АКАДЕМИЯ НАУК СССР, ОТДЕЛЕНИЕ ИСТОРИИ, МИНИСТЕРСТВО ВЫСШЕГО
И СРЕДНЕГО СПЕЦИАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ СССР
ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ЖУРНАЛ
Выходит с 1026 года
МОСКВА. ИЗДАТЕЛЬСТВО «ПРАВДА»
ОПРОСЫ
кгоии
№ 1
ЯНВАРЬ
1988
СОДЕРЖАНИЕ
«Круглый стол»: Актуальные задачи изучения советского	рабочего	класса	3
СТАТЬИ
Академик С. Л. Тихвинский — Состояние и задачи дальнейшего развития ие
торического краеведения в СССР	 24
Б. Е. Зарицинй — США и левые силы в Западной Европе (70—80-е	гг.)	...	32
ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ
О. И. Меликян — Антивоенное сознание в прошлом и теперь	 49
ДИСКУССИОННЫЕ ПРОБЛЕМЫ
A. Ю. Дпорннченко (Ленинград) — Эволюция городской общины и генезис
феодализма на Руси	 58
ВОСПОМИНАНИЯ
B. Н. Новиков — Подвиг в ходе эвакуации	 74
ИСТОРИЧЕСКИЕ ОЧЕРКИ
Л. Р. Полонская — Ислам в исторических судьбах Пакистана	 88
ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА В СССР
В Отделении истории и Научных советах АН СССР
А.	Ш.— В Бюро Отделения	   100
80-летие академика А. М. Самсонова	 102
Н. Ф. Бугай — Конференция по проблеме «Октябрь и дружба	народов»	.	.	.	104

Обзоры
Б.	В. Соколов — Советская	литература о национальном вопросе	в	ЮАР	107
Рецензии
И. Е. Горелов, С. В. Шестаков — Генеральная репетиция Великого Октября.
Первая буржуазно-демократическая	революция в России		 116
B. Н. Виноградов—Внешняя	политика	России XIX и начала	XX	века	.	.	.	120
C. В. Думин — Н. И. У л а щ и к. Введение в изучение белорусско-литовского
летописания			 *22
Ф. И. Фирсов — Международное рабочее движение. Вопросы истории и теории.
Том восьмой	 125
Л. Е. Кертман| — Коммунисты в авангарде борьбы за единый рабочий
и народный фронт. 1934—1939	.	.	. .	. .	. 	 130
А.	И. Строганов — 3. И. Романова, Развитие капитализма в Аргентине . .	133
Коротко о книгах: Н. В. Минская — Великий Октябрь и современность. Реко¬
мендательный библиографический указатель; Р. Г. Скрьшников (Ленин¬
град) — Материалы по истории СССР. Для семинарских и практических
занятий. Вып. I; И. С. Галкин — Я. С. Драбкин. Четверо стойких. К. Либк¬
нехт, Р. Люксембург, Ф. Меринг, К. Цеткин	 135
Новые книги	 137
Статьи в советских периодических изданиях	 140
Хроникальные заметки	 143
МЕЖДУНАРОДНЫЕ СВЯЗИ СОВЕТСКИХ ИСТОРИКОВ
С.	П. Пожарская - Коллоквиум историков СССР и Испании	 146
М. А. Свищев, С. Б. Станкевич — Количественные методы	в исторпи ....	147
И. А. Платонов - Коллоквиумы военных историков	 151
ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА ЗА РУБЕЖОМ
Обзоры
Ма Луншань (КНР)—Изучение в Китае истории СССР советского периода 153
Рецензии
А.	Ю. Борисов — Влияние второй мировой войны на Советский Союз . . . 157
H. М. Зотов - М. У о л ф е р с, Дж. Берджерол. Ангола на переднем крае
борьбы	    160-
Коротко о книгах: Ю. В. Родович (Тула) — ГДР в мире социализма; Б. М. Поцх*
верна — Тюрккая Атаёв. Вторая мировая война (Причины возникновения?
Ход войны? Влияние на Азию и Африку?); С. Я. Карш - Справочник по
исторпи Французской революции 1789—1799 гг	 163
По страницам зарубежных журналов
Содержание журналов, выходящих в социалистических	странах	165
Рецензии на советские издания	 167
Хроникальные заметки	 168
НАУЧНЫЕ ЗАМЕТКИ
И. П, Крадии (Хабаровск), М. 10. Тимофеева — О дате основания Нерчннского
острога	 171
ФАКТЫ, СОБЫТИЯ, ЛЮДИ
Г. В. Ильин — Сбор средств на авиасоедииение «Москва»	 175»
В. А. Берлинских (Киров) —Первый историк Вятского края	 178
О. Б. Лопухова — Священный остров древних греков	 183
Сведения об авторах	  188
|3инаида Владимировна Удальцова 	 189-
Резюме статей па английском языке	  190
@ Издательство «Правда». «Вопросы истории». 1988.

АКТУАЛЬНЫЕ ЗАДАЧИ ИЗУЧЕНИЯ
СОВЕТСКОГО РАБОЧЕГО КЛАССА
«КРУГЛЫЙ стол»
В мае 1987 г. в Московском государственном историко-архивном институте
<(МГИАИ) по инициативе журнала «Вопросы истории» и Проблемной группы по
истории советского рабочего класса (ее руководитель — заведующий кафедрой исто¬
рии СССР советского периода МГИАИ В. 3. Дробижев) состоялось заседание
■«круглого стола». Среди его участников были заместитель директора Института
истории, филологии и философии Сибирского отделения АН СССР, заведующий сек¬
тором общих проблем истории советского общества и рабочего класса В. В. Алек¬
сеев, заведующий отделом социологических исследований Института этнографии
АН СССР 10. В. Арутюнян, В. Н. Быков — МИРЭА, заведующий лабораторией Ин¬
ститута международного рабочего движения (ИМРД) АН СССР J1. А. Гордон, ве¬
дущий научный сотрудник Института истории СССР АН СССР В. С. Лельчук, до¬
цент МГИАИ В. П. Мишаков, ведущий научный сотрудник ИМРД АН СССР
A. К. Назимова; декан факультета МГИАИ Е. И. Пивовар, заведующий кафедрой
истории СССР советского периода Ивановского университета А. В. Смирнов, доцент
‘Истфака МГУ А. К. Соколов, ведущий научный сотрудник Института этнографии
АН СССР О. И. Шкаратан.
Редакцию журнала представляли его главный редактор чл.-корр. АН СССР
B. Г. Трухановский и заведующий отделом отечественной истории К. И. Седов.
Присутствовали преподаватели и сотрудники МГИАИ, МГУ, ряда научных учреж¬
дений, аспиранты, студенты.
Открывая заседание, В. Г. Трухановский сказал, что история рабочего
класса для советских исследователей была и остается наиболее изучаемой областью.
Это вполне закономерно и оправданно, ибо рабочий класс - это революция, это социа¬
листическое строительство в нашей стране. Дело перестройки и ускорения соци¬
ально-экономического развития страпы связано также в первую очередь с рабочим
классом. Задача «круглого стола» — обсудить, чем сегодня озабочены историки со¬
ветского рабочего класса, какие перед ними стоят задачи.
В. 3. Дробижев: Наш «круглый стол» должен дать толчок более углублен¬
ному изучению советского рабочего класса, наметить новые проблемы, новые под¬
ходы и методы анализа. Целесообразно вынести на обсуждение ряд вопросов,
и первый из них — состояние исследований по истории советского рабочего класса.
По данной теме изданы сотни монографий, выходит многотомная история советского
рабочего класса (Реплика: «Которую не читают!»), но среди этого потока литера¬
туры очень мало книг, имеющих большую общественную н политическую зна¬
чимость.
A. К. Соколов: По данным ВАК СССР, за последние 10 лет 20—25% дис¬
сертаций по истории советского общества так или иначе связаны с изучением со¬
ветского рабочего класса. Средний возраст соискателей степени доктора историче¬
ских наук — 53—54 года.
B. 3. Дробижев: Значит, мы имеем весьма значительный корпус ученых,
•занимающихся историей рабочего класса. Но каков уровень представляемых работ?

A. К. Соколов: Существует своего рода «запрограммированность», «закатан-
ность» содержания исследований вокруг традиционно сложившихся подходов, од¬
них и тех же тем с использованием стандартного набора данных, которые лишь
«раскладываются» по отраслям, республикам, регионам. Создается впечатление, что-
исследования, рассказывающие об изменениях нрофессиопально-квалификационпого
состава, повышении материального благосостояния, усилении общественно-полити¬
ческой активности, достижениях в социалистическом соревновании и т. д., почти
дублирующие друг друга, исчерпывают историографию рабочего класса и нет иных
тем, которые луишо разрабатывать. Возникают опасения, что обращение к истории
рабочего класса стало служить своего рода облегченным средством проникновения
в пауку.
О. И. Ш к а р а т а н: За последние два десятка лет паблюдался застой в изу¬
чении истории рабочего класса. Лет 20—25 назад книги о рабочем классе читали
охотно, их тиражи по тем временам были обычные, а теперь книги но этой тема¬
тике выходят малыми тиражами. Литература эта обезличена, ее скучно читать.
Пристрастие к т. гг. коллективным трудам, в которых нет пи четкой позиции, ни
свежей мысли, губит данную область исследований. Мало молодых специалистов.
Проблемной группой по истории советского рабочего класса подготовлен ряд повых
исследований, по гг опп у л; г иерешагпули определенный возрастной рубеж.
B. 3. Дроби я« е в: Действительно, ныпешнпе исследования по истории рабо¬
чего класса весьма далеки от совершенства. За ширмой впеншего благополучия в
общественных пауках постепенно накапливались негативные тенденции, от которых
необходимо избавляться. Это — догматизм, легковсспая трактовка кардипальпых
проблем развития советского общества, постоянное забегание вперед в теоретиче¬
ских вопросах, упрощенное представление о процессах, происходивших в сфере
экономики, политики, массового сознания на разных этапах строительства социализ¬
ма. Вместе с тем в истории рабочего класса, пожалуй, как пи в одной другой об¬
ласти исследований (за исключением, может быть, истории КПСС) сказываются
тавтология, иллюстративность, недостаточное распространение повых взглядов, точек
зрения, отсутствие новых подходов, основанных на учете реальных, диалектически
сложпых и противоречивых социальных явлений и процессов во всей их полного
и многообразии. Для этого нужно существенное расширение фактической базы,
внедрение совремеппых технических средств для мобилизации, накопления и обра¬
ботки данных, применение математических и других методов, открывающих воз¬
можности для получения более точных данных по всему комплексу вопросов,
связанных с историей рабочего класса. На этой основе мы строим работу пашей
Проблемной группы. История рабочего класса сегодня — это круг в разной степепи
решенных и нерешенных проблем, многие из которых предстоит осмыслить заново.
Речь, копечпо, не должна идти об очередном конъюнктурном переписывании
истории.
Л. А. Гордон: Кажутся страппыми и паивпыми бытующие рассуждения о
том, нужно или пе нужно переписывать историю. Если мы признаем, что исто¬
рия — наука, то сама постановка вопроса — переписывать или не переписывать —
является бессмысленной. Наука должпа изучать. Если новые исследования вносят
изменения в имеющиеся представления о тех или иных исторических событиях,
эти сведспия должны пезамедлптельпо становиться предметом гласности. Если же
мы к истории будем подходить как 70 толковников подходили к Библии, то никакой
пауки у пас не будет.
В. Г. Трухановский: Вопрос о переписывании истории связан не только
с темой сегодпяшиего обсуждения, хотя всем ясно, что история рабочего класса бу¬
дет переписываться в свете повых данных, новых подходов. На многое мы смотрим
сейчас не через «розовые очки», а более трезвым взглядом. Такое переписывание
истории, уточняющее истину,— закопомериый и желательный для всякой пауки
процесс. Но есть переписывание истории с целью искажения истины и по конъ¬
юнктурным соображениям. Часть историков с готовностью следует именно этим
путем.
В. В. Алексеев: Переписывание истории, скорее ее уточнение и углубле¬
ние,— естественный диалектический процесс. Каждое поколение осмысливает для
4

себя историческое прошлое. Сейчас мы стоим перед такой необходимостью, и де
потому, что нужно держаться политической конъюнктуры, а потому, что ряд собы¬
тий прошлого мы видим сегодня иначе, чем раньше представлялось историкам. Они
просто не могли учесть многие проблемы. (Реплика: «И не хотели учитывать!»)
Сейчас у нас появилась возможность рассмотреть все происходившее в истории
советского общества, в том числе и в рабочем классе, глубже и всестороннее, пото¬
му что проявились следствия, как позитивные, так и негативные, тех явлений, ко¬
торые до конца не были ясны 20—30 лет назад. Почему же, получив новые дан¬
ные, историки не должпы уточнять свою концепцию? (Реплика: «Кое-кто не хочет
этого, считает, что все было хорошо».) Да, не все еще готовы расстаться со стары¬
ми стереотипами. У пас в институте разработана специальная программа обобще¬
ния исторического опыта. В ней дается интерпретация этого понятия, анализиру¬
ется его трансформация от поколения к поколению. Думаю, что такая программа
важна в методологическом плане для повышения социальной функции историче¬
ской пауки, особенно сейчас, когда извлечение исторического опыта, в том числе
накопленного рабочим классом, становится важнейшей задачей науки.
О. И. Ш к а р а т а н: Возникает вопрос, с каких позиций следует извлекать эти
уроки? История рабочего класса — это история и борьбы основных социальных сил
нашего общества, оценка его возможностей войти в век научно-технического пере¬
ворота. Я не одинок в таком подходе. Мы находимся сейчас на трудном, крутом
вираже истории. Надо чсстло сказать о нашем отставании. Я имею в виду не толь¬
ко нас, ученых, и не только то, что каждый серьезный историк па Западе имеет
персональный компьютер. Отстало наше общество по многим направлениям, преж¬
де всего, в технике, экономике. Признать это отставание важно для всех, кто по-
настоящему озабочен судьбами Родины п стремится к его преодолению.
В.	3. Дробижев: Для истории рабочего класса сегодня валена постановка
больших и важпых, ведущих к фундаментальным обобщениям и целостным пред¬
ставлениям тем. К их числу я бы отнес, во-первых, проблему осуществления ра¬
бочим классом своей ведущей роли на различных этапах, измепепия его социаль¬
ной структуры п тесно связанный с этим вопрос об исторически подвижных
границах рабочего класса. Я помню, как в 1970 г., после выхода книги О. И. Шка-
ратана «Проблемы социальной структуры рабочего класса СССР», развернулась ост¬
рая дискуссия, в ходе которой его оппоненты н «кувалдой пытались размахивать»,
и оргвыводы делать. А что мы видим теперь? Научно-техническая революция ведет
к тому, что суживается доля рабочего класса в его традиционном понимании, т. е.
работников физического труда, и возрастает число работников па производстве, за¬
нятых преимущественно интеллектуальным трудом. Между различными социаль¬
ными группами идут интенсивные интеграционные процессы. Историки недостаточ¬
но их учитывают и последуют. И в этом в немалой степени повинна неконструк¬
тивная критика в прошлом взглядов О. И. Шкаратапа, который выдвинул положе¬
ние о том, что границы рабочего класса по мере изменений в нашем обществе
расширяются. Рабочий класс «вбирает» в себя обширные слои работников нефпзи-
ческого труда, в том числе технической интеллигенции.
Вторая проблема — это взаимоотношения между различными классами и слоя¬
ми нашего общества на отдельных этапах социалистического строительства, преж¬
де всего взаимодействие рабочего класса и крестьянства. В историографии эта
проблема чаще всего сводится к изучению шефства рабочих над деревней. Взаимо¬
действие рабочего класса и крестьянства имеет достаточно мпого граней и не огра¬
ничивается тем, что рабочий класс вел за собой крестьянство, оказывал ему по¬
мощь. С точки зрения социальной, очень важно изучение и того, как крестьянство
влияло на формирование кадров рабочего класса. Это был довольпо сложный про¬
цесс. В город пришли десятки миллионов людей. Анализ процесса адаптации быв¬
ших сельских жителей в рабочей среде, темпов формирования кадровых рабочих
в предвоепный период мпе представляется крайне необходимым для понимания
многих событий. Важно установить, как воздействовали ускоренный процесс ин¬
дустриализации, социальная политика партии и государства на воспитание новых
слоев рабочего класса в социалистическом духе. Здесь не всегда принимается во
вппмапие разношерстный состав повых пополнений, шедших из деревни. Среди них
5

и бывший крестьянип-труженик, и деревенская молодежь, лишенная привычных
корней, вчерашние школьники и т. д. Но часто в город приходил и озлобленный
человек, испытавший на вебе допущенные в ходе коллективизации ошибки п
искривления. Нужно обратить внимание на издержки в системе идеологического
воегштапия пополнении рабочего класса, которое в обстановке складывавшегося
культа личности велось нередко с отступлением от пролетарских принципов, в духе
славословия, угодничества, приспособленчества, карьеризма. Для истории рабочего
класса 30-е годы представляют первоочередной интерес. Там заложены истоки мно¬
гих явлений и процессов, характеризующих современное состояние рабочего класса.
Третья проблема, которая пуждается в обсуждении,— территориальные и на¬
циональные различия в рабочем классе. Несомненно, что рабочие Москвы, Ленин¬
града, Иванова и других крупных промышленных городов, рабочие Центра или
Сибири, Прибалтики или Средней Азии и Казахстана не находятся на одном уров¬
не развития. Об этом следует говорить, так как имеющиеся различия наша исто¬
риография пыталась затенить и обойти.
Четвертая проблема — формирование образа, уровня и качества жизни совет¬
ского рабочего класса, свойственных ему норм социального поведения, психологии,
сознательности. Здесь более всего «белых пятен», полное отсутствие практических
разработок. В литературе, например, вопрос о быте рабочих подмепястся цифрами
о размахе строительства, выпуске товаров народпого потребления. Вопрос о зара¬
ботной плате, доходах и расходах рабочих семей сводится к росту номинальной,
а не реальной заработной платы. Что касается норм поведения, психологии от¬
дельных групп рабочих, то до последнего времени мы больше «шептали» об этом
между собой, чем говорили вслух. Я имею в виду распространившуюся среди ча¬
сти рабочих социальную апатию, потерю чувства ответственности, недисциплини¬
рованность, пьянство, воровство и другие явления. Они возникли не сразу, укоре¬
нялись в течение десятилетий, но об этом мало писали, делая упор на позитивных
фактах, характеризующих ведущую роль рабочего класса, и отходя от историче¬
ской правды.
Пятая проблема — участие рабочего класса в управлении производством, госу¬
дарством и связанные с этим вопросы общественно-политической активности, социа¬
листического соревнования. Вопрос о социальной структуре наших органов власти
и управления должен по-разному решаться для переходного и для послевоенного
периодов. Нельзя сужать проблему осуществления ведущей роли рабочего класса в
управлении до выяснения доли рабочих в государственном, советском аппарате.
Сейчас следует говорить о том, насколько наш аппарат в своей деятельности
руководствуется идеологией рабочего класса, его интересами. Ныне доля рабочих в
советских органах в статистическом отношении весьма высока — 35—40%, а то и
выше. Однако если посмотреть на картипу сменяемости депутатов, то обнаружи¬
вается своеобразная картина: в то время как платные работники остаются на сво¬
их, причем наиболее ответственных постах, состав депутатов-рабочих, исполняющих
свои фупкции без отрыва от производства, каждые выборы сменяется почти пол¬
ностью. Общая же картина выглядит внолпе приемлемой: в органах власти идет
процесс обновления состава. Для выяснения реального участия в делах управления
государством различных категорий депутатов в плане исторической ретроспективы
полезно было бы обратиться к методам контепт-апализа. С его помощью можно
изучать протоколы, стенографические отчеты съездов, сессий советских органов,
материалы комиссий. Такую работу мы уже начали по материалам съездов Сове¬
тов СССР. Интересная получается картина: на IV Всесоюзном съезде Советов
(1927 г.) почти каждый выступающий рабочий говорил то, что думал, реально
участвовал в обсуждении важпейших государственных вопросов. Прошло некоторое
время, и уже па VI Всесоюзном съезде (1931 г.) в каждое второе выступление
пропикают ноты рапортизма, славословия; складывается манера политического
поведопия, характерная для периода культа личности.
В.	С. Л е л ь ч у к: Больше всего меня беспокоит осмысление проблемы, что
такое ведущая роль рабочего класса, особенно в условиях социалистического строи¬
тельства. Годы революции и гражданской войны — здесь все более или менее по¬
нятно, хотя, по-видимому, и этот период следует еще изучать. Но то, что начинает
е

происходить с нашим рабочим классом во второй половине 20-х и в 30-е годы,
в литературе практически не показано. А между тем явления как позитивные
(сплоченность и монолитность нашего общества), так и негативные, традиционно
относимые к последствиям культа личности, идут из 30-х годов. По нашим
представлениям, рабочий класс играл тогда ведущую роль, причем она возраста¬
ла из пятилетки в пятилетку, если не из года в год, по подтвердить это фактами
мы не сможем, если оперировать данными, которые имеются в нашем распоря¬
жении.
Неизбежны противоречия в исторических построениях. Прежде чем искать но¬
вые подходы, их надо выработать. Пока этого пе сделано. В трактовке ведущей
роли рабочего класса нас несколько спасает обращение к теме «Партия и рабочий
класс». Через партию как авангард рабочего класса мы показываем возрастание его
роли в годы индустриализации и построения основ социализма. Но можно ли во¬
обще постоянно твердить, что роль рабочего класса всегда возрастает? Может быть,
не случится особой беды, если признать, что в определенные периода в нашем об¬
ществе происходило нечто другое?
Говоря о довоенной исторпп рабочего класса, нельзя обойти вопросы о том,
как и почему мы подошли к исчерпанию т. н. пэповских принципов строительства
социализма и приняли на вооружение командно-директивные формы и методы уп¬
равления экономикой. Чьи интересы выражали они? Мы знаем, что в среде рабо¬
чего класса всегда существовали группы, выражавшие определенные интересы,
настроения, идеи. Возьмите «рабочую оппозицию», сложившуюся на X съезде пар-
тип, Это оппозиция, изучение которой мы почему-то игнорируем, считая, что, если
оппозиция — значит враги, значит чуждые нам взгляды. Так ли это? «Рабочая оп¬
позиция» выражала идеи, несомненно, заслуживающие анализа и имевшие хожде¬
ние в определенной части рабочего класса. Безусловно, в дальнейшем наши руко¬
водители, теоретики и идеологи, входившие в Политбюро и ЦК партии, в той или
иной мере представляли интересы определенных слоев и трупп рабочего класса.
Здесь уже говорилось о том, что в 30-е годы миллионы людей пришли из дерев¬
ни в город. Для большинства из них это было приобщение к городской цивилиза¬
ции, подъем в культуре, отрыв от частнособственнических интересов и прочее. Но
в какой мере прежнее ядро рабочего класса устояло перед наплывом повых кресть¬
янских пополнений? В условиях 30-х годов рабочий класс не мог выразить свои
интересы иначе, как в форме производственной активности. Оп мог лучше или
хуже работать, но чтобы в условиях складывавшегося культа личности выражать
свои интересы через Советы, этого не видно из тех материалов 30-х годов, с кото¬
рыми я знаком как исследователь. Вот в годы Великой Отечественной войны
наблюдался рост пролетарских настроений, настоящий всплеск пролетарской соли¬
дарности.	(Реплика:	«Пролетарской	или общенародной?») Я бы не	сказал, что
общенародной, думаю, все же пролетарской. Эта тема требует серьезного ана¬
лиза, но все же, мне кажется, в годы войны в среде рабочего класса ярко про¬
явились	подлинно	пролетарские,	социалистические настроения.	(Реплика:
«А у крестьянства, интеллигенции?») То, что крестьянство и интеллигенция разде¬
ляли эти настроения, общей картины не меняет и лишний раз подчеркивает, что
в те годы мы четко видим проявление ведущей роли рабочего класса. Но я хочу
вернуться к 30-м годам, к затронутому В. 3. Дробижевым вопросу о темпах фор¬
мирования кадровых рабочих.
В.	И. Ленин писал в начале 20-х годов, что не мепее 10 лет нужно, чтобы
рабочий	по своему	жизненному положению усвоил пролетарскую	психологию.
А сколько лет пребывания на производстве пужно было в 30-е годы, чтобы етать
кадровым	рабочим?	Историки (в	определенной степени это касается и меня)
искренне считали (а многие и сейчас считают), что трех лет было вполне доста¬
точно. Формально можно стать рабочим и за сутки: колхоз переделать в совхоз —
вот вам и новая масса рабочих. Но Ленин ставил вопрос иначе, и к нему нужно
подходить более серьезно. Тогда станут яснее проблемы демократии, участия рабо¬
чих в управлении производством и государством. По-моему, те слои рабочего клас¬
са, которые росли и ширились за счет выходцев из деревни, не очень-то и нужда¬
лись в демократии.

Они скорее нуждались в известной доле принуждения, дисциплинировать,
подчинения как мелкобуржуазная стихия, связанная с деревней. Во второй поло¬
вине 30-х годов ситуация меняется, причем даже в худшую сторону, под влиянием
обстановки, характерной для периода культа личностн. Но те годы в нашей исто¬
риографии изучены плохо, и вовсе не потому, что у нас нет к ним интереса.
Напротив, интерес большой, одпако возможности изучения и осмысления процес¬
сов, происходивших тогда, были минимальными. И дело по в отсутствии источни¬
ков, как считают некоторые, а во взглядах, долгое время внедряемых с нашей же
помощью, мешавших объективно взглянуть на события. Выходя за рамкн обсужде¬
ния, я хотел бы заметить, что нечто похожее на то, что у нас было в
30-е годы, происходило и в ряде других преимущественно крестьянских стран,
вставших на социалистический путь развития. Культ лпчпости, по-видимому, по
случайно возникает в определенных исторических условиях.
Еще один вопрос, который мне хотелось бы затропуть (он частично уже здесь
прозвучал),— развитие рабочего класса в условиях перехода к социализму, минуя
капитализм, присущее ряду региопов нашей страпы. Как известно, дореволюцион¬
ная Россия страдала от недостаточности развитии капитализма, за исключением
отдельных районов Европейской ее части. Многие наши трудности происходят от
того, что мы не прошли той школы, той выучка капитализма, которые были необ¬
ходимы для перехода на более высокую ступень цивилизованности. Надо с очень
большой осмотрительностью подходить к процессам, которые происходили в Казах¬
стане, республиках Средней Азии, ряде автономий Северного Кавказа и не только
среди рабочих, но и среди интеллигенции, руководящих кадров. Можно и сейчас
наблюдать «океан» пережитков, которые сохранились даже не с 30-х, не с 20-х го¬
дов, а с дореволюционного времени. Это земляческие, родовые, семейные и т. д.
пережитки. Что же касается 20-30-х годов, которые в трудах по истории рабо¬
чего класса изображены как время складывания национальных отрядов рабочего
класса и национальной интеллигенции подобно тому, как это происходило в дру¬
гих республиках и регионах страны, то, видимо, наступил момент пересмотреть не¬
которые позиция, Я не хочу перечеркнуть все, что было сделано в то годы, но с
пользой для дела нам следует выяснить не только позитивные последствия скачка,
совершенного отдельными народами па пути к социализму, но и воздействие, ко¬
торое они оказывали на развитие рабочего класса советских республик в после¬
дующие десятилетия.
Осмысление того, о чем было сказано, поможет нам решить главные вопросы:
В чем проявляется ведущая роль рабочего класса на каждом историческом отрезке
времени? Постоянно ли опа возрастала в довоенный период? Нет ли каких-либо
объективных закономерностей, связанных с формированием идеологии культа лич¬
ности, с возникновением бюрократического аппарата и его последующей эволюци¬
ей? Не находился ли наш рабочий класс под влиянием этого аппарата?
¡Ю, В. Арутюн ян: Хочу остановиться на национальных различиях в среде
рабочего класса. К понятию «национальные отряды рабочего класса» мы обраща¬
емся, когда в нашем анализе обозначены национальные признаки. На самом деле
и социальное положение, и социальное поведение людей, их функции, роль и ак¬
тивность в различных сферах общественной жизпи определяются не столько на¬
циональной принадлежностью, сколько более глубинными пластами и факторами
национальной культуры, которые сказываются на социальном облике рабочего
класса. Чтобы выявить эти пласты, необходима организация еггециальпых ретро¬
спективных опросов по соответствующим программам. Сотрудники Института этно¬
графии, например, недавно занимались проблемами трудовых перемещений в Сред¬
ней Азии. В материалах последних съездов партии среднеазиатский регион назы¬
вался как трудоизбыточный и предлагалось переместить трудовые ресурсы в дру¬
гие районы страны, в частности в Нечерноземье. Наши исследования показали, что
склонность к перемещению обнаруживает только русское население этого региона.
У коренных народов, независимо от принадлежности к рабочим или колхозникам,
существует прочная связь со своей национальной средой. Русское население Сред¬
ней Азии гораздо больше ориентировано па миграцию, чем, скажем, в централь-
дых районах страны. Отмечается и такая закономерность: чем хуже условия жаз-
я

пи, тем больше стремятся русские к перемещению, тогда как для коренных наро¬
дов Средней Азии картина иная: чем хуже условия, тем меньше людей стремится
переехать. В Ташкенте, например, оказалось, что среди опрошенных пе исключают
возможности переезда в другие районы 24% узбеков, в Андижане, где условия
хуже,—11%, русские же гораздо больше. В Каракалпакии хотят переехать 00%
русских и всего 1% коренных жителей. Непонимание этих закономерностей,
обобщенный, недифференцированный подход к проблеме могут привести к серь¬
езным просчетам не только в миграционной политике, но и в национальной.
В исследованиях нельзя ограничиваться анализом только экономической стороны
развития класса, причем зачастую выполненным поверхностно, а надо учитывать
всю совокупность национальных особенностей, культурпо-бытовых условий и тра¬
диций, семейных отношений и пр.
Л. А. Гордон: В. С. Лельчук затронул вопрос об «окрестьянивании» рабочего
класса, происходившем в течение десятилетий с коица 20-х годов. Более 10 лет на¬
зад сотрудники группы в ИМРД АН СССР, развивающей историко-социологический
подход к изучению рабочего класса, писали о крестьянской подоснове значитель¬
ной части его рядов. Мы с Э. В. Клоповым и А. К. Назимовой недвусмысленно
подчеркнули связь между ослаблением внутрипартийной демократии, утверждени¬
ем авторитарных методов правления, с одной стороны, и тем стремительным внеш¬
ним пополнением рабочего класса в 30-е годы, при котором он, по выражению Ле¬
нина, становился менее «пролетарским» по своему составу. То, что раньше на ото
пе обращали достаточного внимания, а теперь обращают, свидетельствует об изме¬
нении общественной атмосферы.
Вопрос о влияпии крестьянской подосновы на развитие производственного по¬
тенциала рабочего класса, на его социальный облик, творческую активность, созна¬
тельность и т. д. приобретает ныне дополнительное значение, поскольку необходи¬
мость прсодолепия застойных и негативных явлений заставляет обращаться к
анализу их истоков. Сотрудники ИМРД АН СССР занимаются современным рабочим
классом и в каком-то смысле перспективами его развития и все чаще приходят к
выводу, что корпи многих нынешних трудностей следует искать в 30—40-х годах.
Сегодня на смену полувековой эпохе индустриализации приходит эпоха научно-
индустриального развития, связанная с интенсификацией народного хозяйства, на¬
учно-технической революцией. Новый технологический способ труда влечет за со¬
бой громадные сдвиги не только в производительных силах и производственных
отпошепиях, но и в надстройке. Для понимания современной ситуации важно,
учесть, что в прошлом мы преимущественно имели дело пе с социалистической
индустриализацией вообще, а с определенным ее типом, характер и особенности
которого определялись специфическими условиями, в которых находилась страна
в 20—30-е годы. Решить вопрос о своеобразии этого варианта, значит многое попять
из того, что происходит теперь. Весьма актуальна поэтому затронутая В. С, Лель-
чуком проблема: когда, почему и как осуществился переход от нэповских принци¬
пов социалистического строительства к методам комапдно-директнвпого, внеэконо¬
мического управления обществом.
Отказ от чисто экономических в пользу сверхцентрализовапиых, регламенти¬
рующих «все и вся» методов руководства экономикой в немалой степени объяснял¬
ся стремлением обеспечить сверхвысокий фонд накопления в составе национального
дохода. Такой нормы накопления, как в первые годы индустриализации в СССР,
пе было практически нигде. В этом случае нормальпые хозяйственные отношения
с деревней были вряд ли возможны, И. В, Сталин пе раз подчеркивал, что индуст¬
риализация предполагает паличие определенной «дани», сверхналога с деревни.
В этих условиях жесткий политический режим и соответствующие методы упран-
ления становились практически неизбежными.
Как ни привлекательна концепция «окрестьяпнвапия» рабочего класса для объ¬
яснения негативных явлений 30-х годов, в том числе возникновения культа лично¬
сти, думаю, что более существенную роль в рассматриваемой связи играл фопд на¬
копления, охватывавший чуть ли пе половину национального дохода.
Как известно, составной частью индустриализации в СССР были не только рост
государственного сектора, впесепие планово-директивного начала в управление,
л

