fû/'//
Sôf

ВОСТОЧНЫЙ ВОПРОСЪ.

Джоігь Буль ua Восток'];. — Англіл, Индія н Россія, — Апглія и
Рбссія въ «восточпомъ вопросѣ». — Приложения.

H. L

ВЕССЕЛЯ.

У. *

Ii

ч ».
... \

д : ,

САШСТПЕТЕРБУРГЪ.
Въ тннографіи А. А. З С Г А Е В О К А Г О (Басенная, Л» 2).
185«.

.

Статьи Н. Х . Вессоля по восточному вопросу заимствованы изъ
газеты сГолосъ»: Издапіе ихъ отдѣльпою книгою, сиоръ съ продажи
которой предназначается въ пользу пострадашпихъ отъ раярѣшенія
восточна го вопроса войною, сдѣлано съ согласія H. X : Весселя. отказавшагося отъ своихъ авторскихъ правъ, и при содѣйствіп: наборщнковъ, пожертвовавшихъ свопмъ трудомъ, бумажпаго фабриканта
ІС.П.Печаткпна, уступившаго бумагу за полъ-цѣны, и типографіи, принявшией на себя остальные расходы по нздапію.'

Изъ шести державъ-поручительницъ парижскаго
трактата 1 8 5 6 года главное дѣятельное участіе
въ в о с т о ч н о ю вопросѣ, в ъ настоящее время, принимаютъ Англія и Россія.
Это участіе, вызываемое совершенно различными основными причинами и побужденіями и
преслѣдующее совершенно различный ц ѣ л н , должно
быть и совершенно противоположное.
Для Россіи, центръ восточного вопроса находится на Балканскомъ Полуостровѣ и главная задача его заключается в ъ дѣйствительпомъ улучшеніи иоложенія турсцкихъ христіапъ, которое
можетъ быть достигнуто только посредствомъ совершенна™ освобожденія и х ъ отъ нестерпимаго
долѣе и постыднаго ига мусульманской Порты.
Для Англіи, центръ восточнаго вопроса — в ъ
Индіи, и главная задача его — охраненіе неприкосновенности британскаго владычества в ъ этой

2013041875

Ч

•

странѣ, составляющая самое существенное условіе всего могущества и міроваго иреобладанія
Англіи.
Существованіе Британской Имперіи въ Индіи
нисколько еще необезпечено, и это есть самое
естественное слѣдствіе крайне эгоистической промышленой политики Англіи, безпощадно эксплуатирующей покоренный страны и народы. Положеніе
2 0 0 мидьйоновъ индійскихъ подданныхъ Англіи
едва ли чѣмъ лучше положенія христіанскихъ
подданныхъ Порты, и они столько же ненавидятъ
свою просвѣщенную владычицу, какъ турецкіе христіане мусульманскую Порту. По какъ тѣ, такъ
и другіе, безъ помощи могущественной европейской- державы, не въ состояніи свергнуть давящ а я ихъ иноземная ига.
Эта могущественная европейская держава—Россія. ДорогЬю кровыо сыновъсвоихъ Россія уже освобождаетъ христіанскихъ подданныхъ Порты отъ
постыдная мусульманская ига- Россіи же прсдстоитъ освободить и 200-мильйонное населеніе
Индіи отъ британскаго ига, a вмѣстѣ съ тѣмъ,
и всю Европу отъ эксплуататорской политики Англіи. Госсія исполняетъ свое историческое назначеніе, его же нельзя преминуть.

Англія давно уже сознаетъ это, и чувствуетъ
и видитъ въ Россіи своего неминуемая врага-со^
крушителя.
Теперь настаетъ для Англіи время расплаты за
всѣ великіе нравственные и матерьяльные убытки,
причиняемые ея эгоистическою торгашескою системою «наконленія національныхъ богатствъ», нетолько захваченнымъ ею странамъ и народамъ, но
и всему міру.
Эта система, которая установлена Уилльямомъ
Питтомъ и которой неуклонно слѣдовали всѣ его
преемники до графа Биконсфильда включительно,
привела теперь всѣ «великіе интересы» Англш
въ непосредственное столкновеніе съ самыми
насущными интересами в с ѣ х ъ другихъ европейскихъ державъ, особенно Германіи, Пруссіи, Франціи и Италіи.
Эти государства, вслѣдствіе чрезмѣрнаго наееленія своего, не могутъ довольствоваться своими
континентальными територіями и континентального промышленостыо и торговлею. Имъ необходимо широкое, свободное развитіе самостоятельной морской торговли и необходимо имѣть свои
энѣевропейскія колоніи, для того, чтобъ остано-

вить страшное развитіе пролетаріата и освободиться отъ рабочаго и ыиогихъ другихъ грозныхъ
содіальныхъ вонросовъ, доставпвъ своему чрезмѣриому населенно возможность свободно выселяться въ другія части свѣта и тамъ находить себ'ѣ пропитапіе и собственность.
Все это приводить названный великія державы
к ъ непосредственному отолкновенію с ъ самыми
жизненными интересами Великобритании, потому
что требуетъ, чтобъ она отказалась отъ своей моноиолін на морскую торговлю, отъ своей исключительно эгоистической колоніалыюй политики, отъ
своего міроваго господства и преобладанія.
Добровольно этого Англія, конечно, не сдѣлаетъ, и уступить только тогда, когда ее къ тому
иринудятъ.
Но ни Германія с ъ Пруссіей, ни Франдія, ни
Италія не должны быть особенно страшны Англіп
въ этомъ отношеніи, потому что всѣмъ имъ приходится бороться с ъ нею на морѣ, и притомъ
Франдія не буд'етъ дѣйствовать з а одно с ъ Гер- ,
маніей.
Между тѣмъ, Россія, обладая обширными сви-

бодными землями въ Европѣ и Азіи, не имѣетъ
никакой неотложной необходимости в ъ морскихъ
колопіяхъ, и потому интересы ея въ этомъ отношеніп по сталкиваются с ъ интересами другихъ
континентальных'!, евроиейскихъ державъ. Но какъ
для этнхъ державъ крайне необходимо свободное
развитіе самостоятельной морской торговли, точно
также и для Россіи необходимо свободное развитіе
сухопутной торговли в ъ Азіи, главное
препятствге которому

представляли

до

ne дышл

ства

сихъ

поръ

и орды,

а потаенные

иѵредставляютъ

среднеазіатскгл
происки

и

ханинтриги

Это всѣмъ извѣстно, и потому
обезпечить и распространить свою торговлю в ъ
Азіи Россія можетъ не иначе, какъ прекративъ
эти британскія козни и интриги.
Великобрщ•

ми.

Россін не имѣетъ и не можетъ имѣть никакихъ
завоевателыіыхъ заиысловъ н а британскую Индію, огражденную отъ нея Гималаями- но, для
обезпеченія своихъ великихъ торговыхъ ннтересовъ в ъ Азіи, она вынуждена будетъ дойти до
предѣловъ Мндіи и оказать свое могущественное
содѣйствіе угнетенному 200-мильйонному туземному населенно для освобождения его отъ британскаго ига. Вмѣстѣ съ тѣмъ, окончится и дарство
торгашеской политики Англіи, и ея монопольная

морская торговая, и ея міровое преобладаиіе-, окончится я велпкій восточный вопросъ, и континентальнымъ государствамъ Западной Европы откроется свободный, доступъ во всѣ восточный и
• южныя моря и части свѣта.
Все это, конечно, давно уже провидитъ геніальный канцлеръ Германской Имперіи, и вотъ этото и должно составлять главную причину необыкновеннаго раснолбженія къ намъ Германш,
помимо традиціонной дружбы Пруссіи и ея благодарности за сочувственный нейтралитетъ Россш
во время ея войны съ Франціей въ 1 8 7 0 году
Послѣдняя рѣчь графа Биконсфильда, въ палатѣ лордовъ, H тронная рѣчь королевы, при закрытіи парламента, обѣщающія строго хранить
«условный» нейтралитетъ в ъ нынѣшней войнѣ
Роесіи съ Турціей, ноказываютъ, что, наконецъ, и
англійское правительство поняло невозможность
составить въ настоящее время европейскую коалицію противъ Россіи. И такъ какъ Россія теперь и не помышляетъ объ Индіи, то не будетъ
и поводовъ къ нарушение британскаго «условного» нейтралитета, и Англія, по всей вѣроятности, не окажетъ явнаго вооруженнаго вмѣшательртва даже и въ томъ сдучаѣ, если мы займещъ

временно Константинополь. І ы смѣемъ даже думать, что и въ случаѣ дѣлежа наслѣдства «больнаго человѣка» английское правительство не зах в а т и в Египта и вообще не потребуем себѣ
какой-нибудь львиной части. Вѣрнѣе всего, оно
ѵстремитъ все свое адское искусство, всѣ свои
потаенныя козни и интриги на устройство освобожденныхъ балканскихъ славянъ и постарается
устроить ихъ такъ, чтобъ, съ одной стороны,
они жили другъ съ другомъ к а к ъ кошки съ собаками, а съ другой - чтобъ всѣ вмѣстѣ они
образовали для Россіи новую Польшу. Это было
бы для Англіи гораздо выгоднѣе всякаго територіальнаго присоединенія изъ наслѣдства «больнаго человѣка», а для насъ начался бы новый
нескончаемый восточный.вопросъ.. Дѣло въ томъ
что и участь турецкихъ христіанъ будетъ вполнѣ
обезпечена, и восточный вопросъ окончательно
разрѣшенъ, и вся Европа успокоится, освободится
отъ давящаго ее вооруженнаго мира и найдетъ
благополучный исходъ своему пролетаріату и вообще своему крайне ненормальному и в ъ высшей
степени напряженному политическому и соціальному состоянію только тогда, когда Англія будетъ
вынуждена оставить свою торгашескую политику,
свою исключительно эгоистическую систему «накоплении націопальнаго богатства.» Принудить же

к ъ этому Аиглію в ъ настоящее время можетъ
только одна Россія, но не на Балканскомъ Полуостровѣ, а в ъ Индін.
Слѣдующія за симъ статьи содержатъ в ъ себѣ
объясненіе того, что сказано въ. этомъ предисловіи.
H. Вессель.

ДЖОНЪ БУЛЬ НА ВОСТОКЪ.
Мы никакъ не думаемъ, чтобъ самолюбіе благороднаго Джона Буля могло хотя сколько-нибудь оскорбиться,
если мы позволимъ себѣ характеризовать восточную
его политику эпитетомъ «адская». Начиная съ дикарей
острововъ Отаити и бушменовъ, готтентотовъ и кафровъ
Мыса Доброй Надежды и восходя постепенно по всѣмъ
промежуточнымъ ступенямъ цивилизаціи современнаго
чейовѣчества до высокопросвѣщоннаго и только-что ножа лованнаго пэра Англіи, графа Биконсфильда, включительно — всѣмъ й каждому, кто только вѣритъ въ существованіе ада, хорошо извѣстно, что въ этомъ подземномъ
царствѣ нѣтъ мѣста дуракамъ •— да простится намъ это
тривіальное выраженіе — a имѣютъ привилегію попадать
туда только умные люди. Если же, вслѣдствіе такой
привилегіи, все населеніе ада обладаетъ высшимъ и
благороднѣйшимъ признакомъ отличія человѣка отъ
всѣхъ прочихъ животныхъ, —• признакомъ, который называется умомъ, то уже само собою разумѣетея, что вожаки адской политики должны обладать этимъ признакомъ въ высшей степени, т. е. должны быть мужи нарочито мудрые, а политика йхъ должна быть самою премудрою изъ всѣхъ политикъ, которыя когда-нибудь
практиковались и будутъ практиковаться на поверхности
1

земнаго шара. Слѣдовательно, придавая политикѣ благороднаго Джона Буля эпитетъ «адская», мы этимъ саыымъ, съ одной стороны, несомнѣнно свидѣтельствуемъ
о ея необычайной мудрости. Если же предположить, что
этотъ эпитетъ можетъ, съ другой стороны, непріятно
кольнуть чувство христіанскаго достоинства, то, вопервыхъ, едва ли, вообще, можно допустить такую щепетильную христіанскую чувствительность въ вожакахъ
политики на Западѣ въ нажъ высокопросвѣщонный
вѣкъ вооруженнаго мира, крупповскихъ пушекъ, броненосныхъ фрегатовъ, башенныхъ мониторовъ и другихъ
безчисленныхъ усовершенствованій и изобрѣтеній и безпредѣльно-великодушной траты мильйоновъ въ видахъ
быстрѣйшаго и легчайшаго сокращенія рода человѣческаго; вовторыхъ, сознаніе христіанскаго достоинства,
вѣдь, не рождается непосредственно вмѣстѣ съ человѣкомъ, а поселяется и развивается въ немъ воспитаніемъ
и ученіемъ, въ томъ, конечно, случаѣ, если это воспитаніе и это ученіе сами руководствуются высокими
идеалами христіанства. Но послѣ великой перепалки
россійскихъ классиковъ и реалистовъ, въ семидесятыхъ
годахъ, и у насъ стало доподлинно извѣстно, что школы,
имѣющія въ Западной Европѣ, особенно въ отечествѣ
благороднаго Джона Буля, исключительную привилегію
поставлять государственныхъ людей, въ томъ числѣ,
конечно, и великихъ политиковъ, питаютъ ихъ съ самаго дѣтства пряными доблестями классической древности и извлекаютъ для нихъ правила высокой гуманной нравственности и международной политики изъ
жизни и дѣяній древнихъ грековъ и римлянъ, которые,
правду сказать, не слишкомъ-то были разборчивы въ
евоихъ нравственныхъ воззрѣніяхъ и идеалахъ, что не-

опровержимо доказывается хотя бы тѣмъ, что первые, т. е.
греки, заставили самоотравиться Сократа за то, что онъ
вздумалъ-было выводить на чистую воду нѣкоторыя слабости ихъ въ этомъ отношеніи, a послѣдніе, т. е. римляне основывали всю свою политику на премудромъ правилѣ: divide et impera.
Всѣ вышеизложенныя соображенія самымъ естественнымъ путемъ приводятъ насъ къ тому непреложному и
очевидному заключенію, что употребленное нами выраженіе «адская политика» нетолько не можетъ оскорбить
благороднаго Джона Буля, но должно еще льстить ему
и пріятно щекотать его необъятное британское самолюбе...
Впрочемъ, дѣло вовсе не въ томъ, какъ отнесётся къ
означенному выражепію достопочтенный Джонъ Буль,
если вообще, теперь, или когда-нибудь, онъ узнаетъ о
немъ; но весь вопросъ состоитъ въ томъ, дѣйствительно
ли эпитетъ «адская» вполнѣ вѣрно и рельефно изображаем восточную политику Джона Буля какъ въ отношеніи нееомнѣнной ея премудрости, такъ и въ отношеніи
ея высоконробныхъ моральныхъ достоинствъ?
Изслѣдованію этого важнаго вопроса и посвящаемъ
мы свои строки.
Извѣстно, что существуютъ два пути изслѣдованія
важныхъ вопросовъ: одинъ путь идетъ снизу вверхъ, восходить отъ частныхъ отдѣльныхъ фактовъ къ общимъ
выводамъ; другой — опускается сверху внизъ, нисходить
отъ общихъ положеній къ частнымъ фактамъ. Учоные

называютъ первый путь индуктивнымъ, а второй —дедуктивным*. Кто желает* познать во всѣхъ подробностяхъ сущность, преимущества и недостатки того и друг а я , можетъ обратиться къ извѣстному сочиненно
«Индуктивная и дедуктивная логика», написанному знаменитымъ мыслителемъ и соотечественникомъ благороднаго Джона Буля —Джономъ Стюартомъ Миллемъ и
переведенному даже на русскій языкъ.
Для пзслѣдованія даннаго вопроса оба пути одинаково
пригодны. Мы избираемъ индуктивный путь, какъ болѣе
модный и пользующійся въ наше время болыпимъ кредитомъ, т. е. мы начинаемъ свои изслѣдованія съ отдѣльныхъ высокодоблестныхъ дѣяній политики благородн а я Джона Буля на Востокѣ.
Бея исторія этой политики преисполнена доблестныхъ
дѣяній, особенно во время крупныхъ ея проявленій. Но
мы не будемъ углубляться въ отдаленныя историческія
трущобы, а напомнимъ читателямъ только три, еще
очень недавніе факта изъ восточной политики благородн а я Джона Буля, именно: 1) дворцовую революцію и
умерщвленіе короля Радамы на островѣ Мадагаскар'!'»;
2) убійство французская консула Ламберта въ Аденѣ и
3) избіеніе французовъ въ Тіэндзинѣ, въ Китаѣ.
Сокровенныя причины этихъ кровавыхъ событій, совершившихся во время самаго тѣснаго entente cordiale
между англійскимъ и французскимъ правительствами
(1864—1870 годовъ *), вѣроятно, по этому самому, и
* ) Впрочемь, ловкія политическія операціи Джона^ Буля противъ
Франціи начались уже тотчасъ посіѣ восточной войны, вѣроятно,

не были раскрыты, такъ. что истинные виновники ихъ
не оставлены > даже въ подозрѣпіи, несмотря на толстыя
синія книги, сочиненныя дипломатическими агентами
благородная Джона Буля и.неизсякаемые потоки классическая краснорѣчія, изліянные благородными милордами и достопочтенными джентльменами при раземотрѣніи этихъ chefs-d'œuvre новѣйшей дипломатической
въ благодарность за великую услугу, оказанную Фрапціей Англіи въ
этой войнѣ. Въ 1855 и 1856 годахъ былъ уже напечатаиъ Лессепсомъ подробный проекта прорытія Суэзскаго Перешейка. Извѣстно,
что Англія всѣми средствами противодѣйствовала этому великому
міровому предпріятію геніальнаго франдузскаго инженера, энергически поддержанному французскимъ правптельствомъ, подъ вліяпіемъ
котораго находился тогда Егинетъ. Видя безуспѣшиость своего противодѣйствія, Англія стала сильно укрѣплять порта Адепъ, чтобъ
удержать въ своихъ рукахъ выходъ изъ Чермпаго Моря въ Индійскій
Океаиъ. Тогда французскій императоръ рѣшидся завладеть маленькимъ островкомъ Перимот (Perim), пред став ляющимъ скалу, лежащую въ самомъ узкомъ мѣстѣ Баб-эль-Мапдебскаго Пролива, и
«составляющим!» такой же ключь этого пролива, какъ гибралтарская скала относительно Средиземнаго Моря». Съ этою цѣлью
послана была французская эскадра въ Чермпое Море, которая зашла
въ Аденъ запастись углемъ. Апглійскій губернаторъ пригласила французская адмирала и офицеровъ эскадры къ обѣду и угостилъ ихъ
па славу. Послѣ угощепія, нѣкоторые изъ молодыхъ французскихъ
офицеровъ проговорились, что эскадра идетъ въ Перпмъ. Хитрый
хозяинъ отправилъ къ коменданту порта записку, съ приказаніемъ,
какъ можно медлепнѣе отпускать уголь французами Въ ту же ночь,
два англійскіе военные корабля вышли изъ аденскаго порта по направленію къ Чермному Морю. На другой день, распростившись съ
принявшими ихъ столь радушно англичанами, фраецузскій адмиралъ
повелъ эскадру свою къ Перпму. Но, къ величайшей его обидѣ и
оскорбленію, надъ островомъ развѣвался англійскій флагъ и въ на-,
скоро насыпанной батареѣ уже было установлено нѣсколыо орудій».
(Перри-Фогтъ, «Путешествіе по Египту, Аравіи и пр.»; Перев. подъ
ред. Ранцева. 1876. Стр. 1 0 7 - 1 0 8 ) .

изворотливости и затмившіе собою всѣ катилинады Цицерона и филиппики Демосѳепа.
Эти офиціальные акты были въ свое время сообщены
въ подробныхъ извлеченіяхъ нашими ежедневными газетами и ежемѣсячными журналами, такъ что теперь
не представляется никакой надобности воспроизводить
ихъ' вновь, и мы сообіцимъ читателямъ уже позднѣйшія,
совершенно неофиціальныя замѣтки и сужденія двухъ
любознательный» путешественниковъ, приподнимающія,
весьма, всрочемъ, осторожно и деликатно, завѣсу, опущенную въ офиціальныхъ донесеніяхъ, можетъ быть, совершенно неумышленно, на таинственныя стороны означенныхъ кровавыхъ происшествій.
Извѣстный Жакольйо (Louis Jacolliot), подробно ознакомившійся, во время своихъ многолѣтнихъ странствованій по Аравіи и Остиндіи, съ благодѣтельною и просвѣтительною политикою Джона Буля въ странахъ, омываемыхъ Краснымъ Моремъ и Бндіцскимъ Океаномъ,
разсказываетъ слѣдующее объ умерщвленіи короля Радамы на Мадагаскарѣ и франнузскаго консула Ламберта
въ Аденѣ.
«Въ Европѣ плохо знаютъ ненавистную политику
(l'odieuse politique), которой слѣдуетъ народъ-торгашъ
въ моряхъ Индіи и на крайнемъ Востокѣ.
«Съ тѣхъ поръ, какъ Англія безраздѣльно владычествуете надъ необъятными странами Индостана, она съ
необыкновенною предусмотрительностью и несокрушимымъ упорствомъ направляете всѣ свои усилія къ тому,

нтобъ никакое другое европейское вліяніе, особенно же
вліяніе Франціи, не могло утвердиться на какомъ-шбудь
пунктѣ аравійскаго и индійскаго прибрежья.
«Ни что не укрывается отъ ея тревожной и неусыпной бдительности. Едва только французское военное
судно начнете удаляться съ своей случайной стоянки
у береговъ Аравіи или Остиндіи, какъ тотчасъ же англійскій корабль бросаете якорь на томъ же самомъ мѣстѣ
и начинаете свое шпіонство, подъ предлогомъ изученія
мѣстной гидрографіи. Адмиралтейство желаете знать,
зачѣмъ останавливались французы, и донесеюя, посылаейаА въ Лондонъ, сообщаютъ въ мельчайшихъ подробностяхъ обо всемъ, даже о самыхъ пустяшныхъ подаркахъ, сдѣланныхъ имамамъ, шейхамъ и другимъ ничтожнымъ владѣтелямъ прибрежій Аравш и Африки.
«Англія не останавливается ни предъ какими мѣрами
и средствами, чтобъ расширить и обезпечить владычество своего флага. Пусть общественное мнѣніе клеймите
позорными словами хищническіе захваты какого-нибудь
Уарена Гастингса *), пусть въ самомъ парламенту
раздаются рѣзкія порицанія министерству - все это
одна номедія, разъигрываемая
для низверженгя
министерства, и англійское правительство, кто бы ни стоялъ
во главѣ его, никогда не возвратите добровольно ни
Надѣлавшш много шума политически процесъ Уарена Гастингса,
генерала губернатора британской Индіи, преданнаго, по требованш
парламента, суду лордовъ за хищничество продолжался Де^ть і ѣ ^
Несмотря на всѣ явныя улики, Уаренъ Гастингсъ былъ обхявлень
невиновнымъ. Еще быі Дріобрѣтя себѣ мильйоны, онъ болѣе чѣмъ
удвоилъ територію британскихъ владѣній въ Индостанѣ.

одной пяди земли, присоединенной подкупами, грабежёмъ, обманомъ, нарупіеніемъ клятвы, не отмѣнитъ ни
одного изъ своихъ распоряженій, не отступить ни на
волосъ отъ своей вѣковой стяжательной политики.
«Сколько бы ни прославляли политическое равенство
всей англійской націи, въ дѣйствительности огромная
масса ея лишена всякаго политическаго вліянія, и этойто массѣ необходимо обширное поле для ея комерческихъ ыаневрированій. Только подъ этимъ условіемъ и
могутъ еще сохраняться уже давно отжившія средневѣковыя привилегіи лордства. Поэтому, лорды адмиралтейства ревниво и . зорко стерегутъ морское преобладаніе
Англіи, обезпечивающее и ея торговое преобладаніе.
«Случай, или, какъ сказали бы древніе, inexorabile
fatum (неумолимый рокъ), какъ-то особепно послужилъ
ихъ интересамъ въ послѣднее время... Мадагаскарекій
король Радама пренебрегъ подарками и дружбою королевы ради союза съ Франціей... Его министры были
французы... Онъ пригласилъ офицеровъ нашей арміи,
чтобъ образовать свою... Но едва онъ началъ свои благодѣтельныя реформы, какъ былъ умерщвленъ среди
дворцовой революціи... не смотря на всѣ уеилія англійскаго мисіонера Эллиса (Ellis)... спасти его».
А Ламберъ, зарѣзанный у береговъ Краснаго Моря?
«Ламберъ (Lambert), флотскій офицеръ, французскій
консулъ въ Аденѣ, горячо домогался этого поста. Какъ
всѣ его соотечественники, путешествовавшіе въ этой
части свѣта, онъ съ благороднымъ, сердечнымъ негодо-

I
ф
ваніемъ взиралъ на ту безпечпость, съ которою Франція
дозволила забыть себя въ "странахъ, гдѣ нашъ флагъ,
въ былое время, такъ высоко и гордо держалъ себя, и
на то равнодушіе, съ которымъ мы закрывали глаза
передъ хищническими захватами нашихъ торжествуюіцихъ соперниковъ.
«Возмущенный такою постыдною и лживою политикою,
выставлявшею Францію предъ народами Востока и крайпяго Востока третьеразрядною державою, Ламберъ рѣшился бороться по мѣрѣ силъ своихъ и возъимѣлъ намѣреніе основать на берегу Аравіи, въ нѣкоторомъ разстояніи отъ Адена, французскую факторію, которая была
бы центральнымъ пунктомъ снабженія всѣмъ необходимымъ нашихъ судовъ, іілавающихъ въ этихъ моряхъ.
-«Для достиженія этой цѣли, онъ предпринималъ
частыя поѣздки къ сосѣднимъ арабскимъ племенамъ,
встѵпалъ въ дружественныя сношенія съ ихъ предводителями, стараясь выяснить имъ, что въ ихъ же собствениыхъ иптересахъ было бы крайне необходимо остановить
дальнѣйшіе захваты Англіи, и что для этого вѣрнѣйшимъ средствомъ была бы уступка Франціи извѣстной
територіи, прилегающей къ Красному и Оманскому Морямъ, нѣсколько ниже Адена, такъ чтобъ этотъ городъ
былъ, такъ сказать, охваченъ французскими владѣніями.
«Эта идея понемногу прокладывала себѣ путь. Недовѣріе арабовъ было совершенно разсѣяно нашимъ умнымъ консуломъ... Какъ вдругъ, противъ всякаго чаянія,
возвращаясь съ одной изъ своихъ обычныхъ поѣздокъ,
Ламберъ былъ зарѣзанъ на собственномъ кораблѣ однимъ

изъ дикихъ фанатиковъ, имѣвшихъ карманы, полные
золота... въ нѣсколышхъ метрахъ отъ арабскаго берега,
немного выше Адена.
«Горесть англійскаго коменданта, искреннѣйшаго друга
Ламбера, могла равняться развѣ только печали мисіонера Эллиса, до сихъ поръ еще оплакивающаго утрату
своего несчастнаго друга-Радамы. Поэтому-то комендантъ.
и поспѣшилъ представить своему правительству въ истиномъ свѣтѣ «это безумное преступленіе, совершенное
несколькими фанатиками-арабами, безъ всякой другой
цѣли и безъ всякихъ иныхъ побужденій, какъ только
для удовлетворенія своихъ дикихъ инстиктовъ» и проч.
«Отъ Англіи потребовали наказанія виновныхъ. Она
велѣла немедленно произвести самое точное опредѣленіе
положенія мѣста преступленія и потомъ отвѣчала французскому правительству, что, къ ея величайшему сожалѣнію, она тутъ ничего не можетъ сдѣла-гь, потому что
убійство совершено *въ нѣсколькихъ футахъ за чертою
ея владѣній, и потому предо ставляетъ Франціи полную
свободу преследовать виновныхъ, если она того пожелаетъ>...
«Этой шутке поверили: ведь, это случилось во время
самаго теснаго союза (au temps de l'alliance intime),
и былъ посланъ фрегатъ на место преступленія. Около
пятнадцати арестовъ было произведено по указанію нашихъ верныхъ союзниковъ... и решительно ничего не
открыто: одинъ продавецъ финиковъ и одинъ погонщикъ
верблюдовъ были казнены; что же касается руководителей, или, вернее, техъ, на кого намъ указали, какъ на

•руководителей, то имъ объявлена была «gratia» отъ
имени императора, съ просьбою не предпринимать впредь
ничего подобнаго... По этому поводу тогда много смеялись, да и теперь еще смеются въ англійскомъ министерстве иностранныхъ делъ, гдѣ мы слывемъ за націю,
надъ которою можно издеваться сколько угодно и какъ
угодно въ колоніальномъ отношеніи...
«Дй, но во французскомъ министерстве иностранныхъ
делъ это, должно быть, поняли, потому что съ техъ
поръ мы не имеемъ более особаго консула въ Адене,
a конеульскія обязанности исполняются агентомъ общества «Messageries Maritimes! и ему строго запрещено
возбуждать какіе-нибудь сторовніе вопросы.
«Надо ли добавлять еще что-нибудь въ заключеніе?
Я близко знаю одного изъ старшихъ офицеровъ нашего
флота, бывшаго членомъ следственной и потомъ военносудной комисіи по этому делу, который еще недавно
говорили мне:
«При допросе подсудимыхъ мы на каждомъ шагу чувствовали посторонюю руку (nous sentions à chaque pas
une main étrangère) и негодовали на свое безсиліе, потому что имели формальное нредписаніе воздерживаться
отъ всякаго изследованія этого крайне деликатнаго обстоятельства...» *).
Къ такому же точно заключенію относительно таин*) Louis Jacolliot, «Voyage au pays des Bayadères», 3-me éd.
Paris, 1876, стр. 81-я и слѣд.

ственныхъ виновниковъ страшнаго избіенія всѣхъ французовъ въ Тіэндзинѣ 21-го іюня 1870 года (les massacres
de Tientsin) приводить внимательное чтеніе другаго путешественника, извѣстнаго австрійскаго государственнаго человѣка, барона Гюбнера, хотя онъ, какъ австріецъ,
и, слѣдовательно, представитель дружественной и заискивающей въ Англіи державы, не позволяетъ себѣ и
тѣни намека на сокровенное участіе благороднаго Джона
Буля въ этомъ звѣрскомъ событіи *).
Разсказъ и заключительный сужденія барона Гюбнера заелуживаютъ особеннаго внимапія, потому что онъ
занимался изслѣдованіемъ «тіэндзинскаго избіенія» совершенно добровольно, какъ частный человѣкъ, и на
самомъ мѣстѣ, во время своей восьмидневной остановки въ Тіэндзинѣ, съ 30-го октября по 7-е ноября 1871 года. Вотъ кйкъ онъ самъ разсказываетъ объ
этомъ:
«Едва прошло шестнадцать мѣсяцовъ послѣ избіенія
французовъ,и здѣсь всѣ еще находятся подъ впечатлѣніемъ этого страшнаго событія. Повторится ли оно?
спрашиваютъ всѣ европейскіе резиденты. Чтобъ отвѣтить на этотъ вопросъ, надо было бы подняться до самаго источника зла. Сдѣлали ли это? Донесенія посланника
и консуловъ Англіи содержать въ себѣ массу драгоцѣнныхъ свѣдѣній; но такъ какъ всѣ французы, за исключеніемъ одного, находившіеся здѣсь въ этотъ несчастный
день, были убиты, то, поэтому, и нельзя было дополнить
* ) «Promenade autour du monde», 1871, par M. le baron de
Hubner, ancien ambassadeur, ancien ministre. 2-me édit, tome 2Paris, 1873, стр., 307-я и слѣд.

ихъ показаніями донесеній англійскихъ агентовъ. Собрать всевозможный свѣдѣнія и замѣтки, привести ихъ
въ иорядокъ, сравнить съ «Синею Книгою» и съ результатами изслѣдованій, произведенныхъ абатомъ Фавье
(l'abbé Favier), лазаритомъ, присланнымъ изъ Пекина
тотчасъ послѣ катастрофы — вотъ трудъ, который я
предпринялъ и который я могъ исполнить впродолженіи
восьми дней остановки въ Тіэндзинѣ, при обязательной
помощи вѣкоторыхъ резидентовъ. Я имѣлъ счастье лично
бесѣдовать съ тремя туземцами: однимъ мандариномъ,
однимъ слугою убитаго французскаго консула и однимъ
изъ христіанъ дома лазаритовъ, которые были очевидцами кровавыхъ сценъ 21-го іюня 1870 года. Они отвѣчали на мои вопросы откровенно и вполнѣ опредѣленно.
На основаніи всѣхъ этихъ письменныхъ документовъ и
устныхъ показаній и непосредственнаго изслѣдованія
самого мѣста преступленія, я составилъ себѣ понятіе,
думаю, вполнѣ вѣрное, о томъ, что называется «тіэндзинскимъ избіеніемъ (les massacres de Tientsin). Но я
не открылъ ни одного новаго факта, ничего особенно
важнаго, чего бы не заключалось въ «Синей Книгѣ».
или въ показаніяхъ, собранныхъ отцоыъ Фавье. Я не
могъ разсѣять мрака, покрывающаго происхождение, цѣль
и истинныхъ виновниковъ преступленія.
«Во время этихъ изслѣдованій у меня и возникла
мысль напечатать мое путешествіе.
«За мѣсяцъ до событія, печальную исторію котораго
я здѣсь набрасываю, большой городъ Тіэндзинъ наслаждался глубокнмъ спокойствіемъ. Десять лѣтъ прошло съ

открытія доступа въ Срединную Имперію *) и еще не
состоялось никакого дѣйствительнаго сближенія между
туземцами и иностранцами. Но, тѣмъ не менѣе, за исклгоченіемъ ничтожныхъ, не имѣвшихъ никакого значенія,
столкновеній, 500,000, 700,000 или 900,000 жителей
города Тіэндзина (столь различны статистическія исчисленія), особенно средніе и низшіе классы населенія, не
выражали ни малѣйшаго непріязненнаго отношенія къ
европейцамъ-мисіонерамъ или купцами, которые осмелились даже оставить предоставленныя иностранцами «концессіи» (les concessions) и поселились въ самомъ центре
китайскаго города.
«Первое место между ними занимали французскій
консулъ, единственный изъ членовъ консульская корпуса, предпочёвшій, для непосредственнаго наблюденія
за католическими учрежденіями, изгнаніе изъ китайскаго
города более пріятному и удобному жительству въ концессіяхъ. Г. Фонтанье (Fontanier), хотя и холерическаго
темперамента, пользовался заслуженными доверіемъ и
уваженіемъ даже въ среде туземнаго населеція. Въ последнее время, лица, посещавшія его, замечали въ немъ
какую-то особенную нервную раздражительность.
«Ближайшими соседомъ консула быль отецъ лазаритъ
Шевріе (le .père Chevrier), настоятель католической ыисіи въ Тіэндзине, человѣкъ умный и кроткій. Къ несчастью, прежнія дружественный отношенія соседей ох*) Англійскій мирный договоръ подписанъ въ Тіэлдаинѣ 26-го
іюня 1868 года, а дополнительный статьи — въ Пекинѣ 24-го октября
1860 года. Французскій договоръ подаисанъ 27-го іюня 1858 года и
дополнительныя статьи 2б-го октября 1860 года.

ладели. Г. Фонтанье, разсержённый почтительными, но,
вместе съ теми, и настоятельными представленіями о.
Шевріе, предвидевшая опасность, формально запретили
ему, 9-го іюня, входи въ консульство.
«Еще одинъ священникъ-китаецъ и ученый христіанинъ Wang-Sang, вместе съ детьми сиротская дома и
прислугою, составляли все населеніе миссіи, пользовавшееся искреннею привязанностью христіанекой туземной
общины.
«Съ другой стороны, за рекою, въ центре главнаго
предместья, въ неболыпомъ зданіи, возле церкви, жили
сестры милосердія Saint-Vincent de Paul; оне заведывали сиротскимъ домомъ и больницею. Врачи англійскаго консульства, г. Фрезеръ, хотя былъ протестантъ
и жили въ концессіяхъ, часто навещали сестеръ милосердья и лечили ихъ больныхъ. Если верить всѣмъ показаніямъ, сестры были вообще любимы и уважаемы и
ихъ приглашали даже туземцы въ свои семьи для ухода
за больными. Сестра Марія до последнихъ дней не переставала посещать жилища бедныхъ и помогать ими.
«Прочіе резиденты были негоціанты французскіе, англійскіе, швейцарскіе, американскіе и русскіе.
«Французы пользовались особыми доверіемъ и уваженіемъ туземцовъ всехъ классовъ за свою честность, открытый образъ действій, предупредительность и вежливость, и вліяніе Франціи постоянно возрастало.
«Во главе китайскаго населенія стоялъ Шунгъ-Ху,
одинъ изъ вицепрезидентовъ военнаго департамента,

N
16
украшенный знаками первой степени и павлинымъ пером* о двух* очках*. Манчжуръ по происхожденію, он*
был* очень любим* при пекинском* дворѣ и въ теченіи
десяти лѣтъ исполнял* обязанности главная комисара
трех* портов* сѣвера (Шефу, Тіэндзина и Ныошуанга).
Как* вицекороль Нанкина — в ъ центрѣ и Кантона — н а
югѣ имперіи, он* завѣдывалъ всѣми сношеніями съ иностранцами, которые прославляли его благорасположеніе,
честность и вѣжливость. Дипломатическіе агенты иностранных* держав* имѣли о нем* наилучшее мнѣніе (la
meilleure opinion). Сверх* того, он* командовал* всѣмъ
гарнизоном* въ Тіэндзинѣ, обученным* и дисциплинированным* совершенно поевронейски».
Изъ приведеннаго описанія видно, что положеніе
иностранцев* въ Тіэндзинѣ, за мѣсяцъ до катастрофы,
было самое удовлетворительное и что особенно французы пользовались уваженіемъ и довѣріемъ туземная
населенія. Но волѣ каких* же неисповѣдимыхъ судеб*
только они и подверглись избіенію 21-го іюня 1870 года?
Мы не будет* сообщать подробная разсказа барона
Гюбнера о страшных* кровавых* сценах* этого несчастн а я дня, но прямо перейдем* къ его заключительным*
разсужденіямъ.
«Обвиняли — говорит* он* — миссіонеровъ и сестер* милосердія въ том*, что они своим* неблагоразумным* рвеніемъ обращать туземцовъ въ католиков* вызвали тѣ звѣрства, жертвами которых* они
же сами и пали. Въ самый день избіенія, утром* 21-го
іюня, англійскій консул* г. Лей (Lay) писал* къ своему
посланнику г. Уэду (Wade): «Сестры милосердія былиг

достаточно глупы, покупая дѣтей и пр.» *). Оказалось,
что это увѣреніе было ошибочно, и г. Уэдъ, который
сначала-было повѣрилъ ему и донес* своему правительству, поспѣшилъ, съ свойственным* ему щтмодушгемъ
(loyauté), сознать свою ошибку **), впрочем*, уже послѣ
того, как* депутація отъ англійскихъ негоціантовъ, ведущих* торговлю съ Китаем*, представила записку лорду
Грэнвиллго. Въ этой запискѣ сказано: «Община, къ которой принадлежали сестры милосердія, существует*
здѣсь уже болѣе 300 лѣтъ. Въ теченіи всего этого долг а я времени противъ сестер* не было произнесено ни
одной жалобы. Дѣйствія ихъ всегда были открыты и
извѣстны всѣмъ. Можно утверждать самым* категорическим* образом*, что сестры вовсе не давали денег*
тѣмъ, кто приносил* къ ним* всѣми покинутых* малюток*» ***).
«Еще менѣе основательно обвиненіе отцовъ-лазаритовъ,
пользовавшихся всеобщим* уваженіемъ, наравнѣ съ сестрами милосердія, и, при всѣхъ моих* тщательных*
изслѣдованіяхъ, мнѣ не случилось встрѣтить ни одного
факта, который подтверждал* бы это обвиненіе. Говорили, что чернь была раздражена противъ католических*
*) The sisters of charity have been very stupid in buying
children. «Синяя Книга», стр. 19-я. Это мѣсто заслужило рѣзкое
порицаніе со стороны всѣхъ англичапъ, находившихся въ trade-ports.
* * ) My impression that the original cause of the excitement
•was the belief that children received by the hapless sisters of
Mercy were taken into their orphanage for unholy uses, remains
unshaken: but I am assured that it is incorrect to assert that any
of these infants were, as I had thought, purchassed by the sisters».
«Синяя Книга», стр. 67-я.
***) «Синяя Книга», стр. 82-я.
7
2

мисіонеровъ и сестеръ милосердія, и тааъ какъ они
были почти всѣ французы, то и вообще противъ ихъ
еоотечественниковъ. Но г. Лей, во второмъ донеееніи
своему посланнику, пишетъ: «Крикъ (черни) не былъ:
убивайте сестеръ и мисіонеровъ, а убивайте французовг., и потомъ: убивайте всѣхъ иностранцевъ». Правда,
г. Уэдъ отвѣчалъ ему на это: «Я не могу допустить
вашего объяспенія, по которому причиною взрыва была
ненависть къ иностранцамъ вообще»; но мы знаемъ узке,
что г. Уэдъ измѣнилъ свое мнѣніе и въ офиціальныхъ
англійскихъ документахъ тіэндзинское избіеніе называется «избіеніемъ европейцовъ въ Тіендзпнѣ («Papers
relating to the massacre of Europeans at Tien-tsin, presented to both houses of Parliament», China. № 1, 1870».
«Несчастный консулъ Франціи, находившійся въ какомъ-то непонятномъ ослѣпленіи и невнимавшій ни донесеніямъ о. Шевріе, ни предетавленіямъ своего товарища, русского консула, могъ бы своевременными энергическими мѣрами предотвратить эту страшную катастрофу; но онъ искупилъ ошибки свои мученическою
смертью, и его, конечно, узке никакъ нельзя считать
виновникомъ избіенія.
«Г. Лей, хотя и въ меньшей степени, но былъ такъ
зке, какъ и г. Фонтанье^ въ заблужденіи относительно
онаснаго полозкенія дѣлъ. Я сужу о немъ единственно
только по бумагамъ, подписанными его рукою. Семь
дней спустя, послѣ событія, онъ писалъ г. Уэду: «Я
тогда не имѣлъ и мысли о томъ, чтобъ положеніе дѣлъ
было столь серьёзно». Дѣйствительно, онъ не имѣдъ
такой мысли. Это доказываете все' его поведеніе. Онъ

писалъ два раза Шунгу, но когда? Первое письмо его
было отъ 20-го іюня, послѣ разговора съ русскимъ консуломъ, замѣтившимъ ему, что въ числѣ сестеръ милосердія была одна ирландка, подданная королевы, авто-рое отъ 21-го іюня, по настоянію врача Фрезера,
слѣдовательно, наканунѣ и въ самый день избіенія. Въ
первомъ письмѣ г. Лей просите Шунга убѣдить народъ
быть вѣжливымъ съ иностранцами и уважать ихъ церкви
и больницы, а во второмъ, жалуясь на оскорбленіе, нанесенное врачу Фрезеру, онъ также просите высокаго
комисара объявить народу, особою прокламаціею градоначальника, что онъ долзкенъ быть вѣжливъ съ подданными королевы. Все это доказываете, что г. Лей не
придавалъ особаго значенія тому, что происходило въ
китайскомъ городѣ.
«Извиненіемъ г. Лею можетъ служить еще и то обстоятельство, что онъ зкилъ въ концессіяхъ и не присутствовалъ лично на мѣстѣ нроисшествія. Но, съ другой
стороны, извѣстно, что такая безпечность не была общею. Русскій консулъ, врачь Фрезеръ и многіе резиденты
настаивали на энергическихъ мѣрахъ предосторозкности,
особенно на коллективномъ заявленіи Шунгу и на томъ,
чтобъ г. Лей потребовалъ отъ начальника англійской
морской станціи въ Шефу немедленной .присылки канонерскихъ лодокъ. Послѣ катастрофы, поведеніе г. Лея
было превосходно» (Après la catastrophe la conduite de
M. Lay était admirable).
Далѣе, баронъ Гюбнеръ разсматриваетъ еще одно
мнѣніе о существовавшемъ, будто бы, въ Китаѣ заговорѣ, имѣвшемъ цѣлью избіеніе, или, по крайней мѣрѣ,

rs
20
изгнаніе всѣхъ иностранцовъ, и, наконецъ, разбираетъ
участіе различныхъ китайскихъ властей въ тіэндзинскомъ
избіеніи. «Но какая польза — заключаетъ онъ — опредѣлять роль каждаго изъ этихъ жалкихъ негодяевъ въ
этомъ страшномъ событіи? Важное практическое значеніе для европейцовъ имѣло бы точное указаніе виновниковъ иреступленія и мотивовъ, руководившихъ ими
при этомъ. Откуда раздался ударъ и на кого онъ былъ
направленъ? Къ несчастью, эти капитальные вопросы
остались во мракѣ. Собрана масса показаній и свѣдѣній,
но всѣ они не привели ни къ какимъ діоложительннмь
результатамъ...»
Позволяемъ себѣ думать иначе. По нашему мнѣнію,
весь разсказъ и особенно приведенный заключительная
соображенія барона Гюбнера прямо выставляютъ таинственныхъ виновниковъ страшнаго избіенія французовъ
въ Тіэпдзинѣ и обнаруживают сокровенные мотивы,
иобудившіе ихъ такъ дѣйствовать. Сопоставляя тіэндзпнскую катастрофу съ обоими вышеприведенными убійствами и принимая въ. соображеніе: 1) постоянно возраставшее вліяніе французовъ въ Тіэндзинѣ, составляюіцемъ преддверіе Пекина, что, конечно, не могло быть
по сердцу благородному Джону Булю; 2) странное, по
своей безиечности и слабости, иоведеніе англійскаго
консула, будто бы, вовсе непредполагавшаго столь опаснаго положенія дѣлъ, тогда какъ это всѣмъ хорошо
было извѣстно, нетолько въ китайскомъ городѣ, но и
въ концессіяхъ, и было заявлено самому г. Лею русскимъ
консуломъ и врачомъ англійскаго консульства, и, наконецъ, 3) обращая вниманіе на странную измѣнчивость
мнѣній англійскаго посланника въ Пекинѣ, нельзя не

чувствовать и въ тіэндзинской кровавой трагедіи той
же посторонней руки, которая принимала, хотя и сокровенное, но, вмѣстѣ съ тѣмъ, и главное руководящее
участіе въ умерщвленіи короля Радамы на островѣ Мадагаскарѣ и французскаго консула Ламбера въ Аденѣ...
На подобные подвиги могла рѣшиться, конечно, только
политика, которой присущи всѣ высокія умственный и
нравственныя качества дипломатическаго корпуса ада,
и читатели видятъ теперь, что мы были совершенно
правы, придавая восточной политикѣ благороднаго Джона
Буля эпитетъ «адская», который какъ нельзя болѣе
вѣрно и рельефно характеризуем ее.
Нѣмецкій погромъ Франціи въ 1870 году надолго
освободилъ Англію отъ этой опасной соперницы ея стяжательной политики на Красномъ Морѣ и на крайнемъ
Востокѣ. Но, въ то же время, Россія, которую Англія
считаетъ едва ли еще не болѣе страшною соперницею,
особенно въ отношеніи ея владычества въ Остиндіи *),
*) Весьма настойчивыя предсказанія и нредостережепіл относительно такого значенія Россіи для бритапскаго владычества въ Остиндіи высказываются уже въ нѣсколькихъ мѣстахъ извѣстнаго сочинеиія: «The History of British India», by James Mill, fifth edition
(in 10 vol.) with notes and continuation, by H. Wilson, 1859. ДеЗКансиаъи (A. de-Jancigny) въ своей «Histore de l'Inde ancienne
et moderne et de la confederation Indo-Britanique depuis leurs
origines jusqu'à nos jours». Lpzg. 1858, предполагаетъ три главная
причпны, могущія поколебать владычество Англіи въ Индостанѣ, и
первою изъ этихъ причинъ выставляетъ: «будущность Россіи въ
Европѣ и на Востокѣ» (l'avenir de la Bussie en Europe et dans
l'Orient). Жакольйо, описавъ страшное угнетеніе, которое претерпѣваетъ туземное населеніе Индостана отъ англичанъ, смотрящихъ

уничтожаетъ самое тяжёлое условіе парижская мира,
ограничивавшее развитіе русскихъ морскихъ силъ въ
Черномъ Морѣ, такъ что, всѣ усилія и громадныя пожертвованія благороднаго Джона Буля въ восточной
войнѣ пропали даромъ, потому что означенное условіе
было едва ли не единственными, существенно вигоднымъ
для Англіи результатомъ этой войны.
Впрочемъ, уже раньше этого, усвѣхи нашего оружія
въ Средней Азіи, именно быстрое завоеваніе Ташкента
генераломъ Черняевымъ, сильно переполошило достопочтенная Джона Буля. И понятно: страшныя для его владычества въ Остиндіи предсказанія какъ будто начинали
сбываться. Въ англійской печати, въ обществѣ, въ парламент поднялась цѣлая буря, и громовые раскаты ея
раздавались на всю Европу, угрожая завоевательными
-тремленіями русскихъ варваровъ. Можетъ быть, для
уснокоенія этой бури тогда и былъ отозванъ генералъ
Черняевъ... Но, несмотря на все нежеланіе наше, неудержимою силою обстоятельствъ мы были вынуждены
распространять свои владѣнія въ Средней Азіи и приближаться къ заповѣдной Индіи. Благородный ^жонъ
Буль продолжалъ-было шумѣть, но, вѣроятно, уразумѣвъ,
что этимъ ничего не выиграешь, притихъ. Можетъ быть,
даже онъ хотѣлъ вступить съ Россіей въ entente cordiale;
НА него, какъ на чернорабочую силу, подлежащую возможно бблыпей
зксіілуагаціи, заключаешь: «Въ тотъ день, когда русскіе, пройдя Афганистану вступятъ въ долины Гималая и Верхней Бенгаліи для
того, чтобъ выгнать англичанъ изъ Индостана, они тонасъ же найдуть готовыхъ союзниковъ въ 26—30 мильйооахъ туземцовъ, которые, изъ жажды мести, возстанутъ по первому сигналу («Vogage
au pays des Perles», p. 29. Paris 1874).

