-
тыре разных комбинации их истинностных значений. A именно: р ис-
тинно и ^истинно —WW; 2. WF; 3. FW; 4- FF2. Смысл той или иной логи-
ческой связки определяется тем, что образованное с ее помощью из р
и q предложение в каких-то из этих четырех случаев оказывается ис-
тинным, a в каких-то —ложным. Например, смысл связки «или» (в не-
исключающем смысле) определяется тем, что предложение «р или q»
в первых трех случаях истинно, a в четвертом случае ложно. Указан-
ные сложные предложения мы можем соединять в еще более сложные.
Пример: «(не-р и не-^) или (р или ^)». Сначала мы можем установить
истинностные значения отдельных частей такого сложного предложе-
ния для четырех указанных случаев, a затем — сложного предложения
в целом. При этом для приведенного выше примера сложного пред-
ложения мы приходим к удивительному результату. «Не-^> истинно
только в третьем и четвертом случаях; «не-^>> —во втором и четвертом,
поэтому «не-р и не-q» истинно только в четвертом случае; «р или q» ис-
тинно в первых трех случаях. Таким образом, всё предложение «(не-/>
и не-^) или (рили q)» истинно в каждом из четырех случаев. Такая фор-
мула, которая не зависит не только от смысла входящих в нее пред-
ложений, но даже и от их истинностных значений и остается истин-
ной для любых —как истинных, так и ложных — предложений, называ-
ется тавтологией. Тавтология истинна только благодаря своей форме.
Можно показать, что все предложения логики, a также все предложе-
В обозначсниях использованы первые бѵквы немецких слов: истинно —«wahr»
(H), ложно —«falsch» {F). — IJpUM. перев.
114

СТАРАЯ И НОВАЯ ЛОГИКА
F
F
F
W
W
W
W
F
W
W
W
W
ния математики при представленном здесь истолковании, являются
тавтологиями.
(не-рине-q)
р q не~р ue-q не-р и не-q р или q или (р или q)
1 WW F F
2 WF F W
3 FW W F
A FF W W
Если нам сообщают некоторое сложное предложение, например, «Идет
дождь (здесь, сейчас) или светит солнце», то благодаря ему мы что-то
узнаем о реальности, ибо оно какие-то положения дел исключает, a ка-
кие-то оставляет в качестве возможных. В данном примере существуют
четыре возможности: і. идет дождь, и светит солнце; 2. идет дождь, но
солнце не светит; з- дождь не идет, но солнце светит; ф дождь не идет,
и солнце не светит. Наше предложение исключает четвертую возмож-
ность, но первые три оставляет открытыми. Если же мы имеем дело
с тавтологией, то она не исключает никаких возможностей, но все ос-
тавляет открытыми, поэтому из тавтологии мы ничего не узнаем о ре-
альности. Пример: «Идет дождь (здесь, сейчас) или не идет дождь».
Тавтологии не говорят ничего, они бессодержателъны. Однако они не
обязательно являются тривиальными. Приведенная выше тавтология
тривиальна, однако есть предложения, тавтологичный характер кото-
рых нелегко распознать с первого взгляда.
Поскольку все предложения логики являются тавтологиями, они ни-
чего не говорят нам о том, какой может или должна быть реальность.
Это служит оправданием каждой логизированной метафизики, напри-
мер, той, которая построена Гегелем.
Математика в качестве ветви логики также тавтологична. Говоря
словами Канта: предложения математики являются аналитическими.
He существует никаких синтетических априорных предложений. Это
лишает априоризм его наиболее сильного аргумента. Эмпиризм, или
учение о том, что не существует никакого синтетического априорного
знания, при истолковании математики сталкивался с серьезными труд-
ностями, которых не смог преодолеть даже Мгиіль. Эти трудности уст-
раняются благодаря осознанию того, что предложения математики не
115

РУДОЛЬФ КАРНАП
являются ни эмпирическими, ни синтетическими a priori, a аналитиче-
скими предложсниями.
8. ЕДИНАЯ НАУКА
От чистой логики с ее формальными проблемами мы отличаем приклад-
нуюлогику: логический анализ понятий и предложений различных вет-
вей науки. В этой области новая логика также уже успела добиться впе-
чатляющих успехов, несмотря на то, что до сих nop большая часть ра-
бот была посвящена формальным проблемам.
Анализ научных понятий показал, что все понятия — независимо от-
того, принадлежат ли они области естествознания, психологии или со-
циальных наук,— могут быть сведены к некоторому общему базису. Их
можно редуцировать к коренным понятиям, относящимся к «данному»,
к непосредственным чувственным переживаниям. Прежде всего, все
понятия о собственной психике, т.е. понятия, относящиеся к психи-
ческим процессам самого познающего субъекта, можно свести к чув-
ственно данному. Все физические понятия можно свести к понятиям
о собственной психике, ибо, в принципе, каждый физический про-
цесс устанавливается посредством восприятий. Из физических поня-
тий конструируются понятия о чужой психике, относящиеся к психи-
ческим процессам других людей. Наконец, понятия социальных наук
сводятся к понятиям перечисленных видов. Так возникает родословное
дерево понятий (конструкционная система), в котором каждое поня-
тие науки находит свое место в соответствии с его выведением из дру-
гих понятий и, в конечном счете, из чувственно данного. Конструкци-
онная теория показывает, далее, что каждое предложение науки также
можно соответствующим образом свести к некоторому предложению
о чувственно данном («методический позитивизм»).
И второе: все понятия обширной конструкционной системы в ка-
честве основания имеют физические понятия, т.е. такие понятия, ко-
торые относятся к пространственно-временным процессам. Согласно
принципу бихевиоризма, к ним сводятся понятия психологии и соци-
альных наук («методический материализм»).
Мы говорим о «методическом» позитивизме или материализме, по-
скольку речь идет только о методе выведения понятий, a метафизиче-
ски-позитивистский тезис о реальности чувственно данного и метафи-
зичсски-материалистический тезис о реальности психического полно-
стью исключаются из обсуждения. Поэтому нет противоречия между
позитивистской и материалистической конструкционными системами.
Обе правомерны и необходимы. Позитивистская система соответствует
ііб

СТАРАЯ И НОВАЯ ЛОГИКА
теоретикопознавательной точке зрения, ибо в ней достоверность зна-
ния доказывается его сведением к чувственно данному. Материалисти-
ческая система соответствует точке зрения естествознания, ибо в ней
все понятия сводятся к физическим понятиям, к понятиям той единст-
венной области, которая обнаруживает всеобщие закономерности и де-
лает возможным интерсубъективное знание.
Bot так логический анализ, вооруженный средствами современной
логики, приводит к единой науке. Нет разных наук с принципиально раз-
личными методами или с разными источниками познания, есть только
одна наука. В ней всякое знание находит себе место как знание принци-
пиально одного вида. Видимое различие между науками обусловлено
лишь разницей их конкретных языков, в которых они выражают свои
результаты.
g. исключение метафизики
Благодаря тавтологичному характеру логики все выводы оказываются
тавтологичными: заключение всегда говорит то же самое (или даже
меньше), что и посылки, но только в иной языковой форме. Опира-
ясь на одно положение дел, ничего нельзя сказать о каком-то другом
положении дел. (Согласно общепринятому пониманию, это происхо-
дит при индуктивном выводе, однако логический анализ приводит к
иной интерпретации, на которой здесь мы не можем останавливаться.)
Отсюда вытекает невозможность всякой метафизики, которая, исходя
из опыта, хочет что-то сказать о трансцендентном, лежащем за преде-
лами опыта, невоспринимаемом, например, о «вещи в себе», лежащей
за воспринимаемыми вещами, о «безусловном» или «абсолютном», на-
ходящемся за всем обусловленным, о «сущности» или «смысле» собы-
тий, лежащих в основе этих событий. Поскольку строгий вывод нико-
гда от опыта не может привести к трансцендентному, постольку все ме-
тафизические выводы обязательно должны включать в себя пробелы
и незаконные переходы, чтобы создать видимость достижения транс-
цендентного. Вводятся понятия, которые нельзя свести ни к чувст-
венно данному, ни к физическому. Поэтому они представляют собой
лишь псевдопонятия, которые следует отбросить как с теоретико-по-
знавательной, так и содержательно-научной точек зрения. Эти слова
бессмысленны, даже если они освящены традицией и вызывают ка-
кие-то чувства.
Поэтому с помощью более строгих методов новой логики можно
предпринять радикальную чистку науки. Логический анализ должен
показать, что каждое предложение науки осмысленно. При этом может
117

РУДОЛЬФ КАРНАП
обнаружиться, что некоторое предложение является тавтологией, либо
противоречием (отрицанием тавтологии); тогда данное предложение
принадлежит области логики, включающей в ссбя математику. Или же
предложение представляет собой содержательное высказывание, т. е. не
является ни тавтологией, ни противоречием. Тогда оно является эмпи-
рическим предложением. Оно сводимо к чувственно данному и может
оказаться истинным или ложным. Таковы предложения (истинные или
ложные) реальной науки. He существует принципиально неразреши-
мых вопросов. He существует никакой философии как теории, как сис-
темы предложений наряду с наукой. Задача философии может заклю-
чаться лишь в одном: с помощью логического анализа прояснять поня-
тия и предложения науки. Орудием этой деятельности является новая
логика.
ЛИТЕРАТУРА
Главное произведение логистики (символической логики): Whitehead A.N.,
Russell B. Principia Mathematica (на англ. яз.). University Press, Cambridge.
3 Bde., 1910-1913; 2 изд. (I т. с дополнениями, II, HI тт. без изменений)
1925-1927-
Для первоначалъного знакомства можно рекомендовать: Hilbert £)., Ackerman W.
Grundzuge der theoretischen Logik. Springer, Berlin, 1928 (русский перевод:
ГшъбертД., Аккерман В. Основы теоретической логики. М., 1947)» CarnapR.
Abriß der Logistik, mit besonderer Berücksichtigung der Relationstheorie und
ihrer Anwendungen. Sehr, zur wiss. Weltauff., Bd.2. Springer, Wien, 1929.
Историческое развитие. Lewis C. /., Survey of symbolic logic. Univ. of Cal. Press,
Berkeley, 1918 включает литературу до 1917 г- Более новая литература указа-
на в: FränkelA., Einleitung in die Mengenlehre. Springer, Berlin, (1919) 3 Aufl.
1928.
Важнеишие из балее старыхработ: Frege C, Begriffsschrift. Eine der arithmetischen
nachgebildete Formelsprache des reinen Denkens. Neben, Halle, 1879 (pyc-
ский перевод: ФрегеГ. Запись в понятиях. Исчисление понятий, язык фор-
мул чистого мышления, построенный по образцу арифметического // Фре-
геГ. Логика и логическая семантика. Сб. трудов. М.: «Аспект-пресс», гооо.
С. 63-212); Frege G. Die Grundlagen der Arithmetik. Eine logisch-mathematische
Untersuchung über den Begriff*der Zahl. Köbner, Breslau, 1884; Frege G.
Grundgesetze der Arithmetik. 2 Bde. Pohle, Jena, 1893, 1903; Peano G. Notations de
logique mathématique. Bocca, Torino, 1894; Peano G. (mit anderen),
Formulaire de mathématiques. Bocca, Torino, (1895) 1908; E.Schröder, Vorlesungen
über die Algebra der Logik. 3 Bde. Teubner. Leipzig, 1890-1905.
118

СТАРАЯ И НОВАЯ ЛОГИКА
Значениелогики отношений для философии. Russell B. Unser Wissen von der
Aussenwelt. (1914). Meiner, Leipzig, 1926. S. 49-67.
Логические антиномии. См. выше: Principia Mathematica. Обзор проблемной
ситуации с указанием литературы: FränkelA., Mengenlehre (s.o.), 13-15-
Выведение математики из логики (Ableitung der Mathematik). Главная работа:
Principia Mathematica (s.o.). Для первоначального знакомства: B.Russell,
Einfuhrung in die mathematische Philosophie (1919). Dreimasken-V., München,
1923; Behmann #., Mathematik und Logik. Teubner, Leipzig, 1927 (c собствен-
ной символикой). Более простое изложение: Catnap R Die Mathematik als
Zweig der Logik. In Blatter für deutsche Philosophie, IV, 1930.
Тавталогичный характер логики. Wittgenstein L. Tractatus logico-philosophicus.
C предисловием Б. Рассела. (Deutsch-englische Parallelausgabe.) London:
Kegan Paul, 1922 (русский перевод с параллельным немецким текстом: Вит-
генштейн Л. Философские работы. Т. і и 2. М.: Гнозис, 1994)-
Анализ понятий, теория конструкции. RussellB. Aussenwelt (s.o.); Carnap R. Der
logische Aufbau der Welt. Benary, Berlin, 1928.
Устранениеметафизики. Schlick M., Erleben, Erkennen, Metaphysik; Kantstudien 31,
146-158; Carnap R Aufbau (s. o.). Carnap R Schein problème in der Philosophie.
Das Fremdpsychische und der Realismusstreit. Benary, Berlin, 1928.

ХРОНИКА
«ОБЩЕСТВО ЭМПИРИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ», БЕРЛИН
«Общество эмпирической философии» возникло в результате стремления соз-
дать духовный центр для всех тех, кого интересует научная философия. При
этом под научной философией понимается философский метод, который,
опираясь на анализ и критику результатов конкретных наук, приходит к поста-
новке и решению философских проблем. Этот научно-аналитический метод
«Общество» сознательно противопоставляет всем притязаниям той филосо-
фии, которая отстаивает автономию разума и формулирует априорные утвер-
ждения, якобы не подлежащие научной критике.
Быстрый рост «Общества» со всей очевидностью свидетельствует о том,
насколько велика потребность именно в таком научном обсуждении философ-
ских проблем.
Членом «Общества» может быть каждый, кто разделяет его стремления.
Заявления о вступлении в «Общество» можно направлять по адресу: Verlag
Felix Meiner, Leipzig, Kurzestr. 8. Членский взнос составляет 5 марок в год —
без получения журнала «Erkenntnis»; при получении этого журнала—20 марок.
Члены «Общества» получают журнал со скидкой, так как розничная цена одно-
го номера журнала равна го маркам.
«Общество» ежегодно организует обсуждение приблизительно іг докладов,
на которые члены «Общества» получают письменные приглашения. Каждый,
кого интересует тема какого-то доклада,—наш желанный гость. Он может при-
нять участие в обсуждении доклада, заплатив одну марку. Для студентов вход
свободный. Заседания обычно проводятся по вторникам в 2о часов в большом
лекционном зале второй медицинской клиники Берлинского университета
(Charité), Schumannstrasse, 21.
В настоящее время в правление «Общества» входят следующие лица:
тайный советник, профессор, доктор Фридрих Краус (Берлинский универси-
тет);
профессор, доктор Ганс Рейхенбах (Берлинский университет);
приват-доцент, доктор Александр Герцберг (Берлинский университет);
профессор, доктор Август фон Парсевалъ (Высшая техническая школа, Берлин);
приват-доцент, доктор Вальтер Дубислав (Высшая техническая школа, Бер-
лин).
120

ХРОНИКА
Ha протяжении последних двух с половиной лет были прочитаны и обсужде-
ны следующие доклады:
1928 год
і. 16.1.28. Доктор Карл Мюллер-Брауншвеиг: Психоанализ и научная философия.
2. 6.2.28. Профессор, доктор Оскар Фоггп: Результаты и перспективы новейших
исследований головного мозга.
3- 2J.2.28. Профессор, доктор ЭрихЛешке. Значение разделения полушарий
мозга для эмоциональной жизни.
4- 12.3.28. Доктор Александр Герцберг: Методы и (отрицательные) результаты
опытов по телепатической связи.
5- 26.3.28. Доктор Раймунд Шмидт: О случайности.
6. 2$.4-28. Профессор, доктор ГапсДриш: Тело и душа.
7- j.5.28. Доктор Рихард Мюллер-Фрайенфелъс. Основные направления совре-
менной психологии.
8. 21.5.28. Доктор Фриц Кюнкель: Психология личности и философия.
g. 46.28. Советник, доктор Альфред Флек: Проблема пространства.
іо. 26. Ю.28. Доктор Людвиг фон Берталанфи: Современное состояние пробле-
мы развития.
11. 9.11.28. Профессор, доктор Юлиус Шульц: Споры о понятии истины.
12. 14.12.28. Профессор, доктор Ганс Рейхенбах: Причинность или вероят-
ность?
1929 год
і. 4- 1-2Ç. Приват-доцент, доктор Валътер Дубислав: О так называемой структур-
ной теории истины.
2. 25.1.29. Профессор, доктор Иозеф Петцольд: О теории понятия.
3- 8.2.2Ç. Профессор, доктор Рихард Гольдіимидш: Учение о наследственности
и теоретическая биология.
4- 22.2.2g. Доктор Фриц Шифф: Примитивное мышление в искусстве.
5- 8.3.29. Профессор, доктор ТеодорЦиен: Религиозно-философские проблемы
с точки зрения эмпирической философии.
6. 12.4.29. Доктор Иммануил Ласкер: Свобода воли.
7- 3'5-29- Доктор Максим Бинг: Наркотики и картина мира.
8. 57.5.29. Тайный советник, профессор, доктор Фридрих Краус. Формирова-
ние теорий в клинической медицине.
9- Профессор, доктор Лиза Мейтпнер: Элементарные кирпичики материи.
іо. 15.10.29. Доктор Людвиг фон Берталанфи: Факты и теории органического
формообразования как путь решения проблемы жизни.
іі. 12.11.29. Профессор, доктор ГансРейхенбах: Пространство и время.
12. 10.12.29. Приват-доцент, доктор Валътер Дубисяав: Проблема индукции.
121

O. H.
Второе полугодие 1930 г.
і. 14130. Тайный советник, профессор, доктор Фридрих Краус: Проблемаеди-
ного и многого с биологической точки зрения.
2. 4-2 3°- Профессор, доктор КуртпЛевгін: Переход от аристотелевского к гали-
леевскому способу мышления в биологии и психологии.
3- 25.2.30. Профессор, доктор Юлиус Шаксеяь: Проблема индивидуальности
с точки зрения экспериментальной биологии.
4- 18.3.30. Доктор Макс Московски: Способ мышления в науках о природе и в нау-
ках о духе.
5- 8.4-3°' Профессор, доктор Вилъгелъм Остпвалъд: Заживление как биологиче-
ский прафеномен.
6. 6.5.30. Приват-доцент, доктор Фриц Лондон: Философские проблемы кван-
товой теории.
7- 27-5-3°- Профессор, доктор Эрѳин Финлей-Фройндлих: Вопрос о конечности
пространства как астрономическая проблема.
8. ij.6.30. Профессор, доктор Вольфганг Калер: Современное состояние эмпи-
рической философии.
«ОБЩЕСТВО ЭРНСТА МАХА», ВЕНА
Расширение круга людей с мировоазрением, свободным от метафиэики, делает
необходимым установление более прочных связей этого направления с предсга-
вителями науки. «Общество Эрнста Маха», основанное в ідгдг., должно стать
активным центром, содействующим установлению этих связей посредством док-
ладов, курсов лекций, органиэации групп для совместной работы, публикаций.
Создание такого центра в Вене облегчалось тем, что здесь окреп кружок Шлика
и Карнапа и стал выступать как некое цельное образование. Наряду с людьми,
которые уже давно пропагандируют антиметафизические взгляды, в правление
«Общества» входят также члены Венского кружка научного мировоззрения.
Вена уже в течение нескольких десятилетий является центром научного
мировоззрения. Здесь работали Max и сменивший его Больцман, здесь работал
Штер, выступавший против чисто словесной философии и «болтливой» рефлек-
сии; здесь Йодль в течение нескольких десятилетий представлял антиметафизи-
ческую этику. Но даже те теоретики, которые развивают воззрения Брентано,
содействовали осознанию необходимости строгого логического анализа, кото-
рый ныне является отличительным признаком антиметафиэика. В то время как
материалисты и позитивисты XIX столетия пытались, прежде всего, обобщить
определенные естественно-научные представления, представители научного
мировоззрения стремятся обосновать логические принципы одной единой
науки, представляющей собой систему взаимосвязанных законов, опирающую-
ся на «физический базис» и дающую возможность делать предсказания.
122

ХРОНИКА
Деятельность науки «Общество Эрнста Маха» ставит в центр всех своих
усилий и стремится объединить представителей самых разных дисциплин
с тем, чтобы преодолеть все еще существующую между ними отчужденность
в интересах установления единого научного объяснения мира. Учащиеся выс-
шей школы проявляют живой интерес к новейшим строгим видам анализа
и к сведению всех высказываний к контролируемому положению дел. Миро-
воззрение Венского кружка, испытавшее влияние Маха, Пуанкаре, Фреге, Рас-
села, Витгенштеина и других, направлено против всех форм метафизического
и теологического подходов.
Перед широкой общественностью Венский кружок впервые выступил,
проведя в Праге Конференцию по теории познания точных наук в сентяб-
ре і9«9г-
В правление «Общества Эрнста Маха» в настоящее время входят следующие
лица: председатели — Мориц Шлик, Ганс Ган, Генрих Воколек (ум.)\ кроме того —
Бруно Шенфилд, Франц Ронцалъ, ОттоНейрат, Рудольф Карнап, Карл Кундерман,
Йозеф Н. Йодльбауэр, Юлиус Тандлер, Владимир Мизар, Артпур Колишер, Ганс Тирринг,
Генрих Леви, Штефи Эндрес, Йозеф Фридьюнг, Йозеф Дайзингер, Йозеф Зоммерауэр,
Карл Бехини, Эдгар Цилъзелъ, Бернард Блатт, Адалъф Веттер, Фердинанд Майер,
Эмиль Мачек, Антон Остеррайх, Эдѳард Шидлер, Зигмунд Страусс.
Члены «Общества Эрнста M axa» получают журнал «Erkenntnis» no снижен-
ной цене — 15 марок за номер. За журналом нужно обращаться в Правление
«Общества».
«Общество Эрнста M axa» в год своего основания провело обсуждение слс-
дующих докладов: Рудольф Карнап, Мнимые проблемы философии (о душе
и Боге); Йозеф Франк, Новое мировоззрение и новая архитектура; Филип Франк,
Впечатления путешественника о научном мировоззрении в России; Ганс Ган,
Иэлишние сущности (бритва Оккама); Генрих Вокалек, Учение о способностях
и проблема наследственности.
О.Ю
В 1930 г. «Общество Эрнста Маха» провело обсуждение
следующих докладов:
Нейрат Отто: Единая наука и марксизм
Научное мировоззрение создает систему взаимосвязанных формулировок зако-
номерных связей пространственно-временных процессов. Мы хотим назвать
это «единой наукой на материалистической основе». В древнейшие времена
1 Повидимому, Отто Нсйрат. — Прим. перев.
123

O. H.
люди ограничивались, в общем, выдвижением таких гипотез, например, при-
надлежащих магии, которые можно было контролировать опытом. В следую-
щую эпоху возникает теология с ее неконтролируемыми утверждениями о все-
могущем, всезнающем божестве, непознаваемая воля которого всем управляет.
Метафизика с ее неконтролируемыми, т.е. бессодержательными, утвержде-
ниями представляет собой остаток теологии. Свободная от метафизики наука
на материалистической основе развивается повсеместно. В области социо-
логии она, прежде всего, представлена марксизмом. Марксизм, как и бихевио-
ризм в его наиболее широком смысле, есть учение о поведении людей. Буду-
чи социологией, опирающейся на материалистический базис, он исследует,
при каких обстоятельствах поведение людей изменяется в связи с изменением
окружающего мира, какие социологические обстоятельства (общественные
учреждения и т. п.) обеспечения людей жильем, продуктами питания, одеж-
дой, образованием, развлечениями и т. д. возвышают или унижают людей. Уче-
ние о кризисах, о национальной экономике теснейшим образом связывается
с общим рассмотрением исторического развития человечества. «Как функцио-
нирует и как изменяется то или иное учреждение?» — ставит он вопрос. Исходя
из принципиально материалистической установки, марксизм утверждает, что
способ производства (базис) является определяющим для социальной структу-
рысовместнойжизни людей, для религии, искусстваит.д., которым нетместа
в социологии в качестве каких-то самостоятельных областей (идеологическая
надстройка). Этоучение («исторический материализм») развивается в рамках
единой науки. Учение о человеческих сообществах строится приблизитель-
но так же, как учение о жизни муравейника. Речь идет не о «проявляющем»
себя «духе эпохи», не об «интуитивном проникновении в сущность», a o том,
чтобы эффективно предсказать поведение в пространстве и времени и судь-
бу определенных социальных групп. Марксистская система принципиально
контролируема и она может быть включена в единую науку.
Шлик Мориц: О научном мировоззрении
в Соединенных Штатах Северной Америки
Опираясь на опыт своей поездки в США, докладчик рассматривает предпо-
сылки научного мировоззрения, присутствующие в цивилизации и духовной
жизни американского народа, и его фактическую распространенность. Он
особо отмечает чрезвычайно широко распространенный рационализм в повсе-
дневноіх жизни, который в сфере мировоззренческих проблем y широких масс
населения соединяется с более наивной позицией, близкой к иррационализ-
му. Это связано с тем, что в жизни отдельных людей и общества в целом очень
болыпую роль играет церковь. Правда, разум ставит ей определенные грани-
цы благодаря тому, во-первых, что церковь остается частным учреждением и,
124

ХРОНИКА
во-вторых, сохраняет строго протестантский характер. Настроения и поэти-
ческие чувства, пробуждаемые католическими обрядами, имеют мало шансов
на распространение в Америке. Большое число религиозных сект говорит
об определенном стремлении к самостоятельности. Всех примиряет взаимная
терпимость, которая, за немногими исключениями, в Америке очень велика.
Большой авторитет, которым пользуется эмпирическая психология, готовит
благоприятную почву для научного мировоззрения. Научное образование пока
отличается, скорее, широтой, нежели глубиной проникновения в изучаемые
области. В академической философии идеалистическо-метафизические направ-
ления не играют никакой роли, a в качестве типичного представителя амери-
канской мысли можно назвать Джона Дьюи из Колумбийского университета
в Нью-Йорке. Его философия, понятная широким слоям, в общем и целом раз-
вивается в направлении эмпиризма, путь к которому указал Эрнст Max.
Мизар Владимир: Проблемы астрономии
Каждая наука в конечном счете содействует лучшему приспособлению к окру-
жающему миру. Астрономия служит для ориентировки в окружающем мире.
Культ Солнца и света y древних народов помогал наблюдениям за движени-
ем Солнца и Луны, установлению зодиака и ориентации в наиболее заметных
небесных явлениях.
Регулярное, периодическое повторение одних и тех же явлений обеспе-
чивало ориентацию во времени, позволило установить продолжительность
года и служило основанием календаря. Неравномерное движение планет про-
изводило впечатление таинственности и стимулировало возникновение аст-
рологии.
Точное измерение времени привело к открытию различий в местном вре-
мени и содействовало лучшей ориентации на поверхности Земли. Была уста-
новлена система земных координат, что позволило избавиться от субъекти-
визма многочисленных точек зрения. При достаточно развитой способности
к абстрагированию геоцентрический взгляд на мир сменяется гелиоцентриче-
ским, который дает возможность дальнейшего прогресса в ориентации в более
широком пространстве — в Солнечной системе.
Появляются новые проблемы: пригодность для жизни других планет, про-
должительность существования Земли, возникновение Солнечной системы.
С Солнечной системы внимание переключается на ориентацию во Вселенной.
Начинается познание систем, подобных нашей Солнечной систсме, проник-
новение во все более отдаленные от нас области пространства, изучение дви-
жения звезд, ранее считавшихся неподвижными. Вместе с тем встают даль-
нейшие вопросы: развитие Солнечной системы, ее движение в мировом про-
странстве, границы Вселенной.
125

O. H.
B конце концов оказывается, что все полученное нами знание само обуслов-
лено нашими воззрениями на пространство и время, и сама проблема познания
становится предметом последней ориентации (теория относительности).
Фейгль Герберт: Закоп природы и свобода воли
Традиционная формулировка этой философской проблемы, которая обыч-
но возводится в ранг антиномии, основывается на смешении понятий, что
уже давно (по крайней мере со времен Юма) стало ясно и признано совре-
менной философией. Здесь закон отождествляется с принуждением, a свобода-
с беспричинностъю. Если четко разделить эти пары пересекающихся понятий,
то все затруднения разрешаются и можно получить логически безупречное
истолкование как детерминизма, так и этической ответственности. На этот
результат нисколько не влияют серьезные сомнения относительно детерми-
низма, выраженные со стороны квантовой механики. Можно показать, что,
с познавательно-логической точки зрения, предположение многих филосо-
фов о вмешательстве «воли» в случаях физической неопределенности являет-
ся бессмысленным. Проблема свободы с ее многочисленными весьма тонки-
ми ответвлениями представляет собой показательный пример бесплодности
традиционного философствования. В то же время ее познавательно-логиче-
ское решение служит впечатляющим и очевидным примером плодотворности
логико-аналитического метода новейшего позитивизма.
Карнап Рудольф: Единая наука на физическом базисе
До сих nop наука расщепляется на априорную философию и эмпирическую
реальную науку, a последняя, в свою очередь — на науки о природе и науки
о культуре, обладающие якобы принципиально различными источниками
познания и методами. Но как тогда возможна «единая наука»? Для того чтобы
предложения науки были интерсубъективными, нужно в качестве основных
понятий принять физические понятия. Из них должны быть выводимы все
остальные понятия науки. И обратно: каждое (интерсубъсктивно познаваемое)
положение дел должно быть выразимо в языке физики, В отношении естество-
знания в этом убедиться легко. Для психологии это означает, что даже когда
она на обыденном языке говорит о психическом, она может иметь в виду толь-
ко воспринимаемое, физическое поведение людей (принцип бихевиоризма).
Для социальных наук это означает, что они должны ссылаться только на пове-
дение социальных групп («методический материализм»). Метафизика устра-
няется как логически бессмысленная.
126

ХРОНИКА
Цильзель Эдгар: Культ гения как социологическая проблема
С социологической точки зрения, функция гениальности состоит в том, чтобы
обеспечиватьдуховнуюдеятельностьвобществе. Писатели, художники, иссле-
дователи современной жизни зависят от широкой публики, суду которой они
представляют свои книги, художественные выставки, концерты. Кроме того,
они должны преодолеть сопротивление многочисленных конкурентов. Напро-
тив, во времена античности и в эпоху Ренессанса писатель был зависим толь-
ко от своего покровителя. Он был создателем известности и славы: своим
произведением писатель делал известным не только самого себя, но и своего
покровителя, за что и получал от него материальную поддержку. В период
появления широкой буржуазной публики идеал славы приобретает оттенок
ревностного служения. Определенные метафизические предпосылки этого
присутствовали уже в эпоху меценатства (божественная одержимость антич-
ных поэтов, вдохновенный гений Ренессанса, бессмертная слава). В буржу-
азный период они приобрели широкое распространение. Особое внимание
стало привлекать понятие непризнанного гения, имеющего много общего
с понятием религиозного мученика. Эти социологические взаимосвязи под-
тверждаются тем наблюдением, что сегодня среди представителей духовной
деятельности, зависимой от широкой публики, представления о гениально
сти распространены гораздо шире, чем это было среди придворных поэтов,
домашних музыкантов и академических профессоров.
Культ гения можно рассматривать также со стороны публики. В таком слу-
чае он предстанет в виде некоей интеллектуальной религии. Образованные
чиновники и торговцы, профессионалы своего дела, религиозная вера которых
угасла, a цели, способные их воодушевить, отсутствуют, нуждаются в некоей
духовной области, способной приподнять их над рутиной повседневности.
Изложенное понимание опирается на многочисленные примеры из вре-
мен античности, Ренессанса и наших дней.
Фридъюнг Йозеф К.: Отсутствие научности в воспитании
Распространенный y нас способ воспитания не является научным — ни эмпи-
рически, ни даже дилетантски. Если бы он был научным, то должен был бы
опираться на следующие предпосъиіки:
А) Знание детей в общем и конкретного питомца, в частности.
Б) Ясное представление о целях и задачах воспитания в общем данного ребен-
ка, в частности. Влияние на это представление господствующей политиче-
ской системы и духовности воспитателя.
127

O. H.
B) Знание способов и средств воспитания. Экспериментальных основ этого
еще нет.
Г) Знание о самом себе воспитателя, в частности, знание собственных пси-
хических особенностей.
Все эти предпосылки отсутствуют. Поэтому наше воспитание, в общем, ненаучно.
Следует отказаться к тому же от нигилистической теории бесполезности
воспитания, ибо характер человека якобы остается неизменным со дня рож-
дения. Это опровергается повседневным опытом, показывающим глубокое
влияние внешней среды на детей.
Физиологическая конституция вместе с психологическими задатками оста-
ются неизменными—это граница для врача и воспитателя. Здесь вмешивается
естественный отбор в форме социальных консультаций.
Обусловленное (воздействие окружающего мира согласно рекомендациям).
Его социальная детерминированность.
А) Беременность. Защита беременности от голода, нищеты, душевных стра-
даний.
Б) Обеспечение условий для родов. Послеродовые консультации специали-
стов.
В ) Непригодность родителей к воспитанию детей вследствие необразованно-
сти и субъективных установок.
і. Отождествление с ребенком: заботливая нежность.
2. Постановка перед ребенком честолюбивых целей.
3- Неодинаковое отношение к ребенку со стороны отца и матери.
Г) Знание о ребенке в высшей степени неудовлетворительно, имеются толь-
ко психология мышления и наука о поведении (бихевиоризм). Внутренняя
жизнь ребенка все еще неизвестна.
Д ) Детский сад и школа. Сообразительность ребенка благодаря преподаванию
религии превращается в глупость, муштра, знания вместо умений.
Жгиіи ідюриентировано на жизнь взрослых. Деятельность Монтессори. Желатель-
но ли в каждой квартире иметь особую детскую комнату? Нет, должно существо-
вать общее большое помещение для воспитания, площадка для игр, ванны.
Правовое обеспечение. Дети все еще являются собственностью родителей.
Предусмотрено не право детей, a право на детей. Несчастные дети, являю-
щиеся объектом борьбы.
Требования: обязательное посещение детьми детского сада и инспекторская
проверка воспитания (аналогичная производственным проверкам). Запреще-
ние алкогольных напитков.
128

ХРОНИКА
Разработка «кодекса о наказаниях для молодежи» с целью дальнейшего
воспитания.
Научное воспитание переживает период становленгія. Наибольший вклад в это
становление внес психоанализ Фрейда.
Бауэр Огпгпо: Промышленная рационализация и наука
Начнем с определения Урвика: «Рационализация есть применение механиз-
ма мышления, разработанного в физике, к проблемам общественной жизни»,
которое он дает, ссылаясь на замечание Маха о том, что научная дисциплина
возникает там, где для этого созданы благоприятные условия. Он указывает
на то, что должно существовать сообщество носителей научной рациональ-
ности, и специалисты планомерно организуют общественное производство,
опираясь на учение о рациональности. Промышленным бюрократам нужна
более «объективная» и более определенная формула, чтобы оправдать свою
деятельность в глазах своих нанимателей. Изучают рационализацию производст-
ва% учениео конъюнктуреи маркетинг. Поскольку профсоюзы добились введения
восьмичасового рабочего дня, предприниматель старается свести до мини-
мума бесполезную работу. Способы трудовой деятельности и нормы теперь
устанавливаются инженерами.
Определение Уреика является слишком узким. Инженерное мышление идет
гораздо дальше. Против этого восстает не только рабочий, интенсивность
труда которого увеличивается, но даже и сам инженер, который превращает-
ся в вычисляющий автомат и деятельность которого лишается всякого инте-
реса. Интеллектуалы прежнего поколения враждебно относятся к этой новой
мелочной расчетливости. Возникают романтические порывы, склоняющие
людей к фашизму или к метафизическим грезам.
Однако это недовольство направлено, прежде всего, против капиталистиче-
ской организации хозяйства, с которой сегодня связано рационализирующее
мышление. Рационализация, охватывающая весь народ, не означает безрабо-
тицы или страданий, но ведет к сокращению рабочего времени и открывает
простор для духовной деятельности.
Социалистов упрекают в том, что свободное предпринимательство они
хотят заменить деятельностью бюрократии, которая занимает большое место
и в крупных капиталистических предприятиях. Но позднее эта бюрократи-
зация послужит освобождению и новой организации производства даже еще
в большей мере, чем всякая романтика. Она будет опираться на математи-
ческое и научное мышление. Свобода мысли есть результат освобождения
от капитализма.
129

O. H.
Научный кружок для совместной работы
При содействии «Общества Эрнста Маха» в феврале 1930 г. был организован
научный кружок для философов, психологов, физиков, биологов и экономи-
стов. Посредством докладов с последующим обсуждением этот кружок ставит
цель изучить новые методы, проблемы, образование понятий в различных
конкретных областях, содействовать сближению представителей различных
конкретных наук и прояснению места той или иной науки в рамках всего науч-
ного знания. Руководство кружком взял на себя господин Карнап. Состоялось
обсуждение следующих докладов:
іб февраля: Фейглъ. Статистическая закономерность; общие проблемы и при-
менение в физике.
Лазарсфелъд. Статистика в психологии.
23 февраля: дискуссия по докладам.
g марта: Берталапфи. Проблема энтропии и понятие нормы в биологии.
Маринелли. Статистический метод в биологии.
іб марта: Цильзель. Об индукции.
Цайзл. Статистика конъюнктуры.
Поланьи. Статистика хозяйства.
ig мая: Гартман. Психоанализ и проблема иллюзий.
гб мая: Стригл. Категории экономики.
2 июня: Брюнсвик. Гештальтпсихология; с демонстрацией.
іб июня: Райх. Учение об инстинктах в психоанализе.
Зо июня: Халперн. О понятии причинности в квантовой теории.

СООБЩЕНИЕ О 1-М СЪЕЗДЕ ТЕОРИИ ПОЗНАНИЯ
ДЛЯ ТОЧНЫХ НАУК, ПРАГА, lQ2g
ФИЛИПП ФРАНК, ПРАГА1
ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО
Позвольте мне сердечно приветствовать вас от имени организацион-
ного комитета 5"ого Немецкого физико-математического конгресса.
Многие из вас были, по-вйдимому, чрезвычайно удивлены, получив вме-
сте с приглашением на Конгресс физиков также и наше приглашение.
Однако поскольку здесь сегодня вас собралось так много, позвольте мне
сделать вывод о том, что ваше удивление не было неприятным.
Идея созыва нашей конференции была высказана господином Рей-
хенбахом. Мне кажется, эта идея весьма созвучна нынешнему состоянию
физико-математических исследований. Если раньше книге по физике
порой предпосылали так называемое теоретико-познавательное введе-
ние, то, как правило, это было лишь украшение, не имеющее непосред-
ственного отношения к содержанию. Ho c тех nop, как благодаря тео-
рии относительности и квантовой теории пошатнулись основания всей
физики, такие понятия, как пространство, время и причинность, о ко-
торых вспоминали, так сказать, только по большим праздникам, стали
таким же предметом повседневной работы физиков, как электромаг-
нитные методы измерения.
Воспользовавшись тем, что наша конференция проводится в Праге,
я предложил оргкомитету конференций по физике при Немецком фи-
зическом обществе приурочить наше мероприятие к конференции
физиков, что в конечном счете и удалось сделать.
Для теории познания точных наук город Прага имеет, возможно,
особое значение. Здесь работал Балъцано, a в новое время — Эрнст Max,
no планам которого было возведено то здание, в котором проводится
конференция. Он руководил здесь Институтом экспериментальной фи-
зики и читал лекции в этой аудитории, где мы сейчас собрались. Наша
конференция в определенном смысле проходит под знаком Маха.
Frank P. Eröffnungsansprache // Erkenntnis, Bd. I, Leipzig, 1930-1931. S. 93-95.
131

ФИЛИПП ФРАНК
Когдабыло принято решение о провсдении конференции, оказалось,
что нет никакой определенной организации, которая могла бы заняться
подготовкой программы конференции. Поэтому я обратился в «Общс-
ство Эрнста Маха», которое было организовано в прошлом году в Вене
и во главе которого стоит господин Шлик. Это «Общество» было осно-
вано Венским кружком научных работников, в котором живы традиции
Маха и Болъцмана, который благодаря стараниям Шлика и Карнапа раз-
вивает исследования по аксиоматическому методу, начатые Фрегеи Рас-
селом. Основание «Общества Эрнста Маха» было предпринято с це-
лью содействовать выработке чисто научного мировоззрения, которое
могло бы противостоять распространенным ныне философско-метафи-
зическим модным течениям.
Сегодня вам будут представлены доклады господина Гана и госпо-
дина Нейрата, которые покажут, в каком направлении развивается дея-
тельность Венского кружка.
Чтобы не нарушать равновесия между Севером и Югом, мы затем об-
ратились в «Общество эмпирической философии» в Берлине с предло-
жением совместно с венцами принять участие в подготовке конферен-
ции. Это «Общество», которым руководил умерший, к сожалению, этим
летом Петцолъд, a ныне руководит тайный советник Краус, по своим убе-
ждениям, как показывает уже само имя Петцальда, стоит очень близко
к идеям Эрнста Маха. В состав его правления входит также господин
Рейхенбах.
Теперь мы все вместе — представители обоих Обществ и члены орг-
комитета—должны были срочно подготовить программу конференции,
что оказалось не так легко вследствие дальности расстояний. Наконец,
благодаря многочисленным письмам по линии Берлин—Прага—Вена
программа была подготовлена. Мы выбрали для обсуждения две глав-
ные темы: причинность и вероятность в качестве основной темы, a в ка-
честве второй темы, которая сегодня только еще ставится на обсужде-
ние, —кризис оснований математики.
Конечно, эта программа страдает детскими болезнями, но это лучше,
чем старческие болезни.
Позвольте мне в заключение сказать, что я многого жду от этой кон-
ференции. Физик часто склонен рассуждать так: если копнешь глубже,
то наталкиваешься на вопросы, на которые физика не может ответить,
для обсуждения которых нужны иные, философские, методы. Такое
мнение распространяется тем больше, чем меньше занимаются про-
блемами оснований. С моей точки зрения, каждое глубокое исследова-
ние должно вести к убеждению в том, что все проблемы, затрагиваемые
физикой и математикой, могут и должны решаться методами точной
132

1-Й СЪЕЗД ТЕОРИИ ПОЗНАНИЯ... ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО
науки. Когда физик доходит до некоторой границы, он вовсе не обязан
слепо вверяться какой-то устаревшей философии. Сегодня уже есть все
условия для того, чтобы чисто научными методами исследовать осново-
полагающие понятия и проблемы. Я думаю, что наша конференция бу-
дет иметь большое значение для математиков и физиков. Она предста-
вит им не какую-то чуждую для них философию, a область точной науки,
которая обсуждает проблемы оснований с такой же строгостью иста-
кой же ясностью, с которыми физики и математики привыкли рассмат-
ривать свои собственные внутренние проблемы.

ГАНС ГАН, ВЕНА1
ЗНАЧЕНИЕ НАУЧНОГО
МИРОВОЗЗРЕНИЯ, В ЧАСТНОСТИ,
ДЛЯ МАТЕМАТИКИ И ФИЗИКИ
Название «научное мировоззрение» требует пояснепия и ограничения.
Оно стремится использовать методы точной науки, в частности, ма-
тематики и физики. Оно стремится к строгим логическим выводам
(в противоположность рискованным полетам мысли, мистической ин-
туиции или эмоциональным порывам). Оно предпочитает тщательное
наблюдение изолированных процессов, сколь бы незначительными
и несущественными они ни казались (в противоположность поэтиче-
ски-фантастическому восприятию многозначительных и всеохваты-
вающих целостностей).
Оно противостоит философии в обычном смысле как такому учению
0 мире, которое претендует на место в ряду конкретных наук или даже
на то, чтобы стоять над ними. Мы твердо придерживаемся следующего
мнения: все, что вообще можно осмысленно высказать о мире, выража-
ется в предложениях конкретных наук, a философия нужна лишь для
того, чтобы критически анализировать предложения конкретных наук.
При этом она должна отвечать на следующие вопросы: «He являются ли
эти предложения псевдопредложениями?» Действительно ли они обла-
дают той ясностью и тем значением, которые им приписывают предста-
вители соответствующей науки? Предложения, претендующие на бо-
лее высокое значение, нежели предложения конкретных наук, должны
быть разоблачены как псевдопредложения.
Мы объявляем себя сторонниками эмпирического направления в фи-
лософии, следовательно, решительно противостоим всяко\іу рациона-
лизму, который считает мышление единственным источником позна-
ния или ставит мышление выше опыта. Но мы противостоим также дуа-
1 Hahn H. Die Bedeutung der wissenschaftlichen Weltauffassung, insbesondere für
Mathematik und Physik // Erkenntnis, Bd.I, Leipzig, 1930-1931. S. 96-105.
!34

ЗНАЧЕНИЕ НАУЧНОГО МИРОВОЗЗРЕНИЯ ...
листпическому направлению в философии, которое в мышлении и опыте
видит два самостоятельных и равноправных источника познания. Мы
уверены в том, что только опыт, только наблюдение дают нам знание
фактов, образующих мир, a всякое мышление есть не что иное, как тав-
тологичное преобразование. Об этом еще будет идти речь, однако уже
сейчас следует сказать, что эти тавтологичные преобразования в выс-
шей степени важны для нашего познания и слово «тавтологичный» не
несет в себе оттенка пренебрежения или оскорбления.
Наше истолкование мышления противостоит не только рациона-
лизму и дуализму, но также и позиции тех эмпириков, которые пола-
гают, что логику (и математику) можно вывести из опыта. Они считают,
что предложения логики и математики выражают опытные факты, как
это делают, скажем, предложения физики. Но при этом речь идет о наи-
более часто встречающемся опыте, благодаря чему предложения логики
и математики приобретают более высокую степень достоверности.
Истолкование логики и математики всегда было главным камнем
преткновения для эмпиризма. Каждое общее предложение, выходящее
за пределы опыта, обречено на недостоверность, однако в предложе-
ниях логики и математики мы не находим этой недостоверности. Мы
вполне можем себе представить, что завтра утром солнце не взойдет,
но мы не можем себе представить, что 2 + 2 = 5 ІІЛИ что если p-ï qnpис-
тинны, ^будет ложно. И ничем не может помочь упомянутый выше ар-
гумент, что здесь будто бы речь идет о наиболее часто встречающихся
фактах. Только благодаря (появившемуся в самое последнее время) разъяс-
нению подлинного местпа логики и матпематпики, о чем мы будем говоритпь ниже,
оказываешся возможным последоватпельный эмпиризм.
Наблюдение и тавтологичные операции мышления — вот единствен-
ные средства познания, которые мы признаем. Мы не признаем нали-
чия априорного знания уже только потому, что оно нигде нам не нужно:
мы не знаем ни одного синтетического суждения a priori. Что же каса-
ется так называемых аналитических суждений логики (и математики),
то они лишь указывают на тавтологичные преобразования.
Единственным данным для нас является индивидуально восприни-
маемое, мною непосредственно переживаемое, и смысл приписывается
только тому, что может быть, в конечном счете, сведено к данно\іу или
построено изданного. Поэтомутакназываемые «устойчивые» предметы
внешнего мира, знакомые нам из повседневной жизни (столы, горы
ит.п.), еще должны быть построены. И это относится также ктелам жи-
вых существ, животных и людей. Должна быть построена также душа —
моя собственная и души других людей. Опыт говорит о том, что душа
связана с телом, поэтому построение души вне связи с телом немыслимо,
135

ГАНС ГАН
однако до сих nop (вопреки учениям религии и спиритуализма) ее по-
строение не кажется необходимым или хотя бы целесообразным. Объ-
екты физики (атомы, электроны, волны различных видов) посредством
конструирования также должны быть сведены к данному. Если для како
го-то термина такое конструирование из данного оказывается невозмож-
ным, то сам этот термин и каждое предложение, в которое он входит,
должны рассматриваться как лишенные смысла. Такова судьба большей
части того, что входит в философию, метафизику и теологию.
Необходимость конструирования2 показывает, что в процессе по-
знания происходит некоторая обработка данного. Это вынуждает нас
кратко изложить здесь то истолкование логики, которое подробно обсу-
ждалось в нашем Кружке. С нашей точки зрения, логика не есть нечто,
находящееся в данном или, как говорят, в мире. Логика не является, как
полагали ранее, учением о наиболее общих свойствах предметов и во-
обще ничего не говорит о предметах. Логика возникает только благо-
даря обработке данного, только благодаря тому, что познающий субъ-
ект противостоит данному и, пытаясь создать его отображение, вводит
некоторую символику. Логика связана с тем, что высказывается о мире.
Но эта символика отнюдь не представляет собой однозначного изо-
морфного отображения — такая символика была бы совершенно ли-
шена какого-либо интереса, и при ее введении не могло бы возникнуть
никакой логики. Логика возникает как раз благодаря тому, что отобра-
жаемое и его отображение, символизация обладают разной структурой.
Простой пример этого дает уже отрицание: в символике для каждого
высказывания р имеется его отрицание р, однако из двух соответствую-
щих положений дел в мир входит только одно. Если, скажем, это поло-
жение дел, соответствующее р, то мы можем выразить его двумя спосо-
бами: посредством утверждения р и посредством отрицания р.
Другой пример: наряду с символами р и q в символике y нас име-
ется в качестве самостоятельного символа логическое произведение
р- q.B мире же наряду с положениями дел р и q нет никакого самостоя-
2 В оригинале —«Konstituiren». Перевод термином «конструировать» неточен.
«Конституция», «конституировать», «образовывать» — это операция, противо-
положная редукции. «Редуцировать» понятие значит свести его к более фун-
дамснтальным понятиям, в конечном счсте, к чувственно данному. «Конст-
руировать», «конституировать» понятие. значит, постронть его с ііомощью
определений из более фундаментальных понятий, т. е. находящихся ближе
к чувственно данному. Вот приблизительно, что имеется в виду. Имснно это
делал Карнап в «Логическом построении мира» (см. раздел «Предыстория»
к данной книге). — Прим. перев.
\ф

ІШАЧЕНИЕ НАУЧНОГО МИРОВОЗЗРЕНИЯ...
тельного положения дел р • q, включающего некое реальное «и». («Мо-
лекулярное» положение дел р • q есть нечто привнесенное в данное,
есть результат переработки.) Символ р • q дает возможность одновре-
мснно утверждать ри q. Когда я произношу р • q, я высказываю р и одно-
временно q. Логика и возникает как раз благодаря тому обстоятельству,
что используемая символика позволяет одно и то же выражать разными
способами и, говоря одно, добавлять к нему другое. Она указывает, ка-
ким образом нечто высказанное можно сказать иначе или как из чегото
сказанного можно извлечь нечто, содержащееся в нем дополнительно.
Именно в этом мы усматриваем тавтологичный характер логики.
Основание для введения символики, структура которой отлична
отструктуры отображаемого, символики, позволяющей разными спосо-
бами высказывать одно и то же, заключается в том, что мы не всеведущи,
что положения дел, из которых складывается мир, известны нам лишь от-
части. Это опять-таки отчетливо видно на примере отрицания: нет ника-
кого повода вводить отрицание, если нам известно каждое конкретное
состояние мира. Всезнающему субъекту логика не нужна, и вопреки Пла-
тону мы могли бы сказать: никогда Бог не лишит нас математики.
Таким образом, логика не является учением о положении дел в мире,
ибо предложения логики вовсе ничего не говорят о мире. Логика со-
держит лишь указания для определенных трансформаций в рамках ис-
пользуемой символики. При таком истолковании логика совершенно
освобождается от неоднократно обсуждавшейся проблемы загадочного
параллелизма, якобы существующего между процессами мышления и со-
бытиями в мире, от якобы предустановленной гармонии между мыш-
лением и миром, благодаря которой мы с помощью мышления можем
что-то узнать о мире. Этого нет и не может быть. Мышление способно
только к тавтологичному преобразованию предложений, с тем чтобы
придать им более обозримый для нас вид, или к извлечению из выска-
зываний их составных частей для более точного контроля.
Такова роль мышления в системе нашего познания, в частности, его
роль в физике. Однако даже небольшое размышление, беглый взгляд
на историю науки показывают, что несмотря на тавтологичный харак-
тер мышления его роль отнюдь не является незначительной. Один
только пример: фундаментальные уравнения электромагнитного поля
вряд ли можно контролировать посредством непосредственного наблю-
дения; но благодаря тавтологичным преобразованиям устанавливают,
что в них содержатся высказывания о непосредственно контролируе-
мых соотношениях, которые включены, например, в опыт Майкель-
сона; поэтому данный опыт можно использовать для проверки фунда-
ментальных уравнений.
137

ГАНС ГАН
Тавтологичный характер логики был осознан Витгенштейном, ко
торый подчеркнул, что так называемым логическим константам («и»,
«или» и т.д.) ничто не соответствует в мире. Несколько ранее логиче-
ский характер некоего высказывания Рассел усматривал в том, что его
можно выразить только с помощью переменных и логических констант.
Таким высказыванием было бы, например, следующее: «В мире сущест-
вует двадцать предметов». Однако такое высказывание мы не можем
считать логическим, поскольку оно фактически что-то говорит о мире
и в принципе догтускает проверку посредством опыта.
Раз уж я немного поговорил о месте логики в системе нашего позна-
ния, то должен что-то сказать и о месте математики. Поскольку мы уже
пришли к пониманию того, что единственными средствами нашего по-
знания являются опыт и тавтологичные преобразования логики, и по-
скольку из опыта в математику ничего не входит, постольку наша об-
щая позиция ясна: математика также должна носить тавтологичный
характер, т.е. должна быть частью логики. Как известно, такова пози-
ция Рассела. Однако принимая эту точку зрения, мы вовсе не хотим ска-
зать, что считаем «Principia Mathematica» непогрешимой Библией, бо-
лее того, несмотря на громадные заслуги Рассела и Уайтхеда, задача пред-
ставить математику как чистую логику еще далека от разрешения. Это
обусловлено, в частности, тем, что еще не решена задача удовлетвори-
тельного построения самой логики. Мы бесконечно далеки от позиции
тех, кто считает систему Рассела завершенной и не стремится противо-
поставить ей другие системы. Это напоминает позицию тех людей, ко-
торые, не зная итальянского языка, имеют весьма скудное представле-
ние о содержании «Божественной комедии».
He претендуя на какое-то иное истолкование самой логики, мы, тем
не менее, полагаем, что работа Рассела нуждается в улучшении в отноше-
нии теории типов, которую, как представляется, можно заменить более
простым вариантом. При этом варианте спорная и признанная внело-
гической аксиома сводимости становится излишней. Заслуживает обсу-
ждения и защищаемое Витгенштейном понятие абсолютного тождества,
которое (как мне представляется) не играеттой решающей роли, кото-
рую приписывал ему Витгенштейн.
Рассела могут удивить такие высказывания со стороны немцев, ко-
торые слышали только о споре интуиционизма с формализмом, Брау-
эра с Гилъбертом. Человеку, знакомому с нашими основополагающими
принципами, нелегко принять интуиционизм Брауэра, ибо его исходный
пункт слишком сильно напоминает чистое созерцание Канта и его ап-
риоризм. Однако это не мешает нам высоко оценивать значение для
математики исследований Брауэра, показывающих, чего можно достиг-
і38

ЗНАЧЕНИЕ НАУЧНОГО МИРОВОЗЗРЕНИЯ...
нуть в математике с помощью предлагаемых вспомогательных средств.
Перед нами еще стоит важная и неотложная задача включить эти иссле-
дования в логистическую систему математики.
Что касается формализма Гилъберта, то с нашей позиции мы должны
прежде всего указать на неясную роль метаматематических рассужде-
ний. Откуда возникает метаматематическое знание? Вовсе не из опытаі
Трудности, возникающие при попытке вывести логику и математику
из опыта, уже были рассмотрены. Относится ли оно к логическим пре-
образованиям? По-видимому, нет, ибо метаматематика должна обосно
вывать эти преобразования. Тогда что же она такое? Эти вопросы нис-
колько не умаляют значения исследований Гильберта. Напротив, я глу-
боко убежден в том, что многие из конкретных результатов Гильберта
войдут в улучшенную и расширенную систему Рассела.
Разговор о математике до сих nop касался только арифметики и мате-
матического анализа. Но еще раньше и гораздо бесспорнее была осуще-
ствлена логическая обработка геометрии. Ее включению в логику пред-
шествовала так называемая аксиоматизация. Каждая теорема геометрии
представляется в виде (тавтологичной) импликации Р-> Q, в котором
первым членом Рявляется логическое произведение аксиом, a вторым
членом Q — соответствующая теорема. Аксиомы не рассматриваются
больше как самоочевидные, но недоказуемые истины, они истолковы-
ваются лишь как посылки дедукции. В исходных понятиях теперь видят
не объекты, усматриваемые непосредственным созерцанием, a просто
логические переменные. Благодаря тому, что каждая отдельная аксиома
выражает отношение между переменными, представляющими исход-
ные понятия, то геометрия оказывается особым разделом теории отно-
шений, исследованием конкретной системы отношений.
Но этим сказано еще далеко не все, что можно сказать о геометрии
и что было упущено математиками при логической обработке геомет-
рии. В отличие от логики и арифметики, предложения которых ни-
чего не говорят о мире, геометрия вполне обоснованно может претен-
довать на то, чтобы быть наукой о фактах. Это обусловлено тем, что ее
основным понятиям, которые для нас являются логическими перемен-
ными, можно придать истолкование, которое связывает их с реально-
стью и позволяет конструировать их из чувственно данного. Важной
задачей представляется исследование того, в какой мере это конструи-
рование основных геометрических понятий принадлежит математике
(которая не имеет никакого отношения к реальности). Подходы к ре-
шению этой задачи можно найти в гл. IV книги Рассела «Наше познание
внешнего мира», где он ссылается на Уайтхеда. Будут ли сконструиро-
ванные таким образом основные понятия удовлетворять аксиомам гео-
139

ГАНС ГАН
метрии —это эмпирический вопрос, и геометрия в этом смысле также
является эмпирической наукой.
Последнее рассуждение перебрасывает мост к физике. Некоторые
разделы физики уже были аксиоматизированы — в том же смысле, что
и геометрия,—и благодаря этому были представлены как конкретные
разделы теории отношений. Однако они остаются разделами физики,
т.е. эмпирической науки о фактах, благодаря тому, что входящие в них
основные понятия можно построить из чувственно данного.
Здесь в качестве цели можно предложить следующее: сформули-
ровать систему аксиом, которая позволит логизировать всю физику
и включить ее в теорию отношений. При этом, по-видимому, окажется,
что чем шире будет аксиоматическая система, чем больше областей фи-
зики она охватит, тем дальше будут уходить от реальности ее основные
понятия и тем более длинными и сложными будут становиться конст-
рукционные цепи, связывающие их с чувственно данным. Мы можем
только констатировать это как своеобразие данного, но отсюда нельзя
перейти к утверждению о том, что за чувственным миром лежит еще
один, «реальный» мир, обладающий самостоятельным существованием,
иным, нежели существование нашего мира чувств, мир, который ни-
когда не может быть воспринят нами непосредственно, который лишь
в искаженном и мало понятном виде проявляется в чувственном мире
и который мы пытаемся реконструировать по этим скудным и сбивчи-
вым указаниям. Такого рода метафизические утверждения представля-
ются нам бессодержательными, гтустыми псевдопредложениями, по-
скольку входящие в них термины не удается посредством конструиро-
вания связать с чувственно данным.
При этом мы вновь приходим к главному тезису научного мировоз-
зрения: существуют лишь два средства познания — опыт и логическое
мышление. Однако последнее есть не что иное, как тавтологичное пре-
образование, поэтому мышление совершенно неспособно что-то ска-
зать о бытии, из мира чувственно данного вывести существование ка-
когото другого мира. Таким образом, никакая метафизика невозможна,
и всякое метафизическое утверждение должно быть устранено из науки
как бессмысленное словосочетание.
Проникновение метафизических элементов в науку обусловлено
двумя обстоятельствами: переоценкой возможностей мышления, когда
не осознают, что оно носит тавтологичный характер и не способно дать
ничего нового, и переоценкой языка. Разговорный язык представляет
собой очень несовершенную символику, синтаксис которой плохо согла-
суется с синтаксисом логики. В частности, господствующая в наших раз-
говорных языках субъектно-предикатная структура и их пристрастие
140

ЗНАЧЕНИЕ НАУЧНОГО МИРОВОЗЗРЕНИЯ...
к именам существительным натворили много бед в философии, пытав-
шейся структуру языка переносить на структуру мира, и привели к об-
разованию многочисленных излишних сущностей метафизического ха-
рактера, таких как субстанция, пространство, время, число. Этот не-
достаток разговорного языка являстся одной из причин, побуждающих
сторонника научного мировоззрения присоединяться к сторонникам
так называсмой символической логики.
Еще одна причина заключается в следующем: наряду с указанием
на то, что должны обозначать слова согласно их языковому значению,
они несут в себе еще разнообразныс дополнительные представления.
Эти дополнительные представления способствуют колебаниям между
значением слова и «привнесенными», «метафорическими» значениями.
Лирическая поэзия почти целиком основывается именно на этом свой-
стве разговорного языка. Лирика оправдана как средство выражения
и возбуждения чувгтв, но многозначность проникает и в процесс науч-
ного познания, которое по своей сути должно быть однозначным и яс-
ным. Bot так благодаря неосторожному или неправильному употребле-
нию языка в науку вместе с метафизическими вторгаются также много-
численные лирические элементы. Часто они далеко не так очевидны,
как в следующих предложениях, которые я обнаружил в статьс о «реаль-
ной онтологии», помещенной в гуссерлевском ежегоднике по феноме-
нологии: «Экстаз материи порождает свет. Когда материя из имманент-
ности прорывается в трансцендентность, она благодаря этому обретает
свет... Там, где (напротив) появляется свет, речь идет (как нам известно)
о подлинном „вне-себя-бытии". He тотальность в своей внешней опре-
деленности, но здесь прорывается внутренняя связность самой мате-
рии... Понятная „внутренняя" более простая данность материи превра-
щается в исходящее из нее состояние „внешнего"».
Для устранения из науки всех «лирических» элементов нужна симво-
лика, знаки которой не связаны с разнообразными ассоциациями, как
это имеет место в разговорном языке. Насколько в этом отношении
символическая логика превосходит разговорный язык, можно вполне
оценить, если попытаться какое-нибудь лирическое стихотворение
представить в символике «Principia Mathematica». Bot это стремление
освободить науку как от всех метафизических, так и от всех лирических
элементов и делает сторонника научного мировоззрения также сторон-
ником символической логики.
Поверхностному наблюдателю могло бы показаться, что представ-
ленное нами научное мировоззрение противоречит духу современно-
сти, который склонен к метафизике, к пониманию связей, доступных
только мистической интуиции или чувству, который стремится охва-
141

ГАНС ГАН
тить целое, пренебрегая мелочным исследованием деталей. Мы твердо
убеждены в том, что такое суждение было бы поверхностным. Наше
время —это время организаций, имеющих устойчивую структуру, кото-
рая обеспечивается работой над конкретными вещами. Это время ра-
ционального промышленного производства, объединенного во всеох-
ватывающую систему благодаря вниманию к мельчайшим деталям. Это
время целесообразности в архитектуре и строительстве. Поэтому ис-
тинным выражением духа нашего времени является научное мировоз-
зрение с его внимательным и заботливым отношением к данному, с его
осторожными логическими построениями, с его простым и ясным язы-
ком, который предназначен для выполнения лишь одной задачи: ясно
высказывать то, что нужно сказать.

OTTO НЕЙРАТ, ВЕНА1
ПУТИ НАУЧНОГО
МИРОПОНИМАНИЯ
По большей части нет ничего хорошего, когда ученые ревностно за-
нимаются обоснованием и историей своей дисциплины вместо того,
чтобы вырабатывать новые точные высказывания о рассматриваемых
предметах. Физики охотно согласятся с этим, ибо подозревают, что
бесплодные споры о методах или исторические изыскания способны
лишь затормозить их научную работу или скрыть имеющиеся в ней не-
достатки. Будучи представителями дисциплины с очень четкими поня-
тиями, физики прямо обращаются к объектам своего изучения и даже
если обращаются к вспомогательным средствам, то не обращают осо-
бого внимания на их происхождение. Эйнштейн не называет себя не-
окартезианцем, хотя в некотором смысле имеет на это право, в то время
как философы с удовольствием именуют себя неогегельянцами, нео-
кантианцами, неотомистами. Представители научного миропонимания2>
учитывая весь предшествующий опыт, все же ведут себя подобно фи-
зикам. Они активны и современны, даже когда движутся в сферах аб-
стракций. Их интересует не столько история развития мысли, сколько
новые идеи, которые они стремятся формулировать в ясных предложе-
ниях. Они не останавливаются на достигнутых результатах и год от года
улучшают свои формулировки.
Но иногда в интересах единой науки полезно исследовать историче-
ские условия возникновения некоторой точки зрения, рассмотреть ее
социологические корни, ее связь с другими областями науки и сферами
жизнедеятельности. Конечно, для представителя научного миропони-
1 Neurath О. Wege der wissenschaftlichen Weltauffassung // Erkenntnis, Bd. I, Leipzig,
1930-1931. S. 106-125.
2 O различии понятий «Weltschauung» («мировоззрение») и «Weltauffassung»
(«миропонимание») см. сн. 40 на с. 36.
43

OTTO НЕЙРАТ
мания это отнюдь не повседневная, a праздничная работа. Вот и сего
дня перед началом обсуждения более специальных вопросов можно за-
няться также и этим.
Мы можем констатировать как исторический факт, что идеалисти-
чески-метафизическое паправлепие в пастоящее время усиливается. Однако
в то же время нет никаких сомнений в том, что растет гпяга к научному
миропониманию, особенно со стороны физиков, биологов, медиков,
представителей технических областей. Даже само научное исследо-
вание побуждает к отказу от идсалистически-теологического способа
мышления.
Научное понимание мира всегда начинается с рассмотрения отдель-
ных вещей и явлений, которые затем объединяются в более обшир-
ныс и обозримые комплексы. Оно не признает «мира» как целого, не
стремится охватить громадную картину мира в ее тотальности, не стре-
мится стать мировоззрением. Если говорят о научном мироnoнимании
в противоположность философскому мировоззрениЮу то под «миром»
имеют в виду не некое законченное целое, но постоянно растущую об-
ласть науки. Это понимание образуется конкретными исследованиями, на ко-
шорые расчленяетпся едипая наука. Иначе обстоит дело в традиционной
философии: она приходит к своему изображению «мира», отталкиваясь
от аксиоматических допущений. Часто из своих суждений о мире в це-
лом она пытается вывести суждения о конкретных вещах. Философия
Гегеля допускала существование лишь семи планет в то время, когда уче-
ными уже была открыта восьмая планета3.
В научном миропонимании некоторые усматривают молодое дви-
жение, призванное устранить тысячелетнюю традицию. Следуя Конту,
они представляют себе несколько важных изменений человеческого
мышления таким образом, что первоначальный религиозно-теологиче-
ский период сменяется философско-метафизическим, который, в свою
очередь, вытесняется научно-позитивистским этапом развития челове-
ческого мышления. Однако имеется основание—не педагогическое или
психологическое — для другого представления об историческом разви-
тии человеческой мысли. Если основные элементы научного миропо-
нимания существовали уже на заре человеческой истории, то наши на-
дежды на их возрождение возрастают.
Следует иметь в виду, что изменения способов мышления, тесно свя-
занные с конкретными техническими и общественными переворотами
3 Во избсжание недоразумений слсдуст заметить, что Гсгсль умср в 1831 г. Вось-
мая планета Солнечной системы, названная Нептуном, былаоткрыта в 1846 г.—
Пргім. перев.
144

ПУТИ НАУЧНОГО МИРОПОНИМАНИЯ
в жизни человечества, не ведут в каком-то одном направлении. Некото-
рые стороны научного миропонимания связаны со становлением тео-
логического мировоззрения, хотя теперь отчасти стали оживать пред-
ставления, существовавшие в «ранние времена», но вытесненные в пе-
риод господства теологии.
В ранний период человеческой истории рядом с религией стоит магия
(см. Фрэзер4 и др.)> которая, возможно, когда то занимала господствую-
щее положение. Колдуны с их обрядами в течение долгого времени
пользовалось громадным влиянием. Наделяемые особыми силами, они
внушали страх окружающим людям.
В следующий за этим религиозный период на место колдунов, которых
можно сравнить с техниками, психоаналитиками или хирургами нашего
времени, встает божество, с которым стремился установить контакт ка-
ждый человек хотя бы через посредство жреца или священника.
Магия на первый взглид кажется нам совершенно чуждой, однако
в определенном отношении она гораздо ближе современной физике
или биологии, нежели теологическое мышление. Представитель магии
осуществлял установленные традицией действия, которые каждый мог наблю-
дать и, следователъно, коитролировать.
В доанимистический период он оперирует прикосновениями и ма-
гией сходства; в анимистический — дрессируст духов, как в цирке дрес-
сируют лошадей или слонов. Власть колдовства иногда сохранястся
даже с наступлением эры теологии. Брамин с помощью определенной
церемонии заставляет божество исполнять его проклятия.
Однако в отличие от теологии магия никогда не имеет дела с ми-
ром в целом или с божеством, обитающим во всех вещах и явлениях.
Это сближает магию с современной физикой. В наши дни из физики ис-
чезло бесконечное абсолютное пространство, которое в определенном
смысле было остатком теологии. Физика также уже больше не говорит
о «начальных условиях мира», из которых демон Лапласа с помощью за-
конов природы мог вывссти будущие или прошлые его состояния. Ха-
рактерная черта современного подхода заключается в том, что от одних
частных выводов он может переходить к другим частным выводам и, за-
давая начальные и граничные условия, определить целостное событие
в конечной пространственно-временной области.
На нескольких примерах можно показать, в какой мере способ мыш-
ления магии близок способу мышления современного научного миро-
понимания. Часто согласно первобытным представлениям прикасаться
4 По-видимому, имеется в виду работа: Фрззер Д. Золотая ветвь. М., 1980. Псрвое
издание вышло в 1922 г. — Прим. перев.
М5

OTTO НЕЙРАТ
к трупу запрещено, кто нарушает это запрещение, того ждет смерть.
(Современная аналогия: опасность инфекции.) Или: болезнь устраня-
ется благодаря тому, что на теле делают разрез или наносят на него та-
туировку. (Аналогия: кровопускание, операция.) Колдун, делая надрез
на теле, превращает мужчину в мужеподобную женщину. (Аналогия: пе-
ресадка желез внутренней секреции для изменения пола.) Магические
действия часто умышленно представляют как нечто более странное,
чем есть на самом деле. Если высказываниям магии мы придадим более
точную формулировку, то за их особым содержанием увидим вполне ра-
зумное отношсние: определенный наблюдаемый процесс выступает ус-
ловием другого процесса.
Поведение индейцев при танце буйвола можно сопоставить с пове-
дением современных физиков. Если буйвол приходит, то техническое
исполнение танца получает оправдание; если же буйвол не приходит,
то вводятся вспомогательные гипотезы. Вина за неудачу возлагается, на-
пример, на неправильное место, на неправильное время или на ошибки
в проведении церемонии. Аналогичным образом в современной фи-
зике придумывают вспомогательные гипотезы для того, чтобы сохра-
нить какие-то гипотсзы. Если теперь обратить внимание не на правиль-
ность гипотез, a на их тип и тип их предметов, то можно увидеть, что
в обоих случаях речь идет о гипотезах, связанных с чувственно воспри-
нимаемыми фактами. Эти гипотезы проверяемы, ибо не содержат ни-
каких ссылок на бесконечные совокупности, на непознаваемые и по-
тусторонние вещи. Конечно, специальные приемы магии чужды со-
временной науке, однако было бы ошибочно осуждать практику того
времени и противопоставлять магические обряды технике; сравнивая,
скажем, раннюю магию с ранней техникой, нельзя относить к технике
то, что мы сегодня признаем, a к магии причислять все то, что отвер-
гается современной наукой. Тогда все практики лежали в одной плос-
кости. Когда первобытный человек выходил на охоту, он должен был
выполнить целую систему церемониальных действий. Например, сле-
довало как можно более точно изобразить животное на стене пещеры
и поразить его стрелой из миниатюрного лука («револьвер бушмена»).
Нельзя было выходить на охоту, когда Луна была на ущербе, которая
благодаря аналогии с убегающим животным могла оказать вредное воз-
действие; мужчины и женщины не должны были вступать в половые
сношения, дети должны были придерживаться определенных правил
поведения. После того, как животное убивали, совершалась особая це-
ремония, во время которого y духа убитого животного просили про-
щения. Выстрел из лука, который мы считаем «подлинной» техникой,
для первобытного человека не был существенной частью всей сложной
146

ПУТИ НАУЧНОГО МИРОПОНИМАНИЯ
церемонии. Однако наши оценки того, что представляет собой «под-
линная» техника, весьма изменчивы. Когда пожилая женщина загова-
ривает бородавки, мы называем это суеверием; когда то же самое де-
лает профессор университета, мы говорим о лечении посредством вну-
шения и о науке.
Магия имела дело с конечным и эмпирическим, как и современная
техника и медицина. Mar оценивался по результатам его действий. Если
его колдовство было плохим, a его пророчества оказывались ложными,
то его прогоняли или даже убивали. Когда колдуны негритянского пле-
мени не могут предотвратить нападения львов на людей, им дают ме-
шок и палку и изгоняют из племени.
To, что отдельные элементы магических верований, несмотря на их
принципиальную проверяемость, сохранялись в течение длительного
времени, вполне можно понять. В большинстве случаев проверки были
недостаточно систематичными, к тому же проверки магических обря-
дов, например, танца буйвола, далеко не всегда легко осуществить. Но
можем ли мы в наше время с легкостью установить, что кто-то, напри-
мер, является очень хорошим врачом? Если бы кто-нибудь взялся за-
щищать определенное учение магии с помощью современных приемов
мышления, то его было бы чрезвычайно трудно опровергнуть. В конце
концов до сих nop сторонники спиритизма ухитряются обманывать
ученых! Но, в общем, люди магического периода были совершенно не
склонны к аргументации, поэтому магия оставалась консервативной
и враждебно встречала всякий новый технический метод. Теология же,
будучи в гораздо болыией мере внимательной к социальной жизни, ос-
тавляла гораздо больший простор для технических достижений, на что
выразительно указал Макс Вебер.
Направления мысли, обладающие развитым логическим аппаратом,
весьма редко носят магический характер. Большей частью они являются
теологическими, идеалистически-метафизическими или материалисти-
чески-позитивистскими. Тем не менее в области магии существовали по-
пытки построения «научной» астрологии, хиромантии и т. п. Сюда же
можно отнести «теорию» спиритизма. Из того, что мы отвергаем гипо-
тезы и общие утверждения магического способа мышления, еще вовсе
не следует, что неверны заключения, которые из них получены и нахо-
дятся под контролем грубой эмпирии. Если бы изложных предпосылок с по-
мощью корректных способов вывода пельзя было получать верных заключений,
человечество давно бы погибло. Часто случается так, что какое-то конкрет-
ное утверждение магии, которое может признать современная наука,
вытекает из учения, которое мы отвергаем. Нельзя сказать, что такое
предложение должно вытекать из более разнообразного опыта. Напро-
47

OTTO НЕИРАТ
тив, нужно осуществить дополнительный анализ разнообразных маги-
ческих манипуляций. Как раз современная психология дает нам разно-
образныс свидетельства того, что магия вовсе нам не чужда.
Если римляне, руководствуясь своим мировоззрением, усматри-
вали зловсщее предзнаменование в том, что лошадь сбрасывала садив-
шегося на нее полководца, то современный научный психолог мог бы
сказать, что это событие снижало боевой дух воинов перед битвой. Са-
мые странные обоснования имело употребление многих трав и мине-
ралов в медицинских целях. Сегодня они остаются в употреблении уже
иа основе химического анализа. Эти травы и минералы постепенно от-
бирались из множества других, которые употреблялись аналогичным
образом, но не прошли практической проверки. Астрологи придержи-
вались правильного мнения о том, что приливы и отливы связаны с Лу-
ной, a противники астрологии были неправы.
Остается неясным, всегда ли правильно передавали идеи магиче-
ского мировоззрения. Ясно одно: магический способ мышления был
всегда направлен на связь отдельпых эмпирических мементов. Достаточно
характерно сообщение одного миссионера об ирокезах: «Следует пред-
полагать, что ирокезы неспособны к разумному мышлению в отличие
от китайцев и других цивилизованных народов, которые способны к
доказательству веры и существования Бога. Ирокезам недоступны ис-
тины разума, они верят только в тоу что видятп» (по Леви-Брюлю). В ходе
исторического развития магия все больше переплеталась с религиоз-
ными представлениями, в которых к связям отдельных вещей добав-
лялось представление о могущественном божестве или о мире в целом.
Если же, как в буддизме, этого не происходило, эмпирические ограни-
чения преодолевались иными способами: учение о повторном рожде-
нии или о достижении нирваны нельзя проверить эмпирически.
В развитых религиях, обладающих аппаратом теологической аргу-
ментации, исчезает возможность контролировать совершение обря-
довых церемоний священнослужителями. Только Богу принадлежит
право принимать решения. Священник становится посредником между
Богом и человеком, однако он уже не может высказывать однозначпых
пророчеств или предписаний. Остается, так сказать, лишь один-единст-
венный великий маг, это —Бог. Он проявляет себя не в обрядах, a в убе-
ждениях и нравственном поведении людей. В двух историях из Ветхого
Завета мы можсм четко увидеть переход отп магического к тпеалогическому ми-
ровоззрению.
Когда Моисей и Аарон пришли к фараону, то по приказу Яхве стали
бороться с магисй фараона посредством эмпирически контролируемых
эффектов. Аарон бросил свой жезл перед фараоном, и жезл превратнлся
і48

ПУТИ НАУЧНОГО МИРОПОНИМАНИЯ
в змею. Однако фараон позвал к себе своих мудрецов и чародеев, и эти
волхвы сделали то же своими чарами: каждый из них бросил свой жезл,
и эти жезлы также превратились в больших змей. Однако жезл Аарона
поглотил их жезлы. Тем не менее, поскольку сердце фараона ожесто-
чилось, он остался непреклонным. Тогда Аарон ударил своим жезлом
по воде в Ниле, и превратилась вода в кровь. Вся рыба в реке вымерла,
и египтяне не могли найти чистой воды, чтобы напиться. Однако волхвы
египетские чарами своими сделали то же самое. Сердце фараона осталось
ожесточенным, и он не отменил своего решения. Аарон вызвал из вод
жаб и наслал их на всю землю египетскую. Но то же самое своими чарами
совершили волхвы. После этого Аарон простер свою руку с жезлом, и на лю-
дей, на скот, на всю землю египетскую напали мошки. Попытались также
и волхвы чарами своими произвести могиек, no ne смогли и сказали фараону:
«Это перст Божий». Эмпирический опыт оказался решающим!
В какой мере магическое мировоззрение похоже на научную пози-
цию, можно увидеть из того факта, что мусульманские ученые без осо-
бого удивления смотрели на физикалистские приемы наполеоновских
исследователей, ибо все это было им известно из сказок іооі-й ночи.
Колдовство было техникой того времени. От науки магия отличалась,
прежде всего, недостатком систематических связей и отсутствием сис-
тематического опытного контроля, которого, впрочем, недоставало
и античным мыслителям, в том числе и Аристотелю. Аристотель пове-
ствовал об удивительных вещах, которые очень легко можно было оп-
ровергнуть простым наблюдением.
Библия демонстрирует переход к европейскому религиозпому миропонима-
пиюв истории о пророке Ионе. Там рассказывается, чтоЯхве приказал
Ионе идти в Ниневию и там проповедовать, что город за злодеяния его
жителей будет разрушен. Однако Иона не захотел и решил бежать. Он
сел на судно и отправился в море. Однако Яхве устроил сильный шторм,
Иона был выброшен за борт и проглочен огромной рыбой, которая,
в конце концов, извергла его на сушу. После этого он подчинился при-
казу, пошел в Ниневию и стал пророчествовать: « Через сорок Ъпеи Нипевия
будет разругиена». Люди в Ниневии перепугались, стали каяться в своих
прогрешениях, облачились в траурные одежды и перестали принимать
пищу. Однако Бог не исполнил пророчества, что страшно рассердило
пророка. В гневе он сказал Богу, что с самого начала не хотел пророчест-
вовать, поскольку, несмотря на пророчество, Бог не захочет истребить
целый народ. Для того чтобы утешить Иону, Бог вырастил раскидистое
тенистое дерево, под которым Иона мог отдыхать, но уже на следующий
день погубил это дерево. Когда Иона стал сожалеть об этом, Бог упрск-
нул Иону: если ему так жалко растение, токак жеБогмог не пожалетьНине-
49

OTTO НЕЙРАТ
вию? Этот рассказ говорит о том, что решения Бога не зависят от пророков,
не подлежат обжалованию и ne нуждаются в оправданиях. Пророк больгие не
отвечает за оправданность своих пророчеств, поэтому пророчества, в общем,
устраняются. Ихуже нельзя болыпе проверить эмпирически. Бог больше
никак не связан словами священнослужителя! Подтверждений не суще-
ствует. В то время как фараон обращается к Богу благодаря чувственно
воспринимаемым событиям, Христос разъясняет, что чувственно вос-
принимаемые результаты совершенно ничего не доказывают. Даже чудо
не свидетельствует в пользу того, кто его совершил. «Возвысятся ложные
христиане и ложные пророки и будут совершать чудеса». Согласно като-
лическому вероучению, Антихрист выступит под маской чудотворца.
Так христианская теология покидает область эмпирической прове-
рямости. Ее представление о Боге невыводимо из конкретных пере-
живаний, что еще было возможно при некоторых манихейских пред-
ставлениях, к тому же она выходит за границы эмпирии еще и другим
способом. Так, например, мексиканские жрецы считали, что раз в те-
чение нескольких лет они с помощью особых обрядов должны возбуж-
дать солнечный огонь, иначе Солнце погаснет, и все человечество по-
гибнет. Здесь можно увидеть связь со всеобщим; эмпирически разреши-
мыми оказываются только случаи совершения церемонии, проверить,
что случится, если церемонию не проводить, невозможно, ибо все ум-
рут и некому будет проверять.
Типичные формы перехода можно обнаружить также в католицизме.
Какая-то икона девы Марии может творить чудеса; однако Мария
лучше знает, хорошо ли выпрашиваемое чудо для просителя, и если
она не совершает чуда, это ни о чем не говорит. Пример: умирает ребе-
нок, и мать обращается за помощью к деве Марии; Мария помогает, од-
нако через двадцать лет мать начинает сожалеть, что ребенок не умер,
ибо спасенный молитвой ребенок стал убийцей. Христианско-тео-
логические высказывания говорят одно и то же: все в руках Божьихі
Если страдает хороший человек, то это либо наказание за грех, либо
проверка благочестия, как показывает случай с Иовом, либо неиспове-
димое решение Господа. Благодаря этим гипотезам все, что происходит
в жизни с людьми, оказывается совместимым с теологическими прин-
ципами. Эти гипотезы не поддаются эмпирической проверке, поэтому
они пусты и бессодержательны для активно действующих людей, ибо
смысл предложения заключается в его обосновании опытому a не в том,
чтобы повышать жизненный тонус, как считают прагматисты. При оп-
ределенных обстоятельствах прагматист может согласиться и с теоло-
гическими предложениями, в то время как для активно действующего
человека это невозможно.
і5о

ПУТИ НАУЧНОГО МИРОПОНИМАНИЯ
Мы видим, как система доказательств христианской теологии разру-
шает приземленно-эмпирический способ мышления магии, уменьшая
при этом, правда, власть священнослужителей. Люди теперь напрямую
сами связываются с Богом, что находит полное выражение в протестан-
тизме. Обычные церковные прихожане заменили магические обряды
скромными таинствами, имеющими эмпирические неконтролируе-
мые следствия. Правда, при таинстве последнего соборования наряду
с трансцендентным может проявиться также и земное следствие, если
больной выздоравливает. Церемонии католической церкви, направлен-
ные на борьбу с дьяволом, отступили на задний план. Болыиая часть со-
хранившихся колдовских приемов рассматривается как суеверие или
служение дьяволу. Поэтому отчасти понятно, почему к началу нового
времени, когда вновь происходит усиление церковной власти при одно-
временном появлении научного эмпиризма, колдовство вновь получает
широкое распространение: всзвращается земная причинность старой
магии! К концу средних веков охота на ведьм постепенно прекраща-
ется; в начале нового времени католики (причем ведьмы начинают рас-
сматриваться как еретички) и, главным образом, протестанты с боль-
шим размахом начинают гонения на ведьм и их истребление. Внима-
ние к земным делам, характерное для колдовства, вновь оживает в науке
и связанной с ней технике.
Христианская теология, с одной стороны, вытеснила направлен-
ные на земные дела античную науку и примитивное колдовство и по-
ставила на их место идеалистические и спиритуалистические метафи-
зические представления. С другой стороны, схоластика разрабатывала
дедуктивные процедуры с тем, чтобы из канонизированных текстов вы-
водить какие-то высказывания или требования. Беспрестанно создава-
лись самые различные доказательства, в том числе и такие, которые
относились к физическим, химическим, психологическим, биологиче-
ским вопросам. Логическая сторона научного мышления впоследствии
потребует теснее связывать смысл с эмпирической плодотворностью и не
обращать внимания на сверхъестественное.
Современный ученый отличается следующим: вниманием к земным делам, об-
ращением к эмпирическому контролю и систематическим использовапигм ло-
гики и математики. Однако научное исследование появляется вовсе не
в результате борьбы с теологией. Если мы отвлечемся от магии и обратим
внимание на поздние формы антирелигиозной античной философии,
то увидим, что наиболее известные «просветители», эпикурейцы, хотя
и были противниками теологии и метафизики, но отнюдь иебылиучеными.
Ученые были среди них редки. Математика разрабатывалась, главным об-
разом, пифагорейцами и платониками, склонными ктеологии: Бога они
151

OTTO НЕЙРАТ
рассматривали как математическую сущность. И пифагореизм, и плато-
низм включают в себя представление о боге: с одной стороны, полный
произвол, «свобода», с другой стороны,—высший порядок, требующий
математизации. Это противопоставление преодолевается только в пан-
теизме в пользу «свободы». Математический характер божества требует
разработки математики. Развитию математики содействовала и астроло-
гия. Сама по себе повседневность едва ли могла бы стимулировать созда-
ние значительных астрономических и математических теорий. Кеплерус-
тановил свои законы в поисках «небесной гармонии».
Наивный эмпирический взгляд на историю находит в ней лишь
борьбу двух мировоззрений, в то время как более тщательное рассмот-
рение открывает в ней гораздо более сложные взаимосвязи. Теология
разрабатывала логику в качестве своего собственного инструмента, но
подготовила для себя врага; она выразила в математически стройном
виде божественный порядок небесных сфер, но сделала Бога излишним
для астрономических вычислений. На вопрос Наполеона, обращенный
к Лапласу, почему в его картине мира отсутствует Бог, Лаплас уже мог
ответить, что он не нуждался в этой гипотезе. He борцы с теологией,
a сами теологи выковали наиболее острое оружие современной науки —
логику и математику. Такие противоположности вполне соответствуют
духу «диалектики» Гегеля. Переходы от идеализма к эмпиризму рассмат-
риваются в марксизме, восходящем к Гегелюи Фейербаху. Гегелевскийигн-
теизм располагается в точности между теизмом и атеистической нау-
кой: Бог растворен во всем мире, поэтому чудеса не нужны. Как про-
светитель Гегель выступает противником теологии, и в этом смысле он
близок к Эпикуру. Сам Гегель оказывается двуликим Янусом!
Мы познакомились с магией и теологией, увидели, как в сфере идеа-
листической метафизики и религии вырастают логика и математика,
которые затем соединяются с материалистическим эмпиризмом. Как
только математика оформилась в виде самостоятельной дисциплины,
она получила мощный импульс к развитию от астрономии. Но, в общем,
она не нуждалась в практических применениях для своего развития, ибо
математика представляет собой область чисто тавтологичных преобра-
зований. Психологически понятно, почему науки о реальности выстраи-
ваются, приблизительно, втакой ряд: астрономия, физика, химия, био-
логия, социология. Вероятно, этим можно объяснитьто обстоятельство,
что, например, в России сто лет назад появился Лобачевский, который
разработал неевклидову геометрию, через пятьдесят лет после него Men-
делеев построил таблицу химических элементов, и в то же время рабо-
тал Мечников, труды которого по теории иммунитета получили между-
народное признание, a сегодня в России работает Павлов. Молодой на-
152

ПУТИ НАУЧНОГО МИРОПОНИМАНИЯ
род сначала проявляет себя в логико-математичсской области, a затем
переходит к физике, в которой не нужно накапливать огромную массу
эмпирического материала, как это требуется, скажем, в истории. Точно
так же молодой неопытный человек может быть великим математиком:
Паскалъуже в іб лет нашел свою знаменитую теорему. В этом возрасте
нельзя стать серьезным биологом или историком. Возможно, это объ-
ясняет также, почему женщины, не знакомые с многообразными явле-
ниями общественной жизни, в занятиях наукой до сих nop проявили
себя, в основном, в математике, астрономии и физике, как Софья Ковалев-
ская, Маргія Кюри, Эмми Нетер, a в области социологии или истории доб-
ротные работы женщин встречаются чрезвычайно редко.
Использование математики в различных науках приводит к большим
и возрастающим успехам. Сначала теологи пытались примириться с но-
вой эпохой. Они разработали учение о двойственной истине. To, что
верно в науке, в теологии может быть ложным. Но это были напрас-
ные усилия, ибо сфера научного миропонимания неуклонно расширя-
лась. Компромисс был невозможен. Старое аристотелевское разделе-
ние на мир земной и мир небесный было уничтожено. Современник Ке-
плера Галилей соединил земной и небесный миры в один мир движущихся
и сталкивающихся тел. He осталось мест, к которым стремятся вещи.
Ясно, что с началом нового времени сферы современной жизни: тех-
ника, торговля, бухгалтерия, военное искусство, —развивались почти
исключительно на материалистическо-эмпирической, a не философ-
ской основе. В ходе последующего развития точных наук теология все
дальше оттеснялась на периферию интеллектуальной жизни.
Как уже было упомянуто, современное научное миропонимание ха-
рактеризуется тем, что оно связывает эмпирические факты, использует сис-
тематические жспериментальные проверки, включает отдеяъные вещи в сети
взаимосвязей и придает единообразную логическую форму всем мыслительпым
процессам для создания единой науки, способной успешно служить всякогі пре-
образователъной деятельности. Однако путь к выработке такого способа
мышления отнюдь не был прямым и часто был связан с развитием теоло-
гии и идеалистической философии. Это отчетливо проявилось в истол-
ковании пространства и времени. Ньютоновское понятие абсолютного
движения имело смысл только в том случае, если пространство мысли-
лось как бесконечно большой ящик с паутиной координат. Это понятие
применимо к реальности, если предположить, что существует возмож-
ность одновременного восприятия всех точек этого бесконечного про-
странства. Бесконечное пространство представляется нам также в каче-
стве сферы чувствования Бога. В отличие от этого y Декарта уже было
понятие о движении, гораздо более похожее на современное понятие.
153

OTTO НЕЙРАТ
C его точки зрения, движение есть «переход тела от одних соседствую-
щих с ним тел к другим». Из этого понятия о движении легко возникает
представление об истории отдельных сталкивающихся и расходящихся
элементов, научное описание совокупности которых и приводит к кар-
тине мировых процессов в эйнштейновском смысле. У Декарта можно
уже обнаружить подход к выработке основных понятий теории относи-
тельности — понятий о «мировых линиях» и их отрезках. Тем не менее
именно Декарт снабдил теорию абсолютного пространства Ньютона ма-
тематическим орудием — своей аналитической геометрией и системой
координат. В концепции Ньютона инерция обусловлена влиянием бес-
конечного пространства, в то время как для противоположного эмпи-
рического подхода иперция зависит от ускорения no отношению к системе
неподвижных звезд\ именно эта система создает явление инерции. Эти два
воззрения, что часто упускают из виду, уже давно противостояли друг
другу. Эйлер в одном из своих сочинений столь решительно отверг идею
действия на расстоянии (Inductionsauffassung), представил ее в таком
смешном виде, что в дальнейшем ее уже трудно было защищать кому бы
то ни было. Как только изменились исторические условия, Max, опи-
раясь на свои позитивистские воззрения, отверг теорию абсолютного
пространства как теологический предрассудок. Max всегда подчерки-
вал, что физика описывает только отрезки реальных процессов и ни-
когда не имеет дела с «миром в целом». При его убежденности в том,
что следует заниматься поиском функциональных связей между наблю-
даемыми процессами, было совершенно естественно говорить о связи
инерции с системой неподвижных звезд.
Всегда можно подозревать сохранение остатков теологии в науке,
когда некоторое эмпирическое высказывание с помощью оборота
«если бы» переносят на постулируемую или воображаемую общую кар-
тину. Поэтому детерминизм в формулировке Лапласа несостоятелен,
ибо само предположение о знании полного состояния бесконечного
универсума бессмысленно. Возможно, остатки теологии кроются в по-
исках математиками идеального языка и в некоторых применениях по-
нятия бесконечности. Попытка ограничить применение математики
конкретными вещами связана, безусловно, со стремлением избавить
математику от остатков теологии. Часто речь идет только о том, чтобы
придать финитный смысл предложениям о бесконечном или трансфи-
нитном. С чем-то иным мы сталкиваемся при обсуждении структур фор-
мулу причем здесь речь не идет о применении к эмпирическим событиям.
Предложения об эмпирическом находятся в области этих структур. От-
веты на этот комплекс вопросов еще не вполне ясны, тем не менее ин-
тересно отметить, что сам Канторбыл религиозным человеком, весьма
154

ПУТИ НАУЧНОГО МИРОПОНИМАНИЯ
склонным к метафизическим представлениям, и придавал своей теории
множеств религиозное истолкование. Ясно, конечно, что это не мешает
перестроить теорию множеств в полностью очищенном виде.
Колебания и петли человеческой мысли наиболее отчетливо прояв-
ляются в тех случаях, когда мыслителю, воспитанному в католической
традиции, требуются какие-то современные идеи, которые приходят
в столкновение с его религиозным мировоззрением. Например, Брен-
тпано первоначально был католическим теологом, поэтому он и его уче-
ники разрабатывали кантовский дуализм, но затем вслед за Лейбницем
и схоластикой пришли к конструктивизму и логике. У Мейнопга и Малли
(Mally) можно найти глубокое понимание определенных сторон совре-
менного научного миропонимания, хотя в целом они двигались в со-
вершенно ином направлении. Точно так же y феноменологов, идеи ко-
торых восходят к Брентпано, всегда сохранялся вкус к логике, несмотря
на их метафизические склонности, которые y Шелера, Хайдеггера и других
проявляются еще ярче, чем y самого Гуссерля. Теологически-метафизиче-
ская основа не приводит сама по себе к определенной постановке про-
блем научного миропонимания, однако, скажем, в современном конвен-
ционалистском направлении можно обнаружить религиозный оттенок,
особенно y Ле Руа, мистического соратника Пуанкаре. Стоит упомянуть
также о том, что Дюгем был поклонником схоластики и ее идей. У пози-
тивистов, эмпириокритиков и представителей других современных ми-
ровоззренческих позиций всегда можно обнаружить пережитки давно
отброшенныхучений. Подлинным противовесом всему этому является
только наука, опирающаяся на материалистпический базис, — наука, во все
большей мере использующая математику и логику.
В области «истории» и «национальной жономики» мы имеем дело с го-
раздо менее ясным материалом, однако в конкретных исследованиях
здесь держатся гораздо ближе к земле. Конечно, в своей истории пап-
ства Ранке еще говорит о том, что в одни столетия божественное вме-
шательство проявляется более отчетливо, чем в другие. Однако в со-
чинениях историков такие понятия, как «дух народа» и ему подобные,
играют гораздо меныпую роль, чем такие эмпирически осмысленные
понятия, как спрос и предложение, экспорт и импорт, стратегия войн,
эмиграция и т. п. В той мере, в которой историки, не говоря об общих за-
конах, пытаются представить факты, a этим занято болыиинство из них,
они похожи на регистраторов событий, на астрономов-наблюдателей и,
по крайней мере, косвенно служат целям науки. Правда, многие данные,
нужные для формулировки законов, остаются не замеченными, и, на-
против, упорно сохраняется множество совершенно бесполезных ве-
щей. Теология и метафизика в наибольшей мере проявляются в самых
155

OTTO НЕЙРАТ
общих высказываниях традиционной «философии истории». Многие
«науки о духе», само название которых указывает на сохранение остат-
ков теологии, в своей научной деятельности упорно придерживаются
идеалистическо-метафизического способа мышления, хотя и в неявном
виде. Необходимые для них понятия нужно прежде всего критически
проанализировать с точки зрения их «плодотворности» для эмпири-
ческого исследования. Недостаточно избавиться от неэмпирического.
Метафизические понятия сами по себе просто ни для чего не пригодны.
Критический анализ мог бы обнаружить, что классификация событий
по типам, неконтролируемая интуиция и иные подобные вещи широко
используются как раз в «науках о духе» и прежде всего для облачения
метафизического способа мышления в псевдонаучные одежды. Дело
обстоит так, как если бы поэтическое произведение старались выра-
зить в строгом языке. Философия истории часто представляет собой
простой эрзац общих предложений социологического типа.
«История» и «национальная экономика» только тогда смогут войти
в сферу научного знания, когда на материалистической основе образуют
социологию, содержащую общие высказывания, выведенные из опыта,
и смогут предсказывать исторические события, как это делает марксист-
ское понимание истории. Всякая социология, опирающаяся на «интуи-
тивное проникновение», «интерпретацию» и т. п., пронизана метафи-
зикой. Она от предсказаний уходит к классификаторской деятельности.
Труднее всего обнаружить научный способ рассмотрения там, где речь
идет о будущей судьбе отдельного человека. Здесь царят астрология и по-
добные ей дисциплины. Там, где говорят о больших массах людей, ус-
тойчивости тем больше, чем меньше учитываются индивидуальные раз-
личия. Поэтому такие вопросы более доступны научному обсуждению,
и иптерес к такого рода вопросам требует научного подхода. Методы совре-
менной статистики, которые оказались столь плодотворными в физике,
первоначально возникли в лоне социологии в середине XIX столетия.
Научное содержание такой социологии, которая ставит перед со-
бой задачу осуществлять конкретные предсказания в области общест-
венных явлений, зависит от использования чистыхіл плодотворных по-
нятий. Предметом ее рассмотрения являются совместная жизнь людей,
сотрудничество и противостояние определенных социальных групп.
Строго научная социология будет изучать жизнь человеческого обще-
ства так, как изучают жизнь муравейника или пчелиного роя. Она будет
изучать влияние хода событий на состояние жизни, на условия удовлетво-
ренности или неудовлетворенности членов сообщества, причем поня-
тия удовлетворенности и неудовлетворенности должны быть опреде-
лены через наблюдаемые поведенческие акты.
156

ПУТИ НАУЧНОГО МИРОПОНИМАНИЯ
Статистические выкладки ориентируются на эмпирический мате-
риал и исходят из наблюдений конкретных объектов. Такое представ-
ление физических общественных процессов с их условиями удовлетво-
ренности или неудовлетворенности («состояние жизни» в социальной
экономике) образует замкнутую цепь, не включающую в себя «психи-
ческого». Если истолковать «психическое» в бихевиористском смысле,
то без него можно обойтись. Физическая социология, вооруженная
статистикой, может пойти очень далеко. Статистический способ рас-
смотрения позволяет обойтись без таких подозрительных понятий, как
«социальное взаимодействие» и ему подобных, которые все еще часто
встречаются в современной социологии.
Как раз статистические построения современной физики показы-
вают нам, каким образом можно устранить идею универсальной и все-
объемлющей причинности, которая так часто несет в себе метафизиче-
ский оттенок. Порой начинают довольствоваться вероятностными вы-
сказываниями, высказываниями о группах событий вместо того, чтобы
говорить о конкретных единичных событиях. Многозначность спосо-
бов рассмотрения — обусловлена ли она нашим незнанием или приро-
дой вещей —в конечном счете может быть преодолена только однознач-
ностью деятельности, т. е. практическим решением (например, можно
принять определенную статистическую закономерность). Эта одно-
значность решений находится за пределами научной аргументации.
Нельзя логически обосноватъ региепие о выборе определепного истолковапия или
какого-то множества возможностей.
Осознание границ познания имеет решающее значение для научного
миропонимания, иначе возникает опасность, что благодаря постулату
о полной определенности и точности возникнет новый идол, который
займет место прежнего априорного знания, бесконечного или божест-
венного, a там, где раньше стоял священник или философ, будет стоять
профессор. От таких опрометчивых постулатов следует держаться по-
дальше. О вещах нужно высказываться с осторожностью: y нас есть хаос
и порядок, и только эмпирически мы можем установить, какой меры
порядка в наших понятиях достаточно, чтобы иметь дело с потоком яв-
лений и событий.
Наше мышление представляет собой орудие, которое зависит от со-
циальных и исторических условий. Нельзя забывать об этом. Мы не мо-
жем одновременно играть роль обвинителя и обвиняемого и при этом
еще выступать в роли судьи. Наши сегодняшние идеи мы противопос-
тавляем более ранним идеям, однако y нас нет возможности оценить их
с какой-то внешней точки зрения. Сравнение высказываний с событиями
само является частью особого метода.
157

OTTO НЕЙРАТ
Наши средства выражения—богатый язык и письменность—обуслов-
лены определенными историческими обстоятельствами. Народу, запи-
сывающему понятия (Begriffsschrift) (как, например, китайцы), былобы
трудно создать легко комбинируемую символику, но зато y него меньше
возможностей высказывать философскую бессмыслицу. Это предохра-
няет от того, чтобы человек мог только писать и читать книги, кото-
рые он сам едва понимает. У народа с буквенным письмом, с неограни-
ченной свободой образования слов именно эта свобода («словоизвер-
жение», как говорит Штер) часто порождает философские проблемы.
Лихтепберг предупреждал: «Нужны дела, a не слова. Мир может изме-
няться, a слова остаются неизменными». Проблемы, связанные с «бы-
тием» («Sein») и «наличным бытием» («Sosein»), в такой степени обу-
словлены спецификой нашего языка, что их нельзя адекватно выразить
даже в таком богатом языке, как арабский.
Однако буквы в качестве знаков, не обладающих понятийным содер-
жанием, чрезвычайно полезны для строгой научной символики. Комби-
нациям таких знаков можно придавать любое значение. Уже индийцы
с их близким нам языком и письмом должны обладать некоторой сим-
волической грамматикой.
Современное научное миропонимание своими успехами отчасти
обязано новейшей символике, которую можно использовать для очи-
стки языка. Народ, y которого имеется, скажем, 6о разных наименова-
ний для коровы, цвета, возраста, расстояния от говорящего в данный
момент и т. п., имеет немного предпосылок для формирования науч-
ного миропонимания. Здесь, кажется, имеет значение даже то обстоя-
тельство, что наша наиболее эффективная для постижения конкрет-
ного символика имела весьма неконкретную предысторию. Таким об-
разом, мы привязаны к нашим историческим условиям.
Для развития мысли большое значение имеет связанное с произ-
водственными отношениями устройство социальной жизни, в част-
ности, патриархат или матриархат. Их смешение, как это случилось
в Европе, оказывается особенно продуктивным, и фантастическая
подвижность европейцев соединяется со строжайшей точностью и са-
моограничением.
Путь, начатый магией, через религию и философию ведет к материа-
листическому эмпиризму. Что же дальше? Чего можем мы ожидать от раз-
вития научного миропонимания на материалистической основе? Если бы
уже сегодня мы могли это знать во всех подробностях, перемены уже про-
изошли бы. Однако мы способны предвидеть лишь самое ближайшее бу-
дущее. Мы связаны совместной работой с другими мыслителями, с ус-
ловиями жизни своего поколения. Планомерная совокупная умственная
і58

ПУТИ НАУЧНОГО МИРОПОНИМАНИЯ
деятельность, по-видимому, возможна только в планомерно реорганизо-
ванном обществе, которое с помощью земных средств установит строгий
и сознательный порядок жизни во имя земного счастья людей. Только со-
циальные изменения приводят к духовным переворотам.
Растет число тех людей, которые принимают идею научного ми-
ропонимания, ориентированного на эмпирически проверяемую эф-
фективность. Они разрабатывают логику как учение о тавтологичных
преобразованиях, стараются связать различные области опытного ис-
следования, трудятся над разработкой конструкционной теории
(Konstitutionstheorie) (Карнагі), пролагая путь к созданию единой науки, ко-
торая, постоянно обогащаясь, обещает принести удивительные плоды.
Научное миропонимание связано также с конкретными науками, од-
нако оно не стоит над ними. В традиционной школьной философии об-
щее находится в начале, в научном миропонимании более общее возни-
кает из конкретных переживаний в качестве особенного. О чем можно
ясно спросить, на то можно ясно и ответить, нет никакого смысла обсу-
ждать неразрешимые загадки. Вот так с одной стороны стоит научное
миропонимание, указывающее на ограниченность и обусловленность
человеческого мышления, a с другой стороны оно соединяется с гор-
дым самосознанием, которое можно выразить словами Протагора: «Че-
ловек есть мера всех вещей ».
Найден путь, по которому мы идем. Долгое время казалось, что
представители эмпиризма могут опираться лишь на отдельные дисцип-
лины, объединение которых зависит от «случайных» успехов научного
исследования. Теперь мы вновь видим перед собой возможность соз-
дать всеохватывающую систему единой науки за счет того, что свяжем
между собой результаты отдельных исследований, опираясь на уточне-
ние и преобразование понятий. Мы можем вновь решительно и смело
обратиться к опыту в надежде на то, что объединение и связь возможны
в самых больших масштабах. Мы опять находимся в таком положении,
в котором находился Гегель, вместе с которым мы, хотя и по другим со-
ображениям, могли бы сказать: «Человек неможет в достаточноймере оце-
нитъ величие и силу человеческого духа».

