Text
                    

СЕРИЯ «АРХИВ» Вячеслав Шацилло ПЕРВАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА 1914-1918 Факты Документы Москва «ОЛМА-ПРЕСС» 2003
ББК 63.3(0)5 Ш326 ПРЕДИСЛОВИЕ Исключительное право публикации книги В. Шацилло «Первая мировая война 1914—1918. Факты. Документы» принадлежит издательству «ОЛМА-ПРЕСС». Выпуск произведения или его части без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону. Разработка оформления серии Петра Волкова Федеральная целевая программа «Культура России» (подпрограмма «Поддержка полиграфии и книгоиздания России») Шацилло В. К. Ш326 Первая мировая война 1914—1918. Факты. Докумен- ты. - М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2003. - 480 с.: ил. - (Архив). ISBN 5-224-03312-8 Первая мировая война стала переломным моментом в истории XX века — именно с нее начинается летосчисление новой исторической эпохи. Эта эпоха была отмечена глубочайшими потрясениями во всех сферах жизни человечества: кровавыми мировыми войнами, братоубийственными революциями, распадом складывавшихся веками империй. История многих государств была бы иной, если бы не конфликт между Антантой и блоком центральных держав во гла- , ве с Германией, который разразился в августе 1914-го и закончился в ноябре 1918 года. В предлагаемой вашему вниманию книге автор, доктор исторических наук, не только обобщает результаты отечественных и зарубежных-исследова- ний по истории Первой мировой войны, анализирует важнейшие события, свя- занные с ней, но и публикует интереснейшие документальные материалы, неиз- вестные широкому читателю. ББК 63.3(0)5 ISBN 5-224-03312-8 © Издательство «ОЛМА-ПРЕСС», 2003 Бурный конец XX века и начало нового тысячелетия заставил более пристально взглянуть на век минувший. Благодаря каче- ственным переменам в духовной, политической и социально-эко- номической жизни, произошедшим с человечеством в последнее десятилетие, стало возможно объективно проследить всю цепь эпохальных событий прошлого века и выявить их причинно-след- ственную связь. С конца XIX столетия лучших европейских мыслителей не по- кидало ощущение надвигающейся глобальной катастрофы. Мир сотрясали то англо-бурская, то испано-американская, затем рус- ско-японская, итало-турецкая и бесконечные балканские войны, а уж политическим кризисам, будоражившим Европу, можно было счет потерять. Старый Свет разделился на два враждующих между собой лагеря — Тройственный союз и Антанту. Столкновение между этими группировками казалось неизбежным, но вряд ли кто мог тогда представить, к каким катастрофическим послед- ствиям оно приведет. Двадцать миллионов убитых, сотни милли- онов покалеченных, сравненные с землей некогда цветущие горо- да и села — таков был результат Первой мировой войны. Не ме- нее впечатляющими были ее социальные и политические последствия — с карты мира исчезли четыре некогда могучих им- перии: Российская, Германская, Австро-Венгерская и Османская, а Россию, Германию, Венгрию, Финляндию и некоторые другие европейские страны потрясли кровопролитные революции и бра- тоубийственные гражданские войны. Подписание в 1919 году Версальского мирного договора, по- ложившего начало формированию новой мировой политической системы, как надеялись многие, должно было, навсегда ликвиди- ровать возможность возникновения новых конфликтов подобно- го масштаба. Но, к несчастью, провидцем оказался главнокоман- дующий войсками сил Антанты французский маршал Фердинанд 3
Фош, во всеуслышанье сказавший о Версальском договоре: «Это не мир. Это перемирие на двадцать лет». Многие тогда восприня- ли слова прославленного вояки как не очень удачную шутку и о них вспомнили как раз ровно через двадцать лет, когда германс- кие танки начали марш на Варшаву. Сегодня считается аксиомой, что Вторая мировая война является продолжением Первой и выз- вана она была нерешенными проблемами, с которыми не смогли справиться творцы и апологеты версальского миропорядка. Более того, конфликты и процессы, вызванные бессмысленной и жес- токой войной 1914—1918 годов, находят свое отражение и в сегод- няшней ситуации в мире, чему самый наглядный пример — Бал- каны. Мировой кризис, с которым столкнулось человечество в начале прошлого века, наиболее сильно ударил по России, именно она оказалась самым «слабым звеном» Европы — первой вступила на путь революции, первой заключила сепаратный мир и вышла из войны, когда ее исход был уже фактически предрешен. К 1917 году русская политическая верхушка полностью деградировала и пока- зала свою абсолютную неспособность держать под контролем внут- риполитическую ситуацию в стране, а народ России потерял исто- рическую почву под ногами, утратил веру в вековые нравственные устои и традиционный быт, разуверился в царе и Боге, стал покло- няться иным кумирам, обещавших рай не на небесах, а на земле. Чем это все закончилось, хорошо известно. Историки спорили раньше, спорят и сейчас о том, родилась ли Октябрьская революция 1917 года непосредственно из событий мировой войны или была вызвана преимущественно внутриполи- тическими причинами, став своеобразной карой России за арха- ичность ее социального устройства и отсталость политической системы. Но история, как известно, не терпит сослагательного наклонения, а потому этот вопрос и по сей день остается без от- вета. Как, по-видимому, останется без определенного ответа и вопрос, могла ли Россия избежать участия в схватке мировых дер- жав, не имея в ней четко выраженных национальных интересов. И могла ли она из этой бойни достойно выйти, когда начали ру- шиться сами основы ее государственного устройства. Но как бы то ни было, есть очень веские основания утверждать, что, не будь Первой мировой войны, судьба нашей страны сегодня была бы совсем иной. Об этом, собственно, не раз писал и В. И. Ленин, признававший, что в мирных условиях прежняя Россия могла бы «прожить годы, а то и десятилетия». Войны, которые в столь большом количестве вела Россия в прошлом веке, по каким-то необъяснимым причинам часто ста- новились «неизвестными». Много ли мы знаем, например, о со- ветско-польской войне и трагической гибели десятков тысяч 4 Г пленных красноармейцев в привисленских лагерях или об истин- ных причинах «незнаменитой» зимней войны с Финляндией? Но больше всего в этом смысле «повезло» Первой мировой войне — в народном сознании она надолго была оттеснена Октябрьской революцией и гражданской войной. Неудивительно, что война 1914—1918 годов обросла всякого рода мифами и небылицами, а то и преднамеренными искажениями, вызванными сиюминутны- ми политическими соображениями. Когда автор этих строк в начале 1990-х годов оказался в науч- ной командировке в Западной Европе, его очень удивил тот факт, что практически в каждом небольшом западногерманском, бель- гийском, люксембургском или французском городке есть памят- ники павшим героям Первой мировой войны и их благодарные потомки до сих пор свято чтут их память. В России же, которая понесла в этой бойне самые большие людские потери — 5 млн человек, нет ни одного памятника — ни героям, ни жертвам. Роль России в Первой мировой войне огромна. Именно рус- ские солдаты и офицеры спасли Париж в 1914 году, когда по просьбе союзников начали преждевременное, а потому плохо под- готовленное наступление в Восточной Пруссии. А в 1916 году наша армия бросилась в знаменитый Брусиловский прорыв после слезной просьбы итальянцев, терпевших в Альпах одно пораже- ние за другим. Когда же наступил час союзников России по Ан- танте платить по векселям, они умыли руки, и русские так и не получили ни военной, ни экономической помощи. Можно с уверенностью сказать, что Россия сделала все от нее зависящее, чтобы нанести жестокий удар по германскому мили- таризму и не дать ему распространиться на всю Европу. Русские военачальники, такие, как генералы А. А. Брусилов, М. В. Алексе- ев, Л. Е Корнилов, адмиралы Н. О. Эссен, А. В. Колчак и другие, внесли немалый вклад в развитие теории и практики мирового военного искусства, высочайшие образцы героизма и патриотиз- ма продемонстрировали многие рядовые и офицеры российской армии. Думается, что предлагаемая вниманию читателей книга, в ко- торой не только рассказывается о важнейших событиях Первой мировой, но и приводится немало документальных материалов, будет весьма полезна для всех, кто интересуется отечественной и всемирной историей.
Глава I НАКАНУНЕ ГРОЗНЫХ СОБЫТИЙ РАСКОЛ ЕВРОПЫ 1 августа 1914 года человечество вступило в новую эпоху — эпоху кровавых мировых войн, потрясших до основания нашу планету в XX веке. Последствия Первой мировой войны были ужасны: уничтожены десятки миллионов людей, стерты с липа земли сотни цветущих городов и деревень, перестали существо- вать четыре некогда могучие империи. Вот почему выяснение причин этой глобальной катастрофы еще долгое время будет бу- доражить умы не только историков, но и простых обывателей во многих странах мира. Первая мировая война имеет глубокие исторические корни. Она вызревала в течение многих десятилетий. В Крымскую войну 1855—1856 годов против России выступили Англия и Франция, и последняя за свое участие расплатилась унизительным поражени- ем в войне один на один против Пруссии в 1871 году. С тех пор французским политикам, каких бы политических взглядов они бы ни придерживались, стало совершенно очевидно, что без помощи России Франция в любой будущей войне против Германии будет разгромлена ровно столько раз, сколько того захотят в Берлине. Создание канцлером О. Бисмарком «железом и кровью» в центре Европейского континента мощнейшей Германской империи, чьи земли простирались от берегов Немана до Альпийских гор, от Бреслау на востоке и Лотарингии на западе, сформировало в Ев- ропе абсолютно новую геополитическую ситуацию. Франкфуртский мир положил конец войне между Францией и Германией, но не только не решил всех проблем, а углубил про- пасть между двумя странами. Правда, на ближайшие годы ситуа- ция в Европе оставалась как бы «замороженной»: чтобы вновь начать войну, Франция нуждалась в более или менее продолжи- тельном мире для залечивания ран и поиска союзников, а творца немецкой внешней политики канцлера Бисмарка, наоборот, пре- следовал «кошмар коалиций», и он делал все, чтобы не допустить 6 сближения Санкт-Петербурга и Парижа и сохранить завоеванное. «Весь восточный вопрос не стоит костей одного померанского гренадера», — любил повторять «железный» канцлер. Англия же продолжала оставаться в Европе в состоянии «блестящей изоля- ции». Подобная ситуация status quo в Европе не могла продолжаться долго. Победа русского оружия в войне с Турцией 1877—1878 годов привела к повышению авторитета России на Балканах и в Европе в целом. И хотя Россия на Берлинском конгрессе 1878 года была лишена значительной части плодов своей победы, война привела к фактическому распаду «союза трех императоров» — российского, германского и австро-венгерского. Обострение противоречий меж- ду Россией и Австро-Венгрией на Балканах, острая борьба между двумя странами за влияние на славянские народы, населявшие этот полуостров, перевесили идеологические принципы «монархической солидарности», на которых зиждилась дружба между Романовыми, Габсбургами и Гогенцоллернами. К началу 80-х годов XIX века совершенно новый характер приняли и гермаИо-австрийские отношения. После завершения процесса объединения Германии под эгидой Пруссии сохранение австро-венгерской монархии стало для Берлина жизненной необ- ходимостью, и все прежние распри с Веной были преданы забве- нию. Военный разгром или политический распад монархии, в которой господствующая немецкая нация составляла меньшин- ство, означали бы по меньшей мере создание нескольких незави- симых славянских государств, ориентированных на Россию. Двуличное поведение немцев во время Берлинского конгресса привело к охлаждению русско-германских политических отноше- ний. Следствием недружественной России позиции Бисмарка, за- нятой им на Берлинском конгрессе, стала шумная антинемецкая кампания, поднятая славянофилами в прессе. Мотив о коварстве Бисмарка, таким странным образом отплатившего России за ее поддержку Пруссии в войне с Францией, был подхвачен и прави- тельственными кругами. С ответными обвинениями в неблагодар- ности в немецких правительственных газетах выступил сам канц- лер. Так в прессе двух стран началась нашумевшая на всю Европу «газетная война». Еще одним источником охлаждения рус с ко-германских отно- шений стали конфликты между двумя странами в области эконо- мики. Русско-германские экономические противоречия в те годы характеризовались как конкуренцией русского и прусского сырья и хлеба на германском рынке, так и острой борьбой между рус- ской и германской промышленностью на внутреннем рынке Рос- сийской империи. Между двумя странами началась настоящая таможенная война. Германия первой ввела почти полный запрет 7
на ввоз из России мяса, а затем и драконовские пошлины на хлеб, I что очень больно ударило по русскому сельскому хозяйству — - ведь в те годы Германия поглощала почти 30 % русского экспорта и была вторым после Англии торговым партнером нашей страны. Закономерным итогом такого развития внешнеполитической ситуации в Европе стало заключение 7 октября 1879 года авст- ро-германского союза. Будучи по своей форме как бы оборони- тельным, он предусматривал обоюдную военную помощь в слу- чае нападения России на одного из союзников. По мнению оте- чественных историков «австро-германский договор стал становым хребтом возглавляемого Германией агрессивного ми- литаристского блока. Австро-германский союз оказался источ- ником неисчислимых международных осложнений и послужил впоследствии одним из главных дипломатических орудий развя- зывания первой мировой империалистической войны в 1914 г.»1. Так было положено начало формированию военных коалиций, участники которых в августе 1914 года сошлись в смертельной схватке на полях Европы. В конце 1880-х годов в недрах немецкой дипломатии начал формироваться «новый курс» в европейской политике. Бисмарк был приверженцем предотвращения непосильной для его страны войны на два фронта путем дипломатической изоляции Франции и подготовки локальной войны против нее. Следуя этой задаче и вос- пользовавшись острым конфликтом между Францией и Италией из-за Туниса, Бисмарку в 1882 году удалось присоединить к австро- германскому договору Рим, и таким образом был создан Тройствен- ный союз. Но новый немецкий канцлер Каприви счел задачу пре- дотвращения войны на два фронта невыполнимой для германской внешней политики. Теперь немцы стали исходить из предпосылки о неизбежности войны против франко-русского союза на два фрон- та, а посему поставили цель создать под своей эгидой такую груп- пировку европейских держав, которая по своей мощи превзошла бы объединенные силы России и Франции. Ключ к решению этой задачи находился, однако, в руках Лондона. Объективной предпосылкой для германо-английского сближе- ! ния, казалось, могли послужить проблемы между Россией и Анг- ’ лией на Балканском полуострове, в Персии и Афганистане и в некоторых других частях света. Воплощением политики Каприви стал договор между Германией и Англией, заключенный летом 1890 года. По нему Германия уступала Лондону ряд важных тер- риторий в Африке, в том числе и в верховьях Нила, а в обмен Лондон передавал Берлину остров Гельголанд — ключ к воротам f Северного моря. Одновременно в Берлине демонстративно отка- зались возобновить «договор о перестраховке» с Россией, который предусматривал некие взаимные обязательства на случай войны в 8 Европе. Политика эта, надо отметить, потерпела полный крах. Англичане напрочь отвергли все попытки втянуть их в Тройствен- ный союз, а в 1894 году и сам Каприви был отправлен в отставку. Грубая политика преемника Бисмарка заставила сделать соот- ветствующие выводы в Санкт-Петербурге. Расплатой за близору- кость и самонадеянность для германского правительства стал франко-русский союз, заключенный в 1891—1893 годах. Итак, к концу XIX веке Европа разделилась на два лагеря — с одной стороны, Франция и Россия, а с другой — Германия и Ав- стро-Венгрия плюс Италия. БОРЬБА ЗА МЕСТО ПОД СОЛНЦЕМ Противоречия между крупнейшими европейскими державами накануне Первой мировой войны вовсе не ограничивались про- блемами Старого Света. Последняя треть XIX века отмечена та- ким важным явлением, оказавшим огромное влияние на развитие международной ситуации, как колониальная экспансия крупней- ших государств. Ранее под классическое определение колонии подпадали лишь Алжир и Индия, в других же местах в Азии и Африке европейцы ограничивались созданием опорных пунктов на побережье, которые скорее выполняли функцию факторий, обеспечивающих обмен товарами между метрополией и местны- ми жителями. Однако мировой кризис 1877 года резко обострил конкуренцию между развитыми промышленными странами в ми- ровой торговле, а это побуждало европейцев искать новые рынки сбыта. Раньше всего к такому умозаключению пришли во Фран- ции и Англии. В Лондоне к тому же поняли, сколь велико значе- ние собственных сырьевых ресурсов во время гражданской войны в СИТА в 1861—1865 годах, когда страна фактически оказалась отрезана от южных штатов, долгие десятилетия снабжавших быв- шую метрополию хлопком. Как бы то ни было, но к 90-м годам XIX века мир оказался окончательно , поделен между «старыми» европейскими держава- ми, первыми вступившими на путь активной колониальной экс- пансии, — Англией, Францией, Португалией, Голландией, Бель- гией. Что касается других крупных держав, то Россия была занята освоением бескрайних просторов на востоке, а американцы поко- ряли Дикий Запад. Не у дел осталась лишь Германия, однако дол- го такая ситуация существовать не могла. После разгрома Франции и создания Германской империи на берегах Рейна и Шпрее начался экономический бум. За несколь- ко десятилетий германский экспорт увеличился во много раз. л 9
В стране были образованы крупнейшие финансовые учреждения — Дойче банк, Дрезднер банк, «Дисконто гезелыпафт». В 1883— 1885 годах Германии удалось захватить несколько колоний на юго-западе Африки — в Того, Дагомее, но передел мира к этому времени уже приближался к своему завершению, «свободных» зе- мель оставалось все меньше и меньше, да и особой ценности они не представляли. Недовольные таким положением дел, немцы от- крыто стали говорить о переделе только что поделенного мира. Все это представляло смертельную опасность для Лондона. Существовал еще один аспект, который в конце XIX — начале XX века резко обострил англо-германские отношения, — это рас- тущее не по дням, а по часам соперничество двух держав на море. В столицах крупнейших государств мира заговорили о необходи- мости обладания сильным флотом в конце XIX века, после того как в 1890 году вышла в свет книга американского контр-адмира- ла А. Мэхэна «Влияние морской силы на историю». Тогда впер- вые прозвучала мысль о том, что современное государство не мо- жет достичь поставленных перед ним историей целей, если не будет иметь превосходства на море. Согласно новой теории воен- но-морскому флоту принадлежала решающая роль в любой вой- не, а завоевание господства на море рассматривалось как един- ственная цель, достижение которой означало не только победу над противником, но и мировое лидерство. Из этого делался и практический вывод: дабы не допустить разрыва связей по линии метрополия — колонии, нужны большие линейные корабли. Чуть позднее эту точку зрения, казалось, подтвердил и опыт ведения боевых действий на море. Например, потерпев поражение в битве при Цусиме и потеряв там практически весь флот, Россия проиг- рала и всю войну с Японией. То же самое можно сказать и об испано-американской войне 1898 года, в ходе которой американ- цы имели подавляющее преимущество на море. Руководствуясь теорией «морской силы» в качестве официаль- ной доктрины, английский парламент в 1889 году принял закон, по которому флот этой страны должен был превосходить по сво- ей мощи флоты двух наиболее сильных стран. Так началась новая фаза гонки вооружений на море и подготовки к очередному пере- делу мира. Ответ Германии, которая в последней четверти XIX века на- чала громогласно заявлять о своем желании стать еще одной ко- лониальной державой, не заставил себя долго ждать. В марте 1898 года там был принят «Закон о флоте», который предусмат- ривал строительство целой серии мощных современных боевых судов, в том числе 11 эскадренных броненосцев. С регулярной периодичностью в 1900, 1906, 1908 и 1912 годах судостроитель- ные программы рейха пересматривались в сторону увеличения, ’ ю и по последнему закону численность германского флота предпо- лагалось усилить до 41 линейного корабля и 20 броненосных крейсеров — и это не считая легких крейсеров и миноносцев2. Лондон ответил на вызов Берлина своей программой, в которой была поставлена цель иметь на 60% больше линейных кораблей, чем флот кайзера, а в 1909 году было решено на каждый немец- кий линкор отвечать двумя британскими3. Не отставали от Лон- дона и Берлина и другие. К началу XX столетия увлечение мари- низмом в Европе и Америке приняло такой характер, что гонка морских вооружений, по сути, не столько обеспечивала оборо- носпособность страны, сколько поддерживала национальный престиж. Особенно это хорошо видно на примере такой сухопут- ной страны, как Россия, которая с 1907 по 1914 год на 173,9% увеличила свои расходы на строительство флота4. Безудержную гонку вооружений на море перед Первой миро- вой войной еще более обострила настоящая революция в судо- строении, которая началась после спуска на воду в 1907 году в Англии первого линкора нового типа — дредноута. Новый ко- рабль во своему вооружению и тактико-техническим данным на- столько превосходил предшествующие суда, что теперь все линей- ные корабли стали делиться на два типа — дредноуты и додред- ноуты, а сила флотов стала измеряться наличием в них кораблей нового поколения, ибо до дредноуты в бою были заведомо обрече- ны на поражение. Тем самым фактически с 1907 года гонка воо- ружений на море началась с новой точки отсчета и многие стра- ны, главным образом Германия, посчитали, что у них появился уникальный шанс догнать долгое время находившуюся в отрыве Британию и поколебать ее многовековое безраздельное господ- ство на просторах мирового океана. На изменение расклада сил в Европе самым непосредственным образом сказывались и события, происходившие за многие десятки тысяч километров от ее столиц. Так, в 1904 году на Дальнем Восто- ке разразилась русско-японская война. Это была борьба двух стран за экономическое и политическое преобладание в полуфеодальных и отсталых во всех отношениях Китае и Корее. Однако за спиной России и Японии стояли другие великие державы. Недовольные все более активной политикой России на Дальнем Востоке, Японию поддержали американское и английское правительства. Именно банки этих стран финансировали все военные приготовления Япо- нии5. А на борьбу с Токио русского царя подталкивали немцы, втайне надеявшиеся, что Россия завязнет в тихоокеанском регионе и еще долго будет отстранена от европейских дел. Русско-японская война отразилась не только на двусторонних отношениях, она изменила расклад сил не только на Дальнем Востоке, но и в Европе. Осознав, что на восстановление ближай- 11
шего союзника, погрязшего в бесконечных разборках с Японией в тихоокеанском регионе, потребуется достаточно долгое время, в Париже начали более интенсивно искать сближения с Лондоном. Итогом подобного хода развития событий стало подписание 8 апреля 1904 года договора о Сердечном согласии (Антанте) меж- ду Францией и Великобританией. Договор этот состоял из двух частей — предназначенной для публикации и секретной. К примеру, в открытой декларации Франция отказывалась от любого противодействия Англии в Египте, а в ответ Англия предоставляла Франции свободу рук в Марокко. В секретной же части предусматривалась возможность ликвидации власти марокканского султана и самого этого госу- дарства. Кроме того, здесь решались и другие споры по колони- альным вопросам между двумя странами. Создание Антанты было серьезнейшим ударом по интересам Германской империи. Мало того, что она лишалась такого лако- мого куска, как Марокко, это было кардинальным сдвигом во всей расстановке сил на международной арене. Достаточно ска- зать, что теперь Лондон получил возможность вывести из Среди- земного моря около 160 военных кораблей и перебросить их в район Северного моря — интересы британской короны на южном фланге теперь защищали французы. Творцы немецкой внешней политики после создания Антанты поняли, что допустили непростительную ошибку, придерживаясь антирусской тактики. Неудачный ход событий для Санкт-Петер- бурга во время войны с Японией подвел немцев к мысли о воз- можности восстановить двусторонние дружеские отношения. Уже 15 октября 1904 года под давлением Берлина Австро-Венгрия зак- лючила с Россией договор о «лояльном и абсолютном нейтрали- тете» в случае «неспровоцированной войны» со стороны третьей державы, а сама Германия заявила, что в пику Лондону будет снабжать углем российский флот, направляющийся из Балтики на Тихий океан. Более того, кайзер сообщил царю о готовности зак- лючить с Россией союзный договор. Однако российское правительство не было готово к драмати- ческой перемене союзнической ориентации. Разрыв франко-рус- ского союза означал не только ссору с Парижем, но и углубление конфликта с Англией и неизбежно поставил бы Россию на место младшего партнера Германской империи, зависящего от Берлина и в экономическом, и политическом отношениях. Между тем сразу же после подписания соглашения о создании Антанты немцы решили «попробовать на прочность» крепость нового союза. В Берлине не могли спокойно смотреть, с какой бесцеремонностью французы устанавливают свое полное господ- ство в Марокко, и стали подстрекать султана выступить против 12 засилья Парижа. Более того, в недрах имперского министерства иностранных дел созрела идея начать настоящую войну против Франции. Внешнеполитическая ситуация, казалось, способство- вала этому — Россия окончательно завязла на Дальнем Востоке, а англичане еще полностью не модернизировали свой флот и к тому же обладали немногочисленной сухопутной армией. Таким образом, кайзер публично призвал Англию и Францию отказаться от своей сделки в отношении Марокко, созвать по это- му поводу международную конференцию при посредничестве американского президента Т. Рузвельта, а в случае отказа Парижа пойти на уступки прямо пригрозил ему войной. Почти одновре- менно с этими событиями на личной встрече Николая 11 и кайзе- ра, проходившей 23—24 июля в финляндских шхерах близ остро- ва Бьёрке, последнему удалось убедить царя подписать русско- немецкий союзный договор. Договор этот имеет свою интересную историю. Воспользовав- шись тяжелыми поражениями, которые терпела русская армия на Дальнем Востоке, и раздражением Николая против Франции, под- писавшей союз со злейшим на тот момент врагом российской ко- роны — Англией, кайзер Вильгельм решил разрушить франко-рус- ский союз. Еще в конце октября 1904 года он написал Николаю письмо, в котором вдруг стал рассуждать о «комбинации трех наи- более сильных континентальных держав» — России, Германии и Франции. Тогда же истинный вдохновитель германской внешней политики фон Гольштейн пошел на очень необычный шаг — выз- вал к себе российского посла в Берлине Остен-Сакена и имел с ним весьма продолжительную беседу. Речь на этой встрече опять- таки пошла о плодотворности союза между Санкт-Петербургом, Берлином и Парижем. Причем русским в довольно открытой фор- ме было предложено заключить союз, а французы, дескать, обяза- тельно вынуждены будут примкнуть к нему чуть позже6. Немцы, конечно, понимали, что французы никогда не вступят в подобный союз со своим исконным врагом — Германией, однако русско- французская дружба в результате разрушится навсегда. Дело для немцев упрощалось тем, что в конце 1904 — начале 1905 года, на- ходясь практически в изоляции, Николай был склонен заключить союз с Германией, несмотря на сопротивление министра иностран- ных дел и других высших российских чиновников. Дело с союзом Германии и России тянулось ни шатко ни валко. До тех пор пока в июле 1905 года не состоялась личная встреча двух императоров, проводивших свой отпуск в морских прогулках по Балтике. Свида- ние это было настолько секретным, что на нем не присутствовала даже свита кайзера Вильгельма. В балтийских шхерах Вильгельм взывал к духу Фридриха-Вильгельма III и других прусских августей- ших особ — друзей династии Романовых. Эта игра на нежных стру- 13
нах души Николая принесла несомненные плоды, и договор о со- юзе двух держав был подписан. Любопытно, что вместе с Никола- ем от России договор подписал только подвернувшийся под руку адмирал Бирилев, причем, подписал, так сказать, втемную, по- скольку ему даже не удосужились показать текст. В Бьёркском договоре имелось два очень важных пункта: во- первых, в случае если одно из государств подвергнется нападению европейской державы, второе обязывалось прийти ему на помощь всеми своими морскими и сухопутными силами, а во-вторых, Россия давала обещание привлечь к русско-германскому союзу Францию. Вступи сей документ в силу, и в Европе под эгидой гер- манского рейха был бы создан континентальный блок для борьбы против Англии, к которому неизбежно была бы вынуждена при- соединиться и Франция. Собственно, в Берлине очень надеялись, что англичане в период марокканского кризиса бросят своих но- воиспеченных союзников и Антанте придет конец — отсюда и эскалация марокканского конфликта. Планы немцев потерпели полный крах: Бьёркский договор по возвращении царя на родину под давлением премьер-министра С. Ю. Витте и министра иностранных дел В. Н. Ламздорфа был де- завуирован российской стороной, русско-японская война закончи- лась подписанием Портсмутского мира и замирением России с Японией со всеми вытекающими отсюда последствиями, и, нако- нец, англичане в период марокканского кризиса проявили себя как верные и надежные союзники, полностью поддержав французов7. Созванная по инициативе кайзера международная Альхесирасская конференция по Марокко окончилась полным провалом для Гер- мании и наглядно продемонстрировала всему миру глубокую дип- ломатическую изоляцию, в которой оказался Берлин. Поражение в русско-японской войне, в которой Японию ак- тивно поддержал Лондон, заставило царскую дипломатию заду- маться о бесперспективности дальнейшей конфронтации с «вла- дычицей морей». Исправить положение было непросто — уж слишком много проблем накопилось к началу XX века в русско- английских отношениях: здесь и Афганистан, и Персия, и Китай, и Средняя Азия, и Балканы, и Ближний Восток. Однако резкое обострение англо-германских отношений, безудержная гонка во- оружений на море, начатая Берлином, заставили и британские правящие круги все чаще и чаще задумываться о необходимости нормализовать отношения с русскими. Тем более что дальневос- точные проблемы между Россией и Англией были притуплены победой японского оружия и разгромом российского флота, а на Ближнем Востоке у обеих держав появился общий враг в лице Германской империи. На сближение с Англией Российскую им- перию подталкивал и целый ряд экономических факторов. 14 Первые свидетельства о намечаемом русско-английском сбли- жении относятся к Альхесирасской конференции, а уже на следу- ющий год Лондон заявил о своем желании вместе с Францией поучаствовать в предоставлении России крупного финансового займа. Двусторонние контакты еще больше оживились после на- значения на должность министра иностранных дел сэра Э. Грея, который сразу заявил о своем желании решить все проблемы в русско-английских отношениях, о чем и уведомил своего коллегу в Санкт-Петербурге Ламздорфа. Ответным знаком из России ста- ло назначение на пост министра иностранных дел сторонника сближения с Англией А. П. Извольского. Рус с ко-английские переговоры особенно интенсифицирова- лись начиная с мая 1906 года. Ревизии был подвергнут весь ком- плекс двусторонних отношений — раздел сфер влияния в Персии, Афганистане, Юго-Западном Тибете, режим мореплавания в чер- номорских проливах, обсуждались и многие другие проблемы, представлявшие взаимный интерес. Итогом русско-английских консультаций стало подписание 31 августа 1907 года двусторонне- го соглашения, регламентировавшего разграничение сфер влия- ния Англии и России в Персии, Афганистане и Тибете. Так были заложены основы согласия между Россией, Англией и Францией. Теперь Европа окончательно оказалась разделена между Антантой и блоком центральных держав в лице Германской и Австро-Вен- герской империй. Однако вплоть до начала Первой мировой вой- ны отдельные участники противоборствующих коалиций пред- принимали попытки изменить расклад сил на континенте и сбли- зиться то с одним, то с другим из участников коалиций. Именно в контексте такого подхода к решению европейских проблем, думается, следует рассматривать подписание 29 октября 1907 года русско-германского Балтийского протокола, регулиро- вавшего некоторые, отнюдь не самые важные, проблемы в этом регионе. По мнению российских историков, с которым, на наш взгляд, следует согласиться, «Балтийский протокол явился наибо- лее осязаемым плодом всех попыток русско-германского сближе- ния после окончания русско-японской войны (и вплоть до 1910 г.), плодом скудным, ибо практическое значение протокола оказалось невелико»9. БАЛКАНСКИЙ «УЗЕЛ» В череде локальных войн и конфликтов, которые потрясали Европу в конце XIX — начале XX века, особняком стоят те, что происходили на Балканах. Собственно, уже несколько десяти ле- 15
тий Балканский полуостров именовали не иначе, как «пороховым погребом Европы», — интересы уж слишком многих государств сталкивались в этом регионе Старого Света. При всей многогран- ности балканских конфликтов их суть можно выразить в несколь- ких словах: борьба великих держав за «наследство больного» — Османской империи. Но это соперничество накладывалось на крайне непростые отношения между самими балканскими госу- дарствами. Именно на Балканах в крайне острой форме столкнулись ин- тересы Англии и Германии, стремившихся завоевать доминирую- щее положение в Турции, а также России и Австро-Венгрии, пы- тавшихся поставить под свой контроль национально-освободи- тельное движение славянских народов. До поры до времени это соперничество проходило в определенных рамках, пока Вена не решила нарушить сложившийся в регионе status quo. Надо отметить, что агрессивные устремления Вены на Балка- нах самым активным образом подогревались в Берлине. Более того, именно на Балканах немцы еще раз попытались испытать на прочность недавно созданную Антанту. Потепление в русско-анг- лийских отношениях самым удручающим образом было воспри- нято в Берлине. Особенно кайзера раздражала та подчеркнуто дружеская атмосфера, в которой проходила встреча в Ревеле в июле 1908 года русского и английского государей Николая II и Эдуарда VII10. Именно после этой встречи Вильгельмом было сде- лано ставшее широко известным заявление, что если «они» захо- тят «нас» окружить, то Германия будет обороняться до конца. К тому же в высших европейских сферах стали ходить настойчи- вые слухи о том, что на тайных совещаниях в Ревеле между ми- нистром иностранных дел России Извольским и английским мо- нархом достигнута договоренность о совместном вмешательстве в турецкие события — это было время, когда Османскую империю сотрясала младотурецкая революция. Так вот, именно на почве балканских дел и решил на сей раз оценить глубину русско-анг- лийского сближения, а тем самым и прочность самой Антанты, немецкий кайзер. Сами немцы, однако, не хотели становиться зачинщиками нового европейского конфликта и, как водится, на роль провокаторов определили своих ближайших союзников — австрийцев. 5 октября 1908 года австро-венгерский император заявил о распространении своего суверенитета на Боснию и Герцеговину. Россия дала согласие на аннексию, но обусловила его указанием на европейский характер этого вопроса, то есть передачей про- блемы аннексии Боснии и Герцеговины на международное об- суждение и необходимостью компенсации для целого ряда госу- дарств. Однако, получив свое, Вена и не подумала выполнять данные ею России обязательства и, более того, начала готовить планы уничтожения своего злейшего врага и исторического со- юзника России — Сербии, планируя разделить эту страну между ' Австро-Венгрией, Болгарией и Румынией. Австрийского кайзе- ра в его планах поддержал кайзер немецкий. 29 марта 1909 года в Австро-Венгрии была объявлена мобилизация пяти корпусов. В воздухе запахло войной. В этих условиях еще полностью не оправившаяся после поражения в войне с Японией Россия не стала обострять отношения с Австро-Венгрией и стоявшей за ее спиной Германией, признала аннексию Боснии и Герцеговины и отказалась от требований созыва международной конференции. Боснийский кризис до крайности ухудшил отношения между Санкт-Петербургом, с одной стороны, и Берлином и Веной — с другой. Именно после него призрак военной опасности постоян- но стал витать над Старым Светом. Не успевал разрешиться один дипломатический скандал, как тут же возникал другой. Однако задумка Вильгельма — показать России, кто хозяин в Европе и что ей не приходится ожидать поддержки от новых союзников, полностью провалилась. В Петербурге сделали прямо противопо- ложный вывод и стали еще более интенсивно укреплять военные и политические связи с Антантой. Действия Вильгельма не остав- ляли России выбора. Вернее, выбор был: или безусловно подчи- ниться воли Германии, причем без всякой надежды на компенса- цию, или же, напротив, еще больше укрепить союз с Лондоном и Парижем. В России выбрали второе. Несмотря на то что в результате первого марокканского кри- зиса и аннексии Австро-Венгрией Боснии и Герцеговины России пришлось подчиниться ультимативным требованиям немцев, Вильгельму так и не удалось внести раскол в ряды Антанты. Тем f не менее немецкая дипломатия продолжала действовать в подоб- ном духе. Еще прежнее руководство немецкого дипломатического ведомства в лице Ф. Гольштейна и канцлера Б. Бюлова мечтало превратить Марокко в вечно кровоточащую французскую рану, притрагиваясь к которой Берлин мог бы диктовать Парижу свои условия. Вот и теперь, не сумев посеять раздор в стане Антанты в случае с Боснией и Герцеговиной, немцы решили опять попытать- ся разыграть «марокканскую» карту. Причем предлог для этого был выбран смехотворный. В те годы в Марокко, как и в других частях Французской импе- рии, квартировали части Иностранного легиона, состоявшего, как правило, из отбросов общества мношх европейских стран. Нема- Ь лый процент среди солдат этого воинства составляли немцы. В свя- зи с особенностями личного состава Иностранного легиона в нем довольно часто происходили нарушения дисциплины, обычным делом было дезертирство. Однажды из части сбежали несколько 16 17
рядовых немецкого происхождения и укрылись в консульстве Гер- мании в Касабланке. Спустя несколько дней консул решил пере- править дезертиров на стоящий в порту немецкий корабль, но французские власти отбили солдат и отправили их в тюрьму. После этого начался крупный международный скандал. В него ввязался даже сам Вильгельм, потребовавший от французов извинений за оскорбление консульства и немедленного освобождения дезерти- ров, а германский посол во Франции В. Шен пригрозил разрывом дипломатических отношений между двумя странами. Тучи рассея- лись только к февралю 1909 года, когда Германия и Франция под- писали двустороннее соглашение о Марокко, по которому Берлин признавал особые политические интересы Парижа в Марокко, а французы обещали не противодействовать немецким экономичес- ким интересам в этой стране. Попытки Вильгельма расколоть ряды Антанты в очередной раз потерпели крах. Однако события 1908—1909 годов обострили международную обстановку и показали, насколько близко Европа подошла к гра- ни крупномасштабной войны. Так, 5 октября 1911 года после вторжения итальянских войск в северо-африканские провинции Османской империи — Триполитанию и Киренаику (современную Ливию) началась итало-турецкая война. После года боевых дей- ствий между двумя противниками был подписан в Швейцарии договор, по которому к Риму переходил полный контроль над спорной территорией. Не успели затихнуть боевые действия в Северной Африке, как Османская империя оказалась втянутой в новую войну Итало-ту- рецкая война послужила стимулом для объединения ряда балкан- ских государств в союз против Стамбула. Утром 9 октября 1912 года против турок боевые действия начала маленькая Черно- гория, а неделю спустя войну Турции объявили Сербия, Болгария и Греция. В этой войне турки потерпели быстрое и сокрушитель- ное поражение. Уже в начале ноября болгарская армия стояла у стен Константинополя, а 3 декабря было подписано перемирие. И хотя в феврале 1913 года боевые действия возобновились, по- ражение Османской империи было безусловным. Согласно Лон- донскому договору почти вся территория Европейской Турции переходила к союзникам, и таким образом для Балканских стран закончилось многовековое османское иго. Разгром османской армии объединенными силами славянских государств и Греции нанес жестокий удар по интересам централь- ных держав. Стремясь расколоть блок Балканских государств, Ав- стро-Венгрия сделала все, чтобы посеять раздор в стане победите- лей. Сделать это было не так трудно — между балканскими страна- ми постоянно вспыхивали споры по поводу проблем, связанных с разделом «наследства» Османской империи. Вене и Берлину уда- 18 лось привлечь на свою сторону русофобский режим болгарского царя Фердинанда из немецкой династии Кобургов. Несмотря на все попытки российской дипломатии уладить конфликт на Балка- нах, ее усилия сохранить единство славянских государств успехом не увенчались. Польстившись на обещания Австро-Венгрии предо- ставить Софии кредиты и обширные территории на счет ее сосе- дей, болгары 29 июня 1913 года вероломно напали на Сербию и Грецию. Так началась братоубийственная Вторая балканская война. Встав на путь предательства национальных интересов, прогер- манский болгарский режим рассчитывал на то, что Германия и Австро-Венгрия сумеют убедить Румынию сохранить нейтралитет в этом конфликте. Однако румыны пришли на помощь сербам и грекам и 10 июля ввели свои войска в Южную Добруджу Ситуа- 7 цией воспользовалась Турция, которая присоединилась к своим недавним противникам, отбив у Болгарии Андрианополь. В этих условиях Австро-Венгрия отказалась предоставить какую-либо помощь еще недавно столь активно подстрекаемым ею болгарам, . разгром которых стал неизбежен. 10 августа 1913 года в Бухаресте между Балканскими государствами был подписан мир, по кото- рому Болгария потеряла не только недавно завоеванные у Турции территории, но и часть своих исконных земель. Вторая балканская война имела очень важные геополитичес- кие последствия. В регионе теперь сложилась новая расстановка сил, и вместо единого союза православных государств под эгидой России фактически образовались две группировки: Сербия, Гре- ция и Румыния, с одной стороны, Болгария и Турция — с другой. Такая ситуация была крайне выгодна центральным державам. Дипломатическая борьба двух главных противоборствующих в Европе группировок после Второй балканской войны только обо- I стрилась: одни пытались примирить со своими христианскими соседями Болгарию и тем самым восстановить прежний блок Бал- канских государств, другие, наоборот, желали к болгаро-турецкой коалиции присоединить еще и Румынию. Если к этому прибавить проблему черноморских проливов, обладание которыми было ис- конной мечтой царского правительства, то неудивительно, что «пороховой погреб» Европы, каким считались Балканы, летом 1914 года все-таки взорвался и к осени 1918-го под своими облом- ками похоронил четыре империи. ИЮЛЬСКИЙ КРИЗИС 28 июня 1914 года в боснийском городе Сараево сербским националистом Г. Принципом были убиты наследник австро- венгерского престола Франц-Фердинанд и его жена. Само же 19
сербское правительство, хотя и догадывалось о заговоре, не одобряло его, ибо страна была истощена двумя Балканскими войнами. В исторической науке одно время шли многословные дискуссии о том, какая страна несет основную ответственность за развязывание невиданной доселе кровавой мировой бойни. Между тем достаточное количество документов на эту тему было опубликовано еще в 20-х годах, в том числе письмо министра иностранных дел Германии Г. фон Ягова немецкому послу в Лон- доне князю К. М. Лихновскому. Подобно тому, как рассуждал этот видный кайзеровский дипломат в июле 1914 года, сразу же после убийства Франца-Фердинанда, в Берлине думали многие, если не все: «В основном Россия сейчас к войне не готова. Фран- ция и Англия тоже не хотят сейчас войны. Через несколько лет, по всем компетентным предположениям, Россия уже будет боес- пособна. Тогда она задавит нас своим количеством солдат; ее Балтийский флот и стратегические железные дороги уже будут построены. Наша же группа между тем все более слабеет. В Рос- сии это хорошо знают и поэтому безусловно хотят еще на не- сколько лет покоя*". В неменьшей степени, чем в Берлине, в развязывании миро- вой войны были заинтересованы в Вене. Вот что писал, например, начальник генерального штаба австро-венгерской армии и один из самых ярых приверженцев войны К. фон Бетцендорф: «Два принципа были в резком конфликте друг с другом: либо сохране- ние Австро-Венгрии как конгломерата национальностей, который должен выступать в виде единого целого перед внешним миром и видеть свое общее благо под властью одного государя, или же рост отдельных независимых национальных государств, притязающих на свои этнические территории Австро-Венгрии и таким путем вызывающих разрушение монархии. Конфликт между двумя этими принципами, нараставший дав- но, достиг высшей стадии вследствие поведения Сербии. Его раз- решения нельзя было откладывать»82. Однако после убийства в Сараеве в Вене все же колебались по поводу мер, которые следует предпринять в дальнейшем. Так, против решительных действий выступал австрийский премьер- министр И. Тисса, а престарелый монарх Франц-Иосиф, как все- гда, сомневался. В царившей в Вене обстановке сомнений и не- решительности было решено запросить мнение главного союзни- ка. 5 июля Вильгельм в своем дворце в Потсдаме принял австрийского посла Л. Сегени и на встрече с ним без обиняков заявил: «С выступлением против Сербии не мешкать!» Тут же был одобрен конкретный план расправы с Белградом. Расчет немцев был все тот же: если Россия не вступится за сербов, то в войне один на один Австро-Венгрия их разгромит, что пойдет на пользу 20 центральным державам, а если же Россия заступится за своего ис- торического союзника, то разразится большая война в крайне вы- годных для Берлина условиях. Так было решено выставить сербс- кой стороне заведомо неприемлемый для нее ультиматум, отказ от выполнения которого послужил бы причиной вторжения австрий- ских войск в Сербию. Не подлежит сомнению, что именно немцы сделали первый и решающий шаг к мировой войне, бесцеремон- но подталкивая своих «младших» партнеров по коалиции к край- ним мерам. Что же касается союзников по Антанте, то у них поначалу убийство наследника австрийского престола особой тревоги не вызвало. В Россию 20 июля приехали с государственным визитом президент Франции Р. Пуанкаре и председатель совета министров Р. Вивиани, которые подтвердили свои союзнические обязатель- ства в случае войны России с Германией. Именно поэтому уже готовый австрийский ультиматум Сербии решено было не вручать правительству Н. Пашича до тех пор, пока французская делегация не отбудет на родину, — таким образом, союзники лишались воз- можности проконсультироваться по этому вопросу. Австрийский ультиматум был вручен сербскому правительст- ву только после того, как Россию покинул французский прези- дент, — 23 июля. Для ответа Белграду был дан срок в 48 часов. Ультиматум начинался со слов о попустительстве сербского пра- вительства антиавстрийскому движению в Боснии и Герцеговине и обвинений официального Белграда в организации террористи- ческих актов, а далее следовали 10 конкретных требований. Доку- мент этот фактически являлся провокацией, особенно в той его части, в которой требовалось предоставить австрийским властям право провести следствие по делу об убийстве наследника авст- рийского престола на территории Сербии, и был составлен таким образом, чтобы ни одно уважающее себя независимое государство не могло его принять. Сербское правительство тотчас же обрати- лось за помощью к России. Когда 24 июля телеграмма о событиях на Балканах легла на стол российского министра иностранных дел С. Д. Сазонова, тот воскликнул в сердцах: «Это европейская война!» В тот же день состоялось заседание Совета министров, на котором сербам пред- лагалось в ответе на австрийскую ноту проявить умеренность. Одновременно министр встретился с германским послом Ф. Пур- талесом в надежде побудить Берлин миротворчески воздейство- вать на австрийцев. Характерна при этом политика, какую вел официальный Лон- дон. Сразу же после убийства наследника австрийского престола глава британской дипломатии сэр Грей выразил Вене глубокие сожаления, а затем на долгое время замолчал. Лишь 6 июля на 21
встрече с германским послом в Лондоне Грей намекнул, что Анг- лия не допустит уничтожения Франции. О России не было сказа- но ни слова. Еще через три дня Прей заявил все тому же князю Лихновскому, что Англия не связана какими-либо союзными обя- зательствами ни с Россией, ни с Францией и сохраняет свободу рук. При этом он излучал оптимизм. Интересно, что и австрийс- кому послу в Лондоне Грей говорил об ущербе мировой торговли, который может нанести война между четырьмя великими евро- пейскими державами — Австро-Венгрией, Германией, Россией и Францией. О вероятном участии пятой великой державы — Анг- лии — ни слова. Таким образом, у Берлина сложилось стойкое убеждение, что Лондон не будет вмешиваться в балканский кон- фликт, и это только придавало агрессивности немцам. Этому спо- собствовала и непростая внутриполитическая обстановка в самой Великобритании, где все еще сильно было влияние пацифистов. В назначенный срок сербы подготовили ответ на австрийский ультиматум. Ответная нота была составлена в крайне примири- тельных и дипломатичных тонах. Из 10 пунктов требований Вены было принято 9, сербы отказались только допустить, чтобы след- ствие по убийству Франца-Фердинанда вели австрийские чинов- ники — эго было бы расценено всем миром как отказ Сербии от собственного суверенитета. Тем не менее австрийский посланник в Белграде барон В. Гизль, убедившись, что сербы не принимают один пункт ультиматума, затребовал свои паспорта и покинул Белград. Далее события развивались по нарастающей. В ответ на объявление Австро-Венгрией войны Сербии 28 июля и обстрела Белграда Россия объявила мобилизацию в приграничных с Австро-Венгрией районах. На следующий день англичане открыли карты, заявив Лихнов- скому, что Англия будет оставаться безучастной только до тех пор, пока конфликт будет ограничен Австро-Венгрией и Россией, если же в него окажется втянута и Франция, Лондон долго оставаться в стороне не намерен. Это заявление произвело в Берлине шок, а кайзер был просто взбешен. Вместо войны только против России и Франции немцам теперь предстояло воевать и против Англии, полностью господствовавшей на море и имевшей за счет обшир- ных колоний практически неограниченные людские и сырьевые ресурсы. Вдобавок к этому воевать на стороне центральных дер- жав отказалась и участница Тройственного союза Италия. В Бер- лине уже начали поговаривать о том, что Англия могла бы, чисто гипотетически, выступить посредницей в балканском конфликте, и призвали Вену ограничиться лишь занятием Белграда в качестве залога на будущих переговорах. Ход событий, однако, остановить уже было невозможно. 30 июля был подписан указ царя о всеобщей мобилизации в Рос- 22 сии. Германия потребовала от России прекратить мобилизацию, но, получив отказ, 1 августа объявила войну Российской империи. Вызывает удивление то, с какой поспешностью это было сделано — вопреки планам военных, которые в качестве первоочередной задачи'предусматривали разгром Франции, и отсрочка от вступ- ления в войну России таким образом им была только на руку. Этот ход, думается, диктовался особенностью внутриполитичес- кой ситуации в Германии: немецким политикам было куда выгод- ней заявить своим согражданам, что в Европе началась война про- тив отсталого царского самодержавия за торжество демократии, а не затеян новый передел мира в интересах второго рейха. 1 августа 1914 года, используя совершенно надуманный пред- лог о провокациях со стороны французских пограничников и мнимых налетах французской авиации на спящих бюргеров, не- мецкий канцлер составил текст объявления войны Франции. Нота была вручена французской стороне под вечер 3 августа. Теперь немцам необходимо было объяснить миру, почему они вероломно напали на Бельгию, чей нейтралитет давно был при- знан всеми ведущими европейскими державами, в том числе и самой Германией. Для начала канцлер Т. Бетман-Гольвег публич- но назвал международный договор о нейтралитете Бельгии «клоч- ком бумаги», а затем официальные лица Германии, ничтоже сум- няшеся, заявили о якобы готовящемся в эту страну вторжении французской армии и 2 августа ультимативно потребовали пропу- стить в Бельгию для отражения «агрессии» немецкие войска. На размышление бельгийцам давались сутки. Руководство Бельгии не подчинилось диктату вероломного соседа и обратилось за помо- щью к главам Антанты. 4 августа под благородным предлогом защиты нейтралитета Бельгии на стороне своих союзников по Антанте выступил Лон- дон вместе со всеми своими доминионами. Так война приняла подлинно мировой характер. Документы 1. Австро-Германский договор 1879 г. о союзе Принимая во внимание, что великий германский император и император Австрии должны считать своим непререкаемым мо- наршим долгом иметь при всяких обстоятельствах попечение о безопасности своих империй и спокойствии своих народов; при- нимая во внимание, что оба монарха, подобно тому как это име- ло место в отношении прежде существовавшей союзной связи, будут в состоянии путем твердых совместных действий обеих 23
империй легче и успешней выполнить этот долг; принимая, на- конец, во внимание, что искренняя связь между Германией и Австро-Венгрией не может никому угрожать, но способна, на- против, укрепить европейский мир, созданный постановления- ми берлинского конгресса, — их величества решили заключить союз мира и взаимной защиты, торжественно в то же время обе- щая друг другу, что они никогда и ни в каком направлении не пожелают придать агрессивной тенденции своему чисто оборо- нительному соглашению. Статья 1. В случае если бы одна из обеих империй, вопреки ожиданию и искреннему желанию обеих высоких договариваю- щихся сторон, подверглась нападению со стороны России, то обе высокие договаривающиеся стороны обязаны выступить на по- мощь друг другу со всею совокупностью военных сил своих импе- рий и соответственно с этим не заключать мира иначе, как только сообща и по обоюдному согласию. Статья 2. Если бы одна из высоких договаривающихся сторон подверглась нападению со стороны какой-либо другой державы, то другая высокая договаривающееся сторона настоящим здесь обязуется не только не оказывать помощи нападающему против своего высокого союзника, но соблюдать по меньшей мере благо- желательный нейтралитет по отношению к своему высокому до- говаривающемуся соучастнику. Но если бы, однако, в таком слу- чае нападающая держава получила поддержку со стороны России, будь то в форме активного содействия или будь то путем военных мероприятий, то обусловленное в Статье 1 обязательство полной военной взаимопомощи вступит немедленно в силу, и тогда веде- ние войны высокими договаривающимися сторонами будет также совместным вплоть до совместного заключения мира. Статья 3. Срок этого договора определяется пока пятилетний, считая со дня ратификации. За год до истечения этого срока обе высокие договаривающиеся стороны вступят в переговоры о том, продолжают ли еще в действительности существовать обстоятель- ства, легшие в основу этого договора, и условятся насчет дальней- шего срока и возможных изменений отдельных деталей. Если в течение первого месяца последнего договорного года ни с чьей стороны не последует, приглашения к открытию таких перегово- ров, то договор этот будет считаться возобновленным на срок сле- дующих трех лет. Статья 4. Договор этот в соответствии с его мирным направ- лением и с целью устранения всякого ложного истолкования бу- дет сохраняться в тайне обеими высокими договаривающимися сторонами и может быть сообщен какой-либо третьей державе только с согласия обеих сторон и по особому о том соглашению между ними. Считаясь с высказанными императором Александром на сви- дании в Александрове чувствами, высокие участники этого дого- вора питают надежду на то, что для них военные приготовления России не будут в действительности угрожающими, и поэтому они не видят сейчас никакого повода для какого-либо сообщения. Но если бы эта надежда вопреки ожиданию оказалась ошибочной, то высокие участники этого договора сочтут долгом лояльности ос- ведомить императора Атександра, по крайней мере конфиденци- ально, о том, что они вынуждены будут рассматривать всякое на- падение на одного из них как направленное против них обоих. Статья 5^ Договор этот вступит в силу по одобрении его обо- ими высшими суверенами; он должен быть после этого ратифи- цирован в течение четырнадцати дней. Андраши Рейс (Ключников Ю. В., СабанинА. В. Международная политика новейшего времени в договорах, нотах и декларациях. Ч. I. М., 1925. С. 232—233. Далее: Международная политика.) 2. Образование Тройственного союза в 1882 г. Их величества император австрийский, император германс- кий, король Италии, воодушевленные желанием увеличить гаран- тии всеобщего мира, укрепить монархический принцип и обеспе- чить тем самым сохранение в неприкосновенности общественно- го и политического строя в их государствах, условились заключить договор, который благодаря своей существенно охранительной и оборонительной природе имеет только целью обеспечить их от угроз, которые могли бы создаться для безопасности их государств и спокойствия Европы. Статья 1. Высокие договаривающиеся стороны обещают друг другу мир и дружбу, и они не вступят ни в какой союз или обяза- тельство, направленные против одного из этих государств. Они обязуются приступить к обмену мнениями по политичес- ким и экономическим вопросам общего характера, которые мог- ли бы возникнуть, и, кроме того, обещают взаимную поддержку друг другу в границах своих собственных интересов. Статья 2. В случае если Италия без прямого вызова с ее сторо- ны подверглась бы нападению Франции по какому бы то ни было поводу, обе другие договаривающиеся стороны обязаны подать ата- кованной стороне помощь и содействие всеми своими силами. Такая же обязанность ляжет на Италию в случае не вызванно- го прямо нападения Франции на Германию. Статья 3. Если бы одна или две из высоких договаривающих сторон без прямого с их стороны вызова подверглись нападению 24 25