установление новых отношений между городом и деревней, но и сокращение не-«
производительного потребления, жесточайший режим экономии, самоограничение
рабочего класса, «затягивание поясов». Отсюда — снижение по ряду показателей
живненного уровня, усугубленное ошибками и непредвиденными обстоятельствами.
Прогрессивные изменения в положении рабочих, особенно тех, кто пришел в город
из деревни, конечно, были: школа, детский сад, ясли, электричество, водопровод и
другие признаки цивилизации. Но питание ухудшалось и не превышало уровня
20-х годов. Душевое производство, например, в конце 30-х - пачале 40-х годов было
на 10—15% ниже, чем в среднем за 1924—1928 годы. С продукцией животноводства
дело обстояло еще хуже, что было связано с падением поголовья, низкой продук¬
тивностью обобществленного скота. Жилищная проблема все более обострялась.
Рослп скученность, теснота. Хотя по отдельным параметрам бытовые условия в
крупных городах улучшались, но даже в 1960 г. в рабочих поселках не имели
электричества многие жилища, а в сельской местности — больше половины.
Стремительная индустриализация и внешнее пополнение рабочего класса опре¬
деляли не только материальное положение, но и известную ограниченность квали¬
фикации рабочего класса, если иметь в виду более тонкие личностно-культурные,
исихологические аспекты, составляющие квалификацию рабочих. Эти ее элементы
складывались противоречивым образом, как противоречива и неоднозначна была об¬
становка, в которой это происходило. С одной стороны, у рабочих вырабатывалась
готовность к самоотверженному труду, к тому энтузиазму, с которым в наших
представлениях связываются первые пятилетки, готовность откликнуться на при¬
зыв, выполнить любой приказ свыше. С другой — происходило постепенное ослабле¬
ние (а со временем и полная атрофия) добросовестности, самостоятельности,
инициативности, ответственности, внутренней, не навязанной извне дисциплини¬
рованности. Для того типа индустриализации, который развертывался у нас в
30—40-е годы, эти качества, может быть, и не были самыми главными — дело
решало число рабочих, овладевших начатками квалификации. Но сегодня именно
более тонкие и сложные качества работника выходят на первый план. Эти качест¬
ва, конечно, никогда пе исчезали полностью в рабочей среде. Однако, если иметь
в виду массовые явления и тенденции, приходится признать, что, начиная с фор¬
сированной индустриализации и до последнего времени личностные и профессио¬
нальные качества, особенно необходимые для рабочих в современных условиях,
развивались явно недостаточно. И, конечно (причем опять не в силу «окрестьяни¬
вания», а вследствие многих обстоятельств), утрачивались, терялись те в общем-то
не очень богатые традиции демократически-городской пролетарской культуры, ко¬
торые были накоплены в предшествующие годы в ведущих индустриальных цент¬
рах страны, таких, как Красный Питер, и некоторых других.
О. И, Шкаратап: Эпоха индустриализации требовала несколько иной, мо¬
жет быть, бол^ее примитивной рабочей силы. Относительно грамотный вчерашний
крестьянин мог адаптироваться на производстве, работать в соответствии с требо¬
ваниями, которые ему предъявлялись. В современной ситуации эти возможности
практически исчерпаны. Конечно, перечисленные Л. А. Гордоном свойства, при¬
обретающие сегодня для рабочего класса решающее значение, были необходимы и
раньше, но тогда не могли еще развиваться в полном объеме.
Сегодня мы сталкиваемся с множеством проблем, которые возникли в 30-е годы.
Многие из них имеют прямое отношение к рабочему классу. И здесь следует искать
новые подходы к его изучению. Например, сейчас много говорят о возникшей в на¬
шем обществе проблеме конформизма и нонконформизма. Применяем мы эти ка¬
тегории к рабочим? Нет. А почему? Что, они касаются только интеллигенции?
Наша художественная и публицистическая литература опережает ученых в поста¬
новке важных и актуальных проблем развития советского общества. Не грех
сегодня кое-что из нее позаимствовать. Кроме того, историкам в поисках новых
подходов следует шире обращаться к опыту смежных наук. Сейчас в социологии
идет разговор о разных типах урбанизации: органической и патологической. Урба¬
низация, происходившая в нашей стране, в течение длительного периода имела
патологический характер. Как это сказалось на рабочем классе? Где анализ по¬
следствий этого явления? На эту тему исследований нет. В этнографии есть
10

концепция человека на рубеже двух культур. Касается ли она рабочего класса?
Да, ибо крестьянские парни, приходившие в города, как раз и олицетворяли тако¬
го человека. Часто мы видим в тех, кто пришел из деревни, только плохое. Это
неверно. Нужно отбросить дихотомию «хороший город — плохая деревня», харак¬
терную для исследований по истории рабочего класса. Проблема состоит в том,
что с переходом в город многие утрачивали то хорошее, что было традиционно
свойственно крестьянству, пе приобретая при этом нужных качеств, присущих
рабочим.
Сегодня снова остро встал вопрос об отношениях между рабочими и техниче¬
ской интеллигенцией, наблюдаются конфликты по поводу изменений в технологии,
в оплате труда и т, д. В этом можно видеть отголоски сложившегося в 30-е годы
представления, что интеллигепт противостоит рабочему,
В.	3. Дробижев: Я не думаю, что это идет от 30-х годов.
О. И. Ш ка ратаи: В то время, когда сформировалась новая, социалистиче¬
ская интеллигенция, плоть от плоти рабочего класса, не было сделано должных
коррективов в социальной политике, которые в полной мере учли бы это обстоятель¬
ство. Что же касается концепции об исторически подвижных границах рабочего
класса, то сегодня эта проблема стала серьезнее, интереснее и гораздо острее, чем
в то время, когда впервые была поставлена. Для различных этапов социального
развития нашего общества вопрос об исторически подвижных границах рабочего
класса стоит далеко не одинаково. Сейчас он формулируется так: лаходится ли
паше общество и поныне на том этапе, когда сохраняются классы и главными
остаются классовые различия, или же мы имеем общество уже другого типа —
становящееся неклассовым с преобладанием иных форм социального неравенства.
Это коренная проблема, связанная с понятием ведущей роли рабочего класса.
Я считаю, что наше общество переживает сейчас этап, когда в наиболее развитых
районах и среди наиболее развитых наций страны оно утрачивает классовые
черты. Это уже общество, социально неоднородное преимущественно по характеру
труда, по другим признакам, но не по классовым.
В этой связи возникает вопрос: как трактовать ведущую роль рабочего клас¬
са? Л. Л. Гордоп в 1967 г. опубликовал работу, в которой доказывал, что советское
общество, осуществляя на практике цели и задачи, провозглашенные Октябрем,
в мировом масштабе выполняет ведущую роль рабочего класса. Тогда же рядом ав¬
торов и у нас, и в других социалистических странах были высказаны взгляды о
том, что следует осмыслить проблему классовых и бесклассовых социалистических
обществ в историческом ключе. К сожалению, позднее писать па эту тему пере¬
стали. Сейчас, в условиях когда научно-техническая революция уже действительно
активно вторгается в нашу жизнь, возникает проблема определения ведущих сил
в научно-техническом прогрессе и в политической области. С точки зрения эконо¬
мической также необходимо изменение понятия «рабочий класс». Этот вопрос
взаимосвязан с высказываемыми нашими экономистами идеями насчет отказа от
примитивного понимания социалистического обобществления лишь как процесса
развития государственной собственности.
Длительное время в литературе господствовало положение об упрощении со¬
циальной структуры нашего общества по мере развития социализма, о быстром
становлении его социальной одпородности. Но ведь развитие производства ведет к
усложнению форм социальпо-экоиомичсского разделения труда, к функционально¬
му обогащению и растущему разнообразию деятельности людей во всех сферах
жизни. Процесс усложнения социальных структур является общеисторической
межформациоиной закономерностью. Он содействует устойчивости общества, его
высокой приспособляемости к условиям среды. Социализм не представляет исклю¬
чения, но этот процесс возрастающего разнообразия социальных отношений, групп,
институтов, организаций носит в нашем обществе принципиально иней характер,
чем при капитализме. Социальные различия, свидетельствующие о неравенстве лю¬
дей, шаг за шагом уступают место различиям, так сказать, горизонтального типа.
И вот в этом-то множащемся переплетении связей, взаимодействий, отношений,
пронизывая их и пропитываясь ими, живет и действует ведущая социальная
сила — рабочий класс.
11

Нерешенных проблем в его истории целый конгломерат. Необходимо, в част¬
ности, установить, когда наш рабочий класс становится социалистическим и не
является ли путь его социального развития той дорогой, по которой идет его ис¬
чезновение как класса. Это принципиальный вопрос, требующий пристального вни¬
мания исследователей. Было бы также интересно изучить «волны» в формировании
кадров рабочего класса, смену различных его генераций. Большинство обозначенных
проблем в широком плане исторической наукой еще не решено. Между тем не¬
обходимо, чтобы в общественном сознании оин отразились в виде обоснованной
концепции, подкрепленной надежным историческим материалом.
А.	К. Соколов: Все выступавшие говорили о необходимости новых подхо¬
дов к изучению истории рабочего класса, которая в значительной мере олицетво¬
ряет собой и всю историю советского общества. Ведущая роль рабочего класса
определялась совокупностью факторов, лежавших в сфере экономики, политики,
идеологии. Мне представляется странным мнение о том, что для отдельных перио¬
дов пашей истории вопрос об этой роли надо пересмотреть, причем как раз для
тех лет, когда она проявлялась наиболее очевидно, а именно для периода создания
фундамента социалистической экономики. В те годы мы как бы «подстегнули» ее
развитие путем развертывания тяжелой промышленности. Отставание других от¬
раслей, прежде всего сельского хозяйства, социальной сферы рано или поздно
должно было сказаться на нашей жизни. Точно так же формы и методы управле¬
ния, выработанные в период ускоренной индустриализации, псизбежпо изживают
себя, если опи не подкреплены развитием творческой инициативы трудящихся и
демократизацией общественной жизни. Если бы эти закономерности были своевре¬
менно осознаны, приняты во внимание, теоретически осмыслены, мы не получили
бы постепенно складывавшегося механизма торможепия и деформаций социализма.
В ряде выступлений прозвучала мысль о необходимости комплексного систем¬
ного подхода к изучению советского рабочего класса, выдвижения больших инте¬
гральных проблем, влекущих за собой перестройку данной области исследований.
Эту мысль пельзя не поддержать, но при ее реализации нужно учесть несколько
моментов.
Во-первых, следует избегать абстрактного теоретизирования по поводу тенден¬
ций социального развития нашего общества, отрыва от копкретной действительно¬
сти. Опасность такого подхода состоит в постоянном стремлении забегать вперед
в утверждении концепций, не вполне совпадающих с историческими реалиями.
К сожалению, подобный недостаток до недавнего времени был неотъемлемой чертой
наших общественных наук. Отголоски такого подхода, мне кажется, прозвучали и
сегодня. Сейчас, как никогда, важна работа по созданию фундамента из точных и
бесспорных фактов, позволяющих дать всесторонний анализ сложных и неодно¬
значных проблем истории рабочего класса.
Во-вторых, при рассмотрении процессов, происходивших в советском обществе,
нужно исходить из внутренней логики его развития, а не приспосабливать для это¬
го теории, созданные на другой почве. У меня вызывает большое сомнение расши¬
рительная трактовка процесса индустриализации как модернизации общества, при¬
менимость концепции научно-индустриальпого (или постиндустриального, или тех¬
нотронного) общества или стратификационных теорий для интерпретации
происходящих у нас социальных процессов. Научно-техническая революция, без¬
условно, глобальный процесс, но осуществляется он в разных социально-экономи¬
ческих и исторических условиях неодинаково. Главное для пас сейчас — осмыслить,
на какой ступени развертывания этой революции находится созданное нами социа¬
листическое общество. Говорить о том, что в нем уже произошло соедипение науки
с производством, еще преждевременно, хотя контуры этого явления видны.
Оообще историкам надо больше внпмапия уделять изменениям в сфере эконо¬
мики. Первые же разработки нашей проблемной группы, посвященные социальной
структуре рабочего класса, показали, что ее объяснение следует искать прежде
всего в производственных отношениях. Между тем в последние несколько десяти¬
летий история народного хозяйства СССР, создающая фундамент для такого анали¬
за, захирела, растворилась в мелкотемье, утратила свой некогда высокий статус и
престиж. На то были, конечно, свои причины как субъективного, так и объектив-
12

этого характера. Анализ литературы показывает, что историки, как правило, не
владеют категориями и методами экономического анализа, необходимыми дли оспо
нательного изучения истории народного хозяйства. Проблема создания подлинно
научной истории народного хозяйства и у экономистов стоит весьма остро. Как
известно, изменения в сфере экономики принадлежат к числу долговременных и
измеряются не 1—-2 или 5 годами, как часто пытаются их представить, а опреде¬
ленными этапами, циклами, стадиями, н связаипые с ними социальные процессы,
о которых сегодня идет речь, тоже являются долговременными. Нужен научный,
комплексный и системпый анализ чтобы определить их периодизацию, причем не
так, как это зачастую делается: сегодпя одпа периодизация, а завтра, смотришь,
другая, в зависимости от установок.
В.	3. Дробижев назвал ряд проблем истории рабочего класса, требующих перво¬
очередно]! разработки. Но в сущпости это грани одной и тон же важной темы —
изменения в социальной структуре общества, органов власти и управления, по¬
скольку рабочий класс находился в центре происходивших в стране социальных
процессов. Не случайно паш разговор все время возвращается к этой теме.
В плане анализа ведущей роли рабочего класса мне не импонирует концепция
исторически подвижпых его границ. Согласно ей получается, что по мере поступа¬
тельного развития нашего общества рабочий класс как бы вбирает в себя различ¬
ные категории тружеников социалистического общества. Такое понимание неизбеж¬
но рождает трудности и противоречия в объяснении социальных процессов. По¬
строение бесклассового общества идет не путем поглощения рабочим классом
других классов, слоев и групп населения, а через его сближение с ними, в ходе
которого признаки, выделяющие рабочий класс в общей массе населения, теряют,
утрачивают свое значение. При этом один тип социальной дифференциации обще¬
ства сменяется другим.
Социальная структура общества понимается у нас чаще всего чрезвычайно
упрощенно. Преобладает мнение, что по мере ликвидации классовых различии воз¬
никает социальная однородность, попимаемая в несколько эгалитарном духе. В луч¬
шем случае отмечается существование в нашем обществе и, естественно, в рабочем
классе, мужчин н женщин, молодежи, учащихся, пенсионеров и т. д. Это не столь¬
ко неправильное, сколько одностороннее и неполное представление о социальной
-структуре, влекущее за собой и упрощенное представление о социальной полити¬
ке. Главное в ней — выделить то социальные силы, которые выражают основные
тепденции развития общества, учесть их иптересы и последовательно проводить
их в жизнь.
Какой же тип социальной дифференциации возникает сегодня? О. И. Шкаратан
определяет его как «стратификационный», считая, что в ряде аспектов мы видим
«страты», слои. Но в связи с этим возникает ряд вопросов: какие это слои, на
которые мы сегодня должны делать ставку, утратили ли они полностью связи с
теми классами и слоями, на основе которых возникли, и их образование идет на
иной неклассовой основе? Я полагаю, что новые слои и группы не утратили пока
своих классовых черт и говорить о бесклассовом обществе еще не время.
Вместо рассмотрения исторически подвижных границ рабочего класса, думает¬
ся, нужно более полно, чем это делалось до сих пор, учитывать различные аспек¬
ты социальных взаимодействий. Процесс общественного развития, прежде всего из¬
менения в области экономики, вызывает сдвиги и в социальной сфере, порождает
повые слои и группы, которые как раз и возникают на границах классов. Не луч¬
ше ли будет признать объективный характер этого явления, чем бесконечно спо¬
рить о том, куда кого и по какому поводу следует отнести? Здесь много говори¬
лось о взаимоотношениях рабочего класса и крестьянства, но почему-то значительно
меньше о взаимодействии первого с различными отрядами интеллигенции и служа¬
щих, которые вовсе не являются обособленными социальными группами. Они также
в ходе строительства социализма приобретали свойства, сближающие их по поло¬
жению с рабочим классом. Если рабочий класс после революции приходит к орга¬
низации власти и управления, то он формирует государственный аппарат, и в этом
одно из свидетельств осуществления им своей ведущей роли. Другое дело — решить
вопрос, насколько этот аппарат сохраняет затем свою природу, не оторвался ли
13

он в последующем от своей социальной основы, не превратился ли в ординар¬
ную бюрократию.
Необходимо четко и последовательно придерживаться принципа историзма в
изучении рабочего класса. Более того, надо видеть органическую связь между раз¬
личными периодами и этапами его истории, входить в понимание тех проблем, ко¬
торые стояли перед ним на том или ином историческом отрезке времени. Не раз
сегодня заходила речь о 30-х годах как о периоде, где лежат истоки многих наших
ыынешпих трудностей и негативных явлений. Однако сами 30-е годы нельзя рас¬
сматривать однозначно. Они, конечно, были сложными, противоречивыми, трудны¬
ми и тяжелыми, но в то же время радостными, героическими, полными своршепийт
ожиданий и надежд.
Чтобы лучше понять и объяснить социальные процессы 30-х годов, нужно,
по-видпмому, обратиться к более ранним событиям пашей пстории. Прежде всего-
надо сломать тот барьер, который образовался между историей дореволюционного-
российского пролетариата и историей советского рабочего класса. Проявляется тен¬
денция начинать ее как бы с нуля, вне анализа объективных предпосылок револю¬
ционных преобразований, движущей силой которых выступал рабочий класс. В ре¬
зультате нарушается историческая преемственность, наблюдается преувеличение-
субъективных факторов в анализе событий. Не случайно в последнее время про¬
исходит своеобразное оживление старых представлений о том, что пролетарская-
революция в нашей стране произошла вопреки законам истории. Необходимо вос¬
становить целостную историю развития рабочего класса, обратить более присталь¬
ное внимание на экономические и социальные процессы предреволюционной эпо¬
хи, их органическую взаимосвязь, на стечение объективных факторов, приведших
к революционному взрыву, и на более широком историческом фоне осмыслить
социальные процессы переходного периода. Нашей проблемной группе в какой-то-
мере удалось сделать это путем детального анализа материалов профессиональной
переписи рабочего класса 1918 г., проведенной на стыке двух эпох, и ряда других
источников. В результате выявлены и охарактеризованы те слои и группы в струк¬
туре класса, которые шли в авангарде революционных преобразований, создавали1
всю систему пролетарской диктатуры, ее устройство, организацию, многочисленные-
институты.
Восстановление связи между историей дореволюционного пролетариата и совет¬
ского рабочего класса позволяет по-новому взглянуть на некоторые социальные яв¬
ления, в частности, на деклассирование пролетариата, его последствия. В какой
мере сохранился кадровый костяк рабочего класса к середине 30-х годов? В очень
незначительной. В начале восстановительного периода численность фабрично-завод¬
ских рабочих уменьшилась по сравнению с 4917 г. более чем в 3 раза и едва
превышала 1 млн. человек. К концу периода восстановления и консолидации рабо¬
чего класса (1921—1928 гг.) численность его не достигла довоенной. Да и какой
степенью «кадровости», если учесть обозначенные В. С. Лельчуком критерии, обла¬
дали этот рабочий класс, его новые пополнения на фоне массового выдвиженчества,
характерного для 20-х годов? Надо было быть очень инертным и малоспособным,,
совсем не обладать честолюбием, чтобы не продвинуться при открывавшихся воз¬
можностях и всеобщей тяге к образованию вверх по профессиональной и социаль¬
ной лестнице и остаться кадровым рабочим. Что же означал в этих условиях на¬
чавшийся в 1929 г. усиленный приток новых рабочих из деревни?
Все исследователи согласны с тем, что к середине 30-х годов на фоне уско¬
ренной индустриализации обозначились черты нового социального облика и внут¬
ренней структуры рабочего класса. Однако в какой мере? Данные свидетельствуют
лишь о начале довольно длительного процесса формирования новой социальной
структуры рабочего класса. Процесс этот у своих истоков отличался неустойчи¬
востью. Великая Отечественная война наложила на него свой отпечаток. Но все
же к концу 50-х годов в целом сложилась социальная структура рабочего класса,
свойственная индустриально развитой социалистической стране. В этот момент
наше общество отчетливо осознавало свое вступление в качественно новый этап
развития. На очередь дня вставали новые задачи: интенсификация экономики, со¬
здание единого народнохозяйственного комплекса па базе современных достижений
44

пауки и техники, совершенствования социальных и политических отношений. Но
это стало до конца ясно только сейчас, а тогда наша теоретическая мысль ие смог¬
ла правильно определить ближайшие задачи. Были волюнтаристские ошибки,
просчеты, шатания, непоследовательность в осуществлении намсчеппых мероприя¬
тий. Это не могло не сказаться на характере социальных процессов.
Нельзя не согласиться с теми, кто связывает деформации в политической си¬
стеме советского общества с социальными процессами 30-х годов и последующего
времени. Наверное, никому не придет в голову отлучать тех, кто правил и управ¬
лял страной в первые годы Советской власти, от рабочего класса. А таких было
пемало — сотни тысяч. Конечно ше, деклассирование пролетариата нарушило пра¬
вильный процесс воспроизводства управленческих кадров. Выдвпженцы героиче¬
ского революционного времени все больше п больше закреплялись в партийном и
государственном аппарате. С помощью ЭВМ нами создана база данных по мате¬
риалам советских оргапов, которая дает возможность последовать изменения в по¬
литической системе за длительный период. И мы действительно можем паблюдать
к середине 30-х годов закрепление наиболее ответственных функций власти п
управления в рамках определенных постов и должностей, в то время как уровень
сменяемости депутатов, работавших без отрыва от производства, возрастал. Про¬
исходило своего рода «окостенение» аппарата, К тому же к середине 30-х годов на
смепу старшему поколеппю руководителей, людей с солидной теоретической под¬
готовкой и практическим опытом, в него вливается поколение выдвиженцев периода
гражданской войны, усвоивших свойственные тому времени методы управления.
Они в значительно мепьшей степени сохраняли связь с рабочим классом, во-пер¬
вых, потому, что пх прежнее социальное положение было зачастую непролетар¬
ским, во-вторых, потому, что их статус к середине 30-х годов существенно изме¬
нился. У многих за плечами были рабфаки, курсы, совпартшколы, комвузы, т. е.
фактически они полностью перешли в группу административной, управленческой
интеллигенции. Знаний, необходимых для управления, им вряд ли было достаточ¬
но, учитывая скороспелый и неполный характер полученного образования. К тому
же среди них было немало специалистов-практиков. Но революционными лозунга¬
ми, на которые с готовностью откликались массы, они владели в совершенстве и
волевыми усилиями старались осуществить их на деле.
Культ личности, сложившийся в эти годы, имел, безусловно, мелкобуржуазную
и в значительной степени псевдореволюциоиную основу и не случайно относится
к 30-м годам, когда создались предпосылки для этого, и социальные изменения, как
уже отмечалось, сыграли здесь не последнюю роль. Трудно, однако, представить
его возникновение в более ранние годы, когда в органах власти и управления про¬
водились подлинно пролетарские принципы, хотя степень мелкобуржуазности стра¬
ны и крестьянское окружение были более заметными. Понятен громадный общест¬
венный энтузиазм, размах и формы социалистического соревнования, которые были
созвучны эпохе. Об этом говорит и состав ударников и стахаповцев, многие из
которых были молодыми выходцами из деревни. Но уже в стахановском движении
можно усмотреть известные противоречия. Зародившись как движение новаторов
производства, т. е. наиболее прогрессивной и передовой части рабочего класса, оно
в своем развитии пошло по тому же пути, что и ударничество,— по пути количе¬
ственного перевыполнения порм выработки.
Бедой многих наших трудовых починов и форм соцсоревнования в послевэен-
ный период был не столько формализм, как утверждается в литературе (хотя
формальный и бюрократический подход к соревнованию, безусловно, огромное зло),
сколько их несоответствие тем реальным процессам, которые происходили в обла¬
сти экономики, политики, идеологии. Вспомним движение за коммунистическое от¬
ношение к труду. Зарождение различных форм творческой активности, опережаю¬
щих время, было характерно и для более раннего времени, но опи не получали
широкого распространения и затухали сами собой. Движение же за коммунистиче¬
ское отношение к труду и ударников коммунистического труда не выражало инте¬
ресов и потребностей даже наиболее развитых слоев рабочего класса, Они скорее
были заинтересованы в укреплении своего положения, хороших заработках, улуч-
15

шепни материального благосостояния, условий труда и быта и фактически (не на
бумаге) пе откликались па преждевременные политические призывы.
Имеем ли мы сейчас социальную структуру общества и рабочего класса, адек¬
ватную эпохе соедннепия социализма с паучло-техпической революцией? Как по¬
влияли поставленные и нереализованные задачи па социальный облик и политиче¬
ское созпание рабочего класса? Почему разбухший до нспмоверпых размеров аппа¬
рат оказался псспособпым, а в ряде случаев и пе желающим решать проблемы,
которые время ставило иа повестку дня? Сегодня учет социальпой дифференциа¬
ции рабочего класса особенно важен. Мы говорим, что он является движущей силой
перестройки, ее социальпой опорой. Однако далеко пе весь рабочий класс в равной
мере заинтересован в ее осуществлении. Механизм торможения породил слои и
группы, которые хорошо приспособились к сложившейся обстановке. Я имею в
виду значительную часть рабочих, запятых малопроизводительным, неквалифици¬
рованным трудом, и некоторые другие категории работников. Бывали моменты, ког¬
да казалось, что интересы и настроения «серого середнячка» и даже отсталых сло¬
ев, в определенном смысле социально активных, захлестнут рабочий класс, те слои
и группы, на которые необходимо опираться в решении задач, поставленных
XXVII съездом КПСС,
В.	Н. Быков: Как участник программы по обработке материалов советских
органов хочу высказаться по поводу тех различий, которые обнаруживаются в со¬
циальном и политическом облике делегатов съездов Советов в начале и конце пе¬
реходного периода. Нельзя представлять советского парламентария первых после¬
революционных лет, как это часто делается, этаким «мужичком в лаптях или
смазпых сапогах». Анализ на ЭВМ апкстпо-биографпческих данных показывает, что
в начале 20-х годов складывается тип государственного руководителя большого
масштаба, с широким кругозором, озабочепного важными хозяйственными и поли¬
тическими проблемами развития страны. Его пролетарское происхождение — очевид¬
но, его связь с рабочим классом — несомненна, хотя он уже несколько лет не ра¬
ботает у станка, будучи, как правило, работником исполкома. Этот тип руководи¬
теля в составе высшего представительного оргапа власти был преобладающим, так
как ослабленный в годы гражданской войны рабочий класс впоследствии выдвигал
мало кандидатов, которые стали бы вровопь с первыми его организаторами Совет¬
ской власти. Дальнейшая судьба этих руководителей и организаторов неоднозпач-
на, в некоторых случаях и трагична. Я имею в виду репрессии 30-х годов и от¬
странение в массе своей старой партийной гвардии от политического руководства.
В конце 20-х — начале 30-х годов происходит значительный приток свежих сил
из рабочих и крестьян в Советы, в том числе и в высшие органы власти. К сожа-
лешпо, по своему жизпеппому опыту, уровню образования и подготовки, умению
руководить, ставить и решать насущные задачи, разбираться в текущей полити¬
ке эти народные представители обычпо уступали выдвиженцам первых послерево¬
люционных лет. Правда, большинство из пих совершило трудовые подвиги, успеш¬
но участвовало в социалистическом соревновании. Создается впечатление, что
производственные достижепия и количество полученных за пих наград были глав¬
ными критериями выдвижения кандидатов. В результате высший орган власти все
более становился своеобразным «пьедесталом» для «знатных люден» страпы, где
они время от врем спи встречались с подлинными вершителями государственных
дел. всесильными администраторами.
Е. П. Пивовар: Наше обсуждение вышло за рамки истории рабочего
класса, и это вполне попятно, поскольку с рабочим классом связаны паиболее
важпые тендепции развития пашего общества. Я хотел бы более подробно остано¬
виться па одпом сюжете, затронутом в выступлениях,— изменениях производствен¬
ной базы, па основе которой развивался рабочий класс в последние десятилетня.
Я имею в виду пе те «дежурные» главы по этой проблеме, которые почти всегда
наличествуют в трудах псторпков, а копкретпые разработки, раскрывающие реаль¬
ные противоречия вступления нашего общества в эпоху научно-технической револю¬
ции. В литературе пет единодушия в подходе к этой теме. Одни авторы считают,
что вообще не надо изучать производство, поскольку это, дескать «епархия» эко¬
номистов, другие полагают, что пужно хотя бы «отметиться», отдавая дань прпорн-
16