ФИЛИПП ФРАНК, ПРАГА1
КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ
ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ ДЛЯ ОБЩЕЙ
ТЕОРИИ ПОЗНАНИЯ?
Возможно, найдется немало физиков и математиков, которые на вопрос,
поставленный в качестве названия, ответят простым словечком «ника-
кое». Я не могу и не хочу здесь останавливаться на том, по каким причи-
нам многие философы дают такой отрицательный ответ. Нас интере-
сует, почему так много физиков утверждает, что великие преобразова-
ния в теориях физики не способны повлиять на основные учения общей
теории познания. Например, в физических работах, посвященных тео-
рии относительности, часто с несомненной горечью высказывается ут-
верждение о том, что релятивистское преобразование измерений про-
странства и времени не имеет никаких «философских» следствий.
Кто когда-либо интересовался историческим развитием физики, тот
сейчас же вспомнит о похожем периоде истории, когда происходило
столь великое преобразование физических теорий, которое от антич-
ного и средневекового, схоластического понимания природы вело к ее
современному пониманию и было связано, прежде всего, с деятельно-
стью Коперпика, Галилея, Кепяера. Можно прочитать о том, что сторон-
ники революционного гелиоцентрического мировоззрения усердно
старались доказать, что коперниканский переворот означает появление
лишь физико-математического новшества, но совершенно ничего не
меняет в общем, «философском» понимании мира. Поэтому не стоит
удивляться тому, что когда на знаменитом процессе Галилея принуждали
отречься от его учения, речь шла вовсе не о том, как это часто пред-
ставляют в поверхностных описаниях и что увековечено в известном
1 Frank Ph. Was bedeuten die gegenwartigen physikalischen Theorien fur die
allgemeine Erkenntnislehre? // Erkenntnis, Bd.I, Leipzig, 1930-1931. S. 126-157. (Доклад,
прочитанный на первом заседании Немецкого физико-математического кон-
гресса в Праге іб сентября 1929 г.)
ібо

КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
утверждении «А все-таки она вертится!», чтобы он перестал говорить
о движении Земли. Инквизиция хотела от Галилея лишь одного: он дол-
жен признать, что учение о движении Земли правильно лишь в мате-
матическом смысле, a в качестве «философского» учения оно ложно.
В позиции инквизиции можно найти сходство с современной реляти-
вистской точкой зрения, согласно которой нельзя говорить, что «в дей-
ствительности» Земля движется, a Солнце находится в покое, можно
лишь констатировать, что описание явлений в такой системе коорди-
нат, в которой Солнце покоится, a Земля движется, будет более про-
стым. Правда, от Галилеятребовали большего: он должен был признать,
что гелиоцентризм является лишь математической фикцией, a геоцен-
трическая картина мира представляет собой «философскую» истину.
Нетрудно увидеть, что такая позиция средневековых властей находит
аналоги и в наше время, что и сегодня часто говорят об удобных фик-
циях, с тем чтобы резче подчеркнуть отличие новых теорий от «веч-
ных», «философски установленных» истин. Философы, a иногда даже
физики, часто утверждают, что, например, неевклидова геометрия или
эйнштейновское измерение времени являются математическими фик-
циями, в то время как Евклидова геометрия и абсолютное время пред-
ставляют собой истины, обоснованные природой вещей.
Однако еще чаще физики просто отказываются говорить об об-
щих проблемах, связанных с пониманием времени, пространства, при-
чинности и т. п., предоставляя решение этих вопросов специалистам,
т.е. философам и представителям теории познания. Поскольку в наши
дни уже никого нельзя запугать, как когда-то Галилея, то в основе отказа
от обсуждения этих вопросов лежит убеждение, которое приблизи-
тельно можно сформулировать так: имеются столь глубокие вопросы,
которые пока еще нсразрешимы средствами точной науки. При этом
некоторые полагают, что существует особый, «философский», метод,
с помощью которого можно раскрыть сущность времени, пространства
и причинности, в то время как другие считают вопросы об этой сущ-
ности неразрсшимыми, «вечными загадками».
Эта пессимистическая точка зрения нашла свое классическое выраже-
ние в знаменитой речи Э.Дюбуа-Реймонда, произнесенной в 1872 г. и но-
сившей название «О границах познания природы». Эту речь, централь-
ным пунктом которой было утверждение «He знаем и никогда не уз-
наем»2, цитировали бесконечное число раз: с торжеством те, кто хотел
2 У автора афоризм Дюбуа-Реймонда приведсн лишь частично, в полном виде
он выглядит так: «Ignoramus et ignorabimus». Франк приводит лишь вторую
часть— «никогда не узнаем». — Прим. перев.
ібі

ФИЛИПП ФРАНК
принизить естественно-научное понимание мира, с глубокой грустью —
те, кто был сторонником такого понимания. Большинство философов
и естествоиспытателей считали это утверждение непоколебимой исти-
ной, и в истории естественно-научного миропонимания его признание
естествоиспытателями можно сравнить с хождснием в Каноссу3. Если
мы подумаем о том, какие аргументы привели Дюбуа-Реймонда к его «не
узнаем», то при сегодняшнем состоянии теории познания точных наук
мы должны придти к убеждению, что настало время еще раз вернуться
к этому вопросу и посмотреть, действительно ли пессимизм в отноше-
нии естественно-научного познания оправдан.
Дюбуа-Реймонд исходит из следующего утверждения: «Познание при-
роды состоит в том, что изменения в мире вещсй мы сводим к движе-
ниям атомов, которое обусловлено независимыми от времени цен-
тральными силами... Психологическим фактом является то, что, когда
такое сведение удается, наша потребность искать причины явлений на-
ходит полное удовлетворение».
Однако остается еще вопрос о том, каким образом материя произво-
дит центральные силы. Ясно, что на этот вопрос нельзя ответить с по-
мощью сведения к тем же центральным силам. И Дюбуа-Реймопд прихо-
дит к выводу: «При более глубоком размышлснии каждый вынужден
признать трансцендентную природу того препятствия, с которым мы
здесь сталкиваемся... Мы никогда не будем знать лучше, чем сегодня,
что такое материя. Даже демон Лапласа в этом вопросе не был бы умнее
нас... Таким образом, наше познание природы ограничено с двух сто-
рон: с одной стороны, нашей неспособностью понять природу материи
и силы, с другой — невозможностью понять духовные процессы из их
материальных условий». Если отвлечься от проблемы связи духовного
и материального, которой здесь мы заниматься не будем, то границу по-
знания Дюбуа-Реймонд усматривает, прежде всего, в невозможности по-
нять сущность материи и силы. Он продолжает:«В рамках этих границ
исследователь природы — господин и мастер, он расчленяет и строит;
выйти за эти границы он не может и никогда не сможет. Тайн мира ве-
щей... ignoramus (не знаем), но в отношении тайны природы материи
и силы мы должны раз и навсегда вынести решение: ignorabirnus» — HC уз-
наем никогда.
3 Выражение «Идти в Каноссу» означает согласис на полную капитуляцию. Канос-
са —замок тосканской маркграфини Матильды, перед которым три дня в оде-
жде кающегося грешника стоял император Священной Римской империи Ген-
рих IV, вымаливая прощение y Римского папы Григория VII, находившегося
в замке. — Прим. перев.
іб2

КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
Но что это означает, когда говорят, что некий вопрос неразрешим?
Представим себе, например, что кто-то будет утверждать, что про-
блема создания устойчивой связи с планетой Нептун неразрсшима
или что неразрешима проблема создания живого организма из не-
живой материи. Тем не менее тот, кто высказывает такое утвержде-
ние, совершенно точно мог бы сказать, какой конкретный результат
мы получили бы, если бы проблема была решена. Однако даже при-
близительно нельзя себе представить, какой результат мы должны по-
лучить для того, чтобы иметь возможность сказать, что вопрос о сущ-
ности материи и силы решен или что мы «знаем», как выражается
Дюбуа-Реймонд, «что такое материя». Если, например, Генрих Герц объ-
яснил, как часто говорят, сущность света, то отнюдь не в том смысле,
который подразумевает Дюбуа-Реймонд. С точки зрения Герца, световые
и электромагнитные явления просто подчинены одним и тем же урав-
нениям, но только с другими значениями для длины волны. Сущность
света стала не более ясной, чем была прежде, ибо даже сущность элек-
тричества в подразумеваемом смысле остается вечно неразрешимой
загадкой.
Если принять во внимание различие между нерешенными и, воз-
можно, неразрешимыми проблемами этих двух видов и осознавать,
что именно пытается сказать Дюбуа-Реймонд своими словами «не знаем»
и «не узнаем», то y каждого, кто привык заниматься решением реаль-
ных проблем, должно возникнуть чувство досады, когда он сталкива-
ется с проблемами второго вида. Прежде чем приступать к решению,
он сначала пытается представить себе результат, соответствующий го-
товому решению, a затем начинает работать до тех nop, пока искомый
результат не станет реальностью. Но если совсршенно невозможно
представить, в чем должен заключаться искомый результат, то имеет ли
смысл сама постановка проблемы?
В самом деле, мы часто видим, что физик в своей конкретной на-
учной деятельности избегает ставить проблемы такого рода, однако
где-то в глубине души все-таки надеется, что такие проблемы можно
рассматривать с помощью иных, не физических, a как говорят, «фило-
софских» методов. Если подумать о том, почему физики, которые при-
дают столь большое значение точной постановке проблем в своей об-
ласти, тем не менее, допускают возможность совершенно иного рода
действий, то, мне кажется, это объясняется тем, что многие физики,
когда выходят за пределы своей профессиональной области, прини-
мают то мировоззрение, которое в течение столетия укоренялось бла-
годаря преподаванию и которое мы можем называть просто мировоз-
зрением «школьной философии».
163

ФИЛИПП ФРАНК
Мы не хотим обсуждать здесь вопрос о том, почему многие физики
придерживаются этой школьной философии, хотя как раз критиче-
ски мыслящие физики внесли наибольший вклад в ее разрушение (при-
чины этой приверженности можно объяснить только с психологиче-
ской и, возможно, социологической точек зрения). Сейчас мы хотим
спросить, в чем заключается позиция школьной философии, и почему
она так много естествоиспытателей склоняет к тому, чтобы без возра-
жений согласиться с пессимистическим «не узнаем».
Говорят, что философские школы так далеко расходятся по своим
воззрениям, что нельзя выделить какогото единого философского ми-
ровоззрения. Однако несмотря на это многообразие мнений по част-
ным вопросам, я думаю, ясно выделяется общее, проходящее через сто-
летия ядро всех философских учений и ему сначала робко, затем все ре-
шительнее, на даже и сегодня еще недостаточно смело противостоит
новое мировоззрение, которое постепенно крепнет вместе с успехами
точных наук. Традиционные философские учения мы назвали «школь-
ной философией». Для того чтобы подчеркнуть, что новое учение не
признает никакого другого познания, кроме научного, мы будем назы-
вать его «научным мировоззрением».
Школьная философия, независимо оттого, называется она реализ-
мом или идеализмом, характеризуется определенным пониманием
того, что называть истиной, a также определенным пониманием того,
что можно считать проблемой. Основные идеи этих течений школьной
философии трудно изложить лучше, чем это в немногих словах сделал
Анри Бергсон в своем введснии к французскому переводу книги «Прагма-
тизм» американского психолога Уильяма Джемса:
Для прежней философии сверх пространства и времени существует еще
некий мир, в котором извечно представлены все возможные истины. Сужде-
ния людей тем более истинны, чем более точным портретом (копией) этих
вечных истин они являются. Современная истина спустила истину с небес
на землю, однако все еще видит в ней нечто такое, что существует до наших
суждений. Для этой философии предложение вида «Тела при нагревании
расширяются» было бы законом, который управляет фактами, господству-
ет в своей области, закон, который действительно проявляется в нашем
опыте. Нам остается только руководствоваться им. Даже философия Кантпа,
постулирующая, что каждая научная истина связана с человеческим духом,
рассматривает истинные предложения как нечто заранее заданное в чело
веческом опыте. Даже если этот опыт организован человеческим мышле-
нием, вся деятельность науки сводится к тому, чтобы пробиться сквозь пе-
лену фактов, внутри которых обитает истина, как орех в своей скорлупе.
164

КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
Нетрудно увидеть, что такое понимание истины допускает вопросы лю-
бого рода, и при нем чрезвычайно трудно провести рааличие между ос-
мысленными и бессмысленными проблемами. На любой вопрос, если
достаточно постараться, можно датьответ, ссылаясь нато, что лежит за
завесой фактов. Тогда вполне возможно, в принципе, отвечать и на та-
кие вопросы, как вопрос о сущности материи и силы. Если же скорлупа
ореха является настолько твердой, что ее нельзя разбить и получить от-
вет, то вопрос называют «неразрешимым» и пессимистически говорят
«не узнаем». Если согласиться с указанным пониманием, то можно ста-
вить и такие вопросы, которые наиболее характерны для школьной фи-
лософии, a именно: существует ли действительно внешний мир, и мо-
жем ли мы познать его истинные свойства? Как известно, реалист от-
вечает на это «да», идеалист— «нет». Однако никто не может привести
какого-либо конкретного переживания, которое решительно бы свиде-
тельствовало в пользу его ответа. Тем не менее и реалист, и идеалист со-
гласны в том, что такие вопросы являются осмысленными проблемами.
Нет никаких сомнений в том, что такая позиция школьной филосо-
фии чрезвычайно затрудняет понимание и принятие современных фи-
зических теорий. С этой точки зрения, например, относительно лю-
бого предмета можно ставить вопрос о том, какова его «подлинная»
длина, и если теория относительности одному и тому же предмету при-
писывает разные размеры в различных системах отсчета, то сторонник
школьной философии истолкует это таким образом, что эта разница
обусловлена «несовершенством» наших измерительных инструментов,
которое делает невозможным «правильное» измерение. Существует
лишь одна «подлинная» длина, отличная от «мнимых» измеряемых ве-
личин. Среди множества равномерно и прямолинейно движущихся от-
носительно друг друга систем отсчета только одна, согласно такому по-
ниманию, в действительности покоится. Поскольку, согласно теории
относительности, никакой опыт не позволяет установить, какая из сис-
тем отсчета действительно покоится, постольку для сторонника школь-
ной философии этот «реальный покой» должен быть таким фактом, ко-
торый не представлен ни в каком чувственном опыте.
Если считают несомненным, что в каждый момент времени элек-
трон должен обладать определенными положением и скоростью, од-
нако измерить их невозможно, то тем самым затрудняют понимание
основных понятий квантовой механики и вынуждены истолковывать
квантово-механические вычисления таким образом, что они не детер-
минируют определенного положения и скорости электрона в будущем.
Но поскольку, с другой стороны, школьная философия для области ме-
ханических явлений требует строгого детерминизма, постольку для
165

ФИЛИПП ФРАНК
объяснения движения электрона вынуждены вводить какие-то мисти-
ческие, органические силы. Иногда все это кажется привлекательным,
однако мне кажется, что для физического исследования всего этого не
нужно. Такого рода следствия вовсе не следуют, как многие считают,
из теорий современной физики и обусловлены лишь желанием согласо
вать новые теории с мировоззрением школьной философии.
Против этого можно было бы возразить, что большинство физиков
в своих исследованиях вообще не заботятся о какой-либо философии,
и что поэтому школьная философия никоим образом не мешает их по
ниманию теории относительности или квантовой механики. Они под-
ходят к этим теориям, как говорится, «чисто физикалистски» и вообще
ничего не знают о философском мировоззрении. Но если более внима-
тельно присмотреться к тому, каким образом относятся физики к со-
временным теориям, то можно обнаружить, что чем меньше они обра-
щают внимание на философские вопросы, тем больше в их мышлении
проявляются традиции школьной философии. Опыт говорит о том, что
физики, которые склонны, например, считать теорию относительно-
сти бессмысленной и часто выступают от имени «свободной от спеку-
ляций чисто эмпирической» науки, свои аргументы черпают, по боль-
шей части, не из эмпирии, a как раз из школьной философии. He нужно
думать, что требуется какое-то специальное изучение философии для
того, чтобы усвоить это мировоззрение. Оно неявно входит во все зна-
ния, которые преподают нам в школе, во все метафоры нашего повсе-
дневного языка. Его присутствие трудно заметить, ибо благодаря сто-
летней традиции оно стало привычным. Чистый эмпирик обращается
к нему как к безвредному «здравому смыслу». Поэтому нет ничего уди-
вительного в том, что настроенный против спекуляций физик, пренеб-
регающий естественно-научным мировоззрением, легко примиряется
с «не узнаем» Дюбуа-Реймонда.
Однако против мировоззрения школьной философии выступили как
раз те физики, которые не считали, что нужно ограничиваться чисто
эмпирическими исследованиями, сидя в лабораториях, a истолкова-
ние полученных результатов предоставлять «здравому смыслу», т. е. тра-
диционной философии. Они стремились и в области мировоззрения
иметь дело только с конкретными восприятиями, к чему стремится ка-
ждый физик в своей лаборатории.
Эти критически мыслящие физики должны были спросить себя: ка-
кими свойствами обладают те проблемы, решение которых оказыва-
ется возможным, в отличие от проблем, разработка которых в течение
столетий выражается лишь в появлении их разных метафорических
формулировок?
ібб

КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
Например, раньше о тождестве света и электричества не знали, a те-
перь знают. Что оно означает? С помощью электрических машин (на-
пример, радиопередатчика) и источника света можно создавать явле-
ния, которые подчиняются одним и тем же волновым законам, причем
лишь одна величина, a именно длина волны, приобретает разные зна-
чения. Это знание о тождестве света и электричества можно выразить
в виде совершенно определенного высказывания о конкретных воспри-
ятиях. Однако никак нельзя сказать, что при этом что-то утверждается
о «сущности» света или электричества. Оптические и электромагнит-
ные явления можно выразить определенными знаками, величинами,
характеризующими поле, между которыми имеются формальные отно-
шения, выражаемые уравнениями поля. Тогда из данной комбинации
знаков с помощью уравнений чисто математическим гтутем можно полу-
чить какую-то новую комбинацию, которая посредством определенных
законов вновь переводится в область восприятия. С помощью теории,
состоящей из уравнений поля и законов соподчинения
(Zuordnungsgesetz), из данных чувственных впечатлений можно вывести будущие или
настоящие впечатления и благодаря этому получить возможность прак-
тически ориентироваться в потоке впечатлений. В этом случае тожде-
ство света и электричества означает тождественность математических
отношений между знаками. Таким образом, с теоретической точки зре-
ния, решение проблемы означает приписывание знаков впечатлениям,
которые находятся в заданных отношениях, a c практической точки
зрения, эта система дает возможность ориентироваться в потоке чув-
ственных впечатлений4.
To же самое справедливо и для математических проблем. Если, на-
пример, стоит задача найти такое решение уравнения Лапласа, которое
на данной поверхности принимает данное значение, то речь идет о том,
чтобы из знаков, удовлетворяющих известным законам связей, посред-
ством комбинации этих связей получить такой комплекс знаков, кото-
рый обладает определенными заданными свойствами. Эти свойства
опять-таки заключаются в том, что в результате определенной комби-
нации знаков, согласно законам связей, должен получаться определен-
ный комплекс знаков.
Итак, мы видим, что при обсуждении таких проблем речь никогда не
идет о том, чтобы установить «соответствие между мышлением и объ-
4 Слово «Erlebnis» означаст и «переживание», и «событие». В даішом случае име-
ется в виду, по-видимому, «чувственно воспринимаемое событис». В дальней-
шем нужно иметь в виду три варианта: «впечатленис», «событис» или «воспри-
нимаемое явлснис». — Прим. перев.
167

ФИЛИПП ФРАНК
ектом», как выражается школьная философия. Мы всегда ищем процс-
дуру, позволяющую с помощью умело подобранной системы знаков вне-
сти порядок в наши чувственные впечатления и тем самым облегчить себе
практическую деятельность. Истину нельзя искать за пределами наших
чувственных переживаний. Целью научного исследования является не
поиск «реальности, скрытой непроницаемой скорлупой», a построение
здания науки из чувственных впечатлений и только из них.
Прежде чем более подробно остановиться на том, сколь настоя-
тельно нынешние физические теории побуждают к такому пониманию
науки, я хотел бы высказать несколько исторических замечаний, пока-
зывающих, как постепенно расшатывалось здание школьной филосо-
фии и ее место начинали занимать новые воззрения. Поскольку этот
процесс находится еще в самом начале, постольку мое изложение будет
носить отрывочный характер.
Как раз здесь, в Праге, жил и работал физик, вступивший в реши-
тельную борьбу против того понимания физики, которое соответство-
вало понятию реальности школьной философии. Эрнсгп Max препода-
вал вПрагес 1867 no 1895 г., т.е.с 29 до 57 лет своей жизни. Он был про-
фессором экспериментальной физики сначала в двуязычном Пражском
университете, a затем — после разделения —в немецком университете.
Здесь он написал свои важнейшие работы по теории познания физики:
«История и корень принципа сохранения работы» (1871) и «Механика
в ее развитии» ( 1883)5.
Его основная идея заключалась в том, что все предложения физики
являются предложениями о связях чувственных впечатлений, т. е. пред-
ложениями, говорящими о конкретных восприятиях. Все понятия, та-
кие как «атом», «энергия», «сила», «материя», являются, с его точки
зрения, лишь вспомогательными понятиями, позволяющими высказы-
ваниям о чувственных впечатлениях придавать более простую и обо-
зримую форму. Благодаря этому все вопросы о сущности силы, материи
и т. п. теряют смысл. Из всех физических высказываний эти понятия
можно устранить, и y нас останутся только высказывания о конкрет-
ных чувственных впечатлениях. В отношении вопроса о сущности ма-
терии и силы утверждение «не узнаем» не более оправданно, чем утвер-
ждение математика, который сказал бы: «Наука может доказать все тео-
ремы о комплексных числах, однако в сущность комплексного числа
она никогда не проникнет; ответа на эту последнюю проблему мы нико-
5 Русский перевод: Max Э. Принцип сохранения работы. История и корень сс.
СПб., 1909« Мсханика. Историко-критический очсрк ее развития. спб., 1909 —
Прим. перев.
168

КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМКННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
гда не узнаем». Каждый математик в ответ на это заметил бы, что ком-
плексные числа вводятся только для того, чтобы в сокращенном и обо-
зримом виде представить высказывания о действительных числах, од-
нако каждое предложение теории функций комплексных переменных
можно сформулировать в виде предложения о реальных числах. Идеи
Маха по большей части носили лишь программный характер. Ни он
сам, ни его непосредственные ученики не смогли систематически раз-
вить его точку зрения и противопоставить мировоззрснию школьной
философии столь же законченное научное мировоззрение. Более того,
благодаря многочисленным переложениям учение Маха вскоре пре-
вратилось в нечто расплывчатое, и вместо того, чтобы дать начало по-
следовательному научному мировоззрению, оно вновь стало истолко-
вываться в духе школьной философии то как реализм, то как идеализм.
Поэтому многие, как показывает обширная антимахистская литература
в России — литература, во главе которой стоит сам Лепин,— рассматри-
вают учение Маха не как первую ласточку нового научного мировоззре-
ния, a как последний крик моды школьной философии.
Отчасти независимо от Маха похожие идеи во Франции высказывал
физик ПьерДюгем, который, может быть, не обладал широтой взгляда
Маха, но превосходил его в логической точности.
С совершенно иной стороны против школьной философии высту-
пило направление, которое часто называют конвенционализмом. Его
самым значительным представителем является французский матема-
тик, физик и астроном Анри Пуанкаре. Он обратил внимание на то, что
в физических высказываниях часто содержатся такие понятия, кото-
рые определены только этими высказываниями. Такие высказыва-
ния являются скрытыми определениями, «конвенциями», поэтому их
нельзя проверить с помощью опыта. Например, с точки зрения Пуан-
каре, понятие энергии определяется только законом энергии. Значе-
ние конвенционализма для понимания того, о чем говорят физические
предложения, на мой взгляд, чрезвычайно велико. По-видимому, ни-
кто в такой степени не содействовал подрыву доверия к школьной фи-
лософии среди физиков, как Пуанкаре. Главным представителем этого
направления в Германии является Гуго Динглер, который, однако, в со-
ответствии с принципом «противоположности сходятся» придал кон-
венционализму столь крайнюю форму, что вновь сблизился со школь-
ной философией, объявив некоторые конвснции наиболее простыми
и, следовательно, единственно оправданными.
Прямое нападение на понятие истины школьной философии пред-
принял американский психолог Уильям Джемс в своей книге «Прагма-
тизм», благодаря которой прагматистский способ мышления получил
ібд

ФИЛИПП ФРАНК
широкое распространение, особенно в Америке. По мнению Джемса, ис-
тинность некоторой системы предложений, например, какой-то физи-
ческой теории, состоит не в том, что она является верной копией реаль-
ности, a в том, что она позволяет нам лучше ориентироваться в жизни,
в наших переживаниях и воздействовать на них в соответствии с нашими
желаниями. Согласно этому воззрению, которое по существу согласуется
с идеями Махау но более резко порывает с понятием истины школьной
философии, решение каждой проблемы заключается в построении неко-
торого способа действий, который может оказаться полезным для вне-
сения порядка в наши переживания и управления ими. Если, например,
нам извсстны все способы и правила создания машин, ссли мы знасм, как
она будет двигаться при данных обстоятельствах, то ясно, что дополни-
тельное знание о сущности материи и силы нам практически ничего бы
не дало. Если решение проблем понимать в смысле Джемса, то вопросы
такого рода вообще нельзя считать научными.
Анри Бергсоп в своем введении к французскому переводу «Прагма-
тизма» У.Джемса, из которого мы уже цитировали характеристику
школьной философии, хотя и не вполне словами Джемса, но очень ярко
и точно выражает прагматистское истолкование истины и науки.
Другие истолкования (школьной философии) делают из истины нечтотакое,
что уже существует до того, как ее впервые сформулирует человек. Мы гово-
рим: он был первым, кто ее увидел, однако она уже ожидала его, как ожидала
Америка Христофора Калумба. До сих nop она была скрыта ото всех взглядов,
так сказать, замаскирована, но он ее раскрыл. Совершенно иначе понимает
истину Угиіъям Джемс. Он не отрицает, что реальность по большей части не
зависит от того, что мы о ней говорим или думаем. Однако истина, которая
связана только с тем, что мы высказываем о реальности, и создается, с его
точки зрения, нашими высказываниями. Мы изобретаем истину, чтобы ис-
пользовать реальность, точно так же, как мы создаем механические при-
способления, чтобы использовать силы природы. Как мне представляется,
суть прагматистского понимания истины можно кратко выразить следую-
щим образом: если для других точек зрения новая истина является откры-
тием, то для прагматизма она представляет собой изобретение.
Часто возражают, утверждая, что прагматизм прав только в отношении
практического, но не теоретического значения науки. Однако уже сам
Джемс ответил на это возражение: «Каждый человек заинтересован,
прежде всего, в том, чтобы иметь возможность свободно дышать. Но
после этого его самая большая потребность, которая в отличие от боль-
шинства чисто телесных потребностей не допускает никаких отклоне-
170

KAKOBO ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
ний и которую он обязан удовлетворить без промедления, заключается
в том, чтобы согласовать его мысли в настоящий момент с его мыслями
при других обстоятельствах». Вскоре мы увидим, что непротиворечи-
вость или однозначность является существенным свойством всякого
знания, поэтому какая-либо противоположность между практическим
и теоретическим истолкованиями истины не имеет никакого отноше-
ния к прагматистскому учению об истине.
В своей собственной научной деятельности физик пользуется праг-
матистским понятием истины. «Соответствия мысли своему предмету»,
которого требует школьная философия, нельзя установить никаким
конкретным экспериментом. Опыт всегда дает лишь чувственное впе-
чатление, но не объект, поэтому здесь нет сравнения с объектом. На са-
мом деле физик всегда сравнивает одни чувственные впечатления с дру-
гими. Истинность теории он проверяет посредством того, что принято
называть «соответствием».
Так, например, для кванта действия h Планка различными спосо-
бами всегда получают одно и то же значение. Собственно, это означает
следующее: величину h можно строить из чувственных восприятий со-
вершенно разными способами —из восприятия излучения черных тел,
из бальмеровских серий спектра атома водорода и т.д. Теория, в кото-
рой h играет некоторую роль, утверждает, что во всех этих качественно
различных группах чувственных восприятий h получает одно и то же
числовое значение. Опять-таки речь идет только о сравнении друг с дру-
гом чувственных впечатлений. Этот способ действий, которым физик
привык руководствоваться в своей работе, МахиДжемссделгли общим
критерием истины.
Однако ко всему этому следует добавить, что с точки зрения пред-
ставителя математической физики в этих идеях есть нечто неопреде-
ленное, что требует уточнений, поэтому ему трудно принять всерьез
прагматистскую теорию истины. Отчасти это объясняется тем, что
Джемс и до некоторой степени также Max не слишком высоко оцени-
вали значение формальной логики для построения систем человече-
ского знания. Находясь в определенной оппозиции по отношению к
злоупотреблению логикой со стороны школьной философии, они спе-
циально подчеркивали «текучесть» знания в противоположность его
«логической неподвижности» или, можно сказать, в противополож-
ность его логико-математическому способу анализа, который они от-
носили к школьной философии, противопоставляя ему эволюционно-
биологический способ рассмотрения. Вследствие этого математики
и математически мыслящие физики часто выступали против учения
Маха и Джемса, a многие из них, привлеченные логическим облаче-
іуі

ФИЛИПП ФРАНК
нием школьной философии, вставали на ее сторону в борьбе с новей-
шими течениями.
Поэтому чрезвычайно важно то обстоятельство, что школьная фи-
лософия была подвергнута критике еще с одной, совершенно новой
стороны и затронула такую область, которая казалась непоколебимой,
a именно логику школьной философии. Вплоть до девятнадцатого сто-
летия используемая философами логика не слишком отличалась от уче-
ния, созданного еще Аристотелем. Но в связи с исследованиями по ос-
нованиям математики в логике все заметнее стало проявляться новое
течение, идущее вразрез со старой схемой Аристотеля. В Германии это
направление представлено, прежде всего, Шредером, Фрегеи Гилъбертом.
Благодаря использованию математической символики они расширили
область развития логики и придали ей ту гибкость, которой раньше
она не обладала. Появилась возможность создавать гораздо более ши-
рокие и сложные системы мысли, нежели те, которые были построены
школьной логикой.
Было показано—и это прежде всего заслуга английского математика
и логика Бертрапа Рассела и его учеников, в частности, австрийца Bum-
гепштейпа,— что вследствие узости своих схем логика школьной фило-
софии не в состоянии выразить некоторые мысли и что большая часть
предложений, которые школьная философия считала достоверными,
были достоверными только потому, что противоположные им предло-
жения нельзя было выразить в схемах аристотелевской логики.
Рассел указал на то, что роковая ошибка школьной логики заключа-
лась в предположении, будто каждое суждение некоторому субъекту
приписывает какое-то свойство в качестве предиката. Если, например,
говорят, что тело A движется относительно некоторого другого тела Д
то представитель школьной логики будет требовать, чтобы одному или
другому телу самому по себе был приписан предикат движения. Рассел
показал, что очень многие суждения говорят об отношении, о связи
двух объектов, и их нельзя свести к высказываниям о присущности свой-
ства отдельному объекту. Последние представляют собой лишь частный
случай высказываний об отношениях. Поэтому представителю школь-
ной логики кажутся бессмысленными высказывания, например, такого
вида: если два тела движутся относительно друг друга, то не имеет ни-
какого смысла спрашивать, какое из них «действительно» движется,
т. е. какому из них присущ предикат «находиться в движении».
Рассел очень точно высказался о школьной философии, которая бо
лее или менее осознанно принимала старую логику: «Бессознательное
убеждение в том, что всякое суждение должно иметь субъектнопреди-
катную структуру, иными словами, что всякий факт выражает присущ-
172

КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
ность вещи некоторого свойства, сделало большинство философов не-
способными как-либо понять мир науки и повседневной жизни... боль-
шинство из них стремились к истинному пониманию этого мира, но не
считали его подлинным и интересовались сверхчувственным, действи-
тельно реальным миром».
В то время как школьная философия с помощью старой логики легко
могла доказать бессмысленность прагматистского понятия истины
и даже релятивистского воззрения в физике, новая логика Рассела и его
школы оказалась пригодной для того, чтобы оказать помощь при по-
строении из чисто эмпирических и поэтому еще не вполне точных по
зиций Маха и Джемса реальной системы научного мировоззрения, кото
рая и в формально-логическом отношении превосходит школьную фи-
лософию.
Ориентирующиеся на физику и математику философы шли, прежде
всего, за Расселом и сначала почти не обращали внимания на Маха и тем
более Джемса. Они также отвергли понятие истины школьной филосо-
фии. Однако в отличие от прагматизма, который в самом общем виде
и несколько неопределенно характеризовал систему науки как инстру-
мент, который должен быть изобретен и построен для того, чтобы дать
нам возможность ориентироваться в наших чувственных впечатлениях,
они попытались исследовать структуру, строение этого инструмента.
Исследование было направлено на анализ тех методов, с помощью ко
торых физика подчиняет восприятия математической формальной
системе. На это бурно прогрессирующее естествознание ориентиро-
ваны те требования, которые предъявляются любому научному зна-
нию. Из каких элементов строится тот инструмент, который мы назы-
ваем наукой или познанием? Ответ на этот вопрос дает логико-матема-
тическое направление. Новое учение о познании утверждает: система
науки состоит из знаков.
Наиболее отчетливо эту точку зрения выразил Мориц Шлик в своей
«Общей теории познания» (2 изд., 1925)- КякиДжемс, Шлик опирается
на решительный отказ от понятия истины школьной философии.
«Раньше понятие истины почти всегда определяли как соответствие
мысли своему объекту...». Шлик показывает, что слово «соответствие»
не может означать какогото тождества или сходства, что подразумева-
ется при его обыденном употреблении, ибо между суждением и тем по
ложением вещей, к которому оно относится, не может быть никакого
сходства. И продолжает:
Bot так под лучами анализа тает понятие соответствия, означающее тож-
дество или сходство, и от него остается только однозначное соподчине-
173

ФИЛИПП ФРАНК
ние. В нем состоит отношение истинного суждения к реальности, a все те
наивные теории, согласно которым наши суждения и понятия как-то могут
отображать реальность, принципиально порочны. В слове «соответствие»
не остается никакого иного смысла, кроме однозначного соподчинения.
Поэтому следует отказаться от мысли, будто суждение в отношении положе-
ния дел может быть чем-то болыыим, чем просто знаком, будто оно может
каким-то образом адекватно описать, выразить или отобразить положение
дел. Ничего подобного нет. Суждение столь же мало отображает сущность
положения дел, как нотный знак—сущность звука или имя человека —сущ-
ность его личности.
Если бы всегда осознавали и помнили о том, что познание заключается
только в соподчинении знаков прсдмстам, то никогда бы не спрашивали,
возможно ли познание всщсй самих по себе. К постановке этой проблемы
может вести лишь мнение о том, что знание представляет собой некие зри-
тельные представления, отображающие вещи. Только опираясь на такое
представление, можно ставить вопрос о том, присущи ли отображению
те же самые свойства, что и самой всщи.
Как раз в области физического познания легко убедиться в том, что оно
заключается в однозначном соподчинении знаковых систем чувствен-
ным восприятиям. Так, например, электромагнитным явлениям в каче-
стве знаков можно сопоставить напряженность поля, распределение
электрических зарядов и материальные константы. Между этими зна-
ками устанавливаются формально-математические отношения— урав-
нения поля6.
Если мы, например, исходим из распределения электрических заря-
дов на поверхности шара, то этому восприятию в качестве знака сопос-
тавляется определенная математическая функция — заряд как функция
места. Если мы исследуем этот шар после какого-то времени, в течение
которого он не подвергался никаким воздействиям, то мы обнаружим
то же самое распределение зарядов; этому восприятию в качестве знака
сопоставляется некоторая константная величина распределенности за-
рядов. Если бы уравнения поля были такими, что после какого-то вре-
мени опирающиеся на них вычисления давали бы не константу, a ка-
кую-то иную функцию, то y нас была бы система знаков, которая элек-
6 Знаки, которые благодаря этим отношениям или более общим логическим
и математическим законам оказываются эквивалентными, можно сопостав-
лять одним и тсм же восприятиям, не нарушая однозначности в требуемом
смысле.— Прим. автора.
»74

КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
трическим состояниям шара сопоставляла бы различные знаки, не
эквивалентные друг другу. Вследствие этой неоднозначности мы бы то
гда сказали: наша система знаков, состоящая, с одной стороны, из зако
нов соподчинения знаков и восприятий и, с другой стороны, из связей
знаков друг с другом (в данном случае —из уравнений поля), не дает ни-
какого истинного знания об электрических явлениях.
Всякая верификация физической теории состоит в проверке того,
является ли однозначным устанавливаемое теорией соподчинение зна-
ков восприятиям. Если, например, в уравнения входит постоянная
Планка Â, то ей обозначается определенное восприятие, которое мы
можем конкретно воспроизвести, заменив Атак называемыми «наблю-
даемыми» величинами, т.е. такими знаками, которые посредством за-
конов сопоставления отнесены к конкретным восприятиям. Благодаря
этому также и величине h сопоставляется конкретное восприятие. Как
известно, h можно выразить посредством величин, которые связаны
с излучением черного тела или получаются из наблюдения бальмеров-
ских серий излучения атома водорода. Таким образом, оказывается,
что как будто h обозначает два восприятия, возникающие при вычис-
лении ее значений в двух различных областях явлений. Если бы при
этом получались различные значения для A, to одним и тем же знаком
h я обозначал бы два совершенно разных восприятая. Тогда система
уравнений, содержащая А, вместе с законами соподчинения (правилами
измерения) представляла бы такую систему знаков, которая не дает од-
нозначного обозначения восприятий, следовательно, не дает никакого
истинного знания. Из того, что в обоих случаях для h получается одно
и то же значение, я делаю вывод об однозначности знаковой системы,
т.е. об «истинности» теории.
Это сравнение значений величины, вычисленной из наблюдений
разными способами, представляет собой единственный метод, с помо
щью которого физики в своей реальной деятельности способны кон-
тролировать «истинность» той или иной теории. Так называемое непо-
средственное сравнение «наблюдаемых» или «вычисляемых» значений,
о чем часто говорят в физических работах, при более точном рассмот-
рении также оказывается не чем иным, как проверкой однозначности
знаковых систем. Если, например, силу тока я вычисляю, с одной сто-
роны, руководствуясь электронной теорией металлов, a, c другой сто-
роны, «наблюдаю» ее на гальванометре, то это мнимое наблюдение
также является вычислением, только на основе другой теории, a именно
теории гальванометра. На самом деле я вижу только штрихи на цифер-
блате, и при более точном анализе мои констатации окажутся резуль-
татом теории твердого тела. To, что я обычно называю сравнением на-
175

ФИЛИПП ФРАНК
блюдаемых и вычисленных значений, в нашем случае есть сравнение
значений силы тока, которые получаются на основе двух разных тео-
рий для одного и того же конкретного восприятия7.
Школьная философия единственный критерий истины для физика
истолковывает так: если для некоторой величины, скажем, А, различ-
ные способы дают одно и то же значение, то эта величина обладает ре-
альным существованием. Если под этим понимают только то, что входя-
щая в уравнения величина A вычисляется однозначным образом из явле-
ний различного рода, то против этого нечего возразить. Однако тогда
нельзя говорить, что из согласованности результатов измерений выво
дится реальное существование, ибо в этом случае существование тож-
дественно согласованности.
Поэтому всякий переход от физического опыта к реальному сущест-
вованию квантов действия, квантов электричества и т. п. ни в коей мере
не является научным выводом. Свое оправдание он находит только в ме-
тафизическом представлении о реальности школьной философии, со
гласно которой истинные предложения существуют до всякого опыта
и научное исследование их открывает точно так же, как Колумботкрыл
Америку.
Мне кажется, что для математика противоположность между школь-
ной философией, признающей метафизическую реальность, и научным
мировоззрением, которое принимает только конструкции из конкрет-
ных восприятий, лучше всего пояснить следующим образом.
Если y меня есть сходящаяся последовательность рациональных чи-
сел, предельным значением которой является иррациональное число,
то я могу установить сходимость без обращения к понятию иррацио-
нального числа. Мне нужно только установить, что разница между
двумя рациональными членами последовательности может стать сколь
угодно малой. Таким образом, если я определил только понятие рацио-
нального числа, то y меня имеется последовательность рациональных
чисел, которая обладает свойством сходимости, но не имеет никакого
предельного значения в области рациональных чисел. Каждому мате-
матику ясно, что нет никакого способа доказать существование пре-
дельного значения этой сходящейся последовательности. Только сама
сходящаяся последовательность является конкретным существующим
7 В предельном случае, когда некоторос значение «наблюдается самым непосред-
ственным образом», например, когда речь идет только о положении стрелки
на шкале, оно, тем не менсе, все-таки вычисляется на основе теории твердого
тела и теории излучения, поскольку непосредственно наблюдают только пля-
ску цветных пятен, a не местоположение стрелки.
176

КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
объектом. Но такую последовательность можно определить как ирра-
циональное число. Это означает, что во всех предложениях, в которых
идет речь об иррациональных числах, их можно заменять рассмотрен-
ными последовательностями рациональных чисел. Нет необходимости
и неоправданно логически говорить о реальном существовании ирра-
циональных чисел, независимо от рациональных чисел.
Если прибегнуть к сравнению, то можно сказать, что рациональным
числам соответствуют конкретные восприятия, a иррациональным чис-
лам—так называемые реально существующие истины. Некоторому мно-
жеству восприятий с сопоставленной ему знаковой системой, в кото-
рой можно установить такие согласованности, о которых мы говорили,
например, в случае постоянной h, соответствует сходящаяся последова-
тельность рациональных чисел. Однозначность знаковой системы уста-
навливается в рамках множества восприятий без ссылки на внешнюю
объективную реальность аналогично тому, как сходимость некоторой
последовательности чисел устанавливается без ссылки на предельное
значение.
И точно так же, как понятие иррационального числа определяется
только посредством сходящейся последовательности рациональных чи-
сел, понятие истинного существования, например, кванта действия А,
определяется посредством согласованности вомножестве восприятий.
И как слово «иррациональный» есть лишь сокращение для обозначения
сходящейся последовательности рациональных чисел, так и понятие
реально существующего кванта действия есть сокращение для целого
множества восприятий с приданной ему знаковой системой.
Совершенно ошибочно, как это часто бывает, говорить о том, что со-
гласованность h наиболее естественно объясняется посредством гипо-
тезы реального существовапия кванта действия. В гипотезе можно выска-
зать предположение лишь о возможных конкретных восприятиях, но
не о том, для чего есть слово, но нет никакого конкретного представ-
ления. Это объяснение было бы похоже на то, как если бы математик
сказал: существование сходящейся последовательности рациональных
чисел, не имеющей предельного значения, наиболее естественно объ-
ясняется посредством гипотезы о существовании иррациональных чи-
сел. На самом деле такое утверждение только ввело бы новое название
для сходящейся последовательности, не имеющей предельного значе-
ния, и точно так же утверждение о существовании кванта действия го-
ворит только о согласованности, a не о каком-то новом факте, и вовсе не
является гипотезой.
Я уже говорил о том, что развитие научного мировоззрения отчасти
задержалось вследствие того, что логико-математическое направле-
177

ФИЛИПП ФРАНК
ние встало в определенную оппозицию к биологопрагматистскому те-
чению, которому недоставало точности и которое, поэтому, порой от-
носили к школьной философии. Так, Рассел в своем сочинении «Наше
познание внешнего мира» по многим вопросам стоит к школьной фи-
лософии ближе, чем к философии Эрпста Маха. Но уже в немецком из-
дании этого сочинения в одном из примечаний Рассел говорит о том,
что по одному из важнейших пунктов он теперь согласен с Махом. Мне
кажется, что и y других представителей расселовского направления
крепнет убеждение в том, что учение Маха нельзя причислять к школь-
ной философии. Напротив, с помощью средств современной логики
его можно преобразовать в непротиворечивую стройную систему, ко
торая внесет важный вклад в разработку научного мировоззрения.
Несмотря на то, что согласно новейшему пониманию логика спо-
собна только на тавтологичные преобразования предложений, она не-
обходима для построения строго научного мировоззрения, ибо ббльшая
часть предрассудков школьной философии обусловлена простыми тав-
тологиями. Поэтому непредубежденный обзор всех возможных тавто
логичных преобразований дает возможность, опираясь на идеи Махау
построить научную систему, которая по своей логической строгости
превзойдет школьную философию.
Решительную попытку в этом направлении предпринял Рудольф Kap-
nan. B своей книге «Логическое построение мира», вышедшей в свет
в 1928г., он попытался, исходя из конкретных чувственньгх восприятий,
построить всю систему науки. Он постарался показать, что все предло
жения, в которых речь идет о физических или психических объектах,
можно заменить высказываниями о конкретных чувственньгх впечатле-
ниях. Правило, в соответствии с которым высказывание о понятии за-
меняется высказыванием о конкретном восприятии, Карнап называет
конструированием (Konstitution) данного понятия. В научных высказы-
ваниях разрешается использовать только такие понятия, конструиро-
вание которых известно. Основанием каждой науки является система
конструирования понятий. Последовательное построение такой сис-
темы с помощью современной расселовской логики Карпап и называет
логическим построением мира.
Согласно этому пониманию, научная проблема может состоять лишь
в вопросе о том, истинно или ложно некоторое научное высказыва-
ние. Но каждое такое высказывание —при условии, что известна конст-
рукция для входящих в него понятий, —можно свести к высказыванию
о конкретных чувственных восприятиях. Поэтому каждая проблема, ко-
торую можно назвать научной, заключается в вопросе о том, имеется ли
определенная связь между определенными конкретными восприятиями
178

КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
или нет. При этом Карнап показывает, что все связи, в конечном счете,
можно свести к воспоминанию о сходстве конкретных восприятий. По-
видимому, тогда можно допустить, что, в принципе, каждое такое сход-
ство можно установить, поэтому каждая научная проблема принципи-
ально разрешима.
Мы видим, что последовательное проведение точки зрения чисто
научного мировоззрения, что пытается делать Карпап, уводит нас го-
раздо дальше от пессимистического «не узнаем», чем логически менее
продуманный, но направленный к той же цели, прагматизм Джемса.
Карнап формулирует это следующим образом:
Наука, система понятийного познания, не имеет никаких ограничений... не
существует вопросов, ответы на которые были бы принципиально недоступ-
ны науке... y науки нет никакой предельной точки... относительно любого
высказывания, состоящего из научных понятий, можно установить, истин-
но оно или ложно.
Конечно, это отнюдь не означает, что нет никаких иных областей
жизни, кроме науки. Однако эти области —как, например, лирическая
поэзия — отделены от науки, сами по себе они не могут поставить ка-
ких-то проблем, которые были бы неразрешимы средствами науки.
Витгенштейн выражает это очень точно: «Для ответа, который не-
возможно высказать, нельзя также высказать и вопрос»8.
Поэтому вопрос, который любит задавать школьная философия,
действительно ли существует внешний мир, с позиции Карпапа и Вит-
генштейпа не только не может получить ответа, но не может быть даже
сформулирован, ибо не утвердительный ответ — ошибочная реалисти-
ческая гипотеза,—ни отрицательный идеалистический ответ нельзя
выразить с помощью конструируемых понятий. Иначе говоря, оба эти
ответа нельзя выразить в виде устанавливаемого отношения между кон-
кретными восприятиями. Здесь проявляется тесная связь между поня-
тиями истины прагматизма и новейшего логического направления.
Тенденцию, выраженную в работах Шлика и Карпапа, поддерживает
также Ганс Рейхенбах, который, однако, в своей статье в справочнике
по физике9 в некоторых вопросах соглашается с реалистической точ-
кой зрения, расходясь с Карнапом.
8 Перевод дан по изданию: Витгенштейн Л. Философские работы. Ч. і. М., «Гно-
зис», 1994* CJ2.— Прим. перев.
9 Handbuch der Phys., herausgegeben von Geiger und Scheel, Bd. IV. — Прим. аетора.
179

ФИЛИПП ФРАНК
После этого краткого обзора тех течений, которые, ориентируясь—
в отличие от школьной философии —на реальную практику физикома-
тематического исследования, пытаются строить чисто научное миро-
воззрение, мы вновь возвращаемся к нашему исходному пункту —к во-
просу о том, почему физики так часто отказываются судить о таких
вещах, как пространство, время и причинность, и предоставляют их
обсуждение философам.
Теперь мы могли бы сказать, что это нежелание свидетельствует
о том, что эти физики — сознательно или неосознанно — придержива-
ются учений школьной философии, согласно которым такого рода
проблемы решаются посредством методов, принципиально отличных
от тех, которыми пользуется физик. Если естествоиспытатель будет по-
следовательно придерживаться этой идеи, то в конечном счете он, как
Дюбуа-Реймонд, окажется в тупике «не узнаем».
Но если мы стоим на почве чисто научного мировоззрения, то мы
знаем, что решение научной проблемы может состоять только в том,
чтобы отыскать новую связь между конкретными восприятиями, иначе
говоря: прогресс состоит в однозначном обозначении восприятий не-
которой знаковой системой.
Можно также искать место в существующей знаковой системе для
новых восприятий, что мы называем чисто жспериментаіънъш иссле-
дованием. To, что еще более чистое экспериментальное исследование
должно давать нечто такое, что не нуждается в какой-либо знаковой
системе, я считаю иллюзией. По-видимому, можно, как правильно под-
черкивает Шлик, пережить какие-то явления, можно их узнать, не обра-
щаясь к знаковой системе, однако так не получишь никакого научного
знания. В лучшем случае при этом можно установить, например, что се-
годня в полдень видели какие-то цветовые пятна в определенных ком-
бинациях, хотя даже и при таком выражении более тщательный анализ
обнаружит, вероятно, сопоставление знаков переживаниям.
Работа физика-теоретика отчасти заключается в построении знако-
вых систем, т.е. в исследований следствий, которые вытекают из ос-
новных отношений знаковой системы. В сущности, это представляет
собой математическую задачу, например, интегрирование уравнений
поля или фундаментальных отношений между величинами поля. Дру-
гая часть работы физика-теоретика заключается в пополнении знако-
вой системы, причем при каждом введении нового знака должен вво-
диться также новый закон его соотнесения с восприятиями.
Когда, например, при исследовании твердости некоторого мате-
риала вводят новую гипотезу о строении его кристаллической ре-
шетки, то это означает изменение знаковой системы, a именно добав-
і8о

ФИЛИПП ФРАНК
отображали пространственно-временные восприятия, была объявлена
школьной философией изображением реального пространства и вре-
мени и провозглашена вечной истиной.
Но если, опираясь на научное мировоззрение, мы каждую проблему
истолковываем как проблему однозначного обозначения восприятий,
то при обозначении пространственно-временных впечатлений измене-
ния возможны точно так же, как и в остальной физике. Как существует
прогресс в учении о твердости, так существует прогресс в учении о про-
странстве и времени, обусловленный развитием нашего опыта.
Ни одну часть знаковой системы нельзя объявить неизменной на веч-
ные времена. Можно сохранить, в определенном смысле, старую кантов-
скую терминологию и объявить пространство и время рамками физиче-
ских явлений, но тогда следует считать, как справедливо отметил Рейхен-
баху что эти рамки должны подгоняться под расширяющийся опыт.
С появлением физики Галилея и Ньютона рухнула философия Аристо-
теля, пытавшаяся объявить вечной истиной античную физику. С появ-
лением теории относительности и квантовой механики не может со-
храниться философия, содержащая в себе устаревшие формы прежних
физических теорий.
Как взгляд школьной философии на пространство и время затруд-
няет понимание теории относительности, точно так же истолкование
ею причинности затрудняет понимание новейшей квантовой механики.
Я не буду здесь подробно говорить о проблеме причинности и останов-
люсь только на одном пункте.
Классическая физика понимала под законом причинности возмож-
ность вычислять будущие состояния, опираясь на исходное состоя-
ние. Если состояние мира или некоторой замкнутой системы точно
известно в какой-то момент времени, то оно известно и для всех буду-
щих моментов времени. Считали несомненным, что с помощью задан-
ных методов измерения можно определить значения величин, харак-
теризующих состояние, если и не со строгой точностью, то хотя бы
приблизительно. При этом предполагали, что совершенствование
методов измерения позволит достигнуть любой степени точности и,
в принципе, фундаментальным величинам, характеризующим состоя-
ние — длине, напряженности поля и т.п.-можно приписать точные
числовые значения.
Непоколебимая уверенность в этом опиралась на представление
школьной философии о том, что точные значения длины, напряжен-
ности поля и т. п. уже существуют, даже если они еще точно неизвестны.
Они как бы скрыты в скорлупе, о которой говорит Бергсон. Эту скорлупу
нужно разбить, чтобы извлечь истинные значения.
і82

КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
ление к ней геометрической фигуры, за счет которой выделяется со-
ответствующий материал. Такого рода деятельность каждый признает
конкретной работой физика. Однако от подобных изменений знаковой
системы постепенно можно дойти до таких изменений, которые фи-
зики часто рассматривают как «спекулятивные» или «философские»,
например, введение эйнгитейновской временной шкалы. Тем не менее
и здесь также речь идет только об установлении новых законов соот-
несения между знаками tu t\ входящими в наши уравнения, и нашими
восприятиями, a также о введении новой связи между самими знаками t
\\Ѵъ нашу знаковую систему. Однако нет никакого критерия, позволяю-
щего нам сказать, почему одно дополнение является конкретным фи-
зическим знанием, a другое — относится к числу философских. Для фи-
зика не существует ограничений такого рода. Имею ли я дело с измере-
ниями твердости, пространства или времени, это всегда связано только
с соотнесением нашей однозначной знаковой системы к нашим воспри-
ятиям. Нигде негп такого пункта, достигнув которого, физик мог бы сказать:
здесь моя работа заканчивается и за дело пусть берется философ.
Только в том случае, когда он опирается на школьную философию,
физик мог бы спросить: если я решил все проблемы, связанные с соот-
несением знаков времени к восприятиям, то какие из временных шкал,
допускаемых теорией относительности, говорят об истинном, реаль-
ном времени? На этот вопрос физик не ответит, на него должен отве-
чать философ.
Но почему же классическая физика жила в добром согласии со школь-
ной философией, a современная физика с ее теорией относительности
и квантовой механикой сразу же вступила с ней в конфликт—конфликт,
разрешить который физик, не желающий порывать со школьной фило-
софией, может только с помощью какого-то варианта учения о двойст-
венной истине? Он говорит приблизительно следующее: мы, физики,
говорим только об измерениях времепи, поэтому для нас важна теория
относительности; философы же говорят о подлинном времени, поэтому
для них, возможно, важно что-то другое. Даже если бы к этому учению
о двойственной истине, как это уже не раз бывало, относились с неко-
торой иронией, то это была бы ирония, обусловленная смущением. Од-
нако случается, что к HeNfy относятся вполне серьезно.
В период классической физики этого конфликта не было, что объяс-
няется очень просто. Понятие времени школьной философии, напри-
мер, имеет такое же эмпирическое физическое происхождение, как
и теория относительности, но оно относится к более раннему состоя-
нию физики, которое сегодня мы называем классическим. Знаковая
система, с помощью которой механика Ньютона и Евклидова геометрия
і8і

КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
Вполне естественно, например, что точную длину некоторого
стержня измерить нельзя. Но если я захотел бы осмысленно утверждать,
что посредством совершенствования методов измерения можно все
ближе и ближе подходить к этому точному значению длины, то нужно
было бы лишь спросить, a что, собственно, понимают под более точ-
ной длиной. Часто здесь появляется порочный круг. Точное значение
определяют как предельное значение, к которому приближаются изме-
рения при совершенствовании их методов. Но при этом предполага-
ется, что такое предельное значение существует. Однако эмпирически
мы можем указать лишь на определенную последовательность величин,
что не имеет никакого отношения к вопросу о существовании точного
значения.
Согласно атомистической теории, длина некоторого стержня есть
не что иное как расстояние между двумя крайними атомами. Но по-
скольку атом представляет собой систему электронов, постольку эту
длину можно свести к расстоянию между двумя электронами. Каждое
измерение состоит в сравнении измеряемого тела с некоторым этало-
ном. Но последний сам представляет собой систему электронов. Таким
образом, каждое измерение длины приводит, в конце концов, кустанов-
лению совпадения (Koinzidenz) электронов. При этом подразумевают,
конечно, не совпадение электронов в буквальном смысле, a такое явле-
ние, когда при взгляде в определенном направлении один электрон за-
крывает другой электрон. Но это означает, что измерение длины сво-
дится к наблюдению света, излучаемого обоими электронами. Ясно, что
разница в размерах, которая меньше длины волны соответствующего
света, не может играть никакой роли. Такая разница не может быть об-
наружена ни в каком эксперименте, и ее нельзя представить как некое
мыслимое восприятие. Возможность беспредельного улучшения тех-
ники измерения длины опирается на предположение о том, что можно
создать излучение со сколь угодно малой длиной волны. Но создание та-
кого излучения, которое должно обладать также сколь угодно большой
частотой, в свете экспериментов, обусловивших выдвижение кванто-
вой гипотезы, представляется невозможным, ибо тогда пришлось бы
приписать квантам света сколь угодно большую энергию. Впрочем, еще
одно обстоятельство, на которое впервые обратил внимание Гейзенберг,
делает невозможным точное измерение длины: при таком измерении
величина ошибки становится сравнимой с длиной волны излучаемого
света. Когда подходят к очень большим частотам, при которых импульс
световых квантов становится очень большим, невозможно установить
относительную скорость электронов (в нашем случае —относительный
покой двух электронов), так как полученный ими импульс от светового
і83

ФИЛИПП ФРАНК
кванта переводит их в неконтролируемое состояние. Это явленис из-
вестно как эффект Комптона.
Как не существует метода измерения длины некоторого стержня
с любой степенью точности, точно так же не существует метода изме-
рения с любой степенью точности, скажем, напряженности электри-
ческого поля. Каждое такое измерение основано на наблюдении силы,
воздействующей на пробное тело, помещенное в поле. Причем заряд
и величина этого тела предполагаются столь малыми, что они не оказы-
вают влияния на поле. Однако это предположение противоречит ато-
мистической гипотезе, согласно которой не существует сколь угодно
малых и слабо заряженных тел. Поэтому предположение о том, что на-
пряженность поля может быть измерена с любой степенью точности,
не имеет оправдания.
Физик, опирающийся на воззрения школьной философии, вынуж-
ден утверждать, что хотя и существуют абсолютно точные значения
длины и напряженности поля, но природаустроена таким образом, что
не позволяет нам открыть законы, необходимые для установления этих
значений. Это находится в полном соответствии с тем истолкованием
теории относительности, согласно которому каждая инерциальная сис-
тема (Bezugssystem) движется с некоторой абсолютной скоростью, но
законы природы устроены столь хитро, что они препятствуют наблюде-
нию этой скорости. Физик, защищающий подобное истолкование тео-
рии относительности, должен допускать существование такой реально-
сти, которой не соответствует ни одно конкретное восприятие. Точно
так же и тот, кто допускает существование абсолютной длины тел, под
словом «существование» должен понимать нечто такое, что не имеет
ничего общего с эмпирическим смыслом этого слова, связывающим су-
ществование с чем-то воспринимаемым.
В рамках нового понимания встает проблема: действует в природе
закон причинности или нет? Иначе говоря: можно ли посредством за-
дания начальных положений и начальных скоростей электронов од-
нозначно определить состояние системы для всех будущих моментов
времени? Если я формулирую уравнения, в которых это выполняется,
то еще совсем ничего нельзя сказать о реальных восприятиях. Нам из-
вестно, что даже в процессе последовательного приближения мы не мо-
жем однозначно сопоставить восприятиям какого-то точного положе-
ния и скорости электрона. Для наших восприятий положения и скоро-
сти электрона закон причинности не действует. Это обосновывается
опытами ио отклонению электронов при их принятом истолковании.
Если направить пучок электронов на решетку, то по начальноліу поло-
жению и скорости нельзя предсказать направления их отклонения.
184

КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРКМЕННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
Иногда утверждают, будто отсюда следует, что электрон выбирает
свое направление совершенно случайно или, как порой говорят в попу-
лярных изложениях, что здесь играет роль некий иррациональный эле-
мент, некая «одушевленность электрона». Однако обо всем этом можно
говорить, лишь исходя из представлений школьной философии, со-
гласно которым каждый электрон обладает определенными положе-
нием и скоростью, но они не определяют будущего.
Тогда с точки зрения чисто научного мировоззрения можно ска-
зать, что из конкретного восприятия положения и скорости электрона
нельзя однозначно предсказать будущего поведения электрона. Оказы-
вается, однако, что благодаря восприятию начальных условий опыта
можно предсказать частоту, с которой электроны будут отклоняться
в определенном направлении. Для этих частот (квадрат абсолютных
значений волновой функции) Шредингер в своей волновой механике ус-
танавливает строго каузальный закон. Входящим в этот закон величи-
нам и частотам можно, таким образом, сопоставить определенные вос-
приятия. Теории такого рода называют статистическими. Статисти-
ческий элемент заключается здесь в соотнесении восприятий знакам.
Co знаком, квадратом абсолютных значений волновой функции, соот-
носят не восприятия, a числа, которые получаются в качестве среднего
значения из множества конкретных восприятий.
Задача физики заключается в том, чтобы найти такие знаки, между
которыми установлены строгие отношения и которые можно однознач-
ным образом соотнести с восприятиями. Это соотнесение знаков к вос-
приятиям происходит в конкретных случаях. Когда знаки строго соот-
носятся с восприятиями, мы говорим о каузальной закономерности, при
более слабой соотнесенности—о статистической. Но я не верю в то, что
при более тщательном анализе здесь можно выявить какое-то строгое
различие. Сегодня нам известно, что с помощью положения и скорости
для отдельного электрона нельзя установить никакого каузального за-
кона. Однако отсюда не следует, что когда-нибудь обнаружат такие вели-
чины, с помощью которых поведение отдельной частицы можно будет
описать более точно, чем с помощью волновой функции и частоты. Ко-
гда мы в так называемом отдельном наблюдении устанавливаем некото-
рое число, то при этом наблюдаюттолько среднее значение, ибо никогда
нельзя выделить «точечного восприятия». Соотнесение знаков к воспри-
ятиям всегда включает в себя, строго говоря, некоторый статистический
или, если угодно, коллективный элемент. В конкретных случаях речь все-
гда может идти лишь о более или менее точном соотнесении.
Нельзя ставить вопрос, о котором часто думает физик, находящийся
под влиянием школьной философии: «Действует ли в природе строгая
і85

ФИЛИПП ФРАНК
причинность?» Следует спрашивать: «Как осуществляется соотнесение
восприятий и физических величин, связанных строгими законами?»
Здесь мы видим, каким образом физики, сознательно или неосоз-
нанно принимающие воззрения школьной философии, сталкиваются
с трудностями в понимании теории относительности и не хотят видеть
в современных физических теориях описание реального физического
опыта. Они легко склоняются к признанию таинственных элементов,
порождающих философские затруднения, и даже вступают в противо-
речие со здравым смыслом.
Если более тщательно исследовать характерные черты теории по-
знания классической физики и ее связи со школьной философией,
то можно придти к следующему выводу.
Общее убеждение состояло в том, что болыиие знаковые системы,
из которых состоят физические теории, устанавливают некие рамки,
которые лишь постепенно заполняются возрастающим опытом. Каза-
лось несомненным, что все явления можно свести к движениям мате-
риальных точек или к колебаниям некоей среды, что эти материальные
точки в каждый момент времени обладают определенными положением
и скоростью, исходя из которых, можно однозначно определить буду-
щие состояния, что существует единая временная шкала, с помощью ко-
торой все явления можно описать простейшим образом и т. п. Предпо-
лагали, что при заполнении этих рамок многое еще может измениться,
но основоположения останутся неизменными.
Благодаря теории относительности и квантовой механике это убеж-
дение было поколеблено. Теперь мы знаем, что даже в тех частях знако-
вых систем, которые образуют основы нашего исследования, должны
произойти большие изменения, и еще большие изменения их ожидают
в будущем. Мы больше не уверены, как это было раньше, в том, что фун-
даментальные основы наших знаковых систем уже приблизились к сво-
ему окончательному виду. Это вовсе не означает согласия с какой-то раз-
новидностью скептицизма, a свидетельствует лишь о том, что мы не
проводим болыие различия между разными областями наших знаковых
систем.
Как раныие физик был убежден в том, что с обогащением опыта, с усо-
вершенствованием техники измерений будут появляться все более точ-
ные и сложные структуры, будут вводиться новые физические величины,
так теперь он должен руководствоваться убеждением, что не существует
никаких навечно заданных рамок нашего исследования, воплощенных
в понятиях пространства, времени, причинности и не подвластных ни-
какому опыту. Даже для этих фундаментальных понятий существуют пре-
дельно общие правила соотнесения, и они зависят от опыта.
і86

КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ...
Классический физик мог придерживаться того мнения, что рамки
научного исследования уже установлены, поэтому он считал школьную
философию вечной истиной.
Только с точки зрения школьной философии наш современный фи-
зик-теоретик, допускающий изменения во всех частях знаковых сис-
тем, выглядит скептиком. С позиции же чисто научного мировоззре-
ния, которое только в восприятиях видит нечто устойчивое, знаковые
системы являются лишь вспомогательным средством, лишь инструмен-
том. В этом столь же мало скептицизма, как и в утверждении о том, что
самая совершенная машина для перемещения в пространстве вовсе не
должна быть похожей на современный самолет, она должна иметь с ним
лишь то общее, что с ее помощью можно летать.
И теперь мы возвращаемся к вопросу, поставленному в самом начале:
каково значение современных физических теорий для общей теории
познания?
Для школьной философии они означают отказ от рационального
мышления и представляют собой лишь предписания для изложения
результатов экспериментов, но не дают никакого знания о реальности,
которая должна изучаться иными методами. Но поскольку эти вненауч-
ные методы неизвестны, современные физические теории укрепляют нагие
убеждение в том, что и в вопросах, касающихся простражтва, времени и при-
чинности, существует научный прогресс, идущий рука обруку с прогрессом на-
гиего опыта. Нет никакой необходимости наряду с растущей и процве-
тающей областью науки допускать существование некоей темной об-
ласти, содержащей неразрешимые проблемы. И нет никакой границы,
за котпорой физика переходитп в философию, если задачу физики понимать
в смысле Эрнстпа Маха—в том смысле, который хорошо выразил Kap-
nan: «Систематизировать восприятия и из имеющихся восприятий вы-
водить ожидаемые восприятия».

ЗАМЕТКИ ОБ ИСТОРИИ
В противоборстве с метафизическгши направлениями в современной филосо-
фии все теснее сплачивают свои ряды представители научного миро-
воззрения. Они опираются на работу в конкретпных науках, методы ко-
торых и способы образования понятий они пытаются анализировать
и обобщать. Такие антиметафизические движения мы находим в Анг-
лии, где рядом с влиятельной спиритуалистической философией Рас-
сел и Уайтпхед (ныне в США), Рамсей (умер в ідзог) и другие продол-
жают поддерживать старые традиции великих эмпириков. В США
существует целый ряд эмпиристских направлений (прагматизм, бихе-
виоризм, инструментализм ит.п.), однако они лишь в незначительной
мере ориентируются на научное мировоззрение. К сожалению, мно-
гие работы эмпириков проникнуты метафизическими и даже теологи-
ческими настроениями. В современной России антиметафизический
дух, естественно, чрезвычайно силен, хотя в некоторых работах мате-
риалистические формулировки скрывают старое содержание. Систе-
матическая разработка научного мировоззрения ныне осуществляется,
прежде всего, в Берлине, Вене и Варшаве. В Италии и Франции ши-
роко известные эмпирики и логики Энрике(Enriques), Вайлати (Vailati),
Пеано, Пьери (Ріегі), Пуанкаре, Дюгем едва ли находят последователей
в более молодых поколениях (за исключением рано умершего Никода
(Nicod)).
Хранителем несколько односторонне истолкованной традиции
Маха до недавнего времени в Берлине был Й. Петцольд. Он основал
«Общество позитивистской философии», из которого позднее выросло
«Общество эмпирической философии» с более широкой программой.
Проблемы биологии в первую очередь разрабатывали медики под ру-
ководством Крауса и Герцберга, над проблемами технических дисциплин
работали Арко (Агсо) и Парсеваль. Затем вместе с Рейхенбахом, Дубисла-
вом, Греллингом и другими они объединились в Берлинский кружок. По-
следние обращали особое внимание на проблемы логики и физики как
1 Neirath О. Historische Abmerkungen // Erkenntnis, Bd. I, Leipzig, 1930-1931.
S. 311-339-
188

ЗАМЕТКИ ОБ ИСТОРИИ
исходный пункт теоретикопознавательной критики (исходный пункт
кантианства). Они находились под влиянием не столько немецкого ес-
тественно-научного материализма, сколько Гельмгольца, Планка, Больц-
манаи, прежде всего, Эйнштейна. На их способ мышления глубокое воз-
действие оказал математический Гёттинген, прежде всего, Клейн и Гиль-
берт. К числу их учителей можно отнести также Рассела.
Венский кружок Шлика (Карнап, Фейглъ, Ф. Франк, Геделъ, Ган, Нейрат,
Радакович, Вайсман и др.), a также его ближайшие сподвижники (Кайла,
Кауфман, Крафт, Менгер, Рейдемайстер, Цильзель и др.) в первую очередь
занимались исследованием оснований логики и математики, в част-
ности, анализом конкретных наук, среди которых на первом месте
стояла физика. Обсуждались также проблемы психологии и социоло-
гии, главным образом, с точки зрения единой науки. Публичная деятель-
ность этого кружка проявлялась, прежде всего, в работе «Общества
Эрнста Маха», которое последовательно выступало против всех форм
метафизики, a также в издаваемых Шликом и Франком «Трудах no науч-
ному миропониманию». Наиболее сильное влияние на Венский кружок
оказали Max, Пуанкаре, Эйнштейн, Фреге, Рассел и Витгенштейн.
«Общество Эрнста Маха» (Вена) и «Общество эмпирической фило-
софии» (Берлин) в 1929г. организовали и провели в Праге Конференцию
no теории познания точных наук, которой, в определенном смысле, пред-
шествовала Предварителъная конференция (Карнап, Реихтбах, Гер% Беман
и др.)- Обе эти организации в лице Карнапа и Рейхенбаха издают совме-
стный журнал «Erkenntnis» (издательство Феликса Майнера), в кото-
ром помещают материалы о своей текущей деятельности.
Кружок в Варшаве, включающий в себя Лесъневского, Лукасевича, Тар-
ского, Котпарбинъского и др., главным образом, через Твардовского испы-
тал влияние идей Брентпано и сохраняет определенную связь с теорией
предмета и феноменологией. Max и Авенариус воздействовали на твор-
чество Коршяиуса. Из логиков наибольшим влиянием пользуются Фреге%
Шрёдери Рассел. Главной областью исследований варшавян являются ло-
гистика и метаматематика.
Сторонники научного мировоззрения едины в своем стремлении
помочь наукам в логическом прояснении и эмпирической проверке
всех их высказываний. Поэтому они активно выступают против вся-
кой метафизики, в частности, против априоризма. Они отвергают все
виды недостаточно обоснованных предположений и находятся в са-
мой тесной связи с развитием современной физики, фундаментальные
идеи которой, выдвинутые, в частности, теорией относительности
и квантовой механикой, послужили исходным пунктом в создании на-
учного мировоззрения. Представители этого направления могут при-
і8д

OTTO НЕЙРАТ
нять активное участие в разработке проблем пространства-времени
и причинности. Движение к статистической физике, которое стало
особенно актуальным благодаря квантовой механике, носит эмпириче-
ский характер. Открытия современной физики никоим образом не за-
трагивают основ научного мировоззрения. Возможностъ создания но-
вой геометрии или статистической физики была предусмотрена в эм-
пиризме еще до того, как она была признана и стала разрабатыватъся
в физике. Однако научное мировоззрение резко отрицательно отно-
сится ко всяким попыткам метафизического истолкования волновой
механики. Поэтому представители научного мировоззрения уже от-
вергли все метафизические ссылки на энтелехию и свободу воли, ко-
торые якобы получают обоснование в квантовой физике. Точно так же
они противостоят виталистическим теориям в биологии — не потому,
что эти теории носят гипотетический и недостоверный характер, a по-
тому, что они вообще не имеют никакого смысла. Совершенно иначе
обстоит дело, когда констатируют, что статистические методы откры-
вают некоторую общность в законосообразностях физики и социоло-
гии. Как раз это вновь подтверждает основную идею научного миро-
воззрения, говорящую о том, что между различными областями науки
нет никаких принципиальных границ, и они разделены только в силу
практических соображений, и закладывает основания для построения
единой науки.
Представители научного мировоззрения в большинстве своем ощу-
щают себя передовыми прогрессивными людьми, они осознают себя уча-
стниками грандиозного революциопного процесса, вносящего дух научности
во все сторопы общественной жизни.
Отто Нейрат
БИБЛИОГРАФИЯ
А. ДОКЛАДЧИКИ И УЧАСТНИКИ ОБСУЖДЕНИЙ
Вильгельм Буркамп, профессор Университета Ростока
і. «Begriff und Beziehung» («Понятие и отношение»). Leipzig, 1927-—Предпри-
нята попытка построить логику в виде точного формализма.
2. «Die Krisis des Satzes vom ausgeschlossenen Dritten» («Кризис закона исклю-
ченного третьего»)//«Beiträgen zur Philosophie des deutschen Idealismus»
(«Докладах по философии немецкого идеализма»). Bd.4, Heft 2, 1927-—
190

БИБЛИОГРАФИЯ
Исследовано точное логическое значение закона исключенного третьего
и его многочисленные ошибочные истолкования.
3- «Die Struktur der Ganzheiten» («Структурацелостности»). Berlin, 1929.—Пред-
принята попытка дать точную формулировку проблеме целостности и рас-
крыть ее содержание.
Рудольф Карнап, приват-доцент Университета Вены
і. «Der Raum. Ein Beitrag zur Wissenschaftslehre» («Пространство. К вопросу
o наукоучении» (Erg.-Heft 56 der Kantstudien.) (Diss., Jena 1921.) 87 S. Re-
uther& Reichard, Berlin, 1922.
2. Über die Aufgabe der Physik und die Anwendung des Grundsatzes der
Einfachheit (O задачах физики и о применении принципа простоты). Kantstudien,
Bd. 28, S. 90-107, 1923.
3. Dreidimensionalitat des Raumes und Kausalität (Трехмерность пространства
и причинность). Ann d. Philos., Bd.4, S. 105-130, 1924.
4. Über die Abhängigkeit der Eigenschaften des Raumes von denen der Zeit (O зави-
симости свойств пространства от свойств времени). Kantstud. Bd.30, S. 331-
345. 1925-
5. Physikalische Begriffsbildung (Физикалистское образование понятий).
(Wissen u. Wirken, Bd. 39) 65 S.Braun, Karlsruhe, 1926. M. I. 20.
I. Качественная ступень: воспринимаемые вещи. II. Количественная сту-
пень: физические величины. III. Абстрактная ступень: четырехмерная кар-
тина мира. Указано, что в количественной физике качества не теряются, так
как количественный язык переводим в качественный.—Общедоступно.
6. Eigentliche und uneigentliche Begriffe (Собственные и несобственные поня-
тия). Symposion, Bd. 1, S. 355~374» 1927-
7- Der logische Aufbau der Welt. Versuch einer Konstitutionstheorie der Begriffe
(Логическое построение мира. Опыт конструкционной теории понятий).
290S. Benary, Berlin, 1928. 10.50 M., geb. M. 12.75.
Цель конструкционной теории: построение «конструкционной систе-
мы», представляющей собой родословное древо понятий. Каждое понятие
выводится, определяется, «конструируется» из предшествующих понятий.
Главный тезис конструкционной теории гласит: существует конструкцион-
ной система, охватывающая все понятия науки. Исходные понятия, к кото
рым сводятся все остальные, относятся к непосредственно данному, к свя-
зям чувственных переживаний. Из сводимости всех понятий вытекает своди-
мость всех высказываний науки к высказываниям об исходных понятиях.
Целью всех наук является «интерсубъективное», т. е. значимое для всех
субъектов, знание. Однако в качестве базиса конструкционной система
может использовать только «мои» переживания. Построение показывает,
191

OTTO НЕЙРАТ
что, несмотря на субъективную ограниченность базиса («методический со-
липсизм»), интерсубъективность все-таки достижима.
Из связей между моими переживаниями, прежде всего, конструиру-
ются чувственные качества и другие «собственно психические» объекты.
Из этого могут быть сконструированы физические предметы, так как все
знание о физическом сводимо к восприятиям. Из физических предметов
конструируется чужое психическое. Это чрезвычайно сомнительное утвер-
ждение вытекает из того факта, что познание каких-либо предметов чужо-
го психического всегда опирается на физическое.
Посредством анализа высказываний других людей (эти высказывания
рассматриваются сначала только как акустические явления) можно затем
сконструировать интерсубъективный мир, не выходя за рамки собствен-
но психического базиса.
Книга представляет собой, прежде всего, исследование сводимости
предметов одного рода к предметам другого рода. При этом в качестве вспо-
могательного средства широко используется современная логика (логи-
стика), в частности, теория отношений. В книге дан в основных чертах
набросок конструкционной системы, в основе которой лежит найденное
отношение сводимости.
В заключительной части из результатов исследования выводятся след-
ствия, касающиеся некоторых проблем традиционной философии, в част-
ности, проблемы реальности. Показано, что понятие реальности, исполь-
зуемое в формулировках реализма, идеализма и феноменологии (положи-
тельно или отрицательно), не может быть сконструировано. Таким образом,
все эти формулировки нельзя свести к высказываниям о чувственно дан-
ном, следователыю, они не имеют никакого смысла. Точно так же обсто-
ит дело со всеми метафизическими утверждениями. He существует прин-
ципиально неразрешимых вопросов. Каждый вопрос благодаря сведению
входящих в него понятий может быть переведен в вопрос о непосредствен-
но данных переживаниях. Допущение неразрешимых вопросов и выдви-
жение метафизических, не сводимых к чувственно данному, положений
обычно оправдывают ссылкой на то, что опытная наука также выходит за
рамки области чувственно данного (пример: электроны, чужое психиче-
ское и т.п.). Такое оправдание опровергается указанием на то, что конст-
руктивная теория доказывает возможность построения конструкционной
системы, которая опирается только на чувственно данное и, тем не менее,
включает в себя каждое научное понятие.
8. Scheinprobleme in der Philosophie. Das Fremdpsychische und der
Realismusstreit (Псевдопроблемы в философии. Чужое психическое и спор о реализ-
ме). 46S.Benary, Berlin, 1928.
192

БИБЛИОГРАФИЯ
I. Смысл теоретикопознавательного аналиэа. Его применение к позна-
нию чужого психического. 11. Очищение теории познания от псевдопроб-
лем. Применение к спору о реализме. В этой второй (легче понимаемой)
части проводится мысль о том, что высказывание имеет смысл только тогда,
когда оно является вещным, т. е. если можно представить себе то пережи-
вание, которое способно подтвердить или опровергнугь это высказыва-
ние. Утверждения реализма и идеализма о реальности или нереальности
внешнего мира (или чужого психического) не являются вещными, следо-
вательно, они бессмысленны.
g. Abriß der Logistik, mit besonderer Berücksichtigung der Relationstheorie und
ihrer Anwendungen (Очерк логистики с особым вниманием ктеории отно-
шений и ее применениям). (Schriften z. wiss. WeltaufF., Bd.2) 114S.Springer,
Wien, 1929.
I. Система логистики. Введение в символический метод логики (согласно
системе Рассела). Теория функций-высказываний, высказываний, классов
и отношений. II. Прикладная логистика. Примеры приложений: система
аксиом теории множеств, арифметика, геометрия, (релятивистская) топо
логия пространства-времени, логическое представление учения о кров-
нородственных связях; применение к логическому анализу языка. Задачи
и упражнения. He касаясь теоретических проблем логики, очерк дает воз-
можность изучить практическое применение логистического метода.
іо. Von Gott und Seele. Scheinfragen in Metaphysik und Theologie (O Боге и душе.
Псевдопроблемы в метафизике и теологии).—Общедоступный доклад, про-
читанный в «Обществе Эрнста Маха» в июне ід29г- Wolf, Wien, 193°-
Валътер Дубислав, приѳат-доцент Высгией технологической школы, Берлин
і. (mit К. W. Klauberg) Systematisches Wörterbuch der Philosophie (Системати-
ческий словарь no философии). 565 S. Meiner, Leipzig, 1923.
2. Über das Verhältnis der Logik zur Mathematik (O6 отношении логики к мате-
матике). Ann. d. Philos., Bd.5, S. 193-208, 1925.
3. Über die sog. Analytischen und synthetischen Urteile (O так наз. аналитиче-
ских и синтетических суждениях). 24 S.Weiss, Berlin, 1926.
4. Die Fries'sche Lehre von der Begründung. Darstellung und Kritik (Учение Фриза
об обосновании. Изложение и критика). io8S. Mattig, Dömitz, 1926.
5. Über die Definition (O6 определении). 74 S. Weiss, Berlin (1926), 2. A. 1927.
6. Zur kalkulmäßigen Charakterisierung der Definitionen (O характеристике опре-
делений посредством исчисления). Ann. d. Philos., Bd. 7, S. 136-145, 1928.
19З

OTTO НЕЙРАТ
7« Zur Lehre von den sog. schöpferischen Definitionen. Teile I u. II (O теории
так наз. креативных определений. Части і и 2). Philos. Jahrb. d. Göresges.,
Bd. 41, S. 467-479, 1928, Bd. 42, S. 42-53, 1929.
8. Zur Methodenlehre des Kritizismus (Кучению критицизма о методе). В1. f.
erzieh. Unt., Bd. 56, n.17, 18, 19, 1929.
9. Zur Methodenlehre des Kritizismus (Кучению критицизма о методе). 38 S.
Beyer, Langensalza 1929.
10. Über die Definition durch Abstraktion (O6 определении через абстракцию).
Arch. f. syst. Philos., Bd. 32, S. 14-27, 1929.
11. Zur Philosophie der Mathematik und Naturwissenschaft (O философии мате-
матики и естествознания). Ann. d. Philos., Bd. 8, S. 135-145, 1929-
12. Über Bolzano als Kritiker Kants (Больцано как критик Канта). Philos. Jahrb.
d. Göresges., Bd. 42, S. 357-368, 1929.
Герберт Фейглъ, доцент Высгией народной школы, Вена
і. Theorie and Erfahrung in der Physik (Теория и опыт в физике). (Wissen und
Wirken, Bd. 58.) 142 S.Braun, Karlsruhe 1929.
I. Общие основания. Описание и объяснение. Факты, гипотезы, теории.
Предмет физики: законосообразность мира. Количественный закон. Прин-
цип простейшего обобщения. II. Обзорѳажнейшихфитческих теорий. Копер-
никанская система как кинематическая теория. Механика. Оптика. Уче-
ние о теплоте. Учение об электричестве. Электронная теория. Преодоле-
ние механистического истолкования природы. Теория относительности.
Новые атомная и квантовая теории. III. Смысл и ценностъ физических теорий.
Отсутствие наглядности. Рабочие гипотезы, модели, фикции. Отказ от кан-
тианства и конвенционализма. Логическое построение и опытная провер-
ка теорий. Материальная простота относительно вероятности. Феномено-
логические и атомистические теории, идеалистическая и реалистическая
философия физики. Решение: нейтральный позитивизм.—Резюме.
2. Zufall und Gesetz (Случай и закон). (Sehr. z. wiss. Weltauff.) Springer, Wien.
(B печати)
Попытка общего анализа вероятностного подхода к исследованию реаль-
ности. Вероятность и относительная частота. Проблема смысла и пробле-
ма применимости. Соотношение каузальных и статистических закономер-
ностей. Наиболее общие и простые свойства мира как основания индук-
тивных наук.
194

БИБЛИОГРАФИЯ
Филипп Франк, профессор теоретической физики
Немецкого упиверситета Праги
і. Kausalgesetz und Erfahrung (Закон причинности и опыт). Ann. d. Naturphil.,
Bd.6, S. 445-450, 1907.
Когда закон причинности формулируют так, что за некоторым состояни-
ем A всегда следует одно и то же состояние В, то сталкиваются с тем затруд-
нением, что тождественность второго состояния можно установить лишь
за счет того, что из него опять вытекает то же самое состояние. Поэтому
закон причинности становится простым определением понятия «то же
самое состояние» и не допускает опытной проверки.
2. Mechanismus oder Vitalismus? Versuch einer präzisen Formulierung der
Fragestellung (Механицизм или витализм? Попытка точно сформулировать вопрос).
Vortrag і. d. Philos. Ges. Wien 1907. Ebenda, Bd. 7, S. 393-409, 1908.
Для применения каузальных законов в области естествознания необ-
ходимо установить, какие величины следует считать теми же самыми для
того, чтобы был выполнен причинный закон. Вопрос «Механицизм или
витализм?» может иметь лишь один смысл: «достаточно ли физических
величин для того, чтобы считать выполненным каузальный закон в области
живых организмов?» Невозможность этого до сих nop еще не доказана.
3- Gibt es seine absolute Bewegung? (Существует ли абсолютное движение? (Док-
лад 1909г.)) Wiss. Beilage z. 23- Jahresbericht (1910) der Philos. Ges. a. d. Univ.
Wien. 1910.
4. Das Relativitätsprinzip und die Darstellung der physikalischen Erscheinungen
im vierdimensionalen Raum (Принцип относителыюсти и представление
физических явлений в четырехмерном пространстве). Ann. d. Naturphil.,
Bd. 10, S. 129-161, 1911.
5. Die Bedeutung der physikalischen Erkenntnistheorie Machs für das Geistesleben
der Gegenwart (Значение физикалистской теории познания Маха для духов-
ной атмосферы современности). Naturwissensch., Bd. 5. S. 65-72, 191?-
Согласно мнению Маха, все физические высказывания можно сфор-
мулировать как высказывания о чувственных впечатлениях. Все допол-
нительные понятия, такие как понятие силы, энергии и т. п., являются
лишь вспомогательными, и их можно устранить. Благодаря этому даже
наиболее абстрактные утверждения получают конкретный фундамент.
Постепенное устранение вспомогательных понятий является подлинным
продолжением работы просвещения XVIII столетия. Напротив, «обоже-
ствление» вспомогательных понятий тянет нас назад, к средневековой
схоластике.
6. Josef Popper-Lynkeus zu seinem achtzigsten Geburtstag (Йозеф Поппер-Лин-
кей в свое 80-летие). Physical. Z., Bd. 19, S.57~59» 191^-
!95

OTTO НЕЙРАТ
y. Die statistische Betrachtungsweise in der Physik (Статистический метод в физи-
ке). Naturwiss., Bd. 7» S. 701-740, 1919.
8. Wissenschaft und Theologie (Наука и теология). Freier Gedanke, 1920, n.4.
9. Theologische Elemente in den exakten Wissenschaften (Теологические элемен-
ты в точных науках). Prager Tagblatt, 8 Dez. 1926.
10. Gibt es ein irrationals Moment in den Theorien der modernen Physik? (Есть ли
иррациональный момент втеориях современной физики?) N.Zurich. Ztg.,
17 Dez. 1928.
11. Über die Anschaulichkeit physikalischer Theorien (O наглядности физиче-
ских теорий). Naturwiss., Bd. 16, S. 122-128, 1928.
Über die «Anschaulichkeit» physikalischer Theorien (O «наглядности»
физических теорий).
Современные физические теории, такие как теория относительности
и квантовая теория, часто упрекают в отсутствии наглядности. С точки
зрения физики, это совершенно неверно. Наглядность здесь может состо-
ять только в том, что каждое высказывание можно сформулировать в виде
высказывания о наблюдаемом или о связи между наблюдаемыми явлениями.
За упреком в отсутствии наглядности на самом деле скрывается примитив-
но-механистическое представление о мире, выражаемое Ленардом и Лени-
ным. Но развитие материализма Лапласа как раз и состоит в истолковании
современной физики в духе теории познания Маха. Сущность материализ-
ма, математическая формулировка законов сохраняются, однако вместо
вспомогательного понятия материальной точки по-настоящему прочным
фундаментом теперь оказывается чувственное восприятие.
12. Die Kausalität und ihre Grenzen (Причинность и ее границы). (Sehr. z. wiss.
Weltauff., Bd. 5) Springer, Wien. (B печати)
Издатель (совместно со Шликом) сборника: Schriften zur
wissenschaftlichen WeltaufFassung (Труды no научному мировоззрению) (см. с.47)-
Der Charakter der modernen physikalischen Theorien (Характер совре-
менных физических теорий) (вскоре появится в журнале «Scientia»).
Курт Греллинг, Берлин
і. Über einige neuere Mißverständnisse der Friesschen Philosophie und ihres
Verhältnisses zur Kantischen (O некоторых новых ошибочных истолкова-
ниях философии Фриза и ее отношения к философии Канта). Abhandl.
d. Friesschen Schule, Bd. 1, 1906.
2. Das gute, klare Recht der Freunde der anthropologischen Vernunftkritik,
verteidigt gegen Ernst Cassirer (Подлинный друг антропологической критики
разума (в защиту Эрнста Кассирера). Ebenda, Bd. 2, S. 153" 19°» 190&-
3- Греллинг и Нельсон (Nelson). Bemerkungen zu den Paradozien von Russell
196

БИБЛИОГРАФИЯ
und Burali-Forti (Замечания о парадоксах Рассела и Бурали-Форти).
Ebenda, Bd. 2, S. 301-334» і9°8-
4- Die Axiome der Arithmetik mit besonderer Berücksichtigung der Beziehungen
zur Mengenlehre (Аксиомы арифметики в связи с теорией множеств). Diss.
Gottingen, 1910.
5. Die philosophischen Grundlagen der Wahrscheinlichkeitsrechtung (Философ-
ские основания исчисления вероятностей). Abh. d. Fr. Seh., Bd. 3, S.439-
478, 1910.
6. Philosophische Grundlagen der Politik (Философские основания политики).
Sozialist. Mon., 1916.
7. Mengenlehre (Теория множеств). (Math.-Phys. Bibl., Bd. 58) 49 S.Teubner,
Leipzig 1924.
Популярное изложение общей теории множеств.
8. Philosophy of the exact sciences: its present status in Germany (Философия точ-
ных наук: ее современное положение в Германии). The Monist 1928- Auch
im Sammel-Bd.: Philosophy today, hsg. v. Schaub, Chicago 1928.
Краткий обзор немецкой философии точных наук с 1914 г-
Кроме того:
— рецензии на книги Наторпа, Бергмана, Кельзена, Динглера, Рейхенба-
ха, Левина, Шлика, Гертца, Беггерова, Липсиуса, Буркампа в: D. L.Z., Zs.
f. math. u. nat. Unt. u. a.;
— рефераты в: Jahrb. f. d. Fortschritte d. Math;
— переводы: Enriques. Probl. D.Wîss. (Энрике. Проблемы науки), ідю; Рас-
сел (13)» (*8), (2о), (22); Meyerson. Identität u. Realität (Мейерсон. Тож-
дество и реалыюсть), 1929-
Ганс Ган, профессор математики Венского университета
і. Mengentheoretische Charakterisierung der stetigen Kurve (Теоретико-множе-
ственная характеристика непрерывной кривой). Sitz.-Ber., Akad. Wien, Bd.
123,8.2433-2489, 1914.
2. Besprechung von: A. Pringsheim. Vorlesungen über Zahlen- und Funktionslehre
(Обсуждение работы: A. Принсгейм. Лекции о теории чисел и функций).
Gott. gel. Anz. 1919^.321-347-
3. Anmerkungen zu: B.Bolzano. Paradoxien des Unendlichen (Замечания к
книге: Б.Больцано. Парадоксы бесконечного). 156 S. Meiner, Leipzig 1920.
4. Arithmetische Bemerkungen (Заметки об арифметике). Jahresber. d. D. Math.
Ver., Bd. 30, S. 170-175, 1921.
5. Überflüssige Wesenheiten (Occams Rasiermesser) (Излишние сущности (бритва
Оккама). Общедоступный доклад, прочитанный в Обществе Эрнста Маха,
май 1929- Wolf, Wien 1929- (В печати)
197

OTTO НЕЙРАТ
6. Mathematik und Logik (Schriften z. Wiss. Weltauff.) (Математика и логика.
(Статьи о научном мировоззрении). Springer, Wien. (B печати)
7- Mengentheoretische Geometrie (Теоретико-множественная геометрия).
Naturwissenschaften 1929.
Хассо Герлеп (Härten), Дордрехт
і. Über Vollständigkeit und Entscheidbarkeit (O полноте и pa3peuiHMOCTH).Jahres-
ber. d. deutsch. Math.-Vereinigung, Bd. 37, 1928.
Разработка интуиционизма с формалистической точки зрения. Услов-
ный характер формальной математики.—Полнота (невозможность попол-
нения) и закон исключенного третьего. Разрешимость непополняемой
системы.—Приложение: доказательство существования минимальной
интерпретации для некоторой системы аксиом при условии, что аксио-
мы удовлетворяют определенным условиям построения.
2. Über Axiomensysteme als Satzfunktionen (Система аксиом как функция-выска-
зывание). Atti del congr. Intern, d. Math., Bologna, Sept. 1928.
Функции-высказывания (высказывания с переменными) особого рода
с двумя видами переменных: основные переменные и индексированные
переменные (основные отношения и их разновидности).—Система акси-
ом как явное определение основных отношений и как неявное (т. е. несоб-
ственное!) определение их разновидностей.
3- Sur la paradoxie logique dans la théorie des ensembles (Парадоксы логики
и теории множеств). Comptes modus de 1, Akad. d. sc, Paris 1927, Tome 187.
(Франц. яз.)
Схема всех парадоксов. — Парадоксы и диагональный метод.
4- Die logische Grundlage eines mathematischen Beweisverfahrens (Логические
основания математических методов доказательства). Verhandlungen des
I. slawischen Mathematikerkongresses. Warschau, Sept. 1929.
Критические замечания о парадоксах и теориях их устранения.—Услов-
ный характер обычных теорий, устраняющих парадоксы, и определенных
утверждений общей математики.
5- Bemerkungen zu der Arbeit des Herrn Behmann «Zu den Widersprüchen der
Logik und der Mengenlehre» (Замечания на работу: Беман. «О непротиво-
речивости логики и теории множеств»). Jahresbericht d. deutsch. Math.-
Vereinigung, Bd. 39, 1930.
Обязателыю ли основания логики должны быть семантическими?
6. Die Entscheidbarkeit einer Wissenschaft mit unendlichem Dingbereich (Разре-
шимость науки с бесконечной областью предметов). Verhandlungen des
I. slawischen Mathematikerkongresses. Warschau, Sept. 1929.
198

БИБЛИОГРАФИЯ
Пауль Гертц, профессор Геттингенского университета
(Неуказаны чисто физические работы)
і. Über die statistische Mechanik der Raumgesamtheit und den Begriff der
Komplexion (O статистической механике пространственной совокупности и поня-
тии сложности). Math. Ann. Bd. 74» S. 153, 1913.
2. Statistische Mechanik (Статистическая механика)//Weber-Gans, Repertorium
der Physik, 1.2. S. 436fr., Leipzig 1916.
Обычно стремятся к наиболее полному представлению принципов ста-
тистической механики и придают гораздо меньшее значение отдельным ее
применениям, в частности, выведению общих термодинамических прин-
ципов из основоположений механики. В этом отношении данная статья
следует тенденции известной работы Гиббса. Она отличается, во-первых,
большим вниманием к микроканоническим совокупностям по сравнению
с каноническими, во-вторых, вниманием к реальным совокупностям по срав-
нению с возможными совокупностями. Предпринята попытка получить
положения статистики из теории реальных совокупностей. Однако это
не следует понимать так, что понятие возможной совокупности лишает-
ся всякого применения. Оно также необходимо, тем не менее его следует
рассматривать как отображение реальной совокупности. Этот принцип
получает более широкое значение для основ исчисления вероятностей. He
статистическая механика должна рассматриваться как область применения
исчисления вероятностей, но наоборот, принципы исчисления вероятно-
стей должны математически выводиться из основных принципов механи-
ки. Такова позиция объективной теории вероятностей. Вероятность неко-
торого события истолковывается как его частота во всей совокупности
реальных событий. Принимается аксиома, задающая значение этой веро-
ятности через относительное время существования.
3- Издатель и комментатор (вместе со Шликом) книги: Н. v. Helmholtz
erkenntnistheoretische Schrifften (Г. Гельмгольц. Теоретико-познавательные статьи).
Berlin, 1921.
4. Über das Denken und seine Beziehung zur Anschauung (O мышлении и его
отношении к созерцанию). Berlin, 1923-
Мышление означает ожидание, если его предмет еще не вступил в соот-
ветствующую связь. Эта «трансценденция» делает невозможным объяснение
мышления с помощью ассоциативных связей. Но если юмовского понятия
ассоциации недостаточно, то отсюда еще не следует, что его нужно цели-
ком отбросить. Можно попытаться исследовать, нельзя ли его изменить
соответствующим образом и нельзя ли как-нибудь от нетрансцендентных
ассоциаций перейти к трансцендентным. В этом состоит основной вопрос,
обсуждаемый в книге.
199

OTTO НЕЙРАТ
5- Über Axiomensysteme für beliebige Satzsysteme (O системе аксиом для любой
системы предложений). Math. Ann. Bd. 87, S. 246, 1921, Bd. 89, S. 76, 1923,
Bd. 101, S. 457, 1929.
6. Jahresberichte der deutschen Mathematikervereinigung (Годовые отчеты Немец-
кого математического общества). з1- I- 1922» S. 154» 8. II. і925» S.45* Ann.
d. Philos. Bd. 8, S. 178, 1929 (Hamburger Vortrag).
7. Reichen die üblichen syllogistischen Prinzipien für das Schließen in der
positiven Logik elementarer Sätze aus? (Достаточно ли обычных силлогистиче-
ских принципов для выводов в позитивной логике элементарных предло-
жений?) Ann. d. Philos. Bd. 7, S. 175, 1928.
B этой работе предпринята попытка развить учение Аристотеля о выво
де, не прибегая к символике и средствам современной логики. С логиче-
ской (не теоретико-познавательной) точки зрения исследовано значение
понятия «аксиома». С точки зрения логики, аксиомы вовсе не обязаны
быть самоочевидными, поэтому понятие аксиомы относительно: для дан-
ной системы предложений могут быть избраны различные системы акси-
ом. Именно поэтому важно знать, когда такое положение дел имеет место,
т. е. какой должна быть структура системы предложений для того, чтобы
для нее можно было сформулировать несколько систем аксиом.
Когда y нас имеется несколько систем аксиом, желательно выбрать
из них ту, которая обходится наименьшим числом аксиом. Поэтому для
определенных случаевуказано, каким образом можно получить минималь-
ную систему аксиом. Число аксиом можно уменьшить за счет введения таких
элементов, которые сами не принадлежат системе, a используются лишь
в целях ее аксиоматизации. Такие элементы называются «идеальными» эле-
ментами. Важно исследовать эти элементы, ибо они играют важную роль
как в науке, так и в повседневной жизни.
Рихард фоп Мизесу профессор прикладной математики
Берлинского университета
Отмеченные «звездачкой» (*) работы являются
чисто математическими
і*. Fundamentalsätze der Wahrscheinlichkeitsrechnung (Фундаментальные поло-
жения исчисления вероятностей). Math. Zs. Bd. 4» H. 1/2, S. 1-97, 1919.
2. Marbes «Gleichförmigkeit in der Welt» und die Wahrscheinlichkeitsrechnung
(Принцип «единообразия мира» и исчисление вероятностей). Naturwiss.,
Bd. 7, H. 11, 12, 13, S. 168-175, 186-192, 205-209, 1919.
3*. Grundlagen der Wahrscheinlichkeitsrechnung (Основы исчисления вероят-
ностей). Math. Zs., Bd. 5, H. V2, S. 52-99, 1919.
4. Ausschaltung der Ergodenhypothese in der physikalischen Statistik (Исключе-
200

БИБЛИОГРАФИЯ
ние эргодической гипотезы из физической статистики). Phys. Zs., Bd. 21,
S. 225-232, 256-262, 1920.
5. Naturwissenschaft und Technik der Gegenwart (Естествознание и техника сего-
дня). Antritts- und Abschiedsrede, gehalten am 24. Febr. 1920 in Dresden. Zs.
D.Vereins Dtsch. Ingenieure, H. 35, S.687-690, H. 36, S.717-719, 1920.
— Mit Zusätzen (C дополнениями). Abh. U. Vortr. A. D. Gebiete d. Math. Natur-
wiss. U.Technik, H. 8, 32 S., Teubner, 1922.
6*. Über die Wahrscheinlichkeit seltener Ereignisse (O вероятности редких собы-
тий). Zs. F. angew. Math. u. Mechanik, Bd. I, S. 121-124, 1921.
7*. Das Problem der Iterationen (Проблема итерации). Zs. F. angew. Math.
u. Mechanik, Bd. I, S. 298-307, 1921.
8. Über die gegenwärtige Krise der Mechanik (O современном кризисе механи-
ки). Zs. F. angew. Math. u. Mechanik, Bd. I, S.425-431, 1921.
9*. Über die Variationsbreite einer Beobachtungsreihe (O диапазоне вариаций
наблюдаемого ряда). Sitzungsber. D. Berliner Math. Ges., Bd. 22, 1923.
10. Über das Gesetz der grossen Zahlen und die Häufigkeitstheorie der
Wahrscheinlichkeit (O законе больших чисел и частотной теории вероятностей).
Naturwiss., Bd. 15, S.497"5°2» 1927-
11. Wahrscheinlichkeit, Statistik und Wahrheit (Вероятность, статистика и исти-
на). Springer, Wien, 1928.
Отпто Нейрат, директор Вепского музея жономики
(Des Gesellschafts- u. Wirtschaftsmuseums)
1. Совместно с Ольгой Ган-Нейрат, Вена: Zum Dualism in dei Logik (O дуализ-
ме в логике). Arch. F.Syst. Phil., Bd. 15, S. 149-162, 1909.
Zur Behebung einer Unsymmetrie im Dualismus. Im Anschluß an den Schröder-
schen Kalkül (O6 устранении несимметричности в дуализме. В связи с исчис-
лением Шредера (также (г), (з)).
2. Eindeutigkeit und Kommutativität des logischen Produktes «ab» (Однозначность
и коммутативность логического произведения «ab»). Ebenda, S. 342-344.
3. Definitionsgleichheit und symbolische Gleichheit (Равенство по определению
и символическое равенство). Ebenda, Bd. 16, S. 142-144» 191°-
Тавтологичная подстановка равных отличается от чистой подстанов-
ки равных знаков.
4- Nationalökonomie und Wertlehre (Национальная экономика и учение о цен-
ностях). Zs. F.Volkswirtsch., Bd. 20, S. 52fr, 1911.
Попытка дать непротиворечивое представление всех учений, рассмат-
ривающих богатство и бедность общественных групп. Продолжение в (9),
атакже: Wirtschaftsplan und Naturalrechnung (Хозяйственное планирование
и натуральный продукт). Laub, Berlin. 1925- Обзор важнейших работ в этой
201

OTTO НЕЙРАТ
области см. в: Durch die Kriegswirtschaft zur Naturalwirtschaft (От военного
хозяйства к натуральному хозяйству). 231 S.Callwey, München, ід1^
5. Das Problem des Lustmaximums (Проблема максимального удовольствия).
Jahrb. D. Philos. Ges. A. D. Univ. Wien, 1912.
6. Die Verrirrten des Cartesius und das Auxiliarmotiv (Заблуждение Декарта
и вспомогательная мотивация.) Ebenda, 1913.
Проблема Буриданова осла. Однозначность действия не всегда чисто
логически вытекает из однозначности представления. Продолжение (5).
7- Prinzipielles zur Geschichte der Optik (Столкновения принципов в истории
оптики). Arch. F.Gesch. D.Nat. 1915, S.37iff.
Анализ противостояния волной и корпускулярной теорий света.
8. Zur Klassifikation von Hypothesensystemen (Классификация систем гипотез).
Jahrb. D. Philos. Ges. A. d. Univ. Wien, 1916.
Вследствие пересечений обычные дихотомии оказываются неприменимыми,
показано на примерах из (7).
9- Das Begriflfsgebäude der Wirtschaftslehre und seine Grundlagen (Система понятий
экономики и ее основания). Zs. F. D. Ges. Staatswiss., Bd. 73, S. 4840*., 1917.
10. Antispengler (Антишпенглер). 96 S.Callwey, München, 1921.
I. Отказ OT Шпенглера. II. Фазы культуры. III. Характер культуры.
IV. Описание мира (цель и методы описания мира в смысле научного миро
воззрения).
11. Der wissenschaftliche Gehalt der Geschichte und Nationalökonomie (Науч-
ное содержание истории и экономической науки). (Sehr. Z. wiss. Weltauff.,
Bd. 4) Springer, Wien. (B печати)
Ганс Рейхенбах, профессор Берлинского униѳерситета
і. Der Begriff der Wahrscheinlichkeit für die mathematische Darstellung der
Wirklichkeit (Понятие вероятности в математическом представлении реаль-
ности). 79S.Diss., Erlangen 1915' Barth, Leipzig, 1915*urK* Zs- F.Philos. U.Phil.
Krit., Bd. 161, S. 2090°., 1917.
2. Die physikalischen Voraussetzungen der Wahrscheinlichkeitsrechnung (Физи-
ческие предпосылки исчисления вероятностей). Naturwiss., Bd. 8, S. 460*.
U. 349ff., 1920; Zs. F. Phys., Bd. 2, S. 130 bis 171, 1920; Bd. 4, S. 448-450, 1921.
3. Philosophische Kritik der Wahrscheinlichkeitsrechnung (Философская крити-
ка исчисления вероятностей). Naturwess., Bd. 8, S. i46ff., 1920.
4. Relativitätstheorie und Erkenntnis a priori (Теория относителыюсти и апри-
орное познание). і юS.Springer, Berlin, 1920. M. 4—•
5. Der gegenwärtige Stand der Relativitätsdiskussion. Eine kritische Untersuchung
(Современное состояние дискуссий об относительности. Критический ана-
лиз). Logos, Bd. 10, S. 316-378, і922-
202