и были бы вовлечены в войну с двумя или несколькими велики- ми державами, не участвующими в настоящем договоре, то casus foederis одновременно представится для всех высоких договарива- ющихся сторон. Статья 4. В случае если какая-либо великая держава, не уча- ствующая в настоящем договоре, стала бы угрожать безопасности территории одной из высоких договаривающихся сторон и сторо- на угрожаемая оказалась бы тем самым вынужденной объявить ей войну, обе другие обязуются соблюдать в отношении их союзни- цы благожелательный нейтралитет. Каждая в таком случае остав- ляет за собой возможность вступить в войну в подходящий для себя момент для участия в общем деле со своей союзницей. Статья 5. Если для мира одной из высоких договаривающихся сторон создается угроза при обстоятельствах, предусмотренных в предшествующих статьях, то высокие договаривающиеся стороны условятся в нужный момент относительно военных мероприятий на случай совместного выступления. Они теперь же обязуются во всех случаях общего участия в войне не заключать перемирия, мира или договора иначе как с общего между собой согласия. Статья 6. Высокие договаривающиеся стороны обещают друг другу держать в тайне содержание и существование настоящего договора. Статья 7. Настоящий договор будет в силе в течение пяти лет со дня обмена ратификаций. Статья 8. Ратификации настоящего договора будут обменены в Вене в течение трех недель или скорее, если то можно будет сде- лать. Кальноки Рейс Робилант (Международная политика. С. 241—242.) 3. Образование франко-русского союза в 1891—1893 гг. I Письмо посла России в Париже Моренгейма французскому ми- нистру иностранных дел Рибо Париж, 15/27 августа 1891г. Г. министр, Во время моего недавнего пребывания в С.-Петербурге, куда я был вызван по повелению моего августейшего монарха, госуда- рю было угодно снабдить меня специальными инструкциями, из- 26 ложенными в прилагаемом в копии письме, досланном на мое имя его превосходительством г. Гирсом, министром иностранных дел, которое его величество благоволил предписать мне сообщить правительству республики. Во исполнение этого высочайшего повеления я вменяю себе в обязанность довести этот документ до сведения вашего превосхо- дительства в твердой надежде, что его содержание, предваритель- но согласованное и сообща формулированное нашими двумя ка- бинетами, найдет полное одобрение французского правительства и что вы, г. министр, соблаговолите согласно желанию, выражен- ному г. Гирсом, почтить меня ответом, свидетельствующим о пол- ном согласии, счастливо установившемся на будущее время меж- ду нашими двумя правительствами. « Дальнейшее развитие, которое эти два согласованные и уста- новленные сообща пункты не только допускают, но которое дол- жно составить их естественное и необходимое дополнение, может стать предметом доверительных и строго личных переговоров и обмена мнений в тот момент, в который это будет найдено свое- временным тем или другим кабинетом, там, где они сочтут для себя возможным приступить к ним в нужное время. Отдавая себя на этот случай в полное распоряжение вашего превосходительства, я счастлив воспользоваться подобным случа- ем, чтобы просить вас принять уверения в моем глубочайшем по- чтении. Моренгейм II Письмо министра иностранных дел России Н. К. Гйрса послу России в Париже Моренгейму С.-Петербург, 9/21 августа 1891г. Г. посол, Положение, создавшееся в Европе в силу открытого возобнов- ления Тройственного союза и более или менее вероятного присо- единения Великобритании к политическим целям, преследуемым этим союзом, вызвало во время недавнего пребывания здесь г. де Лабулэ обмен мнениями между французским послом и мною, с тем чтобы установить позицию, которая при нынешних услови- ях, в случае возникновения известных обстоятельств, была бы наиболее целесообразной для обоих наших правительств, кото- рые, оставшись вне какого-либо союза, тем не менее искренно желают создать самые действительные гарантии для сохранения мира. Таким образом, мы пришли к формулированию нижеследу- ющих двух пунктов: 27
1) В целях определения и утверждения сердечного согласия, объединяющего их, и желая сообща способствовать поддержанию мира, который является предметом их самых искренних желаний, оба правительства заявляют, что они будут совещаться между со- бой по каждому вопросу, способному угрожать всеобщему- миру. 2) В случае, если мир оказался бы действительно в опасности, и в особенности в том случае, если бы одна из двух сторон оказа- лась под угрозой нападения, обе стороны условливаются догово- риться о мерах, немедленное и одновременное проведение кото- рых окажется в случае наступления означенных событий настоя- тельным для обоих правительств. Доложив государю об этих переговорах, а равно и текст при- нятых окончательных формулировок, я имею честь Вам ныне со- общить, что его величество соизволил полностью одобрить озна- ченные принципы соглашения и согласиться на принятие их обо- ими правительствами. Сообщая Вам об этой высочайшей воле, я прошу Вас довести это до сведения французского правительства и уведомить меня о тех решениях, на которых, со своей стороны, оно остановится. Примите и проч. Гире III Письмо министра иностранных дел Франции А. Рибо послу Рос- сии в Париже Моренгейму Париж, 13/27 августа 1891 г. Г. посол, Вы соблаговолили по приказанию вашего правительства сооб- щить мне текст письма императорского министра иностранных дел, в коем заключаются специальные инструкции, которыми его величество император Александр решил снабдить Вас в результа- те вызванного общеевропейским положением последнего обмена мнениями между г. Гирсом и послом Французской Республики в Петербурге. Вашему превосходительству было поручено выразить в то же время надежду, что содержание этого документа, предва- рительно согласованное между двумя кабинетами и сформулиро- ванное сообща, встретит полное одобрение французского прави- тельства. Я спешу поблагодарить Ваше превосходительство за это сообщение. Правительство [республики] может оценить положе- ние, создавшееся в Европе в силу тех обстоятельств, при кото- рых состоялось возобновление Тройственного союза, лишь так же, как это делает императорское правительство, и вместе с ним считает, что наступил момент определить позицию, при нынеш- 28 ней обстановке и при наступлении известных событий наиболее целесообразную для обоих правительств, одинаково стремящихся обеспечить гарантии сохранения мира, заключающиеся в поддер- жании равновесия сил в Европе. Я счастлив поэтому сообщить ва- шему превосходительству, что правительство республики полнос- тью присоединяется к двум пунктам, которые являются предме- том сообщения г. Гирса и которые формулированы следующим образом: 1) В целях определения и утверждения сердечного согласия, объединяющего их, и желая сообща способствовать поддержанию мира, который является предметом их самых искренних желаний, оба правительства заявляют, что они будут совещаться между со- бой по каждому вопросу, способному угрожать всеобщему миру. 2) В случае, если мир оказался бы действительно в опасности, и в особенности в том случае, если бы одна из двух сторон оказа- лась под угрозой нападения, обе стороны условливаются догово- риться о мерах, немедленное и одновременное проведение кото- рых окажется в случае наступления означенных событий необхо- димым для обоих правительств. Я отдаю себя, впрочем, в Ваше распоряжение для обсуждения всех вопросов, которые при нынешнем общеполитическом поло- жении привлекут особое внимание обоих правительств. С другой стороны, императорское правительство, подобно нам, несомненно отдает себе отчет в том, насколько важно было бы поручить специальным делегатам, которых следовало бы на- значить в ближайший срок, практически изучить те меры, кото- рые надлежит противопоставить событиям, предусмотренным во втором пункте соглашения. Обращаясь с просьбой довести до сведения императорского правительства ответ французского правительства, я считаю долгом отметить, как ценно было для меня иметь возможность оказать содействие, по мере моих сил, утверждению согласия, которое всегда было предметом наших общих усилий. Примите и проч. А. Рибо IV Проект военной конвенции от 5/17 августа 1892 г. Одушевленные одинаковым стремлением к сохранению мира, Франция и Россия, имея единственной целью подготовиться к требованиям оборонительной войны, вызванной нападением войск Тройственного союза против одной из них, договорились о следующих положениях: 29
1. Если Франция подвергнется нападению со стороны Герма- нии или Италии, поддержанной Германией, Россия употребит все войска, какими она может располагать, для нападения на Герма- нию. Если Россия подвергнется нападению Германии или Авст- рии, поддержанной Германией, Франция употребит все ёойска, какими может располагать, для нападения на Германию. 2. В случае мобилизации войск Тройственного союза или од- ной из входящих в него держав Франция и Россия немедленно по получении известия об этом, не ожидая никакого предваритель- ного соглашения, мобилизуют немедленно и одновременно все свои силы и двинут их как можно ближе к своим границам. 3. Действующие армии, которые должны быть употреблены против Германии, будут со стороны России от 700 000 до 800 000 человек. Эти войска будут полностью и со всей быстротой введе- ны в дело так, чтобы Германии пришлось сражаться сразу и на востоке, и на западе. 4. Генеральные штабы обеих стран будут все время сноситься друг с другом, чтобы подготовить и облегчить проведение предус- мотренных выше мер. Они будут сообщать друг другу в мирное время все данные относительно армий Тройственного союза, ко- торые известны им или будут им известны. Пути и способы сно- шения во время войны будут изучены и предусмотрены заранее. 5. Ни Франция, ни Россия не заключат сепаратного мира. 6. Настоящая конвенция будет иметь силу в течение того же срока, что и Тройственный союз. 7. Все перечисленные выше пункты будут сохраняться в стро- жайшем секрете. Подписали: генерал-адъютант, начальник Генерального штаба Обручев дивизионный генерал, помощник начальника Генерального штабаБуадефр V Письмо министра иностранных дел России Н, К. Гирса послу Франции в С.-Петербурге Монтебелло С.-Петербург, 15/27 декабря 1893г. Весьма секретно Изучив по высочайшему повелению проект военной конвен- ции, выработанный русским и французским генеральными шта- бами в августе 1892 года, представив мои соображения императо- ру, я считаю долгом сообщить Вашему превосходительству, что текст этого соглашения в том виде, как он был в принципе одоб- рен его величеством и подписан ген.-ад. Обручевым и дивизион- ным генералом Буадефром, отныне может рассматриваться как окончательно принятый в его настоящей форме. Оба генеральных штаба будут иметь, таким образом, возможность периодически сговариваться и обоюдно обмениваться полезными сведениями. VI Письмо посла Франции в Петербурге Монтебелло министру ино- странных дел России Н. К. Гйрсу С.-Петербург, 23 декабря 1893г. / 4 января 1894г. Я получил письмо, которое Ваше превосходительство соблаго- волили адресовать мне 15/27 декабря 1893 г. и которым Вы изве- щаете меня о том, что, изучив по высочайшему повелению про- ект военной конвенции, выработанной русским и французским генеральными штабами, и доложив императору все свои сообра- жения, Вы сочли долгом уведомить меня, что это соглашение, в том виде, как оно было в принципе одобрено его величеством и как его подписали в августе 1892 года уполномоченные для этой цели правительствами соответствующие представители сторон: ген.-ад. Обручев и дивизионный генерал Буадефр, может отныне рассматриваться как окончательно принятое. Я поспешил известить об этом решении свое правительство, и я уполномочен заявить Вашему превосходительству, с просьбой довести это решение до сведения е. в. императора, что президент Республики и французское правительство также рассматривают вышеупомянутую военную конвенцию, текст которой одобрен той и другой стороной, как подлежащую выполнению. В силу этого соглашения оба генеральных штаба теперь будут иметь возможность периодически сговариваться и обоюдно обме- ниваться полезными сведениями. (Сборник договоров России с другими государствами. 1856—1917 гг. М., 1952. С. 277—283. Далее: Сборник договоров.) 4. Соглашение между Россией и Францией о подтверждении франко-русского союза, август 1899 г. I Письмо министра иностранных дел России М. Н. Муравьева ми- нистру иностранных дел Франции Т. Делькассе С.-Петербург, 28 июля / 9 августа 1899г. Те несколько дней, которые Ваше превосходительство прове- ли среди нас, позволяют Вам, как я надеюсь, еще раз убедиться в 30 31
прочности уз горячей и неизменной дружбы, соединяющих Рос- сию и Францию. Подтверждая эти чувства и отвечая на пожелание, высказан- ное Вами его величеству, император соизволил уполномочить меня сделать Вам, господин министр, предложение об обмене письмами, долженствующими установить, что императорское рос- сийское правительство и правительство Французской Республики, непрестанно озабоченные поддержанием всеобщего мира и рав- новесия европейских сил, подтверждают дипломатическое согла- шение, оформленное письмом г. Гирса от 9/21 августа 1891 года и письмом барона Моренгейма от 15/27августа 1891 года и ответ- ным письмом г. Рибо от того же 15/27 августа 1891 года. Они постановляют, что проект военной конвенции, который явился дополнением к дипломатическому соглашению, будет иметь силу столько же времени, как и дипломатическое соглаше- ние, заключенное в целях обеспечения общих и постоянных ин- тересов обеих стран. II Письмо министра иностранных дел Французской Республики Т. Делькассе министру иностранных дел России М. Н. Муравьеву С.-Петербург, 28июля / 9августа 1899г. В прошлое воскресенье, когда е. и. величество соблаговолил выслушать мое мнение о полезности подтвердить дипломатичес- кое соглашение от августа 1891 года и установить для военной конвенции, заключенной вслед за ним, тот же срок действия, что и для дипломатического соглашения, его величество соизволил мне заявить, что его собственные чувства совершенно совпадают со взглядами правительства республики. Сегодня утром Вы соизволили сообщить мне, что его импера- торскому величеству угодно было одобрить следующую формули- ровку, к которой со своей стороны полностью присоединились президент республики и французское правительство и относи- тельно которой полная договоренность была предварительно дос- тигнута между Вашим превосходительством и мною: «Императорское российское правительство и правительство Французской Республики, непрестанно озабоченные поддержани- ем всеобщего мира и равновесия европейских сил, подтверждают дипломатическое соглашение, оформленное письмом г. Гирса от 9/21 августа 1891 года, письмом барона Моренгейма от 15/27 ав- густа 1891 года и ответным письмом г. Рибо от того же 15/27 авгу- ста 1891 года. 32 Они постановляют, что проект военной конвенции, который явился дополнением к дипломатическому соглашению и о кото- ром упоминается в письме г. Гирса от 15/27 декабря 1893 года и в письме гр. Монтебелло от 23 декабря 1893 / 4 января 1894 г., будет иметь силу столько же времени, как и дипломатическое соглаше- ние, заключенное в целях обеспечения общих и постоянных ин- тересов обеих стран. Строжайшая тайна в отношении содержания и даже существо- вания упомянутых соглашений должна быть тщательно соблюда- ема обеими сторонами». Меня радует, г. министр, чт<у несколько дней, проведенных мною в С.-Петербурге, позволили мне еще раз убедиться в проч- ности уз горячей и неизменной дружбы, соединяющих Россию и Францию, и я прошу Вас принять еще раз уверение в моем глубо- ком уважении. Делькассе (Сборник договоров. С. 319—321.) 5. Англо-французское соглашение от 8 апреля 1904 г. * Соглашение было заключено в форме конвенции о Ньюфаунд- ленде и Западной Африке и двух деклараций — о Сиаме и о Егип- те — Марокко. Конвенция носила компенсационный характер: Франция отказывалась от своих монопольных прав по рыболов- ству на побережье Ньюфаундленда, но рыболовы не лишались права ловить рыбу наравне с английскими колонистами. За эту уступку Франция получала свободу плавания по р. Гамбия на важ- нейшем для нее участке и приобретала о-ва Лос, а также добилась исправления в свою пользу границы в Восточной Нигерии, что открывало ей удобную дорогу между р. Нигер и оз. Чад. Декларация о Сиаме провозглашала его разделение по р. Ме- нам: англичане получили в сферу своего влияния, с исключитель- ным правом иметь концессии и пр., западную половину, а фран- цузы получили в сферу своего влияния, с аналогичным правом, восточную половину, причем обе стороны взаимно обязались не аннексировать эти части. Декларация включала также отказ Анг- лии от всяких претензий по вопросу о пошлинах в мадагаскарс- ких портах и предусматривала создание кондоминиума на Ново- Гебридских о-вах, где до тех пор происходили столкновения меж- ду колонистами обеих стран. В декларации о Египте и Марокко Англия заявляла, что не имеет намерения изменять политический статус Египта, а Фран- ция обязалась не поднимать вопроса об эвакуации и вообще не * Дается в изложении. 2 В. Шацилло 33
чинить препятствий действиям Англии в Египте каким бы то ни было образом (Статья 1). Со своей стороны Франция заявила об отсутствии у нее намерения изменять политический статус Ма- рокко, а Англия, признавала за Францией ввиду смежности ее владений с марокканскими преимущественное право охранять в Марокко порядок и оказывать Марокко помощь в администра- тивной, экономической, финансовой и военной областях. Анг- лийское правительство также гарантировало свободное плавание через Суэцкий канал соответственно международной конвенции 1888 г. (Статья 6). Взамен Франция, как и Англия, обязалась не допускать сооружения укреплений на участке марокканского по- бережья, противолежащем Гибралтару, делая исключение для ис- панских владений на этом побережье (Статья 7). Оба правитель- ства обещали друг другу дипломатическую помощь в реализации вышеизложенных статей (Статья 9). В секретных статьях декларации отмечалось, что если Анг- лия, вопреки своим намерениям, все же решит внести измене- ния в систему капитуляций, или в судебную организацию Егип- та, то Франция даст на это согласие, с тем чтобы и Англия дала таковое, если Франция захочет ввести подобные «реформы» в Марокко (Статья 1). Фактически эта статья предусматривала возможность выдворения третьих держав из Египта и Марокко и закрепления Египта и Марокко соответственно за Англией и Францией. Исключение делалось лишь в пользу Испании, кото- рой оба правительства согласились передать в качестве сферы ее влияния области, прилегающие к Мелилье, Сеуте и др. испанс- ким владениям (в случае прекращения там действия власти сул- тана) (Статья 2). Остальные секретные статьи касались финан- совых вопросов. (Международная политика. С. 313—316.) 6. Декларация России и Австро-Венгрии о взаимном нейтралитете от 2/15 октября 1904 г. С. -Петербург Нижеподписавшиеся, должным образом уполномоченные сво- ими августейшими государями, встретились в Министерстве ино- странных дел для подписания следующей декларации: Австро-Венгрия и Россия, объединенные общностью взглядов на охранительную политику, которой должно придерживаться в балканских странах, и вполне удовлетворенные результатами, до- стигнутыми до сих пор их тесным сотрудничеством, твердо реши- ли оставаться и впредь на этом пути. Будучи счастливы еще раз констатировать это согласие, кабинеты Вены и С.-Петербурга 34 придают большое значение тому, чтобы в данной форме засвиде- тельствовать друг другу чувства дружбы и взаимного доверия. С этой целью обе державы согласились соблюдать лояльный и абсолютный нейтралитет, в случае если какая-либо из подписав- ших эту декларацию сторон окажется одна в не спровоцирован- ном ею состоянии войны с третьей державой, которая пыталась бы посягнуть на ее безопасность или на status quo, поддержание которого является основой соглашения, столь же миролюбивого, сколько и охранительного. Обязательство, установленное предшествующим текстом меж- ду Австро-Венгрией и Россией, неприменимо, конечно, к балкан- ским странам, судьбы которых столь очевидно связаны с согласо- ванием действий обеих соседних империй. Вышеупомянутое обязательство останется в силе до тех пор, пока эти две великие державы будут следовать согласованной по- литике в делах Турции. Это соглашение будет храниться в тайне, и оно не может быть сообщено другому правительству без предвари- тельной договоренности между кабинетами Вены и Петербурга. 2/15 октября 1904 года. Л. Эренталь В. Ламздорф (Сборник договоров. С. 333—334.) 7. Русско-германский союзный договор от 11/24 июля 1905 г. Бьёрке Их величества императоры всероссийский и германский в це- лях обеспечения мира в Европе установили нижеследующие ста- тьи оборонительного союза: Статья 1. В случае, если одна из двух империй подвергнется нападению со стороны одной из европейских держав, союзница ее придет ей на помощь в Европе всеми своими сухопутными и морскими си- лами. Статья 2. Высокие договаривающиеся стороны обязуются не заключать отдельно мира ни с одним из общих противников. Статья 3. Настоящий договор войдет в силу тотчас по заключении мира между Россией и Японией и останется в силе до тех пор, пока не будет денонсирован за год вперед. Статья 4. Император всероссийский после вступления в силу этого до- говора предпримет необходимые шаги к тому, чтобы ознакомить 35
Францию с этим договором и побудить ее присоединиться к нему в качестве союзницы. Вильгельм Николай фон Чиршки-Бегендорф А. Бирилёв (Сборник договоров. С. 335—336.) 8. Конвенция 1907г. между Россией и Англией по делам Персии, Афганистана и Тибета от 18/31 августа 1907г. С.-Петербург Е. в. император всероссийский и е. в. король Соединенного Королевства Великобритании, Ирландии и британских террито- рий за морями, император Индии, воодушевленные искренним желанием уладить по взаимному согласию различные вопросы, касающиеся интересов их государств на Азиатском материке, ре- шили заключить соглашения, предназначенные предупреждать всякий повод к недоразумениям между Россией и Великобрита- нией в отношении сказанных вопросов, и назначили с этой це- лью своими соответственными уполномоченными, а именно: е. в. император всероссийский: ...Александра Извольского, министра иностранных дел, е. в. король Соединенного Королевства Великобритании и Ир- ландии (...): ...Артура Никольского, своего чрезвычайного и полномочного посла при е. в. императоре всероссийском, которые, сообщив друг ДРУГУ свои полномочия, найденные в доброй и надлежащей фор- ме, условились о нижеследующем: А. Соглашение, касающееся Персии Правительства России и Великобритании, взаимно обязав- шись уважать целость и независимость Персии и желая искренне сохранения порядка на всем протяжении этой страны и ее мир- ного развития, равно как и постоянного установления одинаковых преимуществ для торговли и промышленности всех других наро- дов, принимая во внимание, что каждое из них имеет по причи- нам географического и экономического свойства специальный интерес в поддержании мира и порядка в некоторых провинциях Персии, смежных или соседних с русской границей, с одной сто- роны, и с границами Афганистана и Белуджистана — с другой, и желая избежать всякого повода к столкновению между их взаим- ными интересами в персидских провинциях, о которых было упо- мянуто выше, согласились о нижеследующих положениях: I. Великобритания обязуется не домогаться для самой себя и не поддерживать в пользу британских подданных, равно как и в 36 пользу подданных третьих держав, каких-либо концессий полити- ческого или торгового свойства, как-то: концессии железнодо- рожные, банковские, телеграфные, дорожные, транспортные, страховые и т. д. — по ту сторону линии, идущей от Касри- 1IJИрина через Исфаган, Иезд, Хакк и оканчивающейся в точке на персидской границе при пересечении границ русской и афганс- кой, и не противиться, ни прямо, ни косвенно, требованиям по- добных концессий в этой области, поддерживаемым российским правительством. Считается конечно условленным, что местности, упомянутые выше, входят в область, где Великобритания обязует- ся не домогаться вышесказанных концессий. II. Россия со своей стороны обязуется не домогаться для самой себя и не поддерживать в пользу российских подданных, равно как и в пользу подданных третьих держав, каких-либо концессий поли- тического или торгового свойства, как-то: концессии железнодорож- ные, банковские, телеграфные, дорожные, транспортные, страховые и т. д. — по ту сторону линии, идущей от афганской границы через Газик, Бирджанд, Керман и оканчивающейся в Бендер-Аббасе, и не противиться, ни прямо, ни косвенно, требованиям подобных кон- цессий в этой области, поддерживаемых британским правитель- ством. Считается конечно условленным, что местности, упомянутые выше, входят в область, где Россия обязуется не домогаться выше- сказанных концессий. III. Россия обязуется со своей стороны не противиться, не уговорившись предварительно с Англией, тому, чтобы какие-ни- будь концессии были выдаваемы британским подданным в облас- тях Персии, расположенных между линиями, упомянутыми в ста- тьях I и II. Великобритания принимает тождественное обязательство в том, что касается концессий, могущих быть выданными русским подданным в тех же областях Персии. Все концессии, существующие ныне в областях, указанных в статьях I и II, охраняются. IV. Условлено, что доходы всех персидских таможен, за ис- ключением таможен Фарсистана и Персидского залива, доходы, обеспечивающие погашение и проценты по займам, заключенным правительством шаха в Учетно-ссудном банке Персии до дня под- писания настоящего соглашения, будут обращаемы на тот же предмет, что и в прошлом. Равным образом условлено, что доходы персидских таможен Фарсистана и Персидского залива, равно как и доходы рыбных ловель на персидском побережье Каспийского моря, а также почт и телеграфов, будут обращаемы, как и в прошлом, на платежи по займам, заключенным правительством шаха у Персидского шахин- 37
шахского банка до дня подписания настоящего соглашения. В слу- чае неисправностей в погашении или уплате процентов по персид- ским займам, заключенным в Учетно-ссудном банке Персии и в Персидском шахиншахском банке до дня подписания настоящего соглашения, если представится необходимость для России устано- вить контроль над источниками доходов, обеспечивающими пра- вильное поступление платежей по займам, заключенным в первом из сказанных банков, и расположенными в области, упомянутой в статье II настоящего соглашения, или же для Великобритании — установить контроль над источниками доходов, обеспечивающими правильное поступление платежей по займам, заключенным во вто- ром из сказанных банков, и расположенными в области, упомяну- той в статье I настоящего соглашения, — правительства российс- кое и английское обязуются войти предварительно в дружествен- ный обмен мыслей в видах определения по взаимному согласию означенных мер контроля и избежания всякого вмешательства, ко- торое не было бы согласно с принципами, служащими основанием настоящему соглашению. Б. Конвенция, касающаяся Афганистана Высокие договаривающиеся стороны в целях обеспечения со- вершенной безопасности на обоюдных границах Средней Азии и поддержания в этих областях прочного и продолжительного мира заключили следующую конвенцию: Статья 1. Правительство его британского величества объявляет, что оно не имеет намерения изменять политическое положение Афганис- тана. Правительство его британского величества обязуется, кроме того, осуществлять свое влияние в Афганистане только в миролю- бивом смысле, и оно не примет само в Афганистане и не будет поощрять Афганистан принимать меры, угрожающие России. Со своей стороны российское императорское правительство объявляет, что оно признает Афганистан находящимся вне сферы русского влияниям и оно обязуется пользоваться для всех своих политических сношений с Афганистаном посредничеством прави- тельства его британского величества, оно обязуется также не по- сылать никаких агентов в Афганистан. Статья 2. Так как правительство его британского величества объявило в договоре, подписанном в Кабуле 21 марта 1905 г., что оно призна- ет соглашение и обязательства, заключенные с покойным эмиром Абдур-Рахманом и что оно не имеет никакого намерения вмеши- ваться во внутреннее управление афганской территорией, Вели- 38 кобритания обязуется не присоединять или занимать, в против- ность сказанному договору, какой-либо части Афганистана и не вмешиваться во внутреннее управление этой страной, с оговор- кой, что эмир выполнит обязательства, уже принятые им по от- ношению к правительству его британского величества в силу вы- шеупомянутого договора. Статья 3. Русские и афганские власти, особо к тому назначенные, на границе или в пограничных провинциях могут установить непос- редственные взаимные сношения, чтобы улаживать местные воп- росы неполитического характера. Статья 4. Правительства России и Великобритании объявляют, что они признают по отношению к Афганистану принцип торгового рав- ноправия и соглашаются в том, что все облегчения, которые были или будут приобретены впредь для торговли и торговцев английс- ких и англо-индийских, будут равным образом применяемы к торговле и торговцам русским. Если развитие торговли укажет на необходимость в торговых агентах, оба правительства условятся о мерах, какие следует принять, взяв, конечно, во внимание верхов- ные права эмира. Статья 5. Настоящие соглашения войдут в силу лишь с момента, когда британское правительство заявит российскому правительству о согласии эмира на условия, выше постановленные. В. Соглашение, касающееся Тйбета Правительства России и Великобритании, признавая сюзерен- ные права Китая над Тибетом и принимая во внимание, что вследствие своего географического положения Великобритания имеет специальный интерес в том, чтобы видеть существующий порядок внешних сношений Тибета сохраненным полностью, ус- ловились о нижеследующем соглашении: Статья 1. Обе высокие договаривающиеся стороны обязуются уважать территориальную целость Тибета и воздерживаться от всякого вмешательства в его внутреннее управление. Статья 2. Сообразуясь с признанным принципом сюзеренитета Китая над Тибетом, Россия и Великобритания обязуются сноситься с Тибетом только через посредство китайского правительства. Это обязательство не исключает, однако, непосредственных сношений английских коммерческих агентов с тибетскими вла- стями, предусмотренных статьей 5 конвенции от 7 сентября 39
1904 года между Великобританией и Тибетом и подтвержден- ных конвенцией 27 апреля 1906 года между Великобританией и Китаем; оно не изменяет также обязательств / принятых на себя Великобританией и Китаем в силу статьи 1 сказанной конвен- ции 1906 года. Считается конечно условленным, что буддисты, как русские, так и британские подданные, могут входить в непосредственные сношения, на почве исключительно религиозной, с далай-ламой и другими представителями буддизма в Тибете; правительства России и Великобритании обязуются, насколько от них будет за- висеть, не допускать, чтобы эти сношения могли нарушить поста- новления настоящего соглашения. Статья 3. Российское и великобританское правительства обязуются, каждое за себя, не посылать представителей в Лхассу. Статья 4. Обе высокие стороны обязуются не домогаться или приобре- тать, ни за свой собственный счет, ни в пользу своих подданных, никаких концессий железнодорожных, дорожных, телеграфных и горных, ни других прав в Тибете. Статья 5. Оба правительства согласны в том, что никакая часть доходов Тибета, ни в натуре, ни деньгами, не может быть заложена или предоставлена как России и Великобритании, так и их поддан- ным. Г. Приложение к соглашению между Россией и Великобритани- ей, касающемуся Тйбета Великобритания вновь подтверждает декларацию, подписанную его превосходительством вице-королем и генерал-губернатором Ин- дии и приложенную к ратификации конвенции 7 сентября 1904 го- да, постановляющую, что занятие долины Чумби британскими силами прекратится по уплате трех ежегодных взносов вознаграж- дения в 20 500 рупий под условием, чтобы рынки, упомянутые во 2-й статье сказанной конвенции, были действительно открыты в течение уже трех лет и чтобы тибетские власти за этот период стро- го сообразовались во всех отношениях с постановлениями означен- ной конвенции 1904 года. Считается конечно условленным, что если занятие долины Чумби британскими силами не прекратится по какой бы то ни было причине ко времени, предусмотренному вышеприведенной декларацией, правительства российское и бри- танское войдут в дружеский обмен взглядов по сему предмету. Настоящая конвенция будет ратифицирована, и ратифика- ции ее будут обменены в С.-Петербурге, как только это будет возможно. ГВ удостоверение чего соответственные уполномоченные под- писали настоящую конвенцию и приложили к ней свои печати. Учинено в С.-Петербурге, в двойном экземпляре, 18/31 августа 1907 года. Подписали: Извольский Никольсон Д. Нота, врученная послом Великобритании российскому мини- стру иностранных дел С.-Петербург, 18/31 августа 1907 года Господин министр. Ссылаясь на соглашение относительно Ти- бета, подписанное сегодня, имею честь сделать вашему превосхо- дительству нижеследующее заявление: Британское правительство считает полезным, поскольку от него будет зависеть, не допускать, кроме как по предварительно- му соглашению с российским правительством, в течение трех лет со дня настоящего сообщения доступа в Тибет какой-либо науч- ной экспедиции, под условием, однако, чтобы подобное же заве- рение было дано со стороны российского императорского прави- тельства. Британское правительство предполагает, кроме того, об- ратиться к китайскому правительству с целью побудить последнее принять на себя подобное же обязательство на соответствующий срок, само собою разумеется, что таковой же шаг будет предпри- нят российским правительством. По истечении трехлетнего срока, приводимого выше, британ- ское правительство обсудит, по взаимному согласию с российским правительством, вопрос о желательности, если к тому представит- ся надобность, принятия дальнейших мер в отношении научных экспедиций в Тибет. Примите и проч. А. Никольсон Е. Нота, врученная российским министром иностранных дел по- слу Великобритании С.-Петербург, 18/31 августа 1907 года Господин посол, В ответ на ноту вашего превосходительства от сего числа имею честь, в свою очередь, заявить, что императорское российское правительство считает полезным, поскольку от него будет зави- сеть, не допускать, кроме как по предварительному соглашению с британским правительством, в течение трех лет со дня настояще- го сообщения доступа в Тибет какой-либо научной экспедиции.
Так же как британское правительство, императорское прави- тельство предполагает обратиться к китайскому правительству с целью побудить последнее принять на себя подобное же обяза- тельство на соответствующий срок. Остается условленным, что по истечении трехлетнего срока оба правительства обсудят по взаимному согласию вопрос о жела- тельности, если к тому представится надобность, принятия даль- нейших мер в отношении научных экспедиций в Тибет. Примите и проч. Извольский (Сборник договоров. С. 386—394.) 9. Секретный протокол между Россией и Германией по балтийскому вопросу от 16/29 октября 1907г. Санкт -Петербург Оба императорские правительства России и Германии, созна- вая наличие полной общности интересов в их политике в облас- ти Балтийского моря и желая укрепить соответствующим согла- шением многовековые узы традиционной дружбы и добрососед- ских отношений, соединяющих их государства, заявляют в настоящем протоколе, что их общая политика в этих местах име- ет целью сохранение ныне существующего территориального разграничения. В соответствии с этим основным принципом их политики оба императорские правительства намерены неуклонно сохранять в неприкосновенности права е. в. императора всероссийского и е. в. императора Германии, короля Пруссии, на их континентальные и островные владения, расположенные в указанных областях. Два других прибрежных государства Балтики, а именно Шве- ция и Дания, могут быть допущены к заключению специальных соглашений с обеими империями о признании их территориаль- ной неприкосновенности и об упрочении таким путем общего сохранения status quo в бассейне Балтийского моря. Оба императорские правительства согласны оставить настоя- щий протокол секретным до того момента, когда, по предвари- тельному соглашению, они найдут удобным опубликовать его или сообщить его другим правительствам. Учинено в С.-Петербурге в двух экземплярах 16/29 октября 1907 г. Подписали: Губастое фон Шён (Сборник договоров. С. 395—396.) 42 10. Декларация и меморандум России, Германии, Дании и Швеции по балтийскому вопросу от 10/23 апреля 1908г. Санкт-Петербург Декларация Вследствие желания е. в. императора всероссийского, е. в. им- ператора германского, короля прусского, е. в. короля датского и е. в. короля шведского упрочить узы доброго соседства и дружбы, которые соединяют их государства, и тем способствовать сохра- нению всеобщего мира, а равно вследствие признания ими, что политика их по отношению к странам Балтийского моря имеет целью поддержание в них теперешнего территориального поряд- ка вещей, правительства их объявляют настоящим актом, что они твердо решились сохранять неприкосновенными права е. в. импе- ратора всероссийского, е. в. императора германского, короля прусского, е. в. короля датского и е. в. короля шведского, по при- надлежности, на их сухопутные и островные владения в означен- ных странах. В случае, если какие-либо события стали угрожать теперешне- му территориальному порядку вещей в странах Балтийского моря, четыре правительства, подписавшие настоящую декларацию, вой- дут в сношение, дабы уговориться насчет тех мер, которые они со- чли бы полезным принять в интересах поддержания этого порядка. В удостоверение чего уполномоченные, получив на сие долж- ное разрешение, подписали настоящую декларацию и приложили к ней печати своих гербов. Учинено в четырех экземплярах в С.-Петербуге, 10/23 апреля 1908 г. Подписали: ' Извольский /Россия/ Пурталес /Германия/ Л. Левенерн /Дания/ Эдв. Брэндштрэм /Швеция/ Меморандум При подписании декларации от сего числа нижеподписавши- еся по приказанию их соответствующих правительств считают нужным выяснить, что принцип сохранения теперешнего поряд- ка вещей (status quo), освященный вышеуказанной декларацией, имеет в виду исключительно территориальную неприкосновен- ность всех теперешних владений, сухопутных и островных, высо- ких договаривающихся сторон в странах Балтийского моря, и что поэтому на сказанное соглашение никоим образом нельзя будет ссылаться, когда будет идти речь о свободном пользовании пра- 43
вами верховенства высоких договаривающихся сторон над выше- упомянутыми соответствующими их владениями. Учинено в 4 экземплярах в С.-Петербурге, 10/23 апреля 1908 г. Подписали: 'Извольский Ф. Пурталес Л. Левенерн Э. Брэндштрэм (Сборник договоров. С. 400—401.) 11. Соглашение между Россией и Германией по персидским делам (Потсдамское соглашение) от 6/19 августа 1911г. Санкт-Петербург Правительства русское и германское исходя из принципа рав- ноправия в отношении торговли всех наций в Персии, имея в виду, с одной стороны, что у России имеются в этой стране спе- циальные интересы и что, с другой стороны, Германия преследует там лишь коммерческие цели, вошли в соглашение относительно следующих пунктов: Статья I. Императорское германское правительство заявляет, что оно не имеет намерения ни добиваться для себя самого, ни поддерживать домогательств со стороны германских или иностранных поддан- ных концессий железнодорожных, дорожных, навигационных и телеграфных к северу от линии, идущей от Касри-Ширина, про- легающей через Исфагань, Иезд и Хакк и кончающейся на афган- ской границе на широте Гязика. Статья И. Со своей стороны русское правительство, имея в виду полу- чить от персидского правительства концессию на создание сети железных дорог на севере Персии, обязуется в числе прочих испросить концессию на постройку пути, который должен ис- ходить из Тегерана и окончиться в Ханекене для смычки на турецко-персидской границе означенной сети с линией Садид- же — Ханекен, как только эта ветвь Кония-Багдадской желез- ной дороги будет окончена. Раз эта концессия будет получена, работы по постройке означенной линии должны быть начаты не позже как через два года после окончания Садидже-Хане- кенской ветки и окончены в течение четырех лет. Русское пра- вительство представляет себе определить в свое время окон- чательное направление означенной линии, считаясь с пожела- ниями германского правительства по этому предмету. Оба правительства облегчат международное сообщение на линии Ханекен — Тегеран, а также на линии Ханекен — Багдад, избе- 44 гая всяких мер, которые могли б препятствовать ему, как, на- пример, установления транзитных пошлин или применения дифференциального тарифного обложения. Если по истечении двух лет с момента, когда Садидже-Ханекенская ветка Кония- Багдадской железной дороги будет закончена, не буДет преступ- лено к постройке линии Ханекен — Тегеран, русское прави- тельство уведомит германское правительство, что оно отказы- вается от концессии, относящейся к этой последней линии. Германское правительство в этом случае будет вольно домогать- ся со своей стороны этой концессии. Статья III. Признавая общее важное значение, которое имело бы для международной торговли осуществление Багдадской железной дороги, русское правительство обязуется не принимать мер, на- правленных к тому, чтобы воспрепятствовать постройке ее или помешать участию иностранных капиталов в этом предприятии при условии, разумеется, что это не повлечет за собой для России никакой жертвы денежного или экономического свойства. Статья IV. Русское правительство будет вправе поручить осуществление проекта железнодорожной линии, имеющей связать ее сеть в Пер- сии с линией Садидже — Ханекен, иностранной финансовой группе по своему выбору, вместо того чтоб озаботиться самому ее постройкой. Статья V. Независимо от того, каким образом постройка означенной линии будет осуществлена, русское правительство предоставляет себе право на всякое участие в работах, какое оно могло бы по- желать, а равно право выкупить означенную железную дорогу по цене действительных затрат, понесенных строителем. Высо- кие договаривающиеся стороны обязуются, кроме того, предос- тавить друг другу участие во всех привилегиях — тарифных и иных, которые одна из них могла бы получить в отношении этой линии. Во всяком случае остальные постановления настоящего согла- шения останутся в силе. В удостоверение чего нижеподписавшиеся, получившие надле- жащие полномочия от своих правительств, подписали это согла- шение и приложили свои печати. С.-Петербург, 6/19 августа 1911 г. Подписали: Нератов Ф. Пурталес (Сборник договоров. С?405—407.) 45
12. Русско-французская морская конвенция от 3/16 июля 1912 г. Париж Статья 1. Морские силы Франции и России будут действовать совмест- но во всех тех случаях, в которых союз предусматривает и пред- писывает совместные действия сухопутных войск. Статья 2. Совместные действия морских сил будут подготовлены еще в мирное время. С этой целью начальники морских генеральных штабов обоих флотов отныне уполномочены непосредственно сноситься, обме- ниваться всеми сведениями, изучать все возможные гипотезы войны и согласовывать между собой все стратегические планы. Статья 3. Начальники морских генеральных штабов обоих флотов будут совещаться друг с другом лично, не реже одного раза в год, и они будут вести протоколы своих совещаний. Статья 4. В отношении продолжительности действия, эффективности и секретности данная конвенция приравнивается к военному согла- шению от 17 августа 1892 г. и к последующим соглашениям. Париж, 16 июля 1912 г. Начальник французского морского генерального штаба К. Обер Морской министр Делькассе Начальник российского морского Генерального штаба А. Ливен Морской министр И. Григорович (Сборник договоров С. 408—409.) 13. Посланник России в Белграде Гартвик — министру иностранных дел России С. Д. Сазонову, 17/30 июня 1914 г. Депеша № 40 М. г. Сергей Дмитриевич, Весть о совершенном в Сараеве гнусном злодеянии, жертвами коего пали наследный эрцгерцог Франц-Фердинанд и его супруга, произвела здесь глубокое впечатление, вызвав решительно во всех слоях общества чувства самого искреннего возмущения. День 28/15 июня — «Видов дан» — большой народный праздник в Сер- бии, к которому съехались в столицу из старых и новых краев, а также с того берега Дуная различные культурные, певческие, Со- кольские общества и иные корпорации в своих национальных оде- яниях с хоругвями, флагами и значками. Торжества начались слу- 46 жением во всех храмах чинопоминания о всех героях, «живот свой на поле брани положивших за веру и отечество»... Около 5 часов дня, как только распространилось известие о трагической сараевс- кой катастрофе, в Белграде немедленно были прекращены все це- ремонии не только распоряжением властей, но и по почину самих обществ; театры были закрыты и народные увеселения отменены. В тот же вечер король и королевич Александр в качестве реген- та отправили телеграммы императору Францу-Иосифу с выражени- ем глубокого соболезнования. Соответственные изъявления по те- леграфу адресованы были правительством на имя графа Берхтольда и председателем народной скупщины — рейхсрату. На другой день во всех местных газетах без различия партий появились трогатель- ные некрологи и прочувствованные статьи по поводу тяжкого горя, постигшего императорский дом дружественной монархии. Словом, вся Сербия сочувственно откликнулась на несчастие, поразившее соседнее государство, строго осудив преступное дея- ние обоих безумцев; и тем не менее здесь заранее были уверены, что известные венские и пештские круги не замедлят использо- вать даже столь трагическое происшествие для недостойных ин- синуаций по адресу королевских политических обществ... Примите и пр. Гартвик (Международные отношения в эпоху империализма. Серия III. Т. I. М., 1935. С. 393—394. Далее: МОЭИ.) 14. Из доклада венгерского министра-президента графа Тиссы императору Австро-Венгрии Францу-Иосифу от 1 июля 1914 г. Всемилостивейший государь! Только после аудиенции я имел возможность говорить с гра- фом Берхтольдом и узнал о его намерении использовать сараевс- кое преступление как предлог для того, чтобы рассчитаться с Сер- бией. Я не скрыл от графа Берхтольда, что это, по моему мнению, было бы роковой ошибкой. Во-первых, мы до сих пор не имеем никаких оснований, по которым мы могли бы считать Сербию ответственной и вызвать войну с государством, несмотря на удовлетворительные заявления его правительства. Мы оказались бы в самом невыгодном поло- жении, предстали бы перед всем миром в роли нарушителей мира и начали бы большую войну в самых невыгодных условиях. (Международные отношения 1870—1918 гг. Сборник документов. М., 1940. С. 258. Далее: МО 1870-1918.) 47
15. Посол России в Берлине С. Свербеев — министру иностранных дел России С. Д. Сазонову, 19 июня / 2 июля 1914 г. Депеша № 44 М. г. Сергей Дмитриевич, Возмутительное и гнусное убийство австро-венгерского пре- столонаследника и его супруги произвело здесь потрясающее впе- чатление и вызвало глубокое негодование против национально- сти, к которой принадлежат оба преступника. Отмечая великосербские вожделения, а равно и «ненависть» как зарубежных, так и населяющих Австро-Венгрию сербов к дву- единой монархии, германская печать возлагает, подобно и авст- рийской, ответственность за злодейское преступление это на всю сербскую нацию. В Белграде, говорят газеты, составлен был заго- вор против жизни эрцгерцога, там же заготовлены были бомбы, предназначавшиеся для покушения, и перед самым покушением преступники побывали в Белграде, где они, подразумевается, по всей вероятности, столковались со своими сообщниками. Коснувшись в беседе моей с помощником статс-секретаря враждебного по отношению к Сербии направления германской печати, я не мог не обратить его внимания на то обстоятельство, что взводимые ею против сказанной страны обвинения лишены всякого основания... Поэтому следует надеяться, что австро-вен- герское правительство не только не предпримет никаких репрес- салий против Сербии и сербской народности в Боснии и Герцего- вине, но и сумеет положить предел происходящим ныне в монар- хии антисербским враждебным демонстрациям, которые могли бы повести к крайне нежелательным последствиям. Помощник статс-секретаря не мог со мною не согласиться и сказал, что сербскому правительству следовало бы со своей сто- роны оказать полное содействие к расследованию всего того, что могло бы способствовать выяснению подробностей сараевского злодеяния, и в случае, если бы слухи о том, что злодеяние это было действительно подготовлено в Сербии, подтвердились, под- вергнуть виновных строгому наказанию. Примите и пр. Свербеев (МОЭИ. С. 398—399.) 16. Австро-венгерский посол в Берлине Сегени — министру иностранных дел Австро-Венгрии Берхтолъду, 5 июля 1914 г. Берлин Собственноручное письмо императора Франца-Иосифа и при- ложенный меморандум я передал его величеству. Император чи- 48 тал в моем присутствии с величайшим вниманием оба документа. Сначала он меня заверил в том, что ожидает с нашей стороны се- рьезного выступления против Сербии. По мнению императора Вильгельма, нельзя мешкать с этим выступлением. Позиция России будет во всяком случае враждебной, но он к этому готовился в течение ряда лет, и если даже дело дойдет до войны между Австро-Венгрией и Россией, то можем не сомне- ваться в том, что Германия выполнит свой союзный долг и будет стоять на нашей стороне... (МО 1870—1918. С. 259.) 17. Беседа фельдмаршала К. фон Бетцендорфа с министром иностранных дел Австро-Венгрии Берхтольдом от 6 июля 1914 г. ...6 июля я имел беседу с графом Берхтольдом. ]фаф Берхтольд. Вы были вчера у его величества. Император сказал, что вы очень спокойно оцениваете положение. Я. Да, я сказал также его величеству, что фундаментального раз- решения вопроса можно ожидать только путем войны с Сербией. Затем... я подчеркнул, что мы прежде всего должны знать на- верняка, будет ли Германия на нашей стороне. Г0аф Б. Завтра утром будет ответ. Германский кайзер ответил утвердительно, но он должен еще поговорить с Бетман-Гольвегом. Как примет это его величество? Я. Если Германия согласится, то его величество будет за войну против Сербии. Граф Б. спросил мое мнение относительно момента, который следовало бы выбрать для начала войны. Он указал, что сейчас вре- мя жатвы и что его страна должна прожить целый год этим урожаем. Граф Берхтольд предложил сначала устроить пробную мобилизацию. Я решительно возражал против этого и заметил, что если уж объявлять мобилизацию, то это должна быть полная мобилизация. 1фаф Берхтольд. Тисса против войны. Он боится румынского наступления на Семиградье (Трансильвания). Что будет с Галици- ей, если мы начнем мобилизацию против Сербии? Я. Галиция пока не подлежит мобилизации. Если, однако, рус- ские начнут угрожать, тогда в Галиции должны быть мобилизова- ны 3 корпуса. 1фаф Берхтольд. Я не сомневаюсь в том, что Германия должна выступить с нами, во-первых, в силу своих союзнических обязан- ностей, и во-вторых, потому, что здесь речь идет о существовании самой Германии. Я. Когда могу я узнать ответ Германии? i b
Граф Б. Завтра. Но немцы спросят нас, что будет после войны. Я. Тогда вы скажете им, что мы сами этого не знаем. (МО 1870—1918. С. 259—260.) 18. Из протокола заседания совета министров Австро-Венгрии от 7 июля 1914 г. Вена Слушали: Боснийские дела. Дипломатическое выступление против Сербии. Председатель открывает заседание и замечает, что совет мини- стров созван для обсуждения мероприятий, которые должны быть приняты для оздоровления выявившихся в связи с катастрофой в Сараево внутриполитических бедствий в Боснии и Герцеговине... Переговоры в Берлине привели к чрезвычайно благоприятным ре- зультатам, и как кайзер Вильгельм, так и господин фон Бетман-Голь- вег со всей твердостью заверили нас, что в случае военного ослож- нения с Сербией мы будем иметь безусловную поддержку Германии... Поэтому ясно, что вооруженный конфликт с Сербией может иметь следствием войну с Россией... Поэтому сегодня нужно принципиально решить, что следует перейти к действиям и что мы перейдем к действиям. Он также разделяет мнение председателя, что дипломатический успех нико- им образом не может улучшить положения. И если из междуна- родных соображений будет предпринята дипломатическая акция против Сербии, то это должно быть сделано с твердым намерени- ем, что эта акция может закончиться только войной. (МО 1870—1918, С. 260—261.) 19. Министр иностранных дел России С. Д. Сазонов — российскому посланнику в Белграде Гартвику, 7/24 июня 1914 г Телеграмма № 1351 Доверительно Сообщается в Цетинъе Последние события в Австрии, вызвавшие столь резкое обостре- ние антисербского настроения, побуждают нас советовать сербско- му правительству с крайней осторожностью относиться к вопросам, способным еще более усилить его и создать опасное положение. Ввиду этого полагаем, что было бы желательно повременить с переговорами о сербо-черногорском сближении, которое уже об- ратило на себя внимание австро-венгерского и даже германского правительств. Прошу Вас доверительно сообщить наше мнение Пашичу. 20. Германский посол в Лондоне К. М. Лихновский — рейхсканцлеру Т. Бетман-Голъвегу, 9 июля 1914 г. Секретно. Лондон Сэр Эдуард Грей вызвал меня сегодня к себе и сначала озна- комил меня с записью, которую он сделал о нашем разговоре, имевшем место незадолго до моего отъезда в Берлин и Киль. Он заявил, что он не имеет ничего добавить к тому, что гово- рил 6-го и может лишь повторить, что между Великобританией, с одной стороны, и Францией и Россией — с другой, не заключено никаких секретных соглашений, которые связывали бы Великоб- ританию в случае европейской войны. Англия хочет, по его словам, сохранить полную свободу дей- ствий для того, чтобы иметь возможность действовать по соб- ственному усмотрению в случае осложнений на континенте. Пра- вительство обязалось до известной степени перед парламентом не принимать на себя какие-либо тайные обязательства. В случае ос- ложнений на континенте британское правительство ни в каком случае не окажется на стороне нападающего государства. ...Если, таким образом, нет никаких соглашений, возлагающих какие-либо обязательства, то он (Грей. — В. Ш.) все же не отри- цает, что от времени до времени происходили совещания между морскими или военными инстанциями обеих стран. Первое сове- щание произошло в 1906 году, второе — во время марокканского кризиса, когда здесь полагали, как он, смеясь, заметил, что мы хотим напасть на французов. Со времени нашего последнего разговора, добавил сэр Эдуард, он тщательно ознакомился с настроением, царящим в России про- тив нас, и не нашел никаких оснований для беспокойства. Он также готов, если мы пожелаем, повлиять в той или иной форме на пози- цию России... Многое будет зависеть от характера проектируемых мероприятий и от того, не затронут ли они славянские чувства в та- кой мере, что господин Сазонов не сможет остаться пассивным. Лихновский (МО 1870—1918. С. 266.) 21. Австро-венгерский посол в Берлине Сегени — министру иностранных дел Австро-Венгрии Берхтолъду, 12 июля 1914 г. Берлин Как император Вильгельм, так и все прочие здешние компе- тентные факторы не только полны решимости поддержать монар- хию в качестве ее верных союзников, но даже решительно под- стрекают нас не упустить теперешний момент выступить самым 50 51
энергичным образом против Сербии и раз навсегда ликвидировать находящееся там гнездо революционных заговорщиков, предос- тавляя нам полную свободу в выборе. С другой стороны, я считаю, что если руководящие германс- кие круги и не в малой мере сам император Вильгельм нас бук- вально толкают к тому, чтобы предпринять даже военные действия против Сербии, то это нуждается в известном пояснении... По мнению Германии, и это мнение я вполне разделяю, необходимо выбрать теперешний момент, исходя из общих политических со- ображений и специально из моментов, вытекающих из сараевско- го убийства. В последнее время Германия еще больше укрепилась в мнении, что Россия готовится к войне против своих западных соседей и рассматривает эту войну уже не как известную возмож- ность, а определенно считается с ней в своих политических рас- четах на будущее. Но именно на будущее. И в настоящий момент она не собирается воевать, или, вернее, она еще не подготовлена. Далее германское правительство считает, что имеются верные признаки того, что Англия не приняла бы сейчас участия в войне, возникшей ради какой-либо балканской страны, даже если бы дошло до войны с Россией и даже, может быть, с Францией. Таким образом, в общем политическая конъюнктура является для нас в настоящее время максимально благоприятной. Сеген и (МО 1870—1918. С 266—267.) 22. Министр иностранных дел Германии фон Ягов — германскому послу в Лондоне К. М. Лихновскому, 15 июля 1914 г. Секретно. Берлин ...Дело идет сейчас о высокополитическом вопросе, может быть, о последней возможности нанести великосербскому дви- жению смертельный удар при сравнительно благоприятных ус- ловиях. Если Австрия упустит этот случай, она потеряет всякий престиж и станет в нашей группе еще более слабым фактором... Мы жизненно заинтересованы в том, чтобы австрийский со- юзник сохранил свою мировую позицию. Вашей светлости из- вестно, какое значение будет иметь для нас при возможных даль- нейших результатах конфликта позиция Англии. Ягов (МО 1870—1918. С. 267.) 23. Министр иностранных дел Германии фон Ягов — императору Вильгельму II, 23 июля 1914 г. Берлин Посол в Лондоне телеграфирует: «Я секретным образом узнал, что сэр Эдуард Грей заявит... гра- фу Менсдорфу, что британское правительство использует свое влияние для того, чтобы сербское правительство приняло австро- ве‘нгерские требования, если они умеренные и совместимы с са- мостоятельностью сербского государства». (Пометка Вильгельма: «Не его дело решать этот вопрос, это дело императора Франца-Иосифа’.») Между прочим, Грей сегодня вновь просил меня передать, что он старается в Петербурге влиять в интересах австрийской точки зрения. (Пометка Вильгельма: «Это невероятное британское бесстыд- ство...») Посол в Лондоне получает инструкции говорить в том духе, что мы не знали австрийских требований, но рассматривали их, как и утренний вопрос Австро-Венгрии, на который мы не ком- петентны воздействовать. (Пометка Вильгельма: «Правильно. Это нужно ясно и отчет- ливо заявить Грею! Для того чтобы он понял, что я не признаю никаких шуток. Грей совершает ошибку, ставя Сербию на один уровень с Австрией и другими великими державами! Это неслы- ханно! Сербия — это банда грабителей, которых нужно прибрать к рукам за их преступления. Я не стану вмешиваться в вопросы, которые вправе решать лишь сам император! Я ожидал эту теле- грамму, и она меня не удивила! Чисто британская манера мышле- ния, манера приказывать свысока, которой нужно дать должный отпор! В ильгельм».) (МО 1870—1918. С. 267—268.) 24. Телеграмма сербского регента королевича Александра Николаю II от 24 июля 1914 г. Вчера вечером австро-венгерское правительство передало серб- скому правительству ноту относительно покушения в Сараеве. Сер- бия в сознании своих международных обязательств заявила с пер- вых дней ужасного преступления, что она осуждает это злодеяние и готова открыть следствие на своей территории в том случае, если дело, которое ведется австро-венгерскими властями, докажет со- участие некоторых ее подданных. Но требования, заключенные в 52 53