ло крайней мѣрѣ, въ англійскомъ нарламентѣ стали
произноситься рѣчи, а въ англійскихъ газетахутали
появляться статьи, нетолыш благосклонный къ Россіи,
но даже н заискивавшія въ ней. Говорили и писали, что
Росс.ія и Англія имѣютъ одинаковую задачу на Бостокѣ-распространять европейскую цивилизацію въ средѣ
дикихъ азіатскихъ ордъ и народовъ, и что на этомъ великомъ поприщѣ онѣ никакъ не могутъ мѣшать другъ
другу. Какъ будто практически Джонъ Буль и вправду
станетъ употреблять свое время, которое для него есть
«деньги», на такія сентиментальныя идеальности, какъ
просвѣщеніе подвластныхъ ему азіатскихъ варваровъ!
Между тѣмъ, состоялся тройственный союзъ Россіи,
Германіи и Австро-Венгріи, главными образомъ, въ видахъ обезпеченія мира въ Европѣ. Благородный Джонъ
Буль не возразили ни слова противъ этого союза, который, за неимѣніемъ достаточнаго числа хорошихъ броненосцевъ, не былъ, конечно, особенно страшенъ Англіи a скорѣе могъ быть даже полезенъ для ея затаенныхъ дальнѣйшихъ политическихъ замысловъ, связывая
нѣсколько свободу дѣйствій каждой изъ означенныхъ
великихъ державъ въ отдѣльности.
Впрочемъ, благородный Джонъ Буль присмирѣлъ даже въ Константинополѣ, и сэра Генри Эллюта одно
время вовсе не было слышно. Преобладающее вліяніе
перешло явно къ Россіи, и въ газетахъ писали, что
наши посолъ выбираетъ даже великихъ визирей! Все
это было еще очень недавно, и у насъ пресерьёзно толковали, что Англія утратила с в о е п р е ж н е е , политическое
значеніе, что ея великіе государственные люди словно

выродились и что англійскіе премьеры послѣдняго времени совершенно неспособны руководить внѣшнею но
литикою великой европейской державы. Но скоро оказалось, что такое смиреніе благороднаго Джона Буля
было одним* изъ пріемовъ его политики, къ которым*
он* имѣетъ обыкновеніе нрибѣгать во время своего
уединеннаго политическаго положенія, когда он* не состоит* в * интимном* союзѣ съ какою-нибудь изъ великих* континентальных* европейских* держав*, и потому, как* рак* на мели, не смѣетъ гордо и громко
заявлять своих* требованій. Въ подобных* случаях* достопочтенный Джон* Буль обыкновенно углубляется въ
самого себя, выжидает*, высматривает*... и кует* въ
тиши крамолы.
Начинается возстаніе въ Босніи и Герцеговинѣ... не
при участіи ли посторонней руки? Не знаем*. Всѣ державы-поручительницы назначают* консульскую комисію
в * Мостарѣ для изслѣдованія и улаженія дѣла; это не
удается. Тогда великія державы тройственнаго союза
рѣшаются «локализовать войну», удерживают* Сербію и
Черногорію отъ вмѣшательства въ нее, берут* на себя
устройство отношеній между Высокою Портою и возставшими славянами, и для этого пишут* дипломатическую ноту, составленіе которой поручается графу Андраши, венгерцу, канцлеру Австро-Венгріи, интересы кото рой на Балканском* Полуостровѣ прямо противоположны интересамь Росеіи.
Джон* Буль выигрывает* время и, подъ шумокъ, мастерски устроиваетъ у хедива покупку всѣхъ его акцій
Суэзскаго Канала, обезнечивая этим* за собою ближай-

шій проход* в * свою неоцѣненную Индію. Порта также выигрывает* время для своего военнаго снаряженія.
Между тѣмъ, нота написана, принимается всѣми державами-поручительницами, въ том* числѣ и Англіей,
представляется колективно Высокой Портѣ и сообщается
представителям* возставшихъ славян*. Порта принимает*
ноту, за исключеніемъ двух* самых* существенных* пунктов*. Славяне приносят* искреннѣйшую признательность, великим* державам*, но, вмѣстѣ съ тѣмъ, почтительнѣйше заявляют*, что они не находят* въ нотѣ никаких* гарантій исполненія Турціею заключающихся въ
ней условій.
Совершается убійство германскаго и французскаго консулов* въ Салониках* и начинается возстаніе въ Болгаріи. Сербія и' Черногорія объявляют* войну Высокой
Портѣ, которая, между тѣмъ, успѣла приготовить войска. Канцлеры великих* держав* тройственнаго союза
совѣщаются о новом* меморандумѣ и составленіе его
возлагают* на русскаго канцлера. Джон* Буль начинает* дуться. Въ Константинополѣ смѣняется преданный
нам* визирь; на мѣсто его назначается старый и хитрый Мехмедъ Рушди-паша, болѣе склонный къ Англіи,
и на сцену выступает* Митхадъ-паша, глава молодой
Турціи и близкій пріятель сэра Элліота.
Достопочтенный Джон* Буль не принимает* берлинскаго меморандума. Еще бы! Вѣдь этот* меморандум* составлен* русским* канцлером*; принять его, значило бы
показать всей Европѣ, что даже Англія признает* необходимым* предоставить Россіи преобладающую роль

въ славянскомъ воаросѣ и этимъ еще усилить наше
значеніе въ глазахъ славянъ и вообще на Балканскомъ
Полуостровѣ. На вопросъ русскаго посла: «Что же думаете предложить Англія?» графъ Дерби отвѣчаетъ:
«Ничего; всѣмъ великимъ державамъ слѣдуетъ оставаться нейтральными...».
Но когда, несмотря на отказъ Англіи, всѣ прочія державы-поручительницы, все-таки, соглашаются сообща
представить меморандумъ Высокой Портѣ, въ Константинополь происходите дворцовая министерская революція, и недовольно покладистый для Джона Буля Абдуль-Азисъ емѣняется султаномъ-муміею Мурадомъ Т-мъ
и вскорѣ, въ умопомѣшательствѣ, пускаете себѣ кровь
новымъ способомъ, отчего и умираете, какъ несомнѣн• но засвидѣтельствовали приглашённые анілгйскіе врачи-эксперты. Этотъ мастерски адскій маневръ совершенно напоминаете дворцовую революцію и убіеніе
короля Радамы на Мадагаскарѣ; сходство между ними
поразительное: даже пролиты были слёзы по несчастномъ и вѣрномъ другѣ Абд-уль-Азисѣ, только болѣе
высокими и нѣжными очами! Британскій флоте вступаете въ Безикскую Бухту... для охраны христіанъ!
Сэръ Элліотъ начинаетъ явно хозяйничать въ Турціи.
Прочія же державы-поручптельницы остаются нейтральными... •
Начинается избіеніе болгаръ, конечно, не безъ участія посторонней руки. Англійскія либеральный газеты
первыя сообщаютъ Европѣ о неслыханныхъ звѣрствахъ,
совершаемыхъ турками въ Болгаріи. Этимъ, какъ всегда,
пользуется противная министерству партія. Обществен-

вое м н Ы е возбуждается и въ парламентѣ начинаютъ
требовать у министерства отчёта въ его восточной политик^ Достопочтенный Дизраэли сначала отшучивается, говорите, что не слѣдуетъ вѣрить всѣмъ слухамъ,
распространяемымъ газетами, защищаетъ, даже оправдываете Порту, и, наконецъ, обѣщаетъ представить парламенту всѣ необходимыя и самыя точныя свѣдѣнія
«объ усмиреніи турецкими войсками возстанія въ Болгарии, какъ только они будутъ доставлены серомъ Элліотомъ. Такой варварскій цинизмъ англійскаго премьера изумилъ и привелъ въ негодованіе всю Европу, и
особенно насъ, русскихъ. Какъ будто это не было совершенно въ порядкѣ вещей и можно было ожидать отъ
правительства Джона Буля чего-нибудь инаго! Какъ будто Европа совершенно забыла, съ какими звѣрскими
жестокостями и мученіями усмирялъ благородный Джонъ
Буль своихъ возставшихъ подданныхъ въ Индіи, въ
1857 году!
Обѣіцанныя свѣдѣнія были представлены парламенту,
но почти наканунѣ закрытія сессіи и, конечно, въ томъ
видѣ, какъ желало министерство. Парламенте, болыпинсгвомъ своихъ членовъ, одобрилъ политику министерсгва, рукоплескалъ ему, и достопочтенному г. Дизраэли
всемилостивѣйше былъ пожалованъ титулъ графа Биконсфильда, который уже носила его покойная супруга,
и въ этомъ новомъ званіи своемъ, онъ, какъ пэръ Англіи, перешолъ въ палату лордовъ...
Но одного не могъ предвидѣть Джонъ Буль, при всей
своей адской мудрости и прозорливости — это святой,
•безкорыстной, могучей помощи, съ которою выступилъ

весь русскій народъ въ опору справедливым* требованіямъ своего правительства и въ защиту своих* братьевъ-славянъ. Эта-то великая братская помощь, которой
не видно вредѣла, разом* уничтожила всѣ его адскія
козни. Въ самом* дѣлѣ: чего домогался, къ чему так*
алчно стремился благородный Джон* Буль, разжигая несчастный восточный вопрос*? Не будучи въ состояніи
прямо остановить распространеніе наших* владѣній въ
Средней Азіи, он* рѣшплся сначала нанести удар* вліянію Россіи на юговостокѣ Европы и уничтожить обаяніе ея могущества и величія въ глазах* славян*. И он*
почти уже достигал* своей цѣли: русскій посол* должен* был* уступить свой преобладавшій въ Константинополь голос* послу Джона Буля; меморандум*, составленный русским* канцлером*, был* отклонен*; Россія нетолько не могла предупредить, но даже постановить звѣрскаго избіенія болгаръ; да она, какъ и другія
державы-поручительницы, оставалась нейтральною, тогда какъ благородный Джон* Буль явно хозяйничал* въ
Турціи. Видя такое сильное и неожиданное преобладаніе Англіи, несчастные, измученные славяне начинают* уже обращать къ ней свои взоры. Но вот* поднимается весь русскій народъ и кровью сынов* своих* запечатлѣваетъ навѣки славянское братство; угнетенные
славяне вновь видят* и чувствуют*, что все спасеніе и
вся свобода ихъ. въ Россіи. И начали созываться небывалые громадные митинги по всей Англіи, и знаменитые вожаки опозиціи стали требовать немедленнаго
созыва парламента, чтоб* заставить правительство отказаться отъ своей жестокой политики на юговостокѣ
Европы, вывести Англію изъ ея уединенная политическая положенія и, вмѣстѣ съ другими великими дер-

жавами, особенно въ союзѣ съ Россіей, домогаться автономіи Герцеговины, Босніи и Болгаріи..
Мы нрослѣдили новѣйшую восточную политику Джона
Буля до послѣдняго выдающаяся момента ея, насколько это возможно человѣку, совершенно непричастному
къ таинствам* дипломатіи. Что лее теперь должно ожидать отъ этой политики? Можетъ ли она и въ каком* случае желать прямая вооруженная вмѣшательства Россіи?
Война Россіи съ одною Турціей быстро привела бы, по
меньшей мѣрѣ, къ совершенному освобожденію славян*
и прекращенію владычества турок* на Балканском* Полуострове. Вмѣстѣ съ этим* Россія несомнѣнно пріобрѣла бы первенствующее значеніе и вліяніе на юговостокѣ Европы. Это, конечно, не было бы въ интересах*
благороднаго Джона Буля. Дѣло другое, еслибъ ему (что,
разумѣется, и составляло самыя сладкія надежды его)
удалось разстроить тройственный союз* и составить
еще болѣе грозную коалицію противъ Россіи, чѣмъ
въ прошлую восточную войну. Склонить на свою сторону
Австро-Венгрію ему пожалуй, и не стоило бы большая
труда, так* какъ интересы ея на Балканском* 'Полуостровѣ совершенно противоположны интересам* Росши... Но Германія? Очень можетъ быть, что вновь
пожалованный граф* Биконсфильдъ и пытался уже,
въ образѣ прекрасной златокудрой сирены, разъигрывать
scène de séduction съ варзинскимъ отшельником*, выставляя ему въ перспективѣ нетолько всѣ прелести острова Гельголанда, но и немецких* провинцій друга
своего, Австро-Венгріи, а можетъ быть, даже и известнойтериторіи на берегах* Новой Голандіи для колонизаціи безпокойныхъ вѣмцов*. Но посольство фельдмар-

зо л
шала Мантёйфеля въ Варшаву, для привѣтствованія Государя Императора, должно уничтожить всякое сомнѣніе относительно прочности союза Росеіи съ Гермашей и полнаго согласія ихъ въ елавянскомъ вопросѣ.
Въ такомъ случаѣ и Австро-Венгрія, конечно, уже не
рѣшится отстать отъ тройственнаго союза, тѣмъ болѣе,
что она не можетъ расчитывать нетолько • на союзъ съ
Италіею, но даже и на нейтральное положеніе, потому
что, вопервыхъ, всѣ симпатіи итальянскаго правительства и народа на сторонѣ славянъ, и вовторыхъ, Италія, конечно, не отказалась бы воспользоваться такимъ
удобнымъ случаемъ для пріобрѣтенія хотя бы только
сѣвернаго и сѣверовосточнаго прибрежья Адріатическаго
Моря. Что же касается Франціи, то еслибъ даже внутреннія дѣла и позволяли ей принять, въ настоящее время, вооруженное участіе въ восточномъ вопросѣ, то и въ
такомъ случаѣ, наученная тяжкимъ опытомъ, она, конечно, уже болѣе не поддалась бы на удочку благороднаго Джона Буля. Такимъ образомъ, составленіе коалиціи изъ великихъ европейскихъ державъ противъ Россш, какъ было въ крымскую войну, представяется, въ
настоящее время, дѣломъ, совершенно невозможпымъ.
Поэтому-то, благородный Джонъ Буль прибѣгнулъ уже
къ очень ловкому манёвру — вступилъ въ соглашеніе
съ прочими державами-поручительницами, постаравшись
стать во главѣ ихъ, него посолъ, поддержаный представителями этихъ державъ, уже предъявилъ Высокой Портѣ
условія мира. Онъ же предложилъ державамъ-поручительницамъ настаивать на шестинедѣльномъ перемиріи, во время котораго можно было бы подробно опредѣлить и установить означенныя условія. Этимъ благородный Джонъ
Буль уже успѣлъ довліять успокоительно на общественное

31.
мнѣпіе Англіи: народные митинги вдругъ пріотановилисьс
и даже тонъ самыхъ либеральныхъ газетъ измѣнился—
сталъ болѣе благопріятнымъ для министерства, а
«Times», требовавшая согласнаго, единодушнаго дѣйствія
съ Росеіей, опять рѣзко выступила противъ нея и стала
заигрывать, и юлить передъ княземъ Бисмаркомъ. Но
честный, и твердый рѣшительный образъ дѣйствій Россш
легко сокрушить эти новыя козни, и нѣтъ сомнѣнія, что
благородный Джонъ Буль вновь смирится, по крайней мѣрѣ, на время *), пока не предумаетъ новыхъ маневровъ...
Но Роесія не должна забывать, что она — главная,
если не единственная, виновница такого глубокаго сми-.
реиія и такой вынужденной уступчивости благороднаго
Джона Буля, и что въ его глазахъ она остается теперь
болѣе, чѣмъ когда-нибудь, самою страшною соперницею
его какъ на юговостокѣ Европы, такъ и особенно въ отношеніи Индіи и на крайнемъ Востокѣ. Нритомъ, относительно всѣхъ этихъ странъ Россір является соперницею Англіи съ сухого пути, а на сухомъ пути благородный Джонъ Буль - ракъ на мели. Потому, очень можетъ
быть что онъ признаетъ нужнымъ затаить въ сѣбѣ, до
поры, до времени, свою злобу и постарается даже заключить самый тѣсный союзъ съ Россіей. Что-жъ? не бывъ
никогда злопамятную, Россія можетъ съ чистою совѣстыо
принять такой союзъ; но при этомъ она должна всегда
помнить, что сдѣлалъ Джонъ Буль съ Франціей во время
самаго интимнаго entente cordiale между ними. Россія
должна помнить это и имѣть всегда гоотвыя средства
*) Это уже и оказалось: ультиматумъ Россіи заставилъ Порту тотчасъ же согласиться на перемиріе и немедленно остановить военныя
дѣйствія, прпчомъ Англія не возразила ни слова.

держать Джона Буля «въ почтепіи». Самыя же дѣйствительныя для этого средства, потому что. самыя естествеішыя, представляетъ, съ одной стороны, искренній
дружескій союзъ съ Франціей, а съ другой — занятіе
твердой позиціи въ Средней Азіи, у самыхъ предѣловъ
Индіи. Тѣсный союзъ Россіи съ Франціей, когда Франція
совершенно оправится, укрѣпится въ своей настоящей
правительственной формѣ и возстановитъ свои военный
сухопутныяиморскія силы, заставить вообще призадуматься благороднаго Джона Буля, потому что русскій флотъ въ
соединеніи съ французскими можетъ потягатся съ британскими броненосцами и мониторами. Ставъ же твердою ногою у предѣловъ Индіи и сдѣлавшись, такими
образомъ, извѣстною туземному населенно, Россія во
всякое время будетъ имѣть въ рукахъ своихъ ту самую
главную и чувствительную пружину, которая, при малѣйшемъ давленіи на нее, немедленно приводить въ дѣйствіе весь духовный и физическій организмъ благороднаго
и достопочтеннагоДжонаБуля.Вътакомъ случаѣ, дѣйствительное улучшеніе положенія христіанскихъ подданныхъ
Порты будетъ уже вполнѣ зависѣть отъ Россіи и не вызоветъ особенныхъ затрудненій со стороны прочихъ державъ-пору чител ыгицъ...
б-го октября 187G года.

АНГЛІЯ, ИНДІЯ И РОССІЯ.
Въ концѣ тридцатыхъ годовъ, въ Стокгольмѣ вышло
сочиненіе: «Политическая и статистическая картина Британской Имперіи въ Пндіи. Изслѣдованіе вѣроятностей
ея продолжительности, и средствъ обороны, въ случаѣ
внѣшняго нападенія», написанное графомъ Біорнстіерна,
бывшими шведскими военными министромъ и потомъ
шведскимъ посланникомъ при лондонскомъ дворѣ. Эта
книга была тотчасъ же переведена на нѣмецкій и антлійскій языки, и на англійскомъ языкѣ выдержала пять
изданій въ теченіи четырехъ лѣтъ (1837 — 1841), что
достаточно показываетъ, какое значеніе и распространеніе она имѣла въ Англіи. Авторъ ея, впродолженіи
своего десятилѣтняго пребыванія въ Лондонѣ, находился въ самыхъ дружескихъ отношеніяхъ ко многими англійскимъ государственными людямъ и къ директорами
остиндской компаніи, что доставило ему полную возможность собрать цѣлую массу весьма важныхъ свѣдѣній о
тогдашнемъ положеніи британскихъ остиндскихъ владѣній, хотя, конечно, только изъ англійскихъ источниковъ.
Онъ выставляетъ британское владычество въ Индіи въ
самомъ благопріятномъ видѣ и предсказывастъ ему долговѣчную, успѣшную будущность «на благо туземному наз

селенію и всему человѣчествѵ». Извѣстные англійскіе
историки Индіи, Эльфинстонъ *) и Джемсъ Милль **),
говорятъ, что «графъ Біорнстіерна былъ первымъ изъ
иностранныхъ писателей, который ознакомилъ Европу
съ цвѣтущимъ состояніемъ англійскихъ остиндскихъ владѣній и съ благотворнымъ, просвѣтительнымъ вліяніемъ
Англіи на туземное населеніе. Но, вмѣстѣ съ тѣмъ, онъ
указалъ и нѣкоторыя упущенія со стороны остиндской
компаніи и, главное, онъ первый, съ необыкновенною
основательностью и полнымъ знаніемъ дѣла, разсмотрѣлъ
всѣ политическіе и стратегическіе шансы различныхъ
проектовъ внѣшняго нашествія на Индію и ея оборонительныя средства. Заключительные выводы достопочтеннаго и учёнаго автора во всѣхъ этихъ отношеніяхъ
совершенно уепокоиваютъ насъ въ настоящее время, но,
вмѣстѣ съ тѣмъ, и предо стерегаютъ относительно возможнаго будуіцаго».
Этимъ пзслѣдованіямъ графъ Біорнстіерна посвящаетъ всю 18-ю главу своего сочиненія, и мы ознакомимъ
читателей съ тѣмъ, что онъ говорить въ данномъ случаѣ о Россіи. Мы приводимъ слова автора по имѣющемуся у насъ французскому переводу г. Пети де-Баронкура: «Tableau politique et statistique de l'Empire Britannique dans l'Inde, examen des probabilitées de sa durée et des ses moyens de défense en cas d'invasion, par
le général comte de Biornstierna, ancien ministre de la
guerre, envoyé extraordinaire à la cour de Londres. Tra*) «The

History of Inilia», by Elphinstone, 2 vol.

Указавъ всѣ важныя выгоды сухопутной естественной
границы Индіи въ стратег ическомъ отношеніи и описавъ политическое положеніе ближайшихъ къ ней среднеазіатскихъ владѣній: Персіи, Авганистана, Хивы, Бухары и пр., авторъ продолжаете:
«Это обозрѣніе, хотя и очень поверхностное, средне азіатскихъ государствъ вполнЬ достаточно, чтобъ доказать, что ни одно изъ нихъ, въ отдѣльности, не въ состояніи предпринять что-нибудь противъ Индіи, а бояться коалиціи ихъ, въ виду разъединяющей эти страны
непримиримой религіозной и политической ненависти,
рѣшительно нечего. Поэтому, остается обратиться • на
сѣверъ отъ этихъ странъ, къ единственному государству, которое дѣйетвительно можетъ возбуждать извѣстное опасеніе насчотъ хотя нѣсколько серьёзнаго предпріятія въ данномъ случаѣ. Это государство, конечно,
Россія. Могущественный монархъ, съ такою энергіею
держаіцій кормило этой обширной имперіи, восторжествовалъ уже надъ всѣми бурями, которыя поднимались
одна за другою, начиная съ самаго вступленія его на
престолъ. Едва онъ успѣлъ уничтожить въ своей собственной странѣ гидру революціи, какъ началась война
съ Персіею, и менѣе, чѣмъ въ годъ, русскіе орлы парили уже надъ берегами Аракса и вершиною знаменитого Арарата. Вслѣдъ за нею, турецкая война кончи-

London,

1842.
**) «The History of British India», by James Mill, 9 vol. London, 1851.

duit, avec notes et un supplément historique, par M.
Petit de Baroncourt. Paris, 1842» *).

* ) Русскій переводъ этой кииги иуданъ Годубковымъ,
году, нодъ эаглавіемъ: «Британская Имперія въ Индін».

въ 1847

лась въ Адріанополѣ, по ту сторону Балкановъ, считавшихся до того — неизвестно, впрочем*, почему — н е приступною преградою; эта война доставила Россіи полное обладаніе Черным* Морем* и устьями Дуная. Начавшаяся вслед* за него война съ Польшею окончилась
въ Варшаве и подвинула границы имперіи до Одера,
къ самому сердцу Европы. Турецко-египетское столкновеніе имело следствіемъ открытіе русскому флагу портов* Босфора и Дарданелл*, которые остаются запертыми для военных* судов* всех* других* націй. Таким* образом*, дружеское содействіе привело, подобно
успешной войне, если не къ новому расишренію границ* имперіи, то, по крайней мере, къ усиленію их*
и выдвинуло значительно вперед* ея грозный операціопный базис*. Все эти чудеса, совершённыя впродолженіи десяти лет*, возвысили политическое вліяніе Россш до такой степени, что то, что прежде
казалось
немьгслимымъ — военная экспедгщія въ Индію — вошло
теперь въ область весьма возможнаго. Поэтому, необходимо изследовать съ этой новой точки зренія положеніе
дел* въ Средней Азіи.»
Мы пропускаем* все, что говорит* автор* о прежних* завоевательных* планах* относительно Пндіи, о
проектах* Потемкина, представленных* императрице
Екатерине 11-й, и о предположеніяхъ императора Павла, когда среднеазіатскія владенія были еще совершенно неизвестны и когда политическое положеніе Индіи, даже царство великаго Могола, не представляло
такого сплоченная, могущественная целая, какъвладенія остиндской компаніи, охраняемыя, будто бы, стройною 200,000-чною арміею, вооружённою, обученною и

дисциплинированною совершенно на европейскій лад* —
все это в * наше время не имеет* уже никакого значенія, и переходим* прямо къ еоображеніямъ автора
•относительно «северная пути», через* среднеазіатскія
владенія, въ Остиндію.
«Мы изслѣдуемъ теперь, говорит* онъ, те шансы, которые представляют* сѣверный путь въ Индію, идущій по долине Оксуса, чрез* Гиндукушъ и Кабул*. Это есть тот* самый путь, который указывается генералом* Эвансомъ
(Ewans) въ его сочиненіи «Планы Россіи»,какъ наиболее
удобный для русскаго войска. Болѣе глубокое изследованіе
этого пути покажет*, каков* онъ въ действительности».
Подробно описав* этот* путь по трем* дорогам*, изъ
Оренбурга на Хиву, Ташкент* и Бухару, по теченію
Оксуса, чрез* Гиндукушъ, въ Индію, и разсмотрѣвъ все
естественный затрудненія этого пути, автор* продолжает*:
«Но кроме таких* страшных* естественных* преград*, русская армія, желающая проникнуть по теченію
Оксуса, чрез* Гиндукушъ, въ Индію, встретит* еще политически препятствія, который следует* имѣть въ виду, потому что они едва ли не важнее первых*. Действительно, подобное нашествіе должно необходимо предполагать подчиненіе Россіи всех* промежуточных* владеній, потому что Хива и Бухара нетолько не согласятся добровольно содействовать русским*, но, считая
ихъ своими природными врагами, употребят* все меры
и старанія уничтожить русскую армію. Следовательно,
Россгя должна была бы совершить предварительно одну

катанью
нія

для покорены

Бухары

диться

и Туркестана

въ странѣ

въ четвертой

Хивы, вторую — для

утвер-

кондузовъ. Такимъ образомъ, только

компаніи

чрезъ Ггмдукушъ,

и третью—чтобъ

завосва-

Тоссія

въ Кабулъ»

могла бы

проникнуть,

*).

Далѣе авторъ, еще съ большими подробностями, разсматриваетъ дорогу черезъ персидскія владѣнія и приходить къ слѣдующему замѣчательному заключенію:
«Такимъ образомъ, Британской Имперіи въ Индіи нечего опасаться нашествія иностранныхъ армій, по крайней мѣрѣ, до тѣхъ поръ, пока порядокъ и спокойствіе
царствуютъ внутри ея; но еслибъ, въ болѣе или менѣе
отдаленномъ будущемъ, это спокойствіе было нарушена
какими-нибудь вепріязненньши столкновеніями, то только въ такомъ случаѣ попытки иностранныхъ соперниковъ могли бы сдѣлаться опасными и даже гибельными
для Британской Индіи. Средства для возбужденія подобныхъ внутреннихъ столкновеній должны были бы заключаться или в ъ послѣдовательномъ покореніи
всѣхь
небольшихъ промежуточныхъ государству
или въ муд-

рой политикѣ привлеченія ихъ на свою сторону, въ уси*) Не можемъ не вспомнить здѣсь объ экспедиціи Перовскаго зимою 1839 года. Лордъ Уэллингтонъ, считавшшся за Ватерлоо первымъ воешіымъ авторитетомъ, подалъ «кстати» совѣтъ за зимнюю
экспедицію, такъ какъ въ безводпыхъ степяхъ будетъ снѣгъ и, знаѵитъ, вода. Эго «зпачптъ», конечио, подразумѣвало запасъ дровъ для
таянія снѣга, а запасы требовали массы верблюдовъ. Нашъ отрядъ,
такъ сказать, везъ при себѣ воду въ видѣ дровъ. Результаты этой
экспедиціи извѣстпы: во чти весь обозъ и треть отряда легли въ пустынѣ. («Россіл и Апглія въ борьбѣ за рынки», М. А. Терентьева.
Спб. 1876).

леніи ихъ естественнаго нерасположенія къ остиндсйой
компаніи, въ организовавій ихъ войска на европёйскШ
ладъ и въ направленіи ихъ движенія противъ Индіи
именно въ самый удобный мойентъ для осуществленія,
такимъ образомъ, хорошо обдуманнато и задолго прйготовленнаго плана, т. е. надо было бы съумѣть, бёзъ
видимаго разрыва съ Англіей, пользоваться всѣми удобными случаями для нанесенія ей вреда.
«Но iiàKb долго Англія терпѣла бы иодобныя тайныя
козни? Это, конечно, зависило бы, прежде всего, отъ
ея внутренняго состоянія и отъ прозорливости,
энергіи
и нравственнаго авторитета управляюищхъ
судьбами
ея миниетровъ. Это зависило бы, сверхъ того, отъ большинства, которое съумѣли бы мгінистры пріобрѣсти
себѣ въ' парламентѣ и которое нетолько не парализовало бы ихъ энврііи, но позволило бы министерству перейти изъ _ сферы словъ въ область фактовъ и дѣйствгй.
«Ноэтому-то, подобный предпргягігія въ Азіи представляютъ большую опастность для спокойствія
Европы, потому что они обращаютъ эту страну, стоящую до сгіхъ поръ еще внѣ всякихъ европейскихъ столкновеній, въ обгигірную арену, на которой могутъ встрѣтгіться интересы двухъ самыхъ могущсетвеннѣйшихъ
государствъ на сушѣ и на морѣ, такъ что, еслибъ даэісс
между ними еще и не произошло никакого матерьяльнаго столкновенія, то одна вѣроятность такого столкновенія уже зажгла бы всеобщую міровую войну. Такая
война, въ виду еильньгхъ рсволюцгонныхъ страстей, волнующихъ теперь Европу, была бы тѣмъ продолжительнѣе и жесточе, что она. могла бы перейти изъ области

матерьнльныхъ интересовъ въ сферу политическихъ принциновъ — самую опасную изъ всѣхъ *).
«Да позволено мнѣ будетъ присовокупить къ вышесказанному еще слѣдующее: то, что могущественная
Англія основала и установила на азіатскомъ континентѣ,
можетъ быть, поддержано и утверждено только правосудіемъ и мудростью, опирающимися на сильную армію:
si vis pacem, para bellum.
«Взглядъ, который мы здѣсь изложили на одинъ изъ
самыхъ важпыхъ вопросовъ, занимающихъ, въ настоящее
время, европейскую политику, находить себѣ лучшее
подтвержденіе въ донесеніи, представленномъ, въ 1830
году, остиндской компаніи 'знаменитыми воиномъ и писателемъ, Джономъ Мэкольмомъ (Jhon Macolm), которое
оканчивается слѣдующими словами:
«Нельзя предположить, чтобъ петербургекгй дворъ
рѣшился на крайне рискованное предпріятіс съ завос*) Французский переводчикъ дѣлаетъ къ этому слѣдующее. весьма
любопытное прпмѣчапіе: «Авторъ ужь слпшкомъ старается украсить
свою картину англіпскаго владычества. Угрожать Рогсіи политическою нропагапдою, да еще со стороны морской державы, которая
нѳ можетъ даже сдѣлать высадки въ имнеріп, по меньшей мѣрѣ,
странно. Если же авторъ подразумѣваетъ здѣть сосѣдпія державы —
Австрію и ГГрусію, то едва ли онѣ пожелаютъ распространять революціонныя идеи въ Россіи. Чтô же касается Фраиціи, то несмотря
па тучи, пѣсколько помрачившіл ея отношепія къ Россіи, опа никогда не станетъ содѣйствовать предпріятіямъ Англіи, которыя сдѣлали бы британское всемогущество еще болѣе нестерпимымъ.»Крымская
война, однако, доказала противное: Наполеонъ III поддался на
удочку Джона Буля!

•ватсльными цѣлями па Бостокѣ, если только вы сами,
не вынудите его къ тому вашею недовѣрчивого, мелочно
придирчивою и раздражительною
политикою».
Дж. Кэй, приведя эти слова Мэкольма въ своемъ
сочинены: «Правленіе Остиндской Компаніи» *), прибавляете
«Мы тоже никакъ не думаемъ, чтобъ Россія когданибудь возъимѣла завоевательные планы на британскую
Индію, потому что считаемъ это просто безуміемъ. Но
мы признаемъ вполнѣ возможными и вѣроятнымъ, что
русское правительство будетъ вынуждено, для охраны
своихъ подданныхъ и своей торговли, покорить раздѣляющгя насъ среднеазіатскгя
дикгя орды, и, такимъ
образомъ, Ѵоссія сдѣластся нашею сосѣдкою въ Азги
Когда это совершится — предсказать трудно; но мы
должны быть готовы къ этой встрѣчѣ, и мы будемъ готовы, если, отказавгиись отъ нашей крайне своекорыстной политики, постараемся утвердить нагие владычество въ Индіи справедливостью, просвѣщеніемъ и улучгиеніемъ бгьдственнаго матерьяльнаго положенія туземнаго
населенія».
Итакъ, вопросъ о возможномъ столкновеніи на азіатскомъ континентѣ двухъ величайгаихъ государствъ міра,
Англіи и Россіи, который, въ настоящее время, все болѣе и болѣе выстуиаетъ на первый планъ и становится
* ) «The administration of the East-India Company», by J . W .
Kaye. London, 1851.20-го августа 1853 года, компаніл получила
новую «хартію для лучшаго управленія владѣніями ея велачества
въ Ипдіи» (The Е . I. Company Charter 1858).

главною, хотя еще и невполнѣ обнаружившеюся причиною современнаго крайне тревожнаго и труднаго политическая положенія всей Европы, предвидѣлся и весьма
серьёзно разработывался, по имѣвшимся тогда географическим* и политическим* данным*, съ указаніемъ всѣхъ
его опасных* поелѣдствій, уже сорок* лѣтъ назад*.
Приведенная нами выписка изъ книги графа Біорнстіерна представляет* дѣлую политическую програму этого
грозная вопроса, первая половина которой, считавшаяся
самим* автором* почти неосуществимою, уже выполнена
Россіей въ послѣднія десять лѣтъ. Но не изъ тщеславных* завоевательных* замыслов*, не изъ алчная, ненасытная желанія увеличить свои и без* того необъятный владѣнія, а для необходимой охраны и обезпеченія
своих* мирных* подданныхъ и торговли ихъ отъ нескончаемых*, безпрерывныхъ хищнических* нападеній и грабежей, производимых* дикими азіатскими ордами — какъ
совершенно вѣрно предсказал* Дж. Кэй — Россія вынуждена была выдвинуть свои побѣдовосныя войска въ
предѣды Средней Азіи, в * три кампаніи покорила Туркестан*, Хиву и Коканъ и, таким* образом*, приблизилась къ границам* заповѣдной Британской Индіи ").
*) Генерадъ Скобелевъ, въ послѣдней своей экснедидіи, въ августѣ 1876 г., проникъ, чрезъ Каиігаръ-Диванскій Хребетъ, отдѣляющій Ферганскую Область отъ Кашгара (къ востоку), ьъ долину
главнаго сѣверовосточнаго истока Аму-Дарьи, т. е. по дорогѣ въ
Вакхапъ, откуда,'по другому юговосточному , истоку этой рѣки, идетъ
прямая дорога въ Бадахшанъ и далѣе — въ Даръ и Кашмиръ. Дорога отъ Бадахшана до индійсквхъ владѣпій извѣстна давно и,
сравнительно, удобна. Изъ Кашгара есть также пѣсколько удобныхъ
путей въ долину Инда и въ Кашмиръ. Такимъ образомъ, оказывается,
что верховья Аму-Дарьи и воморская возвышенность, можетъ быть,
иредставллютъ наилучшій и безопаспѣйшій путь изъ Средней Аріи

Но готова ли Англія къ встрѣчѣ своей новой сосѣдкивъ Азіи? Выходит*, что неготова; потому что иначе-—
зачѣмъ бы Англіи вновь принимать на себя крайне неказистую роль покровительницы и заступницы турок*
против* угнетаемых* ими христіанъ? Зачѣмъ бы ей с *
такимъ коварным* упорством* противодѣйствовать ещевполнѣ возможному мирному разрѣшенію восточнаго вопроса, "въ нынѣшнемъ фазисѣ его, и прибѣгать ко всевозможным*, весьма постыдным* средствам*, интригамъг
проискам*, чтоб* возжечь всеобщую европейскую войнуг
и именно противъ Росеіи? Вѣдь, нельзя же, въ самом*
дѣлѣ, допустить такую умственную и нравственнуюограниченность въ государственных* людях*, управляющих* нынѣ Англіей, чтоб* они, несмотря на всѣ неоднократный, самыя откровенныя и торжественный всенародный завѣренія Россіи, вновь запечатлѣнныя еще
так* недавно священным* словом* Государя Императора, могли все еще предполагать какія-нибудь затаенные завоевательные замыслы въ честных*, безкорыстных*
стремденіяхъ Россіи освободить балканских* христіанъ
отъ нестерпимаго долѣе турецкаго ига? Нѣтъ; правители'
Англіи лучше нашего понимают* и знают*, что завоеваніе Константинополя русскими было бы несчастьем*
для Россіи, было бы «началом* паденія ея» *), какъ
въ Ипдію. Ключъ этого пути открылся намъ, съ занятіемъ Кокана г
изъ Ферганской Долины, и мы будемъ внолнѣ владѣть имъ, когда
утвердимся на истокахъ Аму-Дарьи, въ предѣлахъ Вакхана п Бадахшана. Историческія и географическія свѣдѣнія объ этой странѣ изложены въ « Очеркѣ географін и исторіи верховьевъ Аму-Дарьи», Генри Юля, переводъ съ англійскаго О. А. Федченко, съ донолнепіями
А. П. Федченко, Н. В. Ханыкова и Г. Юля. (Отдѣльная бтошюра изъ
№ 6-го «Извѣстій имперрусск. геогр. общ.» 1874 года).
* ) «Le commencement de son déclin». •

откровенно выразился еще императоръ Николай 1-й въ
разговорѣ съ англійскимъ досланникомъ Сеймуромъ пе,редъ восточною войною, и что, напротивъ, въ прямыхъ
интересахъ Россіи - заботиться, чтобъ Константинополь
оставался въ рукахъ такой слабой державы, какъ Высокая Порта. Да, Константинополь теперь уже и не
имѣетъ своего прежняго, столь важнаго значенія для
•торговли Англіи съ Индіей, послѣ того, какъ она вполнѣ
обезпечила за собою морской путь въ Индію недавнею
покупкою у хедива всѣхъ его акцій Суэзскаго Канала.
"Между тѣмъ, съ сѣверо-запада, по сухому пути, на ко"торомъ Англія безсильна, Россія быстро приближается
къ Индіи и застаете здѣсь Англію врасплохъ, когда
-она, какъ увидимъ ниже, еще не успѣла утвердить и
-упрочить свое владычество въ этой страпѣ «правосѵдіемъ
*н мудростью, опирающимися на сильную армію». Видно,
-что, въ этомъ отношеніи, Англіи нисколько не помогли
щи провозглашеніе королевы британской индійскою императрицею, ни путешествіе принца Уэльскаго. Вотъ, слѣдовательно, гдѣ великая бѣда. Англійскіе министры
,.вполнѣ понимаютъ это и, сознавая свое совершенное
' -безсиліе остановить движеніе Россіи въ Средней Азіи !')t
•они опять хватаются за несчастный восточный во•яросъ и разжигаютъ его въ надеждѣ, что имъ удастся,
какъ въ 1853 году, образовать сильную коалицію изъ
великихъ европейскихъ державъ противъ Россіи и, какъ
-тогда, нанести ей новый тяжкій ударъ, который опять
. * ) О различныхъ способахъ и средствахъ, къ которымъ прибегало, съ этою цѣлью, британское правительство, см. «Россія и Англія
«ъ борьбѣ за рынки», М. А. Терентьева, Спб. 1876 года. РаулинX -сонъ: «England and Russia in the East. A general sketch of the
History of Persia» by CI. Markham 1874.