БИБЛИОГРАФИЯ
См. также ответы на возражения против теории относительности:
Динглеру (Dingler. Phys. Zs., Bd. 22, 8.379-384, 1921), T. Вульфу (Th. Wulf.
Astron Nachr., Bd. 213, S. 397fr., 1921), Андерсону (Anderson: Ebenda, Bd.
215, S. 373fr., 1922).
6. La signification philosophique de la théorie de la relativité (Философское зна-
чение теории относительности). Revue philos. De la France, Bd. 47, 1922.
(Франц. яз.)
7- Axiomatik der relativistischen Raum-Zeit-Lehre (Аксиоматика релятивистско-
ro учения о пространстве-времени). (D.Wissensch., Bd. 72) 161 S.Vieweg,
Braunschweig, 1924. M. 6.—, gebd. M. 7.50.
Подготовительные работы: Phys. Zs., Bd. 22, S. 683fr., 1921; Zs. F. Phys., Bd. 9,
S. 11 iff., 1922.
8. Различные статьи: вероятность, теория ошибок, эргодическая гипотеза,
теорема Бернулли и др. в: Physikalisches Handwörterbuch, hrsg. v. Berliner
u. Scheel, Springer, Berlin, 1924.
9. Die relativistische Zeitlehre (Релятивистское учение о времени). Scientia, Bd.
36,8.361-374. 19*4-
ю. Die Bewegungslehre bei Newton, Leibniz und Huyghens (Учение о движении
y Ньютона, Лейбница и Гюйгенса). Kantstud., Bd. 29, S. 416-438, 1924-
il. Planetenuhr und Einsteinsche Gleichzeitigkeit (Планетные часы и эйнштей-
новская одновременность). Zs. F. Phys., Bd. 33, S.628fr., 1925.
12. Über die physikalishen Konsequenzen der relativistischen Axiomatik (O физи-
ческих следствиях релятивистской аксиоматики). Zs. F. Phys., Bd. 34, S. 32fr.,
1925-
13. Wahrscheinlichkeitsgesetze und Kausalgesetze (Вероятностный закон и при-
чинный закон). Umschau, Bd. 29. 8.789-792» 1925-
14- Die Kausalstruktur der Welt und der Unterschied von Vergangenheit und
Zukunft (Каузальная структура мира и разница между прошлым и будущим). Вег.
d. Munch. Akad., math.-nat. Abt., 1925, S. 133-175.
15. Die Probleme der modernen Physik (Проблемы современной физики). Neue
Rundschau, 1926, S. 4146*.
16. Methaphysik und Naturwissenschaft (Метафизика и естествознание). Vortrag
a. d. Tagg. d. Kantges. Halle, 1925. Symposion, Bd. I, S. 158-176, 1927.
17. Lichtgeschwindigkeit und Gleichzeitigkeit (Скорость света и одновремен-
ность). Ann. d. Philos., Bd. 6, S. 128-144, 1927.
18. Von Kopernikus bis Einstein (Wege zum Wissen.) (От Коперника до Эйнштей-
на (Путь к знанию)). Ullstein, Berlin, 1927-
19- Ein neues Atommodell (Новая модель атома). Umschau, Bd. 31, S. 281-284,
1927.
20. Wandlungen im physikalischen Weltbild (Изменения в физической картине
мира). Zs. f. ang. Chemie, Bd. 41, S. 347fr., 1928.
203

OTTO НЕЙРАТ
2i. Philosophie der Raum-Zeit-Lehre (Философия пространства-времени). 380
S.Gruyter, Berlin, 1928. M. 18 —, gebd. M. 20.—.
22. Die Weltanschauung der exakten Wisenschaften (Мировоззрение точных наук).
Böttcherstraße, ig28,S.44ff.
23. Stetige Wahrscheinlichkeitsfolgen (Устойчивые вероятностные выводы). Zs.
f. Phys., Bd. 53, S. 274-307, 1929.
24. Zur Einordnung des neuen Einsteinschen Ansatzes über Gravitation und
Elektrizität (O систематизации новых идей Эйнштейна о гравитации и электри-
честве). Ebenda, 8.683-689.
25- Die neue Theorie Einsteins über die Verschmelzung von Gravitation und
Elektrizität (Новая теория Эйнштейна о слиянии гравитации и электричества).
Zs. f. ang. Chemie, Bd. 42, S. 121-123, 1929.
26. Das Kausalproblem in der gegenwärtigen Physik (Проблема причинности
в современной физике). Ebenda, S.457^-
27. Bertrand Russell (Бертран Рассел)//Obelisk-Almanach 1929» S. 82-92.
Dreimasken-Verlag, München.
28. Ziele und Wege der physikalischen Erkenntnis (Цели и пути физического
no3HaH^)//Handb. d. Physik, hrsg. v. Geiger u. Scheel, Bd. 4, S. 1-80.
Springer, Berlin, 1929.
29. Das physikalische Weltbild der Gegenwart (Современная физическая картина
мира). Verlag der deutschen Buchgemeinschaft, Berlin, Oktober 1930.
Фридрих Вайсман, Вена
1. Die Natur des Reduzibilitätsaxioms (Сущность аксиомы сводимости). Mon.
f. Math. u. Phys., Bd. 35, S. 143-146, 1928.
2. Logik, Sprache, Philosophie. Kritik der Philosophie durch die Logik (Логика,
язык, философия. Критика философии с точки зрения логики. С предисло-
вием М. Шлика). (Sehr. Z. Wiss. Weltauflf., Bd. I) Springer, Wien (в печати).
B этой работе, по сути дела, излагаются идеи Виттенштейна ( і ) (s. S. 58).
В работе предпринята логическая систематизация этих идей.
Содержание: I. Логика (Смысл, значение, истина. Функции истинности.
Сущность логики). II. Язык (Анализ высказываний. Атомарные предложе-
ния. Логическое отображение. Границы языка). III. Философия (Приме-
нение полученных результатов к проблемам философии).
Эдгар Цильзель, преподавателъ средней школы e Bene
1. Das Anwendungsproblem. Ein philosophischer Versuch über das Gesetz der
grossen Zahlen und die Induktion (Проблема применимости. Философский ана-
лиз закона больших чисел и индукции). 194 S. Barth, Leipzig, 1916.
204

БИБЛИОГРАФИЯ
Исследуются необходимые условия обнаружения законов природы.
Показано, что всякая индукция опирается на предположение о том, что
наблюдаемые вещи и события отчасти различаются по своим ненаблюдае-
мым признакам. Уточняется область этих различий. В качестве частного
случая построенного логического исчисления выводится закон больших
чисел статистики. Дано рассмотрение всех теорий о связях суждений, дедук-
тивно следующих из произвольно избранных аксиом. Применение такой
рациональной сетки к природе опирается только на индукцию и поэтому
всегда оказывается приблизительным. Посредством подбора соответствую-
щих аксиом и способов вывода можно найти место также и для «неаристо-
телевской» логики. Лишь простым эмпирическим фактом является то, что
течение наших мыслей является «аристотелевским».
2. Die Geniereligion. Ein kritischer Versuch über das moderne
Persönlichkeitsideal (Культ гения. Критический анализ современного идеала личности). 2сю
S. Braumüller, Leipzig und Wien, 1918.
Культ гения включает в себя представления об известности и неизвест-
ности гениев, о взаимосвязанности —представления, родственные рели-
гиозным мифологемам. «Гений» и «личность» ведут свое происхождение
от мифологических героев, очищенных от всех бытовых подробностей
существования: суггестивное переживание, к которому стремятся, возво-
дится в ранг идеала. To же самое происходит с «глубиной» мысли. Назван-
ный идеал и его многообразные проявления подвергаются критике и отвер-
гаются.
3- Versuch einer neuen Grundlegung der statistishen Mechanik (Анализ новых
оснований статистической механики). Mon. f. Math. u. Phys., Bd. 31, S. 118-
156, 1921.
Необратимость устраняется, если из предположений о ходе событий
элиминировать все вероятностные высказывания.
4- Die Entstehung des Geniebegriffs. Ein Beitrag zur Ideengeschichte der Antike und
des Frühkapitalismus (Возникновение понятия о гении. Доклад об истории
идей античности и раннего капитализма). 346 S. Mohr, Tübingen, 1926.
С социологической точки зрения рассмотрено положение поэтов, фило-
софов, художников, изобретателей, первооткрывателей в эпохи антично-
сти и Возрождения. Дана статистическая обработка проявлений личных
качеств, врожденных способностей и вдохновения. Предпринято соци-
альноэкономическое обоснование выдвигаемых идей и проявившихся
чувств. На этой основе сформулирован предположительный социологи-
ческий закон. Историческое развитие является естественным процессом,
поэтому его также следует изучать научными методами.
5- Die Asymmetrie der Kausalität und die Einsinngkeit der Zeit (Асимметрия при-
чинности и время). Natunviss., Bd. 15, S. 280-286, 1927.
205

OTTO НЕЙРАТ
Причина и следствие, раньше и позже можно различить только с помо-
щью необратимости. Существуют законы, для которых противопоставле-
ние причины и следствия не имеет места.
6. Naturphilosophie (Натурфилософия)//8сппа55, Einführung in die
Philosophie. S. 107-143. Zickfeld, Osterwieck, 1928.
I. Механистическая и современная картины мира. II. Микро и макро-
события. III. Проблема возникновения жизни. IV. Физикалистское и вита-
листическое истолкование жизни. Краткое представление этой проблемы
с точки зрения современной физики.
Б. АВТОРЫ, БЛИЗКИЕ ПО ДУХУ К УЧАСТНИКАМ ДИСКУССИЙ
Альберт Эйнштейн
Важные философские замечания можно найти не только в указанных ниже
работах, но также и в оригинальных научных произведениях Эйнштейна,
a также в его популярных статьях (например, «О специальной и общей
теории относительности» (Vieweg, Braunschweig, ig1?» M-A- 1927), «Эфир
и теория относительности», 1920).
і. Ernst Mach (Эрнст Max). Phys. Zs., Bd. 17, S. 101-104, 191^.
2. Motive des Forschens//Ansprachen zu Plancks 60. Geburtstag (Мотивы науч-
ного исследования//Речи, посвященные бо-летию Планка). Müller,
Karlruhe, 1918.
Самый чистый мотив физического исследования состоит в стремлении
обнаружить скрытый порядок в природе. Развитие теорий идет по пути
постоянного их расширения; новые идеи не затрагивают обоснования
более старых теорий. Хотя ггуть от опыта к теории не является прямым
и логически предопределенным, все-таки всегда имеется теория, превос-
ходящая все остальные своей простотой, поэтому ее выбор предопреде-
лен практически.
3- Geometrie und Erfahrung (Vortrag Akad. Berlin) (Геометрия и опыт. (Доклад
в Берлинской академии наук, 1921). 2o S.Springer, Berlin, 1921. M. I.—.
Речь идет о гносеологической проблеме пространства-времени. Прово-
дится четкое разграничение между чистой геометрией как математической
дисциплиной (аксиоматической системой) и прикладной геометрией как
частью физики. «Практическая геометрия» есть учение о возможностях
расположения твердых тел. Однако определение твердого тела предпо-
лагает физическое знание. Эмпирическое основание: сохранение тожде-
ственности (равенство измерительных стержней). Вопрос о геометриче-
ской структуре мира однозначно разрешим.
2о6

БИБЛИОГРАФИЯ
Кургп Гёдель, Вена
і. Über die Vollständigkeit des Logikkalküls des Principia Mathematica (O полно-
те логического исчисления Principia Mathematica). Выходит в: Mon. f. Math,
u. Phys.
Доказано, что система аксиом для высказываний о числах, сформулиро-
ванная Расселом (5) I, Nr. I u. 10 (для высказываний только с индивидны-
ми переменными, «узкое функциональное исчисление» Гильберта), полна:
каждое общезначимое высказывание о числах можно дедуцировать посред-
ством конечного числа формальных выводов.
Э. Кайла, профессор философии Университета Турку (Або), Фикляндия
і. Der Satz vom Ausgleich des Zufalls und das Kausalprinzip (Утверждение о вырав-
нивании случайностей и принцип причинности). Annales Universitatis
Aboensis, B. II, г; 1924* 2ioS.
Анализ принципа статистической закономерности и его места в систе-
ме естественно-научных основоположений.
2. Die Prinzipien der Wahrscheinlichkeitslogik (Принципы вероятностной логи-
ки). Ebenda, В. IV, I; 1926. 171 S.
Главный тезис: вероятностные операции эмпирической науки не сво-
димы к истинностной логике; теория функций истинности должна быть
дополнена теорией «функций вероятности».
3- Probleme der Deduktion (Проблема дедукции). Ebenda, B.IV, 2; 1918. 86 S.
Рассмотрение связей между логикой и математикой.
4- Beiträge zu einer synthetischen Philosophie (Дополнения к синтетической
философии). Ebenda, B.IV, 3; 1928- 209S.
Набросок монистического мировоззрения, опирающегося на допуще-
ние, что вся реальность является качественной и что формы закономер-
ностей различных областей различаются только степенью.
Виктпор Крафтп, профессор философии Венского униѳерситпета
і. Die Erkenntnis der Außenwelt (Познание внешнего мира). Arch. f. syst.
Philos., 1910.
Под внешним миром в эмпирическом смысле понимается законосооб-
разная, пространственно-временная система вещей, тождественных для
всех познающих субъектов. Поэтому ее реальность должна означать вто-
рую действительность, существующую наряду с воспринимаемой реально-
стью, поскольку последняя носит субъективный характер. Таким образом,
проблема внешнего мира состоит в следующем: обусловлено ли его тожде-
207

OTTO НЕИРАТ
ство такой второй реалыюстью или оно состоит только в закономерном
порядке данных восприятия?
2. Weltbegriflf und Erkenntnisbegriff. Eine erkenntnistheoretische Untersuchung
(Понятие мира и понятие познания). 232 S.Barth, Leipzig, 1912.
Реальность как объяснительная гипотеза: при допущении реальности
внешнего мира фактически переживаемые явления можно мыслить зако
носообразно.
3- Ein österreichischer Denker: Ernst Mach (Австрийский мыслитель: Эрнст
Max)//Donauland, 1919.
4. Die Grundformen der wissenschaftlichen Methoden (Основные формы научных
методов). Akad. Wien, phil.-hist. Kl., Sitz.-Ber., Bd. 203, 3. Abh. 304 S. Holder,
Wien, 1925.
Исследование основных методов наук о законах и наук об индивидах
с точки зрения обоснованности познания. Вопреки мнению некоторых
современных логиков, желающих ввести специфические способы выво-
дов, трансляция значимости может осуществляться только посредством
строгого дедуктивного вывода. Все методы, включая индукцию, должны
быть сводимы к выводу. Вследствие этого индукция получает оправдание
не благодаря особым фактам наличия общих связей, a благодаря общим
допущениям или в качестве гипотетического обобщения, которое должно
быть подтверждено новыми фактами. Ясно и полное построение знания
должно быть представлено в виде дедуктивной аксиоматической системы,
в которой исходным пунктом должны быть предпосылки, a выводы долж-
ны быть чисто дедуктивными. Такая система может быть только гипоте-
тической, ибо нет никаких непосредственно очевидных и достоверных
предложений о реальности, из которых она могла бы исходить. В приме-
нении к (воспринимаемой) реальности значимость такой теории зависит
от согласования дедуцированных из нее и наблюдаемых фактов. Специфи-
ческий метод наук об индивидуальном также состоит только из дедуктив-
ных выводов. Подробно об этом говорится в (5).
5- Intuitives Verstehen in der Geschichtswissenschaft (Интуитивное понимание
в исторических науках). Mitt. d. Inst. f. österr. Gesch., Erg.-Bd., 1929.
Науки o духе не имеют в «понимании» никакого особого способа обос-
нования знания. Интуиция не может дать никакой основы, ибо она субъек-
тивна и в случае противоречащих один другому результатов выбор невоз-
можен. Она может исполнять только эвристическую функцию и должна
верифицироваться только посредством логического доказательства.
2о8

БИБЛИОГРАФИЯ
Карл Менгер, профессор математики Венского университета
і. Dimensionstheorie (Теория измерений). зі9$-ТеиЬпег, Leipzig, 1928. M. 22.—,
gebd.
Глава î содержит замечания о методике теоретико-множественной гео-
метрии; в главе 2 рассматривается образование понятий и определения
в общем и гносеологически важного понятия измерения, в частности.
2. Bemerkungen zu Grundlagenfragen. I. Über Verzweigungsmengen (Замеча-
ния к вопросу об основаниях. I. О разветвленных множествах). Jahresber.
d. D.Math. Ver., Bd. 37,8.213-226, 1928.
Словарь теории множеств: добавление терминологии, используемой Брау-
эром, к обычной.
3- Intuitionismus (Интуиционизм). Zeitschrift f. Deutsche Philosophie, 1930.
Дано изложение истории развития и критика интуиционизма. В проти-
воположность догматической приверженности определенным конструк-
тивным принципам, которые до сих nop не получили точной формулиров-
ки, выдвинута «импликационистская» позиция. С этой точки зрения, для
математики и логики важно лишь одно: что именно вытекает из определен-
ных аксиом и правил вывода? Несущественно, будут ли эти аксиомы и пра-
вила вывода «конструктивными», «осмысленными», «истинными» и т. п.,
в любом случае они будут обладать познавательным содержанием.
Фрэнк Рамсей, научный сотрудник Королевского колледжа Кембриджа
илекторynueepcumema noматематике(умерв ісЗ°г)
і. Universals (Универсалии). Mind, Bd. 34» S.401-417» !925-
2. Foundations of mathematics (Основания математики). Proc. London Math.
Soc, Bd. 25, S. 338 bis 384, 1926.
3. Facts and propositions (Факты и суждения). Proc. Aristot. Soc, Suppl.-vol. 7,
S. 153 bis 170, 1927.
Kypm Рейдемайстер, профессор математики Кёнигсбергского ynueepcumema
1. Exaktes Denken (Точное мышление). Philos. Anz., Bd. 3, S. 15-47, 1928.
I. Логика и математика. II. Формализм как критическая логика. III. Точ-
ное знание.
Бертрап Рассел
і. A critical exposition of the philosophy of Leibniz (Критический анализ фило-
софии Лейбница). 311 S. University Press, Cambridge, 1900.
209

OTTO НЕЙРАТ
2. The principles of mathematics (Принципы математики). 534 S. Univ. Press,
Cambridge, 1903.
Исследование выводимости математики из логики.
3- Mathematical logic as based on the theory of types (Математическая логика,
основанная на теории типов). Amer. Journ. Math., Bd. 30, S. 222-262, 1908.
4. L'importance philosophique de la logistique (Философская значимость логи-
ки). Revue de Met. et Mor., Bd. 19, S. 281-291, 1911.
5. A. H. Уайтхед и Б. Рассел, Principia Mathematica.
A.N.Whitehead and B.Russell. Principia Mathematica. Univ. Press,
Cambridge. Bd. I, 666 S. (1910), 2. A. 1925 (Text unverändert; neue Einleitung
u. Drei Anhänge); Bd. II, 772 S. (1912), 2. A. 1927 (unverändert); Bd. Ill, 491
S. (1913), 2. A. 1927 (unverändert).
Построена новая система символической логики, опирающаяся
на небольшое число основных понятий и основоположений. Из этой логи-
ческой системы выводится арифметика: числа определяются как классы
равномощных классов. Показано, что числа, определенные таким образом,
обладают требуемыми в арифметике свойствами. Далее вводятся следую-
щие понятия: предельное значение; непрерывность; свободно становящая-
ся последовательность, порядковое число; дробь, действительное число,
количество (мера). Для вывода всех математических понятий достаточно
основных понятий логики; напротив, для вывода некоторых математиче-
ских утверждений требуются новые постулаты — аксиома бесконечности
и аксиома выбора.
Во втором издании і-ого тома устранена так называемая аксиома своди-
мости, порождавшая определенные затруднения. Это и некоторые другие
улучшения, a также постановка новых проблем были осуществлены, глав-
ным образом, под влиянием Витгенштейна.
6. Unser Wissen von der Außenwelt (Наше познание внешнего мира), 1914. Übers.
v. W.Rothstock. 331 S.Meiner, Leipzig, 1926. M.10—, gebd. M. 12.—.
Три главных направления современной философии: і. Классическая
традиция, связанная с Кантом и Гегелем; 2. Эволюционизм (Дарвин, Спен-
сер, Бергсон); з« «Логический атомизм», метод которого является един-
ственно научным. Логика как существенная составная часть философии.
Построение мира науки из чувственньгх данных. Проблема бесконечности.
Понятие причины. Свобода воли.
7- Mysticism and logic, and other essays (Мистицизм и логика, a также другие
сочинения). 234S.Longmans, London (1917), 1921.
Сборник статей. Помимо прочего: Научный метод философии. Основ-
ные элементы материи. Связь чувственных данных с физикой. Понятие
причины.
8. Grundlagen für eine soziale Umgestaltung (Основания для социального пре-
2іо

БИБЛИОГРАФИЯ
образования), 1916. Übers, v. Hethey. 173 S. Dreimasken-Verlag, München,
1921. M. 3.—, gebd. M. 4.—.
Некая «политическая философия». Задача: ограничение «тяги к обла-
данию». Требование «творческих импульсов».
9- Einführung in die mathematische Philosophie (Введение в математическую
философию), 1918- Übers, v. Gumbel u. Gordon. 212 S. Dreimasken-Verlag,
München, 1923. M. 4.—, gebd. M. 5.—.
Общедоступное изложение основных идей системы (5) без использова-
ния формул. Определение натуральных, рациональных и действительных
чисел. Пределы и непрерывность. Аксиомы выбора и бесконечности. Тео-
рия дедукции. Функции-высказывания. Множества. Математика и логика.
ю. Politische Ideale (Политические идеалы), 1918- Übers, u. Eingeleitet v. Gumbel.
Mit Vorwort v. A. Einstein. 201 S. D. Verl.-Ges. f. Pol. u. Gesch., Berlin, 1922.
Сборник различных сочинений. Книга «Путь к свободе»; рассмотрение
социализма, анархизма, синдикализма. Несколько статей о пацифизме. Ста-
тьи переводчиков о научном значении работ Рассела, о его пацифистской
судьбе в период войны (заключение в тюрьму, лишение звания профессо-
ра) и его отношении к большевизму.
11. Vorwort (Introduction) Предисловие к работе: Витгенштейн (і) (s. u. S. 334)-
17S. 1921.
Пояснения к книге Витгенштейна; замечания о некоторых следствиях
и открытых проблемах.
12. Die Analyse des Geistes (Анализ духа), 1921. Übers, v. Grelling. 407 S. Meiner,
Leipzig 1927. M. 12.—, gebd. M. 14.—.
Физика устраняет материю; психология становится материалистической
(бихевиоризм). Объединение обеих тенденций: и физическое, и психиче-
ское конструируются из одной нейтральной основы. Здесь это понимание
проводится в отношении психического.
13. Philosophie der Materie (Философия материи), 1927- Übers, v. Grelling. 433
S. (Wiss. u. Hyp., Bd. 32). Teubner, Leipzig 1929. Gebd. M. 18.—.
Логический анализ физики; квантовая теория, теория относительно-
сти. Теоретико-познавательный анализ построения физики из данных вос-
приятия. Во избежание солипсизма следует призвать на помощь индукцию
и причинность. Каузальная теория восприятия; стимул структурно подобен
содержанию восприятия. Структура физического мира; пространственно-
временной порядок, цепи причинности.
14- An outline of philosophy (Очеркфилософии). 317 S.G.Allen, London, 1927.
(Перевод на нем. яз.: «Mensch und Welt» («Человек и мир»). Ein Grundriß
der Philosophie v. Grelling. Dreimasken-Verlag, München.)
I. Человек с позиции внешнего наблюдателя. Бихевиористское иссле-
дование языка, восприятия, памяти, знания. II. Физический мир. Причин-
211

OTTO НЕЙРАТ
ность; построение из восприятий. III. Рассмотрение человека изнутри.
Самонаблюдение; сознание; эмоции и воля; этика. IV. Мир.
15- Sceptical essays (Скептические очерки). Лондон, 1928.
Мориц Шлик, профессор философии Венского университета
і. Naturphilosophische Betrachtungen über das Kausalprinzip (Натурфилософское
рассмотрение принципа причинности). Naturwiss., Bd. 8, S. 401-474, 1920.
2. Helmholz als Erkenntnistheoretiker//Helmholz als Physiker, Psysiologe und
Philosoph (Гельмгольц как теоретик познания//Гельмгольц как физик, физио
лог и философ). Karlsruhe, 1922.
3. Die Relativitätstheorie in der Philosophie (Теория относительности в филосо-
фии). Verhandl. d. Ges. D. Naturf. und Ärzte, 87. Versamlung, S. 58-69, 1922.
4. Raum und Zeit in der gegenwärtigen Physik. Zur Einführung in das Verständnis
der Relativitäts- und Gravitationstheorie (Пространство и время в современ-
ной физике. Введение в теорию относительности и теорию гравитации).
114 S.Springer, Berlin (1917)» 4- A. i922- M. 3-35-
III. Относительность пространства. (Любые деформации пространства,
если они одинаковы для всех тел, эмпирически несущественны). V. Нераз-
дельность геометрии и физики в опыте (геометрия мира является описани-
ем поведения твердых тел и световых лучей). VI. Относительность движе-
ния и ее связь с инерцией и гравитацией. VII. Общий постулат относитель-
ности и установление размеров пространственно-временного континуума.
IX. Конечность мира. X. Связи с философией. Физические теории прост-
ранства-времени к объективным, лишенным наглядности структурам поряд-
ка, которые конструируются на основе субъективных восприятий прост-
ранства и времени. Ценность теории относительности заключается в том,
что геометрическую и физическую структуру мира она описывает наибо-
лее простым и точным образом посредством общих законов. Философское
значение теории относительности состоит, с одной стороны, в ее критике
априоризма (Кант) и других гносеологических воззрений, с другой — в том
стимуле, который она дает для анализа науки в отношении эмпирического
и логического содержания. (См. здесьтакже (7), (14)» (!9))-
5- Kritizistische oder empirische Deutung der modernen Physik? (Критическое
или эмпирическое истолкование современной физики?) Kantstudien, Bd.
26, S.96-111, 1924.
6. Allgemeine Erkenntnislehre (Общая теория познания). (Naturwiss. Monogr.
u. Lehrb., Bd. I.) 375 S.Springer, Berlin (1918), 2. A. 1925. M. 18.—, gebd.
M. 19.20.
I. Сущностъ знания. Теория познания занимается философским прояс-
нением основополагающих вопросов науки. Философия отнюдь не явля-
212

БИБЛИОГРАФИЯ
ется наукой, стоящей рядом с конкретными науками или выше их, она
дает лишь способ понимания сущности науки. Как в повседневной жизни,
так и в науке познание сводится к одному: находить одинаковое в различ-
ном. Познание предполагает сравнение представлений. Точность и общ-
ность могут быть достигнуты только за счет обращения к понятиям. Поня-
тия являются знаками, соподчиненными фактам. Определение есть указа-
ние соподчинения. Благодаря этому неопределенностьуменьшается, но не
преодолевается целиком. Высшей степенью точности обладают только те
понятия, которые не относятся к реальности (математика). Такие поня-
тия определяются «имплицитно», т.е. посредством формальных отноше-
ний (аксиом).—Суждения выражают положения дел. Их функция является
только формальносимволической, они ничего не отображают в наглядном
смысле. Существо истины заключается в однозначном соотнесении суждений
положениям дел. Цель познания: посредством минимального количества
знаков однозначно описать максимум фактов. Интуитивное познание не
имеет смысла, интуиция есть лишь переживание. He существует познания,
не использующего знаков. Между знакомством (переживанием) и знанием
(установлением связи и порядка) имеется принципиальное различие.
II. Проблемамышления. Познание стремится кустановлению универсаль-
ных связей. Эти связи являются дедуктивнъши, логическими. Строгие, досто-
верные выводы всегда являются аналитическими: только преобразование
уже известного, никакого добавления нового содержания. Законы логики
являются лишь правилами однозначного обозначения и внутренней непро
тиворечивости, они не имеют никакого отношения к миру. Именно они
являются априорными (независимыми от опыта), но аналитически (тавто-
логически). Критерий истины —не очевидность, a верификация, т.е. срав-
нение суждения с положением дел.
III. Проблемареалъности. А. Местореальности. Проблема: что обозначается
в процессе познания? Общий признак всякой реальности: определенность
во времени. Критика имманснтной философии. Даже конструктивные
понятия, например, понятия физики, обозначают реальности. (В вопросе
о реальности Шлик изменил свою позицию; теперь он согласуется с резуль-
татами Витгенштейна и Карнапа.)
Б. Познание реального. Отказ от метафизического различения сущности
и «явления». Познание исходит из переживаний и поднимается к поня-
тийным конструкциям. Высшая объективность присуща только качест-
венному знанию. Построение физического пространства (метод совпаде-
ния). Физическое и психическое являются не двумя областями реальности,
a только двумя способами образования понятий. В основе традицион-
ной психофизической проблемы лежит бессмысленный вопрос о месте
психического.
213

OTTO НЕЙРАТ
B. Общезначимостъ знания о реалъности. Общезначимость дедукции не
зависит от особенностей мира. Метод теоретической науки о реальности
является гипотетико-дедуктивным. Таким образом, проблема общезначи-
мости встает для самых общих утверждений (предположений, гипотез)
науки. Взгляд Канта на синтетическое знание a priori опровергнут; пред-
ложения математики являются аналитическими, предложения естество
знания —апостериорными. Значимость познания реальности опирается
только на индукцию. Она дает не логическое обоснование, a только психо-
логическую мотивацию (Юм). Ее значимость зависит от понятия вероят-
ности, которое еще нуждается в прояснении. Возможность индуктивного
познания и, тем самым, познания вообще зависит от некоторого принци-
па единообразия мира.
7- Naturphilosophie//Lehrbuch der Philosophie, Bd. 2: Die Philosophie in ihren
Einzelgebieten (Натурфилософия//Учебная книга по философии; т. 2:
Отдельные области философии). S. 393~492- Ullstein, Berlin, 1925-
I. Общий очерк. Задача натурфилософии: исследование основных понятий
и фундаментальных положений естествознания и оценка их значения для
картины мира. Главные области: философия физики и философия биоло-
гии. Цель познания природы —не субстанция, a законы природы (функцио-
нальных, количественныхотношений). II. Философия субстанции. Гипотеза
континуальности. Энергия. Электроатомистика. Устранение понятия суб-
станции. Реальны ли атомы? III. Философиязакона. Принцип причинности;
законы макро и микромира. Необходимость и сила. Относительность про
странства, времени и движения; четырехмерный мир; гравитация. Строе-
ние и развитие Космоса. Статистические и онтологические законы. Кван-
товая теория. IV. Философия жизпи. Сводимы ли биологические явления к
физическим законам? Возникновение жизни. Органическая целесообраз-
ность и «финализм» (есть целесообразность, но цель не является причиной).
Устранение (критического) витализма и допущение непространственных
природных факторов. Процессы жизни с высокой степенью вероятности
можно рассматривать только как сложные комбинации физикохимиче-
ских элементарных процессов.
8. Erleben, Erkennen, Metaphysik (Переживание, знание, метафизика).
Kantstudien, Bd. 31» S. 146-158, 1926.
Переживание в его непосредственном качественном бытии нельзя выра-
зить в суждении. Напротив, всякое знание является опосредованным\ хотя
оно исходит из непосредственного знакомства, но выражает только фор-
мальные отношения (структуры) положений дел. Этим объясняется объек-
тивность науки. Кто от знания хочет большего, должен отождествлять его
со знакомством (восприятием) или с искусством возбуждать восприятия.
Наука о духе (история) хочет понішатъ, т. е. знать и иметь непосредствен-
214

БИБЛИОГРАФИЯ
ное знакомство, знать о связях и конкретных восприятиях. В ней соеди-
няются наука и искусство.
Метафизика в качестве интуитивного познания трансцендентного невоз-
можна. Интуиция не является познанием, трансценденция бессмысленна.
Различие между идеализмом и реализмом невыразимо и точно так же невы-
разимо существование духовного в других людях, ибо при этом речь идет
о невоспринимаемом положении дел. Невозможна также и индуктивная
метафизика, ибо при этом возникают либо конкретные научные гипотезы
(пусть хотя бы очень небольшой вероятности), либо говорят о невоспри-
нимаемом, т. е. о бессмысленном.
g. Erkenntnistheorie und moderne Physik (Теория познания и современная физи-
ка). Scientia, ідгд, S. 307-3 * 6-
іо. Предисловие к работе: Вайсман (2), S. І-ХІ, 1929.
Программные замечания к этой книге.—Подлинный прогресс фило-
софии заключается не в создании универсальных систем, которые сме-
няют друга в бесконечном ряду и противоречат одна другой. Теперь про-
гресс обеспечивается анонимными работниками, в число которых входят
и представители конкретных наук. Эти работники не питают никаких
особых философских амбиций, однако в них продолжает жить познаю-
щий дух великих мыслителей. Эта группа работников вдохновляется науч-
ним мировоззрением, которое сегодня, несмотря на все метафизические
и иррационалистические модные течения, вновь завоевывает признание.
Во все времена здравые идеи существовали в эмпиристских и позитиви-
стских способах мышления. Однако та трансформация, которую научное
мировоззрение испытало в наши дни, разоблачение старых философ-
ских вопросов как псевдопроблем и разработка плодотворного анали-
за познания оказались возможными только благодаря новому подходу к
логике. Решающая работа, Витгенштейн (і), дала окончательное разъяс-
нение сущности логического. Только теперь оказалось возможным четко
сформулировать задачу философии — прояснение связей между языком
и миром.
іі. Fragen der Ethik (Проблемы этики). (Sehr. z. wiss. Weltauff., Bd. 6) Springer,
Wien (в печати).
Издал:
і. Вместе с П.Герцем (с подробными примечаниями Шлика и Герца):
Helmholtz, Schrifften zur Erkenntnistheorie (Гельмгольц. Статьи по теории
познания). 175 S. Springer, Berlin, 1921. M. 8.50.
2. Вместе с Ф.Франком: Schriften zur wissenschaftlichen Weltauffassung
(Сочинения по научному мировоззрению). Springer, Wien.
Уже вышли в свет: Р. фон Мизес. Вероятность, статистика и истина.
1928; Карнап (д).
215

OTTO НЕЙРАТ
Готовятся к печати: Вайсман ( 2), Нейрат ( 15), Ф. Франк ( 12 ), Шлик (21 ),
Фейгль (г), Ган (8).
Людвиг Витгенштейн
і. Tractatus logico-philosophicus. With an introduction by B. Russell (Логико-фило-
софский трактат. С предисловием Рассела). 189S. Kegan Paul, London, 1922.
(на нем. яз.: «Logisch-philosophische Abhandlung», mit Vorwort von
B.Russell//Ann. d. Naturphil., Bd. 14, S. 185-262, 1921).
B этой работе рассматриваются логические основания нашего языка,
т. е. основания любой знаковой системы, способной выражать мысли. Между
положениями дел в мире и предложениями языка имеется фундаменталь-
ная связь, состоящая в том, что наши высказывания являются логическими
образами положений дел. Все идеи, речи и сообщения есть не что иное, как
такие логические отображения. To, что нельзя отобразить, нельзя выразить
в языке, нельзя никаким способом представить, сформулировать, сообщить.
Эта книга ставит также границы мышлению или, лучше сказать, не мышле-
нию, a выражению мышления. Существует невыразимое, оно «показывает
себя» в языке (например, в логическом строении символов). Проведение
ясного различия между тем, что можно высказать, и тем, что невыразимо,
является одним из важнейших результатов этой книги. Полученные резуль-
таты применяются к решению некоторых вопросов логики и теории позна-
ния. Эти вопросы разрешаются удивительно простым способом, как только
ясно осознана сущность символики. Здесь выявлена сущность логики и ука-
зано, что может существовать только одна логика, раскрыта внутренняя
сущность вероятности и т. д. Этот метод рассмотрения приводит к новому
пониманию природы философии. Философского знания, которое можно
было бы выразить и сформулировать, не существует. «Философия есть не
учение, a деятельность. Результаты философии выражаются не в «философ-
ских предложениях», a в прояснении предложений. Она должна отделить
мыслимое от немыслимого» (с. 76). Поэтому подлинное решение фило-
софских вопросов состоит в том, чтобы исправлять язык. В исправленном
языке эти вопросы уже нельзя сформулировать. В этом смысле и сам пред-
ложенный текст является не теорией, a путем, который должен пройти
читатель, чтобы освободиться от философских вопросов. Кто правильно
понял предложения книги, в конечном счете признает их бессмысленными.
Он должен их отбросить, чтобы правильно взглянуть на мир.
Это сочинение нелегко понять; более доступное изложение основных
идей можно найти в работе: Вайсман (г).
2і6

БИБЛИОГРАФИЯ
В. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ЗАМЕТКИ О ВАРШАВСКОМ КРУЖКЕ
И БЛИЗКИХ К НЕМУ ГРУППАХ В ПОЛЬШЕ
В Варшавском кружке выделяются два направления исследований.
Первое направление относится к математической логике, основаниям
математики, методологии дедуктивных наук и истории логики. Это направ-
ление представлено в первую очередь Лукасевичем, одним из старейших
учеников Твардовского, и Лесьневским, который учился в разных немец-
ких университетах, в том числе y Корнелиуса, и докторскую диссертацию
написал y Твардовского.
Второе налравление исследований связано с теорией познания, методо-
логией науки, a также с семантикой. Это направление представлено Котар-
биньским, учеником Твардовского и Лукасевича, и его учениками. Между
представителями обоих направлений поддерживается тесная связь. Осо
бенно очевидно влияние математической логики на представителей вто-
рого направления.
В Кракове математической логикой занимаются математики Слезцинь-
ский, Заремба и, главным образом, логик Хвистек и его ученики.
Тадеуш Котпарбинъский, профессор философии гуманитпарного факультпегпа
Варшавского университетпа
Элементы теории познания, формальной логики и методологии (на польск.
яз.). 483 S. Lemberg, 1929-
В книгу включены следующие части: I. Заметки о критике языка. II. Про
блемы теории познания. III. Элементы формальной логики. IV. Очерк
общей методологии науки. V. Методологический анализ отдельных облас-
тей науки. Характерной особенностью книги является стремление пол-
ностью исключить гипостазирование мнимых имен. С этим стремлением
тссно связаны так называемый реизм (наименования отношений, свойств
и т. п. рассматриваются как псевдоимена, в качестве подлинных имсн сохра-
няются только имена вещей), так называемый радикальный реализм (вооб-
ще не существует никаких элементов содержания, никаких совокупностей
таких элементов, короче, никакого содержания) и одна из разновидностей
материализма, a именно так называемый пансоматизм (каждый предмет,
следовательно, каждый субъект есть некоторое тело). Третья часть вклю-
чает в себя, помимо всего прочего, краткое изложение исчисления имен,
аксиоматизированного Станиславом Лесьневским.
217

OTTO НЕЙРАТ
Станислав Лесъневский, профессор философии математики
научно-математического факулыпета Варшавского униеерситета
і. Об основаниях математики (на польск. яз.). Выходят с 1927 г- в «Przeglad
Filozoficzny» («Обзор философии»), пока вышли Введение и главы І-ІХ
(продолжение следует).
Введение. Глава I. О некоторых вопросах, относящихся к тезису «логи-
цизма». Глава II. Об «антиномии» Рассела, относящейся к «классу клас-
сов, не содержащих себя в качестве элемента». Глава III. О различных спо-
собах понимания слов «класс» и «множество». Ежегодник №30. Варшава,
1927- С. 164-206. Глава IV. Об «Основаниях общей теории множеств I».
Ежегодник №31- Варшава, 1928, С. 261-206. Глава V. Дальнейшие теоремы
и определения «общей теории множеств», полученные до 1920 г. включи-
тельно. Ежегодник№з2. Варшава, 1929» С. 6о-юі. Глава VI. Построенная
в 1928г. аксиоматика для «общей теории множеств». Глава VII. Аксиомы
«общей теории множеств», полученные после 1920г. Глава VIII. О некото-
рых условиях, установленных Куратовским и Тарским, которые достаточны
и необходимы для того, чтобы Рбыл классом предметов а. Глава IX. Даль-
нейшие теоремы «общей теории множеств», полученные в 1921-1923 гг.
Ежегодник №33- Варшава, ідЗ°- 29 с-
В этой работе в историко-биографической последовательности автор
представил полученные им результаты, относящиеся к основаниям дедук-
тивных наук. Цель работы заключается в построении новой системы осно-
ваний математики, включающей в себя три взаимосвязанные теории: «про
тотетику», «онтологию» и «мереологию». Прототетика представляет собой
разновидность исчисления высказываний, в которое наряду с какими-ли-
бо константами (например, знаками для импликации и отрицания) входят
еще и переменные того же самого типа. Онтология похожа на модернизи-
рованную «традиционную» логику и близка «исчислению классов» Шреде-
ра (включая теорию «индивидов»). «Мереологией» называется дисципли-
на, созданная автором в его работе «Основания общей теории множеств»
(на польск. яз., 1916).
2. Grundzuge eines neuen Systems der Grundlagen der Mathematik (Общий очерк
новой системы оснований математики. Введение и пп. і-і і. На нем. яз.).
(Продолжение следует.)
Это сочинение в кратком виде и иной систематизации должно пред-
ставить результаты, изложенные в работе «Об основаниях математики»
(на польск. яз.). В опубликованной первой части этого сочинения в форма-
лизованном виде изложены основания дисциплины, которую автор назвал
« прототетикой ».
2і8

БИБЛИОГРАФИЯ
Ян Лукасевич, профессор философии научпо-математического факульшета
Варшавского университета
і. Über den Satz des Widerspruchs bei Aristoteles (O законе противоречия y Ари-
стотеля) (на нем. яз.) Bulletin de TAcadémie des Sciences de Cracovie. Nov.-
Dez., 1909. S. 15-38.
Критическое исследование аристотелевского закона противоречия,
основные идеи которого изложены в резюме на немецком языке.
2. Об обратимости отношений между основанием и следствием (на польск.
яз.). PF (Przeglad Filozoficzny) XVI, 1913- S. 298-314-
Исследование условий, при которых множество всех неэквивалентных
следствий некоторого суждения эквивалентно этому суждению.
3- Die logischen Grundlagen der Wahrscheinlichkeitsrechnung (Логические осно-
вания исчисления вероятностей (на нем. яз.). Krakauer Akad. D. Wiss. 1913.
75 S.
4.0 трехзначной логике (на польск. яз.). Ruch Filozoficzny Lwow-Lemberg. Jahrg.
V., 1920. S. 169-171.
Автореферат двух докладов, прочитанных автором в «Польском фило-
софском обществе» в Лемберге (Львов). В первом докладе доказывается
несовместимость предложений о модальных высказываниях, полученных
в двузначном исчислении высказываний. Во втором докладе с помощью
матриц строится трехзначная система исчисления высказываний.
5- О методе философии (на польск. яз.). PF XXXI, 1928. S. з~5-
Автореферат доклада, прочитанного на ІІ-ом Конгрессе польских фило-
софов. Автор полагает, что вследствие своей неточности современная
философия (не исключая кантианской философии) не обладает научной
ценностью. Философия должна принять за образец точность и строгость
математической логики и в своих исследованиях пользоваться аксиома-
тическим методом.
6.0 ценности и необходимости математической логики (на польск. яз.). «Nauka
Pol ska», Варшава, 1929* T.X.C. 604-620.
Содержит введенную автором символику для исчисления высказываний,
в которой нет скобок, точек и аналогичных вспомогательных средств.
7- Philosophische Bemerkungen zu mehrwertigen Systemen des Aussagenkalküls
(Философские замечания о многозначных системах исчисления высказы-
ваний (на нем. яз.). Comptes rendus de scéances de la Société des Sciences et
de letters de Varsovie, Classe III. Vol. XXIII. 1930. S. 51-77.
219

OTTO НЕЙРАТ
Альфред Тарский, пргіват-доцент no философии математики на научно-
математическом факулыпетпе Варшавского ynueepcumema
і. Sur le terme primitive de la logistique (06 исходных терминах логистики.
Ha франц. яз.). Fundamenta Mathematicae. Warschau, 1923. Bd. IV. S. 196-
200.
Показано, что можно сконструировать систему логистики, используя
только знак эквивалентности в качестве единственного неопределяемого
термина (наряду со знаком общности). Логистика здесь рассматривает-
ся как разновидность исчисления высказываний, в которое наряду с кон-
стантными знаками функций (типа знаков импликации и отрицания) вхо
дят также переменные того же самого типа.
2. Sur les truth-functions au sens de M. M. Russell et Whitehead (O «функции истин-
ности» в смысле Рассела и Уайтхеда. На франц. яз.) Fundamenta
Mathematicae. Warschau, 1924« Bd. V. S. 59-74.
Сформулированы некоторые условия, каждое из которых необходимо
и достаточно для того, чтобы функция-высказывание (с одним высказы-
ванием в качестве единственного аргумента) была «функцией истинно-
сти» в смысле «Principia Mathematica». Этот результат расширен также
на функции-высказывания с несколькими аргументами. В заключение
дано несколько различных эквивалентных формулировок тезиса экстен-
сиональности.
3- Sur quelques theorems qui équivalent à l'axiome du choix (O некоторых тео-
ремах, эквивалентных аксиоме выбора. На франц. яз.) Fundamenta
Mathematicae. Warschau, 1924- Bd. V. S. 147-154.
Доказано, что некоторые утверждения из области арифметики, которые
обычно рассматриваются как особые следствия аксиомы выбора, эквива-
лентны самой этой аксиоме в ее полном значении.
4- Sur les ensembles finis (O конечных множествах. Ha франц. яз.). Fundamenta
Mathematicae. Warschau, 1924. Bd. VI. S. 45-95.
5. Über einige fundamentale Begriffe der Metamathematik (O некоторьгх фун-
даментальных понятиях метаматематики. Ha нем. яз.). Comptes rendus de
scéances de la Société des Sciences et de letters de Varsovie, Classe III. Vol.
XXIII. 1930. S. 22-29.
Цель этой небольшой заметки заключается в том, чтобы уточнить смысл
некоторых важнейших понятий метаматематики (налример, понятия дедук-
тивной системы, непротиворечивости, полноты, независимости и т. п.)
и установить некоторые элементарные свойства этих понятий.
6. Fundamentale Begriffe der Methodologie der deduktiven Wissenschaften (Фунда-
ментальные понятия методологии дедуктивных наук. На нем. яз.). I. Monatsh.
f. Math. u. Phys. Bd. XXXVIII. S. 1-44.
220

БИБЛИОГРАФИЯ
Систематическое и развернутое изложение идей, представленных в пре-
дыдущей заметке.
7- Совместно с Лукасевичем: Untersuchungen über den Aussagenkalkül (Исследо-
вание исчисления высказываний). Comptes rendus de scéances de la Société
des Sciences et de letters de Varsovie, Classe III. Vol. XXIII. 1930. S. 30-50.
Систематическое изложение различных результатов из области мета-
математики, относящихся к исчислению высказываний и полученных за
последние годы авторами, a также А. Линденбаумом и М. Вайсбергом.
Леоп Хвистек, приват-доцент no математической логике Краковского
университета
і. The Theory of constructive Types, Principles of Logic and Mathematics (Teo-
рия конструктивных типов, принципы логики и математики. На англ. яз.).
Annales de la Société Polonaise de Mathématiques. Cracov, 1923-1925.
2. Sur les fondaments de la logique moderne (06 основаниях современной логики.
Ha франц. яз.). Atti del V Congresso Internationale di Filosofia, Napoli, 1924.
3. Über die Hypothesen der Mengenlehre (O гипотезах теории множеств. Ha нем.
яз.). Math. Zeitschr., 1926.
4. Neue Grundlagen der Logik und Mathematik (Новые основания логики и матема-
тики. На нем. яз.). Math. Zeitschr., 1929- (Также и философские сочинения).
Две основные идеи.
і. Построить систему логики, которая была бы базисом математики
и модификацией системы Рассела—Уайтхеда, но не содержала аксиомы
сводимости.
2. Из нескольких областей математики и прикладных наук построить
дедуктивную систему, находящуюся в таком отношении к классическим
системам, в котором неевклидова геометрия находится к евклидовой гео-
метрии.
Адольф Линденбаум, Варшава
і. Совместно с Тарским: Sur l'indépendence des notions primitives dans les
systèmes mathématiques (O независимости исходных понятий в математи-
ческих системах. На франц. яз.). Rocznik Polskiego Tow. Matematycznego
(Польский математический ежегодник). T. V., 1926. Краков, 1927- Comptes-
rendu de scéances de la Société polonaise de Mathématique. Section Varsovie.
S. 111-113.
Две теоремы, доказанные Тарским, образуют теоретическую основу
метода Падоа, используемого для исследования независимости исходных
понятий той или иной математической дисциплины; благодаря этим тео-
221

OTTO НЕЙРАТ
ремам можно полностью редуцировать проблему независимости предло-
жений (аксиом). Опираясь на этот результат, Линденбаум исследовал неза-
висимость исходных понятий конкретных дисциплин — арифметики дей-
ствительных чисел и геометрии прямых линий.
2. Remarques sur une question de la méthode axiomatique (Замечания по вопро-
cy аксиоматического метода. Ha франц. яз.). Fundamenta Mathematicae XV
(i93o)S.3i3-321-
M. Пресбургер, Варшава
і. Über die Vollständigkeit eines gewissen Systems der Arithmetik ganzer Zahlen,
in welchem die Addition als einzige Operation hervortritt (O полноте систе-
мы арифметики целых чисел, в которой сложение является единственной
операцией. На нем. яз.).
В этом сообщении в общих чертах дано доказательство полноты тео-
рии целых чисел с исходными понятиями «+», «0» и «1». Теория ограни-
чивается предложениями, не содержащими функциональных переменных.
Для каждого такого предложения показано, что доказуемо либо оно само,
либо его отрицание.
Казимеж Айдукевич, профессор Львовского университета
і. Об обратимости отношения следования (на польск. яз.). Przeglad Filozofic-
zny. Warschau, 1913. S. 287-297.
2. Доклад о методологии дедуктивных наук (на польск. яз.). Lwow. Verlag der
Polnischen Philosophischen Gesellschaft in Lemberg, 1921. 63 S.

«ERKENNTNIS»
T.II, ЛЕЙПЦИГ, 1931

РУДОЛЬФ КАРНАП, ВЕНА
ЛОГИЦИСТСКИЕ ОСНОВАНИЯ
МАТЕМАТИКИ'
Проблема логических и теоретико-познавательных оснований матема-
тики решена еще далеко не полностью. Ее оживленно обсуждают как
математики, так и философы, ибо ненадежность фундамента данной
«самой надежной из всех наук» внушает самое серьезное беспокойство.
Уже были предложены разнообразные подходы к решению этой про-
блемы, тем не менее нельзя сказать, что какой-то из них действительно
преодолевает все трудности. По сути дела, имеются три направления,
в которых ищут решение. Их основные идеи будут сегодня представ-
лены в трех докладах. Этими направлениями являются логицизм, глав-
ный представитель которого Рассел\ интуиционизм, защищаемый Брау-
эром, и формализм Гилъберта.
Излагая здесь в основных чертах основные линии логического по-
строения математики, свою главную задачу я вижу в том, чтобы не
только продемонстрировать вам часть той системы, в которой такое по-
строение, по крайней мере, возможно, но и указать на те особые труд-
ности, с которыми сталкивается логическое построение.
Одним из наиболее существенных вопросов в проблеме оснований
математики является вопрос об отношении между математикой и логи-
кой. «Логицизмом» называютту точку зрения, согласно которой матема-
тика сводима к логике и является не чем иным, как частью логики. Впер>-
вые такую точку зрения высказал Фреге (1884). Английские математики
А. Н. Уайтхед и Б. Рассел в своей большой работе «Principia Mathematica»
дали систематическое построение логики и вырастающей из нее матема-
тики. Мы хотим разбить тезис логицизма на две части и обсудить их одну
задругой: і. математические понятия выводимы излогическихпонятий
с помощью явных определений; 2. математические предложенияс помо-
щью чисто логических дедукций выводимы из логических аксиом.
Catnap R. Die lojçizistischc Grundlegung der Mathematik//Erkenntnis, Bd. II.
Leipzig, 1931.8.91-105.
225

РУДОЛЬФ КАРНАП
1. ВЫВЕДЕНИЕ МАТЕМАТИЧЕСКИХ ПОНЯТИЙ
Для того чтобы тезис о выводимости математических понятий из ло-
гических получил точный смысл, мы должны указать, наличие каких
логических понятий при этом предполагается. К их числу относятся
следующие понятия. В логике предложений, рассматривающей связи ме-
жду целыми предложениями, важнейшими понятиями являются сле-
дующие: отрицание некоторого предложения р: «не-р» (символически
«~р»), дизъюнкция двух предложений: «р или q» («рѵ я»), конъюнкция:
«pu q» («pq»), импликация: «если р, to q» («p z> q»). Функциональнаяло-
гг/капредставляетпонятияввидефункций, например, «/(a)» (читается:
«/от а») означает, что свойство/присуще предмету а. Важнейшими по
нятиями функциональной логики являются понятия общности и суще-
ствования: «(х)/(х)» (читается: «для каждого химеет место/от х») оз-
начает, что свойство/присуще каждому предмету; «(Зх)/(х)» (читается:
«существует х, такой, что/от х») означает, что/присуще, по крайней
мере, одному предмету. Наконец, к этому добавляют еще понятие тож-
дества: «а = Ь» означает, что a и Ь являются именами одного и того же
предмета.
Перечисленные понятия не обязательно все должны вводиться
в качестве неопределяемых основных понятий. Нскоторые из них сво
димы к другим. Например, «pvq» можно определить как «-(-/? ~q)»>
a «(Зх)/(х)» —как «~[(х) -/(*)}>• Тезис логицизма гласит, что перечислен-
ных логических понятий достаточно для определения всех математи-
ческих понятий, и не нужно добавлять никаких специальных матема-
тических понятий.
Исследуя зависимость математических понятий друг от друга, ма-
тематики еще до Фреге пришли к выводу о том, что все понятия ариф-
метики в конечном счете сводятся к понятию натурального числа (т. е.
к числам обычного натурального ряда 1, 2, 3...), даже если в некоторых
случаях отсутствуют четкие определения. Поэтому глаѳная задача, кото
рую логицизм должен решить прежде всего, состоит в выведении на-
туральных чисел из логических понятий. Эта задача была решена уже
Фреге, Рассел и Уайтхед независимо от него пришли к тому же решению,
хотя осознали это лишь впоследствии. Суть данного решения заключа-
ется в том, что оно правильно устанавливает логический статус нату-
ральных чисел: это логические характеристики не вещей, a понятий.
To, что некоторому понятию в качестве его количественной характе-
ристики присуще некоторое число, скажем, 3 (символически: «3(/)»),
означает, что под него подпадает три предмета. Это можно выразить
с помощью перечисленных выше логических понятий. Пусть, напри-
226

ЛОГИЦИСТСКИЕ ОСНОВАНИЯ МАТЕМАТИКИ
мер, «2W(/)» означает, что под понятие/подпадает, по крайней мере,
два предмета. Это можно определить следующим образом («=„,» — знак
определения, читается: «по определению»):
2m(/)=M(3xK3^)[-(x = >)/W/(4
словами: существует такой х, и существует такой у, что х не тождествен
у, что/присуще дси/присуще^. Соответствующим образом можно опре-
делить з» 4 и т- Д- И теперь само количество два можно определить сле-
дующим образом:
%/)=., 2т(/)-2т(П
словами: под/подпадают, по крайней мере, два, но не три предмета.
Столь же легко можно определить арифметические операции, напри-
мер, сложение двух чисел определяется с помощью дизъюнкции двух
взаимоисключающих понятий. Далее выводится понятие самого нату-
рального числа.
Выведение дальнейших видов чисел: положительных и отрицатель-
ных чисел, дробей, реальных чисел, комплексных чисел, осуществ-
ляется не так, как обычно,—посредством добавления новых частей к
имеющейся области, a c помощью построения совершенно новых об-
ластей. Натуральные числа не образуют подмножества дробей, a лишь
находятся в определенном соподчинении к некоторым дробям. Нату-
ральное число 3 и дробь Ѵ\ не тождественны, a соподчинены друг другу.
Точно так же следует различать дробь Ѵг и соподчиненное действитель-
ное число.
Здесь следует остановиться только на определении действителъ-
ных чиселу ибо выведение других видов чисел не содержит каких-либо
принципиальных трудностей. Напротив, проблема определения дей-
ствительных чисел до сих nop еще не решена окончательно ни одним
из трех указанных направлений. Допустим, мы построили ряд дробей
(упорядоченных по величине). Тогда задача состоит в том, чтобы дать
определение действительных чисел, опираясь на этот ряд дробей. Не-
которым действительным числам, a именно рациональным числам, со-
ответствуют сами дроби. Остальным —иррациональным—действитель-
ным числам соответствуют, как показал Дедекинд (1872), «пробелы»
в ряду дробей. Если, например, разделить (положительные) дроби
на класс таких, квадрат которых меньше 2, и класс всех остальных,
то такое разделение образует «разрез» в ряду дробей. Этому разрезу со-
ответствует иррациональное действительное число корень квадрат-
227

РУДОЛЬФ КАРНАП
ный из 2. Этот разрез обозначается как «пробел», поскольку он не отме-
чен никакой дробью. «Нижний класс» не имеет самой большой дроби,
a «верхний класс»—самой маленькой дроби, поскольку нет дроби, квад-
рат которой равен 2. Таким образом, каждому действительному числу
соответствует разрез в ряду дробей, и каждому иррациональному дейст-
вительному числу —пробел. Из этих идей Дедекинда исходит Рассел. По-
скольку каждый разрез однозначно определен своим нижним классом,
постольку Рассел каждое действительное число определяет как ниж-
ний класс соответствующего разреза в ряду дробей. Так, например, ко
рень квадратный из 2 определяется как класс (или свойство) тех дро-
бей, квадрат которых меньше 2, a рациональное действительное число
Ѵз — как класс всех дробей, меньших чем !/з. Опираясь на эти определе-
ния, можно построить всю арифметику действительных чисел. Позд-
нее мы остановимся на тех трудностях, с которыми сталкивается эта
процедура и которые связаны с так называемым непредикативным об-
разованием понятий.
Суть указанного логицистского метода введения действительных чи-
сел заключается в том, что здесь эти числа не «постулируются», a «кон-
струируются». Начинают не с постулатов или аксиом, устанавливающих
существование объектов, обладающих свойствами действительных чи-
сел, a с конструирования посредством явных определений таких логи-
ческих структур, которые благодаря этим определениям обладают теми
свойствами, которые в арифметике приписываются действительным
числам. Образование понятия является не созданием, a только наиме-
нованием чего-то такого, что уже предварительно существует, не суще-
ствует никаких «созидающих определений». Вот этот «конструктивизм»
является одной из наиболее характерных черт логицизма.
Тем же конструктивным способом вводятся дальнейшие математиче-
ские понятия —как понятия математического анализа (например, поня-
тия сходимости, предела, непрерывности» дифференцирования, интег-
рирования и т. д.), так и понятия теории множеств (прежде всего, поня-
тия трансфинитных количественных и порядковых чисел).
2. ВЫВОД МАТЕМАТИЧЕСКИХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ
Вторая частъ тезиса логицизма гласит, что математические предложения
выводимы из логических аксиом с помощью логических операций. Тре-
буемая для этого система аксиом логики получается благодаря упроще-
нию системы Рассела. Она включает в себя четыре аксиомы логики пред-
ложений и две аксиомы функциональной логики. В качестве правил вы-
вода можно принять правило подстановки и правило для импликации
228

ЛОГИЦИСТСКИЕ ОСНОВАНИЯ МАТЕМАТИКИ
(modusponensстдірой логики). Te же самые аксиомы и правила вывода по
ложили в основу своей логики Гилъбертп и Аккерман.
Математические понятия вводятся посредством явных определений.
Явное определение представляет собой не что иное, как введение но-
вого, обычно сокращенного способа записи. В соответствии с этим оп-
ределением такой новый способ записи всегда можно устранить. По-
этому каждое математическое предложение можно вновь перевести
в такое предложение, в которое будут входить только ранее перечис-
ленные основные понятия логики. Следователыю, второй тезис логи-
цизма можно сформулировать так: каждое доказуемое математическое
предложение переводимо в такое предложение, которое состоит из ос-
новных логических знаков и доказуемо в логике.
Однако при выводе математических предложений логицизм сталки-
вается с разнообразными тпрудностями. Прежде всего, оказывается, что
для доказательства некоторых предложений арифметики и теории мно
жеств при их обычном истолковании наряду с логическими аксиомами
требуются еще особые аксиомы, называемые аксиомой бесконечпости и ак-
сиомой выбора (или аксиомой мультипликативности). Аксиома бесконеч-
ности говорит о том, что для каждого натурального числа существует
большее число; аксиома выбора утверждает, что для каждого множества,
состоящего из разнородных непустых множеств существует (по крайней
мере) одно избранное множество, т. е. такое множество, которое имеет
в точности один общий элемент с каждым элементарным множеством.
Нас в данном случае интересует не содержание этих аксиом, a только их
логический характер: они представляют собой экзистенциальные пред-
ложения. Именно по этой причине Расся/і справедливо выступал против
того, чтобы принимать их в число аксиом логики. Логика имеет дело
только с возможными формами и ничего не может сказать о том, сущест-
вует ли что-то или нет. Рассел нашел способ преодолеть это затруднение.
Он полагал, что математика также является чисто формальной наукой,
поэтому она также может говорить о существовании не в абсолютном,
a в некотором условном смысле: если существуют структуры такогото
вида, то также существуют и структуры иного вида, которые логически
получаются из первых. Поэтому математическое предложение, скажем,
S, требующее для своего доказательства аксиомы бесконечности Uvuiw
аксиомы выбора А, он превращает в условное предложение. Вместо са-
мого 5утверждается U^S или A =>S. При этом такое условное предложе-
ние будет выводимо из аксиом логики.
Еще большая трудность, быть может, основная трудность при по-
строении математики, связана со следующей сформулированной Рассе-
лом аксиомой—с так называемой аксиомои сводимости. Критики системы
229

РУДОЛЬФ КАРНАП
«Principia Mathematica» вполне справедливо усмотрели в ней величай-
ший камень преткновения. Мы согласны с противниками логицизма от-
носительно того, что эту аксиому принимать нельзя. Однако пробел,
возникающий благодаря устранению данной аксиомы, до сих nop еще
не удалось восполнить вполне удовлетворительным образом, о чем под-
робнее мы будем говорить ниже. Подразумеваемая трудность связана
с расселовской «теорией типов», основные черты которой следует здесь
представить. Следует различать «простую теорию типов» и «разветв-
ленную теорию типов». Рассел разработал последнюю, однако Рамсей по-
казал, что она является излишним усилением первой.
Если ради простоты мы ограничим свое рассмотрение одномест-
ными функциями (свойствами) и отвлечемся от многоместных функ-
ций (отношений), то теория типов сводится к следующему разделению
выражений на различные «типы». К типу 0 относятся имена предметов
(«индивидов») рассматриваемой нами области (скажем, а, 6,...). Ктипу 1
относятся свойства этих предметов (скажем,/(а), g(a)...). Ктипу 2 отно-
сятся свойства этих свойств (скажем, F(f), G (/)... к этому типу принад-
лежит, например, ранее определенное понятие 2(f)). Ктипу 3 относятся
свойства свойств свойств и т. д. Основное правило теории типов гласит:
каждое понятие относится к определенному типу и может осмысленно
применяться только к выражениям нижележащего типа. Отсюда сле-
дует, что предложения вида/(а), F (/), 2(f) осмысленны, т.е. либо ис-
тинны, либо ложны. Напротив, выражения вида/(#),/(/) не являются
ни истинными, ни ложными, они просто бессмысленны. В частности,
бессмысленными оказываются такие выражения, как/(/) или ~/(/),
т. е. о некотором свойстве нельзя осмысленно сказать, что оно принад-
лежит или не принадлежит самому себе. Это последнее следствие, как
мы увидим, имеет значение для устранения антиномий.
Такова в общих чертах простая теория типов. Большинство пред-
ставителей современной логики считает ее оправданной и необходи-
мой. Рассел в своей системе сформулировал еще и разветвленную тео-
рию типов, однако в наши дни она не пользуется признанием. Свойства
каждого типа эта теория подразделяет еще на «порядки». Это подраз-
деление связано не с видом предметов, к которым относятся свой-
ства, a с формой определения, которым вводится свойство. О причи-
нах, по которым Рассел счел такое усиление необходимым, мы погово-
рим позже. Принятие разветвленной теории типов привело к тому, что
при построении математики, особенно теории действительных чисел,
возникли определенные трудности: многие принципиально важные
предложения не только нельзя доказать, но даже и сформулировать.
Эту трудность Рассел смог преодолеть только совершенно произволь-
230

ЛОГИЦИСТСКИЕ ОСНОВАНИЯ МАТЕМАТИКИ
ным актом введения аксиомы сводимости, согласно которой различ-
ные порядки одного типа можно в определенном отношении свести к
самому низкому порядку этого типа. Однако единственное оправдание
для введения этой аксиомы состоит в том, что из трудностей, порождае-
мых разветвленной теорией типов, не видно никакого другого выхода.
Позднее, во втором издании «Principia Mathematica» (1925), Рассел сам
отказался от аксиомы сводимости под влиянием критики со стороны
Витгенштейна. Тем не менее он полагал, что разветвленную теорию ти-
пов следует сохранить, поэтому ситуация казалась безвыходной. Здесь
становится особенно ясно, насколько было бы важно не только для ло-
гицизма, но для любой попытки решения проблем оснований матема-
тики, показать, что можно обойтись одной простой теорией типов. Рам-
сей, молодой английский математик, ученик Рассела, который, к сожа-
лению, в этом году умер, в 1926 году предпринял интересную попытку
в данном направлении, о которой мы еще будем говорить.
3- ПРОБЛЕМА НЕПРЕДИКАТИВНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ПОНЯТИЙ
Если мы хотим понять, достаточно ли простой теории типов или же
ее следует усилить, то прежде всего нам нужно посмотреть, какие при-
чины вынудили Рассела предпринять это усиление, несмотря на его
в высшей степени неприятные следствия. Мы обнаруживаем две при-
чины, тесно связанные одна с другой: необходимость устранения логи-
ческих антиномий и так называемый принцип порочного круга.
«Логическими антиномгіями» называют противоречия, проявившиеся
прежде всего в теории множеств (так называемые «парадоксы»), од-
нако Рассел показал, что они носят общелогический характер: если не
предполагать теории типов, то такие противоречия можно обнаружить
и в самой логике. Одна из простейших антиномий связана с понятием
«несамоприменимый». Можно определить: некоторое свойство явля-
ется «несамоприменимым», если оно не принадлежит самому себе. Яв-
ляется ли тогда несамоприменимым само свойство «несамопримени-
мости»? Допустим, что является; в таком случае, согласно определению
«несамоприменимости», оно не является несамоприменимым. Допус-
тим, что не является; в таком случае, согласно определению, оно яв-
ляется несамоприменимым. В соответствии с законом исключенного
третьего, должно быть верным либо да, либо нет, однако в обоих слу-
чаях мы приходим к противоречию. Другим примером является сфор-
мулированная Греллингом антиномия, связанная с понятием «гетеро-
логический». Она полностью аналогична только что приведенной, но
относится не к свойствам, a к словам, обозначающим свойства. Опреде-
231

РУДОЛЬФ КАРНАП
ляют: некоторое слово является «гетерологическим», если обозначае-
мое этим словом свойство не принадлежит самому себе. (Пример: слово
«односложный» является гетерологическим, так как само оно не явля-
ется односложным.) Легко убедиться в том, что допущение, что слово
«гетерологический» само является гетерологическим, как и противопо
ложное допущение, ведут к противоречию. Сам Рассел и другие логики
сформулировали множество антиномий такого рода.
Рамсей показал, что эти антиномии подразделяются на два совер-
шенно различных вида. Антиномии первого вида относятся к логиче-
ским знакам, их можно назвать «логическими антиномиями» (в узком
смысле). К ним относится приведенный выше пример антиномии, свя-
занный с «несамоприменимостью». Рамсей пришел к выводу о том, что
для устранения антиномий этого вида достаточно уже простой теории
типов. Например, если принять простую теорию типов, то понятие «не-
самоприменимый» вообще нельзя определить, ибо выражение (~/(/))»
говорящее о том, что некоторое свойство не принадлежит самому себе,
будет бессмысленно и неприемлемо.
Антиномии второго вида называют «семантическими» или «эписте-
мологическими». К ним относится упомянутая выше антиномия «гете-
рологичности», a также известная математикам антиномия наимень-
шего натурального числа, которое нельзя определить посредством ме-
нее іоо букв. Рамсей показал, что эти антиномии второго вида вообще
не могут быть образованы в символическом языке логики и матема-
тики, поэтому при построении математики на основе логики их можно
не принимать во внимание. Наложить ограничения на логику и ввести
разветвленную теорию типов Рассела побудило то обстоятельство, что
эти антиномии появляются в разговорном языке. Но, быть может, их
возникновение обусловлено только ошибками нашего обычного слово-
употребления.
Поскольку антиномии первого вида устраняются уже с помощью
простой теорией типов, a антиномии второго вида в логике не встре-
чаются, Рамсей объявил разветвленную теорию типов и вместе с ней ак-
сиому сводимости излишними.
Ho y Рассела была еще одна причина для усиления теории типов,
a именно принцип порочного круга. Этот принцип гласит: «Ни одна со-
вокупность не может содержать такого элемента, который может быть
определен только с помощью этой совокупности». Этот принцип можно
сформулировать так же, как «запрещение непредикативного образования no
нятий», причем образование понятия (определение) называется «не-
предикативным», если оно определяет некоторый объект со ссылкой
на совокупность, к которой принадлежит этот объект. (Понятие «не-
232

ЛОГИЦИСТСКИЕ ОСНОВАНИЯ МАТЕМАТИКИ
предикативный» не имеет ничего общего с упомянутым выше псевдопо-
нятием «несамоприменимый».) Рассел полагал, что именно вследствие
нарушения этого запрещения возникают антиномии. С несколько иной
точки зрения на этом запрещении до Рассела настаивал Пуанкаре, a по-
сле Рассела — Вейль. Здесь указывали на то, что непредикативно опреде-
ленное понятие лишено смысла вследствие порочного круга в опреде-
лении. Попробуем пояснить это простым примером.
Понятие «индуктивного числа» (соответствующее понятию нату-
рального числа, включая нуль) можно определить следующим образом:
число называется «индуктивным», если оно обладает всеми наследст-
венными свойствами нуля. При этом свойство называется «наследст-
венным», если всегда, когда оно присуще некоторому числу п, оно при-
суще и следующему за ним числу п +1, символически:
Инд(х) =D, (f)[{Haai(f) • /(0)) => /(*)].
При доказательстве того, что это определение содержит порочный
круг и его нельзя использовать, обычно рассуждают следующим обра-
зом. В определяющую часть входит выражение «(/)», означающее «для
всякого свойства (чисел)». Поскольку в число всех свойств включается
также свойство «быть индуктивным», постольку определяемое свойство
неявно входит в определяющую часть и, таким образом, определяется
посредством самого себя, что, конечно, недопустимо. Бессмысленность
этого понятия, определенного непредикативным образом, обнаружи-
вается с наибольшей ясностью, когда речь идет о каком-то конкретном
случае. Например, для проверки того, является ли индуктивным число
3, нам нужно ответить на вопрос: каждое ли наследственное свойство,
принадлежащее нулю, принадлежит также 3? Если мне нужно получить
ответ на данный вопрос для каждого свойства, то это относится также
и к свойству «быть индуктивным». Таким образом, я должен установить,
является ли свойство «быть индуктивным» наследственным, присуще ли
оно нулю, наконец—и это решающий гтункт, — присуще ли оно 3. Но все
сказанное означает, что ответ на наш вопрос получить невозможно.
Прежде чем остановиться на попытке Рамсея опровергнуть подоб-
ный ход мысли, следует пояснить, каким образом, опираясь на эти рас-
суждения, Рассел пришел к разветвленной теории типов. Он рассуждал
следующим образом: раз недопустимо определять некоторое свойство
посредством такого выражения, которое ссылается на «все свойства»,
то свойства (типа 1) следует разделить: к «первому порядку» мы отно-
сим такие свойства, в определении которых выражение «все свойства»
не встречается; ко «второму порядку» относим такие свойства, в опреде-
233

РУДОЛЬФ КАРНАП
лении которых встречается выражение «все свойства первого порядка»;
к «третьему порядку»—такие свойства, в определении которых встре-
чается выражение «все свойства второго порядка» и т. д. Тогда выраже-
ние «все свойства», не связанное с каким-то порядком, оказывается не-
возможным. Благодаря этому в определение нскоторого свойства нико
гда не может войти совокупность, к которой это свойство принадлежит.
Теперь, например, свойство «быть индуктивным» уже не определяется
непредикативно: число называется «индуктивным», если оно обладает
всеми наследственными свойствами первого порядка, присущими нулю.
Однако разветвленная теория типов порождает серьезные трудности
при анализе действительных чисел. Как мы видели ранее, действитель-
ное число определяется как класс или, что в сущности одно и то же,
как свойство дробей. Например, корень квадратный из 2 определяется
как класс или свойство тех дробей, квадрат которых меньше 2. Но по
скольку разветвленная теория типов запрещает использовать выраже-
ние «для всех свойств» без ссылки на определенный порядок, постольку
выражение «для всех действительных чисел» нельзя просто относить
ко всем действительным числам, a только к действительным числам оп-
ределенного порядка. Тогда к первому порядку будут отнесены те дей-
ствительные числа, в определении которых выражение вида «для всех
действительных чисел» не встречается; ко второму порядку—те числа,
в определении которых это выражение встречается, но оно должно
быть ограничено «всеми действительными числами первого порядка»
и т. д. Нельзя сформулировать ни одного определения и ни одного пред-
ложения, которые говорили бы обо всех действительных числах. Но тем
самым устраняются многие важнейшие способы образования понятий
и многие предложения теории действительных чисел. Рассел не видел
способа преодолеть это затруднение—особенно после того, как признал
ошибочной свою попытку использовать аксиому сводимости.
Именно здесь возникает наиболее сложная n/юбліма анализа оснований
математики: какой вид должна иметь логика для того, чтобы, с одной
стороны, избежать опасности использования бессмысленных непреди-
кативных определений, но, с другой стороны, позволить удовлетвори-
тельным образом построить теорию действительных чиссл как классов
(или свойств) дробей?
4- ПОПЫТКА РЕШЕНИЯ
Рамсейдгл набросок построения математики (1926), в котором попы-
тался смело преодолеть изложенное затруднение, объявив допусти-
мым запрещенный непредикативный способ образования понятий. Ko
234

ЛОГИЦИСТСКИЕ ОСНОВАНИЯ МАТЕМАТИКИ
нечно, он содержит в себе круг, однако этот круг не является пороч-
ным и не представляет опасности. Он ссылается на выражение «самый
высокий человек в данной комнате». Здесь некоторый объект харак-
теризуется с помощью совокупности, к которой он сам принадлежит.
И все-таки никто не считает это выражение неприемлемым, ибо оха-
рактеризованное таким образом лицо уже существует, и обозначение
не создает его, a лишь выделяет. Точно так же, полагает Рамсей, обстоит
дело со свойствами. Совокупность свойств существует сама по себе, но
мы, люди, будучи конечными существами, не можем обозначить каж-
дое из этого бесконечного множества свойств и некоторые из них вы-
деляем, ссылаясь на совокупность всех свойств.— Это эмпирический
факт, который никак не касается логики.
Опираясь на эти соображения, Рамсей оправдывает непредикатив-
ное образование понятий. Поэтому он может обойтись простой тео-
рией типов и осуществить требуемое образование математических по-
нятий, в частности, в теории действительных чисел.
Безусловно, этот результат выглядит привлекательно. Но, как мне
представляется, мы не обязаны соглашаться с основным предположе-
нием Рамсея относительно того, что совокупность свойств существует
до их обозначения с помощью определений. Мне кажется, это предпо-
ложение недалеко уходит от платоновского царства идей, существую-
щих сами по себе и независимо оттого, в состоянии ли конечные люди
помыслить эти идеи. Я считаю: мы должны придерживаться той точки
зрения Фреге, что в математике следует принимать лишь то, существо-
вание чего доказано, a именно доказано в конечное число шагов. Здесь
я хотел бы выразить свое согласие с интуиционистами: конечность ка-
ждой логико-математической операции, каждого доказательства и ка-
ждого определения обусловлена не случайными эмпирическими фак-
тами, касающимися людей, но требуется самим существом дела. Матема-
тиков-интуиционистов за их взгляды называют «антропологическими
математиками». Я думаю, по аналогии с этим сторонника Рамсея можно
было бы назвать «теологическим» математиком. Говоря о совокупно-
сти свойств, существующей за пределами реально познанного и опреде-
ленного, он встает, некоторым образом, на точку зрения бесконечного
духа, который не связан несчастной необходимостью шаг за шагом кон-
струировать каждый объект.
И здесь перед нами встает решающиіі вопрос. можно ли сохранить ре-
зультат Рамсея, не принимая его абсолютистской позиции? Результат
Рамсея заключается в следующем: можно ограничиться простой теорией
типов и, тем не менее, сохранить возможность определения математи-
ческих понятий, в частности, понятий теории действительных чисел.
235

РУДОЛЬФ КАРНАП
Мы придем к этому результату, если, подобно Рамсею, допустим непре-
дикативное образование понятий. Но можно ли это сделать, не прини-
мая рамсеевского абсолютизма? Я хотел бы здесь попытаться обосно
вать утвердительный ответ на этот вопрос.
Вернемся к примеру со свойством «индуктивный», для которого мы
сформулировали непредикативное определение:
Инд(х) =м (f)[(Haai(f) • /(0)) з /(*)].
Попробуем проверить еще раз, действительно ли применение этого оп-
ределения, т. е. установление того, присуще данное понятие в каком-то
конкретном случае или нет, ведет к кругу и поэтому недопустимо. Если
число 2 является индуктивным, то, согласно данному определению, это
должно означать:
(/)[(tfac*(/)/(0)) =>/(*)].
словами: для любого свойства/верно, что если оно является наслед-
ственным и присуще нулю, то оно присуще двум. Каким способом
можно проверить справедливость такого общего высказывания? Если
попытаться исследовать каждое отдельное свойствс, то мы попадаем
в замкнутый круг, ибо при таком исследовании мы встретимся также
и со свойством «индуктивный». Такая проверка была бы принципи-
ально невозможна, поэтому наше понятие было бы лишено смысла. Од-
нако проверка логических или математических общих высказываний
вовсе не сводится к исследованию всего ряда конкретных случаев. Это
объясняется тем, что в данном случае, как и вообщс при непредикатив-
ных определениях, речь идет о бесконечных совокупностях объектов.
Мысль о необходимости перебора частных случаев обусловлена отожде-
ствлением «пронумерованной» («numerischen») общности, состоящей
из уже данных предметов, со «специфической» общностью2. Специфи-
ческая общность определяется неперечислением отдельных случаев,
а логическим выводом из определенных постулатов. В нашем примере:
индуктивность числа 2 означает, что из допущения «быть наследствен-
ным и быть присущим нулю» логически следует «принадлежать двум»,
символически: при любом неопределенном/, из «Haai(f) •/(())» с помо-
щью логических операций можно вывести «/(2)». Фактически именно
это и происходит. Выведение «/(0)» из «Haai(f) /(0)» — тривиально;
См. об этом: Kaufmann F. Das Unendliche in der Mathematik und seine
Ausschaltung. Wien 1930.
236

ЛОГИЦИСТСКИЕ ОСНОВАНИЯ МАТЕМАТИКИ
тем самым доказана индуктивность числа 0. Следующий шаг опирается
на определение понятия «быть наследственным»:
Насл(х)=ы(п)\/(п)=>/(п + 1)].
Легко видеть, что с помощью этого определения из «Haai(f) /(0)» выво
димо «/(0 +1)», т. е. «/( 1 )». Тем самым доказано, что число 1 является ин-
дуктивным. На основе этого результата и опять-таки с помощью опреде-
ления наследственного свойства из «Haai(f) /(0)» выводимо «/(1 +1)»,
т.е. «/(2)». Тем самым доказано, что число 2 является индуктивным. Та-
ким образом, мы видим, что хотя определение индуктивности и явля-
ется непредикативным, это не препятствует его применению: можно
доказать, что в отдельном случае определенное свойство имеется (или
не имеется). Потому данное определение оказывается осмысленным.
Если отбросить мысль о необходимости проверять все отдельные слу-
чаи и уяснить себе, что общезначимость некоторого высказывания для
любого свойства не означает ничего иного, кроме его логического (точ-
нее, тавтологичного) значения при неопределенном свойстве, то мы
придем к убеждению в том, что непредикативные определения логиче-
ски допустимы. Если некоторое свойство определено непредикативно,
то решение вопроса о его наличии или отсутствии в определенных слу-
чаях может наталкиваться на серьезные трудности или даже оказаться
невозможным, ибо логика не представляет собой вполне разрешимую
систему. Однако ответ на этот вопрос отнюдь не будет неразрешимым
для всех случаев вследствие непредикативности определений.
Если изложенная здесь позиция окажется приемлемой, то это по
может логицизму справиться с его величайшими трудностями и удачно
пройти между Сциллой аксиомы сводимости и Харибдой разбиения
действительных чисел на различные порядки.
В представленной здесь форме логицизм имеет некоторые общие
черты с двумя другими направлениями. С интуиционгізмом его сближает
конструктивная тенденция в образовании понятий, на которой настаи-
вал уже Фреге: понятия нельзя вводить аксиоматически — их нужно кон-
струировать посредством цепочки явных определений из неопределяе-
мых основных понятий. Признание непредикативных определений
на первый взгляд противоречит этой тенденции, но это противоречие
возникает только при рамсеевской форме построения. Как и интуицио-
нисты, мы причисляем к свойствам только те выражения (точнее, вы-
ражения в виде предложения с одной свободной переменной), которые
можно построить за конечное число шагов из неопределяемых основ-
ных свойств соответствующей области согласно определенным прави-
237

РУДОЛЬФ КАРНАП
лам построения. Разница, тем не менее, между нами заключается в том,
что мы считаем оправданным не только использование правил, прини-
маемых интуиционистами (правила так называемого «узкого исчисле-
ния предикатов»), но и выражений типа «для всех свойств» (операции
так называемого «расширенного исчисления предикатов»).
С формализмом нас связывает методологическое родство. Логицизм
стремится строить логико-математическую систему таким образом, что
хотя исходные формулы и операции принимаются с учетом значения
основных понятий, внутри самой системы цепи дедукций и определений
развертываются чисто формально, т.е. без всяких ссылок на значение
основных понятий.

ГАНС РЕЙХЕНБАХ, БЕРЛИН
ФИЗИКАЛИСТСКОЕ'
ПОНЯТИЕ ИСТИНЫ
Существует различие между применением философского понятия в прак-
тическом мышлении и его формулироѳкай в чистом смысловом значении.
Каждый стоит перед необходимостью утверждать некие предложения
истинными, a повседневная жизнь, равно как и наука, развили методы,
с помощью которых более или менее осознанно принимают решение
об истине. Но чем является истина, это еще не дано применением поня-
тий, a требует философской рефлексии о смысле и значении познава-
тельных операций. Цель моих сегодняшних рассуждений состоит в том,
чтобы предоставить Вам возможность взглянуть на подобное теоретико-
познавательное исследование.
Но сразу же следует предпослать одно замечание, которое ориенти-
ровано в особенности на физиков. Если я здесь говорю о теории позна-
ния, то понимаю под этим нечто иное, нежели широкие круги школь-
ной философии наших дней; ведь я понимаю под этим ne некую дисци-
плину, творящую знания из чистого разума, a затем желающую делать
предписания профессиональным ученым. Для меня теория познания,
скорее, неразрывно связана с точным естествознанием. Ибо метод
теории познания может состоять только в анализе научного мышле-
ния; та или иная научная дисциплина должна анализироваться при по-
мощи логико-аксиоматических методов, если следует отвечать на во-
Речь идет о физическом познании, a термин «физикалистский» намскает на «физи-
кализм» — некую философскую доктрину. Однако Рейхенбах, как и Карнап
(см. далее ст. «Физикалистский яэык как универсальный язык науки»), имеет
в виду и говорит о языке физики. Использование разных тсрминов в русском
тексте обусловлено лишь различием языка оригинала и русского: например,
можно говорить о «физическом законе, системе, области», но не о «физиче-
ском высказывании», поэтому периодически используется термин «физика-
листский». — Прим. ред.
239

ГАНС РЕЙХЕНБАХ
прос о смысле и предпосылках познания. Этот переход от анализа по
знающего разума к анализу кристаллизованного продукта познания
является характерной чертой современной философии природы; по
этому такое направление философской деятельности могло родиться
лишь в философский период физики, который мы переживаем в на-
стоящее время. Поэтому-то представители указанного направления,
которых вы пригласили на эту конференцию по учению о познании,
и вышли из физики и математики. Несмотря на такую тесную связь,
сегодня все же стала неизбежной дифференциация рабочих областей.
Сами физики слишком обременены работой в своей области, чтобы
еще иметь возможность проводить теоретико-познавательный анализ;
с другой стороны, теоретикопознавательная позиция может служить
для физика даже препятствием, так как при определенных обстоятель-
ствах она может удерживать его от конкретной (и, кстати, на началь-
ной стадии не всегда имеющей теоретико-познавательное оправдание)
работы. Конечно, это имеет силу не всегда, ибо иногда, в особенно-
сти в решающие моменты, физик нуждается в теоретико-познаватель-
ных проекциях для того, чтобы продвинуться дальше в самой физике,
что стало достаточно известным благодаря развитию теории относи-
тельности и квантовой теории. Об этом факте будет свидетельство-
вать также следующий доклад господина Гейзенберга, которому мы
в особой мере обязаны теоретикопознавательной проработкой кван-
товой механики. Надеюсь, станет ясно, что вопрос о характеристике
истины, о котором я сегодня хотел бы рассказать Вам, находится в тес-
ной взаимосвязи с исследованиями, проводимыми в настоящее время
в квантовой механике.
Имеется очень простая и довольно убедительная характеристика ис-
тины: в соответствии с ней истина является совпадением представления
и предмета. Формулировка подобного рода встречэ,ется уже y Платона,
и ее все еще можно обнаружить y Канта. С тех nop на эту формулировку
была направлена теоретикопознавательная критика; я назову, прежде
всего, имена Гельмгольца, Генриха Герца, a в наше время —Шлика. Бла-
годаря этой критике стало ясно, что слово «совпадение» в данной ха-
рактеристике истины не является осмысленным, поскольку речь идет
о несравнимых вещах: с одной стороны, о представлении, a c другой
стороны, о предмете. Осмысленно здесь можно говорить лишь об ото-
бражении в математическом смысле, об однозначном упорядочивании
предмета и образов представления, не делая при этом высказывания
о сходстве этих двух совершенно отличных элементов. Наиболее из-
вестной стала формулировка, которую подобным размышлениям при-
дал Генрих Герц: «Мы создаем кажущиеся образы или символы внешних
240

ФИЗИКАЛИСТСКОЕ ПОНЯТИЕ ИСТИНЫ
предметов, причем создаем их так, что необходимые мыслительные
следствия образов постоянно вновь оказываются образами о необхо-
димых природных следствиях отображенных предметов [...]. Образы,
о которых мы ведем речь, являются нашими представлениями о вещах;
с вещами они имеют одно существенное совпадение, состоящее в вы-
полнении названного требования, однако для этой цели не является
необходимым, чтобы они обладали какими-либо иными совпадениями
с вещами. На самом деле мы также не знаем и не имеем никакого сред-
ства для того, чтобы узнать, совпадают ли наши представления о вещах
с ними самим в чем-либо еще, кроме как в одном лишь этом фундамен-
тальном отношении»2.
С появлением математического понятия отображения данной ха-
рактеристике истины была придана форма, в которой ее можно охва-
тить при помощи логических средств современной критики познания.
Правда, при этом после некоторых исследований выясняется, что на-
званная характеристика истины имеет серьезные недостатки; сейчас
я их кратко перечислю.
Первый недостаток состоит в увязывании понятия истины с детер-
минизмом. Ибо однозначность упорядочивания образов и вещей пред-
полагает, что подобное соответствие между образами и вещами факти-
чески имеет место. Особенно это заметно в формулировке Герца, кото-
рая требует, чтобы не только наблюдаемые только что образы были бы
упорядочены с актуально наличными вещами, но и необходимые мыс-
лительные следствия образов были бы упорядочены с необходимыми
природными следствиями вещей; a это есть не что иное, как детерми-
низм. Но поскольку детерминизм является теорией, которая сама нуж-
дается в философской критике, чрезвычайно сомнительно ставить в за-
висимость от вопроса о детерминизме такое фундаментальное понятие,
как истину.
Во-вторых, ошибкой данной характеристики истины является то,
что она не указывает никаких средств для того, чтобы еще до наблюде-
ния решить, является ли предложение истинным. Если астроном выска-
зывает предложение, согласно которому в такой-то день состоится сол-
нечное затмение, то мы уже сегодня хотим знать, является ли это предло-
жение истинным; однако данная характеристика истины разрешает это
сделать лишь послетото, как будет наблюдаемо солнечное затмение. Ибо
лишь тогда можно будет констатировать, совпадают ли необходимые
мыслительные следствия с необходимыми природными следствиями.
Но тем самым данная характеристика истины становится практически
Hertz H. Die Prinzipien der Mechanik. Leipzig, 1894, S. 1, 2.
241

ГАНС РЕЙХЕНБАХ
недостаточной, ибо ученый хочет еще до подтверждения посредством
наблюдения знать, может ли он доверять своим предложениям.
В-третьих, следует констатировать, что в случае общих предложений
ситуация с признанием истины оказывается еще на порядок хуже. Ибо
общие предложения высказывают утверждение для всех случаев; но по-
скольку постоянно может наблюдаться лишь конечное число случаев,
общие предложения никогда не могут быть признаны истинными. Тем са-
мым общие предложения естествознания теряют всякое оправдание.
На что опираются названные возражения? Легко заметить, что выяв-
ляемые в них трудности имеют свое основание в том, что высказывания
физики являются предсказывающими предложениями (Prophezeiungssätze);
только вследствие того, что эти высказывания имеют силу в отноше-
нии будущего времени, возникают три названные трудности. До тех же
nop, пока речь идет лишь о предложениях-отчетах (Berichtsätze), указан-
ные трудности не имеют силы. Предложения-отчеты тоже содержатся
в физике; так, например, протокол физика-экспериментатора содержит
предложения-отчеты. Решить вопрос об их истине легко: они выска-
зывают не что иное, как наличие переживаний восприятия. Но наука
не довольствуется предложениями-отчетами, a постоянно переходит к
предсказывающим предложениям. Как же следует решать вопрос об ис-
тине предсказывающих предложений? Протокол физика-эксперимен-
татора может быть истинным, хотя опирающиеся на него предсказа-
ния могут быть и ложными. Следователъно, истина предсказывающих пред-
ложений имеет иную природу, нежели исгпина предложений-отпчегпов; в эгпом
заключается серьезпая теоретико-познавательная проблема естественно-науч-
hoù истпины. До сих nop эту проблему скрывали, преобразуя предска-
зывающие предложения в предложения-отчеты, предполагающие буду-
щего наблюдателя, который принимает свое решение лишь после на-
ступления или ненаступления переживания восприятия. Но это есть
искажение проблемы, ибо то, в чем мы нуждаемся, есть именно при-
знание истины доподтверждения; мы должны знать, как следует оцени-
вать предсказывающие предложения, a на этот вопрос преобразование
предсказывающих предложений в предложения-отчеты будущего вре-
мени не дает нам никакого ответа.
Ситуация еще больше ухудшается, поскольку при более точном рас-
смотрении выясняется, что даже и так называемые предложения-от-
четы физиков на самом деле постоянно содержат в себе предсказания.
Данные в протоколе физика-экспериментатора неизбежно включают
в себя предсказания. Если, например, там идет речь о наблюдаемой
силе электрического тока в 2,4 А, то при этом неявно, но постоянно
имеется в виду и такое соображение: если бы вместо этого амперметра
242

ФИЗИКАЛИСТСКОЕ ПОНЯТИЕ ИСТИНЫ
был использован амперметр с иным устройством, то соответствующая
величина равнялась бы все тем же 2,4 А. Конечно, чаще всего это не
произносится, однако постоянно неявно предполагается; если физик-
экспериментатор в это не верил бы, тогда он никогда не смог бы из-
влечь из своих опытов такие выводы, которые он фактически извле-
кает. Другой пример: если геолог сообщает, что северная цепь Альп со-
стоит из известняка, то этот «отчет» постоянно содержит в себе также
и предсказания, например, предсказание о том, что при бурении аль-
пийского луга после слоя гумуса наткнутся на известняк. Если же хо-
тят избавиться от этих предсказаний, содержащихся в естественно-на-
учных предложениях, то придется зайти слишком далеко, и тогда ос-
танутся лишь отчеты в теоретико-познавательном смысле; подобные
предложения имеют форму «здесь и сейчас зеленое с белым», «здесь
и сейчас тик-так и светло». Хотя и истинно то, что все предложения-
отчеты в конце концов сводятся к подобным отчетам в теоретико-по-
знавательном смысле, естествоиспытатель все же никогда не может ог-
раничиться этим чистым отчетом. Он постоянно утверждает больше,
и он должен это делать, так как он желает включить в свои отчеты но-
вые предсказания.
В этой ситуации имеется радикальное решение, которое некоторые
пытались уже осуществить. Согласно этому решению теоретико-позна-
вательный отчет является подлинным содержанием всех естественно-
научных предложений; все же остальное является добавлением фанта-
зии, сопутствующим представлением. В таком случае в естествознании
отсутствуют предсказывающие предложения. Если же мы определен-
ным предложениям и придаем языковую фор\іу предсказаний, то это
есть лишь своеобразное одеяние предложений-отчетов; предложение
«Завтра взойдет солнце» в соответствии с такой формой означает лишь
следующее: «Вчера, позавчера и т.д. солнце всходило». (Даже и в этом
случае данное предложение охватывает слишком много для такого по-
нимания, однако это высказывания о прошлом, a не о будущем.) Верно,
что благодаря этому пониманию приходят к строгому решению про-
блемы истины; но, к сожалению, это происходит ценой насильствен-
ного искривления физикалистского мышления. Конечно, тем самым
элиминируется проблема предсказывающих предложений, однако од-
новременно элиминируется и вся физика, ибо физика никогда не смо-
жет довольствоваться констатацией прошедших переживаний. По-
этому в подобном повороте проблемы я не могу усмотреть решения;
речь не идет о том, чтобы отказать проблеме в осмысленности на том
основании, что прежними понятийными средствами не удается найти
удовлетворительного ее решения.
243

ГАНС РЕЙХЕНБАХ
Таким образом, для меня проблема истины постоянно оказывается
проблемой предсказывающих предложений. Понятие истины для пред-
ложений-отчетов, конечно, также используется в познании природы,
поскольку оно, в конце концов, опирается на теоретико-познаватель-
ные отчеты; однако это понятие истины не является достаточным для
естествознания. Насущной проблемой является, скорее, вопрос об ис-
тине предсказывающих предложений.
Как же до сих nop поступали с описанными трудностями примене-
ния понятия истины к предсказывающим предложениям?
Была сооружена вспомогательная конструкция. В соответствии
с ней предсказывающее предложение «само по себе» является истин-
ным или ложным, только наше знание об этом является неполным и не-
совершенным. В нашем знании мы, пожалуй, можем приблизиться к
идеальной истине, но никогда не способны достичь ее. До сих nop это
являлось обычным поворотом проблемы; неспособность решения во-
проса об истине списывалась на несовершенство человека, хотя при
этом продолжали придерживаться идеала строгой истины для предло-
жений самих по себе.
Но как бы ни было распространено подобное понимание, оно не
может удерживаться далыие, ибо оно превращает понятие истины в пус-
тое понятие, так как не дает никаких средств приближения к идеальной
истине. Если предложение должно быть истинным во всех случаях, то нст
никакого приближения в том, что оно имело место в тысяче случаев; ибо
от тысячи до бесконечности ровно столько же, сколько и от нуля до бес-
конечности. До тех nop пока понятие истины нс уточняется понятием
приближения, оно с необходимостью остается пустым. Ибо для нас ока-
зывается переживаемым только процесс приближения, но никогда—сам
идеал; поэтому понятие истины можно схватить лишь втом случае, если
процесс приближения несет в себе самостоятельный смысл, если про-
цесс приближения определяет понятие истины. Идеал имеет значение
только некоей границы, и как граница не есть нечто само по себе сущест-
вующее, a принимает лишь тот смысл, который несет в себе процесс при-
ближения, так и понятие истины в познании природы может обрести
свой смысл лишь посредством формулирования фактически наличного
в познании природы процесса приближения к ней.
Это означает не что иное, как то, что в теории познания мы должны
отдать более приоритетное предложение понятию вероятности по срав-
нению с понятием истины. Ибо процесс приближения научного позна-
ния использует понятие вероятности; физик постоянно обозначает
свои предложения как более или менее вероятные, a подтверждающие
опыты делают предсказание более вероятным, но никогда не делают
244

ФИЗИКАЛИСТСКОЕ ПОНЯТИЕ ИСТИНЫ
его истинным. Поэтому истину следует определить лишь как погранич-
ный случай вероятности. Если до сих nop в теории вероятностей пы-
тались, прежде всего, свести понятие вероятности к понятию истины,
то теперь безнадежность этого пути ни с чем не спутаешь: все обстоит
с точностью до наоборот, теория истины может быть сформулирована
лишь через теорию вероятности.
Если до сих nop этого не замечали, то причина данного обстоятель-
ства лежит в том, что во многих физикалистских предложениях мы
имеем дело с чрезвычайно высокой вероятностью. Такую высокую ве-
роятность затем отождествили с достоверностью и забыли, что подоб-
ное, оправданное для практических целей, отождествление никогда
нельзя допускать в теории познания. Подобная ошибка имеет чрезвы-
чайно важные следствия. Таким образом сконструировали модель фи-
зического исследования, из которого пожелали извлечь теорию позна-
ния; но при этом забыли, что такая модель не тождественна с действи-
тельно наличным познанием, и из этой модели извлекли определенные
идеальные черты процесса познания, которые не имеют смысла для
реального способа познания. Здесь происходит гипостазирование мо-
дели, жертвой которого пала теория познания в своих имевших до сих
nop место теориях истины; и лишь возврат к изначальному способу по-
знания может принести спасение.
Здесь мы оказываемся перед всеобщей опасностью для научного
мышления; ибо точно так же, как теория познания сконструировала для
себя модель физикалистского познания, точно так же в самой физикс
была сконструирована модель, абсолютизация которой привела к лож-
ным представлениям о характерных чертах природных явлений. Нью-
тоновское представление о силе притяжения между планетами длитель-
ное время рассматривали в качестве образца всякого переноса действия;
сегодня мы знаем, что хотя математическая форма Ньютона сохраняет
свою ценность в качестве приблизительного закона, имевшие место
представления о силе притяжения суть лишь сопутствующие представ-
ления, не имеющие познавательной ценности. Только если сформули-
рованный закон отделяется от модели, он приобретает статус научного,
a как бы модель ни была полезна в качестве вспомогательного средства
при первой экспозиции закона, но следование этой модели вне данной
цели означает лишь опасность, поскольку оно может вести к ложным
следствиям. Сходным образом Больцман вывел свою величественную
теорему из представления, согласно которому молекулы сталкиваются
друг с другом как эластичные шарики; сегодня же мы знаем, что всеоб-
щая мысль статистического разрешения второго закона теплоты сохра-
няет свою ценность, но это не относится к модели, с которой она изна-
245

ГАНС РЕИХЕНБАХ
чально была сплетена. Современные теории также опираются наряду
со своим понятийным содержанием на кажущееся обоснование посред-
ством некоей модели. Так, в основании теории Эйнштейна лежит мо-
дель, что все события в мире состоят из совпадений, сеть которых яв-
ляется чем-то объективным в собственном смысле слова, в то время как
метрические измерения сети могут быть произвольно растянуты — об-
раз грандиозной правильности для мира в целом, в то время как в ча-
стностях понятие совпадения и пространственно-временного порядка
стало в высшей степени проблематичным. Каждая модель всегда имеет
только ограниченную значимость, и ничто не является столь опасным,
как выход за эти границы; ибо черты модели всегда схватывают при-
роду только в определенной степени приближения, но никогда не схва-
тывают ее в полной всеобщности. Сегодня же мы должны быть гото-
выми к тому, чтобы отказаться от последней черты, общей для всех пре-
дыдущих физических моделей: мысли о детерминизме. Даже простую
определенность одного события другим событием, будь то пространст-
венные шарики или пространственно-временные совпадения, сегодня
больше не удается сохранить. Эта определенность также являлась лишь
некоей идеализацией, применимой для многих целей; но желание посту-
лировать ее как последнюю теоретико-познавательную истину было бы
не чем иным, как совершенно неоправданной абсолютизацией модели.
Обычно развитие идет последовательными шагами. В начале вовсе
не замечают идеализацию, совершенную посредством конструирова-
ния модели. Но через некоторое время всплывают странные трудности;
система обнаруживает противоречия и неразрешимые загадки. Тогда
физик вынужден обратиться к теоретико-познавательным размышле-
ниям, и оказывается, что физикалистские трудности возникли в резуль-
тате теоретико-познавательных предубеждений. Знаменитая критика
Эйнштейном понятия одновременности является одним из наиболее
красивых примеров данного развития, и попытки, которые в настоя-
щее время предпринимаются в квантовой механике с целью критики
мысли о каузальности, исходят из сходной ситуации. В последнем случае,
правда, теоретико-познавательная критика физикалистского развития
уже предвосхитила ее; ибо философский анализ предшествующей фи-
зики уже выявил, что мысль о каузальности является слишком узкой, что
следует принять более всеобщую закономерность природы, закопомер-
ность вероятности, для которой квантовая механика означает лишь одну
специальную, хотя и чрезвычайно интересную, форму3. Этим предвос-
3 См. об этом: Reichenbach H. Die Kausalstruktur der Welt und der Unterschied von
Vergangenheit und Zukunft. Ber. der bayerischen Akademie math. Klasse, 1925, S. 133.
246

ФИЗИКАЛИСТСКОЕ ПОНЯТИЕ ИСТИНЫ
хищением последующего физикалистского развития новая философия
природы уже смогла показать, что она находится на правильном пути,
когда расширяет и распространяет физикалистские познания до фило-
софских открытий.
Но мы должны более точно подойти к вопросу о том, по каким осно-
ваниям мысль о строгой каузальности означает выход за пределы мо-
дели. Это осознают, если обдумают, что физические законы описывают
идеальные связи, которые в природе никогда не могут быть строго реа-
лизованы. Мы постоянно имеем дело с описаниями природы, в кото-
рых мы предполагаем определенный идеальный случай, и от них де-
лаем заключения к правильности других описаний; но каузальность
может гарантировать нам это заключение, только если идеальные пред-
посылки заключения действительно выполнены —и именно этого нико-
гда не происходит. Необходимо полностью уяснить себе, что принцип
каузальности в своей строгой форме означал бы совершенно гтустую
форму, так как означал бы неприменимое высказывание, если бы его
нельзя было выразить иначе, чем в извлеченной из модели форме.
Для модели имеет смысл из наличия состояния A заключать к наступ-
лению состояния В. Для действительности же в этом утверждении по-
добной импликативной связи не просто ничего, a даже совсем ничего
не сказано, так как нам не известен ни один отдельный случай, в ко-
тором состояние A строго реализовано. Здесь не помогает и дополне-
ние каузального требования требованием постоянства такого вида, что
приближенное состояние A должно определять по меньшей мере при-
ближенное состояние В — ибо мы вовсе не знаем, реализовано ли со-
стояние A даже только приблизительно. Мы только лишь знаем, что со-
стояние A реализовано с определенной вероятностъщ и если мы полагаем
состояние A только внутри определенного игрового пространства точ-
ности г, то мы все же можем постоянно формулировать наличное ут-
верждение только с помощью понятия вероятности: с высокой вероят-
ностью состояние A находится внутри игрового пространства точно-
сти е—это все, что мы знаем. Если мы, тем не менее, делаем заключение
о наступлении состояния В с вероятностью, то именно к этой сфере
и относится употребление понятия вероятности. В целом этого не за-
мечают потому, что игровое пространство е обычно выбирают таким
образом, что имеющаяся вероятность очень высока; поэтому практи-
чески нельзя болыпе отличить имеющие место вероятные высказыва-
ния от высказываний достоверности. Но если понятие каузальности
в привычно строгой форме по этой причине кладут в основание фи-
зикалистского познания, то именно в этом и состоит то перенапря-
жение модели, о котором мы ведем речь. Для многих физикалистских
247

ГАНС РЕЙХЕНБАХ
целей, конечно, позволительно забыть о вероятностном характере
природных законов и довольствоваться моделью строгого закона при-
роды; но если совершаемая тем самым идеализация забывается в теоре-
тико-познавательных размышлениях, то тогда совершается решающая
ошибка, в результате которой полностью искажается теория физикали-
стского познания. Кстати, практическая физика при ближайшем рас-
смотрении все еще содержит понятие вероятности; но оно запрятано
там в очень тонкой сфере исправления ошибок. Но именно из формы
экспоненциальной кривой Гаусса с ее асимптоматическим продолже-
нием в обе стороны должно стать достаточно отчетливым то, что пра-
вильность результата внутри игрового пространства точности е посто
янно позволительно утверждать лишь с высокой вероятностью, но ни-
когда —с достоверностью.
Против изображенного хода мыслей можно было бы возразить, что
понятие вероятности постоянно связано с появлением определенных
числовых описаний, как это следует осуществлять, например, в геоде-
зии или астрономии, но что оно все еще не появилось в формулировке
физических законов, так как они ведь ни в коем случае не содержат до
пущений о начальных условиях происходящего. Так, например, верно,
что допущение об определенной траектории планеты может быть сде-
лано только с вероятностью; однако можно с уверенностью утвер-
ждать, что планетные орбиты удовлетворяют дифференциальному
уравнению Пуассона, ибо это имеет силу для всякой формы начальных
условий и одновременно охватывает мешающие воздействия других
планет. Тем не менее легко можно показать, что и этот выход оказы-
вается тупиковым. Ибо физик никогда всерьез не сможет утверждать,
что его дифференциальные уравнения имеют силу с совершенно стро
гой точностью. Ведь правильность дифференциальных уравнений
тоже связана с выполнением особых внешних обстоятельств, кото-
рые никогда строго не имеются в наличии. Так, сегодня мы в соответ-
ствии с теорией гравитации Эйнштейна знаем, что дифференциаль-
ное уравнение Пуассона также ни в коем случае не имеет силы в от-
ношении любой формы притяжения масс; что оно, скорее, является
правильным только для очень специального поля гравитации, кото-
рое строго никогда не может осуществиться. Разумеется, мы обладаем
более всеобъемлющим инструментом в виде гравитационного уравне-
ния Эйнштейна, которое является правильным для гравитационных
полей гораздо более всеобщего типа; тем не менее ни один физик не
станет утверждать, что это равенство — последняя непререкаемая ис-
тина. От такой абсолютизации уравнения Эйнштейна нас уже сейчас
предохраняет мысль о том, что гравитационная теория Эйнштейна
248

ФИЗИКАЛИСТСКОЕ ПОНЯТИЕ ИСТИНЫ
является феноменологической теорией материи, правильность кото-
рой лишь до поры до времени сохраняется в отношении грубой мате-
рии, в то время как ее значимость в сфере квантовых законов кажется
в высшей степени проблематичной. Поэтому мы должны остановиться
на том, что функциональная форма закона также постоянно означает
некую схематизацию, равно как схематизация уже содержится в вы-
боре параметров и определении их величины; правильность закона
природы в форме дифференциального уравнения, также можно утвер-
ждать лишь с вероятностью, так как эта правильность связана с выпол-
нением определенных условий, о наличии которых мы можем нечто
высказать только с вероятностью.
Поэтому в познании природы нет никакой возможности избежать
понятия вероятности. Всякое физикалистское высказывание, будь
то высказывание об отдельно взятой физической системе или о значи-
мости физического закона в общем, является вероятностным высказы-
ванием, a поэтому только теория вероятности может дать ответ о логи-
ческой проблеме физикалистских высказываний. Если же некоторые
против этого возразят, что вероятность физикалистских высказыва-
ний в целом есть нечто иное, нежели вероятность статистических вы-
сказываний, что следует различать между философской вероятностью
и математической вероятностью, то это возражение оказывается за-
блуждением с далеко идущими последствиями. Я изобразил невозмож-
ность отстаивания такой точки зрения в ряде моих более ранних ра-
бот, где я также дал и четкое указание на то, что тут речь идет об од-
ном и том же понятии вероятности. Здесь же для краткого пояснения
следует указать лишь на то, что появление функции вероятности в тео-
рии ошибок, равно как и в теории азартных игр, доказало тождествен-
ность ошибочно различаемых понятий вероятности. Напротив, одним
из важных фактов познания природы мне кажется тот, что одно и то же
понятие вероятности встречается в так называемых статистических за-
конах физики точно так же, как и в любом физикалистском высказы-
вании другого рода; лишь вскрытие данного факта делает возможной
удовлетворительную теорию физикалистского познания. Ибо тем са-
мым проблема физикалистских высказываний сводится к проблеме ве-
роятностных высказываний; проблема значимости физикалистских вы-
сказываний переложена на философию понятия вероятности, и при
помощи уже неплохо продвинутых здесь вперед методов мы можем
привести проблему вероятности в физике к своему решению.
Значение этого поворота проблемы физикалистской истины станет
ясным, если мы сейчас используем и исследуем развитую мысль о том,
в какой мере в физике могут обсуждаться вероятностные высказыва-
249

ГАНС РЕЙХЕНБАХ
ния. Ибо при этом выяснится, каковы специфические условия, кото-
рые ведут к схеме строгой каузальности и, тем самым, строгой истины,
от значимости которой, следовательно, только и зависят права этой бо-
лее старой модели.
Выясняется, что появление вероятностных высказываний для фи-
зика всегда неудобно и что он выдумал вспомогательное средство для
того, чтобы избежать всеобщих вероятностных высказываний. Это
вспомогательное средство состоит в том, что он при помощи опреде-
ленных искусных приемов превращает вероятность наличного выска-
зывания в близко к 1 положенную степень вероятности другого выска-
зывания; a c возникающими специальными вероятностными выска-
зываниями высокой степени вероятности он может обходиться как
с высказываниями достоверности. Для подобного превращения име-
ются лишь два пути; степень вероятности кладется близкой к 1:
а) посредством точного анализа отдельных процессов, т.е. посред-
ством увеличения определенных параметров и усовершенствования
функциональных форм (каузальный метод);
б) посредством перехода к большим числам (статистический метод).
В этих двух методах и заложен источник той двойственности физи-
ческих законов, как она была сформулирована в обоих типах каузаль-
ных и статистических законов. Но то, что ложным образом было вос-
принято как две совершенно различные формы физических законов,
при ближайшем рассмотрении представляет собой двойственность ме-
тодов, при помощи которых одно вероятностное высказывание может
быть переведено в другое вероятностное высказывание с высокой сте-
пенью вероятности. Различие физических предметных областей при-
носит с собой то, что иногда предпочитают один, a иногда другой ме-
тод; так, в газовой теории выбирают второй метод, поскольку первый
метод практически неосуществим, в то время как в небесной механике
используют первый метод, так как здесь этот метод в самом деле хо-
рошо подходит, a bot переход к большим числам тут по разным причи-
нам невозможен. Но следует уяснить себе, что к любому физикалист-
скому высказыванию, безразлично из какой предметной области, по-
стоянно могут быть применены оба метода, и что утверждение двух
принципиально различных типов законов неприемлемо, так как эти
обе формы законности совпадают в одном понятии вероятностного
закона.
И здесь возникает возможность показать тот путь обобщения, ко-
торый предложила сегодняшняя квантовая механика. Ибо то, что ут-
верждается в соотношении неопределенности Гейзенберга, есть не что
иное, как утверждение, что первый путь, a именно путь каузального ме-
250

ФИЗИКАЛИСТСКОЕ ПОНЯТИЕ ИСТИНЫ
тода, не может преследоваться произвольно долго4. Для теоретика по
знания это больше не является неожиданностью, поскольку не суще-
ствует никакого принципиального основания, которое бы гарантиро-
вало возможность названного первого пути. По этим соображениям
еще за год до возникновения квантовой механики я указал на возмож-
ность того, что будущее развитие квантовой теории может привести к
утверждению принципиальной границы для увеличения вероятности
на пути анализа отдельных случаев5; и для понимания физического по-
знания, изложенного здесь, и в самом деле возникает естественное раз-
витие, когда сейчас этот поворот осуществляется в квантово-механиче-
ском ограничении мысли о каузальности.
С некоторых сторон против изложенного здесь развития было вы-
сказано возражение, что изображенное ограничение мысли о кау-
зальности является лишь ограничением для нашего знания природы,
в то время как идее некоего самого по себе строго каузально происхо-
дящего тем самым не нанесен вред. Однако мне кажется, что в выше-
изложенном обсуждении каузальных высказываний в достаточной сте-
пени проиллюстрировано, что подобное спасение каузальности пред-
ставляет собой лишь кажущееся решение. Всякая идея строго каузально
происходящего имеет смысл лишь как высказывание о пограничном
процессе; но если этот пограничный процесс сейчас больше не возмо-
жен, то тем самым каузальное высказывание потеряло всякий приемле-
мый смысл. В подобных высказываниях дает о себе знать вышеизложен-
ное смешение модели с реальностью. Оно не учитывает, что высказыва-
ния о модели обладают смыслом для фактически наличного познания
лишь в той мере, в какой они могут быть переведены в высказывания
об упорядочивании модели и реальности. Это замечание сделано для
тех, кто хочет спасти от квантовой механики мысль о каузальности при
помощи так называемых философских размышлений. Философы лю-
4 Недавно соотношение неопределснности приняло несколько более узкую форму:
можно постоянно проводить эксперименты такого рода, что один определен-
ный, проиэвольно установленный заранее параметр происходящего может
столь же произвольно точно заранее рассчитываться. Однако это происходит
постоянно за счет других параметров; для комбинации же всех параметров
вероятность заранее произведенных расчетов нельзя увсличить произвольно
близко к і. Вследствие этого вышеиэложенная мысль о принципиальном огра-
ничении заранее сделанных расчетов не затрагивается подобной редакцией
соотношения неопределенности.
9 См.: Reichenbach H. Die Kausalstruktur der Welt und der Unterschied von
Vergangenheit und Zukunft, S. 138.
251

ГАНС РЕЙХЕНБАХ
бят убегать от точного исследования в область пустых высказываний.
Так же как недавно Карнап с чрезвычайной последовательностью по-
зитивистской мысли принял бой против этого философского царства
теней в другой области, мы должны вести его тут в области каузально-
сти. Здесь, в области предсказывающих высказываний, он означает по-
нимание того, что смысл присущ лишь вероятностным высказываниям,
но никак не строгим высказываниям об истине.
Некоторые усмотрели в обрисованном ограничении каузального ме-
тода кризис физического познания; однако из изложенных размышле-
ний должно быть достаточно ясно, что здесь кризис имеет место лишь
для того, кто не желает рассматривать классическую физику с теоре-
тико-познавательной точки зрения. Скорее, речь идет о довольно по-
стоянном обобщении предыдущего способа познания; например, не вы-
сказывается запрета на физическую закономерность вообще, но только
лишь совершается переход к закономерности более общего типа. Кто
увидел эту теоретико-познавательную связь, тот точно станет воспри-
нимать это новое развитие как некий процесс выздоровления, в кото-
ром структура познания выкристаллизовывается гораздо более ясно,
нежели чем в более наивных ранних теориях познания. Для проясне-
ния я позволю себе напомнить о теории относительности, физикалист-
ское и психологическое воздействие которой уже сегодня стало истори-
ческим, после того как данная теория стала всеобщим достоянием науч-
ного исследования. Лишь непонятливые—сегодня, пожалуй, уже можно
это сказать — смогли усмотреть в теории относительности некое кру-
шение физики, смогли говорить об «уходе почвы из-под ног» и об «от-
казе от объективного познания». Тот же, кто, напротив, продумал эту
теорию, ее основополагающие понятия и понял необходимость ее по-
становки вопросов, тот понял» что при ее помощи физическое позна-
ние стало лишь яснее и прочнее, так как она дала четко очерченные по-
нятия и ответы в тех местах, где старая теория просмотрела проблемы.
Точно так же дело обстоит с квантовой механикой и с открытием ве-
роятностного характера всякого познания. Лишь тот, кто не продумы-
вает проблему познания до конца, кто путает реальность со сконструи-
рованной моделью и поэтому придерживается догмы «самого по себе»
существующего и в соответствии со строгим детерминизмом проте-
кающего происходящего, может усмотреть в вероятностном характере
квантовой механики отказ от познания. Но тот, кто познал, что реаль-
ность хоть и описывается при помощи моделей, но сама не может мыс-
литься в виде модели, тот понял, что высказывания о реальном могут
быть сделаны только в форме отношений между описывающими поня-
тиями. Однако это познание ведет к такому осознанию природы про-
252

ФИЗИКАЛИСТСКОЕ ПОНЯТИЕ ИСТИНЫ
блемы познания, с глубиной которого старые теории физического по-
знания сравниться не могут.
Ибо это познание означает не меньше, чем переход от понятия ис-
тины физики моделей к понятию вероятности познавательно-критиче-
ской физики, для которой высказывания о границе имеют смысл лишь
как процессы сходимости и именно поэтому могут формулироваться
только при помощи понятия вероятности. He существует истины для
физикалистских высказываний, но достижимой постоянно является
только вероятностц если, тем не менее, использовать понятие истины,
то для физики оно может означать лишь пограничный случай, в кото-
ром вероятность равна 1. Следовательно, истина является специальным
случаем понятия вероятности. Поэтому понятие истины может быть
определено только через понятие вероятности, a не наоборот. Более
детальное осмысление этих вопросов ведет от строгой логики к более
общей вероятпносшнай логике, переход, который по своему отношению
можно сравнить с переходом от эвклидовой геометрии к геометрии
Римана. Свое представление о вероятностной логике я сформулировал
год назад на нашей первой конференции по учению о познании, a по-
этому позволю себе указать на вышедший в журнале «Erkenntnis» от-
чет о той конференции6. Сегодня мне было важно показать вам связь
этих философских мыслей с современной квантовой механикой. Фи-
зические проблемы сегодня сильнее, чем когда-либо, сплетены с тео-
ретико-познавательными проблемами; и мне думается, что с пользой
и для тех, и для других.
Erkenntnis I, 193°« Heft 2-5. S. 158.