ноте австро-венгерского правительства, несовместимы с достоин- ством Сербии как независимого государства и излишне для нее унизительны. Требуется, между прочим, в категорической форме от нас декларация правительства в официальной газете, приказ коро- ля по армии, в котором мы осуждали бы враждебный дух против Австро-Венгрии и вместе с тем высказали бы себе самим упреки за преступное попустительство по отношению к коварным проискам, далее нам ставят условием присутствие австро-венгерских чиновни- ков в Сербии как для совместного участия с нашими в следствии, так и для наблюдения за выполнением остальных мероприятий, указанных в ноте. Нам дают 48-часовой срок идя принятия всего, в противном случае австро-венгерская миссия выедет из Белграда. Мы готовы принять те требования Австро-Венгрии, которые со- вместимы с положением независимого государства, а также и те, кои ваше величество, по ознакомлении с ними, посоветуете нам принять; мы строго накажем всех тех, участие коих в покушении будет доказано. Среди условий находятся и такие, которые требуют перемен в нашем законодательстве, и для сего нам необходимо вре- мя. Срок назначен слишком краткий. Австро-венгерская армия сосредоточивается около нашей границы и может нас атаковать по истечении срока. Мы не можем защищаться. Посему молим ваше величество оказать нам помощь возможно скорее. Ваше величество дало нам столько доказательств своего драгоценного благоволения, и мы твердо надеемся, что этот призыв найдет отклик в его славян- ском и благородном сердце. Я являюсь выразителем чувств сербс- кого народа, который в эти трудные времена молит ваше величе- ство принять участие в судьбах Сербии. Александр (МО 1870—1918. С. 271.) 25. Германский посол в Вене фон Чиршки (Чиршский) — министерству иностранных дел Германии, 24 июля 1914 г. Вена ...Для того чтобы демонстрировать свои хорошие намерения по отношению к России, граф Берхтольд вызвал к себе сегодня русского поверенного в делах, чтобы с ним подробно поговорить об отношении Австро-Венгрии к Сербии... Он заявил, что Австрия отнюдь не претендует на сербскую территорию. (Пометка Вильгельма: «Осел! Санджак Австрия дол- жна взять, иначе сербы подойдут к Адриатическому морю».) Берхтольд далее заявил, что он не помышляет об изменении существующего соотношения сил на Балканах и в Европе. (По- метка Вильгельма: «Это изменение придет и должно прийти само собой. Австрия должна получить на Балканах господствующее положение по отношению к другим меньшим странам за счет России, иначе не будет покоя».) Чиршский (МО 1870—1918. С. 271—272.) 26. Германский посол в Лондоне К. М. Лихновский — министру иностранных дел Германии фон Ягову, 24 июля 1914 г. Лондон Сэр Эдуард Грей вызвал меня к себе... Он заявил, что государ- ство, которое примет такие требования, перестало бы рассматри- ваться как самостоятельная страна. (Пометка Вильгельма: «Это было бы весьма желательно. Это не государство в европейском смысле, а банда разбойников!») Ему, Грею, трудно в настоящий момент давать в Петербурге какие-либо советы... Если Австрия вступит на сербскую территорию, то, по его мне- нию, возникнет опасность европейской войны. (Пометка Вильгель- ма: «Это, без сомнения, будет».) Невозможно даже представить себе следствия подобной войны четырех — он подчеркнул слово «четы- ре», — имея в виду Россию, Австро-Венгрию, Германию и Фран- цию. (Пометка Вильгельма: «Он забывает Италию».) Лихновский (МО 1870—1918. С. 272.) 27. Особый журнал Совета министров России 11/24 июля 1914 г. По заявлению министра иностранных дел о последних выступле- ниях австро-венгерского правительства в отношении Сербии. Министр иностранных дел довел до сведения Совета мини- стров, что согласно полученным им сведениям и сделанному авст- ро-венгерским послом при императорском дворе сообщению авст- ро-венгерское правительство обратилось к сербскому правительству с требованиями, являющимися, по существу, для Сербского коро- левства как суверенного государства совершенно неприемлемыми и изложенными в ультимативной форме, причем сербскому прави- тельству назначен для ответа срок, истекающий завтра, 12/25 июля, в 6 часов вечера. Таким образом, предвидя, что Сербия обратится к нам за советом, а быть может, и за помощью, настоит (так в доку- 54 55
менте. — В. III.) надобность ныне же подготовиться к тому ответу, который может быть нами дан Сербии. Обсудив изъясненное заявление гофмейстера Сазонова в свя- зи с доложенными совету министрами военным, морским и фи- нансов сведениями о современной политической и военной об- становке, Совет министров положил: I. Одобрить предположение министра иностранных дел снес- тись с кабинетами великих держав в целях побуждения австро- венгерского правительства к предоставлению Сербии некоторой отсрочки в деле ответа на предъявленные ей австро-венгерским правительством ультимативные требования, дабы дать тем воз- можность правительствам великих держав исследовать и изучить документы по поводу совершившегося в Сараево злодеяния, ко- торыми австро-венгерское правительство располагает и которые оно готово, по удостоверению австро-венгерского посла, сооб- щить российскому правительству. II. Одобрить предположение министра иностранных дел посо- ветовать сербскому правительству на случай, если положение Сер- бии таково, что она собственными силами не может защищаться против возможного вооруженного наступления Австро-Венгрии, не противодействовать вооруженному вторжению на сербскую терри- торию, если таковое вторжение последует, и заявить, что Сербия уступает силе и вручает свою судьбу решению великих держав. III. Предоставить военному и морскому министрам, по принад- лежности, испросить высочайшее вашего императорского величе- ства соизволение на объявление в зависимости от хода дел моби- лизации четырех военных округов — Киевского, Одесского, Мос- ковского и Казанского, Балтийского и Черноморского флотов. IV. Предоставить военному министру незамедлительно уско- рить пополнение запасов материальной части армии. V. Предоставить министру финансов принять меры к безотла- гательному уменьшению принадлежащих финансовому ведомству сумм, находящихся в Германии и Австро-Венгрии. О таковых своих заключениях Совет министров всеподданней- шим долгом почитает довести до вашего императорского величе- ства сведения. И. Горемыкин. В. Саблер. В. Сухомлинов. И. Григорович. П. Харитонов. А. Кривошеин. С. Сазонов. Н. Маклаков. С. Тимашев. П. Барк. А. Веревкин. П. Думитрашко. В. Шевяков. И. д. упр. делами Сов. мин. И. Лодыженский. Помета Николая II: «Согласен». Красное Село, 12/25 июля 1914 г. (МОЭИ. С. 436—437.) 28. Докладная записка министра иностранных дел России С. Д. Сазонова Николаю II от 12/25 июля 1914 г. Приемлю смелость повергнуть у сего на высочайшее вашего императорского величества благовоззрение перечень стоящих на очереди политических вопросов на случай, если бы вашему импе- раторскому величеству благоугодно было коснуться их в ответном . высочайшем письме королю английскому. Сазонов Приложение Персидские дела не внушают опасений, так как России и Ан- глии при взаимном желании прийти к соглашению нетрудно бу- дет столковаться на этой почве. С своей стороны русское прави- тельство готово идти навстречу главным пожеланиям английско- го правительства в уверенности, что и последнее в свою очередь отнесется внимательно к существенным интересам России. Очень дорожа достигнутым в 1907 г. соглашением и ценя уже сказавши- еся благотворные его последствия, Россия искренно желает и впредь поддерживать налаженные дружеские отношения и едине- ние с Англией в этой области, так же как и в других. В настоящую минуту все касающееся Персии отступает на второй план перед осложнениями, вызванными обострением ав- стро-сербских отношений. Требования, предъявленные Австрией в Белграде, ни по суще- ству, ни по форме своей не соответствуют тем упущениям, которые, может быть, могли бы быть поставлены в вину сербскому прави- тельству. Если и было допустимо просить последнее о производстве у себя расследования на основании данных, добытых следствием в Австро-Венгрии по сараевскому убийству, то во всяком случае ни- чем не может быть оправдано предъявление таких политических требований, которые ни для какого государства не приемлемы. Явная цель подобного образа действий, поддерживаемого, по- видимому, Германией, состоит в том, чтобы совершенно уничто- жить Сербию и нарушить политическое равновесие на Балканах. Нет сомнений, что такие неискренние и вызывающие дей- ствия не могут встретить сочувствия в Англии ни со стороны пра- вительства, ни со стороны общественного мнения. В случае дальнейшего упорства Австрии в таком направлении Россия не будет в состоянии остаться равнодушной, и надо пред- видеть возможность серьезных международных осложнений. Нуж- но надеяться, что в таком случае Россия и Англия окажутся обе вместе на стороне права и справедливости и что бескорыстная по- литика России, единственная цель которой — помешать установ- лению гегемонии Австрии на Балканах, найдет энергичную под- держку со стороны Англии. 56 57
Необходимо смотреть вперед, за пределы настоящих осложне- ний, и отдать себе отчет, что дело идет теперь о сохранении рав- новесия в Европе, которому угрожает серьезная опасность. Мож- но надеяться, что вековая политика Англии, направленная к тому, чтобы поддержать это равновесие, останется и теперь верною за- ветам прошлого. (МОЭИ. С. 446—447.) 29. Министр иностранных дел России С. Д. Сазонов — послу России в Лондоне А. К. Бенкендорфу, 12/25 июля 1914 г. Телеграмма № 1489 При нынешнем обороте дел первостепенное значение приобре- тает то положение, которое займет Англия. Пока есть еще возмож- ность предотвратить европейскую войну, Англии легче, нежели дру- гим державам, оказать умеряющее влияние на Австрию, так как в Вене ее считают наиболее беспристрастной и потому к ее голосу более склонны прислушиваться. К сожалению, по имеющимся у нас сведениям, Австрия накануне своего выступления в Белграде счита- ла себя вправе надеяться, что ее требования не встретят со стороны Англии возражений, и этим расчетом до известной степени было обусловлено ее решение. Поэтому весьма желательно, чтобы Англия ясно и твердо дала понять, что она осуждает не оправдываемый об- стоятельствами и крайне опасный для европейского мира образ дей- ствий Австрии, тем более что последняя легко могла бы добиться мирными способами удовлетворения тех ее требований, которые юридически обоснованы и совместимы с достоинством Сербии. В случае дальнейшего обострения положения, могущего выз- вать соответствующие действия великих держав, мы рассчитыва- ем, что Англия не замедлит определенно стать на сторону России и Франции, чтобы поддержать то равновесие в Европе, за кото- рое она постоянно выступала и в прошлом и которое в случае тор- жества Австрии будет несомненно нарушено. Сазонов (МОЭИ. С. 450—452.) 30. Английский посол в Петербурге Дж. Бьюкенен — министру иностранных дел Англии сэру Э. Грею, 25 июля 1914 г. Петербург Французский посол заявил, что он получил ряд телеграмм от вице-министра иностранных дел. Ни одна из этих телеграмм не 58 говорит о каких бы то ни было даже малейших колебаниях, и он, таким образом, в состоянии формально заверить его превосходи- тельство, что Франция становится безоговорочно на сторону Рос- сии. После того как я его поблагодарил, министр иностранных дел обратился ко мне с вопросом: «А ваше правительство?» Я ответил, что вы еще не считаете все потерянным и главное теперь — это вы- играть время. Я повторил то, что заявил императору во время ауди- енции, что Англия могла бы с большей пользой играть в Берлине и Вене роль посредника, выступая в качестве друга, который, в слу- чае, если призывы к умеренности будут оставлены без внимания, мог бы в один прекрасный день превратиться в союзника, чем если бы Англия сразу объявила себя союзницей России... Его превосходительство заявил, что выступление Австрии в действительности направлено против России. Австрия намерена опрокинуть на Балканах существующий status quo и установить там свою гегемонию. Он не верит, что Германия действительно хочет войны, но ее позиция определяется нашей позицией. Если бы мы решительно стали на сторону Франции и России, то не было бы войны, а если мы их теперь оставим на произвол, то прольются потоки крови и в конце концов мы, по его мнению, все же будем втянуты в войну. Французский посол заметил, что французское правительство хотело бы уже теперь знать, готов ли наш флот играть роль, при- своенную ему англо-французской морской конвенцией. Он не может допустить, что Англия откажется помочь своим обоим дру- зьям, объединившимся в этом вопросе. Бьюкенен (МО 1870—1918. С. 272—273.) 31. Германский посол в Петербурге Ф. Пурталес — министерству иностранных дел Германии, 25 июля 1914 г. Петербург Только что имел продолжительную беседу с Сазоновым. Ми- нистр, находившийся в сильнейшем волнении, предъявил Австро- Венгрии совершенно невероятные обвинения. Во время разговора Сазонов воскликнул: «Если Австро-Венг- рия поглотит Сербию, мы будем с ней воевать». (Пометка Виль- гельма: «Ну что ж, валяйте».) Пурталес rq : щи * - (МО 1870—1918.)-4^ - 59
32. Австро-венгерская нота Сербии от 25 июля 1914 г. 18/31 марта 1909 г. сербский посланник в Вене сделал по при- казанию своего правительства императорскому и королевскому правительству следующее заявление: «Сербия признает, что права ее не были затронуты совершив- шимся фактом, созданным в Боснии и Герцеговине, и что, следо- вательно, она будет сообразовываться с теми решениями, которые будут приняты державами по отношению к Статье 25 Берлинско- го трактата. Подчиняясь советам великих держав, Сербия обязуется впредь отказаться от того положения протеста и оппозиции по вопросу об аннексии, которую она занимала с прошлой осени, и обязует- ся, кроме того, изменить курс своей настоящей политики по от- ношению к Австро-Венгрии, чтобы впредь поддерживать с на- званной державой добрососедские отношения». Между тем история последних лет, и в частности прискорбное событие 15 июня, доказали существование в Сербии революцион- ного движения, имеющего целью отторгнуть от австро-венгерской монархии некоторые ее территории. Движение это, зародившееся на глазах у сербского правитель- ства, в конце концов дошло до того, что стало проявляться за пре- делами территории королевства в актах терроризма, в серии по- кушений и в убийствах. Королевское сербское правительство не только не выполнило формальных обязательств, заключающихся в декларации 18/31 марта 1909 года, но даже не приняло никаких мер, чтобы подавить это движение. Оно допускало преступную деятельность различных обществ и организаций, направленных против монархии, распущенный тон в печати, прославление виновников покушения, участие офице- ров и чиновников в революционных выступлениях, вредную про- паганду в учебных заведениях, наконец, оно допускает все мани- фестации, которые могли возбудить в сербском населении нена- висть к монархии и презрение к ее установлениям. Эта преступная терпимость королевского сербского прави- тельства не прекратилась даже в момент, когда события 15 про- шлого июня показали всему миру ее прискорбные последствия. Из показаний и признаний виновников преступного покушения 15 июня явствует, что сараевское убийство было подготовлено в Белграде, что оружие и взрывчатые вещества, которыми были снабжены убийцы, были доставлены им сербскими офицерами и чиновниками, входящими в состав «Народной Одбраны», и что, наконец, переезд преступников с оружием в Боснию был органи- зован и осуществлен начальствующими лицами сербской погра- ничной службы. Указанные результаты расследования не позволяют австро- венгерскому правительству сохранять долее то выжидательное и терпеливое положение, которое оно занимало в течение ряда лет по отношению к действиям, намечавшимся в Белграде и пропа- гандировавшимся оттуда в пределах территории монархии. Эти результаты, напротив, возлагают на него обязанность по- ложить конец пропаганде, являющейся постоянной угрозой для спокойствия монархии. Для достижения этой цели австро-венгер- ское правительство находится вынужденным просить сербское правительство официально заявить, что оно осуждает пропаганду, направленную против австро-венгерской монархии, т. е. всю со- вокупность тенденций, входящих в состав этой пропаганды, и что оно обязуется принять все меры для подавления этой преступной и террористической пропаганды. Дабы придать особо торжественный характер этому обязатель- ству, королевское сербское правительство опубликует на первой странице официального органа от 13/26 июля нижеследующее за- явление: «Королевское сербское правительство осуждает пропаганду, на- правленную против Австро-Венгрии, т. е. совокупность тенденций, имеющих конечной целью отторжение от австро-венгерской мо- нархии частей ее территории, и искренне сожалеет о прискорбных последствиях этих преступных действий. Королевское правительство сожалеет, что сербские офицеры и чиновники участвовали в вышеупомянутой пропаганде и скомп- рометировали таким образом те добрососедские отношения, под- держивать которые королевское правительство торжественно обя- залось в своей декларации от 18/31 марта 1909 г. Королевское правительство, порицая и отвергая всякую мысль и попытку вмешательства в судьбы населения какой-либо части Австро-Венгрии, считает своим долгом формально предупредить офицеров и чиновников и все население королевства, что отныне оно будет принимать самые суровые меры против лип, виновных в подобных действиях, которые правительство всеми силами бу- дет предупреждать и подавлять». Это заявление будет немедленно объявлено войскам приказом его величества короля по армии и будет опубликовано в офици- альном военном органе. Королевское правительство кроме этого обязуется: Не допускать никаких публикаций, возбуждающих ненависть и презрение к монархии и проникнутых общей тенденцией, на- правленной против ее территориальной неприкосновенности. Немедленно закрыть общество, называемое «Народная Одбра- на», конфисковать все средства пропаганды этого общества и при- 60 61
нять те же меры против других обществ и учреждений в Сербии, занимавшихся пропагандой против австро-венгерской монархии. Королевское правительство примет необходимые меры, чтобы воспрепятствовать образованию вновь таких обществ. Незамедлительно исключить из действующих в Сербии про- грамм учебных заведений, как в отношении личного состава уча- щихся, так и в отношении способов обучения, все то, что служит или могло бы служить к распространению пропаганды против Ав- стро-Венгрии. Удалить с военной и административной службы вообще всех офицеров и должностных лиц, виновных по отношению к авст- ро-венгерской монархии, имена которых австро-венгерское пра- вительство оставляет за собою право сообщить сербскому прави- тельству вместе с указанием совершенных ими деяний. Допустить сотрудничество в Сербии австро-венгерских орга- нов в деле подавления революционного движения, направленно- го против территориальной неприкосновенности монархии. Провести судебное расследование против участников заговора 15 июня, находящихся на сербской территории, причем лица, ко- мандированные австро-венгерским правительством, примут учас- тие в розысках, вызываемых этим расследованием. Срочно арестовать коменданта Войслава Танкосича и некоего Милана Цыгановича, чиновника сербской государственной службы, скомпрометированного результатами сараевского расследования. Принять действительные меры к воспрепятствованию оказа- ния содействия сербскими властями в незаконной торговле ору- жием и взрывчатыми веществами через границу и уволить и под- вергнуть также суровому наказанию чинов пограничной службы в Шабаце и Ложнице, виновных в том, что оказали содействие ру- ководителям сараевского покушения, облегчив им переезд через границу. Дать австро-венгерскому правительству объяснение по поводу совершенно не могущих быть оправданными заявлений высших сербских чинов как в Сербии, так и за границей, которые, не- смотря на занимаемое ими официальное положение, позволили себе после покушения 15 июня высказаться во враждебном по от- ношению к австро-венгерской монархии тоне. Без замедления уведомить австро-венгерское правительство об осуществлении указанных в предыдущих пунктах мер. Австро-венгерское правительство ожидает ответа королев- ского правительства до 6 час. вечера в субботу 12/25 текущего месяца. (Германская Белая книга о возникновении германо-русско-французской войны. Пг., 1915. С. 21—27. Далее: Белая книга.) 62 JS. Ответ сербского правительства на ноту Австро-Венгрии от 12/25 июля 1914 г. Королевское сербское правительство получило сообщение им- ператорского и королевского правительства от 10/23 сего месяца и убеждено, что его ответ устранит всякое недоразумение, угро- жающее испортить добрососедские отношения между Австро- Венгерской монархией и королевством Сербским. Королевское правительство сознает, что протесты, заявленные как с трибуны Скупщины, так и в сообщениях и действиях ответ- ственных представителей государства, протесты, которым был по- ложен конец декларацией сербского правительства от 18/31 марта 1909 г, не возобновлялись по отношению к великой соседней мо- нархии ни при каких случаях и что с того времени как со стороны сменявшихся королевских правительств, так и со стороны их ор- ганов не было сделано никакой попытки, имевшей целью изме- нить политическое и юридическое положение вещей, созданное в Боснии и Герцеговине. Королевское правительство констатирует, что в этом отношении императорским и королевским правительством не было сделано никаких представлений, за исключением лишь представления от- носительно одной учебной книги, на которое императорское и ко- ролевское правительство получило совершенно удовлетворительное объяснение. Сербия неоднократно давала доказательства своей миролюби- вой и умеренной политики втечение балканского кризиса, и лишь благодаря Сербии и той жертве, которую она принесла исключи- тельно в интересах европейского мира, этот мир был сохранен. На королевское правительство не может быть возложена ответствен- ность за манифестации частного характера, каковыми являются статьи в газетах и мирная работа обществ, — манифестации, ко- торые происходят почти во всех странах как нечто обыкновенное и которые в виде общего правила стоят вне официального конт- роля, тем более что королевское правительство во время разреше- ния целого ряда вопросов, возникших между Сербией и Австро- Венгрией, проявило чрезвычайную предупредительность и достиг- ло благодаря этому разрешения большинства этих вопросов на пользу развития обеих соседних стран. Вследствие этого для королевского правительства явились тя- гостной неожиданностью утверждения, будто лица из Сербского королевства участвовали в подготовке покушения, совершенного в Сараево. Правительство ожидало, что оно будет приглашено к участию в расследовании всех обстоятельств, касающихся этого преступ- ления, и было готово доказать действиями полную свою коррект- 63
ность в деле преследования всех лиц, относительно коих ему были бы сделаны соответствующие сообщения. Следуя, таким образом, желанию императорского и королевс- кого правительства, королевское правительство изъявляет готов- ность предать суду всякого сербского подданного, невзирая на его положение и ранг, в соучастии которого в сараевском преступле- нии ему были бы предъявлены доказательства. В частности, оно обязывается опубликовать на первой странице официального органа от 13/26 июля нижеследующее заявление: «Королевское сербское правительство осуждает всякую пропа- ганду, направленную против Австро-Венгрии, т. е. всю совокуп- ность тенденций, стремящихся в конечной цели к отторжению от Австро-Венгерской монархии входящих в ее состав территорий, и искренно сожалеет о прискорбных последствиях этих преступных действий. Королевское правительство искренно сожалеет, что некото- рые сербские офицеры и чиновники участвовали, согласно со- общению императорского и королевского правительства, в вы- шеупомянутой пропаганде и таким образом скомпрометировали те добрососедские отношения, поддерживать которые королевс- кое правительство торжественно обязалось в своей декларации от 18/31 марта 1909 г. Правительство, которое порицает и отре- кается, от всякой идеи и попытки вмешательства в судьбы какой бы то ни .было части Австро-Венгрии, считает своим долгом формально предупредить офицеров, чиновников и все население королевства, что отныне оно будет применять самые суровые меры против лиц, виновных в подобных действиях, к предотвра- щению и подавлению которых сербское правительство приложит все усилия». Заявление это будет объявлено сербской армии приказом, дан- ным от имени его величества короля его королевским высоче- ством наследником королевичем Александром и будет опублико- вано в ближайшем номере официального военного органа. Коро- левское правительство обязывается, кроме того: 1. Внести при первом же формальном созыве Скупщины в за- кон о печати постановление, согласно которому возбуждение не- нависти и презрения к австро-венгерской монархии, а равно все публикации, общая тенденция которых была бы направлена про- тив территориальной неприкосновенности Австро-Венгрии, будут подвергаться самым суровым карам. Правительство обязуется при предстоящем в близком будущем пересмотре конституции внести в Статью 22 конституции изменения, предоставляющие возмож- ность конфискации вышеупомянутых печатных произведений, что ныне согласно точному смыслу Статьи 22 конституции не представляется возможным. 64 . 2. Королевское правительство не имеет никаких доказательств, и нота императорского и королевского правительства ему их так- же не доставляет, в том, что общество «Народна Одбрана» и дру- гие подобные общества совершили до настоящего времени в лице кого-либо из своих членов какое-либо преступное деяние этого рода. Тем не менее королевское правительство соглашается на просьбу императорского и королевского правительства и закроет как общество «Народна Одбрана», так и всякое другое общество, которое стало бы действовать против Австро-Венгрии. 3. Королевское сербское правительство обязуется безотлага- тельно устранить из народного образования Сербии все, что слу- жит или могло бы служить к распространению пропаганды про- тив Австро-Венгрии, как только императорское и королевское правительство сообщит ему факты и доказательства существова- ния этой пропаганды. 4. Королевское правительство равным образом изъявляет со- гласие удалить с сербской военной и административной службы всех офицеров и чиновников, виновность коих в деяниях, направ- ленных против территориальной неприкосновенности австро-вен- герской монархии, будет доказана судебным расследованием. Правительство ожидает, что императорское и королевское прави- тельство сообщит ему дополнительно имена этих офицеров и чи- новников, равно как и сведения о совершенных ими деяниях в целях имеющего быть произведенным расследования. 5. Королевское правительство должно признаться, что оно не отдает себе ясного отчета в смысле и значении просьбы импера- торского и королевского правительства о том, чтобы Сербия обя- залась допустить на своей территории сотрудничество органов им- ператорского и королевского правительства, но заявляет, что оно допустит сотрудничество, соответствующее нормам международ- ного права и уголовного судопроизводства, равно как добрососед- ским отношениям между обоими государствами. 6. Королевское правительство, разумеется, считает своей обя- занностью произвести расследование относительно действий тех лиц, которые замешаны или могли бы быть замешаны в заговоре 15/28 июня и находились бы на территории королевства; что ка- сается участия в этом расследовании австро-венгерских агентов и властей, которые были бы откомандированы с этой цел^ю импе- раторским и королевским правительством, то королевское прави- тельство не может на это согласиться, так как это было бы нару- шением конституции и закона об уголовном судопроизводстве. Однако в конкретных случаях сообщения о результатах упомя- нутого следствия могли бы быть делаемы австро-венгерским орга- нам. 3 В. Шацилло 65
7. Королевское правительство распорядилось в самый день вручения ему ноты принять меры к аресту коменданта Войслава Танкосича; что же касается Милана Цыгановича, подданного ав- стро-венгерской монархии и служившего до 15/28 июня в каче- стве кандидата на должность в управлении железных дорог, то он еще не разыскан и против него издан приказ об аресте. Королевское правительство обращается к императорскому и королевскому правительству с просьбой соблаговолить сообщить в обычной форме и в возможно непродолжительном времени предположения виновности, равно как доказательства виновнос- ти, добытые до настоящего времени произведенным в Сараево следствием для производства дополнительного расследования. 8. Сербское правительство усилит и расширит меры, принятые в целях воспрепятствования незаконному торгу оружием и взрыв- чатыми веществами через границы. Само собою разумеется, пра- вительство немедленно распорядится производством расследова- ния и сурово покарает должностных лиц пограничной службы на линии Шабац — Лознипа, нарушивших свой долг и допустивших переезд через границу виновников сараевского преступления. 9. Королевское правительство охотно даст объяснение по по- воду заявлений его должностных лиц как в Сербии, так и за гра- ницей, сделанных после покушения в интервью и носивших со- гласно утверждению императорского и королевского правитель- ства враждебный по отношению к монархии характер, как только императорское и королевское правительство сообщит ему инкри- минируемые выдержки из этих заявлений и докажет, что заявле- ния эти были действительно сделаны названными должностными лицами; со своей стороны королевское правительство также оза- ботится получением убедительных доказательств этого факта. 10. Королевское правительство уведомит императорское и ко- ролевское правительство о приведении в исполнение указанных в предшествующих пунктах мероприятий, поскольку это не сдела- но уже настоящей нотой, немедленно по воспоследовании распо- ряжения и по осуществлении каждой из этих мер. В случае если бы императорское и королевское правительство не было удовлетворено настоящим ответом, королевское сербское правительство, признавая отвечающим общим интересам не спе- шить с разрешением настоящего вопроса, готово, как всегда, пой- ти на мирное соглашение путем передачи Этого вопроса на реше- ние или гаагского международного трибунала или великих дер- жав. участвовавших в выработке декларации, сделанной сербским правительством 18/31 марта 1909 г. (Синяя книга. Сербская дипломатическая переписка, относящаяся к войне 1914 г. Пг., 1915. С. 36—41.) Пер. с фр. 66 Министр иностранных дел России С. Д, Сазонов — послу России в Вене Шебеко, 13/26 июля 1914 г. . Телеграмма № 1508 Сообщается в Берлин, Париж и Лондон Сегодня у меня был продолжительный разговор в очень друже- любном тоне с австро-венгерским послом. Рассмотрев с ним предъявленные Сербии десять требований, я указал на то, что по- мимо неудачной формы, в которую они облечены, некоторые из них фактически совершенно невыполнимы, даже если сербское правительство и заявило о своем согласии их принять. Так, напри- мер, пункты 1 и 2 не могут быть осуществлены без изменения серб- ских законов о печати и о союзах, на что едва ли возможно будет получить согласие Скупщины; выполнение же пунктов 4 и 5 неиз- бежно привело бы к весьма опасным последствиям и угрожало бы даже террористическими актами, направленными против членов королевского дома и Пашича, что едва ли соответствует целям Ав- стрии. Что касается других пунктов, то мне кажется, что с извест- ными видоизменениями в подробностях было бы нетрудно в отно- шении их найти почву для соглашения, если обвинения, в них зак- лючающиеся, будут подтверждены достаточными доказательствами. В интересах сохранения мира, который, по словам Сапари, одинаково дорог и для Австрии, как и для всех держав, было бы необходимо возможно скорее положить конец нынешнему натя- нутому положению. С этой целью мне казалось бы очень жела- тельным, чтобы австро-венгерский посол был уполномочен войти со мною в частный обмен мыслей для совместной переработки некоторых статей австрийской ноты 10/23 июля. Таким путем, быть может, удалось бы найти формулу, которая, будучи приемле- мой для Сербии, дала вместе с тем удовлетворение требованиям Австрии по существу. Благоволите переговорить в этом смысле в осторожной и дру- жественной форме с министром иностранных дел и о последую- щем уведомить. Сазонов (МОЭИ. С. 462.) 35. Министр иностранных дел России С. Д. Сазонов — поверенному в делах России в Берлине Броневскому, 15/28 июля 1914 г. Телеграмма № 1539 Сообщается в Вену, Париж, Лондон, Рим Вследствие объявления Австриею войны Сербии нами завтра будет объявлена мобилизация в Одесском, Киевском, Московс- 67
ком и Казанском округах. Доводя до сведения германского пра- вительства, подтвердите об отсутствии у России каких-либо насту- пательных намерений против Германии. Наш посол в Вене пока не отзывается со своего поста. Сазонов (МОЭИ. С. 481-482.) 36. Николай II — Вильгельму II, 15/28 июля 1914 г. Телеграмма Рад твоему возвращению. В этот чрезвычайно серьезный мо- мент я прибегаю к твоей помощи. Слабой стране объявлена гнус- ная война. Возмущение в России, вполне разделяемое мною, без- мерно. Предвижу, что очень скоро, уступая оказываемому на меня давлению, я буду вынужден принять крайние меры, которые при- ведут к войне. Стремясь предотвратить такое бедствие, как евро- пейская война, я прошу тебя во имя нашей старой дружбы сде- лать все, что ты можешь, чтобы твои союзники не зашли слиш- ком далеко. Ники (МОЭИ. С. 482.) Пер. с анг. 37. Вильгельм II — Николаю II, 15/28 июля 1914г. Телеграмма С глубочайшим сожалением я узнал о впечатлении, произве- денном в твоей стране выступлением Австрии против Сербии. Не- добросовестная агитация, которая велась в Сербии в продолжение многих лет, завершилась гнусным преступлением, жертвой кото- рого пал эрцгерцог Франц-Фердинанд. Состояние умов, привед- шее сербов к убийству их собственного короля и его жены, все еще господствует в стране. Без сомнения, ты согласишься со мной, что наши общие интересы, твои и мои, как и интересы всех монархов, требуют, чтобы все лица, нравственно ответственные за это подлое убийство, понесли заслуженное наказание. В данном случае политика не играет никакой роли. С другой стороны, я вполне понимаю, как трудно тебе и тво- ему правительству противостоять силе общественного мнения. Поэтому, принимая во внимание сердечную и нежную дружбу, издавна связывающую нас крепкими узами, я употребляю все свое 68 влияние, чтобы побудить австрийцев действовать со всей прямо- той для достижения удовлетворительного соглашения с тобой. Я твердо надеюсь, что ты придешь мне на помощь в моих усилиях сгладить затруднения, которые могут еще возникнуть. Твой искренний и преданный друг и кузен Вилли (МОЭИ. С. 484—485) Пер. с англ. 38. Посол России в Вене Шебеко — министру иностранных дел России С. Д. Сазонову, 15/28 июля 1914 г. Телеграмма №105 Срочная Копии в Берлин, Париж, Лондон и Ниш Сегодня объяснился в самой дружественной форме с Берх- тольдом в смысле вашей телеграммы № 1508. Я указал ему при этом на желательность для самой Австрии такого разрешения воп- роса, которое улучшило бы отношения ее с Россией и дало бы ей серьезные гарантии для будущих отношений монархии с Серби- ей. Я обратил при этом также внимание Берхтольда на предстоя- щую опасность, угрожающую европейскому миру в случае воору- женного столкновения между Австрией и Сербией. Министр ино- странных дел ответил мне, что он вполне сознает серьезность положения и все преимущества откровенного объяснения с нами по этому поводу, но что австро-венгерское правительство, весьма неохотно решившееся на столь резкие шаги по отношению к Сер- бии, в настоящий момент не может отступить и вступить в обсуж- дение текста своей ноты. Кризис настолько обострился, возбуж- дение общественного мнения внутри страны достигло таких раз- меров, что правительство если бы и хотело, то не могло бы на это пойти, тем более что ответ Сербии служит доказательством неис- кренности ее заверений для будущего. Берхтольд, по-видимому, был весьма озабочен полученными им сведениями о мобилизации Черногории и высказал мне удивление этой ничем, по его мне- нию, не вызванной мерой. Из моего разговора я вынес впечатле- ние, что австро-венгерское правительство в настоящую минуту решило нанести Сербии удар для поднятия своего престижа на Балканах и внутри страны и рассчитывает на поддержку Германии и миролюбие остальных держав для локализации конфликта. Шебеко (МОЭИ. С. 485.) 69
39. Вербальная нота министерства иностранных дел Австро-Венгрии российскому послу в Вене Шебеко от 15/28 июля 1914 г. Чтобы положить конец разрушительным проискам, исходя- щим из Белграда и направленным против территориальной не- прикосновенности австро-венгерской монархии, императорское и королевское правительство препроводило королевскому серб- скому правительству ноту, датированную 10/23 июля 1914 г, в которой содержался ряд требований, для принятия которых ко- ролевскому правительству был предоставлен срок в 48 часов. Так как королевское сербское правительство не ответило на эту ноту удовлетворительным образом, императорское и королевское пра- вительство оказывается вынужденным само озаботиться охраной своих прав и интересов и прибегнуть с этой целью к силе ору- жия. Сделав Сербии формальную декларацию в соответствии со Статьей 1 конвенции от 5/18 октября 1907 года относительно от- крытия военных действий, Австро-Венгрия рассматривает себя с этого времени в состоянии войны с Сербией... К посольству обращена просьба благоволить срочно сообщить настоящую нотификацию своему правительству. (МОЭИ. С. 486.) Пер. с фр. 40. (Объявление о мобилизации) Начальник Генерального штаба Н. Н. Янушкевич — главно- командующему войсками гвардии и Петербургского военного округа вел. кн. Николаю Николаевичу, наместнику на Кавказе Воронцову-Дашкову, командующим войсками Московского, Варшавского, Казанского, Виленского, Киевского, Одесского и Иркутского округов Плеве, Жилинскому, Зальцу, Ренненкампфу, Иванову, Никитину, Эверту и наказному атаману Войска Донс- кого Покотилло, 15/28 июля 1914 г. Телеграмма № 1785 Сообщается для сведения:семнадцатого/тридцатого июля бу- дет объявлено первым днем нашей общей мобилизации. Объяв- ление последует установленною телеграммою. Генерал Янушкевич (МОЭИ. С. 488.) 70 41. Посол Англии в Австро-Венгрии сэр М. де Бунзен — министру иностранных дел Англии сэру Э. Грею, 28 июля 1914 г. (Получено 29 июля) (Телеграмма) Вена Я извещен русским послом, что предложение русского прави- тельства отклонено австро-венгерским правительством. Предло- жение заключалось в том, чтобы формула мирной ликвидации ав- стро-сербского конфликта была обсуждена непосредственно меж- ду русским министром иностранных дел и австрийским послом в Петербурге, который должен был бы получить соответствующие полномочия. Русский посол думает, что в настоящее время предложенная Вами конференция менее заинтересованных держав представляет единственную надежду на сохранение европейского мира, и вы- ражает уверенность, что русское правительство с готовностью со- гласится на нее. До тех пор, пока армии враждующих держав не пришли еще в действительное соприкосновение, можно считать, что не все надежды утрачены. (Белая книга. С. 58.) 42. Посол Англии в Германии сэр Э. Гошен — министру иностранных дел Англии сэру Э. Грею, 29 июля 1914 г. (Получено 29 июля) (Телеграмма) Берлин Я был приглашен сегодня вечером к канцлеру. Его Превосхо- дительство только что вернулся из Потсдама. Он заявил, что если Австрия подвергнется нападению со сторо- ны России, то европейский пожар, он опасается, будет неизбежен, вопреки его постоянным стараниям сохранить мир, т. к. Германия в качестве союзницы Австрии связана известными обязательства- ми. Поэтому, если Британия обещает сохранить нейтралитет, он на- мерен дать следующее серьезное обещание. Ему представляется со- вершенно ясным, насколько он может судить о руководящих прин- ципах британской политики, что Великобритания ни в каком случае не допустит, чтобы Франция была разломлена в каком-либо конфликте. Но Германия к этому и не стремится. Если нейтралитет Британии будет гарантирован, то императорское правительство могло бы в свою очередь дать какие угодно гарантии того, что оно не будет стремиться ни к каким территориальным приобретениям за счет Франции, если Германия выйдет победительницей из могу- щей возникнуть войны. 71
На мой вопрос относительно французских колоний Его Пре- восходительство сказал, что в этом отношении он не может дать таких же гарантий. Однако в отношении Голландии Его Превос- ходительство заявил, что, пока противники Германии не нарушат нейтралитет Нидерландов, Германия будет поступать точно так же и готова дать Правительству Его Величества гарантии соблюдения этого обещания. От образа действий Франции будет зависеть, принудят ли военные операции Германию вступить в Бельгию. Но когда война окончится, целость Бельгии будет восстановлена, если, конечно, она не выступит против Германии. Его Превосходительство сказал в заключение, что с тех пор, как он занимает пост канцлера, его политика была направлена, о чем Вы знаете, на установление добрых отношений с Англией; он убежден, что эти заверения могут послужить основой для тех доб- рых отношений, которые для него столь желательны. Хотя в дан- ный момент, конечно, слишком рано обсуждать детали, но, выс- казывая все это, он имеет в виду общее соглашение между Англи- ей и Германией, и гарантия британского нейтралитета в конфликте, к которому может привести настоящий кризис, позво- лила бы ему предвидеть в будущем осуществление его желания. В ответ на вопрос Его Превосходительства о том, как, по мо- ему мнению, Вы отнесетесь к его пожеланию, я сказал, что не считаю вероятным, чтобы Вы в настоящей стадии дел сами поже- лали бы связать себя в каком-либо отношении и что Вы, по мое- му мнению, пожелаете сохранить полную свободу действий. По окончании нашего разговора на эту тему я сообщил Его Превосходительству содержание Вашей сегодняшней телеграммы. Его Превосходительство просил передать Вам свою искрен- нюю благодарность. (Белая книга. С. 58—59.) 43. Николай II — Вильгельму II, 16/29 июля 1914 г. Телеграмма Благодарю за примирительную и дружескую телеграмму. Одна- ко официальное сообщение, сделанное сегодня твоим послом мо- ему министру, было составлено в совершенно иных тонах. Прошу тебя объяснить это противоречие. Было бы правильно передать Гаагской конференции австро-сербский вопрос, чтобы предотвра- тить кровопролитие. Полагаюсь на твою мудрость и дружбу. Ники (МОЭИ. С. 489.) Пер. с англ. 72 . 44. Министр иностранных дел России С. Д. Сазонов — российскому поверенному в делах в Берлине Броневскому, 16/29 июля 1914 г. Телеграмма № 1544 Сообщается в Лондон, Париж, Ниш и для личного сведения в Вену, Рим, Бухарест и Константинополь Ссылаюсь на мою телеграмму № 1521. Германский посол передал мне от имени канцлера, что Герма- ния не переставала и не перестает оказывать умеряющее воздей- ствие в Вене и будет продолжать таковое, несмотря на факт объявления войны. До нынешнего утра нет известий о переходе австрийских войск на территорию Сербии. Я просил посла передать канцлеру выражение искренней при- знательности за дружеский характер его заявления. Сообщив ему о принятых нами военных мерах и о том, что они отнюдь не на- правлены против Германии, я сказал, что они не предрешают и наступательных действий против Австрии. Меры, принятые нами, объясняются мобилизацией большей части австрийской армии. На предложение посла продолжать непосредственные объяс- нения с венским кабинетом я ответил изъявлением готовности на это, если советы Германии будут услышаны в Вене. Вместе с тем я указал на готовность России прибегнуть к четверной конферен- ции, мысль о коей не встречает как будто сочувствия Германии. Наилучшим способом использовать все меры к мирному раз- решению кризиса нам представляются параллельные переговоры четверной конференции Англии, Франции, Италии и Германии и одновременно наш непосредственный контакт с венским кабине- том, как это было в наиболее острые моменты прошлогоднего кризиса. Мы полагаем, что после уступок, сделанных Сербией, найти компромисс по остающимся пунктам разногласий не представля- лось бы трудным, если бы Австрия проявила добрую волю и дер- жавы направили бы усилия в том же примирительном смысле. Сазонов (МОЭИ. С. 490.) 45. Посол России в Париже А. П. Извольский — министру иностранных дел России С. Д. Сазонову, 16/29 июля 1914 г. Телеграмма № 207 Сейчас Вивиани подтвердил мне, что решимость правитель- ства действовать в полном единении с нами встречает поддержку 73
самых широких кругов и партий, включая радикал-социалистов, которые только что принесли ему резолюции о безусловном дове- рии и патриотическом настроении их группы. Тотчас по приезде в Париж Вивиани телеграфировал в Лондон, что ввиду прекраще- ния непосредственных переговоров между Петербургом и Веною необходимо, чтобы лондонский кабинет как можно скорее возоб- новил в той или другой форме свое предложение о медиации дер- жав. До меня Вивиани принял германского посла, который возоб- новил ему заверения о миролюбивых стремлениях Германии. На замечание Вивиани, что, если Германия желает мира, она должна поспешить примкнуть к предложению Англии о медиации, барон Шён ответил, что слова «конференция» или «арбитраж» пугают Австрию. Вивиани высказал, что дело не в словах и что не будет трудно приискать иную форму медиации. По мнению барона Шёна, для успеха переговоров между державами необходимо уз- нать, что именно имеет в виду потребовать от Сербии Австрия. На это Вивиани ответил, что берлинскому кабинету весьма легко зап- росить об этом Австрию, а покуда предметом обсуждения может служить ответная сербская нота. В заключение барон Шен жало- вался на военные приготовления Франции и сказал, что в таком случае и Германия должна приступить к таким же приготовлени- ям. Вивиани, со своей стороны, высказал, что Франция искренно желает мира, но вместе с тем решила действовать в полном еди- нении со своими союзниками и друзьями и что он, барон Шён, мог убедиться, что эта решимость встречает живейшее сочувствие страны. На сегодняшний вечер Вивиани воспретил предполагав- шийся митинг революционеров против войны. Извольский (МОЭИ. С. 495.) 46. Вильгельм II — Николаю II, 16/29 июля 1914 г. Телеграмма Я получил твою телеграмму и разделяю твое желание сохра- нить мир, но, как уже говорил тебе в своей первой телеграмме, я не могу рассматривать выступление Австрии против Сербии как «гнусную войну». Австрия по опыту знает, что совершенно нельзя полагаться на сербские обещания на бумаге. По моему мнению, действия Австрии должны рассматриваться как преследующие цель добиться полной гарантии, что сербские обещания претво- рятся в реальные факты. Это мое мнение основывается на заявле- нии австрийского кабинета, что Австрия не стремится к каким- либо территориальным завоеваниям за счет Сербии. Поэтому я 74 считаю вполне возможным для России остаться зрителем австро- сербского конфликта, не вовлекая Европу в самую ужасную вой- ну, какую ей когда-либо приходилось видеть. Полагаю, что непос- редственное соглашение твоего правительства с Веной возможно и желательно, и, как я уже телеграфировал тебе, мое правитель- ство продолжает прилагать усилия, чтобы достигнуть этого. Ко- нечно, военные приготовления со стороны России, которые мог- ли бы рассматриваться Австрией как угроза, ускорили бы катаст- рофу, избежать которой мы оба желаем, и повредили бы моей позиции посредника, которую я в ответ на твое обращение к моей дружбе и помощи охотно взял на себя. Вилли (МОЭИ С. 495—496.) Пер. с англ. 47. Германский посол в Лондоне К. М. Лихновский — министерству иностранных дел Германии, 29 июля 1914 г. Лондон Сэр Эдуард Грей вновь вызвал меня к себе. Министр был со- вершенно спокоен, но чрезвычайно серьезно настроен и встретил меня словами, что положение «все больше обостряется». Сазонов ему заявил, что после объявления войны он уже не в состоянии вести переговоры с Австрией, и передал сюда просьбу возобно- вить посредничество. (Пометка Вильгельма: «Совершенно неслы- ханный образчик английского лицемерия! С подобными жулика- ми я никогда не заключу морского соглашения!») Грей далее заявил (пометка Вильгельма: «Гнусный обман- щик!»), что британское правительство по-прежнему хочет поддер- живать дружбу с нами и оно останется в стороне, поскольку кон- фликт ограничится Австрией и Россией. (Пометка Вильгельма: «Т е. чтобы мы оставили Австрию на произвол судьбы, какая ме- фистофельская гнусность! Чисто по-английски!») Если же мы втя- нем и Францию, то положение немедленно изменится и британс- кое правительство, может быть, вынуждено будет принять немед- ленные решения. (Пометка Вильгельма: «Они уже приняты».) В этом случае нельзя будет долго стоять в стороне и выжидать —- «если война вспыхнет, то это будет величайшая катастрофа, какую когда-либо видел мир». (Пометка кайзера Вильгельма II: «Т. е. они на нас нападут».) Лихновский (МО 1870—1918. С. 275—276.)
48. Николай II — Вильгельму II, 17/30 июля 1914 г. Телеграмма Сердечно благодарю тебя за твой скорый ответ. Посылаю се- годня вечером Татищева с инструкциями. Военные мероприятия, вступившие теперь в силу, были решены пять дней тому назад как мера защиты ввиду приготовлений Австрии. От всей души наде- юсь, что эти мероприятия ни в какой степени не помешают твое- му посредничеству, которое я высоко ценю. Необходимо сильное давление с твоей стороны на Австрию, чтобы она пришла к со- глашению с нами. Ники (МОЭИ. С. 500.) Пер. с англ. 49. Николай II — Вильгельму II, 17/30 июля 1914 г. Дорогой Вилли, Посылаю к тебе Татищева с этим письмом. Он будет в состо- янии дать тебе более подробные объяснения, чем я могу это сде- лать в этих строках, Мнение России следующее: убийство эрцгер- цога Франца-Фердинанда и его жены — гнусное преступление, совершенное отдельными сербами. Но где доказательства, что сербское правительство причастно к этому преступлению? Увы, мы знаем из многих фактов, что часто нельзя относиться с дове- рием к результатам следствия и заключениям трибуналов, в осо- бенности если к делу примешиваются политические соображения (дело Фридъюнга и Прохаски 2—3 года тому назад). Вместо того чтобы доказать Европе или дать ей возможность убедиться, пре- доставив другим странам время разобраться во всем следственном материале, Австрия дала Сербии 48-часовой срок и затем объяви- ла ей войну. Вся Россия и многие вне ее считают ответ Сербии удовлетво- рительным: невозможно ожидать, чтобы независимое государство пошло дальше в подчинении требованиям другого правительства. Карательные экспедиции предпринимаются только в своем соб- ственном государстве или в колониях. Поэтому война эта вызвала такое глубокое негодование в моей стране, и будет трудно успокоить здесь воинственное настроение. Чем дольше Австрия будет продолжать свои агрессивные дей- ствия, тем серьезнее окажется положение. К тебе, ее союзнику, я обращаюсь как к посреднику в деле сохранения мира. Ники (МОЭИ. С. 501.) Пер. с англ. 50. Посол Англии во Франции сэр Ф. Берти — министру иностранных дел Англии сэру Э. Грею, 30 июля 1914 г. (Получено 30 июля) (Телеграмма) Париж Президент Республики сообщил мне, что Русское Правитель- ство поставлено в известность Германским Правительством о том, что, если Россия не прекратит мобилизацию, Германия приступит к тому же. Но дальнейшее сообщение, полученное из С.-Петер- бурга, гласит, что германское официальное сообщение изменено и представляет теперь из себя запрос о том, на каких условиях Россия согласна демобилизоваться. Последовавший ответ гласит, что она (Россия) согласна на демобилизацию при условии, что Ав- стрия обяжется сохранить суверенитет Сербии и представить на международное рассмотрение некоторые требования австрийской ноты, отвергнутые Сербией. Президент думает, что эти условия не будут приняты Австрией. Он убежден, что мир между державами находится в руках Великобри- тании: если Правительство Его Величества объявит, что Англия при- дет на помощь Франции в случае конфликта между Францией и Гер- манией из-за настоящих несогласий между Австрией и Сербией, то войны не будет, так как Германия сразу же изменит свою позицию. Я объяснил ему, насколько затруднительно для Правительства Его Величества сделать подобное заявление, но он все же настаива- ет, что это необходимо в интересах мира. Франция, сказал он, миро- любива. Она не желает войны и пока ограничилась приготовления- ми к мобилизации, дабы не быть застигнутой врасплох. Французское Правительство будет осведомлять Правительство Его Величества от- носительно всего, что будет сделано в этом направлении. Французское Правительство имеет достоверные сведения, что германские войска сконцентрированы вокруг Тионвилля и Меца. Если бы разразилась всеобщая война на континенте, Англия не- минуемо была бы в нее вовлечена ради сохранения своих же жиз- ненных интересов. Заявление о ее намерении поддержать Фран- цию, которая искренно желает сохранения мира, несомненно Удержит Германию от стремления к войне. (Белая книга. С. 77—78.) 51. Вильгельм II — Николаю II, 17/30 июля 1914 г. Телеграмма Очень благодарен за телеграмму. Не может быть и речи о том, чтобы слова моего посла могли быть в противоречии с содержа- нием моей телеграммы. 77 76
Графу Пурталесу было предписано обратить внимание твоего Правительства на опасность и серьезные последствия, вытекаю- щие из мобилизации. То же самое я сказал тебе в моей телеграм- ме. Австрия мобилизовала только против Сербии и только часть своей армии. Если теперь, как видно из сообщения твоего и тво- его правительства, Россия мобилизуется против Австрии, то моя роль посредника, которую ты мне любезно доверил и которую я принял на себя по твоей специальной просьбе, подвергнется опас- ности, если не станет совершенно невозможной. Вся тяжесть ре- шения ложится теперь исключительно на тебя, и ты несешь от- ветственность за мир или войну. Вилли (МОЭИ. С. 509.) Пер. с англ. 52. Начальник Генерального штаба России Н. Н. Янушкевич — министру иностранных дел России С. Д. Сазонову, 17/30 июля 1914 г. Отношение № 3735 Спешно Высочайше поведено мобилизовать по мобилизационному расписанию 1910 года войска Киевского, Одесского, Московско- го и Казанского военных округов, второочередные и третьеоче- редные части Оренбургского, Уральского и Астраханского казачь- их войск и команд пополнения Донского, Кубанского, Тверского, Уральского, Оренбургского и Астраханского казачьих войск, вхо- дящих в состав мобилизуемых округов, Черноморский и Балтийс- кий флоты. Первым днем мобилизации следует считать 17/30 сего июля. За военного министра начальник Генерального штаба генерал-лейтенант Янушкевич Начальник мобилизационного отдела генерал-майор Добровольский (МОЭИ. С. 513.) 53. Записка германского посольства в Петербурге, переданная послом Ф. Пурталесом товарищу министра иностранных дел России А. А Нератову 18/31 июля 1914 г. Чтобы доказать свое миролюбие, а равно и свое дружествен- ное расположение к России, и отдавая себе отчет в трудном поло- жении, в котором находится эта последняя ввиду выступления Австрии против Сербии, германское правительство предложило венскому кабинету заверить петербургский кабинет, что он не имеет намерения ни посягать на территориальную неприкосно- венность Сербии, ни нарушать законные интересы России. Именно вследствие советов, данных Германией в Вене, Авст- рия выступила с декларацией, которой, по мнению германского правительства, должно быть достаточно для успокоения России. Подобная декларация, которой великая держава, находящаяся в состоянии войны, заранее связывает себе руки на время заключе- ния мира, должна рассматриваться как весьма большая уступка и как доказательство примирительного настроения. Россия должна отдать себе отчет, что, желая побудить Австрию идти дальше этой декларации, она требует от нее уже нечто не со- вместимое с ее достоинством и с ее престижем великой державы. Упрекая Австрию в нарушении суверенных прав Сербии, она сама хочет посягнуть на такие же права Австрии. Российскому правительству надлежало бы не упускать из вида, что престиж Австро-Венгрии как великой державы является в то же самое время германским интересом и что нельзя требовать от Германии, чтобы она воздействовала на Австрию в духе, противо- положном ее собственным интересам. Если Россия при таких условиях настаивает на своих требова- ниях и отказывается признать в интересах европейского мира аб- солютную необходимость локализовать австро-сербский конф- ликт, то она должна в то же самое время отдать себе отчет в вели- чайшей серьезности положения. (МОЭИ. С. 514.) Пер. с фр. 54. Николай II — Вильгельму II, 18/31 июля 1914 г. Телеграмма Сердечно благодарен тебе за твое посредничество, которое на- чинает все же подавать надежду на мирный исход кризиса. По техническим условиям невозможно приостановить наши военные приготовления, которые были для нас неизбежны ввиду мобили- зации Австрии. Мы далеки от того, чтобы желать войны. Пока будут длиться переговоры с Австрией по сербскому вопросу, мои войска не предпримут никаких вызывающих действий. Я торже- ственно даю тебе в этом мое слово. Я уповаю на милость Божию и надеюсь на успех твоего посредничества в Вене на пользу на- ших государств и европейского мира. Ники (МОЭИ. С. 515) Пер. с англ.