тоту эконом истов, третьи пытаются иодоити к этому вопросу синтетически, связы¬
вая анализ отношений в производственной сфере со всеми направлениями разра¬
ботки истории рабочего класса. Такая точка зрения уже прозвучала здесь, и я с нею
солидареп. Мы должны тщательно следить за изменениями в промышленности,
на транспорте, в строительстве и т. д., чтобы можно было делать какие-то теоре¬
тические обобщения.
Несмотря па то что темпы развертывания научно-технической революции до пс-
давнего времени были явно недостаточными и мы отстаем в этом отпошешш, тем
не мспее сейчас нужпо говорить об особом, социалистическом се типе. Хотя с
технико-организационной стороны она представляет собой глобальный процесс,
совокупность производственных отношений, которая складывается на этой осно¬
ве,— разная. Я бы сказал даже, что в рамках нашей огромной страны имеются свое¬
го рода микротипы развертывания научно-технической революции в региональных
и территориальных отраслевых масштабах, а это, безусловно, сказывается на раз¬
витии отдельных отрядов рабочего класса.
Я согласен с высказывавшимися здесь положениями, что многие элементы со¬
циальной психологии, которые сейчас наблюдаются в рабочем классе, коренятся
в 30-х годах. Производствеппые базы 30-х годов и нынешнего времепи, даже несмот¬
ря па пока еще явно слабые темпы развертывания элементов научпо-технической
революции в нашей экономике, существенно отличаются друг от друга. Историки
же советского общества зачастую пытаются апализировать проблемы индустриаль¬
ного развития в условиях этой революции с тех же позиций, темп же методиче¬
скими приемами, что и в период довоенных пятилеток. Это не может ле сказаться
па эффективности исследовапий. К настоящему времени мало специалистов зани¬
маются копкретпо-исторнческой разработкой пусть только начинающегося, но реаль¬
ного процесса развертывания паучно-техпической революции в советской экономи¬
ке, ее воздействия на развитие рабочего класса. Л между тем решение этих вопро¬
сов пмеет важное методологическое значение и для анализа социального развития
рабочего класса.
В решениях XXVII съезда КПСС дана оценка развития советского общества
60—80-х годов, которая имеет прямое отпошение и к истории советского рабочего
класса. Вместе с тем, если историки ограничатся только констатацией этого, отка¬
жутся от углубленного копкретпо-иеторического исследования этого периода, то по¬
явится еще одно «белое пятно» в истории.
Рабочий класс сегодня — это большинство населения страны. Если мы и далей
будем заниматься этим большинством в целом (и даже на региональном уровне),
то прпдем к все более абстрактпым и все менее копкретно-историческим выводам.
Видимо, применительно к новейшим этапам истории рабочего класса следует ак¬
тивнее изучать отдельные отраслевые, профессиональные его отряды, работников
тех или ппых сфер производства, грунц предприятий, территорий и т. д. Не обой¬
тись здесь и без расширения междисциплинарного подхода к исследованию соци¬
ального развития рабочего класса.
По вонросу о границах рабочего класса хочу добавить, что многие дискуссии в
данной области имели чисто умозрительный характер. До сих пор пет специаль¬
ных конкретно-исторических исследований по т. н. пограничным слоям рабочего
класса и интеллигенции, например, по промышленно-производственному персоналу
наукоемкого производства, с одной стороны, и инженерных центров — с другой;
по группам рабочих высококвалифицированного труда в индустриальном секторе,
которых уже традиционно относят к повому тппу работника века научпо-техпнче-
ской революции.
Перед историками рабочего класса, как и перед всеми историками советского
общества, встают и новые источниковедческие проблемы. После апрельского (1985 г.)
Пленума ЦК КПСС существепно расширились возможности исследовательского
поиска, изменился и характер источника по истории современности. Это одна
сторона проблемы. Другая заключается в том, чте необходимо менять подходы и к
тому корпусу источников, который содержится в архивах, ведь на нем существенно
сказались имевшие место лакировка действительности, парадность и фигура умол-

■чания о тех или иных негативных сторонах и т. п. Необходимо не просто расши¬
рить доступ к архивным документам, по и подойти к пим критически.
Журнал «История СССР» в 1982 г. провел «круглый стол» по истории рабочего
класса. И тогда мпого говорилось об организационных формах изучения истории ра¬
бочего класса. Однако до сих пор пет центра, который бы координировал иссле¬
дования по этой тематике, систематически проводил встречи специалистов и т. д.
Этот вопрос, видимо, тоже падо решить.
В.	П. Миш а ков: Ныне особую актуальность приобретают изучение челове¬
ческого фактора, более полпое раскрытие условии жизнедеятельности советского
рабочего класса, его трудовой и творческой активности. Эти вопросы исследовались
и раньше, но не так глубоко и всесторонне, как хотелось бы. Ознакомление с исто¬
риографией проблемы показывает, что недостаточно изучается, например, воздей¬
ствие технических факторов производства на творческий потенциал рабочих. Чаще
всего анализируются крайности — лучшие и худшие условия труда. Принято счи¬
тать, что на автоматизированных участках производства существует более высокая
удовлетворенность людей своей профессией, работой, активнее участие в соревно¬
вании, в техническом творчестве. Но эти упрощенные схемы строятся порой на
основе разовых социологических обследований или сопоставления передовых и
обычных или даже отсталых участков производства.
На стадии начавшегося перехода от традиционного машинного производства к
автоматизированному важно иметь реальное представление о коллективах, экс¬
плуатирующих автоматическое оборудование в течение продолжительного срока,
на разных стадиях развертывания этого процесса. При налаживании автоматики
больше возможностей для технического творчества. Налаженное автоматическое
производство, запрограммированное на выпуск однородной продукции, с заданным
рабочим ритмом и меньшей «плотностью» занятых, снижает стимулы трудовой со¬
стязательности, увеличивает нервную напряженность, психологическую нагрузку
операторов. Исследователи должны поэтому показывать как плюсы, так и минусы
воздействия научно-технической революции иа трудовую и творческую активность
рабочего класса, тем более что в каждый конкретный момент мы сталкиваемся с
какими-то ограничениями и нераскрытыми возможностями этого процесса.
Другой аспект связан с влиянием культурно-технического роста рабочих на
творческое отношение к труду. И здесь не все однозначно, как порой представля¬
ется в литературе. Повышение образовательного и профессионального уровпя рабо¬
чего класса в 60—80-е годы, о котором много говорится, лишь незначительно увели¬
чило удельный вес рабочих изобретателей и рационализаторов производства. Осо¬
бенно мало их среди рабочей молодежи, отличающейся более высоким уровнем
■образования, имеющей широкий доступ к профессиональной подготовке в ПТУ и
возможности повышения профессионального мастерства на предприятиях. Следует
учесть, что данные об изобретателях зачастую недостоверны, исчисляются по фор¬
мальным признакам. Количество реальных новаторов производства на деле в не¬
сколько раз меньше.
В литературе приводятся сведения о социальной активности рабочего класса,
полученные на основе массовых опросов. Это направление исследований надо при¬
ветствовать, но методика анкетирования весьма несовершенна. По результатам его
получается, что подавляющее большинство опрошенных считают свою работу раз¬
нообразной, интересной, приносящей удовлетворение, поэтому, дескать, материаль¬
ное стимулирование для них находится па втором плане. Возможно, что на обсле¬
дованных участках так оно и есть, но насколько эти данные типичны для отрасли,
региона, рабочего класса в целом? Акцент на изучепие передовых предприятий,
видимо, нужен и полезен, поскольку надо видеть перспективу, но в более широком
плане не скрывается ли за этим идеализация действительности? Имеет место и
неудовлетворенность значительной части рабочих тяжелым физическим, вредным
для здоровья трудом, монотонностью поточно-конвейерных операций, примитив¬
ностью выполняемых функций на автоматах и полуавтоматах. Творческий потенци¬
ал этих категорий рабочих весьма невысок.
Нуждается в совершенствовании и методика изучения социалистического сорев¬
нования. Литература рпсовала нам излишне красочную картину. Получалось, что
48

в 60—80-х годах почти все труженики участвовали в соревновании, непрерывно-
рождались новые почины и инициативы, направленные на повышение эффектив¬
ности и качества общественного производства. Однако пятилетние планы в целом
по выполнялись, особенно по качественным показателям. С одной стороны, несо¬
вершенство хозяйственного механизма тормозило трудовую активность соревную¬
щихся, с другой—мешали формализм и бумаготворчество. Поскольку о соревнова¬
нии судили по бумажным критериям, противоречия между выводами исследова¬
телей и реальной действительностью становились все более очевидными. Эти
противоречия имеют давпюю традицию. Вспомним довоенные и первые послевоен¬
ные пятилетки, о которых привыкли говорить, что они с помощью соцсоревнования
выполнялись досрочпо. А ведь так они выглядели далеко не по всем отраслям,
экономическим п социальным показателям. Традиция подчеркивать успехи и
меньше обращать внимания на трудности и недостатки укоренилась в нашей исто¬
риографии.
В.	В. Алексеев: Надо историкам глубже и тщательнее обосновывать свои
высказывания о социальной структуре, в частпости, тезис об «окрестьянивании»
рабочего класса. Необходимо поставить вопрос о ходе процесса урбанизации. Исто¬
рики практически эту тему не разрабатывали, она была сведена к своего рода исто¬
рическому краеведению: история Москвы, Киева, Иркутска и т. д. Почему-то рабо¬
ты по урбанизации пишут только географы, экономисты, социологи. Они же взыва¬
ют к историкам — дайте ретроспективный материал, а у нас практически ничего
нет. Историки упустили эту проблему и тем самым существенно обеднили историю
рабочего класса. Возьмите проблему адаптации массы бывших крестьян к городу,
городскому образу жизни, которая тянется с 30-х годов. Она основательно не
изучена, что мешает современному пониманию проблемы.
Мы зачастую изучаем рабочий класс как рабочую силу, а не как социальный-
фактор. Между тем социальная сторона ныне приобретает особое значение. Хоте¬
лось бы поддержать тех, кто сегодня обратил на это внимание. Остро был постав¬
лен вопрос о степени зрелости отдельных отрядов рабочего класса как в целом по-
стране, так и в отдельных регионах и республиках. Как представитель Сибири
хотел бы отметить, что в региональном аспекте сибирский отряд рабочего класса
является самым многочисленным, с одной стороны, и не последним по степени
зрелости — с другой. При его изучении также возникает потребность в новых под¬
ходах, новых взглядах, в обобщении конкретно-исторического опыта как позитив¬
ного, так и негативного. История рабочих Сибири — это история рабочего класса в
условиях освоения новых районов, формирования трудовых коллективов в специ¬
фических обстоятельствах. Здесь накоплен ценнейший положительный опыт. Вместо
с тем можно привести бесконечное число примеров, когда ошибки, допущенные в
40—50-х годах, повторялись в последующие годы. Чтобы этого не происходило,
нужны разработки проблем, лежащих на стыке истории и социологии, истории и
экономической науки, выход с практическими рекомендациями в заинтересованные
планирующие органы, министерства и ведомства. Некоторый опыт такой работы у
сибирских историков, принимающих участие в программе «Сибирь», есть, но его
надо совершенствовать. Пора переходить от частных исследований к широким
обобщениям, и не просто к написанию коллективных трудов, в которых действи¬
тельно нивелируются многие острые проблемы, а к реализации целевых комплекс-
пых программ, интегрирующих цели и средства, дающих выход не только в тео¬
рию, но и в социальную практику. Расширение проблематики вместе с усвоением
новых подходов позволит нам более основательно развернуть полотно истории ра¬
бочего класса.
А. В. Смирнов: Я принадлежу к историкам, которых особенно интересуют
50—60-е годы. Сегодня мы в них многое пересматриваем. Правильно поставлен
вопрое об отказе от примитивного понимания развития социалистической собствен¬
ности. Монопольное существование государственной собственности, монопольное по¬
ложение отдельных предприятий или групп предприятий в сфере производства
оказывало сильное воздействие на формирование социального облика рабочего клас¬
са. Происходило своеобразное усвоение морали монополистов: делаю так, как хочу,
диктую свои условия потребителю, независимо от качества продукции. Сейчае
4$

нужно стаиить вопросы о том, в каком отношении находится подобная мораль к
реализации лозунга «Все — для блага человека!», как получилось, что в понятие
«рабочий класс» сегодня оказались включены честные труженики и рвачи?
Я с большим интересом слежу за работами, в которых затрагиваются пробле¬
мы внутренних различий в рабочем классе. Особенно меня привлекают исследова¬
ния коллег из ИМРД АН СССР. В этих работах есть соединение исторического
подхода с изучением современных тенденций развития нашего общества. Диффе¬
ренцированный подход к социальному облику рабочего класса необходим. Надо
показывать тс слои и группы, которые служат олицетворением его ведущей роли в
паше время. Но не следует забегать вперед в анализе происходящих у нас соци¬
альных процессов. Концепция исторически подвижных границ рабочего класса как
раз из этой области. Хочу напомнить историю с понятием «рабочие-интеллигенты»,
введенным еще в 60-е годы М. Н. Руткевичем и долгое время имевшим хождение
в литературе. Была определена даже динамика, отмечался рост этой группы, одна¬
ко проведенный анализ показал, что никакими особыми качествами и свойствами,
кроме тех, которыми мы обычно характеризуем растущий культурно-технический
уровень рабочего класса, она не отличается. Исследовать надо то, что есть, а не
то, что мы предполагаем.
Еще один сюжет иавеяп дискуссией вокруг вопроса об участии рабочих в уп¬
равлении государством, в Советах. Под влиянием работ проблемной группы я не¬
сколько изменил свою позицию относительно этой тематики. В Ивановском уни¬
верситете ею занимаются студенты, написано немало курсовых и дипломных работ.
Важность ее изучения применительно к нашему городу понятна. Здесь сосредото¬
чен один из старейших отрядов рабочего класса, родились Советы как форма про¬
летарской организации и самоуправления. Мы провели анализ материалов о дея¬
тельности рабочих депутатов (более 2 тыс.) по всем четырем Советам, действую¬
щим в городе. Почти каждый значился в какой-нибудь комиссии, однако при опросе
мало кто из депутатов мог ответить, что он в ней сделал за время исполнения
своих полномочий. В лучшем случае рабочим давались разовые поручения по про¬
верке, причем обязательно вместе с штатным работником исполкома; самостоятель¬
но рабочие ничего не предпринимали.
Хотелось бы сказать и о том, как представлены проблемы рабочего класса в
вузовском курсе истории. Фактически все сводится к участию рабочих в соревно¬
вании, причем излагаются эти проблемы очень плохо. Когда речь заходит об анали¬
зе объективных закономерностей и их проявлений, например, о предпосылках Ве¬
ликого Октября, все в порядке. Когда речь идет о трудовой деятельности рабочего
класса, то начинается перечисление форм, починов, достижений. В изложении этой,
л также других проблем истории рабочего класса не хватает теории, широкомас¬
штабных обобщений, связи с общим ходом развития советского общества.
А.	К. Назимова: Проблема участия рабочего класса в управлении, к сожа¬
лению, приобрела в историографии казенный оттенок, клишированную форму. На¬
зываются лишь цифры участвующих в управлении. Однако, по данным социологи¬
ческих исследований, около 40% рабочих на производстве не только не участвуют
на в каких формах управленческой деятельности, но и вообще считают, что такое
участие необязательно, это — дело администрации. Вот в этих вопросах — хотят ли
рабочие участвовать в управлении, насколько реально они вовлечены в обществен¬
ную деятельность на предприятиях, каковы эффект и результативность их общест¬
венной активности,— нам нужно разобраться. От их решения зависит оценка ак¬
тивности рабочего класса, представление о мотивации его социального поведения.
Никого не может удовлетворить механический, чисто количественный подход к
участию рабочих в управлении. Оп просто разбился о вовссдпсвпую реальность.
Мы столкнулись с тем, что многие рабочие трудятся не в полпую силу, неохотно
и часто формально участвуют во всякого рода трудовых починах. «Мертвая зона»
формализма широко охватила и сферу участия рабочих в управлении.
В своих исследованиях мы отказались от недифференцированного, чисто коли¬
чественного подхода к анализу этих проблем. По вопросу о том, хотят ли рабочие
участвовать в управлении, обнаружилось, что зпачительпая часть рабочих, зани¬
мающихся малоквалифицированным трудом, паименее продвинутых в социальном
.20

отношении, н рабочих высококвалифицированных, связанных с современными ви¬
дами труда, считают, что все рабочие долшньг участвовать в управлении, хотя
немало и таких, которые полагают, что их «удел» — просто работал», исполнять
роль «винтиков» в механизме. Однако при анализе вопроса реализации ими управ¬
ленческих функций сразу выявляется существенная разпица. Наиболее развитые
группы рабочих участвуют в управлении в гораздо большей степени, в том числе
и па выборных должностях. Что же касается результативности этой работы, то
при выяснении вопроса о том, в какой мере они ее ощущают, влияет лн реально
их деятельность па принятие решении, картина обратпая: те, кто мепыпе всего
'участвует в управлении, чаще считают, что их деятельность приносит реальную
пользу. У рабочих же с высоким уровпем образования и квалификации число
участвующих в управлении больше, нежели число тех, кто считает, что их дея¬
тельность влияет на принятие решений. Интересен и вопрос, в какой степени ра-
-бочий считает себя хозяином па предприятии. Выясняется, что таких всего 10—
15%, в то время как хозяином на своем рабочем месте считают себя 60—70%.
Критическое отношение к своей ролн и месту в жизни предприятия больше
развито в социально продвинутых группах рабочих. Если принять во впимание,
что именно эти группы будут расти в ближайшем будущем, такая низкая само¬
оценка своей роли в управлении не может не тревожить. Это один из важней¬
ших моментов, ибо речь идет о той сфере деятельности, где в наибольшей степени
должны проявляться интересы рабочего класса. От этого зависит, насколько он бу¬
дет вовлечен в трудовую сферу, насколько активно будет участвовать в перестрой¬
ке. Речь должна идти о выработке новых форм социальной активности. Сейчас кое-
;гдо проходят стихийные процессы самоорганизации. Однако такие спонтанные
процессы не всегда приносят позитивные результаты. Достаточно вспомнить исто¬
рию, связанную с закрытием Приозерского целлюлозного комбината, наносящего
большой экологический ущерб: рабочие, чьи интересы оказались затронутыми
(угроза потерять привычную работу), выступили с коллективным письмом, настаи¬
вая на сохранении предприятия, несмотря на огромный вред, наносимый им Ла¬
дожскому озеру. Эти явления надо анализировать, чтобы предвидеть то, что ожи¬
дает нас в перспективе.
В.	3. Дроб и ж ев: Подведем некоторые итоги дискуссии. Мы все согласны,
что история рабочего класса стоит на пороге своего вступления в новый качест¬
венный этап, который знаменуется выработкой новых подходов, точек зрения, со¬
вершенствованием методов исследования. Нельзя не поддержать тех, кто призывал
искать новые подходы за пределами традиционной тематики истории рабочего
■класса. С помощью этих подходов можно выйти на более широкий круг проблем
развития нашего общества на разных исторических этапах. А это, в свою очередь,
будет способствовать выработке более широкого взгляда, создаст возможность тео¬
ретических обобщений относительно характера и сущности происходивших собы¬
тий. Хочу обратить внимание и па то, что традиционно разрабатываемые подходы
сегодня должны подняться на новую ступень.
История рабочего класса — предмет комплексного, системного анализа. Не слу¬
чайно многие участники «круглого стола» работают на стыке истории и социологии.
Надо идти и дальше в сторону междисциплинарных исследований. Нельзя не со¬
гласиться с призывом шире обращаться к современным экономическим, социологи¬
ческим, политическим теориям и выработанным в других науках методам анализа.
•Среди проблем истории рабочего класса мпогие находятся на стыке не только эко¬
номической науки, социологии, по и демографии, этнографии, правоведения, фило¬
логии и т. д. Мне, например, ясно, что, не принимая во внимание закономерности
демографических процессов, нельзя понять изменепий в социальной структуре
нашего общества и рабочего класса. Правильно был поставлен Ю. В. Арутюняном
вопрос о необходимости изучепия более глубоких пластов национальных и этниче¬
ских различий в рабочем классе, и в этом плане важно использовать достижения
современной этнографии. А правовое регулирование отношений на производстве?
Разве оно не имеет отношения к тем проблемам, которые прозвучали в выступле¬
ниях? Мы видим, какое зпачепие опн приобретают сейчас в связи с принятием
Закона о государственном предприятии, как важно сегодня привить рабочему чув-
21

стии хозяина па производстве, уточпнть его права и обязанности, воспитать у пего
ответственность и инициативность.
Остро стоит вопрос об изучении быта, обыденного сознаппя, психологии отдель¬
ных слоев и групп рабочего класса. Несомпенпую помощь может оказать здесь изу¬
чение писем, публицистической и художественной литературы, фольклора и т. д.
Возможности междисцишшпарпых исследований весьма широки. Опи в громадной:
мере способствуют актуализации истории как пауки. Каждая острая и злободневно-
звучащая проблема получает свой исторический ракурс, а историк рабочего клас¬
са— возможность впосить свой вклад в общую «копилку» исторического опыта..
Отказ от упрощенного представления о социальных измепспиях в пашем обществе,
дифференцированный подход к рабочему классу позволят мыогое объяснить в его-
истории, в понимании его ведущей роли.
В паши дни приобретают все большее значение т. н. малые группы, инте¬
ресы, настроения которых мы также должны изучать, ибо их роль определилась
пе сразу. Главпое, однако, состоит в том, чтобы увязать в историческом ключе раз¬
личные аспекты межклассовых, внутриклассовых, групповых и личпостных отноше¬
ний, проанализировать тенденции их изменений с позиций современного состояния
марксистско-ленинской теории.
Раскрытие темы «Партия и рабочий класс»—важная задача историографии
рабочего класса, поскольку партия, выполняя ведущую и руководящую роль, со¬
храняет свое служебное отношение к рабочему классу. Считаю ненормальным по¬
ложение, когда история рабочего класса отрывается от истории КПСС, превраща¬
ется в область исследований со специфическим набором тем и сюжетов. Сегодня*
как никогда, важно осмысление диалектики взаимосвязи историко-партийных иссле¬
дований и истории рабочего класса. Точек соприкосновения между ними сколько
угодно, в том числе с позиций анализа социальных процессов. Это — еще одпо из
возможных направлений дальнейших разработок.
Нельзя не приветствовать попытки многих выступавших обозначить и связать
экономические, социальные и политические процессы в советском обществе с исто¬
рией рабочего класса. Выяснились расхождения в интерпретации этих вопросов,
особенно в отношении истоков и причин утверждения прпказпых адмипистратив^-
но-волевых методов управления в конце 20-х — начале 30-х годов. Хочу обратить
внимание на то, что оба предложенных здесь объяснения лежат в разной плоско¬
сти. С одной стороны, побудительные мотивы, с другой — социальная база утвер¬
ждавшихся представлений. Эти объяснения не исключают, а дополняют друг друга..
Во всяком случае, складывание культа личности, несомненно, больше связано о
социальными предпосылками. Что касается избранной в конце 20-х — начале
30-х годов линии, то в сложившейся тогда обстановке ее утверждение было неиз¬
бежным. Дело вовсе не в том, что прежние, свойственные нэпу, методы управле¬
ния «исчерпали» себя, а в определенной логике событий, раскрыть последователь¬
ность которой — прямая обязанность историков. Важно показать, когда и почему
сложившиеся в 30-х годах методы управления изживают себя, из эффективных
превращаются в противоположные, в какой степени их действенность связана с
принуждением, в какой — с пониманием и поддержкой со стороны рабочего класса-
и всех трудящихся. Не секрет, что и сейчас часть нашего общества скептически,
относится к процессу демократизации сферы управления и развитию творческой
инициативы масс.
Командные, волевые методы управления, как правило, утверждаются в чрез¬
вычайных, экстремальных ситуациях. Была ли такой ситуация в конце 20-х — на¬
чале 30-х годов? Партийные документы и выступления руководителей партии и го¬
сударства свидетельствуют, что именно так она и рассматривалась. Что это —
неверная оценка ситуации или гениальное предвидение? Вместе с другими
выступавшими я призываю более основательно и детально разобраться в ситуации
второй половины 30-х годов. В обстановке воепного времени, громадного подъема
социалистических и патриотических настроений командно-волевые методы руковод¬
ства и управления паходили поддержку и понимание. Это способствовало их ут¬
верждению как единственно приемлемых и в условиях послевоенного социалисти¬
ческого строительства. Практика показала, что это было далеко не так. Представля¬
22

ется, что ориентация на такие методы управления неразрывно связана и с формой
хозяйственных отношений, экстенсивных по своему характеру. К началу индуст¬
риализации у пас просто не было ни опыта, ни традиций интенсивного развития,
Б этом лишний раз убеждают те трудности, с которыми мы сталкиваемся сегодня
при переходе к интенсификации экономики и свойственной этому процессу струк¬
туре управления.
Во многих выступлениях были затронуты вопросы демократизации нашего об¬
щества и участия в этом процессе рабочего класса. Демократия заложена в самой
•сути социализма, но она ие реализуется сама по себе. Были в нашей истории
препятствия для ее реализации. Я бы хотел обратить внимание на расхождение
разработки теоретических вопросов демократии и ее осуществления на практике,
разрыв между словом и делом, нанесший огромный урон нашей идеологической
работе. Особенно это касается рабочего класса. Истоки этого явления также восхо¬
дят к 30-м годам. Конституция СССР 1936 г., провозгласившая построение основ
социализма в стране, в то время саман демократическая по характеру и содержанию,
была принята накануне тех событий, которые являли собой явное отклонение от
шровозглашедиых ею принципов. Сегодня это расхождение устраняется, партия
призывает обществоведов честно и прямо говорить о наших трудностях и недостат¬
ках, осмысливать наши достижения. Без этого никакое ускорение, никакая пере¬
стройка невозможны.
Главная задача «круглого стола» состояла в том, чтобы побудить специалистов
по истории рабочего класса задуматься о путях дальнейшего развития этой области
•исследований. В выступлениях было поставлено немало новых проблем. Многие из
них следует рассматривать как гипотезы, которые нуждаются в основательной про¬
верке. Надеюсь, что научная дискуссия по материалам «круглого стола» поможет
ях углублению.

СТАТЬИ
СОСТОЯНИЕ И ЗАДАЧИ ДАЛЬНЕЙШЕГО
РАЗВИТИЯ ИСТОРИЧЕСКОГО
КРАЕВЕДЕНИЯ В СССР*
Академик С. Л. Тихвинский
Краеведческое движение всегда пользовалось поддержкой Коммуни¬
стической партии и Советского государства. С первых месяцев своего су¬
ществования Советское правительство провозгласило делом особой важ¬
ности охрану памятников, монументальную пропаганду, создание откры¬
тых для парода музеев, сохранение архивов. Государственная забота о
памятниках истории и культуры неразрывно связана с именем В. И. Ле¬
нина. В наши дни происходит рост общественного интереса к подлинной,
неирнукрашенной и неочерыенной, истории Отчизны, в том числе и к
историческому краеведению.
Краеведение в целом находится на стыке многих отраслей знания, од¬
нако исторические аспекты в пем играют ведущую роль. Историческое
краеведение есть часть исторической науки, занимающаяся изучением
истории родного края. Родным краем можно назвать и населенный
пункт, и его часть, и административный или географический район,
и область, и республику, и всю страну в целом. Обычно понятие сродной
край» соответствует определенной административной или географической
общности. Местная история — так можно определить предмет историче¬
ского краеведения.
Сейчас в стране имеется большой отряд историков-краеведов — ква¬
лифицированных, любящих свое дело и преданных ему профессионалов,
специалистов, а также краеведов-любителей. Многие из работающих в
институтах Отделения истории АН СССР ученых так или иначе зани¬
маются местной историей. Еще большее число таких специалистов со¬
средоточено в учреждениях Минвуза, Минкультуры, Минпроса и Главар¬
хива СССР, в других ведомствах. В школах и вузах работают многие де¬
сятки тысяч преподавателей истории. Десятки научных учреждений
исторического профиля имеются в республиканских академиях наук и
при Советах Министров автопомттых республик. Крайне важно творче¬
скими усилиями этих специалистов обеспечить высокий уровень исто¬
рического краеведения, повышение эффективности его воспитательных,
патриотических и интернационалистских функций.
Знание истории родного края, города, района, села, деревни, где че¬
ловек родился и вырос, пробуждает гордость за свою Родину, вооружает
пониманием поставленных партией задач социалистического строитель-
* В основу статьи положен доклад па Первой Всесоюзной конференции по исто
рическому краеведению (Полтава, 21-23 октября 1987 г.).
24

чпва, горячим желанием выполнить их как можно лучше и скорее, сде¬
лать родной крап процветающим.
Историческое краеведение включает аспекты, порой весьма удален¬
ные друг от друга. Это и общая история региона, и история городов и
сел, и история фабрик, заводов, колхозов и совхозов, научных и куль¬
турных учреждений, и изучение и охрана памятников истории и культу¬
ры, и региональные демография и картография, и топонимика, онома¬
стика и музейное дело. В задачи исторического краеведения входят вы¬
явление и использование документальных памятников, фольклора,
этнографических памятников (предметы быта, одежда, жилище и пр.).
Историческое краеведение должно изучать и антропогенные изменения
в природе края, т. е. последствия хозяйственной деятельности человека.
Круг проблем исторического краеведения широк, и оно вовлекает в свою
орбиту людей самых разных профессий и устремлений.
История родного края — это проявление исторического процесса в
-его местных вариантах, общих закономерностей развития общества в
конкретных локальных условиях. Образно говоря, это живая ткань ис¬
торической науки, без которой последняя существовать не может, как
не может она существовать без теории. Общеизвестно, что В. И. Ленин,
рассматривая развитие капитализма в России, указывал на необходимость
порайонного анализа и сам его блестяще осуществил \ Не случайно мно¬
гие выдающиеся историки России и СССР занимались изучением мест¬
ной истории, оставив нам образцовые исследования (академики
Б. Д. Греков, М. Н. Тихомиров, С. Б. Веселовский и др.). М. Н. Тихо¬
миров известен как один из создателей превосходного музея в древнем
Дмитрове. Большой вклад в историческое краеведение вносят академи¬
ки Д. С. Лихачев, Б. А. Рыбаков, чл.-корр. АН СССР К). А. Поляков,
акад. АН УССР П. Т. Тронько и другие ученые.
Исключительно велика роль исторического краеведения, как и крае¬
ведения в целом, в деле подготовки кадров историков, прежде всего —
преподавателей школ и вузов II. К. Крупская, выступая па 1 Всерос¬
сийской конференции по подготовке работников просвещения, говорила
о том, что «подготовка краеведческая должна стоять в деле подготовки
учителей на первом плане», а в отзыве на книгу «Нижегородский край»
отметила: ,«Только учитывая все особенности края, можно ставить по-
настоящему педагогическую работу» 2. Ее мнение было проверено опы¬
том, Один из виднейших советских методистов, А. И. Стражев, подчерки¬
вал: «Каждый преподаватель истории должен быть в какой-то мере на¬
учным работником в области краеведения» 3. В программе Первой
Всесоюзной конференции по историческому краеведению вопросы крае¬
ведческой подготовки педагогов заняли достойное место, хотя в целом
положение дел с этим далеко от совершенства. Лучше всего характери¬
зует его состояние школьных музеев — самой массовой формы приобще¬
ния молодежи к краеведческой работе. Часто эти музеи гибнут, и резуль¬
таты многих лет поиска идут прахом только из-за смены педагогов,
неподготовленности многих выпускников педвузов к ведению краеведче¬
ской работы. Умелый, хорошо подготовленный педагог — важнейшая фи¬
гура в историческом краеведепни.
Историческое краеведение дает богатый фактический материал, кото¬
рый может быть использован учреждениями и организациями в их прак¬
тической работе, а также в пропаганде и агитации. Вопросы охраны и
изучения памятников истории и культуры, практического использования
1 См. Л е и п н В. И. ПСС. Т. 3. с. 256.
ъ Цит. по; Большаков А. М. Введение в краеведение. Л. 1929, с. 7; см. также:
Милонов II. П. Советское историческое краеведение к 50-летию Октября и перспек¬
тивы его развития.- Учепые записки Московского областного пединститута, 1967,
т. 198, выи. 3, с. 8.
3 Стражев А. И. Методика пренодавапия истории. М. 1964, с. 274.
25-