ФЕЛИКС КАУФМАН, ВЕНА
ЗАМЕЧАНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ
В ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ1
Центральная проблема теории познания заключается в том, чтобы ясно
понять смысл соответствующих предложений. Это понимание смысла
включает в себя, во-первых, установление предметпа науки. Наука со-
стоит из высказываний (суждений), однако нельзя понять высказыва-
ние, если не знать, о чем оно говорит. Вовторых, оно включает в себя ус-
тановление способа дейстпвий (метода) науки. Нельзя понять высказыва-
ния, если не знать, чтпо оно утверждает о своем предмете. Но для этого
нужно установить критерии его истинности или ложности, и проверка
выдвигаемых предположений с помощью соответствующих критериев
образует способ действий (метод) науки.
Установление предмета и метода уже обозначает границы науки; их
установление извне есть лишь иная формулировка этого определения.
Наше определение говорит: к науке ѴѴХ относятся те и только те высказы-
вания о предметной области Gn верификация которых достигается по-
средством метода Ѵ^. Внешняя формулировка гласит: высказывания, ко-
торые не относятся к предмету Gn и высказывания, которые не верифи-
цируются посредством метода Vj, принадлежат не Wly a другой науке.
Однако при более внимательном рассмотрении данное выше опре-
деление вызывает сомнения в результате следующего соображения:
формулировка некоторого предложения предполагает, что с опреде-
ленными «знаками» связан определенный смысл и понятпъ предложе-
ние значит понять этот смысл. Почему понимание этих уже имеющихся
смыслов может стать проблемой?
Ответ на этот вопрос дает теоретико-познавательный факт разных
степепей ясности мышления: оказывается, об одном и том жгможно мыс-
лить более или менее неопределенно или ясно. Прояснение и уточ-
1 Kaufmann F. Bemerkungen zum Grundlagenstreit in Logik und
Mathematik//Erkenntnis, Bd. II, S. 262-290.
254

ЗАМЕЧАНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ В ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ
нение наших мыслей является задачей философского (в узком смысле),
a также — как мы увидим в дальнейшем — логического и математического
мышления.
Неясность мышления может состоять, с одной стороны, в том, что
мы не учитываем определенных черт, присущих мыслимому предмету2,
а, с другой стороны, связываем с ним какие-то особенности, ему не при-
сущие. Речь здесь идет, прежде всего, о «случайном» эмпирическом
включении предметов в чувственно воспринимаемые связи, которые
мы ошибочно приписываем самим предметам. Так, например, к крас-
ному цвету как таковому не имеет никакого отношения то обстоятель-
ство, что моя детская комната когда-то была оклеена красными обоями,
a с сущностью числа go никак не связано то, что это номер дома, в кото-
ром я живу. Дикарь, который считает, соотнося предметы с пальцами
на руках, мысленно связывает числа с пальцами, a более просвещен-
ный человек нашего времени связывает числа с конвенциональными
знаками, с цифрами. Однако математик знает, что законы чисел не за-
висят не только от произвольно избранных для них цифровых обозна-
чений, но также и от десятеричной системы и вообще от какой-либо их
группировки в ряды. Поэтому для него ясно, что все эти случайные мо
менты должны быть исключены, когда речь идет о точном определе-
нии смысла понятия числа или об учении о числах.
В связи с этим для последующего исследования важен следующий
результат: все определения, изменение которых не затрагивает мате-
матического исчисления, не затрагивают смысла этого исчисления
и должны быть исключены из сферы исследования оснований во избе-
жание излишних сложностей3.
В частности, в этом смысле принципиально несущественны все симво-
лические сокращения, сколь бы важными они ни были с точки зрения эв-
ристической техники. Каждое символическое сокращение устанавли-
вается посредством номинаяьного определения, поэтоліу всегда может
быть заменено своим дефиниенсом. Если в каких-то случаях такое све-
дение оказывается невозможным, то это служит безошибочным ука-
занием на то, что символическое сокращение используется неверно,
т.е. что ему придают не тот смысл, который приписывает ему опреде-
ление. В математике такими сокращениями являются так называемые
«расширения понятия числа», т.е. введение отрицательных, дробных,
2 Слово «предмет» понимается здесь в самом широком смысле.
В рамках самой математики этот принцип полностью соблюдается. Наиболее
известным примером является принцип двойственности в проективной гео-
метрии.
255

ФЕЛИКС КАУФМАН
иррациональных и комплексных чисел, поскольку все высказывания
об этих «новых числах» представляют собой лишь символическое (язы-
ковое) преобразование высказываний о натуральных числах; то же са-
мое справедливо и для «идеалов» теории чисел.
Возможно, важнейший шаг к прояснению проблемы оснований ло-
гики и математики, a также других наук состоит в том, чтобы не до-
пускать «чрезмерно широкой», т.е. выходящей за рамки определений,
интерпретации символических сокращений и в рассматриваемой об-
ласти исследований отмечать те пункты, в которых имеет место такая
ошибочная интерпретация. Последовательная критика в духе этой мак-
симы ведет к исключению псевдопроблем.
Изложенные соображения уже содержат основную идею следую-
щего далее анализа. Его исходным пунктом будет критика распростра-
ненного понимания сущности абстракции.
Именно в проблеме абстракции кроется главный корень вообще всей
научно-теоретической проблематики и в невнимании к сущности абст-
ракции можно найти основной источник возникновения псевдопроб-
лем в различных науках. Как только это четко осознано, так сразу же
значительное число «проблем» оказывается бессмысленным и устра-
няются препятствия, которые эти «проблемы» воздвигают перед под-
линно научным исследованием.
Для понимания абстракции принципиально важно осознать, что
факторы, от которых абстрагируются, не исключаются из абстракции,
a — в рамках определенной области — остаются открытыми, т. е. счита-
ются переменными4. Проанализируем, например, абстракцию, кото-
рую мы используем, когда говорим о некотором цвете. Она имеет две
стороны. Во-первых, в нее часто входит пространственно-временной па-
раметрг. кто говорит о цвете как таковом, тот утверждает, что, согласно
его мнению, этот цвет всегда присутствует в определенном месте и в опре-
деленное время. Во-вторых, остается неопределенным, с какими именно
телесными вещами этот цвет необходимо связан. Таким образом, абст-
Следующее соображение показывает, что абстракция не может означать исклю-
чения: мыслительный акт сам по себе, с одной стороны, не можст изменить
мыслимый в нем объект, с другой стороны, он является неадекватным (лож-
ным), если объект мыслится не таким, каков он есть. Поэтому отдельно рас-
сматриваемое свойство должно существовать самостоятельно. К этому след-
ствию фактически пришли реалисты (Платон, Фома Аквинский и др.). одна-
ко более точный анализ показывает его ошибочность. Отсюда легко увидеть,
насколько тесно большая часть прошлой метафизики — прежде всего, споры
относительно природы универсалий — связана с проблемой абстракции.
256

ЗАМЕЧАНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ В ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ
ракция основывается здесь на инвариантности одного фактора в рамках
некоторой целостности по отношению к изменчивости других факто-
ров. Любое имеющее форму тело может быть красным, голубым, зеленым;
любое окрашенное тело может иметь форму пирамиды, цилиндра, шара, но
форма без цвета или цвет без формы немыслимы.
Из только что указанной особенности абстракции вытекает важней-
шее, фундаментальное для последующего исследования следствие, гла-
сящее, что результат абстрагирования, т.е. смысл полученного благо-
даря абстрагированию понятия, не зависит от того, где и когда сущест-
вуют объекты, представляющие индивидуацию абстракции, например,
обладающие определенным цветом. Таким образом, пет никакой логиче-
ской корреляции между некоторым свойством и определенным числом объ-
ектов, обладающих этим свойством. Позднее мы еще вернемся к этому
важному пункту, но сейчас нам нужно продолжить теоретический ана-
лиз абстракции.
Нам нужно установить, каков смысл суждений об абстрактных объ-
ектах (например, чувственных качествах). При этом следует провести
различие между эмпирическими и неэмпирическими суждениями.
В качестве неэмпирического суждения мы рассматриваем предложе-
ние: «Каждый цвет обладает определенной яркостью и определенной
насыщенностью». Здесь абстракция опирается на возможность мыс-
ленно фиксировать определенную «черту бытия» и опознавать ее как гпо-
ждественнуюв различных примерах (=индивидуациях). Поэтому истин-
ность такого утверждения по отношению к изменяющимся эмпириче-
ским обстоятельствам фактов наблюдения остается инвариантной.
Однако эмпирические высказывания о чувственных качествах на то,
вообще фундаментальное для опытных наук, предположение, что мор-
фологическое сходство соответствует сходству эмпирических связей. Кон-
ститутивный инвариант абстракции здесь присутствует в законах при-
роды, причем последнее понятие следует понимать так широко, чтобы
оно охватывало также и донаучныс правила.
Представленные соображения показывают, прежде всего, что чувст-
венные качества не являются некими самостоятельными сущностями,
существующими «наряду» с реальными вещами, которым они присущи.
Когда говорят о чувственных качествах, то высказывают утверждения
о телеспых вещах, обладающих этими качествами. Предложения, в кото-
рых «чувственные качества» выступают в качестве субъекта, представ-
ляют собой лишь терминологические сокращения предложений, в ко-
торых субъектами являются «любые вещи, обладающие этими качест-
вами», nosTONfy они без изменения смысла могут быть преобразованы
(«сведены») в такие предложения.
257

ФЕЛИКС КАУФМАН
Отсюда следует, далее, что эмпирические предложения о свойствах
чувственных качеств или о связях чувственных качеств не являются пред-
ложениями о каких-то вещах, a представляют собой только термино-
логические сокращения таких предложений. Поэтому, скажем, пред-
ложение «Зеленый цвет приятен для наблюдателя» можно перевести
в предложение «Зеленые предметы приятны для наблюдателя»5. Таким
образом, в символическом представлении, которое должно адекватно
передавать структуру положения дел, можно либо вообще не учитывать
таких сокращений, либо ясно обозначать их именпо как сокращения и зада-
вать правила их перевода в предложения без сокращений.
Сказанное о чувственных качествах полностью относится к любым
«свойствам» и «отношениям». Там, где речь идет о «свойствах свойств,
свойствах отношений, об отношениях свойств, об отношениях отноше-
ний», всегда говорят о языковых сокращениях, которым самим по себе
не соответствует никакая логическая структура.
Нельзя говорить, что свойством определенной (т. е. присущей опреде-
ленной вещи) желтизны является обладание определенной яркостью,
это свойство вещи обладать желтым цветом определенной яркости. Сле-
дует обратить внимание на то, что внешнее отношение субордипации ме-
жду цветом и яркостью оказывается отношением координации между цвет-
ностью и яркостпъю. Точно так же в последующем анализе оснований
математики мы увидим, что кажущиеся функции функций, функции
функций функций и т. п. представляют собой не что иное, как функции
с двумя или более переменными.
В этой связи особого упоминания заслуживают «логические свой-
ства отношений», например, симметричность или транзитивность. Го-
ворят, что отношение «быть соседом» обладает логическим свойством
симметричности, поскольку предложение «Л есть сосед В» равнозначно
предложению «В есть сосед Л». Если отвлечься от упомянутой выше
сводимости предложений о свойствах (отношениях) к предложениям
о вещах, обладающих этими свойствами (отношениями), то здесь легко
увидеть, что логически некорректно факт двойственной языковой фор-
мулировки некоторого отношения интерпретировать как «свойство»
этого отношения6.
Теперь мы переходим к анализу процессов абстракции, приводящих
О дальнейшем преобразовании этих предложений, связанном с анализом кау-
зальных связей, здесь можно не говорить. — Прглм. aem.
См. также: Wittgenstein L. Tractatus Logico-Philosophicus. London, Paul Regan,
1922, Satz 4.122 ff.— Русский перевод: Витгенштеин Л. Философские работы.
Часть і. М., 1994- Логико-философский трактат, 4-122 и далее.
258

ЗАМЕЧАНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ В ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ
к понятиям «истина», «суждение», «понятие», ибо истолкование этих
понятий имеет не только общее теоретико-познавательное значение,
но важно также и для обсуждаемой нами проблематики оснований.
Начнем с понятия «истина». Предложение «Некоторое суждение ис-
тинно» означает: «Тот, кто когда-либо и где-либо высказывает это суж-
дение, судит правильно (сообразно вещам); он утверждает mof что имеет
местпо»7.
(Здесь можно не обсуждать критерии, согласно которым определя-
ется правильность.) Таким образом, в понятии истинности суждений
выражается инвариантпностъ их праегиіьности по отношению к изменчиво-
сти факторов, связанных с личностью того, кто их высказывает, местом
и временем их высказывания.
Представляемое положение дел истолковывается таким образом, как
будто наряду с существующим имеется еще некоторое «царство истины»
и суждение правильно лишь тогда, когда попадает в это царство. Однако
такое расщепление неоправдано, ибо нет никакого царства значений,
которое связывало бы бытие и мышление. «Суждение вообще» и «ис-
тина вообще» находятся не рядом и не «выше» по отношению к психо-
физическим субъектам и предметам, о которых судят. Эти термины слу-
жат лишь для выражения инвариантности по отношению к изменчиво-
сти лиц и пространственно-временных факторов акта суждения.
Сказанное проясняет значение фразы «суждение в логическом
смысле». Akt суждения есть мысль о положении дел как существующем.
Если принимают во внимание только мыслимое положение дел (пред-
мет суждения) и признак, посредством которого оно мыслится (содер-
жание суждения), отвлекаясь в то же время от «случайных данных»,
т. е. от личности того, кто судитэ от места и времени выражения суж-
дения, и предполагают вполне ошчешливую мыслъ, то получают «суждение
в логическом смысле». В соответствии с этим, в предлсжениях, сформу-
лированных без сокращений, об «истинности суждений» суждение (в ло-
гическом смысле) вовсе не является субъектом, a «истинность» — пре-
Конечно, может случиться так, что выражение приобретает свой полный смысл
только в том случае, когда учитываются личностныс, временные или про-
странственные данные. Это относится, прежде вссго, к тем случаям, когда
в предложении встречаются личные и укаэательные местоимения (например,
«Ты оскорбил меня», «Здссь нет этого перекрестка»). В этих случаях Гуссерль
говорит о «существенно окказиональных выражениях» (Логические исследо-
вания II/ і, S. 8і). Для того чтобы судить об истинности или ложности таких
предложений, сначала нужно все окказиональные выражения заменить соот-
ветствующими объективными определениями.
259

ФЕЛИКС КАУФМАН
дикатом. Они говорят следующее: «Любой человек везде и всегда судит
правильно, если судит определенным образом». Связанные с актом су-
ждения факторы остаются открытыми, так что суждение о суждении
в логическом смысле можно отнести только к положению дел, подра-
зумеваемому в последнем суждении. Иными словами: суждение U2 o су-
ждении (в логическом смысле) Ux может относиться только к истинно-
стному характеру [/,. Однако, как уже было установлено, высказывания
об истинности (ложности) суждений являются только перефразиров-
кой высказываний о наличии (отсутствии) положений дел.
Процесс абстрагирования, приводящий к «суждению в логиче-
ском смысле», похож на тот, который приводит к «понятию». Понятие
о некотором предмете (положении дел) есть отчетливая мысль об этом
предмете (положснии дел), причем остается открытым, кому принад-
лежит эта мысль, где и когда она возникает. В соответствии с этим, по-
нятие о понятии есть мысль о мысли о некотором предмете (положе-
нии дел) и т.д. при любом количестве ступеней рефлексии. Однако
если не прибегать к сокращениям, то личность всегда оказывается
субъектом, a акт мысли — предикатом во всех предложениях, содержа-
щих такие выражения. Таким образом, «понятие о понятии» является
таким же языковым сокращением, как «свойство свойства» и «сужде-
ние о суждении». Точно так же обстоит дело с «предикатами от преди-
катов» и «функциями от функций».
Теперь мы хотим показать, к каким роковым следствиям для теории
логики и математики приводит осознание смысла абстракции и терми-
нологических сокращений.
При этом лучше всего начинать с анализа понятия «логический
объем». В классической логике его значение устанавливается с помо-
щью следующих «определений употребления»:
і. Высказывание о том, что объем понятия Вх равен объему понятия
В2, означает, что при отпчетпливой мысли об области объектов, принадле-
жащих ВХУ одновременно мыслится область объектов, принадлежащих
В2> и при отпчетливоимыслиоб области объектов, принадлежащих В2, од-
новременно мыслится область объектов, принадлежащих Вх.
2. Высказывание о том» что объем понятия Вх больше объема поня-
тия В2 или что объем понятия В2 меньше объема понятия Д, означает,
что при отчетливой мысли об области объектов» принадлежащих Д, од-
новременно мыслится область объектов, принадлежащих B2J но при от-
четливой мысли об области объектов, принадлежащих В2, не мыслится
область объектов, принадлежащих Вх.
Таким образом, если ІІЬХ > t/B2, to для любой реальной (т. е. конечной)
области число содержащихся в ней и принадлежащих В2 объектов не
гбо

ЗАМЕЧАНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ В ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ
может быть больше, чем число объектов, принадлежащих Д, но число
объектов В2 может быть равно числу объектов В1Э если, во-первых, рас-
сматриваемая область не содержит ни одного объекта, принадлежащего
Вх, во-вторых, если она содержиттолько такие объекты Д, которые при-
надлежат В2. Следовательно, большему объему понятия не всегда соот-
ветствует большее число охватываемых понятием объектов.
Это расхождение между отношением неравенства логических объе-
мов, с одной стороны, и отношением неравенства числовых объемов —
с другой, уже предостерегает от того, чтобы отождествлять эти «объ-
емы». Тем более, что недопустимость такого отождествления вытекает
из принципиальных соображений относительно терминологических
сокращений и возможности соответствующего обратного перевода.
Если благодаря этим рассуждениям нам стало ясно, что означает
«равный логический объем» и «больший (меньший) объем», то мы по-
нимаем: здесь эти понятия определены так, что вопрос о величине объ-
ема понятия «самого по себе» оказывается бессмысленным. Даже «срав-
нение величины объемое» двух любых понятий, в общем, невозможно. Та-
кое сравнение осуществимо лишь тогда, когда значение одного понятия
включается в значение другого понятия. Но при этой «связи по значе-
нию» вопрос о том, какое число объектов определенной области или
«мира в целом» охватывается одним понятием, a какое число—другим
понятием, остается совершенно открытым (поскольку о мире в це-
лом вообще ничего нельзя сказать, в таком контексте вопрос не имеет
смысла). Таким образом, логическое отношение между объемами поня-
тий инвариантно по отношению ко всем изменениям побочных обстоя-
тельств. Поэтому в этом смысле пекорректно понятие или объем понятия on-
ределятъ посредством множества его образцов.
Это определение страдает ошибками сенсуалистской теории абст-
ракций. Хотя в нем уже нет ошибки предвосхищения основания, но не
устранена главная ошибка, a именно признание инвариантности значе-
ния понятий по отношению к эмпирическим изменениям8.
Этой ошибки можно избежать, осознав тот факт, что логическая связь являет-
ся связью значений. Утверждеиие, что суждсние Ѵ2 логически следует из суж-
деиия Ѵх> говорит лишь о том, что отчетливо мыслимое суждение U7 нс содер-
жит никакого утверждения, которос не содержалось бы в отчстливо мысли-
мом суждении Ѵх. Но поскольку значение некоторого утверждения сводится
лишь к совокупности критериев его истинности, иостольку это означает, что
метод верификации U7 содержится в методе ѳерификации L\. Ho логическая связь
никак не зависит от гипотезы об истинности Ux\ она остается одной и той же,
когда Ux и U7 оба ложны или когда Ux ложно, a V2 истинно.
2бі

ФЕЛИКС КАУФМАН
Представленная критика касается не только ранней объемной
логики, разработанной Булем и Шрёдером, но и современной логи-
стики, в частности, теории фупкций-высказывапий (Satzfunktionen
(Aussagefunktionen)) Рассела. Этой теории, которую мы вследствие ее
важности хотим рассмотреть отдельно, не удалось избежать ошибоч-
ной подмены универсальной общности понятий перечислимой общ-
ностью подпадающих под эти понятия предметов. Покажем это, опи-
раясь на чрезвычайно ясное изложение Р. Карпапа.
Функция-высказывание (Aussagefunktionen) определяется как «логи-
ческое представление понятия» (т.е. чего-то, что можно высказать
о каком-то предмете). Функция-высказывание с одним аргументом пред-
ставляет свойстпво, функция-высказывание с двумяили ба/іггаргументами
представляет двуместное или многоместное отпношение. Так, например,
из высказывания «Маттергорн есть гора в Европе» получают функцию-
высказывание «быть горой в Европе» или (как часто это записывают)
«хесть гора в Европе»9.
Понятие класса выводится из понятия общей импликации меж-
ду двумя функциями-высказываниями следующим образом: если две
функции-высказывания находятся в таком отношении, что каждый
предмет, который выполняет одну из них, выполняет также другую,
то мы говорим, что первая «имплицирует» вторую. Если два высказы-
вания имплицируют друг друга, то они называются «эквивалентными»
или «равнообъемными». Посредством этого определения вводится
понятие жстпенсионала (Extension) функции-высказывания, a именно
в качестве понятия о некотором «квазиобъекте» (в карнаповском
смысле). Иначе говоря, знак экстенсионала благодаря этому вводится
в качестве неполного символа, a данное выше определение устанав-
ливает (ограничивает) его правильное употребление. Тогда «класс»
определяется как экстенсионал функции-высказывания с одним аргу-
ментом.
Кажется, что пока все в порядке. Однако уже в этих формулировках
скрыт зародыш подвергнутого выше критике ошибочного истолкова-
ния. Для того чтобы понять это, нужно ясно представить себе смысл
утверждения об эквивалентности двух функций-высказываний, учиты-
вая при этом, что смысл утверждения сводится к совокупности крите-
риев, позволяющих считать его истинным, или, иными словами, к ме-
тоду его верификации.
Считается, что здесь, в принципе, имеется две возможности верифи-
кации, которые мы продемонстрируем на приводимом Карнапом при-
Carnap Ä Abriß der Logistik, Wien 1929, S. 4.
262

ЗАМЕЧАНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ В ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ
мере двух функций-высказываний: «х = человек» и «х = двуногое живот-
ноебезперьев».
Первая возможность заключается в том, что оба понятия —«чело-
век» и «двуногое животное без перьев» — по определению считаются
равнозначными. Это имеет место либо тогда, когда понятие «человек»
явно определено как «двуногое животное без перьев», либо когда ана-
лиз обоих понятий обнаруживает неявное тождество их значений.
Вторая возможность состоит в том, что просматривают всех людей
и всех двуногих животных без перьев и устанавливают, что каждый че-
ловек является двуногим животным без перьев, a каждое двуногое жи-
вотное без перьев является человеком. Следует обратить внимание
на то, что такой метод верификации можно использовать только в ог-
раниченной пространственно-временной области. Отсюда вновь выте-
кает, что для эмпирической верификации предложения должна быть
указана такая область. В таком случае верификация осуществляется бла-
годаря тому, что в определенном порядке просматривается вся область.
Однако порядок такого просмотра означает не что иное, как числовой
порядок.
С другой стороны, можно констатировать, что если эквивалентность
обусловлена строгим тождеством значений, то эмпирическая верифи-
кация этой эквивалентности будет, очевидно, лишена смысла.
Отсюда становится совершенно ясно, что уже одно тождество
«смысла» и «способа верификации» позволяет понять, что двауказанных
способа установления «эквивалентности» относятся к двум разным объ-
ектам. В одном случае «эквивалентность» обусловлена тождеством значе-
ний, в другом случае—определенным эмпирическим положением дел.
В соответствии с этим и сам термин «класс» имеет двойное значе-
ние, поэтому, говоря о классах, следует обращать внимание на то, ка-
кое из этих двух значений имеется в виду. Возьмем опять пример Кар-
напа10 и, исходя из предложения «Данная стена состоит из іоо кирпи-
чей», образуем две функции-высказывания: «хесть подкласс кирпичей»
и «хобладает кардинальным числом 100». Мы можем видеть, что пер-
вая из этих функций-высказываний относится к логической связи поня-
тий, a вторая — к эмпирической констатации количества кирпичей в on-
ределенной стене. Это становится очевидным, если сформулировать два
предложения: «Каждый кирпич этой стены есть кирпич» и «Эта стена
состоит из іоо кирпичей».
Как только осознано это различие, так сразу же становится ясно,
что тот эмпирический факт, что предметы, выполняющие одну из двух
10 Catnap R. Der logische Aufbau der Welt. Felix Meiner, Leipzig, 1928, S. 51.
263

ФЕЛИКС КАУФМАН
функций-высказываний, выполняют также другую функцию-высказыва-
ние, не может иметь никакого значения при решении вопроса об ос-
нованиях неэмпирических наук, таких как логика и математика. Здесь
речь идет только о том понятии класса, котарое возникает из тождества
зпачепий.
Однако такому «классу» нельзя приписать какого-то определенного
числа предметов, входящих в данный класс. Из наших предшествую-
щих рассуждений о «свойствах свойств» и т. п., a также из уточнения
основных определений, непосредственно следует, что итерации поня-
тий класса, т. е. рассуждения о «классе классов», лигиены смысла.
Отсюда вытекают непосредственные следствия для оценки расселов-
ского понятия кардинального числа, которым мы вскоре займемся.
Но сначала мы должны более внимательно взглянуть на столь же
двойственное значение понятий «все» и «существует», используемых
в логистической символике.
Обратимся сначала к понятию «все» и продемонстрируем двойствен-
ность его значсния с помощью следующих примеров:
і. Все цвета обладают определенной яркостью и определенной на-
сыщенностью.
2. Все люди обладают ростом между 40 см и 2 Ѵг м.
В предложении і слово «все» говорит о том, что в понятии цвета
уже (неявно) подразумеваются яркость и насыщенность. Поэтому для
верификации такого предложения не нужна никакая проверка отдель-
ных примеров, тем более, что осуществление подобной верификации
было бы невозможно, ибо соответствующая пространственно-времен-
ная область не имеет никаких границ. Но даже если бы значение пред-
ложения і распространялось только на все окрашенные вещи какой-то
определенной пространственно-временной области, скажем, некото-
рой комнаты, попытка подобной верификации была бы лишена смысла:
там, где нет яркости и насыщенности, нельзя говорить о цвете.
Что же касается второго предложения «Все люди обладают рос-
том между 4о см и 2 ХА м», то, прежде всего, следует установить, содер-
жится ли в понятии «человек» как часть его зпачения свойство «обла-
дать ростом между 40 см и 2 ХА м». Если так, то слово «все» имеет тот же
смысл, что и в предложении і. Но если предложение 2 рассматрива-
ется как эмпирическое предложение, то термин «все» означает нечто
совсем иное.
Для того чтобы убедиться в этом, нужно, прежде всего, понять, что
эмпирическое общее предложение, для которого не указано никакой
индивидной области, является неполнъш. Поэтому для того, чтобы сде-
лать наше предложение эмпирически осмысленным, т.е. принципи-
264

ЗАМЕЧАНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ В ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ
ально верифицируемым эмпирически, мы должны его дополнить, задав
пространственно-временную область11, в рамках которой, в принципе,
можно проверить рост каждого человека. Поскольку зпачепиесуждения
совпадает с критерием его верификации, постольку и здесь, чтобы по-
нять значение слова «все», мы должны исследовать, при каких обстоя-
тельствах наше предложение может быть верифицировано. Очевидно,
это возможно тогда и только тогда, когда верны следующие предложе-
ния: і ) МІУ М,, ..., Мп обладают ростом между 40 см и 2 1Л м; г) Иных лю-
дей, нежели Мр М2% ..., Мп (вуказанной индивидной области, которая
также может быть эмпирически установлена), не существует.
В этой связи нам нужно ясно представлять себе различие между эм-
пирическими и неэмпирическими общими предложениями, не останав-
ливаясь на вопросе о том, включен ли в предложение 2 момент беско-
нечности. Ограничимся следующим определением: при эмпирическом
истолковании предложение «Все люди обладают ростом между 40 см
и 2 Уг м» содержит в себе конъюнктивную цепочку; но неэмпирическое
предложение нельзя представить в таком виде, поэтому понятие «все»
имеет здесь некоторое другое значение.
Как и термин «все», термин «существует» имеет различные значения
в зависимости оттого, употребляется он в эмпирическом или неэмпири-
ческом экзистенциальном предложении. Как эмпирическое общее пред-
ложение содержит в себе цепочку конъ юнкций, так эмпирическое эк-
зистенциальное высказывание содержит в себе цепочку дизъюнкций.
Если, например, некоторая область включает в себя точно п объектов
(Д, Д2,..., Дп), обладающих свойством £, иутверждают: «В этой области
существует объект, обладающий свойствами ЕхиЕ2»,то это предложение
будет истинным, если Дх или12 Д2 или... Дп обладает свойством £2. Таким
образом, оно является сокращенной формулировкой этой дизъюнктив-
При исиользовании эмпиричсских общих предложений уже, как правило, под-
разумевается болес или менес оиределенная индивидная область. Так, в нашем
примсрс обычно имеют в виду Землю в качестве нространственной облас-
ти и «современность» — в качестве указания на время. Это всрно для любого,
даже еще более абстрактного, закона природы, если он действительно явля-
ется эмпирическим законом, a не скрытым соглашенисм или простой схемой
для суждений (как, напримср, каузалыіый закон). Всякая пространственная
индивидная область, если не заданы более оиределенные парамстры, понима-
ется как область, доступная прямому или косвенному наблюдению, a времен-
ная область —либо как «современность», либо что-то несколько более широ-
кое, включающес в себя современность.
12 He исключающее «или».
265

ФЕЛИКС КАУФМАН
ной цепочки. Однако для неэмпирического предложения существова-
ния такое представление исключено. Отсюда следует, что—как и слово
«все»—термин «существует» выражает два разных понятия. Попытка
представить дело таким образом, что в отличие от эмпирического не-
эмпирическое предложение существования образует «бесконечное мно-
жество дизъюнкций», a неэмпирическому общему предложению соот-
ветствует конъюнкция бесконечного множества единичных предложе-
ний, не может устранить этого различия и лишь вносит путаницу.
Теперь наши рассуждения мы хотим применить к математике и уста-
новить, прежде всего, какие абстракции лежат в основе определения
понятия «натуралъногочисла» — центрального понятия математики. При
этом мы будем исходит из анализа процесса счета. Предметы считают,
последовательно и однозначносопоставляя им определенные знаки. При
этом для результата процесса счета совершенно безразлично, кто счи-
тает, где и когда, предметы какого рода подвергаются счету и с помо
щью каких знаков, если только однозначно установлен порядок употреб-
ления знаков. Если, например, а, Ьу спредставляетодин порядок употреб-
ления знаков, a m, n, p—другой, то одинаковым результатом процесса
счета можно считать такое положение, при котором сирбудут знаками,
приписываемыми последнему сосчитпанному предметпу. Эти знаки приписы-
ваются последним сосчитанным предметам, которые в нашем примере
будут с-предметом и /міредметом. Для избранного набора знаков и ус-
тановленного порядка их употребления знак последнего сосчитанного
предмета остается неизменным. Это приводит нас к новоліу инварианту,
лежащему в основе того процесса абстрагирования, который ведет к по-
нятию натурального числа. Благодаря этому выделяется абстракция, ве-
дущая от порядкового числа (первый, второй, третий, ...) к количест-
венному числу ( 1, 2, 3, ...). Высказывание, что множествоиз п предметов
сосчитано, говорит только о том, что прилюбом порядке счета предметов
последним сосчитанным предметом будет п-й предмет.
Отсюда можно получить два важных следствия. Во-первых, получает
решение вопрос, какие числа являются «первичными» —кардинальные
или порядковые, поскольку впервые эту первичность можно четко оха-
рактеризовать. Если исходить из опыта, с тем чтобы через ряд последо-
вательных абстракций придти к понятию числа, то этот путь через по-
средство порядкового числа приводит к понятию кардинального числа.
В этом смысле порядковые числа кажутся первичными. Напротив, если
стараются схватить единство в многообразии, устойчивость в измене-
ниях, то первичными нужно считать кардинальные числа.
Во-вторых, оказывается, что для определения понятия числа вовсе
не требуется понятие множества. Противоположный взгляд обусловлен
266

ЗАМЕЧАНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ В ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ
двузначностью слова «множество», что можно легко показать следую-
щим образом.
Слово «множество» истолковывается как синоним слова «класс»
и при таком значении оно оказывается коррелятом слова «свойство».
Объем (размеры) некоторого свойства определяется как множество ве-
щей, которые им обладают. Отказ от такого определения непосредст-
венно следует из предыдущих соображений.
Еще раз сформулируем этот результат. О совокупности реальных ве-
щей, обладающих определенным свойством, можно говоритьтолько то-
гда, когда четко задана некоторая пространственно-временная область
(область изменений). В этом случае, установив подходящий «способ пе-
ресчета», можно указать количество ( п) предметов с данным свойством,
имеющимся в этой ограниченной области, и этот результат можно выра-
зить предложением «Множество вещей со свойством Ев области Бимеет
пэлементов». Другая, более простая, формулировка выглядиттак: «В об-
ласти Всуществует п вещей со свойством Е». Однако это положение дел
было бы некорректно описывать таким предложением: «К множеству
всех объектов со свойством Е принадлежит в области В подмножество
из п элементов», поскольку — как было сказано — недопустимо опери-
ровать совокупностью всех предметов со свойством Е. Таким образом,
нельзя говорить о соответствии просто некоторого свойства Е и како-
го-то числа п как множества вещей, обладающих этим свойством. Это со-
ответствие может быть установлено только для свойства и заданной ип-
дивидной области, с одной стороны, и числа—с другой.
Если нет никакой корреляции между «свойстеом» и «множеством всех
вещей, обладающих эгпим свойством», то, может быть, все-таки можно за-
дать корреляцию между неким особым свойством (видом) и множест-
вом соответствующих конкретных его воплощений в более широких
рамках (в роде), прежде всего, в тех случаях, когда гс-ворят об эйдетиче-
ских сипгулярпостях (Гуссерль). Если, скажем, имеют перед глазами опре-
деленный оттенок красного цвета (т. е. mom красный цвет, который по-
лучают при восприятии определенного красного предмета), то можно
поставить вопрос о том, нельзя ли этому понятию оттенка красного
цвета соподчинить «множество всех вещей с таким оттенком». В от-
вет на этот вопрос можно сказать следующее: если понимать его так,
что речь идет об общем числе красных вещей с разными оттенками,
причем для каждого реального оттенка задан в точности один пред-
ставитель, то вопрос будет относиться к множеству всех вещей с опре-
деленным свойством. Иначе обстоит дело, если — независимо от всех
эмпирических совокупностей — задают область изменений оттенков
красного цвета как некую целостность. Тогда становится понятно, что
267

ФЕЛИКС КАУФМАН
это невозможно вследствие отсутствия порядка изменений, в котором
каждому элементу подчинен следующий элемент за исключением, воз-
можно, последнего.
Суммируя, можно сказать следующее: если «множество» истолковы-
вается как синоним «свойства» (или «функции-высказывания»), то мно-
жество не определяет никакого количества различаемых объектов,
принадлежащих к этому множеству (обладающих этим свойством, вы-
полняющих эту функцию-высказывание); но если, говоря о множестве,
подразумевают определенное количество, то подразумевают опреде-
ленный порядок счета элементов этого множества. Четкое разделение
этих двух значений слова «множество» (соответствующее различию,
проводимому Э. Гуссерлем между индивидуальной и специфической общно-
стью) открывает надежный путь в лабиринте проблем, связанных с ос-
нованиями математики. Для того чтобы убедиться в этом, нужно сна-
чала продолжить наш анализ понятия кардинального числа.
Относительно взаимосвязей между кардинальными и порядковыми
числами остается неясным еще один пункт: пересчет есть длящийся
во времени процесс, и последний сосчитанный элемент, знак которого
(порядковый номер) определяет некоторое кардинальное число, счита-
ется в последнюю очередь, позже всех остальных. Тем не менее совер-
шенно очевидно, что в арифметику, в учение о кардипальных числах,
понятие времени не входит. Если мы рассмотрим какое-нибудь арифме-
тическое предложение, то в нем мы не обнаружим никаких следов от-
ношсний во времени. По-видимому, этот гносеологический факт и по-
служил главной психологической причиной всех попыток определить
число независимо от процесса счета—как «класс классов» или как «мощ-
ность множеств». Так, например, Рассея, как до него Фреге, определяет
«кардинальное число» или «количество» некоторого класса a как класс
равномощных с a классов. Но два класса a и ß равномощны только в том
случае, когда имеется некоторое отношение R, однозначно сопостав-
ляющее друг другу элементы a и ß. Неудовлетворительность этого опре-
деления, в котором ничего не сказано о критериях наличия отношения
Ä, вытекает из проведенного выше анализа понятия класса. Поэтому мы
переходим к описанию процесса счета, которое ведет к определению
натурального числа.
Счет начинается с одного (первого) предмета, за которым непосред-
ственно следует один следующий (второй), за вторым опять-таки непо-
средственно следует один следующий (третий), причем в процессе счета
единственным непосредственным предшественником третьего явля-
ется второй, а единственным непосредственным предшественником
второго — первый предмет. Так выстраивается цепочка одно-однознач-
268

ЗАМЕЧАНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ В ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ
ных отношений между непосредственно предшествующим и непосред-
ственно последующим членами до самого последнего сосчитанного пред-
мета, y которого нет последующего члена. Но тем самым процесс счета
уже полностью охарактеризован, ибо никакое другое отношение не
сплетается с описанным отношением между непосредственным пред-
шественником и непосредственным последующим членом.
Для того чтобы от процесса счета придти к ряду натуральных чисел,
требуется осуществить две умственные операции. Первая состоит в изо-
лировании с помощью абстракции структуры процесса счета от фено-
менологического момента следования во врсмени считаемых предме-
тов. Простой пример покажет, что здесь имеется в виду. To, что в рам-
ках процесса счета какой-то предмет является третьим, означает, что
до него другой предмет был вторым, a перед ним еще один предмет был
первым в процессе счета, но больше в этот процесс не было вовлечено
ни одного предмета. Если отвлечься от следования во времени, то полу-
чим: нечто есть третье только потому, что предполагается наличие вто-
рого и (также) первого, но больгае ничего не предполагается. Последнее
ограничение нужно потому, что наличие второго и первого предпола-
гается также для четвертого, пятого и т. д. Добавление этого ограниче-
ния однозначно характеризует «третьего». Таким образом, логической
структурой нашего процесса счета будет цепочка импликаций.
Второе соображение относится к последнему сосчитанному пред-
мету, т. е. к тому единственному предмету, который в процессе счета не
имеет последующего члена. Каждый конкретный процесс счета закан-
чивается на определенном последнем предмете, но при этом осознают,
что, в принципе, можно было бы считать дальше, что для счета нет ни-
каких принципиальных ограничений.
Ряд патуральных чисел представляет собой не что иное, как логическую
структуру (логический абстракт) неограниченно продолжающегося процесса
счета. Если вместо цепочки импликаций мы будем говорить о цепи отно-
шсний несовместимости, то мы придем к следующему определению:
«Натуралънъши числамимы называем элементы структуры, заданной сле-
дующими постулатами:
і ) существует один и только один элемент, с наличием которого со-
вместимо отсутствие любого другого элемента;
г) для каждого элемента Zm существует один и только один элемент
Zn, с наличием которого несовместимо отсутствие Zm, кроме того, на-
личие Zn несовместимо также с отсутствием таких отличных от Zm и Zn
элементов, отсутствие которых несовместимо с наличием Zm;
3) отношение между Zm и Zn, заданное пунктом 2, несовместимо с на-
личием такого же отношения между каким-то другим элементом и Zn».
269

ФЕЛИКС КАУФМАН
Это «наличие» нельзя понимать таким образом, как будто числа
«даны» как таковые. Наличие определенного натурального числа озна-
чает лишь, что оно мыслится соподчиненным какому-то предмету со
гласно указанным выше формальным правилам.
Если в качестве первого элемента принять 0, то это определение
в точности соответствует пяти классическим аксиомам Пеано при пре-
образовании его «неявного определения» основных понятий «0», «сле-
дующий за», «число» в явное определение понятия «натуральное число».
Аксиомы Пеано имеют следующий вид:
і ) 0 есть число;
г) следующее за каким-то числом есть число;
3) не существует двух чисел, за которыми следует одно и то же число;
4) 0 не следует за каким-либо числом;
5) каждое свойство 0, которым обладает каждое число, следующее за
числом с этим свойством, присуще всем числам.
Постулаты і~з нашего определения соответствуют аксиомам 1-4
Пеано. Однако из нашего определения исключена 5-я аксиома Пеаноу ко
торую (не совсем удачно) называют «принципом полной индукции».
Последнее утверждение считается верным, если имеют в виду следую-
щее: высказывание о том, что каждое свойство 0, присущее числу, сле-
дующему за каждым числом с этим свойством, присуще всем числам, есть
лишь описание того факта, что каждое число определено только первым
элементом (нулем) и цепочкой отношений «следования за», ибо в этом
и только в этом случае свойство, остающееся инвариантным в отношении
«следования за» и присущее первому члену, будет присуще каждому после-
дующему члену. Здесь же в скрытом виде присутствует требование копеч-
ной достижимости каждого числа, которым иногда заменяют 5'Y10 аксиому
Пеаноу ибо выражение «бесконечный ряд шагов» представляет собой лишь
некорректное формулировку того факта, что внутри ряда чисел, удовле-
творяющегопервым четыремаксиомам Пеано, имеются цезуры (пробелы),
которые нельзя задать с помощью отношения «следования за»13.
По сравнению с формулировкой Пеано данное нами определение на-
турального числа отличается следующими преимуществами: во-первых,
в нем отчетливо видна связь с процессом счета, что содействует теоре-
тико-познавательному прояснению понятия числа; во-вторых, исчезают
все трудности, связанные со спорным принципом полной индукции14;
Простейшим примером является ряд порядковых типов ш + * ш + ш, например:-
1, -!/., -ХА% -1/в, ... 1/2, ХА% '/в, 1, 2, 4...
Так наэываемый рекурсивныіі метод, который благодаря использованию прин-
ципа полной индукции по-видимому охватывает неограниченную цепь выво
270

ЗЛМЕЧЛНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ B ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ
наконец, в-третьих, из него можно непосредственно вывести непроти-
воречивость отдельных определяющих постулатов и благодаря этому
показать, что в совокупности они описывают структуру полно, т. е. опи-
сывают так, что ne остается никаких открытых вопросов.
Начнем с непротиворечивости. Прежде всего, сразу же очевидно, что
постулаты і~з попарно непротиворечивы, ибо они устанавливают, что
существует один первый член, ne существует последнего члена и имеется
одшнгінозначное отношение между непосредственно предшествующим
и непосредственно последующим членами. Каждый из этих постулатов
ссылается на другой, поэтому между ними не может существовать про-
тиворечия. Возможность обнаружения противоречия здесь и, соответ-
ственно, в первых четырех аксиомах Пеано никогда всерьез не рассмат-
ривалась (насколько мне известно). Недоверие вызывала только очень
неясная аксиома 5. Ho как только понимают, что ее смысл заключается
в исключении всех дальнейших определений, сомнения рассеиваются.
Вопервых, это условие не имеет никакой связи с содержанием осталь-
ных аксиом, поэтому оно не может вступить в противоречие ни с од-
ной из них. Во-вторых, непротиворечивость аксиом 1-4 обеспечивает
непротиворечивость задаваемой ими структуры.
Столь же легко установить полноту. Утверждения о том, что сущест-
вуеттолько один первый элемент, что не существует никакого последнего
элемента и что отношение между непосредственно предшествующим
и непосредственно последующим элементами является одно-однознач-
ныМу не оставляют никаких возможных вариаций, a поскольку исклю-
чены все дальнейшие определения, это означает, что введенным опре-
делениям удовлетворяет только одна-единственная формальная струк-
тура. Но как раз в этом заключается смысл полноты, которая раньше
на основе казавшихся разными определений обозначалась то как моно-
морфизм, то как неразветвленностъ, то как разрешимость. Но полнота
этой системы постулатов, определяющих числовую последователь-
ность, есть не что иное, как непротиворечивость и полнота арифме-
тики (включая анализ), поскольку она полностью определена посред-
ством понятия ряда натуральных чисел. Отсюда следует, в частности,
что в арифметике нельзя сформулировать проблемы, которая была бы
принципиально неразрешима. Если освободиться от мысли о возмож-
ности бесконечного числа шагов в доказательстве, то легко увидеть, что
неразрегиимостъ есть лишь неопределенностъ принятых предпосылок.
дов, означает, в сущности, мысленную операцию с общей формой натураль-
ных чисел. См. ниже, a также «Логико-философский трактат» Витгенштей-
На, 6.022.
271

ФЕЛИКС КАУФМАН
Полнота этой системы позволяет неограниченно использовать в ма-
тематике «закон исключенного третьего». Критика Брауэром этого за-
кона могла бы создать впечатление, что в математических выводах ис-
пользуются конвенционально избранные средства, которые —подобно
выражению физических законов в «языке» определенной геометрии —
пригодны для одних познавательных целей, и непригодны для других,
поэтому используются по мере надобности. Но если осознать тот факт,
что логический вывод лишь делает явным то, что уже неявно содержа-
лось в посылках, так сразу же становится понятно, что возможные ре-
зультаты логических выводов уже полностью определены содержанием
посылок. Допустимость использования закона исключенного третьего
в системе натуральных чисел говорит лишь о том, что эта система полна,
ибо полнота является необходимым и достаточным условием для того,
чтобы относительно каждого суждения (/^этой системы имело место: U{
истинно или не- (/, истинно.
Но для «экзистенциально данной»—прямо или косвенно введенной—
неперечислимой бесконечной «области» этадизъюнкция не имеетместа,
ибо здесь вообще нет никакой конструкции, которая охватывала бы
все элементы этой «области», поэтому не может быть и речи об одно-
значной определимости каждого элемента области15. Достигаемая при
этом ясность понятия натурального числа является необходимой пред-
посылкой радикального разрешения псевдопроблем, связанных с по
строением анализа. Как уже упоминалось и сегодня едва ли кем-то все-
рьез оспаривается, в принципе образования ряда натуральных чисел
уже неявно содержится весь анализ. Так называемые расширения по
нятия числа являются лишь терминологическими сокращениями. Все
предложения об отрицательных, дробных, иррациональных и мнимых
числах можно, в принципе, «перевести обратно» в предложения о на-
То, что «примснимость закона исключенного третьего» в некоторой системе
высказываний не означаст ничего иного, как полноту этой системы выска-
зываний, можно усмотреть из того обстоятельства, что сам Брауэр централь-
ным пунктом своего учения считает совпадение отрицания разрсшимости
арифметики с отрицанисм универсалыюй лначимости закона исключенного
третьего (см. «Интуиционистская тсория множеств>», Jahresbericht d. Deutsch.
Math.-Ver., Bd. 28, S. 203-208, 1919.) Таким образом, разрсшимость есть не что
иное, как полиота. Но Брауэр имеет в виду ііолноту арифметики и в соответ-
ствии с этим запрещает использованис закона исключенного третьего также
в «счетной области»», благодаря чему создается ложное впечатление, будто бы
его справедливое конструктивистское основоположение само по себе ведет к
обеднению классической математики.
272

ЗАМЕЧАНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ В ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ
туральных числах. Единственное понятие, в связи с которым еще и се-
годня возникают серьезные трудности, это понятие иррационального
(соответственно, действительного) числа. Однако эти трудности возни-
каютблагодаря круговым (непредикативным) определениям, использо-
ванию понятий более высоких ступеней и «введению» несчетных мощ-
ностей. He останавливаясь на самой теории действительных чисел, мы
хотим показать, что эти три тесно связанные между собой математиче-
ские псевдопроблемы устраняются, если осознается указанная выше дву-
значность понятия множества и вытекающие из нее следствия.
Для критического рассмотрения положения о том, что каждому по-
нятию в качестве его объема соответствует некоторое множество под-
падающих под него элементов, рассмотрим следующее предложение
о множествах:
«Множество всех натуральных чисел не содержит в качестве сво-
его подмножества четырех чисел д, by с, п> 2, обладающих свойством
ап +Ьп -сп = 0».
Нетрудно заметить, что термин «множество» здесь можноустранить.
Тогда наше предложение можно сформулировать следующим образом:
если ау Ьу су п являются натуральными числами и п > 2, то
ап +Ьп -сп = 0».
Понятие множества здесь используют потому, что общую импликацию,
т.е. логическую связь значений, интерпретируют как высказывание
о совокупности элементов. Насколько опасна такая ошибочная интер-
претация, отчетливо обнаруживается лишь при анализе тех формули-
ровок, которые содержат итерацию термина «множество», т. е. там, где
речь идет о «множестве множеств», «множестве множеств множеств»
и т. п. При том значении, которое термин «множество» (а также относя-
щийся сюда термин «все») имеет там, где он выражает общую имплика-
цию, вопрос об итерации вообще не встает. Любая попытка обратного
перевода сразу же раскрывает бессмысленность такого словоупотреб-
ления. Итерация имеет смысл только там, где термин «множество» от-
носится к перечислимой (конкретной) общности. В этих случаях итера-
ции соответствует суперпозиция таких соподчинений. Так, предложе-
нию «Множество множеств [1, 2, 3, 6, 8], [4, 5, 6], [7, 9] содержиттри
элемента» соответствует такая схема упорядочения:
"1.1.1,1,11 [2, 2, 2] ГѴЗІІ
1. 2, 3, 6, 8J [4, 5, 6 J |_7, 9jj
и, соответственно, любая из пяти других схем упорядочения, которые
получаются в результате возможных перестановок «элементов множе-
ства». «Внутри этих счетных множеств» также возможен любой порядок
273

ФЕЛИКС КАУФМАН
элементов. Аналогичным образом можно понимать термины «конечное
множество бесконечных множеств», «бесконечное множество конечных
множеств», «бесконечное множество бесконечных множеств». Но там,
где речь идет о бесконечном, нельзя мыслить совокупность отдельных
различимых элементов. «Заданное» есть только закон, посредством ко-
торого каждому натуральному числу п однозначно соподчинен один оп-
ределенный элемент. Такое соподчинение называется «последователь-
ностью». Определенная последовательностьхарактеризуется, вопервых,
тем, какие элементы она содержит, вовторых, тем, каким образом упо-
рядочены эти элементы. О «множестве» этих элементов можно гово-
рить только в таких предложениях, которые оставляют неопределенным
порядок элементов, т. е. в предложениях, значимость которых инвари-
антна по отношению к порядку элементов. Однако грубейшей ошибкой
является такое истолкование предложений о бесконечных множест-
вах, как если бы них речь шла о пеупорядочепных бесконечных множе-
ствах. Источник этой ошибки, как явствует из предшествующих рас-
суждений, заключается в непонимании сущности абстракции и тесно
связанной с этим двузначности понятия множества. Там, где высказы-
вания о множествах (общие высказывания) представляют собой лишь
иной способ выражения общих импликаций (логических связей), фак-
тически не предполагается никакого упорядочения, но в этих случаях
термин «множество» имеет иное значение, нежели то, которым он обла-
дает в предложениях о множествах, которые соответствуют предложе-
ниям существования. В первом случае речь идет об анализечистой формы,
во втором случае—о счетном порядке значеник, выполняющихусловие
формы. Неспособность различить эти два момента, т. е. отождествление
«функции» с «областью ее значений», оказывается частным случаем не-
оправданного отождествления понятия с классом объектов, понимае-
мых как потенциально упорядоченные. Именноздесъ находится исходный
пунктнепредикативного(кругового) образования понятий, введениярасширен-
ного функционального исчисления, образования несчетных бесконечных мощно-
стеи и всех тех путей, которые ведут в чащу выводов с порочным кругом
и антиномий.
Порочиый круг заключается в том, что в тех случаях, когда не налага-
ется никаких ограничений на число значений функции, область ее зна-
чений можно определитьтолько посредством общей формы, поэтому та-
кую общую форму нельзя определить посредством области значений.
К введению понятий более высоких ступеней (функций от функций,
множества множеств) приходят вследствие того, что суперпозиции
счетных порядков, точнее, однозначное упорядочение упорядочен-
ных ^ок натуральных чисел ошибочно истолковывают как предобласть
274

ЗАМЕЧАНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ В ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ
и как послеобласть, как «последовательность последовательностей...
(п раз) [соответственно, когда речь идет о предложениях, оставляющих
неопределенным порядок элементов, т. е. говорящих о множестве мно
жеств... (праз), функции функций... (праз)].
Например, утверждение о том, что «в последовательности последо
вательностей» 5~й элемент следует за з~м и этому соответствует 2, оз-
начает лишь одно: упорядоченной паре чисел 3, 5 однозначно сопос-
тавлено число 2. При этом речь идет не о «выборе из бесконечной об-
ласти», что невозможно, a o заполнении пустыхмест в пекоторой форме.
Здесь все еще остается не вполне ясным понятие закона образова-
ния. Его нужно определить более точно, причем ради простоты мы
будем говорить о законе образования последовательности нашего ис-
ходного гтункта. Обобщение легко получается на основе сформулиро
ванных выше постулатов. Наше определение гласит: общим члепом не-
которой последовательности является неопределенное значение, т. е. общая
форма некоторой функции с перемепной для любого натурального числа в ка-
честве аргумента.
Простой пример: общим членом последовательности упорядочен-
ных по величине четных чисел является гп, a это есть не что иное, как
форма функции y = 2х для любого натурального числа п в качестве aj>
гумента.
Но общий член последовательности ничего не говорит о структуре
последовательпостщ она выделяется благодаря тому, что каждая подста-
новка натурального числа в эту общую форму однозначно задана16.
Общий член некоторой последовательности последовательностей...
с п итераций аналогичен общей форме некоторой функции с п пере-
менными для любой упорядоченной п-ки натуральных чисел в качестве
аргументов. Можно было бы описать это положение следующим обра-
зом: для последовательности и, соответственно, для последовательно-
сти последовательностей... при любой итерации следует проводить раз-
личие между самой структурой и заполнением пустых мест в этой струк-
туре. Для каждого числа итераций структура определена однозначно;
в отношении этого существует только одна или, лучше сказать, одна кон-
кретная последовательность, последовательность последовательностей
и т.д.; многообразие различных последовательностей, последовательно
стей последовательностей и т. д. выражает лишь различие функций, за-
дающих общий член и «заполнение» пустых мест.
При этом предполагается, что функция не является неопределенной для «почти
всех» аргументных мест. В противном случае ей не соответствовала бы ника-
кая последовательность.
275

ФЕЛИКС КАУФМАН
Если под определенной последовательностью понимать конкретный
общий член, то становится ясно, что при таком понимании термина «по-
следовательность» его итерации не имеет никакого смысла. Но если
под «последовательностью» понимают выделенную структуру, то пите-
раций последовательности означает однозначное соответствие между
упорядоченными гс-ками натуральных чисел и определенными числами,
т. е. схему (п + 1)-местного соответствия, которая однозначно определена
относительно последнего места. Поэтому никакой речи нет о понятиях
более высоких ступеней. Предложения, в которыхутверждается общезна-
чимость некоторой последовательности последовательностей или, со-
ответственно, множества множеств (с п итераций) с неопределенным
порядком элементов (общие предложения), верифицируются или оп-
ровергаются анализом математической формы с п пустых мест, никак не
ссылаясь при этом на разнообразие элементов. Напротив, те предложе-
ния, в которых утверждается выполпимость врамках некоторой последова-
тельности последовательностей (множества множеств) (с п итераций),
т. е. предложения существования, относятся к подстановкев эту пгместную
незаполненную схему. В соответствии с этим, в корректном (без сокра-
щений) символическом представлении этого «математического факта»
не могут использоваться ни знаки общности или существования, отно-
сящиеся к функции, ни итерация этих знаков17.
Теперь мы подошли к третьему пункту, a именно, к устранению более
высоких трансфинитных мощностей (кардинальных чисел). Для того
чтобы достигнуть здесь необходимой ясности, мы должны проанализи-
ровать понятие любой последователъности натуралъных чисел. Первая сту-
пень в восхождении ко все более высоким трансфинитным кардиналь-
ным числам, без которой все логическое здание повисает в воздухе, со-
стоит в определении множества всех последовательностей натуральных
чисел, и это множество истолковывается как объем (Extension) понятия
«любая последовательность натуральных чисел».
Если под определенной последовательностью понимать определен-
ный общий член, то любой последовательности будет соответствовать
Что касается прсдложснии существования первои ступсни, то здесь я вынуж-
ден лишь сослаться на их рассмотрение в моей книге: «Das Unendliche in der
Mathematik und seine Ausschaltung» («Бесконечность в математике и ее устра-
нение»), Leipzig und Wien 1930» S. 63 (insbes. S. 66 f.). Если признать, что вери-
фикация прелложения существоваиия должна имилицитно содержать в себе
ссылку на предъявлеиие, то можно было бы устранить из числа основных
понятий понятие «существует». Тогда предложения вида «Существуют числа
со свойством Е» выражали бы лишь требование ііредъявить такие числа.
276

ЗАМЕЧАНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ В ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ
любой общий член. Но для того, чтобы к этому понятию о некоторой со-
вокупности относился общий член, требуется какая-то схема упорядо-
чения, охватывающая каждый мыслимый общий член. Но такая схема
не является определенной и, как следует из других соображений, опи-
рающихся на известную теорему Левенгейма и Сколема о выполнимо-
сти каждой системы высказываний о числах в счетной области, никогда не
может быть найдепа.
Вторая возможностпъ определитпь любую последоватпелъностпъ заключаетпся
в тпому чтпо ее истполковываютп как стпруктпуру, общую для всех конкретных
последовательностей. Но такое понятие последовательности не может
тогда включать в себя никакого разнообразия, ибо оно, как уже было ус-
тановлено, полностью определено и не оставляет никакого простран-
ства для вариаций.
Таким образом, ни при каких обстоятельствах нельзя образовать по-
нятие «любой последовательности» натуральных чисел, чтобы ему со-
ответствовала каждая конкретная последовательность, охватывающая
многообразие последовательностпей. Неостается ничего другого, как постпу-
лироватпъсуществование такого многообразия. В этом и состоит «метод»
образования множеств, являющийся в теории множеств необходимой
предпосылкой каждого восхождения ко все более высоким трансфинит-
ным мощностям. Мнимая вторая возможность подняться к более высо
ким трансфинитным классам чисел только с помощью теории свободно
упорядоченных множеств при ближайшем рассмотрении оказывается
неосуществимой, на что я указал в своей уже упоминавшейся книге «Бес-
конечность в математике и ее устранение», с. 157 и далее.
Для подъема к самым малым сверхсчетным множествам классов чи-
сел уже предполагается существование сверхсчетных мощностей, од-
нако это предположение опирается только на мнимый метод образова-
ния потенциальных множеств18.
Широко распространенным заблуждснием является мнение о том, будто
с помощью диагонального мстода Кантпора можно доказать существование
более высоких мощностей. На самом деле посредством этого метода доказы-
вается только то, что для любой последовательности последовательностей
можно построить не содержащуюся в ней иоследовательность. (Диагональ-
ный метод задает это построение.) Только в том случае, если заранее иред-
полагают логическое существование множества всех последоватсльностей,
получают — ошибочный, как мы показали — вывод о том, будто «множество
всех последовательностей нельзя одно-однозначно отобразить в множество
натуральных чисел». Конечно, если под существованием сверхсчетной мощ-
ности подразумевают только факт, доказывасмый посредством диагональ-
277

ФЕЛИКС КАУФМАН
Ho неужели, могли бы возразить на это, никогда нельзя употреблять
предложения о несчетно-бесконечном в различных отраслях математики
и, прежде всего, в анализе? Как могут быть бессмысленными высказыва-
ния о сверхсчетных множествах, если логика не возражает против ис-
пользования этого понятия?
Ответ на это возражение заключается в понимании того, что в таких—
вполне законных—предложениях речь идет вовсе не о «несчетном». Как
и при операциях с понятиями более высоких порядков, такое впечатле-
ние обусловлено только использованием терминологических сокраще-
ний. В основе этого впечатления лежит уже рассмотренная ошибка, свя-
занная с отождествлением математической формы с выполняющим ее
значением19.
Если учесть это положение, то становится ясно, что устранение
сверхсчетного никак не затрагивает содержания классической мате-
матики и, насколько я понимаю, содержания топологии. В частности,
здесь стоит упомянуть о том, что операции с понятием «ординального
континуума» в топологии не предполагают существования мощности
2*4 Следует еще проверить, не являются ли некоторые вопросы, рас-
сматриваемые в современных топологических исследованиях, псевдо-
проблемами.
С устранением несчетно-бесконечной области исчезают также тео-
ретико-множественные антиномии и связанные с ними логические ан-
тиномии в узком смысле, поскольку становится ясна недопустимость
отождествления логического объема понятий (классов) с перечисли-
мой множественностью. Впрочем, это лишь подтверждает обоснован-
ный выше тезис о том, что образование сверхсчетных мощностей опи-
рается на некорректное обращение с объемами понятий (классами).
Лежащий в основе простой теории типов Рассела принцип «Функция-
высказывание не может быть своим собственным аргументом» отчасти
устраняет эту ошибку и исключает логические и теоретико-множест-
ного метода, то все в порядке. Но тогда здесь вводится просто новая те|>
минология. Цснтральная проблема тсории множеств, коренящаяся в кон-
структивном истолковании трансфинитных мощностсй высоких порядков
(в частности, проблемы континуума), благодаря этому ne приобретает ника-
кого смысла.
Еще менее серьсзно выглядит ссылка на наглядное представление о континуу-
ме. Сегодня стало совершснно ясно, что наглядное представление бесконсч-
ной множественности невозможио и что ссылка на так называемое геометри-
ческое воображснис в чистой математике и ее анализе недопустима.
9 См.: Kaufmann F. Das Unendliche in der Mathematik und seine Ausschaltung. S. 169Г
278

ЗАМЕЧАНИЯ К СПОРУ ОБ ОСНОВАНИЯХ В ЛОГИКЕ И МАТЕМАТИКЕ
венные антиномии в узком смысле20, однако все еще не исключенный
остатоіс*1 требует логически неоправданного введения аксиом сущест-
вования (аксиомы бесконечности, аксиомы сводимости, аксиомы вы-
бора) для построения математики, a это вновь ведет к непреодолимым
трудностям, в частности, в теории действительных чисел.
Основная ошибка, подвергнутая критике в настоящей статье, тес-
нейшим образом связана с математической и логистической семанти-
кой, поэтому во многих случаях ее устранение наталкивается на громад-
ные трудности. Однако эти трудности носят чисто технический харак-
тер, и, по крайней мере, с философской точки зрения, их преодоление
представляет не очень большой интерес (хотя очень важно для упроще-
ния математической проблемыразрешимости).
Высказанная выше критика является чисто имманентной (не пред-
полагает заранее принятой позиции), ибо направлена против мно
гозначности в использовании знаков, поэтому ответ на мою критику
мог бы состоять только в отрицании этой многозначности, a не в указа-
нии на технические сложности22.
Так называемые «эпистемологические антиномии» благодаря этому не устраня-
ются, их Рассел устраняет с помощью своей разветвленной теорией типов.
Как нам известно, ни одна функция-высказывание не может быть аргументом
функции-высказывания.
Представленное исследование направлено на получение методологических
результатов, и в силу ограниченности места эти результаты сформулирова-
ны в очень сжатом виде. Их более полное изложение можно найти в моей
цитированной выше книге, a также в статье «Logische Prinzipien fragen in der
mathematischen Grundlagenforschung», которая вскоре выйдет в «Ежегоднике
no философии и феноменологическим исследованиям» (издатель Э. Гуссерль).

«ERKENNTNIS»
Т.ІІІ, ЛЕЙПЦИГ, 1932-1933

МОРИЦ ШЛИК, ВЕНА
ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ1
1. ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ
Каждое философское направление характеризуется принципами, кото
рые оно считает фундаментальными и к которым возводит всю свою ар-
гументацию. Однако в процессе исторического развития эти принципы
не остаются неизменными. Они получают новые, более широкие или
узкие формулировки, и даже их смысл претерпевает постепенные изме-
нения. И однажды встает вопрос о том, можно ли еще говорить о разви-
тии некоторого прежнего направления и сохранять его название, или
мы имеем дело уже с новым направлением.
Если наряду с появлением нового взгляда продолжает сохраняться
«ортодоксальное» направление, представители которого стремятся со-
хранить первоначальные основоположения в их прежнем виде и значе-
нии, то рано или поздно между старым и новым начнут проявляться ка-
кие-то терминологические расхождения. Но если они еще не стали за-
метными и разные сторонники некоторого «направления» защищают
различные, возможно, противоречащие друг другу формулировки и ис-
толкования исходных принципов, то возникает путаница, при которой
сторонники и противники данного направления говорят о разных ве-
щах. Каждый подбирает себе утверждения для защиты своего собствен-
ного мнения, и все заканчивается взаимным непониманием и полной
неясностью. Этот период преодолевается только тогда, когда разные
принципы отделяются друг от друга и по отдельности проверяются их
смысл и истинность, причем лучше всего совершенно отвлечься от во-
проса о том, в какой исторической последовательности они появлялись
и под какими названиями выступали.
Подобные соображения я хотел бы применить к тем направлениям
мысли, которые охватываются общим именем «позитивизм». С тех nop,
как Огюст Конт ввел этот термин, и до сегодняшнего времени это те-
Schlick M. Positivismus und Realismus//Erkenntnis, Bd. III, 1932-1933, S. 1-31.
283

МОРИЦ ШЛИК
чение в своем развитии может служить хорошим примером сказанного
выше. Я не собираюсь давать исторического обзора с тем, чтобы сфор-
мулировать точное понятие позитивизма в исторической форме его
появления. Речь идет о том, чтобы как-то смягчить споры, ведущиеся
ныне по поводу некоторых принципов, которые считаются основопо-
ложениями позитивизма. Это для меня тем более важно, что я сам за-
щищаю некоторые из этих принципов. Здесь мне хотелось бы оста-
новиться только на том, чтобы сделать смысл данных принципов как
можно более ясным. Вопрос о том, будут ли их после моего разъясне-
ния относить к «позитивизму» или нет, имеет совершенно второсте-
пенное значение.
Если хотят считать позитивистским всякое воззрение, отвергающее
возможность метафизики, то против этого —как против определения-
трудно возражать, и в этом смысле я считаю себя самым строгим пози-
тивистом. Однако при этом требуется, конечно, дать четкое определе-
ние «метафизики». В данный момент нас не интересует вопрос о том,
на какое определение метафизики при этом следует опираться, однако
вряд ли оно согласуется с формулировками, распространенными в фи-
лософской литературе. Более точная характеристика позитивизма,
опирающаяся на эти формулировки, очень быстро приводит к трудно-
стям и неясностям.
Когда метафизику определяют, как это делали раныпе, как учение
об «истинном бытии», о «реальности самой по себе», о «трансцендент-
ном бытии», то разговоры о подлинном, реальном бытии, очевидно,
предполагают, что ему противостоит неподлинное, мнимое бытие, су-
ществование которого принимали все метафизики, начиная с элеатов
и Платона. Это кажущееся бытие представляет собой царство «явле-
ний», и в то время как истинная трансцендентная реальность откры-
вается только метафизику, конкретные наукй занимаются только яв-
лениями, познание которых им вполне доступно. Разница в познавае-
мости этих двух «видов бытия» выражается в том, что явления нам
непосредственно известны, «даны», так сказать, в то время как знание
метафизической реальности извлекается из них лишь косвенным путем.
Bot мы приходим к фундаментальному понятию позитивизма, ибо он
всегда говорит лишь о «данном», и его основной принцип утверждает,
что философ, как и естествоиспытатель, должен ограничиваться дан-
ным и что выход за пределы данного, к чему стремится метафизик, не-
возможен или лишен смысла.
Уже сам термин «данное» служит поводом для возникновения пе-
чальных недоразумений. Обычно «данное» истолковывают как трех-
местное отношение: во-первых, предполагается тот, кто дает; во-вто-
284

ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ
рых, тот, кому дают; в-третьих, то, что дают. Для метафизика все это со
вершенно естественно: дающим является трансцендентная реальность,
принимающим — познающее сознание, a его «содержание» есть то, что
дается. Однако позитивист с самого начала отвергает такое изображе-
ние. Для него данное служит обозначением самого простого и бесспор-
ного. Какое бы слово здесь не выбрать, каждое способно дать повод к
возникновению недоразумений. Если говорить о «чувственных пережи-
ваниях», то приходится предполагать различие между переживанием
и переживающим. Употребление выражения «содержание сознания»
связано с аналогичным различением, к тому же здесь нужно иметь дело
с чрезвычайно сложным философским понятием «сознание».
Даже если оставить в стороне трудности подобного рода, то все-таки
еще остается неясным, что же подразумевается под понятием данного.
Относятся ли к нему такие «качества», как «голубой», «теплый», «боль»,
или также и отношения между ними, ихупорядоченность? «Дано» ли нам
сходство двух качеств в том же самом смысле, как и они сами? A когда дан-
ное как-то перерабатывается, интерпретируется или оценивается, то не
будут ли эти переработки и оценки опять в каком^го смысле данным?
Однако главным поводом для современных дискуссий являются во-
все не эти неясности, на яблоке раздора, из-за которого сражаются
представители разных партий, написано слово «реальность».
Если отрицание метафизики позитивизмом означает только отказ
от рассмотрения трансцендентной реальности, то наиболее естествен-
ным было бы тогда приписывать реальности только нетрансцендентное
бытие. Основное положение позитивизма тогда должно было бы вы-
глядеть так: «Реально только данное». Любитель словесных игр мог бы
придать этому утверждению вид очевидной тавтологии, переформули-
ровав его так: «Имеется только данное» («Дано только данное»).
Как мы должны относиться к этому утверждению?
Одни позитивисты хотели бы провозгласить и защитить его (скажем,
те, которые считают физические объекты только «логическими кон-
струкциями» или «вспомогательными понятиями»), другим оно пред-
ставляется неприемлемым, однако следует сказать: тот, кто защищает
это утверждение, должен осознавать, что оно метафизично в том же
смысле и в такой же степени, как и внешне противоположное ему по-
ложение «Имеется трансцендентная реальность».
Обсуждаемая здесь проблема представляет собой, очевидно, так на-
зываемый вопрос о реальности внешнего мира, и в его решении можно
выделить две школы: «реализм», настаивающий на реальности внеш-
него мира, и «позитивизм», который в этом не уверен. Я убежден в том,
что нет никакого смысла противопоставлять эти два взгляда таким об-
285

МОРИЦ ШЛИК
разом, ибо представители обеих школ (как всегда бывает с метафизиче-
скими утверждениями) совсем не знают, по сути дела, что именно они
хотят сказать. Однако, прежде чем обратиться к разъяснению этого,
я хотел бы показать, что предлагаемые интерпретации утверждения
«Реально только данное» сразу же приводят к известным метафизиче-
ским воззрениям.
Вопрос о существовании «внешнего» мира становится проблемой
только тогда, когда начинают проводить различие между внутренним
и внешним, a это происходит в том случае, когда данное рассматрива-
ется как «содержание» сознания, как нечто, принадлежащее субъекту
(или нескольким субъектам), которому это дано. При этом непосредст-
венным данным приходится приписывать сознательный характер, ха-
рактер представления или идеи. Тогда наше утверждение говорит о том,
что всякой реальности присущ такой характер и нет никакого бытия вне
сознания. Тем не менее это есть не что иное, как постулат метафизи-
ческого идеализма. Если философ говорит только о том, что дано ему
лично, то мы имеем дело с солипсистской метафизикой; если же он счи-
тает, что данное распределено между многими субъектами, то это будет
идеализм типа идеализма Беркли.
Таким образом, при подобной интерпретации позитивизм стано-
вится тождественным слегка измененному варианту старой идеали-
стической метафизики. Однако его основоположник стремился соз-
дать нечто иное, чем просто обновленный вариант идеализма, по-
этому такая интерпретация несовместима с антиметафизической
направленностью позитивизма. Идеализм и позитивизм несовмес-
тимы. Позитивист Эрнст Лаас посвятил многотомное сочинение до-
казательству того, что позитивизм и идеализм резко расходятся друг
с другом по всем вопросам. И когда его ученик Гапс Вайхингер своему со-
чинению «Философия как бы» («Philosophie des Als Ob») дает подза-
головок «Идеалистический позитивизм», то в этом лишь проявляется
одно из противоречий, от которых страдает его книга. Эрнст Max спе-
циально подчеркивал, что его собственный позитивизм в своем разви-
тии все дальше уходил от метафизики Беркли. Он сам и Авепариус прида-
вали большое значение тому, чтобы избежать отождествления данного
с содержанием сознания, и стремились вообще устранить из своей фи-
лософии последнее понятие.
Неудивительно, что перед лицом этих колебаний в лагере пози-
тивистов «реалист» не обращает внимания на упомянутые различия
и выступает против тезиса «Существует только содержание сознания»
или «Существует только внутренний мир». Но это утверждение при-
надлежит идеалистической метафизике, ему нет места в антиметафи-
286

ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ
зическом позитивизме, поэтому аргументы реалиста никак не затраги-
вают позитивизма.
Конечно, «реалист» мог бы придерживаться мнения о том, что
нельзя избежать трактовки данного как содержания сознания, как субъ-
ективного или чего-то в этом роде. Попытку Авенариуса и Маха истолко-
вать данное как нечто нейтральное и преодолеть различие между внут-
ренним и внешним он мог бы счесть неудачной и полагать, что невоз-
можно построить мировоззрение, свободное от метафизики. Однако
такой ход мысли встречается редко. В конце концов все эти споры несу-
щественны, ибо сама «проблема реальности внешнего мира» представ-
ляет собой лишенный смысла псевдовопрос. Это обстоятельство сле-
дует сделать совершенно ясным.
II. О СМЫСЛЕ ВЫСКАЗЫВАНИЙ
Подлинная задача философии заключается в том, чтобы исследовать
и прояснять смысл утверждений и вопросов. Хаотическое состояние,
в котором философия пребывала на протяжении большей части своей
истории, объясняется тем несчастливым обстоятельством, что, во-пер-
вых, она наивно принимала некоторые формулировки за подлинные
проблемы, не пытаясь сначала проверить, действителько ли им можно
придать определенный смысл; во-вторых, философы были убеждены,
что ответы на какие-то вопросы можно найти только с помощью осо-
бых философских методов, отличных от методов конкретных наук.
С помощью философского анализа мы не можем о чем-то сказать, ре-
ально оно или нет, мы можем лишь выяснить, что значит наше утверж-
дение о том, что нечто реально. A вопрос о реальности или нереаль-
ности чего-либо решается посредством обычных методов повседнев-
ной жизни и науки, т. е. посредством опыта. Таким образом, перед нами
стоит задача выяснить, можно ли придать какой-то смысл вопросу о ре-
альности «внешнего мира».
Когда мы считаем, что смысл некоторого вопроса нам ясен? Оче-
видно, тогда и только тогда, когда мы имеем возможность вполне точно
указать обстоятельства, при которых на вопрос можно ответить «да» или
«нет». Только с помощью такого указания определяется смысл вопроса.
Первый шаг любого философствования и основа всякой рефлексии
состоят в том, чтобы увидеть, что смысл какого-либо утверждения со-
вершенно невозможно задать иначе, чем через описание того положе-
ния дел, которое должно присутствовать, когда утверждение истинно.
Если это положение дел отсутствует, то утверждение ложно. Смысл
предложения заключается, очевидно, только в том, что оно выражает
287

МОРИЦ ШЛИК
определенное положение дел. Для того чтобы придать предложению
смысл, нужно указать это положение дел. Конечно, можно сказать, что
предложение уже само задает это положение дел, однако только для
тех, кто его понимает. Но когда я понимаю некоторое предложение? Ко-
гда мне известно значение входящих в него слов? Это значение можно
разъяснить с помощью определений. Однако в определение входят но-
вые слова, значение которых я опять-таки должен знать. Цепь опреде-
лений не может уходить в бесконечность; в конце концов мы должны
придти к словам, значение которых уже не может быть описано предло
жением. Они должны быть указаны непосредственно, значения таких
слов должны быть показаны, они должны быть даны. Это осуществля-
ется в акте указания, в котором должны быть даны указывающее и ука-
зываемое, иначе я не смог бы ни на что указать2.
В соответствии с этим, для того чтобы найти смысл некоторого пред-
ложения, мы с помощью последовательных определений должны пре-
образовывать его до тех nop, пока в нем останутся лишь слова, которые
уже нельзя больше определить, значение которых можно только непо-
средственно указать. Критерий истинности или ложности предложения
состоит в том, что при определенных (заданных определениями) усло-
виях конкретные данные присутствуют или отсутствуют. Если это уста-
новлено, то установлено все, о чем идет речь в предложении, и я знаю
его смысл. Если бы я в принципс ne мог верифицировать некоторого
предложения, т. е. если бы я совершенно ничего не знал о том, что нужно
сделать для того, чтобы установить его истинность или ложность, то я,
очевидно, ничего не знал бы о том, что, собственно, утверждает дан-
ное предложение. Тогда я был бы не в состоянии интерпретировать это
предложение, ибо не смог бы от его слов перейти с помощью определе-
ний к возможным данным. Если бы я смог это сделать, то смог бы тогда,
в принципе, указать гтуть к его верификации (даже если бы практически
мы захотели или не смогли этого сделать). Указание обстоятельств, при
которых предложение истинно, тождественноуказанию его смысла.
«Обстоятельства», которые мы здесь рассматриваем, в конечном
счете следует искать в данном. Разные обстоятельства означают разли-
чие в данном. Смысл каждого предложения определяется, в конце кон-
цов, только данным и ничем другим.
2 В тех местах, где речь идет о данном, о чувственно данном, тексты многих авто-
ров «Erkenntnis» становятся туманными. Видимо, они так и не достигли ясно-
сти в вопросе о том, что же все-таки дано. И не могли достигнуть, ибо, как
выяснилось позднее, нет ничего данного, все нагружено словом и интерпрс-
тацией.— Прим. перев.
288

ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ
He знаю, можно ли этот взгляд назвать позитивистским. Однако я на-
деюсь на то, что именно он лежит в основе всех работ, которые появ-
лялись под этим именем в истории философии, и не важно, формули-
ровался ли он когда-либо ясно или нет. Можно предполагать, что этот
взгляд служит основой и некоторых совершенно извращенных форму-
лировок, которые можно найти y позитивистов.
Тот, кто понял, что смысл каждого высказывания можно определить
только посредством данного, уже совершенно не может понять возмож-
ности существования другого мнепия, ибо он говорит лишь о том, при ка-
ких условиях можно вообще формулировать мнения. Поэтому было бы
совершенно неправильно усматривать в сказанном какук>то особую «тео-
риюсмысла» (мысльотом, что смысл высказывания определяетсятолько
посредством его верификации данным, в англоязычных странах часто
называют «экспериментальной теорией значения» (англ.)). Но то, что
предваряет построение всякой теории, само не может быть теорией.
Содержание нашей точки зрения на самом деле совершенно триви-
ально (именно поэтому она выглядит столь разумной). Оно сводится к
следующему: высказывание обладает смыслом только тогда, когда оно
вносит какое-то проверяемое различие в зависимости от своей истин-
ности или ложности. Предложение, для которого мир выглядит оди-
наково вне зависимости оттого, истинно оно или ложно, вообще ни-
чего не говорит о мире, оно является пустым, оно ничего не различает,
я не могу придать ему никакого смысла. Но проверяемое различие име-
ется лишь тогда, когда это различие в данном, ибо проверяемость озна-
чает не что иное, как «показанность в данном».
Само собой разумеется, что слово «проверяемость» подразумевает
только <<п/тк^ипші/іък)>юпроверяемость>>, ибо смысл предложения не за-
висит, конечно, оттого, в состоянии ли мы в тех обстоятельствах, в ко-
торых находимся в настоящее время, осуществить егю фактическую ве-
рификацию или нет. Высказывание «На обратной стороне Луны име-
ется гора высотой 3000 м», без сомнения, абсолютно осмысленно, хотя
в настоящее время еще отсутствуют технические средства его верифи-
кации. И оно останется осмысленным даже в том случае, если из ка-
ких-то научных данных мы с достоверностью узнаем, что человек ни-
когда не достигнет обратной стороны Луны. Всрификация все еще ос-
тается мыслимой, мы все еще способны сказать, какую данность мы
должны испытать, чтобы придти к решению. Верификация логически
возможна, как бы ни обстояло дело с ее фактической осуществимостью.
Только из этого нужно исходить.
Но если бы кто-то высказал утверждение о том, что внутри каждого
электрона имеется ядро, которое хотя и присутствует, но не оказывает
289

МОРИЦ ШЛИК
никакого воздействия на окружение электрона, так что существование
этого ядра в природе никак нельзя заметить, то это было бы утверж-
дение, лишенное смысла. Мы должны были бы спросить автора этой ги-
потезы: что ты подразумеваешъ, когда говоришь о наличии этих «ядер»?
Он мог бы только ответить: я думаю, что внутри электрона что-то су-
ществует. Мы задали бы следующий вопрос: что это означает? A если
этих ядер не существует? И он вынужден был бы ответить: от этого ни-
чего бы не изменилось. Поскольку от предполагаемого нечто ничего не
зависит и все наблюдаемое осталось бы таким, каким было, постольку
область данного не была бы затронута. Мы сочли бы, что ему не уда-
лось придать смысл своей гипотезе, поэтому она осталась бессмыслен-
ной. В этом случае невозможность верификации оказывается не факти-
ческой, a логической, поскольку утверждение об отсутствии какого-либо
действия со стороны этих ядер принципиально исключает какие-либо
различия в данном.
He следует думать, что различие между принципиальной невозмож-
ностью верификации и эмпирически-фактической невозможностью яв-
ляется недостаточно четким и, поэтому, иногда его трудно провести.
«Принципиальная» невозможность является логической и отличается
от эмпирической не по степени, a no существу. To. что эмпирически не-
возможно, все-таки остается мыслимым; однако логически невозможное
содержит в себе противоречие, поэтому его вообще невозможно мыс-
лить. На самом деле мы можем обнаружить, что в практике научного
мышления это различие проводится инстинктивно с большой точно-
стью. Именно физики первыми выступили против утверждения о вечно
сокрытых ядрах электронов, указывая на то, что это вовсе не гипотеза,
заслуживающая внимания, a пустая игра словами. И во все времена под-
линные исследователи реальности в вопросе о смысле своих высказы-
ваний опирались на представленную здесь позицию, хотя в большин-
стве случаев и не формулировали ее в явном виде.
Таким образом, для науки наша позиция не является чем-то чуждым
или необычным, в определенном смысле она всегда была чем-то само со-
бой разумеющимся. Иначе и не могло быть, ибо только с этой позиции
вообще проверяется истинность высказывания. Поскольку вся деятель-
ность науки заключается в проверке истинности высказываний, сама
эта деятельность убеждает ученых в правильности нашей позиции.
Если бы потребовалось еще более убедительное подтверждение,
то его можно найти в критических моментах развития науки, когда ис-
следователи вынуждены отдавать себе ясный отчет даже в самых оче-
видных предположениях. Необходимость в этом возникает тогда, когда
возникающие принципиальные трудности рождают подозрение в том,
2до

ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ
что с этими предположениями чтото не в порядке. Самым знаменитым
примером в этом отношении, который навсегда сохранится в истории
мысли, является эйнштейноѳскийжализ понятия времени. Этот анализ
был не чем иным, как заданием смысла наших высказываний об одновре-
менности пространственно удаленных событий. Эйнштейн сказал физи-
кам (и философам): сначала вы должны указать, что вы подразумеваете
под одновременностью, a это можно сделать, лишь показав, каким обра-
зом верифицируется высказывание «Два события одновременны». Но
тогда вы получаете весь смысл без остатка, и это справедливо для всего
остального. To, что верно для понятия одновременности, верно и для
любого другого понятия; каждое высказывание имеет смысл только то-
гда, когдаего можно верифицировать, оно говориттолъкото, что можно
верифицировать, и пичего сверх этого. Если кто-то утверждает, что вы-
сказывания содержат что-то еще, то он должен сказать, что это такое
и какие изменения произошли бы в мире, если бы это оказалось невер-
ным. Однако он не смог бы указать ничего нового, поскольку все наблю-
даемые различия уже предполагаются верификацией.
В примере с одновременностью физики в своем анализе смысла до-
ходят только до того пункта, в котором решение об истинности или
ложности некоторого высказывания о времени принимается на основе
наличия или отсутствия определенного физического события (напри-
мер, совпадения острия стрелки с некоторой точкой на шкале при-
бора). Ясно, однако, что можно пойти дальше и спросить: что означаетп
утверждение о том, что стрелка указывает на какую-то точку шкалы?
И ответ на этот вопрос может состоять только в указании на появление
некоторого данного или, как предпочитают говорить, определенных
«чувственных переживаний». Это признается всеми, в частности, фи-
зиками. «Позитивизм всегда будет прав, настаивая на том, что нет ни-
какого иного источника познания, кроме чувственных переживаний»,—
говорит МаксПланк*. Это утверждение, очевидно, означает, что истин-
ность или ложность физического высказывания полностью зависит
от появления определенных чувственных впечатлений (представляю-
щих собой особые классы данного).
Однако некоторые все еще могли бы сказать: пусть истинность физи-
ческого высказывания нельзя проверить иначе, как посредством появ-
ления некоторого чувственного впечатления, тем не менее отсюда еще
не следует, что тем самым исчерпывающим образом задан смысл этого
высказывания. Предложение может содержать в себе болъше, чем можно
верифицировать. To, что стрелка остановилась на определенной точке
Planck M. Positivismus und reale Aussenwelt. 1931, S. 14.
291

МОРИЦ ШЛИК
шкалы, означает болыие, чем просто наличие какого-то впечатления
(а именно «наличие определенного положения дел во внешнем мире»).
Относительно этой критики тождества смысла и верификации
можно сказать следующее:
і. Эту критику физики высказывают только тогда, когда они поки-
дают собственную область физических предложений и начинают фи-
лософствовать. (В саму физику входят, очевидно, лишь высказывания
о свойствах или состоянии вещей и процессов; специальное утверж-
дение об их «реальности» не нужно, поскольку это всегда предполага-
ется.) В своей собственной области физики признают правильность на-
шей точки зрения. Мы убедились в этом выше на примере с понятием
одновременности. Есть философы, которые говорят: конечно, уста-
новить можно только относительную одновременность, но отсюда не
следует, что не существует абсолютной одновременности! Ложность та-
кого утверждения нельзя установить никаким способом, однако подав-
ляющее большинство физиков справедливо считают его бессмыслен-
ным. Нужно со всей резкостью подчеркнуть, что в обоих случаях мы
имеем дело с одним и тем же. Когда я спрашиваю: «Подразумевает ли
предложение „Два события одновременны" что-то большее, чем можно
верифицировать?» или «Означает ли предложение „Стрелка указывает
на пятую отметку шкалы" что-то большее, чем можно верифициро-
вать?», то между этими двумя вопросами нет никакой принципиальной
разницы. Физик, пытающийся провести различие между этими двумя
случаями, виновен в непоследовательности. Он будет оправдываться
тем, что во втором случае, в котором речь идет о «реальности внешнего
мира», на кон, с философской точки зрения, ставится гораздо больше.
Данный аргумент является слишком неопределенным, чтобы прида-
вать ему значение, но мы вскоре проверим, что за ыим кроется.
2. Совершенно верно, что каждое высказывание о физическом объ-
екте или событии имеет в виду больше, чем верифицируется одноразо-
вым переживанием. Скорее, следует предположить, что это пережива-
ние появляется при вполне определенных условиях, выполнение кото-
рых опять-таки можно проверить только с помощью какого-то данного.
В связи с чем следует предполагать, что всегда возможны другие, даль-
нейшие верификации (последующие проверки и подтверждения), ко-
торые, в свою очередь, сводятся к каким-то явлениям в данном, в связи
с чем можно и нужно отдавать себе отчет о возможном обмане органов
чувств и возможных ошибках. Легко заметить случаи, в которых мы ска-
зали бы, что наблюдателю только кажется, что стрелка указывает на оп-
ределенную отметку шкалы, или что он был невнимателен и т. п. Ут-
верждения Блондлотпса об N-лучах, которые он якобы открыл, говорили,
292

ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ
конечно, больше, чем только то, что при определенных обстоятельст-
вах он испытал некоторые зрительные впечатления, поэтому их можно
было опровергнуть4. Строго говоря, смысл предложения о физическом
объекте исчерпывается лишь неопределенно большим числом верифи-
каций, и отсюда вытекает, что такое предложение, в конечном счете,
никогда нельзя считать абсолютно истинным. Считается общепризнан-
ным, что даже самые надежные предложения науки должны рассматри-
ваться как гипотезы, открытые для дальнейшего уточнения и улучше-
ния5. Это оказывает определенное влияние на логическую природу та-
ких предложений, однако в данном случае нас это не интересует.
Еще раз: смысл физического предложения никогда не определяется
одной-единственной верификацией. Его можно представить в следую-
щем виде: если даны обстоятельства х, то появляются данные;у, где на ме-
сто хможно подставлять неопределенно много обстоятельств, но пред-
ложение остается истинным (это верно также и для высказываний о еди-
ничных событиях, например, об исторических событиях, поскольку они
всегда имеют бесчисленные следствия, появление которых верифициру-
ется). Таким образом, смысл каждого физического высказывания всегда
заключен в бесконечной цепочке данностей, и отдельное данное как та-
ковое при этом не представляет интереса. Поэтому если позитивист го-
ворит, что единственными объектами науки являются сами чувственные
впечатления, то он, конечно, совершенно неправ. Каждый исследова-
тель ищет правила, управляющие взаимосвязями впечатлений и дающие
возможность делать предсказания. Никто не оспариваеттого факта, что
единственная верификация закона природы состоит в том, чтобы позво-
лять делать правильные предсказания такого рода. Благодаря этому ли-
шается силы часто высказываемое возражение, будто ошибочно делать
предметом физики непосредственно данное, которое в лучшем случае
может быть лишь предметом психологии.
3- Однако самое важное состоит в следующем: если кто-то полагает,
что смысл предложения не исчерпывается тем, что верифицируется
данным, и выходит за пределы данного, то он должен признать, что это
дополнение смысла никак нельзя описать, никаким способом нельзя за-
дать, невозможно выразить ни в одном языке. Если бы только он попы-
тался его выразить! Как только ему покажется, что он что-то добавил к
смыслу, так он сразу же обнаружит, что это добавление состоит только
в указании на какие-то обстоятельства, которые могут быть верифици-
Planck M. Positivismus und reale Aussenwelt. 1931, S. 11.
Эта общепризнанная идея стала предметом многолетних рассуждений К. Поп-
пера.— Прим. перев.
293