55. Вильгельм II — Николаю П, 18/31 июля 1914 г. Телеграмма В ответ на твое обращение к моей дружбе и на твою просьбу о содействии я приступил к посредническим действиям между тво- им и австро-венгерским правительствами. В то время как эти дей- ствия еще продолжались, твои войска были мобилизованы против Австро-Венгрии, моей союзницы, благодаря чему, как я уже тебе указал, мое посредничество почти потеряло реальное значение. Тем не менее я продолжал действовать; сейчас я получил досто- верные известия о серьезных военных приготовлениях на моей восточной границе. Ответственность за безопасность моей импе- рии вынуждает меня принять предупредительные меры защиты. В моих усилиях сохранить всеобщий мир я дошел до крайних пре- делов. Ответственность за бедствие, угрожающее всему цивилизо- ванному миру, падет не на меня. В настоящий момент все еще в твоей власти предотвратить его. Никто не угрожает могуществу и чести России, и она свободно может выждаТь результатов моего посредничества. Моя дружба к тебе и твоему государству, заве- щанная мне дедом на смертном одре, всегда была для меня свя- щенна, и я не раз честно поддерживал Россию в моменты серьез- ных для нее затруднений, в особенности во время последней вой- ны. Европейский мир все еще может быть сохранен тобой, если Россия согласится приостановить военные мероприятия, угрожа- ющие Германии и Австро-Венгрии. Вилли (МОЭИ. С. 520.) Пер. с англ. 56. Посол России в Берлине С. Свербеев — министру иностранных дел России С. Д. Сазонову, 18/31 июля 1914 г. Телеграмма №147 Срочная Копия в Вену Сейчас министр иностранных дел повторил мне, что перего- воры, затрудненные уже мобилизацией нашей против Австрии, становятся еще более затруднительными ввиду принимаемых у нас серьезных военных мер против самой Германии. Известия об этом получаются здесь будто бы со всех сторон и неминуемо дол- жны будут вызывать соответствующие меры со стороны Германии. На это я ему ответил, что все соотечественники, приезжающие в Берлин, свидетельствуют, что и в Германии означенные меры про- тив нас в полном ходу, что вполне отрицается министром иност- ранных дел, утверждающим, что здесь вызваны были лишь офи- церы из отпусков и возвращены войска с маневров. К этому я прибавил, что если в настоящую критическую минуту Германия и Австрия с своей стороны не выкажут доброй воли к улажению кризиса, то общее столкновение окажется, очевидно, неминуе- мым. Министр иностранных дел ответил мне, что Германия при- лагает будто бы все усилия, чтобы склонить свою союзницу к уме- ренности, и что теперь он с нетерпением ожидает известия из Вены о том, как там принято было новое предложение Грея. Я не мог не заметить своему собеседнику, что тот факт, что ни первое английское, ни наши вчерашние предложения не нашли отклика в Вене и в Берлине, казалось бы, доказывает недостаточность уме- ряющего воздействия Германии в Вене. Вообще я нашел, что Ягов настроен крайне мрачно. Два раза спросил он меня, вернулся ли Татищев, которого пока еще здесь нет. Свербеев (МОЭИ. С. 520—521.) 57. Николай II — Вильгельму II, 19 июля /1 августа 1914 г. Телеграмма Получил твою телеграмму. Понимаю, что ты должен мобилизо- вать свои войска, но желаю иметь с твоей стороны такие же гаран- тии, какие я дал тебе, т. е. что эти мероприятия не означают войны и что мы будем продолжать переговоры ради благополучия наших государств и всеобщего мира, дорогого для всех нас. Наша долгая испытанная дружба должна с Божьей помощью предотвратить кро- вопролитие. С нетерпением и надеждой жду твоего ответа. Ники (МОЭИ С. 522.) Пер. с англ. 58. Вильгельм II — Николаю II, 19 июля /1 августа 1914 г. Телеграмма Благодарю за твою телеграмму. Вчера я указал твоему прави- тельству единственный путь, которым можно избежать войны. Несмотря на то что я требовал ответа сегодня к полудню, я до сих пор не получил от моего посла телеграммы, содержащей ответ твоего правительства. Ввиду этого я был вынужден мобилизовать свою армию. Немедленный, утвердительный, ясный и недвусмыс- 80 81
ленный ответ твоего правительства — единственный путь, кото- рым можно избежать неисчислимых бедствий. Пока я не получу этого ответа, я, увы, не могу обсуждать твоей телеграммы по су- ществу. Во всяком случае я должен просить тебя немедленно от- дать приказ твоим войскам безусловно воздерживаться от малей- шего нарушения наших границ. Вилли (МОЭИ. С. 533.) Пер. с англ. 59. Нота, врученная германским послом в С.-Петербурге Ф. Пурталесом министру иностранных дел России С. Д. Сазонову 19 июля /1 августа 1914 г. в 7 часов 10 минут вечера Императорское Правительство старалось с начала кризиса привести его к мирному разрешению. Идя навстречу пожеланию, выраженному Его Величеством Императором Всероссийским, Его Величество Император Германский в согласии с Англией прила- гал старания к осуществлению роли посредника между Венским и Петербургским Кабинетами, когда Россия, не дожидаясь их ре- зультата, приступила к мобилизации всей совокупности своих су- хопутных и морских сил. Вследствие этой угрожающей меры, не вызванной никакими военными приготовлениями Германии, Гер- манская империя оказалась перед серьезной и непосредственной опасностью. Если бы Императорское Правительство не приняло мер к предотвращению этой опасности, оно подорвало бы безо- пасность и самое существование Германии. Германское Прави- тельство поэтому нашло себя вынужденным обратиться к Прави- тельству Его Величества Императора Всероссийского, настаивая на прекращении помянутых военных мер. Ввиду того, что Россия отказалась удовлетворить это пожелание и выказала этим отказом, что ее выступление направлено против Германии, я имею честь по приказанию моего Правительства сообщить Вашему Превосходи- тельству нижеследующее: Его Величество Император, мой Авгус- тейший Повелитель, от имени Империи принимая вызов, считает себя в состоянии войны с Россией. С.-Петербург, 19 июля/1 августа 1914 года. Ф. Пурталес (Оранжевая книга (до войны). Сборник дипломатических документов. Переговоры от 10 до 24 июня 1914 года. Высочайшие манифесты о войне. Историческое значение Государственной думы 26 июля 1914 г. Спб, 1914. С. 60— 61. Далее: Оранжевая книга.) 82 60. Георг V — Николаю II, 19 июля /1 августа 1914 г. Телеграмма Мое правительство получило следующее сообщение от гер- манского правительства: «29 июля российский император просил германского императо- ра по телеграфу о посредничестве между Россией и Австрией. Им- ператор немедленно изъявил свою готовность. Он осведомил об этом по телеграфу российского императора и предпринял проси- мые действия в Вене. Не ожидая результата этого воздействия, Рос- сия мобилизовалась против Австрии. Германский император теле- графно указал российскому императору, что вследствие этого его попытка посредничества становится почти призрачной; в дальней- шем император просил российского императора задержать военные приготовления против Австрии. Этого, однако, не случилось. Не- смотря на это, германское правительство продолжало свое посред- ничество в Вене: в этом деле германское правительство дошло до крайнего предела того, что могло быть предложено суверенному государству, состоящему в союзе с Германией. Предложения, сде- ланные германским правительством в Вене, были составлены в полном соответствии с принципами, выдвинутыми Великобрита- нией, и германское правительство рекомендовало в Вене подверг- нуть их серьезному рассмотрению. Сегодня утром они рассматри- вались в Вене. Во время обсуждения их кабинетом и до вынесения решения германский посол в Петербурге сообщил о мобилизации всей русской армии и флота. Вследствие этого шага России авст- рийского ответа на германское предложение о посредничестве, бывшего еще предметом рассмотрения, не последовало. Это дей- ствие России направлено также против Германии, т. е. против дер- жавы, чье посредничество было испрошено российским императо- ром. Мы обязаны ответить серьезными контрмерами на это дей- ствие, которое мы должны рассматривать как враждебное, если только мы не собираемся подвергнуть опасности нашу страну. Мы не можем оставаться бездеятельными перед лицом русской моби- лизации на нашей границе. Ввиду этого мы сообщили России, что, если она не согласится приостановить в течение двенадцати часов военные мероприятия против Германии и Австрии, мы будем вы- нуждены мобилизоваться, и это будет означать войну. Мы запроси- ли Францию, останется ли она нейтральной.во время германо-рус- ской войны». Мне остается только предположить, что это безвыходное поло- жение создано каким-либо недоразумением. Я всеми силами ста- раюсь не упустить ни одной возможности предотвратить страш- ное бедствие, угрожающее ныне всему миру. Поэтому я взываю лично к тебе, мой дорогой Ники, чтобы ты устранил происшед- 83
шее, как я чувствую, недоразумение и оставил открытым путь для переговоров и для возможности сохранения мира. Если ты думаешь, что я могу каким-либо образом посодей- ствовать этой исключительно важной цели, я сделаю все, что в моей власти, дабы помочь возобновлению прерванных-перегово- ров между заинтересованными державами. Я уверен, что ты жела- ешь, так же как я, чтобы было сделано все возможное для сохра- нения всеобщего мира. Джорджи (МОЭИ. С. 527-528.) Пер. с англ. 61. Сообщение Министерства иностранных дел России от 20 июля 1914 г. о событиях последних дней Вследствие того, что в иностранной печати появилось иска- женное изложение событий последних дней, Министерство иное- . транных дел считает долгом дать следующий краткий обзор дип- J ломатических сношений за указанное время. ; 10 июля сего года австро-венгерский посланник в Белграде вру- < чил сербскому министру-президенту ноту, заключающую в себе об- • винение сербского правительства в поощрении великосербского движения, приведшего к убийству наследника австро-венгерского престола. Ввиду сего Австро-Венгрия требовала от сербского пра- , вительства не только осуждения в торжественной форме означен- ной пропаганды, но также принятия под контролем Австро-Венг- рии ряда мер к раскрытию заговора, наказанию участвовавших в нем сербских подданных й пресечению в будущем всяких посяга- тельств на территории королевства. Для ответа на означенную ноту сербскому правительству предоставлялось 48 часов. Имперское правительство, осведомившись из сообщенного ему австро-венгерским послом в С.-Петербурге по истечении уже 17 часов текста врученной в Белграде ноты о сущности заключав- шихся в ней требований, не могло не усмотреть, что некоторые из таковых по существу своему являлись невыполнимыми, неко- торые же были предъявлены в форме, несовместимой с достоин- ством независимого государства. Считая недопустимым заключа- ющееся в таких требованиях умаление достоинства Сербии и про- явленное этим самым Австро-Венгрией стремление утвердить свое преобладание на Балканах, Российское правительство в са- мой дружеской форме указало Австро-Венгрии на желательность подвергнуть новому обсуждению содержащиеся в австро-венгерс- ! кой ноте пункты. Австро-венгерское правительство не сочло воз- можным согласиться на обсуждение ноты. Равным образом уме- ’ ряющее действие других держав в Вене не увенчалось успехом. 84 Несмотря на осуждение Сербией преступного злодеяния и на выказанную Сербией готовность дать удовлетворение Австрии в мере, которая превзошла ожидания не только России, но и дру- гих держав, австро-венгерский посланник в Белграде признал сербский ответ неудовлетворительным и выехал из Белграда. Еще ранее, сознавая чрезмерность предъявленных Австриек) требований, Россия заявила о невозможности остаться равнодуш- ной, не отказываясь в то же время приложить все усилия к изыс- канию мирного выхода, приемлемого для Австро-Венгрии и не затрагивающего ее самолюбия как великой державы. При этом Россия твердо установила, что мирное разрешение вопроса она допускает, лишь поскольку оно не вызовет умаления достоинства Сербии как независимого государства. К сожалению, однако, все приложенные императорским правительством в этом направлении усилия оказались тщетными. Австро-венгерское правительство, уклонившись от всякого примирительного вмешательства держав в его ссору с Сербией, приступило к мобилизации, официально объявило Сербии войну и на следующий день Белград подвергся бомбардировке. В манифесте, сопровождающем объявление вой- ны, Сербия открыто обвиняется в подготовке и выполнении са- раевского злодеяния. Подобное обвинение целого народа и госу- дарства в уголовном преступлении своей явной несостоятельнос- тью вызвало по отношению к Сербии широкие симпатии европейских общественных кругов. Вследствие такого образа действий австро-венгерского прави- тельства, вопреки заявлению России, что она не может остаться равнодушной к участи Сербии, императорское правительство со- чло необходимым объявить мобилизацию Киевского, Одесского, Московского и Казанского военных округов. Такое решение представлялось необходимым ввиду того, что со дня вручения австро-венгерской ноты сербскому правительству и первых шагов России прошло пять дней, а между тем со сторо- ны венского кабинета не было сделано никаких шагов навстречу нашим мирным попыткам и, наоборот, была объявлена мобили- зация половины австро-венгерской армии. О принимаемых Россией мерах было доведено до сведения германского правительства с объяснением, что они являются по- следствием австрийских вооружений и отнюдь не направлены против Германии. Вместе с тем императорское правительство зая- вило о готовности России путем непосредственных сношений с венским кабинетом или же согласно предложению Великобрита- нии путем конференции четырех незаинтересованных непосред- ственно великих держав — Англии, Франции, Германии и Ита- лии — продолжать переговоры о мирном улаживании спора. Однако и эта попытка России не увенчалась успехом. Австро- Венгрия отклонила дальнейший обмен мнений с нами, а берлин- 85
ской кабинет уклонился от участия в предположенной конферен- ции держав. Тем не менее Россия и здесь продолжала свои усилия в пользу ’ мира. На вопрос германского посла указать, на каких условиях мы еще согласились бы приостановить наши вооружения, министр ино- странных дел заявил, что таковым условием является признание Ав- стро-Венгрией, что австро-сербский вопрос принял характер евро- пейского вопроса, и заявления ее, что она согласна не настаивать на требованиях, несовместимых с суверенными правами Сербии. Предложение России было признано Германией неприемлемым для Австро-Венгрии. Вместе с тем в Петербурге было получено из- • вестие об объявлении Австро-Венгрией общей мобилизации. | В то же время продолжались военные действия на сербской | территории, и Белград подвергся новой бомбардировке. | Последствием такого неуспеха наших мирных предложений яви- j лась необходимость расширения военных мер предосторожности. ! На запрос по этому поводу берлинского кабинета было отве- i чено, что Россия вынуждена была начать вооружение, дабы пре- дохранить себя от всяких случайностей. Принимая такую меру предосторожности, Россия вместе с тем продолжала всеми силами изыскивать исход из создавшегося по- ложения и выразила готовность согласиться на всякий способ раз- решения спора, при коем были бы соблюдены поставленные нами условия. Несмотря на такое миролюбивое сообщение, германское пра- вительство 18 июля обратилось к Российскому правительству с требованием к 12 часам 19 июля приостановить военные меры, уг- рожая в противном случае всеобщей мобилизацией. На следующий день, 19 июля, германский посол передал ми- нистру иностранных дел от имени своего правительства объявле- ние войны. (Оранжевая книга. С. 61—64.) 62. Телеграмма президента люксембургского правительства Эйшена министру иностранных дел Бельгии Давиньону от 2 августа 1914 г. Люксембург Имею честь довести до сведения Вашего Превосходительства следующие факты. Рано утром в воскресенье 2 авг. германские войска согласно известиям, полученным в настоящее время Правительством Вели- кого Герцогства, проникли на люксембургскую территорию по мо- стам Вассербиллиг и Ремих, направляясь главным образом на юг 86 страны и к городу Люксембургу, столице Великого Герцогства. Не- сколько блиндированных поездов с войсками и вооружением были направлены по железной дороге от Вассербиллига на Люк- сембург, где с минуты на минуту ждут их прибытия. Эти факты содержат в себе действия, явно противоречащие нейтралитету Великого Герцогства, гарантированному Лондонским трактатом 1867 года. Люксембургское правительство не замедлило выразить протест против этого, нападения представителю Его Величества Императора Германского в Люксембурге. Подобный же протест будет передан по телеграфу в Берлин статс-секретарю по иност- ранным делам. Государственный министр, президент правительства: Эйшен (Серая книга. Дипломатическая переписка Бельгии, предшествовавшая войне 1914 г. Пг., М., 1914. С. 36. Далее: Серая книга.) 63. Нота, переданная 2 августа в 7часов вечера германским посланником в Бельгии Беловым-Залескэ министру иностранных дел Бельгии Давиньону Германское правительство получило достоверные известия о гом, что французские войска намерены двинуться на Маас через Живэ и Намюр. Эти известия не оставляют никакого сомнения в том, что Франция намерена двинуться на Германию через бельгийскую территорию. Императорское Германское правительство не может не опа- саться, что Бельгия, вопреки своей доброй воле, не будет в состо- янии без посторонней помощи отразить французское наступление с такими большими силами. В этом факте имеется достаточная уверенность в угрозе, направленной против Германии. Повелительным долгом самосохранения для Германии являет- ся предупреждение этого нападения неприятеля. Величайшее прискорбие испытало бы Германское правитель- ство, если бы Бельгия сочла за враждебный против себя акт то, что Германия в ответ на мероприятия врага вынуждена со своей стороны нарушить неприкосновенность бельгийской территории. Чтобы развеять всякие недоразумения, Германское правитель- ство объявляет следующее: 1. Германия не имеет в виду никаких враждебных действий против Бельгии. Если Бельгия согласится занять в начавшейся войне положение дружественного нейтралитета по отношению к Германии, то Германское Правительство обязуется со своей сторо- 87
ны в момент заключения мира гарантировать Королевству его не- зависимость и его владения в полном их объеме. 2. Германия обязуется на вышесказанных условиях эвакуиро- вать бельгийскую территорию немедленно по заключении мира. 3. Если Бельгия сохранит дружественное отношение, Германия готова по соглашению с бельгийскими властями покупать за на- личные деньги все, что будет необходимо для ее войск, и вознаг- радить за все убытки, причиненные в Бельгии. 4. Если же Бельгия выступит враждебно против германских войск и особенно если станет чинить затруднения их поступатель- ному движению сопротивлением укреплений на Маасе или разру- шением путей, железных дорог, туннелей или других искусствен- ных сооружений, то Германия будет вынуждена смотреть на Бель- гию как на врага. Б этом случае Германия не возьмет на себя никаких обязательств по отношению к Королевству, но предоста- вит в конечном счете урегулировать взаимоотношения обоих го- сударств силе оружия. Германское правительство питает законную надежду, что это не произойдет и что Бельгийское правительство сумеет принять соот- ветствующие меры, дабы помешать совершиться этому. В этом слу- чае дружественные отношения, соединяющие два соседних Госу- дарства, станут еше более тесными и прочными. (Серая книга. С. 38—42.) 64. Николай II — Георгу V, 20 июля / 2 августа 1914 г. Телеграмма Я с радостью принял бы твое дружеское предложение, если бы германский посол не вручил сегодня после полудня моему прави- тельству ноту с объявлением войны. С самого момента вручения ультиматума в Белграде Россия приложила все свои усилия на по- иски какого-либо мирного разрешения вопроса, созданного выс- туплением Австрии. Целью этого выступления было разгромить Сербию и сделать ее вассалом Австрии. Последствием этого яви- лось бы нарушение равновесия сил на Балканах, представляющего столь жизненный интерес как для моей империи, так и для держав, стремящихся поддержать равновесие сил в Европе. Все выдвигав- шиеся предложения, в том числе и предложение твоего правитель- ства, отвергались Германией и Австрией, и Германия проявила только тогда некоторую склонность к посредничеству, когда благо- приятный момент дня давления на Австрию прошел. Но и тогда она не выдвинула какого-либо определенного предложения. Объявление Австрией войны Сербии заставило меня отдать приказ о частичной мобилизации, хотя ввиду угрожающего поло- жения и ввиду быстроты, с которой Германия может сравнитель- но с Россией мобилизоваться, мои военные советники настойчи- во рекомендовали общую мобилизацию. Вследствие завершения австрийской мобилизации, бомбардировки Белграда, концентра- ции австрийских* войск в Галиции и тайных военных приготовле- ний Германии я был в конце концов вынужден принять эту ли- нию поведения. Что я имел основание так поступить, доказыва- ется внезапным объявлением войны Германией, совершенно для меня неожиданным, так как я дал императору Вильгельму самые категорические заверения, что мои войска не двинутся до тех пор, пока продолжаются переговоры о посредничестве. В этот торжественный час я хочу еще раз заверить тебя, что я сделал все, что было в моих силах, чтобы предотвратить войну. Теперь, когда мне ее навязали, я верю, что твоя страна не от- кажет поддержать Францию и Россию в борьбе за сохранение рав- новесия сил в Европе. Бог да благословит и хранит тебя. Ники (МОЭИ. С. 535—536.) Пер. с англ. 65. Высочайший манифест от 20 июля 1914 г. об объявлении состояния войны России с Австро-Венгрией Божиею милостию Мы, Николай Вторый, Император и Само- держец Всероссийский, Царь Польский, Великий Князь Финлян- дский и прочая, и прочая, и прочая. Объявляем всем верным Нашим подданным: Следуя историческим своим заветам, Россия, единая по вере и крови с славянскими народами, никогда не взирала на их судьбу безучастно. С полным единодушием и особою силою пробудились братские чувства русского народа к славянам в последние дни, когда Австро-Венгрия предъявила Сербии заведомо неприемле- . мые для державного государства требования. Презрев уступчивый и миролюбивый ответ Сербского прави- тельства, отвергнув доброжелательное посредничество России, Австрия поспешно перешла в вооруженное нападение, открыв бомбардировку беззащитного Белграда. Вынужденные в силу создавшихся условий принять необходи- мые меры предосторожности, Мы повелели привести армию и флот на военное положение, но, дорожа кровью и достоянием На- ших подданных, прилагали все усилия к мирному исходу начав- шихся переговоров. 88 89
Среди дружественных сношений союзная Австрии Германия, вопреки Нашим надеждам на вековое доброе соседство и не вне- мля заверению Нашему, что принятые меры отнюдь не имеют враждебных ей целей, стала домогаться немедленной их отмены и, встретив отказ в этом требовании, внезапно объявила- России войну. Ныне предстоит уже не заступаться только за несправедливо обиженную родственную Нам страну, но оградить честь, достоин- ство, целость России и положение ея среди Великих держав. Мы непоколебимо верим, что на защиту Русской Земли дружно и са- моотверженно встанут все верные Наши подданные. В грозный час испытания да будут забыты внутренние распри. Да укрепится еще теснее единение Царя с Его народом и да отра- зит Россия, поднявшаяся, как один человек, дерзкий натиск врага. С глубокою верою в правоту Нашего дела и смиренным упо- ванием на Всемогущий Промысел, Мы молитвенно призываем на Святую Русь и доблестные войска Наши Божие благословение. Дан в Санкт-Петербурге, в двадцатый день июля, в лето от Рождества Христова тысяча девятьсот четырнадцатое, Царствова- ния же Нашего в двадцатое. На подлинном Собственною Его Императорского Величества рукою подписано: «НИКОЛАЙ» (Оранжевая книга. С. 67—68.) 66. Нота, врученная министром иностранных дел Бельгии Давинъоном германскому посланнику фон Белову-Залескэ 3 августа 1914 г. Брюссель (7 ч. утра) Своей нотой от 2 августа 1914 г. Германское правительство дало знать, что по достоверным сведениям французские войска имеют намерение двигаться на Маас через Живэ и Намюр и что Бельгия вопреки своей доброй воле не будет в состоянии отразить без по- сторонней помощи наступательного движения французских войск. Германское правительство считает себя вынужденным предуп- редить эти нападения и нарушить неприкосновенность бельгийс- кой территории. В этом положении Германия предлагает Королевскому прави- тельству занять по отношению к ней дружественную позицию и обязуется при заключении мира гарантировать неприкосновен- ность королевства и его владений в их полном объеме. Нота до- бавляет, что если Бельгия станет чинить затруднения наступатель- 90 ному движению германских войск, то Германия будет вынуждена смотреть на нее как на врага и предоставит в конечном счете уре- гулирование взаимоотношений обоих государств силе оружия. Эта нота вызвала у Королевского Правительства глубокое и тягостное изумление. Намерения, которые она приписывает Франции, находятся в противоречии с формальной декларацией, сделанной нам 1 авгу- ста от имени Французского правительства. С другой стороны, если бы вопреки нашему ожиданию нару- шение бельгийского нейтралитета было совершено Францией, то Бельгия выполнила бы все свои международные обязательства и ее армия оказала бы самое энергичное сопротивление вторгнув- шемуся неприятелю. Трактаты 1839 года, подтвержденные трактатами 1870 года, ставят независимость и нейтралитет Бельгии под охрану держав, и в частности Правительства Его Величества Короля Пруссии. Бельгия всегда была верна своим международным обязатель- ствам; она выполняла свои обязанности в духе лояльного беспри- страстия; она не пренебрегала никакими усилиями, чтобы поддер- живать и заставлять уважать свой нейтралитет. Покушение на ее независимость, которым ей угрожает Гер- манское правительство, явится вопиющим нарушением междуна- родного права. Нарушение права не находит себе оправдания ни в каких стратегических выгодах. Бельгийское правительство, приняв сделанные ему предложе- ния, пожертвовало бы честью нации и в то же время изменило бы своим обязанностям пред Европой. Сознавая ту роль, которую Бельгия играет более 80 лет в ми- ровой цивилизации, оно отказывается верить, что независимость Бельгии может быть сохранена только ценою нарушения ее нейт- ралитета. Если эта надежда была ошибочна, то Бельгийское правитель- ство твердо решило всеми средствами, имеющимися в его распо- ряжении, воспрепятствовать покушению на его права. (Серая книга. С. 43—45.) 67. Телеграмма е. в. короля Бельгии е. в. королю Англии от 3 августа 1914 г. Брюссель Вспоминая многочисленные проявления дружбы Вашего Ве- личества и Ващих предшественников, дружественное поведение Англии в 1870 году и доказательства симпатии, которые она про- должает выражать нам, я обращаюсь с последним призывом о 91
дипломатическом вмешательстве Правительства Вашего Величе- ства для сохранения нейтралитета Бельгии. Альберт (Серая книга. С. 47.) 68. Министр иностранных дел Англии сэр Э. Грей — послу Англии в Бельгии сэру Ф. Вильерсу, 4 августа 1914 г. (Телеграмма) Мин. ин. дел Известите Бельгийское правительство, что, если Германия бу- дет принуждать его отказаться от нейтралитета, правительство Его Величества ожидает, что бельгийская нация будет сопротивляться этому всеми силами, в чем правительство Его Величества всецело поддержит ее, а также что правительство Его Величества в этом случае готово, если это желательно, присоединиться к России и Франции для совместных действий, дабы воспротивиться насиль- ственным действиям Германии и гарантировать Бельгии незави- симость и неприкосновенность на будущее время. (Белая книга. С. 111.) 69. Министр иностранных дел Германии фон Ягов — германскому послу в Англии К. М. Лихновскому, 4 августа 1914 г. (Сообщено германским посольством 4 августа) (Телеграмма) Берлин Пожалуйста, развейте недоверие, которое может существовать у британского правительства относительно наших намерений, подтвердив возможно убедительнее заверение, что даже в случае вооруженного конфликта с Бельгией Германия ни в каком случае не аннексирует бельгийской территории. Искренность данного за- явления подтверждается тем, что мы строго сдержали наше обе- щание соблюдать нейтралитет Голландии. Пожалуйста, убедите сэра Э. Грея, что германская армия не могла подвергать себя опас- ности нападения со стороны Франции через Бельгию, проектиро- ванного Францией согласно полученным достовернейшим сведе- ниям. Германия должна была поэтому не считаться с нейтралите- том Бельгии, так как для нее было вопросом жизни и смерти предупредить успешное наступление Франции. (Белая книга. С. 111—112.) 92 70. Министр иностранных дел Англии сэр Э. Грей — послу Англии в Германии сэру Э. Гошену, 4 августа 1914 г. (Телеграмма) Мин. ин. дел Мы узнали, что Германия предъявила бельгийскому министру иностранных дел ноту, гласящую, что Германское правительство будет принуждено в случае необходимости осуществить силою оружия меры, признанные им необходимыми. Мы также осведомлены, что неприкосновенность бельгийской территории нарушена возле Геммениха. При таких обстоятельствах и ввиду того факта, что Германия не согласилась, как это сделала Франция на прошлой неделе, дать за- верение о соблюдении нейтралитета Бельгии согласно нашему представлению, сделанному одновременно в Берлине и Париже, мы должны повторить этот запрос и просить, чтобы удовлетвори- тельный ответ на него и на мою сегодняшнюю телеграмму был по- лучен до 12 часов ночи. Если ответ не последует. Вы получаете ин- струкцию просить о вручении Вам паспортов и заявить, что прави- тельство Его Величества принуждено предпринять все, что в его силах, для сохранения нейтралитета Бельгии и соблюдения догово- ра, в котором Германия участвует в одинаковой мере с нами. (Белая книга. С. 112.) 71. Письмо министра иностранных дел Бельгии Давиньона посланникам Великобритании, Франции и России от 4 августа 1914 г. Брюссель Господин Посланник! Бельгийское правительство с горечью сообщает Вашему Пре- восходительству, что сегодня утром вооруженные германские силы проникли на бельгийскую территорию, нарушив обязательства, установленные трактатом. Королевское правительство твердо решило оказать сопротив- ление всеми средствами, имеющимися в его распоряжении. Бельгия обращается к Англии, Франции и России, чтобы они совместно, как державы-покровительницы, защитили ее террито- рию. Должно согласовать и объединить действия, дабы воспроти- виться насильственным мерам, принятым Германией против Бель- гии, и в то же время гарантировать сохранение в будущем незави- симости и целости Бельгии. 93
Бельгия счастлива заявить, что она обязуется защищать укреп- ления. Пользуюсь случаем и т. д. Давиньон (Серая книга. С. 63.) Глава II КОГДА ЗАГОВОРИЛИ ПУШКИ 72. Высочайший манифест от 26 июля 1914 г. об объявлении состояния войны России с Германией Божиею милостию Мы, Николай Вторый, Император и Само- держец Всероссийский, Царь Польский, Великий Князь Финлян- дский, и прочая, и прочая, и прочая. Объявляем всем Нашим верным подданным: Немного дней., тому назад Манифестом Нашим оповестили Мы русский народ о войне, объявленной Нам Германией. Ныне Австро-Венгрия, первая зачинщица мировой смуты, об- нажившая посреди глубокого мира меч против слабейшей Сер- бии, сбросила с себя личину и объявила войну не раз спасавшей ее России. Силы неприятеля умножаются: против России и всего славян- ства ополчились обе могущественные немецкие державы. Но с уд- военною силою растет навстречу им справедливый гнев мирных народов, и с несокрушимою твердостью встает перед врагом выз- ванная на брань Россия, верная славным преданиям своего про- шлого. Видит Господь, что не ради воинственных замыслов или сует- ной мирской славы подняли Мы оружие, но, ограждая достоин- ство и безопасность Богом хранимой Нашей Империи, боремся за правое дело. В предстоящей войне народов Мы не одни: вместе с Нами встали доблестные союзники Наши, также вынужденные прибегнуть к силе оружия, дабы устранить, наконец, вечную уг- розу германских держав общему миру и спокойствию. Да благо- словит Господь Вседержитель Наше и союзное Нам оружие, и да поднимется вся Россия на ратный подвиг с жезлом в руках, с кре- стом в сердце. Дан в Санкт-Петербурге, в 26 день июля, в лето от Рождества Христова тысяча девятьсот четырнадцатое, Царствования же На- шего в двадцатое. На подлинном Собственною Его Императорского Величества рукою подписано: «НИКОЛАЙ» (Оранжевая книга. С. 69—70.) НА ПЕРВОМ ЭТАПЕ ВОЙНЫ Первая мировая война продолжалась свыше четырех лет — с 1 августа 1914 года по 11 ноября 1918 года. В ней участвовало 38 государств, на ее полях сражались более 70 млн человек. В вой- ну было вовлечено большинство стран мира (на стороне Антанты 34 государства, на стороне австро-германского блока — 4). Воен- ные действия охватили территории Европы, Азии и Африки, ве- лись на всех океанах и многих морях. Главными сухопутными фронтами в Европе, на которых решался исход войны, были За- падный (в Бельгии и Франции) и Восточный (в России). По ха- рактеру решаемых задач и достигнутым военно-политическим ре- зультатам события Первой мировой войны можно разделить на пять кампаний, каждая из которых включала несколько операций, проведенных на различных театрах военных действий. В первые же месяцы потерпели крах военные планы, разрабо- танные в генеральных штабах обеих коалиций задолго до войны и рассчитанные на ее кратковременность. Так, например, герман- ский план, разработанный под руководством начальника гене- рального штаба А. Шлиффена и уточненный позже его преемником Г Мольтке, предусматривал быстрые и решительные действия. Согласно плану Шлиффена вооруженные силы Германии должны были обрушить всю свою мощь сначала на «одного врага, самого сильного, самого мощного, самого опасного» — на Францию13. В последующем основной удар предполагалось нанести на Рос- сию. Франция была выбрана первой для наступления потому, что Россия могла сорвать быструю победу, отведя войска в глубь сво- ей территории и втянув тем самым Германию в затяжную войну, Нанесение главного удара намечалось осуществить через Бельгию, в обход с севера основных сил французской армии, отрезав их от Парижа и оттеснив в юго-восточном направлении к швейцарской границе. Считалось, что военные задачи германская армия смо- жет выполнить за два-три месяца и Германии не придется вести 95
длительную войну на два фронта. На скоротечность боевых дей- ствий были ориентированы военные планы и других держав. Боевые действия на Западном фронте в 1914 году начались в первых числах августа вторжением германских войск в Бельгию и Люксембург. Общая численность бельгийской армии на тот мо- мент составляла 117 тысяч человек при 312 орудиях. А вместе с гарнизонами под ружьем находилось 175 тысяч человек14. В ре- зультате упорных боев находящимся в численном превосходстве германским войскам под руководством генерала К. фон Эйнема удалось к 16 августа захватить крепость Льеж, а 20 августа они заняли Брюссель и получили возможность беспрепятственно про-. двигаться к границам Франции. Однако успех германских войск был неполным, поскольку немцам так и не удалось отрезать ма- лочисленную бельгийскую армию от моря и она отступила к Ан- тверпену, куда к этому времени переправилось и бельгийское пра- вительство. Немцам потребовалось всего 17 дней, чтобы захватить большую часть Бельгии, в среднем они продвигались по 6,5 км в сутки, но тем не менее оккупантам пришлось столкнуться с партизанскими действиями местного населения, что заставило их принять особые меры по охране тыловых коммуникаций15. Узнав о вторжении немцев в Бельгию и Люксембург и полу- чив первые разведывательные данные, французское командование решило ударить на юге, избежав лобового столкновения с немец- кими войсками в Бельгии. Французское военное и политическое командование полагало, что быстрый захват Эльзаса поднимет дух армии и вызовет новую патриотическую волну среди населения Франции. Утром 7 августа французы внезапно ударили под Мюль- хаузеном и овладели им. Немцы отошли за Рейн, но, получив под- крепление, через два дня отбили город. К 28 августа положение на Южном фронте близ швейцарской границы стабилизирова- лось, и с .тех пор военные действия там носили лишь ограничен- ный характер. Центр тяжести борьбы вновь переместился на се- вер, в сторону Бельгии. 21—25 августа в «пограничном» сражении германские армии отбросили англо-французские войска, вторглись в Северную Францию и, продолжая наступление, к началу сентября вышли на р. Марну между Парижем и Верденом. «Пограничное» сражение было задумано с обеих сторон как широкомасштабная стратеги- ческая наступательная операция: французы надеялись разбить не- приятеля на его территории и в Бельгии, а немцы — осуществить план Шлиффена и выйти к Парижу. Однако осуществить запла- нированное ни одной из сторон не удалось — сражение закончи- лось стратегическим отступлением союзных англо-французских войск, но немцы так и не разгромили главные силы противника. Тем не менее немецкие войска продолжали наступление в глубь французской территории. Под угрозой захвата оказался Париж — военный министр А. Мильеран даже предложил оставить столицу, объявив ее открытым городом, а французское главнокомандова- ние уже приняло решение взорвать все форты крепости Верден. Однако после сформирования двух новых армий было принято решение произвести контрнаступление. Сражение на Марне нача- лось 5 сентября. В нем участвовали 6 англо-французских и 5 германских армий — всего около 2 млн человек. Боевые действия развернулись от пригородов Парижа до Вердена и охватили почти весь Западный фронт. Французская армия начала атаку западнее реки Урк и смогла немного продвинуться вперед, а англичане ата- ковали на самом западном участке фронта, где успешно вели на- ступление со скоростью 7—14 км в сутки. 8 сентября наступающие англо-французские войска вклинились между 1-й и 2-й немецки- ми армиями, после чего тем пришлось отступить на 60 км16. Таким образом англо-французские войска остановили продвижение гер- манских войск к Парижу, и 9 сентября германское верховное глав- нокомандование приказало своим войскам отойти за р. Эну. 14 сен- тября начальник германского генерального штаба генерал-полков- ник Мольтке-младший за провал. операции по взятию Парижа был отстранен от должности, а на его место назначен военный министр генерал-лейтенант Э. Фалькенхайн. В дальнейшем противостоящие стороны начали переброску на Западный фронт новых войск. Стремление противников ох- ватить открытые фланги друг друга привело к маневренным опе- рациям (16 сентября —15 октября), получившим название «Бег к морю». Они закончились, когда фронт достиг морского побе- режья. В октябре и ноябре кровопролитные сражения во Фландрии истощили и уравновесили силы сторон. Наиболее крупными из них стали бои во Фландрии 19 октября—14 ноября. Однако в ре- зультате всех этих операций достичь поставленной цели и зайти во фланг противнику ни одной из воюющих сторон так и не уда- лось. В конце концов от швейцарской границы до Северного моря протянулась линия сплошного фронта. Маневренные действия на Западе сменились позиционной борьбой. Противники оказались стоящими перед хорошо укрепленными фортификационными ук- реплениями друг друга на огромном фронте протяженностью бо- лее чем в 700 км. Расчет Германии на молниеносный разгром и вывод Франции из войны не оправдался. «Чуду на Марне» и отступлению немцев от Парижа во многом способствовали наступательные действия русских войск в Восточ- ной Пруссии. Русское командование, уступая настойчивым требо- ваниям французского правительства, решило еще до окончания мобилизации и сосредоточения своих армий перейти к активным 96 4 в. Шацилло 97
действиям. По плану, разработанному Ставкой верховного главно- командующего, российской 1-й армии предстояло начать наступ- ление в обход Мазурских озер с севера и отрезать немецкие вой- ска от Кёнигсберга и Вислы. 2-й армии было предназначено вес- ти наступление в обход Мазурских озер с запада и не допустить отхода германский войск за Вислу. В целом план Восточно-Прус- ской операции заключался в охвате вражеской группировки с обо- их флангов. Русские войска имели превосходство над противни- ком по всем позициям, что позволяло, надеяться на успех задуман- ной наступательной операции. 4 августа 1-я русская армия под командованием генерала П. К. Ренненкампфа перешла государственную границу и вступи- ла на территорию Восточной Пруссии. В ходе ожесточенных боев немецкие войска начали отходить на запад. Вскоре границу Вос- точной Пруссии перешла и 2-я русская армия генерала А. В. Сам- сонова. Германский штаб уже решил отвести войска за Вислу, но, воспользовавшись отсутствием взаимодействия между 1-й и 2-й армиями, ошибками русского верховного командования, а то и просто преступной халатностью командиров17, немецкие войска под руководством новых командующих — генералов Гинденбурга и Людендорфа сумели вначале нанести тяжелое поражение 2-й армии, а затем отбросить и 1-ю армию на исходные позиции. В итоге Северо-Западный фронт потерял почти 80 тысяч солдат и офицеров. Тактические успехи русских в первые дни операции обернулись по вине командования тяжелыми потерями на ее за- вершающей стадии. Несмотря на провал операции, вторжение русской армии в Восточную Пруссию имело важные последствия. Оно вынудило немцев перебросить из Франции на русский фронт два армейских корпуса и одну кавалерийскую дивизию, что серьезно ослабило их ударную группировку на западе и явилось одной из причин ее по- ражения в битве на Марне. В то же время своими действиями в Восточной Пруссии русские армии сковали немцев и удержали их от содействия австро-венгерским войскам. Другой крупной военной операцией на Восточном фронте явилась Галицийская битва. По своим масштабам она значитель- но превосходила Восточно-Прусскую операцию. В ней участвова- ли 4 армии русского Юго-Западного фронта, главнокомандующим которого был генерал Н. И. Иванов, а начальником штаба — ге- нерал М. В. Алексеев, и 3 австро-венгерские армии. До начала операции войска Юго-Западного фронта были развернуты по дуге свыше 400 км против Австро-Венгрии. Согласно директиве пер- вой выступала 8-я армия под началом генерала А. А. Брусилова, а 3-й армии генерала Н. В. Рузского предстояло вступить в бой на следующий день18. 98 По замыслу русского командования войска Юго-Западного фронта должны были осуществить широкомасштабный охватыва- ющий маневр с целью окружения и последующего уничтожения основных сил австро-венгерской армии. Большие цели ставил перед собой и начальник генерального штаба Австро-Венгрии фельдмаршал К. фон Гольцендорф. На помощь своим союзникам в районе Селлиц были готовы прийти и немецкие войска. Стрем- ление обеих сторон нанести противнику как можно больший ущерб и добиться на первом этапе войны убедительного успеха привели к масштабности битвы за Галицию. В сражении участво- вало до 2 млн человек, а театр военных действий простирался в междуречье от Днестра до Вислы. В ходе операции (5 августа — 8 сентября) русские войска, от- разив вражеский натиск, перешли в контрнаступление и овладели Львовом и Галичем. В последующем русские армии продвинулись вглубь на 200 км и заняли Галицию. Была создана угроза вторже- ния в Венгрию и Силезию, значительно подорвана военная мощь Австро-Венгрии. В Галицийской битве австро-венгерские войска потеряли свыше 300 тыс. человек, из них более 100 тыс. пленны- ми. Русские армии потеряли около 200 тыс. человек. Австро-вен- герская армия до конца войны лишилась способности вести опе- рации самостоятельно, без поддержки германских войск. Благо- приятный для российского оружия исход Галицийской битвы упрочил военно-стратегическое положение России, более того, своими действиями она оказала огромную помощь находящимся в крайне непростой ситуации на Западном фронте армиям Анг- лии и Франции. Этого не мог не признать и противник. «Собы- тия на Марне и в Галиции отодвинули исход войны на совершен- но неопределенное время. Задача быстро добиться решений, что до сих пор являлось основой для немецкого способа ведения вой- ны, свелась к нулю», — вспоминал позднее Э. Фальке нгайн19. Среди других стратегических операций на Восточном фронте выделялись Варшавско-Ивангородская и Лодзинская. Первая проходила с 28 сентября по 8 ноября 1914 года, и началась она с наступления 9-й германской армии, поддержанной австро-венгер- скими частями. Противник довольно быстро занял левобережье Вислы, но правый берег, где находилась ивангородская крепость, захватить не смог. Более того, в плен попало более 15 тыс. немец- ких солдат и офицеров. Германским войскам пришлось отойти от Варшавы и занять оборону. 18—23 октября после перегруппиров- ки русское командование предприняло новое наступление на вар- шавском и ивангородском направлениях, в результате чего гер- манская 9-я армия была отброшена к границам Силезии, а 1-я австро-венгерская — к черте Кельце — Сандомир. Только ото- рванность русских тыловых баз от арьергарда на 150—200 км и 99
связанные с этим перебои в снабжении продовольствием и воен- ным снаряжением заставили наши войска прекратить успешное наступление. Тем не менее приходится констатировать, что и на этот раз русское командование не смогло в полной мере восполь- зоваться благоприятной ситуацией и развить успех. Российская ставка рассматривала поспешное отступление гер- манских войск за Вислу как результат их полного поражения, но, уйдя от разгрома, немцы силами все той же 9-й армии приступи- ли к ответной операции, которая получила название Лодзинской и продолжалась с 11 по 24 ноября 1914 года. Это была одна из наиболее сложных операций Первой мировой войны, с обеих сто- рон в ней приняли участие около 600 тыс. человек. Первой удар нанесла германская 9-я армия, которой в резуль- тате удалось вклиниться между частями 1-й и 2-й русских армий. - Главнокомандующий Северо-Западным фронтом Рузский ответил успешным контрударом, но его войска были истощены в крово- пролитных боях за Лодзь, а пополнение подходило крайне мед- ленно. В то же время немцам, имевшим разветвленную сеть же- лезных дорог, удалось быстро мобилизовать свои резервы20. Лод- зинская операция закончилась в конце ноября безрезультатно для обеих сторон: русским так и не удалось проникнуть в глубь Гер- мании, а немцы не смогли окружить и уничтожить русские армии. В итоге противоборствующие стороны исчерпали свои наступа- тельные возможности и перешли к обороне. Оценивая вклад России в кампанию 1914 года, английский премьер времен Первой мировой войны Д. Ллойд Джордж отме- чал в 1939 году: «Идеалом Германии является и всегда была вой- на, быстро доводимая до конца... В 1914 году планы были состав- лены точно с такой целью, и она чуть-чуть не была достигнута, если бы не Россия...»21. Военные действия в 1914 году велись и на других сухопутных театрах, а не только на Востоке и Западе Европы. 23 августа вой- ну Германии объявила Япония. Незадолго до этого Токио предъя- вил Берлину ультиматум с требованием передать Японии без вся- ких условий и компенсаций арендуемую у Китая территорию Цзя- очжоу. Не получив ответа, японские войска начали операцию по захвату этой немецкой колонии и военно-морской базы Циндао. Осада немецких владений длилась недолго, и 7 ноября немецкий гарнизон капитулировал. Потери немцев составили 800 человек по сравнению с 2000 у японцев. После этих событий у Германии не осталось дальневосточных владений, а японцы участия в Первой мировой войне практически больше не принимали. В октябре на стороне германского блока в войну вступила Тур- ция. Власть в этой стране оказалась, по сути, в руках немецкого ге- нералитета, и прежде всего у военного адъютанта султана Мехмеда V 100 Решала генерал-фельдмаршала К. фон дер Гольца и начальника шта- ба турецкого главнокомандования Ф. фон Шеллендорфа. В Османскую империю начала XX века входило огромное ко- личество народов, проживающих на обширной территории — от Аравийского полуострова и до Кавказа. Соответственно, турки были вынуждены открыть несколько фронтов. Так, 1-й и 2-й ту- рецким армиям предназначалось защитить столицу и черноморс- кие проливы, 3-й под командованием Иззет-паши предписыва- лось вести войну в Западной Армении против России, 4-я армия должна была воевать в Сирии и Палестине, а 6-я — действовать в Месопотамии. Однако в силу исторических и геополитических причин главным для турок стал Кавказский фронт против России, где и развернулись самые активные боевые действия. Для России же Кавказский фронт был отнюдь не самым главным, а поэтому российский Генеральный штаб принял решение ограничиться на Кавказе лишь активной обороной, которая, принимая во внима- ние рельеф местности, не требовала существенных затрат22. Война России с Турцией началась 30 октября 1914 года, когда два немецких крейсера — «Гебен» и' «Бреслау», с кормы которых были спущены немецкие флаги и вывешены турецкие, атаковали Севастополь, Феодосию и Одессу. Военные действия на Кавказе начались 2 ноября, когда части русской армии перешли в несколь- ких местах границу, а турки одновременно вторглись в пределы Российской империи в районе Батума и города-крепости Карса. Кавказский фронт растянулся на 720 км, во главе его стоял граф И. И. Воронцов-Дашков, но, принимая во внимание его более чем почтенный возраст, всеми делами фактически руководил началь- ник штаба Н. Н. Юденич. Всего в распоряжении российского ко- мандования находилось 170 тыс. штыков, турки располагали боль- шими силами. Наиболее значительным событием на Кавказском фронте в 1914 году стала Саракамышская операция, которая продолжалась с 9 по 25 декабря. Она закончилась полным разгромом 3-й турец- кой армии, потерявшей 90 тыс. человек и свыше 60 орудий. С тех пор Османская империя так и не смогла восстановить свою бое- способность на Кавказе23. Однако и потери российской армии в ходе операции были велики — более 20 тыс. человек. Что же касается военных действий на ближневосточном теат- ре военных действий, то там события в конце 1914 года развива- лись неторопливо: англичанам удалось захватить Басру и ряд дру- гих небольших городков в Месопотамии, а турки в свою очередь продвинулись на несколько километров в глубь Синайского по- луострова и стали угрожать вторжением Египту. Следует отметить, что уже в самом начале войны Берлин ли- шился всех своих колониальных владений как на Тихом океане, 101
так и в Африке. Немцы не смогли ничего противопоставить пре- восходящим силам Антанты в Того, Камеруне и Юго-Западной Африке. Таким образом, в кампании 1914 года ни одна из сторон не до- билась своих целей и не смогла достичь стратегического превос- ходства над противником. В условиях приблизительного равенства сил противоборствующие стороны теперь решили приложить мак- симум усилий, чтобы привлечь на свою сторону как можно боль- шее число союзников. Крах стратегии молниеносной войны — блицкрига — имел куда более важные последствия для Германии и ее союзников, чем для стран Антанты. В те годы над Британской империей по- прежнему не заходило солнце, ее колонии были богаты и много- людны, а флот его величества, как и раньше, господствовал на бескрайних просторах мирового океана. Неисчерпаемые люд- ские и продовольственные ресурсы имела и бескрайняя Россия. Находящиеся в блокаде центральные державы, напротив, были практически лишены возможности вести внешнюю торговлю, продовольственные запасы Германии были ограничены и не рас- считаны на продолжительную и упорную войну на два фронта, не хватало Берлину и целого ряда стратегических материалов. Поэтому, осознав, что победы на два фронта в войне на истоще- ние им никогда не одержать, немцы решили разбить противни- ка по частям. В январе 1915 года германское и австро-венгерское командо- вание одобрило план военных действий на текущий год. Этот план предусматривал активную оборону на всем 700-километро- вом протяжении Западного фронта и мощные наступательные действия на Востоке, которые должны были привести к полному разгрому и выводу из войны России. Разгромить Россию Герма- ния собиралась при помощи двух мощнейших ударов по сходив- шимся направлениям, с тем чтобы окружить большую часть рус- ских войск в польском котле, а затем и полностью уничтожить их. После капитуляции России все силы союзников по коалиции пла- нировалось перебросить на Западный фронт, чтобы покончить с Англией и Францией. Россия для главного удара была выбрана немцами неслучайно: ее армии находились в 1,5 раза ближе к Бер- лину, чем французские войска, и создавали реальную угрозу вы- хода на Венгерскую равнину и разгрома Австро-Венгрии. В то же время и в Германии среди авторитетных военных были люди, ко- торые полагали, что сначала надо предпринять решительные дей- ствия на Западе, пока Англия не оправилась и не развернула на континенте полностью свои колониальные части. В отличие от Берлина в Петрограде по поводу плана кампа- нии 1915 года царили сплошные разногласия. Генерал-квартир- 102 мейстер Ставки верховного главнокомандования Ю. Н. Данилов ратовал за проведение наступательной операции на северо-запад- ном направлении, с тем чтобы нанести последующий удар на Бер- лин и ликвидировать опасно нависший над русскими армиями выступ восточно-прусской группировки немцев. Его поддержал главнокомандующий Северо-Западным фронтом генерал Рузский. Командующий Юго-Западным фронтом генерал Иванов и его начальник штаба генерал Алексеев, напротив, считали, что крат- чайший путь в Берлин лежит через придунайские венгерские рав- нины и Вену, которые обороняла слабая австро-венгерская армия. В итоге этих споров был принят компромиссный, самый худший план: по противнику одновременно наносятся два удара — про- тив Восточной Пруссии и Австро-Венгрии24. На такое наступле- ние по двум расходящимся направлениям у России не было ни сил, ни средств. Первыми в 1915 году операции на Восточном фронте начали русские, однако им не удалось разбить противника на правом фланге Северо-Западного фронта. Более того, они «проспали» со- средоточение немецких сил в районе Августова, где были вынуж- дены немного отступить. Одновременно в Карпатах весь январь и февраль шли ожесточенные бои с австро-венгерскими войсками, поддержанными 90 тыс. немцев. В результате армии Брусилова пришлось оставить предгорья Карпат и закрепиться на линии обороны между реками Прут и Днестр. Компенсацией этих потерь для русских стало взятие 22 марта 1915 года стратегически важной крепости Перемышль и ее 120-тысячного гарнизона. Таким обра- зом, для противника вновь создалась угроза прорыва русских войск на Венгерскую равнину, и немцы были вынуждены пере- бросить с Западного фронта на Восток несколько новых дивизий. Именно для того, чтобы не допустить прорыва русских на равнины Венгрии, германское и австрийское командование под- готовило и провело Гбрлицкую наступательную операцию. Для прорыва фронта в районе городка Горлица немецкое командова- ние сняло с Западного фронта несколько отборных корпусов и объединило их в 11-ю армию под командованием генерала А. фон Макензена. Всего же на участке прорыва немецкие и ав- стро-венгерские войска имели 126 тыс. солдат и офицеров про- тив 60 тыс. у русских. Огромно было превосходство у централь- ных держав и в вооружении. Наступление немцев началось 2 мая после мощнейшего артиллерийского обстрела, и русский фронт в районе Карпат, как и планировал противник, был прорван. Всего Горлицкая операция длилась 52 дня и стала одной из са- мых крупных оборонительных для России операций Первой ми- ровой войны. В итоге русским пришлось оставить Галицию, и теперь противник нависал над восточно-прусской группировкой 103
российской армии сразу с трех сторон — Восточный фронт стал походить на дугу с выпуклостью в районе от Осовца до Соколя в 300 км, а в глубину от Брест-Литовска до левого фланга — в 200 км. И все же добиться решения главной задачи в ходе Горлинкой операции неприятелю так и не удалось. Русский фронт был не разгромлен, а только «продавлен», а после стратегического отхо- да вновь началось сосредоточение сил. Летом 1915 года русская армия вела крупные оборонительные бои в Польше и Прибалтике. В крайне невыгодной для Северо- Западного фронта геостратегической ситуации, сложившейся пос- ле отступления из Карпат, 5 июля Ставка под угрозой окружения приняла решение о спрямлении линии фронта и выводе войск на линию Ломжа — Верхний Нарев — Брест-Литовск — Ковель. Ре- шение это было единственно верным и полностью отвечало сло- жившейся обстановке. Таким образом, русская армия была вы- нуждена оставить Польшу, хотя грандиозный замысел германско- го командования об окружении русских войск в «польском мешке» так и не был осуществлен. Занятие немцами Галиции, Польши, Литвы и Курляндии было, разумеется, серьезным ударом для русских, но не привело к разгрому Восточного фронта и выхо- ду России из войны с заключением сепаратного мира. Тщательный анализ сложившейся к осени ситуации на Восточном фронте при- вел немцев к заключению, что новые крупные наступательные опе- рации здесь невозможны, и на восточно-европейском театре воен- ных действий наступило временное затишье. К октябрю 1915 года фронт окончательно стабилизировался на линии Рига — Двинск Барановичи — Тернополь. В ходе кампании 1915 года русские войска понесли самые большие потери за войну — около 2,5 млн человек убитыми, ранеными и пленными. Потери против- ника составили более 1 млн человек. Поражение русских армий в 1915 году имело одно важное по- литическое последствие — в результате дворцовых интриг от сво- ей должности был освобожден верховный главнокомандующий великий князь Николай Николаевич, а его функции возложил на себя царь Николай II, не обладавший совершенно никакими спо- собностями к стратегическому мышлению и не пользовавшийся авторитетом в армии. В отличие от Восточного на Западном фронте боевые действия приняли совсем другой характер. От границы Швейцарии и до по- бережья Северного моря во Фландрии образовался сплошной по- зиционный фронт, где противники держали упорную оборону. Вместо одной оборонительной линии окопов здесь появилось три, причем все они были связаны между собой разветвленной систе- мой ходов. Перед позициями враждующих сторон устанавлива- лись густые линии проволочных заграждений. Пробить такую 104 оборону без мощнейшей артиллерийской подготовки стало по- просту невозможно. И все же весной 1915 года союзники по Антанте запланировали нанести по германцам два сильных удара — в Шампани у Сен- Мийеля и в Артуа у Арраса. В боях в Шампани, например, со сто- роны немцев участвовало 140 тыс. человек, англичан и францу- зов — 250 тыс. Прорыв производился на участке шириной от 7 до 12 км, а-плотность артиллерии составляла 15—20 орудий на кило- метр фронта. Однако эти операции успеха союзникам не принес- ли — они продвигались всего по 3—4 км в сутки, а затем наступле- ние и вовсе заглохло. Именно тогда у Берлина пропали последние опасения по поводу устойчивости своего Западного фронта, и нем- цы смело начали переброску войск на Восток для атаки на Россию. Тогда же в боях с союзниками у города Ипр немецкое коман- дование впервые применило боевые отравляющие вещества. Га- зовая атака для англичан была столь неожиданна, что они в па- нике оставили свои позиции. Всего 22 апреля во время этой зна- менитой атаки немцев пострадало 15 тыс. английских солдат, из них 5 тыс. погибло25. В результате в рядах англичан образова- лась практически необороняемая дыра шириной 10 км и глуби- ной 7 км. Однако, на счастье союзников, эта атака оказалась тактически не подготовленной и у немцев не было резервов, что- бы развить успех. В 1915 году противоборствующие стороны приобрели новых союзников: летом в войну на стороне Антанты вступила Италия, в октябре к австро-германскому блоку присоединилась Болгария. В связи с этим образовались и новые фронты, наиболее крупным из них стал итальянский. Здесь Рим развернул четыре армии, со- стоявшие из 35 дивизий, в которых насчитывалось около 870 тыс. солдат и офицеров. Австро-Венгрия смогла поставить на борьбу с Италией только 20 дивизий. Принимая во внимание, что основ- ная масса немецких и австро-венгерских войск была задействова- на на Западном и Восточном фронтах, в Альпах союзники по ко- алиции центральных держав решили прибегнуть к оборонитель- ной тактике. Используя свое численное превосходство, 24 мая 1915 года итальянские войска перешли в наступление в районе реки Изон- цо, однако прорвать оборону австрийцев в Альпах им так и не удалось. В середине июня в районе Изонцо итальянцы предпри- няли второе наступление на австрийские позиции, осенью — тре- тье, а потом четвертое. Однако достичь поставленной цели и про- рвать оборону противника не смогли — им катастрофически не хватало боеприпасов, слаба была поддержка артиллерии, а уро- вень профессиональной подготовки командных кадров оставлял желать лучшего даже по сравнению с многоязыкой армией Авст- 105