надолго ослабилъ бы Pocciro, а, можетъ быть, даже m
заставилъ бы ее отказаться отъ ея недавнихъ пріобрѣтеній въ Средней Азіи. Но, какъ говорите поэтъ:
Andere Zeiten — andere Vögel;
Andere Yögel — andere Lieder *),

въ чомъ, конечно, вполнѣ могъ убѣдиться статсекретарь.
ея величества, императрицы индійекой, маркизъ Сэлис, бери, въ своихъ бесѣдахъ съ премьерами Франціи ш
Италіи и съ канцлерами Германіи и Австро-Венгріи,
на пути къ своему новому, временному мѣстоназначенію—
въ Константинополь, какъ первый уполномоченный Авгліи на предстоящей тамъ конференціи по восточномувопросу.
. Британскія остиндскія владѣнія, вмѣстѣ съ островомхЦейлономъ, занимаютъ обширное пространство, болѣечѣмъ въ 75,000 кв.-миль съ 238,000,000 жителями и,
раздѣляются на собственный или непосредственных коронных владѣнія (болѣе 45,000 кв. миль съ 192,000,000 ѵ '
жителями) и посредственны я владѣнія (болѣе 30,0° О
кв. миль съ 46,000,000 жителями), еостоящія въ троякой зависимости отъ Англіи: 1) союзных владѣніяу
которыхъ англійское правительство содержите постояв ~
лое войско, получая за это опредѣленную ежегоднуюплату; 2) владѣнія, платящія опредѣленную ежегоднуюдань и которыя Англія обязана защищать въ случаивойны, и 3) владѣнія, неіілатяіція дани и имѣющш.
право содержать свои войска въ опредѣленномъ англій.* ) Другія времена — другія птицы;
Другія птицы — другія пѣсни.
Въ слѣдующей статьѣ мы разъястгаъ, въ чёмъ, по машему мпѣ—
пію, С О С Т О Я Т Ъ эти «другія времена и другія пѣсни».

•скимъ правительством* числѣ. Но всѣ эти государства
не имѣютъ ни прав* войны и мира, ни дипломатических* сношеній. Болѣе 6Д всего населенія составляют*
индусы, почти всѣ исповѣдывающіе браминскую религію,
ыохамеданъ 30,000,000; они населяют* преимущественно
•сѣверныя области Индустана. Богатство и разнообразна
•естественных* произведеній Остиндіи извѣстно съ древнѣйшихъ времен*. Она производит* въ громадном* количествѣ: корицу, гвоздику, перец*, мускатъ, индиго,
мак* (опіумъ), рисъ, хлопчатую бумагу, шёлкъ, также
кофе, чай и сахар*; драгоцѣнные камни: алмазы, топазы, сафиры, рубины, смарагды, аметисты и проч. Вся
•торговля, за исключеніемъ незначительной караванной
торговли на сѣверѣ,—морская и находится въ руках*
англичан*. Главные торговые пункты: Бомбей, Мадрас*
Калькутта и Голконда. Здѣсь веѣмъ повелѣваетъ купецъангличанинъ. Въ 1873 году вывоз* составлял* до
65,ООО,ООО . футов* стерл., (422 мил. руб)., а привоз* —
до 43,000,000 фут. стерл. (280 мил. руб). Государственный доход* Британской Индіи, вмѣстѣ съ островом*
Цейлоном*, по бюджету 1874 года составлял* около
52,000,000 ф. с. (338,000,000 руб., считая ф. с. по
•6Ѵ2 р.) *) Эти цифры очевиднѣе всего показывают*, какими громадными богатствами владѣетъ Англія въ Остиндіи и почему англичане так* тревожно и так* ревниво
стерегут* неприкосновенность своих* остиндских* вла.дѣній.
Гегулярнаго войска въ 1875 году было:
*) По бюджету 1874 года, доходъ Великобританіи исчислеиъ въ

'78V3 м- Ф- с-

Туземцы

Англичане.

(сипаи)

Кавалеріи.
Артилеріи и инженеров*
Офицеровъ
Итого...

102,372
22,223
2,952
—

127,547

Общее
число.

148,267
45,895 :
3,621 » . 25,844
10,507
3,986

13,459
3,986

64,009

191,556

Сверх* того, туземной милиціи, для исполненія полицейских* обязанностей, считалось до 154,000 человѣкъ.
Гегулярныя войска составляли три отдѣльныя арміи,
находившіяся, однакожь, подъ высшим* начальством*
одного главнокомандующего бенгальскою арміею.
Обязательной воинской повинности не существует*,
а туземныя войска вербуются, какъ въ Англіи.
До возстанія сипаев* въ 1857 году, оберофицерами
могли быть и туземцы, но теперь всѣ офицеры — англичане. Такое незначительное регулярное войско, съ
нашей континентально европейской точки зрѣнія, могло
бы считаться еще достаточным* для охраны внутренн я я епокойствія и для внѣшней защиты страны, занимающей болѣе 75,000 квадратных* миль и почти съ
240,000,000 населеніемъ, но только въ том* случаѣ,
еслибъ все это громадное туземное населеніе было
дѣйствительно и безусловно предано своей повелительницѣ, и до тѣхъ пор*, пока сухопутными сосѣдями
Остиндіи были полудикіе народы, раздѣленные между

собою и политическими, и религіозными распрями *).
Сверхъ того, при своей незначительности, остиндское
регулярное войско состоитъ тамъ на 1/з изъ англичанъ»
а что на преданность и воинскую дисциплину сипаевъ
можно разсчитывать только до поры, до времени —это
достаточно показало страшное возстаніе ихъ въ Бенгаліи въ 1857 году, едва не сокрушившее британскаго
владычества въ Индіи.
При такихъ незначительныхъ, и притомъ, невполнѣ надежныхь оборонительныхъ силахъ въ Остиндіи
становится вполнѣ понятными, почему уже только одно
приближеніе къ ней Россіи приводить въ такой ужасъ
и трепетъ благороднаго Джона Буля и его правителей!..
До возстанія сипаевъ, всѣми британскими владѣніями
въ Индіи управляла Остиндская Компанія, основанная
еще въ 1600 году, при королевѣ Елисаветѣ; но со 2-го
августа 1858 года эти владѣнія принадлежать непосредственно коронѣ и во главѣ управленія ими стойтъ ви*) ІСакъ слабы военныя силы Апгліи даже въ отпошенін къ ел
іюлудикимъ сосѣдямъ въ Индіи, показываютъ слѣдующіе весьма недавніе факты: По договору съ Авганистаномъ, пи одинъ англичанинъ
не имѣетъ права
входить въ эту страну. Апгличапе настолько
безсильны въ этомъ отпошепіи, что даже ихъ агентъ въ Кабулѣ
ne англичанину
а природный индусъ. Попытки ихъ вроникнуть далѣе Пешавера (1863 и 1868 годовъ) не имѣли никакого успѣха, и
одно появлепіе англичанина за предѣлами Пешаверскаго Округа
наказывается смертью. Такъ еще недавно за подобную попытку поплатился жизнью маиоръ Макдональдъ. (О неудачныхъ походахъ,
англичанъ на границы Авганистана въ 1863 и 1868 годахъ, см. М.
Н. Анненкова: «Отношенія англо-пндінскихъ владѣпій къ сѣверозападнымъ сосѣдямъ». Спб. 1874).

цекороль, генералъ-губернаторъ всей Британской Индіи,
назначаемый императрицею Индіи и королевою Великобританіи, въ качествѣ намѣстника ея величества. Въ
Лондонѣ остиндскими дѣлами завѣдываетъ особый статссекретарь (въ настоящее время маркизъ Сэлисбёри) и
состоящій при немъ совѣтъ изъ 18-ти членовъ. Высшее
правительственное учрежденіе въ Индіи состоитъ, поди
предсѣдательствомъ вицекороля, изъ губернаторовъ трехъ
другихъ президентствъ: мадрасскаго, бомбейскаго и кальку тскаго, верховнаго судьи и главнокомандующего войсками. Бенгалія, сѣверозападныя провинціи, Удъ, Пенджабъ и Бирманія имѣютъ вицегубернаторовъ, а центральными провинціями управляютъ Chief Commissioners
(главные комисіонеры). Нѣкоторые округа, какъ, напримѣръ, Гайдерабадекій и Мейсорскій, зависятъ непосредственно отъ вицекороля. Индійскіе раджи (князья) обязаны ежегодно, .въ назначенное время,' являться на аудіенцію къ вицекоролю, въ его мѣстопребываніе Калькутту.
Каждое президентство и провинціи разделяются на
округа, которыми управляютъ генеральные сборщики податей, имѣгощіе, каждый, по одному помощнику. Прочіе
гражданскіе чиновники въ округахъ, апеляціонный судья
и его помощники, судья первой инстанціи, директоръ
работъ и начальники полиціи. Всѣ эти чиновники —
англичане; служащіе же въ канцеляріяхъ — индійцы.
Содержанія чиновниковъ громадны: вицекороль получаетъ до 150,000 р. въ годъ и имѣетъ еще значительную сумму въ своемъ безотчётномъ расноряженіи; губернаторы президентствъ получаютъ по 80,000 р.; гене4

ралыше сборщики податей и апедяціонные судьи отъ
75 до 50,000 руб, смотря по значенію округа. Ни одинъ
изъ чиновниковъ-англичанъ не нолучаетъ менѣе 4,000 —
6 ООО р. въ годъ жалованья, которое, нослѣ шестилѣтней
' службы, возвышается до 10,000 р. Содержаніе канцелярскихъ и другихъ чиновниковъ изъ туземцовъ, сравнительно, весьма ничтожно.
Вообще система англійской администрации и суда не
основывается на цѣлой арміи чиновниковъ, высшихъ и
низшихъ, наблюдающихъ другъ за другомъ, что обыкновенно оканчивается тѣмъ, что всѣ чиновники дѣйствуютъ
за одно и покрываютъ другъ друга. Напротивъ, англійское правительство руководствуется, въ этомъ отношеніи, какъ у себя дома, такъ и въ Индіи и во всѣхъ
своихъ обширныхъ колоніальныхъ владѣніяхъ, совершенно вѣрнымъ, практическимъ правиломъ: имѣть возможно меньше чиновниковъ и назначать имъ большое содержаніе, чтобъ они дорожили своими мѣстами. Вмѣстѣ
съ этимъ оно избѣгаетъ и того административнаго зла,
которое обычно всѣмъ другимъ европейскимъ государствам^ именно многочисленной бумажно-дѣловой бюрократ^, которая только разводить и затягиваетъ дѣла,
и стоить государству страшно дорого, получая въ тоже
время ничтожное казенное содержаніе. Но при такомъ
правильномъ исходномъ основаніи въсвоемъ устройствѣ,
британская администрація и юетиція въ Нндіи постоянно
обвинялись и обвиняются, нетолько иностранными, но
и англійскими писателями, въ жестокихъ злоупотреблеліяхъ.
«Первое и самое главное, и страшное для будущая

зло — говорить Жансиньи въ своей «Псторіи Нндіи древлей и новой» *) — потому что оно составляетъ, такъ
сказать, органическую болѣзнь характера цѣлой націщ
wo—британская
гордость*. Англичанинъ ни за что
не поѣдетъ въ одномъ вагонѣ съ желтокожими туземцами и выгонитъ всѣхъ вонъ, если нѣтъ другаго вагона; когда онъ входитъ въ гостиницу, всѣ туземцы должны тотчасъ же удалиться, даже самые раджи. Англичане чиновники, купцы, не считаютъ туземцовъ за людей, а смотрятъ на нихъ, какъ на товаръ, подлежащій
возможно большей эксплуатаціи. Правда, послѣ уничтоженія остиндской компаніи и непосредственная подчиненія индійскихъ владѣній британской коронѣ, высшія
мѣстныя англійскія власти стараются, изъ политическихъ
видовъ, какъ личнымъ своимъ примѣромъ, такъ и законодательными мѣрами, если не прекратить, то, по крайней мѣрѣ, смягчить такое варварское отноіпеніе къ туземцамъ; но онѣ не въ силахъ измѣиить этой органической черты своего національнаго характера.
Превосходившія всякую мѣру, политическія и комерческія злоупотребленія остиндской компаніи побудили
англійское правительство уже въ 1852 году, когда приближался срокъ ея прежней привилегіи 1833 года, приступить къ составленію новой хартіи, ограничивавшей
нѣкоторыя нолитическія права компаніи и подчинявшей
вообще всѣ дѣйствія ея болѣе строгому правительственному контролю. Предъ назначеніемъ комисіи для составленія этой хартіи, первый министръ дордъ Дерби, отецъ
нынѣшняго англійскаго министра иностранныхъ дѣлъ,
*) De Jancigny, «Histoire de l'Inde ancienne et moderne». Paris, 1858.

вЪ рѣчи своей въ палатѣ лордовъ, ироизнесъ, между
ирочииъ, слѣдующія замѣчательяыя слова:
«Еще, конечно, не пришло время предоставить народами Нндіи свободно пользоваться благодѣяніями евронейскихъ учрежденій; еще пройдетъ много лѣтъ, пока подобная перемѣна сдѣлается возможною. Но, тѣмъ не менѣе,я могу утверждать, что мы обязаны, въ видахъ человѣчества, нравственности и релпгіи, заботиться, чтобъ жители Индіи были облечены настолько обширною властью,
насколько дозволяетъ благоразуміе, чтобъ принимать постепенно все большее и большее участіе въ управленіи
своими внутренними дѣлами — властью, которою они буду тъ пользоваться подъ контролемъ авторитета Англіи и
подъ покровительствомъ законовъ, на основа'ши которыхъ
Англія управляла ими съ такою твердостью и умѣренноетыо и которые научили ихъ уважать авторитетъ Англіи, подражать ему и, я надѣюсь, по крайней мѣрѣ
современемъ превзойти его. И еслибъ это постепенное
иріученіе народа къ самоуаравленію возбудило въ немъ
желаніе получить еще большее участіе нетолько въ своей
судебной администраціи, но и въ дѣлахъ политическихъ —
я говорю, милорды, еслибъ даже слѣдствіемъ этихъ новыхъ стремленій было иаденіе гигаптскаго владычества
Великобританіи надъ Индустаномъ, еслибъ даже это владычество, теперь всемогущее, вынуждено было, по минованіи вѣковъ (потому что пройдутъ вѣка, прежде чѣмъ
подобное можетъ совершиться), сокрушить себя своими
же собственными руками, то за нашею націею останется
неоспоримая слава освобожденія народовъ Индіи изъ
подъ ига невѣжества и суевѣрій, содѣланія ихъ способными, въ минуту прекращенія нашего владычества, .къ

самоуправленію, въ качествѣ независимой націи, подъ
вліяніемъ тѣхъ законовъ и тѣхъ государственныхъ принципбвъ, сознавать пользу которыхъ мы ихъ научили, а
равно и примѣнять ихъ на благо себѣ. За это они навсегда останутся намъ благодарны».
Къ сожалѣнію, эти блистательныя, высокогуманны»
и полныя политическаго самоотверженія словА были высказаны, какъ оказалось, не для комиесіи, а для того,
чтобъ ихъ слышала и удивлялась имъ вся Европа: вновь
дарованная хартія не прекратила ни одного изъ прежнихъ злоупотребленій компаніи, ни политическихъ, нп
комерческихъ, въ чёмъ скоро убѣдилось и само британское правительство, когда, послѣ псстыднаго и измѣпническаго присоединенія Удскаго Королевства, въ 1857
году поднялось страшное возстаніе сипаевъ въ Бенгаліи,
едва не сокрушившее англійскаго владычества въ Индіи.
Но что же? И теперь, когда уже не существуетъ болѣе остиндской компаніи и бывшія владѣнія ея управляются непосредственно властями императрицы Индіи,
законы дѣйствуютъ только въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ пребываютъ высшія власти; внутри же страны господствую т произволъ и хищничество. Англійскій чиновникъ и
англійскій купецъ и теперь пріѣзжаютъ въ Индію только для того, чтобъ нажиться какъ можно больше и какъ
можно скорѣе.
«Ударьте на улицахъ Калькутты индуса, который намѣревался васъ ограбить, и васъ посадятъ въ тюрьму
и принудятъ заплатить штрафъ; убейте туземца въ пятнадцати миляхъ оттуда, или внутри страны, и вамъ

надо будетъ только заявить полиціи, что вы убили его,
защищая себя, и полиція отмѣтитъ въ сішскѣ: «умер*
случайно». Англія ни за что не согласится ослабить
обаяніе европейца внутри страны.
«Надо быть на мѣстѣ и видѣть жизнь изнѣженныхъ
набобовъ, которую ведутъ окружные сборщики податей,
чтоб* судить о тѣхъ невѣроятныхъ, съумасшедшихъ суммах*, которыя поглощаются ими на удовлетвореніе своих* скандальных* прихотей. Удаленные на 200 или 800
и болѣе миль отъ своих* президентствъ, они не имѣготь других* законов*, кромѣ своего личнаго произвола.
«Сбор* податей поручен* низшим* туземным* чиновникам*, которые нетолько палками, но иногда и пытками вырывают* у несчастных* индусов* до послѣдней
• рупіи. Все им* пригодно: хлѣбъ на корню, старая одежда, ветхое тряпье, до послѣдней скотины, до послѣдняго
кола.
«Кому жаловаться? Окружному сборщику? Об* этомъ
нечего и думать: все дѣлается по его приказаніямъ, и
для его личныхъ интересов* слишком* важно не выдавать своих* агентов*, несмотря на раздирающіе сердце
вопли и стоны разоренных* туземцев*!
«Я не буду говорить о правосудіи британских* судов* въ Индіи, потому что я не могу ничего сказать
больше того, что уже всѣмъ извѣстно. Сэр* Джон* Лауренсъ, бывшій, нѣсколько лѣтъ назад* ( в * шестидесят ы х * годах*), генераломъ-губернаторомъ Индіи, въ своем* знаменитом* всеподданнѣйшемъ докладѣ королевѣ

относительно необходимых* преобразован^ въ индійской
адиинистраціи и юстиціи и выбора новаго личнаго состава, высказал* такія вещи, которым* едва можно вѣрить и которыя вызвали страшный взрыв* негодованія
как* въ парламентѣ, так* и въ англійской печати, въ
обществѣ и въ цѣломъ народѣ.
«Что касается политической честности, то, въ этом*
отношеніи, еще хуже. Здѣсь не мѣсто разсказывать исторію англійскихъ завоеваній въ Индіи, начиная съ знаменитая Уарена Гастингса, грабителя Агры, Дели, Алахабада, преданная суду лордов* за его хищничество,
и до лорда Дальгоузи включительно, конфисковавшая
королевство Удское, распоряженіемъ, которое представляет* неслыханный, дерзкій вызов* нравственному чувству всѣхъ цивилизованных* народов*; но, не вдаваясь
въ подробности, можно сказать, что приссединеніе кажд а я новаго клочка земли, каждой провинціи, каждая
владѣнія совершилось не иначе, какъ хитростями, обманами и подкупами.
«Вѣдные раджи, оемѣянные, обманутые, ограбленные,
лишённые своих* наслѣдственныхъ престолов*—вы одни
можете разсказать тѣ гнусности, жертвами которых* вы
были!
»

«Одному Англія давала войска, подъ предлогом* защиты отъ врагов*, и как* только она таким* образом*
утверждалась въ его странѣ, тотчас* же подкупала золотом* и обѣщаніями двор* и свиту раджи и обыкновенно окончивала тѣмъ, что, при первой попыткѣ возвратить себѣ независимость, дѣлала раджу своим* плѣн-

никомъ й присоединяла его царство къ своими владѣніямъ.
.
«Съ другими заключался оборонительный и наступательный союзъ, съ единственною цѣлыо имѣть своего
посланника ири его дворѣ, подъ названіемъ резидента,
и врача. Шесть мѣсяцовъ или годъ спустя, раджа умирали въ постели отъ «несваренія желудка» или отъ чего-нибудь подобнаго. «Эти раджи — такіе обжоры», писали обыкновенно врачъ-англичанинъ, которому поручалось засвидѣтельствовать смертный актъ, и дитя, сынъ
или племянники умершаго, пяти-шести лѣтъ, вступали
на престолъ подъ опекою Англіи.
. • «Эти юные князья никогда не достигали совершеннолѣтія. Если же случайно они выживали, несмотря на
всѣ, окружающія ихъ, попечепія, имъ запрещалось въ
такомъ случаѣ жениться, чтобъ они не могли имѣть
законныхъ наслѣдниковъ, а при малѣйшемъ сопротивленіи ихъ немедленно свергали съ престола.
«Въ другихъ случаяхъ, подъ предлогомъ дружбы или
съ ножомъ у горла, обирали всю казну несчастнаго раджи и похищенными деньгами возмущали его войска, которыми онъ уже не могъ болѣе платить жалованье.
«Я упомянули о конфискаціи Удскаго Королевства.
Какое гнусное злоупотребленіе силы! Несчастный король
Уда передали всѣ свои сокровища въ руки англичанъ;
онъ далъ имъ свои войска, чтобъ подавить враговъ; калькуттскія газеты не называли его иначе, какъ другомъ
королевы. Несчастный дрожалъ въ присутствіи англій-

скаго резидента и на колѣняхъ благодарили за каждый
новый заемъ, сдѣланный у него англичанами, за каждоеновое грабительство. Было бы, по крайней мѣрѣ, х о т
признакомъ великодушія оставить его умереть на престолѣ. Но король имѣлъ умнаго, предпріимчиваго сына г
и Англія рѣшила, что онъ не долженъ наслѣдовать своему отцу. И вотъ въ одинъ прекрасный день, раджа уд-,
скій приглашается въ Калькутту, и лордъ Дальгоузи ему
объявляетъ, что «онъ не въ состояніи управлять своими
владѣніями». Королевство Удское. присоединено было къ
британскими владѣніямъ, а раджа заключёнъ во дворцѣсъ ничтожною пенсіею.
«Лондонское правительство произнесло энергическоенорицавіе этому гнусному захвату, отставило генералъгубернатора, но не возстановило ограбленнаго раджи въ
его владѣніяхъ. Это называется спасать нравственность,
оставляя всѣ барыши за собою.
"
«Англія обладаетъ великими талантомъ заставитьЕвропу вѣрить, что она распространяетъ европейскую
цивилизацію въ своихъ необъятяыхъ азіатекихъ владѣніяхъ, между тѣмъ, какъ въ дѣйствительности Англія,.
напротивъ, поддерживаетъ эти страны въ состояніи полнѣйшаго варварства, столь благопріятнаго для ея владычества.
«Это и понятно: въ тотъ день, когда Англія уничтожила бы различіе кастъ, цивилизовала бы . Индію на
европейскій ладъ, въ тотъ день 200 мильйоновъ индусовъ, соединенныхъ въ одинъ народи, попросили бы ее
оставить Ііндію, и Англія должна была бы повиноваться

«Но надо, чтобъ путешествующій европеецъ, государственный человѣкъ, иностранный нринцъ не могли и
предполагать того рабства и глубокаго униженія, въ
жготоромъ она держитъ своихъ подданныхъ.
«Для этого-то Бомбей, Мадрасъ, Калькутта, Голконда
наполнены библіотеками, безплатнымц школами, высшими
курсами, различными благотворительными учрежденіями
яріютами и больницами. Все это, я долженъ признать
с ъ полнымъ безпристрастіемъ, содержится и дѣйствуетъ
аъ .совершенномъ порядкѣ, и еслибы вся Индія имѣла
подобныя учрежденія, то Англія была бы дѣйствительно
яросвѣтительницею и благодѣтельницею Востока.
«Къ несчастью, этого ничего не существуетъ; но
«мазоотводъ такъ мастерски устроенъ, что посѣтитель иностранецъ возвращается совершенно ослѣпленный и не
яодозрѣвая даже, что въ нѣсколькихъ миляхъ отъ этихъ
роскошныхъ школъ, богатыхъ библіотекъ, ботаническихъ
садовъ, музеевъ, больницъ, начинаются нестерпимый
4'нётъ и палочная расправа.
«Я видѣлъ герцога Брабантскаго—теперь короля
^бельгійцевъ — когда онъ. оставляли. Калькутту, восхищённый тѣмъ зрѣлищемъ, которое она ему представила, и
<съ полнымъ • восторгомъ разсказывалъ,- что онъ нашёлъ
въ столицѣ Индіи всѣ великія учрежденія, которыми
справедливо гордится учёная, философская и литературная Европа.
«Еслибъ кто-нибудь случайно подеказалъ ему: скройтесь на время изъ дворца, въ которомъ вы живете,

поѣзжайте инкогнито но желѣзной дорогѣ до первой
попавшейся внутренней станціи, и потомъ пропутешествуйте недѣли двѣ, три, много мѣсяцъ, внутри
страны—онъ, конечно, не послѣдоваіъ бы этому совѣтуі
но еслибъ онъ это сдѣлалъ, то скоро научился бы цѣнить настоящее достоинство всѣхъ этихъ блестящихъ
сценическихъ постановокъ, за которыми Англія искусно
скрываете самую недостойную тиранію.
«Онъ увидѣлъ бы, какъ англійскій судья приговариваете несчастнаго туземца къ денежному штрафу и палочнымъ ударамъ за то, что онъ надѣлъ сандаліи, недозволенныя въ его кастѣ. Онъ узналъ бы, кйкъ въ неурожайные года несчастные индусы мрутъ по дорогамъ;
а между тѣмъ, калькутское правительство и не подумаете о запреіценіи вывоза рису. Какъ, покуситься на
свободу торговли?! Великіе боги! что скажете Джонъ
Буль, который въ это-то голодное время и совершаете
самыя прибыльныя операціи.
«Воте одинъ примѣръ изъ тысячи, чтобъ вполнѣ понять эту ненавистную систему. Въ 1866 году былъ совершенный неурожай риса въ Бенгаліи и въ большей
части южныхъ провинцій Индустана. Несчастные туземцы
тысячами умирали отъ голода, не произнося ни одной
жалобы, увѣренные, въсвоемъ фанатизмѣ, что ихъ поражаете рука Провидѣнія. Въ Калькуттѣ организовалась
частная подписка и былъ выбранъ комитете для закупки
риса на собранныя деньги. Одинъ изъ первыхъ калькуттскихъ торговыхъ домовъ, узнавъ, что въ рукахъ комитета большія суммы, болѣе двухъ мильйодовъ франЕОВЪ, немедленно скупаете на мѣстѣ весь рисъ и открыто

дѣлаетъ всѣ распоряженія для нагрузки этимъ рисомъ
трехъ кораблей, спеціально зафрахтованныхъ имъ для
этой небольшой операціи. Комитета, не имѣвъ возможности закупить рисъ въ другомъ мѣстѣ, вынужденъ былъ
обратиться къ представителямъ означенная торговая'
дома, которые отвѣчали ему: .«Мм. гг., мы не желали бы
ничего лучшая, какъ присоединиться къ вамъ въ благотворительность дѣлѣ, которое вы совершаете, и уступить
вамъ рисъ по покупной цѣнѣ. Но мы не сдѣлали покупки за нашъ счёта и не можемъ располагать этимъ
зерномъ: мы закупили за счёта различныхъ европейскихъ
домовъ. Единственное средство, которое могло бы снятьсъ насъ отвѣтственность, еслибъ оно только не было
слишкомъ тяжело для васъ—это вознаградить зафрахтованные нами корабли, которые останутся безъ груза,
и заплатить за этотъ рисъ по цѣнамъ Лондона и Бордо..
Въ такомъ случаѣ, мы охотно отказались бы отъ слѣдующей намъ комиссіонной платы, счастливые, что можемъ, по мѣрѣ слабыхъ средствъ нашихъ, принять
участіе въ борьбѣ съ этимъ страшнымъ бичёмъ» и т.
д. Всѣ хорошо знали, въ чёмъ дѣло; но комитету не
оставалось ничего болѣе, какъ согласиться на предложенныя условія, и честный торговый домъ, менѣе
чѣмъ въ трое сутокъ и не вынувъ ни одной руиіи изъ
своей казны, пріобрѣлъ полмильйона чистой прибыли")».
Рисъ, просо и сорго составляюта почти единственное
питаніе туземцовъ. Воздѣлываніе риса очень хлопотливо
и даетъ удовлетворительные урожаи только при достаточно влажной почвѣ. Поэтому, въ сухіе годы, чтобъ
* ) «Voyage aux pays des perles», par L . Jacoillot. Paris, 1874.

шбѣгнуть совершенная неурожая и, слѣдовательно,
спасти населеніе отъ голода, необходимо орошать поля
иекусственнымъ образомъ. Оттого уже, въ давнія времена
въ Индіи обращалось особенно заботливое вниманіе на
сооруженіе и хорошее содержаніе искусственяыхъ водныхъ резервуаровъ или прудовъ, и оросительныхъ каналовъ. По свѣдѣніямъ, собраннымъ британскимъ иравительствомъ послѣ голода, 1866 года,-оказалось, что -на
-, з в с е я пространства, засѣваемаго рисомъ, удовлетворительность урожаевъ зависитъ, главнымъ образомъ, отъ
искусственная орошенія полей. Прежніе водные резервуары, вырытые преимущественно еще во время господства браминовъ, были разсчитаны на населеніе, непревышавиіее 100 мильйоновъ душъ. Слѣдовательно, для
удовлетворенія нынѣшняго, почти 240,000,000, населенія
необходимо было бы болѣе, чѣмъ двойное число прудовъ
•и каналовъ; между тѣмъ, во время англійскаго владычества нетолько не было сдѣлано для этого никакихъ
новыхъ сооруженій, но до 50,000 прежнихъ прудовъ и
каналовъ пришли въ совершенную негодность и не
исправляются. Вотъ, слѣдовательно, въ чёмъ заключается
главнѣйшая причина частыхъ неурожаевъ въ Британской Пндіи и голодной"смерти сотень тысячъ туземцевъ.
Лондонское правительство обратило на это вниманіе
•вицекороля и губернаторовъ президентствъ, но такъ
какъ и по настоящее время огромныя суммы все еще
расходуются на телеграфы, желѣзныя дороги и другіе
пути сообщенія между главными торговыми, политическими и стратегическими пунктами въ Индіи, то британское индійское правительство и не даетъ необходимыхъ средствъ на подаржаніе прежнихъ и устройство
новыхъ прудовъ и оросительныхъ каналовъ, возлагая

л
62

эту обязанность на мѣстныя еельскія общины, которыя
не въ состояніи выплачивать и существующих* правительственных* податей и налогов*, составляющих* не
менѣе половины ихъ валовая дохода *).
Сельская община сложилась здѣсь съ незапамятных*
времен* и сохранила свое независимое устройство до
нослѣдняго времени. Она представляет* маленькую республику, управляемую наслѣдственнымъ тольсидаромъ
(thoîsidar — старшина, начальник*) съ тремя другими,
выборными отъ общины, должностными лицами: счётчиком*, который ведет* перепись всѣхъ членов* общины
и владѣемыхъ ими земельных* участков*, надсмотрщиком* за общественным* благочиніемъ и сборщиком*
податей или казначеем*. Кромѣ этихъ лицъ, почти
каждая община имѣетъ еще своего школьнаго учителя,
знахаря, астролога, наконец*, пѣвицъ, танцовщиц* и
музыкантов* для народных* празднеств*. Начальник*
общины есть ея представитель и посредник* между
общиною и правительством*, по соглашенію съ которым*
онъ установляетъ всѣ подати и налоги, распредѣляетъ
земельные участки между членами общины, заботится
об* обработкѣ общественная поля и творить суд* и
расправу въ первой инстанціи. Несмотря на всѣ безпрестанныя революціи, несмотря на господство въ Бндіи
различныхъ завоевателей: браминовъ, маратовъ, сейковъ
(sikhs), монголовъ, туземная община оставалась всегда
одною и тою же. Если завоеватели силою врывались
во внутреннія дѣлà общины, установляли произвольные
*) «Documents spéciaux relatifs à la culture des terres dans
l'Inde», rassemblés par M. Lamairesse, ingénieur en chef de ponts
et chaussées de l'Inde française.

налоги, члены ея оставляли свои жилища, переселялись,
въ дружественный деревни; но тотчась же опять возвращались, какъ только опасность проходила и возстановлялось сиокойствіе *). Англичане, покорив* своей власти"
остров* Цейлон* и почти весь Индустанъ, сохранили
прежнее общинное устройство, доставлявшее им* страну
съ давно установившимся прочным* мѣстнымъ управленіемъ, так* что съ первая раза можетъ показаться, что
владычество Англіи уничтожило только множество
отдѣльныхъ раджей и соединило всю страну подъ единою властью просвѣщеннѣйшей и либеральнѣйшей'
европейской державы. Дѣйствительно, Англія ни въ чём*.
не нарушила общинная самоуиравленія, оставив* тѣже самыя общественный власти, которыя получали свое
содержаніе отъ общества: она только назначила имъдополнительное жалованье отъ правительства, превышающее ихъ общинное содержаніе. Этим* она обратила,
мѣстныя общинныя власти въ своих* агентов* и, такимъобразом*, по «соглашенію съ ними», установила новые
налоги и подати, которые нетолько вполнѣ возмѣщаютьплатимое общинным* властямъ правительственное жалованье, но еще доставляют* значительный излишек* ньказну. Вмѣстѣ съ этимъ, тольсидаръ и его ПОМОЩНИКЕ
стали управлять общиною и во всѣхъ других* отношеніяхъ, по указаніямъ мѣстныхъ англійскихъ чиновников*^
радѣющихъ только о матерьяльныхъ выгодах* с в о т *
правительства и о своей собственной, возможно большем
наживѣ.
Страшныя злоупогребленія окружных*

англійския*

*) «Minute of sir Charles Metcalfe» въ «Report of select commitee of House of commons».

?властей, въ такомъ союзѣ съ общинными туземными
властями, и ихъ разорительныя нослѣдствія откровенно
« рѣзко выставлены въ упомянутомъ выше донесеніи
королевѣ генерала-губернатора, сэра Джона Лауренса.
Земледѣльцы вынуждены продавать заранѣе, по крайней
мѣрѣ, половину урожая алчнымъ, немилосердымъ ростовщиками, чтобъ уплатить поземельные налоги; то, что
.затѣмъ остается, едва достаточно для -прокормленія
семьи въ теченіи шести-восьми мѣсяцовъ, многими не
хватаетъ даже на четыре мѣсяца, a нѣкоторые и вовсе
яе собираютъ хлѣба съ полей, потому что, побуждаемые
голодомъ, срываютъ еще до жатвы зеленые колосья,
приготовляя себѣ изъ едва образовавшихся зеренъ похлёбку.
«Когда эти бѣдняки съѣдять все, что имъ осталось
отъ жатвы, но уплатѣ правительственныхъ налоговъ и
••своего долга ростовщиками, они прибѣгаютъ къ различными сурогатамъ: болѣе состоятельные занимаютъ вновь
.зерно съ обязательствомъ возвратить съ большою надбавкою ири слѣдующемъ урожаѣ; другіе же бродятъ по лѣсамъ, по берегами прудовъ и рѣкъ, собирая листья,
-тростниковые ростки, дикіе плоды, коренья и т. п.,
которые даютъ имъ возможность существовать, или,
вѣрнѣе, не умереть съ голода. II такое бѣдственное
•существованіе ведутъ почти три четверти всего земледѣльческаго населенія Британской Индіиі. Но налоги
поступаютъ, и Джонъ Буль жирѣетъ: Ура, старая Англія!...
Вотъ страна, умѣющая славно обдѣлывать свои дѣлашки:
•она волнуетъ моря и земли, преслѣдуетъ. повсюду торговлю неграми и утверждаетъ рабство въ своихъ колоніяхъ; она раздираетъ Индію колесными зубцами своихъ

машинъ, чтобъ выжать изъ нея послѣдній сокъ... Сотпи
тысячь людей мрутъ ежегодно съ голода отъ мыса Коморина до долинъ Гималаевъ... Экая важность! Посмотрите:
есть ли въ мірѣ еще хоть одна страна, въ которой
столько человѣколюбивыхъ, благотворительныхъ обществъ и учрежденій, столько негрофиловъ, столько краснорѣчивѣйшихъ заступниковъ нравственности и свободы
всѣхъ народовъ, всего человѣчеетва!» *).
Вотъ каково въ дѣйствительности благодѣтельное и
просвѣтительное британское владычество въ Индіи, и
именно въ то время, когда къ ней приближается, по сухому пути «варварская» Россія! Готова ли Англія встрѣтить свою новую сосѣдку на азіатскомъ континентѣ и
раздѣлить съ нею великіе мирные, истинно гуманные и
обильно-благотворные труды распространенія европейскаго, христіанскаго просвѣщенія въ средѣ азіатскихъ народовъ? Нѣтъ, Англія не готова, и на всякій случай
лондонскія газеты признали нужнымъ возобновить скэйлеровскія небывальщины про походъ рускихъ въ Хиву, и
издающіяся на туземныхъ языкахъ въ Ііалькуттѣ газеты
переполняются росказнями о неслыханныхъ ужасахъ, грабежахъ, жестокостяхъ, мученіяхъ, совершаемыхъ русскими
въ завоеванныхъ ими среднеазіатекихъ владѣніяхъ. Англія очень хорошо знаетъ, что это все только временныя
пальятивныя средства и что всѣ подобныя гнусныя клеветы тотчасъ же обнаружатся передъ свѣтомъ истины,,
какъ только туземное населеніе Индіи станетъ лицёмъ къ
лицу съ Россіей. Конечно, въ семьѣ не безъ урода, и
между русскими чиновниками въ Средней Азіи найдутся
* ) Jacolliot, «Voyage au pays des perles».

взяточники, готовые изъ-за наживы на всякія притѣсненія туземцёвъ: но,по крайней ыѣрѣ, система русскаго владычества никогда и нигдѣ не основывалась на грубой экснлуатаціи всѣхъ жизненныхъ производительныхъ силъ
покоренной страны и ея обитателей. Росеія, нанротивъ,
всегда жертвовала своими собственными средствами на
улучшеиіе какъ нравственнаго, такъ и матерьяльнаго
быта туземнаго наееленія. Такая система, можетъ быть,
совершенно неправильна и убыточна для нашихъ собственныхъ матерьяльныхъ государственныхъ интересовъ,
но въ Азіи она страшна Англіи. До сихъ поръ подвластное
англичанамъ населеніе Индіи могло сравнивать своихъ
властителей только съ дикими повелителями сосѣднихъ
хшцническихъ племенъ и, копечно, должно было признать
превосходство могущественной европейской державы. Но
теперь оно скоро увидитъ предъ собою1 воочію другую великую европейскую державу, которая, вмѣстѣ съ своими
побѣдоносными войсками, вводить въ покоренный страны
порядокъ, милосердіе и правосудіе, освобождаетъ рабовъ,
прекращаете грабежи и проиЗволъ дикихъ хановъ, не установдяетъ тяжёлыхъ налоговъ, а заботится о развитіи торговли и промышлености страны, о благосостояніи всего
населенія ея. Можетъ ли британское правительство, сознавая все это, оставаться спокойными и не трепетать за
свое безконтрольное владычество въ Индіи, истинное человѣколюбіе, правосудіе, безкорыстіе и просвѣтйтельное вліяніе котораго мы только-что изобразили? Развѣ есть какая-нибуть надобность предполагать въ русскомъ праиительствѣ какіе-нибудь завоевательные планы на Индію,
чтобъ понять всѣ затаенные гнусные происки и козни
противъ Россіи нынѣшнихъ правителей Англіи? Развѣ
недостаточно для этого, при нынѣшнемъ, крайне натяну-

томъ и непріязненномъ отношеніи индійскихъ туземцёвъ
къ своими повелителями, одного приближенія русских*,
къ заповѣдной Индіи? Что такое остиндскія владѣнія
для Англіи — это мы видѣли, и, поэтому, что значило
бы для Англіи, не говоримъ, лишиться этихъ владѣній,
но только раздѣлить свою монопольную громадную ввозную и вывозную торговлю въ Индіи съ другою могущественною европейскою державою? Какое англійское министерство рѣшилось бы принять на себя страшную
отвѣтственность, можетъ быть, за нанесете перваго тяжкаго удара міровому торговому всемогуществу Англіи,
не пустивъ предварительно въ ходи всѣхъ, даже самыхъ
иредосудительныхъ, средствъ для совершеннаго отвращенія или, по крайней мѣрѣ, временнаго удержанія этого
удара? Но какія средства для этого имѣетъ Англія въ
Азіи? Тѣ, о которыхъ упомянуто выше, да еще попытки
возбудить противъ насъ Китай и недавно покоренныя
ханства, что Англія и дѣлаетъ.
Но всѣ эти средства, сами по себѣ, совершенно ничтожны и могли бы возъимѣть дѣйствительно сильное
значеніе, еслибъ удалосъ устроить что-нибудь солидное
противъ Россіи на западѣ, въ Европѣ. И вотъ англійскіе министры принимаются опять за восточный вопросъ,
потому что онъ все еще представляете единственный
солидный крюкъ, прочно и искусно ухватившись за который, въ 1853 году, оказалось возможными подвинуть
почти всю Западную Европу противъ Россіи. Вотъ самое простое и самое естественное разъясненіе, почему
британское правительство, будто бы, не придало никакого значенія начавшемуся въ августѣ прошлаго года
возстанію въ Босніи и Герцоговинѣ, несмотря на то, что

русскій капцлеръ, чрезъ посла нашего, обращалъ на.
это его особенное вниманіе, опасаясь превращенія возстанія въ восточный вопросъ. Вѣдь это только и нужно
было англійскимъ министрамъ, и они, конечно, уже обратили на возстаніе свое самое сосредоточенное и неусыпное
вниманіе, только не съ той стороны, не съ русской точки
зрѣнія, и сами раздули его въ настоящій грозный восточный вопросъ... Но канатъ, которымъ они уцѣпились за.
этотъ давнишній крюкъ, лопнулъ, и маркизъ Сэлисбёри
убѣдился въ своемъ диііломатическомъ вояжѣ, особенно
послѣ бесѣды съ княземъ Бисмаркомъ, что составить
коалицію изъ великихъ европейскихъ державъ противъ
Россіи на этотъ разъ нельзя, что даже офиціозное пособничество Турціи со стороны Англіи будетъ принято'
Европою весьма неблагопріятно. И вотъ уже сообщаются
телеграмы изъ Константинополя, что лордъ Сэлисбёри
имѣлъ продолжительный дружескій разговоръ(и^и§) съ
генераломъ Игнатьевымъ, (^овйдймомуТмёжду ними произошло полное соглашеніе по всѣмъ пунктамъ! Но не
будемъ увлекаться этимъ: Россія страшна Англіи, и
британскія ласки — кошачьи ласки...
2-го декабря 1876 года.