МОРИЦ ШЛИК
рованы в данном. Тем самым он только подтвердит нашу точку зрения!
Или же он может думать, что ему удалось что-то добавить к смыслу, од-
нако проверка показывает, что о том «нечто», к которому относятся его
слова, вообще ничего сказать нельзя. В таком случае он, по сути дела,
ничего нам не сообщает, и его утверждение лишено смысла, ибо нельзя
утверждать существование чего-либо, не говоря о том, существование
чггоутверждается. Наш пример с принципиально недоказуемыми «яд-
рами электронов» делает это ясным. Однако для большей определен-
ности мы хотим проанализировать еще один пример, носящий прин-
ципиальный характер.
Я рассматриваю два кусочка зеленой бумаги и устанавливаю, что они
имеют одинаковую окраску. Предложение, утверждающее одинаковость
их окраски, верифицируется тем, что за равное время я дважды пере-
живаю одинаковую окраску. Высказывание «Сейчас передо мной два
одинаково окрашенных пятна» уже нельзя свести к другим высказыва-
ниям, оно верифицируется тем, что само описывает данное. Оно обла-
дает определенным смыслом: значения входящих в высказывание слов
говорят о том, что этот смысл состоит в наличии равноокрашенности;
предложение как раз и выражает это переживание равноокрашенно-
сти. Затем я показываю эти два кусочка бумаги другому наблюдателю и
спрашиваю: видит ли он зеленое так же, как и я? Тождественноли его вос-
приятие цвета моему восприятию? Этот случай принципиально отличен
от только что рассмотренного. В то время как в первом случае высказы-
вание было верифицировано переживанием тождества, небольшое раз-
мышление показывает, что здесь такая верификация невозможна. Ко-
нечно, второй наблюдатель (если он не страдает цветовой слепотой)
также называет бумагу зеленой, и если я эту зелень попробую описать
ему более подробно, скажу, например: она более желтоватая, чем вот
эти обои; более голубоватая, чем сукно на биллиардном столе; темнее,
чем это растение, и т.д., то каждый раз он будет соглашаться с моими
высказываниями. Однако даже если все его суждения о цвете согласу-
ются с моими суждениями, то отсюда я еще никак не могу заключить,
что он переживает «то же самое качество». Может случиться так, что
при рассмотрении зеленых кусочков бумаги он переживает ощущение
цвета, которое я назвал бы «красным»; напротив, в тех случаях, когда
я вижу красное, y него ощущение зеленого, которое он называет «крао
ным» и т. д. Может быть даже так, что моим ощущениям цвета соответ-
ствуют его ощущения звука или какие-то иные чувственные данные. Но
это различие между моими и его восприятиями принципиально невоз-
можно обнаружить. Мы полностью понимаем друг друга и придержива-
емся одного и того же мнения об окружающем мире, если только (и это
294

ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ
единственное предположение, в котором мы нуждаемся) внутренний
порядок его переживаний согласуется с внутренним порядком моих пе-
реживаний. Его «качества» вообще никак не затрагиваются, требуется
лишь, чтобы они были упорядочены в такую же систему.
Все это, по-видимому, бесспорно, и философы часто на это указы-
вают. Однако в большинстве случаев они добавляют при этом, что хотя
такие субъективные различия теоретически возможны и это, в прин-
ципе, очень интересно, но «в высшей степени вероятно», что другой
наблюдатель и я фактически переживаем одно и то жг ощущение зеле-
ного. Однако следует сказать: верифицируемый смысл утверждения,
что разные индивиды испытывают одно и то же ощущение, состоит
только в том, что все их высказывания (и, естественно, поведение в це-
лом) обнаруживают определенную согласованность. Данное утверж-
дение означает толъко это и ничего, кроме этого. Мы можем выразить
это иначе, сказав, что речь в нем идет только о тождестве двух упоря-
доченных систем. Высказывание о том, что два ощущения, принадле-
жащие двум разным субъектам, не только занимают одно и то же место
в их системах, но сверх тогоеще и качественно тождественны, не имеет
для нас никакого смысла. Такое высказывание не ложно, оно просто ли-
шено смысла: мы не знаем, что оно означает.
Для большинства людей, опирающихся на повседневный опыт, с этим
очень трудно согласиться. Нужно с полной ясностью осознать, что здесь
мы имеем дело с логической невозможностью верификации. Имеет смысл
говорить о тождестве двух чувственных переживаний в одном и том же
сознании, ибо это верифицируется непосредственным переживанием.
Но когда мы ведем речь о тождестве двух чувственных переживаний,
принадлежащих разным сознаниям, то появляется новое понятие, тре-
бующее нового определения, ибо предложения, в которые оно входит,
уже нельзя верифицировать прежним способом. Новое определениеука-
зывает на сходство всех реакций обоих индивидов, другого найти нельзя.
Большинство, правда, думает, что здесь не нужно никакого определения;
мы и без того знаем, что означает слово «тождество», и его значение
в обоих случаях будет одним и тем же. Чтобы понять, что это ошибка,
следует вспомнить пример с понятием одновременности, в котором
дело обстоит точно так же, как здесь. Понятию «одновременно в одном
и том же месте» здесь соответствует понятие «тождество ощущений од-
ного и того же субъекта»; понятию «одновременность в разных пунктах»
соответствует здесь понятие «тождество ощущений разных индивидов».
Второе понятие в этих парах является новым по отношению к первому
и требует особого определения. Для тождества двух ощущений зеленого
цвета в разных сознаниях мы не можем указать непосредственно пере-
295

МОРИЦ ШЛИК
живаемого качества, как и для одновременности в двух разных пунктах.
И то, и другое должно определяться посредством системы отношений.
Некоторые философы пытаются преодолеть трудности, наличие
которых они здесь подозревают, с помощью разного рода спекуляций
и мысленных экспериментов. Говорят, например, об общем, охватываю-
щем всех индивидов, сознании (Бог) или рассуждают о том, что можно
искусственно так связать нервные системы двух людей, что чувствен-
ные переживания одного станут доступны другому, тогда эти пережи-
вания можно сравнивать. Тем не менее эта фантазия, в конечном счете,
приводит лишь к тому, что мы сравниваем переживания в рамках од-
ного и того же сознания. Вопрос же относится как раз к возможности
сравнения чувственных качеств, принадлежащих разным сознаниям.
Следует добавитьтакже, что предложение о тождестве переживаний
двух разных лиц не обладает никаким иным приданным ему смыслом,
кроме утверждения о согласованности их реакций. Конечно, каждый
волен считать, что такому предложению присущ дополнительный, бо-
лее непосредственный смысл. Однако несомненно то, что этот смысл
нельзя верифицировать и нет способа указать, в чем заключается дан-
ный смысл. Отсюда следует, что такой смысл никоим образом не может
стать предметом обсуждения, о нем абсолютно ничего нельзя сказать
или выразить его в каком-то языке, который нам понятсн.
To, что сказано в отношении данного примера, справедливо и в са-
мом общем смысле. В предложении можно понять только то, что оно
сообщает; сообщаемое им есть смысл, если оно верифицируемо. По-
скольку предложения являются не чем иным, как простым средством
передачи сообщений, постольку к их смыслу можно отнести то, что со-
общается. Поэтому я настаиваю на том, что «смысл» всегда означает
только «приданный смысл».
Но если все-таки кто-то настаивает на том, что он придает предложе-
нию некий неверифицируемый смысл, то, по сути дела, это ничего не
значит. Во всем, о чем он говорит или спрашивает, и во всем том, что
мы ему отвечаем или его спрашиваем, тпакой смысл никогда не может
как-то проявиться. Иными словами: если что-то здесь и задано, то это
нисколько не затрагивает нашего поведения и наших аргументов неза-
висимо оттого, идет ли речь о повседневной жизни, об этических или
эстетических вопросах, о науке или о философии. Все будет обстоять
так, как если бы никакого неверифицируемого смысла не подразумева-
лось. Если бы дело обстояло иначе, то этот смысл был бы верифициро-
ван через это «иное».
Это серьезная ситуация, и относиться к ней следует серьезно. Прс-
жде всего, нельзя путать логическую невозможность верификации с эм-
296

ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ
пирической невозможностью и рассуждать так, что будто бы только
технические трудности и наша человеческая ограниченность повинны
в том, что можно выразить только верифицируемое. Как будто бы есть
какой-то черный ход, через который может проникнуть этот мифи-
ческий смысл и проявить себя в нашем языке и поведении! Нет! Не-
выразимость является абсолютной; тот, кто думает о неверифицируе-
мом смысле (точнее было бы сказать: воображает, что думает), должен
понять, что ему остается лишь одно: молчать. Ни ему самому, ни нам
нет никакой пользы в том, что он продолжает повторять: «Существует
неверифицируемый смысл!» Само по себе это предложение не имеет
смысла, оно ни о чем не говорит.
III. ЧТО ЗНАЧИТ «РЕАЛЬНОСТЬ»?
ЧТО ЗНАЧИТ «ВНЕШНИЙ МИР»?
Теперь мы готовы к тому, чтобы сказанное выше применить к рассмот-
рению так называемой проблемы реальности внешнего мира.
Мы спрашиваем: в каком смысле «реальность» означает «существует
внешний мир»? Или: какой смысл имеет утверждение (которое реали-
сты приписывают позитивистам) «He существует никакого внешнего
мира»?
Для ответа на эти вопросы нужно, разумеется, уточнить значения
слов «существует» и «внешний мир». Начнем с первого. «Существует х»
означает то же, что «хреален» или «хявляется действительным». Что
значит, когда мы некоторому объекту приписываем действительность
(или реальность)? Имеется старая и в высшей степени важная точка
зрения логики или философии, согласно которой предложение «хявля-
ется действительным» имеет совершенно иной характер, нежели пред-
ложение, приписывающее х какое-либо свойство (нэпример, «хявля-
ется твердым»). Иными словами: действительность, реальность, сущест-
вование вовсе не являются свойствами. Высказывание «Доллар в моем
кармане является круглым» имеет совершенно иную форму, чем выска-
зывание «Доллар в моем кармане является реальным». В современной
логике это различие находит выражение в разной символической за-
писи, но оно очень четко было подчеркнуто уже Кантом, который, как
известно, в своей критике онтологического доказательства существова-
ния Бога совершенно правильно усмотрел ошибку этого доказательства
в том, что в нем существование рассматривается как свойство.
В повседневной жизни о действительности или существовании мы
говорим очень часто, поэтому кажется несложным раскрыть смысл
этих разговоров. В судебных делах часто нужно установить, действи-
297

МОРИЦ ШЛИК
тельно ли имеется определенный документ или утверждение о его су-
ществовании ошибочно; для меня тоже достаточно важно, доллар
в моем кармане является лишь воображаемым или реальным? Каждый
знает, каким образом верифицируются такие утверждения о реально-
сти, не оставляя никаких сомнений: реальность доллара доказывается
тем и только тем, что я совершаю подходящие действия со своим кар-
маном и получаю чувственное впечатление, позволяющее мне сказать:
это —доллар. To же самое справедливо для документа, хотя порой мы
вынуждены полагаться на высказывания других людей, утверждающих,
что видели документ, т. е. пережили впечатления определенного рода.
A «высказывания других» опять-таки сводятся к восприятиям опреде-
ленных акустических или визуальных проявлений. He требует никаких
особых разъяснений тот факт, что появление определенных чувствен-
ных восприятий в данном всегда является единственным критерием для
предложений о реальности «физических» объектов или событий как
в повседневной жизни, так и в науке. To, что в Африке водятся жирафы,
можно установить только наблюдением этих животных. Однако вовсе
не обязательно воспринимать объекты или события «сами по себе».
Можно считать, например, что существование планет за орбитой Плу-
тона доказывается наблюдениями возмущений с той же достоверно-
стью, что и посредством восприятия световых точек в телескопе. До-
казательство реальности атомов может служить еще одним примером.
To же самое относится и к обратной стороне Луны.
Чрезвычайно важно отметить, что появление конкретного впечат-
ления при верификации некоторого высказывания о реальности имеет
значение не само по себе, но как свидетельство некоторой законосооб-
разной связи. Это позволяет отличить подлинные верификации от ил-
люзий и галлюцинаций. Если мы о каком-то событии или объекте, выде-
ленном посредством описания, утверждаем, что они реальны, то это оз-
начает, что существует вполне определенная связь между восприятиями
или другими переживаниями, что при определенных обстоятельствах
проявляются определенные данные. Наше утверждение верифициру-
ется только этим, следовательно, оно имеет только этот смысл.
В основных чертах все это было сформулировано уже Кантом, ко-
гда никто еще и не слышал слово «позитивизм». Реальность для Капта
является категорией, и когда мы ее к чему-то применяем и о каком-то
предметеутверждаем, что он реален, то, согласно Канту, это означает,
что принадлежит к законосообразной связи восприятий.
Теперь можно видеть, что для нас (как для Канта и как должно быть
для каждого философа, осознающего свою подлинную задачу) речь идет
только о том, чтобы пояснить, что это значит, когда мы в повседневной
298

ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ
жизни или в науке приписываем некоторой вещи реальное существова-
ние. Мы вовсе не собираемся исправлять утверждений повседневной
жизни и науки. Должен признаться, что я счел бы непроходимой глупо
стью и отбросил любую философскую систему, которая утверждает, что
облака и звезды, горы и моря, по сути дела, не являются реальными, что
«физический мир» не существует и что стул, стоящий y стены, каждый раз
исчезает, как только я от него отворачиваюсь. Надеюсь, ни один мысли-
тель не воспримет всерьез такого рода утверждений. Был о бы полным из-
вращением философии Беркли, если бы его систему пытались интерпре-
тировать таким образом. Он никогда не отрицал реальности телесного
мира и пытался лишь объяснить, что именно мы имеем в виду, когда при-
писываем ему реальность. Тот, кто говорит, что невоспринимаемые вещи
существуют благодаря представлениям в сознании Бога, не отрицает их
бытия, но пытается понять его. Даже Джон Стюарт Мгиіль не отрицал ре-
альности физических тел, когда говорил о них как о «перманентной воз-
можности ощущений». Он хотел разъяснить, что под этим имеется в виду,
хотя избранный им способ выражения кажется мне неудачным.
Таким образом, если под «позитивизмом» понимают воззрение, от-
рицающее реальность тел, то я вынужден счесть позитивизм абсурдом.
Однако я не думаю, что такое истолкование позитивистских взглядов,
по крайней мере, в отношении его наиболее глубоких представителей,
исторически оправдано. Наш главный принцип, согласно которому во-
прос о смысле предложения тождествен вопросу о его верификации,
приводит к тому взгляду, что утверждение о реальности некоторого
предмета есть высказывание о законосообразной связи впечатлений,
но мы ne говорим о том, что такое утверждение ложно. (Для телесных ве-
щей не нужно отрицать ощущения реальности.)
Но противников представленных взглядов это не удовлетворяет. На-
сколько я могу видеть, они возражают следующим образом: «Хотя вы
и признаете реальность физического мира, но, как нам представляется,
только на словах. Вы просто называетереальным то, что мы считаем по-
нятийными конструкциями. Когда мыупотребляем слово „реальность",
мы имеем в виду под этим нечто совершенно иное. Ваше определение
реальности сводит ее к ощущениям, a мы под ней понимаем то, что со-
вершенно не зависит от ощущений. Мы имеем в виду нечто такое, что
обладает той же самостоятельностью, которую вы приписываете дан-
ному, когда сводите к HeNfy все остальное».
Хотя для ответа на это возражение было бы достаточно еще раз на-
помнить о том, каким образом верифицируются высказывания о реаль-
ности и как верификация связана со смыслом, мне представляется нс-
обходимым обратить внимание на ту психологическую точку зрения,
299

МОРИЦ ШЛИК
которая порождает этот аргумент. Прошу посмотреть на следующее
рассуждение, которое, может быть, способно изменить и эту психоло-
гическую позицию.
Сначала мы спрашиваем: приписывает ли наша точка зрения «со-
держанию сознания» ту реальность, в которой мы отказываем физиче-
ским объектам? Мы спрашиваем также: имеет ли утверждение о реаль-
ности некоторого чувства или ощущения какой-то иной смысл, нежели
утверждение о реальности телесных предметов? Для нас эти вопросы
означают только одно: верифицируются ли они разными способами?
Ответ гласит: нет!
Для разъяснения нужно немного задержаться на рассмотрении
логической формы высказываний о реальности. Общий логический
принцип, согласно которому высказывание о существовании некото-
рого объекта возможно лишь тогда, когда объект дан только посред-
ством описания, но не тогда, когда он дан посредством прямого указа-
ния, справедлив также и для «данных сознания». В языке символиче-
ской логики это выражается тем, что в экзистенциальное утверждение
входит некий «оператор». Например, в символике Рассела высказыва-
ние о реальности имеет вид (Ex)fx, словами: «существует х, который
обладает свойством/». Словосочетание «существует а», в котором «а»
является индивидуальным именем непосредственно указанного объ-
екта, означает то же, что и «это здесь». Такое словосочетание лишено
смысла, и в символике Рассела его просто нельзя выразить. Отсюда
следует, что предложение Декарта «Я есть» или, лучше сказать, «Со-
держание сознания существует», по сути дела, лишено смысла, оно
ничего не выражает, не несет никакого знания. Это обусловлено тем,
что выражение «содержание сознания» в данной связи выступает в ка-
честве простого имени для данного, не задающего никакой характери-
стики, наличие которой можно было бы проверить. Некоторое пред-
ложение имеет смысл только тогда, оно только тогда может быть ве-
рифицировано, когда я могу указать, при каких обстоятельствах оно
было бы истинно, a при каких —ложно. Но как мог бы я описать об-
стоятельства, при которых было бы ложно предложение «Содержа-
ние моего сознания существует»? Любая попытка сделать это при-
водила бы к смешной бессмыслице, скажем, к такому предложению:
«Втом случае, когда ничего не случается», или к чему-то подобному.
Ясно, что я не могу описать и тех обстоятельств, которые сделали бы
мое предложение истинным (только попробуйте!). Поэтому нет ника-
ких сомнений в том, что на самом деле Декарт в своем предложении
не получил никакого знания и остался таким же умным, каким был
до его формулировки.
Зоо

ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ
Нет, вопрос о реальности ощущений имеет смысл только тогда, ко-
гда это осмысленно можно подвергнуть сомнению. Я могу, например,
спросить: действительно ли при получении данного сообщения я ис-
пытал радость? Это можно верифицировать или фальсифицировать
точно так же, как и ответ на вопрос: верно ли, что y Сириуса есть спут-
ник (что этот спутник реален)? To, что при определенном положе-
нии дел я испытал радость, можно верифицировать, например, про-
верив высказывания другого человека о моем поведении в тот момент
или просто заставив меня более точно вспомнить пережитое мной
состояние. Таким образом, здесь нет никакой принципиальной раз-
ницы: реальность всегда означает включенность в определенную связь
с данным. И это верно для чувственных персживаний, испытываемых
в настоящий момент. Я могу, например, осмысленно спросить (скажем,
в ходе психологического эксперимента): испытываю я сейчас боль или
нет? (Следует иметь в виду, что слово «боль» используется здесь не в ка-
честве имени сиюминутного переживания, a как выражение понятия
о целом классе переживаний.) Ответ на этот вопрос также сводится
к установлению того, что в связи с определенными обстоятельствами
(условиями опыта, при концентрации внимания и т.п.) появляется чув-
ственное переживание с определенными описываемыми свойствами.
Такими описываемыми свойствами могли бы, например, быть следую-
щие: сходство с переживанием, испытанным при других обстоятельст-
вах; склонность к проявлению определенных рсакций и т. д.
Теперь мы могли бы вернуться к началу: высказывания о реально-
сти можно истолковать только как включенность в некоторую связь
восприятий. Отсюда следует, что данным сознания и физическим со-
бытиям приписывается реальность одпого и того же вида. В истории фи-
лософии едва ли что-то приводило к еще большей путанице, чем по-
пытка лишь одно из двух считать подлинным «бытием». Там, где слово
«реальность» употребляется осмысленно, оно означает одно и то же.
Сторонник противоположной точки зрения все еще может счи-
тать, что изложенные аргументы предполагают некоторый исходный
пункт, которого он никогда не смог бы принять. Он может согласиться
с тем, что решение вопроса о реальности или нереальности какого-то
объекта всегда принимается на основе опыта, однако будет настаивать
на том, что при этом мы приходим лишь к тому, что Kaum называл «эм-
пирической» реальностью. Это та область, к которой относятся наблю-
дсния повседневной жизни и науки, но за ее пределами находится еще
одна, трансцендентная реальность, постигаемая не логикой, не рас-
судком, a только чистым разумом. Вот она-то и является подлинным
впешним миром, именно о ней идет речь при обсуждении философской
Зоі

МОРИЦ ШЛИК
проблемы существования внешнего мира. Таким образом, от вопроса
о значении слова «реальность» мы переходим к обсуждению вопроса
о значении словосочетания «внешний мир».
* * *
Словосочетание «внешний мир» используется двояким образом: во-пер-
вых, в повседневном языке и, во-вторых, как технический термин фи-
лософии.
Как и большинство выражений, используемых при общении в по-
вседневной жизни, это словосочетание имеет простой и вполне по-
нятный смысл. В отличие от «внутреннего мира», включающего в себя
воспоминания, мысли, мечты, желания, чувства, есть еще «внешний
мир» — мир гор и деревьев, домов, животных и людей. Каждому ребенку
известно, что означает, когда мы утверждаем существование каких-то
объектов этого мира, и следует отметить, что это значит ne больше того,
что известно ребенку. Все мы знаем, каким образом можно верифици-
ровать такое, например, прсдложение: «В городском парке есть дво-
рец». Мы совершаем определенные действия, и если при этом появ-
ляются точно определенные факты, мы говорим: «Да, действительно,
здесь есть дворец», в противном случае мы говорим: «Это предложе-
ние является ошибкой или ложью». И когда нас кто-нибудь спросит:
«Но был ли здесь этот дворец ночью, когда его никто не видел?», мы от-
ветим: «Безусловно! Было бы невозможно построить его за одно сего-
дняшнее утро; кроме того, состояние здания говорит о том, что оно не
только стояло здесь вчера, но простояло уже болыие ста лет, т. е. появи-
лось еще до нашего рождения». Таким образом, y нас есть вполне опре-
деленные эмпирические критерии, показывающие, что дома и деревья
стояли здесь, когда мы их не видели, что они существовали еще до на-
шего рождения и будут существовать после нашей смерти. Все это озна-
чает: утверждение о том, что эти вещи «существуют независимо от нас»,
имеет совершенно ясный проверяемый смысл, и его можно подтвер-
дить. Указанным путем мы можем эти вещи легко отличить от тех, ко-
торые существуют только «субъективно», которые «зависят от нас». На-
пример, когда благодаря обману зрения я вижу на стене какое-то темное
пятно, то говорю, что пятно на стене есть только тогда, когда я смотрю
на стену, но стена остается там, даже когда я на нее не смотрю. Вери-
фицировать это различие очень просто, и оба утверждения говорят
только то, что содержится в этой верификации, и не более того.
Таким образом, когда словосочетание «внешний мир» рассматрива-
ется в его повседневном значении, вопрос о существовании внешнего
3°2

ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ
мира имеет простой смысл: существуют ли кроме моих воспоминаний,
желаний, представлений еще и звезды, облака, растения, животные
и мое собственное тело? Только что мы убедились в том, что было бы аб-
сурдом отрицательно отвечать на этот вопрос. Безусловно, имеются не-
зависимо от нас существующие дома, облака и животные, и я еще раньше
сказал, что мыслитель, отрицающий существование внешнсго мира
в этом смысле, не заслуживает никакого снисхождения. Вместо того,
чтобы разъяснить, что мы имеем в виду, когда говорим о горах и расте-
ниях, он будет внушать нам, что таковых вообще не существует!
Теперь обратимся к науке. Когда она говорит о внешнем мире, то не
подразумевает ли она, в отличие от повседневного языка, под этим
что-то иное, нежели такие объекты, как дома и деревья? Мне представ-
ляется, что такого никогда не случается. Атомы и электрические поля
или чтото еще, о чем могут говорить физики, это как раз то, из чего со-
стоят наши дома и деревья, и они должны быть реальны в том же самом
смысле. Горы и облака столь же объективны, как протоны и электромаг-
нитные поля. Последние столь же отличны от «субъективности» эмо-
ций или галлюцинаций, как и первые. Мы уже давно убедились в том,
что наличие принимаемых учеными тонких «невидимых» вещей вери-
фицируется, в принципе, точно так же, как верифицируется реальность
деревьев или звезд.
Для устранения разногласий с реализмом чрезвычайно важно обра-
тить внимание физиков на то, что их внешний мир есть не что иное,
как окружающая нас природа, a не «трансцендентный мир» метафизики.
Опять-таки в философии Канта между ними проведено очень четкое
различие. Природа и все, о чем физик мог бы говорить, относится, со-
гласно Кангпу, к эмпирической реальности, a to, что под этим подразу-
мевается, разъясняется (как мы уже упоминали) им точно так же, как
это сделали мы. В системе Кантазгомы не обладагот никакой трансцен-
дентной реальностью, они не являются «вещью в себе». Поэтому физик
не может ссылаться на кантовскую философию, аргументы Кангпа при-
водят только к эмпиричсскому внешнему миру, который всем нам зна-
ком, a не к трансцендентному миру. Электроны физика вовсе не явля-
ются метафизическими вещами.
* * *
Тем не менее некоторыеученые говорят о необходимости рассматривать
существование внешнего мира как мешафизическуюгипотсзу. Они говорят
об этом не в рамках своей собственной науки (хотя все нужные науке гипо-
тезы должны обсуждаться внутприсамоіл науки), a когда покидают область
3°3

МОРИЦ ШЛИК
науки и начинают философствовать. В действительности же трансцен-
дентный внешний мир есть нечто такое, о чем идет речь только в фило-
софии, a не в науке или в повседневной жизни. Это технический термин
философии, значение которого нам нужно выяснить.
Чем отличается трансцендентный или метафизический внешний
мир от эмпирического? В философских системах его представляют как
нечто, лежащее за эмпирическим миром, причем слово «за» («позади»)
указывает на то, что он познаваем не в том же смысле, в котором позна-
ваем эмпирический мир, что здесь имеется граница, отделяющая дос-
тупное от недоступного.
Первоначально это разграничение опиралось на мнение, ранее под-
держиваемое большинством философов, согласно которому для позна-
ния некоторого объекта нужно, чтобы он был дан непосредственно,
мог быть воспринят. Познание есть некоторая разновидность созерца-
ния и возможно только тогда, когда познание прямо соотносится с по-
знаваемым как ощущение или чувство. To, что не переживается непо-
средственно, не может быть созерцаемо, остается, согласно этому мне-
нию, непознаваемым, непостижимым, трансцендентным, относится к
области вещи в себе. Здесь, как я уже неоднократно отмечал, мы имеем
дело с отождествлением познания с простым знакомством или пережи-
ванием. Современные ученые такого отождествления, безусловно, не
примут. Я не думаю, что какой-то физик придерживается мнения, будто
познание электрона состоит в том, что он входит в сознание исследо-
вателя благодаря како\іу-то акту интуиции. Физик, скорее, выразит тот
взгляд, что для полного познания электрона нужно только исчерпы-
вающим образом задать закономерность его поведения, что все фор-
ліулы, в которые включены его свойства, полностью обоснованы опы-
том. Другими словами: электрон, как и всякая физическая реальность,
ne является непознаваемой вещью в себе, он не относится к трансцен-
дентной, метафизической реальности, если понимать под этой реаль-
ностью то, что непознаваемо.
Таким образом, мы вновь приходим к тому результату, что все гипо-
тезы физики относятся только к эмпирической реальности, если под ней
понимать область познаваемого. Действительно, было бы противоре-
чием высказывать гипотезы о чем-то непознаваемом. Гипотеза должна
всегда иметь некоторые основапия, должна служить определенным це-
лям. Гипотетическое предположение должно содействовать достиже-
нию этих целей и получать оправдание в своем основании. Высказыва-
ния о предполагаемом объекте как раз содержат полноезнание нссмотря
на то, что являются гипотезами, ибо только гипотетически можно до-
пускать то, что имеет основания в опыте.
3°4

ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ
Можетбыть, естественнонаучная «реальность» непосредственно не-
воспринимаемых объектов не говорит об их непознаваемости? На это
можно было бы ответить утвердительно. Из многочисленных замеча-
ний, имеющихся в литературе, можно заключить, что, говоря о транс-
цендентном мире, физик не имеет в виду его непознаваемости. Напро-
тив, он (с полным правом) придерживается мнения о том, что в его
уравнениях вполне правильно выражается природа объектов, находя-
щихся вне сознания. Таким образом, внешний мир физических реали-
стов — это не традиционная метафизика. Физик использует техниче-
ский философский термин, однако обозначает им, как нам представля-
ется, только внешний мир повседневности, в существовании которого
никто, даже «позитивист», не сомневается.
Тогда что же побуждает «реалиста» рассматривать внешний мир как
некую метафизическую предпосылку? Почему он отличает его от эмпи-
рического внешнего мира, который мы описываем? Ответ на этот во-
прос вновь возвращает нас к более раннему пункту нашего анализа. Фи-
зик-«реалист» вполне согласен с нашим описанием внешнего мира, за ис-
ключением одного: он полагает, что мы не в достаточной мере придаем
ему реалъностъ. Его «внешний мир» отличается от эмпирического мира
не своей непознаваемостью или еще каким-то признаком, a тем, что ему
присуща, как он считает, иная, более высокая степень реальности. Часто
это убеждение выражается уже в терминологии: слово «реальный» отно-
сят к этому внешнему миру, который отличают от «субъективного», «иде-
ального» содержания сознания и от простых «логических конструкций»,
из которых «позитивизм» якобы устраняет реальность.
Однако даже физический реалист смутно подозревает, что, как нам
известно, «реальность» вовсе не является свойством. Поэтому от на-
шего эмпирического мира он не может перейти к своему трансцендент^
ному внешнему миру просто за счет того, что наряду с признаками, ко-
торые мы придаем всем физическим предметам, припишет ему сверх
того еще признак «реальности». Тем не менее он говорит об этом, хотя
этот неоправданный скачок, заставляющий его покинуть область ос-
мысленного, действительно является «метафизическим», и физик это
чувствует.
Итак, теперь мы ясно представляем себе положение дел и, опираясь
на изложенные выше соображения, можем оценить его.
Наш принцип, гласящий, что истинность и ложность всех высказы-
ваний, в том числе и высказываний о реальности физических объек-
тов, могут быть проверены только в «данном» и что поэтому смысл всех
высказываний может быть сформулирован и понят только с помощью
данного, — этот принцип ошибочно истолковывается как утверждение
3°5

МОРИЦ ШЛИК
или предположение о том, что реально только данное. Поэтому «реа-
лист» оспаривает этот принцип и настаивает на том, что смысл высказы-
ваний о реальности никоим образом не исчерпывается высказываниями
вида «При определенных обстоятельствах появляются определенные
чувственные переживания» (впрочем, по нашему мнению, эти высказы-
вания образуют бесконечное множество), но включает в себя еще нечто
иное, что обозначается словами «очевидное существование», «трансцен-
дентное бытие» и т. п. и что никак не учитывается нашим принципом.
В ответ на это мы спрашиваем: хорошо, но как можно было бы учесть
это? Что озпачают слова «очевидное существование» и «трансцендент-
ное бытие»? Другими словами: к каким проверяемым различиям в мире
приводит то обстоятельство, что какому-то предмету присуще или не
присуще трансцендентное бытие?
Здесь возможны два ответа. Первый звучит так: это приведет к громад-
ным различиям. Исследователь, думающий о «реальном внешнем мире»,
будет чувствовать и работать совершенно иначе, нежели тот, который
стремится только «описывать ощущения». Зрелище звездного неба над
головой внушит первому чувство восхищения и благоговения перед ве-
личием и необъятностью мирового пространства, породит в нем ощуще-
ние собственной человеческой ничтожности в этом грандиозном мире.
Для другого исследователя Млечный путь будет только «комплексом его
собственных ощущений». Первый будет с воодушевлением выполнять
свою задачу и испытывать чувство удовлетворения в процессе познания
объективного мира. Второй будет лишен всего этого, ибо считает, что
имеет дело только со своими собственными конструкциями.
Защитникам этого первого ответа можно сказать: если бы в поведении
этих двух исследователей действительно существовало то различие, о ко-
тором было сказано, и если бы это различие можно было выразить через
наблюдаемые различия в поведении так, что мы имели бы возможность
сказать, что один из них думаето реальном внсшнем мире, a другой—нет,
то смысл такого высказывания заключался бы лишь в том, что мы наблю-
даем в поведении обоих исследователей. Это означает: слова «абсолют-
ная реальность», «трансцендентное бытие» и все остальные в этом роде
означают, по сути дела, не что иное, как определенное эмоциональное со-
стояние, которое присуще обоим исследователям, когда они рассматри-
вают мир, говорят о реальности или философствуют. На самом деле слова
«очевидноесуществование», «трансцендентная реальность» ит.п. служат
единственно и только для выражения эмоционального психологического
состояния говорящего (что, в конце концов, верно для всех метафизи-
ческих предложений). Если кто-то уверяет, что существует реальный
внешний мир в сверхэмпирическом смысле, to e\fy кажется, что он сооб-
Зоб

ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ
щает некоторую истину о мире, но его слова выражают совершенно иное,
a именно, наличие y него определенного эмоционального состояния, ко-
торое побуждает его к определенным языковым и иным реакциям.
Если самоочевидности придают какое-то особое значение, то я хо-
тел бы со всей серьезностъюуказатъ на то, что антиметафизик от метафи-
зика отличается не тем, что не испытывает тех чувств, которые метафи-
зик выражает в предложениях «реалистической» философии, a только
тем, что осознает, что эти предложения не имеют никакого смысла, ко-
торый им пытаются приписать, и поэтому их употребления следует из-
бегать. Te же самые чувства он будет выражать иным способом. Другими
словами: противопоставление мыслителей двух типов, выраженное
в первом ответе «реалистов», является дезориентирующим и неоправ-
данным. Если ктото столь несчастлив, что не испытывает восхищения
при взгляде на звездное небо, то это обусловлено чем-то иным, a не ло-
гическим анализом понятий реальности и внешнего мира. Предпола-
гать, что противник метафизики не смог бы оценить величие Копер-
ника вследствие того, что концепция Птолемея в определенном смысле
столь же хорошо согласовалась с эмпирическими фактами, как и концеп-
ция Коперпика, было бы столь же странно, на мой взгляд, как считать,
что «позитивист» не мог бы быть хорошим отцом семейства вследствие
того, что, согласно его учению, его дети являются лишь комплексами
его собственных чувственных переживаний, поэтому бессмысленно за-
ботиться о том, как они будут жить после его смерти. Нет, мир антимета-
физика точно такой, как мир всех остальных людей; в нем есть все необ-
ходимое для того, чтобы придать смысл высказываниям науки и поступ-
кам людей. Антиметафизик отказывается только оттого, чтобы к своему
описанию мира добавлять бессмысленные высказывания.
Мы переходим ко втпорому ответу на вопрос о смысле утверждений
о трансцендентной реальности. Он заключается просто в том, что допу-
щение о существовании какого-то иного мира за эмпирическим миром
не вносит в опыт никаких изменений, поэтому метафизический реа-
лизм фактически непровсряем, невсрифицируем. Нельзя сказать, что
подразумевается в утверждении о трансцендентальной реальности. Тем
не менее продолжают настаивать на том, что что-то подразумевается
и это можно понять без верификации.
Здесь звучит отголосок мнения, подвергнутого критике в предыду-
щем разделе, согласно которому смысл предложения никак не связан
с его верификацией. Нам остается только повторить общие критиче-
ские замечания в применении к данному конкретному случаю. Можно
было бы сказать: ну, хорошо! Под экзистенцией или реальностыо ты
подразумеваешь здесь нечто такое, чего нельзя выразить, объяснить
3°7

МОРИЦ ШЛИК
или определить. Однако ты полагаешь, что эти слова имеют смысл. Мы
не будем спорить с тобой об этом. Несомненно одно: согласно сделан-
ному предположению, этотсмысл никакими способами нельзя выявить,
его нельзя выразить ни устно, ни письменно, ни жестом, ни поступком.
Если бы это было возможно, то мы имели бы дело с проверяемым эм-
пирическим фактом, в мире что-то изменялось бы в зависимости
otto го, истинно или ложно предложение «Существует трансцендентный
мир». Bot это изменение и было бы тогда смыслом слов «реальный внеш-
ний мир». Но этот смысл был бы опять-таки эмпирическим смыслом,
т. е. этот реальный внешний мир вновь был бы только тем эмпирическим
миром, который знаком всем людям. Логически невозможно говорить
о каком-то другом мире. Его обсуждение было бы невозможно, ибо неве-
рифицируемое существование нельзя в качестве смысла придать ни од-
ному предложению. Тот, кто все-таки верит в существование трансцен-
дентного мира или считает, что верит, должен делать это молча. Спо-
рить можно только о том, что можно высказать.
* * *
Результаты нашего анализа можно суммировать следующим образом.
і. Наиболее основательным, бесспорным ядром «позитивистского»
направления является, на мой взгляд, принцип, провозглашающий, что
смысл каждого предложения целиком исчерпывается его верифика-
цией в чувственно данном.
Однако представители этого направления редко формулируют его
в четком виде и так часто соединяют его с неприемлемыми утвержде-
ниями, что здесь требуется логическая чистка. Может быть, для ясно-
сти следовало бы добавить какое-то отличительное прилагательное
(пусть это будет термин6) — «логический» или даже «логистический по-
зитивизм». В иных случаях более подходящим мне кажется название
«последовательный эмпиризм».
2. Этот принцип не означает и из него не следует, будто реально
только чувственно данное; такое утверждение было бы попросту бес-
смысленным.
3- Поэтому последовательный эмпиризм н^отрицает существования
внешнего мира; он лишь указывает на эмпирический смысл утвержде-
ния об этом существовании.
См. ct.: Blumberg A. E.t FeiglH. in «Journal of Philosophy» XXVIII, 1931, p. 281, New-
York; Kaila K. in «Annales Universitatis Abönsis», Ser. B, Tom XIII, Turku 1930;
Petzäll A. in «Schriften der Universität Göteborg».
308

ПОЗИТИВИЗМ И РЕАЛИЗМ
4- Он не является учением «как если бы». Он не говорит: все обстоит
так, как если бы существовали физические независимые тела. Для него
также реально все то, что считают реальным нефилософствующие уче-
ные. Предметом физики являются ne ощущения, a законы. Поэтому
следует избегать формулировок, используемых некоторыми позити-
вистами, вида «тела есть только комплексы ощущений». Здесь верно
только то, что предложения о телах можно трансформировать в равно-
значные предложения о закономерностях появления ощущений7.
5- Поэтому между логическим позитивизмом и реализмом нет ни-
какой противоположности; кто признает наш основной принцип, тот
должен быть эмпиричсским реалистом.
6. Противоположность существует только между последовательными
эмпириками и метафизиками—как реалистами, так и идеалистами (пер-
вых мы называли в свосм изложении «реалистами» в кавычках).
7- Отрицание существования трансцендентного внешнего мира
было бы таким же метафизическим предложением, как и его утверж-
дение; поэтому последовательный эмпирик не отрицает трансцендент-
ного, но разъясняет, что как его отрицание, так и его утверждение
равно лишены смысла.
Последнее замечание в высшей степени важно. Я глубоко убежден,
что основные возражения против нашего мировоззрения обусловлены
тем, что не принимают во внимание разницу между ложностью и бес-
смысленностью предложений. Предложение «Разговор о метафизиче-
ском внешнем мире лишен смысла» ne утверждает: «He существует ни-
какого метафизического внешнего мира», оно говорит о другом. Эмпи-
рик не говорит метафизику: «Твои слова утверждают что-то ложное»,
он говорит иное: «твои слова вообще ничего не утверждают!» Эмпирик
не спорит с метафизиком, a говорит ему: «Я тебя не понимаю».
См. к этому ct.: Cornelius H. in «Erkenntnis» II, S. 191. Там можно встретить фор-
мулировки, вызывающие возражсния. См., далее, превосходное изложение
Ф. Франка в гл. X его книги: Frank F. Das Kausalgesetz und seine Grenzen, Wien:
Springer, 1931. Carnap R. Scheinprobleme der Philosophie. Leipzig: F. Meiner.

OTTO НЕЙРАТ'
ПРОТОКОЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ2
Познание требует, чтобы в едином языке единой науки формулировки
становились все более точными. Однако ни один термин единой науки
не свободен от неточности, ибо все термины сводятся к терминам,
из которых состоят протокольные предложения, a неточность последних
сразу же бросается в глаза каждому.
Мысль об идеальном языке, состоящем только из простых атанарных
предложений, столь же метафизична, как и мысль о демонах Лапласа.
Научный язык, последовательно построенный из символических фор-
мул, нельзя рассматривать как приближение к такому идеальному языку.
Предложение «Отто видит разгневанного человека» является менее
точным, чем предложение «Отто видит, что термометр показывает 24
градуса», поскольку выражение «разгневанный человек» труднее точно
определить, чем выражение «термометр показывает 24 градуса». Тем
не менее сам термин «Отто» во многих отношениях неточен. Поэтому
предложение «Отто наблюдает» можно было бы заменить предложе-
нием «Человек, хорошая фотография которого иаходится в картотеке,
в ящике іб, наблюдает». Однако термин «фотография находится в кар-
тотеке, в ящике іб» все еще не заменен набором математических фор-
мул, однозначно соподчиненным некоторой системе математических
формул, замещающей слова «Отто», «разгневанный Отто», «дружелюб-
ный Отто» и т. д.
Прежде всего нам дан исторический тривиаяьный язык с совершенно
неточными и неанализируемыми терминами («Ballungen»).
Neurath O. Protokollsätze//Erkenntnis, Bd. III, 1932-1933. S. 204-214.
2 Замечания на статью Рудольфа Карнана: Carnap R. Die physikalische Sprache als
Universalspasche der Wissenschaft (Филикалистский язык как унивсрсальный
язык науки)//Erkenntnis, Bd. II, 1932' s-432- и s-432~4^5- Поскольку во мно-
гих отношениях мы с ним согласны, я оставляю его терминологию. Чтобы
не повторять скаэанного ранее, сошлюсь на статьи: Neurath О. Physikalismus
(Физикализм)//5сіетіа, 1931» s. 297* Neurath O. Soziologie im Physikalismus
(Социология В физикализме)//Erkenntnis, Bd. II, 1932, s. 393.
310

ПРОТОКОЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ
Мы начинаем с того, что очищаем этот тривиальный язык от ме-
тафизических элементов и приходим к физикалистпскому тпривиальному
языку. Причем на практике список запрещенных слов может оказаться
вссьма полезным.
Наряду с этим имеется физикалистпский научныйязык, который мы с са-
мого начала можем считать свободным от метафизики. Этот язык имеет-
ся y нас только для определенных наук, даже для части отдельных наук.
Если мы хотим представить себе единую науку нашего времени, мы
должны связать термины тривиального и научного языков, ибо на прак-
тике термины этих двух языков пересекаются. Существуют некоторые
термины, используемые только в тривиальном языке, есть термины,
входящие только в научный язык и, наконец, термины, встречающиеся
в обоих языках. Поэтому в научном сочинении, относящемся к общей
области единой пауки, можно использовать лишь некоторый «жаргон»,
включающий в себя термины обоих языков.
Мы надеемся на то, что каждое слово физикалистского тривиаль-
ного языка можно заменить терминами научного языка—точно так же,
как термины научного языка можно сформулировать с помощью терми-
нов тривиального языка. Последнее не совсем привычно для нас и ино-
гда отнюдь не легко. Средствами языка банту кое-как еще можно выра-
зить идеи Эйнштейна, но не Хайдеггера, если только не злоупотреблять
немецким языком. Физик может, в принципе, выполнить требование
одного остроумного мыслителя: «в своих основных чертах каждая на-
учная теория может быть понятно изложена любому извозчику на его
собственном языке».
Ныне научный и тривиальный языки согласуются, прежде всего,
в области числовых вычислений. Но сама формулировка «дважды два
равно четырем» — тавталогия—в системе радикального физикализма
будет связана с протокольными предложениями. Тавтологии опреде-
ляются посредством предложений, говорящих о том, каким образом
тавтологии в качестве дополнительного средства оказывают воздейст-
вие на определенные органы чувств в определенных обстоятельствах:
«Отто говорит Карлу: выйди, если поднят флаг и если дважды два равно
четырем». Добавление тавтологии не изменяет действия приказа.
При более строгом подходе мы можем пользоваться в единой науке
только некоторым «универсальным жаргоном». Пока относительно него
нет никакого общего согласия, поэтому каждый ученый, вынужденный
использовать универсальный жаргон, должен создавать для него ка-
кие-то новые термины.
Hem никаких средсте сделать исходньш пунктом науки абсолютно чистые
протокальные предложения. Нет никакой tabula rasa. Мы подобны моря-
311

OTTO НЕИРАТ
кам, которым нужно переделать свой корабль в открытом море и кото-
рые не имеют возможности поставить его в док, чтобы использовать
для этой цели новые лучшие материалы. Лишь от метафизики можно
полностью избавиться. Расплывчатые «Ballungen» все еще остаются ка-
кими-то частями судна. Если в одном месте неясность уменьшается, она
вполне может увеличиваться в каких-то других местах.
* * *
Сначала мы будем изучать очищенный от метафизики универсальный Map-
eon так, как изучали бы дети язык исторически сложивгиейся единой науки.
Каждого ребенка можно «тренировать» таким образом, что он начи-
нает с некоторого упрощенного универсального жаргона и постепенно
переходит к универсальному жаргону взрослых. Для нас совершенно
неважно, выделен ли как-то этот детский язык в качестве особого языка.
Ребенок усваивает не какой-то «первоначальный» универсальный жар-
гон, из которого выводится универсальный жаргон взрослых, он изу-
чает просто «более бедный» универсальный жаргон, который посте-
пенно обогащается. Термин «железный шарик» используется также
и в языке взрослых и здесь он определяется посредством предложения,
в которое входят такие слова, как «радиус», «число пи», в то время как
в определение ребенка входят слова «игра в кегли», «подарок дядюшки
Руди» ит. п.
Однако слова «дядюшка Руди» могут попасть даже и в язык строгой
науки, если физический шарик определяется посредством таких прото-
кольных предложений, в которых «дядюшка Руди» выступает как «на-
блюдаемый персонаж, воспринимающий шарик».
Карнапже говоритонекотором первоначалъномпротокольном языке3.
Его замечания о первоначальном протокольном языке, протокольных
предложениях, «не требующих никакого обоснования», находятся
на периферии его основной метафизической позиции, которая не затра-
гивается приводимыми здесь рассуждениями. Карнап говорит о неко-
тором «первичном языке», который обозначается так же как язык вос-
приятия или «феноменалистический язык». При этом он подчеркивает,
что «вопрос о более точной характеристике этого языка еще не может
быть решен на нынешней стадии исследования».
Такие высказывания способны побудить молодых людей заняться по-
исками этого протокольного языка. A это сразу выводит на порочный
гтуть метафизики. Если нельзя вытеснить метафизику посредством рас-
Сагпар /?., Ibid., S. 437^ 453^-
312

ПРОТОКОЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ
суждений, то для устранения колебаний важно представить физикализм
в его наиболее радикальной форме.
* * *
Если отвлечься от наличия тавтологий, то единая наука состоит из ре-
альных предложений.
Они распадаются на:
а) протокольные предложения;
б) непротокольные предложения.
Протокольные предложения являются реальными предложениями,
имеющими ту же языковую форму, что и другие реальные предложе-
ния, но вдобавок включающими в себя имя некоторого лица в опреде-
ленной связи с другими терминами. Полное протокольное предложение
могло бы, например, выглядеть так: «Протокол Отто в j часа іу минут:
[Мысль Отто в j часа ібминут бьиіа такова: (В j часа і$ минут в комнате
находился воспрингімаемый Отгпо стол)]». Это реальное предложение по-
строено таким образом, что после раскрытия скобок появляются дру-
гие реальные предложения, которые уже не являются протокольными:
«Мысль Отто в з часа іб минут была такова: (В з часа 15 минут в ком-
нате находился воспринимаемый Отто стол)», и далее: «В з часа 15 ми-
нут в комнате находился воспринимаемый Отто стол».
Каждый из входящих в эти предложения терминов с самого начала мог
быть заменен совокупностью терминов научного языка. Вместо термина
«Отто» можно ввести систеліу физикалистских определений: эту сис-
тему физикалистских определений можно, далее, определить посред-
ством «места», которое имя «Отто» занимает в группе имен «Карл», «Ген-
рих» и т.д. Все слова, употребленные в приведенном выше протоколь-
ном предложении, могут быть либо заменены словами универсального
языка, либо с самого начала представлены в виде слов этого языка.
Для полного протокольного предложения сущестеенно вхождение
в него имени некоторого лица. «Сейчас радость», «Сейчас красный
круг» или «На столе лежит красный кубик»4 отнюдь не являются пол-
ными протокольными предложениями. Будучи выражениями, стоя-
щими внутри последних скобок, сами по себе они не рассматриваются.
Согласно нашему пониманию, они должны означать то же, что озна-
чают в «детском языке»: «Отто сейчас испытывает радость», «Отто сей-
час видит красный круг», «Отто сейчас видит лежащий на столе крас-
ный кубик». Это означает, что выражение, находящееся внутри послед-
4 Ср.: Сатар /?., Ibid., S. 438f-
ЗІЗ

OTTO НЕЙРАТ
них скобок, является предложением, которое еще раз упоминает имя
некоторого лица и содержит термин, относящийся к чувственному вос-
приятию. При этом несущественно, в какой мере используются тер-
мины тривиального или научного языков, ибо в рамках универсального
языка мы обладаем значительной свободой словоупотребления.
Выражение, заключенное во вторые скобки, может быть предло-
жением, содержащим самые различные термины, — термины, относя-
щиеся как к реальности, так и к галлюцинациям, мечтам и т. п. можно,
например, сказать: «Хотя мысль Отто была такова: в комнате находи-
лась только воспринимаемая Отто птица, однако ради шутки он запи-
сал: в комнате находился только воспринимаемый Отто стол». Это осо-
бенно важно для последующих рассуждений, в которых мы отвергаем
термин Карнапа относительно того, что протокольные предложения
«не нуждаются ни в каком обосновании».
* * *
Процесс изменения науки заключается в том, что предложения, ко-
торыми пользовалось одно поколение, последующими поколениями
отбрасываются или заменяются другими предложениями. Слова ино-
гда сохраняются, но изменяются их определения. Каждый закон и ка-
ждое физикалистское предложение единой науки или одной из конкретных
наук можегп испытать такое пзменение, в том числе каждое протокольное
предложение.
В единой науке мы стремимся создать5 непротиворечивую систему
протокольных и непротокольных (включая законы) предложений. Ко-
гда мы сталкиваемся с некоторым новым предложением, то мы срав-
ниваем его с системой, чтобы установить, не противоречит ли это но-
вое предложение нашей системе. Когда новое предложение противо-
речит системе, мы можем отбросить его как непригодное («ложное»),
например, предложение «В Африке львы поют только при музыкаль-
ном сопровождении», или же можно «принять» данное предложение
и так изменить систему, чтобы она осталась непротиворечивой при
включении в нее этого предложения. В таком случае оно будет назы-
ваться «истинным».
Такое может случиться и с протокольными предложениями. Для
«Noli me tangere»6 не выполняются требования, установленные Карна-
помддя протокольных предложений. Или еще более драматичный при-
5 Ср.: Сагпар /?., Ibid., S. 439^-
«He прикасайся ko мне» (лат.).-Прим. перев.
34

ПРОТОКОЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ
мер: допустим, мы знакомы с ученым по имени Калон, который спо-
собен одновременно писать и правой, и левой рукой. И вот он пишет
своей левой рукой: «Протокол Калона в з часа 17 минут: [Мысль Калона
в з часа іб минут была такова: (В з часа 15 минут в комнате находился
только воспринимаемый Калоном стол)]». В то же время своей правой
рукой он пишет: «Протокол Калона в з часа 17 минут: [Мысль Калона
в з часа іб минут была такова: (В з часа 15 минут в комнате находилась
тольковоспринимаемая Калоном птица)]». Что нам и ему делать с этими
двумя протокольными предложениями? Мы можем, конечно, сказать
так: на бумаге имеются определенные знаки, образующие две различ-
ные комбинации. Однако к этим значкам на бумаге никак нельзя при-
менить то «обоснование», о котором говорит Карнап. «Обоснование»
относится только к «предложениям» или к последовательностям знаков,
которые используются в процедурах проверки и могут быть заменены
другими знаками7. «Одинаковые предложения» можно определить как
такие раздражители, которые при определенных условия вызывают оди-
наковые реакции. Мы называем предложением связь «чернильных пя-
тен на бумаге» и связь «воздушных колебаний», которые при определен-
ных обстоятелъствах можно приравнять друг к другу.
Два противоречащих друг другу протокольных предложения не мо-
гут использоваться в системе единой науки. Если же мы даже не мо-
жем сказать, какое из этих двух предложений следует исключить или
следует исключить оба, to ясно, что оба эти предложения не «обосно-
ваны», т.е. не могут быть включены в систему.
Если в таком случае нам следует отказаться от некоторого протоколь-
ного предложения, то почему этого нельзя сделать в тех случаях, когда
противоречие Между протокольным предложением и системой прото-
кольных и непротокольных (законов и т. п.) предложений обнаружива-
ется только благодаря промежуточным логическим звеньям? С точки
зрения Карнапа, можно устранять только непротокольные предложе-
ния и законы. Мы же ставгім вопрос обустрапепии также и протокольных
предложений. Предложение определяется тем, что оно может быть как обосно-
ванОу так и отброшено.
Утверждение Карнапа о том, что протокольные предложения «не
нуждаются ни в каком обосновании», нетрудно поставить в связь
с идеей известной философской школы о «непосредственных чувст-
венных переживаниях». Существуют якобы безусловно надежные «по-
следние элементы», из которых строится «картина мира». Согласно
мнению этой философской школы, такие «атомарные переживания»
Neurath 0.//Scientia, s. 302.
ЗІ5

OTTO НЕИРАТ
являются очевидными, стоят вне всякой критики и не требуют ника-
кого обоснования.
Карнап стремится ввести некоторый вид «атомарных протоколов»,
устанавливая требование «четко отделять принятие протокола и об-
работку протокольных предложений научными методами», для того
чтобы «исключить из числа протоколов все предложения, полученные
косвенным путем»8. Приведенная выше формулировка полного прото-
кольного предложения показывает, что уже вследствие того, что про-
токольное предложение содержит имя протоколирующего лица, «об-
работка» всегда осуществляется. Быть может, было бы целесообразно
в научных протоколах формулировки в последних скобках делать как
можно более простыми, например: «Отто в з часа видел красное» или
«Отто в з часа слышал громкое» и т. п. Однако даже и такой протокол
не будет «первоначальным» в карнаповском смысле, ибо он не может
обойтись без таких слов, как «Отто» и «восприятие». В универсальном
языке нет предложений, которые можно было бы выделить в качестве
«первоначальных», все его предложения являются реальными пред-
ложениями одинаковой первоначалъности. Во все реальные предложе-
ния входят такие слова, как «человек», «процесс восприятия» и другие
слова, которые, по крайней мере, включаются в предложения, из кото-
рых они вытекают. Все это означает, что ne существует ни «первоначаль-
ных протокольных предложений», ни предложений, «ne требующих пикакого
обоснования».
* * *
Универсальный язык в разъясненном выше смысле одинаков для детей
и взрослых. Универсальный язык одинаков как для Робипзопа, так и для
человеческого общества.
Если то, что он протоколировал вчера, Робинзоп связывает с тем,
что он протоколирует сегодня, т.е. если он вообще хочет пользоваться
некоторым языком, то он должен использовать «интерсубъективный»
язык. Робипзоп вчерашний противостоит Робіикзоку сегодняшнему точно
так же, как он противостоит Пятнице. Допустим, что некий человек, ко-
торый в одно и то же время «утратил память» и «ослеп», заново учится
читать и писать. Его собственные записи более раннего времени, кото-
рые он может прочитать с помощью особого аппарата, будут выглядеть
для него как записи какого-то «другого» человека. Это будет справед-
Сагпар /?., Ibid., S. 437-
316

ПРОТОКОЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ
ливо и в том случае, если он вспомнит всю свою жизнь и напишет соб-
ственную биографию.
Это означает, что каждый язык как таковой является «интерсубъ-
ективным»: протоколы одного момента времени должны включаться
в протоколы следующих моментов, как протоколы A должны вклю-
чаться в протоколы В. Поэтому нет никакого смысла говорить о моналогизи-
рованных языках, как это делает Карнап, или о различных протокольных
языках, между которыми затем устанавливаются связи. Протокольные
языки Робинзона вчерашнего и Робинзона сегодняшнего столь же близки
и отличны один от другого, как языки Робинзона и Пятницы. Если при
определенных условиях протокольные языки Робинзона вчерашнего
и Робинзона сегодняшнего можно считать одним и тем ясгязыком, то при
тех же условиях протокольные языки Робинзона и Пятницы можно счи-
тать одним и тем же языком.
У Kapnana мы также встречаем извлеченное из идеалистической фи-
лософии некое «я». О «собственном» протоколе вуниверсальном языке
можно осмысленно сказать не больше, чем о «здесь» и «теперь». В фи-
зикалистском языке имя лица заменяется координатами и величинами.
В универсальном языке «протокол Отто» можно отличить от «прото-
кола Карла», но нельзя отличить «собственного протокола» от «чужого
протокола». Отпадает вся проблематика «своего психического» и «чу-
жого психического».
«Методический» солипсизм и «методический» позитивизм9 не стано-
вятся лучше благодаря добавлению слова «методический»10.
Если раньшс я говорил, например: «Сегодня, 27 июля, я рассматри-
ваю собственные протоколы и протоколы других людей», то более пра-
вильно сказать так: «Протокол Отто Нейрата от 27 июля 1932 г. в ю ча-
сов утра: [Мысль Отто Неирата в g часов 55 минут была такова: (Между
9.40 и 9-54 Отто Нейрат занимается протоколом Нейрата и протоколом
Калона, которые оба содержат предложение:...)]». Даже если ОттоНей-
ратсостгвт протокол об использовании этого протокола, то свой соб-
ственный протокол он включит в систему единой науки точно так же,
как протокол Калона. Вполне может случиться так, что Нейрат прото-
кольное предложение Нейрата вычеркнет и оставит только протоколь-
ное предложение Калона. To обстоятельство, что люди, в общем, го-
раздо упорнее держатся за свои протокольные предложения, нежели
за чужие, представляет собой простой исторический факт, не имею-
щий принципиального значения для нашего обсуждения. Утверждение
Carnap /t, Ibid., S. 461.
10 Neurath O.// Erkenntnis, s. 401.
317

OTTO НЕЙРАТ
Карнапа «Каждый субъект в качестве базиса может приниматъ только
свой собственный протокол» нельзя принять, ибо оно не обосновано:
«S, может использовать протокол S2. Это особенно легко сделать, когда
оба протокольных языка включены в физикалистский язык. Однако та-
кое использование носит все-таки косвенный характер: в своем прото-
коле S, должен отметить, что он видит перед собою некоторую руко-
пись» хх.Но ведь Нейрат должен дать такое же описание протокола Нейрата,
как и протокола Калонаі Он запишет, что видит протокол Нейрата и ви-
дит протокол Калона.
В дальнейшем мы будем рассматривать протокольные предложе-
ния всех людей. В принципе совершенно неважно, Калон ли рабо-
тает с протоколами Калона и Нейрата или Нейрат занимается протоко-
лами Нейрата и Калона. Чтобы сделать это совершенно ясным, можно
представить себе научную очистительную машину, в которую бросают
протокольные предложения. Деталями этой машины являются дей-
ствующие «законы» и используемые ранее «реальные предложения»,
включая «протокольные предложения». Машина сопоставляет посту-
пающий материал с протокольными предложениями и подает сигнал,
когда обнаруживается «противоречие». В таком случае требуется либо
заменить протокольное предложение, либо изменить машину. Кто
именно перестраивает машину, чьи протокольные предложения в нее
закладываются, не имеет совершенно никакого значения: каждый
в равной мере может проверить как «свои» протокольные предложе-
ния, так и «чужие».
* * *
В целом все это означает следующее.
Единая наука испалъзует универсальный язык, в который должны входитъ
гпакже и тпермины физикалиапского тпривиалъного языка.
Универсалъному языку можно научитпъ ребенка; кроме этпого языка мы не ис-
палъзуем никаких особых «первоначальных» протпокольных предложений или
«протпокольных языков разных людей».
В единой пауке нам совершенно не нужны тпакпе шермины, как «метподиче-
ский солипсизм» или «методический позитиеизм».
Неяъзя выделить абсолютно достоверных чистых прошокольных предложе-
ний. Прошокольные предложения являютпся обычными реалъными предложе-
ниями, в которые входят имена отдельных людей или групп в определенной
связи с другими терминами универсального языкси
Carnap Ä, Ibid., S. 461.
318

ПРОТОКОЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ
* * *
Работы Венского кружка все больше концентрируются на том, чтобы еди-
ную науку (как социологию, так и химию, как биологию, так и механику,
психологию, которую лучше называть бихевиористикой) представить
в едином языке и установить часто отсутствующие взаимосвязи между
отдельными науками таким образом, чтобы без особого труда термины
любой науки можно было связать с терминами каждой другой науки.
Слово «человек», которое будет связано с выражением «делать выска-
зывания», можно определить точно так же, как определяется слово «че-
ловек», входящее в предложения, содержащие такие слова, как «эконо-
мика», «производство» и т.п.
Венский кружок получает мощные импульсы с самых разных сторон.
Мы опирались на наследие Маха, Пуанкаре, Дюгема и на вклад Фреге, Шре-
дера, Рассела и других. Чрезвычайно сильное воздействие оказал Витген-
штейн— как тем, что было y него заимствовано, так и тем, что было от-
вергнуто. Однако его первую попытку использовать философию в каче-
стве необходымого инструмента объяснения нельзя признатьуспешной. Как
во всякой научной работе, здесь важно привести в соответствие друг
с другом предложения единой науки — протокольные и непротоколь-
ные предложения. Для этого нужен «логический синтаксис», разработ-
кой которого занимается прежде всего, Карнап, осуществивший первую
подготовительную работу в своем «Логическом построении мира».
Начатый здесь разговор (Карнап, безусловно, поправит и дополнит
эти замечания), как и некоторые другие наши усилия, служит дальней-
meNfy укреплению нагиего общего физикалистского базиса деятелъности. Та-
кие обсуждения будут играть все меньшую роль, ибо быстрый прогресс
деятельности Венского кружка показывает, что все шире развертыва-
ется планомерная совместная работа, направленная на построение еди-
ной науки. Это построение сделает нас физикалистами тем быстрее
и успешнее, чем меньше времени мы будем посвящать искоренению
старых ошибок и чем больше научности сможем внести в наши форму-
лировки. Для этого нам нужно, прежде всего, научиться пользоваться
физикалистским языком, к чему и приступил в своей статье Карнап.

РУДОЛЬФ КАРНАП, ПРАГА
О ПРОТОКОЛЬНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЯХ1
В помещенной выше статье под таким же названием Отто Нейрат вновь
поднимает вопрос о протоколъных предложеншх. Этот вопрос является
центральной проблемой логики науки (теории познания). С ней свя-
заны также вопросы, которые обычно обсуждаются под названием «эм-
пирического обоснования», «проверки» или «верификации». И, в част-
ности, для физикализма крайне важно сказать о том, что собой пред-
ставляют протокольные предложения и опытные основания науки.
Большая часть выступлений против физикализма ссылается именно
на этот пункт, который и в самом деле является важнейшим для физи-
кализма.
Нейрат обращается против некоторых моментов того истолкования
протокольных предложений, которое я дал в статье о физикалистском
языке2. Он хочет придать им другое истолкование, при котором прото-
кольные предложения принимают другую форму. Однако, на мой взгляд,
речь здесь идет не о двух противоположных истолкованиях, a o двухраз-
ных методах построения языка науки, которые оба возможны и правомерны.
Ниже оба способа будут представлены более точно. При этом будет по-
казано, что каждый из них обладает собственными преимуществами.
Первая языковая форма дает больше свободы, и именно о ней я думал
в своей более ранней статье. Вторая языковая форма имеет то преиму-
щество, что обеспечивает болыыее единство системы. По-видимому,
Нейрат первым осознал возможность использования этого второго ме-
тода, что будет иметь решающее значение для дальнейшего развития
учения о науке. Различие можно кратко выразить следующим образом.
Первый способ: протокольные предложения находятся вне языковой
системы; они могут иметь любую форму; устанавливаются особые пра-
вила перевода протокольных предложений в предложения системы.
Carnap R. Über Protokollsätze//Erkenntnis, Bd. III, 1932-1933. S. 215-228.
Catnap R. Die physikalische Sprache als Universalsprache der
Wissenschaft//Erkenntnis, Bd. II, s.432-465.
320

О ПРОТОКОЛЬНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЯХ
Второй способ (Нейрат): протокольные предложения находятся внутри
языковой системы; форма протокольных предложений теперь зависит
от синтаксических особенностей языковой системы; особые правила
перевода здесь не нужны. Для того чтобы в последующем изложении
дать не только абстрактное представление о двух методах, но и сделать
их достаточно понятными, мы будем исходить из некоторой конкрет-
ной ситуации и двигаться сначала одним, a затем—другим путем.
He только вопрос о том, находятся ли протокольные предложения вне или
внутри языковой системы, но и дальнейший вопрос об их более точной ха-
рактеристике решается на основе простого соглашения. В то время как ранее
( Carnap R. Die physikalische Sprache als Universalsprache der Wissenschaft//
Erkenntnis, Bd. II, s.438) я оставлял эти вопросы открытыми и лишь намечал
некоторые возможные ответы, теперь я думаю, что разные ответы на них
не противоречат друг другу. Они должны рассматриваться как предложе-
ния о соглашениях, и задача заключается в том, чтобы изучить следствия
возможных соглашений и проверить их целесообразность.
1. ПЕРВАЯ ЯЗЫКОВАЯ ФОРМАГ
ПРОТОКОЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ ВНЕ ЯЗЫКА СИСТЕМЫ
Допустим, мы нашли некий аппарат, который посредством сигналов
реагирует на те или иные условия. На сигнальном диске могут быть на-
несены цифры «і», «2» и т.д.; вместо этого на нем могут быть изобра-
жены какие-нибудь абстрактные фигуры. He зная внутреннего меха-
низма нашего аппарата, мы посредством наблюдения устанавливаем
следующее. Два сигнала, «і» и «4», одновременно появляются только
тогда, когда идет слабый дождь; «і» и «5» появляются, когда идет силь-
ный дождь; «2» и «4»—если идет слабый снег, «2» и <$» — если идет силь-
ный снег; «з» и «4» — если падает слабый град; комбинация «з» и «5»
до сих nop еще не наблюдалась. На основе этих наблюдений мы можем
составить словарь:
і — идет дождь;
2 — идет снег;
3 — падает град;
4 — слабый;
5 — сильный.
С помощью этого словаря мы можем определенные комбинации сигна-
лов переводить в предложения нашего языка, например, «і, 5>> — «идет
сильный дождь». При этом важно, что мы можем перевести даже такие
321

РУДОЛЬФ КАРНАП
комбинации, которых раньше мы еще не наблюдали, например, «з, 5»~
«падает сильный град».
Нет никакой принципиальной разницы, идет ли речь об аппарате,
специально созданном для того, чтобы подавать сигналы, или же о ка-
ком-то ином предмете, который проявляет регулярные наблюдаемые
реакции на определенные условия. Этот предмет может быть и неким
организмом, например, деревом, которое, скажем, посредством формы
и расположения листьев реагирует на определенные воздействия почвы
и воздуха. И здесь эти реакции мы можем использовать как сигналы и ус-
тановить правила перевода сигналов в предложения нашего языка.
В сущности, ситуация будет такой же, если мы встретим человека,
реагирующего на определенные условия посредством определенных
звуков. Допустим, мы встретили человека, звуки языка которого никому
из нас неизвестны, и посредством наблюдения устанавливаем следую-
щее (для краткости ограничимся лишь наиболее простыми реакциями).
Человек произносит: «ре бим», когда идет слабый дождь; «ре бум», ко
гда идет сильный дождь; «ше бим» или «ше бум», когда идет слабый или
сильный снег; «хе бим», когда падает слабый град.
Опираясь на это, мы устанавливаем следующий словарь:
ре -идетдождь;
ше — идет снег;
хе — идет град;
бим— слабый;
бум — сильный.
С помощью этого словаря мы можем определенные ряды звуков, изда-
ваемых этим человеком,—будем называть их тогда высказываниями—пе-
ревести в предложения нашего языка, причем даже такие ряды звуков,
которых мы еще не слышали, например, «хе бум» переводится в пред-
ложение «падает сильный град».
Сигналы аппарата и высказывания человека будут рассматриваться
как предложения одного языка благодаря тому, что для них установ-
лены правила перевода. Поэтому мы называем их «протокольными
предложениями» «протокольного языка» аппарата или человека и про
тивопоставляем его нашему «системному языку». В качестве протоколь-
ного предложения может выступать вообще любое наблюдаемое собы-
тие, для которого установлено правило перевода, если для разных ап-
паратов и людей установлены различные системы правил. Мы говорим:
y них разные протоколъные языки. Такого рода язык мы можем называть
интерсубъективным, если его предложения оказываются реакциями,
по крайней мере, двух тел; в противном случае он будет «субъективным»
322

О ПРОТОКОЛЬНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЯХ
или «монологическим». (Конечно, можно действовать и таким образом,
чтобы не переводить сами сигналы, a использовать только предложе-
ния о появлении сигналов, например, «Аппарат сейчас показывает „і"»,
«Человек сейчас произносит „peu». B этом случае мы переходим ко вто-
рой языковой форме. Это так же допустимо, как и описанный выше
способ действий в рамках первой языковой формы.)
Иногда может случаться так, что перевод поступившего сигнала
или высказывания дает предложение, которое не является подходя-
щим с точки зрения нашего наблюдения. Например, человек произно-
сит «ре», a мы устанавливаем, что дождя нет, a слышится шум, похожий
на шум дождя, или происходить что-то, похожее на дождь. Частота та-
ких несовпадений для разных предложений тех или иных протоколь-
ных языков будет различной. Например, перевод определенного про-
токольного предложения в предложение системы «Это черное» будет
реже приводить к ложному предложению, нежели в случае приведен-
ного выше примера. Благодаря этому разным формам предложений
протокольного языка, для которых мы чаще или реже констатируем
такие несогласованности, мы можем приписывать более или менее вы-
сокую степень надежности. (Надежные предложения можно называть,
если угодно, «исходными».) Но перевод протокольных предложений
даже последнего рода (перевод: «это черное») иногда может приводить
к ложному предложению (например, в тех случаях, которые обычно на-
зывают грезами, галлюцинациями, ложью и т. п., однако при наших на-
блюдениях y нас еще нет этих понятий). В рассматривавшихся до сих
nop примерах правила перевода от протокольных предложений приво-
дили к предложениям, относящимся к вещам (Dinge) из окружения того
или иного человека; будем называть их здесь «D-правилами» и «D-пред-
ложениями». Наблюдение говорит о том, что при использовании D-npa-
вил получаемые D-предложения оказываются не вполне надежными.
Констатация этого может заставить нас установить правила перевода
другого рода, которые мы будем называть «&правилами». Они приводят
нас к «^-предложениям»—ктаким предложениям, которые относятся к
соответствующим состояниям тела (Körpes) K рассматриваемого чело-
века. Например, протокольное предложение «ре» будет переводиться
в Я-предложение: «Тело Явоспринимает дождь». При этом физическое
состояние тела, «воспринимающего дождь», можно охарактеризовать
тем, что оно появляется при таких-то и таких условиях (скажем, если
идет дождь или происходит что-то похожее на дождь и глаза и уши К
реагируют подходящим образом) и что при наличии этих условий про-
являются такие-то и такие реакции тела (например, при соответствую-
щем раздражении, скажем, на вопрос, заданный в подходящих усло-
323

РУДОЛЬФ КАРНАП
виях, отвечать «ре»). Из Аліредложения с некоторой вероятностью, но
уже не с достоверностью, мы можем вывести соответствующее />пред-
ложение (в приведенном примере: «идет дождь»); вероятность возрас-
тает, если нам известно, что окружающие условия являются «нормаль-
ными». Вывод />предложений из А^-предложений есть не что иное, как
обычный вывод на основе вероятностной причинности3.
Все протоколы Кмы называем его протокольными высказываниями,
не осуществляя между ними никакого выбора. Каждое протокольное
предложение с помощью Агправил и />правил мы можем перевести в наш
системный язык. D-перевод является вполне обычным и для практиче-
ской жизни целесообразным, ибо обычно дает нам возможность что-то
узнать об окружающих условиях ÄL А^-перевод является более надежным,
и он оказывается более предпочтительным в тех случаях, когда нас инте-
ресует прежде всего надежность, например, при критической проверке.
В обоих случаях нам нужно высказывание нашего посредника Кдля рас-
ширения наших знаний о происходящих событиях (физических, интер-
субъективно воспринимаемых событиях) точно так же, как для этой же
цели нам были нужны высказывания сигнального аппарата.
Как получается, что аппарат или человек по имени Калон (Каіоп) од-
новременно выдает два противоречащих друг другу высказывания4? По-
скольку сигналы аппарата и высказывания /Срассматриваются, прежде
всего, как события, a не предложения языка, постольку между ними не
может быть никакого непосредственного противоречия. Речь может
идти о противоречии только между двумя предложениями, в которые
мы сами переводим два сигнала или два высказывания. (Пример: і. Ап-
парат выдает сигнал і, 4, 5*' перевод: «Идет слабый дождь», «Идет силь-
ный дождь». 2. К одновременно произносит «ре бум» и «ре бим» или
даже «не ре», причем звуку «не» правила перевода сопостааіяют отри-
цание.) Если такое случается, то мы приходим к выводу, что ошиблись
при истолковании сигнала. Это заставит нас изменить правила пере-
вода. В наших примерах: і. Либо появление комбинации 1,4 при силь-
ном дожде обусловлено особыми обстоятельствами, которые могут быть
установлены последующими исследованиями, либо появление комби-
нации і,5 при слабом дожде обусловлено особыми обстоятельствами;
если эти «особые обстоятельства» установлены, то перевод, скажем, і ,4
для первого случая можно изменить следующим образом: «идет слабый
См. об этом также пример из ст.: Carnap R. Die physikalische Sprache als
Universalsprache der Wissenschaft. S. 460; Рсоответствует протокольному пред-
ложению, Р, — £)-предложению, Р2 — /С-предложению.
4 Neurath О., S. год.
324

О ПРОТОКОЛЬНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЯХ
дождь или идет сильный дождь при наличии таких-то и таких обстоя-
тельств». 2. Я-правило изменяется так, что Аліредложение для «ре» те-
перь гласит: «Либо /С(вероятно) воспринимает дождь, либо (более ред-
кий случай) присутствуют такие-то и такие особые обстоятельства (на-
пример, Клжет или рукой Кпри написании „ре" водит кто-то другой)».
Допустим, какое-то предложение, полученное нами посредством
перевода некоторого протокольного предложения, оказывается несо-
вместимым с нашим остальным знанием, т.е. с другими ранее признан-
ными предложениями. Тогда мы, смотря по обстоятельствам, либо изме-
няем эти другие предложения (особенно если речь идет не о переведен-
ных, a о гипотетически установленных предложениях), либо изменяем
наши правила перевода для аппарата или К. Поскольку (для первого
случая) протокольные предложения находятся вне языка системы, по-
стольку всегда есть возможность либо посредством изменения подхо-
дящих предложений (к которым относится также и предложение, го
ворящее о том, что /Ссейчас произносит звук «ре»), либо посредством
изменения правил перевода непротиворечиво представить имеющиеся
протокольные предложения. При таком способе действий протоколь-
ные предложения не затрагиваются. Конечно, можно договориться из-
брать другой способ действий, при котором в случае несоответствия
окружающим условиям соответствующее протокольное предложения
объявляется «ложным» и может быть отброшено.
При данном способе рассмотрения мы и собстпвеппыепротшлсааьпыевыска-
зывания можем трактовать как сигналы и с помощью установленных пра-
вил переводить их в физикалистский системный язык. Так, скажем, £)-пе-
ревод моего протокольного высказывания «Здесь имеется собака» гласит:
«Здесь имеется представитель рода собак или представитель какогото
близкого рода»; К-перевод будет более сложным. Различие между прото
кольными предложениями и предложениями системы становятся более
отчетливыми, если использовать слова, которые принадлежат только по-
вседневному языку (служащему в качестве протокольного языка) и не вхо-
дят в научный язык (выступающий в качестве системного языка). Возьмем
в качестве примера высказывание «Здесь сыро». Задача «физикализации»5
заключается в том, чтобы провести систематические наблюдения и уста-
новить, при каких внешних условиях «мне кажется сыро», т.е. при каких
условиях я склонен произнести высказывание «Здесь сырю». Если эти ус-
ловия установлены, то предложение, говорящее о них, можно рассматри-
вать как D-перевод данного протокольного предложения.
5 Ср.: Carnap R. Die physikalische Sprache als Universalsprache der Wissenschaft.
S.444
325

РУДОЛЬФ КАРНАП
Таким образом, работа в системе науки приобретает следующую
форму. В системном языке имеются общие предложения—так называе-
мые «законы природы» и конкретные предложения; вне системного
языка существуют сигналы, которые истолковываются как «прото-
кольные предложения» или «протокольный язык» соответствующих
аппаратов или людей. Для перевода сигналов из протокольного языка
в системный язык устанавливаются (D- или К-) правила. Из наличных
протокольных предложений с помощью этих правил получают кон-
кретные предложения системы. После присоединения этих конкрет-
ных предложений устанавливаются дальнейшие конкретные и об-
щие предложения системы, которые принимаются в качестве гипо-
тез, т.е. без строгого вывода и, следовательно, при отсутствии более
полной верификации. С помощью вывода из этих предложений (пе-
реведенных конкретных, гипотетических конкретных и гипотети-
ческих общих) можно получать дальнейшие конкретные предложе-
ния. Эти выведенные предложения (и благодаря этому также гипоте-
тически установленные предложения) при определенных условиях
могут оказаться эмпирически проверяемыми. Проверка заключается
в сравнении их с конкретными предложениями, полученными с по-
мощью перевода из протокольных предложений. При этом проверяе-
мое предложение системы может получить либо подтверждение, либо
опровержение. Подтверждение (верификация) некоторого предло-
жения системы означает согласованность с протокольными предло-
жениями; в отношении протокольных предложений нельзя ставить
вопрос о подтверждении (быть может, можно говорить о подтвержде-
нии тех предложений системы, которые утверждают, что соответст-
вующий сигнал фактически присутствует). Если в системе мы наталки-
ваемся на противоречие, то вносим изменения либо в гипотетически
установленные предложения, либо в правила перевода.
Нейрат* и Цильзель7 выступают против употребления таких выражений, как
«я», «собственные протокольные предложения>», «чужие протокольные
прсдложения» (в содержательном способе речи: «собственнос психиче-
ское», «чужое психическос»). Конечно, вместе с «я» в философия прони-
кает много неясностей. Однако в наших неметафизических дискуссиях это
выражение является не чем иным, как сокращением. Такого рода сокраще-
ния удобны и относятся к обычному употреблению языка, так что каждому
известен их перевод. Поэтому их запрещение не кажется мне необходимым,
* NeurathO., S. 211.
7 ZilselE.,S. 144-
326

О ПРОТОКОЛЬНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЯХ
достаточно потребовать, чтобы каждый, кто пользуется такими выраже-
ниями, в любом случае мог дать их перевод. («Обработка собственного или
чужого протокола происходит так-то и так» означает: «Если 5, обрабаты-
вает протокол 5, или 52...»; Цильзель дает другой пример перевода, с кото-
рым я совершенно согласен.)
2. ВТОРАЯ ЯЗЫКОВАЯ ФОРМАІ ПРОТОКОЛЬНЫЕ
ПРЕДЛОЖЕНИЯ ВНУТРИ ЯЗЫКОВОЙ СИСТЕМЫ
Как и прежде, мы вновь начинаем с рассмотрения сигнального аппа-
рата. Если y нас есть возможность не только наблюдать сигнальный
диск, но и модифицировать его, то может оказаться целесообразным
вместо прежних сигналов написать на диске те слова или предложе-
ния нашего системного языка, которые мы, опираясь на наблюдения,
сопоставили бы этим сигналам, например, вместо «і» написать «идет
дождь» и т.д. Тогда аппарат сам произведет высказывание «Идет силь-
ный дождь», уже имеющее форму предложения системы. Если аппарат
изменен таким образом, то мы уже не имеем дела с сигналами, находя-
щимися вне языковой системы, и нам не нужен перевод.
В принципе то же самое справедливо и для звуков человека К. Если
нам удается не только слышать издаваемые им звуки, но и изменять его
способность к их произнесению, то может оказаться целесообразным
поступить следующим образом. Мы заставляем К реакцию «ре» заме-
нить реакцией «идет дождь» и сделать это со всеми остальными зву-
ками. Эта тренировка (дрессировка, «образование „условного реф-
лекса"») животных и людей в одних случаях оказывается успешной,
в других — нет. Сейчас мы хотим осуществить эту тренировку с теми,
кто занят построением и применением интерсубъективной науки. То-
гда в этом круге людей останется только единый системный язык,
и не будет больше личных языков, как это было при первом методе
(«ре» ит.п.).
На возможность применения только что указанного второго способа пер-
вым обратил внимание Нейрат, однако, на мой взгляд, он указал для этого
только одно из возможных оснований. В некоторых случаях Нейрат имеет
в виду такую языковую форму, которая не вполне согласуется с представ-
ленной здесь второй языковой формой. В рассуждениях о «Ballungen» сво-
его «тривиального языка» он допускает возможность использования более
свободных языковых форм и даже вхождения любых выражений в прото
кольные предложения. Но это, скорее, движение в направлении нашей
первой языковой формы. Другое отличие будет обсуждаться ниже.
3«7

РУДОЛЬФ КАРНАП
В то время как при первой форме языка к протокольным предложе-
ниям причисляются определенные изначально данные спонтанные
реакции, при второй форме определенные конкретные предложения
системного языка принимаются в качестве протокалъных предложений,
т. е. в качестве базиса проверки, в качестве предложений, служащих ко-
нечным пунктом при проверке предложений системы (как общих, так
и прочих конкретных предложений). Встает вопрос: какие конкретные
предложения являются протокалъными?
Мы уже отмечали, что вопрос о форме протокольных предложений решает-
ся не исследованием, a соглашением. Это верно также и для второй формы
языка, т. е. для вопроса о том, какие конкретные предложения физикалист-
ского системного языка следует принять в качестве протокольных предло-
жений. По сути дела, можно избрать один из двух следующих путей: a) c огра-
ничением — устанавливается, что в качестве протокольных предложений
должны использоваться конкретные предложения вполне определеннои формьс,
в) без ограничения—устанавливается, что, смотря по обстоятельствам, каж-
дое конкретное предложение может выступать в качестве протокольно
го предложения. Нейрат избирает путь А. В рамках A сохраняются раз-
личные возможности определения формы протокольных предложений.
Выдвинутое Нейратом требование относительно того, что в протокольное
предложение должно входить имя протоколирующего лица и выражения
типа «воспринимает», «видит» и т. п., при выборе пути A может оказать-
ся целесообразным. A bot предлагаемая им особая форма протокольного
предложения с тремя вложенными друг в друга частями представляется
сомнительной. С точки зрения синтаксиса, против нее можно возразить:
предложение, говорящее о каком-то другом предложении, включает в себя
это последнее как собственную часть. Важно подчеркнуть, что речь здесь
идет не о правильности наших решений, a только об их целесообразности.
Мы не хотим останавливаться на вопросе о том, какой из путей — A или В —
является более целесообразным, a также не будем обсуждать различных
возможностей выбора формы протокольных предложений для случая А.
В далънейшем будет принят путъ В. Возможность такого способа дейст-
вий развил передо мной Карл Поппер. Чрезвычайно желательно, чтобы его
замечательное исследование «Deduktivismus und Induktivismus» («Дедук-
тивизм и индуктивизм»), результаты которого он мне сообщил, было ско-
рее опубликовано. Оно вносит важный вклад в прояснение современных
важных проблем логики науки: характер законов науки как гипотез; про
цесс эмпирической проверки ит.п., исходя из иной, нежели Неират, точки
зрения, Поппер разработал способ ^в качестве составной части своей сис-
темы. Несмотря на существующие различия, трактовки этих двух авторов
328

О ПРОТОКОЛЬНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЯХ
представляются мне в основе своей родственными. По моему мнению, вто
рую форму языка особенно просто разработать на предложенном Поппе-
ром пути В.
Каждое конкретное предложение физикалистского системного языка может,
при соответствующих обстоятельствах, исполъзоватъся в качестве прото-
кольного предложения. Пусть G есть некоторый закон (т. е. общее пред-
ложение системного языка). С целью его проверки из Ссначала выво-
дят некоторые конкретные предложения, говорящие об определенной
пространственно-временной области (посредством подстановки кон-
кретных значение вместо свободных переменных G, представляющих
пространственно-временные координаты дс, y, z, /). Из этих конкретных
предложений с помощью другого закона и логико-математических пра-
вил вывода получают дальнейшие конкретные предложения до тех nop,
пока не придут к предложениям, которые хотят считать признанными
в данном случае. Какие именно предложения считать конечным пунк-
том такого сведения и рассматривать в качестве протокольных предло-
жений—это вопрос решения. При желании —когда, скажем, возникают
сомнения или стремятся более прочно обосновать научное утверж-
дение — предложения, принятые ранее в качестве конечного пункта,
можно свести к другим предложениям, и теперь эти последние считать
конечным пунктом. В любом случае сведение с целью проверки должно
где-то остановиться. Однако ничто не принуждает нас останавливаться
на каком-то определенном месте. Каждое предложение допускает даль-
нейшее сведение; для построения науки нет пикакого абсолютпого исход-
ного пункта.
Пример. Проверка закона G: «Для любого места и любого времени: если Т
есть период колебаний плоского маятника длины / в поле тяготения g,
to r=2n\Vg». Мой исследовательский протокол, скажем, гласит: «(Р,) Здесь
(в лаборатории на поверхности Земли) имеется маятник такого-то и тако
го вида; (Р2) Длина маятника 245»3 см- (Л) ^ слегка толкаю его, и маятник
начинает совершать небольшие колебания. Я позволяю маятнику свободно
качаться. (Р4) Я наблюдаю 20 колебаний; показания часов в начале: 5 ч 37
мин 4 с; после го колебаний 5 ч З^ мин 7 с>>- Из Gc помощью предложения
«На поверхности Земли ^=981 см/с2» выводим: «В любой точке на поверх-
ности Земли Т=2л\І/9ві». Отсюда с помощью протокольных предложе-
ний Р1 и Р2 выводим: «Период колебаний Тх данного маятника составляет
2ПУІ2*ЪЪА»\\ из этого с помощью математических предложений (принадле-
жащих к правилам вывода логики) получаем: Тх =2л\Ѵ4 = л = 3,14». Пусть
Ть будет наблюдаемым периодом колебаний; из Р4 выводится: «20 Ть = 63»,
a отсюда: «Ть = 3,15». Разница между вычисленным согласно закону и наблю-
329

РУДОЛЬФ КАРНАП
даемым периодом колебаний составляет о,оі с; она достаточно мала (укла-
дывается в допустимую неточность наблюдения). Поэтому данный прото-
кол можно рассматривать как подтверждающий случай для G.
Теперь нам хотелось бы сделать более ясным отпносителъностъ протокалъ-
ных предложений. Если некоторое предложение больше не признается про-
токолом и требует дальнейшей проверки, то мы сводим его к другим пред-
ложениям. Например, указание времени в Р4 можно свести к следующим
предложениям: (Q,) «Этот инструмент (как говорятуказания фирмы...) есть
точные часы»; ( Q2) «B начале опыта первая стрелка находилась на отметке
5, вторая — на отметке 37» третья —на отметке 4». Если нужно, to Q, можно
свести к предложению, говорящему о восприятии показаний некоторой
обсерватории или к предложениям, описывающим предпринятую кем-то
из нас регулировку часов. Q2 можно свести к следующим предложениям:
(Äj) «Я воспринимал такие-то и такие расположения стрелок», (R2) «Здесь
имеется свидетельство физиологической лаборатории, говорящее о том,
то при считывании показаний секундной стрелки я, как правило, не делаю
ошибки болыпей, чем...». Для достижения более надежных результатов
можно с самого начала изменить те или иные стороны опыта и благодаря
этому получить более содержательный протокол. Например, мы можем
призвать на помощь второго наблюдателя маятника и часов и использо
вать его протокольные предложения. Или можно пригласить физиолога,
который наблюдает за мной в течение опыта и чей протокол устанавли-
вает, что y меня не было лихорадки, что я не находился под воздействи-
ем наркотиков, что я спокойно наблюдал и записал показания часов Р4
и т. п. На основе дальнейших, более длительных наблюдений моего пове-
дения устанавливаются предложения о моей надежности при составлении
научных протоколов. Отсюда выводится предложение о достоверности
моих свидетельств. С помощью этого предложения и предложений физио
лога подтверждается мое протокольное предложение Р4 (с такой-то и такой
степенью достоверности).
Этот пример показывает, что при таком образе действий ни одно пред-
ложение не является абсолютно конечным пунктом сведения. Пред-
ложения всех видов в соответствующих случаях могут быть сведены
к другим предложениям. Процесс сведения продолжается до тех nop,
пока не приходят к предложениям, которые признаются согласно ре-
шению. При этом все происходит в интерсубъективном физикалист-
ском языке. Даже предложения о чувственном восприятии протоколи-
рующего субъекта Аявляются не чем иным, как равноправными элемен-
тами всей цепи. На практике субъект Skzk раз на них и останавливается.
Однако это не имеет принципиального значения, a происходит лишь
ЗЗО

О ПРОТОКОЛЬНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЯХ
потому, что интерсубъективная проверка предложений о чувственных
восприятиях (мозговых процессах) сравнительно сложна и трудна,
и квалифицированному научному наблюдателю во многих случаях она
кажется не столь необходимой, как проверка тех предложений, кото-
рые еще не сведены к предложениям восприятия. Впрочем, в практиче-
ских научных процедурах обычно лишь в критических случаях доходят
до предложений о чувственных восприятиях, чаще всего —как в прото
колах из приведенных выше примеров — останавливаются на предло-
жениях о наблюдаемых вещах, т. е. принимают именно эти предложе-
ния в качестве протокольных предложений. В рамках представленного
здесь способа действий [вторая форма языка, путь В (Поппер) в отли-
чие от пути A (Нейрат)] те протоколы, которые фактически состав-
ляются физиками, биологами, географами, социологами ит.д., могут
рассматриваться как протоколы в строгом смысле этого слова (пред-
полагая, что социологи очистили от метафизики если не свои теории,
то хотя бы свои сообщения о фактах). Причем эти протоколы могут со-
держать конкретные предложения любого вида: предложения о воспри-
ятиях или переживаниях, предложения о наблюдаемых процессах или
ненаблюдаемых, но выводимых из наблюдаемых, процессах, предложе-
ния о процессах, сообщаемых другими людьми, и т. д. Если какое-то про
токольное предложение несовместимо с остальными предложениями
протокола или с другими конкретными предложениями, которые уже
признаны, то y нас есть выбор: изменить либо это протокольное пред-
ложение, либо соответствующую группу других конкретных предложе-
ний, либо группу законов, с помощью которых получены эти предложе-
ния. Данный выбор опирается, прежде всего, на уже проведенную или
предпринимаемую проверку как этих предложений, так и самого про-
токольного предложения до тех nop, пока она не приведет к достовер-
ным результатам.
Это сочинение в первую очередь обращено к тем, кто в принципе признает
физикализм, однако стремится к большей ясности в освещении отдельных
вопросов. Для тех же, кто подвергает сомнению тезис физикализма, я добав-
ляю лишь несколько коротких замечаний, чтобы ответить на два часто
высказываемых возражения. Возражение первое. «Всякая проверка заключа-
ется в сведении к содержанию чувственных переживаний; но здесь совсем
не об этом идет речь; физикалист хотел бы четко указать цвет: должны ли
предложения о восприятии относиться к телу воспринимающего или к его
переживаниям?» Вопрос поставлен в содержательном модусе речи и в такой
форме не допускает корректного ответа. В формальном модусе речи можно
было бы сказать так: в предложения восприятия входит имя «К» тела соот-
331

РУДОЛЬФ КАРНАП
ветствующего лица; однако такое предложение восприятия можно сфор-
мулировать так, что в него будут входить слова «воспринимать», «видеть»,
«слышать» и т. п. Когда такие вопросы обсуждают в содержательном модусе
речи, легко впасть в противоречия и неясность, как показано в ct.: Carnap R.
Die Physikalische Sprache...//Erkenntnis, Bd. II, SS. 453-457.
Bmopoe возражение. «Мое ощущение красного, мой голод, моя боль даны
только мне самому, но не окружающим. Но в физикализме все предложе-
ния интерсубъективны. Как же в таком случае объяснить факт неустрани-
мой отделенности одного субъекта от другого?» Этот факт действительно
нельзя отрицать, однако следует соблюдать осторожность при его форму-
лировании. Предложение «Яиспытывает голод» равнозначно предложе-
нию «Нервная система Знаходится в состоянии голода»; «5видит красное»
равнозначно предложению «Нервная система 5находится в состоянии
рассмотрения красного». «Только S непосредственно знает о своем голо-
де» означает: «Только 5в состоянии непосредственно на основе голода 5,
т. е. без физической каузальной связи с процессами, происходящими вне
тела S, произнести высказывание „5голодени.» Это предложение верно,
однако оно представляет собой не более чем частный случай общего пред-
ложения: «Если A есть любая физическая система и Vi есть любое событие
в Л, то только событие Ѵ2 в Л и никакое событие Vs, происходящее вне А,
может быть связано с Vi прямой каузальной связью, т.е. связью, находя-
щейся в пределах А». Но это тривиально. Состояния желудка и мозга 5
могут оказать влияние только на органы речи 5, но не других людей, если
не опираться на процессы, происходящие вне S.
С этим связан, с физикалистской точки зрения, столь же ясный факт. Если
5, (посредством речи, письма или мысленно) формулирует и проверяет
определенное предложение, то это происходит непосредственно только
на основе его собственных восприятий. Если при этом 5, использует выска-
зывание 52, то это осуществляется только через посредство собственных
восприятий S,, скажем, он слышит высказывание S2. (Под выражениями
«думать», «воспринимать», «слышать» здесь, естественно, подразумевают-
ся физические процессы, происходящие в нервной системе 5,). Точнее:
каузальная цепочка от восприятий S2 к проверяемым мыслям или выска-
зываниям St ведет от речи S2 через действие органов чувств 5! к процессу
восприятия в мозгу 5,. Тот факт, что проверка опирается на восприятие
проверяющего, образует сердцевину «методологического солипсизма».
Однако я согласен с тем, что не стоит сохранять этот термин вследствие
его идеалистической нагруженности.

О ПРОТОКОЛЬНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЯХ
3- СРАВНЕНИЕ ДВУХ ЯЗЫКОВЫХ ФОРМ
Мы исследовали две разные языковые формы и обнаружили, что каждая
из нгіх непротиворечива и потому оправдана. Первая языковая форма, в кото-
рой протокольные предложения находятся вне языковой системы, об-
ладает тем преимуществом, что здесь не устанавливается никаких тре-
бований относительно формы протоколов. Можно в равной мере ис-
пользовать высказывания какого-нибудь негра на неизвестном языке,
звуки, издаваемые ребенком, животным, аппаратом после того, как
на основе достаточного числа наблюдений для них установлены под-
ходящие правила перевода. Вторая языковая форма (Неират, Поппер),
в которой протокольные предложения принадлежат к языку системы,
имеет то достоинство, что здесь мы имеем дело с одним единым язы-
ком, и никакие правила перевода не нужны.
Во все прежние теории познания входил определенный абсолютизм:
в реалистические —абсолютизация объекта, в идеалистические (вклю-
чая феноменологию) — абсолютизация «данного», «переживание», «не-
посредственного феномсна». И в позитивизме до сих nop сохранялся
остаток этого идеалистического абсолютизма. В логическом позити-
визме нашего кружка — в опубликованных до сего времени теоретико-
познавательных работах Витгенштейна, Шлика, Карнапа— он прини-
мал утонченную форму первичных предложений («элементарных пред-
ложений», «атомарных предложений»). Против этого абсолютизма
первым решительно выступил Нейрат, отвергнув непререкаемость
протокольных предложений. Исходя из других позиций, Поппер сде-
лал еще один шаг: в его способе проверки не остается никаких послед-
них предложений, поэтому его система представляет собой радикаль-
ное устранение всякого абсолютизма. Как мне кажется, абсолютизм
можно исключить не только во второй, но также и в первой из двух
рассмотренных здесь языковых форм. Хотя вполне возможно, что ис-
пользование второй языковой формы и особенно попперовского спо-
соба уменыпает опасность того, что «молодые люди» в поисках прото-
кольных предложений могут «ступить на метафизический путь»8. При
оценке достоинств и недостатков упомянутых здесь предложений вто-
рая языковая форма со способом Д очерк которого был здесь также
дан, представляется мне наиболее целесообразной среди всех предло-
женных в современной теории познания форм научного языка (высту-
пающих обычно не как предложение некоторой языковой формы, a как
«теория построения знания»).
Neurath О., S. 207.
333

РУДОЛЬФ КАРНАП
С устранением абсолютизма еще не заканчиваются названные ра-
нее логико-научные исследования, это лишь означает, что они должны
быть очищены в определенном, хотя и решающем отношении. Освобо-
ждение от чуждых примесей важно, даже необходимо, однако является
лишь отрицательной стороной задачи. Следует шире развернуть пози-
тивную совместную работу в области учения о науке.