ро-Венгрии. За шесть месяцев боев итальянцы понесли огромные потери в 280 тыс. человек и лишились своих лучших кадров. И все же наступление итальянской армии при Изонцо оказало огром- ную помощь России — австрийцы были вынуждены перебросить на новый фронт 25 своих дивизий из Галиции и Сербии. Это было единственной реальной помощью России, находившейся в то вре- мя в крайне непростом положении26. Предательское вступление Болгарии в войну на стороне Гер- мании против своих славянских братьев резко ухудшило страте- гическое положение Сербии. Сербия и Черногория остались одни против блока центральных держав, к которым примкнула руководимая царем Фердинандом из немецкой династии Кобур- гов Болгария. Теперь против маленькой Сербии было сосредото- чено 10 немецких, 8 австро-венгерских и 11 болгарских дивизий, в рядах которых находилось свыше полумиллиона человек, в то время как у самих сербов под ружьем было в два раза меньше. Союзники по Антанте оказывали крайне недостаточную помощь Белграду — только 5 октября в Салониках был высажен англо- французский экспедиционный корпус, насчитывающий перво- начально лишь 20 тыс. человек. Помощь эта была крайне недо- статочная и запоздалая. 15 октября 1915 года центральные державы перешли в наступ- ление против Белграда. Несмотря на отчаянное сопротивление сербов, силы были не равны. Начался «путь Сербии на Голго- фу» — отступление. Сербское войско и масса населения с боями прорывались на побережье Адриатики, чтобы потом эвакуиро- ваться на греческий остров Корфу или на французскую военно- морскую базу в Бизерте в Тунисе. В мае 1916 года сербские войс- ка при помощи союзного флота были переброшены под Салони- ки, где продолжили сражаться в составе сил Антанты. Одной из крупнейших десантных операций в годы Первой ми- ровой войны стала Дарданелльская. Она растянулась во времени почти на целый год и продолжалась с 19 февраля 1915 года по 9 января 1916 года. Замысел провести крупную десантную операцию в Восточ- ном Средиземноморье у союзников по Антанте возник в конце 1914 года. Именно тогда, ожидая наступления немцев на Запад- ном фронте, англо-французское командование обратилось к сво- им русским коллегам с просьбой активизировать действия на Во- сточном фронте и не дать возможности немцам перебросить войска под Париж. Из Петрограда в ответ на просьбу союзников было передано согласие, но с одним условием: англичане и фран- цузы в свою очередь проведут крупную морскую или сухопутную операцию в районе Дарданелл, чтобы отвлечь часть турецких войск с Кавказского фронта. 106 С политической точки зрения это предложение русских весь- ма устраивало союзников: англичане таким образом могли первы- ми войти в Константинополь, что стало бы козырной картой в последующих переговорах о послевоенном устройстве мира, а французы надеялись своими действиями в Средиземноморье ус- корить вступление Италии в ряды Антанты. Англия и Франция активно взялись за подготовку операции. В Лондоне одним из наиболее активных ее сторонников стал мор- ской министр У. Черчилль. Однако эта активность и стремление превратить десантную операцию из отвлекающего маневра в пол- номасштабное действие не на шутку испугали русских — они сами рассчитывали получить Константинополь в качестве главно- го приза после войны. В конечном итоге подготовка Дарданелль- ской операции стимулировала завершение переговоров о судьбе Константинополя между союзниками по Антанте. Соглашение по этому поводу было окончательно оформлено в марте-апреле 1915 года в ряде договоров. Англия и Франция соглашались на переда- чу России Константинополя с прилегающими к нему территория- ми в обмен на другие области в азиатской части Османской им- перии27. f Дарданелльская операция состояла из двух этапов. На первом (с 19 февраля по 18 марта 1915 года) должен был быть задейство- ван только флот, а на втором (25 апреля 1915 года — 9 января 1916 года) планировалась высадка десанта на Галлиполийский по- луостров с последующим захватом укреплений противника в рай- оне Дарданелл. Это бы обеспечило проход флота в Мраморное море. Операция началась, как и было задумано, утором 19 февраля с обстрела союзным англо-французским флотом внешних фор- тов Дарданелл, а генеральная атака была назначена на 18 марта. К успеху она, однако, не привела: из 16 крупных кораблей, уча- ствовавших в прорыве, 3 погибли и еще 3 надолго вышли из строя, в то время как турецкие форты были разрушены незначи- тельно. В ходе операции англо-французский флот допустил ряд серьезных тактических ошибок,'в результате которых так и не смог выполнить поставленных перед ним задач: плохо велась корректировка огня, к борьбе против полевой артиллерии союз- ники вообще не были подготовлены, недооценили они и мин- ную опасность в проливе — тральщики не справились со своей задачей28. Провал попыток союзников форсировать Дарданеллы и нане- сти удар по Константинополю имел очень важные политические последствия: Болгария ускорила процесс сближения с Тройствен- ным союзом, в Греции пришли к власти германофилы, а итальян- цы задумались о целесообразности присоединения к Антанте. 107
Несмотря на серьезные неудачи, постигшие союзников в ходе выполнения первой фазы Дарданелльской операции, вторую ее фазу — десантирование — решено было не отменять. Утром 25 апреля французские, английские, новозеландские части морс- кой пехоты и греческий добровольческий легион — всего 18 тыс. штыков — высадились в районе Дарданелльского пролива. Нача- лись тяжелые кровопролитные бои, которые ус угу бились потерей 2 британских линкоров. В июле 1915 года союзное командование решило десантировать на полуостров еще несколько дивизий. Однако желаемого результата и решительного перелома хода со- бытий в свою пользу Антанте добиться так и не удалось. Союзни- ки окончательно завязли на Дарданеллах. В конечном итоге они решили эвакуировать свои войска из Галлийолии и перебросить их на салоникский фронт. 9 января 1916 года с эвакуацией последне- го британского солдата закончилась Галлиполийская операция. Ее результат для союзников был крайне печален. Один из главных ее инициаторов У. Черчилль подал в отставку с поста министра и отправился в действующую армию простым офицером. Что же касается других фронтов, то в 1915 году борьба наи- более активно велась на Кавказе, где русская армия провела ряд наступательных операций, которые не получили дальнейшего развития из-за недостатка боеприпасов и переброски наиболее боеспособных русских частей на германский фронт. На сирий- ско-палестинском фронте турецкие войска предприняли попыт- ку форсировать Суэцкий канал, но британским войскам и флоту удалось ее отбить. В Месопотамии войска центральных держав добились некоторых успехов, что, впрочем, не изменило общей стратегической ситуации на Ближнем Востоке. Если же в целом оценивать итоги 1915 года, то приходится констатировать, что он оказался успешным для центральных дер- жав. Русские войска оставили Польшу, Литву, Галицию, была раз- громлена Сербия, установлена прямая связь Берлина и Вены с Османской империей, потерпела неудачу Дарданелльская опера- ция. Однако главная задача — разгром и вывод из войны Рос- сии — выполнена не была. Война на два фронта для немцев и австрийцев продолжалась, и конца ей видно не было. НА ПЕРЕЛОМЕ Итоги кампании 1915 года на Восточном фронте привели гер- манских стратегов к мысли о том, что последующие наступления их армии, будь то на Петроград или на Украину, не может приве- сти к весомым результатам и решительно переломить ход войны в их пользу. Без разгрома Франции и Британии, как поняли в Бер- 108 лине, победы в войне быть не могло. Именно поэтому герман- ские войска решили в 1916 году нанести главный удар на Запад- ном фронте — провести наступление на укрепленный район Вер- денского выступа, являвшегося опорой всего французского фрон- та. На участке длиной 15 км было сосредоточено против двух французских дивизий 6,5 дивизий рейхсвера при 946 орудиях (в том числе 542 тяжелых). Вокруг крепости Верден французы пост- роили четыре оборонительные позиции, а передовая линия при- крывалась проволочными заграждениями шириной от 10 до 40 м. Надо отметить, что и Франция, и Англия с толком использо- вали представившуюся им в 1915 году передышку. Франция, на- пример, за этот год увеличила производство винтовок в 1,5 раза, патронов — в 50 раз, крупных орудий — в 5,8 раза. Англия в свою очередь увеличила производство пулеметов в 5 раз, самолетов — почти в 10 раз29. В этих странах резко выросло производство хи- мического оружия и противогазов, а также появился, причем в не- малых количествах, и совсем новый вид вооружения — танки. К 1915 году английский военно-морской флот установил эффек- тивную блокаду побережья Германии и лишил ее поставки из-за океана важных видов сырья и продовольствия, а кроме того, Лон- дону удалось мобилизовать экономические и людские ресурсы сво- их колоний и доминионов, среди которых находились такие разви- тые страны, как Канада, Австралия, Новая Зеландия, и такие гус- тонаселенные, как Индия (в те годы Индия включала в себя территории современных Пакистана и Бангладеш). В результате мобилизационных мер к началу 1916 года Англия смогла увеличить свою армию на 1 млн 200 тыс. человек, Франция — на 1,1 млн, а Россия — на 1,4 млн. Общая численность армий стран Антанты к началу 1916 года достигла, таким образом, 18 млн человек против 9 млн, находившихся в распоряжении у стран Четверного союза. Активизировалось и приняло более тесные формы военно-по- литическое сотрудничество стран — союзниц по Антанте. Так, на конференции в Шантийи в марте 1916 года было принято совме- стное решение о проведении наступления на Западном фронте и окончательно установлено, что оно начнется в июле. Таким образом, когда 21 февраля 1916 года в 8 часов 12 ми- нут немцы начали доселе невиданную артиллерийскую, авиаци- онную и химическую атаку йа Верден, французы встретили про- тивника во всеоружии. Когда через восемь часов немцы пошли в штыковую атаку, им с огромными потерями приходилось брать каждый клочок земли. После того как силы французов иссякли и они оставили стратегически важный форт Дуомен, генералу А. Петэну (потом приговоренному французским народом к смер- тной казни за предательство в годы Второй мировой войны) уда- лось наладить переброску резервов, и к 2 марта французская ар- 109
мия увеличилась вдвое, в то время как германская — только на 10%. В итоге отборные немецкие части в ходе верденского на- ступления смогли продвинуться вперед лишь на 5—8 км, и их потери были столь велики, что рейхсвер потерял способность вести массированное наступление. В результате успешно органи- зованных контратак французы вновь вышли к своей третьей обо- ронительной линии, и 2 сентября германское командование вы- нуждено было прекратить дальнейшее наступление. Напротив, предприняв ряд небольших, но успешных наступательных опе- раций в октябре и декабре 1916 года, французы полностью вос- становили свои позиции под Верденом. Верденская битва в мировую историю вошла под названием «мясорубки». Почти за год эта «мясорубка» перемолола 600 тыс. немцев и 350 тыс. французов. Это были невиданные доселе люд- ские потери. Под Верденом окончательно были развеяны надеж- ды немцев на то, что в 1916 году они сумеют переломить в свою пользу ход войны. Они не выполнили ни одну из поставленных перед собой задач: не была захвачена крепость Верден, француз- ская армия не была обескровлена и выведена из борьбы, наступ- ление союзников на Сомме не было предотвращено. Близ этой реки восточнее города Амьена 1 июля — 18 ноября 1916 года проходила крупная наступательная операция англо- французских войск с целью прорыва германского фронта оборо- ны и выхода к немцам в тыл. За семь дней до наступления фран- цузы начали мощную артподготовку, которая деморализовала обо- ронявшихся. Французские войска прорвали две линии обороны немцев, однако англичане на своем участке не смогли их поддер- жать и за сутки продвинулись только на 2—3 км. В прорыве в общей сложности участвовало 32 пехотные и 6 кавалерийских ди- визий, 2189 орудий, 1160 минометов, 350 танков под командова- нием генерала Ф. Фоша. Со стороны обороняющихся было 8 дивизий при 672 орудиях, 300 минометах и 114 самолетах. За 4 с половиной месяца союзники ввели в сражение свыше 50 дивизий и смогли вклиниться в расположение противника на 5—12 км, потеряв при этом 792 тыс. человек. Впервые в мировой истории в этом сражении англичане ввели в бой новый вид оружия — тан- ки. Немцы использовали 40 дивизий, потеряв при этом 538 тыс. человек. Битва при Сомме стала примером безрезультатного обес- кровливания войск. Ценой огромных потерь союзники отвоевали у противника 240 кв. км, однако фронт немцев продолжал стоять крепко. Тем не менее союзникам после этой битвы удалось пере- хватить инициативу, а немцы были вынуждены перейти к страте- гической обороне. Согласно плану Антанты в мае 1916 году Италия предприняла очередное, пятое по счету, наступление при Изонцо. На этот раз руководимые принцем Евгением австрийцы сумели прорвать ита- льянскую оборону и развили наступление в направлении долины реки По. В районе Трентино фронт был прорван на 60 км. В этой критической операции Рим обратился к русским с просьбой на- чать большое наступление в Галиции, чтобы отвлечь туда часть ав- стрийских сил. Именно наступление Юго-Западного фронта по- зволило итальянцам вернуть утраченные территории и стабилизи- ровать ситуацию. Большое значение в кампании 1916 года имели операции и на Восточном фронте. В марте русские войска по просьбе союзни- ков в лице маршала Жоффра провели наступательно операцию у озера Нарочь, существенно повлиявшую на ход боевых действий во Франции. Она не только сковала около полумиллиона герман- ских войск на Восточном фронте, но и вынудила германское ко- мандование на некоторое время прекратить атаки на Верден и пе- ребросить часть резервов на Восточный фронт. В связи с тяжелым поражением в мае итальянской армии в Трентино русское верховное командование начало наступление в Галиции 22 мая, на две недели ранее намеченного срока. В ходе боевых действий русским войскам на Юго-Западном фронте под командованием генерала А. А. Брусилова удалось осуществить прорыв сильной позиционной обороны австро-германских войск на глубину 80—120 км. Не имея общего перевеса над противни- ком, русские войска за счет неравномерного распределения сил и средств достигли некоторого превосходства на отдельных участках прорыва. Тщательная подготовка, фактор внезапности и примене- ние новой формы ведения боевых действий — одновременных ударов на некоторых участках — позволили русским добиться се- рьезных успехов. Артиллерийская подготовка на различных учас- тках длилась от 6 до 45 часов. В ходе этого прорыва удалось дос- тичь наибольшей слаженности действий пехоты и артиллерии. Были освобождены города Галич, Броды, Станислав. Противник понес большие потери — около 1,5 млн человек убитыми, ране- ными и пленными, а русские потеряли полмиллиона человек. Австро-германское командование было вынуждено перебросить на русский фронт крупные силы (свыше 30 дивизий), что облег- чило положение союзных армий на других фронтах. Наступление Юго-Западного фронта, вошедшее в историю как Брусиловский прорыв, имело огромное политическое значение. Всему миру стало очевидным, что, несмотря на поражения 1915 года, русская армия сильна, боеспособна и представляет ре- альную серьезную угрозу центральным державам. Русское наступ- ление спасло от разгрома итальянскую армию, облегчило положе- ние французов под Верденом, ускорило выступление Румынии на стороне Антанты. ПО 111
Впрочем, вступление в войну на стороне Антанты Румынии для России имело очень неприятные последствия: вооруженные силы Румынии насчитывали 600 тыс. плохо вооруженных и недостаточ- j но обученных солдат и офицеров. Особенно не выдерживала ника- кой критики профессиональная подготовка офицерского состава. Эта «армия» 15 августа начала наступление против Австро-Венгрии, но была тут же разбита войсками дунайской группировки Макен- зена, без боя сдала Бухарест и отступила к устью Дуная, потеряв < более 200 тыс. человек. На спасение новых союзников Россия дол- жна была послать 35 пехотных и 13 кавалерийских дивизий, при этом, ее линия фронта моментально увеличилась на 500 км. Что же касается других фронтов Первой мировой, то на ближ- невосточном театре важное значение имели победы русских войск Кавказского фронта. Русские армии зимой 1916 года продвину- лись в Турции на 250 км и овладели крепостью Эрзурум, города- ми Трапезунд и Эрзинджан. На салоникском фронте в 1916 году крупных операций не производилось, а обстановка в Месопота- мии складывалась не в пользу англичан — престижу’ Великобри- тании после сдачи в плен группировки в Кут-эль-Амаре был на- несен серьезный ущерб. Кампания 1916 года вновь не привела ни одну из противобор- ствующих сторон к выполнению намеченных стратегических пла- нов. Германии не удалось разбить Францию, Австро-Венгрии — ? Италию, но и союзники по Антанте в свою очередь так и не суме- ' > ли разгромить Четверной союз. И все же удача больше сопутство- t вала Антанте: в итоге кампании 1916 года германо-австрийский блок понес огромные потери, утратил стратегическую инициативу. h Германия была вынуждена обороняться на всех фронтах. Несмотря на разгром Румынии, превосходство Антанты становилось все бо- лее и более очевидным. В ходе согласованных действий союзничес- ких войск на Западе и на Востоке Европы было положено начало перелому в ходе Первой мировой войны: «Это был год, определив- 1 ший победу Антанты в будущем», — писал видный исследователь ; Первой мировой войны А. М. Зайончковский30. И последующие со- бытия на фронтах доказали правоту его слов. ’ ВОЙНА НА МОРЕ Война 1914—1918 годов названа мировой не только потому, что в ней так или иначе участвовало 38 государств мира, в кото- рых к тому времени проживало три четверти населения планеты, :: но и потому, что она велась в самых отделенных точках земного < шара. Это стало возможным благодаря наличию у противобор- ’’ ствующих сторон мощного военно-морского флота. ; i 112 Германия приложила титанические усилия к тому, чтобы со- кратить вековое преимущество в этом виде вооружения Великоб- ритании. Однако к 1914 году достичь паритета с Лондоном в час- ти военно-морских сил Берлину так и не удалось. Численный со- став флотов противоборствующих группировок был явно в пользу Антанты. Когда разразилась война, в столицах враждующих государств и политики, и военные были едины во мнении, что флоту в ней предстоит сыграть важнейшую, если не решающую роль, однако на стратегическое использование военно-морских сил существо- вали разные точки зрения. Извлекая выгоды из своего островного географического положения и превосходства в военно-морском вооружении, англичане сделали ставку на подрыв экономики про- тивника при помощи блокады. Изоляцию же врагов на суше Лон- дон традиционно возлагал на континентальных союзников, кото- рые и несли на своих плечах основную тяжесть войны. Так было во время наполеоновских войн, и в Лондоне надеялись, что имен- но так произойдет и век спустя. В соответствии с этой военной доктриной и строились вооруженные силы Великобритании, в которых ВМС отводилась роль основы могущества государства. Военная доктрина рейха существенно отличалась от английс- кой. Германия ставила перед собой в качестве основной задачи разгром своих противников на суше, и соответственно таким сильным врагам, как Россия и Франция, могла противостоять . только мощная и хорошо вооруженная сухопутная армия. Созна- вая, что в ближайшее время Германия не сможет догнать Англию по количеству военных судов и будет еще достаточно долго усту- пать ей и в качественных характеристиках флота, в Берлине дела- ли ставку на молниеносную войну. Исходя из численности своих военно-морских сил и географи- ческого положения различались и планы ведения боевых действий на море, разработанные штабами европейских государств. Так, в одобренных еще накануне Первой мировой войны планах британ- ского адмиралтейства предусматривалась в качестве основной за- дачи не только борьба за полное уничтожение германского флота, но и экономическая блокада рейха и обеспечение безопасности морских транспортных путей Британии и ее союзников31. При этом предполагалось, что в конечном итоге имперский флот дол- жен будет рано или поздно разбит в результате генерального сра- жения превосходящими силами англичан. Суть же немецкого оперативного плана относительно военно- морских сил в августе 1914 года состояла в нанесении потерь ан- глийскому флоту, несущему дозор или осуществлявшему блокаду в Северном море, а также в минных операциях, а при возможно- сти и в активных действиях подводных лодок. После того как по- 113 >________________.____________________:______________
добным образом удастся достичь равновесия сил флотов двух стран, стратегия рейха на море предусматривала вступление в бой с противником и, наконец, ведение торговой войны в соответ- ствии с призовым правом32. Эта проповедуемая немецкими адми- ралами стратегия получила название «уравнивание сил». - Что же касается флотов других воюющих стран, то в силу прежде всего географических причин их задачи носили локальный характер. Так, флот России, хотя и предусматривал ведение актив- ных боевых действий, с первых же дней войны оказался факти- чески закупоренным в Черном море и на востоке Балтийского и t • был вынужден выполнять лишь вспомогательные функции по ох- Г ране побережья. i j Перед французскими ВМС стояла задача защитить побережье ;' и сообщения в Средиземном море, не допустить выхода австро- ; венгерского флота из Адриатического моря, а также блокирование итальянского флота на случай участия Рима в войне на стороне С центральных держав. При этом на помощь французам должны были прийти и англичане. Основной задачей главного противника Антанты в районе Средиземного моря — Австро-Венгрии считалась оборона побе- режья империи от угрозы вторжения неприятеля и блокада Чер- ногории33. Поначалу война на море в годы Первой мировой войны раз- вивалась в соответствии с намеченными противоборствующими сторонами планами Англичане установили дальнюю блокаду по- бережья рейха на акватории от Южной Норвегии до Северной Франции и 5 ноября объявили все Северное море зоной боевых действий. Наиболее значительным событием тех дней стало сра- жение английских и немецких флотов у острова Гельголанд 28 ав- густа 1914 года34. Поражение в бою у Гельголанда озадачило выс- шее командование Германии, и кайзер 4 сентября запретил впредь до особого распоряжения выход крупным кораблям, включая и легкие крейсеры, за пределы бухты у базы в Вильгельмсхафене. Фактически имперскому флоту отводилась теперь весьма скром- ная задача охраны побережья рейха. Так впервые наглядно про- явила себя порочность идеи морского командования рейха, что битва на море будет решена в ходе генерального сражения немец- ких и английских линейных флотов. Однако вскоре после начала войны произошло событие, кото- рое еще больше поставило под сомнение все разработанные ранее схемы и теории борьбы за моря: 22 сентября командир немецкой подводной лодки «U-9» О. Веддиген за полчаса потопил три анг- лийских крейсера — «Абукир», «Хог» и «Кресси». «Три торпедных выстрела прозвучали на весь мир. В Англии они пробудили серь- езную озабоченность, даже замешательство, а в Германии вызвали чрезмерные надежды: в подводной лодке стали видеть оружие, ко- торому суждено было разбить британскую тиранию на море», — писал видный немецкий политик К. Гельферих35. Впечатляющий успех действий подводных лодок в первые же дни войны оказался полной неожиданностью для немцев. К 1914 году Германия обладала лишь 20 субмаринами, в то вре- мя как Англия — 47, Франция — 3 5 36. Такое количество было крайне недостаточным для ведения эффективной подводной войны. Собственно, строительство подводных лодок с конца XIX века стало включаться в военно-морские программы всех крупнейших государств, хотя они были новым видом оружия, и мало кто дога- дывался об их истинной силе и эффективности37. Немного знали о действенности подлодок и в Берлине, а потому у Германии не было четких идей относительно их использования. Подводные лодки считались крайне ненадежным и опасным для экипажа ви- дом оружия. Их чадящие дизельные двигатели, по мнению коман- дования, не позволяли отплывать дальше нескольких миль от бе- рега, и потому предназначались субмарины только для защиты побережья от прорвавшихся военных судов противника. Аккуму- ляторные батареи были небольшой емкости и требовали периоди- ческой и довольно частой подзарядки на поверхности, кроме того, они выбрасывали в замкнутое пространство субмарины огромное число вредных для здоровья человека химических примесей, что часто приводило к отравлениям моряков. Согласно немецким слу- жебным инструкциям даже одна ночевка на борту субмарины по- лагалась опасной для жизни и здоровья экипажа. Также не счи- тался совершенным и эффективным основной вид вооружения подводных лодок — торпеды, к тому же их можно было взять на борт в весьма ограниченном количестве. Все это, вместе взятое, привело немецкое военно-морское ко- мандование накануне Первой мировой войны к выводу, что суб- марины являются лишь второстепенным, вспомогательным видом вооружения и главное внимание надо уделить строительству над- водного флота. Позднее, оправдываясь за свою близорукость и за то, что не разглядел большое будущее нового вида оружия, созда- тель немецкого военного флота А. Тирпиц писал в воспоминани- ях: «Я отказывался бросать деньги на подлодки, пока они плавали только в прибрежных водах и потому не могли принести нам ни- какой пользы... Вопрос о применении подводных лодок можно было разрешить на практике лишь после появления этого вида оружия»38. Тем временем к началу 1915 года англичанам удалось практи- чески полностью ликвидировать все немецкие крейсера, находив- шиеся в водах мирового океана: в декабре 1914 года была уничто- 114 115
жена в бою у Фолклендских островов эскадра адмирала М. Шпее — самое большое соединение немцев в зарубежных во- дах. Еще раньше были потоплены крейсера «Карлсруэ», «Кайзер Вильгельм дер Гроссе», «Эмден» и другие, действовавшие в оди- ночку на просторах Атлантического океана и доставлявшие нема- ло хлопот союзникам. Последним в августе 1915 года был захва- чен англичанами на Мадагаскаре крейсер «Кёнигсберг», который, впрочем, с октября 1914 года был заперт на острове в устье одной из рек. В дальнейшем появления в мировом океане немецких крейсеров носили эпизодический характер и были, по сути, про- пагандистскими авантюристическими операциями, которые не могли нанести ощутимый ущерб морской торговле союзников. После сражения при Гельголанде и перехода немецкого надвод- ного флота к пассивно-выжидательной тактике в Лондоне решили сосредоточить основные действия своего флота на организации торговой блокады побережья рейха, чтобы прервать поставку туда стратегического сырья и продовольствия из-за океана. Еше до вой- ны британское адмиралтейство рассматривало блокаду как важней- шее условие победы. Первоначально было решено перекрыть все Северное море, в особенности между Шетландскими островами и Скандинавией, и там досматривать все суда нейтральных стран на предмет доставки контрабандных грузов в страны центрального блока. А с 29 октября 1914 года в списки контрабанды стали вхо- дить все товары, в которых был заинтересован рейх, — нефть, ка- учук, медь и прочие виды стратегического сырья, продовольствие. С 2 сентября, понимая, что он не может справиться с. контролем над обширной зоной между Британией и Скандинавией, Лондон объявил все Северное море зоной военных действий и предложил нейтральным судам следовать через Ла-Манш и Дуврский пролив, где в южных портах Англии их тщательно обыскивали. Более того, 1 марта 1915 года премьер-министр Англии Асквит объявил о ре- шении полностью прекратить морскую торговлю Германии, а еше через десять дней был принят «акт о репрессалиях», по которому ни одно нейтральное судно не имело права ни заходить в германс- кие порты, ни покидать их39. Следует особо подчеркнуть, что, сделав ставку на блицкриг, немцы явно недооценили возможные последствия экономической блокады для своей страны и не подготовили никаких эффектив- ных мер против действий английского флота. В стране не были разработаны планы мобилизации сельского хозяйства и промыш- ленности на случай войны, отсутствовали стратегические резервы. Все это создавало благоприятные предпосылки для блокады цен- тральных держав. В 1915 году, когда центр тяжести военных действий перемес- тился на восток Европейского континента, сложились еще более благоприятные условия для усиления блокады Германии, причем теперь в Лондоне сделали упор на сокращении перевозок из ней- тральных стран в рейх. Сначала Голландия, а затем и другие евро- пейские нейтральные страны под сильным давлением Англии зак- лючили с ней соглашения о сокращении своих внешнеторговых операций до объема внутренних потребностей. Эти меры Вели- кобритании дали о себе знать довольно быстро: уже 1 февраля 1915 года германское правительство решило реквизировать у кре- стьян все запасы зерновых продуктов и установило нормы выдачи хлеба своим гражданам. Действия Великобритании по блокаде побережья Германии однозначно нарушали Лондонскую декларацию 1909 года, кото- рая предусматривала право для нейтральных государств вести торговлю с воюющими странами, для них могли вводиться лишь небольшие ограничения. В Берлине решили ответить на это уси- лением подводной войны. Причем посчитали, что в данных об- стоятельствах целесообразней, чтобы война на море преврати- лась прежде всего в войну против торговых, а не военных судов противника. Важным фактором перемены позиции адмиралтей- ства стало мнение о том, что нараставшие с каждым днем по- ставки зерна из Аргентины в Англию существенно укрепляли жизнеспособность последней. При этом реакция нейтралов уже не принималась в расчет. Более того, высокопоставленные не- мецкие флотские офицеры полагали, что решительные действия Германии непременно заставят нейтральные страны отказаться от попыток любой торговли с Лондоном40. Результатом подобного развития событий стала декларация кайзера Вильгельма от 4 февраля 1915 года, согласно которой все воды вокруг Британских островов объявлялись зоной войны, где спустя две недели будут уничтожаться все вражеские торговые суда без гарантий спасения их экипажей и пассажиров. Офици- ально подводная война объявлялось направленной исключитель- но против судов Антанты, а потому получила название «ограни- ченной». В связи с тем что английские суда часто использовали флаги других государств, нейтральные страны были предупрежде- ны об опасности плавания в этих водах. Вильгельм, впрочем, зая- вил о готовности снять блокаду сразу же после того, как это сде- лает в отношении Германии Лондон. Решение о начале этой «ограниченной» подводной войны ба- зировалось на неверной информации, представленной канцлеру, относительно реакции на этот шаг со стороны нейтральных стран, и прежде всего США. По этим данным выходило, что сильного противодействия с их стороны опасаться не следует, осложнений между Берлином и Вашингтоном не будет, а на уступки можно пойти после того, как план вступит в силу41. 116 117
Реакция же американцев долго себя ждать не заставила. У^же 12 февраля, то есть до начала блокады, посол США в Берлине Дж. Джерард передал министру иностранных дел Германии фон Ягову ноту своего правительства, в которой создавшаяся си- туация была оценена как «прискорбная» и было подчеркнуто, что «правительство Соединенных Штатов будет вынуждено призвать имперское германское правительство к строгой ответственности за подобные акты своих военно-морских властей и предпримет любые необходимые шаги для защиты жизни американцев, их собственности и обеспечения американским гражданам полного удовлетворения их признанных прав на морях»42. С этих пор про- блема способов и методов ведения подводной войны приняла для немцев скорее политический, а не военный характер45. Германо-американские противоречия в связи с отношением к подводной войне обрели новый ракурс с 28 марта 1915 года, когда немцами был потоплен британский пароход «Фалаба», на борту которого находился один американский гражданин. Этот случай было решено свести к единичному инциденту и оставить без по- следствий, однако в начале мая 1915 года произошло событие, не только значительно обострившее американо-германские отноше- ния, но и впервые за время войны сделавшее возможным присо- единение Соединенных Штатов к Антанте: 7 мая немецкая под- водная лодка потопила британское судно «Лузитания» с 1200 пас- сажирами на борту, 128 из которых были американскими подданными. Гибель «Лузитании» вызвала бурю негодования в Соединенных Штагах, практически все средства массовой инфор- мации развернули мощную антигерманскую кампанию. Май 1915 года вообще был крайне неблагоприятным для Гер- мании, усилился конфликт и с нейтральными странами, и к нача- лу августа 1915 года под давлением противников жесткой линии и поддерживающего их канцлера Вильгельм все больше стал скло- няться к временному прекращению подводной войны и перегово- рам с Америкой о «свободе морей». И все же именно в 1915 году военно-морским стратегам и по- литикам противоборствующих стран окончательно стало очевид- ным, что борьба за моря теперь куда в большей степени опреде- ляется тем, что происходит в глубине морской пучины, а не на ее поверхности. Все операции надводных флотов Антанты и цент- ральных держав носили локальный характер, не говоря уже о том, что они никогда не были предметом ожесточенных дипломатичес- ких дискуссий в столицах европейских государств и США. 24 января 1915 года в Северном море у Доггер-Банки про- изошло первое сражение, в котором с обеих сторон участвовали линейные крейсера. Используя свое превосходство в силе, англи- чане смогли потопить броненосный крейсер противника «Блю- 118 хер», но большего добиться им не удалось. Эгот бой выявил пре- восходство немецких крейсеров в бронировании и живучести, а моряки имперского флота показали более высокую, чем англича- не, тактическую и огневую подготовку. Тем не менее, учитывая гибель «Блюхера», Вильгельм посчитал, что его флот еще не готов к генеральному сражению, и вновь запретил крупным судам вы- ходить без его особого распоряжения больше чем на 100 миль из Гельголандской бухты44. На других театрах военные действия носили еще более локаль- ный характер. Так, на Средиземном море крупнейшей операцией англо-французских морских сил в это время была Дарданелль- ская. На Балтике наиболее примечательным событием 1915 года стал бой российских и немецких флотов у острова Готланд 19 июня, успех в котором сопутствовал нашим морякам. Стычки между флотами двух стран происходили и в Рижском заливе. В конечном итоге русскому флоту в кампанию 1915 года удалось выполнить поставленные перед ним задачи — немцы не были допущены в Финский и Ботнический заливы, в Рижском заливе им тоже так и не удалось установить свое господство. Что же ка- сается черноморского театра военных действий, то там действия флотов носили еще более локальный характер, но русские моря- ки, не понеся никаких потерь, потопили 1 легкий турецкий крей- сер, 3 эскадренных миноносца, 4 канонерские лодки, 1 минный заградитель. При этом на минах подорвались немецкий крейсер «Бреслау» и минный крейсер «Берк»45. К началу 1916 года затягивание войны все более и более бес- покоило немецких стратегов. В Берлине стали думать о том, как активизировать борьбу на море. Все это вдохновило сторонников беспощадной подводной войны. К этому времени изменилась и геополитическая ситуация на европейских фронтах. Одной из основных причин того, почему ряд высокопоставленных немецких военных в конце лета 1915 года выступили за существенное ограничение подводной войны, была неопределенность на фронтах, особенно на Балка- нах. Однако к январю 1916 года ситуация здесь прояснилась. При- соединение к центральным державам Болгарии дало возможность германскому генеральному штабу провести успешную кампанию по разгрому Сербии и обеспечению таким образом надежной не- посредственной связи с Турцией. Благоприятно для Германии складывалась обстановка и на других фронтах: силы России, ка- залось, были подорваны, а Франция истошала свои хозяйствен- ные ресурсы. Немецкие военные готовили решающее генеральное наступление под Верденом, а это диктовало необходимость пере- резать коммуникации союзников со своими заокеанскими постав- щиками вооружения и связи Англии с континентом. 119
Именно эти обстоятельства способствовали тому, что и шеф генерального штаба Э. Фалькенхайн, и новый руководитель ад- миралтейства Гольцендорф в конце осени 1915 года начали пере- сматривать свое в недалеком прошлом негативное отношение к беспощадной подводной войне. Уже 27 октября 1915 года Голь- цендорф в письме министру иностранных дел Германии фон Ягову рекомендовал как можно быстрее возобновить подвод- ную войну на прежних условиях. И хотя в октябре курс германско- го МИДа в отношении США так и не изменился, это наглядно ха- рактеризует настроение военно-морской верхушки Берлина. Как бы то ни было, правительство Германии 11 февраля офи- циально заявило о начале с 1 марта 1916 года так называемой «обостренной» подводной войны, при которой командирам не- мецких субмарин давался приказ без предупреждения торпедиро- вать только вооруженные торговые суда Антанты. Эта не была «неограниченная», «беспощадная» подводная война, за которую ратовали крайние милитаристы, но и она могла привести к дале- ко идущим последствиям. 4 марта было решено отложить начало «неограниченной» подводной войны до 1 апреля, а оставшееся до этого время активно использовать для убеждения в правомернос- ти подобного шага союзников и нейтралов46. Но в начале лета 1916 года произошли события, которые еще больше усилили значение подводных лодок в борьбе на море. В результате Ютландского боя в конце мая — начале июня 1916 года оказались окончательно дискредитированы все прежние стратегические идеи войны на море. То была единственная гене- ральная битва флотов Англии и Германии на протяжении войны. Во время Ютландского сражения со всей очевидностью обнаружи- лась ограниченность и нежизнеспособность как стратегии «Гене- рального сражения» для укрепления господства на море, выдвигае- мой английским адмиралтейством, так и теории «уравнивания сил», проповедуемой кайзеровскими адмиралами. Фактическая сторона Ютландского боя хорошо известна: англичане потеряли 14 судов общим тоннажем 113 570 т, при этом 6097 человек были убиты, 510 ранены и 177 взяты в плен. Немцы потеряли 11 судов общим тоннажем 60 250 т при 2551 убитых и 507 раненых. Таким образом, «по очкам» победа вроде бы досталась немцам, однако все было не так-то просто. На самом деле крупнейшая битва на море за всю историю че- ловечества так и не решила ни одной из поставленных задач как для одних, так и для других. Английский флот не был разгромлен и расстановка сил на море кардинальным образом не изменилась, немцам также удалось сохранить весь свой флот и не допустить его уничтожения, каковое неизбежно сказалось бы и на действи- ях подводного флота рейха. В конечном итоге расстановка на 120 море и после Ютландского боя продолжала оставаться неустойчи- вой, и с этой точки зрения сражение оказалось безрезультатным. Немецким морякам после Ютландского боя стало окончатель- но ясно, что у них не хватит сил разгромить англичан в следую- щем генеральном сражении и тем самым внести коренной пере- лом в ход борьбы на море, а потому они вновь обратили свои взо- ры к подводному флоту, на который возложили теперь еще большие надежды. 9 июня шеф имперского адмиралтейства Голь- цендорф уведомил канцлера о том, что в условиях изменившейся ситуации на море после Ютландского боя он попросит аудиенции у Вильгельма, с тем чтобы убедить того возобновить с 1 июля 1916 года в ограниченных формах подводную войну. Канцлер Бетман- Гольвег отнесся к этому известию негативно. Наступление русских войск в Галиции, опасность вступления в войну Румынии, отри- цательное отношение к подводной войне со стороны нейтралов, прежде всего США, Голландии и Швеции, — все это могло в слу- чае возобновления акций немецких субмарин привести к нежела- тельным для Германии последствиям. Однако в конце августа в военной верхушке Германии про- изошли серьезные перестановки, которые непосредственно сказа- лись и на отношении к подводной войне. К руководству армией пришли генералы П. Гинденбург и Э. Людендорф, сторонники победы любой ценой. И хотя они детально не разбирались в спе- цифике военных действий на море, но активно поддерживали и здесь самые решительные действия. Генерал Людендорф, напри- мер, считал, что «неограниченная подводная война является пос- ледним средством закончить войну победоносно, не затягивая ее до бесконечности. Если подводная война в такой форме могла стать решающей, — а флот надеялся на это, — то она при нашем военном положении становилась долгом по отношению к герман- скому народу»47. Именно П. Гивденбург и Э. Людендорф стали инициаторами возобновления дискуссии о подводной войне, когда 31 августа на совехцании в Плесе заявили о необходимости пересмотреть отказ от ее ведения. Проигнориров опасность вступления в войну на стороне ’Антанты Соединенных Штатов, генералы потребовали скорейшего возобновления акций субмарин в самых жестких фор- мах. Во многих кругах в Берлине также восторжествовала похожая точка зрения на события: войну можно выиграть только при ко- ренном повороте в свою пользу, введя в дело все доступные сред- ства. Неслучайно, что вопрос о подводной войне стал чрезвычай- но актуальным после Брусиловского прорыва и боев за Верден, показавших, что и на Востоке, и на Западе Антанта имеет доста- точные резервы для окончательного перелома хода военных дей- ствий в свою пользу. 121
Последний раз вопрос о подводной войне обсуждался между канцлером и членами верховного главнокомандования 9 января 1917 года. Окончательно было одобрено судьбоносное и одно из самых роковых для Германии решение о начале с 1 февраля нео- граниченной беспощадной подводной войны, а уже 3 февраля го- сударственный секретарь Р. Лансинг передал послу Германии в США И. Берншторфу ноту о разрыве дипломатических отноше- ний между двумя странами. Война на море вступила в свою пос- леднюю стадию. Линейные корабли, на которые делали ставку как в Лондоне, так и в Берлине и на строительство которых были потрачены безумные средства, в 1917—1918 годах окончательно оказались на приколе в своих базах и лишь изредка покидали их, не вступая в бой с противником. Последний раз линейный флот Германии вышел в море 23 апреля 1918 года. Одновременно нача- лось лихорадочное строительство подводных лодок. Но рейх спасти уже ничто не могло. Как же развивались события в морских глубинах в годы Пер- вой мировой войны и какие потери понесли при этом союзники? К началу 1915 года имперскому флоту удалось увеличить чис- ло подводных лодок до 27. Но чтобы понять, много это или мало, надо учесть, что при определенном сроке боевого дежурства на лодках требовался точно такой же срок для того, чтобы дойти до необходимого места, а затем возвратиться на базу. После этого точно такой же срок отводился на ремонт боевого судна и его тех- ническое обслуживание. Таким образом, на боевом дежурстве могла находиться максимум треть от имевшихся в распоряжении рейха субмарин, и следовательно, в начале 1915 года эта цифра составляла не более 8 боевых единиц. Но даже при таком небольшом количестве эффективность суб- марин была весьма существенной. Если в ноябре 1914 года англи- чане потеряли на море торговых судов общим водоизмещением в 8,8 т (включая потопленные немецкими крейсерами), а в апреле 1915 года — 22,4 т, го уже в августе 1915 года, то есть в самый раз^ гар объявленной кайзером подводной войны, потери только одних британских торговых судов достигли цифры в 148,4 т, но уже к ок- тябрю они снизились почти в три раза. Прекращение на время активных военных действий подводно- го флота рейха в августе 1915 года вовсе не означало потерю ин- тереса Берлина к этому виду оружия. В Германии резко наращи- вали производство субмарин, и к середине 1917 года титаничес- кими усилиями рейху удалось выпускать в среднем по 8 подводных лодок в месяц. Приобретали опыт военных действий и их командиры. Результат не замедлил сказаться: осенью 1916 года начали быстро расти потери флота союзников. В сентябре 1916 года они составили 230,4 т (одна только Англия потеряла судов общим водоизмещением 104,5 т), а к декабрю этого же года цифры уве- личились соответственно до 355,1 и 182,2 т. Таким образом, осе- нью 1916 года, когда рейх вел подводную войну очень осторожно, все еще оглядываясь на реакцию Соединенных Штатов, Англия и ее союзники потеряли больше судов, чем во время разгара под- водных действий немецкого флота летом 1915 года. Новый и последний этап борьбы за моря в годы Первой ми- ровой войны начался в феврале 1917 года, когда кайзер Вильгельм принял решение о неограниченной беспощадной подводной вой- не. В первое время после ее начала, казалось, подтвердились на- дежды немецкого генштаба на то, что Англия не сможет ничего противопоставить блокаде и за считанные месяцы будет постав- лена на колени. Уже в феврале 1917 года союзники потеряли 540,0 т общего торгового тоннажа (одна лишь Англия потеряла 313 т), а в апреле эти цифры достигли соответственно 881,0 и 545,2 т. Но развить успех дальше немцам не удалось. Уже через месяц, в мае 1917 года, трофеи немцев составляли уже 596,6 т (англичане потеряли 352,2 т), в сентябре эти цифры равнялись 351,7 и 196,2 т соответственно, а в первой половине 1918 года общие потери со- юзников лишь иногда едва превышали 300 т. При этом из месяца в месяц наращивалась транспортировка живой силы и вооруже- ния из Соединенных Штатов в Европу. Таким образом, как и сле- довало ожидать, все угрозы немцев за несколько недель «поста- вить Англию на колени» оказались блефом. Резкое сокращение потерь торгового и военного флотов Ан- танты стало результатом серьезных комплексных мер, предприня- тых союзниками в борьбе на море: это и создание эффективного противолодочного оружия — глубинных мин и судов-ловушек, и организация системы оповещения и наблюдения за передвижени- ем субмарин, и целый ряд других. Но особенно действенным ока- залось внедрение системы охраняемых караванов на транспорт- ных артериях, соединяющих Америку с Европой. За все время войны немцы потеряли 178 лодок48. КРАХ ВТОРОГО РЕЙХА К началу кампании 1917 года война в значительной мере ос- лабила экономику противоборствующих держав. Затяжная война истощила страны Антанты, все острее сказывался недостаток людских ресурсов. Ухудшилось снабжение армии и гражданского населения продовольствием. В особенно плачевном состоянии на- ходилась Россия. Но положение центральных государств, противостоящих Ан- танте, было еще более тяжелым. Германская коалиция не могла 122 123
уже вести крупные наступательные операции ни на одном из те- атров войны. Главное внимание Германия, решив перейти к стра- тегической обороне на всех фронтах, сосредоточила, как уже го- ворилось, на ведении неограниченной подводной войны, надеясь с ее помощью подорвать экономическую жизнь Англии и не до- пустить переброски союзных войск на контенент из Соединенных Штатов и Канады. Это стало своебразным идефиксом правящей верхушки Берлина. План Антанты на 1917 иод, разработанный в ноябре 1916-го на межсоюзнической конференции в Шантийи, строился на ис- пользовании ее превосходства в силах и средствах. Этот перевес стал более весомым после вступления в апреле 1917 года в войну США на стороне Антанты. Верховное командование намерева- лось предпринять общее согласованное наступление на Запад- ном и Восточном фронтах с целью окончательного разгрома Гер- мании и Австро-Венгрии. При этом главная роль отводилась Западному фронту. Однако большое наступление англо-французских войск в ап- реле между Реймсом и Суассоном провалилось. В ходе этой воен- ной операции англо-французское командование надеялось до- биться решающего перелома на Западном фронте. План был раз- работан под руководством главнокомандующего французскими армиями генерала Р. Ж. Нивеля. Его уверенность в успехе опера- ции базировалась на превосходстве в силах и средствах на направ- лении главного удара (59 пехотных и 7 кавалерийских дивизий против 27 дивизий противника)49. Однако германское командова- ние, предприняв ряд мер для отражения англо-французского на- ступления, сорвало планы союзников. Из-за больших потерь (все- го около 500 тыс. человек убитыми и ранеными) операция полу- чила название «бойня Нивеля». Не изменили обшей обстановки на Западном фронте и ряд частных операций, проведенных союз- никами у Мессина, на Ипре, под Верденом, у Камбре. А закон- чился 1917 год для союзников по Антанте тяжелым поражением итальянской армии в битве при Капоретто в октябре-ноябре, ког- да потери Италии составили 200 тыс. человек пленными, 40 тыс. ранеными и 10 тыс. убитыми. Еще более сложной оказалась обстановка на восточном театре военных действий. Пришедшее к власти в России в ходе Февраль- ской революции Временное правительство организовало крупное наступление русских армий. Оно началось 16 июня на Юго-Запад- ном фронте в общем направлении на Львов, но после некоторого тактического успеха из-за отсутствия надежных резервов и уси- лившегося сопротивления противника захлебнулось. Бездействие союзников на Западном фронте позволило германскому командо- ванию быстро перебросить войска с Западного на Восточный 124 фронт (13 германских и 3 австро-венгерских дивизии), создать там мощную группировку и 6 июля перейти в контрнаступление, на- неся главный удар вдоль железной дороги Львов — Тернополь. Русские, не выдержав натиска, начали отступать. Общая числен- ность потерь на русском фронте в этой операции превысила 150 тыс. человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести. Не имели успеха и удары русских войск на других фронтах: в Румы- нии была сдана почти вся Добруджа и фронт откатился к государ- ственной границе России, а 3 сентября в ходе Рижской оборони- тельной операции русские войска оставили Ригу. Мировая война послужила своеобразным катализатором рево- люционных процессов в России. Она явилась одной из главных причин свержения царизма, способствовала дальнейшему разви- тию революционных событий, приведших к победе Октябрьской революции. Революции в России, отсутствие согласованных дей- ствий союзников сорвали стратегический план Антанты, Герма- нии удалось отразить удары противников на суше. Таким образом, события войны и русской революции были тесно переплетены. Кампания 1917 года проходила в сложной социально-политической обстановке. Именно в годы войны ар- мия не только решала военные задачи, но подчас играла решаю- щую роль в сложном и противоречивом политическом спектак- ле. От того, на чьей стороне окажутся солдатские массы, за кем пойдет многомиллионная армия, в значительной степени зави- села судьба революции и в конечном счете самой России. В ос- новном в настроениях солдат на фронте преобладало стремление к миру, к скорейшему окончанию длительной и кровопролитной войны. Пожалуй, впервые за годы Первой мировой войны вер- ховное командование русской армии столкнулось с таким явле- нием, как массовые отказы солдат продолжать войну. В Ставку поступали тревожные сообщения с фронта о многочисленных выступлениях солдат против продолжения войны, проявивших- ся в массовых братаниях с противником, в отказе выполнять приказы командиров и в дезертирстве. Так, по подсчетам цар- ского генерала Н. Н. Головина, число дезертиров из действую- щей армии с начала Февральской революции составило около 2 млн человек. Среднее ежемесячное число зарегистрированных дезертиров с началом революции увеличилось на 400%50! После Октябрьской революции Россия фактически вышла из войны. 2 декабря Советская Россия подписала с германо-авст- рийским блоком соглашение о перемирии, а позднее приступи- ла к мирным переговорам, закончившимися подписанием 3 мар- та 1918 года Брестского мира. Согласно ему от России отторга- лись обширные территории — Украина, Польша, Литва, часть Латвии, Белоруссии и Закавказье. Всего Советская Россия теря- 125
Ла около 1 млн кв. км территории с важными промышленными, продовольственными и сырьевыми районами. Советское прави- тельство обязывалось выплатить 6 млрд марок контрибуции, провести полную демобилизацию армии и флота. Видный политический и военный деятель Великобритании У. Черчилль — в годы Первой мировой войны морской ми- нистр — так охарактеризовал участие России в войне: «Ни к од- ной стране судьба не была так жестока, как к России. Ее корабль пошел ко дну, когда гавань уже была видна. Она уже пережила бурю, когда все обрушилось на нее. Все жертвы были принесены, вся работа завершена. Отчаяние и измена овладели властью, ког- да задача была уже выполнена. Долгие отступления закончились, снарядный голод побежден, вооружение шло широким потоком. Более сильная, более многочисленная, гораздо лучше снабжае- мая армия держала огромный фронт; тыловые сборные пункты были переполнены людьми... Фактически это означало, что Рос- сийская империя к 1917 году располагала значительно большей и лучше экипированной армией, чем та, с которой Россия начи- нала войну... Фронт был обеспечен и победа казалась бесспор- ной... Самоотверженный порыв русских войск, которые спасли Париж в 1914 году; преодоление мучительного бесснарядного отступления; медленное восстановление сил; победы Брусилова, вступление России в кампанию 1917 года непобедимой, более сильной, чем когда-либо... Несмотря на ошибки, большие и страшные, режим... к этому моменту выиграл войну для России... Держа победу уже в руках, она пала на землю заживо, как древ- ний Ирод, пожираемая червями»51. С выходом из войны России у Германии остался один фронт — Западный. Державы германо-австрийского блока, ресур- сы которых подходили к концу, стремились возможно скорее окончить войну. Поэтому германское командование решило в марте 1918 года перейти на Западном фронте в наступление и раз- громить армии Антанты. Англо-французское командование при- няло на 1918 год план стратегической обороны, перенеся оконча- тельную победу над Германией на 1919 год, ~ теперь от былого превосходства Антанты в людских ресурсах не осталось и следа: 274 дивизиям Антанты противостояло 275 дивизий стран Четвер- ного союза. Германское командование расценило обстановку как крайне благоприятную для себя52. Весной и летом германские войска про- вели несколько наступательных операций в Пикардии, во Фланд- рии, на реках Эне и Марне. Поначалу успех в ходе этих операций сопутствовал германскому оружию: английские и французские войска были вынуждены отступить, фронт был продавлен в глубь французской территории на 60 км, особенно тяжело приходилось 126 английским войскам, но новому командующему союзными войс- ками Фошу удалось вовремя послать французские войска на са- мые опасные участки фронта. В ходе операции на Эне немцы зах- ватили Суассон, и под угрозой падения вновь, как и в 1914 году, оказался Париж — до него врагу оставалось лишь 70 км. Однако из-за отсутствия резервов немцы приостановили наступательные действия. После того как союзникам удалось отразить все наступления^ противника, стратегическая инициатива окончательно перешла в руки Антанты. В августе-сентябре армии союзников, используя превосходство в живой силе и технике (в марте 1918 года на За- падный фронт стали прибывать войска США — ежемесячно по 300 тыс. отборных штыков), перешли в наступление и вынудили немецкие войска начать общий отход с территории Франции. Первой наступательной операцией союзников стала Амьенская, в ходе которой они использовали небывалое доселе количество танков. 8 августа 1918 года огненный вал армий Антанты смел ряды противника, которые продвинулись на фронте в 75 км в глубину до 18 км. Затем в ходе Сен-Миельской операции в борь- бу вступили американцы под командованием генерала Д. Пер- шинга. Им также сопутствовал успех. В ходе Аргонне кой опера- ции в долине реки Маас в конце сентября 1918 года союзникам удалось прорвать «линию Зигфрида» на 30 км в ширину и 11 в глубину, а после наступления англичан в Арденнах 2 октября немцам пришлось оставить свои позиции на «линии Зигфрида» почти на всем ее протяжении. Линия фронта практически раз- валилась. Путь в сердце второго рейха союзникам был теперь открыт. В начале октября положение Германии стало безнадеж- ным. Еще более катастрофичным для центральных держав было положение на других 'фронтах. где вели бои немецкие союзники. 15 сентября франко-сербские войска обратили в паническое бегство своих болгарских противников на салоникском фронте. Через несколько дней, 19 сентября, на сирийско-палестинском фронте начали наступление против турок английские войска под командованием генерала Алленби. Одновременно знаменитому английскому разведчику и археологу Лоуренсу Аравийскому уда- лось поднять на восстание против турецкого владычества арабс- кие племена. В ходе почти непрерывного месячного наступления войска Алленби полностью разбили противника, и 30 октября Стамбул капитулировал. Затем пришла очередь Австро-Венгрии, армия которой в ходе войны на итальянском фронте и поваль- ного бегства венгров просто развалилась. 29 октября Вена обра- тилась к союзникам с просьбой о заключении мира на любых ус- 127 ' -
ловиях, а 3 ноября на итальянском фронте было подписано пе- ремирие. Таким образом, Германия осталась одна, дни существо- вания второго рейха были сочтены, и спасти его не могло уже ничто. 9 ноября монархия в Германии была свергнута, а 11 ноября Германия капитулировала. В Компьенском лесу, на станции Ре- тонл, что неподалеку от Парижа, немецкая делегация подписала перемирие. Германия признала себя побежденной, прекратила военные действия, обязалась вывести свои войска с захваченных территорий, передавала странам-победительницам большое коли- чество вооружения, разоружила свою армию. Так закончилась «война за прекращение всех войн». Документы 1. Сводка сведений о военных приготовлениях Германии, составленная в Главном управлении Генерального штаба России. 1911г. Германия 27 марта 1911 г. принят военный закон на пятилетие 1911— 1915 гг. Вызываемые новым законом организационные изменения заключаются в следующем: I) Общее увеличение численности армии. Армия должна была увеличиться на 10 875 чел. Увеличение численности будет проис- ходить постепенно в течение 5 лет. Пехота В течение всего пятилетия будут сформированы 1 батальон и 112 пулеметных рот Полевая артиллерия ...В состав каждой германской пехотной дивизии входит ар- тиллерийская бригада, состоящая из двух полков, по два трехба- тарейных дивизиона в каждом; всего на дивизию 12 батарей, или 72 орудия. Новый закон предусматривает сформирование двух новых ар- тиллерийских полков. Единовременные и военные расходы Вызываемые новым законом единовременные расходы исчис- лены в 82 419 033 марки, из коих в 1911 г. ассигнуются 4 177 836 марок, а остальные в течение 1912—1915 голов. Обыкновенные расходы в 1911 г. увеличиваются на 3 727 441 марку, а по оконча- нии всех реформ — на 21 813 979 марок. (Сборник ГУГШ Выпуск XXIV. Май 1911 г. С Петербург 1911 С. 1-14) Кайзер Вильгельм II с одним из своих генералов 128

Бельгийская беженка с детьми Главнокомандующий французскими воЛсками маршал Ж. Жо<}м^р Начальник немецкого генерального штаба граф Г Молотке

Разрушенный город на севере Франции Индийские войска во французской деревне Немецкие артиллеристы в ноябре 1914 г.