АНГЛІЯ И РОССІЯ ВЪ ссВОСТОЧНОМЪ ВОПРОСЪ ).
Политика графа Биконсфильда имѣетъ одно несомнѣниое достоинство — она откровенна. Во всѣхъ рѣчахъ,
произнееенныхъ въ парламентѣ, на митингахъ, на
обѣдахъ, начиная съ возстанія въ Босніи и Герцеговинѣ
и до подписанія лондонскаго протокола включительно,
графъ Биконсфильдъ не переставалъ съ полною откровенностью заявлять Европѣ, что хотя «посреди всѣхъ
политическихъ партій Англіи и существуетъ желаніе
улучшить и обезпечить улучшенное положеніе христіанскихъ подданныхъ Порты», но что «великіе интересы
Англіи» не только не дозволяютъ британскому правительству дѣйствовать, для достиженія этого, понудительно на Порту, но прямо заставляютъ его всѣми мѣрами и средствами, явными и тайными, поддерживать
Турцію и энергически противодѣйствовать всякимъ попыткамъ измѣнить положеніе ея въ средѣ европейскихъ
державъ, установленное парижскимъ трактатомъ.
Въ первомъ засѣданіи палаты лордовъ, по открытіи
парламента, послѣ неудавшейся константинопольской кон•ференціи, отвѣчая герцогу Аргайлю, напавшему на
уклончивую политику министерства въ восточномъ вонросѣ, графъ Биконсфильдъ говорилъ, между прочимъ:

«Изъ сказанная благородным* лордомъ, я желал* бы
узнать, что онъ считает* элементом* великая восточн а я вопроса, тѣнь которая омрачает* Европу? Благородный герцог* говорил* о нем* совершенно так*, как*
будто бы онъ касался только положенія хриетіанскихъ
подданных* Порты. Должен* ли я изъ этихъ слов* благородная лорда понять, что единственный элемент*
этого великаго вопроса составляет* участь христіанскихъ
подданныхъ Порты? Я увѣренъ, что онъ — государственный человѣкъ, которому приходилось заниматься общественными дѣлами, вряд* ли попытался бы поддерживать такое фундаментально слабое положеніе... Несомнѣнно, что нѣкоторые изъ элементов* распредѣленія
мироваго могущества замѣшаны въ этот* великій вопрос*.
Это вопрос*, въ который замѣшано сѵществованіе имперій, и мнѣ, въ самом* дѣлѣ, кажется, что мы, никогда не придем* къ рѣшенію этого великаго вопроса,
если откажемся отъ всякаго политическаго соображенія
и будем* думать, что единственный элемент*, съ которым* нам* придется считаться, есть улучшеніе участи
христіанскихъ подданныхъ Порты... Мы должны довести
умы наши, свободные отъ всяких* страстей, до спокойн а я и мудрая обсужденія этого предмета; только смотря
на него глазами государственных* людей, мы можем*
обезпечить великіе интересы Англіи, слишком* часто
забываемые въ декламаторских* взглядах* на обстоятельства, съ которыми мы должны считаться практически»...
Изъ всѣхъ откровенных* рѣчей англійскаго премьера,
мы считаем* эти словй навболѣе важными и наиболѣе
вразумительными для вѣрнаго пониманія взгляда его на

нынѣшнее положеніе восточная вопроса и на значеніе
для него дипломатических* переговоров*. Этими словами граф* Биконсфильдъ какъ бы прямо говорил*
парламентской и либеральной опозиціи, и всей Европѣ:
«Вы желаете и полагаете возможным* мирными дипломатическими переговорами улучшить положеніе христіанскихъ подданныхъ Порты? И апглійское правительство
желало бы также этого, и,- въ доказательство такого
своего желанія, оно первое предложило собрать конферепцію въ Константпнополѣ, прямо послѣ русскаго ультиматума, назначило представителем* Англіи одного из*
членов* своих*, наиболѣе расположенная къ мирному
улаженію восточная вопроса и къ Россіи, и приказало
ему, по возможности, дѣйствовать согласно съ генералом* Игнатьевым*. Но вы видите, что изъ всего этоговышло? Дѣло. въ том*, что дѣйствительно улучшить положеніе христіанскихъ подданныхъ Порты нельзя безъ
окончательнаго разрѣшеніп великаго восточном вопроса,
а въ этомъ замѣшаны петолько существованіе одной Турецкой имперіи, но существованіе имперій и нѣкоторые
изъ элементовъ мгроваго могущества. Видите ли вы теперь, что съ разрѣшеніемъ восточная вопроса, безъ
него невозможно дѣйствительное улучшеніе положенія
турецких* христіанъ, связаны не какіе-нибудь ничтожные, второстепенные интересы Англіи, но прямо вопрос*
о ея міровомъ могуществѣ, о ея существованіи, вопрос*:
быть или не быть могущественной Англіи?.. Следовательно, можетъ ли Англія теперь же, при всем* своем*
желаніи, искренно и энергически, вмѣстѣ съ прочими
великими державами Европы, особенно съ Россіей, требовать отъ Порты действительная улучшенія положенія ея христіанскихъ подданных*? Конечно, нѣтъ. Сперва

Англія должна обезпечить свои «великіе интересы»,
связанные съ разрѣшеніемъ восточнаго вопроса, и потомъ уже она можетъ подумать объ улучшеніи быта
турецкихъ христіанъ и войти по этому предмету въ соглашеніе со всѣми вами и даже съ Россіей. Поэтому,
всѣ дипломатическіе переговоры въ настоящее время ни
къ чему не приведутъ. Если вамъ угодно, Англія готова продолжать ихъ и даже сама будетъ придумывать
различныя новыя комбинаціи и конференціи и будетъ
подписывать постановленія ихъ сообща со всѣми вами;
но, пожайлуста, не думайте и не пѣняйте на насъ, если
мы, соглашаясь съ вами на конференціяхъ, на дѣлѣ будемъ дѣйствовать совершенно противоположно. Великіе
интересы Англіи не дозволяютъ намъ поступать иначе» • .
Лондонскій протоколъ вполнѣ подтвердили эти размышленія графа Биконсфильда.
Въ двухъ предъидуіцихъ статьяхъ, «Джонъ Буль на
Востокѣ» и «Англія, Индія и Россія, мы изложили современную политику Англіи и привели иотаенныя, возмутительныя мѣры, къ которыми дозволяло и дозволяетъ
еебѣ прибѣгать англійское правительство для достиженія своихъ цѣлей. Мы назвали политику графа Биконсфильда «адскою». Но, тѣмъ неменѣе, мы должны признать?
что графъ Бпконсфильдъ нисколько и не скрываетъ своей
«адской» политики, ставить вопросъ совершенно откровенно и опредѣленно, и что если дѣйствительно столь великіе интересы Англіи замѣшаны въ восточный вопросъ,
то, какъ государственный чѣловѣкъ, которому ввѣрены
судьбы страны, онъ и не можетъ въ настоящее время
поступать и дѣйствовать иначе. Поэтому, въ высшей степени важно определить эти «великіе интересы» Англіи»

замѣшанные вь восточномъ вопросѣ, насколько это дѣлаетъ возможными исторія, къ которой мы теперь и обратимся, останавливаясь, конечно, только на соотвѣтствующихъ, самыхъ крупныхъ историческихъ фактахъ. Предварительно, однако, замѣтимъ еще, что лордъ Россель, бывшій премьеромъ въ 1860 году, двинулъ немедленно, вмѣстѣ
съ Франціей, морскія и сухопутныя войска въ Сирію, чтобъ
тотчасъ же прекратить начавшееся въ Дамаскѣ избіеніе
христіанъ и заставить Порту обезопасить положеніе ихъ.
Слѣдоватедьно, тогда англійское правительство не считало энергическаго вооруженнаго заступничества за сирійскихъ христіанскихъ поданныхъ Порты противными
великими интересами Англіи. Отчего же теперь оно
смотритъ совершенно иначе на возможность заставить
#Порту улучшить положеніе своихъ христіанскихъ
подданныхъ въ Европѣ и заявляетъ, что великіе интересы
Англіи не дозволяютъ, со стороны ея, никакого принудительна™ воздѣйствія на Порту? Не оттого ли, что
въ 1860 году Англіи помогала Франція, а теперь ей
самой пришлось бы помогать или только не мѣшать
Россіи?
Своими міровымъ могуществомъ Англія обязана, главными образомъ, патріотической дѣятельности двухъ геніальныхъ государственныхъ людей — лорда Чатама и сына
его, Уильяма Питта, которые управляли судьбами ея почти
впродолженіи всего ХѴШ-го столѣтіяи дали направленіе всей ея внутренней и внѣшней политикѣ. Блистательная колоніальная война съ Франціей (1755—1763)
и заключенный Питтомъ-отцёмъ славный парижскій миръ
доставили Англіи Канаду и другія французскія сѣвероамериканскія колоніи; она сдѣлалась полною владычи-

цею Сѣверной Америки. Въ то же время, Англія пріобрѣла и рѣшительный перевѣсъ надъ Франціей въ Остиндіи, гдѣ французы также должны были уступить ей
значительную часть своихъ владѣній. Но начатая, уже
послѣ удаленія лорда Чатама отъ дѣлъ, несчастная война
съ Америкою, изъ зависти къ быстро возраставшей торговлѣ и богатству американскихъ колоній, окончилась
образованіемъ независимыхъ Сѣвероамериканскихъ Штатов*. Открывая, 5-го декабря 1782 года, парламента,
Георгъ ІІІ-й, въ тронной рѣчи своей, объявилъ о происходившихъ мирныхъ переговорахъ съ Америкою. «Мнѣ
казалось необходимымъ, для общаго успокоенія — говорилъ король —воспользоваться властью, предоставленною
мнѣ націею, и я призналъ, одною изъ статей обсуждаем а я мирнаго договора, Америку независимымъ государствомъ; я считалъ своимъ долгомъ принести личную
жертву благу моей страны»...
Эта тронная рѣчь, написанная Уильямомъ Питтоыъ,
занимавшимъ въ только-что составленномъ имъ, по поручение короля, министерствѣ лорда Шельбурна мѣсто
канцлера казначейства, вызвала самыя яростныя нападенія со стороны знаменитыхъ ораторовъ опозиціи Борка,
Шеридана и Фокса. Послѣдній съ особенною рѣзкостыо
порицалъ проектированныя условія мира, какъ крайне унизительныя для чести Англіи, и напомнилъ при этомъ о
славномъ парижскомъ мирѣ, заключённомъ Питтомъотцёмъ. Уиліьямъ Питтъ отвѣчалъ Фоксу:
«Въ настоящихъ обстоятельствахъ, посреди страшныхъ
бѣдствій и страшнаго разоренія страны, могли ли министры предписать условія мира? И какой серьёзный

умъ позволилъ бы себѣ сравнивать этотъ миръ съ миромъ ларижскимъ? Да, дѣйствительно, было время, к о д а .
Англія могла разсчитывать на болѣе выгодныя условія,
и если я не ошибаюсь, всѣ члены этого собранія, къ.
какой бы партіи они ни принадлежали, припоминая себѣпрежнее могущество, славу и презкнее преобладаніе Англіи, не могутъ отнестись ко мнѣ, по поводу этихъ мирныхъ переговоровъ, иначе, какъ съ чувбтвомъ справедлив а я списхожденія и глубокая состраданія. Въ эту минуту я самъ чувствую, болѣе чѣмъ когда-нибудь, въ к а кой восторгъ приводили меня разсказы о побѣдахъ нашей страны! Тогда я былъ еще ребёнкомъ; великій ч е ловѣкъ, которая память, которого вся жизнь останутся
для меня навѣки священными, говорилъ мнѣ тогда, чтот.
по окончаніи совершенно иной войны, Великобританіи
предписала условія мира побѣжденнымъ народамъ. Это
были дни славы Англіи, и ихъ нѣтъ узке болѣе! Мы
должны были подчинить нашу рѣчь несчастіямъ нашей
судьбы. Наше долгое господство исчезло. Дй, министры короля признали независимость Америки, и неспособность благороднаго лорда *), руководившая политикою во время войны, и бѣдственные результаты этой
войны, и голосъ этой палаты **) давно узке опредѣлили то, отказать въ чёмъ. уже болѣе не было въ ихъвласти».
'
*) Лордъ Норзсъ (North), въ министерство котораго былъ изданъбиль о налогахъ на чай, бумагу и проч., послуживши! причиною къвозстанію американскихъ колоній.
**) Палата депутатовъ, въ пачалѣ 1782 года, единогласно постановила: «заключить, во что бы ни стало, миръ съ Америкою и объявила врагомъ страны каждаго, кто посовѣтуетъ королю продолжать
войну».

Миръ былъ заключёнъ только въ слѣдующемъ году,
въ министерство Фокса. Съ этихъ поръ вся колоніальиая политика Англіи сосредоточивается преимущественно ^на расширеніи и обезпеченіи господства ея въ Остиндіи и вообще на Востокѣ.
Побѣдоносно отразивъ всѣ нападки опозиціи и упрочивъ за ыинистіёрствомъ значительное парламентское
большинство, Питтъ немедленно внесъ биль объ Индіи *).
«Никто — сказали онъ — не сознаётъ и не чувствуетъ
еилыіѣе меня всю важность предмета, о которомъ я докладываю палатѣ. Съ какой стороны я ни рассматриваю его, я нахожу въ немъ вездѣ самый могущественный
ннтересъ: я вижу въ немъ благоденствіе и силу моей
•страны, счастье и безопасность всѣхъ народовъ, подчиненныхъ скиптру Англіи; наконецъ, я вижу въ немъ
возобновленіе и возстановленіе самой Англіи! Индія
всегда имѣла самое существенное значеніе для нашего
•отечества вліяніеиъ своихъ неисчислимыхъ богатствъ и
чѣмъ могуществомъ, которое она ему сообщаете. Но
насколько всѣ эти соображенія усиливаются теперь недавнею утратою другихъ обширныхъ колоній! Увы! это
жестокое расчлененіе, изувѣчивіиее Британскую Имперію, сдѣлало страну нашихъ давнихъ завоеваній еще
болѣе драгоцѣнною для насъ. Да, Индія сдѣлалась теперь для Англіи главнѣйшимъ условіемъ всего ея могущества, всего ея настояіцаго и будущаго значенія, какъ
•великой міровой державы!»
Успѣшно проведя этотъ биль, Питтъ энергически за*) «Bill of India» 6-го іюня 1784 года.

нялся улучшеніемъ внутренняго положенія Англіи. Это
положеніе — результатъ войны съ Америкою — было .действительно ужасное: торговля почти остановилась, товары не находили себѣ сбыта; контрабанда достигла
невѣроятныхъ размѣровъ и производилась совершеннооткрыто; налоги собирались съ большими усиліями ж
общественный долгъ въ 250 мильйоновъ фунтовъ былъ.
прямымъ наслѣдствомъ насчастной войны. Сверхъ всегоэтого, въ Ирландіи готовилось общее возстаніе, вслѣдствіе страшныхъ стѣсненій, которымъ подвергалась веж
ея внѣшняя и внутренняя торговля.
Изобразивъ, въ одной изъ замѣчательнѣйшихъ парламентскихъ рѣчей своихъ, такое крайнее положеніе страны, Питтъ съ необыкновеннымъ искусствомъ началъ развивать свои геніальныя соображенія относительно возстановленія внутренняго и внѣшняго благосостоянія и
могущества Англіи. Здѣсь прежде всего онъ остановился:
на мѣрахъ для увеличенія національнаго богатства. Для
этого необходимо было возможно большее развитіе внѣшней торговли и внутренней производительности страны,
посредствомъ освобожденія ихъ отъ всѣхъ стѣснительныхъ постановленій, уменыиенія таможенныхъ пошлиньи учрежденія мѣстныхъ земельныхъ банковъ, чтобъ доставить дешовый кредитъ даже самымъ незначителышмъпромышленникамъ и всему земледѣльческому населению.
Потомъ слѣдовали: основаніе особаго фонда погашен!®
государственнаго долга, мѣры для возстановленія денежн а я курса, и для прекращенія контрабанды, уменьшена
нѣкоторыхъ пошлинъ и налоговъ, новые налоги на.
предметы роскоши и, наконецъ, биль о подоходномъ н&логѣ (Income-tax).

Краснорѣчиво излагая эти соображенія, Питтъ все бо.лѣе и болѣе воодушевлялся и, какъ бы въ предвидѣніи
будущаго міроваго могущества своей страны, воскликнули:
«Какое воображеніе могло бы начертать границы
развитія нашихъ національныхъ богатствъ, нашей про.иышленной производительности! Пока будетъ существовать хотя одинъ предметъ искусства и промышленности,
иока останется хотя единый уголокъ земли, способный
къ улучшенію своего положенія, или откроется хотя ка• кой-нибудь, даже самый ничтожный иностранный рынокъ, наша система накопленія національнаго богатства
(зудетъ уже тамъ, чтобъ эксплуатировать ихъ. Эта сила
проникнетъ еще далѣе и глубже, и сами иностранныя
государства, облагодѣтельствованныя торговыми сношеніями, которыя ми будемъ вести съ ними, найдутъ въ
ней обильный источники для своего собственнаго преуспѣянія. Первыя насѵщныя потребности странъ, едва
БЫХОДЯЩИХЪ
изъ состоянія первобытнаго варварства,
равно какъ и требованія послѣдней роскоши и самаго
утонченнаго вкуса — все будетъ служить намъ орудіемъ
для накопленія нашихъ національныхъ богатствъ. И наша промышленность, и наша торговля будутъ собирать
золото по всему земному шару и со всѣхъ потребностей,
отъ самыхъ ничтожныхъ и первонасущныхъ до самыхъ
роскошныхъ и прихотливыхъ, потому что наша система
едѣлаетъ всѣ потребности и повсюду нашими покорными данниками. И только слѣдуя постоянно и неуклонно этими принципами, Англія, несмотря- ни на
какія, самыя тяжёлыя неремѣны обстоятельствъ,. несмотря даже на паденіе цѣлыхъ имперій, съумѣетъ

всегда и вездѣ поддержать и распространить, для пользы
СПоей національной торговли, эту систему
дѣйствительнаго прогреса и—позволю себѣ прибавить — систему
мироваго преобладанія >.
Каждое слово этой рѣчи было пророчествомъ, каждое
слово сдѣлалось роковою истиною для другихъ народовъ!
Таковы были основныя начала и цѣли системы накопленія національнаго богатства и возстановленія могущества Англіи, которую вводили Уильямъ Питтъ и
которую онъ заповѣдалъ всѣмъ своими преемниками.
«Эта система иатріотична, геніальна, и она, дѣйствительно, доставила Англіи міровое преобладаніе. Но, вмѣстѣ
съ тѣмъ, какъ исключительно эгоистическая промышленая система, ставящая развитіе благосостоянія, торговли и могущества всѣхъ другихъ странъ и народовъ въ
зависимость отъ матеріальныхъ промышленныхъ выгодъ
одной страны, одного народа, она уже съ самаго основанья своего постоянно носила въ себѣ зародышъ своего
собственнаго распаденія, своего самоуничтоженія. Ей
обязана Англія необыкновенно быстрымъ и громаднымъ
развитіемъ своей промышленности и торговли, всѣхъ
своихъ производительныхъ силъ и своимъ міровымъ могуществомъ; но, вмѣстѣ съ тѣмъ. эта промышлено-эгоистическая система привела въ настоящее время интересы Англіи въ столкновеніе съ интересами всѣхъ другихъ странъ и народовъ, великихъ и малыхъ.
Такъ, недавно, Гладстонъ, въ засѣданіи палаты общинъ, 7-го мая, изобразили съ мастерекимъ остроуміемъ

й ѣдкою ироніей эту, крайне безнравственную эгоистическую систему и, какъ необходимый результат* ея —
современное придирчиво-непріязненное положеніе Англіи
по отношенію къ другим* государствам*.
«Я не колеблясь утверждаю—сказал* знаменитый представитель либеральной опозиціи — что сторонники правительства и часть печати дѣлаютъ всѣ усилія, чтоб*
подготовить общественное мнѣніе къ войнѣ, и къ какой
войнѣ? не за Турцію, но во имя англійекихъ интересов*! Остановимся же мы немного на этомъ выраженіи
«англійскіе интересы». Обратим* вниманіе на карту
нашей имперіи. Посмотрите, какъ съ этого маленькаго
островка мы протягиваем* руки на порты всего міра и
прокладываем* туда пути для нашей торговли. Я спра^шиваю, возможна ли какая-нибудь война, съ точки зрѣнія нашего правительства, между какими угодно двумя
государствами, которая не затрогивала бы наших* интересов* и не служила бы поводом* къ нашему вмешательству? Индія въ этомъ отношеніи прекрасный примѣръ.
Въ качествѣ торговой компаніи, мы пробиваемся на
другой конец* земли и завладѣваемъ громадным* пространством* с * 200-мильйоннымъ населеніемъ.-Что же
лотом*? Мы присвоили себе право накладывать veto на
всѣ международныя отношенія, касающіяся стран* и
морей, по которым* возможно проложить путь между
Англіей и Востоком*. Одному государству мы говорим*,
ни шагу къ Батуму на Чёрном* Морѣ, потому что Батумъ и Эрзерумъ могут* служить когда нибудь путем*
въ Индію; другому — не подходи къ Сиріи и Багдаду,
потому что и Евфратская Долина созременемъ можетъ
быть для нас* самым* лучшим* путем* на Восток*!

Суэзскій Канал* прорыт* для блага всего міра. Но и
на него мы заявляем* какія-то исключительный права,
не обращая никакого вниманія на интересы других*
народов*. Есть еще один* путь въ Индію — это мимо мыса
Доброй Надежды. По послѣднимъ извѣстілмъ, Англія
нашла себя здѣсь крайне стѣсненною и потому безъ
всякой церемоніи присоединила новую большую територію къ своим* владѣніямъ. Вы знаете, г. председатель,
каким* невинным* характером* отличаются всѣ новыя
присоединенія къ нашей територін.
«Правда, эти пріобрѣтенія не всегда дѣлаются безъ
кровопролитія; но не наша вина, что глупые народы
не могут* понять всей прелести нашего скиптра.
«Наше благородство, благородное безкорыстіе и непреклонная честность недоступны, изволите видѣть, пониманію других* націй, и онѣ на столько глупы, что
думают*, будто такія высшія существа, какъ мы, могут* быть связаны вульгарными правилами, обязательными для обыкновенных* смертных* сынов* Адама.
«Вы говорите о несправедливостях* других* правительств*. Не угодно ли будет* вам*, въ таком* случаѣ,
вспомнить тѣ средства, которыми было подавлено ипдійское возстаніе 1857 года. Я не помню ничего посты днѣе для Англіи, как* избіеніе даяковъ войсками ея величества и сэром* Джемсом* Брукомъ! Но вот* еще
факт*: въ колоніальномъ управленіи хранится мой официальный рапорт*, въ котором* подробно описаны дѣйствія британскаго правительства во время кефалонскаго
возстанія на Іоническихъ Островах*. Несмотря на всю-

с

его незначительность, островъ въ теченіи шести недѣль
находился на военномъ положеніи. Сколько я помню, у
насъ былъ раненъ только одинъ солдатъ, сотни же туземцовъ подверглись смертной казни и сотни были наказаны плетьми!»
Простое сопоставленіе этой рѣчи, такъ мѣтко характеризующей нынѣшнюю, исключительно своекорыстную
политику англійскаго правительства съ вышеприведенными словами Питта, ясно показываете, вопервыхъ, что
основанная и завѣщанная этимъ великимъ государственнымъ мужемъ эгоистическая и промышленная система
наконленія національнаго богатства была постоянно и
неуклонно практикуема и развиваема всѣми его преемниками, стала плотью и кровью Англіи, и, достигнувъ
въ настоящее время крайнихъ предѣловъ, поставила
интересы Англіи въ столкновеніе съ интересами- всѣхъ
другихъ государства Вовторыхъ, по утвержденіи своего
министерства въ 1804 году, несмотря на тогдашнее
крайне разстроенное внутреннее доложеніе Англіи, Питтъ
прежде всего вносите биль объ устройствѣ Индіи, потому что видитъ въ ней «возобновленіе и возстановленіе самой Англіи, главнѣйшее условіе всего ея могущества, всего ея настоящаго и будущаго значенія, какъ
великой ыіровой державы». Рѣчь Гладстона также постоянно указываете, что центръ всѣхъ современныхъ
интересовъ и неусыпныхъ заботъ британскаго правительства есть Индія и обезпеченіе неприкосновенности исключительная, монопольнаго владычества Англіи въ
этой странѣ. Если мы прибавимъ къ этому, что еще такъ
недавно, когда уже началось возстаніе на Балканскомъ
аолуостровѣ, стараніями графа Биконсфильда, тогда

еще скромнаго мистера Дизраэли, королева Викторія
была произведена въ индійскія императрицы и Англія
купила всѣ египетскія акціи Суэзскаго Канала; наконецъ,
если ко всему этому мы присовокупимъ еще, что графъ
Дерби, въ послѣднемъ обнародованномъ письмѣ его къ
графу Шувалову, обусловливаете нейтралитете Англіи
въ нынѣшней войнѣ Россіи съ Турціей, главнымъ образомъ, неприкосновенностью путей въ Индію, то становится вполнѣ яснымъ и несомнѣннымъ, что разумѣетъ
графъ Биконсфильдъ подъ «великими интересами» Англіи, замѣшанными въ восточный вопросъ, и «существов а т е » какихъ имперій и «передвиженіе» какихъ элементовъ «ыіроваго господства» считаете онъ именно
связанными съ разрѣшеніемъ этого великая вопроса.
Графъ Биконсфильдъ видитъ въ окончательномъ разрѣшеніи восточнаго .вопроса въ настоящее время явную
опасность для существовангя Британской Іімперіи въ
Индіи, съ поколебаніемъ котораго должно неминуемо поколебаться и все міровое могущество и преобладаніе Англіи. Слѣдовательно, Англія должна прежде вполнѣ обевпечить владычество свое въ Индіи, а потомъ уже она
можетъ думать о дѣйствительномъ улучшеніи быта христіанскихъ подданныхъ Порты и тогда будетъ дѣйствовать въ этомъ отношеніи энергически и понудительно
на Порту, вмѣстѣ съ другими державами-поручительницами, даже и съ Россіей.
Выяснивъ и опредѣливъ такимъ образомъ, что опасеніе за существованіе Британской Имперіи въ Индіи, по
еловамъ самого графа Биконсфильда, еще невполнѣ упроченное и обезпеченноз,' есть главная причина, заставляющая англійское правительство оказывать въ.настоя-

іцее время такое упорное, скрытное и явное противодѣйствіе всякому улучшенію положенія христіанскихъ
подданныхъ Порты, и даже всѣми мѣрами поддерживать
и охранять саму Порту, необходимо теперь уяснить себѣ еще слѣдующіе два пункта: 1) почему Англія до
сихъ поръ еще не могла вполнѣ упрочить и обезпечить
своего владычества въ Индіи и 2) почему графъ Биконсфильдъ находить, что съ окончательнымъ разрѣшеніемъ восточная вопроса, безъ чего невозможно никакое дѣйствительное улучшеніе положенія всѣхъ турецкихъ христіанъ, тѣсно связано самое существованіе Британской Имперіи въ Индіи.
1) Угрожать чьему-нибудь владычеству въ данной
странѣ могутъ или внутреннія причины, внутреннее неустройство и неудовольствіе населенія, или нападеніе
внѣшнихъ враговъ. Уже болѣе полувѣка, какъ Англія
одна владѣетъ почти всею Индіей съ ея 200-мильйоннымъ населеніемъ, и въ теченіи всего этого времени
никакое европейское государство не мѣшало ей устроиваться и уаравляться въ Пндіи, какъ ей было угодно.
Сверхъ того, еще до сихъ поръ повсюду распространено
повѣрье, что англійское господство всегда было самымъ
благодѣтельнымъ для покоренныхъ народовъ. Лордъ
Пальмерстонъ не разъ увѣрялъ во всеуслыпіаніе, что «нѣтъ
земель, сколь бы онѣ ни были отдаленны, въ которыхъ
Англія не ввела бы и не продолжала бы вводить исскуства,
промышленость и всѣ благодИанія христіанства. И здѣсь,
у себя дома — говорилъ благородный лордъ поджигатель — мы можемъ справедливо гордиться нашими либеральными государственными и общественными учрежде-.
ніями, которыя представляютъ для всѣхъ просвѣщенныхъ

странъ образецъ внутренняя благоустройства и постоянн а я спокойная нрогреса, а потому всегда заслуживали
и заслуживаюсь удивленія и подражанія самыхъ способныхъ государственныхъ людей и самыхъ мудрыхъ философовъ. Сознаніе-собственной силы и чувство нашего національнаго могущества никогда не дозволять англійскому
правительству и англійскому народу сдѣлать хоть одинъ
несправедливый шагъ, совершить хоть одинъ притѣснительный поступокъ противъ другихъ народовъ. Мы гордимся нашимъ благосостояніемъ, нашимъ счастьемъ, на шею собственною свободою; но мы нисколько не зкелаемъ присвоивать себѣ монополію на всѣ эти блага; напротивъ, мы думаемъ, что правительство обязано-, на
сколько отъ насъ зависитъ, содѣйствовать и помогать
всѣмъ другимъ націямъ слѣдовать нашему примѣру и
поддерживать стрёмленія и усилія ихъ достигнуть поло.зкенія, подобная нашему».
Еслибъ, дѣйствительно, Англія оказывала такія великія благодѣянія всѣиъ странамъ и народамъ, то уже, конечно, она давно осыпала бы ими свою Индію и 200
мильйоновъ своихъ индійскихъ подданныхъ, которые, въ
такомъ случаѣ, были бы самыми счастливыми смертными
и были бы готовы жертвовать своею экизнью и всѣмъ
своимъ достояніемъ по первому слову своей благодѣтельной владычицы. Въ такомъ случаѣ, британское господство
въ Индіи было бы давно обезпечено и упрочен^аа^и^У^"
шимъ образомъ, и узкь, конечно, никакой внѣшній врагъ
не осмѣлился бы угрожать ему. Но на дѣлѣ выходить совершенно другое: англичане вовсе не являют<]я особенными благодѣтелями рода человѣческаго, a англійское
господство въ Индіи оказывается столь мало обезпечент

N
86

иымъ, что граф* Биконсфильдъ даже, после устроеннаго
им* торжественнаго путешествія принца Уэльскаго и нровозглашенія Индійской Имперіи, до того опасается за самое существованіе этой имперіи, что решается упорно
поддерживать неприкосновенность звѣрскаго господства
мохамеданской Турціинадъ ея христіанскими подданными!
Отчего лее это такъ случилось, что Англія, либеральному
образцовому государственному строю которой все еще
такъ завидуютъ многія просвѣіцённыя націи, не съумѣла
въ цѣлыя 50 лѣтъ своего полнаго, безраздѣльнаго владычества въ Индіи утвердить и упрочить его?
Въ статье нашей «Англія, Индія и Россіл» мы безпристрастно разъяснили этотъ вопрос*, приведя мнолеество
фактов*, заимствованных* из* извѣстныхъ писателей и
изъ отчётов* англійскихъ правителей Индіи, которые показывают*, какими честными и благодѣтельными способами и средствами британское правительство распространяло свое господство въ этой странѣ и въ каком* несчастном* «угнетенном* пололсеніи» находится все ея населеніе. Но что значат* отдѣльные факты, если вообще
вся система накопленія національныхъ богатств* и распространенія міроваго могущества Англіи основывается,
какъ мы видѣли, исключительно на самых* крайних*
эгоистических* началах* всяческой эксплуатаціи покоренных* стран* и народов*? Само собою разумѣется, что такая система можетъ только ожесточить населеніе захваченной страны и возбудить въ нем* крайнюю ненависть
къ своим* немилосердымъ, просвѣщеннымъ поработителям*. Слѣдовательно, граф* Биконсфильдъ совершенно
справедливо говорит*, что «великіе интересы» Англіи,
именно существованіе Британской Имперіи въ Индіи,

составляющее самый существенный элемент* міроваго
преобладанія Англіи, еще нисколько не обезпечены, и что
первый могущественный внѣшній враг*, проникшій въ
Индію, будет* встрѣченъ туземным* населеніемъ, какъ
давно желанный мессія-избавитель отъ невыносимаго гнёта ненавистных* завоевателей. И кто же можетъ сдѣлаться въ настоящее время, вѣроятнѣе всего, такимъ
первым* страшным* врагом*-сокрушителем* міроваго
могущества Англіи?
2) Въ прошлом* столѣтіи, самым* сильным* врагом* и
опаснѣйшею соперницею колоніальной политики Англіи
была Франція. Она приняла воорулеённое участіе въ войпѣ съ американскими колоніями и помогла имъ сделаться независимым* госурдарствомъ; она же оспоривала
британское господство въ И щ р , и Бонапарт* предпринимал* поход* въ Египет* именно съ тѣмъ, чтоб* про никнуть оттуда въ Индію и нанести там* самый чувствительный удар* Англіи, Все это, конечно, должно было еще
болѣе усилить ненависть Питта *) къ Франціи, завещанную великим* отцом* его; но мудрыя политическія соображенія, имевшія постоянно въ виду исключительно только интересы Англіи, заставили Питта принять на себя даже роль друга Франціи и горячаго защитника торговаго договора съ нею, заключённаго на основаніи взаимнаго свободнаго ввоза естественных* и мануфактурных* произведеній обеих* стран*. Отстаивая
в* палате общин* этот* договор* противъ опозиціи,
*) Какъ сильна была ненависть Питта, какъ англійскаго государствен наго человѣка, къ Франціи, особенно видно изъ разговоровъ
его съ де-Нарбонноыъ (de Narbonne), приводимыхъ въ 1Y и Y гл.
«Souvenirs contemporains de M. Villemain».

нехотѣвшей и слышать о какомъ бы то ни было друзкественномъ трактатѣ съ Франціей, какъ страною, постоянно враждебною Англіи, Питтъ воскликнули : «Нѣтъ,
Франція не была, не есть и не должна быть непримиримыми врагомъ Великобританіи! Эта возмутительная и,
вмѣстѣ съ тѣмъ, смѣшная мысль не имѣетъ никакого
основанія, никакого подтвержденія въ исторіи обоихъ
народовъ (!?); словомъ, эта мысль есть дерзкое оскорбленіе высокихъ чувствъ уваженія и дружбы, соединигощихъ обѣ страны; эта мысль есть злостное изобрѣтеніе
нѣсколькихъ головъ, находящихся въ ненормальномъ,
горячечномъ состояніи»... Произнося эти восторженный
слова, Питтъ, конечно, сознавалъ и чувствовали, что
онъ говоритъ совершенную неправду и совершенно про тиворѣчитъ своимъ собственнымъ чувствами; но заключенный имъ торговый договоръ открывали для англійскихъ манѵфактурныхъ издѣлій обширный свободный рынокъ съ 24,000,000 потребителями, тогда какъ французскія произведенія могли найти въ Англіи не болѣе
8,000,000 потребителей. Несмотря на это, договоръ былъ
отвергнуть палатою общинъ.
Пер выя проявлен ія французской революціи породили непримиримую вражду между двумя главными представителями и свѣтилами оппозицію — Фоксомъ и
Боркомъ (Burk), которыхъ до того соединяла болѣе чѣмъ
двадцатилѣтняя, самая тѣсная дружба и которые всегда
дѣйствовали въ полномъ взаимномъ согласіи во всѣхъ
вопросахъ внутренней и внѣшней политики *).
*) Фоксъ, выражая сочувствіе французской революціи, провозгласившей права человѣка и свободу и равенство всѣхъ гражданъ, говорилъ въ парламентской рѣчи своей, 5-го февраля 1790 года, что

Во время парламентскихъ преній о значеніи французской революции для Англіи, Питтъ молчалъ и наблюдалъ
только за развитіемъ вражды между Фоксомъ и Боркомъ,
которая имѣла для него весьма важное значеніе, потому что обезсиливала опозицію.
Вполнѣ сознавая, что одна Англія, безъ континентальныхъ союзниковъ, не можетъ причинить на сушѣ
никакого значительна™ вреда Франціи и предвидя грозное и продолжительное общеевропейское столкновеніе,
ОН Ь « смотритъ на новую французскую конституцію, какъ на самое
славное и блистательное иэъ всѣхъ зданій, воздвигнутыхъ человѣчеіквмъ разумомъ во всѣ времена и у всѣхъ народовъ», и что онь
«опасается, чтобъ эта конституція не уничтожила первенства и обаянія лйберальнаго конституціоннаго государствепнаго строя Апгліи.»
Боркъ, написавшій извѣстную книгу противъ французской революціи,
говорилъ, что «эта революція, предметъ восторженнаго поклопенія
многихъ великихъ людей, въ томъ числѣ и моего знаменитаго друга, есть въ дѣйствительности не чтб иное, какъ громадная мастерская такихъ развалинъ, какихъ никогда не произвелъ цѣлый міръ*.
Нападая съ особенною рѣзкостью на Фокса за его желаніе усвоить
Аигліи пѣкоторыя изъ революціонныхъ учрежденій Франціи и за его
невыгодное союставленіе англійской революціи 1688 года съ французскою 1789 года, Боркъ восклшшулъ: «Будетъ ли когда конецъ
таішмъ нелѣпымъ сравпеніямъ двухъ великихъ полптическихъ событій, вызванпыхь совершенно различными и противоположными причинами? Наше двпженіе было естесгвеннымъ прогресивнымъ ходомъ
развитія нашихъ государственныхъ и соціальныхъ учреждевій; французская же революція есть разрушеніе всего существовавшаго порядка. Мы забыли человѣка и спасли государство; французы же, нанротивъ, разрушили государство и преклонились передъ человѣкомъ.»
Этотъ эпизодъ ясно показываетъ, что для государственныхъ людей
Англіи, къ какой бы нартіи они ни принадлежали, выше всего интересы своей страны, и что только съ этой точки они могутъ смотрѣть на самыя великія событія, совершающіяся у другихъ народовъ,
и оцѣнивать ихъ.

вызываемое революціей, Питтъ выжидалъ удобное время
и заготовилъ всѣ необходимыя громадныя матерьяльныя
средства, чтобъ доставить Англіи выгодную, руководящую роль въ этомъ столкновеніи.
И вотъ, послѣ казни Лудовпка ХѴІ-го, возбудившей
страшное негодованіе во всѣхъ континентальныхъ европейскихъ державахъ, Питтъ тотчасъ же приказываетъ
«французскому посланнику выѣхать изъ Лондона, и потоыъ, воспользовавшись заявленіемъ національпаго конвента, что, будто бы, англійскій народъ недоволенъ своими правительствомъ и желаетъ ввести у себя республику, 12-го февраля 1793 года, въ блистательной рѣчи, начавшейся словами: «Приветствую мою страну съ
великими судьбами, къ которыми призываете ее французская революція», онъ объявляете парламенту о необходимости прервать немедленно всѣ еношенія съ Франціей и приготовиться къ вооруженному вмешательствуЧасъ пораженія ненавистной Франціи настали, и Питтъ
прнбѣгъ для этого къ системѣ коалгщт, которою впослѣдствіи англійское правительство всегда пользовалось
съ необыкновенными иекуствомъ во всѣхъ важныхъ европейскихъ дѣлахъ. Сама Англія непосредственно должна была вести войну только на морѣ, а на супіѣ она
образовала послѣдовательно несколько коалицій, почти
изъ всѣхъ европейскихъ державъ, и руководила ими, доставляя союзниками громадныя деньги, оружіе, порохъ
и прочіе военные и продовольственные припасы Такими
образомъ началась общеевропейская война противъ респу. бликанской Франціи, продолжавшаяся почти непрерывно
цѣлыя тринадцать лѣтъ и хотя разстроившая финансы
Англіи, но зато доставившая ей полное морское, военное

и торговое преобладаніе. Флоты Франціи, Испаніи и Голандіи были уничтожены, a ^датскій флоте, безъ всякая
повода, уведенъ въ плѣнъ, въ~ одинъ изъ англійскихъ
портовъ, такъ что уже въ начадѣ нынѣшняго столѣтія:
еще при жизни Нитта, британскій флагъ господствовалъ
на всѣхъ моряхъ, и даже Сѣвероамериканскіе Штаты не
осмѣливались противодействовать ему. Въ 1805 году
Питтъ заболѣлъ и извѣстіе о пораженіи союзныхъ армій
подъ Аустерлицомъ свело его въ могилу.
Великій военный геній Наполеона долженъ былъ, однако, преклониться предъ коалиціей всѣхъ остальныхъ европейскихъ державъ, искусно руководимой нреемникомъ
Питта. Но Франція осталась цѣла, благодаря мудрому
^ и великодушному настоянію императора Александра 1-го,
своимъ тонкими дипломатическими умомъ проникавшаго
сокровенныя цѣли своекорыстной британской политики
и потому вполнѣ сознававшая необходимость сильной
организаціи континента/невозможной безъ независимой
Си самостоятельной Франціи. Англія должна была уступить, и Бурбоны, постоянные враги ея, были возстановлены на французскомъ престоле. Это было прямыми
пораженіемъ внѣшней континентальной политики Англіи — пораженіемъ, которое разомъ лишало ее существеннейшая результата всехъ ея продолжителі.ныхъ
усилій, соединенныхъ съ громадными матерьяльными пожертвованіями *); и этимъ она была обязана ѳдинствен* ) Войны съ Франціей стоили Ангдіи болѣе 600 ыильйоновъ фунтовъ, или около 4)t мильярдовъ рублей, а весь государственныйдолгъ
въ 1815 году составлялъ 840 мильйоновъ фунтовъ, или около 5|Гмильярдовъ рублей, такъ что однихъ процентовъ ежегодно вриходидось
уплачивать болѣе 200 мильйоновъ рублей.

но Россіи, которая и прежде узке наносила британской
политикѣ чувствительные удары. Понятно, почему съ
этихъ поръ Англія стала видѣть въ Россіи своего нов а я могущественная врага. Но доброе согласіе мезкду'
Россіей и Франціей дѣлало всякое открытое противодѣйствіе имъ невозможнымъ, и потому Англія, какъ всегда, притаивъ до удобная времени свою злобу, употребила, всѣ усилія, чтобъ вступить въ союзъ съ этими двумя могущественнѣйшими континентальными государствами Европы и вмѣстѣ съ ними улазкивать вазкнѣйшія
европейскія дѣла, конечно, съ возмоэкно большею выгодою, или, по крайней мѣрѣ, съ возможно мёнынимъ
ущербомъ для себя. Образовавшемуся, вслѣдствіе этого,
тройственному союзу Великобританіи, Франціи и Росши *) Европа была обязана освобозкденіемъ Греціи, причёмъ, однако, Англія съумѣла поставить въ короли
православной Греціи ничтоэкнаго баварская принца-католика и настолько урѣзать границы новаго .королевства, чтобъ оно не могло распространиться и сдѣлаться сильною морскою дерзкавою на Средиземномъ Морѣ **).
*) Англійское правительство предварительно постаралось вступить по греческому вопросу въ соглашеніе съ Россіей и подписало
съ ЦРЮ особый протоколъ въ Петербургѣ, 4-го апрѣля 1826 года, который и послужилъ осіюваніемъ лондонскому трактату между Великобританіей, Франціей и Россіей, 1-го іюля 1827 года. По ст. Ѵ-й
этого трактата, договаривавшіяся. стороны обязывались не искать
никакого увелпченія своихъ територій, никакого исключительнаго
вліяпія и никакихъ особеішыхъ выгодъ для торговли овоихъ подданныхъ, которыхъ не могли бы получить всѣ прочія государства.
* * ) Въ недавно папечатапныхъ въ «Русскомъ Архивѣ» запискахъ
графа Рибоиьера, участвовавшаго со стороны Россіи при окончательпомъ опредѣлевіи положенія Греческаго Королевства, въ 1832 году,
изложены всѣ интриги и придирки англійскаго уполномоченная) Кан-

Но если, такимъ образомъ, Анг.ііи удалось выгодно,
или, по крайней мѣрѣ, безопасно для себя, уладить греческое дѣло, то.новую, гораздо сильнѣйшую опасность
представляли ей побѣдоносныя войны Россіи съ Персіей
и Турціей. Поэтому, искусно приводя окончательное разрѣшевіе греческаго вопроса къ друэкественному соглашенію съ Россіей и Фраіщіей, британское правительство,
въ то зке время, вступаетъ въ тайныя сношенія съ французскимъ правительствомъ, стараясь вовлечь Карла Х-го
въ войну Турціи противъ Россіи; но это ей не удается,
и адріанопольскій миръ, хотя и заключённый на весьма
умѣренныхъ условіяхъ, нетолько доставляетъ Россіи исключительное покровительство надъ дунайскими княжествами и надъ христіаискими подданными Порты, но въ
дѣйствительности ставить и самое существованіе Турецкой Имперіи въ зависимость отъ доброй воли русскаго
Царя. «Отъ нашихъ армій зависѣло — писалъ Нессельроде, въ февралѣ 1830 года, великому князю Константину Павловичу — идти на Константинополь и ниспровергнуть Турецкую Имперію; никакая дерзкава не воспротивилась бы этому, никакая непосредственно опасность не угрожала бы намъ, еслибъ мы нанесли послѣдній ударъ отоманской монархіи въ Европѣ. Но, по
мнѣнію императора, эта монархія, все дальнѣйшее существо ваніе которой будетъ зависѣть исключительно отъ
Россіи и которая должна будетъ впредь исполнять толь*
ко ея желанія — лучше соотвѣтствовала нашимъ политическимъ и торговыми интересами, чѣмъ всякая новая
комбинація, которая или заставила бы насъ слишкомъ
пин га (Canning). Графъ Рибопьеръ высказываетъ, между прочимъ,
свое убѣжденіе, что графъ Каподистрія надъ отъ руки убійцъ, подосланных!» англійскимъ правительствомъ.