архивных материалов для нужд народного хозяйства и многие другие-
привлекают внимание историков-краеведов, освещаются в их трудах и1
публикациях. Историки-краеведы призваны вести борьбу с буржуазной
идеологией, с такими антисоциальными явлениями, как пьянство и алко¬
голизм, наркомания, деятельность разного рода сект и т. п. Изучение
корпей этих отрицательных явлений, раскрытие их пагубного влияния и
последствии, борьба с ними не могут находиться вне сферы деятельно¬
сти историка-краеведа.
Советское историческое краеведение прошло большой путь и нако¬
пило значительный опыт. Оно состоит из двух взаимосвязанных направ¬
лений: государственного и общественного. Первое осуществляется науч¬
но-исследовательскими учреждениями, вузами, школами, средними
специальными учебными заведениями, музеями и архивами, второе —
добровольными объединениями:	Географическим	обществом	СССР и
обществами охраны памятников истории и культуры, Советским фондом
культуры, народными музеями, кружками, краеведами-любителями —
этими подлинными энтузиастами своего дела.
Великий Октябрь и первые мероприятия Советской власти, ее курс
на привлечение к государственному управлению широких народных масс
способствовали бурному подъему как государственного, так и общест¬
венного краеведения. Советское правительство сразу увидело в нем боль¬
шие практические возможности и приняло меры для их использования.
Уже в 1921 г. была созвана 1 Всероссийская конференция по краеведе¬
нию с участием представителей и других советских республик. На ней
было принято решение создать при Академии наук специальный орган
для научно-методического руководства краеведением и координации
краеведческих работ — Центральное бюро краеведения (ЦБК), которое и
было образовано в 1922 году. «Начало систематической краеведческой
работы,— писал позднее, при передаче ЦБК в Главнауку, акад.
С. Ф. Ольденбург,— положено Академией наук. Ее экспедиции, перепи¬
ска с местами помогали краеведам и краеведному изучению. Понятно
поэтому, почему, когда создавалось впервые Центральное бюро краеве¬
дения, краеведы пожелали учредить его при Академии наук» 4.
Становление советского исторического краеведения не было безоблач¬
ным. Трудности роста, тяжелые материальные условия на местах и в
центре, нехватка квалифицированных кадров — все это, несомненно,
сказывалось на его развитии. Главной задачей краеведения в 20—30-е
годы было изучение хозяйственных ресурсов. Закрывая краеведческую
конференцию в 1921 г., А. В. Луначарский специально подчеркнул, что
«в первую голову придется обратить внимапие на те вопросы краеведе¬
ния, которые тесно связапы с хозяйством» 5. Но не было забыто и исто¬
рическое краеведение: выходили научные труды, путеводители, сборники
документов. В 30-е годы кадры краеведов серьезпо пострадали от репрес¬
сий, ЦБК и местные бюро были упразднены, а краеведческую работу
предлагалось сосредоточить в учебных заведениях, музеях, культпро-
светучреждениях, производственных коллективах®. Фактически это при¬
вел© к сокращению массовой краеведческой работы. Ослабла и работа
по написанию истории фабрик и заводов, которая велась производствен¬
никами в содружестве с писателями по инициативе А. М. Горького, под¬
держанной ЦК ВКП(б) 7. Постепенно стали прекращать свою деятель¬
ность краеведческие общества и кружки, созданное в 1931 г. Общество
краеведов-марксистов при Комакадемии.
4 Научный работник, 1925, № 3, с, 6.
э Цит. по: Б о л ь ш а к о в А. М. Ук. соч., с. 132.
6 Подробнее см.: Разгоп А. М. Путь советского краеведения.-История СССР,.
1967, № 4.
7 Об нздапип серии сборников «История фабрик п заводов». Постаповлоиие-
ЦК ВКП(б).- Правда, 11X1931.
26

Новый подъем исторического краеведения начался с середипы 50-х
ходов. Характерно, что повышение интереса к героическому прошлому
Родины, осознание увеличившегося значения краеведения для развития
исторической науки и патриотического воспитания трудящихся, молоде¬
жи вызвали к жизни различные формы научно-методического руководства
деятельностью псториков-краеведов. Научно-исследовательские институ¬
ты, кафедры истории университетов и педвузов, школы, государственные
-и народные музеи, государственные архивы развернули большую рабо¬
ту по изучению местной истории. При Президиуме АН Эстонской ССР
•была создана Комиссия по изучению родного края, в Институте истории
АН УССР — Отдел историко-краеведческих исследований; возникли рес¬
публиканские общества охраны памятников истории и культуры, перед
которыми была поставлена задача создать своды памятников; стали про¬
водиться республиканские, региональные и областные конференции, на
»которых обсуждались доклады по историческому краеведению. Усилило
краеведческую работу Географическое общество СССР. Большую про¬
грамму «Память» принял недавно созданный Советский фонд культуры.
Наконец, по инициативе секции исторической географии, картографии и
краеведения Научного совета АН СССР по исторической демографии и
»исторической географии, поддержанной Отделением истории АН СССР
п Советским фондом культуры, в октябре 1987 г. была созвана Первая
Всесоюзная конференция по историческому краеведению.
Большой опыт в области исторического краеведения пакоплеп истори-
жами-краеведами Украинской ССР. Историко-краеведческой тематикой
занимаются здесь ученые, преподаватели университетов и педвузов,
работники школ, музеев, архивов, краеведы-любители. В Киевском уни¬
верситете исследуется история Правобережной Украины и Киева; круп¬
ным центром изучения Западной Украины является Институт обществен¬
ных паук АН УССР во Львове. Ученые, систематически работая в мест¬
ных архивах, вводят в оборот новые факты местной истории, дают им
научное объяснение. Их труды обогащают науку и в то же время содей¬
ствуют развитию исторического краеведения, составляя его научную ос¬
нову. Многие краеведы-любители являются авторами интересных исто¬
рико-краеведческих работ. В республике действуют общественные исто¬
рико-краеведческие объединения, кружки, комиссии при краеведческих
музеях и отделениях Общества охраны памятников истории и культуры;
выходит большое количество работ (только преподаватели Одесского уни¬
верситета в 60—80-е годы опубликовали более 100 работ по истории Юга
Украины и Одессы).
Крупным событием в научной и культурной жизни республики в
1Ю—70-е годы стало издание 26-томной «Истории городов и сел Украин¬
ской ССР» — фундаментального труда, определившего новое направление
в советской историографии. На его страницах с партийно-классовых по¬
зиций на основе разносторонней источниковой базы дана оценка социаль¬
ным явлениям в истории населенных пунктов республики с древнейших
времен до наших дней. Работа получила высокую оценку как в нашей
стране, так и за рубежом, была удостоена Государственной премии СССР.
Инициатива ученых Украины была подхвачена и в других республиках
(например, в Кабардино-Балкарской и Калмыцкой АССР). Заметную
роль в популяризации этого направления исследований среди краеведов
страны сыграла Всесоюзная конференция «Из опыта написания истории
городов и сел, фабрик и заводов, колхозов и совхозов», состоявшаяся в
Киеве в 1972 году.
Имеются достижения и у краеведов других республик. Широко раз¬
вито краеведение в Белоруссии, где уже в конце 70-х годов на 63 госу¬
дарственных музея приходилось 600 народных музеев на общественных
началах и 7,5 тыс. школьных музеев. Краеведы РСФСР ведут поиск ге-
фоев Октября и Великой Отечественной войны, их стараниями созданы
27

и функционируют многие тысячи народных музеев. В основе таких бо¬
гатейших краеведческих музеев, как Нижнетагильский, Серпуховской.
Дмитровский,— подвижничество, поиск и мпоголетний труд нескольких
поколений краеведов. На Смоленщине идет подготовка к открытию ме¬
мориала А. Т. Твардовского в хуторе Загорье Починковского района и
памятника литературному герою поэта — солдату Великой Отечествен¬
ной войны Василию Теркину. Студенты Смоленского пединститута по¬
ставили на берегу Угры памятный знак, создали в бывшем райцентре-
Всходы, неподалеку от которого погибла батарея капитана Флерова —
первое подразделение реактивных минометов,— «Музей одпой песни»,
посвященный знаменитой «Катюше» М. В. Исаковского.
Весьма полезен опыт краеведов братских стран социализма. Почти во-
всех деревнях и небольших городах Чехословакии ведутся книги Памя¬
ти. Методическое руководство местными хронистами осуществляют музеи.
По торжественным дпям книга Памяти выставляется для всеобщего оз¬
накомления. Для одних она — история собственной жизпи, для других --
окно в прошлое, а для всех вместе — биография родной земли8.
Полной, исчерпывающей картины деятельности краеведов-историков
по стране у нас пока нет. Организационная разобщенность, недостаточ¬
ная массовость краеведческой работы препятствуют развитию историче¬
ского краеведения.
За последние годы значительно увеличилось количество изданий раз¬
ных видов историко-краеведческой литературы — популярных очерков о
городах, путеводителей, авторами которых являются местные краеведы -
учителя, журналисты и т. п. По количеству и тиражам этот вид изданий
занимает одно из первых мест среди научной и паучио-популярпой ли¬
тературы. К сожалению, в значительной своей части эти работы еще не-
отвечают предъявляемым к шш высоким требованиям. Наппсапы они
поверхностно, без тщательного научного изучения источников и литера¬
туры, быстро устаревают.
Не хватает специальной научно-методической литературы по разви¬
тию историко-краеведческого движения как одной из форм идеологиче¬
ской работы партийных, комсомольских, профсоюзных организаций.
Большую помощь историческому краеведению могла бы оказать активи¬
зация научной разработки тем по местной истории в паучпо-исследсва-
тельских ипститутах и вузах, одпако такие темы зачастую не утверж¬
даются в качестве кандидатских диссертаций, а уже выполнеипые работы
не публикуются под предлогом «узости» тем.
Сказывается и отсутствие общесоюзного журнала, в котором освеща¬
лись бы вопросы исторического краеведения. Отделением истории
АН СССР неоднократно вносились предложения о создании популярно¬
го журнала по истории, где существенное место заняла бы и краеведче¬
ская тематика. Однако положение дел, несмотря на выпуск в издатель¬
стве «Молодая гвардия» образца такого журпала, к лучшему пока не
меняется. Госкомиздат СССР занимает в вопросе о создании журнала
уклончивую позицию, ссылаясь на нехватку бумаги и типографских воз¬
можностей.
В ряде мест остро ощущается слабое внимание к деятельности крае¬
ведов со сторопы местных советских и партийных органов. И сейчас
злободневно звучит Постановление XIII Всероссийского съезда Советов,
принятое 60 лет назад по докладу А. В. Луначарского, в котором, в ча¬
стности, говорится: «Придавая большое значение краеведческой работе
как форме вовлечения в научно-исследовательскую работу широких кру¬
гов трудящихся, съезд Советов обращает внимание... исполнительных ко¬
митетов... на необходимость усилить содействие органам краеведения и
шире использовать в деле строительства края их работу»9.
8 Правда, 19.Х. 1987.
9 Цит. по: Большаков А. М. Ук. соч., с. 7.
28

Сегодня перед историками-краспедами стоит ряд конкретных задач.
Прежде всего это выявление всех местных участников Октябрьской
революции, гражданской войны, мирного строительства, Великой Оте¬
чественной войны, послевоенного восстановленпя и т. д. Необходимо со¬
брать их воспоминания, передать на хранение в архивы и музеи их днев¬
ники, письма, фотографии. Все эти материалы пеобходимо тщательно
проанализировать, составить документально обоснованную подробную
хронику местных событий, биографические справки, широко знакомить
общественность с жизнью и деятельностью знаменитых земляков, их
трудовыми и ратными подвигами.
Важной задачей краеведов является освещение истории заселения
края (появление первых жителей, динамика численности населения, его
возрастной, половой, социальный, национальный (этнический) состав,
миграции, естественный и механический прирост, особенности воспроиз¬
водства населения, его занятия и т. п.); его хозяйственного развития —
древних и новых путей сообщения, торговли, ремесел, промышленности,
сельского хозяйства, транспорта и т. п.; городов, сельских населенных
пунктов, фабрик, заводов и других промышленных предприятий, колхо¬
зов и совхозов, органов власти и управления, других учреждений; раз¬
вития культуры и управления ею; взаимодействия общества и природы.
В сферу деятельности краеведов входит изучение и охрана памятни¬
ков истории и культуры: монументов, памятных знаков, мемориальных
досок, документов, предметов маториальпой культуры и т. п., изучение
полезных традиций и борьба с вредными и чуждыми нашей морали обы¬
чаями и правами.
Есть еще одип объект приложения сил краеведов. Ото — некрополи.
Положение дел с сохранностью захоронений даже видных деятелей оте¬
чественной культуры, науки, техники, героев прошлых веков и нашего
времепи во многих районах страны крайне неудовлетворительно. Печать
иеоднократпо выступала по этому вопросу. Хотелось бы призвать краеве¬
дов к постоянному контролю за состоянием местных некрополей, к вос¬
становлению утраченных надгробий (как это делают московские краеве¬
ды на кладбище Донского монастыря), к поддержанию лучших тради¬
ций предшествующих поколений краеведов, кропотливо собиравших
сведения о захоронениях и публиковавших информацию о них.
Результаты работы краеведов должны широко обсуждаться и публи¬
коваться, чтобы их можно было использовать в практической работе уч¬
реждений и предприятий, при увековечении памяти выдающихся людей
края, при создании общеисторических трудов.
С краеведением тесно связан вопрос о наименовании и переименова¬
нии населенных пупктов и улиц, сейчас широко обсуждаемый на стра¬
ницах печати. Большой интерес общественности вызывает создапие го¬
родских гербов. Отделение истории АН СССР образовало специальную
комиссию, которая получает мпожество запросов и предложений по этому
вопросу.
Каждое краеведческое исследование должно сопровождаться, если
это отвечает его характеру, картографированием. Ведь изучать историю
без зпапия географии все равно что ходить по улице с завязанпыми гла¬
зами. Ленин, разбирая вопрос о работе агитационно-инструкторских
поездов и пароходов, указывал па необходимость «разработать волостную
показательную карту в большом масштабе, демонстрирующую всю про¬
деланную работу и означенпые его районы. Карту эту выставить на ме¬
сте скопления народа, свободпом от всяких пропусков» 10. Составленные
краеведами исторические карты должны широко публиковаться, экспони¬
роваться в музеях, использоваться при преподавании и т. д. Было бы хо¬
рошо создать подробные порайонные исторические атласы.
10 Л о п и и П. И. ПСС. Т. 40, с. 72.
20

Одним из важнейших направлений исторического краеведения явля¬
ется изучение культурной среды. Наша страна обладает тысячами па¬
мятников мирового и общесоюзного значения. Десятками тысяч исчис¬
ляются памятники республиканского значения. Несравненно больше па¬
мятников местного значения — свидетелей истории города, поселка,
•сельского поселения. Для нас важны памятники всех групп — и обще¬
союзные, и республиканские, и местные. Но если объекты общесоюзного
и республиканского значения в подавляющей части выявлены и учтены,
то положение с объектами местного значения иное. Вследствие постоян¬
ного количественного роста и всеобщей распространенности таких памят¬
ников многие из них оказываются вне поля зрения государственных ор¬
ганов охраны памятников и научных учреждений. Здесь решающая роль
принадлежит широким кругам общественности, возглавить же их долж¬
ны ученые-краеведы. Это относится и к отысканию повых объектов, и к
сохранению имеющихся.
Значение краеведческой работы в области выявления и охраны па¬
мятников резко возрастает в связи с развернувшейся работой по со¬
ставлению «Свода памятников истории и культуры народов СССР»
по союзным республикам. Это будет многотомное издание (около
200 томов), не имеющее аналогов. Оно охватит все недвижимые памят¬
ники археологии, истории, архитектуры и градостроительства, монумен¬
тального искусства. В Своде должны быть описаны не только памят¬
ники, состоящие на учете и находящиеся под государственной охраной,
но и объекты, которые будут выявлены в ходе подготовки этого труда.
Первым этапом работы над каждым томом Свода является сплош¬
ное обследование территории автономной республики, края, области,
■региона, города с целью установления точного перечня памятных
объектов. Оно проводится под руководством министерств культуры союз¬
ных и автономных республик, краевых и областных управлений куль¬
туры при самом деятельном участии сотрудников местных научных
учреждений, музеев, библиотек, архивов, преподавателей п студентов ву¬
зов, членов отделений союзов писателей, журналистов, архитекторов,
художников, актива республиканских обществ охрапы памятников исто¬
рии и культуры. Весьма желательно участие в этой работе Советского
фонда культуры и его организаций. Для координации этой деятельнос¬
ти целесообразно, видимо, создать специальные представительные комис¬
сии при краевых, областных, городских и районных Советах народных
депутатов.
Обследованию памятников в городах, селах, труднодоступных местах
должна предшествовать кропотливая работа в местных библиотеках,
государственных областных и районных архивах. Неоценима деятель¬
ность краеведов при отыскании исторических зданий и памятных мест.
Сейчас общественность выступает за налаживание учета памятных
мест, объектов и реликвий, отражающих революционные, боевые и тру¬
довые традиции советского народа. Выдвинута идея создания общего¬
родского банка данных о памятниках в Москве. Для этого планирует¬
ся провести учет зданий, обелисков, мемориальных досок, памятных
знаков, а также музеев и уголков революционной, боевой и трудовой
славы предприятий, организаций, вузов, техникумов, школ и пр.
Издание «Свода памятников истории и культуры народов СССР», не¬
сомненно, сыграет значительную роль в пропаганде памятников.
Но в сама подготовительная работа может активизировать распростра¬
нение знаний о памятниках среди населения. В этой связи следует при¬
ветствовать опыт смоленских историков, проводящих специальное иссле¬
дование истории и состояния населепиых пунктов своей области.
Местная история должна быть изучена досконально, с учетом всех
■сторон исторического процесса, включая историографию. Основное внима¬
ние при этом следует уделять проблемам, имеющим непосредственный
:30

выход в практику, способствующим революционной перестройке нашего
общества, начатой после апрельского (1985 г.) Пленума ЦК КПСС.
Результаты работы в области исторического краеведения должны*
предаваться гласности, подвергаться широкому и всестороннему обсуж¬
дению. Гласность — непременное условие повышения качества и эффек¬
тивности исследований.
Историко-краеведческую работу на местах ведут сейчас научно-
исследовательские институты, государственные и народные музеи, выс¬
шие и средние учебные заведения, общества охраны памятников, Геогра¬
фическое общество, архивные органы, одиночки-энтузиасты. Эту работу
необходимо координировать и направлять в научно-методическом отно¬
шении — ведь для осуществления успешных исследований нужна опре¬
деленная подготовка в области истории, а далеко не все краеведы*
ее имеют. В настоящее время в роли таких координаторов выступают
либо научно-исследовательские институты, либо вузовские кафедры
истории СССР, либо краеведческие музеи, но это единичные случаи.
В большинстве областей и республик такой координации нет вообще.
Отделение истории АН СССР в свое время, заслушав отчет о рабо¬
те над «Историей городов и сел Украинской ССР», одобрило эту рабо¬
ту и приняло решение о координации усилий в области исторического
краеведения. Осуществить ее было поручено Институту истории СССР
АН СССР, однако это решение не было выполнено. Правда, в Науч¬
ном совете по исторической демографии и исторической географии
АН СССР есть секция, призванная заниматься историческим краеведе¬
нием, но ее работа нуждается в активизации. Возможно, имеет смысл
создать межведомственный Научный совет по историческому краеве¬
дению.
Очень хотелось бы видеть в роли шефов исторического краеведения
на местах партийные органы, комсомол, писателей. Большое дело при¬
общения трудящихся, молодежи к родной истории нужно делать всем
вместе, сообща. Заслуживает внимания и предложение о создании рес¬
публиканских обществ краеведов.
Советское общество, рожденное в 1917 г., вобрало в себя все богат¬
стве исторического прошлого. За 70 лет оно прошло трудный, но слав¬
ный путь. Сегодняшние дела и планы Коммунистической партии и совет¬
ского народа — прямое продолжение революции. «Именно в развитии
социализма, продолжении идей и практики ленинизма и Октября.—
отметил Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев,—мы видим
суть наших сегодняшних дел и забот, свою первейшую задачу и нрав¬
ственную обязанность. А это диктует необходимость серьезного и осно¬
вательного анализа исторического значения Октября, всего того,
что сделано за семь послеоктябрьских десятилетий» и.
Обращение к прошлому страны является одним из мощных средств
воспитания советских людей в духе патриотизма. Это патриотизм ново¬
го типа, ибо он неотделим от пролетарского, социалистического интер¬
национализма. Советский патриотизм соединяет горячую любовь к Родине,
ко всем братским народам Союза ССР, к своей истории с высшими
интеллектуальными, духовными ценностями современности, с научным
пониманием перспектив социального прогресса.
Воспитание историей было и остается важным инструментом воспи¬
тания гражданственности, советского патриотизма, интернационализма,
оно является прекрасной школой пробуждения трудового энтузиазма
и развития творческой инициативы советских людей. Роль историческо¬
го краеведения в этом важном деле трудно переоценить.
11 Горбачев М. С. Октябрь н перестройка: революция продолжается. М.
1987, с. 4.
31*

США И ЛЕВЫЕ СИЛЫ
В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ (70-80 гг.)
Б. Е. Зарицкий
В первые послевоенные годы, когда в ряде стран Западной Европы
наметилась реальная перспектива социально-экономических и политиче¬
ских преобразований демократического характера, США затратили нема¬
ло сил и средств для того, чтобы сохранить здесь в неприкосновенности
капиталистические порядки, привести к власти и укрепить позиции тех
политических сил, которые бы послушно следовали в фарватере страте¬
гии Вашингтона С Капитализму в Западной Европе благодаря активной
поддержке США, зачастую принимавшей формы открытого вмешатель¬
ства, удалось в 50—60-х годах стабилизировать свои позиции, ослабить
влияние коммунистических и левых партий.
В 70-е годы ситуация складывалась по-иному. С конца 1973 г. в ка¬
питалистическом мире разразился очередной экономический кризис. Рез¬
кое сокращение производства, галопирующая инфляция, небывалый рост
безработицы, обострепие валютных, энергетических и сырьевых проб¬
лем — все это происходило па фоне усиления кризисных явлений в сфе¬
ре идеологии и политики, роста коррупции в высших звеньях государст¬
венной машины. Особенно напряженно складывалась ситуация на юге
Западиой Европы. В Португалии, Греции, Испании власти грубо попи¬
рали элементарные человеческие права. В Италии одной из основных
внутриполитических проблем стала достигшая чудовищных масштабов
коррупция в правительственном аппарате, усиление терроризма.
В сознании широких слоев населения западноевропейских стран креп¬
ло убеждение в том, что решение всего комплекса назревших проблем
следует искать на путях радикального демократического переустройства
общества. Даже некоторые американские политические деятели вынуж¬
дены были признать, что обозначившийся сдвиг влево в настроениях
западноевропейских избирателей не есть следствие «подрывной деятель¬
ности Москвы», а. закономерный результат небывалого обострения внут¬
ренних противоречий. Вот как оценивалась в 1975 г. ближайшая перспек¬
тива политического развития Западиой Европы исследовательским цен¬
тром Колумбийского университета: «На фоне общего усиления левых,
прежде всего социал-демократов, в Западной Европе происходит укреп¬
ление позиций коммунистов. Это наиболее очевидно в таких странах, как
Италия, Франция, Греция и Кипр. Следует считаться с возможностью,
что в течение следующих пяти лет министры-коммунисты появятся в
правительствах еще ряда стран, помимо уже имеющихся представителей
компартий в правительствах Португалии, Исландии и Финляндии» г.
1 См. Зарицкий Б. Е. США и левые силы в Западной Европе (1943-1949 гг.).—
Вопросы истории, 1983, № 6.
2 Globale Political Assesement. October 1975 - March 1970. N. Y. 1970, p. 10.
32

В отечественной и зарубежной историографии появился ряд работ об
отдельных аспектах рассматриваемой темы3. Но для занимающегося ею
исследователя остается еще широкое поле деятельности, особенно в пла¬
не выявления определенных закономерностей и анализа долгосрочных
установок правящих кругов США в их политике, направленной против
левых сил в Западной Европе.
Для Вашингтона всегда было характерно крайне расширительное
толкование проблемы т. н. левой опасности в Западной Европе. К числу
своих политических противников США относили не только компартии,
по и левую социал-демократию, прогрессивные профсоюзы, антивоенные
движения, многочисленные общественные организации, чьи цели и прин¬
ципы деятельности по тем или иным причинам не вписывались в стра¬
тегические установки Белого дома. Американский историк Р. Барнет так
сформулировал существующий издавна критерий политических оценок в
Вашингтоне: «Любому политику, организации, партии или даже прави¬
тельству сумеют приклеить ярлык «левого» или даже «коммунистиче¬
ского», если их взгляды или проводимые мероприятия расцениваются
госдепартаментом или ЦРУ как опасные или неприемлемые с точки зре-
иия «интересов безопасности» США» 4.
Главными для правящих кругов США были и остаются военно-стра¬
тегические соображения, экономические и политические интересы в этом
регионе. Высокопарные декларации об уважении «традиций демократиче¬
ских выборов», независимости, суверенитета стран-союзниц оказываются
забытыми, когда создается сколько-нибудь ощутимая угроза позициям и
интересам американского империализма и «атлантической солидарности»,
разумеется, в ее американской интерпретации. Первая реакция Вашинг¬
тона на апрельскую революцию 1974 г. в Португалии была настолько рез¬
кой, а вмешательство носило столь неприкрытый характер, что действия
США шокировали даже многих западноевропейских союзников по НАТО,
которые считали, что сбивать революционный накал здесь надо с по¬
мощью иных, более гибких методов. Но Вашингтон упрямо гнул свою
линию. Перспектива «полевения» Португалии беспокоила его по многим
причинам: под вопрос могла быть поставлена судьба американских воен¬
ных баз на Азорских островах; прекращение колониальной войны в Ан¬
голе и достижение ею независимости грозило подорвать позиции амери¬
канских монополий в этой богатой природными ресурсами стране;
наконец, революция в Португалии могла повлиять на развитие событий
в Испании, где франкистская диктатура доживала последние дни.
Вскоре после апрельской революции были перекрыты каналы поступ¬
ления финансовой помощи Португалии не только непосредственно из
США, но и по линии Международного валютного фонда (МВФ), факти¬
чески осуществлялся полный экономический бойкот страны. Транснацио¬
нальные корпорации ИТТ, «Кельвинейтерс» и «Таймекс» прибегли к
свертыванию производства, пытаясь внести хаос в экономическую жизнь
Португалии и дискредитировать мероприятия революционного правитель¬
ства ". На кооперирование крестьян ТНК ответили сокращением заку¬
пок португальского портвейна. Кредитная политика, проводившаяся по
отношению к Португалии Международным валютным фондом, Междуна¬
родным банком реконструкции и развития (МБРР) и частными амери¬
8 См.: США - Западная Европа: партнерство и соперничество. М. 1978; США и
Западная Европа. М. 1979; Ш е и и В. С. США и Южная Европа: кризис атлантическо¬
го партнерства. М. 1979; 3 а г л а д и и Н. В. Антисоветизм в глобальной стратегии им-
мрпалиэма США. М. 1981; Варес П. А. Рим и Вашингтон. История неравноправного
гартнерства. М. 1983; Марксизм-ленинизм о диалектике революции и контрреволю¬
ции. М. 1984, с. 219-253; Eurocommunism and Detente. N. Y. 1978; The Politics of Euro¬
communism. Boston. 1980; Eurocommunism between East and West. Bloomington. 1980;
iVh e tten L. New International Communism. Lexington. 1982.
* Barnet R. Intervention and Revolution. Lnd. 1972, pp. 21-22.
5 Cm. Le Monde, 8.111.1970.
2 Вопросы истории, № 1.
33

канскими банками, привела к тому, что страна меньше чем за год —
с октября 1975 по июнь 1976 г.—потеряла одну треть своего золотого
эапаса6. Одновременно Вашингтон активно использовал и методы пря¬
мой поддержки своей клиентуры в Португалии. Были налажены широ¬
кие контакты с профашистскими группировками на севере страны, кото¬
рые встали на путь развертывания террора против левых сил. До 10 млн.
долларов ежемесячно выделяло ЦРУ на укрепление в стране различного
рода правых движений 7. Только с мая по ноябрь 1975 г. в Португалии
было совершено 292 террористических акта. Из них — 105 против компар¬
тии, 41 против ПДД8, 14 против профсоюзов, 23 против других левых
партий9.
Став государственным секретарем США, Г. Киссинджер взял под кон¬
троль подготовку всех акций, разрабатываемых в отношении Португалии
спецслужбами США. В ЦРУ «португальскую группу» возглавил замести¬
тель директора управления В. Уолтерс. Непосредственно на месте опе¬
рациями руководил посол США в Лиссабоне Ф. Карлуччи, «свой чело¬
век» в ЦРУ, сменивший прежнего посла С. Скотта, который, по мнению
Вашингтона, не проявил достаточной твердости в борьбе с «левой опас¬
ностью». Комментируя впоследствии назначение Карлуччи на должность
заместителя директора ЦРУ, португальская газета «Diario» писала:
«Лишь спустя много времени наш народ сможет узнать о той цене, ко¬
торую вынуждена была заплатить страна за деятельность нынешнего за¬
местителя директора ЦРУ, которой он занимался в Португалии»i0.
Будучи послом в Португалии, Карлуччи выполнял работу, сходную с
той, которая поручалась ему и в других странах. В период его пребыва¬
ния в Конго был убит Патрис Лумумба. Карлуччи разворачивает свою
деятельность в Бразилии накануне свержения в 1964 г. прогрессивного
правительства Ж. Гулларта, в Греции — незадолго до прихода к власти
«черных полковников». Вскоре после приезда Карлуччи в Чили там про¬
изошел фашистский переворот. В апреле 1975 г. газета «L’Unita» отмеча¬
ла «странное стечение обстоятельств, по которому этот дипломат появг-
лялся в разных странах как раз накануне контрреволюционных и реак¬
ционных переворотов» 11.
И действительно, вскоре после назначения Карлуччи генерал А. Спи-
нола предпринял попытку поднять контрреволюционный мятеж. Впрочем,
не Карлуччи был главной фигурой среди тех, кто стоял за кулисами
событий. Санкцию на переворот Спидола получил еще до его появления
в Лиссабоне от президента Р. Никсона во время встречи с ним 19 июня
1974 г. на американской военно-воздушной базе Лажес. К вечеру 11 мар¬
та 1975 г. спинолисты, пытавшиеся повторить в Португалии «чилийский
вариант», были разгромлены, но следы путчистов настолько отчетливо
тянулись к зданию посольства США, что один из руководителей Движе¬
ния вооруженных сил (ДВС), генерал О. Карвальо, заявил: было бы не¬
плохо, если бы посол США Фрепк Карлуччи сам попросил свое прави¬
тельство отозвать его из Лиссабона, т. к. теперь трудно будет поручиться
за его безопасность 12.
В Белом доме с большим трудом пробивало себе дорогу понимание
необходимости отказаться от бесперспективного курса на безоговорочную
поддержку дискредитировавших себя и не имевших политического буду¬
щего откровенно правых лидеров, партий и группировок. Идея фланго¬
8 См. Проблемы мира и социализма, 1976, № 6, с. 25.
7 См. ЦРУ глазами американцев. Сб. материалов зарубежной прессы. М. 1976.
с. 109.
8 ПДД (Прогрессивное демократическое движение) — антифашистская левая пар¬
тия, объединявшая в своих рядах в основном прогрессивную интеллигенцию.
9 Dossier Terrorismo. Lisboa. 1977, p. 28.
10 Цит. по: Проблемы мира и социализма, 1979, № 12, с. 90.
11 L’Unita, 4-5.IV.1975.
1а Цит. по: Суханов В. И. Революция гвоздик в Португалии. М. 1983, с. 87,
34