ПИСЬМА К ИЗДАТЕЛЮ
КРИТЕРИЙ ЭМПИРИЧЕСКОГО ХАРАКТЕРА
ТЕОРЕТИЧЕСКИХ СИСТЕМ
(ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЕ СООБЩЕНИЕ)1
і. (Предварительный вопрос) Юмовская «проблема индукции», т.е. во-
прос о достоверности законов природы, возникает благодаря (явному)
противоречию между «основным тезисом эмпиризма» (только «опыт»
может решить вопрос об истинности или ложности высказывания о ре-
альности) и осознанием Юмом недостоверности индуктивного (обобщаю-
щего) вывода. Под влиянием Витгенштейна Шлик2 пришел к мнению
о том, что это противоречие можно разрешить, приняв допущение, что
законы природы «являются не подлинными предложениями», a пред-
ставляют собой «указания для образования высказываний», т.е. отно-
сятся к «псевдопредложениям» определенного рода. Эту (как мне пред-
ставляется, чисто словесную) попытку решения объединяет со всеми
прежними попытками (например, с «априоризмом», «конвенциона-
лизмом» и т. д.) одно общее необоснованное предположение о том, что
все подлинные предложения должны быть «полностью разрешимы» (вери-
фицируемы и фальсифицируемы), a это означает, что должна быть ло-
гически возможна как (окончательная) эмпирическая верификация, так
и эмпирическая фальсификация всех подлинных предложений. — Если
отказаться от этого предположения, то противоречие, порождаю-
щее «проблему индукции», можно разрешить просто: законы природы
(«теории») можно без противоречий рассматривать как «частично раз-
решимые» (т.е. хотя и не верифицируемые по логическим основаниям,
но все-таки фалъсифицируемые) подлинные высказывания о действитель-
ности, которые систематически проверяются посредством попыток
фальсифицировать их.
Ein Kriterium des empirischen Charakters theoretischer Systeme (Vorläufige
Mitteilung)//Erkenntnis, Bd. III, 1932-1933. S.426-427.
2 Schlick M, «Die Naturwissenschaften» 19, S. 156 (1931, Heft 7).
335

КАРЛ ПОППЕР
Предложенное решение обладает тем преимуществом, что откры-
вает путь к решению второй (и подлинно) основной проблемы «теории
познания» (теории «эмпирического метода»).
2. (Главный вопрос) Это—«проблема демаркации» (кантовский вопрос
о «границах научного познания»), которую можно определить как во-
прос о нахождении критерия, который позволил бы нам отличитъ «эмпи-
рико-научные»утверждения(преддожеиия, системы предложений) от«ме-
тафизических». Согласно Витгенштейну3, это разграничение достигается
с помощью «понятия смысла»: каждое «осмысленное предложение» (бу-
дучи «функцией истинности элементарных предложений») должно быть
целиком логически сводимо к (единичным) предложениям наблюдения
(выводимо из них). Если некоторое предложение оказывается невыво
димым, то оно является «бессмысленным», «метафизическим», является
«псевдопредложением»: метафизика «бессмысленна». Может показаться,
что благодаря такому критерию демаркации позитивизму удалось дос-
тигнуть гораздо более решительного устранения метафизики, чем это
удавалось прежней антиметафизике. Однако такой радикализм уничто-
жает не только метафизику, но и само естествознание: законы природы
тоже нельзя логически вывести из предложений наблюдения (проблема
индукции!). Если последовательно применять критерий осмысленно-
сти Витгенштейна, то они окажутся такими же «бессмысленными псев-
допредложениями», как и «метафизика». Таким образом, эта попытка
решить проблему демаркации терпит крушение. Вместо догмы осмыс-
ленности и ее псевдопроблемы можно в качестве критерия демаркации
принять «критерий фальсифицируемости» (т.е. по крайней мере односто-
ронней разрешимости): только такие предложения (системы предло-
жений) что-то говорят об «опытной действительности», которые могут
столкнутьсяс ней, точнее говоря: которые можно подвергнуть система-
тической проверке, в результате чего (согласно «методологическому реше-
нию») они могут быть опровергнуты4.
Признание частичной разрешимости предложений позволяет решить
не только «проблекіу индукции» (имеется лишь один тип выводов, иду-
щих в индуктивном направлении—это дедуктивный modus tollens), но
и (лежащую в основе всех других вопросов «теории познания») «про-
блему демаркации». «Критерий фальсифицируемости» позволяет доста-
точно четко отделить «науки о действительности», эмпирико-научные
Витгенштейн Л. Логико-философский трактат. М., 1994-
Эта процедуру проверки Карнап представил в: «Erkenntnis», Bd. III., S. 223f., как
«процедуру В». См. также: Dubislav W., Die Definition, 3. Aufl., S. 100 f.
ЗЗ6

ПИСЬМА К ИЗДАТЕЛЮ
системы от метафизических (а также конвенционалистско-тавтологич-
ных) систем, не объявляя в то же время метафизику (из недр которой,
как показывает история, выходили теории опытных наук) «бессмыс-
ленной». —Поэтому (обобщая известную формулу Эйнштейна5) «эмпи-
рическую науку» можно определить следующим образом: втоймере, в ко-
торой научное предложение говорит о реалъности, оно должно быть фальси-
фицируемо, и в mou мере, в которой оно ne фалъсифицируемо, опо ne говорит
ореалъпости.
Логический анализ показывает, что для эмпирической научной сис-
темы критерий (односторонней) «фальсифицируемости» играетточно
такую же роль, которую «непротиворечивость» играет для научных сис-
тем вообще: из множества всех возможных предложений противоречи-
вая система аксиом не выделяет ни одного предложения; из множества
всех возможных «эмпирических» (синтетических, сингулярных) пред-
ложений нефальсифицируемая система не выделяет ни одного предло-
жения6.
Карл Поппер, Вена
ЗАМЕЧАНИЕ К ПИСЬМУ ПОППЕРА7
Высказанная господином Поппером мысль о томэ что законы природы
следует понимать как, по крайней мере, односторонне разрешимые
предложения, неоднократно обсуждалась в нашем Кружке. В
«Erkenntnis» I, 193°» S. 168, я подчеркнул преимущество односторонне разреши-
мых высказываний по сравнению с полностью неразрешимыми выска-
зываниями. Однако для решения проблемы законов природы эта идея
ничего не дает, ибо все естественнонаучные высказывания являются
полностью неразрешимыми (в смысле классической логики). Ни один
закон природы не имеет формы, предполагаемой господином Поппе-
ром,—формы, в которой он был бы опровергнут, если бы встретился
противоречащий ему случай. Всегда существует возможность объяс-
нить это противоречие тем, что предположения закона не были реа-
лизованы полностью. Иначе говоря, это означает, что каждый закон
природы, сформулированный как высказывание о реальных вещах,
Эгінштегін А. Геометрия и опыт, с. з-
Более полное изложение вскоре появится в виде книги (в: «Schriften zur
wissenschaftlichen Weltauffassung», hg. von Frank und Schlick, Verlag Springer, Wien).
Bemerkungen hierzu.//Erkenntnis, Bd. III, 1934. S.427-428.
337

ГАНС РЕИХЕНБАХ
представляет собой вероятностную импликацию, поэтому появление
ожидаемого результата всегда можно предсказать лишь с вероятностью,
но не с достоверностью. Проблему законов природы позволяет прояс-
нить только теория вероятностных высказываний. Вот поэтому-то я уже
давно работаю над тем, чтобы дать право на существование полностью
неразрешимым высказываниям (в смысле классической логики) с по
мощью вероятностной логики. Точно так же и решение проблемы ин-
дукции можно получить только в рамках вероятностной логики. Изло
жение моей теории, которая теперь уже построена, можно найти в ста-
тье, помещенной в настоящем томе.
Ганс Рейхенбах, Берлин

ПРИЛОЖЕНИЕ I
БИОГРАФИИ И БИБЛИОГРАФИИ

Данное приложение создавалось в несколько этапов, по мере продви-
жения исследования, нахождения нового материала и его первичного
осмысления, что нашло отражение и в структуре приложения, и в его
разнородности.
Как уже говорилось, лишь в последние пятнадцать лет в Австрии,
США и Германии ведется систематическая работа в плане поиска, ана-
лиза и изучения исторических документов, архивов, в частности лич-
ных архивов членов Венского кружка, меняется сложившееся представ-
ление об истоках и развитии этого уникального интеллектуального объ-
единения и его философских идей. Мы узнаем все больше и больше
имен людей, объединенных идеями и организационными усилиями
Венского кружка, a география этих имен создает в чем-то неожидан-
ную картину интенсивной общеевропейской интеллектуальной жизни
в предвоенные годы. Кто-то к этому времени ( ід35 г) Уже прожил жизнь
и создал себе имя, кто-то находился в расцвете сил и научной карьеры,
a кто-то опубликовал свои первые статьи. To, что война начнется и не
пощадит никого, было ясно. И эта была одна из практических при-
чин, побудивших редколлегию журнала «Erkenntnis» публиковать хро-
ники заседаний Общества M axa, Общества эмпирической философии
в Берлине, конгрессов, содержащих информацию обо всех участниках
и представленных ими докладах вплоть до реферирования отдельных,
a также биографических-библиографических материалов сторонников
Движения за единую науку, за научную философию. Идея этих публика-
ций принадлежала Отто Нейрату; он же и воплощал ее в жизнь.
«Поскольку я пользуюсь некоторым влиянием, библиографию и всю инфор-
мацию я стараюсь опубликовать как можно раньше. Нас травят. Если уж мы
можем еще говорить в этой отравленной атмосфере, то пусть потомкам
останется хотя бы наша библиография. Если говорить серьезно, то я знаю,
что в 1936 г. нужно провести еще хотя бы один Конгресс до того, как начнет-
ся мировая война или произойдут еще какие-то потрясения. Но, конечно,
все это возможно только в сотрудничестве с тобой и Рейхенбахом, посколь-
ку y меня нет соответствующей компетенции. Кто знает, не станет ли эта
публикация нашей лебединой песней?»1
О. Нейрат в письме Р. Карнапу
2 января 1Q35 г-
См.: Hegselmann R. Die Korrespondenz zwischen Otto Neirath und Rudolf Carnap aus
den Jahren 1934 bis 1945 — Ein vorläufiger Bericht //Philosophie, Wissenschaft, Aufli-
З41

ПРИЛОЖЕНИЕ
Первый библиографический материал с биографическими данными ав-
торов был написан по итогам первой общеевропейской Пражской кон-
ференции 1929г., организованной Венским кружком, и опубликован
в первом томе «Erkenntnis»2 за ідзо^ЭЗ1 гг- Этот материал упоминается
во всех статьях, посвященных журналу, и в нашей книге он представ-
лен полностью. В дальнейшем Нейрат обратился с просьбой составить
подобные расширенные библиографии к К.Айдукевичу —этот мате-
риал появился под заголовком «Библиографические заметки о совре-
менной литературе по логистическому антирационализму в Польше»,
Ч.Моррису —материал «Краткая библиография современной научной
философии в США» и Э.Тегену —материал «Упсальская школа (Шве-
ция)»3. Все эти библиографии опубликованы в пятом томе журнала за
1935г- наряду с максимально возможной информацией об участниках
Конгресса за научную философию в Париже і935г- A в восьмом томе
«Erkenntnis» М.Блэк дополнил свою статью «Relations between Logical
Positivism and the Cambridge School of Analysis» («Взаимосвязи между
логическим позитивизмом и Кембриджской школой анализа»)4 рабо-
чей библиографией, которая, с его точки зрения, конечно же, нужда-
ется в дополнениях.
Все эти биографии-библиографии использованы в данном прило-
жении отчасти в качестве первоисточника, требующего отдельного ис-
следования, отчасти в качестве аргумента для уже высказанного тезиса
о том, что Венский кружок, во-первых, сумел соподчинить и выстроить
в единую программу наряду с собственными оригинальными идеями ряд
идей, которые вызревали и активно обсуждались в разных странах Ев-
ропы с начала XX в., во-вторых, сумел донести свои идеи до единомыш-
ленников в Европе и США и, в^гретьих, сумел организационно в корот-
кий срок объединить своих единомышленников, создав собственный
печатный орган—журнал «Erkenntnis», несколько книжных серий и про-
ведя несколько ежегодных международных конференций и конгрессов.
Сначала представлены биографии и библиографии членов трех
объединений — Венского кружка, Общества эмпирической философии
в Берлине и Львовско-Варшавской школы. Эти организации первыми
осознали идейное единство и объединили свои усилия в создании об-
lârung-Beiträge zur Geschichte und Wirkung des Wiener Kreises. Dahms H.J. (Hg.)
Berlin, 1985. Pp. 276-290.
Neirath O. Historische Abmerkungen//Erkenntnis. Bd. I, 1930-1931. S. 311-339. Cm.
настоящес изданис: Нейратп О. Заметки об истории. С. із4_1^8.
3 Neirath O. Bibliographien// Erkenntnis. Bd. V, 1935- S. 186-194; 409-428.
Erkenntnis, Bd. VIII, 1939-1940. S. 24-35.
З42

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
щеевропейского Движения за научную философию. Далее по геогра-
фическому принципу представлены сторонники Движения за научную
философию.
ВЕНСКИЙ КРУЖОК
В основу данного раздела положены книга В. Крафта «Венский кружок»,
публикации «Erkenntnis» и современные исследования Института Вен-
ского кружка1. Члены Венского кружка, о которых вообще найдена ин-
формация, представлены здесь не в алфавитном, a в хронологическом
порядке их включенности в деятельность прото- и собственно Венского
кружка и согласно значимости, с точки зрения редактора, их вклада в эту
деятельность.
Подборка библиографий работ членов кружка также отчасти субъек-
тивна. С одной стороны, представлены практически все основные ра-
боты и статьи каждого, с другой стороны, особое внимание уделено пуб-
ликациям социально-политического характера, т. к. отличительной осо-
бенностью членов Венского кружка были именно активная социальная
позиция и их вовлеченность практически во все передовые социально-
политические движения, a также публикациям, характеризующим раз-
носторонность научных интересов членов Кружка и дающим повод для
корректировки представлений о якобы пионерских исследованиях, поя-
вившихся в ідбо-х годах. В этом плане наиболее известен, конечно, Отто
Нейрат: публикации по истории античности, экономической ситуации
на Балканах, предисловие к «Фаусту», участие в краткой жизни Бавар-
ской республики, план экономического развития Палестины, органи-
зация Социально-Экономического Музея в Вене и Фонда визуального
обучения в Гааге и т.д. Библиографии свидетельствуют, что он не ис-
ключение. Например, первой книгой М.Шлика была «Lebensweisheit.
Versuch einer Glückseligkeitslehre» («Жизненная мудрость. Опыт уче-
ния о счастье». Мюнхен, 1908)» a последней —«Fragen der Ethik» («Bo-
просы этики»), изданной в книжной серии «Очерки о научном миропо-
Крафт В. «Венский кружок. Возннкновение неопозитивизма». М.: Идея-Пресс,
2003.
Международный Институт Венского кружка создан в ідді г. в Всне. Директор
Института —профессор Фридрих Штадлер. Одной из целей создания Инсти-
тутаявляется архивная работа —поиск, восстановление, систематизация, пуб-
ликация и распространение документов, относящихся к довоенноьіу периоду
деятельности Венского кружка и его членов.— Пргім. ред.
343

ПРИЛОЖЕНИК
нимании» за № 4 в Вене в і93ог- Э. Цильзель начал свой творческий путь
с дидактической фантазии «Mozart und die Zeit. Eine didaktische
Phantasie» («Моцарт и время»), затем написал книгу «Die Geniereligion. Ein
kritischer Versuch über das moderne Persönlichkeitsideal» («Bepa в гениев.
Критический анализ современного идеала личности». Вена—Лейпциг,
1918), статьи по истории и биологии, материализму и марксизму, «Das
Dritte Reich und die Wissenschaft» («Третий рейх и наука», ідз0)» «Physics
and the Problem of Historico-sociological Laws» («Физика и проблема ис-
торико-социологических законов», 1941)» «The Sociological Roots of
Science» («Социологические корни науки», і942) и «The Genesis of the
Concept of Scientific Progress» («Становление понятия „научный прогресс44»,
1945)- К. Менгеру — основателю известного Математического коллок-
виума—принадлежит книга «Moral, Wille und Weltgestatung. Grundlegung
zur Logik der Sitten» («Мораль, воля и мировые возможности. Основопо-
ложения логики нравов». Вена, 1934)» а Ф.Кауфман с і934г- опублико-
вал на немецком и английском языках ряд статей о понятии логического
анализа и значении методологии для общественных наук.
ГАН Ганс (Hahn Hans) род. 27 сентября 1879г. в Вене. По окончании гимназии
(Вена-Доблинг) в і8д8г. стал студентом Школы права Венского универси-
тета. Через год он перевелся на математический факультет. В івдд-ідоогг.
Ган продолжил учебу в университетах Страсбурга и Мюнхена. В 1902 г. за-
щитил докторскую диссертацию «Zur Theorie der zweiten Variation
einfacher Integrale» в Венском университете; затем продолжил изучение матема-
тики в Вене и Гёттингене под руководством, в частности, Людвига Больц-
мана, Давида Гильберта, Феликса Клейна и Германа Минковского. В 1905 г.,
представив работу «Observations on Calculus of Variation» и получив разре-
шение на преподавание в университетах, Ган начинает читать лекции.
С і9°7 г- Ганс Ган играл ведущую роль в работе протокружка движения
логического эмпиризма (наряду с О. Нейратом, который в 1912 г. женил-
ся на его сестре Ольге, Р. фон Мизесом и Ф.Франком). Осенью і9°9г- он
получил место доцента в Университете г. Черновцы (Буковина, ныне Украи-
на). В ідюг. Ган женился на своей коллеге-математике Элеоноре Майнор.
Он принимал участие в Первой мировой войне и был серьезно ранен.
В 1916 г. Ган был принят в Университет Бонна на должность доцента,
a в 1917Г- стал профессором. В 1921 г. Ган получает кафедру математики
в Венском университете, где он плодотворно работает в качестве профес-
сионального математика и становится «настоящим основателем Венско-
го кружка» (по словам Ф.Франка), решая множество организационных
вопросов (например, приглашение Морица Шлика на кафедру натураль-
ной философии).
344

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
Начиная с 1921 г. Ган был членом-корреспондентом Венской Академии
наук и в 1921 г. получил от этой Академии премию Р.Либена, почетным
членом Математического общества Калькутты, членом комитета Немец-
кого общества математиков, членом исполнительного комитета Матема-
тического общества Вены (і931_1932) и» будучи членом Комитета венских
школ, активно участвовал в движении за школьную реформу и образова-
ние для взрослых.
Ганс Ган умер 24 июля і934г- после осложнений со здоровьем, возник-
ших в результате операции.
— Zur Theorie der zweiten Variation einfacher Integrale/ /Monatshefte für Mathematik
und Physik (MMP) 14, 1903.
— (Совместно c Э. Цермело) Weiterentwicklung der Variationsrechnung in den letzten
Jahren// Enzyklopädie der mathematischen Wissenschaften II A, Leipzig, 1904.
S. 627-641.
— Über Bolzanos fünf te notwendige Bedingung in der Variationsrechnung/ /MMP 20,
1909-
— Mengentheoretische Charakterisierung der stetigen Kurve/ / Sitzungsberichte der
Akademie der Wissenschaften, math.-naturwiss. Klasse 123, 1914.
— Einige Anwendungen der Theorie der singuläreti Integrale// Anzeiger der Akademie
der Wissenschaften in Wien 55, 1918.
— Theorie der reellen Funktionen I. Berlin, 1921.
— (Совместно c Г. Титце) Einführung in die Elemente der hofieren Mathematik. Leipzig,
1925-
— Mengentheoretische Geometrie//Die Naturwissenschaften 17, 1929.
— (Совместно c P. Карнапом, O. Нейратом) Wissenschaftliche Weltauffassung.
Der Wiener Kreis. Wien: Artur Wolf Verlag, 1929.
— Über unendliche Reihen und absolute-additive Mengenfunktionen//Bulletin of the
Calcutta Mathematical Society 20, 1930.
— Überflüssige Wesenheiten (Occams Rasiermesser). Wien, 1930.
— Die Bedeutung der wissenschaftlichen Weltauffassung, insbesondere für Mathematik und
Physik// Erkenntnis, Bd. I, 1930-1931. S. 96-105.
— Logik, Mathematik und Naturerkennen (в книжной серии «Единая наука», № г).
Wien, 1933-
— Gibt es Unendliches?//Alte Probleme —Neue Lösungen in den exakten
Wissenschaften. Fünf Wiener Vorträge, Leipzig—Wien, 1934.
ГАН-НЕЙРАТ Ольга (Hahn-Neurath Olga) род. 2о июля і88гг. в Вене, сестра
Г. Гана. В Венском университете изучала математику. Там она познакоми-
лась с Отто Нейратом и опубликовала совместно с ним несколько статей
по математике. В результате болезни в 22 года Ольга потеряла зрение. С по-
мощью О. Нейрата она завершила работу над своей докторской диссерта-
345

ПРИЛОЖЕНИЕ
цией. В îgi2 г. Ольга вышла замуж за О. Нейрата. О. Ган-Нейрат постоянно
посещала семинары Г. Гана и, начиная с 1924 г., встречи Венского кружка.
Одновременно она организовывала встречи с некоторыми членами Вен-
ского кружка y себя (и О. Нейрата) дома. В феврале ід34г- она эмигриро-
вала с мужем в Голландию, в Гаагу. В своей книге «Survey of Symbolic Logic»
K. И. Льюис назвал ранние математические работы О. Ган-Нейрат «наибо-
лее важным вкладом в символическую логику».
В Гааге 2о июля 1937 г. Ольга Ган-Нейратумерла после осложнений со здо-
ровьем, возникших в результате операции.
— (Совместно с О. Нейратом) Zum Dualismus in der Logik// Archiv für
systematische Philosophie 15, 1909. S. 149-162.
— Zur Axiomatik des logischen Gebietskalküls//Ibid. S. 345-347.
— Über die logischen Köffizienten einer logischen Gleichung//Ibid. 16, 1910.
S. 149-176.
ФРАНК Филипп (Frank Philipp) род. 2о марта 1884 г. в Вене. Окончив гимна-
зию, изучал математику и физику в университетах Вены и Гёттингена под
руководством, в частности, Людвига Больцмана, Феликса Клейна и Давида
Гильберта. В 1906 г. защитил докторскую диссертацию на тему «On the
Criteria for the Stability of the Movement of a Material Point and its Relation with
the Principle of the Smallest Effect». B 1909 г., представив работу no физике
«The Position of the Principle of Relativity of Mechanics and Electro-dynamics»
b Венском университете, Франк получает разрешение преподавать в уни-
верситетах. Відіо-ідіггг. Франк читает лекции пофизике в Венскомуни-
верситете. В ідія-ідібгг. он—доцент по теоретической физике и преем-
ник своего друга Альберта Эйнштейна в Немецком университете в Праге,
a в іді7-іді8гг. — профессор и директор Института теоретической физи-
ки в Праге. Брат Франка — широко известный архитектор Йозеф Франк,
соратник Отто Нейрата в создании Социо-экономического музея в Вене.
В предвоенные годы (с 1907 г.), живя в Вене, Филипп Франк вместе с Г. Га-
ном, О.Нейратом и Р. фон Мизесом был среди активистов регулярных
встреч-дискуссий в кафе. Эти встречи можно рассматривать как зародыш
будущего Венского кружка. В Праге он был интеллектуальной и организаци-
онной точкой притяжения «Пражского кружка» Макса Брода, объединяв-
шего философов, ученых и писателей. После переезда Р. Карнапа в Прагу
в 1931 г. Ф. Франк и Р. Карнап становятся главными фигурами «Пражского
отделения» логического эмпиризма. Наряду с этой деятельностью Ф. Франк
постоянно приезжает в Вену для участия в научных дискуссиях.
По причине еврейского происхождения Ф. Франк вынужден покинуть
Прагу и остаться в Гарвардском университете, Кембридж, Массачусетс
после лекционного тура по американским университетам. В США он начал
346

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
работу с должности лектора по физике и математике. Ф. Франк отклонил
приглашение на работу Стамбульского университета, где с ідЗЗ г- работал
Р. фон Мизес, т. к. в это время он подписал договор с американским издате-
лем на книгу по физике. Ф. Франк проработал в Гарвардском университете
с 1939 по 1953 г- Он читал лекции как приглашенный профессор во многих
американских университетах.
Франк написал биографию А. Эйнштейна, вместе с О. Нейратом и Р. Кар-
напом работал над теоретическими и практическими проблемами Движе-
ния за единую науку с ід34г- После Второй мировой войны Франк создал
в Гарварде Институт единой науки, которым он руководил с 1948 no 1965 гг.
Этот институт стал интеллектуальным форумом для продолжения осуще-
ствления программы Венского кружка по созданию «Энциклопедии еди-
ной науки». Франк был также членом Американской Академии искусств
и наук.
Филипп Франкумер 2і июля 1966 г. в Кембридже, Массачусетс.
— Das Kausalgesetz und seine Grenzen. Wien, 1932.
— Théorie de la connaissance et physique moderne. Paris, 1934.
— Nachruf auf Moritz Schlick//Erkenntnis, Bd. IV, 1934. S. 315-316.
— Das Ende der mechanistischen Physik (в книжной серии «Единая наука», №5)-
Wien, 1935-
— Labime entre les sciences physiques et biologiques vue à la lumière des théories physiqus
modernes//Report au Congrès International de philosophie scientifique, Paris,
1935-
— Logisierender Empirismus in der Philosophie der UdSSR//Report au Congrès
International de philosophie scientifique, Paris, 1935.
— Bemerkungen zur Enzyklopädie//Report au Congrès International de philosophie
scientifique, Paris, 1935.
— La fin de la physique mécanique. Paris, 1936.
— Nachruf auf Moritz Schlick//Erkenntnis, Bd. VI, 1936s S. 291-293.
— Philosophische Deutungen und Missdeutungen der Quantentheorie//Erkenntnis, Bd. VI,
1936. S. 303-317.
— Schlusswort. Zweiter Internationaler Congress für Einheit der Wissenschaft in Kopenha-
gen//Erkenntnis, Bd. VI, 1936. S.443-450.
— Interpretations and Misinterpretations of Modern Physics. Paris, 1938.
— Ernst Mach-the Centenary ofHis Birth//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-38. S. 247-256.
— Physik und logischer Empirismus//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-38. S. 297-300.
— Between Physics and Philosophy. Cambridge, Mass, 1941.
— Relativity and its Astronomical Implications: The Significance of General Relativity
Presented in the Language of the Layman. Cambridge, Mass., 1943.
— Einstein: His Life and Times. New York, 1947.
— Modern Science and its Philosophy. Cambridge, Mass, 1949.
347

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Relativity: A Richer Truth. Boston, 1950.
— Wahrheit-relative oder absolute? Zurich, 1952.
— (Ред.), The Validation of Scientific Theories. Boston, 1956.
— Philosophy of Science: The Link between Science and Philosophy. Englewood Cliffs, N.J.,
1957-
МИЗЕС Рихард Мартин Эдлер фон (Mises Richard von) род. 19 апреля
1883 г. в г. Лемберге (ныне г. Львов, Украина) в еврейской семье. Его брат
Людвиг фон Мизес стал известным либеральным политическим экономи-
стом, основавшим «Кружок Мизеса», в который в период между двумя ми-
ровыми войнами входили Огюст Фридрих фон Хайек, Готфрид фон Ха-
берлер и Оскар Моргенштайн.
Рихард фон Мизес окончил Академическую гимназию в Вене. Затем
учился на инженера в Венском техническом университете, где в 1905 г- пред-
ставил свою первую работу. По завершении учебы он работал ассистентом
и конструктором на кафедре механики в Немецком техническом универси-
тете г. Брно (ныне Чехия) под руководством Георга Хамеля. В 1906 г. фон
Мизес представил свою докторскую диссертацию «The Determination of
Inertia Mass in Crank Mechanism». B 1908 г. в Брно он получает разрешение
на преподавание в университетах после представления работы «Theory
of Water Wheels». Получив должность доцента в Университ^те Страсбур-
га в 1909 г., он остается там до конца Первой мировой войны. Во время
войны фон Мизес успешно создает первый широкий аэроплан, что дока-
зывает наличие y него как теоретических, так и практических способно-
стей в области аэродинамики.
Фон Мизес был активным членом протокружка, организованного
Г. Ганом, О. Нейратом и Ф. Франком в 1907 г. Впоследствии, несмотря на то,
что фон Мизес никогда не работал в Вене, он постоянно посещает там
свою семью и организует—в дополнение к посещениям заседаний Венско-
го кружка и личным встречам с его членами — свой собственный кружок
(в который входили, в частности) Франк, Ган, Нейрат, Шлик и Поппер)
в Центральном кафе (Café Central), где он также встречается как эксперт
по Рильке с Адольфом Лузом и Петером Альтенбергом. (К концу жизни
фон Мизес собрал самую большую во всем мире коллекцию изданий про-
изведений Рильке.)
По окончании Первой мировой войны Страсбург становится фран-
цузским городом, и фон Мизес вынужден искать новое место работы.
В 1918-1919 гг- он читает лекции по математике во Франкфуртском уни-
верситете, в і9і9~і92ог. фон Мизес — профессор по механике и гидроди-
намике в Техническом университете Дрездена, a c 1920 no і933гг- — ПР°"
фессор Берлинского университета. Одновременно он создает и руководит
348

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
Институтом прикладной математики и издает (1921-1933) престижный
«Zeitschrift für angewandte Mathematik und Mechanik» («Журнал по при-
кладной математике и механике»). Годы работы в Берлине стали периодом
интенсивного духовного роста фон Мизеса. Его дом стал интеллектуаль-
ным центром научной и литературной элиты Берлина. Он общается как
с Робертом Музилем, так и с членами Берлинского Общества эмпириче-
ской (научной) философии: Гансом Рейхенбахом, Карлом Густавом Гемпе-
лем, Вальтером Дубиславом, Куртом Греллингом и др.
Многие из 145 публикаций фон Мизеса (включая 14 книг) стали класси-
ческими в области математики, статистики, аэродинамики, теории веро-
ятности и истории науки и философии. Например, книгой
«Wahrscheinlichkeit, Statistik und Wahrheit» ( 1928, «Вероятность, статистика и истина»),
которая стала учебником, переведена на другие языки и регулярно переиз-
дается и в наше время, он внес фундаментальный вклад в теорию вероят-
ности, привлекавшую пристальное внимание Венского кружка.
После прихода нацистов к власти фон Мизес был уволен, и ему пришлось
уехать из Германии. Он внес существенный вклад в развитие университет-
ской системы образования Турции наряду с другими 140 эмигрантами-учены-
ми из Германии и Австрии, включая его коллегу по Берлину Ганса Рейхенба-
ха. В Стамбуле вплоть до начала Второй мировой войны фон Мизес активно
работал на факультете математики и естественных наук Математического
института, a также в качестве советника турецкого правительства.
Незадолго до начала Второй мировой войны фон Мизесу вновь уда-
лось избежать национал-социализма: он эмигрировал в США. Сначала он
работал в Вестергаард колледже в Гарварде. В і933г- Фон Мизес женился
на математике из Вены Хильде Поллачек-Гейрингер. В 194°~1943 гг- он стал
лектором в Массачусетском технологическом институте (MIT), доцентом
в Гарварде. И только в і944г- Фон Мизес получил должность профессора
по аэродинамике и прикладной математике Во время Второй мировой
войны он находился на гражданской службе в армии США. В 1946г. фон
Мизес получает американское гражданство. В і951_1952ГГ- его приглаша-
ют читать лекции в Рим.
Еще во время Веймарской республики фон Мизес был членом Прус-
ской академии наук и незадолго до смерти он стал членом-корреспонден-
том Баварской академии наук и Академии наук в Берлине. В 1951 г Фон
Мизес стал почетным доктором Технического университета г. Вены;
в 1952 г. — почетным доктором Стамбульского университета. С 194^ по 1953 г-
фон Мизес — соредактор журнала «Advances in Applied Mechanics» («Дос-
тижения прикладной механики»).
Рихард фон Мизес скончался от рака 14 июля і953г- в Бостоне, США.
— Fluglekre, Vortage über Theorie und Berechnung der Flugzeuge in elementarer Darstel-
349

ПРИЛОЖЕНИЕ
lung. Berlin, 1918.
— Naturwissenschaft und Technik in der Gegenwart. Eine Akademische Rede mit
Zusätzen. Leipzig-Berlin, 1922.
— Die Differential- und Integralgleichungen der Mechanik und Physik. Erster
mathematischer Teil Braunschweig, 1925.
— Wahrscheinlichkeit, Statistik und Wahrheit (в книжной серии «Очерки о научном
миропонимании», №3)- Wien, 1928.
— Ernst Mach und die empiristische Wissenschaftsauffassung. Zu Ernst Machs 100.
Geburstag am 18. Februar 1938 (в книжной серии «Единая наука», №7)- Den Haag,
1938-
— Kleines Lehrbuch des Positivismus. Einführung in die empiristische Wisssenschaftsauf-
fassung. Den Haag, 1939.
— Mathematical Theory of Compressible Fluid Flow (составлено X. Гейрингер и Дж.
С.Лудфордом). New York, 1958-
— Theory of Probability and Statistics. New York, 1963.
ГЕЙРИНГЕР — фон Мизес Хильда (Heiringer Hilda) род. в Вене. Получила
математическое образование. Работала ассистентом фон Мизеса в Вене.
В 1933 г- она стала доцентом, a затем эмигрировала с фон Мизесом в Тур-
цию и в США, где они поженились. X. Гейрингер принимала активное уча-
стие в движении логического эмпиризма и опубликовала несколько ста-
тей в журнале «Erkenntnis».
— (Совм. с Р. фон Мизесом) Wahrscheinlichkeit, Statistik und Wahrheit. Berlin,
1928.
— Über die Wahrscheinlichkeit von Hypothesen//Erkenntnis —Journal of Unified
Science, Bd. VIII, 1939-1940. S. 151-176.
— Zu Bemerkungen zur Hypothesenwahrscheinlichkeit//Ibid. S. 352-353.
НЕЙРАТ Otto (Neurath Otto) род. ю декабря і88гг. в Вене в семье социаль-
ного реформиста и политического экономиста Вильгельма Нейрата и Гер-
труды Кемпфферт. Окончив школу в Вене, в 1902 г. он начал обучение сразу
в нескольких областях знания — математика, физика, политическая эконо-
мия, история и философия — в университетах Вены и Берлина. В это вре-
мя Нейрат знакомится не только с Филиппом Франком, Гансом Ганом и его
сестрой Ольгой, но и со своей первой женой Анной Шапиро (і877~1910.
которая умерла при родах их сына Пола. Критически настроенная феми-
нистка, говорящая на нескольких языках, Анна Шапиро посещала между-
народный курс лекций по философии, литературе и политической эко-
номии и в 1906г. написала свою диссертацию «Labor Protection and the
Political Parties in Germany». Конечно, Анна повлияла на увлеченность Ней-
рата социально-экономическими и политическими проблемами. Отчасти
35°

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
no ее инициативе Нейрат поехал в Берлин, где продолжил свое изучение
политической экономии y Эдуарда Мейера и Густава Шмолера и в начале
1904 г. опубликовал статью «Geldzins im Altertum». B ідоб г. он защитил свою
докторскую диссертацию «Zur Anschauung der Antike über Handel,
Gewerbe und Landwirschaft» и получил докторскую степень с отличием (summa
cum laude). Одновременно он представил в качестве диссертации и вто-
рую работу «Antike Wirtschaftsgeschichte», опубликованную в 1909 г. Нейрат
стал членом Общества Гете как историк литературы, переиздав «Фауста»
со своим введением. В 1906-1907 гг. после возвращения из Берлина Ней-
рат прошел военную службу. С 19°7 по 1914г- он преподает политическую
экономию в Новой коммерческой школе Вены (New Vienna Trade School).
B 1910г. вместе с А. Шапиро Нейрат опубликовал двухтомник «Lesebuch der
Volkswirtschaftslehre» и в том же году «Lehrbuch der Volkswirtschaftslehre»
для преподавания в бизнес-школах. В 1912 г. Нейрат женился на математи-
ке Ольге Ган, ослепшей в 1904 г. в возрасте 22 лет. До начала Первой миро-
вой войны вместе с ней и самостоятельно он опубликовал целый ряд ста-
тей по математике. Этот же период ознаменован его активностью в рамках
протокружка вместе с Г. Ганом, Ф. Франком и Р. фон Мизесом, с которыми
Нейрат поддерживал и личные, и научные отношения. До 1914 г- Нейрат
также опубликовал ряд статей по социологии, по так называемой «теории
военной экономики» и по экономической ситуации на Балканах. Он был
членом Ассоциации социальной политики и, благодаря гранту Фонда Кар-
неги, провел исследование социально-экономической ситуации в районе
крайне нестабильных Балкан. Именно там впервые на примере военной
экономики он имел возможность проанализировать «вживую» модель пла-
новой экономики («военный социализм»). Вместе с Ганом и Франком он
также читал лекции на философском факультете Венского университета.
Следуя традиции Маха и Поппера—Линкея, Нейрат изучал системные взаи-
мосвязи между политической экономией, доктриной ценностей, теорией
принятия решений и теорией жизненных ситуаций («базисные потребно-
сти»), развивая тем самым теорию социальных наук, которую позже пред-
ставил в книге «Эмпирическая социология» (1931)- Во время Первой ми-
ровой войны Нейратслужил на восточном фронте, a в 1916 г. (идо 1918 г.)
был назначен директором Музея военной экономики в Лейпциге и одновре-
менно руководителем отдела военной экономики в Военном министерстве
в Вене. В этот период Нейрат развивает свои теорию и практическое при-
менение графического представления социо-экономических связей и моде-
лей естествознания. Проведенные исследования позволяют ему получить
разрешение на преподавание в университетах, и в ід17г- Нейрат становит-
ся приват-доцентом политической экономии в Университете Гейдельбер-
га. Но карьере преподавателя помешали военная служба и вовлеченность
351

ПРИЛОЖЕНИЕ
в деятельность Баварской республики. Исследования Нейрата по теории
и практике военной экономики были необходимыми предпосылками пла-
на полной социализации национальной экономики, который он разрабо-
тал к концу войны и попытался претворить в жизнь в послевоенной, рево-
люционной Баварии. Он стал президентом центрального экономического
отдела в Баварской советской республике, но эксперимент провалился, как
и все движение за плановую экономику. В îgigr. Нейрат предстал в Мюн-
хене перед судом за политическую деятельность и был осужден на полтора
года тюрьмы. После шести недель заключения, за которые он написал ра-
боту «Анти-Шпенглер», по протекции Отто Бауэра Нейрат вернулся в Ав-
стрию. Въезд в Германию ему запрещен (до 1926 г.), и он потерял свое ме-
сто в Университете Гейдельберга.
После возвращения Нейрат занимается социальной экономикой и соз-
дает свое движение в венской политике. В 1920 г. он становится генераль-
ным секретарем движения по вопросам планирования и распределения.
В ідгзг. он основал Музей городского планирования и домашнего хозяй-
ства, который в ід24г становится Социально-экономическим музеем Вены
(просуществовал до ідз4г.)- Здесь Нейрат вместе с группой ученых, пред-
ставляющих разные области науки, разрабатывает Венский метод визуаль-
ной статистики (или статистики в простых картинках) как высокоэффек-
тивный метод обучения взрослых. (У самого Нейрата интерес к визуаль-
ной коммуникации возник еще в детстве, когда родители дома давали ему
первые уроки.) В экспозициях музея активно использовалась «статисти-
ка в картинках» для объяснения социально-экономического положения
рабочих Вены. Круг общения Нейрата в то время представлен не только
профессионалами из различных областей науки, но и артистами, и графи-
ческими дизайнерами (наиболее известен из них Герд Арнтц). Он обеспе-
чивает работой и своего давнего друга Джозефа Франка и Марию Рейде-
майстер, сестру матсматика Курта Рейдемайстера, преподававшего в Вене
до 1924 г- Нейрат развивает контакты с «Баухауз» в Дессау.
В начале ідго-х гг., работая в Вене, Нейрат подвел итоги своим фило
софским исследованиям с довоенных лет2, активно участвовал в работе
Венского кружка и других подкружков, собиравшихся y него на квартире,
и руководил Социальноэкономическим музеем. Важнейшими этапами этой
деятельности были его инициатива по написанию и создание в ідгдг. вме-
сте с Г. Ганом и Р. Карнапом манифеста «Научное миропонимание: Венский
Нейрат получил возможность выявить проблематичную область, лежащую между
наукой, философией и метафизикой в протокружке и сформулировать основа-
ния для программы объединенной науки и эмпирицистской энциклопедии.
352

ВЕНСКИИ КРУЖОК
кружок»3, a также основание Общества Эрнста Маха ( 1928-1934) — орга-
на популяризации идей Венского кружка на фоне и в связи со школьной
реформой и движением за образование для взрослых. Нейрат много пре-
подавал в Венском университете для рабочих, активно участвовал в проф-
союзном движении и различных институтах образования для взрослых,
в особенности в Институте «Vollksheim», расположенном на Оттакрин-
ге. Будучи главным представителем так называемого «левого крыла» Вен-
ского кружка, Нейрат стал главной фигурой в осуществлении обществен-
ных связей и в нараставшей с і934г- интернационализации логическо
го эмпиризма. В течение і935~1941 гг- состоялось шесть международных
Конгрессов за единство науки в Париже, Копенгагене, Кембридже, Гар-
варде, Чикаго.
Ввиду нарождающегося фашизма Нейрат старается обеспечить распро
странение метода визуальной статистики и создает разнообразные науч-
ные институты за пределами Австрии. После захвата Австрии гитлеров-
ской Германией і г февраля ід34 Г-он эмигрировал в Голландию. Созданный
в 1933 г- в Гааге «Фонд визуального обучения» стал местом для продолжения
деятельности движения визуальной педагогики и движения по созданию
«Энциклопедии единой науки». В і937г- Нейрат основал Институт Еди-
ной науки в Гааге. В этом же году умерла вторая жена Нейрата Ольга Ган-
Нейрат. В крайне трудных условиях Нейрат продолжал свою работу над
проектом «Isotype» (ИЗОТИП — Международная система обучения, осно-
ванная на типографических картинках) и пытался сохранить Социально-
экономический музей, но эти надежды рухнули с вторжением фашистов
в Голландию и Бельгию в 194° г- К** вспоминает К. Менгер, «когда немцы
входили в Голландию, Нейрат бежал в Англию—на лодке, без денег и лич-
ных вещей. Некоторое время он находился в карантине на острове Мэн,
пока британские власти не убедились, что он не сочувствует фашистам.
После освобождения он поселился в Оксфорде»\ В 1941 г Нейрат женил-
ся на Марии Рейдемайстер. В Оксфорде он снова организовал ИЗОТИП-
Институт. С 1941 по *945 гг- Нейрат работал в должности профессора в Окс-
фордском университете, консультировал администрацию города Бильстон
5 См. данную книгу: с. 57~7^-
4 Р. 23» in Leonard Robert J. Ethics and the Excluded Middle: Karl Menger and Social
Science in Interwar Vienna // Isis, £9(1), 1998, pp. 1-26. Позже Нейратсам опи-
сал эти дни в своем очерке «Personal Life and Class Struggle» («Личная жизнь
и классовая борьба»), опубликованном в сборнике «Empiricism and Sociology
(Vienna Circle Collection, I)» / Cohen Robert S.t Neurath Marie (Eds.). Reidel,
Dordrecht, 1975. Cm. также кн.: Neurath O. Philosophical Papers, 1913-1946 (Vienna
Circle Collection, 16) / Cohen Robert 5., Neurath Marie (Eds.). Reidel, Dordrecht, 1983.
353

ПРИЛОЖЕНИЕ
no проекту возрождения города. Начиная с 1938 г., Нейрат издавал книги
серий «Единство науки» и «Энциклопедия единой науки».
Отто Нейрат умер от инфаркта 22 декабря ід45г* в Оксфорде, Велико-
британия.
— Die allgemeine Einführung des wolkswirtschauftlichen und staatsbürgerlichen Unterrichts.
Gautsch bei Leipzig, 1908.
— La régie directe. Genève, 1909.
— Antike Wirtschaftsgesichte. Leipzig, 1909.
- Lehrbuch der Volkswirtschaftslehre. Wien, 1910.
— Serbiens Erfolge im Balkankriege, eine wirtschaftliche und soziale Studie. Wien, 1913.
— Die Kriegswirtschaftslehre und ihre Bedeutung für die Zukunft. Leipzig, 1918.
— Die Sozialisierung Sachsens. Drei Vortage. Chemnitz, 1919.
— Wesen und Weg der Sozialisirung Gesellschaftliches Gutachten, vorgetragen dem
Munchener Arbeiterrat am 25. Jänner 1919, München, 1919.
— Durch die Kriegswirtschaft zur Naturalwirtschaft. München, 1919.
— Bayrische Sozialisirungserfahrungen (Aus der sozialistischen Praxis, 4). Wien,
1920.
— Betriebsträteorganisation als Wirtschaftsorganisation (Aus der sozialistischen
Praxis, 15). Wien, 1920.
— Vollsozialisierung(Deutsche Gemeainwirtschaft, 15). Jena, 1920.
— Betriebsträte-Lehrerschule. Reichenberg, 1920.
— Vollsozialisierung und Arbeiterorganisation. Vortrag, gehalten am 28. Juni 1920.
Reichenberg, 1920.
— Jüdische Planwirtschaft in Palästina (gezeichnet Karl Wilhelm). Berlin, 1921.
— Seelische Vorbereitungen der Sozialisirung. Karlsbad, 1921.
— Betriebsräte, Fachräte, Kontrollrat und die Vorbereitung der Vollsozialisierung Berlin,
1921.
— Anti-Spengler. München, 1921.
— Gildensozialesmus, Klassenkampf Vollsozialisierung. Dresden, 1922.
— Österreichs Kleingärtner- und Siedlerorganisation. Wien, 1923.
— Wirtschaftsplan und Naturalrechnung Berlin, 1925.
— Lebensgestaltung und Klassenkampf Berlin, 1928.
— Entwicklung von Landwirtschaft und Gewerbe in Deutschland (ungezeichnet). Wien,
1928.
— Die Gewerkschaften (ungezeichnet). Wien, 1928.
— Die bunte Welt (ungezeichnet). Wien, 1929.
— Gesellschaft und Wirtschaft (ungezeichnet). Bildstatistisches Mappenwerk des
Gesellschafts- und Wirtschaftmuseums in Wien. Wien, 1930.
— Empirische Soziologie. Der wissenschaftliche GehaÜ der Geschichte und
Nationalökonomie (в книжной серии «Очерки о научном миропонимании»). Wien, 1931.
— Physicalism. The Philosophy of the Viennes Circle//Monist, 1931.
354

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
— Bildstatistik nach Wiener Methode in der Schule. Wien-Leipzig, 1933.
— Einheitswissenschaft und Psychologie (в книжной серии «Единая наука», № і).
Wien, 1933-
— Was bedeutet rationale Wirtschafisbetrachtung? (в книжной серии «Единая наука»,
№4). Wien, 1935-
— Wereldverkeer (ungezeichnet). (Wijde Wereld Serie, I). Den Haag, 1935.
— Le development du Circle de Vienne et Vavenir de Vempirisme logique (Actualités
Scientifiques et Industrielles, 290). Paris: Hermann, 1936.
— Einzelwissenschaften, Einheitswissenschaft Pseudorationalismus//Report au Congrès
International de philosophie scientifique, Paris, 1935.
— Mensch und Gesellschaft in der Wissenschaft//Report au Congrès International de
philosophie scientifique, Paris, 1935.
— Projekt einer Enzyklopädie/ /Report au Congrès International de philosophie
scientifique, Paris, 1935.
— Soziologische Prognosen//Erkenntnis, Bd. VI, 1936. S. 398-405.
— International Picture Language. The first rules of «Isotype». (Psyche, Miniatures.
General Series, 83). London, Kegan Paul, 1936.
— Basic by Isotype (Psyche, Miniatures. General Series, 86). London, 1937.
— Modern Man in the Making. New York, 1939.
— Foundations of the Social Sciences. («МеждународнаяЭнциклопедияединойнау-
ки», г/і). Chicago, 1944.
— Empiricism and Sociology. Dordrecht; Boston: Reidel, 1973.
— Philosophical Papers: 1913-1946/Cohen S., Neurath M. (eds.). D. Reidel
Publishing Company, Dordrecht/Boston/Lancaster, 1983 (имеется библ. работ
H.).
— Economie Writings/CohenR.S., Neurath M. (eds.) Dordrecht; Boston: Reidel,
1983-
— The Correspondence ofO. Neurath and R Carnap/ Neurath M., Mulder H. L. (eds.).
Dordrecht; Boston: Reidel, 1984.
— O Нейрате: Крафт В. Венский кружок. Воэникновение неопозитивизма. М.:
Идея-Пресс, 2004.
КРАФТ Виктор (Kraft Viktor) род. 4 июля і88ог. в Вене. После окончания гим-
назии иэучал философию, географию и историю в Венском университете.
Его интерес к философии постоянно поддерживался рааличными события-
ми, которые организовывало Философское общество Венского университе-
та. Крафт вместе с Оскаром Эвальдом, Отто Вайнингером, Отмаром Спан-
ном стал членом ряда философских кружков. В 1903 г. он защитил доктор-
скую диссертацию «Das Problem der Aussenwelt»; затем продолжил учебу
в Берлине под руководством Георга Зиммеля, Вильгельма Дильтея, Карла
Штумпфа. В 1912 г. Крафт начинает работать библиотекарем в библиоте-
355

ПРИЛОЖЕНИЕ
ке Венского университета и к igl5r- становится ассистентом библиотеки
и служащим, ответственным за научную литературу. В ідібг. он получает
разрешение на преподавание теоретической философии в университетах,
представив работу «Weltbegriflf und Erkenntnisbegriff. Eine
erkenntnistheorietische Untersuchung», написанную под руководством Адольфа Штёра и при
поддержке Ф. Йодля и А. Хёффлера. В этой работе представлены результа-
ты многолетних междисциплинарных исследований идеализма, предпри-
нятых для выявления оснований критического (антифеноменалистского
и конструктивистского) реализма. Критический анализ Крафтом не толь-
ко классического идеализма, но и позитивизма, и материализма, a также
его фундаментальная книга «Die Grundformen der wissenschaftlichen
Methoden» (1925) представляют собой важную разновидность логического эм-
пиризма, a именно не-сенсуалистский эмпиризм, обладающий гипотети-
ко-дедуктивной структурой. Крафт продолжает работать и как библиотекарь
(профсоюзы и образование), и как философ. Co дня основания Венского
кружка Крафт постоянно посещал заседания кружка вплоть до его распа-
да, одновременно являясь членом Кружка Гомперца и контактируя с людь-
ми вне кружка, например с Карлом Поппером. В 1924 т* Крафт получил зва-
ние доцента по теоретической философии, но не смог найти работы в со-
ответствии с полученным званием.
После аншлюсса Крафта заставили уйти из библиотеки по причине
еврейского происхождения его жены; он не мог работать и как универси-
тетский преподаватель. В труднейших условиях «внутренней эмиграции»
Крафт продолжал научную работу в течение всей Второй мировой войны.
Только в 1945 г-он снова был принят на работу в библиотеку Университе-
та как служащий, ответственный за ее реорганизацию. В 1947 г-он получил
звание Generalstaatsbibliothekar (националъный библиотекарь) и место доцен-
та философии. С і95° по 1952 г- Крафт работал на должности профессора
и является со-директором Школы философии. После выхода на пенсию он
продолжает активно публиковаться в различных профессиональных жур-
налах. В і95ог- вышла в свет его книга «Венский кружок. Возникновение
неопозитивизма» — первая книга о Венском кружке.
Виктор Крафт умер з января 1975 г- в Ьене.
— Weltbegriff und Erkenntnisbegriff. Eine erkenntnistheoretische Untersuchung. Leipzig,
1912.
— Die Grundformen der wissenschaftlichen Methoden. Wien, 1925.
— Die Grundlagen einer wissenschaftlichen Wertlehre, (в книжной серии «Очерки
о научном миропонимании», № 11). Wien, Julius Springer, і937-
— Mathematik, Logik und Erfahrung, Wien 1947.
— Einführung in die Philosophie. Philosophie, Weltanschauung Wissenschaft. Wien 1950.
— Der Wiener Kreis. Der Ursprung des Neopositivismus. Ein Kapitel der jüngsten Philosophie-
З56

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
geschickte, Wien 1950. Cm.: В. Крафт. Венский кружок: возникновение неопо-
зитивизма. М.: Идея-Пресс, 2004.
— Die Grundlagen der Erkenntnis und der Moral, Berlin 1968.
ШЛИК Фридрих Альберт Мориц (Schlick Moritz) род. 14 апреля і88гг. в про-
тестанской семье в Берлине. Отец — владелец завода, родом из богемской
аристократии, мать—из семьи поэта Эрнста Морица Арндта, по имени ко-
торого и назвали Шлика. Учась в школе и гимназии в Берлине, Шлик про-
являл большой интерес к философии, искусству и поэзии. Однако для обу-
чения в университетах Берлина, Гейдельберга и Лозанны он выбрал ес-
тествознание и математику. В 1904 г. под руководством Макса Планка он
написал и защитил свою докторскую диссертацию в области математиче-
ской физики «Über die Reflexion des Lichtes in einer inhomogenen Schicht»
B Венском университете. Планк считал Шлика одним из своих любимых
и перспективных студентов. Следующие три года Шлик проводил научные
исследования в университетах Берлина, Геттингена и Гейдельберга. Потом
вышла в свет его первая книга «Lebensweisheit. Versuch einer Gluckseligkeit-
slehre» (Мюнхен, 1908), и Шлик посвятил два года изучению философии
в Цюрихе. В і9°7 г- он женился на Бланш Харди. В 1911г. Шлик завершил
свою учебу в Университете Ростока, закончив исследование на тему «Das
Wesen der Wahrheit nach der modernen Logik». Он остался в Ростоке и в те-
чение іо лет работал приват-доцентом, одновременно разрабатывая ре-
форму философии на фоне происходящей в естествознании революции.
Шлик познакомился с Альбертом Эйнштейном и стал первым, кто дал фи-
лософское осмысление его теории относительности. Во время Первой ми-
ровой войны Шлик прослужил два года на военном аэродроме.
В і917г- Шлик получил звание профессора. В 1921 г. в Университе-
те Ростока он получил официальный статус профессора, преподающе-
го этику и натуральную философию. Во время Республики Шлик поддер-
живал университетскую реформу как член Союза прогрессивных ученых.
В 1918 г. был опубликован его главный труд «Allgemeine Erkenntnislehre».
Летом 1921 г. Шлик получил приглашение из Университета г. Киля на долж-
ность профессора.
В 1922 г. по инициативе Г. Гана Шлик был приглашен на должность заве-
дующего кафедрой натуральной философии в Вене, став преемником M axa,
Больцмана и Штёра. Начиная с 1924 г. Шлик организовал, по предложению
его студентов Г. Фейгля и Ф. Вайсмана, кружок, в котором регулярно про-
водились обсуждения актуальных проблем философии и естествознания.
Сначала этот кружок собирался частным образом, потом во внутреннем
здании Институт математики на Больцманнгассе, 5» Вена. В истории фило-
софии и науки этот кружок получил название «Венского кружка».
357

ПРИЛОЖЕНИЕ
Помимо научных исследований и преподавания, Шлик также активно
участвовал в реформе народного образования в качестве члена Этического
общества и, прежде всего, как председатель (1928-1934) Общества Э. Маха.
Несмотря на многочисленные попытки, он не смог предотвратить распа-
да «Общества M axa*.
Начиная с 1926 г. Шлик ведет регулярную переписку с Л. Витгенштей-
ном, который оказал на него значительное влияние. В ід29г- он отказал-
ся от привлекательного приглашения на работу в Бонн (инициированно-
го его студентами), потом провел несколько месяцев как приглашенный
профессор в Университете Стэнфорда, в Беркли, Калифорния ( і931-1932)-
Начался период интенсивных международных контактов с сообществами
ученых в Берлине, Праге, Геттингене, Варшаве, Великобритании и США,
публикаций и лекций. Вместе с Филиппом Франком Шлик опубликовал
серию «Schriften zur wissenschaftlichen Weltauffassung» («Очерки о научном
мировосприлтии*» (1928-1937)-
22 июня 1936 г. Мориц Шлик был застрелен на ступенях Венского уни-
верситета бывшим своим студентом, действовавшим по личным мировоэ-
зренческим и политическим мотивам. Шлик находился в полном расцвете
своих творческих сил и на вершине своего влияния как ученый. Студента-
убийцу освободили вскоре после прихода фашистов; он жил как свободный
гражданин в Австрии и после 1945 года.
Убийство Шлика стало знаковым событием: оно подвело черту под суще-
ствованием Венского кружка. До 1938 г- состоялось всего лишь несколько
заседаний.
— Lebensweisheit Versuch einer Gluckseligkeitslehre. München, 1908.
— Das Wesen der Wahrheit nach der modernen Logik// Vierteljahresschrift für
wissenschaftliche Philosophie und Soziologie 34, 1910. S. 386-477.
— Gibt es intuitive Erkenntnis ?// Vierteljahresschrift für wissenschaftliche
Philosophie und Soziologie 37, 1913. S. 472-488.
— Die philosophische Bedeutung des Relativitätsprinzips/ / Zeitschrift für Philosophie
und philosophische Kritik 159, 1915. S. 129-175.
— Raum und Zeit in der gegenwärtigen Physik. Zur Einfuhrung in das Verständnis der
allgemeinen Relativitätstheorie//Die Naturwissenschaften 5, 1917. S. 161-167, 177-186.
— Allgemeine Erkenntnislehre. Berlin, 1918; 2nd ed. Wien, 1925.
— Raum und Zeit in der gegenwärtigen Physik. Zur Einführung in das Verständnis der
allgemeinen Relativitätstheorie. Berlin, 1919.
— Naturphilosophische Betrachtungen über das Kausalprinzip/ / Naturwiss., Bd. VI 11, 1920.
5 См. сноску 4o на c. 36 o различии для членов Венского кружка понятий
«Weltauffassung» («миропонимание», «картина мира») и «Weltanschauung» («мировоз-
зрение»).
358

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
— Einsteins Relativitätstheorie/ /Mossc Almanach, 1921. S. 105-123.
— Raum und Zeit in der gegenwärtigen Physik. Zur Einführung in das Verständnis der Rel-
ativitäts- und Gravitationstheorie. 4. Aufl. 1922. (перев. на англ.: Space and Time
in Contemporary Physics. 1920)
— Die Relativitätstheorie in der Philosophie (Vortrag in Leipzig 1922) / /Verhandlungen
der Gesellschaft Deutscher Naturforscher und Ärzte 87, Leipzig, 1922. S. 58-69.
— Naturphilosophie. 1925.
— Erleben, Erkennen, Metaphysik//Kant-Studien 31, 1926. S. 146-158.
— Vom Sinn des Lebens//Symposion I, 1927. S. 331-354.
— Erkenntnistheorie und moderne PÄ)i5iA//Scientia 45, 1929. S. 307-316.
— Die Wende der Philosophie//Erkenntnis I, 1930. S. 4-11.
— Fragen der Ethik (в книжной серии «Очерки о научном миропонимании»,
№4)- Wien, 193°-
— The Future of Philosophy / / Proceedings of the 7th International Congress of
Philosophy. Oxford, 1930, London, 1931. P. 112-116.
— Die Kausalität in der gegenwärtigen Physik. Naturwissenschaften, 1931.
— Gibt es ein materielles Apriori (Vortrag in Wien 1930)//Wissenschaftlicher
Jahresbericht der Philosophischen Gesellschaft an der Universität zu Wien fuer das
Vereinsjahr 1931-1932. Wien, 1932, S. 55-65.
— The Future of Philosophy (Vortrag in Stockton, Cal.)//College of the Pacific
Publications in Philosophy I, 1931. P. 45-62.
— A New Philosophy of Experience (Vortrag in Stockton, Cal.)//Ibid. P. 63-78.
— Causality in Everyday Life and Recent Säence (Vortrag in Berkeley, Cal. )//
University of California Publications in Philosophy XV, 1932. P. 99-125.
— Positivismus und Realismus/ /Erkenntnis, Bd. Ill, 1932-1933. S. 1-31.
— Über das Fundament der Erkenntnis// Erkenntnis, Bd. IV, 1934. S. 79-99.
— Les énonces scientifiques et la réalite du monde extérieur. 1934.
— Über den Begriff der Ganzheit/ / Erkenntnis, Bd. V, 1935. S. 52-55.
— Facts and Propositions// Analysis 2, 1935. P. 65-70.
— Delà Relation entre les Notions Psychologiques et les Notions Physiques/ /Revue de
Synthèse 10, 1935. P. 5-26.
— Sind Naturgesetze Konventionen?/ / Actes du Congrès International de Philosophie
Scientifique. Paris, 1935, IV: Induction et Probabilité (Actualités Scientifiques
et Industrielles 391). Paris, 1936. P. 8-17.
— Gesetz und Wahrscheinlichkeit//Ibid. P. 46-57.
— Meaning and Verification//The Philosophical Review 45, 1936. P. 339-369.
— Über den Begriff der Ganzheit/ /Actes du 8eme Congrès International de
Philosophie à Prague, 2-7 September 1934. Prag, 1936. P. 85-99.
— Quantentheorie und Erkennbarkeit der Natur//Erkenntnis, Bd. VI, 1936.
S. 317-326.
— Gesammelte Aufsätze. Wien, I938.
359

ПРИЛОЖЕНИЕ
КАРНАП Рудольф (Carnap Rudolf)6 род. і8 мая і8ді г. в г. Ронсдорф на севе-
ре Германии. Окончил гуманитарную гимназию в г. Бармен (ныне часть
г. Вупертайль). Затем с ідіопо ig 14г. в Йене и Фрайбурге изучал филосо-
фию, математику и физику, в частности, под руководством Готтлоба
Opère. Активно участвовал в немецком молодежном и студенческом движении.
В îgi^ig1?11^-на военной службе в Берлине в качестве физика, прикоман-
дированного к армии. Защитив в ідгі г. докторскую диссертацию по про-
блеме пространства, налисанную под руководством Брюно Бауха, Карнап
продолжает изучать философию в Йене, в частности, под руководством
Ганса Рейхенбаха, вплоть до ідгб г. В ід25 г. по приглашению Шлика он чи-
тает первые лекции в Венском кружке. Вскоре Карнап становится одним
из лидеров движения логического эмпиризма. В 1926 г., представив свою
работу «Der logische Aufbau der Welt»7 в Университете Вены (опубликован-
ную в 1928 г.), Карнап получает разрешение на преподавание в универси-
тетах. В ідгб-ідзогг. он — лектор по теоретической философии в Инсти-
туте философии Венского университета, в ідзо-ідзі гг.—доцент того же
университета, a в ідзі-ід35гг-—Доцент натуральной философии Школы
естественных наук Немецкого университета в Праге. Он получил долж-
ность ординарного профессора в ідзбг., находясь в это время с лекциями
в Гарвардском университете, США.
По научным и политическим основаниям и при помощи Чарльза Mop-
риса и Уилларда Куайна Карнап в ідзбг. окончательно эмигрировал в США.
Он получил американское гражданство в ід4і г. В ідз6-ід52 гг.—профессор
философии в Университете Чикаго, в ід52-ід54гг-—приглашенный профес-
сор в Институте передовых исследований в Чикаго. В ідзб, ід4о-ід44» 1954~
ідбі гг.—заведующий кафедрой в Университете Калифорнии, Лос-Анджелес
(UCLA) в качестве преемника своего друга и учителя Ганса Рейхенбаха.
Рудольф Карнап умер 14 сентября ід7ог. в Лос-Анджелесе, США.
— Der Raum. Ein Beitrag zur Wisenschaftslehre. Berlin, ig22.
— Dreidimensionalitàt des Raumes und Kausalität: Eine Untersuchung über den logischen
Zusammenhang zweier Fiktionen//Annalen der Philosophie und
philosophischen Kritik, ig24- S. 105-130.
Более подробно см. гл. y «Рудольф Карнап» в кн.: Кюнг Г. Онтология и логиче-
ский анализ языка. М: ДИК, igg8. 240 с. (Философия в XX веке: Швейцария);
Макеева Л. Б. Карнап // Философы XX века. Серия «Философские тетради».
М.: Искусство XXI в., 2004. Кн. і и г; Яновская С.А. Предисловие//Карнап Р.
Значение и необходимость. Исследование по семантике и модальной логике.
М.: ИЛ, 1959* Анализ работы Карнапа, в т. ч. с точки зрения взаимосвязи с мыс-
лями Л. Витгенштейна и его «Трактатом».
См. данную книгу: С. у^-ді.
Збо

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
— Physikalische Begriffsbildung. Karlsruhe 1926.
— Scheinprobleme in der Philosophie. Das Fremdpsychische und der Realismusstreit. Berlin-
Schlachtensee, 1928.
— Der logische Aufbau der Well. Berlin-Schlachtensee, 1928.
— Abriß der Logistik, mit besonderer Berücksichtigung der Relationstheorie und ihrer
Anwendungen (в книжной серии «Очерки о научном миропонимании», №г).
Wien, 1929-
— Die Mathematik als Zweig der Logik/ / Blätter für deutsche Philosophie. 1930.
S. 298-310.
— Ergebnisse der logischen Analyse der Sprache//Forschungen und Fortschritte 13.
1931.S. i83f.
— The Unity of Science. London, 1934.
— Die Aufgabe der Wissenschaftslogik (в книжной серии «Единая наука», №3)- Wien,
1934-
— Logische Syntax der Sprache (в книжной серии «Очерки о научном миропони-
мании», №8). Wien, 19ЗФ
— The Rejection of Metaphysics//Psyche 14, 1934. P. 100-111.
— Philosophy and Logical Syntax. London, 1935.
— Les concepts psychologiques et les concepts physiques sont-ils foncièrement différents? / /
Revue de synthèse 1. 1935. P. 43-53.
— Truth in Mathematics and Logic/ /The Journal of Symbolic Logic 1. 1936. P. 59.
Cm. также: Bulletin of the American Mathematical Society 42. P. 642.
— Existe-t-il des prémisses de la science qui soient incontrôlables}// Scientia 60. 1936.
P. 129-135.
— Von der Erkenntnistheorie zur Wissenschafislogik/ / Actes du Congrès International de
Philosophie Scientifique et Empirisme Logique. Paris, 1936. Vol. 1. P. 36-41.
— Über die Einheitssprache der Wissenschaft. Logische Bemerkungen zum Projekt einer
Enzyklopädie/У Ibid., Vol. 2. P. 60-70.
— Wahrheit und Bewährung//Ibid., Vol. 4. P. 18-23.
— Testability and Meaning/ /Philosophy of Science 3. 1937. P. 1-40.
— Logic//Edgar Douglas Adrian et al., Factors Determining Human Behavior.
Cambridge, Mass., 1937. P. 107-118.
— Einheit der Wissenschaft durch Einheit der Sprache//Travaux du gerne Congrès
International de Philosophie, Congrès Descartes. Paris, 1937. P. 51-57.
— Notes forSymbolic Logic. Chicago, 1937. Mimeograph.
— Logical Foundations and the Unity of Science//ред. O. Нейрат и др. «Энциклопе-
дия и Единая наука» («Энциклопедия единой науки», І-і). Chicago, 1938-
P. 42-62.
- Foundations of Logic and Mathematics («Энциклопедия единой науки», І-3).
Chicago, 1939-
— Science and Analysis of Language. Den Haag, 1939.
361

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Die Methode der logischen Analyse//Ibid. S. 141-145.
— (Lexikonartikel:) «Antimetaphysics», «Basic Sentences, Protocol Sentences»,
«Formal», «Intersubjective», «Meaning, Kinds of», «Physicalism», «Science of
Science», «Scientific Empiricism; Unity of Science Movement», «Semiotic;
Theory of Signs», «Verification, Confirmation»//Dagobert D. Runes (ред.). The
Dictionary of Philosophy. New York, 1942.
— Introduction to Semantics. Cambridge, Mass., 1942.
— Formalization of Logic. Cambridge, Mass., 1942.
— On Inductive Logic/ /Philosophy of Science 12. 1945. P. 72-97.
— The Two Concepts of Probability/ / Philosophy and Phenomenological Research
5. 1945. P. 513-532.
— Modalities and Quantification//The Journal of Symbolic Logic 11. 1946.
P. ЗЗ-64.
— Remarks on Induction and Truth/ / Philosophy and Phenomenological Research
6. 1946. P. 590-602.
— Probability as a Guide in Life/ / The Journal of Philosophy 44. 1947. P. 141-148.
— Meaning and Necessity: A Study in Semantics and Modal Logic. Chicago, 1947.
— On the Application of Inductive Logic//Philosophy and Phenomenological
Research 8. 1948. P. 461-462.
— Logical Foundations of Probability. Chicago, P. 1950.
— The Nature and Application of Inductive Logic, Consisting of Six Sections from
«Logical Foundations of Probability». Chicago, 1951 (University of Chicago Press,
viii/161-202, 242-279).
— The Continuum of Inductive Methods. Chicago, 1952.
— Inductive Logic and Science/ / Proceedings of the American Academy of Arts and
Sciences 80/3. 1953. P. 189-197.
— Einführung in die symbolische Logik, mit besonderer Berücksichtigung ihrer
Anwendungen. Wien, 1954.
— The Methodological Character of Theoretical Concepts/ / Herbert Feigl / Michael Scriv-
en (Ed.), The Foundations of Science and the Concepts of Psychology and
Psychoanalysis. Minneapolis, 1956. P. 38-76.
— Remarks on Poppers Note on Content and Degree ofConfirmation/ /The British
Journal for the Philosophy of Science 7. 1956. P. 243Г
— Induktive Logik und Wahtscheinlichkeit. Wien, 1959.
— Philosophical Foundations of Physics. An Introduction to the Philosophy of Science, ed.
By Martin Gardner, New York: Basic Books, 1966.
— Studies in Inductive Logic and Probability. Bd. I, ed. by Rudolf Carnap and Richard
Jeffrey, Berkeley-Los-Angeles-London; University of California Press, 1971; Bd. 2,
ed. by Richard Jeffrey, Berkeley-Los-Angeles-London; University of California
Press, 1980.
362

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
ЦИЛЬЗЕЛЬ Эдгар (Zilsel Edgar) род. 11 августа 1891 г. в Вене, Австрия, в семье
юриста Якоба Цильзеля. В 1902-1910 гг. учился в Венской гимназии Фран-
ца-Иосифа. Затем изучал философию, математику и физику в Венском уни-
верситете. В 1915 г- защитил докторскую диссертацию «Ein philosophischer
Versuch über das Gesetz der groften Zahlen und seine Verwandten». Ero nep-
вая книга «Das Anwendungsproblem» (1916) произвела большое впечатле-
ние на молодого Фейгля и широко обсуждалась в математических кругах.
В студенчестве Э. Цильзель был активным членом Академической ассо-
циации по литературе и музыке. С 1915 г- работал математиком в Венской
страховой компании, с 1917 г. работал учителем математики, физики и ес-
тествознания в средней школе, a c 1922 г. —преподавателем философии
и физики в системе образования для взрослых г. Вены. В і919г- женился
на учительнице Элле Брейер, в 1923 г. y них родился сын Пауль. В 1924 г. по-
пытки Цильзеля получить право на преподавание в университете с иссле-
дованием «Die Geniereligion. Ein kritischer Versuch über das moderne
Persönlichkeitsideal» потерпели неудачу в результате вмешательства представите-
лей традиционной философии. После возникновения Первой республики
Цильзель активно участвовал в движении за образование для взрослых
г. Вены и в школьной реформе Глёкеля. Будучи постоянным членом Вен-
ского кружка с начала 1924 г., Цильзель сохранял определенную критиче-
скую дистанцию по отношению к лидерам кружка Шлика и принимал ак-
тивное участие в работе кружка Гомперца8. В 1928-1934 гг.—член Общест-
ва Эрнста Маха. С 1925 г. Цильзель активно участвует и в работе Института
повышения квалификации учителей г. Вены. В і933г- профашистские вла-
сти лишают Цильзеля как социал-демократа права на преподавание взрос-
лым и оставляют ему возможность работать только в средней школе. Од-
нако после Аншлюса по политическим и «расовым» причинам его лишают
и этой возможности. В і939г- Цильзель с семьей эмигрирует через Велико
британию в США. Там в чрезвычайно сложных экономических, психологи-
ческих и социальных условиях он (с помощью различных общественных
организадий) продолжает свои исследования по проблеме эмерджентно
сти в современной науке, участвует в движении за единство науки О. Ней-
рата и преподает в различных колледжах. Однако здоровье подорвано, и,
не выдержав условий жизни в эмиграции, или изоляции, Эдгар Цильзель
покончил с собой 11 марта і944г- в г- Окленд, США.
— Mozart und die Zeit. Eine didaktische Phantasie//Der Brenner, 1912. S. 268-271.
— Das Anwendungsproblem. Ein philosophischer Versuch über das Gesetz der großen
Zahlen und die Induktion. Leipzig, J.A. Barth, 1916.
См. далее «Гомперц Генрих» на 0.401-402.
3^3

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Die Geniereligion. Ein kritischer Versuch über das moderne Persönlichkeitsideal, 200
S. Braumüller, Wien — Leipzig, 1918.
— Versuch einer neuen Grundlegung der statistischen Mechanik/ / Monatshefte für
Mathematik und Physik 31. 1921.
— Die Entstehung des Geniebegriffs. Ein Beitrag zur Ideengeschichte der Antik und des
Fruhkapitalismus. Tübingen, J.B.C. Mohr, 1926.
— Über die Asymmetrie der Kausalität und die Einsinnigjkeit der Zeit/ / Die
Naturwissenschaften. 1927. S. 280-286.
— Soziologische Bemerkungen zur Philosophie der Gegenwart//Der Kampf xxiii. 1930.
S. 410-424.
— Geschichte und Biologie, Überlieferung und Vererbung/ / Archiv für Sozialwissenschaft
und Sozialpolitik 65. 1931. S. 475-524.
— Materialismus und marxistische Geschichtsauffassung// Der Kampf xxiv. 1931.
S. 68-75.
— Partei, Marxismus, Materialismus, Neukantianismus//Ibid. S. 213-220.
— Das mechanistische Weltbild und seine Überwindung//Der Atheist 6. 1932.
S. 124-131.
— Die gesellschaftlichen Wurzeln der romantischen Ideologie//Der Kampf xxvi. 1933.
S. 154-164.
— SA philosophiert (gez. Rudolf Richter)//Ibid. S. 393-402.
— Das Dritte Reich und die Wissenschaft (gez. Rudolf Richter) / / Ibid. S. 486-493.
— History and Biological Evolution/ / Philosophy of Science. 1940. P. 121 -128.
— Phenomenology and Natural Science/ /Philosophy of Science. 1941. P. 26-32.
— Physics and the Problem of Historico-sociological Laws// Ibid. P. 567-579.
— The Sociological Roots of Science// American Journal of Sociology 47. 1942.
P. 544-562.
- The Genesis of the Concept of Scientific Progress/ /Journal of the History of Ideas.
1945. P. 325-349.
ВАЙСМАН Фридрих (Waismann Friedrich) род. в 1896 г. в Вене; его мать была
австрийкой, a отец—русским. Окончив школу в Вене, он стал изучать мате-
матику (вместе с Г. Ганом) и физику в Венском университете. В 1922 г. Вайс-
ман начинает изучать философию, в основном, под руководством Мори-
ца Шлика. Формально он окончил свою учебу в 1936 г., защитив доктор-
скую диссертацию, имея уже опубликованные статьи «Über den Begriff der
Identität» и «Logische Analyse des Wahrscheinlichkeitsbegriffs».
После окончания Первой мировой войны Вайсман зарабатывал на жизнь
преподаванием философии и математики в венских центрах образования для
взрослых. Начиная с 1924 г., Вайсман работает научным ассистентом М. Шли-
ка и библиотекарем в Школе философии. Он является одним из инициаторов
создания Венского кружка и регулярно посещает его заседания. В Венском
3^4

ВЕНСКИИ КРУЖОК
кружке 1920-х гг. Вайсман играл роль интерпретатора витгенштейновских
идей. С 1926 по 1933 г- вместе со Шликом Вайсман участвует в беседах с Люд-
вигом Витгенштейном. Он делает подробнейшие залиси этих бесед и с само-
го начала пытается дать доступную и одобренную автором интерпретацию
философии Витгенштейна, но безуспешно. Публикация книги «The
Principles of Linguistic Philosophy», анонсированная еще в і934г» провалилась,
в основном, по причине многочисленных возражений и исправлений Вит-
генштейна. Известно, что законченные к началу і93°"х гг- Вайсманом «Тези-
сы» были распространены для обсуждения среди членов Венского кружка.
Вместе с рукописями «Introduction to Wittgenstein» и «The Nature of Logic»
они составляли основу книги. Сама книга должна была появиться в I томе
серии «Schriften zur wissenschaftlichen Weltauflfassung» («Очерки о научном
мировосприятии») с программным введением Шлика, но была закончена
Вайсманом в сильно измененном виде в 1939 г-> опубликована на английском
языке в 1965 г- и только в 1976 г-~~ на немецком языке.
Незадолго до убийства Шлика Вайсман был уволен с должности биб-
лиотекаря (официально—по экономическим причинам, или сокращению
расходов, но, скорее всего, по «расовым» соображениям). После распада
кружка в 1936 г. и вплоть до своей эмиграции Вайсман был главной фигу-
рой дискуссионного кружка, объединяющего бывших студентов Морица
Шлика. При помощи Карла Поппера, эмигрировавшего в 1937 г- в Новую
Зеландию, Вайсман получил возможность эмигрировать в Кембридж (Вели-
кобритания), где он работал лектором с 1937 по 1939гг- Однако в Кембрид-
же он никогда больше не виделся с Л. Витгенштейном, который избегал
встреч со своим последователем. В 1939 г- Вайсман стал лектором на факуль-
тете в Оксфорде и читал лекции по философии, a позже —no философии
науки. В 1955 г- Вайсман стал членом Британской академии.
В течение всей эмиграции Вайсман был невероятно одинок; его жена
и сын покончили с собой в Англии. Фридрих Вайсман умер 4 ноября
1959г* в Оксфорде, Великобритания.
— Über den Begriffder Identität//Erkenntnis, Bd. VI, 1936. S. 56-64.
— Einführung in das mathematische Denken. Die Begriffsbildung der modernen
Mathematik. Предисловие К. Менгера. Wien, 1936.
— Ist die Logik eine deduktive Theorie?//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938.
S. 274-281.
— Public and Private Languages//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. (Report on 4th
International Congress for the Unity of Science, Cambridge, England, 1938).
— Was ist logische Analyse?/ /Erkenntnis, Bd. VIII, 1939-1940. S. 265-289.
— The Principles of Linguistic Philosophy, ed. by Rom Harre, London —Melbourne —
Toronto, 1965.
— Wittgenstein und der Wiener Kreis, ed. by Brian McGuinness, Oxford, 1967.
365

ПРИЛОЖЕНИЕ
— How I See Philosophy, ed. by Rom Harre, London —New York, 1968.
— Logik, Sprache, Philosophie, ed. by G. P. Baker and Brian McGuinness, Stuttgart,
1976.
ФЕЙГЛЬ Герберт (Feigl Herbert) род. 14 декабря 190гг. в Рейшенберге (г. Ли-
берек, современная Чехия). В 1918 г., после распада Австро-Венгерской
монархии, стал гражданином Чехословакии. С 1921 г. изучал математику,
физику и философию в Мюнхене. С 1922 г. учился в Вене y Морица Шли-
ка, Ганса Гана, Ганса Тирринга и Карла Бюлера. В 1924 т- выступил одним
из инициаторов создания Венского кружка. В 1927 г- защитил докторскую
диссертацию «Zufall und Gesetz». Начал работать над «Natural-epistemologi-
cal Clarification of the Problem of Probability and Induction». Преподавал в ин-
ститутах образования для взрослых с 1927 no і93ог- По причине отсутст-
вия возможностей для профессионального роста в Австрии (в основном,
по «расовым» мотивам) в і93ог- эмигрировал в США, получив стипендию
Фонда Рокфеллера в Гарвардском университете. В 1931 г- женился на Ма-
рии Каспар. С 1931_1937 гг- Фейгль работал на должностях лектора и асси-
стента профессора, a c 1938 no і94ог— доцента Университета штата Айо-
ва. A 1937 г- Фейгль получил гражданство США. С 1940 г.— профессор фи-
лософии в Университете Миннесоты. В і953г- он создает в университете
и возглавляет Центр по философии науки, который становится влиятель-
ным центром аналитической философии. Фейгль—приглашенный профес-
сор в Университете Беркли в 1946 и 1953гг» Колумбийском университете
в і95ог-> Гавайском университете в 1958 г. Фейгль занимал посты президен-
та Американской философской ассоциации и вице-президента Американ-
ской ассоциации за развитие науки.
После долгой болезни Г.Фейгльумер і июня 1988 г. в Миннеаполисе,
штат Миннесота.
- Theorie und Erfahrung in der Physik. Karlsruhe, 1929.
— Wahrscheinlichkeit und Erfahrung// Erkenntnis, Bd. I. 1930. S. 249-259.
— (Совместно c A. Блумбергом) Logical Positivism//Journal of Philosophy 28.
1931. P. 281-296.
- Sense and Nonsense in Scientific Realism/ /Report au Congrès International de
philosophie scientifique, Paris, 1935.
- Moritz Schlick//Erkenntnis, Bd. VII. 1939. S. 393-419.
- Logical Reconstruction, Realism and Pure Semiotic/ / Philosophy of Science 17. 1950.
P. 186-195.
— Bibliography of Logical Empiricism//^Rsvuc Internationale de Philosophie 4. 1950.
P. 95-102.
— Unity of Science and Unitary Science// (ред. совместно c M. Бродбек), Readings
in the Philosophy of Science. New York, 1953. P. 382-384.
366

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
— From Logical Positivism to Hypercritical Realism// Proceedings of the XIHth
International Congress of Philosophy (Mexico City) 5. Mexico City, 1964.
P. 427-436.
— The «Mental» and the «Physical» with a Postscript after Ten Years. Minneapolis, 1967.
— The Origin and Spirit of Logical Positivism/ / Achinstein P., Barker S. ( Ed. ), The
Legacy of Logical Positivism: Studies in the Philosophy of Science. Baltimore, 1969. 3-24.
— The «Wiener Kreis» in America//D. Fleming/B. Baylin (Ed.), The Intellectual
Migration 1930-1960, Cambridge, Mass., 1969. P. 630-673.
— (совместно c 4. У. Моррисом) Bibliography and/mfex//Neurath O., Carnap R.,
Morris Ch.W. (Ed.), International Encyclopedia of Unified Science:
Foundations of the Unity of Science. Toward an International Encyclopedia of Unified
Science, II/10. Chicago, 1970. P.947-1023.
— Positivism in the 20th Century (LogicalEmpiricism)//Wiener P.P. (Ed.),
Dictionary of the History of Ideas 3. New York, 1973. P. 545-551.
— Positivism and Logical Empiricism// Encyclopedia Britannica, 15. Auflage, 1978.
— Inquiries and Provocations: Selected Writings 1020-1074, ed. by Robert S.Cohen
(Vienna Circle Collection, XIV), Dordrecht, Holland and Boston, Mass, 1980.
МЕНГЕР Карл (Menger Karl) род. 13 января 1902 r. в Вене в семье известного ли-
берального политического экономиста (и учителя принца Рудольфа) Карла
Менгера. По окончании гимназии (Вена-Доблинг) он с 1920 no 1924Г- ИЗУ"
чал математику в Венском университете под руководством, в основном, Ган-
са Гана, a также теоретическую физику y Тирринга и философию y Морица
Шлика. В 1924 г. Менгер защитил докторскую диссертацию по теме «Über
die Dimensionalität von Punktmengen ». Стипендия Рокфеллера позволяет
ему поработать ассистентом y проф. Брауэра в Амстердаме ( 1925-1927)* гл<е
он также преподает частным образом. В 1926 г. Менгер завершает работу
«Grundzuge einer Theorie der Kurvens», представленную для получения раз-
решения на преподавание в университетах. Вернувшись в Вену в 1927 г. и по
лучив из Амстердама свой аттестат на право преподавания математики,
в 1928г. Менгер становится (и остается вплоть до эмиграции) доцентом
в Венском университете. В і93°~1931 гг- Менгер был приглашен с лекция-
ми в Институт Райса, послужив важным посредником в распространении
идей Венского кружка (а также Берлинской группы и Львовско-Варшав-
ской школы) и их интерпретатором в США.
Вместе со своим студентом Куртом Гёделем Менгер был критически
настроенным членом Венского кружка, вскоре дистанцировался от него
и организовал свой кружок — так называемый Математический коллокви-
ум (1929-193^)- В коллоквиуме принимали участие Курт Гёдель, Абрахам
Уалвд, Джон фон Нейман, Густав Бергман, Альфред Тарский, Ганс Тирринг,
Ганс Ган, Карл Поппер, ОльгаТосски. Заседания коллоквиума проходили
3^7

ПРИЛОЖЕНИЕ
регулярно в здании Математического института на Больцмангассе. Наи-
более значимые исследования публиковались в журнале «Ergebnisse eines
mathematischen Kolloquiums», издававшемся в і931-193бгг.
В 1936 г., после убийства Шлика, a также отклонения его кандидатуры
на должность заведующего кафедрой после Вильгельма Виртингера (пред-
почтение было отдано человеку, имевшему национал-социалистические
взгляды), Менгер решает эмигрировать. Сначала—в і937-1938гг.—он чита"
ет лекции в Университете Нотр-Дам в штате Индиана и после Аншлюса он
окончательно оставляет свою университетскую деятельность в Вене.
В і945г- попытка Карла Менгера вернуться в Австрию не удалась, и он
продолжил работать в Университете Нотр-Дам до 1946 г. C 1946 и вплоть
до ухода на пенсию в 1971 г. он преподавал в Иллинойском технологическом
институте в Чикаго. В качестве приглашенного профессора Карл Менгер
читал лекции в Сорбонне, Париж, в1951г> Университете Аризоны в 1961 г.,
Институте передовых исследований в Вене в 1963-1964 гг-» Техническом
университете в Анкаре в 1968 г.
Карл Менгер умер 5 октября 1985 г. в Чикаго.
— Allgemeine Räume und Cartesische Räume I, ////Proceedings, Royal Academy of
Science 29. 1926. P. 476-483; 1125-1128.
— Dimensiontheorie. Leipzig und Berlin, 1928.
— Moral, Wille und Weltgestatung. Grundlegung zur Logik der Sitten. Wien, 1934.
— Algebra of Analysis. Notre Dame, Indiana, 1944 (Notre Dame Mathematical
Lectures, 3).
— You Will Like Geometry. A Guide Book for the III. Inst. Of Tech. Geometry Exhibition at
the Museum of Science and Industry. Chicago, 1952.
— Calculus. A Modern Approach (Mimeograph). Chicago, 1952.
— Selected Papers in Logic and Foundations, Didactics, Economics. Dordrecht, 1978.
— Reminiscences of the Vienna Circle and the Mathematical Colloquium, ed. by L. Golland,
B.McGuinness and A.Sklar, Dordrecht-Boston-London, 1994.
— Основания политической жоиомии. Исследования о методах социаяьных наук и по-
литической жономии в особенности, М., 2005.
ГЁДЕЛЬ Курт (Gödel Kurt) род. 28 апреля 1906г. в г. Брно, Моравия (Чехия).
В родном городе он закончил начальную школу и немецкую гимназию,
затем с начала 1924 г. изучал математику и физику в Университете Вены
под руководством, в частности, Ганса Гана, Филиппа Фюртвэнглера и Кар-
ла Менгера. В 1926 г. Гёдель по предложению Г. Гана стал принимать уча-
стие в собраниях Венского кружка. Там он познакомился с Р. Карнапом
и А.Тарским, с которыми уже в индивидуальных встречах начались ин-
тенсивные обсуждения проблем оснований математики и символической
логики, атакже эпистемологии. Начиная с 1929 г. Гёдель дистанцируется
368

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
от «Витгенштейновской фуппы», существовавшей внутри Венского кружка,
и участвует в Математическом коллоквиуме К. Менгера. В том же і9*9г- Гё-
дель получает австрийское фажданство и защищает докторскую диссер-
тацию по математике «Über die Vollständigkeit des Logikkalküls», написан-
ную под руководством Г. Гана. За этой «теоремой полноты», связанной с так
называемой гильбертовской профаммой, в 1931 г- последовала революци-
онная «теорема неполноты» Гёделя («Über Unabhängigkeitsbeweise im Aus-
sagenkalkül» и «Über formal unentscheidbare Sätze der Principia Mathematica
und verwandter Systeme N). Он предложил эту работу для получения разре-
шения на преподавание в университетах в ідзЗ г. и в возрасте 27 лет стал
приват-доцентом по математике в Венском университете. При посредстве
учителя Гёделя К. Менгера «теорема неполноты» сразу же стала известна
в США, и Гёдель получает приглашение от О. Веблена для чтения лекций
в Институте передовых исследований Принстона в і933~1934гг- Второй
раз Гёдель поехал в США осенью 1935 г*> на этот Раз Для работы с Джоном
фон Нейманом.
В 1938 г. К. Гёдель женился на Адели Нимбурской. После аншлюса Авст-
рии Гёдель в третий раз поехал в США читать лекции в Принстоне и уни-
верситете Нотр-Дам, затем все-таки вернулся в Вену весной і939г Он был
вынужден подать прошение о месте лектора со статусом гражданского слу-
жащего в администрацию нового порядка «Ostmark» (й получил это место
в і94ог)> Одновременно в 1939Г он подал прошение о разрешении поки-
нуть страну и в конце і939г- эмифировал в США через СССР и Японию.
С 194° по 1953г- К. Гёдель работал в Институте передовых исследова-
ний в Принстоне, с 1953 по 197^г- он —профессор того же Института. Его
ближайшие коллеги — Альберт Эйнштейн, Оскар Моргенштайн и Джон
фон Нейман. В 1948 г. Гёдель получил фажданство США. В целом за время
работы в США Гёдель получил разнообразные почетные нафады и звания
отЙельского и Гарвардского университетов (і951-1952^ Премию Эйнштей-
на (1951), американскую Медаль науки (1974)- О*1 ^ьиі членом Националь-
ной академии наук и Американского философского общества, a также чле-
ном Королевского общества (Великобритания), почетным членом Лондон-
ского математического общества и членом-корреспондентом Британской
академии. В 1966 г. Венский университет также предложил Гёделю звание
почетного профессора по математике, a Академия наук Австрии — почет-
ное членство в Академии, но он отклонил эти предложения по причине
своего американского гражданства.
После эмифации Курт Гёдель страдал от приступов серьезного психи-
ческого расстройства. Он умер 14 января і97^г- в Принстоне.
— Über die Vollständigkeit des Logikkalkuls. Diss., Wien, 1929.
— Über formal unentscheidbare Sätze der Principia mathematica und verwandter Sys-
369

ПРИЛОЖЕНИЕ
terne ///Monatshefte für Mathematik und Physik 38. 1931. S. 173-198.
— Über Unabhängigjkeitsbeweise im Aussagenkalkül//Karl Menger (ed.), Ergebnisse
eines mathematischen Kolloquiums, Heft 4. 1931/32. S.gf.
— Über die Länge von Beweisen/ / Karl Menger (ed. ), Ergebnisse eines
mathematischen Kolloquiums, Heft 7. 1931/35. S. 23f.
— The Consistency of the Continuum Hypothesis/ / Annals of Mathematics Studies
3. 1940.
— Rotating Universes in General Relativity Theory/ / Proceedings of the International
Congress of Mathematicians in Cambridge, Massachusetts, 1950,1, Providence,
R. I. 1952. P. 175-181.
КАУФМАН Феликс (Kaufmann Felix) род. 4 июля 1895 г. в Вене. Изучал право
в Венском университете, получил степень доктора юриспруденции (1920),
затем доктора философии («Die Kriterien des Rechts», 1926). Область ин-
тересов Кауфмана чрезвычайно широка: математика, теория науки, фи-
лософия права, правоведение, социальные и естественные науки. С 1922
по 1938 г. он преподает философию права в Школе права и политических
наук Венского университета. Одновременно он занимается бизнесом как
менеджер Англо-иранской нефтяной компании. Выступая посредником ме>
жду логическим позитивизмом, феноменологией Гуссерля и «чистой тео-
рией закона» Ганса Кельзена, Кауфман регулярно посещает встречи Вен-
ского кружка, являясь также членом семинара Людвига Мизеса (точнее,
его либерального крыла), кружка Фридриха Хайека и кружка Г. Кельзена
Венской школы теории права.
Будучи евреем, в 1938 г. Кауфман с семьей вынужден эмифировать в США.
Его научная карьера продолжилась в университете «для эмигрантов» г. Нью-
Иорка. Кауфман сотрудничает с эмигрировавшими позднее членами Вен-
ского кружка, увлекается американским прагматизмом (Дж. Дьюи) и ста-
новится соиздателем журнала «Philosophy and Phenomenological Research»
(«Философия и феноменологические исследования».
Феликс Кауфман умер 23 декабря і949г- в Нью-Йорке, США.
— Logik und Rechtswissenschaft. Tübungen, 1921.
— Die ökonomischen Grundbegriffe: Eine Studie über die Theorie der
Wirtschaftswissenschaft/ / Zeitschrift für Volkswirtschaft und Sozialpolitik 3. 1923. S. 31-47.
— Die Kriterien des Rechts. Tübungen, 1924.
— Logik und Wirtschaftswissenschaft/ /Archiv für Sozial Wissenschaft und
Sozialpolitik 54. 1925.
— Die philosophischen Grundprobleme der Lehre von der Strafrechtsschuld. Leipzig und
Wien, 1929.
— Das Unendliche in der Mathematik und seine Ausschaltung. Leipzig und Wien, 1930.
— Bemerkungen zum Grundlagenstreit in Logik und Mathematik//Erkenntnis, Bd. II,
З70

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
ідз1- S. 262-290.
— The Concept of Law in Economic Science/ / Review of Economic Studies 1. 1934.
P. 102-109.
— Methodenlehre der Sozialwissenschaflen. Wien, 1936.
— Die Bedeutung der logischen Analyse für die Sozialwissenschaflen/ / Actes du 8éme
Congrès International de Philosophie. Prag, 1934. S. 209-216.
— Die Phänomenologie der Kunst als Organ der Metaphysik/ /Actes du 2^me Congrès
International d'Esthétique et de Science de TArt 1. 1937. S. 63-67.
— Do Synthetic Propositions a priori Exist in Economics} //Economica, N. S. 4. 1937.
P-ЗЗ7-342.
— The Significance of Methodology for the Social Sciences/ / Social Research 5. 1938.
P. 442-463.
— Unified Science (Note)//Social Research 6. 1939. P. 433~437-
— On Dewey s Logic//Social Research 7. 1940. P. 243-246.
— The Structure of Science//Journal of Philosophy 38. 1941. P. 281-292.
— The Logical Rules of Scientific Procedures/ / Philosophy and Phenomenological
Research 2. 1941-1942. P. 457-471.
— Verification, Meaning and Truth//Philosophy and Phenomenological
Research 4. 1943-1944. P. 267-283.
— Methodology of the Social Sciences. Oxford, 1944.
— The Nature of Scientific Method//Social Research 12. 1945. P. 464-480.
— Scientific Procedure and Probability/ / Philosophy and Phenomenological
Research 6. 1945-1946. P. 47-66.
— On the Nature of Inductive Inference/ /Ibid. P. 603-609.
— Rudolf Carnap s Analysis of Truth//Philosophy and Phenomenological
Research 9. 1948-1949. P. 295-299.
— The Issue of Ethical Neutrality in Political Science//Social Research 16. 1949.
P- З44-352.
— Basic Issues in Logical Positivism//Marvin Färber (Ed.), Philosophical Thought
in France and in the United States, Buffalo, 1950. S. 565-588.
— The Infinite in Mathematics, ed. by Brian McGuinness, Dordrecht and Boston,
1978.
БЕРГМАН Густав (Bergmann Gustav) род. 4 мая 1906г. в Вене. Изучал матема-
тику в Венском университете, где в 1928 г. защитил докторскую диссерта-
цию «Contributions to Metric Differential Geometry», написанную под ру-
ководством Вальтера Мейера. В 1929 г. Бергман сдал квалификационные
экзамены на право преподавания математики и физики в средней школе
и в течение года преподавал в одной из венских реальных школ. С 1927
по 1931 гг- посещал заседания Венского кружка. В 1930-1931 гг., получив
научный грант, Бергман работает в Берлине с Вальтером Мейером (кото-
371

ПРИЛОЖЕНИЕ
рый в то время активно сотрудничал с А.Эйнштейном). После того, как
в 1933 г* Мейер эмигрировал в США, Бергман возвращается в Вену, но рост
антисемитизма не позволяет ему продолжать научную и преподавательскую
деятельность. С 1932 no 1936 г. он занимается частным преподаванием. Ин-
терес Бергмана к правовым и административным проблемам, возникший
благодаря Венскому кружку, подвиг его на изучение права в Венском уни-
верситете. В 1936 г. он становится доктором юриспруденции. Следующий
год он работает секретарем суда, потом становится младшим партнером
в венской юридической фирме, где работает до лета 1938 г. С і932 по 193^г-
Бергман играл одну из ведущих ролей в так называемом «Флейшер-круж-
ке», или группе венских ученых, социальных работников и правовых экс-
пертов, организовавшихся вокруг д-ра Георга Флейшера.
В 1938г. Бергман эмигрирует в США. С помощью Герберта Фейгля
с 1939 г- он начинает работу в Государственном университете г. Айовы как
научный ассистент в Департаменте благосостояния детей под руководством
Курта Левина и с і943г-—Леолы Нельсон. С і95ог- Бергман —профессор
философии и психологии в Университете Айовы. В 1962 г. —стажировка
в Швеции. В 1968 г. Бергман возглавляет Американскую философскую ассо-
циацию.
Густав Бергман умер 2і апреля і987г- в г. Айова, США.
— ZurAxiomatik derElementargeometrie//Wiener Akademie der Wissenschaften 26.
1928. S. 1-3.
— Zur algebraisch-axiomatiscken Begründung der Topologie// Mathematische Zeitschrift
35. 1932. S. 502-511.
— Zur Geschichte und Kritik der isomorphen Abbildung/ / Report au Congrès International
de philosophie scientifique, Paris, 1935.
— On Physicalistic Models of Non-Physical Terms// Philosophy of Science 7. 1940.
P. 151-58.
— Remarks Concerning the Epistemology of Scientific Empiricism/ / Philosophy of
Science 9. 1942. P. 283-293.
— Sense Data, Linguistic Conventions, and Existence// Philosophy of Science 14. 1947.
P. 152-163.
— Concerning Carnap 's Definition of«Extensional» and «Intensional» // Mind 57. 1948.
P. 494-495.
— Two Cornerstones of Empiricism/ / Synthese 8. 1952. P. 435-452.
— The Metaphysics of Logical Positivism, New York-London: Longmans, Green and
Co., 1954.
— Philosophy of Science, Madison, Wise: The University of Wisconsin Press, 1957.
— Meaning and Existence, Madison, Wise: The University of Wisconsin Press,
1959-
— Logic and Reality, Madison, Wise: The University of Wisconsin Press, 1964.
З72

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
— Realism: A Critique of Brentano and Meinong, Madison, Wise: The University of
Wisconsin Press, 1964.
ТОССКИ-ТОДД Ольга (Taussky-Todd Olga) род. 30 августа 1906 г. в г. Оломоуц
(Моравия, Чехия). Изучала математику в университетах Цюриха и Вены.
В 1929 г. защитила докторскую диссертацию «Über eine Verschärfung des
Hauptidealsatzes». Заседания Венского кружка посещала периодически, a за-
седания Математического коллоквиума К. Менгера —регулярно. В 1931""
1932 гг. О. Тосски-Тодд работала ассистентом Рихарда Куранта в Матема-
тической школе Университета Геттингена, участвовала в издании трудов
Гильберта. В 1933 г- она вернулась в Вену, работала вместе с Г. Ганом, Вир-
тингером и К. Менгером как ассистент и редактор. В 1934""1935 гг.—стажи-
ровка в США в Брайн-Маур Колледже, Пенсильвания и в Принстоне; і934~
1937 гг-—в Лютон Колледже в Кембридже, Великобритания. Тосски-Тодд
продолжила свои научные исследования в области топологической алгеб-
ры. В 1937 г- она окончательно эмигрировала в Великобританию; в том же
году получила степень магистра искусств (MA) в Гиртон Колледже, Кем-
бридж. С 194° по *944 г- Тосски-Тодд читала лекции в Лондонском универ-
ситете и проводила исследования в Департаменте науки и промышленных
исследований. В і947г- она эмигрировала в США, где с 1947 по 1957г- Ра"
ботала консультантом по математике в Национальном бюро стандартов,
Вашингтон, штат Колумбия; с 1957 г- — на кафедре математике Калифор-
нийского технологического института, с 1971 г- Тосски-Тодд —на должно-
сти профессора того же университета. В качестве редактора она участво-
вала в издании четырех математических журналов, в частности «Journal
of Linear Algebra», часто выезжала в качестве приглашенного профессо-
ра, получила ряд почетных наград и стала членом, в частности, Австрий-
ской и Баварской академий наук.
Ольга Тосски-Тодд умерла 7 октября і995г* в г- Пасадена, США.
— Some Problems of Topological Algebra, Abstract of a paper given at the International
Congress of Mathematicians at Oslo, 1936.
— On Some Boundary Value Problems in die Theory of the Non-uniform Supersonic Notion
of an Aerofoil// Aeroanutical research Committee Reports and Memoranda 2141,
1945-
— A Recurring Theorem on Determinants//American Mathematical Monthly 56. 1949.
P. 672-676.
— Commutativity in Finite Matrices// Amer. Math. Monthly 64. 1957. P. 229-235.
— Integral Matrices. Lectures at National Science Foundation Seminar on Algebraic Number
Theory. Bowdoin College, 1966.
— The Role of Symmetric Matrices in the Study of General Matrices/ / Li near Algebra and
Appl. 5. 1972. P. 147-154.
373

ПРИЛОЖЕНИЕ
— A Remark concerning Unipotent Matrix Groups//Linear and Multilinear Algebra
7. 1979. P. 87-89.
— Издатель кн.: Ternary Quadratic Forms and Norms, Lect. Notes PureAppl. Math. 79.
New York 1982.
— Two Poems in Totem. Caltech., 1982.
— Centennial Reflections on Women in American Mathematics/ / AW M Newsletter 18.
1988. P. 10-11.
ЮХОС Бела (Juhos Bela) род. 22 ноября 1901 r. в Вене в венгерской семье средне-
го класса; его отец—лавочник и предприниматель (оптовый торговец желе-
зом), имеющий филиалы в Вене и Будалеште. Юхос окончил начальную шко-
лу в Будапеште, с 1910г. учился в реальной гимназии в Вене. Затем изучал ма-
тематику, физику и философию в Венском университете и в 1926 г. защитил
диссертацию «To what Extent did Schopenhauer Do Justice to Kantian Ethics?»,
написанную под руководством M. Шлика. Принимал участие в работе Вен-
ского кружка со дня его основания и до распада в 1936 г. Обладая финансо-
вой независимостью, Юхос в годы Второй мировой войны занимался науч-
ными исследованиями, за исключением военной службы в 1942-1944 гг-
В 1948 г., представив работу «Die Erkenntnis und ihre Leistung», написан-
ную под руководством В. Крафта, Юхос получил разрешение на преподава-
ние в университетах и стал приват-доцентом по теоретической философии.
В 1955 г- Юхос стал доцентом, но не получил постоянного места работы
на философском факультете, что ограничило его влияние в исследовани-
ях и преподавании.
Бела Юхос умер 27 мая 1971 г- в Вене.
— Über die Grundlagen der Gewissheit des reinen Denkens. Wien, 1928.
— Negationsformen empirischer Sätze//Erkenntnis, Bd. VI, 1936. S. 41-56.
— Erkenntnisformen in Natur- und Geistwissenschaften. Leipzig, 1940.
— Die Erkenntnis und ihre Leistung. Wien, 1950.
— Elemente der neuen Logik. Frankfurt-Wien, 1954.
— Das Wertgeschehen und seine Erfassung. Meisenheim am Glan, 1956.
— Die erkenntnislogischen Grundlagen der modernen Physik. Berlin, 1967.
ШЕХТЕР Йозеф (Schächter Josef) род. і6 сентября 1901 r. в г. Кудринце (Гали-
ция). Обучался на раввина, принял сан в 1926г., c 1922 no 1929 г- препода-
вал Талмуд в Еврейской школе Вены, с 1935 по *938 гг.—учитель в Институ-
те Bible Rambam в Вене. Одновременно он изучает философию, в основном
под руководством М. Шлика. В 1931 г. защищает докторскую диссертацию
«Kritische Darstellung von N.Hartmann's Grundzüge einer Metaphysik der
Erkenntnis». Будучи студентом, посещал заседания Венского кружка с 1925
по 1936 г- и под влиянием Шлика, Вайсмана и Витгенштейна написал и опуб-
374

ВЕНСКИЙ КРУЖОК
ликовал книгу «Prolegomena zu einer kritischen Grammatik» (1935). После
убийства Шлика Шехтер заменял Ф. Вайсмана и проводил философские
семинары.
В 1938 г. Шехтер эмигрировал в Палестину. С 1938 по 194ог- он рабо-
тает учителем в средней школе в Тель-Авиве, і94°~195огг-~ в Хайфе.
В і951_1952 гт.—школъный инспектор Израильской школьной системы. Шех-
тер опубликовал множество учебников по классическому иудаизму и пробле-
мам языка, смысла и мнения в контексте науки и религии. Он был членом
Ассоциации еврейских писателей в Израиле, израильского ПЕН-клуба.
Йозеф Шехтер умер в і995г- в г- Хайфа, Израиль.
— Syntaxis [hebr.]. Tel Aviv, 1944.
— Über das Verstehen//Synthese 8. 1950-1951. S. 367-384.
— Shvilim B'Hinukh Ha-Dor (Fields of Contemporary Pedagogy [hebr.]). Tel Aviv,
1963-
— The Task of the Modern Intellectual/ / Am Anthology of Hebrew Essays II. 1966.
P. 299-310.
— B'Prosdor LHashkafath Olam(ThePath to Philosophical Belief Essays [hebr.]
J.Jerusalem—Tel Aviv, 1972.
РЭНД Р03 (Rand Rose) род. циюня 1903 в г. Лемберг (Галиция, ныне г. Львов,
Украина). Начав учебу в школе Лемберга, продолжила ее в Польской гимна-
зии в Вене, с 1920г.—в школе Веринга, Вена, и в 1924 г. окончила реальную
гимназию Второго округа Вены. Потом Рэнд изучала философию в Универ-
ситете Вены, в частности, под руководством Шлика, и в 1938 г. защитила
диссертацию о польском логике Тадеуше Котарбиньском («T. Kotarbinski's
Philosophie auf Grund seines Haupwerkes»). Рэнд периодически посещала
встречи Венского кружка и вела их конспекты — единственные оставшие-
сядокументыодискуссияхВенскогокружкав і93°~1933гг-^ 1933~1934гг-
Рэнд читала лекции в Центре образования для взрослых на Оттакринге
(Vollsheim), вела семинары y студентов и переводила тексты по логике
с польского на немецкий для издательства «Шпрингер». Одновременно
с 193° по 1937г- она проводила исследования в психиатрической клинике
под руководством Отто Пётцля и Хайнца Гартмана.
В 1939 г- она> будучи еврейкой, эмигрировала в Великобританию, Лондон.
Работала там няней и пыталась продолжить свои философские исследова-
ния. В і94°_1943 гг- РЭНД у^илась в Кембридже, посещала среди прочих лек-
ции Л. Витгенштейна на факультете этики. В і943_194^ гг. она была на воен-
ной службе и работала на заводе в качестве инженера. С 195° по х954 ^- РЭНД
была студенткой Оксфордского университета. С 1947 г- она вела вечерние
курсы по психологии и немецкому языку в Технических колледжах Лютон
и Тоттенхайм. В і954г- Р°3 Рэнд эмигрировала в США (Кембридж и Прин-
375

ПРИЛОЖЕНИЕ
стон). Она предпринимала тщетные попытки продолжить научные иссле-
дования, начатые в Великобритании, получая поддержку от Р.Карнапа,
В. Крафта и других знакомых по Венскому кружку.
Роз Рэнд умерла г8 июля 1980г. в Принстоне, Нью-Джерси, США.
— Die Logik der verschiedenen Arten von Sâtaro//Pzreglad filozoficzny, 39. 1936.
S.438.
— Kotarbinski's Philosophie auf Grund seines Hauptwerkes: «Elemente der
Erkenntnistheorie, der Logik und der Methodologie der
Wissenschaften»//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. S.92-120.
— Logik der Forderungssätze//Revue Internationale de la théorie du droit, I. 1939.
S. 308-322.
— About the Notions of «real» and «unreal» on the Basis of Questioning Mental Disorders/ /
Acta Psychologica (submitted).
— The Logic of Demand-Sentences//Synthese, 14. 1962. P. 237-254.
БЕРЛИНСКИЙ КРУЖОК
(или «Общество эмпирической (научной) философии»)
Самое близкое Венскому кружку в интеллектуальном и организацион-
ном плане объединение —«Общество эмпирической (научной) филосо
фии» в Берлине. Созданное в 1928 г. как «Берлинское общество эмпи-
рической философии» позднее по предложению Гильберта стало назы-
ваться «Обществом научной философии». Председателем «Общества»
стал Г. Рейхенбах. Его исследования во многом определяли позицию
«Берлинского общества».
Взаимосвязи Берлинского и Венского кружков установились естест-
венным образом и основным связующим звеном в них было единство на-
учных интересов и личная дружба Г. Рейхенбаха и Р. Карнапа. Защитив
в 1921 г. докторскую диссертацию по проблеме пространства, Карнап
вплоть до 1926 г. продолжал изучать философию в Йене, в частности
под руководством Ганса Рейхенбаха. B 1925 г. no приглашению Шлика
он прочел первые лекции для членов Венского кружка, a c 1926 г. на-
чал работать в качестве лектора по теоретической философии в Ин-
ституте философии Венского университета. Вскоре Карнап стал од-
ним из лидеров движения логического эмпиризма. Дружба Г. Рейхен-
баха и Р.Карнапа продолжалась, несмотря на жизненные перипетии,
вплоть до смерти Г. Рейхенбаха в 1953 г- Б 193^. і94°~1944» 1954~19^i гг.
Карнап заведовал кафедрой философии в Университете Калифорнии,
37^

БЕРЛИНСКИЙ КРУЖОК
Лос-Анджелес (UCLA), в периоды болезни Г. Рейхенбаха, a затем ивка-
честве преемника своего друга и учителя.
Несмотря на значимость вклада — например, создателем журнала
«Erkenntnis» нужно признать Г. Рейхенбаха, a первыми редакторами
журнала, как известно, стали Г. Рейхенбах и Р. Карнап,—и яркость лич-
ности каждого из членов этого неболыыого «Общества», на сегодняш-
ний день доступна информация только о двух из них — Г. Рейхенбахе
и К. Гемпеле. Но, пожалуй, более других источников говорит библио
графия. Например, получает подтверждение версия, что активная
гражданская позиция стала одной из основных причин для увольне-
ния по политическим мотивам и высылки Г. Рейхенбаха из Германии
в ідзз г- Г. Рейхенбах с іді2 г. (т.е. с 2і-го года) активно публиковал ста-
тьи, критические заметки и программы, откликаясь на все актуаль-
ные социальные проблемы Германии: «Студент и школьная проблема»
(1912), «Милитаризация немецкой молодежи» (1913)» «Программа со-
циалистической студенческой партии» (1918), «Студент и социализм»
(1919)» т.д.
РЕЙХЕНБАХ Ганс (Reichenbach Hans) род. гбсентября 1891 г. в Гамбурге, Гер-
мания. Изучал гражданское строительство в Техническом университете
г. Штутгарта, математику, философию, физику в Университетах Берли-
на, Геттингена и Мюнхена. В і9і5~1917гг- Рейхенбах работал в военном
ведомстве Германии в отделе, отвечавшем за Восточный фронт, с 1918 г.—
участвовал в социалистическом студенческом движении. В 1920-1925 гг.—
приват-доцент в Техническом университете г. Штутгарта. В 1925 г- Рейхен-
бах получил степень доктора философии, и в і92б-і933гг- он —адъюнкт-
профессор естественной философии и физики в Университете Берлина,
с 193°г- —создатель и редактор (вместе с Р. Карналом) журнала «Erkenntnis».
Уволен в 1933 г-» эмигрировал в Турцию и работал профессором филосо-
фии в Университете Стамбулав і933_1938гг. Затем в 1938 г. ему пришлось
эмигрировать в США. В 1938-1953 гг- Рейхенбах —профессор философии
науки в Калифорнийском университете, Лос-Анджелес, приглашенный
профессор университетов Нью-Иорка и Парижа.
Ганс Рейхенбах умер 9 апреля 1953 г- в г- Лос-Анджелес, США.
— Die Studienreise englischer Studenten nach Deutschland/ / Münchner Akademische
Rundschau 6. 1912.
— Studentenschaft undKatholizismus /y\V. Ostwald (Ed.) Das Monistische
Jahrhundert 16. 1912. S. 533-538.
— Student und Schulproblem//Münchner Akademische Rundschau 6. 1912.
S-94-97-
377