распространить наши обширныя владѣнія, или замѣстить
отоманскую имперію государствами, которыя не замедлили бы вступить въ соперничество съ нами въ могуществе, просвещеніи, промышлености и богатстве». Въ
это же время Франція занимает* Алжир*, на африканском* берегу Средиземнаго Моря. Такимъ образом*, почти одновременно, на Средиземном* Море, которое Англія привыкла считать своими «озером*», усиливается
вліяніе двух* великих* и, притом*, дружественных*
между собою континентальных* европейских* держав*.
Это, конечно, не могло быть выгодно для британских*
интересов* и Англія не могла допустить этого. Она немедленно прибегает* къ ловким* интригам*: с * одной
стороны, пользуясь борьбою различных* политических*
партій во Франціи и несогласіемъ ихъ съ правительством*, Англія производить, или, по крайней мере, своим* потаенным* искусным* содѣйетвіемъ ускоряетъ_іюльскую революцію и возводит* на французскій престол*
младшую орлеанскую линію въ лице Лудовика-Филиппа.
Этим* она прежде всего достигает* уничтоженія дружбы и согласія между Франціей и Россіей. Император*
Николай, строгій и верный блюститель легитимнаго монархическаго начала, не мог*, конечно, оставаться другом* узурпатора, Лудовика-Филиппа, и, къ тому же, горяча го поклонника англійской конституціи. Съ другой
стороны, желая, вероятно, узнать настоящія намеренія
Россіи относительно Турціи, Англія начинает* заигрывать съ умным* и сильным* египетским* пашой *), воз*) Извѣстно, что англійскій агента въ Египтѣ, назвавшій въ своей
депешѣ Мехмеда-Али-пашу бунтовщикомъ, былъ тотчасъ же удаленъ.

буждаетъ въ нем* честолюбивые замыслы, и МехмедъАли-паша обращается къ своему сюзерену, султану, съ
требованіемъ признать Египет* наследственным* въ его
роде; но, получив* отказ*, отправляет* сына своего, Ибрагима-пашу, съ сильным* войском* въ Сирію.
Ибрагим* берет* крепость Сенжандакръ, разбивает* турецкія
и направляется къ Константинополю. Султан* просит* помощи у Англіи, Франціи и Россіи. Император* Николай посылает* немедленно черноморскій
гфлотъ съ дивизіей пехоты на защиту Константинополя
'и заключает* новый оборонительный и наступательный
уоюзъ съ Портою въ Ункіарскелесси, которым* оба государства обязываются оказывать взаимную вооруженною
помощь друг* другу, в * случае внешняго нападенія.
Къ трактату была приложена секретная дополнительная
статья, которая освобождала Иорту отъ затруднительнаго для нея доставленія, въ случае надобности, «матерьяльной помощи» (d'un secours matériel) и, взамен* этого, обязывала ее закрыть Дарданельскій Пролив*, т. е.
не дозволять ни одному иностранному военному кораблю-входить въ Дарданеллы ни подъ каким* предлогом*. *). Этот* трактат* и временное занятіе Константинополя русскими войсками сильно встревожило и Англііо,
и Францію, которыя немедленно двинули свои флоты и
заставили Мехмеда-пашу заключить мир* съ султаном*,
по которому онъ, вследствіе настоянгя Франціи, удержал* -за собою Сирію и Палестину. Англія видела въ
этом* распространеніе французскаго вліянія на Египет*,
но не могла противодействовать Франціи, потому что
в о й с к а ,

*)

Traité

-additionnel.

d'Unkir-Iskelessi,

26-го іншя

1833.

Article

secret

.считала прежде всего необходимы*™ удалить возможноскорѣе русскія войска изъ Константинополя. Дѣйствительно, наши войска были немедленно отозваны, но ункіарскелесійскій договоръ, заключенный на восемь лѣтъ,
остался въ своей силѣ.'
Мы остановились нѣсколько подробнѣе на этомъ, кажущемся съ перваго взгляда незначительномъ эпизоде,
потому что, вопервыхъ, съ этихъ поръ собственно и возникаетъ въ европейской политике такъ-назывемый восточный вопросъ, и, во вторыхъ, что этотъ эпизодъ, какъ.
увидимъ ниже, имѣлъ сильное вліяніе на дальнейшееразвитіе «восточнаго вопроса» и на взаимныя отношенія Россіи къ другимъ великимъ европейскимъ державамъ. Положеніе Англіи было весьма затруднительно:
она находилась, какъ говорится, между двухъ огней. Съодной стороны, Россія все больше и больше забирала.
Турцію въ свои руки, съ другой —усиливалось вліяніе
Франціи н а . Египетъ, вслѣдствіе покровительства ея
Мехмеду-Али-пашѣ. И то, и другое угрожало британскимъ интересамъ на Востокѣ; но союзъ Франціи съ
Египтомъ грозилъ непосредственнѣе, могъ скорѣе, ближайшимъ путемъ, черезъ Аравійскій Заливъ, нанести
ударъ въ самомъ центрѣ восточныхъ интересовъ Англіи — въ Индіи. Замѣтимъ еще, что въ это время, хотя
Англія уже давно владѣла Гибралтаромъ и Мальтою
на Средиземномъ Морѣ, но не имѣла еще опорныхъ
иунктовъ на Чермномъ морѣ, такъ что у лея былъ обезлеченъ только одинъ путь въ заповѣдную Индію, самыйдальній
кругомъ Африки. Вступить въ открытый, р ѣ шительный союзъ съ Росеіей или Франціей не было выгодно для Англіи, потому что, если въ такомъ случай.

она и ослабляла одну изъ нихъ, то, вмѣстѣ съ тѣмъ,
усиливала другую. Слѣдовательно, падо было лавировать,
затягивать разрѣшеніе в о п р о с а искусными дипломатическими переговорами, клонившимися и въ ту, и въ другую сторону; словомъ, всего важнѣе для Англіи было
выиграть время. Действительно, до 1839 года отдельные дипломатическіе переговоры съ Франціей иРоссіей
тіо восточному вопросу хотя и не прерывались, но велись Англіей до того вяло и незаметно, что этотъ вопросъ, казалось, былъ совершенно забыта. Но, въ конце
тридцатыхъ годовъ, онъ быстро оживляется и принимаете весьма острый характеръ. Въ это время въ Лондоне выходите, переведенное со шведскаго, сочиненіе
графа Біорнстіерна «Британская Имперія въ Индіи»,
написанное на основаніи англійскихъ источниковъ, особенно, офиціальныхъ отчетовъ и другихъ документовъ
остиндской компаніи. Выставивъ въ .самомъ благопріятномъ виде положеніе британскихъ владеній въ Индіи,
авторъ подробно разсматриваетъ возможность внѣшняго
нападенія на эту страну, причёмъ останавливается особенно на Россіи, политическое могущество и вліяніе
которой, особенно после адріанопольскаго мира, возросли
до такой степени, что «то, что казалось прежде немыслимым — военная экспедиція Россіи въ Индію —
вошло теперь въ область весьма возможнаго». Разбирая
далее шансы такой экспедиціи, графъ Біорнстіернъ говорите, что она, вопервыхъ, можетъ достигнуть Индіи
олько после покоренія несколькихъ промежуточныхъ
среднеазіатскихъ ханствъ, следовательно, во всякомъ
случае, нескоро, и, вовторыхъ, что успехъ такой экспедиціи будетъ возможенъ только тогда, когда въ Индіи будутъ происходить несогласія между туземнымъ на-

селеніемъ и англичанами *). Эти изслѣдованія обратили
на себя вниманіе англійскаго правительства и всего общества, тѣмъ болѣе, что въ это время Россія уже готовила военную экспедицію изъ оренбургскаго генералгубернаторства въ пограничныя среднеазіатскія владѣнія. Англійское правительство тотчасъ же вступило по
этому поводу въ переговоры съ Россіей и обѣщало одновременно начать встрѣчную экспедицію изъ Индіи для
совмѣстнаго покоренія или усмиренія среднеазіатскихъ
ханствъ, причёмъ въ иереговорахъ главную, хотя и неофициальную, роль игралъ герцогъ Уэллингтонъ, пользовавшійся особенными довѣріемъ и уваженіемъ императора Николая. По совѣту Уэллингтона, Россія действительно предприняла, въ JL8S9 году, несчастную зимнюю экспедицію Перовскаго, окончившуюся, какъ известно, гибелью почти всего отряда. Эта неудача остановила на долгое время дальнейшее движеніе русскихъ
въ Среднюю Азію, и Англія вступила въ новые переговоры съ Россіей относительно ункіарскелесійскаго договора, восьмилѣтній срокъ которая истекалъ, и о взапмномъ соглашеніи въ образе дѣйствій по поводу вновь
начавшейся войны между султаномъ и египетскимъ пашою.
Програма французской политики въ восточномъ вопросе была высказана Тьеромъ, главою парламентской
опозиціи, въ заседаніи 18-го января 1840 года. Разсматривая существовавшая тогда политическія системы
этого вопроса: турецкую, египетскую, европейскую, и
* ) Мы подробно изложили взгляды и выводы графа Біорнстіерна
относительно военной экспедиціи Россіи въ Ипдію въ прѳдъидущейстатьѣ «Англія, Индія и Россія».

сохраненіе statu quo, онъ находили, что всѣ онѣ собственно могутъ быть сведены въ две системы: 1) политики активной, стремящейся къ разделу отоманской
имнеріи и опирающейся особенно «на націю, наиболее
расположенную къ такому разделу», именно на Россію,
и 2) политики, смотрящей на • отоманскую имперію НС
какъ на вечную и неподлежащую распадепію, /которая можетъ и должна быть поддержана въ интересахъ
свропейскаго политическая равновесія. Этой политической системы, по мнѣнію Тьера, должна была держаться нетолько одна Франція, но и Англія, интересы которой еще сильнее требовали поддержанія целости отоманской имперіи. Но, вместе съ тѣмъ, говорили Тьеръ,
должны были быть уважены и обезпечены и справедливые интересы египетская паши, которая совершенно
несправедливо обвиняли въ честолюбивыхъ замыслах*»
нетолько отложиться отъ Порты, но и завладеть ея
землями въ Азіи и даже самими Константинополемъ.
Между теми, Мехмедъ-паша желали только утвердить
наследственность Египта въ своемъ роде. Въ заключение, Тьеръ резюмировали эту систему такъ:
поддержка
Турецкой Импорт и дѣятельнос сочувствіе египетскому пашѣ (maintien de l'empire turc et interet efficace pour le pacha d'Egypte).
Французское правительство следовало действительно
этой второй системе и для приведенія ея въ исиолненіе, оно считало необходимыми:* 1) уничтоживъ ункіарскелесійскій договоръ, заменить исключительный и опасный протекторате Россіи общими протектаратрмъ великихъ европейскихъ державъ, и 2) установить такое взаимное положеніе Турціи и Египта, которое, удовлетво*

ряя справедливые интересы той и другой стороны, привело бы къ прекраіценію существуюіцихъ между ними
несогласій и сдѣлалось бы прочною гарантіей обіцага
мира въ Европѣ.
Эти соображенія были сообщены британскому правительству французскими посломъ Буркенё. Министръ иностранныхъ дѣлъ, лордъ Пальмерстонъ, отвѣчалъ ему,
что, «въ случаѣ захвата Россіей Константинополя, Франции слѣдовало бы, совмѣетно съ морскими силами Англ іи, прорвать проходи въ Дарданеллы», и, въ тоже
время, давали приказаніе начальнику англійской эскадры
въ Средиземномъ Морѣ, адмиралу Стапфорду «расположить такъ всѣ свои силы, чтобъ можно было тотчасъ
же заставить египетскаго пашу остановить свои войска
и возвратить ихъ въ предѣлы Сиріи».
Изъ этого видно, вопервыхъ, что отвѣтъ Пальмерстона
былъ уклончивый: онъ прямо не говорили объ уничтоженіи ункіарскелесійскаго договора, о чёмъ, главными образомъ хлопотала Франція, и, вовторыхъ, политика его
была двойственная.
Послѣ долгой переписки, обѣ дерздавы пришли, наконецъ, къ соглашенію, чтобъ флоты ихъ вступили въ
воды Босфора для оказанія нравственной и матерьяльной поддержки Турціи въ томъ случаѣ, если она вынуждена будетъ, ходомъ событій, прибѣгнуть къ помощи
сухопутныхъ или морскихъ силъ какой-нибудь европейской державы (подъ этою державою разумѣлась Россія).
Въ то же время продолжались и дружественные пе-

реговоры Англіи съ Россіей и, по предложенію лорда
Кланрикарда (Clanricarde), англійскаго посла въ Петербург, Бруновъ отправился въ Лондонъ, не скрывая
цѣли своего посольства — тѣснаго союза Англіи съ Росшей.
Между тѣмъ, Ибрагимъ-наша уничтожаетъ турецкое
войско; турецкій флотъ захватывается въ плѣнъ, а султанъ Мурадъ II умираетъ, оставляя престолъ юному и неопытному Абдулъ-Меджиду. Это дѣлаетъ необходимымъ безотлагательное вмѣшательство Европы. По предложенію
Франціи, вопросъ подвергается въ Лондонѣ обсужденію пяти великихъ державъ; но англійская политика и здѣсь продолжаетъ быть двойственною — этого требуютъ интересы
Англіи. Гизо, французскій посоли при британскомъ дворѣ,
писали, 16-го марта 1840года,Тьеру, бывшему уже тогда
президентомъ министерства и министромъ иностранныхъ
дѣлъ, что «британское правительство находить два интереса на Востокѣ, конечно, неодинаковые, но оба вполнѣ реальные и которые оно очень горячо принимаешь къ сердцу.
Оно опасается Россігі въ Еонстантинополѣ; но Франція
заслоняетъ его (l'offusque) въ Еіиптѣ: оно зкелаетъ силою
ли самой отоманской имперіи, или энергическими вмѣшательствомъ Европы положить предѣлъ вліяпію Россіи на
Турцію; въ то зке время, оно хочетъ ослабить египетскаго
пашу, изъ опасенія, чтобъ онъ не сдѣлался слишкомъ
могущественными и полезными союзникомъ Франціи на
Оредиземномъ Морѣ».
Въ письмѣ, отъ 17-го марта, Гизо идетъ далѣе и сообщаетъ о весьма вѣроятномъ отдѣльномъ соглашеніи между
четырьмя державами (à quatre). Это соглашеніе состоя-

лось, и 15-го іюля 1840 года былъ заключен* договоръ
между Англіей, Россіей, Пруссіей, Австріей и -Турціей,
по которому первыя четыре державы обязывались заставить Мехмеда-Али-пашу подчиниться тѣмъ условіямъ
мира съ султаном*, которыя онѣ установили. По § 4-му
этого договора, проливы Дарданельскій и Босфорскій и
столица отоманской имперіи могли быть заняты союзными державами для защиты их* отъ всякаго нападенія со
стороны египетскаго паши въ том* случаѣ, еслибъ онъ
не подчинился рѣшенію великих* держав*. Далѣе, въ
этой статьѣ говорилось: «Но условлено, что эта мѣра
ни въ чём* не нарушит* прежняго правила отоманской
имперіи, по которому во всѣ времена было запрещено
военным* кораблям* иностранных* держав* входить въ
проливы Дарданельскій и Босфорскій, и, съ одной стороны, султан* объявляет* настоящим* актом*, что, за
исключеніемъ вышеупомянутой случайности, онъ принял* твердое рѣшеніе сохранить въ будущем* этот*
принцип* неизмѣннымъ, какъ исконное общее правило'
его имперіи, и не допускать ни одного военнаго иностраннаго корабля въ проливы Босфорскій и Дарданельскій. Съ другой стороны, ихъ величества королева соединеннаго королевства Великобританіи и Ирландіи, император* австрійскій, король прусскій и император* всероссійскій обязываются уважать таковое рѣшеніе султана и соображаться съ вышевысказаннымъ принципом*» *).

или объявить войну, или признать постановленія договора. Лудовикъ-Филиппъ не согласился объявить войну,
и министерство вышло въ отставку. Въ .послѣдней рѣчи
своей, Тьеръ произнес* знаменитыя слова, мѣтко характеризовавшія всю британскую политику: «Равдѣлять запад*, чтоб* управлять востоком* — вот* исторія англійской политики отъ великой революціи до -наших*
дней» *).
Такимъ образом*, А І І Г Л І Я побѣдоносно вышла изъ
своего затруднительная политическая положенія и одним* и тѣмъ же актом* поразила вліяніе Франціи на
Египет* и уничтожила de facto ункіарскелееійскій договоръ, вмѣстѣ съ исключительным* протекторатом* Россіи
над* Турціей. И замѣчательио, что, при всем* этомъ,
Англія нетолько- не вступила во враждебныя отношенія
къ этим* державам*, но, напротив*, пріобрѣла особенное довѣріе русская правительства, а Гизо, сдѣлавшись
послѣ Тьера опять министром* иностранных* дѣлъ,
только и заботился о тѣснѣйшемъ сближеніи съ Англіей
и об* усвоеніи Франціи англійскаго парламентарная
устройства. Это прямо показывало, что ни Россія, нй
Франція не понимали настоящих*, сокровенных* цѣлей
своекорыстной британской политики и ея главных*
интересов* на Востокѣ, которые совершенно противорѣчили интересам* этихъ двух* держав*.

Тьеръ былъ внѣ себя, узнав* об* этомъ договорѣ.
Франція осталась совершенно уединенною. Надо было

Довѣріе Россіи было чрезвычайно важно для Англіи.
Император* Николай съ полною откровенностью высказывал* англійскому правительству свои намѣренія и

*) Эта статья была подтверждена лондопскимъ договоромъ
іюля 1841 года, въ которомъ участвовала и Франпія.

*) Diviser l'Occident pour dominer l'Orient — voilà l'histoire de
la politique anglaise depuis la révolution jusqu'à nos jours.

13-го.

предноложенія относительно Турціи, такъ что оно всегда
имѣло возможность заблаговременно принять мѣры, необходимыя для обезпеченія исключительно англійскихъ
интересовъ въ восточномъ вопросѣ. Такія «конфиденціальныя» откровенія начались вскорѣ послѣ вышеизложенныхъ событій, именно во время пребыванія императора Николая въ Лондонѣ въ 1844 году, и изложены
были въ «меморандуме» графа Нессельроде, сообіцённомъ
англійскому правительству тотчасъ по возвращеніи государя изъ заграничнаго путешествія. Этотъ документа
содержитъ въ себе подробное изложеніе взглядовъ русскаго правительства на тогдашнее положеніе Порты,
вытекавшихъ непосредственно изъ последнихъ событій
и послужившихъ основаніемъ для всѣхъ дальнейшихъ
конфиденціальныхъ переговоровъ съ Англіей, которые
имѣли окончательнымъ результатомъ восточную войну.
Поэтому, мы считаемъ необходимыми привести здѣсъ
этотъ важный документъ вполне.
«Россія и Англія — писали графъ Нессельроде — взаимно проникнуты убежденіемъ, что ихъ общій интересъ
требуетъ, чтобъ Порта поддерживалась въ независимомъ
положеніи и въ томъ тереторіальномъ составе, который
она теперь имеетъ; эта политическая комбинація есть
именно та, котарая лучше всего соотвѣтствуеть общими
желаніямъ сохранить миръ въ Европѣ.
«Согласно съ этимъ принципомъ, Россія и Англія
имѣютъ одинаковый интересъ соединить свои услія для
утвержденія существованія Отоманской Имперіи и для
устраненія всѣхъ опасностей, который могутъ угрожать
ему.

«Въ этихъ видахъ, самое существенное состоитъ въ
предоставленіи Порте полнаго спокойствія, не раздражая
ея безполезно дипломатическими придирками (par des
tracasseries "diplomatiques) и не вмешиваясь, безъ крайней необходимости, въ ея внутреннія дѣла.
«Для того, чтобъ благоразумно осуществить на практике эту систему охраненія (de ménagement), и именно
въ интересахъ Порты, не должно упускать изъ вида
двухъ слѣдующихъ обстоятельства
«Вопервыхъ, Порта выражаетъ постоянное стремленіе
освободиться отъ обязательствъ, которыя налагаютъ на
нее заключённые ею съ другими державами трактаты.
Она надеется делать это безнаказанно, потому что
разсчитываетъ на- взаимную зависть (jalousie mutuelle)
кабинетовъ; она полагаетъ, что если она и нарушить
свои обязательства въ отношеніи одного изъ нихъ, то
другіе примутъ ея сторону и поставятъ ее вне всякой ответственности.
«Поэтому крайне необходимо не укреплять Порты
въ такомъ заблужденіи. Каждый разъ, какъ только она
нарушить свои обязательства относительно одной изъ
великихъ державъ, въ интересе всѣхъ другихъ заставить
ее почувствовать свою вину и серьёзно побудить ее
оказать справедливость кабинету, требующему себе
удовлетворенія.
с Какъ только Порта увидитъ, что ея не поддерживании другіе кабинеты, она тотчасъ уступить, и возникшія

разногласія уладятся мирным* путем*, не вызвав* вооружённая столкновенія.

печаток* истинная единодушія и отнюдь не имѣть характера какого-нибудь исключительная преобладанія.

«Существует* еще и другая причина, постоянна
усложняющая положеніе Порты; это — трудность согласить между собою уваженіе, должное верховному авторитету султана, основанному на мусульманском* законѣ,
с * тѣми охранительными мѣрами, которых* требуют*,
интересы христіанскихъ народов* этой имперіи.

«Постоянно слѣдуя этой системѣ, съ должным* епокойствіемъ и умѣренностыо, представители великих*
кабинетов* Европы будут* имѣть наибольшее вѣроятіе
въ успѣшности своих* представленій, не возбуждая,,
вмѣстѣ с* тѣмъ, никаких* компрометирующих* усложненій для спокойствія отоманской имперіи. Если всѣ великія державы откровенно пойдут* этим* путем*, тоонѣ будут* имѣтъ твердую надежду на сохраненіе суіцествованія Турціи.

«Эта трудность весьма существенна. При настоящем*
лоложеніи умов* Европы, кабинеты ея не отнеслись бы
индиферентно къ тому, чтоб* христіанскіе народы подвергались въ Турціи возмутительным* дѣйствіямъ гарант и религіозной нетерпимости.
«Поэтому, должно постоянно давать чувствовать отоманскимъ министрам* эту истину и постоянно убѣждать
ихъ, что они могут* разсч итывать на дружбу и помощь
великих* держав* не иначе, какъ подъ условіемъ кротк а я обращенія съ христіанскими подданный Порты и
полной религіозной терпимости относительно ихъ.
«Настаивая на этой истинѣ, иностранные представители должны, съ другой стороны, пользоваться всѣмъ
своим* вліяніеыъ, чтобы удерживать христіанскихъ подданныхъ Порты въ повиновеніи державной власти.
«Руководимые такими принципами, иностранные представители должны дѣйствовать въ духѣ полная взаимнаго согласія. П еслибъ пришлось сдѣлать какія-нибудь представленія Портѣ, то представленія эти должны носить от-

«Между тѣмъ, однако, нельзя скрывать отъ себя,
сколько элементов* распаденія заключает* въ себѣ отоманская имаерія. Совершенно непревидѣнныя обстоятельства могут* ускорить ея паденіе, прежде чѣмъ дружественные кабинеты будут* въ состоянія предупредить
его.
«Посреди неизвѣстности, которыя покрывает* будущее,
только одно единственное соображеніе могло бы, кажется,
имѣть дѣйствительно практическое приложеніе — именно,
что опасность, могущая произойти отъ внезапной катастрофы въ Турціи, была бы значительно ослаблена, еслибъ
Россія и Англія заблаговременно согласились между собою
относительно взаимная образа дѣйствій на случай надобности.
«Это соглашеніе будет* тѣмъ болѣе спасительно, что
оно встрѣтитъ полное сочувствіе со стороны Лвстргщ
между которою и Россіей существует* уже полное cor-

.ласіе въ приципахъ по отношенію къ турецкими дѣламъ,
въ видахъ общаго интереса сохраненія мира.
«Чтобъ сдѣлать ихъ союзъ болѣе дѣйствительнымъ,
не остается желать ничего другаго, какъ только присоединенія къ нему, съ тою же цѣлыо, Англіи. Причина,
побуждающая .особенно желать установленія этого соглашенія, очень проста: на сушѣ Россія оказываетъ преобладающее дѣйствіе (exerce une action prépondérante) на
Турцію; на морѣ — Англія занимаешь то же самое положеніе.
«Разъединенное, дѣйствіе этихъ двухъ державъ могло
•бы причинить много зла; согласованное, оно можетъ принести самое существенное благо: отсюда польза заблаговременнаго соглашенія Англіи и Россіи относительно
•общаго образа дѣйствій.
«Эта мысль была уже установлена въ принципѣ во
время послѣдняго пребываніл императора въ Лондонѣ.
Изъ нея возникло предполагаемое соглашеніе между Росшей и Англіей на тотъ случай, еслибъ въ Турціи произошло что-нибудь неожиданное. Цѣль, съ которою предполагается это соглашеніе между Россіей и Англіей, можетъ быть формулирована слѣдующимъ образомъ:
«1) Стараться поддерживать отоманскую имперію въ
ея нынѣшнемъ положеніи до тѣхъ поръ, пока останется возможною эта политическая комбинація.
«2) Если же мы предвидимъ, что она должна пасть,
•то условимся заблаговременно между собою относитель-

но всего того, что касается Установления новаго порядка вещей, долженствующаго замѣнить существующей нынѣ, и общаго наблюденія надъ тѣмъ, чтобъ послѣдовавт а я перемѣна во внутреннемъ положеніи этой имперіи
не могла причинить ущерба ни безопасности ея собственныхъ различныхъ владѣній, ни тѣмъ правамъ, которыя
предоставлены имъ взаимными договорами, ни сохраненііоевропейскаго равновѣсія.
«Съ этою цѣлью Россія и Австрія, какъ мы уже сказали, тѣсно соединены между собою полного солидарностью своихъ основныхъ принциповъ. Если Англія, какъ
главная морская держава, присоединится къ нимъ, т о
можно думать, что и Францы найдетъ себя вынужденногосогласоваться съ образомъ дѣйствія, установленными
между Петербургомъ, Лондономъ и Вѣною.
«Когда, такимъ образомъ, столкновеніе между великими
европейскими державами будетъ предотвращено, можно*
надѣяться, что и миръ Европы будетъ сохраненъ, даже
посреди столь тяжёлыхъ обстоятельствъ. Предварительноесоглашеніе, которое установятъ между собою Россія и
Англія, должно бытъ посвящено обезпеченію этого гла->
внаго предмета, представляющаго общій интересъ, какъ.
и было условлено между императоромъ и министрами ея
величества королевы британской, во время пребыватя:
его въ Англіи.»
Приведенный меморандум* неопровержимо доказывает*: 1) что Россія, вполнѣ понимая крайне разстроенное положеніе турецкой имперіи, дѣйствительно, хотѣла поддержать существованіе ея согласными единодушны-

ми дѣйствіями всѣхъ великихъ державъ, подъ условіемъ
обезпеченія хрістіанскихъ поддаиныхъ султана отъ жестокостей, тиранніи и религіозной нетерпимости 'турокъ;
2) предвидя, въ то же время, въ болѣе или менѣе отдаленномъ будущемь, неминуемое распаденіе отоманской
имперіи, она желала достигнуть заблаговременнаго соглашенія между европейскими державами относительно общаго образа дѣйствій въ этомъ случаѣ; 3) Россія при
этомъ не имѣла въ виду никакого увеличенія своей територіи и не преследовала никакихъ исключительныхъ
своекорыстныхъ целей, а заботилась только объ устраненіи всякой возможности европейскаго столкновенія и
о сохраненіи мира въ Европе; 4) для достиженія этихъ
целей, она считала необходимыми прежде всего вступить въ полное соглашеніе съ Англіей по всѣмъ пунктами, потому что такое соглашеніе двухъ могущественнейшихъ тогда европейскихъ державъ, одной на море, другой
на суше, имевшихъ, притоми, и самое решительное вліяніе наТурцію, непременно побудило бы присоединиться къ
нимъ и другія великія державы, тѣмъ более, что Россія
была уже обезпечена въ согласіи Австріи, a Прусія въ то
время во всеми подчинялась нашими внушеніямъ. Что же
касалось Франціи, то присоединеніе ея, въ 1841 году,
къ вышеозначенному лондонскому трактату 15-го іюня
1840 года, заключённому между Британіей, Россіей, Ав•стріей и Прусіей съ Турціей, не оставляло никакого сомненія, что она не захочетъ опять остаться исключённою
изъ общаго европейскаго концерта. Сверхъ того, искренно доверяя дружественными отпошеніямъ Англіи и считая
-свои интересы въ восточномъ вопросе тождественными съ
англійскими, Россія могла быть вполне уверена, что меморапдумъ ея встретить полное сочувствіе со стороны мини-

стровъ королевы, темъ более, что уже было получено
согласіе ихъ въ принципе, во время пребыванія императора Николая въ Лондоне. Словомъ, Россія считала тотъ
путь которыми она, вместѣ съ Англіей, уладила последнее турецко-египетское столкновеніе, самыми естественными и ближайшими для предотвращенія всякаго будущаго общеевропейскаго столкновенія по восточному вопросу. Какъ жестоко ошибалась Россія во всѣхъ этихъ
разсчётахъ и особенно въ своемъ доверіи къ Англіи — это
доказала восточная война.
Интересы Англіи въ восточномъ вопросе были совершенно противоположны интересами Россіи, и приведенный нами русскій меморандумъ долженъ былъ сильно
озадачить британское правительство, которое увидело
изъ него, что разговоры императора Николая въ Лондоне съ министрами королевы были серьезны и что Россия намерена была настойчиво заняться восточными
вопросомъ, довести его до окончательна™ разрешенія,
чтобъ уничтожить навсегда этотъ новый кошмаръ Европы, готовый во всякое время и совершенно неожиданно
возбудить непріязненныя столкновенія между великими
державами. Вместе съ темъ, оно сознавало, что одна
Англія, безъ помощи сильной континентальной державы,
не можетъ остановить Россіи. Такою державою являлась, прежде всехъ другихъ, Франція. И вотъ, съ этихъ
поръ, все тайныя козни англійской политики устремляются, главными образомъ, противъ Россіи, которая становится въ глазахъ Англіи самыми опасными врагомъ ея
на Востоке, a Франція занимаете въ этомъ отношеніи
уже второстепенное место.

Мы не будемъ приводить здѣсь мелкихъ хитростей и
козней, а остановимся только на самыхъ крупныхъ про- •
явленіяхъ британской политики, касавшихся всей континентальной Европы вообще и Россіи особенно.
Мы видѣли уже, что, несмотря на вѣроломный и
крайне оскорбительный для чести Франціи образъ дѣйствій англійскаго правительства, поставившій эту державу, заключеніемъ лондонская договора 15-го ііоля
1840 года, въ совершенно изолированное положеніе въ
Европѣ, новое французское министерство постаралось
тотчасъ же возстановить прежній entente cordiale съ
Англіей, такъ что теперь британскому правительству
собственно нужно было только вовлечь Францію въ войну съ Россіей, поводъ къ которой можно было всегда
найти въ восточномъ вопросѣ.
Но на европейскомъ континентѣ все было спокойно
и ни одно изъ правительствъ не желало нарушать мира; особенно же этого не желалъ Лудовикъ-Филиппъ.
Что же оставалось дѣлать Англіи? Во что бы ни стало,
произвести волненіе на европейскомъ континентѣ и, прежде всего, во Франціи, съ правительствомъ которой она
состояла вътѣснѣйшей дружбѣ, потому что разнообразный
и другъ другу враждежнъш политическія партіи и различныя соціалистическія ученія, быстро распространявшаяся
во Франціи при Лудовикѣ-Филиппѣ, представляли вполнѣ
готовые элементы для возбужденія политическихъ и соціальныхъ волненій. Дѣйствительно, во Франціи происходите февральская революція 1848 года, и оттуда революціонное движеніе, также при самомъ дѣятельномъ
нравственпомъ и матерьяльномъ содѣйствіи Англіи, рас-

нрострастраняется по всей Западной Евроиѣ и достигаете даже Россіи. Въ Германіи образуется вольный
франкфуртскій парламенте, который рѣшаетъ возстановленіе единой Германской Нмперіи и предлагаете императорскую корону королю прусскому. Австрійской Имперіи грозите гибелью возстаніе въ Венгріи и Венеціи.
Но императоръ Николай своими войсками спасаете Австрію и своимъ могущественнымъ вліяніемъ на Пруссію содействуете возетановленію прежняго правительственная
порядка въ Германіи, именно франкфуртская сейма,
подъ иредсѣдательствомъ австрійскаго императора. Во
Франціи, Лудовикъ-Наполеонъ, посредствомъ coup.d'état
2-го декабря 1851 года, дѣлается императоромъ. Такимъ
образомъ, спокойствіе въ Западной Европѣ возстановляется. Какихъ же результатовъ достигаетъ при этомъ
Англія въ отношеніи своихъ восточныхъ интересовъ и
именно по отношенію къ Россіи?
Съ перваго взгляда должно казаться, что революціонное движеніе Западной Европы, таинственною подстрекательницею котораго была Англія, только доставило Россіи
новый случай выказать свое колосальное могущество и
еще болѣе подчинить центральную Европу своему вліянію.
Сверхъ того, Наполеонъ Ш-й, возстановившій почти деспотическій порядокъ во Франціи и провозгласившій «имперія есть миръ», былъ сочувственно привѣтствованъ
всѣми европейскими державами и потому легко могъ
вступить въ самый тѣсный союзъ даже съ Россіей. Казалось бы, революционное движеніе Западной Европы
только еще усилило Россію. Но такъ ли вышло въ дѣйствительности? 1) Наполеонъ Ш-й оказался кліентомъ
Англіи и, особенно въ первую половину своего царство8

ванія, въ дѣлахъ внѣшней политики постоянно слѣдовалъ внушеніямъ своей благодѣтельницы и покровительницы; слѣдовательно, въ дѣйствительности онъ никогда
не мог* быть союзником* Россіи и охранителем* мира
въ Европѣ; 2) разрушеніе, вліяніемъ русскаго правительства на Пруссію, всѣхъ восторженных* патріотическихъ
мечтаній франкфуртскаго парламента о возстановленіи
единой Германской Имперіи, возбудило противъ Россіи
сильное негодованіе во всѣхъ германских* патріотахъ,
распространившееся потом* и въ нѣмецкомъ народѣ; 3)
вся нѣмецкая печать всѣхъ оттѣнковъ, за исключеніемъ
только одной «Крестовой Газеты» («Kreuzzeitung»), неумолкаемо вторила англійскимъ газетам*, ударившим*
набат* противъ Россіи, какъ варварской страны крайн я я абсолютизма, поражающаго всякое свободное, прогресивное движеніе цивилизованных* стран* и народов*;
4) Австрійская Имперія, обязанная своим* спасеніемъ
единственно только русской арміи, вмѣсто чувства благодарности, со страхом* взирала на грозное могущество
Росеіи, опасаясь за цѣлость и неприкосновенность своих* славянских* владѣній;,наконец*, 5) сдѣлавъ Россіи
столько нравственнаго и матерьяльнаго зла, Англія, несмотря-на это, съумѣла сохранить къ себѣ полное довѣріе русскаго императора, какъ доказали вновь начавшіяся со стороны его откровенія.
Вот* результаты, достигнутые политикою англійскаго
правительства противъ своего грозная врага въ восточном* вопросѣ. Неизбѣжнымъ слідствіемъ этого для Pöcсіи должно было быть такое же изолированное положеніе ея въ Европѣ, въ каком* очутилась Франція, по милости все той же Англіи, въ 1840 году, послѣ заклю-

ченія лондонскаго договора. Такъ и сталось въ дѣйствительности.
Англія была теперь совершенно готова поднять опять
восточный вопрос*: она имѣла въ Наполеонѣ ПІ-мъ
вѣрнаго и покорная союзника, могла разсчитывать на
содѣйствіе Австріи и, по крайней мѣрѣ, на полный нейтралитет* Пруссіи. Сверх* того, въ руках* Наполеона
былъ и Пьемонт*, стремившійся освободить Италію и
чрез* это сдѣлаться шестою великою европейскою державою. Дѣйствительно, Англія внушает* Наполеону,
подъ предлогом* возстановленія прав* католиков* в *
Палестинѣ, поднять вопрос* о святых* мѣстахъ и, такимъ образом*, возбудить новое столкновеніе между Турщей и Россіей.
Конфиденціальные разговоры императора Николая съ
англійекимъ послом*, Гамильтономъ-Сеймуромъ, в * настоящее время, извѣстны. Они представляют*, въ сущности, повтореніе и болѣе 'подробное и опредѣленное
развитіе соображеній императора, изложенных* въ вышеприведенном* меморандумѣ графа Нессельроде 1844
года. 9-го января 1853 года, на вечерѣ у великой княгини Елены Павловны, император* говорил* Сеймуру;
«Дѣла Турціи совершенно разстроены, имперія распадается на куски. Мы имѣемъ на руках* болънаго челошка, очень больнаго человѣка, и было бы большим*
несчастьем* — говорю вам* откровенно — еслибъ онъ
скончался прежде, чѣмъ было бы достигнуто между нами предварительное соглашеніе относительно мѣръ, которыя слѣдовало бы принять въ таком* случаѣ».