вого маневра с ориентацией на социалистов в качестве противовеса ком¬
партии имела в Вашингтоне многочисленных и влиятельных противников.
Многие представители американской администрации не верили, что ру¬
ководство Португальской социалистической партии (ПСП) будет прово¬
дить последовательную политику, направленную на сохранение в стране
буржуазных порядков. Г. Киссинджер прямо называл лидера ПСП
М. Соареша «португальским Керенским», прокладывающим коммунистам
дорогу к власти 13. В этом еще раз проявилось широко распространенное
в правящих кругах США недоверие к любым политическим силам, за¬
нимающим позиции слева от центра и оперирующим понятием «социа¬
лизм».
В конечном счете США все же оказали материальную и политиче¬
скую поддержку правительству Соареша, пошедшему в основных вопро¬
сах внутренней и внешней политики на существенные уступки нацио¬
нальному и международному капиталу. Однако и после этого многие
американские политики продолжали считать, что «дерадикализация» ПСП
не приобрела необратимого характера и во многом продиктована такти¬
ческими соображениями 14. Во всяком случае, когда в декабре 1977 г.
социалисты вынуждены были уступить власть представителям более
правых политических кругов, в Вашингтоне не было сожалений.
Португалия была не единственной страной, где Вашингтон активно
использовал весь набор методов вмешательства, включая терроризм, для
достижения своих целей. На Кипре в июле 1974 г. США спровоцировали
и помогли осуществить свержение законного правительства архиеписко¬
па Макариоса15. В Испании американские спецслужбы оказались при¬
частными к покушению на председателя совета министров К. Бланко te.
На развитие ситуации в Италии, где в ходе национальных выборов в
местные органы власти в июне 1975 г. компартия получила лишь на 3%
голосов меньше, чем христианские демократы, США реагировали особен¬
но нервно. Многие американские эксперты вообще считали, что социали¬
стическая перспектива в Западной Европе реальна только в Италии, по¬
скольку во всех остальных странах, включая Францию, Португалию и
Испанию, коммунисты, по их мнению, не обладали возможностью ни
прийти к власти в одиночку, ни играть ведущую роль в рамках коали¬
ции левых сил 17. В Италии же, где ИКП является первой по численно¬
сти и второй по количеству голосов, получаемых на выборах партией,
в случае включения представителей компартии в правительство, по мне¬
нию американских специалистов, могла бы возникнуть реальная угроза
буржуазным порядкам.
Методы, к которым прибег Вашингтон в своем стремлении предотвра¬
тить наметившийся сдвиг влево в политической жизни Италии, были
апробированы им еще в первые послевоенные годы. В начале 70-х годов
по настоянию американского посла в Италии Г. Мартина США возобно¬
вили финансовую поддержку ХДП. Согласно сообщению «The New
York Times» в 1970 г. состоялось несколько секретных встреч Мартина
с видным деятелем христианских демократов А. Фаыфани, во время
которых обсуждался вопрос, какую помощь США могут оказать ХДП с
тем, чтобы помочь ей «преградить путь нежелательным элементам, та¬
ким, как коммунисты или левые социалисты, и помешать им добиться
слишком большой власти или влияния» 18. Как выяснилось впоследст¬
вии, США вели тогда в Италии игру на два фронта. Наряду с тради¬
13 Barnet R. The Alliance America - Europe - Japan. N. Y. 1983, p. 353.
14 Cm.	Foreign Affairs, 1976,	№ 2,	p. 262.
15 Cm.	Couloumbis T.	The	United	States,	Greece,	and	Turkey.	N.	Y. 1983,
pp. 81-93,	172-176.	,QQ_
18 См.	Гонсалес-Мата	JI. Невидимые	властители.	М.	1983,	с.	ЬУ-/з.
17 Eurocommunism and Détente, p. 547.
18 Цит. по: Грязная работа ЦРУ в Западной Европе. Сб. м-лов. М. 1982, с. 142.
2*	35

ционной линией на поддержку ХДП в ЦРУ существовал план оказания!
помощи итальянским фашистам, готовившим государственный перево¬
рот, о котором было известно Вашингтону. В октябре 1970 г. по настоя¬
нию Мартина и военного атташе американского посольства в Риме
Дж. Клавио на пост руководителя итальянской военной разведки (СИД)
был назначен давно сотрудничавший с ЦРУ генерал В. Мичелли, вскоре
после этого получивший из фондов американской разведки 800 тыс. дол¬
ларов на проведение широкой пропагандистской кампании против левых
сил 19,
Но Мичелли был нужен американцам не только для выполнения та¬
кого рода дел. Он же осуществлял контроль за подготовкой государствен¬
ного переворота «черным князем» В. Боргезе, которого фашисты прочи¬
ли на роль «второго Муссолини». Заговорщики были тесно связаны с
армейскими кругами и спецслужбами, которые, в свою очередь, подроб¬
но информировали обо всем американское посольство и соответствующие
службы НАТО. Сам Боргезе имел прямые контакты с ЦРУ, в частности
с руководителем контрразведки Дж. Энглтоном, который еще в годы
войны, работая в Управлении стратегических служб (УСС), спас «чер¬
ного князя» от партизан. В 1970 г., за несколько дней до попытки
переворота, американец прибыл в Рим и вернулся в США только после
того, как путч провалился. Как признал впоследствии генерал Малеттп,
бывший до 1975 г. руководителем итальянской контрразведки и вторым
лицом в СИД, с 1970 по 1975 г. в Италии планировалось, как минимум*
пять государственных переворотов и во всех прямо или косвенно были
замешаны американские спецслужбы 20.
Накануне выборов в итальянский парламент в 1976 г. директор
ЦРУ У. Колби уведомил копгресс, что одобренная президентом очеред¬
ная программа помощи ХДП предусматривает расходы в размере 6 млн.
долларов21. Многочисленные «пожертвования» в избирательные фонды
ХДП и других правых партий шли также от транснациональных кор¬
пораций «Экссоп», «Мобайл», ИТТ, «Галф ойл» и др. В печать «просо¬
чились» сведения, что в НАТО разрабатываются «чрезвычайные» планы
действий на случай серьезной «дестабилизации» обстановки в ключевых
западноевропейских странах. Несмотря на активные попытки США вос¬
препятствовать дальнейшему укреилепию позиций левых сил в Западной
Европе, результаты состоявшихся в 1976 г. выборов в Италии, Франции
и Португалии продемонстрировали, что компартии пользуются достаточ¬
но широкой поддержкой избирателей. Итальянская компартия по числу
полученных голосов вплотную подошла к христианским демократам,
укрепились позиции коалиции левых сил во Франции. Даже в Португа¬
лии, где выборы проходили в обстановке разнузданной антикоммунисти¬
ческой истерии, развязанной правыми силами, коммунисты собрали
15% голосов.
Оценивая результаты американского вмешательства в Западной Евро¬
пе, сенатская комиссия под председательством Ф. Чёрча вынуждена была
констатировать: «Применение тайных операций внутри или против ино¬
странного государства может иметь непредвиденные последствия, способ¬
ные в определенных случаях подорвать долгосрочные цели. Например,
проводившаяся тайная поддержка иностранных политических лидеров*
партий, профсоюзов или средств массовой информации не всегда дости¬
гала намеченных целей по усилению их деятельности против коммуни¬
стического вызова. В ряде случаев это приводило как к полной зависи¬
мости от тайной поддержки Соединенных Штатов, так и к уязвимости
и презрению в собственном обществе тех, кто ее получил, когда тайные
19 См. The Politics of Eurocommunism, pp. 365-366.
20 См. 3 а и о й с к и й JI. П. Тайные пружины международного терроризма. М.
1982 с. 16—17.
21 Washington Post, 7.1.1976.
36

связи становились достоянием гласности»22. Действительно, бесцере¬
монность методов американской дипломатии не только вызывала нара¬
ставшую волну возмущения западноевропейской общественности, но и
влияла на позицию официальных кругов, вынужденных считаться с на¬
строениями масс. В этой ситуации в правящих кругах США все более
отчетливо стали проявляться разногласия но поводу форм и методов
борьбы с влиянием левых сил в Западной Европе, масштабов прямого
участия в ней. Сторонникам традиционно «жестких» мер во главе с
Киссинджером дротивостояла достаточно влиятельная группировка «ли¬
бералов», выступавших за проведение более гибкой политики по отноше¬
нию к левым силам.
Речь шла, конечно, не об изменении основных целей американской
политики, а скорее о попытке перестроить ее тактическую линию с уче¬
том и в условиях новой ситуации. Необходимость подобной корректи¬
ровки была непосредственно связана, в частности, и с тем, что оп¬
ределенная часть правящих кругов США вынуждена была признать
ограниченность своих возможностей влиять на динамику социальных
преобразований в западноевропейских странах в обстановке качествен¬
но нового соотношения сил на международной арене и в иной психо¬
логической атмосфере разрядки напряженности. Иронизируя по поводу
безапелляционного тона заявлений Киссинджера насчет того, что вхож¬
дение коммунистов в состав правительства любой западноевропейской
страны было бы «неприемлемым» для США, Дж. Болл, в прошлом зани¬
мавший пост заместителя государственного секретаря США, писал: «Это
выглядит так, словно мы являемся королевой Викторией, отчитывающей
своих подданных. Отказ в «приемлемости» событий, на развитие которых
мы можем оказать лишь незначительное влияние, представляет собой
вариант абсурдной дипломатической политики, слишком часто прово¬
дившейся нами в последние месяцы» 23.
В сложившейся ситуации многие вашингтонские политики считали
более целесообразным «передоверить» некоторые функции по обеспече¬
нию социально-политического статус-кво в Западной Европе своим ос¬
новным партнерам на континенте. При этом подчеркивалось, что меха¬
низм ЕЭС достаточно приспособлен для решения подобных задач,
а «опыт», накопленный некоторыми западноевропейскими странами в
период португальских событий, избавит американскую дипломатию от
необходимости проявлять излишнюю активность в такого рода «щекот¬
ливых» ситуациях. Определенная часть вашингтонских стратегов в сво¬
их призывах к «нововведениям» склонна была пойти еще дальше. При¬
мерно в середине 70-х годов на страницах американской печати появи¬
лись высказывания о необходимости внимательнее присмотреться к
«новым тенденциям» в развитии идеологических и политических концеп¬
ций некоторых западноевропейских компартий. Американские «специа¬
листы» по проблемам коммунизма обращали внимание при этом врежде
всего иа попытки противопоставить некую западноевропейскую «модель»
социализма существующей практике социалистического строительства в
СССР и других странах реального социализма.
Американские политики и ученые подробно разъясняли «условия»,
при которых западноевропейские компартии могли бы рассчитывать на
признание их «политической респектабельности» Соединенными Штата¬
ми и западноевропейской буржуазией. В числе основных обычно назы¬
вались разрыв с КПСС и однозначно негативное отношение к опыту
социалистического строительства в СССР и других странах, отказ от по¬
ложения о руководящей роли рабочего класса, от принципов демократи¬
ческого централизма и пролетарского интернационализма. Если США
22 Final Report of the Select Committee to Study Governmental Operations with
Respect to Intelligence Activities. U. S. Senate. Washington. 1976, p. 94.
23 Atlantic Community Quarterly, 1976, № 2, p. 183.
37

удастся «подтолкнуть» развитие западноевропейских компартий именно
в этом направлении, подчеркивал американский политолог Дж. Кэмпбелл,
то «в долгосрочной перспективе концепция демократического социализма
объединит в своих рядах европейских социалистов, еврокоммунистов,
либералов, реформистов и сторонников «национального коммунизма» в
Восточной Европе» z\
Впрочем, относительно реальности подобного поворота событий в
США, как и в Западной Европе, существовали различные, подчас диа¬
метрально противоположные точки зрения. Наряду с «оптимистами»,
трубившими о неизбежности раскола в международном коммунистиче¬
ском движении, существовала большая группа «скептиков», призывавших
не строить иллюзий насчет возможности серьезной политической игры с
западноевропейскими компартиями. Наиболее непримиримой позиции
придерживался Киссинджер. «Не вызывает сомнений, — предупреждал
он,— что участие коммунистов в правительстве даже одной страны будет
иметь сильнейший психологический эффект в других странах. У некото¬
рых может создаться впечатление,., что колесо истории в Европе стало
крутиться в другую сторону... Ключевым вопросом является не то, на¬
сколько «независимыми» будут европейские коммунисты, а в какой сте¬
пени они будут привержены коммунизму». Подвергать же сомнению
последнее, с точки зрения Киссинджера, значило бы выдавать желаемое
за действительное 25.
После прихода к власти администрации Дж. Картера на какое-то
время создалось впечатление, что сторонники «гибкого» подхода одержа¬
ли верх. Демонстративная смена послов в Париже и Риме, публичные
заверения американских руководителей, что они намерены с уважением
относиться к волеизъявлению избирателей в Западной Европе, призваны
были успокоить ее общественное мнение, восстановить пошатнувшееся
доверие к американской дипломатии, подтвердить надежность военно-по¬
литических обязательств США в отношении Западной Европы, создавая
одновременно предпосылки для флангового маневра на фронте антиком¬
мунистической борьбы. Вскоре возникла совсем уж парадоксальная си¬
туация. Некоторые органы американской печати, а иногда и отдельные
политические деятели, еще недавно метавшие громы и молнии в адрес
коммунистов, вдруг стали выступать в несколько странной роли «защит¬
ников» суверенитета, «самостоятельного пути» западноевропейских ком¬
партий, чуть ли не сторонников некоего «более совершенного» социализма.
Характер корректив, внесенных в политику США, разъяснял в од¬
ном из своих выступлений советник Картера по национальной безопас¬
ности 3. Бжезинский, продиктован, конечно, не «симпатией» к комму¬
нистам и тем более не желанием видеть их в составе правительства
какой-либо западноевропейской страны. «Проблема,— подчеркивал он,—
состоит в повышении эффективности нашей тактики, с точки зрения
внутренней западноевропейской политики и с точки зрения воздействия
еврокоммунизма на Восточную Европу и Советский Союз» 28. Таким об¬
разом, в основу «новой» тактической линии были положены вполне оп¬
ределенные по своей политической направленности установки: стремле¬
ние внести раскол в коммунистическое движение, стимулировать
различного рода «уклоны» и националистические тенденции в западно¬
европейских компартиях, добиться в конечном счете их ревизионистского
перерождения и интеграции в систему капитализма по образцу социал-
демократии.
Но период показной терпимости Вашингтона к левым силам в Запад¬
ной Европе оказался очень коротким. Дальнейшее развитие событий еще
раз подтвердило проверенную временем закономерность: при всех об¬
24 Eurocommunism and Détente, p. 561.
25 Atlantic Community Quarterly, 1977, № 2, pp. 262, 267.
гв Business Week, 1977, September 12, p. 8.

стоятельствах борьба с ростом влияния ьимпартий, всемерное противо¬
действие их участию в правительстве остается своего рода постоянной
величиной в политике империализма, а любые проявления «гибкости» и
«реализма» со стороны буржуазии в этом вопросе имеют строго ограни¬
ченные пределы. 3. Бжезинский пишет в своих мемуарах, что серьезные
сомнения по поводу целесообразности продолжения «гибкой» линии в
отношении западноевропейских компартий появились в среде американ¬
ской администрации уже к середине 1977 года. Вскоре после его доклад¬
ной записки от 14 марта 1977 г., содержавшей анализ внутриполитиче¬
ского положения, сложившегося в ключевых западноевропейских
странах, президент США одобрил директиву, согласованную с государст¬
венным департаментом, СНБ и ЦРУ. Ее смысл состоял в том, чтобы
«всеми средствами противодействовать так называемому историческому
компромиссу, нацеленному на привлечение коммунистов к участию в
правительстве». Конечная цель политики США, подчеркивалось в дирек¬
тиве, состоит в том, чтобы «изолировать коммунистов и увековечить их
положение в оппозиции» 27.
Как можно понять из комментариев Ежезинского, в этом документе
речь шла не только об Италии. Посольства США в Париже, Мадриде и
Риме получили указание прекратить контакты с представителями ком¬
партий. Бывший президент США Р. Никсон в интервью, транслировав¬
шемся 22 мая 1977 г. по французскому радио и телевидению, вполне
определенно заявил, что приход к власти во Франции коалиции социа¬
листов и коммунистов неизбежно повлек бы «крайне негативную» реак¬
цию со стороны США, вплоть до свертывания американских военно-по¬
литических обязательств в Западной Европе. В тот же период по
инициативе нового посла США во Франции А. Хартмана в конгрессе
обсуждался вопрос о возможности оказания финансовой поддержки
буржуазным партиям, противостоящим союзу левых сил28. В январе
1978 г. западная печать открыто заговорила о постепенном возвращении
американской политики к «жесткому» подходу в вопросе о возможном
вхождении коммунистов в правительства западноевропейских стран.
6 января во время пребывания в Париже президент США в беседе с
лидером французских социалистов Ф. Миттераном недвусмысленно за¬
явил о своем «беспокойстве» в связи с возможностью союза социалистов
и коммунистов. Несколько дней спустя государственный департамент
выступил с заявлением, в котором было высказано резко отрицательное
отношение к перспективе включения представителей компартии в прави¬
тельство Италии2Э. Официальные заявления сопровождались откровен¬
ными намеками на возможность санкций экономического и даже военно-
полицейского характера.
Оправдывая возвращение администрации США к методам открытого
вмешательства во внутриполитическую борьбу в западноевропейских
странах, американские историки приводят обычно несколько аргументов;
резкое обострение к началу 1978 г. «левой опасности», когда вопрос об
участии коммунистов в правительстве уже непосредственно встал на
повестку дня в нескольких странах; давление на Белый дом со стороны
правых сил в конгрессе и многочисленных противников «заигрывания» с
компартиями; опасепие самой администрации как бы двусмысленная по¬
литика США не нанесла ущерба позициям их традиционных союзни¬
ков — буржуазных партий в Западной Европе и т. д.30. Сыграл здесь
роль и тот факт, что не оправдались расчеты американских стратегов на
ревизионистское перерождение западноевропейских компартий. Разъяс¬
няя причины, по которым в Вашингтоне сочли неуместным и бессмыс¬
27 BrzezinskiZ. Power and Principle. N. Y. 1983, p. 312.
28 Le Matin de Paris, 26.V.1977.
29 Department of Slate Bulletin, 1978, February, p. 32.
30 Cm. Orbis, 1979, № 1, pp. 63-64.
Oft

ленным продолжать дальше игру в «либерализм», журнал «Problems of
Communism» писал осенью 1980 г.: «Было бы ошибкой считать, что за¬
падные (коммунистические,— Б. 3.) партии прямо следуют в своей
внешней и внутренней политике по пути, проторенному социал-демокра¬
тией» 31.
Резкое недовольство Вашингтона вызывало ясное и четкое мнение,
которое высказало абсолютное большинство компартий по поводу при¬
нятого в ноябре 1979 г. решения НАТО о размещении в Европе амери¬
канских ядериых ракет средней дальности и событий в Афганистане.
Западноевропейские компартии не выдержали «испытания на независи¬
мость», с сожалением констатировала «International Herald Tribune» 32.
По логике американских правящих кругов «независимость» компартий
должна была, по-видимому, проявиться в том, чтобы они закрыли глаза
на попытки США удушить афганскую революцию, согласились с плана¬
ми «довооружения» НАТО, отказались от совместной с Советским Сою¬
зом и другими социалистическими странами борьбы против гонки воору¬
жений и военной опасности.
Глобализм в постановке задач всегда был характерен для антиком¬
мунистической стратегии США. Вскоре после президентских выборов
1980 г. один из советников Р. Рейгана по внешней политике, Р. Пфальц-
графф, в интервью газете «Manifesto» заявил, что США будут продол¬
жать политику, направленную на «укрепление некоммунистических
центристских сил» и изоляцию левых партий в Западной Европе. Под
левыми, подчеркнул Пфальцграфф, Вашингтон имеет в виду не только
коммунистов, по и значительную часть социал-демократии, в том числе
левых лейбористов в Англии и левых социал-демократов в ФРГ 33. Еще
более скандальный характер носило заявление государственного секрета¬
ря А. Хейга, сделанное им в сенатской комиссии по иностранным делам
в январе 1981 года. На вопрос сенатора Г. Харта, намерен ли он «под¬
держивать тайные операции, нацеленные па дестабилизацию или свер¬
жение конституционно выбранных правительств», в том числе и в
«дружественных» странах, Хейг заявил: «Закон разрешает подобную
деятельность при известном стечении обстоятельств. И я не намерен от¬
ступать от этого» 34.
Бесцеремонное вмешательство США во внутриполитическую борьбу в
Западной Европе вновь отчетливо проявилось накануне и во время про¬
ходивших в июне 1981 г. выборов во Франции. В Вашингтоне не скрыва¬
ли откровенно враждебного отношения к возможности победы здесь коа¬
лиции левых сил. Не только американская печать, но и официальные
лнца в своих попытках оказать давление на исход выборов не скупились
на угрозы и «предупреждения» о последствиях, которые могут произойти,
если представители компартии будут включепы в правительство Фран¬
ции. «Мы ясно дали понять,—говорил в разгар предвыборной борьбы
советник Рейгана по национальной безопасности Р. Аллен,— что у нас
вызывает беспокойство сам факт возможного участия коммунистов в
правительствах государств — членов Атлантического союза. Это относится
к Франции, но это справедливо не только для Франции» 35. Когда же
несмотря на развернутую антикоммунистическую кампанию победа ле¬
вых сил стала фактом, из Вашингтона раздался грубый окрик, вызвав¬
ший справедливое возмущение французской общественности и политиче¬
ских кругов. 25 июня государственный департамент опубликовал заяв¬
ление, в котором от имени Белого дома выразил «неудовольствие» в
31 Problems of Communism, 1980, September - October, p. 43.
32 International Herald Tribune, 4.1.1980.
33 Manifesto, 17.XI.1980.
84 Nomination of Alexander M. Haig, jr. Hearings before the Committee on Fo¬
reign Relations, U. S. Senate. Washington. 1981.
35 Le Figaro, 11.XII.1981.
40

связи с включением в состав нового правительства Франции четырех
министров-коммунистов 36.
Ошибочным было бы считать, что единственная причина негативной
реакции США на события во Франции состояла только в факте участия
в ее правительстве представителей компартии. Политические установки
не только ФКП, но и ФСП шли вразрез с взглядами рейгановской адми¬
нистрации по широкому кругу вопросов внутренней и внешней политики.
Еще за месяц до исхода выборов во Франции «Washington Post» писала,
что к перспективе доступа ФСП к рычагам государственной власти в
Белом доме «относятся с враждебностью из-за идеологической несовмес¬
тимости между социалистами и консервативными республиканцами» s\
Эта «несовместимость» проявилась, в частности, в расхождении точек
зрения на пути экономического развития Запада.
Одна из важных целей планировавшейся французскими социалиста¬
ми национализации состояла в том, чтобы сократить американский им¬
порт, уменьшить экспорт французских капиталов и заставить их слу¬
жить более широким целям национального развития. Программа нацио¬
нализации, выдвинутая левым правительством Франции, затрагивала
интересы американского капитала и потому, что социалисты планирова¬
ли национализировать ряд компаний с его участием. ФСП традиционно
пользовалась в США устойчивой репутацией одной из наиболее «ради¬
кальных» и «идеологизированных» социалистических партий Западиой
Европы. Такое отношение в значительной мере формировалось также
под влиянием заявлений руководителей ФСП, в которых па протяжении
ряда лет постоянно подчеркивалось, что французские социалисты полны
решимости пойти дальше и смелее по пути «разрыва» с капитализмом
по сравнению с традиционной социал-демократией.
Сразу же после выборов против Франции, где к власти пришли ле¬
вые партии, в ход был пущен весь арсенал традиционных методов эко¬
номического шантажа, в том числе сокращение американскими монопо¬
лиями капиталовложений и производства. Активное противодействие
деловых кругов и властей США вызвали меры по национализации. Дело
дошло до того, что в марте 1982 г. США по официальным каналам пред¬
ложили правительству Франции отказаться от мер, направленных на
ограничение прав владельцев крупных предприятий. Проатлантические,
антисоветские акценты в политике французских социалистов, одобрение
Ф. Миттераном размещения американских ракет средней дальности в
Западной Европе не устранили полностью столкновений двух стран по
широкому кругу проблем. Отношение к «стратегической оборонной ини¬
циативе» и освободительной борьбе в Центральной Америке, вторжению
США на Гренаду, развитию торгово-экономических отношений с СССР,
праву палестинского парода на самоопределение, агрессии Израиля в
Ливане, политике США по отношению к Ливии — по всем этим и дру¬
гим вопросам позиции США и Франции были различны.
Поражение французских социалистов на выборах в марте 1986 г.
и образование буржуазного правительства во главе с Ж. Шираком было
встречено в Вашингтоне с откровенным удовлетворением. «В Белом доме
давно и с нетерпением ожидали, что социалистическая партия во главе
с президентом Ф. Миттераном потеряет большинство (в парламенте.—
Б. 3.) в пользу оппозиционной коалиции голлистов и центристов»,— пи¬
сал сразу после выборов американский журнал 38.
С обеспокоенностью восприняли в США результаты выборов в Гре¬
ции в октябре 1981 г., на которых внушительную победу одержало
Всегреческое социалистическое движение (ПАСОК) во главе с А. Па-
пандреу. Недовольство Вашингтона вызвала независимая позиция ново-
38 Department of State Bulletin, 1981, August, p. 71.
37 Washington Post, 24.V.1981.
38 U. S. News and World Report, 1986, March 17, p. 34.

•то афинского руководства по ряду вопросов внешней политики: отноше¬
ние к НАТО и ЕЭС, к американским военным базам и ядерному оружию
на территории Греции, к урегулированию ближневосточного кризиса в
*к Советскому Союзу, к проблемам разрядки и разоружения. США в
НАТО начали оказывать на правительство Папандреу массированное
давление с целью заставить его пересмотреть данные перед выборами
обязательства. Греции, в частности, откровенно дали понять, что в том
случае, если она будет продолжать настаивать на ликвидации американ¬
ских военных баз, США могут прекратить оказание ей военно-экономв-
ческой помощи 39.
В конце 1983 г. прогрессивная греческая печать с беспокойством от¬
мечала, что в стране вновь резко активизировалась деятельность амери¬
канских спецслужб, участились маневры у берегов Эллады 6-го американ¬
ского флота, умножились случаи вторжения американских и турецких
самолетов в воздушное пространство Греции. Как сообщала 25 октября
1984 г. газета «Ризоспастис», 19 октября 1984 г. посол Греции в Вашинг¬
тоне был вызвап в госдепартамент, где ему был вручен беспрецедентный
по грубости меморандум. От греческого правительства потребовали,
чтобы оно немедленно прекратило все усилия но превращению Балкан в
безъядерную зону, выводу американского ядерпого оружия с греческой
территории и вообще отказалось от любых инициатив в области разору¬
жения. В меморандуме содержалась угроза применения «санкций», если
греческое правительство не будет следовать «общей политике» НАТО.
В этом случае ярко проявилось беспокойство Вашингтона по поводу
того, что западноевропейские левые выступают против милитаристских
планов США, их попыток возродить атмосферу «холодной войны». Ко¬
ренной «порок» внешнеполитической платформы западноевропейских
левых, по словам консультанта «Рэнд корпорэйшн», профессора Калифор¬
нийского университета К. Э. Зоппо, состоит в том, что они не признают
существования «потенциальной советской военной угрозы Западной Ев¬
ропе» 40.
Политическим противником № 1 в Западной Европе Вашингтон счи¬
тает компартии. Появившиеся в 70-е годы в документах некоторых иа
них положения, таившие подчас в себе опасность выхолащивания социа¬
листической цели рабочего движения, в конечном счете так и не были
восприняты американским руководством в качестве достаточного основа¬
ния для изменения однозначно негативного отношения США к возмож¬
ности их участия в правительствах западноевропейских стран. «Даже ав¬
тономные коммунистические партии,— разъяснял Дж. Френд, в прошлом
один из ведущих аналитиков ЦРУ,— имеют свою собственную идеологи¬
ческую платформу, которая идет вразрез с идеологией тех, кто опреде¬
ляет политику западных государств» 41. Внешнеполитические концепции
западноевропейских компартий, по мнению американских экспертов, тяго¬
теют к «традиционному левому пацифизму и нейтрализму» и несовмести¬
мы с основными заповедями «атлантизма» 42.
В Вашингтоне не скрывают своего удовлетворения в связи с тем,
что отдельные западноевропейские компартии в 80-е годы по разным
причинам не смогли удержать тех позиций, которые они завоевали в
прошлом десятилетии. На этом основании в американской печати вновь
зазвучала тема о «кризисе» в коммунистическом движении, о неизбеж¬
ности его «упадка» в развитых капиталистических странах43. Серьезные
эксперты придерживаются па этот счет более осторожной точки зрения.
Весной 1982 г, составители подготовленного комиссией по иностранным
39 Department of State Bulletin, 1983, May, p. 45.
40 Orbis, 1980, № 2, p. 31.
41 Problems of Communism, 1980, September — October, p. 43.
«	42 w h e 11 e n L. Op. cit., p. 174.
43 Cm. The New York Times, 4.11.1986.
42

делам сената США специального доклада «Кризис в Атлантическое
союзе — причины и следствия» недвусмысленно предупреждали адми¬
нистрацию Рейгана об опасности упрощения проблемы и недооценки
роли компартий в политической жизни Западной Европы. «Марксист¬
ская критика капитализма пустила в Европе глубокие корпи... Многие
европейцы считают идеалы марксизма источником надежд». Далее в
докладе говорилось, что несмотря на всплеск «консервативной волны»
во многих странах Западной Европы продолжают действовать массовые*
компартии, имеющие достаточно прочные позиции не только в парламен¬
тах и местных органах власти, но и в профсоюзах, общественных орга¬
низациях и антивоенном движении. «Марксизм-ленинизм,— подчеркивал
консультант госдепартамента профессор Дж. Далл,— остается в Европе
главным политическим, духовным и идеологическим вызовом для Соеди¬
ненных Штатов» 44.
Более сложным и противоречивым является отношение Вашингтона
к западноевропейской социал-демократии. США, начиная с первых пос¬
левоенных лет, не только сотрудничали с правой социал-демократией,
но и активно использовали ее в борьбе с ростом влияния компартий.
Накопленный в ходе такого сотрудничества опыт привел часть амери¬
канских политиков к выводу о том, что в определенных ситуациях запад¬
ноевропейская социал-демократия может быть для США весьма полез¬
ным партпером, поскольку она, как правило, более чутко по сравнению
с буржуазными партиями способна реагировать на изменения в общест¬
венном климате и превентивно проводить необходимые реформы, пред¬
упреждая таким образом возможность политического взрыва и в то же
время не покушаясь на основы капитализма. «Значение социалистиче¬
ских и социал-демократическпх партий едва ли можно переоценить,—
писал в этой связи Дж. Кэмпбелл,— Там, где налицо требования реформ
и тенденция к полевению, социалистические партии играют решающую
роль в удержании движения в рамках демократической (т. е. капитали¬
стической.— Б. 3.) системы» 45.
Эту точку зрения в основном разделяет, с известными оговорками,
та часть либерального и реформистского крыла в американском истеб¬
лишменте, которая, как правило, тяготеет к демократической партии.
Что же касается консервативных республиканцев, то для их подхода
болое характерна установка, метко подмеченная Председателем Компар¬
тии Люксембурга Р. Урбани: «Чем правее становится власть, тем менее
склонна она делать различия между коммунистами и социалистами» 46.
У американских неоконсерваторов вызывают активную враждебность не
только остатки марксистской фразеологии и критические выпады против
капитализма в программных документах социал-демократических партий,
но и ряд краеугольных положений концепции «демократического социа¬
лизма»: активная роль государства в экономической жизни и социальных
отношениях, расширение «производственной демократии» и «соучастие»
рабочих в управлении предприятиями, введение прогрессивного налого¬
обложения и т. д. Все это рассматривается теоретиками неоконсерватизма
как проявление «эгалитаризма», покушение на «индивидуальные свобо¬
ды» и принципы частного предпринимательства4Т.
Разумеется, в практической политике отношение американской адми¬
нистрации к западноевропейским социал-демократам является достаточ¬
но дифференцированным и во многом зависит от конкретной ситуации,
от того, в какой системе внутриполитических союзов выступает та или
44 Dull J. The Politics of American Foreign Policy. Prentice — Hall. 19S5, p. 174.
45 Eurocommunism and Detente, p. 550.
4* Проблемы мира и социализма, 1980, № 4, с. 24.
47 См. Neokonservative und «Neue Rechte»: Der Angriff gegen Sozialstaat und libe¬
rale Demokratie in den Vereinigten Staaten, Westeuropa und der Bundesrepublik. Mün¬
chen. 1983, S. 92-128.
43