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Die Militarisierung der deutschen Jugend I. Der Tatbestand/ / Die Freie
Schulgemeinde 3. 1913. S. 97-110.
— Freischar oder Freistudentenschaft/У Ibid. S. 88 f.
— Warum treiben wir Körperkultur?// Freistudentische Blatter 3. 1913. S. 1-4.
— Militarismus undJugend//Die Tat 5. 1914. S. 1234-1238.
— Der Sinn der Hochschulreform//Studentenschaft undjugendbewegung 1914.
S.7-11.
— Jugendbewegung und Freie Studentenschaft//Münchner Akademische Rundschau
13- 19И-
— Der Begriff der Wahrscheinlichkeit Jur die mathematische Darstellung der Wirklichkeit/ /
Zeitschrift für Philosophie und philosophische Kritik 161. 1916. S. 210-239;
162. S. 9-112, 223-253.
— Die Sozialisierung der Hochschule (неопубликованная рукопись). 1918.
— Programm der sozialistischen Studentenpartei, o. A., 1918.
— Bericht der sozialistischen Studentenpartei Berlin und Erläuterungen zum Programm,
o. A. 1918-1919.
— Student und Sozialismus//Der Aufbau 5, 1919.
— DieEinsteinscheRaumlehre//Die Umschau 24. 1920. S.402-405.
— Über die physikalischen Voraussetzungen der Wahrscheinlichkeitsrechnuag/ /Zeitschrift
für Physik 2. 1921. S. 150-171.
— Relativitätstheorie und Erkenntnis Apriori Berlin, J. Springer, 1920.
— La signification philosophique de la théorie de la relativité// Revue Philosophique de
la France et de l'Etranger 94. 1922. P. 5-61.
— Die relativistische Zeitlehre//Scientia. 1924. S. 361-374.
— Axiomatik der relativistischen Raum-Zeit-Lehre. Braunschweig, Vieweg, 1924.
— Metaphysik und Naturwissenschaft//Symposion 1. 1925. S. 158-176.
— Wahrscheinlichkeitsgesetze und Kausalgesetze//Die Umschau 29. 1985. S. 789-792.
- Die Probleme der modernen Physik//Die Neue Rundschau, 1926. S.414-425.
- Von Kopernikus bis Einstein. Berlin, 1927.
— Die Weltanschauung der exakten Wissenschaften//Die Bottcherstrafie, 1928.
S. 44-46.
- Philosophie der Raum-Zeit-Lehre. Berlin — Leipzig, 1928.
— Crise de la Causalité// Documents, 1929. P. 105-108.
— Ziele und Wege der physikalischen Erkenntnis/ / Handbuch der Physik, Vol. 4,
Allgemeine Grundlagen der Physik. Berlin, 1929.
— Die neue Theorie Einsteins Über die Verschmelzung von Gravitation und Elektrizität//
Zeitschrift für angewandte Chemie 42. 1929. S. 121-123.
— Das Kausalproblem in der gegenwartigen Physik// Zeitschrift für angewandte
Chemie 42. 1929. S. 457-459.
— Probleme und Denkweisen der gegenwartigen Physik// Deutsche Rundschau, 1930.
s. 37-44» 131-141-
З78

БЕРЛИНСКИЙ КРУЖОК
— Die philosophische Bedeutung der modernen Physik/ / Ibid., 1930. S. 49-71.
— Kausalität und Wahrscheinlichkeit/У Ibid. S. 158-188.
- Atom und Kosmos. Das Physikalische Weltbilder Gegenwart. Berlin, 1930.
— Der physikalische Wahrheitsbegriff/ /Ibid. S. 156-171.
— Das Kausalproblem in der Physik/ /Die Naturwissenschaften 19. 1931. S. 713-722.
- Ziele und Wege der heutigen Naturphilosophie, Leipzig, Meiner, 1931. (перев.
на франц. «La philosophie scientifique». Paris, Hermann, 1932.
— Kausalität und Wahrscheinlichkeit in der Biologie// Klinische Wochenschrift 2. 1932.
S. 251-253.
- Atom and Cosmos. The World of Modern Physics. London, 1932. (перев. на англ.,
франц., исп.)
— Wahrscheinlichkeitslogik//Erkenntnis Bd. V, 1934. S. 37-43.
— Surlesfondements logiques dela probabilité//Recherches philosophiques 4.1934-1935.
P. 361-370.
- Wahrscheinlichkeitslehre. Eine Untersuchung über die Logischen und Mathematischen
Grundlagen der Wahrscheinlichkeitsrechnung Leyden, Sijthoff, 1935.
— Die Induktion als Methode der wissenschaftlichen Erkenntnis//Actes du Congrès
International de Philosophie Scientifique. Paris, 1935.
— Lémpirisme logistique et la désagrégation de Va priori/ / Report au Congrès International
de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Wahrscheinlichkeitslogik als Form wissenschaftlichen Denkens/ / Report au Congrès
International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Logistic Empiricism in Germany and the Present State of its Problems/ / The Journal of
Philosophy 33. 1936. P. 141-160.
— Die Bedeutung des Wahrscheinlichkeitsbegriffes für die Erkenntnis/ /Actes du 8^me
Congrès Internationale Philosophie, 2.-7. Septembre 1934, Prag, 1936.
S. 163-169.
— Warum ist die Anwendung der Induktionsregel für uns notwendige Bedingung zur
Gewinnung von Voraussagend//Erkenntnis, Bd. VI. 1936. S. 32-41.
— Moritz Schlick. Nachruf//Erkenntnis, Bd. VI. 1936. S. 141-143.
— On Probability and Induction// Philosophy of Science 5. 1938. P. 21-45.
- Experience and Prediction. An Analysis of the Foundations and the Structure of
Knowledge. Chicago, 1938.
- Philosophical Foundations of Quantum Mechanics. Berkeley, Los Angeles, 1944.
— Philosophy: Speculation or Science}//The Nation 164/1. 1947. P. 19-22.
- Elements of Symbolic Logic. New York, 1947.
- The Rise of Scientific Philosophy. Berkeley, Los Angeles, 1951.
— The Freedom of the Will 1951 (неопубликов. рукопись. Впервые опубликована
в: Modern Philosophy of Science: Selected Essays. London, 1959. P. 151-192.)
- Nomological Statements and Admissible Operations. Amsterdam, 1954.
- The Direction of Time. Под ред. М.Рейхенбах. Berkeley, 1956.
379

ПРИЛОЖЕНИЕ
- Modern Philosophy of Science: Selected Essays. Под ред. М.Рейхенбах. London,
1959-
- Laws, Modalities, and Counterfactuals. Berkeley and Los Angeles 1976 (расширен-
ное и перераб. издание «Nomological Statements and Admissible Operations»,
Amsterdam 1954).
ГРЕЛЛИНГ Курт (Grelling Kurt) род. в і886г. Изучал в Берлинском универси-
тете математику, физику, философию, a также в течение одного семестра
экономику. В 1910 г. под руководством Цермело защитил докторскую дис-
сертацию на тему «Die Axiome der Arithmetik mit besonderer Berücksuchti-
gung der Beziehungen zur Mengenlehre». C 1920г. работал учителем мате-
матики в школе, но в 1933 г* был уволен по расовым мотивам. С того време-
ни Греллинг—частный исследователь. По свидетельствам современников,
Греллинг умел необычайно ясно излагать различные идеи, налример, его
статья «Философия точных наук» содержит обзор развития естествозна-
ния и философии математики в Германии с І9і4г- Именно Греллинг, наря-
ду с Р. Карнапом и А. Герцбергом, являстся основным рецензентом журнала
«Erkenntnis» — более го рецензий на актуальные для того времени и разно-
образные по тематике книги, рефераты статей и выступлений на конгрес-
сах. Можно сказать, что К. Греллинг, так же как и О. Нейрат, был внештат-
ным редактором этого журнала. В дом Греллинга в Берлине часто прихо-
дили для продолжения дискуссий члены Берлинской группы.
Греллинг К., оставшись в Германии, погиб со всей семьей во время Вто-
рой мировой войны.
— (Совм. с Нельсоном). Bemerkungen zu den Paradoxien von Russell and Burali-Forti/ /
Abhandl. d. Friesschen Schule, Bd. II, 1908.
— Mengenlehre. 1924.
— Philosophy of the Exact Sciences: Its Present Status in Germany //The Monist, 1928;
Philosophy Today, hsg. V.Schaub, Chikago, 1928.
— Realism and Logic: An Investigation of Russells'Metaphysics. The Monist, 1929.
— Рецепзии на: Rademacher und Pöplitz. Von Zahlen und Figuren//Erkenntnis,
Bd. I, 1930-1931. S.410.
— Bemerkungen zu Dubislavs »Die Definition»//Erkenntnis, Bd. III, 1933.
S. 189-200.
— Rundschau. Bericht über den 8. Internationalen Kongress für Philosophie in Prag vom
2. bis 7. September 1934//Erkenntnis, Bd. IV, 1934. S. 310-314.
— Рецензии па\ Kaufmann. Das Unendliche in der Mathematik und seine
Ausschaltung. Leipzig—Wien: Franz Deuticke, 1930. 203 S.//Ibid. S. 66-68; Becker, Die
Aristotelische Theorie der Möglichkeitsschlüsse. Eine logisch-philologische
Untersuchung der Kapitel 13-22 von Aristoteles* Analytica priora I. Berlin: Junker
&: Dunnhaupt, 1933. 98 S.//Ibid. S. 253-255.
380

БЕРЛИНСКИЙ КРУЖОК
— Wahrscheinlichkeit von Hypothesen. (Ergänzungen zum O. Neurath. Einheit der
Wissenschaft als Aufgabe und H. Reichenbach.
Wahrscheinlichkeitlogik//Erkenntnis, Bd. V, 1935. S. 168-169.
— Рецензия na: Eincheitswissenschft. Heft 1. Neurath: Eincheitswissenschft und
Psychologie; Heft 2. Hahn. Logik, Mathematik und Naturerkennen; Heft 3. Car-
nap: Die Aufgabe der Wissenschaftslogik// Ibid. S. 268-270; Weisser.
Wirtschaftspolitik als Wisenschaft///fo'd. S. 370.
— Zur Theorie der Wahrnehmung// Report au Congrès International de Philosophie
Scientifique, Paris, 1935.
— Identitas indiscernibilium//Erkenntnis, Bd. VI, 1936. S. 252-260.
— Рецензии na: Ph. Frank. Das Kausalgesetz und seine Grenzen (в книжной серии
«Очерки о научном миропонимании»)///&и£ S. 264-265; Е. Brunswik.
Wahrnehmung und Gegenstandswelt. Grundlegung einer Psychologie vom Gegenstand her. //
Ibid. S. 268-270; K. Hempel und P. Oppenheim. Der TypusbegrifiFum Lichte der
neuen Logik. Wissenschaftstheoretische Untersuchungen zur
Konstitutionsforschung und Psychologie //Ibid S. 266-267.
— (совм. с П. Оппенгеймом) Der Gestaltbegriff im Lichte der neuen Logik//
Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. S. 211-224.
— (Совм. c П. Оппенгеймом) Supplementary Remarks on the Concept ofGestalt //ibid.
S- 357-359-
— Рецензия na: Duncker K. Zur Psychologie des produktiven Denkens. Berlin:
J.Springer, 1935//Ibid. S. 121-122.
— Переведены на немецкийязык книги: Enriques. Problemi della scienza; Bertrand
Russell. Analysis of Mind, Analysis of Matter, ABC of Relativity, Outline of
Philosophy; Meyerson. Identité et Realite.
— Рецепзии na книги: von Natorp, Bergmann, Reisen, Dingler, Reichenbach, Lewin,
Schlick, Hertz, Burkam, Beggerow, Lipsius и т. д. для журналов «Deutsche
Literaturzeitung», «Zeitschrift für Mathem. und naturwiss. Unterricht», «Jahrbuch
für Fortschritte der Mathematik».
ДУБИСЛАВ Вальтер (Dubislav Walter) род. 2 сент. 1895г. в Чехии. C 1931 г.-
приват-доцент Высшей технологической школы в Берлине, работал в ос-
новном в области математической логики; представитель антиметафизи-
ческой, научно-теоретической философии, один из лидеров Берлинской
группы. В і935г- Дубислав был арестован за дебош и драку в обществен-
ном месте (у него проявились некоторые параноидальные тенденции, уси-
ленные, по предположению друзей, политической ситуацией в Германии
і93°"х гг)- После выхода из тюрьмы уехал из Берлина в Прагу. В декабре
1937 г- он убил свою подругу, затем покончил с собой.
— Über den sogenennten Gegenstand der Mathematik/ /Erkenntnis, Bd. I, 1930-1931.
S. 27-48.
381

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Рецензия на: Bolzano. Wissenschaftslehre//Erkenntnis, Bd. I, 1930-1931.
S. 408-409.
— Die Philosophie der Mathematik in der Gegenwart. (Philos. Forschungsber. Heft 13).
Berlin: Junker &; Dünnhaupt, 1932. 88 S. (См. рецензию Р. Карнапа:
Besprechungen//Erkenntnis, Bd. IV, 1934. S. 64-65.
— Naturphilosophie. 1933.
— Bemerkungen zur Definitionlehre// Erkenntnis, Bd. III, 1932-1933. S. 201-221.
— Die Definition// 3. Aufl. S. 100 f.1
ГЕМПЕЛь Карл Густав (Hempel Carl Gustav)2 род. 8 января 1905г. в Ора-
ниенбауме, пригороде Берлина. В 1923-193° гг- обучался в университе-
тах Геттингена, Гейдельберга, Берлина и Вены. Получив исходное об-
разование в области физики и математики, Г. обратился к философии
и испытал влияние взглядов Г. Рейхенбаха (у которого учился), М.Шли-
ка, Р.Карнапа. Член берлинского «Общества эмпирической филосо-
фии». Принимал участие в заседаниях Венского кружка. В ід34г- защи-
тил докторскую диссертацию «Beiträge zur logischen Analyse des
Wahrscheinlichkeitsbegriffs » B Берлине. В том же году эмигрировал в Бельгию,
где до 1937 г- преподавал частным образом. В і937г- эмигрировал в США.
В ідз7_193^гг- работал в Чикагском университете вместе с Г. Рейхенба-
хом, в і939"194^гг.—в Сити Колледже и Куинс Колледже Ныо-Йорка,
в 1948-1954 гг.—в Йельском университете, в і955_1973гг- Гемпель—про-
фессор философии в Принстонском университете и с і977г- профессор
философии в Университете Питтсбурга. К. Гемпель часто выезжал для чте-
ния лекций в различные университеты в качестве приглашенного про
фессора. Гемпель был членом Американской Академии искусств и наук,
a в 1961 г. он избирался на пост президента Восточного отделения Аме-
риканской Философской ассоциации.
Карл Густав Гемпель умер 9 ноября 1998 г. в Принстоне, США.
— Критические обзоры для журнала «Deutsche Literaturzeitung» на следующие книги:
Сагпар R. Logische Syntax der Sprache; Die Aufgabe der Wissenschaftslogik;
Dubislav W. Naturphilosophie; Hahn H. Logik, Mathematik und
Naturerkennen; Neurath O. Einheitwissenschaft und Psychologie.
— (Совм. c П. Оппенгеймом). Die logische Bedeutung des Typusbegriffs//Report au
Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— On the Logical Positivists* Theory of Truth/ /Analysis, 1935, № 2, p. 49-59.
1 Более подробную библиографию cm.: Нейрат О. Заметки об истории. Наст. изд.
С. 134-168.
2 Более подробную информацию см. в кн.: Гемпелъ К.Г. Логика объяснения. М.:
ДИК, РФО, 1998. 240C.
382

БЕРЛИНСКИЙ КРУЖОК
- Über den Gehalt von Wahrscheinlichkeitsaussagen//Erkenntnis, Bd. V, 1935.
S. 228-260.
— Some Remarks on «Facts» and Propositions// Analysis, 1935, №2, p. 93-96.
— Inhaltsangabe zu Arthur H Copeland: Predictions and Probabilities//Erkenntnis,
Bd. VI, 1936. S. 189-190.
— Eine rein topobgische Form nichtaristotelischer Logik//Erkenntnis, Bd. VI, 1936.
S. 436-443.
— Le problème de la vérité//Theoria 3. 1937. P. 206-246.
— Ein System verallgemeinerter Negationen//Travaux de gerne Congrès International
de Philosophie. Paris, 1937. P. 26-32.
— Remarks on Probability//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. (Report on 4th
International Congress for the Unity of Science, Cambridge, England, 1938.
— The Function of General Laws in History/ /The Journal of Philosophy, 1942, № 39,
p. 35-48; The Journal of Symbolic Logic 8. 1943. P. 122-143. (new ed.
Gardiner P. (ed.), Theories of History, N. Y., Glencoe 111., Free Press, 1959).
— Geometry and Empirical Science/ / The American Mathematical Monthly 52.1945.
P. 7-17.
— Fundamentals of Concept Formation in Empirical Science (= «Энциклопедия единой
науки» II/7). Chicago, 1952.
— The Theoreticians Dilemma//Minnesota Studies in the Philosophy of Science
(eds. Feigl H., Scriven M., Maxwell G.), Vol. II, University of Minnesota Press,
Minneapolis, 1958, p. 37-98.
— Science and Human Va/u«//Spiller R. E. (ed.), Social Control in a Free Society.
Philadelphia, i960. P. 39-64.
— Explanation in Science and in History//ed. Colodny R. Frontiers of Science and
Philosophy, University of Pittsburgh Press, Pittsburg, 1962, p. 9-33 (new ed.
DrayW.H. (ed.) Philosophical Ananysis and History. N. Y., 1966).
— Aspects of Scientific Explanation and Other essays in the Philosophy of Science. New York,
1965, London, 1965.
— Philosophy of Natural Science. Prentice-Hall, Englewood Cliffs, N.J., 1966.
— Logical Positivism and the Social Sciences//The Legacy of Logical Positivism (eds.
Achinstein P., BarkerS.F.), The Johns Hopkins Press, Baltimore, 1969, p. 163-
194-
— Der Wiener Kreis und die Metamorphosen seines Empirismus//Norbert Leser (ed.),
Das geistige Leben Wens in der Zwischenkriegszeit. Wien: österreichischer
Bundesverlag, 1981. S. 205-215.
— Empiricism in the Vienna Circle and in the Berlin Society for Scientific Philosophy//
Stadler F. (ed.), Scientific Philosophy: Origins and Developments. Dordrecht-
Boston-London: Kluwer, 1993. P. 1-9.
— Мотиеы и «охватывающие» законы в историческом объяснении// Философия
и методология истории. М., 1977» с-72~94-
383

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Логика объяснения (сборник статей, биогр. и библ. работ Гемпеля). М.: ДИК,
*998-
ГЕРЦБЕРГ Александр (Herzberg A.). Доктор философии, приват-доцент Бер-
линского университета. А. Герцберг, наряду с К. Греллингом и Р. Карнапом,
являлся постоянным рецензентом журнала «Erkenntnis» — 15 публикаций,
анализирующих книжные новинки в различных областях знания.
— Рецензия на кн.: Kretschmer, Medizinische Psychologie//Erkenntnis, Bd. I,
1930-1931. S.411-412.
- Рецензии накн.: Ischlondsky, Neuropsyche und Hirnrinde//Erkenntnis, Bd. II,
1931. S. 77-78; Birnbaum. Handwörterbuch der medizinischen Psychologie//
Ibid. S. 79f.; Dessoir. Vom Jenseits der Seele//Ibid. S. 301-302; Zweig. Die
Heilung durch den Geist //Ibid S. 3031".
— Рецензии на кн.: McDougall. Psychopathologie funktioneller
Störungen//Erkenntnis, Bd. III, 1932-1933. S. 229; Fröbes. Legrbuch der experimentellen
Psychologie///^ S. 23of; Lange-Eichbaum W. Das Genie-Problem. München: Ernst
Reinhardt, 1931. 127 S.//IbidS. 432; SzymanskiJ. S.Psychologie vom Standpunkt der
Abhängigkeit des Erkennens von den Lebensbedürsnissen. Leipzig: J. A. Barth,
1930. 349 S.//Ibid. S. 432-434; Schröder P. Stimmungen und Verstimmungen.
Leipzig: J. A. Barth, 1930. 43 S.//Ibid. S. 434-435; Freud S. Das Unbehagen in
der Kultur. Wien: Internationaler Psychoanalytischer Verlag, 1930. i$6S.//Ibid
S. 436.
— Рецензии на кн.: Dewey. Die menschliche Natur//Erkenntnis, Bd. IV, 1934.
S. 691"; Thorndike. Psychologie der Erziehung//Ibid S. 256-258.
— Рецензия на кн.: Krüger. Das Wesen der Gefühle//Erkenntnis, Bd. V, 1935.
S. 369.
ф- Die biologischen Vorstuden von ІѴаЛгЛл/îmrf/rrtom//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938.
(Report on 4th International Congress for the Unity of Science, Cambridge,
England, 1938.
— Рецензия на кн.\ Dessoir. Einleitung in die Philosophie//Erkenntnis —Journal
of Unified Science, Bd. VIII, 1939-1940. S. 377-378.
ХЕЛЬМЕР Олаф (Helmer Olaf) род. 4 июня 1910г. в Берлине. В ід28-і934гг-
обучался в университете Берлина, затем с 1934 г. — в Бедфорд колледже Лон-
донского университета. Изучал математику, научную философию, физику.
В 1935 г- защитил докторскую диссертацию «Axiomatischer Aufbau der
Geometrie in formalisierter Darstellung» в Университете Берлина.
— Bemerkungen zum Paradozienproblem/ / Philosophisches Jahrbuch der Görres-Ge-
sellschaft, Band 47, 1934.
— Axiomatischer Aufbau der Geometrie in formalisierter Darstellung/ /Schriften des
Berliner Mathematischen Seminars, Band 2, 1935.
384

ЛЬВОВСКО-ВАРШАВСКАЯ ШКОЛА
— A Few Remarks on the Syntax ofAxiom-systems/У Report au Congrès International
de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Рецензия на кн.: Ауег A.J. Language, Truth and Logic. London: Victor Gollancz
Ltd., 1936. 254 S.//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. S. 123-125.
— Languages with Expressions of Infinite Length//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938.
(Report on 4th International Congress for the Unity of Science, Cambridge,
England, 1938.)
ЛЕВИН Курт (Lewin Kurt). Доктор философии.
— Idee und Aufgabe der vergleichenden Wissenschaftslehre. Erfurt, 1926.
— Den Übergang von der aristotelischen zur galileischen Denkweise in Biologie und
Psychologie/ /Erkenntnis, Bd. II, 1932. S. 421-440.
ЛЬВОВСКО-ВАРШАВСКАЯ ШКОЛА
Вторым, близким в интеллектуальном и организационном плане к Вен-
скому кружку, объединением стала ЛьвовскоВаршавская школа1. Львов-
ско-Варшавская школа была образована группой логиков и философов,
работавших в период между двумя мировыми войнами, главным обра-
зом, в Варшаве и Львове. В нее входили Я. Лукасевич, С. Лесьневский,
Т.Котарбиньский, К.Айдукевич, А.Тарский, Т. Чежовский, З.Завир-
ский, В.Витвицкий, В.Татаркевич, С. и М.Оссовские, Б.Собоцинский,
X. Мельберг, С.Леевский, М.Кокошиньская, И.Домбска, К. Куратов-
ский, Е. Слупецкий, Янина Хосиассон-Линденбаум, М. Пресбургер и др.
Для школы было характерно резко отрицательное отношение к ирра-
ционализму, стремление к сближению философских и научных исследо
ваний, к приданию философским рассуждениям доказательного и логи-
чески строгого статуса. Важнейшим средством достижения этих целей
считался логический анализ языка науки и философии, способствую-
щий устранению неточностей и двусмысленностей, которыми, как по
лагали представители школы, питаются спекулятивноиррационалисти-
ческие философские концепции. Посредником между Кружком и Шко
лой послужил К.Менгер, в 1928-19291T. организовавший при Венском
кружке Математический коллоквиум и ориентировавшийся на междуна-
Более подробную информацию об основателе школы, ее развитии и идеях см.:
Смирнов В. А. Предисловие редактора; Санотский Я. Предисловие; Твардов-
ский К. Автобиография// Твардовский К. Логикофилософские и психологиче-
ские исследования. М.: РОССПЭН, ід97- Аналитическое наследие Львовско-
Варшавской школы. СПб.: Мігь, гооб. Т і.
385

ПРИЛОЖЕНИЕ
родное сотрудничество. В і93ог- сначала Менгер принял приглашение
А. Тарского посетить Варшаву, затем Тарский посетил Вену и заседания
Коллоквиума и Кружка. Плодотворное сотрудничество продолжалось
вплоть до начала Второй мировой войны. Члены Львовско-Варшавской
школы активно участвовали в конференциях и конгрессах за единство
науки, были ведущими авторами журнала «Erkenntnis».
Школа распалась в і939г- после оккупации Польши фашистской Гер-
манией. Ее представители либо погибли, либо эмигрировали; некото-
рые остались в Польше и выжили, продолжая здесь работать и после
войны.
ТВАРДОВСКИЙ Казимеж Ежи Адольф (Twardowski) род. 2о октября i860 г,
в Вене. Окончил знаменитую Терезианскую гимназию (Терезианум) в Вене.
В 1885-188g гг. изучал философию в Венском университете. Его первым
учителем и наставником все эти годы был выдающийся австрийский фило-
соф Франц Брентано, оказавший болыпое влияние на формирование лич-
ности Твардовского как философа. По окончании Венского университета
Твардовский продолжил образование в области философии и психологии
в Лейпциге y Вильгельма Вундта и в Мюнхене y Карла Штумпфа.
В і8дгг. в Венском университете Твардовский защитил докторскую
диссертацию «Idee und Perception. Eine erkenntnistheoretische
Untersuchungen aus Decartes», написанную под руководством Роберта Циммерма-
на и опубликованную в том же году. В том же 1892 г. Твардовский женил-
ся на Казимире Колодзейской; впоследствии y них родились три дочери:
Хелена, Анеля и Мария.
В 1894 г. Твардовский, представив работу «Zur Lehre von Inhalt und
Gegenstand der Vorstellungen», получает право на преподавание в универ-
ситетах. В 1894*1895 гг- он начал работу в качестве приват-доцента в Вен-
ском университете. С 15 ноября 1895 г. приступил к выполнению обязанно-
стей экстраординарного профессора и заведующего кафедрой философии
университета Яна Казимира во Львове. Круг основных научных интересов
Твардовского составляли эпистемология, психология, философия языка
и философия логики. Основатель Львовско-Варшавской школы, объеди-
нявшей логиков и философов.
Твардовский ведет активную научную, педагогическую и общественную
деятельность: в 1904 г. он основал Польское философское общество во Льво-
ве; 1907 г.—организовал первую научно-исследовательскую психологическую
лабораторию в Полыпе, a в 1920г. и Психологический институт во Льво-
ве, директором которого оставался многие годы. Твардовский поддержал
идею издания философского журнала «Ruch Filozoficzny» и с 1911 г. был его
первым редактором. В і9і4~1917гг- Твардовский был ректором Львовско-
386

ЛЬВОВСКОВАРШАВСКАЯ ШКОЛА
го университета, но в силу трудностей военного времени он вынужден был
руководить университетом из Вены. У Твардовского было много учеников
и последователей, многие из которых возглавили кафедры в польских уни-
верситетах и создали собственные философские школы.
В ідЗ° Г°ДУ по состоянию здоровья Твардовский вышел на пенсию. Он
умер 11 февраля ідзз г- и похоронен на Лычаковском кладбище во Львове.
— Idee und Perception. Eine erkenntnis theoretische Untersuchung aus Descartes. Lwow,
1892, a также в: Wybrane pisma filozoficzne, PWN, Warszawa, 1965.
— Zur Lehre vom Inhalt und Gegenstand der Vorstellungen. Eine psychologische
Untersuchung Lwow, 1894, атакже в: Wybrane pisma filozoficzne, PWN, Warszawa 1965;
On the content and object of presentations. A psychological investigation, Ni-
jhoff, The Hague 1977. P. XXXIV- 106.
— Über begriffliche Vorstellungen. 16. Jahresbericht der Philosophischen Gesellschaft
an der Universität zu Wien 1903.
— Funktionen und Gebilde. Einige Bemerkungen aus dem Grenzgebiete der Psychologie,
Grammatik und Logik (на польск.). Krakow, 1911.
— Ansprache, gehalten in der seierlichen Sitzung der Polnischen Philosophischen
Gesellschaft anlässlich ihres 25jährigen Bestehens (на польск.) Festshcrift der Poln. Phil.
Ges. in Lwow (12.2.1904 bis 12.2.1929). Lwow, 1931. S. 1-15.
— Actions and Products. Comments on the Border Area of Psychology, Grammar and Logic
(ст-я 1912г.)//J. Pelc (ed.), Semiotics in Poland 1894-1969. Reidel—PWN,
Dordrecht—Warszawa, 1979.
— Символомания и прагматофобия. Львов, 1921.
— Rozprawy iartykulyfilozoficzne. Lwow: PWN, 1927. P.XVI—448.
— Wybrane pisma filozoficzne. Warszawa: PWN, 1965.
— Remarks on the Classification of Views on the Relation between the Soul and the Body/ /
Axiomathes, vol. VI, n.i, 1995. P. 25-30.
— Imageries//Axiomathes, vol. VI, n. 1, 1995. P.79-104.
— Логико-философские и психологические исследования. M., 1997-
— The Majesty of the University/ /]. Brzezinski — L. Nowak (eds.), The Idea of the
University, (Poznan Studies in the Philosophy of the Sciences and the
Humanities, n. 50). Rodopi, 1997. P. 9-17.
КОТАРБИНЬСКИЙ Тадеуш (Kotarbinski Tadeus) род. в і886г. в семье творче-
ской интеллигенции: его отец, Милош, был композитором и художником,
мать—талантливой пианисткой, a брат отца—одним из наиболее значитель-
ных деятелей польского театра конца XIX—начала XX вв. После некоторых
раздумий Тадеуш предпочел философское образование математике, физи-
ке и архитектуре. Он обучался во Львовском университете и в 1915 г- защи-
тил докторскую диссертацию «Utylitaryzm w etyce Milla I Spencera», напи-
санную под руководством Твардовского. В университете Котарбиньский
3»7

ПРИЛОЖЕНИЕ
также посещал лекции Лукасевича по логике, Витвицкого по психологии.
В 1915 г. он вернулся в Варшаву, принимал активное участие в культурной
жизни города, читая лекции, публикуя статьи и сотрудничая с Владисла-
вом Вериго в организадии Философского института. С 1919 г- Котарбинь-
ский стал доцентом Варшавского университета, a c 1929 г. — профессором
того же университета и деканом факультета гуманитарных наук. В і93°"х гг-
Котарбиньский принимал активное участие и в политической жизни Вар-
шавы, боролся против национализма и антисемитизма, симпатизируя ле-
вому крылу Социалистической партии. Во время немецкой оккупации в пе-
риод Второй мировой войны он преподавал в подпольном университете
и счастливо избежал смертного приговора, вынесенного ему правым кры-
лом той же партии. В і945"~1949гг — трудный послевоенный период — Ко-
тарбиньский был ректором Университета г. Лодзь. В і951-19бі гг. он пре-
подавал философию и логику в Варшавском университете. В і957-19^2 гг-
Котарбиньский возглавлял Польскую академию наук, в рамках которой
он основал и руководил Лабораторией Праксиологии. Тадеуш Котарбинь-
ский стал выдающимся представителем Львовско-Варшавской школы, соз-
дав оригинальную концепцию реизма и продолжая работать в Полыпе, как
и Айдукевич, по окончании Второй мировой войны.
Тадеуш Котарбиньский умер в 1981 г. в Варшаве.
— SzAic*/raAtyczn*(Praxeologische Aufsätze). Warschau 1913»ІХ» 178 S.
— Utylitaryzm w etyce Milla I SpencercL Krakow, 1915, Verlag der Akademie des
Wissenschaft, 152 S.
— Elementy teorji poznania, bgikiformalnej i metodologii nauk. Lwöw: Ossolineum, 1929.
483 S.
— Le réalisme radical/ / Proceeding of the 7th International Congress of Philosophy,
Oxford, 1930. P. 488-500.
— Grundlinien und Tendenzen der Philosophie in Polen//Slavische Rundschau, Prag,
1933, 12 S.
— Grundgedanken des Pansomatismus// Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— The Development of the Main Problem in the Methodology of Francis Bacon/ / St udia
Philosophica, Lemberg, 1936 (в печати).
— Kurs logiki dla prawnik&w. Gebethner i Wolflf, Warszawa, 1955.
— Iprincipi di unetica indipendente. Rivista di Filosofia, L, 1, 1959. P. 3-14.
— Wyborpism. T. 1-2. Warszawa, 1957-1958.
— Essai de réduire la connaissance psychologique à l extraspection/ / AA. V V., Atti del X11
congresso di Filosofia (Venezia, 12-16 settembre 1958), vol. IV: Logica, gnoseo-
logia, filosofia délia scienza, filosofia del linguaggio, Sansoni, Firenze, i960.
P- 295-299-
— The Concept of Action//Journal of Philosophy, 57, i960. P. 201-209.
388

ЛЬВОВСКО-ВАРШАВСКАЯ ШКОЛА
— Elementy teorji poznania, logiki formalnej I metodologii nauk. Wroclaw, 1961.
— The Basic Postulate of Concretism//Schriften zur Phonetik, Sprachwissenschaft
und Kummunikationforschung, 3, 1961. P. 79-87.
— Leçons sur Vhistoire de la logique. Paris: PUF, 1964.
— Les origines de la praxéologie. Warszawa: PWN, 1965.
— Praxiology. An Introduction to the Science of Efficient Action. Warszawa—Oxford: PWN —
Pergamon Press, 1965 (English transi, of n. 4).
— Garstka wspomnien 0StanislaxvieLesniewskim//Ruch Filozoficzny, t. XXXXIV, nr.
34, 1966.
— Franz Brentano comme reiste//Revue International de Philosophie, 4, 1966. P. 459-
476.
— Gnosiology. The Scientific Approach to the Theory of Knowledge/ / Warszawa—Oxford :
PWN —Pergamon Press, 1966 (Engl, transi, of n. 1).
— Involution de la praxéologie en Pologne//АЛ. VV., Contemporary Philosophy, a cura
di R. Klibanski, vol. II: Philosophy of Science, Firenze, La Nuova Italia, 1968.
P-438-45°-
— Reism: Issues and Prospects//Logique and Analyse, 11, 1968. P. 441-458.
— The Task and Problems o//Yaxiofogy//Prakseologia, 31, 1968-1969. P. 7-25.
— Les formes positives et negatives de la cooperation/ /Revue de Métaphysique et de
Morale^, 1970. P. 316-325.
— Determinism and Fatalism in Face of Activity / / Dialectics and Humanism, 2, 1974.
P. 3-11.
— Sources of General Problems Concerning the Efficiency of Actions/ / Dialectics and
Humanism, 1, 1975. P. 5-15.
— Concepts and Problems in General Methodology and Methodology of the Practical Seien-
c«//Przeeci-W0jcicki, Twenty-five years cit., 1977. P. 279-289.
ЛЕСЬНЕВСКИЙ Станислав (Lesniewski)2 род. г8 марта і886г. в подмосков-
ном Серпухове, в семье инженера путей сообщения Изидора Лесьневско-
го и Хелены Пачевской, был крещен в Санкт-Петербурге в церкви св. Ста-
нислава. В 1896 г. Лесьневский поступил в реальную гимназию в Троиц-
ко-Савском (возле Кяхты и Маймачина), на границе Восточной Сибири
и Монголии, где его отец работал на строительстве Транссибирской ма-
гистрали. С і899г- Станислав Лесьневский учился в гимназии г. Иркутска
и в 1904 г. сдал экстерном экзамены на аттестат зрелости. Продолжил свое
образование Лесьневский главным образом в немецких университетах:
в і904-і9°6гг. он изучал философию в Лейпциге, одновременно прослу-
Более подробно см. гл. 8 «Станислав Лесьневский» в кн.: Кюнг Г. Онтология
и логический анализ языка. М: ДИК, 1998- 24° с- (Философия в XX веке: Швей-
цария).
389

ПРИЛОЖЕНИЕ
шал курсы лекций по неорганической химии, систематической анатомии
человека, социальной экономии и современной истории, психологии, по-
литической экономии. Затем он жил в Гейдельберге и Цюрихе, a c 1909 г.—
в Мюнхене, где он слушал лекции неокантианского позитивиста Ганса Кор-
нелиуса вуниверситете Людвига Максимилиана. В îgioг. Лесьневский пере-
ехал во Львов с тем, чтобы присоединиться к фуппе учеников Твардовского
и завершить свое образование в области математики, проявив интерес к ло-
гическим парадоксам, алгебре логики Шредера, теории отношений и тео-
рии вероятности. В том же году он написал свою первую статью «К анализу
экзистенциальныхутверждений», которую, по совету Твардовского, пере-
работал и опубликовал в журнале «Przegla,d filozoficzny» (1911). Содержа-
ние этой статьи легло в основу докторской диссертации, написанную под
руководством Твардовского и защищенную в ідігг. Важно подчеркнуть,
что в статье (и в диссертации) впервые вводится и исследуется различе-
ние языка/метаязыка — новшество, которое многие исследователи оши-
бочно приписывают ученику Лесьневского—А. Тарскому. Эта первая науч-
ная работа интересна еще и тем, что в ней присутствуют тот особый язык
и стиль, который типичен для всех последующих работ зрелого ученого.
Научный стиль мышления Лесьневского отличает терминологическая ак-
куратность, стремление к ясности изложения, поиск языка, максимально
пригодного для науки. В іді 1-1913 гг. Лесьневский читал лекции по тео-
рии истины в Польском психологическом обществе и в философском круж-
ке академической библиотеки Львовского университета, в т. ч. «Проблема
существования в свете грамматических норм», «Проблемы противоречи-
вых объектов и теория языка», «Проблема сотворения истины», и лекции
из цикла (25 лекций), посвященные принципу исключенного третьего.
В 191 Зг- Лесьневский женился на Зофье Превыш-Квинто и некоторое
время жил в Санкт-Петербурге, но уже осенью того же года он начал читать
лекции в Варшаве. В і9і5~191^гг- Лесьневский жил в Москве и преподавал
математику в польских женских гимназиях. В это время он создает свое уче-
ние «мереологию»—оригинальный ответ на работу «Principia Mathematical
(1910-1913) Рассела и Уайтхеда, с которой он познакомился через книгу
Я. Лукасевича. В 1916 г. Лесьневский был принят в Польское обществоучи-
телей в Москве. В 1918 г. Лесьневский вернулся в Варшаву и представил свои
работы «Общая теория множеств I» (первый вариант мереологии) и «Кри-
тика логического принципа исключенного третьего» для получения права
на преподавание в университетах по специальности логика и методология
науки. Рецензентом этих работ выступил Вацлав Серпиньский. Лесьнев-
ский просил К. Твардовского поддержать его кандидатуру на преподавание
во Львове, но в 1919 г. от имени Мстислава Вартенберга ему было в этом
отказано и предложено защищаться в Варшаве. В 1919"19го гг- Лесьневский
390

ЛЬВОВСКО-ВАРШАВСКАЯ ШКОЛА
стал заведующим кафедрой философии математики, специально открытой
для него в Варшавском университете, где в то время уже работал Лукасевич.
В Варшаве Лесьневский присоединился к Варшавской математической
школе, возглавляемой Зигмунтом Янишевским и Стефаном Мазуркевичем
и исследовавшей проблему оснований математики. В 1922 г. Лесьневский
приступил к систематизации наиболее общей из его теорий — Прототети-
ке—системе, получившей наибольшее признание и распространение лишь
после его смерти. Лесьневский состоял редактором журнала «Fundamenta
Mathematicae»5, в котором в 1929 г., по совету Твардовского, был опубликован
первый фрагмент трактата «Grundlagen der Protothetik» («Основания Про-
тотетики»), до того времени опубликованного только на польском языке.
В 1935 г- Лесьневский работал над диссертацией по многозначной логи-
ке, которая, однако, не была им закончена. В 1936 г. Лесьневский получил
звание полного профессора. С марта по май 1936 г.он много пугешествовал
по Европе: Вена, Дрезден, Берлин, Лейпциг, Мюнхен, Нюрнберг.
Станислав Лесьневский умер от рака печени в Варшаве, і з мая 1939 года.
К сожалению, не все труды Лесьневского были опубликованы, многие зате-
рялись или погибли, поэтому библиография его трудов содержит названия
лекций, которые, по сохранившимся данным, были точно им прочитаны.
— К анализу экзистенциальных утверждений (на польск.) //Przegl^d filozofic-
znyXIV,3. 1912. S. 329.
- Попытка доказательства онтологического принципа противоречия
(на n4xnbCK.)//Przegla,d filozoficzny XV, 2, 1912. S. 203.
— Kritik des logischen Satzes xxmt ausgeschlossenen Dritten (на польск. ) / / Przegl^d
filozoficzny XVI, 2, 3, 1913. S. 315.
— Логическиерассуждения (нарусс). СПб., 1913.
— Подчинен ли себе класс классов, подчиненных себе? (на n4XJibCK.)//Przegla/i
filozoficzny XVII, 1, 1914.
— Podstawy ogolnej teorii mnogosei I. Moskva, 1916.
Доклады:
— Работа no логике в Польше за последние десять лет (памяти польского фи-
лософа Владислава Вериго); Проблема системы теории множеств, свобод-
Журнал (немецкоязычный) «Fundamenta Mathematicae», основанный в 1920
году польскими математиками и логиками В. Серпиньским, С. Мазуркевичем
и 3. Янишевским,—орган Львовско-Варшавской школы, один из первых журна-
лов в мире, посвященных чисто математическим проблемам, проблемам осно-
ваний математики. В і933г- А.Тарский впервые опубликовал свою ставшую
знаменитой теорему о неопределимости понятия «истина» в журнале
«Fundamenta Mathematicae». Издавался в Варшаве, существует и по сей день как изда-
ние Математического института Польской академии наук.
39»

ПРИЛОЖЕНИЕ
ной от противоречий; Проблемы с аксиомами и основными определения-
ми теории множеств. Москва, 1915* Высшие курсы.
— Антиномии формальной наукииязыка. Москва, 1917« Московское математи-
ческое общество.
— Релятиеизм и абсолютизм, Теория позпания или метафизика, На путпи к новой
логике. Москва, 1918, Польский кружок общества друзей науки в Москве,
цикл «Фундаментальные проблемы современной философии».
— Философские основания марксизма. Москва, 1918, Польский демократический
клуб.
— О теореме из области теории отношений. Варшава, 1918.
— Основания Онтологигц О степенях грамматических функций. Варшава, 1921.
Польское психологическое общество.
— Основания теории классоег, Оспования Онталогии; Основания логистпики. Варша-
ва, 23-28 сентября 1927г., Польский конгресс по философии.
— 06 основангіях математпики І-ІѴ (на iKwibCK.)//Przeglad filozoficzny XXX, 1927Î
XXXI, 1928; XXXII, 1929; XXXIII, 1930; XXXIV, 1931.
— Grundzüge eines neuen Systems der Grundlagen der Mathematik/ / Fundamenta Math-
ematicae XIV, 1929. S. 1-81.
— Über Funktionen, deren Felder Gruppen mit Rücksicht auf diese Funktionen sind/ / Fun-
damenta Mathematicae XVI, 1931.
— Über die Grundlagen der Ontologie// Comptes Rendue des Séances de la Société
des Sciences et des Letters de Varsovie XXIV, 1932, Cl. III.
- Über Definitionen in der sogenannten Theorie der Deduktion// Comptes Rendue des
Séances de la Société des Sciences et des Letters de Varsovie XXIV, 1932, Cl. III.
— Grundlagen der Protothetik («Основания Прототетики»). Варшава.
- S. Lesniewskis Lecture Notes in Logic, éd. byJ.T.Srzednicki and Z.Stachniak, Klu-
wer, Dordrecht, 1988.
— Collected Logical Papers. Dordrecht—Warszawa: Kluwer—Polish Scientific
Publishers, 1992.
ЛУКАСЕВИЧ Ян Леопольд (Lukasiewicz) род. 2і декабря 1878 г. во Львове,
где окончил II гимназию. В 1897 г. он поступил на юридический факуль-
тет Львовского университета Яна Казимира, но в і897г- — после встречи
с К. Твардовским на заседании философского кружка академической биб-
лиотеки — перешел на философский факультет. В 1902 году Лукасевич за-
щитил докторскую диссертацию, опубликованную затем под названием
«Об индукции как инверсии дедукции (несколько замечаний по вопросу
о логической структуре индуктивных выводов)». В 1901-1903 гг. Лукасевич
работал частным учителем в поместье Бильче под Тернополем, пережил
там любовную драму и решил не создавать семью. Лишь в 1928 г. в возрас-
те 5о лет он женился на Регине Барвинской.
392

ЛЬВОВСКОВАРШАВСКАЯ ШКОЛА
igo4-i9°5 гг- Лукасевич, получив стипендию автономного правительства
Галиции, провел в Берлине и Лувене, где встречался с немецким психоло-
гом и философом Карлом Штумпфом и профессором Фридрихом Шума-
ном. В 1906 г., представив работу «Анализ и конструкция понятия причины»,
Лукасевич получил право на преподавание в университетах и был принят
приват-доцентом во Львовский университет. В ідо8- 1909 гг. Лукасевич про-
вел в Граце, участвуя в семинарах известного философа Алексиуса Мейнон-
га. Во время Первой мировой войны Лукасевич жил и работал во Львове,
оставаясь там и в период пребывания там русских войск. В 1920 гг. он пере-
ехал в Варшаву и стал профессором философии научно-математического
факультета Варшавского университета, a 1924 гг.—почетным профессо-
ром философии Варшавского университета. Область научных интересов
Лукасевича — логика, методология, история философии, история логики
и философия науки. Исследования Я. Лукасевича положили начало иссле-
дованиям по математической логике в Польше; он стал одним из главных
представителей ЛьвовскоВаршавской школы.
В і941_1944гг- Лукасевич жил в Варшаве и некоторое время препода-
вал в подпольном университете. В июле 1944 г> благодаря помощи ксендза
(и известного польского философа) Яна Саламухи, a также при поддерж-
ке Б. Собецкого и Г. Шольца, Лукасевич перебрался в Мюнстер в Вестфалии,
где жил нелегально вплоть до прихода войск союзников. В і945г* Лукасе-
вич уехал в Брюссель, a в 1946 г. — в Ирландию, где получил кафедру мате-
матической логики в Королевской ирландской академии в Дублине. Он
преподавал также в университетском колледже Дублина, в Королевском
университете Белфаста и в Манчестерском университете. В і955г- Лукасе-
вич стал почетным доктором Колледжа Святой Троицы в Дублине (в кото
ром в свое время работал Джонатан Свифт).
Лукасевич скончался і з ноября 1956 г. в Дублине от сердечного приступа.
- Über den Satz des Widerspruchs bei Aristoteles (на нем.) // Bulletin d. Krakauer Akad.
d. Wiss., Hift.-Philos. Kl. 1909.
- O zasadzie sprzeeznosä u Arystotelesa (O принципе противоречия у Аристотеля),
1910, Warszawa: PWN, 1987. Germ, transi. Über den Satz des Widerspruchs bei
Aristoteles, Olms, 1994.
- Die logischen Grundlagen der Wahrscheinlichkeitsrechnung (нъ нем.). Krakow: Wspol-
ka Wydawnicza Polska, 1913.
— Zweiwertige Logik (на польск.)//Ро1п. Philos. Revue, Bd. 23, 1921.
— Elementy logiki matematycznej. Skrypt autoryzowany. Warszawa, 1929 (Elements of
Mathematical Logic. Oxford: Pergamon Press, 1966).
— Philosophische Bemerkungen zu mehrwertigen Systemen des Aussagenkalkül// Comptes
Rendue des Séances de la Société des Sciences et des Letters de Varsovie,
Classe III, Warszawa, 1930.
393

ПРИЛОЖЕНИЕ
— (Совм. с А. Тарским) Untersuchugen über den Aussagenkalkuliua нем.)//Comptes
Rendue des Séances de la Société des Sciences et des Letters de Varsovie,
Classe III, Warszawa, 1930.
— Bemerkungen über das Nicodische Axiom und Über die «verallgemeinernde Deduktion»
(напольск.) // Gedenkschrift der Poln. Philos. Gesellschaft in Lemberg, 1931.
— Philosophische Bemerkungen zu mehrwertigen Systemen des Aussagenkalkuls ( на нем. ) / /
Ebenda.
— Ein Volktândigkeitsbeweù des zweiwertigen AussagenkaOcûls(на нем.)//Ebenda, XXIV,
1931.
— Über die Wissenschaft. 2. Aufl. Kleine Philos. Bibliothek (на польск.). Lemberg, 1934.
— Zur Geschichte der Aussagenlogik //Erkenntnis, Bd. V, 1935. S. 111-131.
— Zur vollen dreiwertigen Ausfagenlogik. (Ergänzungen zum Neurath O. Einheit der
Wissenschaft als Aufgabe und Reichenbach H.
Wahrscheinlichkeitlogik//Erkenntnis, Bd. V, 1935. S. 176.
— Лекция «Происхождениетрехзначнойлогики». Варшава, 1938.
- Aristotles Syllogistic from the Standpoint of Modern Formal Logic. Oxford: Clarendon
Press, 1951.
— Аристотелевская силлогистика с точки зрения современной формальной логики.
М., 1959-
— Zzagadnien logiki Ifilozofü. Pisma wybrane. Warszawa: PWN, 1961.
— Selected Works. Amsterdam: North-Holland, 1970.
- Logika i metafizyka //Wydzial Filozofü i Socjologii Uniwersytetu Warszawskiego.
Warsawa, 1998 (J.J.Jadacki ed.), включая подробную био-библиографиче-
скую информацию, список писем и расширенную подборку фотографий.
АЙДУКЕВИЧ Казимеж (Ajdukiewicz) род. 12 декабря 1890г. вТернополе. Изучал
философию, математику и физику в университете Яна Казимира во Львове
под руководством, в частности, К. Твардовского (философия), Я. Лукасеви-
ча (логика) и В. Серпиньского (математика). В 1912 г. К.Айдукевич защи-
тил докторскую диссертацию, посвященную кантовской философии про-
странства. В і9*Зг- Айдукевич продолжил образование в Геттингенском
университете, где слушал лекции Д. Гильберта и Э. Гуссерля.
В іді4г- Айдукевич был призван в австрийскую армию и отправ-
лен на итальянский фронт. Только в конце войны ему удалось вступить
в новообразованную польскую армию, из которой он был демобилизован
в 1920 г. в ранге капитана артиллерии. В том же году он представил диссер-
тацию, посвященную методу дедуктивной науки, и получил право на пре-
подавание в университетах. Вскоре Айдукевич женился на младшей доче-
ри К. Твардовского — Марии; y них родились сын и дочь.
До начала Второй мировой войны Айдукевич жил и работал во Львове,
активно участвуя в деятельности Львовско-Варшавской школы и Венского
394

ЛЬВОВСКОВАРШАВСКАЯ ШКОЛА
кружка. Во время войны он вынужден был работать служащим, имея возмож-
ность преподавать лишь нелегально—в подпольной польской школе. После
войны Айдукевич уехал в Полыпу и получил должность заведующего кафед-
рой методологии и теории науки (впоследствии кафедры логики) физико
математического факультета Познаньского университета, a в 1948-1952 гг.
он занимает пост ректора Познаньского университета. В і955г* Айдукевич
переехал в Варшаву. В і955~19^1 гг- он —профессор логики Варшавского
университета и заведующий отделением логики в Институте философии
Польской академии наук. Область научных интересов Айдукевича—фило-
софия науки, философия языка и логика, которую он рассматривает как
полезный инструмент философии.
Казимеж Айдукевич скончался от сердечного приступа 12 апреля
1963 г. вВаршаве.
- Z metodologii nauk dedukcyjnych (Из методологии дедуктивных наук). Lwöw,
1921.
- Glàwne zasady metodologii nauki 1 logiki formalnej (Основные принципы методо-
логии науки и формальная логика). Warszawa, 1928.
— 0 znaczeniu wjrazen. Ksiega pamiatkowa Polskiego Towarzystwa Filozoficznego
we Lwowie. 1931.
— Sprache und Sinn//Erkenntnis, Bd. IV. 1934. S. 100-138.
— Das Weltbild und die Begriffsapparatur//Erkenntnis, Bd. IV. 1934. S. 259-287.
- Die Definition//Report au Congrès International de Philosophie Scientifique,
Paris, 1935.
— Die wissenschaftliche Weltperspektive//Erkenntnis, Bd. V, 1935. S. 22-29.
— Der logistische Antiirrationalismus in Polen//Erkenntnis, Bd. V, 1935. S. 151-161.
— Zagadnienia i kierunki filozofii. Krakow, 1949. (Problems and Theories of Philosophy.
Cambridge Univ. Press, London, 1973.)
— Zarys logiki. Warszawa, i960.
— Jezyk ipoznanie. T. 1-2. Warszawa, 1960-1965.
— Logika pragmatyczna. Warszawa, 1965.
- The Scientific World-Prospective and other Essays (1931-1963), ed. by J.Giedymin,
Reidel, Dordrecht, 1978.
ХВИСТЕК Леон (Chwistek Leon) род. 13 июня 1884г. в Закопане в семье вра-
ча и пианистки. Его детство и юность прошли в Татрах, где он обрел друга
на всю жизнь в лице Станислава Виткевича. Хвистек закончил школу в Кра-
кове, затем изучал математику и философию в Ягеллонском (Краков) уни-
верситете и учился в Академии изящньіх искусств. Защитив докторскую
диссертацию в 1906г., он начал работать в гимназии, где учился сам и про-
должал научные исследования под руководством В. Генриха. Получив сти-
пендию, Хвистек поехал в Париж, где слушал лекции по логике и матема-
395

ПРИЛОЖЕНИЕ
тике, в частности, y Пуанкаре. После этой поездки он написал свою первую
статью, вдохновленную работами Рассела и посвященную принципу непро-
тиворечия. Основываясь на идеях Рассела, Пуанкаре и Гильберта, Хвистек
развивает теорию рациональной семантики, которая, по его мнению, мо
жетуспешно применяться к решению проблем философии, науки, социаль-
ной теории и искусства.
По окончании Первой мировой войны Хвистек — приват-доцент
по математической логике Краковского (Ягеллонского) университета,
a в 1928 г. стал доцентом. В і93ог* он получил кафедру в Львовском уни-
верситете, где работал вплоть до начала Второй мировой войны. Формаль-
но Хвистек не принадлежал к ЛьвовскоВаршавской школе, но разделял
ее философскую программу и стиль мышления, отличаясь от других чле-
нов этой школы особой широтой мышления и увлечений: сам Хвистек
был художником, совершенно неакадемической личностью. Он был сто-
ронником «здравого смысла», выступал против иррационализма и мета-
физики.
Политические симпатии Хвистека были на стороне Советского Союза
и марксизма-ленинизма, поэтому в 1941 г. он эмигрировал в Москву и посвя-
тил себя научным исследованиям и политической деятельности в Союзе
польских патриотов.
Леон Хвистек умер в Москве го августа і944г-
— Wielosc rzeczywistosci (на польск. ). Krakow, 1921.
— Über die Antinomien der Prinzipien der Mathematik/ /Mathem. Zeitschrif. 14, 1922.
— The Theory of Constructive Types. Krakow, 1925.
— Über die Hypothesen der Mengenlehre//Mathem. Zeitschrif. 25, 1926.
— Neue Grundlagen der Mathematik und Logik/ /Mathem. Zeitschrif. 30, 1929.
— Une méthode metamathèmatique d'analyse//Compte Rendue du Premier Congrès
des Mathématiciens des pays slaves. Warszawa, 1929.
— Die nominalistische Grundlegung der Mathematik//Erkenntnis, Bd. Ill, 1933.
s. 367-390.
— (совм. с A. Герцбергом и Хетпером (Hetper) Fondements de la meiamathèmatiques
rationelle//Bulletin de ГАс. Pol. des sciences et des lettres.
— La lutte contre Videalisme// Report au Congrès International de Philosophie
Scientifique, Paris, 1935.
— Logisches zur Relativitätstheorie/ /Report au Congrès International de Philosophie
Scientifique, Paris, 1935.
— La méthode générale des sciences positives. Lesprit de la sémantique. Paris: Hermann,
1946.
— The Limits of Science. Outline of Logic and of the Methodology of the Exact Sciences
(translated by H.C.Brodie and A.P.Coleman) [1935]. London: Routledge and Keg-
an Paul, 1948.
З96

ЛЬВОВСКО-ВЛРШЛВСКЛЯ ШКОЛА
— Pismafilozoficzne і logiczne (Работы no логике и философии). Warszawa: PWN,
1961-1963.
— JadackiJ.J. Léon Chwistek-Bertrand Russell's Scientific Correspondence/ /Dialectics
and Humanism, XIII, 1, 1986. P. 260-261.
ТАРСКИЙ Альфред (Tarski Alfred) род. і4января 1901 r. в Варшаве, Польша.
В 1918-1922 гг. изучал математику и философию в университсте Варшавы.
В 1924 г- защитил докторскую диссертацию «Об исходных понятиях ло-
гистики», написанную под руководством Лесьневского, в 1925 г- получил
право на преподавание в университетах, с 1925 no і934г-~пРиват"Д°Чент
по философии математики на научноматематическом факультете Варшав-
ского университета. По причине еврейского происхождения Тарский не
мог в Полыпе получить должность профессора. Познакомившись с Кар-
лом Менгером, он получает приглашение в Вену и посещает заседания Ма-
тематического коллоквиума и Венского кружка. В і939г- Тарский с лек-
циями посещает многие университеты США; эмигрируст в США накануне
войны. В 1942 г. работал в Гарвардском университете и Институте высших
исследований в Принстоне, с 1942 по 1973г— профессор математики Ка-
лифорнийского университета. Тарский был президентом Международно-
го союза истории и философии науки, президентом Ассоциации симво
лической логики, соредактором журнала «Journal of Symbolic Logic».
Альфред Тарский умер 27 октября 1983 г. в Беркли, Калифорния, США.
— Sur le terme primitif de la logistique (на фpaнц.)//Fundamenta Mathematica IV,
Warszawa, 1923, pp. 196-200.
— Sur les ensembles finis (на франц.)//Fundamente Mathematica VI, Warszawa,
1924, pp. 75-95.
— Sur la décomposition des ensembles de points en parties respectivement congruentes
(нафранц.)//Ршкіатепta Mathematica VI, Warszawa, 1924, pp. 244-277.
— (Совм. c A. Линдельбаумом) Communication sur les recherches de la Théorie des
Ensembles (на франц.)//Comptes Rendus des Séances de la Société des Sciences
et des Lettres de Varsovie XIX. Warschau, 1927. P. 299-330.
— Les fondements de le géométrie des corps (на фpaнц.)//Ksiega Pamiatkowa Pier-
wszego Polskiego Zjazdu Mathematycznego. Krakau, 1929. P. 29-33.
— Über einige fundamentalen Begriffe der Metamathematik (на нем.) //Comptes Rendus
des Séances de la Société des Sciences et des Lettres de Varsovie XXIII, Cl. III,
Warszawa, 1930. P. 22-29.
— (Совм. C Я. Лукасевичем) Untersuchungen über den Aussagenkalkul (на нем.)//
Comptes Rendus des Séances de la Société des Sciences et des Lettres de Varsovie
XXIII, Cl. III, Warszawa, 1930. P. 30-50.
— Sur les ensembles définissables de nombres réels (на фpaнц.)//Fundamenta
Mathematica XVII. Warsau, 1931. P. 210-239.
397

ПРИЛОЖЕНИЕ
— (Совм. с Куратовским) Les opérations logiques et les ensembles projectifs (на
<|>paHu.)//Fundamenta Mathematica XVII, Warszawa, 1931, pp. 240-248.
— Pojecieprawdy wjezykach nauk dedukcyjnych/ / Travaux de la Société des Sciences et
des Lettres de Varsovie VIL Warschau, 1933. P. 116. (на нем.: Der Wahrheitsbegriff
in den Sprachen der deduktiven Disziplinen/ / Akademischen Anzeiger der Akademie
der Wissenschaften. Wien, Nr. 2, 1932; Studia Philosophica I, Lwow, 1935.)
— Einige Betrachtungen über die Begriffe der— Widerspruchsfreiheit und der— Vollflän-
digkeit (на нем.)// Monatshrift für Matemathik und Physik 40. Leipzig, 1933.
pp. 97-112.
— Der Wahtheitsbegriff in den formalisierten S/racA*n//Studia Pholosophica I, 1935.
— Über den Begriff der logischen Folgerung/ /Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Einige methodologische Untersuchungen über die Definierbarkeit der Begriff/ /
Erkenntnis, Bd. V, 1935,80-99.
— Wahrscheinlichkeitlehre und mehrwertige Logik ( Ergänzungen zum Neurath O. Einheit der
Wissenschaft als Aufgabe und Reichenbach H. Wahrscheinlichkeitlogik)
//Erkenntnis, Bd. V, 1935. S. 174-176
— Grundlegung der wissenschaftlichen Semantik/ /Actes du Congrès International de
la Philosophie Scientifique III. Paris, 1936. S. 1-8.
— Einführung in die Mathematische Logik und die Methodologie der Mathematik. Wien,
1937-
— Bemerkungen zum Wahrheitsbegriff//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. (Report on 4th
International Congress for the Unity of Science, Cambridge, England, 1938.)
— On Undecidable Statements in Enlarged Systems of Logic and the Concept of
Truth//Journal of Symbolic Logic 4. 1939.
ЛИНДЕНБАУМ Адольф (Lindenbaum Adolf) род. 12 июня 1904 г. в Bap ma-
Be. Польский логик и математик, член Львовско-Варшавской школы. Из-
вестен доказательством теоремы Линденбаума—Тарского. Убит немцами
в 1941 г. в д. Понари, рядом с г. Вильно.
— (Совм. с А. Тарским) Sur Vindependence des notions primitives dans les systèmes
mathématiques (на франц.)//Апп. de la Soc. Pol. de Math. V, 1926.
— (Совм. c А.Тарским) Communication sur les recherches de la Théorie des Ensembles
(на франц.)//Comptes Rendus des Séances de la Société des Sciences et des
Lettres de Varsovie XIX. Warschau, 1927. P. 299-330.
— Remarques sur une question de la méthode axiomatique (на франц.) // Fundamenta
Mathematica XV, 1930.
— Bemerkungen zu den vorhergehenden «Bemerkungen» des HerrnJ. v.
Neumann//Fundamenta Mathematica XVII, 1931. (Критич. обзор теории Ньюмана).
— Sur la simplicité formelle des notions/ / Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
398

ЛЬВОВСКО-ВАРШАВСКАЯ ШКОЛА
ХОСИАССОН-ЛИНДЕНБАУМ Янина (Hosiasson-Lindenbaum Janina) род.
в i8ggr. Иэучала философию, психологию и математику в Варшавском
университете. В 1929-193° гг- изучала философию в Кембриджском уни-
верситете. В 1926 г. защитила докторскую диссертацию на тему «Die
Berechtigung des Induktionsverfahrens». Преподавательница гимназии (по дан-
ным на 1936 г.).
— Die Definitionen des Induktionsschlusses (на пoльcк.)//Pгzegl^d Filozoficzny
XXXI.
— Why we do prefer probabilities relative to many data ?// Mind XL. S. 157.
— Quelques remarques sur U dependence des ргоЬаЬШіа a posteriori de celles a
Rendus du Premier Congrès des Mathématiciens des pays slaves. Warszawa, 1929.
— Bemerkungen zum Begriff der Wahrscheinlichkeit als Häusigkeitsgrenze ( на пол ьск. ) / /
Przegla^d Filozoficzny, XXXV, 3-4, 1932.
— Über die Berechtigung der hypothetischen Induktion (на польск. ) // Fragmenty Filo-
zoficzne, Warszawa, 1932.
— La théorie des probabilités est-elle une logique généralisée!//Report au Congrès
International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Wahrscheinlichkeit und Schlusss aus Teilprämissen// Erkenntnis, Bd. V, 1935.
S. 44-45.
— Wahrscheinlichkeit (Ergänzungen zum Neurath O. Einheit der Wissenschaft als
Aufgabe und Reichenbach H. Wahrscheinlichkeitlogik//Erkenntnis, Bd. V, 1935.
S.176.
— Bemerkungen über die Zurückfuhrung der physischen auf psychische Begriffe/
/Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. S. 335-341.
— Diskussionsbemerkungen: 1. Zum Vortrag von Hempel C. G./'/ Ibid. S. 364. 2. Zum
eigenen Vortrag// Ibid. S. 365.
ЗАВИРСКИЙ Зигмунд (Zawirski Zygmunt) род. в і88гг. в Березовице, Поль-
ша. Учился во Львовском университете, с 1906 г. под руководством К. Твар-
довского. В ід24г- во Львове сдал экзамены и получил право преподавать
в высших учебных заведениях. С 1929 г. —профессор Познаньского уни-
верситета.
— Die Kausalität und die Funktionalbeziehung (на mwibCK.)//Przegla.d Filozoficzny
R.XV, 1912.
— Die axiomatische Methode und die Naturwissenschaft ( на пол ьск. ) // Kwartalnik
Filozoficzny I—II, 1924.
— Über die ewige Widerkehr der Welten (на польск.) // Kwartalnik Filozoficzny V-VI,
1927.
— Das Verhältnis der Logik und Mathematik im Lichte der modernen Forschung ( на пол ьск. ).
Krakow, 1927.
399

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Zum Indeterminismiis der Quantenphysik (на польск.) Lwow, 1931.
— Evolution de la notion du temps. Erscheint als Veröffentlichung der Polonischen
Akademie der Wissenschaften//Resume «Scientia», 1934.
— Die Beziehung der mehrwertigen Logik zur Wahrscheinlichkeitstheorie. 1934.
— Le rapport de la logique polyvalente au calcul des probabilités//Report au Congrès
International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
КОКОШИНЬСКАЯ Мария (Kokoszynska Marja).
— Zur Semantik der Satzfunktionen (на польск.). Lwow; 1931.
— Zur Lehre von der Supposition der Termini nach Petrus Hispanus ( на польск. ) / / Przegla,d
Filozoficzny XXXVII, 3, 1934.
— Syntax, Semantik und Wssenschaftslogik/ / Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Über den absoluten Wahrheitsbegriff und einige andere sematische Begriffe/
/Erkenntnis, Bd. VI, 1936. S. 143-166.
— Bemerkungen über die Einheitswissenschafl//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938.
s. 325-335-
КОБЫЛЕЦКИЙ C. (Kobylecki S.A.) род. 2 ноября 1884г. Изучал психологию,
математику, физику в университетах Кракова, Лейпцига, Геттингена, Фрай-
бурга; защитил докторскую диссертацию. К 1935 г- работал в должности про-
фессора по экспериментальной психологии Варшавского университета.
Выступления на Конгрессах за единство науки:
— Über die Wahrnehmbarkeit plötzlicher Druckveränderungen.
— Über empiriokritische Methoden.
— Relation as a Fundamental and Primitive Idea of Philosophy and Mathematical Logic.
— Mathematico-logical irrelevancies//Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
400

СТОРОННИКИ ДВИЖЕНИЯ
ЗА НАУЧНУЮ ФИЛОСОФИЮ
АВСТРИЯ (ВЕНА)
ГОМПЕРЦ Генрих (Gomperz Heinrich) род. і8 января 1873 г. в Вене в семье
классика филологии Теодора Гомперца. В 1891 г. начал изучать право в Вен-
ском университете, некоторое время изучал историю церкви под руково-
дством А.Харнака в Берлине, затем вернулся в Венский университет для
изучения классической филологии и философии. В і8д6г. защитил док-
торскую диссертацию «Zur Psychologie der logischen Grundtatsachen», на-
писанную под руководством Эрнста Маха. С і8ді г. вокруг Гомперца орга-
низовался кружок из его школьных и университетских друзей, в котором
он играл роль Сократа («Sokratiker-Kreis»). Представив в Берне работу «Die
Welt als geordnetes Ereignis», Гомперц получает разрешение на преподава-
ние в университетах и с ідоо по 1903 г. работает в этом городе приват-до-
центом. С і905-і92°гг. он —приват-доцент в Вене, с 1924 no 1934 г.—доцент,
затем профессор философии в Венском университете. Периодически по-
сещал заседания Венского кружка с момента его основания, активно об-
щаясь с некоторыми членами кружка в рамках своего собственного Круж-
ка Гомперца, собиравшегося каждую субботу. Кружок Гомперца посещали
В. Крафт, Э. Цильзель, Р. Карнап, Г. Фейгль, Г. Ган, К. Поппер. В 1934 г- Г. Гом-
перц не согласился продемонстрировать свою лояльность режиму Дольфу-
са-Шушнига и был вынужден уйти на пенсию. В і935г- с помощью Ф. Шил-
лера он временно выехал в США, но затем остался жить и работать в Лос-
Анджелесе. В Университсте Южной Калифорнии Гомперцу предоставили
должность приглашенного профессора. После отъезда в США Гомперц вос-
становил контакты с Карнапом и Нейратом и был связан с Движением за
единую науку, участвуя в Конгрессах и публикациях.
Генрих Гомперц умер 27 декабря ід42 г- в г. Лос-Анджелес, США.
— Tertullianea.Wien% 1895«
— Zur Psychologie der logischen Grundtatsachen. Wien — Leipzig, 1987.
— Grundlegung der neusokratischen Philosophie. Wien — Leipzig, 1987.
— Die Lebensauffassung der griechischen Philosophen und Ideal der inneren Freiheit. Jena—
Leipzig, 1904, 1915, 1927.
— Weltanschauungslehre. Bd. I: Methodologie. Jena — Leipzig, 1905.
401

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Weltanschauungslehre. Bd. 2/I: Noologie. Jena — Leipzig, 1908.
— Sophistik und Rhetorik. Leipzig, 1912.
— Philosophie des Krieges in Umrissen. Gotha, 1915.
— Die Idee der überstaatlichen Rechtsordnung, nach ihren philosophischen Voraussetzungen
kritisch untersucht. Wien —Prag—Leipzig, 1920.
— Über Sinn und Sinngebilde, Verstehen und Erklären. Tübingen, 1929.
— Die Wissenschaft und die Tat. Wien, 1934.
— Interpretation, a Concept used in the Historical Sciences//Erkenntnis, Bd. VII,
1937-1938. (Report on 4th International Congress for the Unity of Science,
Cambridge, England, 1938).
— Interpretation: Logical Analysis of a Method of Historical Research (в Библиотеке Еди-
ной науки. Серия монографий, 8-9). Den Haag, 1939*
— Freedom and the Self Determination of Groups/ /Journal of Social Philosophy and
Jurisprudence 7, 1941. P. 37-43.
ВИТГЕНШТЕЙН Людвиг Йозеф Иоганн (Wittgenstein Ludwig) род. гб апреля
1889 г. в Вене. В 1903 г. окончил Реальную школу в г. Линце. В 1906-1908 гг.
изучал инженерное дело в Высшей технической школе в Шарлоттенбурге,
под Берлином. В 1908 г. учился в аспирантуре в Манчестерском универси-
тете, где знакомится с «Principia Mathematical Б.Рассела и «Grundgesezt»
(«Основные законы арифметики») Г.Фреге. В 1912 г. Витгенштейн посту-
пил в Тринити Колледж Кембриджа, где он познакомился и подружился
с Б. Расселом, Кейнсом и Дж. Муром. і9іЗ~1914гг- Витгенштейн провел
в Норвегии, затем с 1914 по і918гг. участвовал добровольцем в военных
действиях Первой мировой войны в Кракове, Галиции, Буковине, Ита-
лии, был ранен и попал в плен к итальянцам. В 1918 г. закончил написание
«Логико-философского трактата», a в іді9г- послал его Расселу и Фреге.
В іді9г- посещал занятия в Институте повышения квалификации учителей
в Вене. С 1920 no 1922 г. работал учителем начальной школы в Траттенбахе,
с 1922 no 1924г. —в Пухберге и Оттертале (Нижняя Австрия). С 1924 г. на-
чалась переписка Витгенштейна с членами Венского кружка, a c 1927 г.—
и личные контакты, в основном со Шликом и Вайсманом. С 1926 г. Витген-
штейн работал садовником в конвенте, расположенном недалеко от Вены,
и вплоть до 1928 г. строил дом для своей сестры. В 1929 г- °н вернулся в Кем-
бридж, Англия, и получил докторскую степень за «Логико-философский
трактат». С 1930 no і939г- Витгенштейн —научный сотрудник Тринити Кол-
леджа, Кембридж, a в і939г- он избран на должность профессора филосо-
фии. Все эти годы он регулярно посещал Вену, в і934г- побывал в Ирлан-
дии, в 1935 г.—в России, в 1937 г.—в Норвегии. В 1941 г. работал ассистентом
в лаборатории в Лондонском госпитале, в і943г— в госпитале Ньюкастла.
В і944г* Витгенштейн возобновил свою работу в Кембридже, сменив Дж.
402

АВСТРИЯ
Мура на посту председателя Клуба моральных наук. В і947г- он прочитал
свою последнюю лекцию в Кембридже.
Людвиг Витгенштейн умер от рака гд апреля 195 *г. в Кембридже, Вели-
кобритания1.
— Logische-philosophische Abhandlung (предисловие Б. Рассела)//Аппа1еп der
Naturphilosophie 14, і921- S. 185-262.
— Tractatus logicaphilosophicus. Параллельное нем.-англ. изд., предисловие Б. Рас-
села, перевод с нем. яз. Огдена. London, 1922 (2. Aufl. ідзз)-
— Wörterbuch fiier Volksschulen. Wien, 1926.
— Some Remarks on Logical Form//Proceedings of the Aristotelian Society, Suppl.-
Band 9, 1929. P. 162-171.
— Letter to the Editor//Mind 42. P. 415-416.
— Логико-философский трактат. Пер. И. Добронравов и Д. Лахути. М., 195&-
— Философскиеработы, Ч. I и II. Пер. М.С.Коэловой и Ю.А.Асеева. М.: Гно-
зис, 1994-1995-
РЕЙДЕМАЙСТЕР Курт (Reidemeister Kurt) род. 13 октября 1893г. в Браун-
швейге. С 1911 г. изучал математику и философию в Университете Фрай-
бурга. С 1914 по і91^г. находился на военной службе. Затем продолжил
учебу в Мюнхене, Марбурге и Геттингене. В 1920 г. Рейдемайстер сдал го-
сударственный экзамен и получил право преподаватъ математику, физику
и философию в университетах. В 1921 г. в Гамбурге он защитил докторскую
диссертацию «On the Relative-Class Number of Certain Relative-Square
Number Bodies». B 1922 r. no инициативе Г. Гана Рейдемайстер получил пригла-
шение на должность адьюнкт-профессора по геометрии в Венский универ-
ситет. В Вене вместе с Ганом и Шликом он изучал работы Рассела, участ-
вовал в создании Венского кружка. Именно после доклада Рейдемайстера
на семинаре Шлика в 1924-1925 гг* внимание Г. Гана, a затем и членов Вен-
ского кружка, было привлечено к «Логико-философскому трактату» ( 1921 )
Л.Витгенштейна и его значению для современной философии и логики.
В 1925 г. Рейдемайстер становится профессором Кенигсбергского универ-
ситета, уволен в і933г- Заявив протест, Рейдемайстер в том же году был
восстановлен в должности профессора в университете Марбурга, где рабо-
тал до 1954 г. В 1948-195° гг. он работает в Принстоне; в і955~19^1 гг- ^е^'
Более подробную информацию о творчестве и библиографии см.: Козлова М. С.
Предисловие «Философские искания Л. Ъитгениітсинъ»// Витгенштеин Л.
Философские работы. Т. і. М.: Гнозис, 1994* Вступительная статья. Проблемы
оснований математики (к публикации «Заметок...» Л. Витгенштейна) // Витген
штейнЛ. Философские работы. Т. 2. Кн. і. М.: Гнозис, 1995- ГрязповА. Ф. Анали-
тическая философия. М.: Высшая школа, гооб. — Прим. ред.
4<>3

ПРИЛОЖЕНИЕ
демайстер—профессор Геттингена; с 1955 г.—член Академии наук Гёттин-
гена; с 1965 г. — член-корреспондент Австрийской Академии наук; соредак-
тор журналов «Mathematische Annalen» и «Studium Generale».
Курт Рейдемайстер умер в і972 г-
— Über affine Geometrie xxxi. Beständig elliptisch oder hyperbolisch gekrümmte Eilinien/ /
Math. Zeitschrift 10, 1921. S. 318-320.
— Knoten und Gruppen//Abh. Math. Sem. Hamburg 5. 1926. S. 7-23.
— Vorlesungen über Grundlagen der Geometrie. Berlin 1930 (= Grundlehren der
mathematischen Wissenschaften, 32).
— Einführung in die kombinatorische Topologie. Braunschweig, 1932.
— Topologie der Polyeder und kombinatorische Topologie der Komplexe. Leipzig, 1938.
— Die Arithmetik der Griechen (= Hamburger mathematische Einzelschriften, 26).
Leipzig —Berlin, 1939.
— Mathematik und Logik bei Plato (= Hamburger mathematische Einzelschriften,
35). Leipzig-Berlin, 1942.
— Das System des Aristoteles (= Hamburger mathematische Einzelschriften, 37).
Leipzig—Berlin, 1943.
— Figuren. Frankfurt am Main, 1946.
— Über Freiheit und Wahrheit. Berlin, 1947.
— Von dem Schönen. Essays, Gedichte. Hamburg, 1947.
— Das exakte Denken der Griechen. Beiträge zur Deutung von Euklid, Plato und Aristoteles.
Hamburg, 1949.
— Geist und Wirklichkeit. Kritische Essays. Berlin — Göttingen — Heidelberg, 1953.
— Die Unsachlichkeit der Existenzphilosophie. Berlin — Göttingen — Heidelberg, 1954.
— Raum und Zahl Berlin — Göttingen — Heidelberg, 1957.
— Über Heegaarddiagramme// Abh. Math. Sem. Hamburg 25, 1962. S. 140-145.
— (ред. и автор предисловия), Hilbert-Gedenkband. Berlin —Heidelberg —New
York, 1971.
БЮЛЕР Карл (Buhler Karl) род. 27 мая 1879г. в г. Меккесхайм, Баден, Германия.
Обучался в университетах Фрайбурга, Страсбурга, Берлина, Бонна, Вюрц-
бурга. В і9°3 г- стал доктором медицины во Фрайбургском университете.
В 1904 г. — доктором философии в Страсбургском университете. В 1906 г. ра-
ботает ассистентом в Берлинском университете. В 1906-1915 гг.—ассистент
в университете Вюрцбурга. В 1909 г. в Боннском университете Бюлер получа-
ет право на преподавание в университетах и становится адьюнкт-профессо-
ром. В 1912-1915 гг-~доцент в Мюнхенском университете. В і9і4~191^гг-—
служба в войсках в качестве врача. В 1918-1922 гг.—профессор философии
и педагогики в Техническом университете Дрездена; в 1922-1938 гг.—про-
фессор психологии Венского университета, директор Института психоло-
гии. В 1938 г. задержан нацистами и некоторое время содержался под стра-
404

АВСТРИЯ
жей. В і939г—эмигРиРовал вНорвегию, в 194° г-~ вСША. В і94°~1945гг-—
профессор колледжа в Миннесоте, в і945"~1955гг~пР°ФессоР психиатрии
в Университете Южной Калифорнии, Лос-Анджелес.
Карл Бюлер умер 24 октября 1963 г. в Лос-Анджелесе, Калифорния,
США.
— Beiträge zur Lehre von der Umstimmung des Sehorgans. Freiburg i. B., 1903.
— Der Einfluss niederer Temperaturen auf die Funktion der Froschnerven. Strassburg,
1904.
— Studien über Henry Home. Phil. Diss. Bonn, Bach, 1905.
— Zur Kritik der Denkenexperimente//Zeitschrift für Psychology 51. 1909.
S. 108-118.
— Die Gestaltwahrnehmungen. Experimentelle Untersuchugen zur psychobgischen und
ästhetischen Analyse der Raum- und Zeitanschauung. Stuttgart, 1913.
— Die geistige Entwicklung des Kindes. Jena, 1918.
— Abriß der geistigen Entwicklung des Kindes. Leipzig, 1919.
— Les lois générales d'évolution dans le language de Vénfant/УJournal de psychologie
23. 1923. P. 282-294.
— Die Krise der Psychologie. Jena, 1927.
— Ausdruckspsychologie. Jena, 1934.
— Sprachtheorie (Die Darstellungsfunktion der Sprache)//Erkenntnis, Bd. VI, 1936.
S. 65-69.
— Die Zukunft der Psychologie und die Schule. Wien, 1936.
— Das Gestaltprinzip im Leben der Menschen und Tiere. Bern —Stuttgart, i960 (=
Enzyklopädie der Psychologie in Einzeldarstellungen, Ed. by R. Heiss, 5).
БРЮНСВИК Эгон (BninswikEgon) род. івмарта 1903г. вБудапеште, Венгрия.
Обучался в Техническом университете г. Вены, затем в Венском университе-
те. В 1926 г. сдал квалификационные экзамены на право преподавать мате-
матику и физику в средней школе. В 1927 г- защитил в Венском университе-
те докторскую диссертацию «Structural Monism and Physics» (опубликована
в 1929 г.). B 1927-193l гг— ассистент К. Бюлера в Институте психологии Вен-
ского университета. Э. Брюнсвик преподавал в Институте повышения ква-
лификации учителей в Вене и в венских центрах образования для взрослых.
Сотрудничал с Венским кружком. В і931_1932 гг. —приглашенный профес-
сор в г. Анкара (Турция), где он помогает в создании Института психологии.
С 1934 г- Брюнсвик—приват-доцент по психологии в Венском университете.
В 1936 г., получив стипендию Рокфеллера, он уехал в Калифорнийский уни-
верситет, Беркли, и в том же году эмигрировал в США. Брюнсвик женился
на психологе и психоаналитике из Вены Эльзе Френкель. В і937~1955гг-—
сотрудник психологического факультета в Беркли, Калифорния: 1937 г-—ас'
систент профессора, і939г- — доцент, 1947 г-—профессор. В і943г*Брюнсвик
4<>5

ПРИЛОЖЕНИЕ
получил американское гражданство. Он активно участвовал в Движении за
единство науки и писал для в книжной серии «Единая наука» и «Энцикло
педия единой науки», a также журнала «Erkenntnis».
7 июля і955г- Эгон Брюнсвик покончил с собой в Беркли, Калифор-
ния, США.
— Zur Entwicklung der Albedawahrnehmung//7jckschri&t für Psychologie 109, 1928.
S.40-115.
— Wahrnehmung und Gegenstandswelt. Grundlegung einer Psychologie vom Gegenstand
her. Leipzig—Wien, 1934.
— Psychologie vom Gegenstand//her. 8. Inter. Philosophenkongress in Prag 1934-
— Experimentelle Psychologie in Demonstrationen. Berlin —Wien: Verlag J.Springer,
1935-
— (совм. c Э.Тулменом) The Organism and the Causal Texture of the Environment/
/Psychological Review 42, 1935.
— Psychologe als objektive Beziehungswissenschaft//Report au Congrès International
de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Wahrehmung und Gegenstandswelt. Grundlegung einer Psychologie vom Gegenstand
her// Erkenntnis, Bd. VI, 1936. S. 268-271.
— Concept Formation and Terminology in Psychology// Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938.
(Report on 4th International Congress for the Unity of Science, Cambridge,
England, 1938.
— The Conceptual Focus of Some Psychological Systems// Erkenntnis —Journal of
Unified Science («Журнал Единой науки»), Bd. VIII, 1939-1940. S. 36-49.
— Systematic and Representative Design of Psychobgical Experiments. Berkeley, 1947.
— The Conceptual Framework of Psychology, Chicago 1952. Опубликовано в: Ней-
рат О., Карнап P., Моррис Ч. (ред.), Foundations of the Unity of Science.
Chicago and London 1952).
— Perception and the Representative Design of Psychological Experiments. Berkeley,
1956.
ФРЕНКЕЛЬ-БРЮНСВИК Эльза (Frenkel-Brunswik Else) род. і8 августа 1908г.
в г. Лемберге (ныне Львов, Украина). В 1914 г-ее семья переехала в г. Вослау,
рядом с Веной, аві9і9г—в Вену. В 1926 г. Эльза начала изучать математи-
ку и физику в Венском университете, a через год—перевелась на факультет
психологии. В і93ог- она зищитила докторскую диссертацию и начала ра-
ботать ассистентом y Шарлоты Бюлер на кафедре биографических иссле-
дований в Венском институте психологии. Э. Френкель посещала заседания
Венского кружка и семинары Карла Бюлера и Морица Шлика. В ідз^ г-она
эмигрировала в США, Нью-Йорк; в июне того же года Э. Френкель вышла
замуж за Эгона Брюнсвика. В і943_195огг- Эльза Френкель-Брюнсвик ра-
ботала научным сотрудником в Институте благосостояния детей в Кали-
4о6

АВСТРИЯ
форнийском университете, Беркли, сотрудничала с Группой исследова-
ния общественного мнения (г. Беркли) и с книжной серией («Исследо-
вания предрассудков»), издаваемой Максом Хоркхаймером и Сэмюэлем
Флауэрменом.
В первой половине 1950-х гг. Э. Френкель-Брюнсвик работала, в основ-
ном, над проблемой научных и теоретических оснований психоанализа.
В і954_1955 гг-она была назначена сотрудником нового Центра фундамен-
тальных исследований поведенческих наук в Стэнфорде.
Эльза Френкель-Брюнсвик умерла $і марта 1958г. в Беркли, Калифор-
ния, США.
— Atomismus und Mechanismus in der Assoziationspsychologie/ / Zeitschrift für
Psychologie 123. 1931. S. 193-258.
— Studies in Biographical Psychology//Character and Personality 5. 1936. P. 1-34.
— Mechanism of Self-deception//Journal of Social Psychology 10. 1939. P. 409-420.
— Motivation and Behavior// Genetic Psychology Monograph 26. 1942. P. 121-265.
— A Study of Prejudice in Children/ /Human Relations I. 1948. P. 295-306.
— Patterns of Social and Cognitive Outlook in Children and Parents/ / American Journal
of Orthopsychiatry 21. 1951. P. 543-558.
— Interaction of Psychological and Sociological Factors in Political Behavior/ / American
Political Science Review 46. 1952. P. 44-65.
— Social Psychology// Progress in Clinical Psychology, Bd. I /2, ed. by Daniel Brow-
er and Lawrence E. Abt, New York 1952. P. 508-518.
— Psychoanalysis and the Unity of Science / / Proceedings of the American Academy of
Arts and Sciences 80. 1954. P. 273-347.
— Social Research and the Problem of Values: a Reply//Journal of Abnormal and
Social Psychology 49. 1954. P. 466-471.
— Perspectives in Psychoanalytic Theory//Henry P. David and Helmut von Bracken
(ed.), Perspectives in Personality Theory, New York, 1957. P. 159-182.
КЕЛЬЗЕН Ганс (Keisen Hans) род. 11 октября і88і г. в Праге. Образование по-
лучил в университетах Гейдельберга, Берлина и Вены. В 1906 г. стал док-
тором юриспруденции в Венском университете, в ісюг.-лектором пра-
ва в Венской Академии экспорта. В іді і г. получил право на преподавание
в университетах; с 19 * 7 г- Кельзен—доцент конституционного и админист-
ративного права в Венском университете. В 1920 г. Кельзен стал автором
Австрийской федеральной конституции.
В 1929-19ЗЗ гг- он —профессор конституционного права и философии
права в Кельне; уволен после прихода фашистов к власти. Кельзен эмигри-
ровал в Швейцарию. В і933-193бгг. он—профессор международного права
в Женеве; в 1936-193** гг.—профессор международного права в Институте
передовых международных исследований Женевского университета и про-
407

ПРИЛОЖЕНИЕ
фессор Немецкого университета в Праге. В і94ог- Кельзен эмигрировал
вСША.В 1941 г.—приглашенныйпрофессорвМассачусетсе;в і941_1942ГГ~
научный сотрудник Гарвардской школы права; в 1942 г. — профессор факуль-
тета политологии в Беркли; в і945г-~ профессор международного права
и юриспруденции в Беркли, a c 1952 г. —почетный профессор. Г. Кельзен
до сих nop авторитетный и часто цитируемый автор по вопросам консти-
туционного права и философии права2.
Ганс Кельзен умер 19 апреля і973г- в Беркли, Калифорния.
— Die Staatslehre des Date AUghiere/ /Wiener staatswissenschaftliche Studien. Leipzig-
Wien, 1905.
— Kommentar zur österreichischen Reichsratswahlordnung (Gesetz \om 26. Janner 1907,
RGBl. Nr. 17). Wien, 1907.
— Hauptprobleme der Staatsrechtslehre entwickelt aus der Lehre vom Rechtssatze. Tübingen,
1910.
— Über Grenzen zwischen Juristischer und soziologischer Methode (Vortrag in der
Soziologischen Gesellschaft zu Wien). Tubingen, 1911.
— Zur Soziologie des Rechtes. Kritische Betrachtungen// Archiv für Sozialwissenschaft
und Sozialpolitik. 1912. S. 601-614.
— Rechtsstaat und Staatsrecht//Österreichische Rundschau. 1913. S. 88-94.
— Ein Grundlegung der Rechtssoziobgie//Archiv für Sozialwissenschaft und
Sozialpolitik 39. 1915. S. 839-876.
— Die Verfassungsgesetze der Republik Deutschösterreich. Mit einer historischen Übersucht
und kritischen Erläuterungen herausgegeben. Wien — Leipzig, 1919.
— Das Problem der Souveränität und die Theorie des Völkerrechts. Beitrag zu einer reinen
Rechtslehre. Tübingen, 1920.
— Sozialusmus und Staat. Eine Untersuchung der politischen Theorie des Marxismus.
Leipzig, 1920.
— Die Verfassungsgesetze der Republik Österreich. Mit einer historischen Übersicht und
kritischen Erläuterungen herausgegeben. Bundesverfassung (Textausgabe). Wien —
Leipzig, 1920.
— Vom Wesen und Wert der Demokratie. Tübingen, 1920.
— Rechtswissenschaft und Recht. Erledigung eines Versuches zur Überwindung der
«Rechtsdogmatik». Wien — Leipzig, 1922.
— Der soziologische und der juristische Staatsbegriff. Kritische Untersuchung des Verhältnisses
zwischen Staat und Recht. Tubingen, 1922.
— Österreichisches Staatrecht. Ein Grundriß, entwicklungsgeschichtlich dargestellt.
Tübingen, 1923.
— Marx oder Lassalle. Wandlungen in der politischen Theorie des Marxismus. Leipzig,
1924-
2 ВаладесД. Контроль над властью. M.: Идся-Пресс, 20о6. 248 c.

АВСТРИЯ
— Allgemeine Staatlehre. Enzyklopädie der Rechts- und Staatswissenschaften. Berlin,
!9*5-
— Das Problem des Parlamentarismus. Soziologie und Sozialphilosophie (= Schriften der
Soziologischen Gesellshcaft in Wien, 3). Wien — Leipzig, 1925.
— Der Staat als Übermensche. Eine Erwiderung. Wien, 1926.
— Die staatsrechtliche Durchführung des Anschlusses Östereichs an das Deutsche Reich.
Wien, 1927.
— Rechtsgeschichte gegen Rechtsphilosophie? Eine Erwiderung. Wien, 1928.
— Justiz und Verwaltung. Wien, 1929.
— Der Staat als Integration. Eine prinzipielle Auseinandersetzung. Wien, 1930.
— Staatsform und Weltanschauung. Tübingen, 1933.
— Reine Rechtslehre. Einleitung in die rechtswissenschaftliche Problematik. Leipzig—Wien,
1934-
— The Party-Dictatorship//Politica 2. 1936. P. 19-32.
— The Soul and the Law//The Review of Religion I. 1937. P. 37-360.
— Zur Lehre vom Primat des Völkerrechts// Internationale Zeitschi ft für Theorie des
Rechts 12. 1938. S. 211-216.
— Zur Reform des Völkerbundes. Prag, 1938.
— Die Entstehung des Kausalgesetzes aus dem Vergeltungsprinzip//Erkenntnis — The
Journal of Unified Science («Журнал Единой науки»), Bd. VIII, 1939*194°-
S. 69-130.
— Causality and Retribution//Ibid., P. 233-240.
— Legal Technique in International Law. A textual critique of the League Covenant.
Geneva Research Centre. Geneva Studies, 1939.
— Vergeltung und Kausalität. Den Haag: Van Stockum 8c Zoon, 1941.
ПОППЕР Карл Раймунд (Popper Karl Raimund) род. г8 июля 1902 г. в Вене.
В 1918 г. окончил Реальную гимназию. Еще не закончив обучение в сред-
ней школе, Поппер поступил в качестве студента с испытательным сроком
в Венский университет, a в 1922 г. экстерном получил аттестат об окончании
средней школы. В университете Поппер под руководством Альфреда Адлера
обучается также по специальности «социальный работник для детей с огра-
ниченными возможностями» и участвует в Венском движении за школьную
реформу. Он становится членом Немецкого молодежного движения (Jung-
Wandervogel) и социалистического движения «Друзья детей»
(Kinderfreunde). С 1925 по 1927г- посещает Венский Институт обучения учителей для
публичных школ. С 1929 г. Поппер работает учителем математики и физи-
ки в средней школе. Параллельно с работой и активной общественной дея-
тельности он не прекращает свое обучение в Венском университете, посе-
щая курсы по философии, психологии, математике и физике, в частности,
Г. Гана, К. Бюлера, М. Шлика. В 1928 г. защищает докторскую диссертацию
409

ПРИЛОЖЕНИЕ
«Zur Methodenfrage der Denkpsychologie», написанную под рукодством К. Бю-
лера. С конца 1920-х гг. К. Поппер при посредстве Г. Гомперца, в чей кружок
он входил, регулярно и интенсивно общался с членами Венского кружка, но
не участвовал в самих заседаниях Шликовского кружка. Главный труд Поп-
пера— «Logik der Forschung. Zur Erkenntnistheorie der modernen
Naturwissenschaft» был опубликован в 1934 г. в книжной серии «Schriften zur
Wissenschaftlichen Weltauffassung» («Очерки о научном миропонимании»), изда-
ваемой Ф.Франком и М.Шликом. В і937г- Поппер эмигрировал в Новую
Зеландию и до 1945 г- преподавал в Кентерберийском университете г. Край-
стчерч. В эти годы он написал и издал две главные работы, посвященные со-
циальной философии— «Нищета историцизма» и «Открытое общество и его
враги». По окончании Второй мировой войны и с 1946 г. Поппер препода-
вал в Лондонской школе экономики и политических наук; в 1949 г-он избран
на должность профессора логики и научной методологии. В і97ог- вышел
на пенсию. Карл Поппер был членом Лондонского Королевского Общества
и Британской Академии, постоянно приглашался с лекциями в различные
университеты по всему миру, в особенности часто в США. В 1965 г. Поппер
был посвящен английской королевой в рыцари.
В 1986 г. неудачей заканчивается попытка К. Поппера вернуться в Авст-
рию, но no случаю своего 90-летия в 1992 г. он получает среди прочих наград
Золотую почетную медаль города Вены.
Почетный профессор, сэр Карл Поппер умер 17 сентября ід94г- в Лон-
доне, Великобритания.
— Über die Stellung des Lehrers zw Schule und Schüler. Gesellschaftliche oder
individualistische Erziehung?//Schulereform 4. 1925. S. 204-208.
— Pädagogische Zeitschriftenschau/ /Die Quelle 3, 1932. S. 301 ff.; 7. S. 580 ff; 8. S. 646
ff; 9. S. 712 f.; 10. S. 778-781; 11. S. 846-849; i2.S.93of.
— Empirische Methode//Report au Congrès International de Philosophie
Scientifique, Paris, 1935.
— Isaac Newton. A Notable Biography//The Press, 1938. P. 20.
— The Poverty of Historicism, ///Economica 11/42, 1944. P. 86-103.
— The Poverty of Historicism, IIA Criticism ofHistoricist Methods//Economica 11 /43,
1944. P. 119-137.
— The Poverty of Historicismt III//Economica 12/46, 1945. P. 69-89.
— The Open Society and Its Enemies, Bd. I. London, 1945.
— The Open Society and Its Enemies, Bd. II. London, 1945.
— What can Logic do for Philosophy ?/ /Aristotelian Society, Supp. 22: Logical
Positivism and Ethics, 1948. P. 141-154.
— Language and the Body-Mind Problem//Proceedings of the Xlth International
Congress of Philosophy, Bd. 7: Philosophical Psychology. Amsterdam, 1953.
P. 101-107.
410

АВСТРИЯ
— Self-Reference and Meaning in Ordinary Language//Mind 63/250, 1954.
P. 162-169.
— Reply to Professor Carnap//The British Journal for the Philosophy of Science
7/27, 1956. P.244ff.
— A Third Note on Degree of Confirmation//The British Journal for the Philosophy
of Science 8/32, 1958. P. 294-302.
— Selbstbefreiung durch das Wissen//Leonhard Reinisch (Ed.), Der Sinn der
Geschichte. München, 1961. S. 100-116.
— Philosophy and Physics//Atti del XII Congresso Internazionale di Filosofia, Bd.
2. Florenz, 1961. P. 367-374.
— Conjectures and Refutations. London, 1963.
— Creative and Non-Creative Definitions in the Calculus of Probability / / Synthese 15/2,
1963. P. 167-186.
— Of Clouds and Clocks. St. Louis, Missouri, 1966.
— Quantum Mechanics without «The Observer»//M. Bunge et al. (Ed.), Quantum
Theory and Reality (= Studies in the Foundations, Methodology, and
Philosophy of Science, 2). Berlin —Heidelberg—New York, 1967. P. 7-44.
— On Rules of Detachment and so-called Inductive Logic// Imre Lakatos (Ed. ),
Proceedings of the International Colloquium in the Philosophy of Science, Bd. 2: The
Problem of Inductive Logic. Amsterdam, 1968. P. 130-139.
— On the Theory of the Objective Mind/ / Akten des XIV. Internationalen Kongresses
für Philosophie, Bd. I.Wien, 1968. P. 25-53.
— The Moral Responsibility ofthe Scientist/ /Encounter 32/3. 1969. P. 52-54, 56-57.
— Eine objektive Theorie des historischen Verstehens//Schweizer Monatshefte, 50/3.1970.
S. 207-215.
— On the Phibsophy of Bertrand Russell: Karl Popper, Peter Strawson and Geoffrey Warnock
Take Part in a Discussion Chaired by Bryan Magee//The Listener 83/2146, 1970.
P. 633-636; 2147, 1970. P. 685-686.
— Revolution oder Reform?/ /F. Stark (Ed.), Revolution oder Reform? Herbert Mar-
cuse und Karl Popper —eine Konfrontation. München, 1971. P. 3, 9 f., 22-29,
34-39.41-
— Objective Knowledge: An Evolutionary Approach. Oxford, 1972.
— Philosophy and Physics. Oxford, 1974.
— How I See Philosophy/ /C.T.Bontempo and S.J.Odell (Ed.), The Owl of
Minerva. Philosophers on Philosophy. New York, 1975. P. 41-55.
— The Rationality of Scientific Revolutions//Rom Harré (Ed.), Problems of
Scientific Revolution. Progress and Obstacles to Progress in the Sciences. The Herbert
Spencer Lectures 1973. Oxford, 1975. P. 72-101.
— Unended Quest: An Intellectual Autobiography. London, 1976.
— Über Wahrheit und Sicherheit. Eine Richtigstellung//Rechtstheorie 7/1, 1976.
S. 65-66.
411

ПРИЛОЖЕНИЕ
— The Death of Theories and of Ideologies/У La Reflexion sur la mort: 2éme
Symposium Internationale de Philosophic Athen, 1977. P. 296-328.
— (Совместно c Дж. Экклзом) The Seifand Its Brain: An Argument for Interactionism.
Berlin — Heidelberg — London — New York, 1977.
— Die beiden Grundprobleme der Erkenntnistheorie. Tubingen, 1979.
— Auf der Suche nach einer besseren Welt. Vorträge und Aufsätze aus dreissig Jahren.
München —Zürich: Piper, 1987.
— Alles Leben ist Problemlosen. Über Erkenntnis, Geschichte und Politik. München—Zürich:
Piper, 1994.
— Логика научного исследования. М.: Республика, 2005.
— Открытое общество и его враги. Киев, 2005.
ХОЛЛИТЧЕР Вальтер (Hollitscher Walter) род. іб мая 191і г. В ід34г- стал док-
тором наук в области философии и зоологии.
— Über Gründe und Urfachen des Streites um das Kausalprinzip in der gegenwärtigen Physik
(диссертация), 1934.
— Logische Bemerkungen zur Aufgabe der Geschichte der Philosophie// Report au
Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Tu ArneNess//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. S. 363.
— Über die Begriffe der psychischen Gesundheit und Erkrankung/ / Erken ntnis —Journal
of Unified Science, Bd. VIII, 1939-1940. S. 314-351.
ШРЕКЕР Пауль (Schrecker Paul) род. 31 октября 1889г. в Вене. Изучал филосо-
фию, право и естествознание в университетах Вены, Парижа и Берлина;
защитил докторскую диссертацию в Венском университете. До 1933Г- Ра~
ботал ассистентом в Берлинской академии наук и соредактором собрания
сочинений Лейбница, издаваемой этой академией. Одновременно Шрекер
занимал должность редактора журнала «Deutsche Literaturzeitung für
Kritik der internationalen Wissenschaft», представляющего собой критический
обзор развития науки во всем мире, издаваемый Академиями наук Берли-
на, Гёттингена, Гельдельберга, Лейпцига, Мюнхена, Вены. К 1936 г. зани-
мал должность старшего научного сотрудника Института истории наук Па-
рижского университета.
Среди публикаций П.Шрекера — многочисленные статьи по истории
философии в разнообразных журналах. В Институте истории науки Сорбон-
ны он читал лекции по истории математической логики начиная с XVII в.
— Henri Poincaré//Monatshefte für Pädagogik, 1912.
— Henri Bergsons. Philosophie der Persönlichkeit. München, 1912.
- Die individualpsychologische Bedeutung der ersten Kindheitserinnerungen// Zeitschrift
für Pathopsychologie, 1914.
— Wirtschaftlicher Machiavellismus//Archiv für Sozialwissenschaft, 1927.
412

ГЕРМАНИЯ
— G. W. Leibniz. Samtliche Schriften und Briefe, hrsg. v. d. Preuss. Aicademie der
Wissenschaften. Reihe I, Bd. 3-5. Allg. Briefwechfel 1680-1990.
— G. W. Leibniz. Lettres et Fragments ined. Sur les problèmes philosophiques, théofogiques,
politiques de la réconciliation des doctrines protestantes, publ. avec une introd. hist.,
et des notes. Paris, Alcan, 1934.
— Leibniz et le principe du tiers exclu// Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
ГЕРМАНИЯ
ШОЛЫД Генрих (Scholz Heinrich) род. 17 декабря 1884 г. в Берлине. В 1903-
1907 гг. изучал теологию и философию в Берлине под руководством Хар-
нака (A. v. Harnack), Паульсена (F. Paulfen), Риля (A. Riehl). Доктор фило-
софии и теологии. В 1910 г. Шольц сдал экзамены (habilitation) и получил
должность приват-доцента систематической теологии и философии ре-
лигии в Берлинском университете. В 191 Зг- защитил докторскую диссер-
тацию «Schleiermacher und Göthe. Ein Beitrag zur Geschichte des deutschen
Geistes». B 1913-1917 гг. Шольц — ординарный профессор философии ре-
лигии в университете г. Бреслау; в і9і9г-~°РДинаРны** профессор фило-
софии в университете г. Киля. С 1924 по 1928 г. Шольц изучал математи-
ку и логику в университете г. Мюнстера, познакомился с трудами Г. Фреге,
под влиянием которого стал рассматривать математическую логику в ка-
честве основы познания. С 1928 г. Шольц—ординарный профессор фило-
софии в университете г. Мюнстер и лидер т. н. мюнстерской логической
группы. С і934г- Шольц являлся редактором журнала «Forschungen zur
Logistik und zur Grundlegung der exakten Wissenschaften» и сотрудничал
c Ф. Майнером, Лейпциг.
Генрих Шольцумер 30 декабря 1956г. в Мюнстере (Вестфалия).
— Christentum und Wissenschaft in Schleiermachers Glaubenslehre, 1909.
— Glaube und Unglaube in der Weltgeschichte. Ein Kommentar zu Augustinus de civitate
dei, 1911.
— Der Unsterblichkeitsgedanke als philosophisches Problem, 1920.
— Religionsphilosophie. Berlin, 1921,2/1922.
— Die Religionsphilosophie des Als-ob. Eine Nachprüfung Kants und des idealistischen
Positivismus, 1921.
— Die Bedeutung der hegelschen Philosophie für das philosophische Denken der Gegenwart,
1921.
— Das Vermächtnis der Kantischen Lehre vom Raum u. von der Zeit. Berlin, 1924.
— (Совм. c H. Haasse) Die Grundlagenkrisis der griechischen Mathematik. Berlin, 1928.
— DieAxiomatik der Alten/ /Blatter f. deutsche Phil. 4, 1930, S. 259-278.
413