Начальник австро-венгерского 1енерального штаба К Гетнсндорф Главнокомандующий Русской армией великий князь Николай Николаевич на Кавказском фронте 1енсрал-фельдмаршал П Гинденбург
Генерал-майор Э Людендорф Британские корабли в морском походе Экипаж подволной лодки Русские артиллеристы в Восточной Пруссии
Капитан-лейтенант О Ведиген, потопивший 22 сентября 1914 г. три британских крейсера, первый знаменитый подводник Первый лорд Адмиралтейства У Черчилль Британский крейсер • Королевский дуб»
Раненый британец. Север Франции. Октябрь 1914 г. 2 Сводка сведений об организации германской армии, составленная в Главном управлении Генерального штаба России. 1913 г.- ( Германия. Новая организация армии по закону 20 июня / 3 июля 1913 г. 20 июня / 3 июля 1913 г. утвержден императором новый воен- ный законопроект. Закон этот является уже вторым дополнением к закону 1911 гола, предусматривавшему развитие германских во- оруженных сил на пятилетие 1911 — 1916 годов, и по размерам уси- ления армии значительно превосходит требования как первона- чального закона 1911 года, так и дополнения к нему 1912 года. В то время как закон 1911 г. увеличивал мирную численность ар- мии всего на 10 000, а закон 1912 года — еше на 29 000; закон 1913 г. добавил к этим цифрам еше 117 000 человек. Таким обра- зом, численность армии, равнявшаяся к началу 1911 года 505 839, будет к концу 1915 года доведена до 661 478, т. е. увеличится на 30% своего прежнего состава. ...С осени 1913 г. все германские пехотные пазки будут совер- шенно однородного состава, а именно, каждый пачк будет состо- ять из трех батальонов и одной пулеметной роты Весьма важным изменением является вместе с тем увеличение числа кадровых офицеров, предназначенных к выделению из пол- ка при мобилизации для занятия командных должностей во вто- роочередных формированиях. Это позволяет пехотному пазку дать формируемому при мобилизации резервному пазку без вся- ких изменений в командном составе полевого полка командира пачка, всех трех батальонных командиров и по одному ротному командиру на батальон. В обшем, рассматривая в совокупности военные законы 1911 —1913 гг., можно сделать выводы об изменении организации германской пехоты: ...штаты пехотных батальонов, согласно кото- рым до 1911 г. число нижних чинов в батальоне колебалось от 643 до 551, теперь доведено до 721 (высокий штат) и до 643 (низкий штат) нижних чинов. Общее увеличение численности пехоты в мирное время со- ставляет благодаря указанным мероприятиям около 90 000 ниж- них чинов. Увеличение штатов и усиление кадров старших офицеров зна- чительно облегчает как мобилизацию полевых, так и формирова- ние резервных полков... (Сборник ГУГШ. Выпуск /. Август 1913г. С -Петербург, 1913. С 5—13.) • 6 В. Шлинпю 129
3. А. фон Шлиффен и германский план войны на суше Задача, стоявшая перед графом Альфредом фон Шлиффеном, начальником германского генерального штаба, была исключи- тельно тяжелой. После заключения франко-русского соглашения 1894 года война на два фронта превратилась из эвентуальной возможности в неизбежность. При этом военные возможности Франции были сравнимы с германскими, в то время как Авст- ро-Венгрия в схватке «один на один» сражаться с Россией была не в состоянии. Использование же сухопутных сил третьего со- юзника — Италии — было затруднено по географическим сооб- ражениям. Первые наброски плана войны на два фронта принадлежали еще старшему (великому) Мольтке. Собственно, Мольтке, кото- рый все свое стратегическое планирование строил на железнодо- рожных картах, описал основополагающий принцип решения за- дачи: воспользовавшись мобильностью, которую обеспечивали одиннадцать сквозных железнодорожных линий, связывающих западный и восточный театры военных действий, разгромить вой- ска противников поочередно. Это означало, что Германия должна стремиться к быстротеч- ной военной кампании, союзникам же было выгодно затягивание ее. Подготовку театра военных действий (ТВД) стороны осуществ- ляют в соответствии с этим принципом. Франция отгораживается от Германии линией крепостей Туль — Эпиналь — Бельфор — Верден. Россия принимает в ка- честве оборонительной меры более широкую железнодорожную колею (что практически лишает немцев возможности использо- вать русскую железнодорожную сеть) и эвакуирует западный бе- рег Вислы. Германия всемерно улучшает работу железных дорог и вкладывает деньги лишь в две крепости — Кёнигсберг на востоке и Мец на западе. При этом обе они мыслятся как укрепленные лагеря, взаимодействующие с активными полевыми войсками. Важнейшей проблемой Шлиффена был выбор направления пер- вого удара. Затяжная мобилизация в России вынудила германский генеральный штаб поставить первоочередной задачей разгром Франции. Тем самым подразумевалось, что немцы готовы пойти на риск потери Восточной Пруссии и, возможно, всей Австро- Венгрии. Оправдать такой риск могла только быстрая и полная победа над Францией. Вошедшая во все учебники военного искусства оперативная схема 1870 года не устраивала Шлиффена по причи- не медлительности. Добиться своего «идеального конечного ре- зультата» Шлиффен мог только за счет осуществления операции на окружение. ВО Г Собственно, сейчас под «шлиффеновским маневром» понима- ется едва ли не любая операция на окружение. В этом немалая «заслуга» самого Шлиффена, назвавшего свой классический труд «Канны» и постоянно ссылавшегося на опыт Ганнибала: «Битва на уничтожение и сейчас может быть дана по плану, предложенному более двух тысяч лет назад...» Не имея — по условиям местности и составу сил —- возмож- ности произвести двойной обход, Шлиффен принял асимметрич- ную оперативную схему. Главный удар наносился правым крылом. Это крыло, развернутое на 2/5 протяженности Западного фронта, включало 73% всех наличных сил Германии. Шлиффен создавал колоссальное оперативное усиление. Активный — западный — ( ТВД получал 7/8 войск, причем 5/6 из них направлялись на ак- тивный участок. План Шлиффена последовательно логичен: 1. Война с Францией неизбежна. 2. В сложившихся политических условиях это может быть только война на два фронта. 3. При заданном соотношении сил единственная возможность выиграть такую войну — это разгромить войска противников по частям, воспользовавшись преимуществом, которое предоставля- ют действия по внутренним операционным линиям. 4. По условиям и местности быстрая победа над русской ар- мией невозможна. Следовательно, первый удар должен быть на- несен на Западе. 5. Французская армия должна быть разгромлена до полного развертывания сил русских. Это может быть осуществлено только в рамках операции на окружение. 6. Ввиду нехватки сил маневр на окружение должен быть асимметричен. 7. Французская линия крепостей не может быть быстро про- рвана й, следовательно, должна быть обойдена. 8. Такой обход можно провести только через нейтральную тер- риторию — Бельгию или Швейцарию. По условиям местности второй вариант неприемлем. Шлиффен пришел к выводу о необходимости нарушить нейт- ралитет Бельгии, гарантированный всеми великими державами, в том числе самой Германией и Великобританией. Итак, план Шлиффена подразумевал вступление в войну Ве- ликобритании, крайне негативную позицию США и иных нейт- ральных стран. К вооруженным силам противников Германии (и без того превосходящих немецкие) добавлялись шесть бельгийс- ких дивизий и три крепостных района — Льеж, Намюр, Антвер- пен. «Сдавалась» противнику Восточная Пруссия, Галиция, Эль- 131
зас с Лотарингией, Рейнская область. Пожалуй, ни одна опера- ция не требовала такого серьезного обеспечения и не подразу- мевала столь огромного риска. И все это — только ради выиг- рыша темпа! Дело в том, что при всех остальных вариантах шансов на по- беду не было вообще. Здесь же выигрыш темпа мог трансформи- роваться в нечто более реальное: 1. По окончании развертывания правого крыла шесть бель- гийских дивизий попадали под удар 35—40 немецких и должны были быть списаны со счета (вместе с крепостными районами). Германия получала возможность пользоваться богатой дорожной сетью Бельгии и Фландрии. 2. Марш-маневр правого крыла приводил к захвату побережья Фландрии и в дальнейшем — портов Ла-Манша, что создавало угрозу Англии. 3. В течение десяти-двенадцати дней движение армий право- го крыла должно было осуществляться в оперативном «вакуу- ме» — при полном отсутствии сопротивления противника. За это время обходящее крыло, усиленное резервами, успевало развер- нуться на линии франко-бельгийской границы, выходя на фланг частям союзников. 4. В этих условиях контрманевр противника неизбежно запаз- дывал. Превосходящие немецкие силы все время выходили бы во фланг войскам союзников, угрожая их тылу и заставляя прерывать бой. Отступление союзных армий происходило бы в условиях сильного флангового давления и, следовательно, неорганизован- но. Союзные войска, стремясь выскользнуть из-под удара, вынуж- дены были бы отступать на юг, затем — на юго-восток, что не могло не привести к перемешиванию войск и окучиванию их юго- восточнее Парижа. 5. Французская столица, являющаяся важным узлом дорог, политическим и духовным центром Франции, захватывалась в ходе операции без боя. 6. Итогом наступательного марш-маневра через Бельгию и Се- верную Францию должно было стать колоссальное сражение, ко- торое союзникам пришлось бы вести с «перевернутым» фронтом юго-восточнее Парижа. Это сражение, начатое немцами в идеаль- ной психологической и стратегической обстановке, могло привес- ти к разгрому союзных армий. Последние были бы отброшены на восток или северо-восток и уничтожены главными силами армии во взаимодействии с войсками немецкого левого крыла. Итак: «Пусть крайний справа коснется плечом пролива Ла- Манш. Равнение направо, слева чувствовать локоть». Расчет операции по времени: развертывание — 12 дней, марш-маневр через Бельгию и Францию — 30 дней, решающее сражение — 7 дней, «прочесывание» территории и уничтожение остатков армии союзников — 14 дней. Всего 9 недель. Переброс- ка сил на Восток могла начаться между 36-м и 42-м днями опера- ции. План Шлиффена был шедевром, но он требовал от исполни- телей геометрической точности и отчаянной смелости. От гене- рального штаба он требовал еще и тщательной проработки дета- лей. Первой проблемой была общая нехватка сил для задуманного маневра. Шлиффен решил ее простым и революционным путем: составил из резервистов старших призывных возрастов резервные корпуса и включил их в боевую линию. Трудности представляли ключевые фортификационные соору- жения Льежа и Намюра, которые нужно было взять не быстро, а очень быстро, поскольку Льеж входил в зону оперативного раз- вертывания 1-й германской армии. Оперативно эта задача была решена созданием (из соединений мирного времени) виртуальной «льежской армии», которая предназначалась для решения одной- единственной задачи — штурма Льежа — и расформировывалась сразу после ее выполнения. Технически подвижность «льежской армии» обеспечивалась приданием ей парка сверхтяжелых артил- лерийских орудий (выполнено уже при Мольтке). В плане Шлиффена основополагающую роль играла геометрия исполнения. Ведущей силой наступления должна была стать пра- вофланговая армия (в 1914 году — 1-я армия фон Клюка). В дви- жении на запад, юго-запад, юго-юго-запад и юг она должна была опережать другие армии правого крыла (в 1914 году — 2-я армия фон Бюлова и 3-я Хаузена), так же как те должны были обгонять армии Центра. Практически на первом этапе операции все армии двигались по дугам концентрических окружностей, причем центр этих окружностей лежал где-то в южных Арденнах. При этом пузь, который предстояло пройти 1-й армии, был вдвое больше пути 3-й армии и в четыре раза превосходил протяженность мар- шрута 5-й армии. Это подразумевало либо «торможение» цент- ральных армий, либо огромный (свыше 40 км в сутки) темп дви- жения 1-й армии. В противном случае 1-я армия начинала отста- вать, превращаясь из ударной группы во фланговое прикрытие (против несуществующего противника), центр выпячивался впе- ред, и вся партитура наступления разваливалась. Шлиффену необходимо было любой ценой выиграть время. Нужно было замедлить продвижение центральных армий и уско- рить темпы операции на. правом фланге. Первая задача решалась легко. 132 133
Шлиффен до предела ослабил войска не только в Эльзасе —. Лотарингии, но и в Арденнах. Он предполагал, что противник начнет две наступательные операции: вторжение в Эльзас по со- ображениям психологического порядка и наступление в Арден- нах по соображениям стратегическим. Шлиффен отдавал себе отчет в том, что его грандиозный обходный замысел станет в общих чертах известен противнику. У французов было два воз- можных ответа: 1. Отказавшись от всякой идеи наступления, принять чисто оборонительный план. Вложить крупные денежные средства в мо- дернизацию крепости Лилль и развернуть армии Северного фрон- та на линии Верден — Лилль — побережье. Такая схема, предло- женная генералом Мишелем, была разумна, хотя при том опера- тивном усилении, которое планировал Шлиффен, она могла оказаться недостаточной. В любом случае принятие ее было ма- ловероятно по политическим соображениям (национальная пара- нойя с Эльзасом). 2. Проверить на практике шахматный принцип: фланговая атака отражается контрударом в центре. Наступлением крупных сил через Арденны выйти на коммуникации армий немецкого правого крыла и обезвредить их; при благоприятной обстановке самим осуществить операцию на окружение, прижав неприятель- ские войска к голландской границе. Именно эта стратегическая идея легла в основу французского плана развертывания (плана 17). Хотя наступление союзников в Арденнах выглядело для нем- цев очень опасным, Шлиффен его всячески приветствовал. Этот удар останавливал армии центра и даже заставлял их податься назад, что исправляло немецкую оперативную геометрию. Между тем «короткий путь» по бездорожью Арденн требовал для армий начала века больше времени, нежели «длинный путь» по бельгий- ским дорогам. По мысли Шлиффена, союзники должны были бы проигрывать темп в Бельгии быстрее, нежели выигрывать его в Арденнах. (Кроме природных условий свою роль в этом замедлении тем- па должна была сыграть и крепость Мец, занимающая фланговое положение относительно арденнского маневра союзных войск.) Но задержка центра — лишь одно (и по существу негативное, в том смысле, что непосредственно к достижению цели не приво- дит) звено маневра. Шлиффену нужно было обеспечить макси- мальную подвижность правого крыла. На уровне тактики эта за- дача была решена включением в состав полевых войск (в качестве наступательного оружия!) тяжелой гаубичной артиллерии. Мне представляется, что в этом заключена техническая основа плана Шлиффена. Штатное включение тяжелой артиллерии в состав 134 корпусов дало немцам решающее тактическое преимущество в бою. Итак, правофланговые армии имели возможность легко пода- вить сопротивление неприятельских арьергардов и двигаться в свободном пространстве. Оставалась, однако, проблема непре- рывных тяжелых маршей. Если и можно говорить о просчетах графа Шлиффена, то именно в решении этой задачи. Идея частичной механизации — использования автотранспорта для ускорения движения армий правого крыла — напрашивалась... Пройдя мимо этой возможно- сти, Шлиффен допустил ошибку, в общем-то незначительную, в условиях августа 1914 года неожиданно ставшую решающей. (Такман Б, Первый блицкриг. Август 1914. Приложение 5. М.; СПб., 1999. С. 526—540.) 4. Мобилизация и сосредоточение французской армии (по воспоминаниям главнокомандующего французской армией Ж. Жоффра) Мобилизационный план, существовавший к началу войны (план 17), берет свое начало с весны 1913 г. К этому времени казалась необходимой полная переделка пла- на, как по причинам перемен в общем внешнем положении, так и вследствие изменений, внесенных в наши основные законы, прогресса, достигнутого нашим военным оборудованием, и пере- мен, происшедших в техническом применении наших железных дорог. В видах возможного осуществления плана операций, состав- ленного начальником главного генерального штаба, будущим главнокомандующим северо-восточными французскими армиями, высшему военному совету был представлен 18 апреля 1913 г. план мобилизации и сосредоточения, так наз. план 17, одобренный во- енным министром в мае того же года. В общих чертах план мобилизации и сосредоточения сводился к следующему: 1) С организационной точки зрения проявлялась забота со- здать возможно более сильные резервные формирования, сделать их все более и более гибкими и снабдить их по возможности луч- шим командным составом. Таким образом, становилось возмож- ным немедленное их применение наравне с полевыми войсками, вместо того чтобы держать их вдали от крупных перволинейных соединений, как это предполагалось в первоначальных планах. Число резервных дивизий возросло с 22 (план 16) до 25, также 135
вместо приданной ранее к каждому из наших и мобилизованных корпусов одной резервной бригады, каждой действующей дивизии органически придавался один полк резервистов. Все резервисты, не попавшие в действующие части, вливались в одно из таких соединений. Такая организация позволяла, следо- вательно, выставить в первую линию полностью все наши силы, но без слияния и без преждевременного смешения частей, что могло бы ухудшить качество нашего боевого аппарата. 2) Что же касается сосредоточения, то оно является не чем иным, как сбором средств и сил в целях осуществления вырабо- танного плана операций. В плане 17 центр тяжести сил северо-восточного театра был перенесен значительно севернее, чем в предыдущих планах, из-за все более и более вероятного нарушения бельгийского нейтрали- тета германскими силами. Я могу добавить, что до плана 16 сосредоточение происходило к югу от Вердена. В плане 16 поднялись немного севернее и в пла- не 16-бис поднялись еще выше, до Мезьера. Наконец, в плане 17 пошли еще гораздо севернее. В особенности увеличились силы, предназначенные для севера. Общее расположение, предусмотренное для французских ар- мий, заключало первоначально: В первой линии 18 армейских корпусов и 8 резервных диви- зий (распределенных между четырьмя армиями) на фронте между Бельфором и Гирсоном. Во второй линии одна армия из трех армейских корпусов в районе Сен-Дизье, Бар-ле-Дюк; впрочем, при разгрузке этой ар- мии был предусмотрен вариант, позволявший расположить ее пер- воначально более к северу в случае необходимости перенести к северу центр тяжести всего расположения. Необходимо всегда иметь такие варианты, так как вся труд- ность сосредоточения заключается в использовании железных до- рог. Раз сосредоточение начато, уже невозможно брать войска с юга, чтобы перевозить их на север, так как дороги параллельны. Желая произвести фланговое движение, пришлось бы прорезать все линии перевозок. Это невозможно, или приходится возвра- щаться назад к Парижу. Таким образом, могут употребляться толь- ко те варианты, которые были предусмотрены. А этот вариант и был предусмотрен. Между прочим, главнокомандующий непосредственно распо- лагал группами резервных дивизий и некоторым числом перволи- нейных или резервных дивизий, среди которых были алжирские дивизии и те, которые предполагалось перевести с Альп. 3) Для обеспечения сосредоточения по плану 17 предусматри- валось расположение прикрытия, цель которого была позволить 136 нашим армиям произвести выгрузку, сформироваться, соединить- ся и в случае необходимости перейти в наступление без того, что- бы противник мог помешать этим различным операциям. Это прикрытие было значительно усилено по сравнению с по- ложениями плана 16. Действительно, расположение прикрытия согласно плану 16 имело два недостатка: численную слабость час- тей, слишком большую ширину участков, назначенных трем по- граничным корпусам, которые одни должны были обеспечить первоначальное прикрытие. Новый закон о наборе, дав источник живой силы, позволял, с одной стороны, усилить части прикрытия и укомплектовать их почти что по штатам военного времени. С другой стороны, тер- риториальные районы были видоизменены таким образом, что пять из них шли вдоль границы, следовательно, первоначальное прикрытие в начале мобилизации могло быть поручено пяти по- граничным корпусам, располагавшим кавалерийскими дивизия- ми, которые на пятый-шестой день мобилизации должны были быть усилены тремя новыми пехотными дивизиями. Эти пять пограничных корпусов были 7-й, 21-й (новый), 20-й (из Нанси), 6-й (Верденский) и одна дивизия 2-го корпуса. Кроме того, в общем расположении войск по плану 17 при- крытие было придвинуто ближе к границе, чем в предыдущих планах, вследствие стремления высшего командования свести до минимума площадь фРанЦУЗск°й территории, которая подверг- лась бы нашествию немцев в случае ускоренной атаки. С пятого, дня мобилизации командующие 1,2, 3-й и 5-й арми- ями должны были вступить в командование районами прикрытия, соответствующими районам их армий. Войска прикрытия опира- лись на некоторое число временных укреплений, которые долж- ны были дать им возможность долго держаться против превосход- ных сил; эти укрепления согласно плану 17 должны были быть со- оружены в начале мобилизации у Монмеди, на Маасских высотах (Hauts-de-Meuse), на высотах у Нанси (Grand-Couronne de Nancy) и у выхода из леса Шарм. Подготовительные меры, необходимые для сооружения этих укреплений, были подробно разработаны еще в мирное время. Постройка некоторых из них, а именно ук- репление высот у Нанси, уже начала осуществляться за несколько месяцев до мобилизации, именно важнейшие работы на линии сопротивления, передовые же укрепления второстепенной важно- сти должны были начаться только по окончании главных. После того как основы плана мобилизации и сосредоточения были одобрены, можно было приступить к детальной подготовке плана операций, в целях осуществления которого и были вырабо- таны эти основы. Издание приказов, касающихся осуществления составленного плана операций, было задачей генерального штаба. 137
Основная идея плана операций была следующая: ввиду мощ- ности германской армии и количества ее соединений важно было не завязывать против нее сражения, не имея полного наличия наших сил, хорошо спаянных, хорошо согласованных и находя- щихся в связи между собой. Вводя преждевременно в бой отдель- ные части до сосредоточения главных сил, т. е. до того, как мож- но было начать руководить полным наличием наших сил, коман- дование рисковало дать их разбить по частям. Успех может быть одержан только напряжением всех сил, требующих сначала сосре- доточения необходимых средств, их спайки и связи. Как в пограничном сражении, так и в сражении на Марне на- стойчиво стремились к осуществлению этой идеи, и если первое из этих сражений по причинам, которые мы рассмотрим дальше, окончилось неудачей, то этот принцип нашел себе блестящее под- тверждение в успехе второго. Завязать сражение, имея в руках все свои силы, вовсе не зна- чит, что бой, предпринятый для одной и той же стратегической операции, должен разгореться одновременно на всем протяже- нии фронта. Бывают обстоятельства, когда командованию вы- годно завязать бой на некоторых пунктах раньше, чем на других, имея в виду, например, притянуть резервы противника в тот рай- он, куда ему кажется благоприятнее всего это сделать для осу- ществления своего плана. Однако эти действия, распределенные таким образом во времени, являются частью одного целого, где все силы работают бок о бок и в связи между собой и где ни одна из частей не бросается в отдельную операцию без связи со все- ми остальными. Именно в целях осуществления основной мысли план опера- ций в общих чертах намечал, как будет указано ниже, употребле- ние сил, сосредоточенных на северо-востоке. Во всяком случае главнокомандующий намеревался, сосредо- точив свои силы, атаковать германские армии. Активность французских армий должна проявиться в виде двух главных операций — одна на правом фланге, в районе меж- ду лесистыми горами Вогез и Мозелем, другая — на левом, к се- веру от линии Верден — Метц. Обе эти операции будут тесно связаны силами, действующи- ми на Маасских высотах и в Вевре (Woevre). В директивах о сосредоточении не упоминается, о месте воз- можного сосредоточения британской армии. Действительно, в них и не могло говориться об этом по причинам политического харак- тера. Наши военные Конвенции с Англией были в одно и то же время секретны и гадательны, так что в подобных документах о них нельзя было упоминать. Но несмотря на секрет, в котором держалось участие английской армии, оно было детально разра- 138 ботано: были приняты меры для ее выгрузки и сосредоточения, и ее возможное употребление было предусмотрено на том месте, которое логически должно было быть ей оставлено на левом кры- ле расположения французских армий, которое она, таким обра- зом, должна была продолжить. Следовательно, в предвидении, хотя и секретном, британского вмешательства за боевой фронт принимался не один французский фронт, но фронт, продолжен- ный влево. «Директивы о сосредоточении» указывали в общих чертах за- дачи, которые должна была выполнить каждая армия в целях осу- ществления вышеуказанного общего плана, задачи, для выполне- ния которых все необходимые сведения были собраны в одном деле, переданном еще в мирное время каждому предполагаемому командующему армией с таким расчетом, чтобы он был точно ориентирован и мог бы подготовиться к своей будущей роли так, чтобы по объявлении войны не встретилось необходимости в пле- нарном собрании командующих армиями. В 3-м бюро всегда знали, что нужно было сделать и нужны ли какие-либо видоизменения. Мы всегда осведомлялись о том, что надо было делать. В частности, 3-я армия, на которой лежала обязанность под- держивать связь между двумя атакующими армиями, имела сле- дующую общую задачу: (Все нижеизложенное дословно списано с дела.) «3-я армия, обеспечивающая связь между главными предполо- женными операциями на левом берегу Мозеля, с одной стороны, и к северу от линии Верден — Метц — с другой, должна быть го- това: либо отбросить на Метц — Тионвиль неприятельские силы, которые появились бы с этой стороны; либо подготовить первоначальное обложение крепости Метц на ее западном и северо-западном фронтах. Армия будет опираться на Маасские высоты, обладание кото- рыми она обеспечит. Для этой цели она использует с момента прибытия группу ре- зервных дивизий и тяжелую артиллерию, приданную ей для удер- жания позиций, занятие которых предусмотрено. Позже эти же самые части предназначены, чтобы позволить ей осуществить, как было указано выше, обложение Метца». Вот дословно задача армии. Установленный таким образом в мирное время план операций не является неизменной схемой, которая должна точно приме- няться, что бы ни произошло, он выражает только общую идею, проект операций, способы выполнения которых должны приме- няться к обстоятельствам. Таким образом, план операций (а так- 139
же задачи различных армий, назначенных для его выполнения) может быть окончательно принят и выкристаллизован только по- степенно, на основании всякого рода сведений, как дипломати- ческих и политических, так и военных, которые будут постепенно прибывать с началом мобилизации. Сосредоточение, являющееся не чем иным, как первоначаль- ным расположением наших сил в целях осуществления плана опе- раций, не может, таким образом, быть точным расположением уже с мирного времени ne varietur, с которого начинают операцию с момента объявления войны и которое развивается автоматичес- ки, что бы ни случилось. Сосредоточение должно изменяться од- новременно с планом и подобно ему приноравливаться к обстоя- тельствам. Были предусмотрены заранее различные средства, что- бы позволить такое видоизменение, в частности следующее: 5-я армия мало передвигалась, но 4-я шла ей на подкрепление. С конца марта 1914 г. главной квартирой был выработан план добывания сведений для северо-восточной группы армий, дабы точно установить те сведения, которые являлись необходимыми, и средства их получения. В этом плане было обращено особенное внимание на очень вероятную возможность нарушения неприкос- новенности бельгийской территории германскими силами и пре- дусматривались меры, которые необходимо принять, чтобы в слу- чае, если это произойдет, следить шаг за шагом за развитием и объемом этого нарушения. В случае осуществления гипотезы, считавшейся возможной, что неприятель распространит свое движение на левый берег Ма- аса, план добывания сведений ставил, в частности, след, задачу: «необходимо знать, подготовляют ли немцы ускоренную атаку в районе Льежа». Этот план подчеркивал тот интерес, который представляет для нас знание амплитуды движения немцев через Бельгию, пользу, которую представит для нас возможность узнать, производится ли скопление германских сил на голландской гра- нице. Всякое такое сведение представлялось командованию имею- шим первостепенную важность для развития операций. Вот каковы в общих чертах план мобилизации и план опера- ций. Мы говорили о варианте, по которому 4-я армия располага- лась между 3-й и 5-й. Мы имели другой способ распространиться влево — это перевезти туда войска, идущие из Алжира в Марок- ко, взятые с Альп или других мест. Эти-то войска могли позво- лить нам стянуть фронт влево. Я послал туда даже войска, взятые с правого фланга. (ЖоффрЖ. 1914—1915. Подготовка войны и ведение операций. М., 1923. С. 5—12.) 140 5. Стратегические планы германской армии и ее состояние накануне войны (по воспоминаниям Э, Людендорфа) Стратегическое развертывание, состоявшееся в августе 1914 го- да, создалось на почве идей генерала графа фон Шлиффена, од- ного из величайших солдат, которого когда-либо знал мир. Его план был составлен на тот случай, если Франция не уважит ней- тралитет Бельгии или если Бельгия присоединится к Франции. При этих предпосылках вторжение в Бельгию главных сил гер- манской армии получалось естественно. Всякая другая операция парализовалась бы постоянной угрозой из Бельгии правому флан- гу германской армии и исключала бы возможность быстрой раз- вязки с Францией. А такая развязка была необходима, чтобы иметь возможность своевременно отвратить большую опасность русского вторжения в сердце Германии. Наступление на Россию и оборона на Западе при существующей обстановке заранее означа- ли бы, как это показали многочисленные военные игры, затяж- ную войну и были ввиду этого забракованы генералом графом фон Шлиффеном. Мысли графа фон Шлиффена были применены к делу лишь после того, как не осталось никакого сомнения в поведении Бель- гии и Франции. Насколько генерал фон Мольтке вступал в сно- шения с имперским канцлером фон Бетманом по вопросу о дви- жении через Бельгию, я не знаю. Мы все были убеждены в пра- вильности шлиффеновского развертывания. В нейтралитет Бельгии никто не верил. При невыгодах нашего военно-политического положения, в центре Европы, с врагами со всех сторон нам приходилось учи- тывать значительное превосходство неприятеля; мы должны были вооружаться, если не хотели добровольно дать себя задушить. Что побуждало Россию к войне, и потому она беспрерывно усиливала свою армию, было известно. Россия хотела окончательно ослабить Австро-Венгрию и приобрести полное господство на Балканах. Во Франции с новой силой ожила мысль о реванше, старые герман- ские имперские провинции должны были вновь стать французс- кими. События во Франции и введение там трехлетней воинской повинности не оставляли никаких сомнений в господствующих там намерениях. Англия с завистью смотрела на расцвет нашей промышленности, на дешевизну нашей работы и на наше желез- ное прилежание. При этом Германия была самой сильной конти- нентальной державой в Европе. К тому же она имела хороший и быстро развивающийся флот. Это заставляло Англию бояться за свое мировое господство. Англосакс почувствовал угрозу своей барской жизни. Английское правительство сосредоточило в Се- верном море и канале свои морские силы, центр тяжести которых 141
еще недавно лежал в Средиземном море. Угрожающая речь Ллойд Джорджа от 21 июля 1911 года бросала слабый свет на намерения Англии, которые она исключительно удачно скрывала. Все с боль- шею уверенностью надо было рассчитывать, что мы будем вынуж- дены к войне и что это будет война, подобной которой еще не было на свете. Недооценка вероятных сил противников, имевшая i место в невоенных германских кругах, была опасна. j Еще в последний час, осенью 1912 года, когда исчезло всякое сомнение в неприятельских намерениях и когда среди войск, со- знававших свой германский долг, шла напряженная работа с же- лезным прилежанием, я составил план значительного усиления боевых сил, который шел навстречу желаниям благоразумной ча- сти народа и проницательных парламентских партий. Мне удалось I побудить генерала фон Мольтке обратиться с этим планом к им- перскому канцлеру. Последний, вероятно, также считал положе- ние весьма серьезным, так как он сразу выразил свое согласие. Имперский канцлер уполномочил военного министра разработать соответственный проект, но не ввел в свою политику хотя бы не- большие изменения, чтобы сделать ее более ясной, чтобы более определенно поставить ее цели и чтобы правильно учесть пси- хику народов. А этот вывод для себя он должен был бы сделать. Миллиардный проект по своему происхождению не носил агрес- сивного характера, но только сглаживал самые сильные несоот- ветствия и позволял действительно осуществить всеобщую воин- скую повинность. Все еще оставались тысячи военнообязанных, которые не отбывали воинской повинности. Требовалось не только количественное увеличение армии, но преимущественно усиление наших крепостей и материальных средств. Все это дали, но мое крайне настойчиво заявленное пожелание, чтобы были сформированы три новых армейских корпуса, не было ис- полнено. О них даже не был возбужден вопрос. За это последова- ла жестокая расплата. Корпусов не хватало к началу войны, а при новых формированиях, которые мы должны были выставить осе- нью 1914 года, обнаружились все невыгодные последствия имп- ровизации. Позднее новые формирования с самого начала полу- чали более сильные кадры, но зато они ослабляли уже существу- ющие части, которые должны были для этой цели выделять значительный личный состав. Прежде еще, чем весь проект был окончательно проведен, я получил назначение в Дюссельдорф на должность командира 39-го пехотного полка. В этом назначении сыграла роль моя на- стойчивость в требовании этих трех корпусов. Служба в строю — живая работа. Оживленное общение и по- стоянная непосредственная совместная работа с людьми и для лю- дей, которые были вверены моему надзору, обучение офицеров, 142 унтер-офицеров и солдат, военное воспитание юношей и превра- щение их в мужей — все это после долголетней кабинетной рабо- ты меня особенно привлекало. Тринадцать лет я не нес строевой службы. Проверка обучения новобранцев занимала теперь первое место в моей службе в полку. Когда я был молодым офицером в восьмидесятых годах прошлого столетия, семь раз мне вверялось обучение новобранцев, а именно: в 57-м пехотном полку в старом Безеле и в морской пехоте в Вильгельмсхафене, и в Киле. Позднее я еще несколько недель нес службу в 8-м лейб-гренадерском пол- ку в Франкфурте-на-Одере и с 1898 по 1900 г. командовал ротой 61-го пехотного полка в Торне, Это для меня незабвенное время. Теперь в Дюссельдорфе я радовался всему тому, что удержалось с того времени. Я видел, как будущая война приближалась большими шагами, и тем сознательнее ощущал всю тяжесть огветственности, которая лежала на мне как на командире полка. В различных обращениях к корпусу офицеров полка я им указывал на всю серьезность на- стоящего времени. В армии я видел основу обеспечения Германии и ее будущего, а также утверждение внутреннего спокойствия. Что армию надлежит воспитывать в таком направлении, это в 1913 году еще, слава богу, не встречало ни малейших возраже- ний. Дисциплина, распространявшаяся на офицеров и солдат, пред- ставляла для меня фундамент, на котором только и можно было создать боевую подготовку армии. Она могла быть достигнута только при более продолжительном сроке службы. Только то, что вошло в плоть и кровь закаленного дисциплиной человека, будет твердо сохраняться годами и переживет разлагающее влияние боя и сильные душевные испытания продолжительной войны. Хоро- шее обучение мирного времени должно было искупить нашу меньшую численность, которую приходилось учитывать, какая бы война нам ни предстояла. Я ставил себе задачу воспитать в сплоченной дисциплиной ча- сти самодеятельных и охотно устремляющихся к ответственности солдат. Дисциплина должна не мертвить характер, а, наоборот, его укреплять. Она должна создавать общую размерную работу, веду- щую к одной цели и отбрасывающую на второй план всякие по- мыслы о собственной особе. Целью является победа. То, что от человека требуется в бою, не подлежит описанию. Великий под- виг — поднять людей для перебежки под неприятельским огнем, а это еще далеко не самое трудное дело. Какое стремление к от- ветственности и какую невероятную решимость надо иметь, что- бы себя и других вести и посылать на смерть. Это бесконечно трудное дело, о тяжести которого никто не может судить, кто сам не принимал в нем участия. 143
Помимо заботы о людях и подготовки унтер-офицеров для их дальнейшего предназначения особенно важной задачей для меня являлась дальнейшая подготовка корпуса офицеров и воспитание офицерской молодежи. Офицерский кадр мирного времени оста- ется, тогда как офицеры запаса, унтер-офицеры и солдаты меня- ются. Офицерский кадр является, таким образом, носителем духа армии. Как всякий человек, занимающий руководящее положе- ние, офицер должен знать великие дела и историю своего отече- ства. Ничто не может быть без значительного ущерба вырвано из общей исторической связи. Офицер, поддерживаемый унтер-офи- церами, превращается в серьезный момент в защитника государ- ственного порядка — это никто не должен был забывать. В этом заключается главное основание замкнутости офицерского корпу- са и тесно связанного с этим удаления офицеров от политической жизни. Я старался ознакомить моих офицеров с характером современ- ной войны. Я стремился укрепить в них уверенность в своих си- лах, необходимую, чтобы справиться с их тяжелыми задачами. Однако самоуверенность не должна была переходить через край. Я с большим рвением посвятил себя обучению полка и полу- чил удовлетворение, так как полк постоял за себя перед лицом противника. Мне доставило большую радость, когда во время войны я был зачислен в списки полка, а затем был назначен его шефом. После моего увольнения полк сохранил мое имя. Я гор- жусь пехотным полком имени генерала Людендорфа. Я прибыл в Страсбург в апреле 1914 rofta. В это время генерал фон Деймлинг установил там энергичный темп военной жизни. Положение командира бригады резко отличалось от положения командира полка в Дюссельдорфе. Недоставало непосредственной совместной жизни с солдатами и офицерами. Моя работа заклю- чалась в области обучения. Перед войной я успел получить удо- вольствие представить начальству мою бригаду на учебном плацу под Бичем. На очереди стояло мое назначение в большой генеральный штаб квартирмейстером. Я все время продолжал принимать учас- тие в работе генерального штаба. В,мае я был участником поезд- ки генерального штаба, начавшейся в Фрейбурге в Брисгау и за- кончившейся в Кельне. В этой поездке принимал также участие его императорское высочество кронпринц германский. Он серь- езно и с большим усердием работал над своей задачей и одновре- менно обнаружил правильное военное понимание и глазомер в крупных вопросах. В августе я должен был принять участие в так называемой «мучной поездке». В этой поездке должно было на фундаменте стратегического задания обсуждаться снабжение од- ной армии. Нота, предъявленная в конце июля Австро-Венгрией Сербии, встретила меня в Страсбурге. Никто не мог оспаривать степень ее серьезности. Скоро война стала неизбежной. Дипломатия поста- вила германскую армию перед бесконечно трудной задачей. Я с большим напряжением взирал на Берлин и почувствовал теперь, что находился в стороне от всех крупных событий. (Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг. Т. 1. С. 25—29.) 6. Положение на Западном фронте от мобилизации до пограничного сражения (по воспоминаниям Ж. Жоффра) 2 августа, ранним утром, германские войска проникают на территорию Люксембурга. В ночь с 3-го на 4-е германские аван- гарды вступают в Бельгию. Как только это событие становится известным, а это происхо- дит немедленно благодаря нашей разведывательной службе, под- стегнутой планом о добывании сведений относительно возможно- го нарушения нейтралитета Бельгии, они вызывают серьезные ре- шения. Со 2 августа, т. е. в самый день объявления войны, принима- ется решение применить предполагавшийся для сосредоточения 4-й и 5-й армий вариант, т. е. удлинить наше левое крыло к севе- ру, перенеся центр тяжести кверху. 3 августа конному корпусу дается разрешение продвинуть свои дивизии к востоку от Мезьера и 5-го тому же корпусу дается при- каз проникнуть в Бельгию, чтобы уточнить приблизительный кон- тур противника и задержать его колонны. Между 6-м и 8-м становится известным, что одна германская армия, в которой находятся части 5-го армейского корпуса, дви- гается на Льеж и ведет бой против бельгийских сил. Главная груп- па германских армий, по-видимому, находится в районе Метца, перед Гионвилем и в Люксембурге. Эта группа расположена с це- лью в случае падения Льежа дебушировать к западу, расширяя свое движение на Брюссель и дальше. Но противник может так- же, если сопротивление, оказанное Льежем, вынудит его к этому, произвести захождение плечом к югу и использовать все свои силы на нашей границе между Метцем и Намюром, опираясь на крепость Метц. По зрелом рассмотрении всех этих возможностей принимает- ся решение, переданное в армии 8 августа, «искать сражения все- ми соединенными силами, оперев правое крыло расположения на Рейн». И для лучшей ориентировки исполнителей в предполагае- мом применении плана и той обстановке, в которой будет нахо- 144 145
диться противник к моменту его выполнения, было специально указано, что левый фланг всего расположения в случае необходи- мости будет отнесен назад, дабы избежать столкновения, которое может стать решительным для одной из армий, прежде чем ос- тальные будут в состоянии ее поддержать; и наоборот, левое кры- ло будет продвинуто вперед, в случае если правый фланг против- ника задержится у Льежа или спустится к югу. Здесь-то и видно применение руководящей мысли, царившей при разработке пла- на, — дать бой только в том случае, когда все наши силы будут находиться в руках командования. Подобная общая инструкция не есть приказ, который необхо- димо выполнить на следующий же день. Это директива, на осно- вании которой исполнители принимают свои решения. Директи- вы этого рода могут привести к сражению лишь через 10—12 дней. Всякая большая точность была бы преждевременной, так как в то время, когда эта инструкция появилась, перевозки по сосре- доточению были начаты только с 5 августа и должны были быть закончены лишь 18. В период, начинающийся с 14 августа и доходящий до сраже- ния на границе 21 августа, видно развитие руководящей мысли операций, все больше и больше подтверждающееся по мере раз- вертывания событий. Общий план содержит главную атаку, ведущуюся нашими си- лами левого крыла; таким образом, необходимо в первую очередь возможно больше увеличить эти силы. Этому содействует целый ряд последовательно принимаемых мер до 16 числа. Так, 3-я армия усиливается одной резервной дивизией. 21 и 23 августа она получает 2 другие. 5-я армия усиливается двумя африканскими дивизиями, одной группой резервных дивизий и целым армейским корпусом, взя- тым из 2-й армии. 4-я армия получает 2 дивизии. Затем, т. к. роль 3-й армии заключалась в принятии участия в операциях левого фланга, пришлось постепенно освободить эту армию от заботы прикрытия своего правого фланга от сил, могу- щих дебушировать со стороны Метца. Следовательно, необходи- мо было обложить эту крепость с запада. Две задачи, одна наступательная, другая оборонительная, два начальника. Такое положение является сначала объектом приказа от 16 ав- густа, дающего задачу 3-й группе резервных дивизий, оставаясь в распоряжении 3-й армии, начать обложение фронта Метца; затем приказа от 17 августа, создающего Лотарингскую армию, предназ- наченную сначала для маскировки, а затем обложения укреплен- 146 ного лагеря Метца. Эта задача заключает в себе также занятие вновь района Брие (Briey). Наконец, общий план операций, приспособляющийся каждый день к обстоятельствам, становится окончательным и 12 августа получает осуществление. В общих чертах он требует: Развить главное усилие через Люксембург и бельгийский Люк- сембург, угрожая тем самым коммуникациям германских сил, пе- реправляющихся через Маас между Намюром и голландской гра- ницей: это задача, возложенная на 3-ю и 4-ю армии. Развить 1 -й hJ-й армиями второстепенное усилие между Мет- цом и Вогезами с целью приковать противника, который, как чув- ствуется, скользит к западу и который может врезаться во фланг нашим армиям, атакующим в Люксембурге. Наконец, оставив в Арденнском лесу только завесу, задержать германские силы, которые дебушируют от Мааса, на срок, необ- ходимый, чтобы атака люксембургских армий дала почувствовать свое действие. Это задача трех армий левого крыла: 5-й французской армии, между Самброй и Маасом; британской армии, подвинутой до Монса, и бельгийской, с которой британская армия должна по- степенно связаться. Здесь и идет как раз речь о стратегической операции, веден- ной при содействии всех наших сил. Однако все 3 упомянутых действия, хотя и составляют части одного целого, не должны на- чаться одновременно. Сначала нужно приковать противника, зас- тавить его ввести в бой возможно больше сил там, где не добива- ются решения, и во всяком случае не допустить их перевозки на другие части фронта. Таким образом, натиск на второстепенном участке будет начат первым. Если будет возможность опереть правое крыло на Рейн, что явится задачей эльзасской армии, то этот натиск получит от- личные условия для своего продолжения и сможет быть лучше организован. В продолжение всего этого периода, в течение которого план операций уточнялся и применялся к общей обстановке в зависи- мости от сведений, полученных о противнике, идея обложения Метца, являющегося непременным условием для занятия вновь района Брие, все время жила и была неукоснительно выражена в различных приказах. От исхода начинающегося сражения зависел успех этой операции, к осуществлению которой все время стре- мились. Намеченное наступление не удалось. Однако нас раздавило не численное превосходство. Действительно, различные принятые меры, изложенные выше, позволили нам завязать сражение не 147
только с численностью, приблизительно равной численности гер- манских сил, но даже при одинаковом распределении этих сил как со стороны союзников, так и со стороны немцев, а именно: 1/3 между Рейном и линией Верден — Метц (включительно); 2/3 к северу от линии Верден — Метц. Но левое крыло союзников имело перед лучшими частями гер- манской армии элемент разнородный и неодинакового качества (английская армия, бельгийская и т. д.). С другой стороны, одной из главных причин неудачи наступ- ления было то, что наш боевой аппарат не дал полностью того, что вправе были от него ожидать. Произошли многие случаи неустойчивости в наших крупных соединениях, из которых некоторые захваченные врасплох или неудачно введенные в бой быстро растаяли и отхлынули, подвер- гая соседние части серьезным потерям. Это было самое трудное время моей жизни. При таких обстоятельствах главнокомандующий считал своим непременным долгом снять с должностей начальников, на кото- рых ложилась ответственность за такие случаи неустойчивости. Выполнение этого долга было особенно тяжелым, т. к. неко- торые из пострадавших от этой меры отличались в мирное время блестящими качествами. Но на войне недостаточно ума и организаторских способнос- тей. Кроме того, начальник должен обладать высоким духом и со- хранять полное самообладание, что позволит ему среди трудно- стей сражения передать свое спокойствие подчиненным. На карте стояла судьба страны. Важно было не пустое удов- летворение в применении карательных мер, но действительно не- обходимо было предупредить возможность повторения неустойчи- вости, столь вредной для общественного блага. Последующие со- бытия доказали, что преследуемая цель была достигнута. Перед такими результатами горечь и обида не считаются. (Жоффр Ж. 1914—1915. Подготовка войны и ведение операций. С. 13—17.) 7. Положение на Западном фронте от пограничного сражения до сражения на Марне (по воспоминаниям Ж. Жоффра) Пограничное сражение кончилось неудачей, 2-я и 1-я фран- цузские армии своей первоначальной инициативой спасли Нанси и прикрыли наше правое крыло в Вогезах. Но 3-я, 4-я и 5-я фран- цузские армии должны уступить, 4-я армия успешно производит на Маасе контратаку против корпусов 4-й германской армии, де- буширующих от Седана, и ей удается отбросить их к реке. Но се- 148 верная, 1-я германская армия, свободная в своих движениях, ка- тится форсированными маршами через Бельгию. Бельгийская ар- мия в Антверпене. Английская армия отходит. Для трех право- фланговых германских армий путь открыт. Прежде всего нужно приступить к новой группировке наших сил в целях производства стратегического маневра, стремящегося избежать охвата, и вновь занять в пределах возможности охватыва- ющее положение; сформировать к западу от англичан одну фран- цузскую армию, усилить все наше расположение левого крыла. Та- ким образом, поставить союзные армии в такое положение, из ко- торого они могли бы возможно скорее получить превосходство над противником, является основной целью и всякие другие соображе- ния, как, например, занятие вновь района Брие, становятся второ- степенными по сравнению с целью спасти наши армии. С 25 августа задуман новый маневр и в общих чертах зафик- сирован следующим образом : «Т. к. предположенный наступа- тельный маневр не смог быть осуществлен, то последующие опе- рации будут вестись с целью воссоздания на нашем левом крыле путем соединения 4-й и 5-й армий, английской армии и новых сил, взятых из восточного района, группы inasse), способной вновь перейти в наступление, в то время как остальные армии будут сдерживать натиск противника. В своем отступательном движении 3-я, 4-я и 5-я армии должны каждая считаться с дви- жением соседних армий, с которыми ей вменяется в обязанность поддерживать связь». Общая линия, с которой должно начаться наступательное дви- жение, упирается правым флангом (3-я армия) в Верден; эта ли- ния определяется рекой Эн, Краонн, Лаон, ла Фер, район Муа (Моу), С.-Кантэн, Верман, Соммой, от Гама (Наш) до Брэ (Bray). Для постепенного создания новой группировки сил, предполагае- мой в районе Амьена, притягиваются 7-й армейский корпус, 6-я резервная дивизия из Эльзаса, 5-я и 56-я резервные дивизии из лотарингской армии, 61-я и 62-я резервные дивизии из парижс- кого укрепленного лагеря и впоследствии 4-й армейский корпус, взятый из 3-й армии, и 45-я пехотная дивизия, прибывающая из Африки. Все эти силы, которые составят 6-ю армию, будут подчинены генералу Монури, располагающему штабом прежней лотарингс- кой армии. На левом фланге 6-й армии должен будет находиться конный корпус, затем на Сомме, от Пикиньи (Piequigriy) до моря, завеса, созданная из территориальных дивизий. Для этой задачи было вполне достаточно территориальных дивизий, прикрытых Сом- мой; служба этой завесы имела скорее наблюдательный характер с целью остановить неприятельскую конницу. 149
План, точно формулированный 27-го в специальной инструк- ции, содержит в себе наступление 6-й армии на правый неприя- тельский фланг в направлении на северо-восток. Таким путем стремятся к охвату неприятельского правого крыла. При таких обстоятельствах, когда от успеха этого плана зави- села судьба страны, все стушевалось перед его осуществлением, и каковы бы ни были частные успехи, которых некоторые исполни- тели думали достигнуть на своих участках фронта, стремление к таким успехам не могло приниматься в расчет перед лицом необ- ходимости выиграть общее сражение, что было важно прежде все- го. Если успех этого сражения, вызывая необходимость изъятия сил из восточных армий, лишал эти последние возможности одер- жать некоторые частные успехи, не имеющие будущности и не влияющие на общую обстановку, то это изъятие представлялось маловажным по сравнению с серьезностью операции, развертыва- ющейся в другом месте. Однако обстоятельства не позволяют выполнить задуманного плана в первоначально намеченном районе. Отступление англий- ской армии сильно стеснено противником, угрожающим также 28 августа району выгрузки 6-й армии. Контратака, произведенная 29 августа 5-й армией в районе Гиза, дала, правда, английской и 6-й армиям некоторую передышку, однако недостаточную, чтобы 6-я армия могла закончить в указанном районе свое далеко еще неполное сосредоточение. Вы видите трудность такого отступления. Ежеминутно прихо- дится наносить прямые контрудары, чтобы остаться сгруппиро- ванным. Ввиду того, что непременным условием успеха остается при- казанная перегруппировка наших сил и сохранение их взаимной связи, является необходимость отдать распоряжение о новом от- ступательном движении. 5-я армия должна будет воспользоваться своим успехом, чтобы отвести свои силы за Серру (Serre), 6-я ар- мия получает общим направлением своего отступления Париж, который необходимо прикрыть; одновременно Руан указывается как направление отступления левофланговым территориальным дивизиям. Маршалу Френчу, который 30-го не считает себя способным немедленно сыграть активную роль в общем предполагаемом рас- положении, просит разрешения отойти за Сену, к Манту, указы- вается путь отступления восточнее Парижа, т. е. за Марну, между Mo (Meaux) и Нейи-на-Марне, с условием впоследствии вновь перейти на запад, обойдя Париж с юга. Перегруппировка наших сил, необходимая для предположен- ного маневра, в данный момент первенствует по важности перед всеми остальными соображениями. Она должна производиться с 150 уступкой территории, только строго необходимой для ее посте- пенного осуществления и сохранения связи армий между собой. Эта мысль несколько раз напоминается армиям, в частности, в сношении от 31 августа, которое помимо всего прочего настой- чиво требует от маршала Френча «не отводить свою армию, если мы сами не будем вынуждены уступить некоторый район». Все та же необходимость перейти вновь в предполагаемое на- ступление только с достаточно восстановленными и спаянными армиями заставляет считать преждевременной атаку 6-й армии 31 августа, число, когда генерал Монури считал возможным (толь- ко в случае крайней необходимости) начать действовать против правого крыла противника. В то же время дыра, существовавшая между нашими 6-й и 5-й армиями, подвергала эту последнюю опасности быть самой охваченной 1-й германской армией. Эта дыра образовалась вследствие отхода английской армии. Таким образом, представилось еще необходимым получить не- которое свободное пространство для обеспечения спайки наших сил. В то время как генерал Монури получает напоминание, что его роль заключается в прикрытии Парижа, что он должен отсту- пать на столицу и теперь же войти в связь с военным губернато- ром, устанавливаются рамки нового наступления, подготовляемо- го в целях осуществления, когда это позволят обстоятельства дав- но задуманного плана. Охватывающее движение противника на левом фланге 5-й ар- мии, недостаточно остановленное английскими войсками и 6-й армией, заставляет все наше расположение заходить вокруг свое- го правого крыла (Верден): «Как только 5-я армия избежит опасности охвата, предприня- того против ее левого крыла, 3-я, 4-я и 5-я армии совместно пе- рейдут вновь в наступление. Отступательное движение может по- вести армии в течение некоторого времени к отходу в общем на- правлении с севера на юг. Пределом отступательного движения, не считая, что такое ука- зание вынуждает обязательно достигнуть этого предела, можно наметить момент, когда армии будут в следующем положении: один конный корпус нового формирования — за Сеной, в районе Брэ (Вгау); 1-я армия — за Сеной, к югу от Ножан-на-Сене; 4-я армия: отряд Фоша — на р.Об; главные силы — за Орнэн (Omain) к востоку от Витри; 3-я армия — к северу от Бар-ле-Дюка». Кроме того, все с той же целью начать намеченное наступле- ние только вполне спаянным фронтом, кснда маршал Френч предлагал выбрать оборонительную линию «на реке Марне» и 151
держаться с английской армией в районе Нантей-ле-Одуэн (Nanteuil-le-Haudouin), ему ответили, что, может быть, общее по- ложение не позволит завязать сражение в этом районе с макси- мальными шансами на успех, и ему осторожно было предложено в случае необходимости постепенно отойти на левый берег Сены между Меленом (Melun) и Жювизи для поддержания связи с французскими армиями. Наконец, на случай, если группировка наших армий на выше- указанной линии будет недостаточно прочной, 2 сентября пред- писывается, что общая линия, до которой армиям позволяется от- ходить, все время поддерживая связь, может быть отнесена до Пон-на-Ионне (Pont-sur-Yonne), Ножана-на-Сене, Арси-на-Обе, Бриени-ле-Шато, Жуэнвилль. План предполагаемого сражения остается неизменным. Английской армии предлагается принять в нем участие: 1) удерживая течение р. Сены от Мелен до Жювизи; 2) двинувшись вперед с этого же фронта, когда 5-я армия перей- дет в атаку, в то время как парижский гарнизон должен одновре- менно действовать в направлении на Mo (Meaux). Но 4 сентября утром обстоятельства становятся благоприятны- ми, перегруппировка наших сил с этого момента достаточно за- кончена, чтобы позволить 5-й армии избегнуть охватывающего маневра, направленного против ее левого крыла. Расположение, к которому стремится инструкция № 4 от 1 сентября и которое должно позволить охват правого германского крыла, по-видимо- му, накануне осуществления. Таким образом, нет необходимости продолжать отступление до позиций, указанных в предыдущих инструкциях как крайние, и момент перехода в наступление приближается. Приказ о переходе в наступление дается 6 сентября. Исходная линия наступления сможет быть гораздо севернее, чем та, которая была назначена как крайняя, так как она будет проходить северо-восточную окраину Мо, Шанжи, Куломмье, Куртакон, Эстернэ, Сезанн, по южному берегу с Гондских болот, по северной окраине Ревиньи. План сражения, завязанного 6 сентября, результатом которого должна была быть победа над германскими армиями, был, таким образом, составлен еще 25 августа, но благоприятные обстоятель- ства для исполнения его наступили только 6 сентября. Осуществ- ление этого плана вызвало необходимость отступления, которому были указаны крайние пределы и которое стратегические условия позволили остановить ранее достижения этого предела. Ибо это отступление не имело другой цели, кроме предписанной и согла- сованной перегруппировки наших сил, и исполнители, ограничи- вая отступления до минимума, действовали в полном соответ- ствии со взглядами главнокомандующего, лишь бы при этом они продолжали держать самую тесную связь с соседними частями. 152 Весь этот период, в течение которого вследствие различных обстоятельств первоначальный план должен был быть заменен но- вым, решил судьбу французского оружия и даже всей Франции. Все стушевывалось перед этой необходимостью, и, конечно, было не время думать о новом занятии Брэ, когда для успеха намечен- ного маневра и получения превосходства над противником надо было начать, хотя и скрепя сердце, с оставления части националь- ной территории. (Жоффр Ж. 1914—1915. Подготовка войны и ведение операций. С. 18—23.) 8. Западный фронт после сражения на Марне (по воспоминаниям Ж. Жоффра) Разбитые неприятельские армии отступают. Началось пресле- дование. В то время как наши левофланговые армии имеют зада- чей обходить правое германское крыло в направлении на запад, наши армии центра сосредоточивают свои усилия против центра и левого крыла противника, 3-я армия должна стремиться пере- резать сообщения противника, начав энергичное наступление к северу по открытой местности между Аргоннами и Маасом, опи- раясь на Маасские высоты и крепость Верден и обеспечивая при- крытие своего правого фланга. Но вскоре преследование по разным причинам должно пре- кратиться. Противник, оставивший в наших руках пленных и ма- териальную часть, оказывает сопротивление, 6-я армия, хотя и усиленная, делает безуспешные попытки осуществить тактичес- кий охват правого германского крыла. Противник стремится парировать наш охватывающий маневр попыткой такого же маневра на нашем левом фланге. Начинается бег к морю, переносящий все внимание на наше левое крыло, куда постоянно должны направляться наши резервы, в районе которого можно искать решения, и этот бег к морю кончается немного позднее, после сражений в районе Ипра, стабилизаци- ей на этой части фронта, так же как и на остальных частях. Если немцы не могли быть обойдены, то, по крайней мере, они в свою очередь не сумели обойти нас и угрожать английским со- общениям. В течение всего этого периода все взоры по необходимости были обращены к нашему левому крылу, так как именно здесь ра- зыгрывалась судьба сражения. Остальная часть фронта, будь то Брэ или какой-нибудь другой пункт, представляла собой второсте- пенный интерес. 153