иная социал-демократическая партия, насколько твердо придерживается
она «атлантических» принципов, насколько сильны в ее руководстве
антикоммунистические и антисоветские настроения и т. д. Однако при
всех обстоятельствах в долгосрочном плане западноевропейская социал-
демократия никогда не была для Вашингтона «предпочтительным» союз¬
ником. В свое время бывший советник нескольких американских прези¬
дентов Дж. Бэрпхэм перечислил основные причины недоверия правящих
кругов США к социал-демократическим партиям: а) они не проявляют
последовательности и достаточной твердости в борьбе с коммунистами
внутри своих стран, б) они не готовы к бескомпромиссной борьбе про¬
тив «советского коммунизма», в) социал-демократические реформы, если
и не ведут прямо к социализму, то «опасно расшатывают» существую¬
щую систему. Конечный вывод таков: социал-демократы своей деятель¬
ностью «расстилают красный ковер, по которому рано или поздно прой¬
дут коммунисты» 48.
На политику США по отношению к социал-демократии заметно влия¬
ет в последнее десятилетие укрепление ее левого крыла. Многие запад¬
ные эксперты всерьез озабочены возможностью «радикализации» социал-
демократических партий в результате сильного давления снизу.
Профессор университета в Нью-Мехико С. Крамер, неоднократно при¬
влекавшийся к участию в исследовательских программах такого влия¬
тельного органа, как Совет по международным отношениям, предупреж¬
дал: «Конец разрядки и экономического благополучия породил кризис¬
ные явления в европейской социал-демократии. Это ведет здесь к
поляризации сил и усилению левого радикального крыла» 4*.
Больше всего Вашингтон беспокоит растущее стремление западноевро¬
пейских социал-демократических партий отмежеваться от проводимой
США политики, направленной на обострение международной напряжен¬
ности, подстегивание гонки вооружений, подавление освободительных и
демократических движений в других странах. Резкой критике в амери¬
канской печати и со стороны должностных лиц подвергаются социал-де¬
мократы ФРГ, Дании, Голландии, Швеции, Финляндии, лейбористы Анг¬
лии, социалисты Греции, чьи позиции по вопросам разоружения не толь¬
ко ие вписываются в милитаристские планы США, но нередко создают
реальные трудности для их реализации. «Левые,— с раздражением го¬
ворил бывший помощник государственного секретаря США Р. Бэрт
(сегодня он занимает пост посла США в ФРГ), характеризуя внешнепо¬
литические установки западногерманской СДПГ и английской лейборист¬
ской партии,— пытаются ревизовать фундаментальные принципы поли¬
тики безопасности. А это уже прямая угроза и открытый вызов Соеди¬
ненным Штатам и Атлантическому союзу» 50.
XVII конгресс Социнтерна в Лиме (Перу, май 1986 г.), вотреча пред¬
ставителей европейских социал-демократических партий стран—членов
НАТО в Осло (Норвегия, сентябрь того же года) еще раз показали, что
в таких вопросах, как отношение к СОИ и Договору по ПРО (1972 г.),
прекращению ядерных испытапий и размещению американских ядерных
ракет средней дальности в Западной Европе, соблюдению обязательств по
договорам ОСВ-1 и ОСВ-2, созданию зон, свободных от ядерного и хими¬
ческого оружия, а также антивоенному движению, абсолютное боль¬
шинство западноевропейской социал-демократии занимает позиции, про¬
тивоположные американским. Даже находясь в оппозиции, социал-демок¬
раты, по американским оценкам, играют «деструктивную» роль в
осуществлении военно-политической стратегии США и НАТО, поскольку
48 Burnham J. The Coming Defeat of Communism. N. Y. 1968, p. 53.
49 KramerS. Socialism in Western Europe. Boulder - Lnd. 1984, p. 44.
40 Development in Europe, June 1984. Hearing before the Subcommittee on Europe
r.nd the Middle East of the Committee on Foreign Affairs House of Representatives, Ni¬
nety-Eighth Congress, Second Session, June 25, 1984. Washington, 1984, p. 85.
44

их внешнеполитический курс «сужает свободу действий правительствен¬
ного большинства, подогревает общественное недовольство и антиамери¬
канские настроения» 51.
Особое беспокойство и раздражение вызывают в Вашингтоне ради¬
кальные изменения во внешнеполитических установках двух наиболее
влиятельных в Социнтерне партий, представляющих к тому же страны,
занимающие ключевые места в НАТО. Речь идет о лейбористах Велико¬
британии и социал-демократах ФРГ. В решениях Нюрнбергского съезда
СДПГ (1986 г.), помимо упоминавшихся уже требований, был сформули¬
рован ряд других положений, которые находятся в прямом противоречии
с основными постулатами военной доктрины и планами США. Западно-
германские социал-демократы высказались, в частности, за внесение из¬
менений в натовскую концепцию «гибкого реагирования», предусматри¬
вающую возможность применения странами Североатлантического союза
ядерного оружия в Европе первыми и на ранних стадиях конфликта.
Структура и характер вооружений стран НАТО, включая бундесвер, под¬
черкивалось на съезде, должны быть ориентированы только на оборону
и по своему характеру исключать возможность агрессин. СДПГ выска¬
залась также против т. н. доктрины Роджерса и связанных с ней планов
модернизации обычных вооружений стран—членов НАТО. В случае
прихода к власти СДПГ обязалась существенно сократить военные рас¬
ходы ФРГ, провести реорганизацию бундесвера в духе концепции «пепро-
воцируюгцей обороны», стимулировать конверсию военного производ¬
ства 5г.
Ответная реакция Вашингтона не заставила себя ждать: вскоре после
съезда в Нюрнберге американские средства массовой информации и офи¬
циальные деятели администрации развернули широкое пропагандистское
наступление с целыо дискредитировать политическую линию СДПГ. Де¬
журные обвинения в «нейтрализме», «антиамериканизме» и «подыгры¬
вании Москве» перемежались с предупреждениями и плохо скрытыми уг¬
розами. Руководство СДПГ «не в состоянии удержать под контролем
процесс сползания своей партии влево по вопросам внешней политики...
Победа СДПГ на выборах подвергла бы риску позиции Западной Герма¬
нии в НАТО и ее отношения с Вашингтоном»,—процитировал журнал
«1\те\уз\уеек» слова одного из высокопоставленных деятелей администра¬
ции53. В Вашингтоне не скрывали своего удовлетворения тем, что на
выборах в январе 1987 г. западногерманским социал-демократам не уда¬
лось одержать победы.
По тому же сценарию разворачивалась кампания против английских
лейбористов. В выступлении по британскому телевидению в сентябре
1986 г. помощник министра обороны США Р. Перл назвал «до дикости
безответственными» их планы отказаться от ядерного оружия, ликвиди¬
ровать находящиеся на английской территории ядерные базы США, за¬
претить заходить в порты страны американским военным кораблям с
ядерным оружием на борту. Министр обороны США К. Уайнбергер ис¬
пользовал еще более сильные выражения. Он квалифицировал политику
лейбористов как «предательскую и пацифистскую» 54.
Таким образом справедлив вывод, который еще в конце 70-х годов был
сделан американским журналом «ОгЫз»: «Официальная американская
политика не заинтересована в социал-демократическом развитии Евро¬
пы» 55. Того же мнепия относительно политических симпатий США при¬
51 Time, 1986, September 8, р. 13.
52 Parteitag der SPD in Nürnberg 25.- 28.VIII.1986. Übersicht über die Beschlüsse
des Parteitages in Nürnberg. Teil 7: Aussen-, Friedens-, Sicherheits- und Deutschlandpo¬
litik. Bonn. 1986, S. 2—5.
53 Newsweek, 1986, September 8, p. 26.
54 Цит. по: Советская Россия, 27.IX.1986.
55 Orbis, 1979, № 1, р. 59.
45

держиваются ныне и социал-демократы. Б заявлении, принятом в 1985 г.
на встрече социалистических и социал-демократических партий Западной
Европы, говорилось: «Для администрации Рейгана, столкнувшейся с серь¬
езной оппозицией социалистов по глобальным проблемам гонки вооруже¬
ний, в том числе СОИ, «очаговых зон», экспорта вооружений, «террориз¬
ма» и т. д. характерна все более откровенная конфронтация с социал-де¬
мократами, в том числе в пропагандистской и политической областях» 5в.
В последние годы предметом серьезной обеспокоенности Вашингтона
стал подъем в большинстве стран Западной Европы антивоенного дви¬
жения. Попытки США игнорировать антивоенное движение, представить
его как «движение меньшинства», которое якобы инспирировано Москвой,
направляется и используется коммунистами и «советскими агентами»
в своекорыстных целях, дали, по существу, противоположный результат.
Опыт борьбы против размещения американских ракет средней дальности,
в Западной Европе показал, что речь идет о беспрецедентной по массо¬
вости, широте политического и социального состава форме протеста де¬
сятков миллионов людей против гонки вооружений. Киссинджер охарак¬
теризовал рост антивоенных выступлений в западноевропейских странах
как один из «наиболее опасных факторов», породивших в НАТО «небы¬
валые противоречия и угрозу деморализации Западного союза»57.
Антивоенное движение вызывает в Белом доме тревогу по ряду при¬
чин. Широкие протесты общественности западноевропейских стран про¬
тив милитаристского курса США и НАТО создают реальные трудности
для реализации военных планов Вашингтона и, как считают американ¬
ские эксперты, «ставят под вопрос стабильность того, что уже достигну¬
то» 58 (речь шла о размещении в Западной Европе крылатых ракет и
«першингов».—Б. 3.). Реальностью является то, что в тех странах, где
антивоенные выступления достигли особенно широких масштабов, прак¬
тически ни одна политическая партия не может не учитывать позиции
антивоенного движения. Многие социал-демократические партии уже бе¬
рут на вооружение лозунги антивоенного движения. США беспокоит так¬
же то, что, по данным опросов, даже среди рядовых членов и части
электората буржуазных партий растет число тех, кто сочувствует целям
антивоенного движения или поддерживает их. «А если центристские пар¬
тии сдвинутся влево, то усилятся разногласия в НАТО и может быть по¬
ставлена под вопрос политика безопасности Атлантического союза»,—
беспокоятся американские эксперты59.
Те, кто внимательно следит за эволюцией антивоенного движения,
не могут не признать, что в рамках достаточно распространенной в его
рядах теории «равной ответственности двух сверхдержав» за продолже¬
ние гонки вооружений все более отчетливо просматривается тепденция —
основную вину за обострение международной напряженности возлагать
на США. Вынуждены отметить этот факт и американские специалисты.
«Существует тенденция,— констатирует Р. Пфальцграфф, характеризуя
изменения в общественном мнении Западной Европы,— решать все
сомнения в пользу Советского Союза и приписывать ему лучшие наме¬
рения, а худшие — Соединенным Штатам». В таком развитии событий
правящие круги США усматривают для себя прямую опасность. Во-пер¬
вых, считают они, это ведет к росту антиамериканских настроений в За¬
падной Европе не только по международным, но и но другим вопросам.
Во-вторых, расшатывание мифа о «советской угрозе» может способство¬
вать ослаблению антисоветских и антикоммунистических настроений в
общественном мнении Запада и тем самым сделать неэффективным тра¬
диционное пропагандистское прикрытие, которое десятилетиями исполь¬
5в Acción Socialista, 1985, № 42, p. 15.
57 Time, 1984, March 5, pp. 14, 45.
58 International Security Yearbook 1983/84. N. Y. 1984, p. 79.
59 The Peace Movements in Europe and the United States. Lnd. 1985, p. 199.
46

зует Вашингтон для навязывания странам НАТО новых военных про¬
грамм. Наконец, в-третьих, растущее в среде западноевропейской
общественности понимание конструктивного вклада СССР в дело оздо¬
ровления международной обстановки, прекращения гонки вооружений
■объективно расширяет возможности сотрудничества между антивоенными
движениями Запада и общественными силами стран социализма в борь¬
бе за мир. А это, по логике Вашингтона, ведет к тому, что СССР по¬
лучит важный канал влияния на общественное мнение западноевропей¬
ских стран60.
Враждебность американской администрации антивоенному движению
продиктована еще одним очень важным побудительным мотивом. Анти¬
военные движения, как это констатируют сегодня и многие буржуазные
политологи, на нынешнем этапе превращаются в более широкое движе¬
ние социального и политического протеста. Они отстаивают уже не толь¬
ко идеи «негативного мира», т. е. «мира как отсутствия войны», но все
чаще — «позитивного мира», или «мира как социальной справедливости».
При всей идеологической расплывчатости, зачастую утопичности кон¬
цепций «позитивного мира» в сознании борцов за мир забота о выжива¬
нии человечества и сохранении окружающей среды часто сочетается с
планами демократического преобразования общества, с нейтралистско-
пацифистскими тенденциями и даже с установкой на активную антиим¬
периалистическую борьбу. В конечном счете, справедливо отмечал аме¬
риканский журнал «Alternatives», глубинные причины неприятия аме¬
риканским истеблишментом антивоенного движения объясняются тем,
что оно приобретает «системотрансформирующий потенциал». Сторонни¬
ки «позитивного мира» в западноевропейских странах «противопоставля¬
ют себя существующей социально-политической системе и связывают ко¬
нечный успех своих планов с ее трансформацией, которая предполагает
если не уничтожение, то радикальное изменение этой системы»61.
Во многом теми же соображениями руководствуется Вашингтон при
определении своего подхода к возникшим за последние годы в ряде за¬
падноевропейских стран партиям «зеленых». Парижский корреспондент
Си-би-эс Д. Андельман писал по этому поводу: «Нас не может не насто¬
раживать, что «зеленые» отрицают наличие какой-либо угрозы для За¬
падной Европы со стороны Советского Союза, выступают против разме¬
щения в Западной Германии крылатых ракет и «першингов»62. Сегодня
практически по всем осповным вопросам, связанным с прекращением
гонки вооружений, укреплением мира, улучшением отношений между
Востоком и Западом, «зеленые» выступают с резкой критикой политики
США и НАТО. Американские эксперты считают, что движение «зеле¬
ных» является не просто носителем «контркультуры». «Они отвергают
традиционные ценности современного индустриального общества как од¬
нобоко материалистические, ориентированные на манипуляцию потреби¬
тельскими инстинктами человека»,—писал американский политолог
К. Холмс, характеризуя идеологию «зеленых». По его мнению, теоретиче¬
ские концепции экологического движения, ориентированные на разработ¬
ку моделей «нового образа жизни», «новой этики», «нового политическо¬
го мышления», могут быть «вызовом философии современного индуст¬
риального капитализма» ез.
В CUIA сегодня уже не воспринимают движение «зеленых» как не¬
кий политический курьез, который вот-вот сойдет с политической сцены.
И дело не только в тех успехах, которых добились за последние годы
«зеленые» на выборах в ФРГ, Австрии и некоторых других странах.
•• Ibid., pp. 201, 203.
ei Alternatives, 1984, № 4, p. 481.
*2 Foreign Policy, 1982—83, № 49, pp. 38—39.
63 The Greens of West Germany: Origins, Strategies and Transatlantic Implications.
Washington. 1983, pp. 27. 54.
47

«Реальное влияние идей, которые проповедуют «зеленые», может быть
значительно большим, чем численность участников этого движения или
количество голосов, которое они соберут на выборах»,— предсказывал
Р. Пфальцграфф. Наиболее дальновидные американские аналитики обе¬
спокоены тем, что в лице «зеленых» правящие круги стран Запада столк¬
нулись с еще одной, во многом нетрадиционной формой массового
протеста, исходящего на этот раз из средних слоев. Причем в рамках
этого протеста все более отчетливо проявляются антимонополистические,
антиимпериалистические и антимилитаристские настроения.
Главный вопрос, который сегодня в этой связи все чаще звучит в
среде американских политологов, сводится к следующему: не может ли
подъем массовых демократических движений в Западной Европе и дру¬
гих капиталистических страпах положить «начало эрозии или даже разло¬
жению фундамента существующей политической системы на Западе» 6\
На состоявшейся в июле 1985 г. в Вашингтоне конференции создан¬
ного по инициативе администрации Рейгана «Международного демокра¬
тического союза», в состав которого вошли консервативные и правые
партии 29 стран Западной Европы, Азии и Латинской Америки, амери¬
канский представитель заявил, что США заинтересованы в разработке
«коллективной стратегии» консервативных сил для организации наступ¬
ления против коммунистов, социал-демократов и других левых партии.
Для противодействия росту н укреплению их влияния Вашингтон исполь¬
зует широкий диапазон методов и «жестких», и «гибких»: дипломатиче¬
ское и военно-политическое давление, экономический шантаж и дестаби¬
лизацию, политическую и материальную поддержку буржуазных партий
и правых организаций, манипулирование средствами массовой информа¬
ции, попытки внести раскол в лагерь левых сил, стимулировать в ком¬
партиях различного рода уклоны и т. д.
Разумеется, механизм вмешательства США во внутриполитическую
жизнь государств Западной Европы более тщательно замаскирован, чем,
например, в Африке или в Латинской Америке. Вынужденные считаться
с реакцией общественности и официальных кругов в странах-союзницах,
США часто действуют здесь «чужими руками», активно используют мест¬
ные террористические группы и организации, масонские ложи, мафию
неофашистов, свою агентуру в спецслужбах этих стран. В экстремальных
ситуациях США неоднократно демонстрировали в прошлом готовность к
применению самых крайних средств, вплоть до участия в антиправительст¬
венных заговорах, физического устранения неугодных Вашингтону поли¬
тических и общественных деятелей, использования войск НАТО и США
для подавления «беспорядков». Сегодня, как никогда, ясно, что подобная
манера поведения в международных делах никак не вписывается в логику
нового политического мышления, несовместима с демократизацией меж¬
дународных отношений. Невмешательство во внутренние дела других го¬
сударств, уважение политической воли и социального выбора народов,
равно как и их право на социальный статус-кво являются предпосылками
той атмосферы доверия, без которой немыслима перестройка междуна¬
родной ПОЛИТИКИ.
в4 Ш<1., рр. 5, 6.

ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ
АНТИВОЕННОЕ СОЗНАНИЕ В ПРОШЛОМ И ТЕПЕРЬ
О. Я. Мвликян
Огромные усилия, которые прилагают сегодня сторонники разоруже¬
ния и решения насущных задач человечества мирным путем, опираются
на глубокое осмысление исторического опыта борьбы за мир, многовеко¬
вого развития антивоенной общественной мысли, возникшей уже тогда,
когда вопрос о возможной гибели человечества выступал в форме пред¬
ставлений о «конце света».
Призывы отказаться от войн, несправедливых войн, заменить мили¬
таристские устремления миролюбивыми, положить конец побоищам меж¬
ду народами раздавались издревле. Неполная библиография антивоенной
мысли насчитывает за 3400 лет (XV в. до н. э.—XIX в. н. э.) свыше
8 тыс. трактатов о мире. Умнейшие и образованнейшие люди разных
времен и народов восставали против войны. Но в прошлом веке анти¬
военное мышление перестало быть уделом одиночек, особенно со второй
половины столетия, когда против милитаризма выступил рабочий класс,
стали собираться антивоенные конгрессы. С этого времени четко обозна¬
чились два направления в развитии антивоенного мышления — реформист¬
ское и революционное. Они пронизывают науку, философию, литера¬
туру, искусство, накладывают отпечаток на право, политику и нравствен¬
ность.
В результате образуются различные уровни антивоенного сознания
начиная от обыденного, массового и кончая высокими формами теорети¬
ческого мышления. Но на всех уровнях прослеживается главная мысль о
том, что «в войне не будет победителей в том смысле, что плодов победы
не будет пожинать никто» *. Война постепенно перестает быть продолже¬
нием политики другими средствами, как утверждал в первой половине
XIX в. К. Клаузевиц, и превращается в угрозу тотального уничтожения
человечества. «Благодаря сильно возросшему могуществу человека и рас¬
ширению его сферы деятельности чудовищно возросла разрушитель¬
ность войны и дезорганизация, ею вызываемая, и потому война теперь
не может больше считаться действительным, хотя и грубым средством
для улаживания недоразумений между двумя правительствами и народа¬
ми»,—утверждал Г. Уэллс2. Прав был А. Бебель, предупреждая, что
разработка новых технологий производства оружия усиливает угрозу
миру еще до войны н затем ужасы самой войны. Еще в 1889 г. он пи¬
сал: в будущих войнах уничтожение людей достигнет таких масштабов,
каких еще не знала история; будут иметь место душераздирающие и
возмутительные сцены массовых убийств3.
Анализируя причины возможной угрозы экономического разорения
народов Европы под бременем военных расходов и предвосхищая истре-
1 См. К о л л и н г в у д Р. Дж. Идея истории. Автобиография. М. 1960, с. 373.
2 У эл л с Г. Краткая история человечества. Л.— М. 1924, с. 238.
3 Цит. по: V о i g t K. D. Wege zur Abrüstung. Frankfurt a/M. 1981, S. 140
49

бительность и опустошительность войны, «какой еще не видел мир», Эн¬
гельс спрашивал: как поступить? «Л утверждаю: разоружение, а тем
самым и гарантия мира, возможно; оно даже сравнительно легко осуще¬
ствимо» \ Обрети тогда эта идея жизненное воплощение, и миру яе при¬
шлось бы испить чашу страданий. Развязавший две мировые войны им¬
периализм — главный их виновник. VII конгресс Коминтерна (июль —
август 1935 г.) справедливо объявил проблему достижения мира цент¬
ральной задачей коммунистических и всех миролюбивых сил. «Нужно
опоясать земной шар такой сетью организаций друзей мира,— писал
Г. Димитров 1 мая 1936 г.,— таким мощным движением интернациональ¬
ной солидарности, такими действенными мероприятиями единой между¬
народной политики пролетариата в интересах сохранения мира, чтобы
сковать злодейские руки зачинщиков войны» \
Международное рабочее движение не раз подчеркивало свою реши¬
мость «устранить классовые различия путем социальных преобразований,
вступив тем самым на тот единственный путь, который приведет к миру
внутри отдельных народов и к международному миру»6. Коммунисты
всегда стремились слить воедино выступления против войны с борьбой
против империализма. В этом они видели возможность устранения как
эксплуатации «человека человеком и одной нации другими нациями»,
так и «войн вообще» 7. «Социальные антагонистические противоречия не
отменишь и сегодня, но способы, методы, пути, формы их разрешения не
хшгут не модифицироваться, и, во всяком случае они должны быть под¬
чинены главнейшему: сохранению жизни рода человеческого, жизни во¬
обще»,— подчеркивает Ю. Ф. Карякин8.
Интернациональное учение рабочего класса, впитавшее в себя твор¬
ческое наследие прошлого, подсказывало эффективные решения военных
кризисов с помощью разоружения, роспуска кадровых армий, демилита¬
ризации общества, торжества антивоенных идей. В 4-й резолюции Париж¬
ского конгресса II Интернационала (1890 г.) говорится: «Бесконечный
рост военных расходов, налогов и займов является причиной нищеты и
разорения»; в казармах содержится «цвет молодежи в период ее профес¬
сиональной подготовки, учебы, наибольшей общественной активности»;
милитаризацией «тормозится подъем науки, искусства, наносится удар по
развитию личности человека, семьи» э. Ж. Жорес заявил, что даже под
угрозой расстрела он будет выступать против милитаризма. «Милитаризм
опасен не только сам по себе,—отмечал Генеральный секретарь
ЦК КПСС М. С. Горбачев, выступая перед рабочими Варшавы.— Он при¬
чиняет страшный вред человеческой нравственности, умножая злобу и
насилие в мире»10. Нравственные, духовные категории антивоенного
мышления сегодня, как никогда, обретают политический вес.
Этика политична, а политика этична11, утверждал древнегреческий
философ Сократ. Он имел в данном случае в виду очеловеченную поли¬
тику. Именно такая политика всегда была нужна людям, и именно ее
всегда недоставало по разным причинам, в том числе связанным с клас¬
совым мышлением. В потоке конфликтов и войн контакт между моралью
и политикой все более исчезал. Это устраивало многих сторонников ми¬
литаризма. Они пытались разгородить мораль и политику, чтобы пока¬
зать, что не может быть синтеза политики и нравственности; следова¬
4 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 22, с. 387.
5 Цит. по: Мельников О. Н. Зпамя Первомай — интернационализм. М. 1986,
•с. 127-128.
в Там же, с. 69.
7 J1 е н и н В. И. ПСС. Т. 32, с. 78.
* Пути в незнаемое. Писатели рассказывают о науке. Сб. 19. М. 1986, с. 16.
9 Цит. по: Мельников О. Н. Ук. соч., с. 12, 13.
10 Правда, 2.VI 1.1986.
11 Цит. по: Нерсесянц В. С. Политические учения древней Греции. М. 1979,
с. 123.
50

тельно, никогда не будет вечного мира. Много потрудились на этом поп¬
рище и «отцы церкви». Достаточно вспомнить Крестовые походы. Короли,
императоры, цари, вступив под колокольный звон на престол, часто дей¬
ствовали по циничным рецептам Н. Макиавелли с тою лишь разницей,
что в своих наставлениях он исходил из конкретных условий слабых
итальянских княжеств, масштабы же их государств были иными. У исто¬
рии долго не хватало времени, чтобы мирное сосуществование (термин,
введенный в оборот английским философом Т. Гоббсом12) обеспечивало
людям более или менее сносные условия жизни, работы, досуга. Войны,
интриги, подкупы, быстро меняющиеся военные союзы, главный смысл
которых состоял в захвате чужого и выгоде только для себя,— вот по¬
литика, которая нанесла человечеству и культуре невосполнимый урон.
Отсутствие твердой этики у людей, ответственных за политику, дорого
стоило человечеству. «Как бы ни велика была цель, безнравственные
средства вредят цели»,—подчеркивал Т. Н. Грановский13. Осуждал амо¬
ральную вседозволенность в политике и Н. М. Карамзин. Тема несовме¬
стимости деяний истинного «преобразователя государственного» со зло¬
действом всегда волновала его и служила исходным пунктом осуждения
политического деспотизма. Поэтому многие страницы работ этого истори¬
ка невольно ассоциируются с актом «неуклонного нравственного право¬
судия» 14. Практика разбивала надежды на гуманизацию политики; во
Карамзин, преодолевая натиск столь могущественных обстоятельств
упорно защищал идею соединения этики с политикой.
Еще К. Маркс и Ф. Энгельс обращали внимание па то, что по¬
литика, не связанная с законами нравственности и справедливости, все
болезненнее будет отражаться на взаимоотношениях между народами.
Они призывали восстановить порванную нить между человечностью и от¬
ношениями в сфере мировой политики, «добиваться того, чтобы простые
законы нравственности и справедливости, которыми должны руководст¬
воваться в своих взаимоотношениях частные лица, стали высшими за¬
конами и в отношениях между народами» *5. Английский мыслитель
XX в. Р. Дж. Коллингвуд не раз обрушивался с критикой на популяр¬
ное в международной и внутренней политике отделение моральных прин¬
ципов от официальных поступков, которые якобы диктуются государст¬
венной мудростью и ответственностью. На характер этой критики, не¬
сомненно, влияло то, что Коллингвуд был непосредственным свидетелем
первой мировой войны, которую считал «беспрецедентным позором для
человеческого разума». Бойна «подорвала, словно взрывчаткой, мораль¬
ную энергию всех ее участников», а т. н. послевоенное мирное урегули¬
рование стало не чем иным, как «разгулом самых низменных и идиот¬
ских страстей» 16.
Ленинский Декрет о мире, обращенный не только к правительствам,
но и к народам, возвестил начало новой эры в международных отноше¬
ниях. Впервые в государственной практике было положено реальное на¬
чало стратегии борьбы за мир как принципиальной основы всей внешней
политики, открыто декларирующей невиданный ранее курс в междуна¬
родных отношениях. Теперь сами народные массы должны были являть¬
ся арбитрами в оценке справедливости любой конкретной политики на
международной арене, взвешивая, насколько соответствуют выспренние
слова государственных деятелей их реальным делам. «Искренность в по¬
литике,— подчеркивал В. И. Ленин,— есть вполне доступное проверке
соответствие между словом и делом» 17.
12 См. Иодль Ф. История этики и новой философии. Т. 1. М. 1896, с. 85.
13 Лекции Т. Н. Грановского по истории позднего средневековья. М. 1971, с. 107.
14 Карамзин Н. М. Записки старого московского жителя. М. 1986, с. 20, 505.
15 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 16, с. 11.
10 Коллипгвуд Р. Дж. Ук. соч., с. 373.
11 ЛенинВ. И. ЯСС. Т. 32, с. 259.
51

Существует прямая связь между Декретом о мире и разработанной
XXVII съездом КПСС программой сохранения мира и преодоления гонки
вооружений. В ядерную эпоху от любого государственного деятеля, как
никогда в прошлом, подчас требуется способность ставить общечелове¬
ческое выше классового, интернациональное — выше национального, эти¬
ческий разум — над страхом и недоверием. По этому пути, например,
идут участники движения «Генералы за мир)>, некогда высокие чины
НАТО, не проявляющие ныне и тени колебаний, как убежденные сто¬
ронники разоружения. Совесть и разум человечества требуют неуклонно
добиваться такого состояния международных отношений, «чтобы мир был
нескончаемым» 18.
Ядерная эпоха — великий ревизор всех человеческих институтов. Она
возвращает нас к формуле Сократа, но на ином, более ответственном
уровне. Очеловечение международных отношений стало сегодня стерж¬
нем внешнеполитического курса Советского Союза и других братских
стран социализма. Антивоенный тип мышления приобретает все большее
значение, поскольку в ядерный век насилие может превратиться из «по¬
вивальной бабки» истории в ее «могильщика» 1Э. Вплоть до 1950-х го¬
дов не существовало ничего подобного. Например, в сознании средневе¬
кового человека мир представал как нечто величественное и универсаль¬
ное, в котором идет постоянная борьба между силами добра и зла,
носящая, однако, локальный и временный характер и не простирающая¬
ся до всеземных масштабов. Ни в античную эпоху, ни в средние века,
ни в новое время народы не представляли себе войну событием со столь
необратимыми последствиями для человечества, как сегодня.
Именно поэтому сейчас возникла острая потребность утверждения
нового, интеллектуально-нравственного миропорядка, ибо само сущест¬
вование жизни на Земле зависит от того, найдет ли человечество силы
удержать и утвердить мир как антипод безумию ядерной катастрофы.
«Мы плывем в океане тревог, надежд, сомнений XX века, в поисках бе¬
рега новой земли. И он обнаружен,— пишет Ч. Айтматов.— Тот берег
гигантски многолюден. Тот берег — это рождение нового человеческого
духа, новой исторической этики и морали, нового планетарного гуманиз¬
ма, принцип которого гласит: не только «не убий», но из соображения
всеобщей безопасности и самосохранения поколений и не мысли катего¬
риями убийства. Ибо с позиции разума нет и не может быть в наше
время таких политических целей и задач, ради которых кто-либо мог бы
себе позволить прибегнуть первым к применению ядерного удара»20.
На всех континентах все чаще раздаются призывы к миру. В полити¬
ческих выступлениях звучит требование похоронить войну, ибо никаких
надежд на политическую эффективность первого, второго или еще како-
то-либо ядерного удара нет. Выходят фильмы о ядерной катастрофе.
Проводятся конгрессы, форумы и телемосты с требованиями запрета
ядерного оружия. Участники антивоенного движения выходят на улицы
(часто вместе с детьми), несут самодельные транспаранты «Не хотим
преждевременной смерти человечества: оно может прожить на Земле
€ миллиардов лет!», устраивают театрализованные представления, изо¬
бражая жертв войны, проводят кампании гражданского неповиновения
-близ военных баз, выступают с идеей общенациональных референдумов
по вопросам войны и мира. Миллионы людей стремятся выйти из тупи¬
ка тирании ядерной мощи на путь доверия и взаимопонимания. Тенден¬
ция решать эти проблемы прямо на всенародных форумах, как подчер¬
кивает западногерманский социолог Р. Вассерманн, причиняет властям
западных держав немало неприятностей21.
18 Правда, 11.1.1987.
19 Там же, 14.XI.1986.
20 Там же, 4.11.1985.
21 Wassermann R. Die Zuschauederaokratie. Düsseldorf. 1986, S. 25.
52