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Eros und Caritas. Die platonische Liebe und die Liebe im Sinne des Christentums, 1931.
— Über das«Cogito, ergo sum»// Kantstudien, XXXVI 1931,8.126-147.
— Augustinus u. Descartes//Blatter f. deutsche Phil. 5, 1932, S.405-423.
— Warum Mathematik?/ / Neue Jahrbucher f. Wissenschaft und Jugendbildung 10,
1934, s. 458-469-
— Der Gottesgedanke in der Mathematik//Blatter f. deutsche Phil. 8, 1934,
S. 318-338.
— Göthes Stellung zur Unsterblichkeitsfrage, 1934.
— Philosophiegeschichtliche Bemerkungen zu einigen Hauptsätzen der Aussagenlogik/
/Report au Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— (Совм. c Г. Бахманом) Der wissenschaftliche Nachlass von Gottlob Frege/ / Report au
Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Dokumente zur Geschichte der Logistik und die Ermöglichung ihrer
Publikation//Report au Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— (Совм. c H.Schweitzer) Die fogenannten Definitionen durch
Abstraktion//Forschungen, H. 3. Leipzig, 1935.
— Das theologische Element im Beruf des logistischen Logikers// Guardini Festschrift
1935. S. 138-159.
— Was ist ein Kalkül und was hat Frege für eine punktliche Beantwortung dieser Frage
geleistet?//Semester-Berichte zur Pflege des Zusammenhanges von Universität
und Schule, hrsg. v. H. Behnice, Vertrieb des Mathematischen Seminars
Münster i. W., VII: Sommer 1935, S. 16-47.
— Zur Frage der Vereinheitlichung der logisischen Symbolik ( Bericht über Stellungnahme
der Gruppe Münster)//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. S. 389.
— Metaphysik als strenge Wissenschaft, 1941.
— Geschichte der Logik. Berlin, 1951.
— (Совм. c Gisbert Hasenjäger) Grundzuge der mathematischen Logik, 1961.
БАХМАН Ганс Иоахим Фридрих (Bachman Hans Joachim Friedrich) род. 11 фев-
раля 1909 г. в Вернигероде. В 1927-1931 гг- изучал математику, физику, био-
логию и философию в университетах Берлина и Мюнстера. В 1933 г- защи-
тил докторскую диссертацию на факультете философии и естествознания
университета Мюнстера. В і931_1935гг- работал ассистентом в Философ-
ском семинаре университета Мюнстера.
— Untersuchungen zur Grundlegung der Arithmetik mit besonderer Beziehung auf Frege, Dede-
kind und Russell/ /Forschungen zur Logistik und zur Grundlegung der exaxten
Wissenschaften, Heft I. Hrsg. von H.Scholz. Leipzig: Verlag F. Meiner, 1934.
— In den «Semesterberichten zur Pflege des Zusammenhangs zwischen
Universität und Schule das den mathematischen Seminaren der Universitäten
Münster und Bonn», hrsg. von H.Scholz und O.Toeplitz:
— (Совм. c Градовским (Gradowski P. v.) Über dieEinfuhrungder rechten Zahlen, 1932.
414

ГЕРМАНИЯ
— Über das sich ausdehnende Universum, 1933.
— Über einige Modifikationen am Scholzschen Begriff der exacten Wissenschaft, 1934.
— (Совм. c Г. Шолыдем) Der wissenschaftliche Nachlas s von Gottlob Frege/
/Report au Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Die Fragen der Abhängigkeit und der Entbehrlichkeit von Axiomen in Axio-mensy-
stemen, in denen ein Extremalaxiom austritt//Report au Congrès
International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— (Совм. c P. Карнапом) ÜberExtremalaxiome//Erkenntnis, Bd. VI, 1936.
— Рецензии на книги в журналах «Jahresberichten der Deutschen
Mathematiker-Vereinigung» и «Deutschen Literatur-Zeitung».
БЕККЕР Альбрехт (Becker Albrecht) род. в 1907 г. C 1925 no 1931 г. изучал ма-
тематику, физику, философию и греческую филологию в университетах
Киля, Гёттингена, Берлина и Мюнстера. В і93ог- в Берлине сдал экзаме-
ны на право преподавания в средней школе. В 1932 г. защитил докторскую
диссертацию в Мюнстере. К 1936 г. преподавал в средней школе и работал
в Философском семинаре университета Мюнстера.
- Die Aristotelische Theorie der Möglichkeitsschlusse. Eine logisch-philologische
Untersuchung der Kap. 13-22 von Aristoteles1Analytica priora I. Berlin: Junker &: Dùnnhaupt
Verlag, 1933. (Zugleich Dissertation Münster).
— Zwei Beispiele für Interpolationen im Aristoteles-Text. Hermes/ /Zeitschrift für klass.
Philologie, 69. Bd., 1934. S. 444-450.
— Bestreitet Aristoteles die Gültigkeit des «Tertium non datur» für Zukunfts-aussagen?//
Report au Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
ОППЕНГЕЙМ Пол (Oppenheim Paul) род. 17 июня 1885 г. во Франкфурте-на-
Майне. Изучал экономику, химию, физику, ботанику в университете Фрай-
бурга и Гессене. В 1908 г. защитил докторскую диссертацию. Работал хими-
ком-инженером в Германии, в 1933 г* эмигрировал в Бельгию, помог выехатъ
туда и К. Гемпелю. Совместно с К. Греллингом и К. Гёмпелем опубликовал
несколько статей. Известен по разработке дедуктивнономологической мо-
дели объяснения Гемпеля — Оппенгейма. В і939г- эмигрировал в США, где
преподавал частным образом.
Пол Оппенгейм умер 22 июня і977г-
— Die natürliche Ordnung der Wxssenfchaften. Jena: G. Fifcher, 1926.
— Du Denkfläche. Ergänzungsheft 62 der ÄanZ-Sfurft^n. Charlottenburg: Pan-Verlag, 1928.
— Der Denkraum / / Kant-Studien XXXV, Heft 2/3, 1930.
— (Совм. c K. Гемпелем). Die logische Bedeutung des Typusbegriffs/ /Report au
Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— (Совм. c K. Гемпелем). Der Typusbegriff im Lichte der neuen Logik.
Wissenschaftstheoretische Untersuchungen zur Konstitutionsforschung und Psychologie.
415

ПРИЛОЖЕНИЕ
— (Совм. с К. Греллингом). Der Gestaltsbegriff im Lichte der neuen Logik/
/Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. S. 211-225. (Report on 4th International Congress for
the Unity of Science, Cambridge, England, 1938.
— (Совм. c K. Греллингом). Supplementary Remarks on the Concept ofGestalt
//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. S. 357-359.
— (Совм. c K. Греллингом). Concerning the Structure of Wholes// Philosophie of
Science, Bd. VI, 1939. S. 487-488.
— (Совм. c K. Греллингом). Logical Analysis of Gestalt as Functional Whole/ /Paper
sent in for the Fifth International Congress for the Unity of Science, Cambridge,
Mass., 1939. 8 S. (из архива К. Г. Гемпеля, Принстон).
ГЕРТЦ Пауль (Hertz Paul) — профессор Гёттингенского университета.
— Über die statistische Mechanik der Raumgesamtheit und den Begriff der Komplexion/ /
Math. Ann. Bd. 74, S. 153, 1913.
— Statistische Mechanik// Weber-Gans, Repertorium der Physik, 1.2. S. 436fr., Leipzig
1916.
— Издатель и комментатор (совм. со Шликом) книги: Н. ѵ. Helmholtz
erkenntnistheoretische Schrifften. Berlin, 1921.
— Über das Denken und seine Beziehung zur A nschauung. Ber 1 i n, 1923.
— Über Axiomensystemefür beliebige Satzsysteme //Math. Ann. Bd. 87, S. 246, 1921, Bd.
89, S.76, 1923, Bd. 101, S. 457, 1929.
— Jahresberichte der deutschen Mathematikervereinigung. 31.1. 1922, S. 154, 8. II. 1925,
S.45, Ann. d. Philos. Bd. 8, S. 178, 1929 (Hamburger Vortrag).
— Reichen die üblichen syllogistischen Prinzipien für das Schliessen in der positiven Logik
elementarer Sätze aus? // Ann. d. Philos. Bd. 7, S. 175, 1928.
ХАЙНЕМАН Фритц (Heinemann Fritz) — профессор университета Франкфур-
та-на-Майне.
— Der Aufbau von Kants Kritik der reinen Vernunft und das Problem der Zeit. Giessen:
Topelmann, 1913.
— Neue Wege der Philosophie. Geist, Leben, Existenz. Eine Einführung in die Philosophie
der Gegenwart. Leipzig: Quelle &: Meyer, 1929.
— Die Geschichte der Philosophie als Geschichte des Menschen/ / Kant-Studien, Band 31,
Heft 2/3, 1929.
— Wilhelm von Humboldts Philosophische Antropologie und Theorie der Menschenkenntnis.
Herausgegeben und eingeleitet. Halle: Niemeyer, 1929.
— Göthes phenomenological method/ / «Philosophy» Journal of the British Institute of
Philosophy. London, 1934.
— La phénoménologie de la nature chez Göthe// Revue Philosophique. Paris, 1935.
— Instauratio scientiarum// Revue Philosophique. Paris, 1935.
416

ПОЛЫІІА
ЯСКОВСКИЙ Станислав (Jaskowski Stanislaw).
— On the Rules of Suppositions informal Logic/ /Studia Logica I, 1934. Warszawa.
— Récherches sur le système de logique intuitionniste/ /Report au Congrès International
de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
ВИГНЕР Адам Флориан (Wiegner Adam Florjan) род. в 1889г. в г. Познань (Поль-
ша). Окончил гимназию и университет в г. Кракове. В 1923 г. защитил док-
торскую диссертацию по философии в Ягеллонском университете Кра-
кова, a в і934г- получил должность доцента философии в университете
г. Познань.
Главные работы по философии науки, написанные попольски и издан-
ные в г. Познань:
— Das Erkenntnisproblem in der Beleuchtung von L. Nelson. 1925.
— Zur Lehre vom Grundsatz des umgekehrten Verhältnisses zwischen Begriffsinhalt und-
umfang. 1930.
— Vom Wefen der psychischen Erscheinungen. 1933.
— Über Universalismus, Reismus und Anti-Irrationalismus//Report au Congrès
International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
ШТЕЙНБЕРГ Дина (Sztejnbarg Dina).
- Der Begriff des Naturgesetzes bei]. St. Mill (на nxxflbCK.)//Przegl3d Filozoficzny
XXXIV, 1931.
— Über die fog. Notwendigkeit der Naturgesetzlichkeiten (на польск.). Warszawa, 1931.
— Das Problem des Indeterminismus in der modernen Physik (на nwibCK.)//Przegla/i
Filozoficzny XXXV, 1932.
- Das Problem des Indeterminismus in der Biologie (на пoльcк.)//Przegl^d
Filozoficzny XXXV, 1932.
- Das Problem des Indeterminismus in den Geisteswissenschaften (на польск. ) // Przegl^d
Filozoficzny XXXV, 1933.
СОБОЦИНЬСКИЙ Болеслав (Sobocinski Boleslaw).
— Untersuchungen über den Aussagenkalkül ( на польск. ) / / Przegl^d Filozoficzny XXXV,
S. 171-193. Warszawa, 1932.
— Über die Vereinsachungsstandien der Axiomatik der Ontologie von Prof. St. Lesniewski/ /
Fragmenty Filozoficzne, S. 144-160. Warszawa, 1934.
ВАЙСБЕРГ Мордехай (Wajsberg Mordechaj).
— Über Axiomensysteme des Aussagenkalküls // Monatsh. f. Math. u. Phys. 39, 1932.
H. 1.
417

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Axiomatisierung des dreiwertigen Aussagenkalkuls (на польск. ) //Comptes Rendus
des Séances de la Société des Sciences et des Lettres de Varsovie, 1932.
— Ein neues Axiom des Aussagenkalkuls in der Symbolik von Sheffer// Monatsh. f. Math,
u. Phys. 39, 1932. H. 2.
— Untersuchung Über den Funktionenkalkül für endliche Individuenbereiche/ / Math. An-
nalen 108, 1933, H. 2.
— Ein erweiterter Klassenkalkül//Monatsh. f. Math. u. Phys. 40, 1933. H. 2.
— Beitrag zur Metamathematik//M. Ann. 109, 1933, H. 2.
— Beiträge zum Metaaussagenkalkül//Monatsh. f. Math. u. Phys. 41, 1934. H. 2.
ДАМБСКА Айседора (Dambska Izydora).
— Die Gesetze der Physik (на польск.). Lwow, 1931. (критический обзор взглядов
Дюгема и Ле Роя).
— Über wissenschaftliche Gesetze (на польск.). Lwow, 1933-
ПОЗНАНЬСКИЙ Эдвард (Poznanski Edward).
— Das Kausalitätsprinzip und die Wellenmechanik (на польск.) // Mathesis Polska, IV,
9-10, Warszawa 1929.
— Die Analyse der physikalischen Begriffe vom operativen Standpunkt ( на польск. ) / / Przeglad
FilozoficznyXXV, 1932.
— Совм. c A. Вундхайлером:
— Die Rolle des Koinzidenzbegriffs im Neuaufbau der Grundlagen der Physik// Mathesis
Polska, VI, 1-2, Warszawa, 1931.
— Der Wahrheitsbegriff für das Gebiet der Physik (на польск.)//Ргартіету Filozofic-
zne, L934, pp. 97-143. Warszawa.
ВУНДХАЙЛЕР Александр (Wundheiler Aleksander).
— Совм. c Э. Познаньским:
— Die Rolle des Koinzidenzbegriffs im Neuaufbau der Grundlagen der Physik// Mathesis
Polska, VI, 1-2, Warszawa, 1931.
— Der Wahrheitsbegriff für das Gebiet der Physik (на nxwbCK.)//Fragmenty Filozofic-
zne, L 934, pp. 97-143. Warszawa.
ПРЕСБУРГЕР M. (Presburger M.).
— Über die Vollständigkeit eines gewissen Systems der Arithmetik ganzer Zahlen, in welchem
die Addition als einzige Operation hervortritt// Comptes Rendus du premier
Congrès des mathématiciens des pays slaves. Warszawa, 1929.
МЕЛЬБЕРГ Генрик (Mehlberg Henryk).
— Essais sur la théorie causale du temps. I. La théorie causale du temps chez ses principaux
représentants//Studia Philosophica. Lwow, 1935.
418

ПОЛЬША
ДРЕВНОВСКИЙ Ян Францишек (Drewnowski Jan Franciszek).
— Grundriß eines philosophischen Programms (на nwibCK.)//Przegl2id Filozoficzny
XXXVII, 1934.
ГАБЕРМАН Эдуард (Habermann Eduard) род. 31 августа і88ог. в г. Лодзь.
В 1900-1908 гг. обучался на химическом факультете Балтийского Поли-
технического института в Риге, получил диплом инженера-технолога.
В 1905-19°? гг- работал ассистентом по органической химии проф. С. А. Би-
шофа (Bischofif). B 1908-1921 гг. работал преподавателем в гимназиях горо-
дов Киев, Лодзь и Познань. С 1921 по 1925 г. в университете Познаня зани-
мал должности ассистента по физической химии, доцента по неорганиче-
ской химии и лектора по химической технологии. В 1925-1931 тѵ- Габерман
вновь работал преподавателем гимназии в г. Познань, a в 1931г- переехал
в Прибалтику. Область интересов Габермана—философские проблемы со-
временного естествознания и математики.
— Kausalität und Wahrscheinlichkeit im Gebiete des chemischen Geschehens//Bericht des
8. Internationalen Kongresses für Philosophie in Prag, 1934. Перев. на польск.:
Przegla/i Filozoficzny, Jg. 37, Heft 4, Seite 328, 1934.
— Mengentheoretifche Betrachtungsweife in der Chemie/ / Report au Congrès International
pour la Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
ЯСИНОВСКИЙ Богумил (Jasinowski Boumil) род. в 1883 г. в г. Варшаве. Изу-
чал право в университетах Варшавы и Харькова, философию — универси-
тетах Берлина, Мюнхена и Цюриха. Защитил кандидатскую диссертацию
по праву в университете Харькова и докторскую диссертацию по филосо-
фии — в университете Цюриха. Работал в должности доцента по истории
философии в университете г. Люблина, Свободном Польском университе-
те в Варшаве и в Варшавском университете. С 1936 г. — профессор филосо-
фии в Вильнюсском университете.
— Сущность неоплатонизма и его роль в историческом развитии философии
(напольск.), 1918.
— Die analytische Urteilslehre Leibnizens in ihrem Verhältnis zu seiner Metaphysik (на нем.),
i9i8.
— Конфликтразума иверы (напольск.)//Revue philosophique, 1921-1922.
— Lésprit de la philosophie italienne//Les travaux de la Société des Sciences de
Varsovie, 1931.
— Le Christianisme oriental et la Russie à la suite des éléments structurels de VOrient et de
rOccident (на польск.), 1933.
— Les bornes de la mathématique grecque et ses fondements spéculatifs/ /Report au
Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
419

ПРИЛОЖЕНИЕ
ЧЕЖОВСКИЙ Тадеуш (Czezowski Tadeusz) род. в 1889 г. в Вене. Учился
во Львовском университете, с і915г- П°Д руководством К.Твардовского.
В 1920 г. во Львове сдал экзамены и получил право преподавать в высших
учебных заведениях. С 1923 г. — профессор Вильнюсского университета
(информация на 1936 г.).
— Klassentheorie (на польск. ). Lwow, 1918.
— Namen undSätze(m iKXHbCK.)//Przegkid Filozoficzny XXI, 3-4, Warszawa, 1918.
— Über einige logische Relationen (на польск. ). Lwow, 1921.
— Eine Verallgemeinerung der klassischen Logik (на польск.). Lwow, 1931.
— Wie ist das Kausalproblem entstanden? (нэ. польск.). Wilno, 1933.
АНГЛИЯ
СТЕББИНГ Сьюзан Л. (Лиззи) (Stebbing L.Susan) род. в 1885г. Получила до-
машнее образование, затем в 1905-19°^. обучалась в Гиртон Колледж, Кем-
бридж. Продолжила обучение в Лондонском университете, где в 1912 г. за-
щитила магистерскую диссертацию по философии (MA). Будучи студент-
кой У. Джонсона, С. Стеббинг испытала сильное влияние со стороны Дж.
Мура. В 1911-1924 гг.—приглашенный лектор, затем руководитель исследо-
ваний в области моральных наук в Гиртон и Ньюхем Колледжах Кембриджа.
В 1913~1915 гг- С. Стеббинг читала лекции по философии в Кингз Коллед-
же Лондонского университета. В 1914-1921 гг- она—приглашенный лектор
по философии в Хомертон Тренинг Колледже, в і9і4-192°гг-~"в Вестфилд
Колледже, в 1920 г. — лектор по философии в Бедфорд Колледже Лондонско-
гоуниверситета. В і924_і933гг- С.Стеббинг—сотрудник, ав і933_1943гг- —
профессор философии в Бедфорд Колледже Лондонского университета.
В і9і5_1943гг- С.Стеббинг руководила Кингслей Лодж школой для дево-
чек в Хемпстеде в Лондоне. В качестве исследователя в 1916г. она рабо-
тала в Королевском Историческом обществе, a в і923-і924гг-~"в Гиртон
Колледже, Кембридж. В і931-1932ГГ- С.Стеббинг—приглашенный лектор
в Колумбийском университете, Нью-Йорк, США. В і933г- С.Стеббинг ос-
новала журнал «Analysis», продолжающий выходить и в наши дни. Имен-
но Стеббинг была инициатором установления контактов с Венским круж-
ком, пригласив Карнапа читать лекции в Англию.
В і933-1934гг- С. Стеббинг — президент Аристотелевского общества,
a в і934-1935гг— президент Ассоциации «Mind». С і93°"х гг- принимала
активное участие в организации конгрессов за единую науку, a в 193^ г. вошла
в редколлегию объединенного журнала «Erkenntnis —The Journal of
Unified Science».
Сьюзан Л. Стеббинг умерла в 194З r-
420

АНГЛИЯ
— Pragmatism and French voluntarism. Penguin Books, Harmondsworth, 1914.
- A modern introduction to logic. London: Methuen and Co, 1930.
— Postulational Systems and Principia Mathematica/ / A Modern Introduction to
Logic. Harper Torchbooks Press, 1931.
— Logical Positivism and Analysis (Henrietta Hertz lecture), London, 1933.
- Logic in Practice (London, 1934)
— (Совм. c K. Льюисом) Imagination and Thinking. 1936.
— The Method of Analysis in Metaphysics//Proceedings of the Aristotelian Society,
1932-1933-
- Philosophy and the Physicists. London: Methuen and Co, 1937.
- Thinking to Some Purpose. Penguin Books, Harmondsworth, 1939.
— Language and Misleading Questions// Erkenntnis — The Journal of Unified
Science, Bd. VIII, 1939-1940. S. 401-407.
- Ideals and Illusions. London: Watts and Co, 1941.
- A Modern Elementary Logic. London: Methuen and Co, 1943.
- Men and Moral Principles. London: Oxford University Press, 1944.
- Philosophical Studies: Essays in Memory ofL. Susan Stebbing. London: Allen and Un-
win, 1948.
АЙЕР Альфред Джулиус (Ayer Alfred Jules)1 род. гдоктября 1910г. вЛондоне.
Получил образование в колледжах Итона и Оксфорда. В і932 г- стал бака-
лавром искусств в Крайстчерч-колледже (один из самых крупных аристо-
кратических колледжей Оксфорда, основанный в 1525г.). Научный руко-
водитель Айера Гильберт Райл познакомил его с трудами Рассела и Витген-
штейна. В і932~ *933 г- Айер продолжает учебу в Вене и посещает заседания
Венского кружка. Вернувшись в Оксфорд, он учится в аспирантуре Крайст-
черч-колледжа и в 1936 г. пишет книгу «Language, Truth and Logic» («Язык,
истина и логика»), которая популяризировала идеи Венского кружка в Ве-
ликобритании и сопоставляла их с традициями английского эмпиризма.
Во время Второй мировой войны Айер служил в Британской армии.
В 1945 г- он начинает преподавать в Оксфорде, в 1946 становится профес-
сором по философии психологии и логике в Университете Лондона, где
работает до і959г- С 1957 г- Айер—член совета Нью Колледжа и почетный
член совета Уэдхем Колледжа; в 1952г. — член совета Британской Акаде-
мии; с 1959 по 1978 г. —профессор логики Оксфордского университета.
В і97ог- Альфред Джулиус Айер был возведен в рыцарское звание. Айер
претворил свои философские идеи в практику, став в 1965 г. президентом
Британской Гуманистической ассоциации.
1 Более подробно см.: МакееваЛ. Б. Айер // Философы XX века. Серия «Философ-
ские тетради». М.: Искусство XXI в., 2004.
421

ПРИЛОЖЕНИЕ
Сэр Альфред Джулиус Айер умер і июля 1989 г. в Лондоне, Великобри-
тания.
— On Particulars and Universals / / Proceedings of the Aristotelian Society, 1933-1934.
- On Atomic Propositions// Analysis, vol. I, No. 1, 1933.
— The Genesis of Metaphysics//Analysis, vol. I, No. 4, 1934.
— Demonstration of the Impossibility of Metaphysics//Mind, 1934.
— Internal Relations//'Proceedings of the Aristotelian Society Supplementary
Volume, xiv, 1935.
— The Analytic Movement in Contemporary British Philosophy//Report au Congrès
International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Concerning the Negation of Empirical Propositions//Erkenntnis, Bd. VI, 1936.
S. 260-264.
— (совм. c: A. E. Duncan-Jones) Does Philosophy Analyse Common sense?
//Aristotelian Society Supplement Vol. 16, 1937.
— On the Scope of Empirical Knowledge. A Rejoinder to B. Russell/ / Erkenntnis, Bd. VI I,
^ЗТ-^З85-267-274.
— Language, Truth and Logic. London, 1936.
— The Foundations of Empiricist Knowledge. New York—London, 1940.
— Philosophical Essays. London — New York, 1954.
— The Problem of Knowledge. London, 1956.
— (ed.), Logical Positivism. Glencoe, 111., 1959.
— The Concept of a Person and Other Essays. London — New York, 1965.
— The Origins of Pragmatism. Studies in the Philosophy ofC. S. Pierce and W.James.
London—Melbourne—San-Francisco, 1968.
— The Humanist Outlook. London, 1968.
— Metaphysics and Common Sense. London — San-Francisco, 1969.
— Russell and Moore: The Analytical Heritage. London, 1971.
— Probability and Evidence. London — New-York, 1972.
— Bertrand Russell London, 1972.
— The Central Questions of Philosophy. London, 1973.
— Part of my Life. An Autobiography. London, 1977.
— Hume. Oxford, 1980.
— Philosophy in the Twentieth Century. London, 1982.
— More of my Life. London, 1984.
— Freedom and Morality and Other Essays. Oxford, 1984.
— Wittgenstein. London, 1985.
— Voltaire. London, 1986.
— Thomas Paine. London, 1988.
РАМСЕЙ Фрэнк П. (Ramsey Frank P.) род. 22 февраля 1903 г. в Кембридже, Ве-
ликобритания, в семье президента Магдален колледжа. Рамсей обучался
422

АНГЛИЯ
в Винчестер колледже, затем в 1923 г. вернулся в Кембридж и изучал ма-
тематику в Тринити Колледже. Фрэнк Рамсей женился, y него родились
две дочери.
Выдающиеся интеллектуальные способности Рамсея отмечали многие
профессора Кембриджа. Он был начитан во многих областях знания и инте-
ресовался практически всем. В политике он придерживался левых взглядов,
в религии был «воинствующим» атеистом. В одной из бесед с К.Огденом
он выразил желание изучить немецкий язык. Огден дал ему учебник грам-
матики, словарь и глубокомысленный психологический совет: «Используя
грамматику и словарь, приходи и говори с нами о том, что ты думаешь».
Неделю спустя Рамсей пришел и высказал на немецком языке воэражения
к обсуждаемой теории. Чуть позже он прочел «Логико-философский трак-
тат» Л. Витгенштейна, который произвел на него сильное впечатление. Вме-
сте с К. Огденом Рамсей перевел «Трактат» Витгенштейна на английский
язык (1922). B сентябре 1923 г. Рамсей (в возрасте 20 лет) поехал в Австрию
на первую стажировку. Он встретился для обсуждения «Трактата» с самим
Витгенштейном, который в то время работал учителем в деревенской школе,
и сумел убедить его в том, что его исследование (т. е. «Трактат») в области
философии незавершено и что ему нужно приехать на стажировку в Кем-
бридж. Вернувшись в 1924 т* в Англию, Фрэнк Рамсей (в воэрасте 2і года)
стал научным сотрудником Кингз Колледжа Кембриджа и лектором универ-
ситета по математике. С марта по октябрь 1924 г- работал в Вене, встречался
с Витгенштейном, посещал заседания Венского кружка, изучал психоанализ
y Теодора Рика (Theodor Reik), общался с М.Шликом, который навещал
его в Кембридже осенью 1927 г. Вместе с Муром и Расселом Рамсей помог
Витгенштейну получить грант в Тринити Колледже. Некоторые коллеги
Рамсея полагали, что потенциально он был более влиятелыюй личностью
и мыслителем, чем Витгенштейн. Витгенштейн написал о Рамсее в своем
предисловии к «Философским исследованиям» как о мыслителе, окаэавшем
на него влияние (но не столь сильное, сколь Пьеро Раффа).
Фрэнк Рамсей проделал громадный объем работ в области логики, фило-
софии и экономики. Он умер в Кембридже і8 января і93ог-в возрасте гб лет
в результате осложнений после полостной операции на хронически боль-
ную печень, оборвав на взлете блестящую академическую карьеру.
Общество «Decision Analysis Society» учредило и ежегодно присуждает
Медаль Фрэнка Рамсея за достижения в области теории принятия решений.
Mr. Keynes on Probability//Cambridge Magazine II. 1922. P. 3-5.
Universal*//Mind, №34, 1925. P.401-417.
The Foundations ofMathematics //Proceedings of the London Mathematical
Society, series 2. 1925. P. 338-384.
Mathematics: Mathematical Logic// Encyclopedia Britannica 2. 1926. P. 830-832.
423

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Truth and Probability, 1926.
— A Contribution to the Theory of Taxation//The Economic Journal 37. 1927.
P. 47-61.
— Facts and Propositions/ / Proceedings of the Aristotelian Society, Suppl.-Bd. VII.
1927. P. 152-170.
— A Mathematical Theory of Saving/ /The Economic Journal 38. 1928. P. 543-549.
— On a Problem ofFormal Logic/ /Proceedings of the London Mathematical Society,
series 2. 1928. P. 338-384.
— Universale of Law and of Fact, 1928.
— Mathematics, Foundation of// Encyclopedia Britannica 15. 1929. P. 82-84.
— Knowledge, 1929.
— Theories, 1929.
— General Propositions and Causality, 1929.
БРЕЙТУЭЙТ Ричард (Braithwaite Richard Bevan) род. 15 января 1900г. в Окс-
фордшире. Изучал математику, математическую физику, логику, философию,
психологию в Кембриджском университете. В 1924 г. получил степень магист-
ра искусств и стал сотрудником Кингз колледжа в Кембридже. С 1928 г. Брей-
туэйт—лектор Кембриджского университета. С 1934 по 1953 г- он занимал
позицию «Сэйджвик лектора в области моральных наук», a с 1953 по 1Ф7 г- ""
«Найтбридж профессора моральной философии» Кембриджского универ-
ситета. Брейтуэйт внес болыпой вклад в области философии науки, этики
и философии религии. В і957г- он был избран в члены Британской Ака-
демии наук.
Ричард Брейтуэйт умер 2і апреля і99°г- в Кембридже, Кембриджшир,
Англия.
— The Idea of Necessary Connexion//Mind, 1927, 1928.
— Verbal Ambiguity and Philosophical Analysis// Proceedings of the Aristotelian
Society, 1927-1928.
- Pro)essorEddingtons GiffordLectures//Mind, 1929.
— Editor of F. P. Ramsey's Foundations of Mathematics and other Logical Essays,
1931-
— The Nature of Believing/ / Proceedings of the Aristotelian Society, 1932-1933 (из-
ложение прагматистской точки зрения)
— Article on «Philosophy»//Cambridge University Studies, 1933. (Предлагаетточ-
ку зрения о переходе от идей Рассела и Мура к идеям Витгенштейна и Рам-
сея).
— Solipsism and the «Common Sense View of the World»/ / Analysis, 1933-1934-
— Contributions to Symposia published by Aristotelian Society Supplementary
Volumes: Universale, 1926; «Simple Location», 1927; Time, 1928; Indeterminism,
1931; Imaginary Objects, 1933.
424

АНГЛИЯ
— Critical Reviews in Mindof hooks byj. Nicod, 1925; A. H. Whitehead, 1926;
H.Jeffreys, F.C.S. Northrop, L.L.Whyte, 1931; CS.Peirce, 1934.
— Experience and the Laws ofNature//Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Two Ways of Definition by Verification//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938.
S. 281-287.
— Definitions of Atomic in Terms of Molecular Sentences, with an Application to the Problem of
Empirical Validity// Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. (Report on 4th International
Congress for the Unity of Science, Cambridge, England, 1938.)
— Scientific Explanation, 1953.
— Theory of Games as a Tool for the Moral Philosopher, 1955.
— An Empiricist's View of the Nature of Religious Belief 1955.
ГРИНВУД Томас (Greenwood Thomas) род. 30 января 1901 r. Обучался в уни-
верситетах Лондона, Парижа, Вены. Получил степени мастера искусств,
доктора философии. С і93ог-стал лектором по логике в Биркбек Колледже
университета Лондона. Области интереса Гринвуда—логика, основания ма-
тематики, история науки и философия, в особенности греческая филосо-
фия и философия средних веков. Томас Гринвуд—приглашенный профес-
сор во многих университетах и академических институтах Франции и Бель-
гии; один из авторов ряда учебников в Великобритании и за границей.
— Les conditions de la signification des symboles//Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
ВУДЖЕР Дж. Г. (Woodger Joseph Henry) род. 2 мая 1894 г. Окончил школу в Эс-
сексе, затем Юниверсити-Колледж (Медицинский колледж) Лондонского
университета. В 1920-1921 гг. работал старшим ассистентом в этом же кол-
ледже, a с 1922 г. читал лекции по биологии. В і93ог- защитил докторскую
диссертацию и продолжал читать лекции по биологии в Юниверсити-Кол-
ледже в Лондоне и лекции по гистологии в Медицинской школе при гос-
питале в Мидлэссексе.
— Статьи по цитологии и эмбриологии в различных биологических журна-
лах; статьи по теоретической биологии в журналах «The Quarterly Review
of Biology» и «The Proceedings of the Aristotelian Society».
— Biological Principles. L., N-Y.,1929.
— The Technique of Theory Construction.
— An Axiom System for Biology/ /Report au Congrès International de Philosophie
Scientifique, Paris, 1935.
— The Axiomatic Method in Biology. Cambridge, 1937.
— A Formalized Psychological Theory //Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. (Report on 4th
International Congress for the Unity of Science, Cambridge, England, 1938.)
425

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Biology and Language. Cambridge, 1952.
— Physics, Psychology and Medicine. 1956.
БЛЭК Макс (Black Max) род. 24 февраля 1909 г. в г. Баку (Азейрбайджан). В 1912
году родители Блэка эмигрировали в Англию. М. Блэк изучал математику в Ку-
инс Колледже Кембриджского университета. В это же время в Кембридже
преподавали Дж. Мур, Рассел, Рамсей и Витгенштейн, оказавшие огром-
ное влияние на М. Блэка; он стал интересоваться философией математики.
В 193°г- Блэк получил степень бакалавра (В. А.) в Кембридже и был награж-
ден стажировкой в Гсттинген (ідзо^ѲЗ1)- С 1931 по 193^г- он преподавал
математику в Королевской классической школе в Ньюкастле. В 1933 г- Блэк
опубликовал свою первую книгу «The nature of mathematics», содержащую из-
ложение «Ргіпсіріа Mathematica» и современных течений в философии ма-
тематики. С 1936 no 194° г-он преподавал математику в Институте образова-
ния в Лондоне. В 1939 г- М. Блэк защитил две докторские диссертации в Л он-
донском университете. В і94ог- он эмигрировал в США, a в 1948 г* получил
американское гражданство. С 194° по 194^г- Блэк преподавал философию
в Университете Иллинойсе, затем в качестве профессора философии работал
в Корнелльском университете, где в 1977 г- получил звание почетного
(emeritus) профессора. В 1965 г. Блэк стал первым директором Общества гумани-
тарных наук Корнельского университета (Cornell's Society for the Humanities)
и руководил им до 1971 г-» оставшись затем членом этого общества.
М. Блэк внес существенный вклад в развитие аналитической филосо-
фии, философии языка, философии математики и естествознания, фило-
софии искусства. Главная проблема его исследований — проблема смысла
и ясности языка, которой были посвящены две известные работы М. Блэка
«Language and Philosophy» (1949) и «The Importance of Language» (1962).
Его интерес к творчеству Г. Фреге выразился в публикации совместных
с П. Гичем переводов философских работ Фреге, которые признаны клас-
сическими, a интерес к творчеству Л. Витгенштейна и его «Логико-фило-
софскому трактату» в публикации всестороннего и исчерпывающего иссле-
дования «Справочник по „Трактату44 Витгенштейна» (1964).
М.Блэк умер 27 августа 1988 г. в г. Итака, Нью-Йорк, США.
— (Совм. с Уиздомом Дж.) Is Analysis a Useful Method in
Philosophy?//Aristotelian Society Supplement Vol. 13, 1934.
- Models and Metaphors: Studies in Language and Philosophy. Ithaca: Cornell
University Press, 1962.
- The Labyrinth of Language, 1968.
- Margins of Precision: Essays in Logic and Language, 1970.
— Relations between Logical Positivism and the Cambridge School of Analysis//
Erkenntnis—The Journal of Unified Science, 1939-1940. S. 24-35.
426

АНГЛИЯ
Рабочая библиография к статье М. Блэка, которая, с его точки зрения, ко-
нечно же, нуждается в дополнениях.
A. «Научная философия» в Англии.
і. Рассел Б.
— Our Knowledge of the External World, London, 1914.
— On Scientific Method in Philosophy. 1914. [Перепечатка в: «Mysticism and Logio].
— Philosophy in the Twentieth Century// Sceptical Essays, 1928. Preface to 2nd.
edition of The Principles of Mathematics, London, 1938. (Содержит изложе-
ние более поздних взглядов Рассела на природу математики.)
B. Философия анализа (Directional analysis).
1. Мур Дж.
— Philosophical Studies, 1922. (Включает в себя большинство основных работ
автора).
— См. статьи в журналах Mind, Proceedings of the Aristotelian Society and
Aristotelian Society Supplement Vols., 1899-1935).
— A Defence of Commonsense in Philosophy// Contemporary British Philosophy, 2,
!925-
2. Стеббинг Сьюзан.
— Logical Positivism and Analysis (Henrietta Hertz lecture), London 1933.
— The Method of Analysis in Metaphysics// Proceedings of the Aristotelian Society,
1932-1933-
3. M. Black, J. T. Wisdom.
— Is Analysis a Useful Method in Philosophy?//Aristotelian Society Supplement
Vol. 13, 1934.
4. A. E. Duncan-Jones, A.J. Ayer.
— Does Philosophy analyse Common sense? //Aristotelian Society Supplement Vol. 16,
1937-
5. J. T. Wisdom.
— Logical Constructions// Mind, 1931-33.
6. J. W.Reeves.
— Empiricism and Analysis (докторская диссертация в Лондонском универси-
тете), 1935-
C. Метод Витгенштейна.
і. L.Wittgenstein.
— Tractalus Logico-Philosophicus, London, 1922.
2. J. T. Wisdom.
— Philosophical Perplexity/ /Proceedings of the Aristotelian Society, 1936-37.
— Metaphysics and Verification//Mind, 1938.
D. Некоторые из аналитических философов в Англии.
В тесном контакте с идеями Рассела (и в то же время под сильным влияни-
ем Витгенштейна) работает Ф. Рамсей.
427

ПРИЛОЖЕНИЕ
Проф. С. Стеббинг придерживается концепции философии Дж. Мура.
Работы проф. Ч. Д. Броуда имеют значительное влияние на аналитическое
движение в Англии, однако, по мнению М. Блэка, логические позитивисты
сочтут его за метафизика.
Среди наиболее активных молодых философов необходимо отме-
тить следующих: X. Б. Эктон (Лондон), А.Дж. Айер (Оксфорд), М.Блэк
(Лондон), Р. Б.Брейтуэйт (Кембридж), К.Бриттон (Britton, Свонси),
А. Е. Дункан-Джонс (Бирмингейм), У. Нил (Оксфорд), Хелена Найт (Кем-
бридж), Маргарет МакДоналд (Оксфорд), Мэйс (С. A. Масе, Лондон), Маки-
вер (А. М. Масіѵег, Лидс), Пол (С.А. Paul, Кембридж), Г.Райл (Оксфорд),
Дж. Уиздом (Кембридж).
Помимо книг всех перечисленных авторов, многочисленные статьи
печатаются вжypнaлax:«Mind», «Proceedings of the Aristotelian Society»,
«Aristotelian Society Supplementary Volumes» и «Analysis» (основан в 1932).
ФРАНЦИЯ
ГЕНЕРАЛ ВУЙЕМИН Шарль Эрнест (General Vouillemin Charles Ernest) род.
Зі июля 1865 г. Выпускник Политехнической школы. Генерал Вуйемин по-
стоянно придерживался светской интеллектуальной стратегии, страте-
гии «здравого смысла», которая выступает против эзотерических излиш-
ков «профессиональных» интеллектуалов, зачастую уничтожающих пози-
тивный характер поставленных в исследовании целей и не придающих
должной важности конкретным ограничениям полученных результатов
и предлагаемых решений. Генерал Вуйемин посвятил себя распростране-
нию идей и методов Венского кружка во Франции. Он перевел на фран-
цузский язык основные книги ведущих членов кружка —Карнапа, Франка,
Гана, Нейрата и Шлика, a также Рейхенбаха, которые вышли в свет в из-
дательстве «Hermann» в Париже.
— La Connaissance scientifique. Albin Michel, Paris 1927.
— La logique de la science et l'Ecole de Vienne. Hermann, 1935.
— Géométrie et Chronometrie. Revue d 'artillerie, 1929.
— Sur la théorie physique//Ibid., 1932.
— Autour de la philosophie des mathématiques//Ibid., 1931.
— Les énonces non-scientifiques sont-ils dénués de sens ?// Report au Congrès International
de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Статьи на различные темы в журнале «Revue scientifique».
РУЖЬЕ Луи Огюст Пол (Rougier Louis August Paul) род. іо апреля 1889 г. в Лио-
не, Франция. В 1914 г- получил агреже по философии в университете Лио-
428

ФРАНЦИЯ
на, сдав экзамены национального конкурса. В этом же году была опублико-
вана его первая статья об использовании неевклидовой геометрии в тео-
рии относительности. В 1920 г. Ружье в Сорбонне получил степень доктора
словесности. В і9і4~1924гг-""пРеп°Даватель в рааличных лицеях Алжира
и Италии (Рим). В 1925г- получил свое первое назначение во Франции —
действительный профессор философии гуманитарного факультета в уни-
верситете Безансона, где он работал вплоть до своего увольнения по по-
литическим причинам в 1948 г. В 1931~193^гг- он также работал в Египет-
ском университете в Каире, в і941-1943гг* —в Новой Школе социальных
исследований, в 1945 г.—в Университете Монреаля. В і954г- Руисье получил
свое последнее академическое назначение в Университете Кайена, на сле-
дующий год он вышел на пенсию.
Л. Ружье испытал влияние А. Пуанкаре и Л. Витгенштейна и придерживал-
ся, в частности, той точки зрения, близкой логическому позитивизму, что не
существует «объективных», априорньгх истин, независимых от человека. Мно-
гим членам Венского кружка, например Ф. Франку, очень понравилась рабо-
та Ружье 1920 г. «Les paralogismes du rationalisme». Вскоре Ружье стал единст-
венным французским, ассоциированным членом Венского кружка и устано-
вил дружеские взаимоотношения с М. Шликом (которому в 1955 г- посвятил
свою книгу «Traité de la connaissance») и Г. Рейхенбахом. Онактивный участ-
ник Движения за единую науку, с 1934 г- постоянный член оргкомитетов для
подготовки Конгрессов за единство науки, постоянный автор, a затем и один
из редакторов журнала «Erkenntnis» и проекта «Энциклопедии единой науки».
Ружье не смог опубликовать свою собственную книгу в «Энциклопедии» из-за
возникших разногласий с О. Нейратом. В 1942 г. Л. Ружье женился в третий
раз на бывшей секретарше М. Шлика Люси Фридман.
Ружье внес значительный вклад в области эпистемологии, философии
науки, политической философии и истории христианства. Отметим корот-
ко, что в области религии он был «воинствующим» оппонентом неотомизма,
a в области политической философии стал одним из основателей неолибера-
лизма и трех известных организаций — «Colloque Walter Lippmann» и
«Centre international d'études pour la rénovation du libéralisme» в 1938 r. и «Mont
Pèlerin Society» в 1947 г. Причиной для неолиберальных симпатий Ружье
стала его поездка в Советский Союз в 1932 г-» во время которой он сделал
вывод, что плановая экономика работает хуже рыночной.
Ружье прожил до 94 лет и умер в 1982 г.
— La Matérialisation de l'énergie, essai sur la théorie de la relativité et la théorie des
Quanta. Gauthier-Villars, 1919, in-16, XII — 148 p. Англ. перевод опубликован
в 1921 г.
— Les Paralogismes du Rationalism, essai sur la théorie de la connaissance. Félix Alcan,
1920, in-8, XIV —540 p.
429

ПРИЛОЖЕНИЕ
- La Philosophie géométrique de Henri Poincaré. Félix Alcan, 1920, in-8, 208 p.
— En marge de Curie, de Carnot et d'Einstein, études de philosophie scientifique, i^rc
édition, E.Chiron, 1921, in-16, 269 p.; 6émc éd. 1922.
— La Structure des théories déductives, théorie nouvelle de la déduction. Félix Alcan, 1921,
XV-136 p.
— La Scolastique et le Thomisme. Gauthier-Villars, 1925, gr. in-8, XLIII —812 p.
— Celse ou le conflit de la civilization antique et du Christianisme primitive (Civilisation
et Christianisme, vol. 1er). A.Delpeuch, 1926, in-16, XXXIV —442 p.
— La mystique démocratique, ses origins, ses illusions. Paris: E. Flammarion, 1929.
— Lorigine astronomique de la croyancepythegoricienne en Vimmortalité céleste des âmes, sus-
titue français d'archéologie orientale. 1933, gr. In-8, VIII — 144 p.
— Pseudoproblemes résolus et soulevés par la logique d'Aristote; Empirisme, positivisme et
empirisme logique; Ce que l'empirisme logique doit a Henri Poincaré// Reports au
Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— La Scolastique et la Logique//Erkenntnis, Bd. V, 1935. S. 95-111.
- Les limitesdu langage intersubjectif//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. (Report on 4th
International Congress for the Unity of Science, Cambridge, England, 1938.)
— Les mystiques économiques; comment l'on passe des démocraties liberales aux états
totalitaires. Paris: Librairie de Medicis, 1938.
— Le Langage de la Physique est-il Universel et Autonome!//Ibid. S. 189-194.
— La relativité de la fogï^u*//Erkenntnis—The Journal of Unified Science, Bd. VIII,
1939-1940- S. 193-218.
— Les accords Petain, Churchill: histoire d'une mission secrete. Montreal: Beauchemin,
1945-
— Créance morale de la France. Montreal: L. Parizeau, 1945.
— La France jacobine. Bruxelles: La Diffusion du livre, 1947.
— La défaite des vainqueurs. Bruxelles: La Diffusion du livre, 1947.
- La France en marbre blanc: ce que le monde doit à la France. Geneve: Bibliothèque du
Cheval aile, 1947.
— De Gaulle contre De Gaulle. Paris: Editions du Triolet, 1948.
— Les accord secrets franco-britanniques de l'automne 1940; histoire et imposture. Paris:
Grasset, 1954.
— Traité de la connaissance. Paris: Gauthier-Villars, 1955.
— Lépuration. Paris: Les Sept couleurs, 1957.
— La religion astrale des Pythagoriciens. Paris: Presses Universitaires de France.
— La métaphysique et le langage. Paris: Flammarion, i960.
— Histoire d'une faillite philosophique: la Scolastique. Paris: J.-J. Pauvert, 1966.
— Le Génie de l'Occident: essai sur la formation d'une mentalité. Paris: R. Laffont, 1971.
Англ. перевод опубликован в 1971 r-
— La genèse des dogmes chrétiens. Paris: A. Michel, 1972.
— Astronomie et religion en Occident. Paris: Presses universitaires de France, 1980.
430

ФРАНЦИЯ
МАССОН-УРСЕЛ Ь Поль-Луи (Masson-Oursel Paul Louis) род. 5 сентября 1882 г. в Па-
риже. Изучал философию, защитил докторскую диссертацию по философии.
Доцент факультета словесности (Париж), профессор практической Школы
высших исследований, отдел религиоведения (Сорбонна). В 1927 г- Массон-
Урсель основал и стал главным редактором журнала «Revue: La Psychologie et
la Vie», Париж, издательство «Pelman». Он также занимал должность секре-
таряжурнала «Revue Philosophique», Париж, издательство «Аісап».
Основные интересы: сравнительные методы в философии, философия
Востока (Индия, Китай), психология. Массон-Урсель—постоянный автор
французских и зарубежных научных журналов.
— La Philosophie comparée. Paris, Alcan, 1923. Перев. на англ.: The Comparative
Philosophy, London.
— Esquisse d'une histoire de la philosophie indienne. Paris, Geuthner, 1923.
— Unde antique et la civilisation indienne. Paris, Renaissance du Livre (Evolution
de l'Humanité), 1933. Перев. на англ.: Ancient India and Indian Civilisation.
London, Kegan Paul, 1934.
— Les préfixes verbaux en indo-européen et leur influence sur la logique/ / Report au
Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
Граф дю Нуи Пьер (Lecomte du Nouey Pierre) род. 2о декабря 1883 г. в Пари-
же. Выпускник юридического факультета (Сорбонна). Доктор наук (в об-
ласти естествознания). В і9!9г- гРаФа Пьера дю Нуи выбрал ассоцииро-
ванным членом Института Рокфеллера в Нью-Йорке. В 1924 г- он получил
почетный диплом Общества Франклина (Филадельфия, США) за изобре-
тение тенсиометра (аппарат для измерения поверхностного давления),
a в 1925 т- стал президентом комитета Национального исследовательского
совета США. В 1927 г. граф дю Нуи вернулся во Францию в качестве началь-
ника отдела в Институте Пастера, был избран членом Академии наук в Гал-
ле (Леопольдина). Он —автор множества разнообразных технических при-
боров и более 150 работ, статей и научных заметок, написанных им на анг-
лийском, немецком, итальянском и французском языках.
Некоторые важные книги дю Нуи:
— Surface Equilibria of organic and biological Colloids. N. Y.: Chemical Catalog Co.,
1926.
— Equilibres superficiels des solutions colloïdales. Paris: Masson, 1929.
— Molecular physics in relation to Biology. Вашингтон, 1929. 300 p.
— Méthodes physiques en Biologie et en Médecine. Paris: J.-B. Bailliere, 1933.
— Sur l'unité de la méthode dans les sciences physiques et biologiques comparées//Report
au Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Zum Vortrag Franks// Erkenntnis, Bd. VI, 1936. S. 339.
— Zum VortragRashevskys//Ibid. S. 375.
431

ПРИЛОЖЕНИЕ
МЕТАДЬЕ Жак-Жильбер (Metadier Jacques Gilbert) род. гб января 1893 г. Вы-
пускник математических классов лицея Святого Людовика, фармацевти-
ческой школы Монтпелье, медицинской школы Парижа и Высшей воен-
ной академии в Сен-Сире. Метадье получил общую лицейскую подготов-
ку (бакалавриат) в области естествознания и гуманитарных наук, окончил
фармакологический факультет отделения медицинского факультета, полу-
чив дипломы по фармакологии и медицине. На конкурсной основе Мета-
дье получил место профессора физики в Высшей школе медицины и фар-
макологии в г. Type (Франция).
Статьи, опубликованные в журналах научных обществ или академий:
— Sur le titane et ses sels/У la Société de médecine de Paris, 1926.
— Sur un nouvel appareil d'auscultation et le phénomène du «capsulisme»//Idem,
1927.
— Sur l'équation générale du mouvement brownien//Académie des Sciences de Paris,
1931-
— Sur le mouvement brownien dans un champ de forces//Académie des Sciences de
Paris, 1932.
— Sur la méthode opératorielle// Académie des Sciences, 1933.
— Expériences sur l'action du champ magnétique sur l'agitation moléculaire//Académie
des Sciences, 1934.
— Sur l'hyperquantification et la superquantification//Académie des Sciences, 1935.
— Remarques sur le formalisme des théories physiques et sur les mécaniques abstraites. Une
nouvelle science rationelle: la métamécanique//Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
Книги:
— La Théorie générale du mouvement brownien. Paris.
— La Théorie de la catalyse. Paris.
ПАКОТТ Жюльен (PacotteJulien) род. з мая 1887 г. Доктор физико-математи-
ческих наук. Научная карьера Пакотта свелась к серии книг (первая вышла
в свет в 1921 г.), находящейся в центре внимания Национального фонда на-
учных исследований со времени его создания в 1928 г.
— La Physique théorique nouvelle. Avec une préface de M. Emile Borel, Membre de
TAcadémie des Sciences de Paris. Paris: Gauthier-Villars, 1921.
— La Pensée mathématique contemporaine. Paris: Alcan (Collection: Bibliothèque de
Philosophie contemporaine.), 1925.
— Les Méthodes nouvelles en Analyse quantique. Paris: Blanchard, 1929.
— La Pensée technique. Paris: Alcan (Collection: Bibliothèque de Philosophie
contemporaine), 1931.
— La Connaissance. Paris: Alcan (Collection: Bibliothèque de Philosophie
contemporaine), 1934.
432

ФРАНЦИЯ
— La Logique et l'Empirisme intégral Paris: Hermann (Collection: Actualités
scientifiques et industrielles.), 1935.
— Le Physicalisme dans le cadre deVempirisme intégral Paris: Hermann (Collection:
Actualités scientifiques et industrielles.), 1935.
— Le physicalisme dans le cadre de l'empirisme intégral/ /Report au Congrès International
de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
МАТИСС Жорж (Matisse Georges) род. в г. Невере (Франция). Изучал матема-
тику, право, биологию в Сорбонне, Париж, защитил докторскую диссер-
тацию по естествознанию. К і935г- работал преподавателем на факульте-
те математики и естественных наук Парижского университета.
Основные книги в области философии и науки:
— Action de la chaleur et du froid sur l'activité motrice des êtres vivants. 8. Emile Larose
éditeur. Paris.
— Le mouvement scientifique contemporain en France. 4 Vols. 12. Payot éditeur. Paris.
— Le principe de la conservation de l'assise énergétique et ses applications. I Vol. 8.
Hermann éditeur. Paris.
— Le domaine de la Connaissance et celui du Sentiment.
— Переводы: Willard Gibbs, Keith Lucas, L.Silberstein... etc.
Основные статьи:
— Essai philosophique sur l'Energétique.
— Le temps et l'illusion de causalité.
— Les hypothèses cosmogoniques.
— Les méthodes de la Psychologie.
— Le talent musical et ses conditions anatomiques.
— Psychologie zoologique.
— Les sens créateurs des aptitudes.
— Interprétation philosophique du Principe de la Relativité d'Einstein.
— Les rapports entre les sciences de l'Humanité et les sciences de la nature.
— Linfluence de M. Bergson sur la pensée philosophique contemporaine.
— LUnivers et la Cosmogonie.
— Perspectives sur le lointain futur de l'Univers.
— LEspace universel est-il fini ou infini?
— Qu'est-ce que l'âme?
— Les pseudo-problèmes philosophiques//Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
ШЕВАЛЕ Клод (Chevalley C.) род. в 1909г. Выпускник Высшей нормальной
школы в Париже. В і929г- получил агреже по математике, сдав соответст-
вующие экзамены в национальном конкурсе; в 1933 г- — Доктор наук (в облас-
ти естествознания). К 1936 г. —научный сотрудник Национального центра
433

ПРИЛОЖЕНИЕ
исследований (государственный фонд по науке). После эмиграции в США
Шевале работал на математическом факультете Принстонского универ-
ситета, a также в Институте передовых исследований. К. Шевале был чле-
ном организации Бурбаки и получил признание Американского матема-
тического общества.
Шевале Клод умер в 1984 г.
— (Совм. с А.Дандье (A. Dandieu):
— Logique hibertienne et psychologie//Revue philosophique.
— Esquisse d'une phénoménologie du savant//Cahiers du Sud.
— Réflexions sur la mesure considérée comme acte// Revue philosophique.
— Linteüigence épée//Nouvelle Revue Française.
— La notion de rigueur// Recherches philosophiques, 1934.
— Variations du style mathématique//Revue de Métaphysique et de Morale, 1935.
— Les transformations que subit le langage en devenant scientifique//Report au Congrès
International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
ЛОТМАН Альбер (Lautman Albert) род. 8 февраля 1908 г. в Париже. Обучал-
ся философии в Высшей нормальной школе, в 1930 г. защитил докторскую
диссертацию по философии и к і935г* работал в должности преподавате-
ля лицея в Шартре.
— Mathématiques et realite//Report au Congrès International de Philosophie
Scientifique, Paris, 1935.
— Compte Rendu de Congrès International de Philosophie des Sciences/ / Revue de
Métaphysique et de Morale, Paris, 1936.
ФРЕШЕ Морис (Frechet M.), Париж.
— (Совм. c Halbwachs) Le Calcul des Probabilités a la porte de tous. Paris: Dunod, 1925.
297 S.
— Récherches théoretiques modernes sur le Calcul des Probabilités ( Серия * Premier Livre:
Généralités sur les probabilités. Variables aléatoires») Paris: Gauthier-Villars, 1937.
— Le langage des sciences//Erkenntnis, Ed. VU, 1937-1938. S. 307-308.
— Probabilité//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. (Report on 4th International
Congress for the Unity of Science, Cambridge, England, 1938).
— The Diverse Definitions of Probability/ /Erkenntnis — The Journal of Unified
Science, Bd. VIII, 1939-1940. S.5-23.
МАЛЬФИТАНО Ж. (Malfitano G.), Париж.
— Lunité de I 'experience scientifique selon la positivité veritable convetionnellement définie/ /
Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. S. 341-350.
— (Совм. c Honnelaitre) Le principe d'ordre comme nombre, rythme et
Symmetrie//Report au Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
434

ШВЕЙЦАРИЯ
ДЕТУШ (DestouchesJ.L.).
— La notion d'espace physique; Role des espaces abstraits en logique, stabilité des propositions,
légalité et semi-égalité/ /Reports au Congrès International de Philosophie
Scientifique, Paris, 1935.
— Logique et Physique// Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. (Report on 4th International
Congress for the Unity of Science, Cambridge, England, 1938.)
ДЮКАСС (Ducasse P.).
— Essai sur les Origines Intuitives du Positivisme. Paris: F. Alcan, 1939.
Ha Международном конгрессе за научную философию в Париже в 1935 г-со сто"
роны Франции выступили с докладами следующие ученые и философы:
A. KOYRÉ. La definition cantorienne de l'ensemble et les paradoxes logico-mathé-
matiques.
BOULIGAND. Quelques aspects de l'étude des propositions mathématiques.
GIBRAT. La science économique —méthodes et philosophie.
GURNAUD. La nouvelle esthétique scientifique et le physicalisme.
RENAUD. Sur les définitions expérimentales.
PÉTIAU. Mesure de la durée et construction du temps.
MASSIGNON. Les formes de la pensée déterminées par la structure de la langue
arabe.
DARBON. Sur la probabilité.
ШВЕЙЦАРИЯ
ГОНСЕТ Фердинанд (Gonseth Ferdinand) род. 22 сентября 1890 г. в г. Сонвилье.
Окончил Федеральную политехническую школу в Цюрихе. В іді5г- защи-
тил докторскую диссертацию по математике и стал приват-доцентом Шко-
лы. В 1920 г. Гонсет стал профессором университета Цюриха, в 1921 г.—про-
фессором университета г. Берна. С 1929 т- Гонсет—профессор математики
Федеральной политехнической школы в Цюрихе. В 1945 г- Гонсет совмест-
но с Г. Башляром и П. Бернаем основал журнал «Diabetica», существующий
до сих nop, всемирно известное издание. В своей интеллектуальной био-
графии «Mon Itinéraire philosophique» одну из глав Ф. Гонсет озаглавил так:
«L'idée de la science et mon différend avec le Cercle de Vienne» («Идея науки
и мои разногласия с Венским кружком»).
Фердинанд Гонсет умер 17 декабря і975г-
— Les fondements des mathématiques (De la géométrie d'Euclide à la Relativité générale et
à rintuitionisme). Paris: E.Blanchard, 1926. 243 p.
435

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Sur le rôle de Uaxiomatique dans la physique moderne//L'Enseignement
mathématique, 1928.
— (Совм. c Г.Жюве) Sur la relativité à cinq dimensions et sur une interprétation de
Vaquation de Schrôdinger//Helvetica Physica Acta, 1928.
— La vérité mathématique et la réalité I. Conférence faite à Thoune, au Congrès
Suisse des Sciences naturelles//L'Enseignement mathématique, 1932; Acte de la
Société Helvétique des Sciences naturelles, 1932.
— Sur laxiomatique de la théorie des ensembles et sur la logique des relations//Commen-
tarii mathematici helvetici, 1933.
— La loi dans les sciences mathématiques//'Science et Loi: Felix Alcan, 1934.
— La vérité mathématique et la realité II //Scientia, 1934.
— La logique en tant que physique de Vobjet quelconque/ /Report au Congrès International
de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
- Les Mathématiques et la Realité. Paris, 1936.
— Le Symbole//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. (Report on 4th International
Congress for the Unity of Science, Cambridge, England, 1938.
— Déterminisme et libre arbitre, 1944.
— La géométrie et le problème de l espace, 1945-1956.
— Le problème du temps, 1964.
— Mon Itinéraire philosophique. Éditions de l'Aire, Vevey, 1994.
ВАЛЬТЕР ЭмильЯкоб (Walter Emil Jakob) род. 13 декабря 1897 г- в Швейцарии
(Winterthur). В 1916-1924 гг. Вальтер обучался в университете Цюриха, за-
щитил докторскую диссертацию по философии. Затем работал химиком
на производстве и учителем химии в средних школах Цюриха. К 1936 г.—
доцент естественной философии и истории науки в Высшей народной
школе Цюриха.
— Die Absorptionsbandenspektren von Gasen undDämpsen. 1924.
— Relativitätstheorie und Philosophie. 1924. 25 S.
— Geometrie als mögliche Form der Physik. 1926. 16 S.
— Moderne Naturphilosophie. Darstellung der Grundideen des Wiener Kreises. 1930.
15 S.
— Der Kapitalismus. Verlag Oprecht & Helbling, Zurich, 1930. 500 S.
— Das System der Wissenschaften. 1934. 13 S.
— Einführung in die Chemie, 1. Teil. 1933. 100 S. 2. Teil im Druck.
— Einführung in die Phyfik. 1935. 100 S.
— Prolegomena einer Axiomatik der Gesellschaftswissenschaften//Report au Congrès
International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Einheitswissenschaft als Basis der Wissenschaftsgeschichte//Erkenntnis, Bd. VII,
1937-1938. (Report on 4th International Congress for the Unity of Science,
Cambridge, England, 1938.)
436

ШВЕЙЦАРИЯ
РЕМОН Антуанетта (Reymond Antoinette В.) род. 28 августа igior. Окончила
гимназию и университет в г. Лозанне. Лиценциат по классической фило-
логии, аспирантка (к 1936 г.).
— Points de contact entre la logique stoïcienne et la logique russellienne// Report au
Congrès International de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
PEMOH Арнольд (Reymond Arnold) род. 2і марта 1874г. Обучался в универ-
ситетах Лозанны, Берлина, Лондона и Парижа. Диплом по теологии (Ло-
занна), защитил докторскую диссертацию по философии в Женеве. По-
четный доктор Университета г. Ньюшатель. Приват-доцент Университета
г. Лозанны, профессор Университета г. Ньюшатель и университета г. Ло-
занны, бывший ректор этого университета.
— Essai sur le subjectivisme et le problème de la connaissance religieuse.
— Logique et mathématiques. Essai critique et historique sur le nombre infini.
— Pascal et {apologétique chrétienne.
— Histoire des sciences exactes et naturelles dans l antiquité gréco-romaine. Les principes et
les écoles.
— Les principes de la logique et la critique contemporaine.
— Статьи на различные темы в журналах «Revue de Métaphysique et de Morale»,
«Revue de théologie et de philosophie», «Enseignement mathématique» и т. д.
— La négation et le principe du tiers exclu//Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
ЖЮВЕ Гюстав (Juvet Gustave) род. в 1896г. B Париже получил степень доктора
математических наук. В 1933 г- стал лауреатом премии Французской акаде-
мии наук. В 1920-1929 гг. работал в университете г. Ньюшатель в должно-
сти профессора астрономии, a с 1928 г. — в Университете г. Лозанна в долж-
ности профессора астрономии и математического анализа. Г. Жюве умер
от болезни в 1936 г. в возрасте 40 лет.
Среди публикаций Г. Жюве статьи по функциональному анализу, теории
относительности, квантовой теории, философии науки.
— Introduction au Calcul tensoriel et au Calcul différentiel absolu. Paris: Blanchard, 1922.
— Mécanique analytique et Théorie des quanta. Paris: Blanchard, 1926.
— Leçons d Analyse vectorielle. 2 vol. Rouge et Paris: Gautier-Villars, 1933-1935-
— La Structure des nouvelles théories physiques. Paris: Alcan, 1933.
— Laxiomatique et la théorie des groupes//Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
ДЮРР Карл (Dürr Karl, Цюрих).
— Die Bedeutung der Negation. Grudzuge der empirischen Logik//Erkenntnis, Bd. V,
1935. S. 205-227.
437

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Die Einheit der Wissenschaften//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. S. 65-81.
— Atissagenlogik im Mittelalter//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. S. 160-168.
(Report on 4th International Congress for the Unity of Science, Cambridge,
England, 1938.)
— Zum Vortrag von J. Jörgensen («Imperatives and Logic»)//Ibid. S. 356.
— Zum eigenen Vortrag («Aussagenlogik im Mittelalter»)//Ibid. S. 356.
— Zum Vortrag von K. Grelling und P. Oppenheim («Der Gestaltbegriff im Lichte der
neuen Logik»)//Ibid. S. 356.
— Die mathematische Logik des Arnold Ou/incz//Erkenntnis — The Journal of
Unified Science, Bd. VIII, 1939-1940. S. 361-368.
ИТАЛИЯ
ЭНРИКЕ Федерико (Enriques Federigo) род. 1871 г. в Ливорно. Профессор гео-
метрии в университете г. Рима, член Королевской академии де Линчеи, ре-
дактор журнала «Scientia». Умер в Риме в 1946 г.
Главные философские работы:
— РгбЫеті délia Scienza. 1. ed. Bologna: Zanichelli, 1906, 3. ed. 1922. Перев. на нем.,
англ., русский, франц.: 2 vols. «Les problèmes de la science et la logique». Paris:
Alcon, 1908; «Les concepts fondamentaux de la science». Paris: Flammarion.
— Scienza e razionalismo. Bologna: Zanichelli, 1911.
— Perlastoria délia logica. Bologna: Zanichelli, 1922. Перев. на нем., англ., франц.:
L'évolution de la logique. Paris: Chiron, 1924.
— Storia delpenziero scientifico. (совм. с Дж. ди Сантильяна Part 1 «Il mondo anti-
co») Bologna, 1932.
— Philosophie scientifique//Report au Congrès International de Philosophie
Scientifique, Paris, 1935.
Математические работы, обсуждающие научные принципы:
— Questioni riquardanti le mathematiche elementary. Trattate da diversi collaborator!, га-
cotte e ordinate da F. Enriques: 3. ed. 4 vol., Bologna: Zanichelli, 1921-1925.
— «Prinzipien der Geometrie». Art. Encyclop. der math. Wissenschaften. Перев.
на франц.
— Lezioni di Geometria proiettiva. Перев. на нем., франц.
Работы no истории математики:
— редактор иадания под названием «Per la storia e la filosofia délie matematiche».
Bologna: Zanichelli. B частности, редактирование томов «GH Elementi
d'Euclide e la critica antica e moderna». 4 vols.
де ФИНЕТТИ Брюно (de Finetti Bruno) род. 13 июня 1906г. в Инсбруке, Авст-
рия. В 1923 г. поступил в Политехнический институт г. Милана, a в 1925 г. пе-
438

ИТАЛИЯ
решел на математический факультет недавно организованного Университе-
та Милана. В 1927 г. де Финетти защитил докторскую диссертацию по при-
кладной математике. В 1927-193* гг. работал в Центральном статистическом
институте Италии. В 1931 г- сЛ^л экзамены и получил право преподавать
в высших учебных эаведениях. В і931-193^гг* работал в страховой компа-
нии «Assicurazioni Generali», разрабатывая аналоги современных компью-
терных программ. С 1936 г. дополнил практическую работу академической,
получив место доцента в университетах Триеста и Падуи. В і947г- Де Ф*1'
нетти оставил работу в страховой компании и занял должность профессо-
ра в университете г. Триеста. С і954г- он работал на кафедре математики,
с 1961 по 1976 г.—на кафедре статистики Университета «LaSapienza» г. Рима,
a также в Институте математической статистики. Брюно де Финетти был
избран почетным членом Королевского статистического общества, a также
членом Международного статистического института, в і974г-"~член"коРРес*
пондентом, a затем и академиком Королевской академии Линчеи.
Брюно де Финетти принадлежат около 300 статей и книг, но главные
революционные идеи в области вероятности изложены им в известном
двухтомнике «Теогіа délia Probabilità», опубликованном в і97ог-
Брюно де Финетти умер в 1985 г- в Риме.
— Sullefunzioni a incremento aleatorio//Rend. R. Ace. Naz. Lincei, vol. X, 5, 6a, 20
sem. fasc. 3-4, 1929.
— Suipassaggi al limite nel calcolo délie probabilité/ /Rend. R. 1st. Lomba do, vol. LXIII,
fasc. II-V, 1930.
— A proposito deWestensione del teorema délie probabilité totali aile classi numerabili// Rend.
R. 1st. Lomba do, vol. LXIII, fasc. XI-XV, 1930.
— Sul significato soggettivo délia probabilité//Fundamenta Mathematicae. T. XVII,
Warszawa, 1931.
— Le leggi differenziali e la rinunzia al determinismo// Rend. Sem. Mat. Roma, vol. VII,
S.II, 1931.
— Sul concetto diprobabilité/У Riv. Ital. di Statistica Economica e Finanze, A. V, n. 4,
die, 1933.
— Iltragico sofisma//Riv. It. di Sc. Economiche A., VII, n. 3, 1935.
— La logique de la probabilité//Report au Congrès International pour la Philosophie
Scientifique, Paris, 1935.
МАНЬЯ Базилио (Mania Basilio) род. і8 июля 1909г. в Италии. Изучал матема-
тику в университете г. Пиза. В 1932 г-стал ассистентом, a в і934г-~приват-
доцентом Математического института университета г. Пиза.
Работы по основаниям математики:
— Sui ргіпсірі logici délia matematica//G'\orm\z Critico della Filosofia Italiana,
1934-
439

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Sui fondamenti délia Geometria// Сюгпэіе Critico délia Filosofia Italiana, 1935.
— Linfini mathématique et révolution de la logique//Report au Congrès International
pour la Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
ПАДОА Алессандро (Padoa Alessandro) род. 14 октября і868 г. в Венеции. Защи-
тил докторскую диссертацию по математике. Успешно преподавал в сред-
них школах Рима, Генуи и других городах Италии (Pinerolo, Sondrio, Chi-
oggia, Cagliari). B Генуе в течение 2о лет он также преподавал курс высшей
математики в Высшей морской школе. Падоа преподавал курс идеографи-
ческой логики в качестве приглашенного профессора в Новом универси-
тете Брюсселя (1898), Королевских университетах Павии (1899). Рима
(1901), Падуи (1905) и в Университете Женевы (іді і). В 1932 г. Министер-
ство национального образования присвоило ему звание доцента матема-
тической логики, и с этого времени он постоянно преподавал в Королев-
ском университете в Генуе.
Доклады на Международном конгрессе за научную философию в Париже,
1935-
— Classes et pseudo-classes.
— Les extensions successives de Vénsemble des nombres au point de vue deductif.
— Ce que la logique doit à Peano.
ВАЙЛАТИ Дж. (G.Vailati).
— La Logique Mathématique et sa nouvelle phase de development dans les écrits de M.J.
Peano / / Revue de Métaphysique et de Morale, vol. 7, 1899.
— Scritti di G. Vailati. Leipzig & Firenze, 1911.
РУМЫНИЯ
СПЕРАНТИА Евгений Виктор (Sperantia Eugeniu Victor) род. 6 мая і888г. в г. Бу-
харест (Румыния). В 1906 г. окончил лицей Матеуша Бессараба (Mathei Bas-
sarab) в Бухаресте. Затем обучался на факультете гуманитарных наук и фи-
лософии и факультете права Университета Бухареста. В і9іЗ~1914гг- посе-
щал в кАчестве вольнослушателя лекции и работал в семинарах Берлинского
университета. Защитил докторскую диссертацию. С 191гг. работал в долж-
ности внештатного профессора. С 1921 г. Сперантиа —доцент в области
философии права и социологии на факультете права Университета Ора-
деа и одновременно, начиная с 1925 г., профессор философии в Теологиче-
ской академии. С 1931 г- Сперантиа—профессор на факультете права Уни-
верситета Орадеа, a c июля і934г-~~Действительный профессор филосо-
фии права и социологии университета г. Клюй (Cluj).
440

НИДЕРЛАНДЫ
— Apriorismulpragmatic, 2 vol. 1912-1922.
— Filosofia Magiei 1916.
— Frumosul ca inalta suferinta. 1920.
— Mic tratat despre corelatiunile psihice in vieta copilului 1925.
— Generalitati de Psihologie individuals si sociala. 1925.
— Traditio si юіиі ei social 1928.
— Actiunea limbi i vorbite. 1928.
— Pedagogia actuala. 1929.
— Factorul Ideal Etude de Sociologie noologique 1929.
— Fenomenul social 1930.
— Sur les fondements métaphysiques du Droit positif(на франц.). 1931.
— Curs de Sociologie generala, 1930.
— Curs de Filosofia Dreptului 1931.
— Biologia Hegeliana. 1932.
- Problemele sociologies contemporane. 1933.
— Locul vietii psihice intr'o biologie generala. (Доклад на X Международном психо
логическом конгрессе в Копенгагене, і938)*
— Les lois et les formes de la pensée comme projections des propriétés de la vie. (Выступле-
ние на VIII Международном философском конгрессе в Праге, 1933-)
— Cunostinta socialmente relatata. 1933-
— Papillons de Schumann. Работа получала награду Румынской академии, 1934-
— Perspectiva Istorica. 1934-
— Remarques sur les propositions interrogatives/ /Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
НИДЕРЛАНДЫ (Амстердам)
ПАННЕКУК A. (PannekoekA.)
— Das Wessen des Naturgesetzes//Erkenntnis, Bd. III, 1933. S. 389-400.
КЛЕЙ Дж. (ClayJ.)
— The Regression of the Unstructural/ / Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. S. 306-309.
— Zum Vortrag von Hempel// Ibid. S. 351.
— Zum Vortrag von Neurat h / /Ibid. S. 351.
— The Elements of Structure in our Knowledge//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938.
(Report on 4th International Congress for the Unity of Science, Cambridge,
England, 1938).

СКАНДИНАВИЯ
ДАНИЯ
ЙОРГЕНСЕН Йорген (Jörgensen Jörgen) род. в 1894г. C 1912г. изучал фило-
софию в университете Копенгагена. В 1918 г. стал магистром. С 1926 г.—
профессор философии в Университете Копенгагена. Йоргенсен прини-
мал активное участие в движении за единую науку: постоянный автор ста-
тей в журнале «Erkenntnis» и докладов на Международных конгрессах эа
единство науки; член организационного комитета Второго международного
конгресса за единство науки, проходившего в Копенгагене с г і по гб июня
1936 г. B проекте «Международная Энциклопедия единой науки» он должен
был налисать программную монографию «Логический эмпиризм».
— Philosophische Vorlesungen (на датск.), 1927-
— Hauptprobleme der Philosophie und Erziehung (на датск.), 1928.
— A Treatise of Formal Logic, vols. I—III. Copenhagen & London, 1931.
— Aktuelle Streitfragen (на датск.), 1931- z- В- «Atheimus und Idealismus»,
«Philosophie des Krieges», «Sexualformen».
— Aktuelle Streitfragen (на датск.), II, 1934. z. B. «Nationalismus», «Demokratie
und Diktatur», «Die neue Physik und die Religion».
— Wirkungen eines neuen Krieges auf den Geist und die Stimmung der Zivilbevölkerung
und der kämpf enden Truppen/ /Wie wurde ein neuer Weltkrieg aussehen?, 1931
(переведена на англ., франц., исп. языки).
— Remarques sur les principales implications métaphysiques des théories et des idées récentes
de la physique//Revue de Métaphysique et de Morale, 1932.
— Über die Ziele und Probleme der Logistik// Erkenntnis, Bd. III, 1932-1933. S. 73-106
— Рецензия na\ R. Carnap, Logische Syntax der Sprache//Erkenntnis, Bd. IV, 1934.
S. 419-422.
— The Development of Empiricism in Scandinavia/ / Report au Congrès International
pour la Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Einige Hauptpunkte der Entwicklung der formal in Logik seit Boole/ / Erkenntnis, Bd. V,
i935-s-131-141-
— Рецензия на: O.Neurath, Le Development du Circle de Vienne et l'avenir de
Témpirisme logique//Erkenntnis, Bd. VI, 1936. S. 271.
— Imperatives and Logic; A Pwpedeutical Course of Philosophy on Encyclopedic Lines/ /
Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. (Reports on 4th International Congress for
the Unity of Science, Cambridge, England, 1938.)
— Reflections on Logic and Language/ /Erkenntnis—The Journal of Unified Science,
Bd. VIII, 1939-1940. S. s 18-229.
442

СКАНДИНАВИЯ
ФИНЛЯНДИЯ
КАЙЛА Эйно (Каііа Еіпо) род. g августа 1890г. в г. Алаярви. С 1908 no 1910г.
изучал философию и психологию в Университете г. Хельсинки. В ідібг. за-
щитил докторскую диссертацию «On Motivation and Decision. An
Experimental Psychological Study». B 1921 г. Э. Кайла стал профессором философии
в университете г. Турку, a в і93°г-'~профессором теоретической филосо-
фии и психологии в Университете г. Хельсинки. С 1948 г. Эйно Кайла—член
Финской академии наук. Начиная с і93°"х ^- активно сотрудничал с Вен-
ским кружком, принимал участие в Конгрессах за единство науки.
Э. Кайла умер 31 июля 1958 г. в г- Хельсинки, Финляндия.
- Nykyajanfilosofeja, I. Henri Bergson//Aika 5, 1911. P. 424-440, 501-509.
— Versuch einer empiristischen Erklärung der Ttefenlokalisation von Doppelbildern/ /
Zeitschrift für Psychologie 82. 1919. S. 129-197.
— Sielunelaemae bilogisena ilmioenae. Helsinki, 1920.
— Der Satz vom Ausgleich des Zufalls und das Kausalprinzip. Erkenntnislogische
Studien (= Turun Suomalaisen Yliopiston Julkaisuja. Annales Universitatis Fennicae
Aboensis, series B, II, 2). Turku, 1925.
— Die Prinzipien der Wahrscheinlichkeitlogik (=Turun Suomalaisen Yliopiston
Julkaisuja. Annales Universitatis Fennicae Aboensis, series B, IV, I). Turku, 1926.
— Der logistische Neupositivismus. Eine kritische Studie (=Turun Suomalaisen
Yliopiston Julkaisuja. Annales Universitatis Fennicae Aboensis, series B, XIII). Turku,
1930.
— Über das System der Wirklichkeitsbegriffe. Ein Beitrag zum logischen Empirismus (= Acta
Philosophica Fennica 2). Helsinki, 1936.
— Рецензия wa: J. Jörgensen. A Treatise of Formal Logic//Erkenntnis, Bd. II, 1931.
S.467.
— Рецензия na: K. Bühler. Sprachtheorie (Die Darstellungsfunktion der Sprache) //
Erkenntnis, Bd. VI, 1936. S.65-69.
— Three Centuries of Finnish University Life. A Study in the History of Ideas [finnisch].
Helsinki, 1940.
— Logik und Psychophysik. Ein Beitrag zur theoretischen Psychologie//Theoria 10. 1944.
S.91-119.
— Philosophy as a Counter-weight to Speciliazation in the Science [finnish]
//Suomalaisen Tiedakat Esitelmaet ja Poeytaekijat 1948, 1949. P. 78-84.
— Zur Metatheorie der Quantenmechanik//Acta Philosophica Fennica 5. 1950.
P. 136.
— Terminalkausalität die Grundlage eines unitarischen Naturbegriffs. Eine
naturphilosophische Untersuchung. Erster Teil Terminalkausalitaet in der Atomdynamik, (s Acta
Philosophica Fennica 10). Helsinki, 1956.
443

ПРИЛОЖЕНИЕ
НОРВЕГИЯ
HECC Арне (Naess Arne) род. 27 января 1912 г. в г. Осло. Изучал философию,
в 1933 г- получил мастерскую степень, защитив диссертацию «A Discussion
of the Notion of Truth». Hecc продолжил изучение философии, психологии,
математики и астрономии в Париже и в 1934"1935 гг-в Вене, где он участво-
вал в заседаниях Венского кружка. Познакомившись с идеями логического
позитивизма, Несс в 1936 г. написал докторскуюдиссертацию «Knowledge
and Scientific Behavior», которую защитил в Осло и опубликовал в виде книги.
В 1937 г- Несс едет на стажировку в Беркли, где работает под руководством
С. Тулмина. В 1939"1 9^9 гг-он ~~ профессор философии в Осло; с 1958 г.—ос-
нователь и редактор журнала «Inquiry». Регулярно приглашается для чте-
ния лекций в Стокгольмский университет. Арне Несс—заядлый альпинист,
в 1940-1955^ _активный участникдвижениязамир, a c і97ог"~Участник
экологического движения и создатель теории «экософии».
— Zum Referat von Toulman//Erkenntnis, Bd. VI, 1936. S. 397-398.
— Über die Funktion der Verallgemeinerung//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. Report on
4th International Congress for the Unity of Science, Cambridge, England, 1938.
— Zum Vortrag von Kokoszynska Über die Einheitswissenschaft//Ibid. S. 382-383.
— Invitation to Oslo//Ibid. S. 384.
— Bemerkungen zur Gesamtdiskussion über den Vortrag von Williams// Ibid. S. 369.
— Zum Vortrag von Woodger//Ibid. S. 370.
— Zum Referat Grelling-Oppenheim//Ibid. S. 371.
— Antwort auf eine Frage von Hollitcher innerhalb einer Diskussion/ /Ibid. S. 384-385.
— Truth as Conceived by Those Who Are not Professional Philosophers. Oslo, 1938.
— En del elementaere logiske emner. Oslo, 1949.
— Interpretation and Preciseness. A Contribution to the Theory of Communication. Oslo,
1953-
— An Empirical Study of the Expressions True, Perfectly, Certain and Extremely Probable.
Oslo, 1953.
— Democracy, Ideology and Objectivity. Studies in the Semantics and Cognitive Analysis of
Ideological Controversy. Oslo et al., 1956.
— Wie fordert man heute die empirische Bewegung* Eine Auseinanderetzung mit dem
Empirismus von Otto Neurath und Rudolf Carnap. Oslo, 1956.
— Gandhi and the Nuclear Age. Totowa, N. Y., 1965.
— Communication and Argument. Oslo, 1966.
— The Pluralist and Possibilist Aspect of the Scientific Enterprise. Oslo, 1972.
— Oekologi, samfunn oglivsstil. Utkast till an oekosofi Oslo, 1976.
— The World of Concrete Contents/ / Inquiry 28. 1985. P. 417-428.
— The Deep Ecological Movement: Some Philosophical Aspects/ / Philosophical Inquiry.
1987.
444

СКАНДИНАВИЯ
ШВЕЦИЯ (УПСАЛЬСКАЯ ШКОЛА)
Представлены работы теоретико-философского содержания, написан-
ные на шведском языке и на языках Международного конгресса в
Elapse 1935г.
ХАГЕРСТРЁМ Аксель (Hägerström Axel Anders Theodor) род. 6 сентября
і868г. в г. Виреда, Швеция в семье священника. В і886г. Хагерстрём по-
ступил на теологический факультет Упсальского университета, затем пе-
решел на философский факультет, где и защитил докторскую диссерта-
цию. С 1893 по 1933г- он работал сначала лектором, затем профессором
философии в университете г. Упсала. Аксель Хагерстрём — основатель Уп-
сальской философской школы и Скандинавского движения правового реа-
лизма. Основными принципами Упсальской школы стали отрицание ме-
тафизики и субъективизма и пропаганда феноменологического и концеп-
туального анализа.
А.Хагерстрём умер y июля і939г-
— Kants Ethik im Verhältnis zu seinen erkenntnistheoretischen Grundgedanken. Upsala,
1902. 828 S.
— Das Prinzip der Wissenschafi. Eine logisch-erkenntnistheoretische Untersuchung. I. Die
Realität/ /Skrifter utg. av K.Hum. Vet.-Samf. I Upsala 12:3. Upsala 1908. 134 S.
— Social teleologi i marxismen, 1909.
— Om Moraliska Fbreställningars Sanning, 1911.
— Botanisten ochfilosofen. Om kunskapsfilosofiens nödvändighet. Stockholm 1910. 67 S.
— Tillfragan om den objektiva raettens begrepp. I. Viljeteorien//Skrifter utg. av K. Hum.
Vet.-Samf. I Upsala 19:2. Upsala 1917. 168 S.
— Der römifche Obligationsbegriff im Lichte der allgemeinen römifchen Rechts-anfchauung.
2 vols. Skrifter utg. av K.Hum. Vet.-Samf. i Upsala 23. Upsala 1927-1941.
— Darstellung seiner Philosophie in Die Philosophie der Gegenwart in SeWst-darsteüungen,
Band VII. 1929. 49 S.
ХЕДВАЛ Карл (Hedvall Karl) род. в 1873 г. C 1918 г. —приват-доцент филосо-
фии в университете г. Упсала.
— Humes Erkenntnistheorie kritisch dargestellt. Eine Untersuchung über empiristische
Prinzipien. Upsala: Upsala Universitets Arsskrift, 1906. 129S.
ХЕЛЛЬСТРЁМ Карл (Hellström Carl) род. в 1892 г. C 1932 г. —приват-доцент
философии в Университете г. Упсала.
— Omjorhallandet mellan utvecklingsläran och etiken i Herbert Spences syntetiskafilosofi//
Skrifter utg. av K. Hum. Vet.-Samf. i. Upsala 26:3. Upsala, 1930. 312 S.
445

ПРИЛОЖЕНИЕ
ЛУНДШТЕДТ Вильгельм (Lundstedt Vilhelm) род. в 1882 г. Профессор граж-
данского права в Университете г. Упсала.
— Superstition and Rationality in Action for Peace. Arguments against Founding a World Peace
on the Common Sense of Justice. A Criticism of Jurisprudence. London 1925. 239 S.
— Die Unwissenschafilichkeit der Rechtswissenschaft. I. Band. Die Vorstellungen von
objektivem Recht und subjektiven Rechten. Berlin-Grünewald 1932. 364 S.
МАРК-ВОГАУ Конрад (Marc-Wogau Konrad) род. в 1902 r. Приват-доцент в Уни-
верситете г. Упсала.
— Untersuchungen zur Raumlehre Kants. Lund 1931. 320 S.
МЁРЛИНГ Харри (Meurling Harry) род. в 1878г. Приват-доцент философии
в Университете г. Упсала.
— Fullkomtighetsbegreppet ISpinozasfüosofL Upsala: Upsala Universitets Arsskrift, 1928.
139 s.
НОРДЕНСОН Харальд (Nordenson Harald) род. в і886г. Приват-доцент физи-
ческой химии в Университете г. Упсала. В 1936 г. занимал также должность
директора института в г. Столькгольме.
— Einsteins relativitetsteori och denfysikaliska verkligheten. Stockholm 1922. 71 S.
— Über Geometrie und Raumvorstellung//Festskrift tillagnad Axel Hägerström d. 6 sept.
1928. Upsala, 1928. 20 S.
ОКСЕНШТИЕРНА Гуннар (Oxenstierna Gunnar) род. в 1897. Приват-доцент
философии в Университете г. Упсала.
— Tids- och intuitionsproblemen і Bergsonfilosofi Upsala, 1926. 153 S.
— Om betingelserna for det analytiska konsekvensbegreppets uppratthaüande//Skrifter
utg. av K.Hum. Vet.-Samf. i Upsala 27:2. Upsala 1931. 222 S.
ФАЛЕН Адольф (Phalén Adolf) род. в 1884 г. C 1931 г, — профессор философии
в университете г. Упсала.
— Kritik av Subjektivismen і оііка former med särskild hänsyn till transcendentalfilosofien.
In Festskrift tillagnad E. O. Burman. Upsala 1910. 50 S.
— Das Erkenntnisproblem in Hegels Philosophie. Die Erkenntniskritik als Metaphysik.
Upsala 1912. 458 S.
— Beitrag zur Klärung des Begriffs der inneren Erfahrung. Upsala: Upsala Universitets
Arsskrift, 1913. 307 S.
— Zur Bestimmung des Begriffs des Psychischen//Skrifter utg. av K. Hum. Vet.-Samf. i
Upsala. 16. Upsala 1914. 617 S.
— Über die Relativität der Raum- und Zeitbestimmungen//Skrifter utg. Av K. Hum. Vet.-
Samf. I Upsala 21:4. Upsala 1922. 176 S.
446

СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ
— Die Philosophie der Gegenwart in Selbstdarstellungen, Band V. 1924. 39 S.
ТЕГЕН Эйнар (Tegen Einar) род в 1884г. C 1907г. изучал философию вУнивер-
ситете г. Упсала. В 1921-1922гг. изучал философию в Университете г. Фрай-
бурга. В 1918 г. защитил докторскую диссертацию в Университете г. Упса-
ла и работал приват-доцентом философии. С 1931 г, — профессор филосо-
фии в Университете г. Лунд.
Эйнар Теген умер в 1965 г.
— Studier till uppkomsten аѵ Kants kritiska kunskapslära. Upsala 1918. 297 S.
— Moderne Willenstheorien. Eine Darstellung und Kritik. I.Teil 309 S. und II. Teil 408
S. Upsala: Upsala Universitets Ärsskrift, 1924 u. 1928.
— Viljandet i dess Jorhàllande till jaget och ahtiviteten. Skrifler utgivna av K Humanist.
Vetenskaps-Samf. I Upsala 25:1. Upsala 1928. 568 S.
— 1filosofiska frâgor. Upsala 1927. 182 S.
— Der antimetaphysische Objektivismus in Upsala//Report au Congrès International
de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Positivistische Physik und objektivistische Philosophie/ / Report au Congrès International
de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
— Kritisk objektivsm. En grundstàndpunkt och en kritik//Theoria (der Schwed. philos.
Zeitschrift), 1936, H. 1, 35 S.
СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ
КУАЙН Уиллард Ван Орман (Quine Willard Van Orman)1 род. 25 июня
1908 г. в г. Акрон, штат Огайо, США. Изучал математику и философию
в Оберлин Колледже и с і93°г. —в Гарвардском университете. В 1932 г- за"
щитил докторскую диссертацию «The Logic of Sequences: A Generalization
of Principia Mathematical, написанную под руководством Альфреда Норта
Уайтхеда. В і932"1933гг- жил в Европе и участвовал в заседаниях Венско-
го кружка, активно сотрудничал с Р. Карналом в Праге, встречался с поль-
скими логиками в Варшаве. По возвращении в США с і934г* Куайн в тече-
ние многих лет работал над одной из центральных проблем Венского круж-
ка —роль логики в обосновании математики. В 1936 г. Куайн стал младшим
1 Болсс подробно см. в кн.: Боррадори Дж. Американский философ. М.: ДИК, 1998-
С. Sö'ö1» a такжс ст. «Куайн» в кн.: Философы XX века. Серия «Философские
тстради». М.: Искусство XXI в., 2004 и гл. 9 «У. Ван Орман Куайн и Н. Гудмсн»
в кн.: Кюнг Г. Онтология и логический анализ языка. М: ДИК, 1998- (Филосо-
фия в XX веке: Швейцария).
447

ПРИЛОЖЕНИЕ
научным сотрудником Гарвардского университета, a также создал журнал
«Journal of Symbolic Logic». Ha формирование концепции Куайна большое
влияние оказал М. Шлик, Р. Карнап лично и в целом идеи логического по-
зитивизма. Он приложил немало усилий для того, чтобы помочь обосно-
ваться в США многим членам Венского кружка и другим выдающимся евро-
пейским философам, которые вынуждены были покинуть континент неза-
долго до начала Второй мировой войны. Во время Второй мировой войны
Куайн пошел добровольцем в морскую пехоту США и прослужил три года.
С 1948г. он—профессор Гарвардского университета, с 1956г.—заведующий
кафедрой того же университета. Куайн часто выезжал с лекциями в раз-
личные университеты как приглашенный профессор.
Уиллард Ван Орман Куайн умер 25 декабря 2Сюог. в Бостоне, штат Мас-
сачусетс, США.
— A System of Logistic. Harvard, Cambridge, 1934.
— Designation and Existence//J. Philos., 1939, v. 36, № 26.
— Mathematical Logic. New York, 1940. Rev. ed. Cambridge: Mass., 1955.
— Elementary Logic. Boston, 1941. Rev. ed. Cambridge: Mass., 1966.
— On Universals//Journal of Symbolic Logic 12. 1947. P. 74-84.
— Methods of Logic. New York, 1950.
— Two Dogmas ofEmpiricism //Philosophical Review 60. 1951. P. 20-43.
— From a Logical Point of View. A Logico-phibsophical Essays. Harvard, 1953.
— Method of Logic. N.Y., Holt, 1955.
— Word and Object. Cambridge: Mass., N.Y.—London, i960.
— The Ways of Paradox and Other Essays. New York, 1966.
— Ontofogical Relativity and Other Essays. N.Y.—London, 1969.
— Philosophy of Logic. Englewood Cliffs, NJ, 1970.
— The Roots of Reference. La Sail, 111., 1974.
— Cognitive Meaning//The Monist 62. 1979. P. 129-142.
— Theories and Things. Harvard, 1981.
— The Time of My Life: An Autobiography. Boston, 1985.
— Pursuit of Truth. Cambridge: Mass., 1990.
— From Stimulus to Science. Cambridge: Mass., L., 1995.
— Вещи u ихместо e теориях// Аналитическая философия: Становление и раз-
витие (антология). М., 1998-
— Американский философ: Интервью с Куайном и др. М.: Дом интеллектуаль-
ной книги, 1999- С. ЗБ^Б1-
О Куайне:
— Хилл Т.И. Современные теории познания. Пер. с англ. М., 1965» гл. 15;
— Кюнг Г. Онтология и логистический анализ языка. М.: Дом интеллектуаль-
ной книги, 1999- Гл. 9-
448

СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ
НАГЕЛЬ Эрнст (Nagel Ernst) род. іб ноября 1901 г. в Праге. В 191і г. его ро-
дители эмигрировали в США. В 1923 г. он закончил обучение в Нью-Йорк
Сити Колледже, a в і93ог- защитил докторскую диссертацию в Колумбий-
ском университете. В 1966-1967 гг. Нагель преподавал в Рокфеллеровском
университете, однако все остальное время его академическая карьера была
связана с Колумбийским университетом, где в 1967 г- он получил статус про-
фессора. Опубликованная в 1961 г. книга «Структура науки» практически
стала введением в новую область —аналитическую философию науки. На-
ряду с Р. Карнапом Э. Нагель был наиболее последовательным и стойким
приверженцем идей научного позитивизма.
В і939-195бгг. Нагель был редактором журнала «Journal of Philosophy»,
a в 1940-1946 гг.—журнала «Journal of Symbolic Logic».
Эрнст Нагельумер 22 сентября 1985 г. в г. Нью-Йорк, США.
— Measurement// Erkenntnis, Bd. II, 1931- S. 313"335-
— The Logic of Reduction in the Sciences/ / Erkenntnis, Bd. V, 1935. S. 46-51.
Наиболее важные и известные книги:
— (Совм. с Дж. Ньюманом) Gödel's Proof, 1958.
— The Structure of Science, 1961.
— (Совм. c M. Коэном) An Introduction to Logic and the Scientific Method.
СОМЕРВИЛЬ Джон (Somerville John).
— Logical Empiricism and the Problem of Causality in Social/ / Erkenntnis VI, 1936.
S. 405-411.
— Duscussion of Rashevsky//Ibid. S. 376.
ГЕРЦ Пол (Hertz Paul, New-York).
— Sprache und Logik//Erkenntnis, Bd. VII, 1937-1938. S. 309-324.
МОРРИС Чарльз Уильям (Morris Charles William) род. 23 мая 1901 г. в Денве-
ре, Колорадо, США. Изучал инженерное дело, биологию, физиологию,
психологию и философию в Университете Висконсин в Мэдисоне, в Се-
веро-восточном Университете в Эванстоне, штате Иллинойс, и в Чикаго
под руководством, в частности, Джорджа Герберта Мида. В 1922 г. в Чи-
каго Моррис стал бакалавром наук, в і925г- защитил докторскую диссер-
тацию «Symbolism and Reality. A Study in the Nature of Mind», написанную
под руководством Г. Мида. C 1925 по 1931 г* он вел семинары по филосо
фии в Райс-Институте в Хьюстоне, штат Техас. В і931"1947гг- Моррис —
профессор в Чикагском университете; в то же время он преподавал в Гар-
варде и в Нью-Йорке, в Новой школе социальных исследований. С начала
і93°"х гг- Моррис активно работал с представителями логического эмпи-
ризма в Европе, а, начиная с 1935 г- (участвовал в Первом международном
449

ПРИЛОЖЕНИЕ
Конгрессе за единство науки в Париже) постоянно сотрудничал в науч-
ном и организационном плане в Движении за единую науку с Р. Карнапом
и О. Нейратом и работал над проектом «Энциклопедия единой науки» в ка-
честве соредактора. Работая над этим проектом, Моррис создал современ-
ную семиотику на основе идей американского прагматизма, английского
эмпиризма и логического эмпиризма. В і958-197* гг. Моррис —профессор
университета Флориды.
Чарльз Уильям Моррис умер 15 января і979г- во Флориде, США.
— Neo-Pragmatism and the Ways ofKnowing//The Monist 38, 1928. P. 494-501.
— The Relation of Formal to Instrumental Logic/ / Essays in Philosophy, Open Court
Publishing Co., 1929.
— Six Theories of Mind. Chicago, 1932.
— Pragmatism and Metaphysics// Philosophical Review, November 1934.
— The Concept of Meaning in Pragmatism and Logical Positivism/ / Proceedings of the
Eight International Congress of Philosophy.
— Pragmatism and the Crisis of Democracy. Chicago, 1934.
— Semiotic and Scientific Empiricism; Notes on the History of Empiricism; Bemerkungen
zur Enzyklopädie//Report au Congrès International de Philosophie Scientifique,
Paris, 1935.
— The Relation of the Formal and Empirical Sciences within Scientific Empirism/ /
Erkenntnis, Bd. V, 1935. S. 6-15.
— Some Aspects of Recent American Scientific Philosophy//Ibid. S. 142-150.
— Logical Positivism, Pragmatism, and Scientific Empiricism (= Actualité scientifiques
et industrielles. Exposés de philosophie scientifique, 449). Paris, 1937.
— Esthetics and the Theory of Signs/ /Erkenntnis — The Journal of Unified Science,
Bd. VIII, 1939-1940. S. 131-150.
— Paths of Life. Preface to a World Religion. New York, 1942.
— Signs, Languages, and Behavior. New York, 1946.
— The Open Self New York, 1948.
— Varieties of Human Value. Chicago —London, 1956.
— Signification and Significance: a Study of the Relations of Signs and Values. Cambridge,
Mass., 1964.
— Otto Neurath and the Unity of Science Movement. Jerusalem, 1964.
— The Pragmatic Movement in American Philosophy. New York, 1970.
— Writings on the General Theory of Signs. Den Haag, 1971.
БИБЛИОГРАФИЯ
Подготовлена Ч. Моррисом для публикации в журнале «Erkenntnis», 1935-
Автор не ставил целью составить полный список имен и дать полную биб-
лиографию их работ; он хотел представить некоторые главные фигуры
450

СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ
современной научной философии в США и дать ссылки на работы других
интересных представителей этого движения. Ч. Моррис рассматривал эту
библиографию как «рабочую для читателей журнала».
BENJAMIN A.C.
— The Logic of Measurement/ /Journal of Philosophy, 30, 1933, 701.
— The Mystery of Scientific Induction/ /Philosophy of Science, I, 1934,224.
— The Operational Definition of Suppositional Symbols/ / Report au Congrès International
de Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
BERNSTEIN B. A.
— Whitehead aiul Russell 's Theory of Deduction as a Mathematical Science/ / Bull. Amer.
Math. Soc, 37, 1931, 480.
— Relation of Whitehead and Russell's Theory of Deduction to the Boolean Logic
ofPropositions/ /Ibid., 38, 1932, 589.
— Cm. другие статьи в журналах: «Bull. Amer. Math. Soc.» за 1924, 1932, 1933;
«Trans. Amer. Math. Soc.» за 1924» *926; «Proc. Cambridge Philos. Soc», 1932;
«Amer. Jour, of Math.», 1932.
BLUMBERG A. E., Feigl H.
— Logical Positivism. A New Movement in European Philosophy//Journal of
Philosophy, 28, 1931, 281.
— EmileMeyerson's Critique of Positivism//Monist, 42, 1932, 60.
— The Nature of Philosophic Analysis/ /Philosophy of Science, 2, 1935.
BRIDGMAN P. W.
— Dimensional Analysis. Yale Univ. Press, 1922, 1931.
— The Logic of Modern Physics. Macmillan, 1927. Перев. на нем.: Die Logik der
heutigen Physik, München, 1912.
— Statistical Mechanics and the Second Law of Thermodynamics//Bull. Amer. Math.
Soc, 1932.
— The Nature and Limitations ofCosmical Inquiries//Scientific Monthly, 37, 1933,
385.
— A Physicist's Second Reaction to Mengenlehre//Scripta Mathematica, 2, 1934.
COHEN Morris.
— Reason and Nature. Harcourt, Brace and Co., 1931.
— A Brief Sketch ofLeter Philosophy //Cambridge History of American Literature, vol.
1, chapter 17, 1921.
— Law and the Social Order. Harcourt, Brace and Co., 1933.
— On the Logic ofFiction //Journal of Philosophy, 20, 1923, 477.
451

ПРИЛОЖЕНИЕ
— Concepts and twilight zones//Journal of Philosophy, 24, 1927,673.
— Vision and Technique in Philosophy// Philosophical Review, 39, 1930, 127.
DEWEY John.
— Essays in Experimental Logic. Univ. of Chicago Press, 1916.
— The Influence of Darwin upon Philosophy, and Other Essays. H. Holt and Co., 1910.
— Philosophy and Civilization. Minton, Balch and Co., 1931.
— Experience and Nature. Open Court Pub. Co., 1925.
— The Quest for Certainty. Minton, Balch and Co., 1929.
EATON Ralph M.
— Symbolism and Truth. Harvard Univ. Press, 1925.
— General Logic. Scribners, 1931.
FEIGL Herbert, BlumbergA.E.
- Logical Positivism//Journal of Philosophy, 28, 1931, 281.
— The Logical Character of the Principle of Induction//Philosophy ofScience, 1, 1934,
20.
— Logical A nalysis of the Psychophysical Problem/ /Philosophy of Science, 1, 1934,
420.
— Sense and Nonsense in Scientific Realism//Report au Congrès International de
Philosophie Scientifique, Paris, 1935.
HOOK Sidney.
— The Metaphysics of Pragmatism. Open Court Pub. Co., 1927.
— Experimental Logic/ / Mind, 40, 1931, 424.
HUNTINGTON E.V.
— Sets of Independent Postulates for the Algebra ofLogic//Trans. Amer. Math. Soc, 5,
1904, 288.
— The Continuum as a Type of Order. Harvard Univ. Press, 1917.
— A New Set of Independent Postulates for the Algebra of Logic with Special Reference to
Whitehead and RusseWs «Principia Mathematics//Proc. Nat. Acad. Science, 18,
1932. 179-
JAMES William.
— Essays in Radical Empiricism. Longmans, Green and Co., 1912.
LANGER Susanne K.
— The Practice of Philosophy. H. Holt and Co., 1910.
452

СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ
LANGFORD
— (Совм.: Cooper H., LewisC.I.) Symbolic Logic. Century Co., 1932.
— Cm. статьи no логике в журналах: «Proc. London Math. Soc», 1926; «Ann. of
Math.», 1927; «Bull. Amer. Math. Soc», 1927, 1928; «Mind», 1927, 1928.
LENZEN Victor F.
— The Nature of Physical Theory. John Wiley and Sons, 1931.
— The Metaphysical Import of Scientific Facts// Univ. of California Pub. in Philos., 14,
1932, 151.
— Physical Causality//Ibid., 15, 1932,69.
— The Metaphysics of Space and Time/ /Journal of Philosophy, 29, 1932, 182.
— A Positivistic Theory ofPossibility//Univ. of California Pub. in Philos., 17, 1934, 53.
— The Philosophical Problem of the Existence of the Physical World/ / American Physics
Teacher, 2, 1934, 152.
— ПриветствиеII Международному конгрессу за единство науки//Erkenntnis, Bd. VI,
1936. S. 285-987.
LEWIS Clarence I.
— A Survey of Symbolic Logic. Univ. of California Press, 1918.
— The Pragmatic Element in Knowledge/ /Univ. of California Pub. in Philos., 6, 1926,
205.
— Mind and the World-Order. Scribners, 1929.
— (Совм. c: C.H.Langford) Symbolic Logic. Century Co., 1932.
MEAD George H.
— Mind, Self and Society. Univ. of Chicago Press, 1934.
— The Philosophy of the Present, ed. by A. E. Murphy. Open Court Pub. Co., 1932.
NAGEL Ernst.
— Measurement//Erkenntnis, Bd. II, 1931, 313.
— Charles Peirce's Guesses at the Riddle//Journal of Philosophy, 30, 1933, 365.
— A Frequency Theory ofProbability //Ibid., 533.
PEIRCE Charles S.
— Collected Papers of Charles Sanders Peirce. 6 vols. Harvard Univ. Press, 1931 flf. Ed.
by Hartshorne and Weiss.
— Chance, Love, and Logic. Harcourt, Brace and Co., 1923. Ed. by Morris Cohen.
POSTE. L.
— Introduction to a General Theory of Elementary Propositions/ / Amer. Journ. of Math.,
43, 1921, 163.
453

ПРИЛОЖЕНИЕ
REISER O.L.
— Time, Space and Gestalt//Philosophy of Science, I, 1934, 197.
ROYCE Josiah.
— The Relations of the Principles of Logic to the Foundations ofGeometry //Trans. Amer.
Math. Soc, 6, 1905, 353.
— The Principles of Logic//Ruge1s Encyclopaedia of the Philosophical Sciences,
vol. 1. Logic, Macmillan, 1913. Перев. на нем. яз.
SHEFFER H. M.
— A Set of Five Independent Postulates for Boolean algebras/У Trans. Amer. Math. Soc,
14, 1913,481.
— Mutually Prime Postulates//Bull. Amer. Math. Soc, 22, 1916, 287.
— Review of Principle Mathematica, 2nd ed.//Isis, 8, 1926.
— Notational Relativity//Proc 6th Intern. Cong, of Philos., 1927, 348.
SINGER E. A.
— Mind as Behavior. R. G. Adams, 1924.
— Beyond Mechanism and Vitalism// Philosophy of Science, I, 1934,273.
SMITH H.B.
— Symbolic Logic. Crofts and Co., 1927.
— On the Relation of the Aristotelian Logic to that of Boole-Schroeder/ / Monist, 42, 1932,
282.
WEISS Paul.
— Theory ofTypes //Mind, 17, 1928, 338.
— Two-valued logic- Another Approach/ /Erkenntnis, Bd. II, 1931, 242.
— Process and Reality; an Essay in Cosmology. Macmillan Co., 1929.
WHITEHEAD A.N.
— Science and the Modern World. Macmillan Co., 1926.
— Metaphysics and Logic of Classes/ / Monist ,42, 1932, 112.

ПРИЛОЖЕНИЕ II
ФОТОГРАФИИ