Когда зимой 1915 г. фронт всюду установился, встал вопрос оЛ прорыве, чтобы затем использовать до максимума последствия та- кого прорыва. И в этом смысле важнее всего было изыскание пункта или пунктов прорыва, не ввиду той или иной частной цели, как. например, отвоевание какого-нибудь определенного района, а для того, чтобы прорыв мог иметь для противника са- мые серьезные последствия, в частности, заставил его отвести свой фронт на максимальное расстояние, если удастся достигнуть прорыва на этих пунктах. Вот какими соображениями руководился главнокомандующий при выборе пунктов атаки. На каждом командующем армией ле- жал долг изучить возможность действия на расположенном перед ним участке фронта и представить свои проекты главнокоманду- ющему. Правом и даже обязанностью главнокомандующего было сделать выбор среди этих проектов, т. к. в действительности толь- ко ему одному известны те средства, которыми он располагал для выполнения этих операций; только он мог судить об осуществи- мости этих проектов, а также только он один мог отдать себе от- чет в том, могут ли эти проекты дать важные стратегические ре- зультаты, соответствующие общей цели, которая всегда остается неизменной, — разбить неприятеля. (ЖоффрЖ. 1914—1915. Подготовка войны и ведение операций. С. 24—25.) 9. Из воспоминаний генерала А. А. Брусилова о задачах русской армии в начале войны С начала войны, чтобы спасти Францию, Николай Николае- вич совершенно правильно решил нарушить выработанный рань- ше план войны и быстро перейти в наступление, не ожидая окон- чания сосредоточения и развертывания армий. Потом это стави- лось ему в вину, но в действительности это было единственно верное решение. Немцы, действуя по внутренним операционным линиям, естественно, должны были стараться бить врагов пооче- редно, пользуясь своей развитой сетью железных дорог. Мы же с союзниками, действуя по внешним линиям, должны были нава- литься на врага сразу со всех сторон, чтобы не дать немцам воз- можности уничтожать противников поочередно и перекидывать свои войска по собственному произволу... Францию же необходимо было спасти, иначе и мы с выбыти- ем ее из строя сразу проиграли бы войну. (Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1963. С. 75—76.) 10. План стратегического развертывания русской армии от 1 мая 1912 г. Подлинные Высочайше утверждены 1 мая 1912 г. Генерал- квартирмейстер Генерального штаба Генерал-майор (подпись). По мобилизационному расписанию 1910 года. ВЫСОЧАЙШИЕ УКАЗАНИЯ КОМАНДУЮЩИМ ВОЙСКАМИ НА СЛУЧАЙ ВОЙНЫ С ДЕРЖАВАМИ ТРОЙСТВЕННОГО СОЮЗА I Германия, Австро-Венгрия и Румыния, превосходя нас в быс- троте мобилизации и сосредоточения, могут открыть войну втор- жением в пределы нашего отечества. Германия при современной обстановке должна неминуемо раз- делить свои силы, причем наиболее вероятно, что в начале войны она соберет большую часть войск на своей западной границе. В зависимости от обстановки, которая определится в начале войны, подлежат разработке два плана развертывания наших воо- руженных сил: 1) для направления большей части наших сил против Австро- Венгрии (план А) и 2) для направления большей части наших сил против Герма- нии (план Г). II Высшее начальствование над всеми вооруженными силами, как сухопутными, так и морскими, предназначенными действо- вать против держав Тройственного союза, объединяется в лице верховного главнокомандующего; лицу этому непосредственно подчиняются главнокомандующие армиями фронтов, командую- щие армиями, не входящими в состав фронтов, и командующие морскими силами соответствующих морей. Штаб верховного главнокомандующего формируется в Петер- бурге; затем — Лунинец или Минск. В первые дни по объявлении мобилизации участие в военных действиях могут принять лишь войска пограничных округов. Начальствование над войсками пограничных округов, хотя и входящими по боевым расписаниям в состав разных армий, вре- менно — впредь до прибытия и вступления в должности соответ- ствующих командующих армиями — объединяется в лице коман- дующего той армией, во главе которой становится командующий войсками данного пограничного округа. Командующие армиями, объединяющие в первые дни моби- лизации в своих руках командование всеми войсками данного по- 154 155
граничного округа, при всех своих распоряжениях должны иметь в виду изложенные ниже первоначальные задачи, возлагаемые на соответствующие армии. [...] IV Задачи, состав армий и районы сосредоточения изложены ниже; они определены в соответствии с тем, будет ли решено на- правление большей части наших сил против Австрии (план А) или против Германии (план Г). План А Общая задача сосредоточения. Переход в наступление против вооруженных сил Германии и Австро-Венгрии с целью перенесе- ния войны в их пределы. 1. Армии германского фронта Главнокомандующему армиями германского фронта подчиня- ются 1-я и 2-я армии. Штаб главнокомандующего формируется в г. Волковыск, затем Лида. Задача армий фронта: поражение германских войск, остав- ленных в Восточной Пруссии, и овладение последней с целью создания выгодного исходного положения для дальнейших дей- ствий. 1-я армия: гвардейский, 1, 3-й и 4-й арм. корпуса; 53, 54, 56, 57, 68, 72-я и 73-я пех. дивизии, 1-я и 2-я гвард.; 1, 2-я и 3-я кав. дивизии и 1-я отдельная кав. бригада. Всего 15 мех. дивизий и одна стрелковая бригада; 5 1/2 кав. дивизий. Командующему армией подчиняются все крепости, на- ходящиеся в районе армии. Штаб армии — Вильна. Армия сосредоточивается главными силами на среднем Нема- не, между Ковна и Друскеники включительно. Первоначальная задача 1-й армии: разведка противника на фронте от Поланген до Лык включительно; наблюдение за Бал- тийским побережьем в районе армии; прикрытие мобилизации и общего сосредоточения; подготовка к наступлению, обратив осо- бое внимание на обход Мазурских озер с севера. 2-я армия: 2, 6, 13-й и 15-й арм. корпуса; 3-я гвард. и 2-я пех. дивизии; 1-я. стр. бригада; 59, 76, 77-я и 79-я пех. дивизии; 4, 5, 6-я, 15-я кав. дивизии. Планы развертывания 1-й и 2-й армий Всего 14 пех. дивизий и одна стрелковая бригада; 4 кав. диви- зии. Командующему армией подчиняются все крепости, находя- щиеся в районе армии. 156 Штаб армии формируется в Варшаве, затем Волковыске. Ар- мия сосредоточивается главными силами в районе Гродно, Бело- сток, Ломжа. Первоначальные задачи 2-й армии: разведка противника в Во- сточной Пруссии к западу от Лык, наблюдение за германской гра- ницей в районе армии; прикрытие мобилизации и общего сосре- доточения; подготовка к наступлению, обратив особое внимание на обход Мазурских озер с запада. Район Белосток, Гродно армия должна сохранить в своих ру- ках при всякой обстановке. 2. Армии австрийского фронта Главнокомандующему армиями австрийского фронта подчиня- ются 4-я, 5-я и 3-я армии. Штаб главнокомандующего формируется в Киеве, затем Коб- рине. Задача армий фронта: поражение австро-венгерских армий, имея в виду воспрепятствовать обходу значительных сил против- ника на юг за Днестр и на запад к Кракову. Подписал: военный министр, генерал от кавалерии Сухомлинов Скрепил: начальник Генерального штаба, генерал от кавалерии Жилинский (Восточно-Прусская операция. Сборник документов. М., 1939. С. 27—29. Далее: Восточно-Прусская операция.) 11. План проведения военной операции в Восточной Прусии Письмо начальника штаба верховного главнокомандующего Н. Н. Янушкевича на имя главнокомандующего армиями Северо- Западного фронта Я. Г. Жилинского с изложением плана проведе- ния военной операции в Восточной Пруссии Начальник штаба верховного главнокомандующего 28 июля /10 августа 1914 г. № 345 Петербург Милостивый государь Яков Григорьевич! Верховный главнокомандующий повелел мне сообщить ваше- му высокопревосходительству о нижеследующем. По имеющимся вполне достоверным данным Германия напра- вила свои главные силы на западную свою границу против Фран- ции, оставив против нас меньшую часть своих сил. Хотя эти силы с полной достоверностью еще не выяснены, но можно предпола- гать, что в Восточной Пруссии немцами оставлены 4 корпуса (1-й, 20-й, 17-й и 5-й) с несколькими резервными дивизиями и 157
ландверными бригадами; сверх того гарнизон Кёнигсберга из ча- стей неполевых войск. С нашей стороны к вечеру 12-го дня мобилизации, т. е. к 29 июля (12 августа), в 1-й армии будут собраны полностью вся кавалерия (5% кавалерийских дивизий), 3-й и 4-й корпуса, 5-я стр. бригада, 28-я пех. дивизия (20-го корпуса), к которой можно было бы еще притянуть два полка 29-й пех. дивизии — всего: 96 бат. 132 эск. (сотни). С 12-го же дня мобилизации начинают при- бывать с Ковна второочередные дивизии, которые, следователь- но, освобождают из Ковна части 8-й пех. дивизии. Имея в виду, что из состава 1-й армии исключены гвардейский и арм. корпуса, следует признать, что войска 1-й армии к вечеру 2-го дня моби- лизации закончат свое сосредоточение, так как большая часть вто- роочередных дивизий, включенных в состав 1-й армии, направля- ется в Риго-Шавельский район, потерявший при нынешней об- становке свое значение. Что касается 2-й армии, то, за исключением 13-го корпуса, она заканчивает свое сосредоточение еще ранее срока, указанно- го для 1-й армии; в составе ее к вечеру 12-го дня мобилизации будут находиться: 4 кав. дивизии, 2-й, 6-й, 15-й и 23-й корпуса, а равно и 1-я стр. бригада, всего — 136 бат. 96 эск. (сот.). Если даже исключить из этого состава 2-ю пех. дивизию, ко- торую, быть может, придется оставить в Новогеоргиевске, а также 1-ю стр. бригаду, отходящую в Варшаву, то все-таки численность 2-й армии будет определяться в 112 бат. 96 эск. (сот.). В общей сложности армии Северо-Западного фронта к вечеру 12-го дня мобилизации будут иметь готовыми к наступлению: 208 бат. 228 эск. (сот.) полевых только войск, в то время как нем- цы, по-видимому, будут в состоянии противопоставить нам 4 по- левых корпуса 100 бат. С резервными и ландверными частями. Принимая во внимание, что война Германией была объявлена сначала нам и что Франция как союзница наша считала своим долгом немедленно же поддержать нас и выступить против Герма- нии, естественно, необходимо и нам в силу тех же союзнических обязательств поддержать французов ввиду готовящегося против них главного удара немцев. Поддержка эта должна выразиться в возможно скорейшем на- шем наступлении против оставленных в Восточной Пруссии не- мецких сил. На основании изложенной обстановки верховный главноко- мандующий полагает, что армиям Северо-Западного фронта необ- ходимо теперь же подготовиться к тому, чтобы в ближайшее вре- мя перейти в спокойное и планомерное наступление, положив в основу плана наступления нижеследующие общие руководящие соображения. 158 Наступление могла бы начать 1-я армия, которая должна при- тянуть на себя возможно большие силы немцев; наступление это должно вестись севернее Мазурских озер с охватом левого фланга противника. 2-я армия могла бы наступать в обход Мазурских озер с запа- да, имея задачей разбить немецкие корпуса, развернувшиеся меж- ду Вислой и Мазурскими озерами, и тем воспрепятствовать отхо- ду немцев за Вислу. Между 1-й и 2-й армиями должна быть установлена тесная связь путем выставления против фронта Мазурских озер достаточ- но прочного заслона. Таким образом, общая идея операции могла бы заключаться в охвате противника с обоих его флангов. Обеспечение этой операции с ее левого фланга достигается р. Вислой с крепостью Новогеоргиевск и перевозимыми к Варша- ве частями гвардейского и 1-го арм. корпусов, первые эшелоны коих начнут прибывать в Варшаву с 12-го дня мобилизации. По мнению верховного главнокомандующего, наступление ар- , мий Северо-Западного фронта могло бы уже начаться с 14-го дня мобилизации. Выражаю глубокую уверенность в том, что войска армий Се- веро-Западного фронта исполнят свой долг. Памятуя, как необхо- дима России первая же победа, верховный главнокомандующий ожидает представления ваших соображений о времени и порядке выполнения его предуказаний. Прошу принять уверение в совер- шенном моем уважении и преданности. Н. Янушкевич. (Восточно-Прусская операция. С. 85—86.) 12. Директива о переходе русскими войсками границы Директива главнокомандующего армиями Северо-Западного фронта Я. Г. Жилинского командующему 1-й армией от 31 июля / 13 августа 1914 г. о переходе русскими войсками границы и начале боевых действий Директива командующему 1-й армией № 1 (Карта 10) Гор. Волковыск Противник направил большую часть своих сил на свой запад- ный фронт против Франции. По имеющимся у нас сведениям в Восточной Пруссии им оставлено от трех до четырех корпусов и несколько резервных дивизий и ландверных бригад. 159
Авангарды его выдвинуты к границе, но его главные силы не- сомненно находятся за линией озер. Я предполагаю перейти в решительное против него наступ- ление с целью разбить его, отрезать от Кёнигсберга и захватить его пути отступления к Висле, для чего 1-й армии наступать от линии Вержболово, Сувалки на фронт Инстербург, Ангербург в обход линии Мазурских озер с севера, а 2-й армии — от линии Августов, Граево, Мышинец, Хоржеле на фронт Летцен, Руджа- ны, Ортельсбург и далее к северу, причем главные силы армии будут направлены на фронт Руджаны, Ортельсбург во фланг и тыл линии озер. Таким образом, наступление будет ведено в обход обоих флан- гов противника, находящегося в озерном пространстве. Имея в своем составе многочисленную конницу, 1 -я армия должна по пе- реходу через р. Ангерап возможно глубже охватить левый фланг противника с целью отрезать его от Кёнигсберга. На кавалерию возлагается: заслонить, скрыть от неприятеля направления наших корпусов, закрепить за собой наиболее важные пункты, захватить переправы для нас и разрушить дальние в тылу, дабы помешать угону подвижного состава железных дорог. Во исполнение изложенного предписываю 1-й армии утром 3 августа перейти границу конницей, поддержанной отрядами пехоты, и оттеснить передовые части противника, закрепив за собою занятые пункты, а 4 августа — перейти границу всеми тремя корпусами, входящими в состав армии, направляя их пер- воначально на фронт Инстербург, Ангербург, а затем, развивая наступление, в охват левого фланга противника. При этом на- ступлении надлежит оставить достаточной силы заслон против Летцен, откуда можно ожидать перехода германцев в наступле- ние. 2-я армия будет наступать своим правофланговым корпусом от Августов на Лык, Арис и Летцен, перейдя границу 6 августа. Неприятель на всем фронте и во всех случаях должен быть энергично, с упорной настойчивостью атакован. Эти указания не касаются укреплений Летцен, на случай ата- ки коего последует особое приказание. Линией, разграничивающей районы действий 1-й и 2-й армий, назначаю линию селений Липовка, Поломен, Солтманен, Летцен, причем вся эта линия относится ко 2-й армии. Главнокомандующий армиями Северо-Западного фронта генерал от кавалерии Жалинский Начальник штаба генерал-лейтенант Орановский (Восточно-Прусская операция. С. 146—147.) 13. Записка для памяти от 13/26 августа 1914г., составленная генерал-квартирмейстером при верховном главнокомандующем ген. Г. Н. Даниловым, о необходимости скорейшего овладения Восточной Пруссией Ввиду общего положения на всех театрах войны и того об- стоятельства, что на западном германском фронте уже началось столк- новение немцев с нашими союзниками, после которого может на- чаться переброска германских сил на нашу границу, нам необхо- димо торопиться с овладением нижним течением р. Вислы, дабы иметь ее в своих руках ко времени возможного совершения вы- шеупомянутой переброски немецких сил с запада на восток. Овладение нижним течением реки Вислы возможно без лиш- них жертв и потери времени только лишь при условии развития наступления по левому берегу р. Вислы, требующего сбора боль- ших сил. Ввиду изложенного необходимо торопиться с очищением от противника Восточной Пруссии, дабы стала возможной переброс- ка армии ген. Ренненкампфа на левый берег р. Вислы. Казалось бы необходимым: 1. В армии ген. Ренненкампфа на правом берегу Вислы ос- тавить: а) для наблюдения за Кёнигсбергом один полевой корпус и две-три второочередных дивизии (может быть подвоз в Кёнигс- берг морем немецких сил); б) на правом берегу Вислы в районе Пр. Холланд, Саальфельд, Дейч-Эйлау иметь на сильно укрепленной позиции один-два по- левых корпуса с двумя-четырьмя второочередными дивизиями в виде заслона и два полевых корпуса уступом: за левым флангом, например у Сольдау, для маневра и контрудара в случае попытки немцев прорвать этот заслон дебушированием на правый берег Вислы фронта Мариенбург, Грауденц. 2. Остальные силы — армию ген. Ренненкампфа в составе че- тырех-пяти корпусов с соответствующим количеством кавалерий- ских дивизий перебросить на левый берег Вислы, для чего разра- ботать уже теперь план такой переброски и подготовить железные дороги. 3. Полевое управление армии ген. Самсонова, остающееся на правом берегу Вислы, следовало бы реорганизовать по типу армии местного характера с подчинением ген. Самсонову всей Восточ- ной Пруссии, из коей следовало бы образовать генерал-губерна- торство с подготовкой управления занятой территории уже теперь. 4. Полевое управление армиями Северо-Западного фронта пе- ревести на левый берег Вислы с подчинением главнокомандующе- му армиями Северо-Западного фронта всех армий, предназначае- мо 7 В. Шацилло 161
мых для развития действия в глубь Германии (10-я, 9-я и 1-я), а также Варшавского военного округа, который надлежало бы восстановить. 5. Поспешить с подготовкой осадных артиллерийских парков в крепостях Северо-Западного фронта. 6. Предложить Главному начальнику снабжения армий Севе- ро-Западного фронта теперь же начать подготовку снабжений тех сил (примерно 15 корпусов), а может быть, еще больше, кои пред- полагается перебросить на левый берег Вислы. 7. Приступить к формированию из второочередных дивизий в армии ген. Самсонова новых корпусов, давая им общую нумера- цию. 8. Командировать в распоряжение ген. Самсонова опытных инженеров (Коносовского и Буйницкого) для подготовки в Вос- точной Пруссии укрепленных позиций кругом Кёнигсберга и вдоль правого берега р. Вислы. 9. Подготовить средства по личному составу для эксплуатации восточно-прусских железных дорог. 10. Установить, хотя приблизительно, время начала переброс- ки корпусов ген. Ренненкампфа. В случае очищения немцами верхнего течения Вислы перевести армию ген. Самсонова на левый берет реки, составив из нее пра- вый фланг армий Северо-Западного фронта (2-я, 9-я, 1-я и 10-я). Г енерал-квартирмейстер при Верховном главнокомандующем генерал-лейтенант -Данилов (Восточно-Прусская операция. С. 281—282.) 14. Рапорт главнокомандующего Северо-Западным фронтом ген. Я. Г. Жилинского от 18/31 августа 1914 г. о тяжелом положении 2-й армии и о поведении ее командующего ген. А. В. Самсонова № 305 г. Белосток Верховному главнокомандующему — рапорт 1. Вашему императорскому высочеству доношу, что к утру 15 сего августа обстановка на театре действий 2-й армии сложилась следующим образом: арм. корпус оставил занимавшуюся им пози- цию у Сольдау а потом отошел от Сольдау к Млава; 6-й арм. кор- пус, бывший у Бишофсбурга, отступил южнее Ортельсбург; 15-й арм. корпус 14 августа вел бой у Мюлена, атаковав противника у этого пункта^ но Мюлен не занял. При таких обстоятельствах ко- мандующий 2-й армией ген. Самсонов выехал угром 15 августа из 162 Нейденбурга в направлении на Надрау, чтобы лично руководить действиями 13-го и 15-го арм. корпусов, которыми было предполо- жено атаковать противника в направлении на Мюлен, Хохенштейн. Отъезжая из Нейденбурга, ген. Самсонов уведомил штаб вверенно- го мне фронта, что вместе с его отъездом снимается телеграфный аппарат, который по прямому проводу был связан с аппаратом, на- ходящимся в штабе вверенного мне фронта, сообщив вместе с тем, что будет некоторое время без связи со мной. Помешать этому было невозможно, так как факт прекращения связи стал известен только тогда, когда он уже совершился. Вследствие такого распо- ряжения была разорвана связь не только штаба армии со штабом главнокомандующего фронтом, но со всеми корпусами, входящи- ми в состав 2-й армии. Отсутствие связи во 2-й армии привело к тому, что все после- дующие события прошли уже без всякого руководства, и те поте- ри, которые понесла 2-я армия, являются следствием именно от- сутствия руководства и объединенного действия корпусов этой ар- мии... Самый отъезд ген. Самсонова из Нейденбурга к 15-му корпусу явился совершенно несоответственным, так как с отъездом из Нейденбурга командующего 2-й армией управление войсками этой армии стало совершено невозможным. Следуя из Нейденбурга к Надрау, ген. Самсонов получил до- несение об отходе как 1-го арм. корпуса, так и об отступлении 6-го корпуса. При таких условиях оба фланга 13-го и 15-го арм. корпусов оказались открытым и их выдвинутое далеко вперед по- ложение не соответствовало обстановке. Когда в штабе Северо-Западного фронта было получено доне- сение об отступлении 1 -го и 6-го арм. корпусов, начальник штаба сейчас же телеграфировал ген. Самсонову: «Главнокомандующий приказал отвести корпус 2-й армии на линию Ортельсбург, Мла- ва, где и заняться устройством армии; 2521. Орановский». Однако не имею уверенности, что это приказание дошло до назначения, так как за Остроленка провод телеграфа бездейство- вал вследствие вышеупомянутого распоряжения о снятии аппа- рата. Благодаря же отсутствию надежной связи приходилось прини- мать случайные меры, заключавшиеся в посылке офицеров на ав- томобилях и летчиков на аэропланах, каковые средства связи ока- зались не достигавшими цели. Таким образом, о ходе событий я был ориентирован недостаточно и только по отрывочным дан- ным, случайно попадавшим в штаб, мог подозревать о тяжелом положении обоих корпусов. Дальнейшее изложение хода событий сделано на основании донесения ген. Постовского. 163
Ген. Самсонов признавал по обстановке атаку 13-го и 15-го арм. корпусов решающей события последних дней, почему и ре- шил лично руководить действиями этих корпусов. Прибыв в 15-й корпус, ген. Самсонов застал этот корпус в го- рячем бою, который проходил для нас очень успешно: 8-я пех. ди- визия взяла 300 пленных, орудия и пулеметы; 2-я пех. дивизия захватила 1000 пленных и много орудий и гаубиц. Однако силы 15-го корпуса уже истощились после многоднев- ных боев. 13-й арм. корпус, которому ген. Самсонов не раз пред- писывал энергично атаковать противника большими силами, выс- лал 14 августа на помощь 15-му корпусу только одну бригаду, дей- ствия которой не отличались доблестью: 3-й Марвский и 4-й Капорский пех. полки скоро сдали и, несмотря на меры по их организации, принятые лично ген. Самсоновым, до конца боя в деле участвовать не могли. Остальные части 13-го арм. корпуса подошли севернее Хохенштейна в 4-м часу дня, и хотя и вступи- ли в бой, но решительных действий всеми силами не предприня- ли, 15-й же корпус более держаться не мог. Ген. Самсонов, видя неуспешность атаки и желая спасти 15-й арм. корпус, приказал начать отступление ночью, причем этот отход со стороны Нейденбурга должен был прикрывать от- ряд ген. Кондратовича: 2-я пех. дивизия, гвард. Кексгольмский полк и бригада 6-й кав. дивизии, а также постепенно снимаемые части 15-го корпуса. Действия этого отряда до сих пор еще не выяснены, но ген. Кондратович оставил свои войска и в ночь на 17 августа оказался в Прасныше. Отход начался ночью и продол- жался днем. На позициях у Орлау и Бартошкена отступавшие части подвергались энергичной атаке противника. Доблестные войска 15-го корпуса, дравшиеся еще накануне героями, лиши- лись последних сил. Ген. Самсонов решил уехать в тыл для даль- нейшей работы по отводу войск и управления вверенной ему армией. Верхом, со штабом и сотней Донского, полка он двинул- ся в направлении на Янов. Все пути на Янов и Хоржеле оказа- лись занятыми отрядами германской конницы с конной артил- лерией и пулеметами на автомобилях, которые безнаказанно уничтожали отходящие обозы и отдельные части. Ген. Самсонов, не будучи в состоянии пробиться на Янов, несмотря на произве- денные его личным конвоем атаки на пулеметы, двинулся на со- единение с 6-м корпусом в направлении на Вилленберг. Но в это время Вилленберг был уже занят отрядами противника, который не пропустил ген. Самсонова к 6-му корпусу. Ввиду этого ген. Самсонов решил пройти ночью пешком в Хоржеле по лесной до- роге, и, отделившись от офицеров штаба армии, ген. Самсонов скрылся в лесу. Ген. Постовский доносит, что он с чинами штаба слышали выстрел, после которого стали разыскивать ген. Сам- 164 сонова, но, проискав в лесу всю ночь и на рассвете, они не на- шли его. Результатом всех боев и тяжелого отступления надо считать, что 15-й арм. корпус и 2-я пех. дивизия уничтожены огнем и ата- ками противника. Что же касается 13-го арм. корпуса, то сведе- ний о нем никаких не имеется. Большую утрату понесла наша армия в лице ген. Мартоса, ге- роя этих дней, самоотверженно руководившего геройскими дей- ствиями 15-го корпуса. Говорят, что ген. Мартос с офицерами штаба корпуса погибли расстрелянными в автомобиле по дороге на Янов у д. Мушакен. Таким образом, причинами тяжелой не- удачи является не только отступление 1-го арм. корпуса со своих позиций у Сольдау, но и то, что командир корпуса, уверив ген. Самсонова, что отхода не будет, снял телеграфный аппарат и, ни- кого не предупредив об этом, отвел свои войска к Млаве и только тогда послал донесение (по словам ген. Самсонова). Благодаря этому левый фланг и тыл группы из 13-го и 15-го арм. корпусов были совершенно оголены, что и позволило немецкой коннице с конной артиллерией и пулеметами на автомобилях в незначитель- ном числе последовать из Сольдау на Нейденбург и далее на вос- ток и преградить отход к югу на нашу территорию не только от- дельным лицам, но и небольшим частям. Большое влияние (так в документе. — В. Ш.) в тяжелом по- ражении 2-й армии сыграло стремление командующего армией вести последнюю свою операцию на очень широком фронте, при котором взаимодействие отдельных корпусов ее являлось затруд- нительным. Ген. Самсонов, несмотря на данные ему мною теле- граммой за № 3009 категорические указания в действиях 15 ав- густа, вел свои корпуса на таком широком фронте, при котором не было никакой возможности помочь другими войсками той его части, которая оказалась в тяжелом положении. Трудность вза- имной поддержки усиливалась вследствие неорганизованности штабом армии надлежащей связи как между отдельными корпу- сами своей армии, так и со штабом вверенного мне фронта. Как доносит ген. Постовский, критическое положение 15-го арм. корпуса явилось также следствием недостаточно доблестного поведения 13-го корпуса. Все эти причины повели к тому, что серьезная неудача 2-й ар- мии произошла не от обхода фланга и тыла 15-го корпуса круп- ными частями, а лишь небольшими отрядами конницы с конной артиллерией и пулеметами на автомобилях, которые расстрелива- ли наши войска при поспешном отступлении. Движение этих от- рядов на восток не могло бы состояться при условии нахождения у Сольдау 1-го арм. корпуса. Если поведение и распоряжения ген. Самсонова как полководца заслуживают сурового осуждения, то 165
поведение его как воина было доблестное; он лично под огнем, подвергая себя большой опасности, руководил боем и, не желая пережить поражение, покончил жизнь самоубийством. На основании Статьи 431 Положения о полевом управлении в военное время ген.-майор Постовский вступил во временное ко- мандование 2-й армией именем покойного ген. Самсонова. Считая его человеком совершенно больным и нервно-расстро- енным и опасаясь вследствие этого оставлять распоряжение арми- ей в руках ген. Постовского хотя бы в течение нескольких дней, я допустил к временному командованию 2-й армией командира 2-го арм. корпуса генерала от кавалерии Шейдемана. Генерал от кавалерии Жилинский Начальник штаба генерал-лейтенант Орановский (Восточно-Прусская операция. С. 313—316.) 15. Сообщение генерал-адъютанта Николая императору Николаю Пот 19августа/ 1 сентября 1914г. о причинах катастрофы 2-й армии ген. А. В. Самсонова ГОСУДАРЮ ИМПЕРАТОРУ Командированный главнокомандующим генерал-квартирмей- стер Северо-Западного фронта ген. Леонтьев приехал с роковой вестью: 13-й и 15-й корпуса, части 23-го, а именно — 2-я диви- зия и Кексгольмский полк, были окружены и погибли. Ген. Самсонов при отступлении застрелился, командир 15-го корпуса ген. Мартос и весь штаб, за исключением начальника штаба, убиты, также убит начальник штаба 13-го корпуса ген. Пестич. О командире корпуса ген. Клюеве сведений нет. Лейб-гвар- дии Литовский полк уцелел, понеся большие потери от огня тя- желой артиллерии, действия которой до сих пор, где бы она ни появлялась, имеют решающее значение, так как у нас средств борьбы с ней мало. Из состава 3-й гвард. дивизии Петербургский полк уцелел, а Волынский, по-видимому, не успел принять уча- стия в бою. 1-й и 6-й арм. корпуса, по имеющимся у меня до сих пор све- дениям, в этом бою не пострадали. Им дана директива отходить, сближаясь, на линию Млава, Хоржеле. 1-й армии указано в зависимости от обстановки отходить на линию Инстербург, Ангербург, всемерно стремясь в будущем вой- ти в связь с оставшимися корпусами 2-й армии... 166 При первом моем свидании с ген. Жилинским он высказал, что недоволен распоряжениями покойного ген. Самсонова, на что мною было предложено его сменить. Ген. Жилинский тогда по- просил повременить. Причина катастрофы 2-й армии — отсутствие связи между ее корпусами, своевольный перерыв телеграфного сообщения по- койным командующим 2-й армией со штабом. Последний со сво- ей стороны хотя и принял меры для восстановления связи, но не- удачно. Кроме того, у меня есть основания предполагать, что штаб фронта некоторые известные обстоятельства от меня скрывал, на- деясь их поправить. Тем не менее. Ваше величество, всецело беру ответственность на себя. На австрийском фронте упорные бои продолжаются. Генерал-адъютант Николай (Восточно-Прусская операция. С. 321.) 16. О военных действиях в Восточной Пруссии осенью 1914 г. (по воспоминаниям Э. Людендорфа) [...] 4 сентября началось наступление против армии Реннен- кампфа, 7-го числа гвардейский резервный, 1-й резервный и XI и XX армейские корпуса подошли вплотную к неприятельс- ким позициям между рекой Прегель и озером Мауер на линии Велау — Гердауен — Норденбург — Ангербург и в последующие дни приступили к планомерной атаке. В большинстве случаев, в особенности в XX армейском корпусе, бои протекали не особен- но удачно. Русские дали решительный отпор. У противника были сильные и искусно укрепленные позиции. Имевшимися в нашем распоряжении боевыми средствами и боевыми припаса- ми мы никогда не овладели бы этими позициями, если бы не сказался намеченный обход через Летцен и укрепления озерной линии. Восточнее Летцена, который до сих пор храбро отбивал не- приятельские атаки, сначала, казалось, также не все шло удачно. XVII армейский корпус и 1-я, и 8-я кавалерийские дивизии, на- правлявшиеся через крепость, в течение 8 и 9 сентября очень мед- ленно продвигались в озерном районе к северо-востоку от Летце- на. У Круглаукена и Посесерна им пришлось выдержать грудные бои. 1-му армейскому корпусу, который был двинут через Нико- лайкен и Иогаянисбург, пришлось восточнее озерной линии рез- ко повернуть на север. К вечеру 9 сентября он открыл дорогу 167
XVII армейскому корпусу; 3-я резервная дивизия, за которой сле- довала ландверная дивизия фон дер Гольца, продолжала наступ- ление через Бялу на Лык. Уже 8 сентября у Бялы они наткнулись на превосходные силы противника. Это также была операция неслыханной дерзости. Неманская армия состояла из 24 пехотных дивизий и сама по себе сильно превосходила нашу 8-ю армию, имевшую в своем распоряжении от 15 до 16 пехотных дивизий. К тому же в русской дивизии на- считывалось 16 батальонов, а в нашей в то время — еще 12. К силам русских надо присчитывать еще от 4 до 6 дивизий, кото- рые сосредоточивались в Осовце и Августове. В любой момент и в любом месте эти силы могли быть стянуты для нанесения нам удара с огромным превосходством в числе. Опасность особенно угрожала нашему правому крылу, выдвинувшемуся восточнее озер. Оно могло быть раздавлено. Но даже в этом положении мы ни одной минуты не колебались дать сражение. Мы могли рассчи- тывать на наше превосходство в выучке. Танненберг также дал нам большой моральный перевес. Штаб армии охотно бы усилил правое крыло, с этой целью в нашем распоряжении была удержана к западу от озер одна диви- зия XX армейского корпуса. Но ее пришлось вернуть корпусу. Ра- стяжка приблизительно на 50 километров четырех корпусов, на- правленных для атаки неприятельского фронта, была довольно значительна. К тому же штаб гвардейского корпуса опасался контратаки русских и в виду этого сосредоточивался теснее. Се- верное крыло должно было дотягиваться до реки Прегель, иначе противнику открывалась возможность охватить 8-ю армию. Кры- ло, предназначенное для обхода, не могло быть сделано сильнее, чем это было нами первоначально намечено. Оставалось только ждать, разовьется ли атака успешно или нет. Решение здесь долж- но было дать оружие. Мы должны были сделать все возможное, чтобы обеспечить желанный результат. Рано утром 10 сентября пришло важное известие, что север- нее Гердауена против 1-го резервного корпуса противник ночью очистил позиции. Это был результат успешных боев 1 и XVIT ар- мейских корпусов вечером 9 сентября. 1-й резервный корпус за- нял эту позицию и намеревался продолжать наступление. Можно себе представить, какая радость охватила штаб армии. Опять был достигнут крупный успех, но окончательного решения еще не было. Русская армия еще отнюдь не была разбита. К северо-вос- току от Летцена мы одержали только местные успехи. Предстояло развить энергичное фронтальное преследование и врываться в ряды отступающего противника. Тем временем охватывающее крыло продолжало наступление в направлении к шоссе Вержбо- 168 — лово — Ковна, обходя с востока Роминтенскую рощу. Мы стре- мились при этом, насколько возможно, прижать русских к Нема- ну. Но в то же время приходилось учитывать, что Ренненкампф и теперь еще был в состоянии совместно с подкреплениями, нахо- дившимися далее к югу, повести в любом направлении сильную атаку. Наш фронт был повсюду очень редок, но обе северные группы, которые до сих пор разделялись озером Мауер, теперь вновь соединились. Все-таки положение продолжало оставаться весьма напряжен- ным. Войскам предстояли новые задачи. Они должны были, на- ступая по многим путям, в тесной, взаимной связи непрерывно преследовать противника и вцепляться в него, где бы он ни оста- новился. Но при этом в целях уменьшения потерь надо было вы- жидать содействия соседних колонн, на обязанность коих ложи- лось выполнение местных охватов... Направления движений для отдельных колонн начиная с левого крыла были следующие: глав- ный резерв Кёнигсберга — Кёнигсберг — Тильзит. Гвардейский резервный корпус — Грос — Аудовенен. 1-й резервный корпус — Инстербург — Пилькален. XI армейский корпус — севернее Дар- кемена — Гумбинен — Сталюпенен. XX армейский корпус — Даркемен — середина расстояния между Вержболовом и Вышты- нецким озером. XVII армейский корпус — севернее Роминтенс- кой рощи на Выштынец. 1-й армейский корпус — южнее Ромин - тенской рощи на Мариамполь. 8-я и 1-я кавалерийские дивизии предшествовали 1-му армей- скому корпусу в направлении на шоссе Вержболово — Ковна. Движение протекало не совсем так, как я ожидал. Трудно было отличать свои части от противника. Иногда две наши колонны вступали между собою же в перестрелку. Войска слишком энер- гично атаковали фронтально, не выжидая подхода соседних ко- лонн. Самым крупным недоразумением явилось заявление XI ар- мейского корпуса 11 сентября, что он атакован превосходными силами противника. Этот случай был возможен, мы должны были учесть его. При взаимоотношении сил наших и противника фронт нуждался в непосредственной тактической поддержке охватываю- щих корпусов. Поэтому мы должны были решиться XVII и 1-й армейские корпуса двинуть круче на север, чем это предполага- лось первоначально. Через несколько часов выяснилось, что со- общение XI армейского корпуса ошибочно. Но приказ охватыва- ющему крылу был уже отдан. Позднее корпуса опять были повер- нуты на прежние направления, но все же полдня, по крайней мере, было потеряно. Успехи 8-й армии были выдающимися. Все наступление, за че- тыре дня которого было пройдено много более 100 километров, было победоносным шествием войск, уже ослабленных продол- 169
жительными боями и всякого рода лишениями и усилиями. Это особенно относится к коренным частям 8-й армии; гвардейский резервный корпус и XI армейский корпус храбро сражались на За- падном фронте под Намюром, но до сих пор все-таки еще не пе- реживали столь тяжелых дней. Результаты этого сражения не так бросаются в глаза, как сра- жение при Танненберге. Недоставало воздействия на тыл про- тивника, оно было невозможно. Противник не остался на месте, а отступил, так что оказалось возможным только фронтальное и фланговое преследование. Под Танненбергом захвачено свыше 90 000 пленных, теперь же мы насчитали 45 000. Но все, что при данных условиях можно было достичь, мы достигли. В сущности, Ренненкампф как будто вообще и не думал о се- рьезном сопротивлении. Во всяком случае он очень своевремен- но начал отступление и двигался по ночам. Наши летчики указы- вали дороги, по которым двигались колонны, но их донесения звучали слишком неопределенно. Русские сумели организовать отступление и продвигали массы по местности без дорог. Нашим непрерывным наступлением, связанным с охватом, мы так энергично гнали русскую армию, что она в полном беспоряд- ке отошла за Неман. На ближайшие недели эту армию, без усиле- ния ее новыми войсками, можно было считать не вполне боеспо- собной. Сражение у Мазурских озер не было оценено по достоинству Это было широко задуманное и планомерно проведенное реши- тельное сражение против значительно превосходного противника. Оно было связано с крупным риском, но противник не сознавал своей силы; он даже ни разу не довел до конпа боя и уклонялся чересчур поспешным отступлением. Под нашим давлением эго отступление приняло характер бегства. В стороне от главного поля сражения успешно действовали 3~я резервная дивизия энергичного генерала фон Моргена; лан- дверная дивизия генерала фон дер Гольца. 8 сентября у Вялы они столкнулись с превосходными силами противника и разбили подходившие русские подкрепления. Этим они устранили серь- езную опасность для армии, сражавшейся далее к северу. Гене- рал фон дер Гольц остановился перед Осовцом. Генерал фон Морген захватил после оживленного боя Августов и Сувалки. Великий князь Николай Николаевич намеревался помочь оттуда Ренненкампфу, но это ему не удалось. 13 сентября сражение в существенных частях закончилось. К этому дню войска группи- ровались приблизительно так: крепостные гарнизоны генерала фон Мюльмана ~ у Млавы; ландверная дивизия фон дер Голь- ца — перед Осовцом; 3-я резервная дивизия — у Августова и Сувалок. 170 Таким образом, в центре поля сражения различные корпуса очень тесно сблизились друг с другом. Отчасти им уже не хватало пространства, и они, естественно, являлись первыми освободивши- мися для дальнейших операций частями. Уже при начале наступле- ния против Ренненкампфа не могло быть никакого сомнения, что оно не будет развито за Неман. Я все время не оставлял мысли, покончив с Ренненкампфом, начать наступление на Нарев. Часть войск должна была быть оставлена для обеспечения восточной гра- ницы Восточной Пруссии, остальные силы — перейти через юж- ную границу' для совместных действий с австро-венгерской арми- ей, как это мыслил генерал фон Конрад. Соответственные распо- ряжения уже отдавались, но им не суждено было осуществиться. VI Штаб 8-й армии в течение всего времени победоносного ше- ствия войск из Алленштейна на вражескую территорию непос- редственно следовал за ними. Я постоянно настаивал на том, чтобы мы сохраняли тесное соприкосновение с честными на- чальниками и войсками. Для передачи приказаний и доставки донесений это было безусловно необходимо, так как техничес- кие средства связи были еще далеко не совершенны. Телефон- ные перспективы восточно-прусской провинции были весьма неопределенны. Радиостанции действовали хорошо, но они име- лись только в кавалерии и в штабе армии. Ввиду этого моим главным средством связи являлись автомобили и посылка офи- церов моего штаба. Сотрудники добровольного автомобильного корпуса в роли шоферов делали выдающуюся работу. Они совер- шали поездки, которые напоминали дерзкие пробеги кавалерий- ских разъездов. Немногочисленные летчики были полностью ис- пользованы для разведок, для службы связи пользоваться ими я не мог. Несмотря на ограниченность средств связи и осведомле- ния, все же удавалось постоянно быть ориентированным и сво- евременно рассылать приказы штаба армии. Мне самому много приходилось говорить по телефону; я подгонял, где это пред- ставлялось целесообразным, и входил в частности, когда считал это необходимым для общего успеха. Такие личные сношения с начальниками штабов были полезны, они давали возможность непосредственно выслушивать и воздействовать. У нас был ряд новых ночлегов. В Норденбурге мы первый раз попали в город, который продолжительное время был занят рус- скими. Там все было невероятно загрязнено. Весь рынок был по- лон нечистот. Помещения были тошнотворно запачканы. 171
В Инстербурге мы жили в гостинице «Дессауский двор», это помещение только что перед нами покинул Ренненкампф. Вели- кий князь Николай Николаевич тоже лишь в последний момент уехал из города. Нам представлялось возможным обстоятельно осмотреть рус- ские позиции. Всеми нами владело чувство глубокого удовлетво- рения, что нам не пришлось их штурмовать, так как это стоило бы нам больших потерь. В августе и в сентябре многие русские части вели себя при вторжении в Восточную Пруссию образцово. Винные погреба и склады охранялись. Ренненкампф поддерживал в Инстербурге строгую дисциплину. Но война все-таки сопровождалась беско- нечным ожесточением и большими ужасами. Казаки были свире- пы и дики, они жгли и грабили. Многие жители были убиты, со- вершались насилия над женщинами, часть населения рассеялась. В большинстве случаев в этих жестокостях не было никакого смысла. Население не оказывало ни малейшего сопротивления. Оно было покорно и, что соответствует и нашим взглядам, не принимало участия в борьбе. Вся ответственность за эти злодея- ния ложится на русских. Русская армия легла тяжелым бременем на Восточную Пруссию. Теперь у нас было гордое чувство, что мы освободили германскую землю от врага. Ликование и благодарность населе- ния были велики. Страна была освобождена не для того, чтобы вновь попасть под чужое иго. От такого позора да сохранит нас Бог. 14 сентября в Инстербурге мы находились в полном ощуще- нии победы и великих достигнутых результатов. Тем неожиданнее было для меня внезапное мое назначение начальником штаба Южной армии, которая должна была формироваться под началь- ством генерала фон Шуберта в Бреславле. (Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг. С. 54—60.) 17. Документы французской главной квартиры о боевых действиях на Западном фронте летом-осенью 1914 г. Париж, 5 августа, 7 ч. 20 м, 7 ч. 45 м. 2-й корпус I. Французским самолетам и дирижаблям разрешено летать над бельгийской территорией. Но т. к. еще вчера бельгийские вой- ска имели приказ стрелять по всякому воздушному кораблю и контрприказ может быть еще не известен всем, необходимо, что- бы наши пилоты летали достаточно высоко. 172 II. Конным разведкам также разрешено проникать на бельгий- скую территорию; но они не могут быть еще поддержаны слиш- ком большими отрядами. Важно теперь же осторожно воспользоваться этим разрешени- ем с целью занять возможно ближе к люксембургской границе до- роги, идущие от фронта Виртон-Ставело (Virton-Stavelot), и доро- ги, идущие на запад. III. Необходимо строго внушить отрядам, что они находятся в дружественной и союзной стране, что поэтому они не должны производить никаких реквизиций, прежде чем не станет извест- ной конвенция, находящаяся на пути к заключению, ничего не покупать иначе как по соглашению и за наличный расчет. Верховный главнокомандующий Жоффр Главнокомандующий — командирам 20-го, 2-го, 6-го, 7-го, 21-го корпусов 5 августа 1914 г. 12 ч. 20 м Т. к. война объявлена, то никаких ограничений операциям прикрытия, которые могут выполняться постольку, поскольку они вытекают из задач, поставленных различным участкам, ставиться больше не будут. (Специально для 21-го корпуса.) Вследствие этого вам разрешается занять перевалы Вогезских гор, от высоты Бономм (Bonhomme) до прорыва Сааль (Saales) (включит.). (Телефонограмма, подтвержденная телеграммой.) Ж. Жоффр Скрепил (pour ampliation): Начальник штаба главноком. (Major general) Белен (Belin) Восточные армии Главный штаб 3-е Бюро. Витри-ле-Франсуа, 8 августа 1914 г. Общая инструкция 1 I. Перед 1-й и 2-й армиями неприятельские силы, по-видимо- му, не превышают количества 6—7 армейских корпусов. Вокруг Метца, перед Тионвиллем и в Люксембурге, по-видймому, нахо- дится главная группа германских армий, расположенная для дви- жения на запад. На севере одна германская армия проникла на бельгийскую территорию и частью ведет бой против бельгийских сил. 173
II. Намерение главнокомандующего — искать сражения со- единенными силами, опирая на Рейн правое крыло своего обще- го расположения. При необходимости он отнесет назад левое крыло своего расположения, чтобы избежать завязки сражения, которое может быть решительным для одной из армий, прежде чем остальные будут в состоянии ее поддержать. Но возможно также, что мы будем иметь достаточно времени, чтобы перенести наше левое крыло вперед, в том случае если гер- манское правое крыло задержится перед Льежем или повернет к югу. Первоначальное сосредоточение армий и общее наступатель- ное движение должны предусматриваться в следующих условиях: III. Целью 1-й армии будет германская армия Сарребурга — Ле-Донон — долина де Ла-Брюш (Sarrebourg — le Donon — Vallee de la Bruche), которую она постарается вывести из строя, от- бросив ее на Страсбург и в Нижний-Эльзас. Район действий 1-й армии будет ограничен включительно ли- нией Шарм (Charmes), Сен-Жермен (Saint-Germain), Борвиль (Borville), Морвиле (Morviller), Жебервиле (Geberviller), Фрембуа (Fraimbois), Маренвиле (Marainvillers), Эбермениль (Ebermenil), Муссей (Moussey), Дианн Капелль (Dianne Capelie), Фенестранж (Fenestrange). 7-й корпус облегчает атаку главных сил армии, быстро напра- вившись на Кольмар и Шлештадт (Schlestadt), он обеспечивает бе- зопасность правого крыла, разрушив мосты на Рейне и прикры- вая Неф-Бризах (Neui-Brisach). Ему будет придана 8-я кавалерий- ская дивизия. Впоследствии на 1-ю группу резервных дивизий, усиленных альпийскими резервными дивизиями, будут постепенно возла- гаться задачи наблюдения за Неф-Бризахом, обложения Страс- бурга и защиты Верхнего Эльзаса. IV. 2-я армия, прикрываясь на фронте, обращенном к Метцу, будет действовать наступательно в общем направлении на Сарреб- рюк, на фронте Дельм (Delme), Шато-Сален (Chateau-Salins), Дьез (Dieuze), связываясь с 1-й армией через район Этан (Etangs). Она оставит в резерве, в распоряжении главнокомандующего, два своих левофланговых корпуса в районе Бемекур (Bemecourt), Розьер-ан-Гей (Rosiere-en-Haye) готовыми завязать бой, фронтом на север. V 3-я армия займет место на фронте Флаба (Flabas), Ори (Ornes), Виньелль (Vigneulles), Сен-Боссан (Saint-Baussant), гото- вая действовать в северном направлении, двигаясь левым крылом на Дамвиллье, или переходить в атаку против всех сил, которые появились бы со стороны Метца. В первом случае оба левофланговых корпуса 2-й армии на вре- мя сражения могли бы быть приданы 3-й армии. VI. 4-я армия, собранная между Сервон (Servon), Обервилль (Auberville) и Суйи (Souilly), должна быть готова атаковать между Маасом и Арагоннами неприятельские силы, которые перешли бы Маас к северу от Вилоны (Vilosnes), или самой перейти реку к се- веру от Вердена. 2-й корпус теперь же передается в распоряжение 4-й армии. Этот последний корпус должен избежать положения, при котором его могли бы приковать к себе превосходные силы, и если он очу- тится под угрозой, то будет опираться на крепость Верден, оста- вив большую часть своих сил на правом берегу Мааса между Сир- ри-на-Маасе (Sirry-sur-Meuse) и Флаба (Flabas). VIL 5-я армия займет более сосредоточенное положение, что- бы быть в состоянии с достаточными силами подготовить атаку против всего, что покажется между Музаном (Mouzan) и Мезье- ром (Mesieres) включительно, или в случае необходимости самой перейти Маас между этими двумя пунктами. VIII. Разграничительные линии между 3, 4-й и 5-й армиями следующие: дорога Бар-ле-Дюк (Bar-le-Duc), Вавенкур (Vivincourt), Шомон-на-Эре (Chaummont-sur-Aire), Суйи (Souilly), Верден (Ver- dun), Вашеровилль (Vacherauville), Флаба (Flabas) и дорога Суэц (Souhain), Таюр (Tahure), Сешо (Sechauls), Сенн (Senne), Гранпре (Grandpre), Аррикур (Harricourts), Соммант (Sommanthe)... 4-й корпус займет более сосредоточенное положение в районе своей армии, чтобы дать место 2-му корпусу. IX. Конный корпус сначала будет прикрывать фронт 5-й ар- мии. В случае если этот корпус будет вынужден снова перейти Маас, он будет держаться на левом фланге 5-й армии (район Шимэ — Мариенбур), чтобы прикрыть сосредоточение английс- кой армии и 4-й группы резервных дивизий. 4-я кавалерийская дивизия будет передана в распоряжение ко- мандующего 5-й армией, как только конный корпус начнет обна- жать фронт этой армии. X. 4-я группа резервных дивизий устроит вокруг Вервена (Vervin) позиции таким образом, чтобы обеспечить себе возмож- ность движения фронтом либо на север, либо на восток. Эта груп- па будет переведена в этот район по мере ее выгрузки, и работы должны начаться немедленно. XI. Командующие армиями теперь же подготовят свои прика- зы в предвидении общего предполагаемого наступления, так, что- бы эти приказы могли быть немедленно разосланы по получении соответствующей телеграммы. Главнокомандующий (подписано) Ж. Жоффр 174 175
Армии Восточного фронта. Главная квартира Главный штаб. 3-е Бюро. № 1102. 16 августа 1914 г. Частный приказ 11 С целью позволить командующему сосредоточить свое внима- ние в особенности на наступательной операции вверенной ему ар- мии, части этой армии, имеющие задачи оборонительного харак- тера, с 12 часов дня 17 августа будут подчинены генералу Полю Дюрану (Paul Durand), который, впрочем, останется в подчинении командующего 3-й армией. Наличность сил, оставленных под начальством генерала Дю- рана, кроме 3-й группы резервных дивизий, будет состоять из 67-й резервной дивизии, которая, двигаясь от Шалонского лаге- ря походным порядком, должна достигнуть 18 августа к концу дневного перехода района Никсевилль — Домбаль (Nixeville — Dombasl) (штаб-квартира), куда генерал Дюран пошлет ей свои распоряжения. Районы Туля и Вердена с 12 ч. дня 16 августа бу- дут подчинены генералу Дюрану в условиях, указанных статьей 144 декрета об управлении крупными соединениями. В этом от- ношении генерал Дюран будет пользоваться правом командую- щего армией. Задачей группы сил генерала Дюрана будет начать посте- пенное обложение Юго-Западного фронта крепости Метц и за- держивать на позициях, оборудованных между Тулем и Верде- ном, всякую попытку противника, стремящегося к прорыву фронта. 18-й корпус в течение дня будет сменен в пунктах своего рас- положения тульской резервной дивизией. Частная инструкция № 9 от 15 августа, 15 ч. 30 м, будет сооб- щена 3-й армией генералу Дюрану для исполнения. Подпись: Ж. Жоффр Телеграмма главнокомандующего военному министру 18 августа 1914г., 8 ч. 5 м Мы заняли весь озерный район до западной окраины Фенест- ранж (Fenestrange). Наши части двигаются от р. Сей (Seille), часть переправ которой была эвакуирована немцами. Наша артиллерия находится в Шато-Сален. В общем, в течение предыдущего дня мы одержали серьезные успехи, делающие большую честь войскам, порыв которых не сравним ни с чем, и начальникам, ведущим их в бой. Подпись: Ж. Жоффр Частный приказ 14 19 августа 1914 г. Войска, предназначенные вначале служить заслоном против крепости Метц с запада и юга, а затем продолжать обложение это- го укрепленного лагеря, отдаются в подчинение генералу Монури. Они составляют лотарингскую армию. Генерал Монури будет немедленно располагать 3-й группой резервных дивизий, бывших первоначально в распоряжении 3-й армии, кроме 67-й резервной дивизии, которая только что прибыла в Верден; генералу Монури будут подчинены крепости Туль и Верден, в отношении которых он будет пользоваться правами командующего армией. Генерал Монури будет также располагать 65-й и 75-й резерв- ными дивизиями, высаживающимися 21 и 25 августа в районе Сорси — Вуа (Sorsy — Void). Впоследствии генерал Монури будет располагать 2-й группой резервных дивизий, приданных в настоящее время 2-й армии, 64-й и 74-й резервными дивизиями, высаживающимися 21 и 23 августа в районе Люневиль (Luneville) — Байон (Вауоп) — Домбаль (Dombasls). Эти две дивизии и 2-я группа резервных дивизий ос- танутся в распоряжении командования 2-й армии до тех пор, пока действия, начатые этой армией в районе Дрез (Draise) — Шато — Сален, не получат разрешения. Задача войск, находящихся в распоряжении генерала Монури, состоит в подготовке постепенного обложения укрепленного ла- геря Метц согласно указаниям, данным командующим III и II ар- миями в частной инструкции № 9 от 15 августа и в телеграмме от 18 августа. Во всяком случае во время производства работ на ук- реплениях, построенных к востоку от Нанси и на Маасских высо- тах, должны держаться сильные резервы, дабы обеспечить при всяких обстоятельствах целость фронтов, оборудованных в этих двух районах. Примечание. Приказ № 11 от 16 августа отменяется. Забота 3-й армии о вышеупомянутых частях будет заключаться только в обес- печении средствами своего D.E.S. снабжения и эвакуации. За главнокомандующего Генерал Веррье (Verrier) Записка для всех армий. (Note) Главная квартира, 24 августа 1914 г. Из сведений, собранных во время боев, происшедших до на- стоящего дня, можно заключить, что атаки производятся без тес- ной связи между пехотой и артиллерией; всякая общая операция заключается в ряде частных действий, имеющих целью завоевание опорных пунктов. 176 177
Каждый раз как нужно захватить опорный пункт, необходимо подготовить атаку артиллерией, пехоту удерживать и бросать ее на штурм только с такой дистанции, с которой можно быть уверен- ным в достижении намеченной цели. Каждый раз как пехоту бросали в атаку с слишком большого расстояния, прежде чем артиллерия давала почувствовать свое действие, пехота попадала под пулеметный огонь и несла потери, которых можно было избежать. Когда захвачен какой-нибудь опорный пункт, необходимо тот- час же оборудовать ею, укрепиться на нем. подвести туда артил- лерию, что помешает возобновлению какой бы то ни было насту- пательной попытки противника. По-видимому, пехоте совершенно неизвестна необходимость устраиваться в бою на продолжительное время. Бросая сразу в пе- редовую линию многочисленные и сомкнутые части, пехота сразу подвергает их неприятельскому огню, рассеивающему и останав- ливающему тем самым в зародыше их наступление, часто подстав- ляет эти части под контратаки. Пехота, поддерживаемая артиллерией, должна вести бой по- средством достаточно разомкнутой стрелковой цепи, численность которой поддерживается постоянно на одном и том же уровне; та- ким образом пехота затянет бой до того момента, когда будет смысл штурмовать. Германские кавалерийские дивизии действуют всегда предше- ствуемые несколькими батальонами, которые перевозятся на ав- томобилях. До сих пор главные силы неприятельской кавалерии не позволяли нашей кавалерии приблизиться к ним. Они продви- гаются за своей пехотой и оттуда бросают кавалерийские части (разъезды и разведку), которые, как только подвергаются атаке, ищут поддержку у своей пехоты. Наша кавалерия преследует эти части и натыкается на сильно удерживаемые рубежи. Необходи- мо, чтобы наши кавалерийские дивизии всегда имели бы пехот- ную поддержку, которая подкрепит их и увеличит их наступатель- ную способность. Лошадям надо давать достаточно времени для еды и сна. В противном случае кавалерия преждевременно исто- щается раньше, чем будет использована. Подпись: Ж. Жоффр Общая инструкция 2 Главная квартира, 25 августа 1914 г. 22 ч. I. Т. к. предположенный наступательный маневр не мог быть осуществлен, то последующие операции будут вестись с целью воссоздания на нашем левом крыле путем соединения 4-й, 5-й и английской армий и новых сил, взятых с восточного района, груп- пы (masse), способной вновь перейти в наступление, в то время как остальные армии будут сдерживать натиск противника. II. В своем отступательном движении каждая из 3-й, 4-й, 5-й армий должны считаться с движениями соседних армий, с кото- рыми вменяется быть в связи. Движение будет прикрыто арьер- гардами, оставленными на удобных рубежах, с целью использова- ния всякого препятствия, чтобы остановить путем коротких и сильных атак, главным элементом которых будет артиллерия, дви- жение противника или, по крайней мере, его задержать. III. Разграничительные линии между армиями. Армия W (британская армия): к северо-востоку от линии Като-Верман (Cateau-Vfermand) и Неель (Nesle) включительно. 4-я и 5-я армии: между этой последней линией исключитель- но на западе и линией Стенэ, Сюипп, Конде-на-Марне на восто- ке (включительно). 3-я армия, включая Лотарингскую: между линией Сасей (Sassey), Флевилль, Вилль-на-Турбе, Витри-ле-Франсуа включи- тельно на западе и линией Виньель, Вуа (Void), Гондрекур вклю- чительно на востоке. IV. На крайнем левом фланге между ГТиккиньи (Picquipny) и морем будет создана завеса (barrage) из северных территориальных дивизий, имеющих в резерве 61-ю и 62-ю резервные дивизии. V Конный корпус на Оги (Authie), готовый следовать за дви- жением вперед и крайнего левого фланга. VI. Впереди Амьена между Домар-в-Понтье (Domart-en- Ponthieu) и.Корби или за Соммой, между Пиккиньи и Виллер- Бретонне (Villers-Bretonneux), будет создана из частей, перевезен- ных по ж. д., новая группа сил (7-й корпус, 4 резервные дивизии и, может быть, еще один перволинейный корпус), которая окон- чит сосредоточение с 27 августа по 2 сентября. Эта группа должна быть готова перейти в наступление в об- щем направлении Сен-Поль — Аррас или Аррас — Бапом. VII. Армия W (британская) расположится за Соммой, от Брэ- на-Сомме (Braye-sur-Somme), до Гамы (Ham), готовая двинуться либо на север, на Бертенкур (Bertincourts), либо на восток, на Ка- теле. VIII. 5-я армия расположит свои силы в районе Верман — Сен-Кантен — Муа (наступательный фронт), чтобы начать дви- жение вперед в общем направлении от Боэн (Bohain), удерживая правым флангом линию Ла Фер — Лаон — Краонн — Сент-Ерм. IX. 4-я армия расположится за р. Эн, на фронте Гиньикур-Ву- зье (Guignicourt-Vousiers) или, в случае невозможности, на фронте Берри-о-Бак (Berri-au-Bac), Реймс, Реймская Гора (Montagne de Reims), сохраняя все время возможность перейти в наступление фронтом на север. 178 179
X. 3-я армия расположится, оперев свой правый фланг на кре- пость Верден и левый — на перевал Гранпре, или у Варенн-Сен- Менеульд (Varennes-Saint-Menehoula). XI. Все указанные позиции должны быть подготовлены с осо- бенной тщательностью, чтобы иметь возможность представить противнику максимум сопротивления. Из этого положения части перейдут в наступление. XII. 1-я и 2-я армии будут продолжать сдерживать противосто- ящие им неприятельские силы. В случае вынужденного отхода район их действий будет следующий: 2-я армия: между дорогой Фру ар — Туль — Вокулер включи- тельно и дорогой Байон — Шарм -- Мирекур — Виттель — Клермон включительно. 1-я армия: к северу от дороги Шатель — Домпер — Ла- марш — Монтиньи-ле-Руа включительно. Главнокомандующий Подпись: Ж. Жоффр Скрепил: Начальник штаба Подпись: Белен Указание для употребления артиллерии 27 августа 1914 г. Командующие армиями вновь обратят самым энергичным об- разом внимание подчиненных им частей на безусловную необхо- димость обеспечить полную связь между пехотой и артиллерией. До настоящего времени эта связь не всюду была достигнута. Пер- вая атаковала с слишком большой поспешностью. Вторая завязы- вала бой слишком медленно, нерешительно и скупо. Большую часть потерь, понесенных нашей пехотой, следует приписать этой основной ошибке. С другой стороны, действия батарей недостаточно согласова- ны. Часто получается впечатление, будто артиллерия вступает в бой отдельными частями и стреляет по инициативе одних коман- диров батарей. Кроме того, следует обобщить успешное употребление не- сколькими армейскими корпусами стрельбы 75-мм пушки на очень большие дистанции с врытым сошником. Наконец, следует подражать нашему противнику, широко при- меняющему самолеты для подготовки своих атак. Эти самолеты летают над местностью впереди фронта и дают возможность ар- тиллерии брать под обстрел на максимальную дальность ее ору- дий наши сосредоточения и наши колонны, так что мы не можем даже приблизительно определить расположение батарей. Теперь, когда мы вошли в соприкосновение с противником на всем фронте армий, число самолетов, необходимое для стратеги- 180 ческой разведки, сильно сократилось. Таким образом, командую- щие армиями впредь отдадут в распоряжение командиров армей- ских корпусов и резервных дивизий некоторое количество само- летов, которые будут применяться для следующих задач: 1. Отыскивать цели. 2. Давать батареям все необходимые сведения для производ- ства стрельбы. Опыты, произведенные в этой области в течение нескольких лет, достаточно многочисленны, чтобы в каждом армейском кор- пусе или резервной дивизии командующий артиллерией мог пос- ле получения сведений от службы авиации принять необходимые исполнительные меры. Главнокомандующий Ж. Жоффр Телеграмма командующему 4-й армией 27 августа 1914 г. Я не встречаю препятствий к тому, чтобы вы оставались завт- ра, 28 августа, на ваших позициях, дабы закрепить свой успех и показать, что наше отступление чисто стратегическое. Но 30 авгу- ста все должны находиться в отступлении. Подпись: Ж. Жоффр Приказ 1-й и 2-й армиям 28 августа 1914 г. Необходимо для 1-й и 2-й армий сохранять свои силы, про- должая приковывать противостоящие им неприятельские силы, и оставаться в связи между собой. Подпись: Ж. Жоффр Приказ 5-й армии 28 августа 1914 г. 5-я армия должна атаковать возможно скорее силы, которые вчера завязали бой с англичанами. Подпись: Ж. Жоффр Общая инструкция № 4 Главная квартира восточных армий Главный штаб, 3-е Бюро. 1 сентября 1914 г. I. Несмотря на тактические успехи 3-й, 4-й и 5-й армий, одер- жанные в районе Мааса и у Гиза, обходное движение, ведущееся противником против левого крыла 3-й армии, недостаточно оста- новленное английскими войсками и 6-й армией, заставляет все наше расположение заходить вокруг своего правого крыла. 181