Ощущение причастности личной судьбы к мировой истории — так
можно охарактеризовать настроения участников «движения за выжива¬
ние человечества». Судьба мира зависит теперь от всех и каждого; без
этого его существование представляется уязвимым и неустойчивым.
«Многие из нас,—пишет профессор Нью-Йоркского университета
Д. Фишер о коалиции различных интеллектуальных и политических сил,
достаточно независимых и прямо воздействующих на политику,—больше
не желают, и небезосновательно, отдавать проблемы войны, мира и без¬
опасности па откуп «экспертам», которые привели нас к теперешнему
положению. Все больше людей начинает критически рассматривать обо¬
ронную политику своих правительств; они хотят понять, совместима ли
эта политика с обычно провозглашаемыми задачами поддержания мира,
или она фактически делает войну более вероятной» 22.
Ни одна из политических сил мира не может не учитывать в своей
деятельности антивоенного сознания 1980-х годов. С этим в известной
мере связаны, в частности, приход к власти испанских социалистов и
Всегреческого социалистического движения, новозеландских лейбористов,
определенное, хотя и медленное, возрастание авторитета СДПГ и англий¬
ских лейбористов, возникновение различных альтернатив международной,
по по существу антинародной, гонке вооружений. Поддержка антивоенно¬
го протеста содействует непредвзятому ознакомлению с разными пози¬
циями и взглядами, что полезно всем, включая консерваторов, социал-
демократов и коммунистов; «полезно прежде всего для активизации борь¬
бы за мир и международную безопасность» 23 и противостоит попыткам
милитаристов внедрить в массовое антивоенное сознание на Западе недо¬
верие к тем, кто всегда якобы стремился использовать пацифизм в своих
интересах, не доверяя ему полностью и видя в нем проявление «абстракт¬
ной морали», «внеклассовой позиции», «идеализма» п «политического ве¬
гетарианства».
Люди, участвующие в борьбе за мир, с каждым днем все острее со¬
знают свою ответственность за то, какой оборот примут события: пойдет
ли мир по пути дальнейшей самоубийственной гонки вооружений, или
же ее удастся обуздать и обеспечить мирные условия жизни. Многие
пацифисты считают, что они лично обязаны сделать все возможное, что¬
бы человечество могло избрать второй путь. В ходе длительной борьбы
за предотвращение ядерной войны массы участников антивоенного
движения становятся политически более зоркими и стойкими. В резуль¬
тате меняется стереотипное представление о них. Ленин, отмечая соци¬
альную природу былого пацифизма, одновременно и неоднократно реко¬
мендовал работать вместе с пацифистами на пользу мира, разоружения
и безопасности24. Возникнув в самых глубинах седой древности и прой¬
дя «университеты» античных времен и раннего христианства, существен¬
но видоизменившись с течением веков, антивоенное мышление наполня¬
ется в наши дни новым, сугубо материалистическим содержанием, ибо
такова реальная действительность, определяющая это сознание: ядерного
оружия накоплено столько, что можно несколько раз уничтожить все
живое.
Конечно, антивоенное сознание выступает в разных обществах не в
«чистом» виде, а во взаимодействии с представлениями и установками,
выработанными различными идейно-политическими течениями. Но важ¬
но отметить, что сегодня весьма значительная часть участников антивоен¬
ного движения воспринимает социализм и мир как синонимы. Выступ¬
ления за мир нередко проходят под антиимпериалистическими, антика-
22 Fischer D. Preventing War in the Nuclear Age. Totova. 1984, pp. 2—3.
23 Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза. М.
1986, с, 74.
24 Подробнее см.: Темкин Я. Г. Марксисты и пацифисты (Из опыта взаимоот¬
ношений).- Вопросы истории КПСС, 1987, № 8.
53

питалистическими лозунгами. В то же время идеологи неоконсерватизма
пытаются переключить «обиду» с прямых виновников ракетно-ядерного
кризиса на «коммунистическую опасность», «темное облако советской
угрозы». В принципе антимилитаристский образ мышления, его актив¬
ность или пассивность во многом зависят и от массовой социальной пси¬
хологии.
Антивоенное сознание формируется ныне под влиянием общей ядер-
ной опасности. Но большое значение имеют также исторические, нацио¬
нальные традиции. Например, в Англии устойчивость такого сознания
определяется не только конкретной ситуацией размещения там ракетно-
ядерного оружия, но и долговременными традициями пацифизма, борь¬
бы за мир тред-юнионов и лейбористской оппозиции. В ФРГ фактором
антивоенного сопротивления служит история Германии с ее фашистским
прошлым. Хотя Гегель и отмечал, что единственным практическим уро¬
ком истории является то, что она никого и никогда ничему не научи¬
ла25, на деле феномен немецкого антивоенного сознания свидетельству¬
ет о противоположном. Внутренний мир человека, жившего в обстанов¬
ке, когда все вокруг напоминало ему о страшном побоище, травмируется
теперь размещением ядерного оружия, над которым он не имеет конт¬
роля. Отсюда — стойкость антивоенного протеста трудящихся ФРГ.
На формирование антивоенного мышления оказывают влияние и те
философии, которые признают жизнь индивида и в целом человеческо¬
го рода одной из центральных ценностей. Тут и христианская филосо¬
фия с ее различными интерпретациями мира (точнее, устранения войн
как непременного условия нашего существования); и другие, порою близ¬
кие вероисповедания, адепты которых в своей моральной теологии вы¬
ступают с чисто пацифистских позиций (меннониты, квакеры и пр.) 2в.
Многие христианские мыслители ведут постоянные дискуссии по пробле¬
мам определения характера войп — справедливых или несправедливых,
относительно насильственных и ненасильственных форм сопротивления.
Разногласия по этим вопросам сказываются и на характере антивоенного
сознания в тех или иных странах. «Причины, по которым христиане в
одних странах действуют, а в других остаются безразличными; причи-
ны, заставляющие одних участвовать в мирных демонстрациях, а дру¬
гих — поддерживать программы ядерного вооружения, безусловно, вклю¬
чают не только учет официальных позиций их церквей, но и политиче¬
ские факторы» 27пишет К. Меллон, известный в католических кругах
специалист по этим вопросам. Его не прельщает моральный релятивизм
макиавеллиевского типа с девизом «Цель оправдывает средства», ибо
сторонники гонки вооружений, которая обычно заканчивается войной,
и ее потенциальные жертвы находятся в разных условиях выживания.
Одним гарантировано пребывание в комфортабельных антиядерных бун¬
керах (хотя «начинка» их функционирует небезупречно28), другим, ко¬
торые выживут после ядерной катастрофы, выпадут на долю голод, бо¬
лезни и вымирание.
В современном сознании большинства людей символ всемирной деспо¬
тии вкупе с обманом ассоциируется с ядерным оружием и милитаризмом,
диктующим и рабство духа29. Некоторые буржуазные идеологи, от нео¬
консерваторов до технократов, нередко рассматривают антивоенное со¬
знание как пораженческую мораль, проявление трусости, капитулянтства
перед советской мощью, маскируемые такими понятиями, как реализм,
25 КоллингвудР. Дж. Ук. соч., с. 60.
26 Павлова Т. А., ЧибисенковВ. С. «Общество друзей».- Вопросы истории,
1986, № 12; Mellon Ch. Chrétiens devant la guerre et la paix. P. 1985.
27 Mellon Ch. Op. cit., p. 96.
28 F о г d D. The Button. N. Y. 1985.
29 Адамович A. Overkill. Адекватна ли реакция.- Дружба народов, 1985, № 1,
с. 190, 209; ШагинянМ. Собр. соч. Т. 5. М. 1973, с. 273.
54

гуманность, готовность к миру. Вся яркая, многокрасочная картина вы¬
ступлений трудящихся с участием церкви, экологических, левых, фемини¬
стских и пацифистских движений против войны оказывается в их изо¬
бражении залитой то сплошным черным, то красным цветом (когда весь
конгломерат антивоенных протестантов изображают «агентурой Кремля»
п троянским конем в осажденной со всех стороп варварами крепости
«свободного мира»). Лучше мир с ядерным устрашением, чем пацифист¬
ская идиллия, заявляют они, атакуя антивоенное движение. Под влияни¬
ем неоконсерватизма западные средства массовой информации подчас иг¬
норируют даже самый термин «антивоенное движение».
Идеологи милитаризма используют для обработки массового сознания
ограничительное толкование ими ужасов войны, маскируют ее жестокую
сущность. В их жаргоне появились такие термины, как «равноценное на¬
целивание», как будто речь не идет о возможности испепеления целых
стран и народов; «устранение» ракетного оружия противника, как если
бы это была блокировка корпусом в хоккее; «ядерный обмен» — термин,
напоминающий нечто вроде обмена сувенирами. Весь этот набор эвфе¬
мизмов и «невинных» выражений призван проложить путь к фатальному
спокойствию духа, бездействию и нравственному оцепенению. Милитари¬
зованное мышление затронуло даже мультипликационные фильмы, на¬
пример, о «звездных войнах». Здесь война выглядит изящным космиче¬
ским представлением, как некий хорошо отрепетированный тапец кону¬
сов и спутников, зеркал и ракет, самолетов и ракет-перехватчиков: балет,
не более!
Вместе с тем милитаризм сохраняет в силе доктрины безопасности,
теоретическая сущность которых являет собой разительный контраст на
фоне разрушительных свойств ядерного и современного неядерного ору¬
жия. Первый стереотип — «вооруженный мир», сводящийся к отождест¬
влению безопасности с наращиванием воеппой мощи (будто войны возни¬
кают потому, что накоплено мало оружия). Такое представление было
неразумным и в прошлом, а в ядерный век оно вообще абсурдно. Симп¬
томом глубины возникающих конфликтов является гонка вооружений.
Она не только дорого обходится экономически, но и обладает тенденцией
завершаться войною. Таково, в частности, справедливое мнение амери¬
канского специалиста по проблемам мира М. Уоллеса. Он пришел к вы¬
воду, что в 99 случаях «серьезных разногласий и военпых конфронта¬
ций» с 1820 по 1964 г. 23 случая из 28, которым предшествовала гонка
вооружений, закончились войпой, в то время как 68 случаев из 71, кото¬
рым не предшествовала гонка вооружений, обошлись без войны30.
Другой стереотип исходит из того, что баланс сил противостоящих
держав якобы не допускает столкновения между ними, обеспечивая меж¬
дународную безопасность. А вот в книге западногерманского автора
X. Афхельдта доказывается, что равенство военных возможностей не в
состоянии предотвратить войну. Наоборот, оно, как показывают факты,
обусловливает лишь продолжительность и тяжесть войн, о чем свидетель¬
ствуют войпа Спарты и Афин, Пунические войны между Римом и Карфа¬
геном, Тридцатилетняя война католиков и протестантов в Центральной
Европе. Примерное равенство сил противостоящих военных союзов суще¬
ствовало и перед первой мировой войной, но оно не предотвратило их
столкновения31.
Накануне первой мировой вонпы милитаристами широко использовал¬
ся стереотип — «опасная зона слабости», т. е. преднамеренное завышение
оценки мощи противника. Прошло несколько десятилетий, и этот стерео-
тпгт вновь приобретает силу аргумента, но уже в виде «окна уязвимости».
Эскалация таких штампов в наши дни особенно опасна, поскольку не
30 Цит. по: Р ] з с Ь е г Б. Ор. ей., р. 63.
31 А I й е 1 й 1 Н. Atomkгieg. МипсЬеп. 1984, 8. 27.
55

меняется представление об «образе врага», который порою ассоциировал¬
ся с «нечистой силой».
Вместе с тем было бы неверно оценивать концепции идеологов мили¬
таризма, основываясь лишь на анализе их работ, отметающих претензии
антивоенного мышления на истину. Но мере роста антивоенного движе¬
ния, в начале 1980-х годов на Западе усилились голоса, призывающие
по-новому взглянуть на деятельность миролюбивых сил. Открытая про¬
поведь антипацифизма обернулась против самих ее авторов. Это признал,
например, старейшина «журналистского цеха» США Дж. Рестон, заявив¬
ший, что на тьму участников антивоенных выступлений не находится с
другой стороны нн одного настоящего «просветителя»32. В условиях
образования широкого антивоенного фронта тут прозвучал как бы при¬
зыв к созданию политических идей, способных эффективным образом по¬
влиять на массовую опору и психологические особенности сторонников
антивоенного протеста.
Ученые «ядерной» закалки (А. Карнсейл, П. Доти, С. Хоффманн,
С. Хантингтон, Д. Най-мл. и С. Саган) объявили, что выступают против¬
никами двух крайностей: первой —веры в то, что ядерное оружие исчез¬
нет; второй — что с ядерным оружием можно обращаться, как с любым
другим, существовавшим в истории33. Они утверждают, что необходимо
научиться сосуществовать с ядерным оружием, причем угроза ядерпой
войны может растянуться на бесконечно долгое время. Никто не погиб¬
нет, если практические шаги будут предприниматься непрестанно; ко¬
нечно, нет более серьезного испытания для человеческого духа, чем это;
но атомный огонь невозможно погасить, ибо страх перед применением
ядерного оружия останется вмонтированным в психику человека до кон¬
ца истории. В их изображении страх — продуктивное явление. Чем дли¬
тельнее он будет сохраняться, тем сильнее укрепится установившаяся
тенденция неприменения ядерного оружия, и это невозможно изменить
ни антивоенными демонстрациями, ни политическими заклинаниями, ни
дебатами по вопросам ядерного разоружения.
Воззрение на мир без ядерного оружия представляется апологетам
«равновесия страха» утопией и досужей игрой ума, беспредметным взгля¬
дом и прыжком в вымышленный мир, где только и может царить полная
безопасность. Но в отличие от них многие ученые Запада и Востока не
верят в рациональный характер такого ядерного оружия. Они рассматри¬
вают борьбу за жизнь без атомной бомбы в качестве первейшей задачи
человечества и с помощью серьезных аргументов определяют ее решение:
ведь удалось же избавиться от «людоедства, рабовладения и колониа¬
лизма, хотя эти институты были когда-то изобретены и имели долгую
историю»,—пишет акад. Г. А. Арбатов34.
У некоторых буржуазных авторов (М. Татю, Р. Хантер) отчетливо
обозначилась тенденция представлять антивоенное сознание в роли сти¬
мулятора нового витка гонки вооружений, связанного, в частности, с ми¬
литаризацией космоса35. По их мнению, «стратегическая оборонная ини¬
циатива» (СОИ) вообще не имела бы под собой почвы, если бы не дви¬
жение против ядерного оружия. СОИ представляется им благотворным
актом, избавляющим западный мир от страха перед перспективой ядер¬
ного конфликта и «произвола» крайних сил пацифистского бунта, хотя
все это находится в прямом противоречии с фактами.
Ныне развертывается грандиозный процесс ломки обветшалых пред¬
ставлений о мире. В этих условиях некоторые вульгарно-патриотические
3ZCarnesale А„ Doty P., Hoffmann S., Hantington S. P.,
Nye-jr. J. S., Sagan S. D. Living with Nuclear Weapons. Cambridge (Mass.) - Lnd.
4983, p. 23.
33 Ibid., p, 265.
34 Правда, 9.111.1987.
35 International Herald Tribune, 30.111.1983; Tatu M. Eux et nous. P. 1985, p. 77.
56

деятели США и сторонники военно-промышленного комплекса даже ны¬
нешнюю американскую администрацию обвиняют в пацифизме и «поли¬
тике умиротворения». Выступая за наращивание вооружений «по всем
азимутам», идеологи милитаризма прикрывают агрессивность своих воз¬
зрений ссылками на некую непредсказуемость политики СССР, хотя он
хотел бы видеть в США прежде всего партнера, а не врага в вопросах
разоружения. Многие видные политические деятели, историки и полито¬
логи Запада заявляют, что век ядерного оружия требует выработ¬
ки доктрины совместной безопасности и партнерства. В том же направ¬
лении работают различные исследователи, проблемные группы ряда
политических партий, общественные круги в странах с разными социаль¬
ными системами. На этой почве союз разнообразных классовых и идейно-
политических сил приводит к согласию в борьбе против роковой опасно¬
сти, нависшей над общечеловеческим домом. «Сейчас, как никогда, важно,
чтобы мировая общественность, все прогрессивные силы,— подчерки¬
вает М. С. Горбачев,— поднялись на борьбу с силами, которые не хотят
разоружения» зв.
Советско-американская встреча на высшем уровне в Вашингтоне 7—
10 декабря 1987 г. положила практическое начало строительству мира
без ядерного оружия. Обе стороны проявили при этом взаимную уступ¬
чивость. И весь мир вздохнул с облегчением.
Следующий этап — 50-процентное сокращение стратегических ядер-
пых вооружений. Будет ли достигнут и в этом случае компромисс? Свою
роль в положительном решении вопроса должна сыграть антивоенпая
мысль. Она продолжает участвовать в творческом процессе выработки
идей взаимного доверия, взаимопонимания и партнерства, без которых
невозможно представить себе международную безопасность, о чем свиде¬
тельствует опыт истории. Вот почему столь авторитетно звучат голоса тех,
кто связывает воедино человеческую психологию, возможности человека,
его разума с судьбой Земли, а судьбу Земли — с судьбой космоса. «Люди
хотят жить в мире, где их не угнетал бы страх перед ядерной катастро¬
фой,— подчеркивал на встрече в Вашингтоне М. С. Горбачев.— Люди хо¬
тят жить в мире, в котором американские и советские космические ко¬
рабли встречались бы для стыковок и совместных путешествий, а не
в «звездных войнах». Люди хотят жить в мире, где им тте приходилось бы
ежедневно тратить миллионы долларов на оружие, которое они могут
использовать только против самих себя... Люди хотят знать правду друг
о друге и ощутить, наконец, великое общечеловеческое родство наций,
этнических групп, языков и культур»зт.
«Вопрос о мире есть жгучий вопрос, больной вопрос современно¬
сти» ”. Эта мысль, высказанная Лениным в момент Октябрьского вос¬
стания в Петрограде, сохраняет значение и в наше время, совпадая с по¬
литической позицией тех, кто борется против безумия милитаризма.
И здесь в перекличке революционных эпох чувствуется живая связь
времен, соединяющих Великий Октябрь с борьбой за мир на современном
этапе мирового развития, когда мы предлагаем осуществить и завершить
процесс освобождения Земли от ядерного оружия еще до конца нынеш¬
него столетия.
«Нынешние поколения — и не только в нашей стране — ответственны
за судьбу цивилизации и самой жизни на Земле. От них в конечном сче¬
те зависит, станет ли начало нового тысячелетия всемирной истории ее
трагическим эпилогом или же вдохновляющим прологом в будущее» ”.
Являясь логическим продолжением Декрета о мире, эта идея делает бо¬
лее четкими и общепланетарными рамки антивоепного сознания.
38 Правда, 14.V.1987.
31 Правда, 9.XII.1987.
38 Ленин В. И. ПСС. Т. 35. с. 13.
39 Горбачев М. С. Октябрь и перестройка: революция продолжается. М. 1987,
с. 60.
57

ДИСКУССИОННЫЕ ПРОБЛЕМЫ
ЭВОЛЮЦИЯ ГОРОДСКОЙ ОБЩИНЫ И ГЕНЕЗИС ФЕОДАЛИЗМА
НА РУСИ
А.	Ю. Дворниченко
Городская община — интересное и важное историческое явление.
В ее развитии нашли отражение кардинальные процессы социально-эко¬
номической и социально-политической жизни Руси 1Х~-ХУ веков. Изу¬
чение судеб городской общины многое может дать и для понимания
вопроса, который стоит в центре дискуссии о генезисе феодализма на
Руси. По мере ее развертывания этот вопрос обсуждается в различных
ракурсах и с привлечением материала, освещающего процесс генезиса
русского феодализма как в целом, так и в отдельных его существенных
звеньях, а также географических вариантах. Статьи М. Б. Свердлова и
В.	И. Горемыкиной представляют собой попытки комплексного подхода
к проблеме *. А. А. Горский наблюдает за возникновением и развитием
феодализма в Древней Руси на фоне в основном дружинных отноше¬
ний 2. На фактическом материале истории городов преимущественно за¬
паднорусского региона Южной Руси рассматривает становление феода¬
лизма у восточных славян Н. Ф. Котляр 3. Все эти способы решения за¬
дачи представляются вполне правомерными.
Со своей стороны нам хотелось бы в качестве объекта исследования
предложить отдельный регион, проследив за социальными переменами в
нем с IX по XV век4. Этот регион — Верхнее Поднепровье и Подвинье,
т. е. земли Полоцкая и Смоленская, связанные географическим, этниче¬
ским 5 и языковым единством6. Общими были и исторические судьбы
этих земель. Здесь не было дискретности в развитии на протяжении ука¬
занного периода. Причина этого — сохранение Смоленской и Полоцкой
1 Свердлов М. Б. Современные проблемы изучения генезиса феодализма в
Древней Руси.—Вопросы истории, 1985, № 11; Горемыкина В. И. О генезисе фео¬
дализма в Древней Руси.— Там же, 1987, № 2.
2 Горский А. А. Феодализация на Руси: основное содержание процесса,—
Там же, 1986, № 8.
3 Котляр Н. Ф. Города и генезис феодализма на Руси.— Там же, № 12.
4 Многие положения данной статьи но необходимости носят тезисный характер.
В ней использованы выводы и наблюдения, сделанные автором в ряде работ: Двор¬
ниченко А. Ю. Городская община и князь в древнем Смоленске. В кн.: Город и
государство в древпих обществах. Л. 1982; его же. О предпосылках введения маг-
дебургского права в городах западнорусских земель в Х1У-ХУ вв.- Вестник Ленин¬
градского ун-та, 1982, № 2; е г о ж е. Городская община Верхнего Поднепровья и По-
двинья в XI—XV вв. Канд. дисс. Л. 1983; его же. Русские дореволюционные исто¬
рики о городском строе Великого княжества Литовского. В кн.: Генезис и развитие
феодализма в России. Л. 1983; его же. Поднепровские и Подвинские волости Ве¬
ликого княжества Литовского.— Вестник Ленинградского ун-та, 1983, № 8; е г о же.
О характере социальной борьбы в городских общинах Верхнего Поднепровья и По-
двинья в XI—XV вв. В кн.; Генезис и развитие феодализма в России. Л. 1985; и др.
5 Седов В. В. Восточные славяне в VI—XIII вв. М. 1982, с. 164—165.
6 Соболевский А. Ф. Смоленско-полоцкий говор в XII—XV вв.—Русский фи¬
лологический вестник, Варшава, 1886, т. XV.
58

землями значительное время самостоятельности и определенной замкну¬
тости уже после монголо-татарского нашествия, а затем вхождение их в
федеративное государственное образование — Великое княжество Литов¬
ское. Великие князья Литовские пе изменяли местного социально-эконо¬
мического и политического строя, руководствуясь принципом «мы ста¬
рины не рухаем».
Положение о консервации древперусских порядков в федеративном
Литовско-Русском государстве стало общепризнанным в дореволюцион¬
ной историографии7. Советские историки также поддерживают этот
тезис. В. Т. Пашуто, например, писал, что структура русского города
периода раздробленности «может прекрасно изучаться на материалах
истории Полоцка, Витебска, Смоленска, Киева и других городов в пору
их подданства Литве» 8. Таким образом, мы имеем возможность просле¬
дить судьбы городских общин на протяжении длительного времени.
Города и городские общины — атрибуты социально-экономического и
политического развития в иптересующем нас регионе, как, впрочем,
и везде на Руси, с древнейших времен. Они, по нашему убеждению, воз¬
никают еще в родоплеменном обществе. С такой мыслью не согласен
Н.	Ф. Котляр. Историографическая ситуация в связи с этой проблемой
представляется ему предельно простой. С одной стороны, сформулиро¬
ванный еще 30 лет назад М. Н. Тихомировым взгляд на причины возник¬
новения городов на Руси: «Настоящей силой, вызвавшей к жизни древ¬
нерусские города, было развитие земледелия и ремесла в области
экономической, развитие феодализма — в области общественных отно¬
шений» ®. С другой — концепция В. В. Мавродина и И. Я. Фроянова,
которые полагают, что город на Руси возник как родоплеменной центр
под влиянием процессов, происходивших в родоплеменном обществе 10.
Однако дело обстоит гораздо сложнее. Уже А. Н. Насонов, о котором
Н.	Ф. Котляр пишет вслед за М. Н. Тихомировым и, возражал против
тезиса М. Н. Тихомирова об определяющей роли развития сельского хо¬
зяйства, ремесла и торговли в возникновении древнерусского города и.
Но если А. Н. Насонов связывал возникновение городов с феодализаци¬
ей, то уже с середины 1960-х годов историки стали сомневаться не толь¬
ко в том, что города с самого начала были центрами ремесла и торгов¬
ли, но и в том, что они появляются в условиях классового общества.
Пересмотр утвердившихся взглядов начался не на материалах отечест¬
венной истории 13.
Со временем и специалисты по древнерусской истории стали выска¬
зывать сходные воззрения. Например, О. М. Рапов возникновение горо¬
7 Об этом см.: П и ч е т а В. И. Разработка истории литовско-белорусского права
XV—XVI вв. в историографии. В кн.: Белоруссия и Литва в ХУ-Х'У! вв. М. 1961,
с. 436.
8 Пашуто В. Т. Образование Литовского государства. М. 1959, с. 276—277.
9 Тихомиров М. Н. Древнерусские города. М. 1956, с. 64.
10 М а в р о д и н В. В., Ф р о я н о в И. Я. Ф. Энгельс об основных этапах развития
родового строя и вопрос о возникновении городов на Руси,— Вестник Ленинградско¬
го ун-та, серия История, язык и литература, 1970, № 3.
11 К о т л я р Н. Ф. Ук. соч., с. 77.
12 Насонов А. Н. «Русская земля» и образование территории Древнерусского
государства. М. 1951, с. 22—24. Развитие производительных сил, отделение ремесла
от земледелия, появление мелкотоварного производства и начальных форм товарно-
дележных отношений — основные причины «возникновения городов» и «формирова¬
ния раннефеодальных классов-сословий», по мнению М. Б. Свердлова (Сверд¬
ловы. Б. Ук. соч., с. 92).
13 Так, М. Я. Сюзюмов, выступая с докладом «Проблема возникновения средне¬
векового города в Западной Европе» на научной сессии «Итоги и задачи изучения
гепезиса феодализма в Западной Европе», говорил о генезисе города в условиях
позднего родоплеменпого общества (Средние века. Вып. 31, с. 78, 81). «Главными
функциями раннего города были политико-административная и культовая»,— пишет
исследователь городов майя (Гуляев В. И. Города-государства майя. М. 1979,
с. 16—17). О полифункциональности ранних городов, о появлении их в доклассовом
обществе писали и другие авторы.
59

дов наблюдает применительно к глубокой древности, в эпоху родоплемен¬
ных отношений 14. Б. А. Рыбаков отнес возникновение города ко време¬
нам первобытности 15. Самому Н. Ф. Котляру весьма импонирует мысль
о городах-«зародышах», протогородах: «Хотя зародыши городов возника¬
ют в процессе разложения родоплемениого строя, принадлежат они уже
другой общественно-экономической формации — феодальной» 1в. tie
надо вдаваться в эмбриологию, чтобы понять, что в зародыше содержат¬
ся все качества и свойства будущего организма, в данном случае соци¬
ального. «Город возникал как жизненно необходимый орган, координи¬
рующий и направляющий деятельность образующихся на закате родопле¬
менного строя общественных союзов, межплеменных по своему
характеру» 17. Этот вывод вытекает ие только из конкретно-историческо¬
го материала, но и отражает сдвиги в историографической ситуации.
Ранние города были военно-политическими, административными и
культурными (религиозными) средоточиями 18. Этим, впрочем, не исчер¬
пывается их социально-политическая характеристика. Подобно другим
древнерусским крупнейшим городам, города Верхнего Поднепровья и
Подвинья были самоуправляющимися общинами 1Э. Структура политиче¬
ской власти была трехступенчатой. Народное собрание (вече), военный
вождь — князь, наделенный определенными религиозными и судебными
функциями, совет племенной знати (старцы градские) — вот органы
правления в городских общинах изучаемого региона в IX—X веках. Как
сейчас установлено, такого рода система общинного управления «была в
равной мере характерна для городов как Запада, так и Востока па наи¬
более ранних этапах их развития» 20. Из этой системы нельзя вырвать
ни одного элемента, это будет искажением исторической действительно¬
сти. Получившая в последнее время распространение концепция о до¬
вольно позднем появлении княжеской власти в Новгороде и Смолен¬
ске 21 едва ли соответствует реальности. Летопись недвусмысленно сооб¬
щает о княжениях у восточных славян: «И по сих братьи держати по-
чаша род их княженье в полях, а в деревлях свое, а дреговичи свое,
а словени свое в Новегороде, а другое на Полоте, иже полочане. От них
же кривичи, иже седять на верх Волги, на верх Двины и на верх Днеп¬
ра, их же град есть Смоленск» 22. Не может служить свидетельством
чужеродности княжеской власти и археологически выявленная экстерри¬
ториальность князя 23.
Городская община IX—X вв. базировалась еще на родовой основе 24.
В конце X—начале XI в. начинается перестройка древнерусского об¬
щества на территориальных началах. Процесс этот вызвал значительные
изменения в городских общинах. Исчезают «старцы градские» — старая
родоплеменная знать, видимо, уничтоженная в борьбе с повой знатью.
14 Р а п о в О. М. Еще раз о понятии «русский раннефеодальный город». В кн.:
Генезис и развитие феодализма в России. JI. 1983, с. 67.
15 Рыбаков Б. А. Город Кия.— Вопросы истории, 1980, № 5, с. 34.
1Я К о т л я р Н. Ф. У к. соч., с. 79.
17 Ф роя нов И. Я., Дворпичепко А. Ю. Города-государства в Древней
Руси. В кн.: Становление и развитие раннеклассовых обществ. Город и государство.
Л. 1986, с. 217.
18 Там же.
19 Ф роя нов И. Я. Киевская Русь. Очерки социально-политической истории.
Л. 1980, с. 223—227; Дворличенко А. Ю. Городская община Верхнего Подие-
провья и Подвинья в XI—XV вв., с. 5.
20 Андреев Ю. В. Античный полис и восточные города-государства. В кн.: Ан¬
тичный полис. Л. 1979, с. 9.
21 Янин В. Л. Проблемы социальной организации Новгородской республики,—
История СССР, 1970, Л® 1. с. 46—47, 54; Алексеев Л. В. Смоленская земля в IX—
XIII вв. М. 1980, с. 107, 111-112.
22 Повесть временных лет. Ч. I. М.-Л. 1950, с. 13.
23 См.: Петров А. В. К вопросу о внутриполитической борьбе в Великом Нов¬
городе XII—XIII вв. В кн.: Генезис и развитие феодализма в России. Л. 1985,
24 Ф р о я н о в И. Я. Ук. соч., с. 232.