Въ разговорѣ 22-го января императоръ сказалъ, между прочимъ:
«Вы знаете мечты и планы, которыми любила иотѣшаться императрица Екатерина; они дошли до насъ.
Но хотя я наслѣдовалъ ея необъятныя владѣнія, я вовсе не имѣю этихъ мечтаній, или намѣреній, если вы
ихъ такъ называете. Моя имперія столь обширна и расположена такъ счастливо, во всѣхъ отношеніяхъ, что съ
моей стороны было бы крайне неразумно зкелать большей територіи или большей власти, чѣмъ я уже имѣю;
напротивъ, я первый сказку вамъ, что всякое новое распространеніе имперіи, безъ того узке великой, было бы
для насъ большою и, мозкетъ быть, единственною опасностью. Турція очень близка отъ насъ, и въ настоящемъ
иоложеніи ея нельзя было бы зкелать ничего лучшаго
для нашихъ интересовъ: прошли времена, когда мы
должны были опасаться ея фанатизма и ея воинственныхъ предпріятій. ІІо въ этой итгерги есть нѣсколъко милъйоновъ хрнстіанъ, объ интерееахъ которыхъ я
призванъ заботиться и имѣю на это право, гарантированное мнѣ договорами. Я могу сказать съ полною справедливостью, что я пользуюсь моимъ правомъ очень умѣренно, и откровенно признаюсь, что это право представляешь иногда болыпія затрудненія — но я не могу отказаться отъ моей прямой обязанности. Нашу православную религію мы получили съ Востока и, сверхъ того,
съ балканскими христіанами соединяютъ насъ еще и
другія тѣсныя узы, которыя налагаютъ на насъ особыя
обязательства. Теперь Турція постепенно пришла въ такую дряхлость, что, какъ я уже вамъ говорилъ надпяхъ,
несмотря на все наше желаніе продолзкить существо -

ваніе больнаго (и прошу васъ вѣрить, что я желаю
одинаково, какъ и вы, чтобъ онъ продолзкалъ жить),
онъ мозкетъ умереть внезапно и остаться у насъ на рукахъ. Мы не мозкемъ воскресить того, что мертво: если
Турецкая Имперія падешь, она узке болѣе не встанетъ.
Спрашиваю васъ, не лучше ли быть приготовленнымъ
на подобный случай, чѣмъ подвергаться хаосу, общей
нутанидѣ и полной вѣроятности общей европейской войны? А все это должно буд,етъ неизбѣзкно сопровождать
катастрофу, если она ироизойдетъ неозкиданно и если
не будетъ заблаговременно установлено какого-нибудь
общаго плана дѣйствій па этотъ случай. Вотъ тотъ
пунктъ, на который я желаю обратить вниманіе вашего
правительства».
«Я говорю съ вами, какъ другъ и джентльмэнъ — продолжалъ императоръ, въ отвѣтъ на замѣчанія Сеймура — и говорю вамъ откровенно, что если Англія предполагаетъ поселиться" въ Константннополѣ, я этого не
допущу. Я не приписываю вамъ такого намѣренія, но
лучше высказаться категорически. Съ своей стороны, я
обязуюсь такзке не поселяться тамъ, какъ собственнику
разумѣется; какъ временной владѣтель — я не говорю
объ этомъ, потому что если ничто не будетъ предвидѣно,
если все будетъ предоставлено случайности, то можетъ
представиться такое обстоятельство, которое принудишь
меня занять временно Константинополь.» Развивал далѣе эту мысль, императоръ присовокупилъ, что онъ не
мозкетъ дозволить, чтобъ Англія, или Франція, или каяая-нибудь другая великая держава овладѣли Босфоромъ,
посредство мъ котораго Днѣстръ, Днѣпръ и Донъ впадаютъ въ Средиземное Море, потому что это значило бы

убить торговлю Россіи и преградить путь ея флоту въ
это море. Съ своей стороны, онъ не имѣетъ никакихъ
честолюбивыхъ замысловъ на завоеваніе Константинополя, такъ какъ убѣжденъ, что еслибъ русскій императоръ
былъ вынужденъ навсегда занять Константинополь и
перенести туда свою столицу, то это было бы «началомъ
паденія Россіи».
'
«Еслибъ я не перенеси туда моей резиденціи — говорили императоръ — то это сдѣлалъ бы мой съшъ, или,
можетъ быть, только мой внукъ; но это случилось бы
рано или поздно, потому что Восфоръ привлекательнѣе
и лучше Петербурга и Москвы; а какъ только Константинополь сделается резиденціею Царя, Россія перестанете быть Россіей. Ни одинъ русскій не можетъ желать
такого результата, и мало техъ, которые считали бы это
возможными. Нѣтъ ни единаго русскаго, который бы не
желалъ новаго крестоваго похода для освобожденія св.
Софіи; я желаю этого не менѣе, чемъ каждый другой;
но никто изъ насъ не пожелалъ бы видеть Кремля на
местѣ Семи-Башены.
Въ разговоре 21-го февраля, императоръ выражаете
свои мысли еще съ большею определительностью и набрасываете, въ главныхъ чертахъ, планъ раздѣла Турецкой Имперіи, причёмъ, по его мнѣнію, молено легче достигнуть удовлетворительнаго для всехъ сторонъ територіальнаго распределенія ея, чемъ обыкновенно думаютъ.
«Княжества—говорили онъ — составляютъ уже, въ
действительности, независимое государство подъ покровительствомъ Россіи; подобное же положеніе можно было

,бы дать Сербіи, точно такъ же и Болгаріи, потому что
я не вижу никакихъ причини, по которыми нельзя было
бы сделать изъ этой области независимое государство.
Что касается Египта, то я понимаю всю важность этой
територіи для Англіи и, съ своей стороны, въ томъ
случае, еслибъ открылось отоманское наследство, вследствіе распаденія имперіи, не буду препятствовать вами
завладеть Египтомъ. Скажу то же самое (the same thing)
относительно Крита: этотъ островъ вамъ нуженъ, и я не
вилсу, почему бы онъ не могъ сделаться англійскимъ
владЬніемъ.» На замечаніе Сеймура, что согласны ли
будутъ другія великія дерлсавы на такія комбинаціи,
именно Франція и особенно Австрія, которой это дело касается очень близко, императоръ отвечали: «Вы должны
понять, что когда я говорю о Россіи, то вместе съ темъ,
говорю и объ Австріи. То, что пригодно для одной, пригодно и для другой. Въ томъ, что касается Турціи, наши
интересы тождественны.» Относительно Франціи императоръ сказали: «Да сохраните меня Богъ обвинять кого-нибудь! Но въ Константинополе и въ Черногоріи представляются нѣкоторыя подозрительныя обстоятельства, которыя сильно заставляютъ предполагать, что французское
правительство ліелаетъ поссорить всехъ насъ на Востоке,
въ надежде удобнее достигнуть своихъ собственныхъ
целей, одна изъ которыхъ состоить въ завладѣиіи Тунисомъ... Впрочемъ, когда Англія и я, я и Англія, мы
согласны, я мало безпокоюсь о западе Европы; то, что
могутъ думать или делать другія, для меня это совершенно безразлично».
Отпуская англійскаго посла, императоръ просили его
пригласить англійское правительство высказаться по

всѣмъ этимъ пунктамъ подробнѣе, опредѣлительнѣе и
и безъ замедленія. Въ заключеніе, онъ сказалъ: «Я имѣю
довѣріе къ англійскому правительству. Я не требую отъ
него никакого формальная обязательства, никакой формальной конвенціи; это только свободный обмѣнъ мыслей
и, на случай необходимости, честное слово джентльмена.
Этого между нами достаточно.»
Мы прив'ели разговоръ императора Николая съ англійскимъ посломъ Гамильтономъ Сеймуромъ, какъ онъ переданъ у Кинглека, въ его «Invasion of the Crimea», и
въ «Annuaire des deux Mondes» за 1853 — 1854 годы,
и, следовательно, насъ нельзя, обвинить въ какой-нибудь
пристрастной для Россіи передачи смысла этого разговора.
Изъ него слѣдуетъ совершенно то же самое, что и
изъ русскаго меморандума 1844 года, именно: 1) русское правительство продолжало питать довѣріе къ Англіи
и, наоборотъ, предполагало нѣкоторыя потаенныя интриги со стороны Франціи; 2) понимая крайне разстроенное положеніе Порты и предвидя неминуемое распаденіе ея въ болѣе или менѣе отдаленномъ будущемъ,
бно желало, единственно только ради преду прежде нія
европейская столкновенія и сохраненія мира Европы,
вступить въ совершенно частное и конфиденціальное
соглашеніе съ британскимъ правительствомъ и условиться
съ нимъ заблаговременно относительно общаго образа
дѣйствій въ данномъ случаѣ. ЬІикакихъ своекорыстныхъ
цѣлей, никакихъ завоевательныхъ намѣреній Россія при
этомъ не преслѣдовала; напротивъ, императоръ прямо
яворилъ, что всякое територіальное увеличеніе, особен-'

но завладѣніе Константинополемъ, было бы опасно для
Россіи, и въ то же время, предоставлялъ Англіи присоединить къ своимъ владѣніямъ Египетъ и островъ Критъ.
Еслибъ*великіе»интересы Англіи въ восточномъ вопросѣ,
какъ многіе увѣряютъ теперь, состояли, действительно, съ
одной стороны, въ томъ, чтобъ не дать русскимъ овладѣть Константинополемъ, а съ другой — въ томъ, чтобъ
присоединить къ себѣ Египетъ и островъ Критъ, то въ
такомъ случаѣ, англійское правительство должно было
бы быть вполиѣ довольно предложеніями императора
Николая и ужь, конечно, поспѣпшло бы вступить въ
соглашеніе съ Россіей на такихъ условіяхъ. Но видно,
что восточные интересы Англіи заключаются въ чёмъ-то
другомъ, потому что британское правительство нетолько
не согласилосъ на предложеніе императора, но составило
противъ Россіи грозную коалицію изъ Франціи, Сардиніи, Турціи и даже Австріи и начало восточную войну
въ 1854 году. Между тѣмъ, въ то время уже существовалъ проектъ Лессепса относительно прорытія Суэзскаго
Перешейка, и потому присоединеніе Египта должно
было имѣть для Англіи, именно въ то время, самое существенное значеніе, потому что, владѣя Египтомъ,
Англія, вмѣстѣ съ тѣмъ, владѣла бы и Суэзскимъ Перешейкомъ и, слѣдовательно, осуществленіе великаго
проекта Лессепса зависѣло бы отъ нея одной, составляло
бы ея внутреннее дѣло, въ которое никто не имѣлъ бы
права вмѣшиваться. Вмѣстѣ съ этимъ, Англія вполнѣ
обезпечивала бы за собою и ближайшій путь въ свою
заповѣдную Индію, потому что этотъ путь, въ такомъ
случаѣ, проходилъ бы чрезъ ея владѣнія. Кажется, что
іфи такомъ громадномъ значеніи Египта, именно въ то
время для Англіи, правительство ея должно было бы

соблазниться предложеніемъ императора Николая присоединить Египет* къ британским* владѣніямъ, тѣмъ болѣе,
что, вмѣстѣ съ тѣмъ, император*, съ своей стороны, отказывался нетолько отъ захвата Константинополя, но и вообще отъ какого бы то ни было територіальнаго увеличенія
Россіи. И что же? Британское вравительство не соблазнилось, не вступило въ конфиденціальное соглашеніе съ
Россіей, а еще возбудило противъ нея общеевропейскую
войну.
Нмѣя пред* собою такой факт* изъ недавняго прошл а я , можно ли; съ одной стороны, серьёзно увѣрять, и
съ другой—хоть сколько-нибудь вѣрить, что все упорное противодѣйствіе, оказываемое въ настоящее время
Англіей Россіи, происходит* изъ опасенія британскаго
правительства, чтоб* Россія не завладѣла Константинополем*^ желанія его предварительно присоединить к *
Англіи Египет* и остров* Крит*? Подобный увѣренія,
послѣ всѣхъ приведенных* фактов*, представляются,'по
мёньшей мѣрѣ, крайне наивными.
Восточная война была несчастна для Россіи и окончилась парижским* миром*, ослабившим* прежнее могущественное значеніе ея въ средѣ других* великих* держав* Европы. Но, вмѣстѣ съ тѣмъ, эта война открыла путь благодатным* реформам* Императора Александра ІІ-го, которыя сторицею вознаградили всѣбѣды,
ііричиненныя ею. «La Russie ne boude pas, elle se
recueille», писал* наш* министр* иностранных* дѣлъ,
князь A. M. Горчаков*, въ одном* изъ первых*
циркуляров* своих*, и эти слова были великою правдою.
Россіи нёчего было дуться и пенять на кого нибудь

•

другаго за свои неудачи въ восточной войнѣ; она вполнѣ сознавала, что главныя причины этихъ неудач* заключались въ ошибках* ея внѣшней и, особенно, внутренней политики. Поэтому, Россія ни на кого и не дулась, а собиралась съ силами, и, вскорѣ, изумленная
Западная Европа со страхом* увидѣла всю неизсякаемую
жизненную мощь этихъ сил* и необычайно быстрое развитіе ихъ. Менѣе, чѣмъ въ десять лѣтъ, Россія совершенно переродилась и въ полном* спокойствіи, безъ
ыалѣйшихъ волненій, по слову Царя, получила свободу
крестьянства, гласный суд* и мѣстное самоуправленіе —
главныя блага и условія дальнѣйшаго прогресивнаго
развитія благоустроенной государственной и общественной жизни, которыя стоили народам* Западной Европы
вѣковой кровавой борьбы съ своими правительствами и
до сих* пор* еще п о р о ж д а ю т * между ними постоянныя
и серьёзныя столкновенія. Въ этомъ отношеніи, Россія
представляет* нѣчто совершенно новое, совершенно противоположное и никогда небывалое въ историческом*
развитіи заподноевропейскихъ государств*. Всѣ великія
преобразовательный начинанія Императора Александра
11-го встрѣчаются съ восторгом* всѣмъ русским* обществом* и всѣмъ русским* народом*, безъ различія сословій и состояній, и совершаются въ какомъ-то торжественно-благоговѣйномъ единеніи народа съ своим* Царем*, и такое единеніе, съ каждою новою реформою
становится всё глубже, тѣснѣе, ненарушимѣе. Какое же
дѣйствіе должен* былъ производить такой величественно
спокойный ход* всѣхъ преобразованій нынѣшняго царствованія на Западную Европу, которая была убѣждена,
что эти преобразованія, съ такою быстротою слѣдовавшія одно за другим*, должны были неминуемо произ-

вести всеобщее волненіе и всеобщій безпорядокъ, совершенный хаосъ въ общественномъ и государственномъ
строѣ Россіи, ослабленной, къ тому же, восточною войною, и привести ее къ распаденію?
Остановимся толко на нашей великой крестьянской
реформе. Въ началѣ нынѣшняго столѣтія, крѣпостное
право было уничтожено узке во всѣхъ западноевропейскихъ госѵдарствахъ, но крестьяне получили только одну „
личную свободу, безъ надѣла землею, которая всецѣло
осталась неприкосновенною собственностью ихъ презкнихъ господъ. Такое личное,' безземельное освобожденіе
крестьянства 'повело къ быстрому распространенно на
Западѣ пролетаріата, но зато оно оставляло ненаруіпимымъ право собственности, какъ его формально понимали и толковали знаменитые юристы, на основаніи глубоко изученнаго ими непогрѣшимаго римскаго гражданскаго кодекса. У насъ крестьяне, вмѣстѣ съ личною свободою, получили и извѣстный земельный надѣлъ. Такое
мудрое разрѣшеніе крѣпостнаго вопроса русскимъ правительствомъ, восторженно привѣтствованное даже громаднымъ большинствомъ русскихъ помѣщиковъ, на которыхъ оно налагало немалый жертвы, въ глазахъ западноевропейскихъ правительствъ было варварскимъ нарушеніемъ права собственности и весьма опаснымъ для
нихъ прецедентомъ по отношенію къ пролетаріату. Вѣдь,
узнавъ объ этомъ, пролетаріи въ своихъ домогательствахъ получить хоть какую-нибудь земельную собственность, пожалуй, могутъ опереться на Россію и указать
на весьма простое, самое гуманное и справедливое разрѣшеніе этого вопроса русскимъ правительствомъ? Вѣдь-,
чего добраго, эти пролетаріи просвѣщённыхъ великихъ

аападныхъ державъ Европы современемъ обратятся къ
варварской Россіи, прося ея заступничества и покровительства? Но особенно успокоительно и пріятно должно
было быть такое разрѣшеніе у насъ крестьянскаго вопроса для аристократической, либерально-конституціонной Англіи и для ея «cives romani» *), вся земля которой принадлезкитъ не болѣе, какъ 30,000 потомкамъ
нормандскихъ завоевателей Британіи, изъ всего 30-тимильйоннаго населенія ея!
Сверхъ того, этою мѣрою и правильнымъ дальнѣйшимъ
проведеніемъ и развитіеыъ ея на практикѣ, что и имѣлось въ виду въ крестьянскомъ «ІІоложевіи 19-го февраля 1861 года», въ Россіи уничтожалась самая главная и естественная причина образованія пролетаріата,
со всѣми его бедственными послѣдствіями, составляющими въ настоящее время главный, неизсякаемый источникъ всѣхъ соціальныхъ смутъ и революціонныхъ
двизкеній въ Западной Европѣ. Могли ли западныя державы оставаться хладнокровными зрительницами такого
благотворнаго, но для нихъ совершенно новаго и крайне опаснаго соціальнаго устройства, быстро установлявшагося въ Россіи и, притомъ, безъ всякихъ волненій,
при полномъ согласіи и искреннемъ взаимномъ содействии правительства и общества и всего народа? Могло
ли, особенно британское правительство, допустить спокойное дальнейшее развитіе и упрочненіе этого порядка у своего опаснейшаго врага?
* ) «Civis romanus sum»— выраженіе Пальмерстона, означающее,
что каждый англичанпнъ вездѣ доласенъ иыѣть преобладающее значеніе, какъ. древніе римскіе граждане.

Конечно, нѣтъ. И вотъ, действительно, правительственные органы и вся печать Западной Европы, за исключеніемъ очень немногихъ истинно либеральныхъ газете, съ одной стороны, начинаютъ выставлять русское
правительство и весь русскій народъ самыми ярыми,
природными соціалистами и комунистами, грозящими, будто бы, поколебать и разрушить самыя главныя основы благоустроенной государственной общественной и семейной
жизни просвещённой и либеральной Западной Европы,
а наше великое общинное начало — источникомъ этого
варварскаго русскаго соціализма и комунизма.
Съ другой стороны, начавшіяся въ это время въ нашей Польше волненія, если они и не были возбуждены
потаенными происками западныхъ державъ, встречаютъ
со стороны ихъ полную нравственную и матерьяльную
поддержку, и когда Императоръ Алексапдръ ІІ-й, тщетно употребивъ все возможные великодушные и истинно
гуманные способы умиротворенія Польши, принимаетъ,
/наконецъ, энергическія меры для прекращенія мятежа,
распространившаяся узке и на исконно русскія северо-западныя губерніи, и для возстановленія общаго спокойствія, англійское правительство образуете, въ 1863 году,
противъ Россіи новую европейскую коалицію, съ своимъ
послушнымъ союзникомъ Наполеономъ ІІІ-мъ во главе.
Но энергическія ноты нашего канцлера, поддерэканныя
всѣкь русскимъ народомъ, ограничили действія этой
коалиціи одними громкими либеральными бумажными
протестами въ защиту, будто бы, угнетаемыхъ варварскою Россіей ея польскихъ подданныхъ..
Введете въ Царстве Польскомъ крестьянской рефор-

мы освободило 41/а мильйона польскихъ крестьянъ отъ
крепостной зависимости, сделало ихъ свободными собственниками и, облагодетельствовавъ ихъ такимъ образомъ навсегда привязала ихъ къ Россіи. Вместе съ темъ,
бывшее царство польское постепенно преобразовалось въ
нынешній Привислянскій Край, разделенный на губерніи, управляемыя на общемъ основаніи со всеми россійскими губерніями. Этими мудрыми и вполне справедливыми и гуманными мерами Россія навсегда покончила съ польскимъ вопросомъ.
Но каково долзкно было быть нравственное состояніе
британская правительства, когда въ 1864 году, началось поступательное победоносное двизкеніе русскаго
оружія въ среднеазіатскія ханства? Въ англійской печати всехъ оттенковъ, въ обществе, въ парламенте
поднялась целая буря,- и громовые раскаты ея раздавались на всю Европу, угрожая ей новыми завоевательными стремленіями русскихъ варваровъ. Но все это
было тщетно. Европа не образовала новой коалиціи противъ Россіи: западноевропейская великія дерзкавы были
заняты своими тревожными делами. Покорный союзникъ
Англіи, Наполеонъ Ш, экелая угодить своей покровительнице поддерзканіемъ необходимаго для нея тревозкнаго состоянія континентальной Европы, пораделъ черезъ меру. Онъ провозгласилъ принципъ «соединенія
иаціональностей», весьма выгодный, какъ ему казалось,
для Франціи, потому что, на основаніи этого принципа,
можно было, современемъ, присоединить къ ней Бельгію,
прирейнскія прусскія провинціи и пограничныя области
Италіи. Этотъ принципъ вообще надѣлалъ много зла
континентальной Европе, приведя къ крайне натянутымъ

взаимными отношеніямъ всѣ великія державы и созд а ю такъ-называемый «вооруженный миръ», поглотившій цѣлые мильярды на содержаніе мильйонныхъ армій съ броненосными флотами. Сардинское Королевство первое воспользовалось этимъ принципомъ, и самъ
Наполеонъ Ш помоги Виктору-Эммануилу отнять у
Австріи, въ 1859 году, Ломбардію съ Миланомъ. Пруссія руководимая уже тогда Висмаркомъ, давно таившими
завѣтную мысль о возстановленіи единой Германской
Нмперіи подъ прускимъ главенствомъ, имѣя въ виду
примѣнить принципь національностей къ осуществленію
этой мысли, решилась предварительно на практике ра~
зузнать военный силы Австріи, въ союзе съ которою
она и вступила, въ 1864 году, въ войну съ маленькою
Даніей. Въ этой войне она убедилась, что можно будетъ померяться и съ самою Австріей, особенно при
помощи другой державы — Италіи, которой также надо
было, для осуществленія принципа національностей, отнять у Австріи еще Венеціанскую Область, действительно, въ 1866 году началась шестинедельная прускоитальянская война съ Австріей, кончившаяся исключеніемъ этой державы изъ Германскаго Союза и уступкою
Венеціанской Области сначала Наполеону, который передали ее потомъ Виктору-Эммануилу. Но Наполеонъ,
внезапнымъ вмѣшательствомъ своими, не дозволилъ тогда же осуществиться заветной мысли Бисмарка и тѣмъ
приготовилъ для Франціи бедственную войну съ Пруссіей
въ 1870 году, которая, правда, освободила Францію отъ
Наполеона, но стоила ей потери Эльзаса и большей части Лотарингіи и уплаты пяти мильярдовъ военной контрибуціи. Вместе съ этимъ возстановлена была Германская Имперія подъ главенствомъ Пруссіи. Такимъ обра-

зомъ, нринципъ національностей погубилъ самого изобретателя его и ослабилъ надолго Францію, чтб и нужло было для Англіи.
Мы говорили уже, что, начиная съ 1844 года, британское правительство стало видеть въ Госсіи опаснѣйгааго врага своей имперіи на востоке и потому противъ
Госсіи были направлены все главныя козни его политики; но, вместе съ тѣмъ, и Франція не переставала
возбуждать опасеній Англіи въ этомъ отношеніи, несмотря на то, что, со ветупленія на престолъ Наполеона
Ш-го, она находилась съ нею въ самомъ интимномъ
союзе. Эти онасенія увеличились тотчасъ после восточной войны, когда Наполеонъ, пользуясь своимъ сильнымъ
вділніемъ, пріобрѣтеннымъ на Т-урцію вообще и на Егииетъ особенно, вопреки желаніямъ и даже нротиводействію со стороны британскаго правительства, настоялъ
» на осуществлены міроваго проекта Лессепса — о прррытіи Суэзскаго Канала. При Наполеоне же усилилось
значеніе Франціи въ Китае и стало даже преобладать
надъ британскпмъ. Въ статье «Джонъ Буль на Востоке»
изложено, къ какимъ недостойньшъ и возмутительнымъ
иотаеннымъ средствамъ прибегало англійское правительство, сохраняя entente cordiale съ Франціей, чтобъ освободиться отъ такого новаго опаснаго французскаго соперничества на Востокѣ. Послѣднимъ средствомъ было
тяндзинское избіснге всехъ французскихъ миссіонеровъ
въ Китае, въ конце іюня 1870 года, вскорѣ послѣ котораго началась въ Европе франко-пруская война. Такое
совпаденіе гибельныхъ для Фрапціи событій не могло быть
только одною несчастною случайностью; -нѣтъ сомнѣнія,
что оно произошло не безъ ловкаго, потаеинаго участія
9

со стороны Англіи. Вотъ почему британское правительство, упорно противодѣйствующее нынѣ Россіи и защищающее всѣми мѣрами Турцію, въ 1870 году не заявило
даже ни одного, хотя сколько-нибудь энергическаго протеста въ пользу своего интимнаго союзника и допустило
прусскій разгром* оставленной всѣми Франціи. Но такое
возмутительное коварство Англіи получило себѣ вполнѣ
справедливое воздаяніе въ самых* непосредственных* и
опасных* для нея послѣдствіяхъ пораженія Франціи. Первым* такимъ послѣдствіемъ было уничтоженіе Россіей
самой тягостной для нея статьи парижскаго трактата
1856 года, ограничивавшей русскія морскія силы на
Чёрном* Морѣ; вторым* — образованіе въ центральной
Европѣ могущественной Германской Имперіи подъ главенством* Пруссіи, во многом* обязанной этим* сочувственному нейтралитету Россіи во время войны ея съ
Франціей. Такимъ образом*, усиленіе Россіи на Востокѣ
и еще болѣе тѣснийсоюзъ ея съ Пруссіей и всею Германіей были прямыми слѣдствіями разгрома Франціи.
Гдѣ тонко, там* и рвется, и дѣйствительно, приведенные коварные разечёты англійской политики противъ
Ф>ранціи были уже слишком* тонки.
Между тѣмъ, побѣдоносное шествіе русских* войск*
въ Средней Азіи, вынуждаемое силою обстоятельств*,
все продолжалось и, вмѣстѣ съ тѣмъ, Россія приближалась къ британской Индіи по сухому пути. Скольких*
преступленій, каких* тяжких* угрызеній совѣсти, скольких* пожертвованій, каких* громадных* усилій стоило
Англіи обезпеченіе морских* путей въ свою зановѣдную
Индію, и, наконец*, пораженіемъ Франціи въ 18.70
году она достигла этого, и ни одна держава не могла

уже болѣе со стороны моря угрожать ея монопольному
господству въ Индіи и на крайнем* востокѣ. Англія
думала уже, что она теперь можетъ, по крайней мѣрѣ, въ теченіи долгаго времени, вполнѣ спокойно и
ёезраздѣльно наслаждаться обильными плодами таких*
неусыпных*, почти вѣковыхъ трудов* своих*. И что лее?
Всѣ эти труды оказываются тщетными, пропадают* совершенно даром*, потому что варварская Россія все ближе и ближе подходит* по сухому пути къ Индіи, и Англія не можетъ там* остановить приближенія Россіи!..
Британское правительство очень хорошо знает*, что Россія не имѣетъ никаких* завоевательных* замыслов* на
Индію, огражденную отъ нея Гималаями; но, тѣмъ неменѣе, эта варварская страна, даже вопреки своему собственному желанію, непреодолимою силою обстоятельств*,
влечётся къ сухопутным* предѣламъ Индіи и, вмѣстѣ
с * тѣмъ, прекращает* дикое самоуправство въ покоренных* ею ханствах*, освобождает* рабовъ, не трогает*
религіозныхъ вѣрованій, вводит* праведный суд* и покровительствует* мирному развитію промьішлености, торговли и вообще развитію нравственнаго и матерьяльваго благосостоянія всего населенія. Вѣдь про все это
скоро узнйютъ индійскіе подданные просвѣщённой, гуманной и либеральной Англіи," вся система господства
которой въ дѣйствительности, как* мы видѣли, основывалась и состояла всегда и вездѣ въ крайней, безпощадной торгашеской эксплуатаціи покоренных* стран* и
пародов*. Вѣдь облагодѣтельствованные такою просвѣлцонною и гуманно-либеральною системой, британскіе
индійскіе подданные могут* обратиться, и несомненно
обратятся, къ варварской Россіи и будут* просить ея могущественнаго покровительства и заступничества. Вѣдь

это раскроете предъ всею Европою, предъ цѣлымъ міромъ всю призрачность просвѣщенныхъ благодѣяній Аигліи, будто бы разсыпаемыхъ ею .по всему свѣту, гдѣ
только она ни появится, и обнаружить наетоящіе благотворные плоды ея возмутительной, адской политики...
Вѣдь это разомъ разсѣетъ напускной туманъ міровая
нравственнаго обаянія Англіи, подорвете мгновенно всѣ
вѣрованія, до сихъ поръ еще сильно распространенный
и искренно иоддерживаемыя даже самыми либеральными
и нросвѣщёнными умами, въ британское благородство,
британскую честность и британское безкорыстіе!.. А если
еще Россія окажете при этомъ свое могущественное заступничество несчастными и угнетенными индійскимъ
подданными Англіи. то, вѣдь, вмѣстѣ съ тѣмъ, почти
наверно начнется паденіе міроваго могущества и преобладала Великобритапіи... Въ самомъ деле, 200 мильйоновъ британскихъ индійскихъ подданиыхъ, при помощи
Россіи, легко могутъ освободиться отъ ненавистнаго для
и ихъ англійскаго господства и образовать сильное самостоятельное независимое государство, какъ сделали,
въ иропіломъ столѣтіи, при помощи Франціи, американскія колоніи Англіп, которая, вмѣсте съ этимъ, неизбежно утратите свою полувековую исключительную монополію на всю ввозную п вывозную торговлю съ Индіей;
а, ведь, эта монопольная торговля и есть главный источу
никъ всего громадная богатства Англіи, дающая возможность 30-ти мильйонамъ англичанами существовать на
своемъ «маленькомъ островкѣ», какъ выражается Гладстонъ. Следовательно вмѣстѣ съ освобожденіетъ Индіи
отъ британскаго владычества, неизбежно должно начаться
и паденіе міроваго преобладанія самой Англіи. Что-же
тугъ делать, какъ предотвратить такое с грапінс е не-

счастье? Что привело Англію въ такое безвыходное положеніе?
г
Англійскіе- государственные люди всехъ партій вполне понимаютъ, что это тяжёлое положеніе есть самое
естественное слѣдствіе исключительно эгоистической политики накоплепія національныхъ богатетвъ и что Англія можетъ выйти изъ него не иначе, какъ только
измѣнивъ совершенно всю свою политическую систему.
Но эта система не есть создапіе графа Биконсфильда
или предшественника его, Гладстопа; она, какъ мы ви
дели, установлена уже давно, Питтомъ-младшимь и потоми ей неизменно слѣдовали все преемники Питта въ
теченіи почти ц е л а я столѣтія, такъ что она вошла въ
плоть и кровь всего англійекая народа. Поэтому, нельзя
разомъ, однимъ парламентскими билемъ и почеркомъ
пера королевы, переменить - эту систему и еще менее
возможно тотчасъ же изгладить все бедственные результаты ея для англінскаго господства въ Индіи. А между тѣмъ, Россія все ближе и ближе подходите къ этой
странѣ *). Следовательно, надо, прежде всего, отъискать
*) Въ одномъ изъ послѣднлхъ засѣданін палаты обіципъ, предъ
акрытіемъ парламента, по поводу запроса о иоложепіи британской
имперіи въ Иидіи, представители правительства сэръ Норзскотъ и
Гамильтонъ, и глава парламентской опозпціи Маркизъ Гартингтопъ
говорили, что необходимо измгытть англіііскую политику если не
въ припципѣ, то, иокрайпей мѣрѣ, въ методѣ (?) примѣненія ея;
чтобы, улучшивъ управлепіс
и несчастное положеніе
туземнаго
населены въ Нндіи, пріобрѣстгь его любовь и довѣріе, и такимъ
образомъ упрочить британское господство въ этой страпѣ. Лри
этомъ Гамильтонъ заявилъ,.что хотя «попытка ненріятельскаго втор;кенія въ Индію представляется на долгіе годы невероятною, однако
племена, жгівущіи оъ пограничныхъ окрграхъ (т. е. монголы въ Бен-

З

какое нибудь действительное средство въ Европе, которое могло бы остановить или, по крайней мере, задержать, хотя на время, приближеніе Росеіи къ Индіи. Одна
Англія, безъ континентальныхъ союзниковъ, не можетъ
этого сделать; поэтому, надо заручиться хотя бы только однимъ могущественнымъ континентальнымъ союзникомъ.
Но какъ и где его пріобрести? Франція, много хразъ
усердно помогавшая Англіи противъ Россіи и которой
британское правительство такъ коварно и жестоко отплатило за ея великія услуги, оставивъ ее совершенно
одну на жертву Прусіи и всей Германіи, едва приходила
въ себя после прусскаго погрома, да и демократическая
республиканская Франція никогда не была и не можетъ
быть союзницею аристократическо-конституціонной Англіи. Пруссія, много обязанная, какъ мы видели, сочувственному нейтралитету Россіи возстановленіемъ подъ
ея главенствомъ единой Германской Имперіи, нетолько
сама не согласилась бы вступить въ союзъ съ Англіей
противъ Россіи, но не дозволила бы этого и Австро-Венгріи. Сверхъ того, между императорами этихъ трехъ державъ составился въ это время тройственный союзъ, главнымъ образомъ, для сохраненія европейскаго мира. Оставалась еще Италія; но и той, за неустройствомъ ея собственныхъ внутреннихъ дѣлъ, было тогда не до войны;
да и во всякомъ случаѣ, помощь ея противъ Россіи не
галіи), будучи возбуждаемы
иноземными интригами (т. е. интригами Россіи), могутъ причинить большія опасепія». Все это вполнѣ
подтверждаете», что 1) британское господство въ Индін еще необезпечено и главная причина этого — британская политика и 8) ни
англійское правительство, ни опозиція ne опасаются вторжепія Россіи въ Индію, а боятСя ея прибдиженія къ Индіи и вліянія на туземное населеніе.

могла бы имѣть никакого рѣшительнаго значенія/ При
такихъ обстоятельствахъ, Англія, конечно, не могла
разсчитывать на прямой, непосредственный союзъ ни съ
одною изъ великихъ континентальныхъ державъ противъ
Россіи; но, вмѣстѣ съ тѣмъ, велѣдствіе вооружённаго
мира, вся Европа находилась въ крайне натянутомъ состояніи, такъ что, казалось, довольно было бы одной
искры, чтобъ произвести общій европейекій пожаръ. Но
Англіи надо было произвести такой пожаръ именно противъ Россіи. За упраздненгемъ польскаго вопроса, въ
Европѣ оставался еще только одинъ восточный вопросу
который могъ доставить искру, нужную для такого пожара. И вотъ, въ августѣ 1875 года, въ Восніи и Герцеговинѣ происходить сначала незначительное возстаніе хриетіанъ противъ турокъ. Участвовала ли Англія
въ возбужденіи этого возстанія — доподлинно неизвѣстно; только англійское правительство на переданныя ему
русскимъ посломъ опасенія нашего канцлера, чтобъ это
возстаніе не превратилось въ грозный восточный вопросъ, какъ будто не обратило никакого вниманія и согласилось, для разбора этого дѣла, назначить консульскую комиссію въ Мостарѣ Но ни эта комиссія, ни слѣдовавшая за нею нота Андраши, ни берлинскій меморандумъ не привели ни къ какимъ положительнымъ результатамъ, именно вслѣдствіе явнаго противодѣйствія
англійскаго правительства. А между тѣмъ, возстаніе росло; совершалось страшное убіеніе болгаръ, и, наконецъ,
Сербія и Черногорія приняли участіе, объявивъ войну
Турціи. Въ это-то именно время начинается, съ одной
стороны, сочувственное славянамъ движеніе русскаго народа, который шлетъ пмъ своихъ добровольцевъ и денежную помощь; съ другой стороны, въ Англіи собираются

громадные оиозиціонные митинги, желагощіе остановить
дальнѣйшую «туркофильскую» политику правительства
и убѣдить его действовать на Турцію вместе съ Росшей. Но, несмотря на это, Дизраэли остается непреклонным*, устроиваетъ торжественное путетествіе наследника великобританскаго престола по Индіи, возводит*
королеву въ индійскія императрицы, продолжая поддерживать Турцію — и политике его аплодирует* большинство, хотя и незначительное, въ парламенте.
Обыкновенныя нападки парламентской опозиціи на
правительство представляют* въ Англіи самыя нормальныя и обычныя явленія, безъ которых* необходится
почти ни одно серьезное преніе въ парламенте. Но нынешнее опозиціонное движеніе политике графа Биконсфильда, по своей обширности, силе, энергіи и резкости,
составляет* весьма редкое, исключительное явленіе въ
государственной жизни Англіи; оно напоминает* яростный нападки опозиціи, въ прошлом* столетіи, на министерство лорда Норзса (North), во время несчастной
войны съ американскими кОлоніями, и показывает*, что
нынешнее положеніе Великобританіи крайне опасное.
Нет* сомненія, что во всех* нынешних* взаимных*
препирательствах*, какъ граф* Биконсфильдъ, такъ и
опозиція не имеют* въ виду никаких* своекорыстных*
целей и хлопочатъ только о великих* государственных* интересах* своей страны, а все речи главных*
министерских* и опозиціонныхъ ораторов*, особенно
приведенныя въ начале этой статьи речи англійскаго
премьера и Гладстона, доказывают*, что обе стороны
одинаково находят* эти великіе интересы въ обезпеченіи неприкосновенности Британской Имперіи въ Ии-

діи, существованіе которой еще не упрочено и которой,
но ихъ зшѣиію, въ настоящее время угрожает* несомненная опастность со стороны Россіи, хотя, въ то
же время, им* хорошо известно, что Россія не имѣетъда и не можетъ иметь никаких* завоевательных* планов* на британскую Индію, огражденную со стороны ея
Гималаями. Вмѣс£ѣ съ тем*, желая маскировать настоящее мѣсто опасности, они постоянно твердят* о захват е русскими Константинополя, о Суэзскомъ Канале,
Египте, и т. п., какъ будто они и въ самом* деле не
понимают*, что действительную для Англіи опасность
представляет* все большее и большее приближеніе Росши съ сѣверовостока, по сухому пути, къ пределам*
Индіи, остановить которое въ Азіи Англія не можетъ.
Поэтому, надобно действовать на Россію въ Европѣ.
Главным* и самым* решительным* средством* въ
этомъ отношеніи была бы, конечно, новая коалиціонная
война великих* западных* европейских* держав* противъ
Россіи, война, которая непременно нанесла бы тяжелый
удар* ея могуществу, ослабила бы ее и, по крайней
зѵгѣре, надолго отвлекла бы ея внмманіе отъ Средней
Азіи. Но как* осуществить такое средство? Молено ли
въ настоящее время вызвать коалицію западноевропейских* держав* противъ Росеіи? В отъ относительно этою
англійское министерство и его опозицгя совершенно расходятся съ своихъ взглядахъ и мнѣніяхъ. Граф* Биконсфильдъ считал* вполне возможным*, да и теперь
все еще надеется составить такую коалицію, и потому,
если онъ сам* и не поднял* восточнаго вопроса, то, по
крайней мере, тотчас* же воспользовался совершенно
ничтожным* вначале возстаніемъ въ Босніи и Герцего-

• N •
138
випѣ и, своими постоянны*™ упорными противодѣйствіемъ
мирному соглашенію европейскихъ державъ, довелъ его
до настоящаго грознаго положенія восточнаго вопроса —
до войны между Россіей и Турціей. Что говоря» графъ
Биконсфильдъ въ рѣчи своей, въ первомъ же засѣданш
палаты лордовъ послѣ неудавшейся константинопольской
конференціи? Онъ отвѣчалъ опозиціи, что никакіе дииломатическ'е переговоры не могутъ привести въ настоящее время къ действительному улучшенію положенія христіанскихъ подданныхъ Порты, потому что такое улучшеніе возможно только съ разрѣшеніемъ восточнаго вопроса въ Европе, съ которымъ тѣсно связаны
великіе государственные интересы Англіи, именно существованіе ея владычества въ Индіи. Это владычество
еще далеко не обезнечено, а потому Англія и не можетъ допустить въ настоящее время разрѣшенія восточнаго вопроса. Подождите, говорите англійскій премьеръ;
дайте сперва обезпечить Британскую Имперію въ Индіи,
и тогда мы первые заставимъ Порту улучшить положеніе ея христіанскихъ подданныхъ и даже, если потребуется, будемъ энергически содѣйствовать Россіи выгнать
турокъ изъ Европы и сокрушить Турецкую Пмперію въ
Азіи, такъ какъ положеніе турецкихъ христіанъ нетолько въ Европѣ, но и въ Азіи не можетъ быть улучшено,
пока они будутъ подданными Порты. Но теперь великіе
интересы Англіи не дозволяютъ этого, и потому мы,
хотя и будемъ, повидимому, соглашаться на конференціяхъ съ европейскими державами и даже съ Россіей,
но въ дѣйствительности, въ то же самое время, будемъ
всѣми способами поддерживать Порту и не дозволять ей
подчиняться требованіямъ Европы...

Опозиція была бы вовсе не прочь поддерживать главу
правительства въ такихъ рѣшительныхъ его взглядахъ
и соображеніяхъ и, уже конечно, одно человѣколюбивое
состраданіе къ несчастному положенію христіанскихъ
подданныхъ Порты никоимъ образомъ не вызвало бы
въ опозиціи такого сильпаго и упорнаго противодѣйствія министерству. Но все дѣло въ томъ, что опозиція
не считаешь возможнымъ составить въ настоящее время европейскую коалицгю противъ Россіи и,, напротивъ,
убѣждена, что Англія останется совершенно одна, безъ
всякихъ континентальныхъ союзниковъ, въ своемъ упорномъ протпводѣйствіи
Россіи и въ своей явной поддержкѣ Турціи. Опозиція даже прямо выражаете опасеніе, что такая политика графа Биконсфильда, приведшая уже Россію къ войнѣ съ Турціей, легко можетъ
вовлечь въ эту войну Англіго и возбудить противъ нея
европейскую коалицію *). Но, сверхъ того, какъ только
Англія выйдетъ изъ объявленнаго ею нейтралитета и
примете участіе въ войнѣ, Россія, конечно, тотчасъ же
начнете самыя усиленныя энергическія дѣйствія въ Средней Азіи противъ Британской Имперіи въ Индіи, тогда
какъ до сихъ поръ Россія объ этомъ, можетъ быть, еще
и не помышляла. Такимъ образомъ, опозиція предвидитъ,
что восточная политика графа Биконсфильда можетъ
прямо привести къ совершенно противоположными ре*) Джонъ Брайтъ, въ рѣчи своей, произнесенной недавно въ Бетфордѣ, высказался даже противъ всякой попытки воспрепятствовать
движенію русскихъ войскъ на Константинополь. По мнѣнію его,
«это было бы дѣйствіемъ несправедливымъ и только затянуло бы
войну. Притомъ, Аниія не импетъ нынѣ союзниковъ.
Подобныя
требованія
вызвали бы европейскую коалицію, которая
подвергла
бы Англію
униженію.*

зультатамъ, можетъ поколебать Британскую
Имперію
въ Индіи, подвергнуть даже самое существованіе
ея
явной,
величайшей
опасности,
a вмѣстѣ съ этимъ
поколеблено будетъ и міровое могущество и преобладаніе Великобритании
Между тѣмъ, какъ, вступивъ въ
соглашеніе съ Россіей или даже только не противодействуя ея справедливымъ требованіямъ относительно улучшенія невыносимаго положенія христіанскихъ подданныхъ Порты, и честно соблюдая строгій и вполне безпристрастный нейтралитетъ въ нынѣшней войнѣ Роесіи
съ Турціей, Англія сохранила бы доброе раеположеніе
Россіи и этимъ, даже въ томъ случаѣ, еслибъ эта война
окончилась паденіемъ отоманской имперіи въ Европѣ,
по крайней мѣрѣ, надолго отстранила бы вмешательство Россіи въ дела Британской Имперіи въ Индіи.
Вотъ главныя и въ высшей степени вазкныя сообразкенія, которыя, почти съ самаго начала нынешняго
восточнаго кризиса, побуждали опозицію нападать на
министерство, какъ только оно начинало противодействовать соглашенію прочихъ великихъ державъ относительно мѣръ для ыирнаго разрешенія этого кризиса, и нападки опозиціи становились темъ сильнее, чемъ ярче
разгорался восточный вопросъ, чемъ открытие и упорнее
становилось такое противодействіе министерства, и, конечно, въ настоящее время опозиція соберетъ все свои
силы, употребить всю свою энергію, чтобъ удержать
англійское правительство отъ войны съ Россіей за Турцію.
Но кто правъ и кто ошибается? Графъ ли Биконсфильдъ, все еще твердо уверенный въ возможности обра-

зовать европейскую коалицію противъ Россіи и оказавпіій уже, очевидно, съ этою целью, несомнѣнное и сильное содействіе ультрамонтанской партіи въ Западной
Европе, которая узке успѣла вручить управленіе Франціею
клерикальному министерству герцога Брольи? Или опозиція, одинъ изъ знаменитейшихъ членовъ которой, Джонъ
Брайтъ, какъ мы видели, выеказалъ даже лредполозкеніе,
что мозкетъ образоваться европейская коалищя противъ
Аніліи, если министерство будетъ настаивать на своей
восточной политике?
Для болыпаго разъясненія этихъ вопросовъ, мы позволимъ себе высказать следующія соображенія, которыя
побуждаютъ насъ признать предложенія опозиціи более
вероятными. Мы видели узке, что нынѣшнее положеніе
великихъ континентальныхъ державъ Западной Европы,
каэкдой въ отдельности, и взаимныя отношенія ихъ совершенно не те, какія были въ начале пягидесятыхъ
годовъ, и никакъ не могутъ благопріятствовать составленію англійской коалиціи противъ Россіи. Сверхъ того,
вследствіе оеуществленія наполеоновскаго принципа соединенія націоналъностей, образовалась могущественная
Германская Имперія, подъ главенствомъ Прусіи, въ Средней Европе, при Балтійскомъ Море, и Итальянское
Королевство на Средиземномъ Море. Обе эти державы
крайне нуэкдаются въ возмозкно болыпемъ развитіи и
расширеніи своей самостоятельной внешней морской торговли, а для этого имъ необходимо иметь свои колоніи
въ другихъ частяхъ света. Несомнѣнно, что и Фраиція,
какъ только благополучно пройдетъ ея нынешній кризисъ, вызванный несомненнымъ участіемъ и Англіи, какъ
только она упрочить себе умеренное республиканское

правленіе, тотчас* же вспомнит* колоніальную политику
своего великаго министра Кольбера. Наконец*, только
правильно и широко развитая колонизаціонная система
представляет* для всѣхъ этихъ государств* действительное средство къ прекращенію развитія пролетаріата
и наиболее удовлетворительному разрешенію грознаго
рабочаго вопроса — средство, которым* къ тому же слишком* медлить нельзя. Но осуществленіе такой колонизаціонной системы, крайне и неотложно необходимой
для великих* западноевропейских*' государств*, неизбежно должно привести ихъ въ самое непріязненное и
жестокое столкновеніе съ великими интересами Великобританіи, отъ которой потребуется, въ таком* случае,
чтоб* она отказалась отъ своей исключительной, монопольной морской торговли и отъ своей крайне эгоистической колоніальной политики. Далее, одна только Poetin, обладая огромными свободными землями и въ Европе,
и въ Азіи, не нуждается въ морских* колоніяхъ и вполне можетъ предупредить развитіе у себя пролетаріата
и возникновеніе рабочаго вопроса постепенным* и правильным* развитіемъ внутренней колонизаціи, чтб уже
имелось въ виду крестьянским* «Положеніемъ 19-го февраля 1861 года». Следовательно, интересы Росеіи въ
этомъ важном* вопросе нисколько не сталкиваются съ
насущными интересами других* континентальных* европейских* держав* *). Кроме того, изъ всѣхъ этихъ госу*) Къ сожалѣнію, мы не можемъ ^здѣсь подробно изложить сущность колопизаціопнаго воироса и его современное самое жизненное
зпаченіе для континентальной Европы, и потому, для желанщихъ
ближе ознакомиться съ этимъ вопросомъ, указываемъ
ски трудъ «De la colonisation cliez les peuples

па классиче-

modernes»

Итак*, изъ всего вышеизлолсеннаго неопровержимо следует*, что 1) Англія находится, въ настоящее время въ
крайне затруднительном* и более опасном* положеніи,
чем* она находилась въ прошлом* столетіи, во время
несчастной войны съ своими американскими колоніями;
все ея главные интересы приходят* теперь въ столкноленіе съ самыми существенными интересами всех* других* великих* европейских* державъ, и это составляет* самое естественное следствіе всей ея исключительно
эгоистической «системы накопленія національнаго богатства», которую установил* Питтъ-младшій и которой

par

Leroy-Beaulieu. Paris, 1874, н па «Землевладѣніе и земледѣліе»
кн. А. И. Васильчикова. 2 т. Снб. 1876.