Как только 5-я армия избежит опасности охвата, армии вновь перейдут в наступление. II. Отступательное движение может повести армии к отходу в течение некоторого времени в общем направлении с севера на юг. 5-я армия не должна ни в коем случае дать противнику охва- тить левый фланг своего движущегося крыла; остальные армии, менее стесненные в исполнении своего движения, могут останав- ливаться, оборачиваться на противника и пользоваться всяким удобным случаем, чтобы нанести ему частное поражение. Командующие армиями будут действовать так, чтобы не обна- жать соседние армии, будут находиться в постоянной связи и все время посылать друг другу сведения, которые сумеют получить. III. Разграничительные линии следующие: Между 3-й и 5-й армиями (отряд Фоша): дорога Реймс — Эпер- нэ (для 4-й армии); Монмор, Сезанн, Ромильи (для 5-й армии). Между 4-й и 3-й армиями: дорога Гранпре — Сен-Менегу — Ревиньи (для 4-й армии). В районе 4-й армии отряд Фоша будет в постоянной связи с 5-й армией. Промежуток между этими отрядами и главными силами 4-й армии будет наблюдаться 7-й и 9-й кав. дивизиями, подчинен- ными 4-й армии, поддержанными отрядами пехоты этой армии. 3-я армия выполнит свое движение под прикрытием Маасских высот. IV. Пределом отступательного движения, не считая, что это указание заставляет обязательно достигнуть этого предела, можно наметить момент, когда армии будут в следующем положении: а) один вновь сформированный конный корпус за Сеной, к югу от Брэ; б) 5-я армия за Сеной, к югу от Ножан-на-Сене (Nogent-Sur- Seine); в) 4-я армия: отряд Фоша, за р. Об (Aube), к югу от Арси-на- Обе, главные силы за Орнен (Ornain), к югу от Витри; г) 3-я армия к северу от Бар-ле-Дюка (Bar-le-Duc). 3-я армия в этот момент будет усилена резервными дивизия- ми, которые покинут Маасские высоты, чтобы участвовать в на- ступательном движении. Если обстоятельства позволят, то части 1-й и 2-й армий будут своевременно отозваны, дабы принять участие в наступательном движении. Наконец, подвижные войска (troupes mobiles) парижского укрепленного лагеря смогут также принять участие в общей операции. Подпись: Ж. Жофрфр 182 Ставная квартира северных и северо-восточных армий 2 сентября 1914 г. Главнокомандующий ~ г. маршалу Френчу, главнокомандующе- му английскими силами Господин маршал! Имею честь благодарить Вас за предложения, переданные Правительству Республики, касающиеся содействия английской армии и сообщенные мне. Настоящее положение 5-й армии не позволяет ей обеспечить достаточно действенную поддержку английской армии на правом фланге. Вследствие событий, происшедших в течение 2 последних ча- сов, я не считаю в настоящее время возможным предвидеть об- щую операцию на Марне всем наличием наших сил. Но я пола- гаю, что только содействие английской армии может дать благо- приятные результаты в условиях, изложенных в прилагаемом при сем письме, которое я адресую г. Военному Министру и копию которого имею честь препроводить Вам. Примите, господин маршал, выражение моего высокого ува- жения и моих сердечных товарищеских чувств. Жоффр Равная квартира по северным и северо-восточным армиям Общая главная квартира. 2 сентября 1914г. Главнокомандующий — г. военному министру Я получил предложение маршала Френча, которое Вы соизво- лили мне сообщить; эти предложения выражают намерение со- здать на Марне оборонительную линию, которая будет удержи- ваться достаточно густыми в глубину частями и особенно усилен- ными на левом фланге. Настоящее расположение 5-й армии не позволяет осуществить программу, намеченную маршалом Френчем, и обеспечить анг- лийской армии в надлежащее время достаточно действенную под- держку на правом фланге. Наоборот, английской армии на ее левом фланге обеспечена поддержка со стороны армии генерала Монури, которая должна двинуться для обороны северо-восточного фронта Парижа; при этих условиях английская армия сможет в течение некоторого времени удерживать Марну, затем отойти на левый берег Сены, которую она будет удерживать от Мелена и Жювизи; таким обра- зом английские силы будут содействовать обороне укрепленного лагеря, и их присутствие будет ценной моральной поддержкой для частей укрепленного лагеря. 183
Должен прибавить, что армиям только что даны инструкции с целью связать между собой их движения, и было бы невыгодно изменить эти инструкции. Они имеют целью поставить наши вой- ска в положение, которое им позволит в довольно близком буду- щем перейти в наступление. День начала движения вперед будет сообщен маршалу Френчу, дабы позволить английской армии уча- ствовать в общем наступлении. Жоффр Г. К. восточных армий Главный штаб, 3-е Бюро. № 3463. 2 сентября 1914 г. Лично и секретно Общий план операций общей инструкции № 4 намечает сле- дующие пункты: а) вывести армии из-под давления противника, привести их в порядок и укрепиться в районе, где они расположатся в конце от- хода; б) расположить все наши силы на линии, проходящей через Пон-на-Ионне, Ножан-на-Сене, Арси-на-Обе, Бриенн-ле-Шато, Жуанвилль (во изменение параграфа 4 общей инструкции № 4), на которой они будут пополнены посылкой из запасных частей (depots); в) усилить левофланговые армии двумя корпусами, взятыми из армий Нанси и Епиналя; г) в этот момент на всем фронте перейти в наступление; д) прикрыть наше левое крыло между Монтеро и Меленом всей свободной конницей; е) просить английскую армию участвовать в операции: — удерживая Сену от Мелена до Жювизи; — двинувшись вперед с этого фронта, когда 6-я армия перей- дет в атаку; ж) одновременно парижский гарнизон будет действовать в на- правлении на Мо. Главнокомандующий Жоффр Скрепил: Начальник штаба Белен Письмо маршалу Д. Френчу 2 сентября 1914 г. Английская армия, не колеблясь, бросила все свои силы про- тив численно превосходного противника и этим содействовала са- мым ощутительным образом безопасности левого крыла француз- ской армии. Своей работой она дала доказательство такой самоотверженно- сти, энергии и добросовестности, которым я считаю своим долгом отдать дань восхищения, и эти самые качества, которые она пока- жет еще завтра, приведут, несомненно, к торжеству нашего общего дела. Французская армия никогда не забудет оказанной услуги. Она прониклась тем же духом самоотвержения и решимости победить, который воодушевляет английские силы, и она широко уплатит свой долг благодарности в будущих сражениях. Подпись: Жоффр Общий приказ № 11 2 сентября 1914 г. Часть наших армий отходит, чтобы занять более сосредоточен- ное расположение, пополнить свои части и подготовиться со все- ми данными на успех к общему наступлению, приказ о возобнов- лении которого я дам через несколько дней. Спасение страны зависит от этого наступления, которое дол- жно, согласуясь с натиском наших русских союзников, разорвать германские армии, уже серьезно потрепанные нами в различных пунктах. Каждый должен быть предупрежден об этом положении и на- прячь все свои силы для достижения окончательной победы. Будут приняты самая крайняя предосторожность и самые дра- коновские меры, чтобы отступательное движение совершалось в полном порядке, дабы избежать ненужного утомления. Беглецы, если таковые найдутся, будут преследоваться и рас- стреливаться. Командующие армиями дадут приказы запасным частям (депо), чтобы они прислали необходимое очень широко исчисленное ко- личество людей для пополнения потерь, понесенных частями, и тех, которые предвидятся в ближайшие дни. Необходимо также, чтобы наличный состав был по возможности полным, командный состав воссоздан посредством производства и дух поднят на долж- ную высоту для новых трудов, для возобновления в близком буду- щем движения вперед, которое нам даст окончательный успех. Подписал: Жоффр Главная квартира восточных армий Главный штаб, 3-е Бюро. 3696 4 сентября, 2 ч. 55 м В ответ на ваше письмо 622 имею честь довести до вашего све- дения, что в мои намерения не входит привлекать территориаль- 184 185
ные части парижского укрепленного лагеря к участию в операци- ях, ведущихся действующими вблизи крепости армиями, ввиду слабых маневренных качеств этих частей. В противоположность этому я оставляю за собой право про- сить у вас для содействия этим операциям об участии полевых и резервных частей гарнизона, особенно для действия в направле- нии на Мо в момент перехода в наступление, упомянутого в об- щей инструкции 4 и указании 3463, экземпляр которого при сем посылаю вам. Жоффр Генералу Ж. Галлиени 4 сентября, 13 ч. Мой дорогой товарищ! Посылаю Вам в официальном письме инструкции, касающиеся военных действий сил, подчиненных Вам. Одновременно Вы получите копию письма, посланного мной Френчу. Часть сил генерала Монури теперь же может быть двинута на восток в виде угрозы правому германскому крылу, что- бы английское левое крыло могло себя чувствовать поддержан- ным с этой стороны. Полезно осведомить об этом генерала Френ- ча и иметь с ним частные сношения. Жоффр Общий приказ 4 сентября 1914 г. I. Следует воспользоваться рискованным положением первой германской армии, чтобы сосредоточить на ней усилия союзных левофланговых армий. Все меры будут приняты 5 сентября с це- лью двинугься в атаку 6-го. П. На 5 сентября необходимо занять следующее положение: а) все свободные силы 6-й армии к северо-востоку от Мо, го- товыми перейти Урк, между Лизина-Урке и Мэй-в-Мюльтьене (May-en-Multien) в общем направлении на Шато-Тьери; свобод- ные части 1-го конного корпуса (генерала Сордье), находящиеся вблизи, на время операций будут подчинены генералу Монури; б) английская армия, расположенная на фронте Шанжи — Куломмье, фронтом на восток, будет готова атаковать в общем на- правлении на Монмирай; в) 5-я армия, стянувшись слегка к своему левому флангу, расположится на общем фронте Куртакон — Естернэ — Сезанн, готовая атаковать в общем направлении с юга на север, 2-й кон- ный корпус (генерала Конно) обеспечит связь между английской и 5-й армиями; г) 9-я армия прикроет правый фланг 5-й армии, удерживая южные выходы из Сен-Гондских болот и перебросив часть своих сил на северное плоскогорье Сезанна. Ш. Указанные армии перейдут в наступление с утра 6 сен- тября. 4-я и 3-я армии получили свои специальные инструкции к концу дня 5-го. 4-я армия: завтра, 6 сентября, наши левофланговые армии ата- куют с фронта и фланга 1-ю и 2-ю германские армии. 4-я армия, остановив свое движение к югу, окажет сопротив- ление противнику, связывая свое движение с движением 3-й ар- мии, которая, выходя к северу от Ревиньи, переходит в наступле- ние, двигаясь на запад. 3-я армия: 3-я армия, заслоняясь к северо-востоку, бросится на запад, чтобы атаковать левый фланг неприятельских сил, дви- гающихся к западу от Аргонны. Свою операцию она свяжет с операцией 4-й армии, имеющей приказ задержать неприятеля. Жоффр Главная квартира восточных армий Главный штаб, 3-е Бюро 4 сентября Секретно Общая инструкция 5 Прибытие подкреплений из 2-й армии, а также необходимость внести большую гибкость в командование армиями привели к следующему изменению в боевом расписании: 3-я армия будет состоять из 5-го, 6-го, 15-го и 21-го армейс- ких корпусов, 65-й, 67-й и 75-й резервных дивизий, 7-й кавале- рийской дивизии. 15-й корпус к вечеру 6 сентября должен походным порядком достигнуть Даммари-на-Со (Dammarie-sur-Seux). 21-й корпус по ж. д. от Жуанвилль-Нанси 5, 6, и 7 сентября утром перейдет к Монтиеранде-Лонгвиль (Montierender- Longueville). 21-й корпус будет довольствоваться при 3-й армии, но перво- начально будет в распоряжении главнокомандующего. 4-я армия будет состоять из 2-го, 13-го и 17-го армейских кор- пусов и колониального корпуса. Армейский отряд Фоша с 5 сентября составит автономную ар- мию — 9-ю в составе 9-го и 11-го армейских корпусов, 42-й и ма- рокканской дивизий, 52-й и 60-й резервных дивизий, 9-й кавале- 186 187
рийской дивизии. Части 9-го армейского корпуса, которые еще не смогли присоединиться, выгружаются 4 и 5 в районе Труа (Troyes). 5-я армия сохраняет свой состав с прибавкой конного корпу- са, 4-й, 8-й, 10-й кавалерийских дивизий. II. В целях увеличения плотности сил, которые должны опе- рировать на благоприятной местности, 4-я армия, вероятно, це- ликом будет назначена для ведения операций в районе к западу от линии Витри-ле-Франсуа — Бриенн. III. Намеченный район отхода, указанный раньше в общем при- казе № 4 и памятке от 2 сентября, будет изменен в отношении 4-й армии. Эта армия должна будет действовать, продвигаясь воз- можно дальше, с фронта Мениль-ля-Контесс (Mesnil-la-Comptesse), Жюсейм (Jusseime), Пар-ле-Шаванж (Pars-les-Chavanges). 3-я армия, задачей которой являются действия на правом кры- ле главной группы армий, медленно отойдет, удерживаясь по воз- можности на фланге противника и в построении, которое позволи- ло бы ей легко перейти в наступление фронтом на северо-запад. Жоффр Общий приказ 6 сентября 1914 г. В момент, когда завязывается сражение, от которого зависит спасение страны, необходимо напомнить всем, что нельзя больше оглядываться назад; все усилия должны быть направлены на то, чтобы атаковать и отбросить неприятеля; часть, которая не может больше двигаться вперед, должна будет, чего бы это ни стоило, со- хранить захваченное пространство и скорее дать убить себя на ме- сте, чем отступить. При настоящих обстоятельствах не может быть терпима никакая слабость. Жоффр Письмо генерала Ж. Жоффра генералу Ж. Галлиени 7 сентября 1914 г. Мой дорогой товарищ! Считаю своим долгом горячо поблагодарить Вас за быстрый и продуктивный способ, которым Вы сделали армию генерала Мо- нури способной выполнить сложную поставленную ей задачу. Благодаря Вам и всем средствам, которые Вы ей предостави- ли, VI армия отлично маневрирует и ее действия очень счастливо помогают общей цели, которую мы все себе ставим. Чтобы облегчить и сделать более продуктивными действия этой армии, я счел необходимым послать ей непосредственно мои 188 приказы и инструкции. Но я пришлю их Вам в копии, чтобы Вы знали, что она делает, и могли ей оказать свое столь ценное со- действие. Я буду Вам очень признателен, если Вы не пошлете прави- тельству сведений, касающихся операций; в отчетах, которые я ему посылаю, я никогда не ставлю его в известность ни о целях ведущихся операций, ни о своих намерениях. Или, по крайней мере, в том, что я ему передаю, я указываю те части, которые дол- жны оставаться в секрете. Поступая иначе, можно было бы дать возможность противнику узнать некоторые операции своевремен- но для него. Вот почему я считаю необходимым, чтобы я один обсуждал эти вопросы совместно с правительством, так как я больше, чем другие, в состоянии судить, что может быть сказано без вреда. В настоящий момент положение кажется очень хорошим. Пе- ред Монури, англичанами и 5-й армией противник отступает, од- нако серьезных действий не было. Вероятно, противник старается укрепиться. Восточнее, перед Фошем, де-Ланглем, Сарайлем до 1-й армии, завязались более серьезные действия. Там тоже мы не в плохом положении. Это сражение продолжится, вероятно, несколь- ко дней. Я питаю доверие к его исходу, но будет трудно. Благово- лите, мой дорогой товарищ, вновь принять выражение моей при- знательности и моих чувств верной и сердечной преданности. Жоффр Письмо генерала Ж. Жоффра генералу Ж.-М. Монури 9 сентября Час за часом меня осведомляли об упорных боях, ведущихся в течение трех дней армией, которой Вы командуете, и о сверхче- ловеческих усилиях, возложенных на Ваши войска. Удерживая на фронте Урка значительную часть германских сил, мы получили огромное преимущество, которое позволит операциям союзных армий развиваться в желательном мне смысле. Я хочу лично Вам выразить мое удовлетворение и прошу передать его всем войскам, находящимся в Вашем подчинении. Жоффр Главнокомандующий — военному губернатору Парижа Шифрованная телеграмма главной квартиры, полученная гу- з бернатором 11 сентября в 18 ч. 5 м: J «Ввиду положения 6-й армии, удаляющейся все больше от па- J рижского укрепленного лагеря, эта армия отныне будет получать з 189
приказы непосредственно от главнокомандующего. Военного гу- бернатора Парижа будут продолжать осведомлять об общих инст- рукциях, даваемых этой армии». Главная квартира. Шатийон (Chatillon) - 10 сент. 1914 г. Германские, силы отступают на Марне и в Шампани перед со- юзными армиями центра и левого крыла. Чтобы закрепить этот успех и извлечь из него пользу, необходимо энергично следовать за этим движением и не давать противнику никакой передышки. Следовательно, наступление будет продолжаться на всем фронте в общем направлении на северо-восток. а) VI армия будет продолжать опирать свое правое крыло на Урк у ручья Сапьер (Sapieres) и на линию Лонпон — Шоден — Курмель — Суассон (Longpont — Chaudun — Courmeiles — Soissons) включит. Конный корпус Бриду должен выиграть про- странство на левом крыле и будет стремиться стеснить коммуника- ции и отступление противника. б) Британские силы будут продолжать свое победоносное дви- жение между вышеупомянутой линией и дорогой Рокур — Фер- ан-Тарденуа — Мон-Нотр-Дам-Базош, которая будет находиться в их распоряжении. в) V армия, к востоку от предыдущей линии, обойдет лес с юга и севера от Эпернэ в направлении на запад, прикрываясь от неприятельских частей, которые могут там находиться, и будет го- това действовать в восточном направлении к Реймсу против не- приятельских колонн, отступающих перед IX армией. X армейский корпус перейдет из района Вертю (Vertus) в на- правлении на Эпернэ — Реймс, обеспечивая связь между V и IX армиями и оставаясь во всякое время готовым поддержать эту последнюю. (Жоффр Ж. 1914—J915. Подготовка войны и ведение операций. М., 1923. С. 29—53.) 18. Документы об обороне Парижа осенью 1914 г. Письмо губернатора Парижа генерала Ж. Галлиени главнокоман- дующему 2 сентября 1914 г. ...Маршал Френч просит у меня поддержки войсками парижс- кого укрепленного лагеря. У меня создалось впечатление, что он 190 отступит еще, не заботясь ни о Париже, ни о той задаче, которую Вы возложили на него и которая мне неизвестна. Письмо губернатора Парижа генерала Ж. Галлиени главнокоман- дующему 2 сентября 1914 г. Напоминаю Вам еще раз то, что я сказал в трех телефонных разговорах, что я повторил в Совете министров президенту Рес- публики и военному министру: «Париж, если вы не дадите ему в подкрепление тюлевые войска, по крайней мере 3 корпуса, нахо- дится в полной невозможности обороняться». Телефонное сообщение маршала Д. Френча генералу Ж. Галлиени Маршал поручил мне передать Вам, что он только что полу- чил свои первые подкрепления, которые завтра должны быть рас- пределены по войсковым частям. Он не сможет двинуться в тече- ние дня, но возможно, что он тронется вечером 4-го, особенно если 6-я армия, которая, кажется, больше никого не имеет перед собой, начала бы аналогичное движение, которое ее передвинет на его левое крыло. Может ли район высадки 4-го корпуса быть изменен в соответствии с новой обстановкой для того, чтобы со- ставить со всеми этими силами возможно сильную армию? 3 сентября 1914 г. Парижская армия, жители Парижа! Члены Правительства Республики покинули Париж; они при- дадут новую силу национальной обороне. Я получил мандат защищать Париж против вторгшегося вра- га. Этот мандат я выполню до конца. Военный губернатор Парижа командующий парижской армией Письмо губернатора Парижа генерала Ж. Галлиени главнокоман- дующему 3 сентября 1914 г. Позвольте напомнить вам, что Париж насчитывает значитель- ное число территориальных частей, маневренные качества кото- рых очень незначительны и которые в качестве полевых войск очень слабо снаряжены (не имеют ни боевых, ни полковых обо- зов); я стараюсь им создать зачатки этих обозов. С другой сторо- ны, эти войска очень слабо снабжены артиллерией и огнеприпа- 191
сами; они не имеют ни парков, ни перевозочных средств, ни са- нитарных частей. Если с Вашей стороны не будет противоположного приказа, я буду держаться в Париже так долго, как смогу. Письмо губернатора Парижа генерала Ж. Галлиени главнокоман- дующему 3 сентября 1914 г. Имею честь просить Вас соблаговолить дать мне инструкции о той роли, которую Вы назначаете в Ваших операциях парижс- кому укрепленному лагерю и парижской армии. Послание английской главной квартиры главнокомандующему 4 сентября 1914 г. 18 ч. 15 м Маршал, который вчера после полудня, казалось, очень желал направиться к востоку, чтобы освободить левое крыло 5-й армии, под влиянием советов осторожности, данных ему его начальником штаба, изменил свое решение. Войска в принципе будут иметь сегодня отдых, но должны быть готовыми двинуться по первому сигналу, чтобы начать от- ступление за Сену. Движение выполнится в три периода; первый приведет арьер- гарды на фронт Манпертюи (к югу от Куломмье) — Фармутье — Тижо — Шантелу (Manperthuis — Farmoutiers — Tigeaux — Chan- teloup). Если бы 6-я армия двинулась из Парижа в направлении на во- сток, английская армия будет еще в состоянии поддержать ее на ее левом крыле. Но если левое крыло 5-й армии будет слишком далеко отбро- шено к западу или если германское продвижение станет слишком заметным, английская армия будет вынуждена продолжить свое отступательное движение за Сену, удерживая Корбей (Corbeil) своим левым крылом и Мелен — правым. Главная английская квартира остается сегодня, 4-го, в Мелене. Генерал Ж. Галлиени, командующий парижскими армиями, — г. генералу Ж.-М. Монури, командующему 6-й армией Парижская армия. Штаб. Париж, 4 сентября 1914 г. 9 ч. 3-е Бюро. № 6483. Секретно Принимая во внимание движение германских армий, которые, кажется, скользят впереди нашего фронта в юго-восточном на- 192 правлении, я имею намерение двинуть Вашу армию вперед на их фланг в связи с английскими войсками. Я укажу Вам направление Вашего движения, как только узнаю направление движения английской армии, но примите теперь же меры, чтобы Ваши войска были готовы двинуться сегодня после полудня и начать завтра общее движение на востоке от укреплен- ного лагеря. Немедленно двиньте кавалерийскую разведку на всем участке между дорогой в Шантильи и Марной. Теперь отдаю 45-ю диви- зию в Ваше распоряжение. Соблаговолите возможно скорее переговорить со мной лично. Командующий парижскими армиями Галлиени Шифрованная телеграмма английской главной квартиры генера- лу Ж. Галлиени 4 сентября 1914 г. Час получения: 21 ч. 45 м Место отправления: Мелен Число и час отправления: 4 сентября, 18 ч. 30 м Отправитель: полковник Хюге (Huguet) Назначение: военному губернатору Парижа Текст: «Маршал еще не вернулся, но теперь же даны приказы английской армии занять завтра, 5-го, линию Ормо — Турнан — Озуар». Общий приказ № 4 Парижская армия Штаб. 3-е Бюро Париж, 4 сентября 1914 г. 20 ч. 30 м I. Все сведения совпадают в показаниях, что главные силы первой германской армии, сражавшейся против 6-й армии, повер- нули на юго-восток. Вчера вечером были замечены значительные колонны, направлявшиеся к Марне, чтобы перейти ее между Фер- те-су-Жуарр и Шато-Тьери. Это движение кажется ясно направ- ленным против правого английского крыла и левого крыла 5-й французской армии. Одна из германских колонн, составляющая, вероятно, правое германское крыло, была сегодня в движении от Нантей-ле-Одуен (Nanteuil-le-Haudoin), на Мо или Лизи-на-Урке. При этих усло- виях, т. к. Парижу перестала угрожать опасность, все подвижные силы парижской армии должны маневрировать с целью сохране- 8 В. Шацилло 193
ния соприкосновения с германской армией и следовать за ней, чтобы быть готовыми принять участие в будущем сражении. Английская армия дала знать, что она готовится действовать в таком же смысле. II. VI армия выдвинет конную разведку в направлении Шан- тильи, Санлис, Нантей-ле-Одуен, Мо и Лизи-на-Урке. Приняты меры, чтобы усилить кавалерию 6-й армии всеми Я свободными частями. а III. Завтра VI армия начнет движение в восточном направле- " нии. удерживаясь на правом (северном) берегу Марны таким об- разом, чтобы вновь привести свой фронт в уровень Мо и быть го- товой 6-го утром атаковать в связи с английской армией, которая будет атаковать на фронте Куломмье — Шанжи. IV. В предвидении этого движения на восток VI армия будет постепенно усилена следующими частями: 45-я дивизия теперь же переходит в подчинение генерала Мо- нури; 4-й армейский корпус должен быть готов следовать за движе- нием VI армии по мере окончательной выгрузки каждой дивизии. Переход его в подчинение генералу Монури будет установлен осо- бым приказом. V Защита укрепленного лагеря будет обеспечена его нормаль- ным оборонительным гарнизоном, усиленным группой резервных дивизий Эбенэ (ЕЬепег). Командующий 85-й территориальной дивизией с 5-го числа вновь полностью вступает в командование восточным районом и будет располагать всеми частями своей дивизии. Группа резервных дивизий Эбенэ будет введена внутрь укреп- ленного лагеря. Одна дивизия перейдет в район Мениль — Аме- ло (Amelot), так, чтобы достигнуть его 6-го; эта дивизия расквар- тируется 5-го числа в районе Аттенвиль (Attenville), Марей-ан- Франс (Mareil-en-Frange), Виллье-ле-Сек (Vilhers-le-Sec) (штаб) и Виллен (Villaines). Другая дивизия группы Эбенэ перейдет в общий резерв. Она расквартируется 6-го в районе, который ей будет указан впослед- ствии. 6-го числа генерал Эбенэ вступит в командование на северо- восточном секторе; он будет располагать 92-й территориальной ; 1 дивизией. Эта дивизия обеспечит охрану северо-восточного сек- : 1 тора в период между уходом VI армии и прибытием резервной • 1 дивизии. | В северном (генерал Мерсье-Милон) и в южном (генерал Ми- ! шель) районах ничего не меняется. Однако ввиду ухода группы резервных дивизий Эбенэ связь между северным и южным районами и наблюдение за правым бе- регом Уазы должны быть лучше обеспечены. Нужно принять в расчет, что крупные германские кавалерийские части были заме- чены со стороны Бове, что сегодня видели уланские разъезды не- далеко от Понтуаз, и что вследствие ухода конницы Сорде, кото- рая была расположена на Сене, ниже Парижа, не является невоз- можным, что некоторые неприятельские патрули перейдут Сену и покажутся на нашем западном фронте. VI. Оборонительные работы в укрепленном лагере будут дви- нуты с возможно большей энергией. VII. Штаб-квартира губернатора помещается с сегодняшнего дня в лицее Дюрюи на бульваре Инвалидов. Командующий парижскими армиями Галлиени Письмо генерала Ж. Галлиени маршалу Д. Френчу 6 сентября 1914 г. VI армия, перешедшая сегодня утром в наступление, встреча- ет серьезное сопротивление. Были замечены две неприятельские дивизии, двигающиеся с юга к Урку они достигли Марны между Варедд (Va-reddes) и Лизи в 9 часов; чтобы немцы не могли пере- нести против VI армии части, стоящие против англичан, настоя- тельная просьба к маршалу Френчу двинуть свою армию вперед, чтобы общее наступление было действительно общим. Письмо генерала Ж. Галлиени маршалу Д. Френчу 7 сентября 1914 г. Господин маршал. Я знаю, что Вы находитесь теперь в тесной связи с генералом Монури, которому я посылаю все имеющиеся в моем распоряже- нии резервы. Считаясь с необходимостью прикрыть Ваш левый фланг, генерал Монури направляет на левый берег Марны 8-ю пе- хотную дивизию... Я хочу Вам выразить мою личную благодарность за ту столь действительную помощь, которую Вы оказали нам вчера, и, что касается меня, будьте уверены, что я приложу все усилия, чтобы добиться этого результата. Письмо парижского губернатора генерала Ж. Галлиени военному министру 8 сентября 1914 г. ...Наконец, я попросил бы Вас не забывать, что Париж со сво- ими территориальными частями недостаточной численности, со своими плохими и очень открытыми оборонительными сооруже- 194 195
ниями, со своим устарелым артиллерийским материалом (наши орудия стреляют только на 8 км против немецких, бьющих на 14 км) не может обороняться долго и в хороших условиях. Письмо парижского губернатора генерала Ж. Галлиени военному министру 11 сентября 1914 г. ...Я занялся, при очень к тому же ограниченных средствах, ко- торыми я здесь располагаю, посылкой 6-й армии офицеров, людей, лошадей. Затем, полагая, что нам представляется удобный случай припереть 6 германских корпусов, давно уже наседающих на наше левое крыло (5-я армия), за отсутствием ясных указаний из глав- ной квартиры я направил 6-ю армию на наш восточный фронт с общей целью — Урк. Но для успеха мне необходимо было, чтобы английская армия также перешла в наступление. Я неоднократно просил об этом маршала Френча. Короче говоря, он согласился действовать, но при непремен- ном условии, чтобы его фланги были поддержаны. Вот вследствие чего я был вынужден на свою ответственность направить к югу от Марны 8-ю дивизию 4-го корпуса, которая только что высадилась и которая могла бы быть гораздо лучше использована на левом фланге 6-й армии для действия по путям отступления немцев. Поэтому-то я занялся воссозданием в 2 дня парижской армии (6-й армии), которая поступала ко мне в довольно жалком виде (mal au point) и бросил ее при помощи самых быстрых средств пе- редвижения на правый фланг немцев. И теперь, когда маневр | удался и когда 5-я армия смогла наконец вырваться от противни- » ка, преследовавшего ее от Намюра, я посылаю на фронт по мере ? их выгрузки и всегда самым скорым способом части, которыми я I могу располагать. j (Жоффр Ж. 1914—1915. Подготовка войны и ведение операций. С. 29—53.) g 19. Оценка кампании 1914 г. на русском фронте, сделанная генералом Н. Н. Головиным (ГоловинН. Н. (1875—1944) — генерал-лейтенант, Первую ми- ровую войну встретил командиром 2-го лейб-гвардии Гродненско- го гусарского полка, в ноябре 1914 г. назначен генерал-квартир- мейстером штаба 9-й армии, с 1915 г. начальник штаба 7-й армии, а с апреля 1917 г. начальник штаба румынского фронта. В 1920 г. эмигрировал во Францию. В эмиграции написал серию работ по истории Первой мировой войны.) 196 Действия русских армий в конце 1914 года руководились той же резко и со страшнейшим напряжением проводимой идеей выручать наших союзников. Верховный Главнокомандующий Великий князь Николай Николаевич со свойственным ему ры- царством решает стратегические задачи, выпадающие на рус- ский фронт не с узкой точки зрения национальной выгоды, а с широкой, общесоюзнической точки зрения. Но эта жертвенная роль обходится России очень дорого. Русская армия теряет уби- тыми и ранеными около 1 000 000 людей, и что делает особо чувствительными эти потери — это то, что они почти всецело выпадают на долю кадрового состава армии... В отношении по- терянных нами и занятых нами территорий кампания 1914 года на русском театре дает несравненно более благоприятную кар- ту, нежели та, которую мы видим у наших союзников на фран- цузском театре. Хотя мы и потеряли небольшую часть Польши на левом берегу Вислы, но мы и не собирались удерживать ее и по плану войны; зато мы овладели Галицией и в Восточной Пруссии вновь подошли с востока к Мазурским озерам. В ито- ге начертание нашего фронта улучшилось по сравнению с ис- ходным положением в 1914 году... Германия, строившая весь свой успех войны на быстром пора- жении поочередно Франции и России, оказалась не в силах раз- бить ни ту ни другую; германский генеральный штаб был сбит с той позиции, на которой он базировал свою военную мысль в те- чение долгих годов, и как следствие этого утратил твердую идею плана войны, начав колебаться между западом и востоком. Это сделалось типичной особенностью последующего периода войны, когда вместо одного главного германского фронта против фран- цузов, получилось два — французский и русский. И этот важней- ший в стратегическом отношении результат является следствием действий на русском фронте. К сожалению, союзники не отплачивали полноценной моне- той за помощь, оказанную им Россией. Нужды последней не учи- тывались с такой же полнотой. (Головин Н. Н. Военные усилия России в мировой войне. Т. 2. Париж, 1939. С. 135.) 20. Об испытаниях, выпавших на долю союзников Из беседы от 1 октября 1915 г. английского военного предста- вителя в России генерала А. Нокса с генерал-квартирмейстером штаба Западного фронта генералом П. П. Лебедевым об испыта- ниях, выпавших на долю союзников в кампании 1915 г. 197
«Разговор коснулся доли тягот, выпавших на долю каждого из союзников, и маленький Лебедев, горячий патриот, увлекся вовсю. Он сказал, что история осудит Англию и Францию за то, что они месяцами таились, как зайцы в своих норах, свалив всю тяжесть на Россию. Я, конечно, спорил с ним и указывал ему, что если бы не Англия, то Архангельск и Владивосток были бы заблокированы... Лебедев ответил, что не желает сравнивать, что сейчас делает каждая из армий, но он сожалеет, что в Англии не понимают, что текущая война непосредственно грозит ее существованию. Несомненно, что Англия делает много, но она не делает всего, что она могла бы де- лать. Россия же ничего не бережет и все отдает; что может быть ей дороже, чем жизнь ее сынов? Но она широко ими жертвует. Англия же широко дает деньги, а людей своих бережет... Англия ведет эту войну, как будто это обыкновенная~война, но это не так. Из всех союзников России легче всего заключить сепаратный мир. Правда, она при этом может потерять Польшу, но Польша России совсем не нужна. России придется заплатить контрибуцию, но через 20 лет после этого Россия восстановит все свои силы. Не таково положе- ние Англии. Если Германия выиграет войну, то через 20 лет Герма- ния будет иметь флот в три раза сильнее английского. Затем он ска- зал: «Мы же продолжаем войну. Мы отдаем все. Думаете ли вы, что нам легко видеть длинные колонны населения, убегающего перед вторгающимися немцами? Мы прекрасно сознаем, что дети на этих повозках не доживут до весны». Что мог я ответить на это, ибо знал, что многое из сказанного Лебедевым правда. Я говорил что мог. Я надеюсь только, что говорил не глупее, чем некоторые из наших государственных деятелей, на беседах которых я присутствовал». В толще армии и в глубинах народа широко всходила мысль, что будто бы война нам была ловко навязана союзниками, желав- шими руками России ослабить Германию... Часто приходилось слышать начиная с зимы 1915/16 года циркулировавшую среди солдатской массы фразу: «Союзники решили вести войну до пос- ледней капли крови русского солдата». (Головин Н. Н. Военные усилия России в мировой войне. Т. 2. С. 159—160.) 2L Из доклада главнокомандующего французской армией генерала Ж. Жоффра на конференции в Шантильи в феврале-марте 1916 г. о задачах союзников в кампании 1916 г. I Начав бой под стенами Вердена, Германия вернулась к первой фазе европейской войны. Какова ее цель? Разбить Францию, что| 198 I бы обратиться затем, если представится надобность, против каж- дой из других союзных армий и покончить с ними. Хотя резервы, которые неприятель может позволить себе пе- ремещать с одного фронта на другой, уменьшаются как по разме- ру, так и по качеству все же проявленный им под Верденом на- пор оказался очень внушительным; он обладает еще средствами для его продолжения. Если Германия и пострадала, то все же до сих пор она верила в конечную победу; понесенные жертвы казались ей как бы пла- той за будущую славу; она перенесет и еще большие жертвы, если в ней сохранится эта вера, и можно думать, что в таком случае она не уступит перед мерами экономического и финансового стесне- ния, как бы они ни были соответственны и серьезны. Нет, мы должны поразить дух германской армии и нации и по- разить его такими военными успехами, которые могли бы унич- тожить в неприятеле всякую надежду на победу. Как достигнуть этого при настоящем положении коалиции? II На главных фронтах положение характеризуется неудачей, хотя бы даже и временной, атаки на Верден. Моральная сила про- тивника, истинная причина его могущества, — поколеблена; уве- ренность в победоносном окончании битвы пошатнулась. Теперь германский генеральный штаб вынужден изменить свои предположения. Первое предположение. Он может упорствовать в своих начи- наниях и стараться во что бы то ни стало достигнуть во Франции такого громкого успеха, который мог бы восстановить слабеющее доверие народа. В таком случае он направит на Верден или на другой пункт Западного фронта остающиеся еще у него свобод- ные части, чтобы положить конец сопротивлению французов. Он еще может надеяться этим путем настолько ослабить наши сво- бодные силы, что мы лишь в слабой степени будем в состоянии принять участие в угрожающем ему общем наступлении союзни- ков. Правда, что в таком случае он будет в состоянии оказать на английском и русском фронтах очень ослабленное сопротивление. Тем не менее результат, которого он достигнет этим путем, будет иметь весьма важное значение в дальнейших операциях коалиции, и представляется весьма важным не допустить этого. Если он потерпит неудачу, то морально он будет разбит. Второе предположение. Если, наоборот, его части, принимав- шие участие в атаках, настолько ослаблены, что он может опасать- ся противопоставить общему наступлению союзников силы недо- статочно большие и расстроенные, или если давление, которое го- 199
товятся оказать на него англичане и русские с целью оказать по- мощь французской армии, вызовет в нем опасения, он может пре- кратить атаки и перейти на всех своих фронтах к оборонительно- му образу действий. Такой образ действий, быть может, будет наиболее соответ- ствовать немецким интересам с военной точки зрения, но очень опасен для морального состояния германского народа, особенно если экономическое положение Германии будет становиться все более и более затруднительным. В предположении того или другого решения противника были установлены на совещании высших начальников в Шантильи 12 марта и способы действий войск коалиции. В первом случае общее наступление на каждом фронте будет начато по мере открытия возможности к тому в каждой армии (приготовительные меры для атаки, сосредоточение средств, кли- матические условия). Во втором случае общее концентрическое и согласованное на- ступление всех союзных армий будет начато в срок, признанный благоприятным и назначенный главнокомандующими. Во всяком случае, ввиду неизвестности предположений про- тивника и согласно заключениям одного из предыдущих совеща- ний союзники приняли все меры к тому, чтобы немедленно ока- зать помощь французской армии, атакованной под Верденом. Англия сменила одну из наших армий и тем дала нам возмож- ность восстановить наши резервы, израсходованные на оборону Вердена. Кроме того, она готовится произвести демонстративную атаку на части своего фронта. Италия произвела частные атаки на Изонцо, а Россия пред- приняла такие же наступления на северном участке своего фронта. На Балканах военное положение изменилось для нас к луч- шему. Благодаря присутствию в Салониках нашего экспедиционного корпуса, а также успехам русских в Армении установилось благо- приятное для интересов союзников равновесие. Турция приведена к бездействию. Болгария тяготится продолжением войны. Греция находится в тесной зависимости от нас. Румыния, хотя и не приняла еще окончательного решения, принимает, однако, оборонительные меры на австрийской и бол- гарской границах. Предпринять, однако, более решительные действия на этом театре для Франции и Англии не представляется возможным: с одной стороны, все англо-французские силы нужны во Франции; с другой стороны, материальные затруднения (недостаток воен- 200 ных транспортов и пр.) делают в настоящее время невозможными операции с силами, значительно превосходящими те, которые там ныне имеются. Поэтому экспедиционный корпус не получит никакого под- крепления, кроме восстановленной сербской армии. Роль его, заключающаяся в настоящее время в том, чтобы вводить неприя- теля в заблуждение относительно наших истинных намерений и привести к бездействию германо-болгарские резервы, примет бо- лее активный характер в период нашего общего наступления. Однако если положение на Балканах резко изменится в нашу пользу (присоединение к нам новых союзников, отделение от противника балканских его союзников), то восточная армия мо- жет начать наступление в благоприятную минуту. III Все заставляет думать, что если согласованное наступление, которое коалиция решила предпринять в довольно скором време- ни, удастся, то вскоре за ним последует и счастливое окончание войны. Надо, следовательно, напрягать все усилия коалиции для ре- шительного сражения и одержать необходимую победу. Наилучшее, что может сделать в настоящее время Фран- ция, — это шаг за шагом защищать национальную территорию,, сберегая по возможности свои силы и подготовляя одновременно предстоящий переход в наступление. Россия, Италия и Англия должны сосредоточить на главных театрах действий наибольшее количество своих сид и средств и в кратчайшее время довести до наивысшего предела подготовку своих атак, в которые должны быть затем введены все силы до последнего солдата и последнего орудия. В частности, желательно, чтобы Англия возможно скорее пе- ревезла на французский фронт все силы, оставление коих на дру- гих театрах действий не представляется необходимым. Настал час, когда нужно применить на деле принцип сосредо- точения сил, которое всегда сопряжено с некоторым риском на второстепенных театрах действий. Победа во Франции восстано- вит все и повсюду. Чтобы достигнуть этого результата, военное совещание, состо- явшееся в Шантальи 12 марта, рассмотрев средства союзных ар- мий в людях, орудиях и снарядах, приняло следующие решения. 1. Коалиция предпримет общее наступление в возможно ско- ром времени. Точный срок его начала будет установлен соглашением между главнокомандующими. к 201
2. Сербская армия в возможно скором времени будет переве- зена в Салоники. Состав Восточной армии в настоящее время изменен не будет; вопрос об этом будет поднят впоследствии и будет решен сооб- разно с обстоятельствами. Англо-французские силы получат по мере возможности орга- низацию, необходимую для горной войны. 3. Восточная армия и находящиеся в Албании итальянские войска будут держать противника под угрозой наступления. Пос- ледующий образ действий их будет решен сообразно с обстанов- кой. 4. Совещание выражает пожелание, чтобы экономическая бло- када Германии была стеснена, насколько это окажется возмож- ным. (Наступление Юго-Западного фронта в мае-июне 1916 г. Сборник документов. М., 1940. С. 41—44. Далее: Наступление Юго-Западного фронта.) 22. Секретный доклад от 22марта 1916 г. генерала М. В. Алексеева? начальника штаба верховного главнокомандующего, Николаю II об общем положении на театре войны 22 марта / 4 апреля 1916 г. Общее наше положение на театре войны Весьма секретно Минувшая операция не внесла существенных изменений в наше стратегическое положение. Хотя и имеется сообщение ген. Жилинского, что намечена переброска с западного германского фронта на наш одного корпуса (22-го), но соотношение сил оста- нется для нас благоприятным и не внушающим опасений. Росте- пель и состояние путей положили естественный предел недели на четыре развитию широких операций, и мы имеем время для по- полнения потерь, для боевой подготовки и для улучшения мате- риального обеспечения в мере наших средств. Менее утешительны выводы из минувшей операции в такти- ческом отношении для будущих наших действий. Намереваясь на- нести противнику сильный удар, мы обеспечили себе существен- ный перевес сил, сосредоточили стратегически в точке удара пя- терные силы (236 000 штыков против примерно 46 000 штыков) и не выполнили поставленной себе задачи, проявив малую такти- ческую подготовку и большую неосведомленность в действиях союзников на французском фронте и наших войск в декабре 1915 г. на Стрыпе. Как 9-я армия попала в клещи флангового 202 огня, так и правый фланг 11-й армии и войска 5-й армии, осо- бенно Двинской группы. Обе наши тактические операции отли- чались надеждой прорвать расположение противника налетом, отсутствием стремления к точной и разумной постановке артил- лерии определенных целей, нужных для подготовки и успеха пе- хотной атаки. Наша операция была приостановлена не столько половодьем и наступившей неблагоприятной погодой, сколько сознанием, что после уже понесенных частью корпусов потерь развивать дейстйия по ранее выработанному плану, но с прежними приемами выпол- нения бесполезно. Нам необходимо изучить наш дорогой опыт, использовать опыт наших союзников, чтобы в близком будущем подготовиться к более успешному выполнению тех задач, которые необходимо неотложно провести в жизнь, и создать из нашей армии боевой организм, способный не только отбивать немецкие удары, но и с полной уверенностью наносить их. Для выполнения этого, т. е. для всесторонней подготовки к операции, остается немного вре- мени, примерно около месяца — до конца апреля, когда в про- шлом году немцами начато вторжение в Риго-Шавельский район и последовали удары на Карпатах. Срок нашей готовности определяется также и постановлени- ем совещания союзных представителей при французской главной квартире (телеграмма ген. Жилинского от 28 февраля), что «общее наступление всех армий предположено в мае, причем начать его должна русская армия в начале мая, а прочие должны начать его в половине». Таким образом, к 1 мая наши армии должны быть вполне го- товы... во всех отношениях к наступлению. Конечно, фактически наша операция может начаться и позже под влиянием только что закончившихся действий у нас и еще продолжающейся операции под Верденом, но все мероприятия по подготовке мы должны закончить по возможности ранее 1 мая и никак не позже этого времени, имея в виду вероятность более или менее сильного контрудара противника на нашем фронте в конце уже апреля. Положение противника. Следует признать, что после Верден- ской операции, особенно если она окончательно решится не в пользу немцев, едва ли они будут в состоянии повторить такое же сосредоточение своих сил на нашей границе, какое было ими произведено в 1915 г. К тому же сильно изменились дело снаб- жения в наших армиях, их боевая сила и обеспеченность попол- нения потерь. Если Западный фронт пополнит свои 911 батальонов, Север- ный — 455 батальонов и Юго-Западный свои 593 до полного штата штыков, то наш перевес увеличитсй. 203
Таким образам, пока наш перевес над противником выражает- ся в 671 ООО штыков и шашек, а в действительности он, вероятно, еше больше. Но, приняв во внимание нашу тяжелую организацию дивизий в 16 батальонов против немецкой в 12 и даже 9 батальо- нов, следует перевес этот уменьшить и считать его примерно (в оперативном отношении) в 500 000 штыков и шашек. Перевес этот резко выражается на театре севернее Полесья, где мы вдвое сильнее противника, и лишь на 1/6 южнее Полесья. Из этого следует, что германцам наиболее выгодно было бы нанести нам удар на Юго-Западный фронт, где усиление ав- стро-венгерской армии только четырьмя германскими корпуса- ми (84 000 штыков) уравняло бы наши силы. На севере же эти четыре корпуса могут дать средства лишь для частного удара, например, при содействии флота против Риги, сгладить же не- равенство сил они не могут. Но удар на Юго-Западном фронте не-может иметь решающего в общем ходе войны значения. Соображения на случай обороны. Если противник атакует нас в половине апреля, т. е. ранее, чем мы сочтем себя готовыми к наступлению, то севернее Полесья он может произвести лишь частный удар или на Ригу, или Двинск, Молодечно, Минск, ог- раничиваясь на остальных участках обороной, рассчитывая на нашу малую способность брать его позиции. Нельзя отрицать, что он может надеяться с новыми четырьмя корпусами и с могу- чей артиллерией сбить нас у Риги, Двинска, Молодечно или Минска. Но всего вероятнее, что этот частный удар, потребовав от нас напряжения и массы усилий, все же будет нейтрализован и прорыв будет устранен. Если противник те же четыре корпуса с резервом тяжелой артиллерии двинет сначала на Юго-Запад- ный фронт, го он может рассчитывать отбросить наши войска от Румынии, парализовать деятельность последней и, предоставив австро-венгерской армии развивать первоначальный успех, пере- бросить свои корпуса с резервом артиллерии на Ригу или Минск. Тогда часть наших сил будет находиться в пути с севера на юг, и удар будет нам очень чувствителен. Допуская возможность тако- го плана, не следует слишком обнажать Риги и барановичского направления (так в документе. — В. Ш.), в июне и позже совер- шенно доступного. Следовательно, наиболее опасно для нас подвергнуться вне- запному нападению на юге. Необходимо иметь к северу от Поле- сья резерв в распоряжении верховного главнокомандующего для переброски в случае надобности на юг, не нарушая соображений главнокомандующих. Гвардейский отряд по своей громоздкости и перегруженности тыловыми учреждениями, экономическим об- ществом совершенно не может выполнять роль такого подвижно- го резерва. Соображения Юго-Западного фронта должны предус- матривать возможность такого наступления противника, и фрон- ту нужно быть готовым к отбитию удара, приняв меры к скорей- шему окончанию формирования и боевой подготовки новых ди- визий. Таким образом, внезапное наступление противника создаст известный кризис в нашем нынешнем положении только тогда, когда оно последует на юге. Мера против этого пока единственная: подготовка на севере резервов и хорошо обдуманный план Юго-Западного фронта, вы- деление им сильных резервов, доведение его войск до полных штатов, скорейшее осуществление всех намеченных организаци- онных работ. Но нельзя допустить только в предположении тако- го плана переброски сил ныне же на Юго-Западный фронт. Важ- нейшее стратегическое значение принадлежит театру к северу от Полесья, и здесь мы должны всемерно стремиться к обеспечению для себя превосходства в силах. Соображения для наступления. К решительному наступлению без особых перемещений мы способны только на театре севернее Полесья, где нами достигнут двойной перевес в силах. Но нежелательно повторять прежний план и вести атаки в бо- лотистых и лесных районах Постав и Якобштадта. Размокшая по- чва долго не высохнет, даже к маю; во-вторых, как признают французы по своему опыту, лесные участки представляют продви- жению вперед самые серьезные препятствия по легкости устрой- ства проволочных заграждений, трудности их разрушения, пова- ленных деревьев, укрытой установки пулеметов и артиллерии. Предстоящую операцию было бы желательно построить на следующих основаниях: 1. Западный фронт производит главный удар из Молодечнен- ского района в направлении Ошмяны, Вильна, может быть, на- чиная удар на участке Листопады, Вишнев, допускающем охват с обоих флангов, как на участке, вдающемся в нашу боевую линию. 2. Для большой связности в действиях при обороне Двинска и для лучшего использования при наступлении вдающегося в наше расположение участка неприятельской позиции при смежности обоих фронтов 1-я армия передается в Северный фронт и разгра- ничительная линия проходит примерно по долине р. Дисенки. 3. Северный фронт производит главный удар в районе Двинск, Видзы, для чего соответственно и значительно усиливает 1-ю армию. 4. Два главных удара обоих фронтов разъединены простран- ством лишь 100 верст. 5. Передачей 1-й армии в Северный фронт последний полу- чает возможность применить свои силы и развить удар вне лесов и болот. 204 205
6. Два гвардейских корпуса образуют резерв верховного глав- нокомандующего и в случае надобности могут усилить удар юж- нее Двинска. Они не входят в число тех сил, которыми Северный фронт обязан увеличить состав 1-й армии. 7. Для лучшего обеспечения Риги и ее района необходимо ос- тавить там силы вдвое большие, чем имеет противник (42 000), а именно 84 000—100 000 — 4 корпуса. 8. Общее наступление начинается ударом этих корпусов из Рижского района с целью овладения Митавой, что сразу может изменить положение на этом фланге Северного фронта, так как захват Митавы как узла путей сразу составит существенную угро- зу противнику. 9. Через несколько дней после атаки из Рижского района, смотря по ходу дел, производится одновременный удар от Моло- дечно и Двинска. 10. Нужно всемерно стремиться к тому, чтобы Северный фронт, имея в Риге двойное количество сил против неприятеля, из общего количества своих сил (400 000 не считая гвардии) выделил пример- но 250 000 против 200 000 неприятеля для удержания его и обеспе- чения путей на Петроград, а остальные пять корпусов (150 000 чел.) собрал в районе 1-й армии. С 63 000, состоящими ныне в этой ар- мии, получится 213 000 для удара против 43 000 противника (пре- восходство в пять раз). 11. Западный фронт в свою очередь должен сосредоточить в районе 10-й армии весь свой избыток сил, примерно в 300 000 штыков и шашек, что с 10-й армией (178 000) образует силу в 480 000 против 82 000 неприятеля, т. е. силы почти в шесть раз большие. 12. Конечно, превосходство, намеченное выше, уменьшится от тяжелой организации наших дивизий и корпусов и малого раз- вития путей сообщения. 13. Из этой массы Западный фронт должен иметь 3—4 корпу- са, считая их временно в резерве верховного главнокомандующе- го, на случай кризиса на Юго-Западном фронте. 14. Разграничительная линия между Северным и Западным фронтами в общих чертах намечается от Козян на Вилькомир (принадлежит Северному фронту). 15. Корпуса Западного фронта, назначенные для нанесения главного удара Молодечно, Ошмяны, Вильна, сосредоточиваются в районе Молодечно, Минск, чтобы образовать резерв и на слу- чай удара противника со стороны Барановичей. 16. Удобнее было бы 3-ю армию считать на фронте оз. Выго- новское, Чарторийск, объединяя этим оборону Полесья по обе стороны р. Припяти. Тогда все командование южнее Немана (Де- лятичи) до Полесья было бы объединено в 4-й армии. 206 Таким образом, по идее намечается удар 695 000 Северного и Западного фронтов против 125 000 противника, чем снова обеспе- чивается наше численное превосходство. Необходимо усердной работой со всеми начальниками добиться искусства производства тактической атаки, т. е. продуктивного употребления артиллерии и умелого ведения пехоты. Юго-Западный фронт по-прежнему должен готовиться к про- изводству удара из района Ровно ко времени развития наступле- ния севернее Полесья. Несомненно, перевес сил у нас велик; таковым он был и в ми- нувшую операцию. Опыт указал, однако, что одно превосходство сил не обеспечивает успеха, что масса сил в наиболее решитель- ные моменты операции или бездействует, или вводится в дело малыми пакетами, по частям, последовательно. Здесь намечена для обсуждения общая идея операции, согла- сованная с современными условиями соотношения и распределе- ния сил. И то и другое в течение месяца может подвергнуться из- менениям, что вызовет необходимость некоторых частных изме- нений, но общие начала должны во всяком случае сохранить свое назначение. Порядок сосредоточения на пунктах удара. Сбор войск в рай- онах 10-й и 1-й армий должен быть произведен по возможности незадолго до самого удара. До тех пор выгоднее, если войска Се- верного фронта будут выказывать стремление продолжать удар в Якобштадтском районе, а войска Западного фронта — около По- став и оз. Нарочь. Расположение резервов должно также наводить на мысль о продолжении старого. Вопрос этот требует строгого расчета и детальной разработки. Характер подготовки удара. Расчеты на успех следует основы- вать не на выборе участка, где слабее будто бы укрепления про- тивника, что всегда почти обманчиво, а на подготовке атаки ар- тиллерии, согласованности действий пехоты и артиллерии, на тщательном изучении всеми способами неприятельской позиции, на умелом использовании добытых сведений. Поэтому для главных ударов выбраны по возможности районы сухие, возвышенные, где в случае неполного успеха можно продол- жать действия хотя бы в виде позиционной войны, продвигаясь шаг за шагом, достигая успеха продолжительной, упорной работой. Такая подготовка требует внимательной разработки всех воп- росов, указаний; требует распределения и эшелонирования артил- лерийских запасов, подготовки эвакуаций. Нельзя забывать воп- роса о демонстрациях в различных видах (до распространения ложных сведений включительно). Алексеев (Наступление Юго-Западного фронта. С. 68—72.) 207
23. Директива главнокомандующим фронтами о задачах русской армии в наступлении 1916 г. Ген. Алексеев — ген. Брусилову Ген. Эверту Ген. Куропаткину Директива 2017/806 11 / 24 апреля 1916 г. Секретно Государь император, утвердив сего апреля журнал совещания, состоявшегося 1 апреля под личным председательствованием его величества, повелел: 1. Общая цель предстоящих действий наших армий — переход в наступление и атака германо-австрийских войск. 2. Главный удар будут наносить армии Западного фронта. Ар- мии Северного и Юго-Западного фронтов оказывают содействие, нанося удары с надлежащей энергией и настойчивостью как для производства частных прорывов в неприятельском расположении, так и для поражения находящихся против них сил противника. 3. Западный фронт атакует противника из Молодеченского района, развивая удар в направлении Ошмяны, Вильна. Северный фронт наносит удар или из района Иллукст, оз. Дрисвяты в направлении на Ново-Александровск, или из района южнее оз. Дрисвяты в общем направлении на Видзы, Уцяны. Юго-Западный фронт, тревожа противника на всем протяже- нии своего расположения, главную атаку производит войсками 8-й армии в общем направлении на Луцк. 4. Северному фронту надежно обеспечить Ригу и Рижский район возможно меньшим числом корпусов, но прочных. При на- несении удара из Двинского района мы должны быть спокойны за устойчивость нашего крайнего фланга, представляющего для немцев существенное значение в военном и моральном отноше- ниях. .5. Время и порядок перехода армий в наступление будут ука- заны дополнительно, сообразуясь как с действиями наших союз- ников, так и с накоплением нами материальных, главным обра- зом артиллерийских, запасов. 6. 1-я армия с 24 часов с 18 на 19 апреля переходит в подчи- нение главнокомандующему Северным фронтом в составе 4-го и 14-го армейских и 1-го кавалерийского корпусов, 24-ю пехотную и Сибирскую казачью дивизии передать Западному фронту. Разграничительная линия между Северным и Западным фрон- тами проходит через Вилькомир, Маляты, Колтыняны, Цейкине, Меленгяны, Медзяны, Москалишки, Бельки, Скураты, Кривки- Устье, Доховляне (на Двине), Горовое, оз. Страдное, Невель, То- ропец (карта — 10 верст). Линия эта принадлежит Северному фронту. 7. С указанного в предыдущем пункте времени 4-й кавалерий- ский корпус с приданной ему 77-й пехотной дивизией передается из 3-й армии в состав Юго-Западного фронта. Разграничительная линия между Западным и Юго-Западным фронтами проходит через Ратно, Угриничи, Островск, Удрицк, Ольманы, Симоновичи, Лельчицы, Наровль, Любяч, Городня, Нов- город-Северск. Линия эта принадлежит Юго-Западному фронту. 8. Подготовку к операции закончить в начале мая, главным образом в техническом отношении, в смысле накопления продо- вольственных и боевых средств, соответственного их эшелониро- вания, подготовки дорог, в отношении сближения с противником окопами по возможности по всему фронту. Сосредоточение войск в соответствии с вырабатываемыми планами атаки исполнить к указанному сроку в мере лишь край- ней необходимости, дабы не обнаруживать вполне своих намере- ний, не прикреплять войска к заранее предрешенным пунктам и не скучивать расположения частей. Этим будет достигнута не только возможность скрыть наши намерения, но и гибкость пла- на, применимость его к условиям местным, после того когда про- сохнет почва. 9. Иметь в виду возможность перехода противника в наступ- ление ранее нанесения намеченного нами удара. Этим соображе- нием надлежит руководствоваться при расположении соср