дарствъ, одна Россія имѣетъ полную возможность заставить Анілгю отказаться отъ исключительно эгоистической колоніальной политики, отказаться отъ мОнополги
на морскую торговлю и этимъ открыть всѣмъ континентальнымъ европейскимъ державамъ свободный путь для
широкаго развитія
существенно необходимой для нихъ
внѣшней колонизаціонной системы. — Где главный центр*,
где главный центральный узел* той непроницаемой, торгашеской сети, которою Англія покрыла все моря и прибрежныя страны Африки, Азіи и Австраліи и кто можетъ развязать его? Этот* узел* въ Индіи, и только одна
Россія можетъ теперь развязать его. Следовательно,
образованіе коалиціи западноевропейскихъ
континентальныхъ державъ противъ Росіи было бы возможно въ
настоящее время только въ томъ случаѣ, еслибъ эти
державы совершенно не понимали или совершенно забыли свои собственные, самые насущные интересы *).

*) Только одна Австро-Венгрія составляетъ въ этомъ отношеоіи
псключеніе; но, она, конечно, убоится Герыаніп.

по его завѣщанію, постоянно и неуклонно слѣдовали всѣ
его преемники до нынѣшняго премьера, графа Биконсфильда, включительно. 2) Восточный вопросъ для Англш
не есть вопросъ объ освобожденіи турецкихъ христіанъ
отъ нестерпимаго для нихъ долѣе владычества Отоманской Порты, а просто вопросъ, отъ разрѣшенія котораго
зависитъ существованіе Британской Имперіи въ Индш,
слѣдовательно, сохраненіе нынѣшняго могущества и міроваго преобладанія Великобританіи. 3) Россія является
теперь самыми опаснѣйшимъ врагомъ Англіи, и вовсе не
въ Константинополе, не на Суэзскомъ Перешейкѣ и не
въ Египтѣ: она угрожаетъ непосредственно и, притоми,
на сухомъ пути Британской Имперіи въ Индіи, существованіе которой, какъ оказывается, еще вовсе не обезпечено, потому что все туземное двухсотмильйонное населеніе ненавидите своихъ поработителей-англичанъ. 4) Если
оіце нельзя сказать утвердительно, что возстаніе въ Босніи и Герцеговинѣ возникло при участіи Англіи, то нѣтъ
никакого сомпѣнія, что графъ Биконсфильдъ тотчасъ-же
воспользовался имъ и, своими упорными противодействии всякому мирному улучшенію положенія христіанскихъ
подданныхъ Порты соединенными усиліями всѣхъ великихъ европейскихъ государству довели это, вначалѣ совершенно ничтожное, возстаніе до нынѣшняго грознаго
кризиса восточна™ вопроса — до войны Россіи съ Турщей. При этомъ, единственною цѣлыо графа Биконсфильда было желаніе образовать новую, противъ Россіи, европейскую коалицію, которая нанесла бы ей тяжкій ударъ,
надолго ослабила бы ее, заставивъ ее отказаться отъ
своихъ завоеваній съ Средней Азіи и остановить свое
движеніе въ Индію. Графъ Биконсфильдъ былъ убѣжденъ,
что онъ составите, такую коалицію, и до сихъ поръ по

теряетъ этой надежды, о) Оыозиція же убѣждена въ совершенно противномъ: она утвержда- те, что въ настоящее время скорѣе можетъ составиться континентальная
европейская коалиція противъ Англіи, которая и приведете Англію къ униоісенію. Такая великая опасность,
грозящая Англіи, заставляете опозицію самыми энергическими и рѣзкимъ образомъ нападать на министерство,
чтобъ побудить его перемѣнить свою «туркофильскую.»
политику. 6) Современное положеніе великихъ континентальныхъ западноевропейскихъ державъ и взаимныя ихъ
отношенія доказываютъ справедливость предположен^
опозиціи. 7) Дальнѣйшій . образъ дѣйствія Англіи зависитъ оттого, кто побѣдитъ въ предстоящей схваткѣ министерства съ опозиціей — графъ Биконсфильдъ или
опозиція; если опозиція, то, вмѣстѣ съ этимъ, Англія
употребите всѣ • способы, чтобъ сблизиться съ Россіей
и заставить Порту преклониться иредъ всѣми требованіями Россіи относительно совершенна™ измѣненія
нынѣшняго положенія ея христіанскихъ подданныхъ,
даже еслибъ Россія потребовала уничтоженія Отоманской
Имперіи въ Европѣ. Если лее одержите верхъ нынѣшняя политика графа Биконсфильда, то весьма вѣроятно,
что Англія будетъ вовлечена въ войну съ Россіей и, въ
такомъ случаѣ, Россія пойметъ, что ей давно уже надо
было послать ультиматумъ Англіи, даже прежде, чѣмъ
Портѣ, и увидитъ, что разрѣшеніе восточна™ вопроса,
безъ котораго невозможно действительное улучшеніе
положенія турецкихъ христіанъ, находится въ Азіи, въ
предѣлахъ Британской Индіи, а не на Балканскомъ Полуострове, въ Европейской Турціи. Если Россія убедится
въ этомъ и начнете энергически действовать на Британскую Индію, то можно съ большою вероятностью
ю

предполагать, что какъ только графъ Биконсфильдъ заел ышитъ о серьёзныхъ нриготовленіяхъ Роесіи къ энергическимъ дѣйствіямъ противъ Индіи, онъ тотчасъ зке
смирится и пойдетъ на всѣ условія и требованія нашего
правительства. 8) Если зке, противъ всякаго озкиданія,
графъ Биконсфильдъ и тогда не отступится отъ своей
политики и, вмѣстѣ съ тѣмъ, удержится на своемъ премьерскомъ мѣстѣ, то въ такомъ случаѣ, война, конечно,
очень затянется и потребуешь отъ Роесіи несравненно
болыпихъ матерьяльныхъ зкертвъ и особенно нравственной твердости и настойчивости; но за то она сторицею
вознаградить всѣ эти жертвы и высоко поставить нравственный авторитета Россіи какъ въ Европѣ, такъ и въ
Азіи. Это будетъ великая, славная, святая война, какой
еще никогда не бывало во всѣ вѣка и у всѣхъ народовъ! Россія нетолько освободить всѣхъ турецкихъ христіанъ отъ невыносимаго и постыднаго ига мусульманской Порты, но, вмѣстѣ съ тѣмъ, освободить и 200 мильйоновъ населенія Индіи отъ неменѣе тяжкаго британскаго ига, а всю Европу — отъ сѣтей эгоистической,
торгашеской политики Англіи, отъ ея. исключительнаго
морскаго нреобладанія, и этимъ откроешь Европѣ свободный доступъ во всѣ моря и во всѣ части свѣта и проложить широкій путь свободной международной торговлѣ и свободному развитію морской колонизаціонной системы, столь необходимой для великихъ континентальныхъ занадноевропейскихъ государства Вся Европа
вздохнетъ свободно: главный, давящій ее британскій кошмаръ исчезнешь; она сбросить съ себя вооруэкенный миръ,
и мильярды, употребляемые нынѣ на содержаніе мильйонныхъ сухопутныхъ армій съ броненосными флотами, пойдутъ. на просвѣщеніе народовъ, остановятъ страшное

развитіе европейскаго нролетаріата, разрѣшатъ рабочій
и другіе грозные соціальные вопросы, потому что эти
мильярды дадутъ средство для правильной и широко
организованной свободной внѣевронейской колонизаціонной системы. Словомъ, всѣ вредныя, гибельныя міазмы,
такъ давно уже накопившіяся на западноевропейски»
континентѣ, вслѣдствіе чрезмѣрнаго и скученнаго населенія его и совершеннаго недостатка свободной земли,
разсѣятся и разойдутся, сквозь широко открытый Росшей двери, но всѣмъ морямъ и странамъ свѣта. Такимъ
образомъ, Россія откроетъ совершенно другую систему
«накопленія національныхъ богатствъ» — свободную и
невозбранно-доступную для всѣхъ странъ и народовъ,
и сама Англія; избавившись, наконецъ, отъ своей постыдной торгашеской системы всеобщей эксплуатаціи,
найдетъ въ этой новой русской системѣ неизсякаемый
чистый источникъ для своего собственнаго преуспѣянія,
вполнѣ безупречнаго, никого неисключающаго и никого
нестѣсняюіцаго...
Вотъ великія задачи, которыя назначено разрѣшить
Россіи вмѣстѣ съ разрѣшеніемъ восточнаго вопроса. И
мы привѣтствуемъ наше дорогое отечество съ великими
судьбами, къ которымъ призываешь его, для общаго
блага, этотъ великій вопросъ!..
19-го іюля 1877 г.

Прііложенія

*).

1) Трактате, заключенный въ Андріанополѣ, 2-го сентября 1829 года.
Во

имя

БОГА

ВСЕМОГУЩАЯ.

Его ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО, Всепресвѣтлѣйшій
Державпѣйшій, Великій ГОСУДАРЬ ИМІІЕРАТОРЪ и Самодержецъ Всероссійскій, и Его Величество, Всепресвѣтлѣйшій и Державнѣйшій, Великій Императоръ Оттоманскій, движимые равными желаніемъ положить конецъ
бѣдствіямъ войны и возстановить на прочномъ и незыблемомъ основаніи миръ, дружбу и доброе согласіе между'своими Державами, единодушно положили довѣрить
сіе спасительное дѣло смотрѣнію и руководству обоюдныхъ Уполномоченныхъ, а именно: Его ВЕЛИЧЕСТВО И М ПЕРАТОРЪ ВСЕРОССІЙСКІЙ, Сіятельнѣйшаго и Высокопревосходительнаго Графа Ивана Ивановича Дибича-Забалканскаго, и Его Величества Генералъ-Адъютанта, и проч.
который, по силѣ Высочайше дарованнаго ему полномочія, назначили и наименовали Полномочными отъ Императорская Госсійскаго Двора Сіятельныхъ и высоко* ) Помѣіцаемые здѣсь дипломатическіе акты мы заимствуемъ изъ
книги «Договоры Росеіи съ Востокомь политнческіе и торговые».
Собралъ и издалъ Т . Юзефевичъ. Спб. 1869.

почтешшхъ Господь: Графа Алексѣя Орлова, Его Имнераторскаго Величества Генералъ-Адъютанта, и проч., и
Графа Ѳедора Палена, Тайнаго Совѣтника и проч.; аЕго Величество Императоръ Оттоманскій Превосходительныхъ и Высокопочтенныхъ Господъ: Мехмедъ-Садикъ-Ефендія, Дѣйствительнаго Великаго Дефтердаря
Блистательной Порты Оттоманской, и Абдуль-КадиръБея, Кази-Аскера Анатолійскаго. Оные Полномочные, собравшись въ городѣ Адріанополѣ, по размѣгіѣ своихъ
иолномочій, постановили нигкеслѣдующія статьи:
Ст*І. Всякая вражда и несогласие, существовавшія доселѣ мезкду обѣими Имперіями, отныне прекращаются на
сушѣ и на моряхъ; и да будетъ на вѣки миръ, дружба
и доброе. согласіе между Его Величествомъ Императоромъ и Падишахомъ Всероссійскимъ и Его Величествомъ
Императоромъ и Падишахомъ Оттоманскимъ, Ихъ Наследниками и Преемниками, а также и между Ихъ Империями. Обе Высокія Договаривагощіяся Стороны будутъ
особенно пещись о нредупрежденіи всего, что могло бы
возродить непріязнь мезкду обоюдными подданными. One
исполнять въ точности все условія настоящаго мпрнаѵо
Договора, и будутъ равномерно наблюдать, чтобы оный
не былъ' отнюдь нарушаемъ ни прямымъ, ни косвеннымъ
образомъ.
Ст. П. Его Величество Императоръ и Падишахъ Всероссійскій, зкелая удостоверить Его Величество Императора и Падишаха Оттоманскаго въ искренности Своего друэкественнаго расположенія, возращаетъ Блистательной Порте Княэкество Молдавію въ техъ границахъ,
какія оно имело до начатія войны, настоящимъ мирнымъ
Договоромъ прекращенной. — Его Императорское Величество также возвращаете Княжество Валахію и Краіов-

скій Банадъ безъ всякаго изъятія, Вулгарію и землю
Добридже отъ Дуная до моря и купно съ темъ Силистрію, Гирсово, Мачинъ, Исакчу, Тульчу, Бабадагъ, Базарджикъ, Варну, Ераводы и другіе города, местечки и
селенія, въ той земле состоящія, все пространство хребта
Балканскаго отъ Емине-Бурну до Казана, и все земли
отъ Балкана до моря, а также Селимно, Ямболи, Айдосъ,
Карнабатъ, Мисимврію, Анхіали, Бургаеъ, Снзополь,
Кирклисси, городъ Адріанополь, Люле-Бургасъ, наконецъ
все города, местечки и селенія, и вообще все мѣста,
занятия въ Румеліи Россійскими войсками
Ст. Ш. Границею мезкду обеими Имперіями, по ирезкнему, будетъ рѣка Прутъ, отъ самаго ея впаденія въ
Молдавію до соединенія съ Дунаемъ. Оттоле черта граничная долзкенствуетъ следовать теченію Дуная до впаденія Георгіевскаго гирла въ море, такъ, что все острова, образуемые различными рукавами сей реки, будутъ
принадлежать Россіи; правый же ея берегъ, но прежнему,
останется во владеніи Порты Оттоманской. Мезкду тѣмъ
постановляется, что оный правый берегъ, начиная съ
точки, где гирло Георгіевское отделяется отъ Сулинскаго, пребудете незаселеннымъ на разстояніи двухъ
часовъ пути отъ реки, и что на немъ не будетъ ііпкакихъ заведеній; а также и на остро вахъ, переходящпхъ
во владеніе Двора Россійскаго, не будетъ дозволено
устроивать никакихъ заведеній или укрепленій, кроме
карантинныхъ. Ііупеческимъ судамъ обеихъ Дерзкавъ
предоставляется свободное плаваніе но всему теченію
Дуная, разумея, что таковыя суда подъ флагомъ Оттоманскимъ могутъ невозбранно входить въ гирла Килійское п Сулинское, и что гирло Георгіевское остается
общимъ для военнаго и купеческаію флотовъ обеихъ

Имперій. Однакоже Россійскіе военные корабли не должны ходить вверхъ по Дунаю далѣе мѣста его соединенія съ Пру томъ.
Ст. ІУ. Грузія и Имеретія, Мингрелія, Гурія и многія другія Области Закавказскія съ давнихъ уже лѣтъ
присоединены на вѣчныя времена къ Россійской Пмперіи: сей Державѣ уступлены ташке трактатомъ, заключенными съ Персіею въ Туркменчаѣ 10-го Февраля
1828 года, Ханства Эриванское и Нахичеванское. А потому обѣ Высокія Договаривающіяся Стороны признали
необходимыми учредить между обоюдными владѣніями,
по всей помянутой чертѣ, границу опредѣлительную и
способную отвратить всякое недоразумѣніе на будущее
время. Равными образомъ приняли онѣ въ соображеніе
средства, могущія положить неодолимую преграду набѣгамъ и грабежамъ сопредѣльныхъ племени, доселѣ
столь часто нарушавпшхъ связи дружбы и добраго сосѣдства между обѣими Имперіями. Въ слѣдствіе сего
положено признавать отнынѣ границею между владѣніями въ Азіи Императорскаго Россійскаго Двора и
Блистательной Порты Оттоманской черту, которая, слѣдуя по нынѣшнему рубежу Гуріи отъ Чернаго моря,
восходить до границы Инеретіи, и оттуда въ прямѣйліемъ направленіи до точки, гдѣ граница Ахалцыхскаго
и Карсскаго Пашалыковъ соединяется съ Грузинскою,
*гакимъ образомъ, чтобы городъ Ахалцыхъ и крѣпость
Ахалкалаки остались на сѣверѣ отъ помянутой черты,
и въ разстояніи не ближе двухъ часовъ пути отъ оной.
Всѣ земли, лежащія на югъ и на западъ отъ вышесказанной граничной черты къ сторонѣ Карсскаго и
Трапезундскаго Пашалыковъ съ большего частію Ахалцыхскаго Пашалыка* останутся въ вѣчномъ владѣніи

Блистательной Порты; земли же, лежащія на сѣверъ
и на востокъ отъ оной черты къ сторонѣ Грузіи, Имеретіи и Гуріи, а равно и весь берегъ Чернаго моря
отъ устья Кубани до пристани Св. Николая включительно, пребудутъ въ вѣчномъ владѣніи Россійской
Пмперіи.
Въ слѣдствіе того, Императорскій Россійскій Дворъ.
отдаетъ и возвращаете Блистательной Портѣ остальную часть Пашалыка Ахалцыхскаго, городъ Карсъ съ
его Пашалыкомъ, городъ Баязидъ съ его Пашалыкомъ,
городъ Арзерумъ съ его Пашалыкомъ, а также и всѣ
мѣста, занятыя Россійскими войсками и находящіяся
внѣ выше показанной черты.
Ст. Y. Поелику княжества Молдавское и Валахское
подчинили себя особыми капитуляціями верховной власти Блистательной Порты, и поелику Россія приняла
на себя ручательство въ ихъ благоденствіи, то нынѣ
сохраняются имъ всѣ права, преимущества и выгоды,
дарованныя въ тѣхъ капитуляціяхъ, или же въ договорахъ, между обоими Императорскими Дворами заключенныхъ, или наконецъ въ Хатти-Шерифахъ, въ разный времена изданныхъ. Посему опЫмъ княжествами
предоставляется свобода Богослуженія, совершенная
безопасность, народное независимое управлевіе и право
безпрепятственной торговли. Дополпительныя къ предшедшимъ договорами статьи, признанныя необходимыми для того, чтобы сіи Области непремѣнно воспользовались правами своими, изложены въ отдѣльномъ
Актѣ, который есть и будете почитаемъ равносильною
съ прочими частію настоящаго договора.
Ст. YI. Обстоятельства, послѣдовавшія за Аккерманскою конвенціею, не дозволили Блистательной Пор-

тѣ заняться немедленно приведеніеыъ въ дѣйство постановленій отдѣльнаго акта о Сербіи, приложеннаякъ У статьѣ той конвенціи; а потому Порта торжественнѣйшимъ образом* обязуется исполнить оныя
безъ малѣйшаго отлагательства, и со всею возможною
точностію, а именно: возвратить немедленно Сербіи
шесть округов*, отъ сей Области отторгнутых*, и таким* образом* навсегда обезпечить спокойствіе и благосостояніе вѣрнаго и покорнаго народа Сербская.
Утвержденный Хатти-Шерифомъ фирманъ, о приведены
въ дѣйство вышесказанных* постановлены, будет* издан* и офиціально сообщен* Императорскому Россійскому Двору въ теченіи одного мѣсяца со дня подписавія настояіцаго мирнаго договора.
Ст. УІІ. Россійскіе подданные будут* пользоваться
во всей Оттоманской Имперіи, на сушѣ и на морях*,
полного и совершенною свободою торговли, предоставленною имъ въ трактатах*, донынѣ между обѣими
Высокими договаривающимися Державами заключенных*.
Сія свобода торговли отнюдь не будет* нарушаема или
стѣсняема ни въ каком* случаѣ и ни подъ каким*
предлогом*, ни посредством* какихъ-либо запрещеній
или ограниченій, ни же по поводу какихъ-либо учрежденій и мѣръ, вводимых* по части внутренняго управленія или законодательства. Россійскіе подданные, ихъ
суда и товары, будут* ограждены отъ всякаго насилія
и притязанія: первые исключительно будут* состоять
подъ судебным* и полицейским* завѣдываніемъ Министра и Консулов* Россійскихъ; а суда Россійскія
не будут* подлежать никакому внутреннему досмотру
со стороны Оттоманских* властей, нп въ открытом*
морѣ, ни въ гаванях*, пристанях* или на рейдах*

Турецкой Имперіи; товары же всякаго рода, или припасы, Россійскимъ подданным* принадлежащее, по очищеніи установленною тарифами таможенного пошлиною,,
безпрепятственно могут* быть проданы, сложены наберегу въ магазины хозяев* или ихъ повѣренных*т
или перегружены на другое судно, какой бы то Державы ни было, такъ, что о сем* Россійскіе подданныег
не обязаны извѣщать мѣстныя Начальства, а еще менѣе испрашивать на то ихъ дозволенія. При том* постановляется, что сіи преимущества простираются и
на торговлю хлѣбомъ, вывозимым* из* Россіи, и къ
свободному провозу онаго никогда и ни подъ каким*
предлогом* не будет* дѣлаеыо затрудненій или помѣшательствъ.
Сверх* того, Блистательная Порта обязуется наблюдать тщательно, чтобы торговля, и особенно плаваніе
по Черному морю, не подвергались каким* либо препятствіямъ. На сей конец* она признает* и объявляетъ7
что ход* чрез* Константинопольскій канал* и Дарданельскій пролив* совершенно свободен* и открыт* дляРоссійскихъ судов* подъ купеческим* флагом*, съ грузом* или съ балластом*, имѣющихъ проходить изъ Чернаго моря въ Средиземное, или изъ Средиземнаго въ
Черное. Сіи суда, если токмо будут* купеческія, невзирая ни на величину ихъ, ни на количество ихъ
груза, не будут* подвергаться ни остановкѣ, ни притѣсненію, согласно съ тѣмъ, какъ выше постановлено.
Оба Императорскіе Двора войдут* между собою въ соглашеніе об* удобнѣйшихъ средствах* отвратить всякую медленность въ снабженіи судов* надлежащимивидами при ихъ отправленіи.
На сем* же

основаніи, и при собдюденіи тѣхъ

условій, какія постановлены для судовъ подъ Россій•екимъ флагомъ, ходъ чрезъ Константинопольскій каналъ и Дарданельскій проливъ объявляется свободнымъ
и открытымъ для купечесЕихъ судовъ и всѣхъ Державъ, состоящихъ въ дружбѣ съ Высокою Портою, будутъ ли оныя суда плыть въ Россійскія гавани, на
Черномъ морѣ лежащія,, или возвращаться оттуда съ
грузомъ или балластомъ.
Наконедъ Блистательная Порта, предоставляя Императорскому Россійскому Двору право пользоваться таковою совершенною свободою торговли и плаванія по
Черному морю, торжественно объявляетъ, что съ своей
стороны никогда и ни подъ какимъ предлогомъ не будетъ тому' противопоставлять ни малѣйшей препоны.
Порта особенно обѣщаетъ впредь никогда не задерживать или останавливать суда съ грузомъ или балластомъ, принадлежащая какъ Россіи, такъ и другимъ
Держа вамъ, съ коими Оттоманская Имперія не состоитъ
во объявленной войнѣ, когда оныя проходить будутъ
чрезъ Константинопольскій каналъ, или Дарданельскій
проливъ, изъ Чернаго моря въ Средиземное, или же
изъ Средиземнаго въ Россійскія Черноморскія гавани.
И если (отчего Боже сохрани) которое либо изъ содержащихся въ сей статьѣ постановленій будетъ нарушено, и на представленіе о семъ Россійскаго Министра
не послѣдуетъ совершеннаго и скораго удовлетворена,
то Блистательная Порта предварительно признаетъ,
что Императорскій Россійскій Дворъ имѣетъ право принять таковое нарушеніе за непріязненное дѣйствіе, и
и немедленно поступить въ отношеніи къ Бмперіи
Оттоманской по праву возмездій.
Ст. У Ш . Постановленія, учиненаыя

предъ симъ въ

У Г статьѣ Аккерманской конвенціи, касательно опредѣленія и удовлетворенія требованій взаимныхъ подданныхъ о вознагражденіи за потери, въ разныя времена понесенныя съ войны 1806 года, доселѣ не были
приведены въ исполненіе, и Россійское купечество, по
заключеніи вышеписанной конвенціи, претерпѣло еща
новые значительные убытки въ слѣдствіе мѣръ, принятыхъ относительно плаванія по Босфору. Почему
нынѣ признано и положено, что Порта Оттбманская,
въ вознагражденіе за означенные убытки и потери,,
заплатить Императорскому Россійскому Двору, въ теченіи 18 мѣсяцевъ и въ сроки, кои въ слѣдъ за симъ
имѣютъ быть опредѣлены, одинъ милліонъ пять сотъ
тысячъ голландскихъ червонцевъ съ тѣмъ, что уплатасей суммы положить конецъ всѣмъ взаимнымъ обѣихъ
договаривающихся Сторонъ требованіямъ и домогательствамъ по поводу помянутыхъ выше обстоятельствъ.
Ст. I X . Поелику продолженіе войны, которой настоящимъ мирнымъ договоромъ полагается благополучный
конецъ, причинило Императорскому Россійскому Двору
значительныя издержки; то Блистательная Порта признаетъ необходимымъ доставить сему Двору приличноеза то вознагражденіе.—А потому, сверхъ сказанной въ
IY статьѣ уступки неболыпаго участка земли въ Азіи,
которую Дворъ Россійскій соглашается принять въ счетъ
упомянутаго вознагражденія, Блистательная Порта обязуется еще заплатить оному сумму денегъ, какая опредѣлена будетъ съ обоюднаго согласія.
Ст. X. Блистательная Порта, объявляя, что она совершенно согласна на постановленія договора, заключеннаго въ Лондонѣ 24' Іюня (6 Іюля) 1827 года между
Россіею, Великобритапіею и Франціею, приступаетъ

равномѣрно и къ тому акту, который, по взаимному
согласію оныхъ Державъ, состоялся 10 (22) Марта
1829 года, на основаніи упомянутая договора, и содержит* въ себѣ подробное изложеніе мѣръ, относящихся до окончательная яриведенія оная въ дѣйствіе.
Немедленно, по размѣнѣ ратификацій настоящаго мирнаго договора, Блистательная Порта назначит* Уполномоченных* для соглашенія съ Полномочными Дворов*
Императорская Россійскаго, а также Англійскаго и
Французская, о приведены въ исполненіе помянутых*
мѣръ и постановлен^.
Ст. X I . Въ слѣдъ зa подписаніемъ настоящаго мирн а я договора между обоими Имперіями и по размѣнѣ
ратификацій обоих* Государей, Блистательная Порта
немедленно приступит* къ скорому и точному исполненію содержащихся въ оном* постановленій, а именно: статей III и IY, относительно границ*, долженствующих* раздѣлять обѣ Имперіи въ Европѣ и въ
Азіи, и статей У и УІ, касательно Княжеств* Молдавіи и Валахіи, равно какъ и Сербы, и коль скоро сіи
различныя статьи признаны будут* исполненными: то
Императорскій Россійскій Двор* приступит* къ выводу
войск* своих* изъ владѣній Имперіи Оттоманской,
согласно съ начертанными въ отдѣльномъ актѣ основаніями, составляющими равносильную съ прочими
часть настоящаго мирная договора. До совершеннаго
же очищенія занятых* земель, управленіе и порядок*,
кои там* нынѣ введены подъ вліяніемъ Императорс к а я Россійскаго Двора, останутся въ своей силѣ, и
Блистательная Порта Оттоманская отнюдь не будет*
и* то вмѣшиваться.
Ст. XII. Немедленно, послѣ подаисанія настоящаго

мирная договора, дано будет* Начальникам* обоюдных* войск* повелѣніе, прекратить на сушѣ и на морях* военныя дѣйствія. Тѣ же дѣйствія ихъ, кои последуют* по подписаны настоящаго договора, будут*
почтены какъ бы не случившимися, и не причинят*
никакой перемѣны въ постановленіяхъ, содержащихся
въ оном*. Равным* образом* все, что въ сей промежуток* времени будет* завоевано войсками той или другой изъ Высоких* договаривающихся Державъ, будет*
возвращено безъ ыалѣйшаго отлагательства.
Ст. X I I I . Высокія договаривающіяся Державы, возобновляя между собою союз* искрения го дружества, даруют* общее нрощеніе и совершенную амниетію всѣмъ
своим*, какого бы званія они ни были, подданным*,
которые въ продолженіе войны, нынѣ благополучно
прекращенной, принимали участіе въ военных* дѣйсгвіяхъ, или обнаруживали поведеніемъ или мнѣніями
своими приверженность къ которой либо изъ двух*
договаривающихся Державъ. А потому, никто изъ таковых* лицъ, за прежніе поступки свои, не подвергнется безпокойству или преслѣдованіямъ въ отношеніи
ни къ личности, ни къ имуществу; но каждому изъ
них* предоставляется право, снова вступив* во владѣиіе прежнею своею собственности, спокойно, подъ покровительством* законов*, пользоваться оною; или, не
опасаясь никаких* притязаній и притѣсненій, продать
оную въ теченіи осьмнадцати мѣсяцевъ, если пожелает*
переселиться съ своим* семейством* и движимым* имуществом* въ другую сгорону но е я избранію.—Сверх*
того, обоюдным* подданным*, жительствующим*, въ
Областях*, возвращаемых* Высокой Портѣ или уступаемых* Императорскому Россійскому Двору, дается

также 18-ти мѣсячный срокъ, считая отъ размѣна ратификацій настоящаго мирнаго договора, дабы они,
если признаютъ нужными, могли сдѣлать распоряжевіе
касательно собственности, ими пріобрѣтенной до войны, или послѣ оной, и перейти съ своими капиталами
и движимыми имуществомъ во владѣнія той или другой изъ Договаривающихся Державъ.
Ст. X I Y . Всѣ находящіеся въ обѣихъ Имперіяхъ военноплѣнные, какого бы они ни были народа, званія
или пола, немедленно, по размѣаѣ ратификацій настоящаго мирнаго договора, должны быть выданы и возвращены безъ малѣйшаго выкупа или платы.—Изъ сего
исключаются Христіане, добровольно принявшіе въ 0 6 ластяхъ Блистательной Порты Магометанское вѣроисповѣданіе, и Магометане, также добровольно принявшіе
вѣру Христіанскую въ предѣлахъ Россійской Имперіи.
Такими же образомъ будетъ поступлено и съ тѣми
Российскими подданными, кои по подписаніи настоящаго мирнаго договора, по какому либо случаю попали
въ плѣнъ и находятся въ Областяхъ Блистательной
Порты. Императорскій Россійскій дворъ тоже самое
обѣщаетъ исполнить въ отношеніи къ подданными Блистательной Порты.
За суммы, кои употреблены на содержаніе плѣнныхъ
обѣими договаривающимися Сторонами, не будетъ требовано никакого платежа. Отъ каждой Державы они
будутъ снабжены всѣмъ нужными на путевыя издержки
до границы, гдѣ и будутъ размѣнены обоюдными Коммисарами.
Ст. X Y . Всѣ договоры, вонвенціи и постановлевія,
состоявшіяся и заключенныя въ разныя времена между
Пмператорскимъ Россійскимъ Дворомъ и Блистательною

Портого Оттоманскою, за исключеніемъ статей, отмѣненныхъ настоящими мирными договоромъ, подтверждаются во всей своей силѣ и пространствѣ, и обѣ Выс о т а договаривающіяся Стороны обязуются хранить
оныя свято и ненарушимо.
Ст. X Y I . Настоящій мирный договори будетъ ратификованъ обоими Высокими договаривающимися Дворами, и размѣнъ ратификацій между ихъ Полномочными послѣдуетъ чрезъ шесть недѣль, или, буде возможно, и прежде.
Настоящій мирный актъ, который содержите въ себѣ 16 статей, и который будетъ окончательно утвержденъ размѣномъ обоюдныхъ ратификацій въ постановленный срокъ, мы, по силѣ нашихъ полномочій, подписали, печати наши приложили и размѣняли оный
на другой подобный, который подписали вышеупомянутые Полномочные Блистательной Порты Оттоманской
и приложили къ оному спои печати. Въ Адріанополѣ,
Сентября 2 дня 1829 года.
ОТДѢЛЬНЫЙ
АДРІАНОПОЛЪ,
для

АКТЪ

ТРАКТАТА,

ОБЪ

УТВЕРЖДЕНІИ

КНЯЖЕЖСТВЪ
Во

ЗАКЛЮЧЕННАГО

МОЛДАВІИ

ИМЯ' Б О Г А

ВЪ

НРЕИМУЩЕСТВЪ
и

ВАЛАХІИ.

ВСЕМОГУЩАГО.

Обѣ Высокія договаривающіяся Державы, подтверждая все постановленное отдѣльнымъ актомъ Акверманской конвенціи, касательно избранія Господарей Молдавіи и Валахіи, признали необходимыми дать управленію сихъ областей прочнѣйшее основаніе и наиболѣе
соотвѣтствуюіцее настоящими пользами оныхъ. На сей
конецъ согласились и положили, чтобъ время правле11

нія Господарей не ограничивалось, какъ прежде, семилѣтнимъ срокомъ; но чтобъ они впредь возводимы были
въ сіе званіе на всю жизнь ихъ, исключая случаи добровольная отреченія ихъ, или отрѣшенія за преступлевія, о коихъ увомянуто въ вышеозначевномъ отдѣльноыъ Аккермавскомъ актѣ.
Господарямъ предоставляется власть постановлять
все, относящееся до внутреннихъ дѣлъ въ Княжествахъ, по совѣщанію съ Диванами, не нарушая однако
же ни въ чемъ правъ, дарованныхъ симъ двумъ 06ластямъ Трактатами или Хатти-Шерифами, и въ управленіи семъ не будутъ они затрудняемы какими либо
повелѣніями, противными симъ правамъ.
Блистательная Порта обѣщаетъ и обязуется строго
наблюдать, дабы права и преимущества, дарованныя
Молдавіи и Валахіи, не были никакимъ образомъ нарушаемы пограничными ея Начальствами, и дабы они,
ни подъ какимъ предлогомъ, не вмѣшивались въ дѣла
того или другая Княжества, воспрещая притомъ жителямъ правая берега Дуная дѣлать какое либо вторженіе на земли Молдавскія и Валахскія— Всѣ острова,
прилегающіе къ правому берегу Дуная, будутъ составлять нераздѣльную часть сихъ земель и стержень
(тальвегъ) сей рѣки, начиная отъ втеченія оной въ
Оттоманскія владѣнія до соедпненія ея съ Прутомъ,
будетъ границею обоихъ Княжествъ. Для вящшаго
обезпеченія неприкосновенности земель Молдавскихъ и
Валахскихъ, Блистательная Порта обязуется не оставлять за собою на лѣвомъ берегѣ Дуная никакого у с и ленная мѣста и не дозволять Мусульманскимъ своимъ
подданнымъ имѣть какія-либо на ономъ заведенія, Въ
слѣдствіе сего постановлено за непремѣнное, чтобы на

пространствѣ всего того берега, въ Большой и Малой
Валахіи, равно какъ и въ Молдавіи, ни одинъ Магометанинъ никогда не имѣлъ жительства, и чтобы туда,
допускаемы были съ надлежащими фирманами одни
купцы, которые прибудутъ для покупки въ Княжествахъ,
на собственный свой счетъ припасовъ, нужныхъ для
Константинополя, или другихъ предметовъ.
Турецкіе города,, находящееся на лѣвомъ берегѣ
Дуная, съ принадлежащими къ нимъ округами (райями), будутъ возвращены Валахіи и навсегда присоединены къ сему Княжеству; a укрѣпленія, доселѣ существующія на пространствѣ того берега, никогда не
должны быть возобновляемы. Мусульмане, владѣющіе
не насильственно пріобрѣтенными отъ частныхъ лицъ
недвижимыми имѣніями, въ самыхъ ли тѣхъ городахъ,
или въ какомъ либо другомъ мѣстѣ на лѣвомъ берегѣ
Дуная, обязаны продать оныя природнымъ жителямъ
того края, въ теченіи осьмнадцати мѣсяцевъ.
Правительство обоихъ Княжествъ, по силѣ правъ ц
преимуществъ независимаго внѵтренняго управленія,
можетъ, для охраненія обществепнаго здравія, проводить цѣпи и учреждать карантины вдоль по Дунаю и въ
другихъ внутри земли мѣстахъ, гдѣ потребуешь того
надобность, такъ, что иностранцы, какъ Мусульмане,
такъ и Христіане, при въѣздѣ въ предѣлы Княжествъ,
не должны уклоняться отъ строгаго соблюденія карантинныхъ правилъ. Для службы по содержанію карантиновъ, охраненію безопасности границъ, соблюденію добраго порядка въ городахъ и селеніяхъ и исполненію
законовъ и уставовъ, Правительству каждаго Княжества
предоставляется право имѣть вооруженную стражу, въ
такомъ числѣ, какое необходимо будетъ для всѣхъ опи'

И:

санныхъ иредметовъ. Число и содержаніе сего Земскаго
войска будетъ опредѣлено Господарями, съ согласія
ихъ Дивановъ, сообразно съ древними примѣрами.
Блистательная Порта Оттоманская, искренно желая
доставить Княжествамъ всевозможное благосостояніе, и
удостовѣрясь въ злоупотребленіяхъ и притѣсненіяхъ,
происходившихъ при сборѣ различныхъ запасовъ для
продовольствія Константинополя и крѣпостей, лежащихъ
на Дунаѣ, равно какъ и для потребностей арсенала,
нынѣ совершенно отказывается отъ таковаго права. А
потому Валахія и Молдавія навсегда будутъ освобождены отъ поставки хлѣба и другихъ припасовъ, овецъ
и строеваго лѣса, что до сего времени Княжества обязаны были доставлять. Равнымъ образомъ Порта ни въ
какомъ случаѣ не будетъ требовать отъ сихъ Княжествъ ни рабочихъ для крѣпостей, ни же другихъ,
какого бы то рода ни было, земскихъ нарядовъ. Въ
вознагражденье же ущерба, который можетъ послѣдовать для Султанской казны отъ таковаго совершеннаго
отреченія отъ ея правъ, Молдавія и Валахія, сверхъ
ежегодной подати, которую Княжества обязаны платить Блистательной Портѣ, подъ наименованіями Харана, Идіс и Рскіабіе (на основаніи Хатти-ПІерифовъ
1802 года) будутъ вносить ежегодно Блистательной
Портѣ каждое такую сумму денегъ, которая въ слѣдъ
за симъ съ общаго согласія опредѣлена будетъ. Сверхъ
того, при каждой перемѣнѣ Господарей, по случаю ихъ
кончины, отреченія или законнаго отрѣшенія, Княжество обязано будетъ, когда то послѣдуетъ, заплатить
Блистательной Портѣ сумму, равную ежегодной подати,
постановленной съ Области Хатти-Шерифами.
Кромѣ сихъ суммъ, не будетъ никогда требуемо ни

отъ Княжествъ, ни отъ Господарей, никакой другой
подати, повинности, или даровъ, подъ какимъ бы то
предлогомъ ни было.
Въ силу упомянутаго постановленія объ уничтоженіи
вышеописанныхъ повиностей, жители того и другаго
Княжества будутъ пользоваться совершенною (опредѣленною отдѣльнымъ актомъ Аккерманской конвенціи)
свободою торговать произведеніями своей земли и промышленности, безъ всякихъ ограниченій, исключая тѣ,
кои Господари, съ согласія своихъ Дивановъ, признаютъ необходимымъ постановить для обезпеченія продовольстія края. Жителямъ сихъ Княжествъ предоставяется право свободно плавать по Дунаю на собственныхъ своихъ судахъ, съ паспортами своего Правительства, и производить торговлю въ другихъ городахъ или гаваняхъ Блистательной Порты, не подвергаясь никакимъ со стороны сборщиковъ Харача притязаніямъ, или другимъ какимъ-либо притѣсненіямъ.
Равнымъ образомъ Блистательная Порта, принимая
въ уваженіе всѣ претерпѣнныя Молдавіею и Валахіею
бѣдствія, и будучи движима особеннымъ чувствомъ человѣколюбія, соглашается освободить па два года жителей сихъ Княжествъ отъ платезка ежегодныхъ податей, кои они обязаны вносить въ ея казну, считая со
дня совершеннаго выстуггленія Россійскихъ войскъ изъ
Княжествъ.
Наконецъ Блистательная Порта, желая обезпечить
всѣми мѣрами будущее благосостояніе Молдавіи и Валахіи, торжественно обязывается утвердить учрежденія,
касающіяся до управленія Княжествъ, и начертанныя,
согласно съ желаніемъ изъявленнымъ собраніями почетнѣйшихъ обитателей края, во время занятія Кня-

жествъ войсками Императорская Россійскаго Двора. Сіи
учрежденія должны на будущее время служить основаніемъ по управленію Княжеств*, поколику оныя не
будут* противны правам* верховной власти Блистательной Порты.
Для сего мы нижеподпиеавшіеся, Полномочные Е я
Величества Императора и Пади-Шаха всея Россіи, ne
согласію съ полномочными Блистательной Порты Оттоманской, постановили и заключили о Молдавіи и Валахіи вышеозначенный условія, какъ слѣдствія У статьи
мирная договора, подписанная нами и Оттоманскими
Полномочными въ Аріанополѣ. А потому сей отдѣльный
акт* составлен*, утвержден* нашими подписями и печатями и вручен* Полномочным* Блистательной Порты.
В ъ Адріанополѣ, Сентября 2 дня 1829 года.
2) Трактат*, заключенный въ Ункяръ-Искелесси,
2 6 Ьоня 1833 г.
Во

имя

БОГА

ВСЕМОГУЩАГО.

Его Им ПЕР AI орскоЕ ВЕЛИЧЕСТВО, Всепресвѣтлѣйшій,
Державвѣйшій, Великій Государь Император* и Самодержец* Всероссійскій и Его Величество Всепресвѣтлѣйшій и Державиѣйшій Великій Император* Оттоманскій, движимые равнимъ искренним* желаніемъ
сохранить мир* и доброе согласіе благополучно установленные между обѣими Державами, положили усилить
и упрочить совершенную дружбу и полную довѣренность, которая существует* между Ими, заключеніемъ
союзнаго оборовительнаго договора.
Для сего Ихъ Величества избрали и назначили обоюдных* Полномочных*, а именно: Его Величество Им-

ператоръ Всероссійскій Превосходительных* и Высокопочтенных*: Графа Алексѣя Орлова, чрезвычайнаго
Посла Его Величества при Блистательной Портѣ Оттоманской и проч. и Аполинарія Бутенева, чрезвычайнаго Посланника и Полномочная Министра Его Императорская Величества при Блистательной Портѣ Оттоманской и проч.; а Его Величество Султан* Оттоманскій: знаменитаго и превосходите л ьнаго, первѣйшаго
изъ Визирей Его Величества, Хосревъ-Мегмедъ-Пашу,
Сераскира, главнокоыандующаго линейными регулярными войсками и Генералъ-Губернатора Константинопольская, имѣющаго почетный знак* алмазами украшенный, и Превосходительных* и Высокопочтенныхъ:
ФевзиАхметъ-Пашу, Мушира и Командующая Гвардіею
Его Величества, имѣющаго почетный знак* украшенный алмазами, и Хаджи-Мегмедъ-Акифъ-Ефендія, нынѣ
Рейеъ-Ефендія, имѣющаго равномѣрно почетный знак*
алмазами украшенный,—
Которые по размѣнѣ своих* Полномочій, найденных*
въ доброй и надлежащей формѣ, постановили яижеслѣдующія статьи:
Ст. I. Мир*, дружба и союз* будет* на вѣки существовать между Его Величеством* Императором* Всероссійскимъ и Его Величеством* Императором* Оттоманским*, между Державами Ихъ и между Ихъ подданными, какъ на твердой землѣ, такъ и на водах*.
Поелику сей Союз* имѣетъ единственно цѣлью взаимную защиту Ихъ Государств* противъ всякаго покушенія, то Ихъ Величества обѣщаготъ согласоваться
откровенно касательно всѣхъ предметов*, которые относятся до Ихъ обоюдная спокойства и безопасности

и на сей конецъ подавать взаимную существенную помощь и самое дѣйствительное подкрѣпленіе.
Ст. II. Мирный трактате, заключенный въ Адріанополѣ, 2 Сентября 1829 года, равно какъ и всѣ прочіе
трактаты въ ономъ упомянутые, а также Конвенція,
подписанная въ С.-Петербургѣ 14 Апрѣля, 1830 года
и уговоръ, состоявшийся въ Константинополѣ 9 (21)
Іюля 1832 года относительно Греціи, — подтверждены
во всей ихъ полнотѣ настоящими союзными оборонительными договоромъ, такъ точно какъ если бы означенные акты были включены въ ономъ отъ слова до
слова.
Ст. III. Сообразно правилами охраненія и взаимной
защиты, которыя служатъ основаніемъ настоящему союзному договору, и въ елѣдствіе искреннѣйшаго желанія обезпечить существованіе, сохраненіе и полную независимость Блистательной Порты, Его Величество Императоръ Всероесійскій, въ случаѣ, если бы представились обстоятельства, могущія снова побудить Блистательную Порту требовать отъ Роесіи воинской и морской
помощи, хотя сіе Богу соизволяющу, вовсе не предвидится, обѣіцаетъ снабжать сухимъ путемъ и моремъ такими количествомъ войскъ и силъ, какое обѣ Высокія
договаривающіяся Стороны признаютъ нужными. А потому постановлено, что въ такомъ случаѣ сухопутныя
и морскія силы, которыя Блистательная Порта потребуете для своей защиты, будутъ готовы въ ея распоряженіе.
Ст. IY. На основаніи вышесказаннаго, въ случаѣ если
одна изъ двухъ Державъ потребуетъ отъ другой помощи, то одни токмо расходы по предмету продовольствія
отряженныхъ на сей конецъ сухопутныхъ и морскихъ

силъ, будутъ отнесены па счете той Державы, которая
требовала вепомоществованія.
Ст. Y. Хотя обѣ Высокія договаривающіяся Стороны
имѣютъ чистосердечное намѣреніе, дабы сіе взаимное
обязательство сохранило силу до отдаленнѣйшаго времени; но какъ въ послѣдствіи обстоятельства могутъ
потребовать нѣкоторыхъ измѣненій въ настоящемъ договорѣ, то постановлено опредѣлить срокъ дѣйствію
онаго на восемь лѣтъ, считая со дня размѣна Пиператорскихъ ратификацій. Обѣ стороны до истеченія
означеннаго срока войдутъ во взаимные переговоры
относительно возобновленія сего Трактата сообразно
положенію дѣлъ того времени.
Ст. VI. Настоящій союзный оборонительный договори
имѣетъ быть ратификованъ обѣими Высокими договаравающимися сторонами и размѣнъ ратификацій послѣдуетъ въ Костантинополѣ чрезъ, два мѣсяца или и
прежде, буде можно.
Настоящій'акте, который содержитъ въ себѣ шесть
статей и который будетъ окончательно увержденъ размѣномъ обоюдныхъ ратификацій, мы, по силѣ данныхъ
намъ полмомочій подписали, укрѣпили приложеніеыъ
нашихъ печатей, и вручили, въ размѣнъ другаго подобнаго же, Полномочными Блистательной Порты Оттоманской. Въ Константинополѣ, Іюня 26 дня, 1833
года.
ОТДѢЛЬНАЯ

И СЕКРЕТНАЯ

СТАТЬЯ.

По силѣ одного изъ условными пунктовъ статьи 1-й
лвнаго союзнаго оборонительнаго договора, заключеннаго
между Россійскимъ Императорскими Дворомъ и Блистательною Портою, обѣ Высокія договаривающіяся

Стороны обязаны подавать взаимно существенную помощь и самое дѣйствительное подкрѣпленіе для безопасности обоюдныхъ ихъ Державъ. Однако, поелику
Его Величество Императоръ Всероссійскій, желая освободить Блистательную Порту Оттоманскую отъ тягости
и неудобетвъ, которыя произошли бы для нея отъ доставленія существенной помощи, не будетъ требовать
таковой помощи въ случаѣ если бы обстоятельства поставили Блистательную Порту въ обязанность подавать
оную, то Блистательная Порта Оттоманская, въ замѣнъ
помощи, которую она въ случаѣ нужды обязаца подавать, по силѣ правилъ взаимности явнаго договора,
должна будетъ ограничить дѣйствія свои въ пользу
Императорскаго Россійскаго Двора закрытіемъ Дарданельскаго пролива, то есть не дозволять никакимъ иностраннымъ военнымъ кораблямъ входить въ оный подъ
какимъ бы то ни было предлогомъ.
Настоящая отдѣльная и секретная статья будетъ
имѣть равную силу, какъ если бы она была включена
отъ слова до слова въ союзный Договоръ, сего числа
заключенный. Въ Константинополѣ, Іюня 26 дня, 1833
года.
3) Конвѳнція, заключенная въ Лондонѣ, 3 (15) Іюля
1840 года.
Во

имя

БОГА

МИЛОСЕРДАГО.

Такъ какъ Его Величество Султанъ обратился къ
Ихъ Величествамъ Императору Всероссійскому, Императору Австрійскому, Королю Венгерскому и Богемскому,
Королевѣ Ссединеннаго Королевства Великобританій и
Нрландіи, и Королю Прусскому, съ просьбою о помощи

и пособіи съ Пхъ стороны среди затрудненій, въ корня Онъ поставленъ вслѣдствіе враждебныхъ дѣйствій
Мегемета-Али, Паши Египетскаго, затрудненій угрожающихъ цѣлости Имперіи Оттоманской и независимости Султанскаго Престола, то Пхъ Величества, движимые чувствомъ искренней дружбы, существующей
между Ими и Султаномъ; одушевляемые желаніемъ наблюдать за поддержаніемъ цѣлости и независимости
Пмперіи Оттоманской, въ интересѣ укрѣпленія мира
въ Европѣ; вѣрные обязательству на себя принятому
Ими коллективною нотою переданною Портѣ Ихъ представителями въ Константинопо>лѣ 15 (27) Поля 1839 г.,
и сверхъ того желая предупредить кровопролитіе, которое причинилоеь бы продолженіемъ непріязпеныхъ
дѣйствій, недавно возникшихъ въ Сиріи между властями Египетскаго Паши и подданными Его Султанскаго
Величества; положили въ виду вышеозначеннаго заключить съ Его Величествомъ Султаномъ конвенцію, и на
сей конецъ назначили своими Уполномоченными:
Его ВЕЛИЧЕСТВО ИМПЕРАТОРЪ ВСЕРОССІЙСКІЙ: Барона
Филиппа Бруннова, Своего Чрезвычайнаго Посланника и
Полномочна™ Министра при Ея Британскомъ Величествѣ
и проч.,Его Величество Императоръ Австрійскій, Король
Венгерскій и Богемскій: Барона Филиппа Неймана,
своего надворнаго совѣтникн и Уполномоченнаго при
Е я Британскомъ Величествѣ и проч., Е я Величество
Королева Соединенна™ Королевства Великобританіи и
Ирландіи: высокопочтеннаго Виконта Генриха Іоанна
Пальмерстона, барона Тема ль, Главнаго Статсъ-Секретаря Е я Величества по Департаменту Иностранныхъ
Дѣлъ и проч., Его Величество Король Прусскій: барона
Генриха Вильгельма фонъ Бюлова, Своего Чрезвычай-

наго Посланника и Полномочна™ Министра при Ея
Британскомъ Величеетвѣ и проч, и Его Величество
Пресвѣтлѣйшій, Державнѣйшій и Великолѣпнѣйшій Султанъ Абдулъ-Меджидъ, Императоръ Оттоманскій: Хекиба Еффенди, Своего Чрезвычайнаго Посла при Е я
Британскомъ Беличествѣ и проч.
Оные полномочные по взаимномъ сообщеніи своихъ
полномочій, найденныхъ въ надлежащей и должной
формѣ, постановили и подписали слѣдующія статьи:
Ст. I. Такъ какъ Его Величество Султанъ вступилъ
въ соглашеніе съ Ихъ Величествами ИМПЕРАТОРОМЪ В С Е РОССІЙСЕИМЪ, Императоромъ Австрійскимъ, Королемъ Венгерскимъ и Богемскпмъ, Королевою Соединенна™ Королевства Великобританіи и Ирландіи и Королемъ Прусскимъ касательно условій уговора, который Его Величество намѣренъ даровать Мегемету-Али и означенныхъ
въ отдѣльномъ актѣ, при семъ приложенномъ, то Ихъ
Величества принимаютъ на себя обязательство дѣйствовать въ полномъ согласіи и соединить Ихъ усилія
къ побужденію Мегмета-Али сообразоваться съ этимъ
уговоромъ, при чемъ каждая изъ Высокихъ договаривающихся Сторонъ предоставляете себѣ содѣйствовать
этой цѣли по мѣрѣ средствъ Ею располагаемыхъ.
Ст. II. Если Паша Египетскій откажется приступить
къ вышеозначенному уговору, который будетъ ему сообщенъ Султаномъ при содѣйствіи другихъ договаривающихся сторонъ, то Ихъ Величества обѣщаютъ, по
предложенію Султана, принять между Ими условленный и постановленный мѣры для приведенія сего уговора- въ исполненіе. Между тѣмъ, вслѣдствіе приглашенія, сдѣланнаго Султаномъ Его Союзникамъ, присоединиться къ Нему для оказанія Ему помощи въ

пресѣченіи сообщенія моремъ между Египтомъ и Сиріей и для препятствованія пересылкѣ войскъ, лошадей, оружія, амуниціи и военныхъ припасовъ всякаго рода изъ одной изъ этихъ провинцій въ другую,
Пхъ Величества Императоръ Авртрійскій, Король Венгерскій и Богемскій, и Королева Соединеннаго Королевства Великобританіи и Ирландіи, обязуются немедленно дать нужныя для сего приказанія начальникамъ Ихъ
морскихъ силъ въ Средиземномъ морѣ; Ихъ Величества обѣщаютъ сверхъ того, что командиры Ихъ эскадръ
окажутъ во имя союзничества, по мѣрѣ располагаемыхъ
ими средствъ, всякую помощь и зависящее содѣйствіе
тѣмъ изъ подданныхъ Султана, кои проявятъ вѣрность
и покорность своему Государю.
Ст. ПІ. Если Мегеметъ-Али, отказавшись покориться
условіямъ вышеупомянутаго уговора, направить свои
сухопутныя или морскія силы на Константинополь, то
на сей случай Высокія договаривающіяся Стороны согласились, вслѣдствіе особеннаго требованія Султана,
которое онъ изъявить чрезъ Ихъ представителей въ
Константинополѣ, послѣдовать приглашенію этого Государя и содѣйствовать защитѣ его престола взаимно
установленными общими дѣйствіями, дабы защитить
отъ всякаго нападенія проливы Босфора и Дарданеллъ,
а равно и столицу Оттоманской Имперіи.
Сверхъ того условлено, что силы, кои, вслѣдствіе
таковаго соглашенія, получать вышеозначенное назначеніе пребудутъ тамъ лишь столько времени на сколько
ихъ присутствіе будетъ требоваться Султаномъ; и когда
Его Султанское Величество признаете ихъ пребываніе
лишеннымъ необходимости, то эти силы удалятся одновременно и войдутъ обратно въЧерное и Средиземное моря.

Ст. IV. При семъ постановляется именно, что означенное въ предъидущей статьѣ дѣйствіе сообща и. предназначаемое поставить временно проливы Дарданеллъ и
и Босфора и столицу Оттоманскую подъ защиту Высокихъ договаривающихся Сторонъ отъ всякаго нападенія Мегемета-Али, должно считаться лишь исключительною мѣрою, принятою въ единственномъ выіпеозначенномъ случаѣ, по особой просьбѣ Султана и
только для защищенія Его. А также договорено, что
эта мѣра нисколько не нарушите древняго правила
Оттоманской Пмперіи, по которому военными судами
иностранныхъ державъ всегда было возбраняемо входить въ проливы Дарданеллъ и Босфора.
П Султанъ съ одной стороны объявляетъ настоящими актомъ, что за исключеніемъ вышеозначенной
случайности, онъ имѣегъ твердую рѣшимость на будущее время неизмѣнно соблюдать это начало, какъ древнее правило Его Имперіи, и когда Порта будетъ находиться въ мирѣ не допускать никакого военнаго
иностраннаго судна въ проливы Босфора и Дарданеллъ:
съ другой стороны Ихъ Величества Пмператоръ Всероссійскій, Пмператоръ Австрійскій, Король Венгерскій и Богемскій, Королева Соединеннаго Королевства
Великобританіи и Ирландіи и Король Прусскій обѣщаютъ уважать это рѣшеніе Султана, и согласоваться
съ выше выраженнымъ началомъ.
Ст. V. Настоящая конвенція будетъ ратификована,
и ратификаціи размѣнены въ Лондонѣ въ теченіи двухъ
мѣсяцевъ, или ранѣе если возможно.
Въ свидѣтельство чего обоюдные уполномоченные
ее подписали и приложили гербовъ своихъ печати. В ъ
Лондонѣ 3 (15) Іюля лѣта 1840.

4) Трактате, заключенный въ Парижѣ, 18 (30) Марта
1856 года.
Во

имя

БОГА

ВСЕМОГУЩАГО.

Ихъ В Е Л И Ч Е С Т В А ПМПЕРАТОРЪ Всероссійскій, Пмператоръ Французовъ, Королева Соединеннаго Королевства
Велйкобританіи и Ирладіи, Король Сардинскій, и Пмператоръ Оттоманскіи, побуждаясь желаніемъ положить
конецъ бѣдствіямъ войны и съ тѣмъ вмѣстѣ предупредить возобновленіе давшихъ къ оной поводи недоразумѣній и затрудненій, рѣшились войти въ соглашеніе
съ Его Величествомъ Императоромъ Австрійскимъ касательно основаній для возстановленія и утвержденія
мира съ обезпеченіемъ цѣлости и независимости Империи Оттоманской взаимными дѣйствительнымъ ручательствомъ.
На сей конецъ Пхъ

ВЕЛИЧЕСТВА

назначили Своими

уполномоченными:
Его ВЕЛИЧЕСТВО ПМПЕРАТОРЪ Всероссійскій, Графа
Алексѣя Орлова, Своего Генералъ-Адъютанта, Генерала отъ кавалеріи и проч. и Барона Филиппа Бруннова, Своего Тайнаго Совѣтника, Чрезвычайнаго Посланника и Полномочнаго Министра при Германскомъ
Союзѣ и при Его Королевскомъ Высочеетвѣ Великомъ
Герцогѣ Гессенскомъ, и проч.; Его Величество Пмператоръ Австрійскій, Графа Карла Фердинанда Буоль
Шауенштейна, Министра Пмператорскаго Двора и Пностранныхъ Дѣлъ, и Барона Іосифа Александра ФонъГюбнера, Своего Чрезвычайнаго Посланника и Полномочнаго Министра при Французскомъ Дворѣ; Его Величество Пмператоръ Французовъ, Графа Александра Ко-

лонна-Валевскаю,
Своего Министра Статсъ-Секретаря
Иностранных* Дѣлъ, и Барона Франциска Адольфа
Буркенэ, Своего Чрезвычайнаго Посланника и Полномочная Министра при Его Императорском* и Королевском* Апостолическом* Величествѣ; Ея Величество
Королева Соединеннаго Королевства Великобританш и
Ирландіи, почтеннѣйшаго Графа Георга Вильгельма
Фридерика Кларсндона, Барона Гей дъ-Гиндонъ, Г л а в н а я
Статсъ-Секретаря Ея Величества по Иностранным* дѣламъ и почтеннѣйшаго б а р о н а Генриха-Ричарда Карла
Коулея, Чрезвычайнаго и Полномочная Посла Ея Величества при Его Величествѣ Императорѣ Французов*;
Его Величество Король Сардинскій, Графа Камилла
Бензо Кавура, Предсѣдателя Совѣта Министров*, Своего Министра Статсъ-Секретаря по части Финансов*,
и Миркиза Сальватора де-Вилла-Марина, Своего Чрезвычайнаго Посланника и Полномочнаго Министра при
Французском* Дворѣ.
И Его Величество Император* Оттоманскій, Могаммедъ-Еминъ Аали-Пашу,
Верховнаго Визиря Оттоманской Имперіи, и Шеттткь-ДжемнлЬ'Вея,
Своего Чрезвычайнаго и Полномочнаго Посла при Е я Величествѣ
Императорѣ Французов*, акредитованнаго въ том* же
качествѣ при Королѣ Сардинском*; которые собрались
на конгресъ въ Парижѣ.
По счастливом* между ними соглашеніи Ихъ В Е Л И ЧЕСТВА И М П Е Р А Т О Р * Всероссійскій, Император* Австрійскій, Император* Французов*, Королева Соединеннаго
Королевства Великобританіи и Ирландіи, Король Сардинскій и Император* Оттоманскій, принимая въ соображеніе, что для пользы всей Европы надлежало пригласить Короля Прусскаго, подписавшаго конвенцш

1В го Поля 1841 года, къ участію и въ постановляемых* нынѣ условіяхъ, а равно признавая важность
содѣйствія Его въ дѣлѣ общая примиренія, предложили Его Величеству назначить на совѣщанія о том*
Своих* уполномоченных*. Въ слѣдствіе сего Его Величество Король Прусскій назначил* Своими Полномочными: Барона Оттона Ѳедора фонъ-Мантсйфел\
Президента Его Совѣта, Министра Иностранных* Дѣлъ, и
Графа Максимиліана Фридерика Карла Франца фон*
Гатцфелъдмъ-Вилъденбуріъ-Шенштеіінъ,
Своего Действительная Тайнаго Совѣтника, Чрезвычайнаго Посланника и Полномочнаго Министра при Французском*
Дворѣ.
Сіи полномочные, по размѣнѣ полномочій своих*,
найденных* въ надлежащем* порядкѣ, постановили
нижеслѣдующія статьи:
Ст. I. Со дня размѣна ратификацій настоящаго трактата, быть на вѣчныя времена миру и дружеству между
Его В Е Л И Ч Е С Т В О М * И М П Е Г А Т О Г О Ы * Всеросеійекимъ съ
одной, и Его Величеством* Императором* Французов*,
Ея Величеством* Королевою Соединеннаго Королевства.
Великобританіи и Ирландіи, Его Величеством* Королем* Сардинским* и Его Императорским* Величеством*
Султаном*—съ другой стороны, между Ихъ Насяѣдииками и Преемниками, Государствами и подданными.
Ст. II. В ъ слѣдствіе счастливаго возстановленія мира
между Ихъ Величествами, земли во время войны завоеванныя и занятыя Ихъ войсками будут* ими очищены.
О порядѣ выстѵпленія войск*, которое должно быть
учинено въ скорѣйшее по возможности время, постановлены будут* особыя условія.

Ст III Его В Е Л И Ч Е С Т В О И М П Е Г А Т О Г Ь Всероссійскш
обязуется возвратить Его Величеству Султану городъ
Карсь съ цитаделью онаго, а равно и прочія части
Оттоманскихъ владѣній, занинкемыя Россійскими вои" Т і Ѵ
Ихъ Величества Императоръ Французовъ,
Королева Соединеннаго Королевства Великобританіи и
Нрландіи, Король Сардинекій и Султанъ обязуются
возвратить Его В Е Л И Ч Е С Т В У ИМПЕРАТОРУ Всеросийскому
города и порты: Севастополь, Балаклаву, Камышъ, Евпаторию, Керчь-Еникале, Кинбурпъ, а равно и всѣ прочія мѣста, занимаемый союзными войсками.
Ст Y Ихъ В Е Л И Ч Е С Т В А ИМПЕРАТОРЪ Всероссійскш,
Императоръ Французовъ, Королева Соединеннаго Королевства Великобратаиіи и Ирландіи, Король СардинСКІЙ и Султанъ даруютъ полное проще ніе тѣмъ изъ
Ихъ подданныхъ, которые оказались виновными къ какомъ либо въ продолженіе воеиныхъ дѣйствій соучастш
съ непріятелемъ.
При семъ постановляется именно, что « е общее прощеніе бѵдетъ распространено и на тѣхъ подданныхъ
каждой изъ воевавшихъ державъ, которые во время
войны оставались въ службѣ другой изъ воевавшихъ
Державъ.
. Ст. YI. Военноплѣнные будутъ немедленно возвращены съ той и другой стороны.
Ст. YII. Его В Е Л И Ч Е С Т В О ИМПЕРАТОРЪ Всероссійскій,
Его Величество Императоръ Австрійскій, Его Величество Императоръ Французовъ, Е я Величество Королева Соединеннаго Королевства Великобританш и Ирландии, Его Величество Король Прусскій и Его Величество Король Сардинскін объявляютъ, что Блиста-

тельная Порта признается участвующею въ выгодахъ
общаго права и союза Державъ Европейскихъ. Ихъ
Величества обязуются каждый съ своей стороны уважать независимость и цѣлость Имперіи Оттоманской,
обезпечиваютъ совокупнымъ своимъ ручательствомъ точное соблюдете сего обязательства и въ слѣдствіе того
будутъ почитать всякое въ нарушеніе онаго дѣйствіе
вопросомъ касающимся общихъ правъ и пользы.
Ст. T i l l . Если между Блистательною Портою и одною или нѣсколькими изъ другихъ заключившихъ сей
Трактата Державъ возникнетъ какое либо несогласіе,
могущее угрожать сохраненію дружественныхъ между
ними сношеній, то и Блистательная Порта, и каждая
изъ сихъ Державъ, не прибѣгая къ употребленію силы,
пмѣютъ доставить другим» договаривающимся сторонамъ возможность предупредить всякое дальнѣйшее
столкновеніе, чрезъ свое посредничество.
Ст. I X . Его Императорское Величество Султанъ въ
по стоя нно мъ попеченіи о благѣ своихъ подданныхъ,
даровавъ фирманъ, коимъ улучшается участь ихъ безъ
различія по вѣроисповѣданіямъ или племенамъ, и утверждаются великодушныя намѣренія Его касательно Христіанскаго народонаселенія Его Имперіи, и желая дать
новое доказательство Своихъ въ семъ отношенш
чувствъ, рѣшился сообщить договаривающимся Державамъ означеннный, изданный по собственному Его побуждению, фирманъ.
Договаривающіяся Державы признаютъ высокую важность сего сообщенія, разумѣя при томъ, что оно ни
въ какомъ случаѣ не даетъ симъ Державамъ права
вмѣшиваться, совокупно или отдѣльно, въ отношеніи

Его Величества Султана къ Его подданными и во
внутреннее управленіе Имперіи Его:
Ст. X . Конвенція 13 Іюля 1841 года, коего постановлено соблюдете древняго правила Оттоманской
Имперіи относительно закрытія входа въ Босфоръ и
Дарданеллы, подвергнута новому съ общаго согласія
разсмотрѣнію.
Заключенный Высокими договаривающимися сторонами сообразный съ вышеозначеннымъ правиломъ актъ
прилагается къ настоящему Трактату, и будетъ имѣть
такую же силу и дѣйствіе, какъ еслибъ онъ составлялъ
неотдѣльную онаго часть.
Ст. XI. Черное море объявляется нейтральнымъ: открытый для торговаго мореплаванія всѣхъ народовъ
входъ въ порты и воды онаго формально и навсегда
воспрещается военнымъ судамъ, какъ прибрежнымъ,
такъ и всѣхъ прочихъ Державъ, съ тѣми токмо исклгоченіями, о коихъ постановляется въ статьяхъ XIV и X I X
настоящаго договора.
Ст. XII. Свободная отъ всякихъ препятствій торговля въ иортахъ и на водахъ Чернаго моря будетъ подчинена однимъ лишь карантиннымъ, таможеннымъ, полицейскимъ постановленіямъ, составленнымъ въ духѣ
благопріятвующемъ развитію сношеній торговыхъ.
Дабы пользамъ торговли и мореплаванія всѣхъ народовъ даровать все желаемое обезпеченіе, Россія и Блистательная Порта будутъ допускать Консуловъ въ порты свои на берегахъ Чернаго моря, согласно съ правилами международнаго права.
Ст. XIII. Въ елѣдствіе объявленія Чернаго моря нейтральнымъ на основаніи статьи X I , не можетъ быть
нужно содержание или учрежденіе военноморскихъ на

берегахъ онаго арееналовъ, какъ не вмѣющихъ уже
цѣли, а посему Его В Е Л И Ч Е С Т В О ИМПЕРАТОРЪ Всероссійскій
и Его Императорское Величество Султанъ обязуются .
не заводить и не оставлять на сихъ берегахъ никакого
военноморскаго арсенала.
Ст. XIV. Ихъ ВЕЛИЧЕСТВАМИ ИМПЕРАТОРОМЪ Всероссійскимъ и Султаномъ заключена особая конвенція, опредѣляющая число и силу легкихъ судовъ, которые Они
цредоставляютъ себѣ содержать въ Черномъ морѣ, для
нужныхъ по прибрежію распоряженій. Сія Конвенція
прилагается къ настоящему Трактату и будетъ имѣть
такую же силу и дѣйствіе какъ еслибъ она составляла
неотдѣльную его часть. Она не можетъ быть ни уничтожена, ни измѣнена безъ согласія Державъ, заключившихъ настоящій трактате. Ст. XV. Договаривающіяея стороны, съ взаимнаго
согласія, постановляютъ, что правила, опредѣленныя
актомъ Конгресса Вѣнскаго для судоходства по рѣкамъ
раздѣляющимъ разныя владѣнія или протекающимъ
чрезъ оныя, будутъ впредь примѣняемы вполнѣ къ Дунаю и устьямъ его. Онѣ объявляютъ, что сіе постановленіе отнынѣ признается иринадлежащими къ общему народному Европейскому праву и утвердается
Ихъ взаимными ручательствомъ.
Судоходство по Дунаю не будетъ подлежать никакими затрудненіямъ и пошлинами, кромѣ тѣхъ, которыя именно опредѣляются нижеслѣдующими статьями.
Въ слѣдствіе сего не будетъ взимаемо никакой платы
собственно за самое судоходство по рѣкѣ, и никакой
пошлины съ товаровъ составляющихъ грузъ судовъ.
Правила полицейскія и карантинныя, нужныя для безопасности Государствъ прибрежныхъ сей рѣкѣ, должны

быть составлены такими образомъ, чтобъ оныя сколь
можно болѣе благопріятствовали движенію судовъ.
Кромѣ сихъ правилъ, свободному судоходству не будетъ постановляемо никакого рода нрепятствій.
Ст. XVI. Для приведенія ъъ дѣйствіе постановлен^
предъидущей статьи учредится коммиссія, въ коей
Россія, Австрія, Франція, Великобританія, ПруссіяСардинія и Турція будутъ имѣть каждая своего депутата. Сей Коммиссіи будетъ поручено предназначить и
привести въ исполненіе работы, нужныя для очистки
Дунайскихъ гирлъ, начиная отъ Исакчи и прилегагощихъ къ онымъ частей моря, отъ песка и другихъ
заграждающихъ оныя препятствій, дабы сія часть рѣки
и упомянутыя части моря сдѣлались вполнѣ удобными
<

всѣ какого либо рода препятствія, которыя встрѣчаетъ
еще приыѣневіе постановленій Вѣнскаго Трактата къ
Дунаю; 3, предположить и привести въ исполненіе нужныя по всему теченію Дуная работы; 4, по упраздненіи общей предназначаемой статьею XVI Европейской
Кбммиссіи наблюдать за содержаніемъ въ надлежащемъ
для судоходства состояніи Дунайскихъ гирлъ и частей

(

для судоходства.
Для покрытія расходовъ нужныхъ какъ для сихъ
работъ, такъ и на заведенія, имѣющія цѣлію облегчить
и обезпечить судоходство по Дунайскими гирлами, будутъ постановлены постоянный съ судовъ соразмѣрныя
съ надобностію пошлины, которыя должны быть опредѣлены Коммиссіею по большинству голосовъ и съ непременными условіемь, что въ семь отношеніи и во
всѣхъ другихъ соблюдаемо будетъ совершенное равенство относительно флаговъ всѣхъ націй.
Ст XVII. Будетъ также учреждена коммиссія изъ
членовъ со стороны Австріи, Баваріи, Блистательной
Порты и Виртемберга (по одному отъ каждой изъ сихъ
державъ); къ ними будутъ присоединены и Коммиссары
трехъ Бри-Дунайскихъ княжествъ, назначенные съ
утвержденія Порты. Сія Коммиссія, которая должна
быть постоянною, имѣетъ: 1, составить правила'для
рѣчнаго судоходства и рѣчной полиціи; 2, устранить

моря, къ ними прилегающихъ.
Ст.-XVIII. Общая Европейская Коммиссія должна
исполнить все ей поручаемое, a Коммисеія прибрежная
привести къ окончанію всѣ реботы, означенпыя въ
предгаедшей статьѣ, подъ Ш 1 и 2, въ теченіи двухъ
лѣтъ. Uo полученіи о томъ извѣстія, Державы, зак,шчившія сей трактатъ постановятъ опредѣлепіе объ
упраздненіи общей Европейской Коммиесіи, и съ сего
времени постоянной прибрежной Коммиссіи передана
будетъ власть, которою дотолѣ имѣетъ быть облечена
общая Европейская.
Ст. X I X . Дабы обезпечить исполненіе правили, кои
съ общаго согласія будутъ постановлены на основаніи
изложенныхъ выше сего начали, каждая изъ договаривающихся Державъ будетъ имѣть право содержать во
всякое время по два легкихъ морскихъ судна у Дунайскихъ устьевъ.
Ст. X X . Въ замѣнъ городовъ, портовъ и земель, означенныхъ въ статьѣ IV настоящаго трактата и для
вящшаго обезпеченія свободы судоходства по Дунаю,
Его В Е Л И Ч Е С Т В О П М П Е Р А Т О Р Ъ Всероссійскій соглашается
на проведеніе новой граничной черты въ Бессарабіи.
Началомъ сей граничной черты постановляется пункте
на берегу Чернаго моря въ разстояніи на одинъ километръ къ востоку отъ соленаго озера Бурнаса, она

примкнете перепендикулярно къ Акерманской дорогѣ,
по коей будетъ слѣдовать до Траянова вала, пойдете
южнѣе Болграда, и потомъ вверхъ по рѣкѣ Ялпуху
до высоты Сарацика и до Катамори на Прутѣ Отъ
сего пункта вверхъ по рѣкѣ прежняя между обѣими
Имперіями граница остается безъ измѣненія.
Новая граничная черта должна быть означена подробно нарочными Коммиссарами договаривающихся Державъ.
^
Ст X X I . Пространство земли уступленное Россіею
будетъ присоединено къ Княжеству Молдавскому подъ
Верховною властію Блистательной Порты.
Живущіе на семъ пространствѣ земли будутъ пользоваться нравами и преимуществами присвоенными
Княжествамъ, и въ теченіи трехъ лѣтъ имъ дозволено
будетъ переселяться въ другія мѣста и свободно распорядиться своею собственности).
Ст X X I I . Княжества Валахское и Молдавское будутъ'подъ Верховною Властію Порты и, при ручательствѣ договаривающихся Державъ, пользоваться преимуществами и льготами коими пользуются нынѣ. Ни которой * изъ ручающихся Державъ не предоставляется
исключительна™ надъ оными покровительства. Не допускается никакое особое право вмѣшательства во внутреннія дѣла ихъ.
Ст X X I I I . Блистательная Порта обязуется оставить
въ сихъ Княжествахъ независимое и національное
угіравленіе, а равно и полную свободу вѣроисповѣданія,
законодательства, торговли и судоходства.
Дѣйствующіе нынѣ въ оныхъ законы и уставы будутъ пересмотрѣны. Для полнаго соглашенія касательно
сего пересмотра, назначена будетъ особая коммиссія,

о составѣ коей Высокія договаривающіяся Державы
имѣютъ условиться. Сія Коммиссія должна безъ отлагательства собраться въ Бухарестѣ, при оной будетъ
находиться Коммиссаръ Блистательной Порты.
Сія Коммиссія имѣетъ изслѣдовать настоящее положеніе Княжествъ и предложить основаніе ихъ будущаго устройства.
Ст. XXIV. Его Величество Султанъ обѣщаетъ немедленно созвать въ каждой изъ двухъ Областей нарочный
для того Диванъ, который долженъ быть составленъ
такимъ образомъ, чтобы онъ могъ служить вѣрнымъ
представителе*™ пользъ всѣхъ сословій общества. Симъ
Диванамъ будетъ поручено выразить желанія иародонаселенія касательно окончательна™ устройства Княжествъ.
Отношенія Коммиссіи къ симъ Диванамъ опредѣляется
особою отъ Конгресса инструкціею.
Ст. XXV. Принявъ мнѣніе, которое будетъ представлено обоими Диванами, въ надлежащее соображеніе,
Коммиссія немедленно сообщить въ настоящее мѣсто
засѣданія Конференцій результаты своего собственнаго
труда^
w
Окончательное соглашенія съ Верховною надъ Княжествами Державою должно быть утверждено Конвенціею, которая будетъ заключена Высокими договаривающимися сторонами въ Парижѣ, и Хати-Шерифомъ, согласнымъ съ постановленіями Конвенціи, дано
будетъ окончательное устройство симъ областямъ при
•общемъ ручательствѣ всѣхъ подписавшихся Державъ.
Ст. XXVI. Въ Княжествахъ будетъ національная
вооруженная сила, для охраненія внутренней безопасности и обезпеченія безопасности границъ. Никакія

препятствія не будутъ допускаемы въ случа* трезвы
чайныхъ мѣръ обороны которыя
тельной Порты могутъ быть приняты въ Княжествахъ
„ Я отраженія напіествія извнѣ.
Ст XXVII. Если внутреннее снокойствіе Княжествъ
подвергнется опасности или будет* нарушено, то Блистательная Порта войдетъ въ еоглашеше съ пронвми
договаривающимися Державами о мѣрахъ Ц
^
Щ
сохнаненія или возетановленія законнаго порядка. Безъ
предвари ельнаго соглашенія между сими Державами
не можетъ быть никакого вооруженнаго вмѣшательства
Ст X X V I I I . Княжество Сербское остается какъ прежде
подъ Верховною Властію Блистательной Порты, согласно
съ Императорскими Хати-Шернфами, У-ерждающнми
и опредѣляющими права н преимущества онаго при
общемъ совокупномъ рунательствѣ договаривающихся
Въ а слѣдствіе сего, означенное Княжество сохранить
свое независимое и надіоналыше управлен.е и полнуюсвободу вѣроисповѣданія, законодательства, торговли в

ДеР

судоходатвщ

Блистатедьиая

Порта

сох

р а п я е т ъ опредѣ-

леннёе прежними постановленіями право содержаиш
гарнизона. Безъ предварительная соглашенш между
Высокими договаривающимися Державами не мож тъ
быть допущено никакое вооруженное въ Сербіи вмѣШі

с Г XXX. Его

Всероссійскій
и Его Величество Султанъ сохраняготъ въ дѣлости владѣнія свои въ Азіи, въ томъ составѣ, въ коемъ они
ВЕЛИЧЕСТВО ИМПЕГАТОГЪ

законно находились до разрыва.
•
Во избѣжаніе всякихъ мѣстныхъ споровъ, линіи гра-

пины будутъ повѣрены и въ случаѣ надобности неправлены^ но такимъ образомъ, чтобъ отъ сего не моглопронзой™ никакого въ ноземельномъ владѣши ущерба,
ни для той, ни для другой стороны.
Н а с е й конецъ, немедленно по возстановленш дипло, матическихъ сношеній между Р о с с і й с к и м ъ Д в о р - »
Блистательною Портого, послана будетъ на мѣсто со« и н а я ш ъ двухъ Коммиссаровъ Росстйскихъ двух*Коммиссаровъ Оттоманскихъ, одного Коммиссар Ф анцузскаго и одного Коммиссара Англійскаго, Коммисстя..
Она должна исполнить возлагаемое на нее дѣло в ъ
вродолженіе осьми мѣсядевъ, считая со дня размѣнаратификадій настоящаго трактата.
„
Ст XXXI. Земли занятия во время войны войсками
Ихъ Величества Императора Австрійскаго, Императора
Фпандѵзовъ, Королевы Соединеннаго Королевства В е ликобритании и Ирландіи и Короля Сардинская, на
основаніи Конвендій, п о д п и с а в ш и въ Константин нолѣ 12 Марта 1854 года между Франдіею, Велико
британіею и Блистательною Портою U ^ н я того
^
того же года между Блистательною Портою и Австрею,
а 15 Марта 1855 года между Сардиніею и Блиста
тельною Портою, будутъ очищены послѣ размѣна ратификадій настоящаго трактата въ скорѣйшее по возможности время. Для опредѣленія сроковъ и средств*
исполненія сего нмѣетъ послѣдовать соглашеше между
Блистательною Портою и_ Державами коихъ войска занимали земли ея владѣній.
.
'
Ст XXXII Доколѣ трактаты или конвенщи, существовавшіе до войны между воевавшими Державами, небудутъ возобновлены или замѣнены новыми актами,
взаимная торговля, какъ привозная, т а к ъ и отвозная,

должна производиться на основаніи постановленій имѣвшихъ силу и дѣйствіе до войны, и съ подданный сихъ
Державъ во всѣхъ другихъ отношеніяхъ поступаемо
будетъ наравнѣ съ націяыи наьболѣе благопріятствуе-•
мыми.
Ст. X X X I I I . Коввенція заключенная сего числа между
Его ВЕЛИЧЕСТВОМЪ ИМПЕРАТОРОМЪ Всероссійскимъ съ одной и Ихъ Величествами Императоромъ Французовъ и
Королевою Соединеннаго Королевства Великобританіи
и Ирландіи съ другой стороны относительно островов»
Аландскихъ прилагается и остается приложенною къ
настоящему трактату и будетъ имѣть таковую же силу
и дѣйствіе какъ если бъ оная составляла неотдѣльную
часть его.
Ст. X X X I V . Настоящій трактата будетъ ратификов а н ъ ' и ратификаціи онаго будутъ размѣнены въ Парижѣ, въ теченіе четырехъ недѣль, а если можно и
прежде. .
Во увѣреніе чего Полномочные Высокихъ договаривающихся Державъ подписали сей трактата и утвердили оный печатями гербовъ своихъ.
СТАТЬЯ

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ

И

ВРЕМЕННАЯ.

Постановленія подписаной сего числа конвенціи о
проливахъ не будутъ примѣняемы къ военнымъ судамъ,
кои воевавшими Державами употреблены будутъ для
вывода морскимъ путемъ войскъ ихъ изъ земель ими
занимаемыхъ. Сіи постановлен!« войдутъ въ полную
«илу, какъ только сей выводъ войскъ будетъ приведешь къ окончанію.
Въ Парижѣ, въ 30-й день Марта 1856 года.

КОНВ.ЕНЦІЯ

КАСАТЕЛЬНО
Н Е Л Л »
Во

и

ПРОЛИВОВЪ

ДАРДА-

БОСФОРА.
имя

БОГА

ВСЕМОГУІИАГО.

Пхъ ВЕЛИЧЕСТВА ИМПЕРАТОРЪ ВСЕРОССІЙСКІЙ, Императоръ Австрійскій, Императоръ Французовъ, Королева Соединеннаго Королевства Великобританіи и Ирландіи, Король Прусскій, подписавшіе Конвенцію П
іюля 1841 года, и Его Величество Король Сардинскійг
желая ознаменовать совокупно единодушную свою рѣшимость сообразоваться съ древнимъ правиломъ Оттоманской Имперіи, по коему проливы Дарданеллъ иБосфора закрыты для иностранныхъ военныхъ судовъ
доколѣ Порта находится въ мирѣ,
Пхъ Величества съ одной стороны, и Его Величество Султанъ, съ другой, положили возобновить Конвенций, заключенную въ Іондонѣ 13 іюля 1841 года,
' съ нѣкоторыми лишь въ подробностяхъ взмѣненіями,
ни мало не нарушающими оеновныхъ началъ ея.
Въ слѣдствіе сего Ихъ ВЕЛИЧЕСТВА назначили на.
сей конецъ своими Полномочными: (тѣ-же что въ мирномъ трактатѣ),
кои, по размѣнѣ Полномочій своихъ,

найденных»

ими въ надлежащемъ порядкѣ, постановили слѣдующія
статьи:
Ст. I. Его Величество Султанъ, съ одной (.стороны,
объявляетъ, что Онъ имѣетъ твердое намѣреніе соблюдать на будущее время постановленія, неизмѣнно принимавшаяся какъ древнее правило Его Имперіи, въ силу коего всегда было воспрещаемо военнымъ судамъ
Державъ Пностранныхъ входить въ проливы Дарда-

«еллъ и Босфора и что доколѣ Порта будетъ наход Г ь с я въ мирѣ, Его Величество не допустить ни. «ого иностраннаго военнаго судна въ означенные про-

вопввяція оРусскихъ
н ы х ъ

СУДАХЪ
Во

Всероссійсаій Пмператоръ Австрійскій, Пмператоръ Французовъ, Корол е в Соединенныхъ Королевствъ Великобританш и Ирландии, Король Прусскій н Король Сардинскій съ другой т р о н ы обязуются уважать сіе рѣменіе Султана
,и сообразоваться съ вышеизъясненнымъ праниломъ
Ст I I Султавъ предоставляетъ Себѣ, какъ и преж
же выдавать Фирманы для прохода легкихъ подъ во•еннымъ флагомъ судовъ, которые будутъ У-гребляен*
по существующему обыкновенію, при ыиссіяхъ ДРУ

Л

Т И Х Ъ

ВЕЛИЧЕСТВА

ИМПЕРАТОГЪ

съ Портою Державъ.
Ст III Тоже самое изъятіе допускается въ отпоше
,ніи къ легкимъ нодъ военнымъ флагомъ судамъ, котовыя каждая нзъ договаривающихся Державъ имѣетъ
' P n ; B o соГржатв при устьяхъ Дуная для обезиеченгя
исполненія постановленій о свободѣ судоходства но
-сей рѣкѣ, и коихъ число не должно превышать двухъ
жественныхъ

для каждой Державы.
Ст IV Настоящая конвенція, приложенная къ об
щему трактату, подписанному сего числа въ Парижѣ
будетъ ратификована и ратификащи оной будутъ раз
м ѣ п е н ы в ъ теченіе четырехъ недѣль, а если можно '
и прежде.
Во ѵвѣреніе чего полномочные Высокихь договаривающихся Державъ подписали сей трактате и утвердили оный печатями гербовъ своихъ.
Въ Парижѣ, 30-й день Марта 1856 года.

в ъ

И

Т У Р Е Ц К И Х Ъ

ЧЕРНОМЪ

имя

БОГА

ВОЕН-

ЫОРѢ.

ВСЕМОГУЩАГО.

Всероссійскій и Его Императорское Величество Султанъ, принявъ въ соображеніе правило о нейтральности Чернаго моря, постановленное въ предварительныхъ условіяхъ, внесенныхъ
въ Протоколъ за № 1, подписанный въ Иарижѣ 25 Февраля сего года, и желая въ слѣдствіе сего опредѣлить
съ общаго согласія число и силу легкихъ судовъ которыя Они предоставляютъ Себѣ содержать въ Іерномъ морѣ для нужныхъ по прибрежію распоряжений,
положили заключить особую на сей конецъ Конвенцно ѵ
ЕГО

ВЕЛИЧЕСТВО

Б MПЕРАТОРЪ

и назначили для того:
Его ВЕЛИЧЕСТВО И М П Е Р А Т О Г Ъ Всероссійскіи, графа
Алексѣя Орлова, и проч. и Барона Филиппа Бруннова
и проч и Его ВЕЛИЧЕСТВО ИМПЕРАТОГЪ Оттоманскій
Могаммедъ-Еминъ-Аали Пашу, и проч и МегемпедъДжемиль-Бея, и проч, кои, но размѣнѣ Полномочій своихъ, найденныхъ ими въ надлежащемъ порядкѣ, постановили слѣдующія статьи:
Ст I Высокія договаривающіяся стороны взаимно
обязуются не имѣть въ Черномъ морѣ иныхъ военныхъ судовъ кромѣ тѣхъ, коихъ число, сила и размѣры опредѣлены какъ ниже слѣдуетъ.
Ст. И. Высокія договаривающіяся стороны предо•ставляютъ Себѣ содержать каждая по шести въ означенномъ морѣ паровыхъ судовъ въ 50 метровъ длины
по ватерлиніи, вмѣстительностію не свыше 800 тоннъ,
' и по четыре легкихъ паровыхъ или паруснымъ судна,

ко ихъ вмѣстительность не должна превышать 200 тоннъ
въ каждомъ.
Ст III. Настоящая Конвенція, приложенная къ общему трактату, подписанному сего числа въ Парижѣг
будетъ ратификована, и ратификаціи оной будутъ размѣнены въ теченіи четырехъ недѣль, а если можно в
прежде.
Во увѣреніе чего полномочные Высокихъ договаривающихся Державъ подписали сей трактате и утвердили оный печатями гербовъ своихъ.
Въ Парижѣ, въ 30-й день Марта 185G года. .