К тому же времени относится и явление «переноса города», которое
некоторые исследователи связывают с «новой, более активной стадией
феодализации» г5. Скорее всего, «перенос города» — одно из проявлений
сложного процесса утверждения территориальных связей, пришедших на
смену родоплеменным отношениям 2е.
Перенос города не менял его общинной сути. Только теперь это тер¬
риториальная община. Свидетельство тому — кончанско-сотенная систе¬
ма. Она обнаружена в Полоцке ”. Социальная структура Смоленска так¬
же была аналогичной структуре городов с кончанскпм делением
В новейшей советской литературе существует точка зрения, которую
Н. Б. Сапожников выразил следующим образом: «В Смоленске, как и в
Новгороде и Пскове, существовали две административно-территориаль¬
ные системы: боярско-кончанская, первоначальная, и сотенная, княже¬
ская вторичная» 89. Наиболее полно эта концепция разработана на ма¬
териале Новгорода В. Л. Яниным и М. X. Алешковским. Суть концепции
заключается в разделении (причем изначальном) жителей Новгорода на
бояр и остальное население. При этом разделение населения тесно увя¬
зывается с характером деятельности должностных лиц Новгорода: кня¬
зя, посадника, тысяцкого и сотских. Считается, что посадник был пред¬
ставителем бояр, а сотские и тысяцкий — представителями непривилеги¬
рованного населения, жившего в сотнях и подвластного князю30.
Летописные данные ведут, однако, к другому выводу: и посадник, и ты¬
сяцкий, и сотские были должностными лицами всего города; вопрос о
соотношении концов и сотен переносится лишь в плоскость хронологи¬
ческую ”, а материал о кончанско-сотенном устройстве является ярчай¬
шим подтверждением общинного устройства городов Верхнего Подне-
провья и Подвинья 32.
Есть у нас данные и об общинном землевладении городов. Это сведе¬
ния, содержащиеся в Уставной грамоте Ростислава, которой учреждалась
епископия в Смоленске. Все земли и воды, упомянутые в грамоте, были
собственностью смоленской городской общины33. Передавался епископу
и «уезд княж», что означает «въезд княж», т. е. право въезда князя в
общинные сеножати и озера 3\ Коллективная альмеида горожан сохра¬
нялась и в XIII—XV веках. В Полоцке «земельная собственность мещан
дополнялась общегородской на леса, выпасы и рыбные ловли вокруг го¬
рода»,— отмечает А. Л. Хорошкевич; уставная грамота Полоцкой земли
соебщает нам о «местских пущах» 35, а грамота на магдебургское пра¬
во — о лесах «за три мили круг места» 36. В Полоцке городская община
25 Д у б о в И. В. Северо-Восточная Русь в эпоху раннего средневековья.
Л. 1982, с. 65.
29 Ф р о я н о в И. Я., Д в о р н и ч е н к о А. Ю. Ук. соч., с. 226.
27 Ш т ы х о в Г. В. Древний Полоцк. Минск. 1975. с. 33.
11 Сапожников Н. Б. О топографии древнего Смоленска.—Вестник Москов¬
ского ун-та, серия История, 1979, № 5, с. 60.
29 Там же, с. 58.
30 Я н и н В. Л., Алешковский М. X. Происхождение Новгорода	(к	поста¬
новке проблемы).—История СССР, 1971, № 2, с. 59; Янин В. Л.	Ук.	соч.	с. 49—50;
его же. Социально-политическая структура Новгорода в свете археологических ис¬
следований.—Новгородский исторический сборник, 1982, № 1(11), с. 91; Алешков¬
ский М. X, Социальные основы формирования территории Новгорода IX—XV вв.—
Советская археология. 1974, № 3, с. 100.
31 Ф р о я н о в И. Я., Д в о р н и ч е н к о А. 10. Ук. соч., с. 243.
32 Фадеев Л. А. Происхождение и роль системы городских концов в развитий
древнейших русских городов. В кн.: Русский город. М. 1976.
33 Ф р о я н о в И. Я. Ук. соч., с. 239.
34 Там же.
35 Хорошкевич А. Л. Исторические судьбы белорусских и украинских земель
в XIV — начале XVI в. В кн.: П а ш у т о В. Т., Ф л о р я Б. Н., Хорошкевич А.Л,
Древнерусское наследие и исторические судьбы восточного славянства. М. 1982, с. 92;
Полоцкие грамоты XIII — начала XVI в. Вып. 2. М. 1978, с. 163.
36 Полоцкие грамоты. Вып. 2, с. 156.
61

контролировала земли св. Софии. Это была особая форма общинного зем¬
левладения 37.
Помимо общинной альменды, в XIII—XV вв. существовало и пар¬
целлярное землевладение. О такого рода землевладении сообщает извест¬
ное Полоцкое евангелие. Но наиболее подробные сведения сохранились
по мещанскому землевладению. Мещанские землевладение и генеалогия
в Полоцке внимательно изучены А. Л. Хорошкевич, отметившей древ¬
ность мещанского землевладения и небольшие его размеры38. Такое
же землевладение прослеживается в Смоленскезэ, а также в Пскове.
Ю. Г. Алексеев характеризует такого землевладельца как «мелкого вот¬
чинника крестьянского тина, не эксплуатирующего постоянно чужого
труда, но вотчшгиика-горожанина, не входящего в сельскую территори¬
альную общину»; «назвать такого владельца феодалом в собственном
смысле можно только с очень большими натяжками»,—считает он40.
Думаем, что этого и не требуется, ибо член городской общины феодалом
еще не был. Развитие такого рода землевладения отражало не распад
общины, а ее извечный дуализм41.
Из всего сказанного явствует, что города изучаемого региона, как и
повсюду на Руси, являли собой самостоятельные «общественные союзы,
представляющие законченное целое»42. Это подтверждают сведения о
самодеятельности, суверенности, политической активности городских об¬
щин. Все эти качества общины ярко проявлялись в сфере законодатель¬
ства и суда, финансов и торговли, а также во внешнеполитической сфе¬
ре: решении самими общинами на протяжении XI—XV вв. вопросов вой¬
ны и мира. «Люди», т. е. рядовые смоляне и полочане, составляли
ополчение, которое вело военные действия; горожане контролировали
сферу дипломатии, а также дела церкви 43.
Статус городской общины западнорусских земель станет еще более
ясным, если обратиться к анализу общинных властей. Важнейшим орга¬
ном правления в городских общинах было вече. Летопись свидетельст¬
вует о том, что «новгородци бо изначала и Смольняне, и Кыяне, и По¬
лочане, и вся власти яко ж на думу на веча сходятся» 44. В новейшей
литературе этот отрывок проанализировал И. Я. Фроянов. Он пришел к
выводу, что летописное «изначала» относится к первой половине XI ве¬
ка 45. Таким образом, мы можем рассматривать вече как постоянный, не¬
обходимый элемент общественно-политической структуры русских горо¬
дов Верхнего Поднепровья и Подвинья XI—XII веков. Другие сведения
источников лишь укрепляют нас в этом мнении 4в.
Ситуация не меняется и в XIII—XV веках. Как и в предшествую¬
щий период, верховный орган управления городскими общинами Верх¬
него Подпепровья и Подвинья — вече. Этот тезис принимается боль¬
37 ДворниченкоА. Ю. Городская община Верхнего Поднепровья и Подвинья,
с. 153. Подобное землевладение, как известно, было и в Новгороде. Наиболее полно
эту форму земельной собственности общины рассмотрел Б. Д. Греков. Он писал, что
новгородские государственные земли были отданы св. Софии, «покровительнице все¬
го Новгорода, подобно тому, как в Афинах все государственные имущества считались
собственностью богини Афины» (Греков Б. Д. Новгородский дом святой Софии.
В кн.: Греков Б. Д. Избранные труды. Т. IV. М. 1960, с. 152).
33 Хорошкевич A. JI. Генеалогия полоцкого мещанства конца XIV — начала
XVI в. В кн.: История и генеалогия. М, 1977.
39 См.: Дворниченко А. Ю. Городская община Верхнего Поднепровья и По-
цвинья, с. 156—157.
40 Алексеев Ю. Г. Псковская Судная грамота. JI. 1980. с. 130—131.
41 См.: 3 а к С. Д. Методологические проблемы развития сельской поземельной
общины. В кн.: Социальная организация народов Азии и Африки. М. 1975.
42 Фроянов И. Я. Ук. соч., с. 227.
43 Фрояпоа И. Я., ДворниченкоА. Ю. Ук. соч., с. 253—275.
44 ПСРЛ. Т. I. М. 1962, стб. 377-378.
45 Фроянов И. Я. Ук. соч., с. 159.
43 См.: Дворниченко А. Ю. Городская община и князь в древнем Смолен¬
ске, с. 140—146.
■62

шинством дореволюционных п советских историков. А. Е. Пресняков
отмечал, что и «сеймы начала XVI в.—это собрания не шляхты, а бояр
и мещан главного города, стало быть не сеймы, а веча» 47. Г. В. Шты-
хов считает, что «полоцкое вече как орган власти, в котором могло при¬
нимать участие основное население города — ремесленники и купцы,—
существовало на протяжении нескольких столетий вплоть до принятия в
городе магдебургского права» 48. Действительно, опубликованная А. Л.
Хорошкевич репрезентативная подборка полоцких актов показывает, что
большинство из них — плод вечевой активности городской общины По¬
лоцка 49. То же можно сказать о Смоленске.
Гораздо более дискуссионным является вопрос о социальной сущно¬
сти вечевых собраний. По мнению Н. Ф. Котляра, «советская историо¬
графия, всесторонне изучив деятельность древнерусского веча, пришла
к однозначным выводам относительно его классовой сущности и соци¬
альной направленности его деятельности» 50. Им, как считает Н. Ф. Кот-
ляр, противостоит точка зрения И. Я. Фроянова, у которого «о феодали¬
зации веча... нет и речи» м. Но историографическая ситуация в нашей
науке гораздо сложнее, чем это видится Н. Ф. Котляру. Ю. Г. Алексеев
в результате анализа историографии пришел к выводу: «Если С. В. Юш¬
ков, а также В. Л. Янин, И. Д. Мартысевич и особенно П. П. Толочко
в большей или меньшей мере отрицают народный характер вечевых со¬
браний, то Б. Д. Греков, М. Н. Тихомиров, Л. В. Черепнин, И. Я. Фроя-
нов, А. Л. Шапиро и Б. Б. Кафенгауз признают его существенной чер¬
той веча»
Материалы по Смоленской и Полоцкой землям со всей очевидностью
свидетельствуют в пользу последней точки зрения. «Смоляне», «полоча-
не», «горожане», «людье», народ — вот кто собирается на вече в XI —
XII веках53. Те же «смоляне», «полочане», «мужи полоцкие», а позже
«бояре, мещанство и все поспольство» продолжают собираться на вече¬
вые собрания и в XIII—XV веках. «В Полоцке даже во второй полови¬
не XV в. собиралось вече, на котором решались вопросы, касавшиеся
внутреннего управления городом, и «всему поспольству» принадлежало
право сношений города с Ригой и другими городами»,— пишет А. Л. Хо¬
рошкевич 54. Сама эволюция веча говорит о том, как заблуждаются те
историки, которые считают, что уже в Древней Руси вече выражает ин¬
тересы боярства, крупных землевладельцев. Когда растет и развивается
слой боярства, когда возрастают противоречия между боярством и осталь¬
ным населением, вече отнюдь не «захватывается» боярами. Оно раска¬
лывается, возникают отдельные вечевые собрания, отличающиеся друг от
друга по социальному признаку. Итак, вече в Верхнем Поднепровье и
Подвинье — составная часть социально-политического механизма, демо¬
кратический характер которого не подлежит сомнению; это верховный
орган власти.
Столь большая социально-политическая активность народа в вечевой
форме определяла характер и другого органа правления — княжеской
власти. Князь играл значительную роль в качестве военачальника, зако¬
47 Пресняков А. Е. Лекции по русской истории. Т. 2, вып. 1. М. 1939, с. 114
48 Ш т ы х о в Г. В. Ук. соч., с. 135.
49 Полоцкие грамоты XIII —начала XVI в. Вып. 1. М. 1977; вып. 2; вып. 3. М.
1980; вып. 4. М. 1982.
50 Кот л яр Н. Ф. Ук. соч., с. 88—89.
51 Там же, с. 88.
52 Алексеев Ю. Г. Ук. соч., с. 23.
33 См.: Голубовский П. В. История Смоленской земли до начала XV ст.
Киев. 1895; Д а н и л е в и ч В. Е. Очерк истории Полоцкой земли до конца XIV сто¬
летия. Киев. 1896; Тихомиров М. Н. Крестьянские и городские восстания па
Руси XI—XIII вв. М. 1955.
54 Хорошкевич А. Л. Исторические судьбы белорусских и украинских земель
в XIV — начале XVI в., с. 121.
62

нодателя, администратора. Но во всех делах рядом с князем была го¬
родская община. Более того, она была доминантой в этих отношениях.
Она призывала князя, заключала с ним договор и т. д. «Нелюбому» кня¬
зю община могла «показать путь чист». Эта традиция социально-полити¬
ческой жизни была столь сильна, что продолжалась и в отпошепии ве¬
ликокняжеских наместников, которые сменили древнерусских князей.
Б грамоте великого князя Литовского Александра Витебской земле
1503 г. находим следующий текст: «Також им нам давать воеводу по
старому по их воли и, который им будет нелюб воевода, а обновят его
перед нами, ино нам воеводу им иного дати, по их воли; а приехавши
воеводе нашему к Витебску, первого дня целовати ему крест к витебля-
ном на том, штож без права их не казнити по вадам ни в чем»55.
Нашла себе место в этой системе управления и церковь — весьма
адаптирующаяся социально-политическая организация. Городская община
контролировала церковь во всех звеньях. Епископ выполнял определен¬
ные функции по управлению, являясь в этом смысле одной из составных
частей системы управления. В Верхнем Подпепровье и Подвинье, как и
в Новгороде, «архиепископ избирался землею, подобно тому, как архие¬
пископ новгородский избирался Новгородскою землею, то есть вечем» 56.
Подобного рода отношения между населением и церковными иерархами
характерны для обществ с незавершившимся процессом классообразова-
ния. В Исландии, «когда был учрежден епископат, то он находился в
ведении альтинга, епископ избирался на альтинге, как и всякое другое
доверенное лицо исландского народовластия»57. В Полоцке даже в
XVI в. монах Предтеченского монастыря Арсений Шишка был избрал
архиепископом полоцкими боярами, мещанами и «всем поспольст-
вом» 58.
Такой стадии развития общины, общинного управления соответство¬
вал и модус социальной борьбы. Какие черты характерны для борьбы,
происходившей в городах Верхнего Поднепровья и Подвинья на протя¬
жении XI—XV веков? Борьба шла между городскими общинами и князь¬
ями. Принципиальное значение имеет то, что это отнюдь не борьба ан¬
тагонистов. Выгнав «нелюбого» князя, община призывала другого.
В борьбе с князем община выступала не как разрозненная масса, а ор¬
ганизованно, в форме веча. Призванные князья вынуждены заключать с
городской общиной «ряд». В ходе борьбы, шедшей в тот период в горо¬
дах, община раскалывалась на разные, часто противоборствующие пар¬
тии. Во главе их становились бояре, «лучшие мужи», выполняя роль ли¬
деров общества. В то же время сама община еще являлась единой, не
распавшейся на устоявшиеся сословия 59.
После всего сказанного об общинности городов Верхнего Поднепровья
и Подвинья позволим себе не согласиться с утверждением Н. Ф. Котля-
ра: «Не существует ни одного весомого доказательства бытования общин¬
ного строя в древнерусских городах» 60. Н. Ф. Котляр прошел почему-то
мимо упрочившейся уже в нашей науке традиции изучения городской
общины. Еще М. Н. Покровский писал о новгородском вече как о со¬
вещании пяти общин, союз которых составлял Новгород61. Работой
Я. Н. Щанова была установлена принципиальная однородность городских
55 Цит. по: Ясин скин М. Н. Уставные земские грамоты Литовско-Русского го¬
сударства. Киев. 1889, с. 118.
38 Б е л я е в И. Д. Полоцкая православная церковь.— Православное обозрение,
1870. январь, с. 107.
57 Ольгейрссон Э. Из прошлого исландского парода. М. 1957. с. 192.
38 Акты, относящиеся к истории Западной России. Т. 3. СПб. 1848. № 30.
59 Дворпиченко А. Ю. О характере социальной борьбы в городских общи¬
нах Верхнего Поднепровья и Подвинья в XI—XV вв., с. 87—88.
60 К о т л я р Н. Ф. Ук. соч.. с. 86.
61 Покровский М. Н. Избранпые произведения в 4-х кпигах. Кн. 1. Русская
история с древнейших времен (тт. I и II). М. 1966, с. 201.
64

и сельских общин Древней Русибг. К выводу о том, что древнерусский
город представлял собой, в сущности, территориальную общину, пришли
Ю. Г. Алексеев и JI. А. Фадеев63. Эта историографическая традиция
была развита в трудах И. Я. Фроянова 64. Она выглядит вполне естест¬
венной на фоне многочисленного сравнительно-исторического материала.
Городская община обнаружена и описана в самых различных регио¬
нах, в частности в обширных районах Азии и Африки ®5. Период город¬
ской общины выделяется сейчас и на материалах Южной Европы, где
он стадиально предшествовал эпохе городской коммуныв6. Ранний го¬
род в Западной Европе также «конституируется на основе маркового пра¬
ва и Марковых обычаев». Город вместе с «заповедной милей» представлял
ту городскую марку, которая выделилась из более обширной сельской
марки 6\ К. Маркс отмечал общинное начало в быту древних городов,
где «община существует... в наличии самого города и должностных лиц,
поставленных над ним» е8. По словам Ф. Эпгельса, «сельский строй яв¬
лялся исключительно Марковым строем самостоятельной сельской марки
и переходил в городской строй, как только село превращалось в город,
т. е. укреплялось посредством рвов и стен. Из этого первоначального
и	о**
строя городской марки выросли все позднейшие городские устройства» .
Действительно, городская община на Руси имеет долгую и богатую исто¬
рию 70.
Городская община Верхнего Поднепровья и Подвинья приобретает
форму города-государства. Эта социально-политическая система состояла
из главной городской общины и зависимых от нее городских общин при¬
городов, а также «тянувших» к ним общин сельских. Как сообщает гра¬
мота 1387 г., это Полоцк «со усеми тыми месты и городы и волостми и
людии, усею тою землею, што коли тягло и тягнет к городу Полоцку» 71.
Пригороды зависели от главного города: «На что же старейшие сдума-
ють, на томъ же пригороди стануть» 72. Все вместе эти общины состав¬
ляли волость, землю. Население ее носило название главного города
земли. В XI—XII вв. «полочане» — это и «люди полотьскыя», т. е. горо¬
жане, и жители Полоцкой земли, т. е. селяне13. Это наблюдается н в
XIII—XV веках. «Полочане земли Полоцкой» — так фигурируют в ис¬
точниках жители Полоцка и его округи74. Волости формировались в ос¬
новном за счет колонизации из главных центров и имели границы меж¬
ду собой — «межи», «рубежи». В 1186 г. полочане, испугавшись, что
новгородцы и смоляне «попустят» их землю, встретили их «на межах с
поклоном»75. Договор XV в. великого князя Литовского Казимира с
62 Щ
а п о в Я. Н. О функциях общины в Древней Руси. В кн.: Общество и госу¬
дарство феодальной России. М. 1975, с. 19.
63 Алексеев Ю. Г. Ук. соч., с. 25; Ф а д е е в JI. А. Ук. соч.
84 Ф р о я н о в И. Я. Ук. соч.
65 См., напр.:	Общипа в Африке. Проблемы типологии. М. 1979; Дьяко¬
нов И. М. Проблемы вавилонского города II тыс. до н. э. В кн.: Древний Восток. Го¬
рода и торговля. Ереван. 1973, с. 38, 54 и др.
66 ФрейденбергМ. М. Городская община X-XI вв. в Далмации и ее антич¬
ный аналог.-Études balkaniques, 1977, № 2; Котельникова JI. А. Городская об¬
щипа в Северной и Средней Италии в VIII—X вв. Действительность раннего средне¬
вековья и античные традиции. В кн.: Страны Средиземноморья в эпоху феодализма.
Горький. 1975.
67 Стоклицкая-Терешкович В. В. Основные проблемы истории средне¬
векового города X—XV вв. М. 1960. с. 19— 20, 38, 147.
88 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 46, ч. I, с. 470, 474.
69 Там же. Т. 19, с. 336.
70 См.: Дворниченко А. Ю. Городская община средневековой Руси. В кн.:
Историческая этнография. Межвузовский сборник. JI. 1985, с. 117-124.
71 Полоцкие грамоты. Вып. 1, с. 53.
72 ПСРЛ. T. I, стб. 377-378.
73 Ф р о я н о в И. Я, Ук. соч., с. 233; Ш т ы х о в Г. В. Города Полоцкой земли.
Минск. 1978, с. 29.
74 Полоцкие грамоты. Вып. 2, № 241, с. 179.
7Я ПСРЛ. Т. П. М. 1962. стб. 403-404.
3 Вопросы истории, № 1
65

Новгородом гласит: «А рубеж в Новгороде с Литвою по старому руЬежу
земли и воды, и с Полочаны, и с Витбляны, и с Торопчаны» 76. Процесс
формирования волости на примере Смоленска, по которому сохранился
довольно репрезентативный комплекс грамот, прослежен в ряде работ 77.
Эта волость, земля была действенной политической силой. Не случайно
Святослав Всеволодович имел тяжбу с Рюриком, Давыдом и «Смолень-
скою землею» ,в.
Главные города и пригороды составляли тесное единство в областях
экономической, военио-политической, административной и культурно-ре¬
лигиозной. Экономически главпый город и волость были связаны посред¬
ством земледелия и землевладения, а также ремесла и торговли. Приго-
родские и сельские жители прибывали на вече в главный город земли.
В войске участвовали, помимо городских, и сельские люди. Земля — еди¬
ный военно-политический организм, и не случайно противники на про¬
тяжении XI—XV вв. стремились опустошить волости друг друга. Свиде¬
тельство связи главного города с волостыо по линии административной —
сохранение на всем протяжении этого периода коичанско-сотенной систе¬
мы. Кроме того, в городе сидел князь, к которому сходились нити
волостной администрации. В главном городе осуществлялся суд над на¬
селением волости. В том, что бояре «держали» по годам волости, также
отразилась власть старшего города над его землями. Города-земли как.
государственные образования обладали своим войском — городовым пол¬
ком. Будучи государствами, они направляли посольства друг к другу и
в «иные земли».
Охарактеризованная социально-политическая система не была статич¬
ной, она развивалась весьма динамично. Самые ранние города-государст¬
ва IX—X вв. базировались еще на племенной основе и не получили до¬
статочного развития, будучи интегрированы в огромный «союз союзов»
восточного славянства. Подобная ситуация типична для многих обществ,
«развивающихся в условиях постоянной борьбы с цивилизационным цент¬
ром или какой-либо иной военной угрозой и создающих крупные поли¬
тические объединения еще до того, как в их лоне окончательно оформят¬
ся города, могущие уже на следующем этапе стать центрами новых со¬
циальных организмов»7Э. Таковые на Руси начинают формироваться
уже в конце X — начале XI века.
Это были города-государства, конституирующиеся на территориаль¬
ных связях. Процесс их складывания растянулся на весь XI, а в ряде
мест — и первую половину XII века. Он сопровождался ожесточенной
борьбой с Киевом. Естественно, что борьба с прежней приднепровской
столицей не могла не отложить отпечатка па многие явления социально-
политической жизни формирующихся городов-государств80. Как бы то
ни было, в Полоцке к концу XI в., а в Смоленске — к середине XII в.
в общих чертах складывание территориальной волостпой общины было
завершено. Начался теперь другой интересный процесс — распад Полоц¬
кого и Смоленского городов-государств на более мелкие самостоятельные
волости. Нет оснований называть его феодальным дроблением. Против
этого свидетельствует сам социально-политический механизм городов-го¬
сударств, охарактеризованный выше. Феодализм на Руси в рассматри¬
ваемое время еще не сложился81.
76 Сборник Му.хаиова. СПб. 1800, с. 3—4, 05—66.
77 Фрояиов И. Я., Д в о р и и ч е н к о А. 10. Ук. соч.. с. 253 — 275.
78 ПСРЛ. Т. II, сто. 369.
79 II а в л е н к о Ю. В. Основные закономерности и пути формирования ранне¬
классовых городов-государств. В кп.: Фридрих Энгельс и проблемы истории древних
обществ. Киев. 1984, с. 206.
80 О влиянии борьбы с Киевом на формирование городов-государств см.: Фроя-
н о в И. Я., Д в о р н и ч е п к о А. Ю. Ук. соч., с. 253—275.
81 Ф р о я н о в И. Я. Киевская Русь. Очерки социально-экономической истории.
Л. 1974. Возражения II. Ф. Котл яра против процесса волостного дробления скорее
66

Распад городов-государств на новые, самостоятельные, быэ явлением
естественным, проистекавшим из самой природы политического и эконо¬
мического строя Древней Руси. Этот процесс не разрушал социально-по¬
литической структуры, а лишь ослаблял древнерусские города-государст¬
ва. Однако с течением времени накапливались деструктивные изменения.
Первое, что бросается в глаза, когда обозреваешь историю городских об¬
щин Верхнего Поднепровья и Подвинья в XV в.,— формирование сосло¬
вий внутри единой до этого городской общины и нарастающая борьба меж¬
ду ними. Разделение общины на сословия и начало борьбы между ними
отразилось в формулярах грамот. Вплоть до 40—50-х годов XV в. наибо¬
лее характерной является формула, в которой фигурируют «мужи поло-
чапе», «вси полочане», «мы полочане». В 1460—1470-х годах устанавлива¬
ется формула «от бояр полоцких, от мещан и всего поспольства», а в
1480-х годах к боярам и мещанам добавляются еще и «черные люди».
Изменения в клаузуле свидетельствуют об изменениях в структуре город¬
ской общины, о ее дифференциации. Формула «мужи полочане» свиде¬
тельствует, без сомнения, о единой, сплоченной еще городской общине.
Последующие изменения в клаузуле отражают изменения в социальной
структуре городских общин82.
Меняется и сам модус социальной борьбы. Если раньше она шла меж¬
ду партиями внутри городской общины, то теперь это борьба между со¬
словиями. Подчас она протекала скрыто для современного наблюдателя,
но в критические моменты вырывалась на поверхность. Еще в 1478 г.
«послали полоцкие бояре и мещане и все поспольство Полоцкое место,
свои послы полоцкие» 83. А уже в 1486 г. «жаловали нам (великому
князю.— А. Д.) мещане и дворяне, и черные люди, и все поспольство на
бояр полоцких о том деле, што ж деи коли пожадаем помочи с места
Полоцкого для потребизны земское и бояре деи нам в том вельми мало
помагают» 84. Споры теперь возникали и вокруг городской казны. Обы¬
денностью становились раздельные вечевые собрания. В 1440 г. в Смо¬
ленске «черные люди» собирались на отдельное вече и выносили свои
решения85. И совсем не случайно великокняжеская грамота предписы¬
вала: «А без бояр мещаном и дворяном городским и черни соимов не на-
добе чинить» 86.
эмоциональны, чем рациональны. «Кто, например, станет утверждать,— задается во¬
просом Н. Ф. Котляр,— что могущественное Владимиро-Суздальское княжество Все¬
волода Большое Гнездо с его почти самодержавной властью над огромной террито¬
рией, с мощным феодальным классом и многотысячным зависимым населением было
всего лишь скоплением крупных и мелких полисов?» (Котляр Н. Ф. Ук. соч.,
с. 90). Ко исследование, в котором принимал участие и автор данной статьи (нахо¬
дится в печати), показало, что развитие Владимиро-Суздальской земли мало чем от¬
личалось от развития всей Руси, а самодержавная власть, мощный феодальный
класс и многотысячное зависимое иаселепие — не что иное, как плод воображения
некоторых историков. Объяснение же причин «феодальной раздробленности» «ростом
производительных сил ы производственных отношений, развитием крупного земле¬
владения, оживлением экономической жизни во всех землях и княжествах» (Кот-
л я р Н. Ф. Ук. соч., с. 90) безлико и мало что дает для понимания тех процессов, ко¬
торые шли на Руси в XII веке.
82 Следует иметь в виду, что социальная терминология отстает от реальных
явлений социально-политической жизни. «Тем не мепее образование (и отмирание)
tojo или иного термина имеет существенное значение: оно свидетельствует о том,
что соответствующее явление достигло определенной степени зрелости» (Алек¬
сеев Ю. Г. «Черпые люди» Новгорода и Пскова (к вопросу о социальной эволюции
древнерусской городской общины). В кп.: Исторические записки. Т, 103, с. 259). Это
наиболее правильный подход к проблеме. Нельзя согласиться с A. JI. Хорошкевич,
которая все изменения в клаузулах полоцких грамот объясняет развитием со¬
циальных представлений полочан, «вернее, господствующих кругов, находившихся
у власти» (Хорошкевич А. Л. Очерки социально-экономической истории Север¬
ной Белоруссии в XV в,— Автореф. док. дисс. М. 1974, с. 32 — 34).
83 Полоцкие грамоты. Вып. 2, № 171, с. 70.
84 Там же. № 195, с. 110.
85 ПСРЛ. Т. 35. М. 1980, с. 60, 77-78, 109, 143, 165, 191, 211, 233.
88 Полоцкие грамоты. Вып. 2, с. 111.
3*	67

Одна из мер, направленных на разрешение этих конфликтов,— грамо-
та на магдебургское право. Перенос на русскую почву иноземных пра¬
вовых норм оказался болезненным и длительным. Впрочем, и грамота на
магдебургское право не могла положить конец конфликтам в городе.
Итак, направление деструктивных изменений, идущих в городских об¬
щинах изучаемого региона, попятно. Теперь важно ответить на вопрос,
почему они происходили.
Дело в том, что города-государства возникали и развивались на Руси
в условиях общества с незавершенным процессом классообразования,
в рамках переходного периода от первобытнообщинных отношений к
классовым, феодальным. Вплоть до XV в. у нас нет данных об интен¬
сивном развитии феодализма в исследуемом регионе. В полной мере это
относится к княжескому домену. Если он и был, то размеры его весьма
невелики. Существует и другая точка зрения. Л. В. Алексеев полагает,
что смоленские и полоцкие князья обладали значительными домениаль-
ными владениями87. Однако внимательное рассмотрение его аргумента¬
ции не позволяет согласиться с этим мнением88. Что же касается вот¬
чинного землевладения, то о его существовании можно говорить лишь
предположительно. Конкретных данных о нем у нас нет. Это неудиви¬
тельно: ведь известия о крупном землевладении в целом по Руси XI—
XII вв. не столь уж часты. Правда, А. А. Горский считает, что
«в XII в. многочисленны упоминания о боярских и монастырских вотчи¬
нах (единичные для XI столетия)»89. Можно, конечно, применить ме¬
тод, который использовал М. Б. Свердлов. Упоминая о сомнениях отно¬
сительно сведений насчет княжеского землевладения в X в., высказанных
С.	В. Бахрушиным, А. А. Зиминым и И. Я. Фрояновым, он пишет: «По¬
добные опровержения известий о княжеских селах и городах в X в. мог¬
ли бы достигнуть цели, если бы существовали данные, что ими исчер¬
пывается список поселений княжеского домена, или имелись бы массовые
источники, в которых содержались бы единичные упоминания о княже¬
ских владениях. В этой связи можно еще раз отметить, что приведенные
сообщения были лишь попутными упоминаниями о княжеских земель¬
ных владениях» 90.
Конечно, при наличии массовых источников по исторпи Киевской
Руси многие вопросы, в том числе и этот, были бы, видимо, сняты с
повестки дня. Однако при методике работы с немассовыми источниками,
предлагаемой М. Б. Свердловым, из них можно извлечь все что угодно.
Мне представляется, что для характеристики уровня развития крупного
частного землевладения на Руси IX—XII вв. определения типа «много —
мало» не «работают»: статистических данных нет и в ближайшее время
не предвидится. Критерием может служить только тот факт, что ни в
области социально-экономической, ни в сфере социальпо-политической
крупное землевладение погоды еще не делало, и свидетельство тому —
все материалы по древнерусской истории. Способ производства опреде¬
лялся общинной собственностью. И в этой связи образное уподоблепие
древнерусской вотчины островкам в море свободного общинного земле¬
владения представляется наиболее адекватным действительности ®1. Что
же касается археологических доказательств наличия крупного землевла¬
дения, то они пока, к сожалению, есть результат заранее заложенной в
87 Л л е к с е е в Л. В. Ук. соч., с. 125—132.
88 Дворниченко А. Ю. Городская община и князь в древнем Смолеяскет
с. 140-146.
89 Горский А. А. Ук. соч., с. 78.
90 Свердлов М. Б. Генезис и структура феодального общества Древней Руси.
Л. 1983, с. 71.
91 Фроянов И. Я. Киевская Русь. Очерки социально-политической истории,
с. 158. В. Б. Кобрин распространяет такое определение места вотчинного землевла¬
дения и па Северо-Восточную Русь XIV в. (К о б р и н В. Б. Власть и собственность-
в средневековой России. М. 1985, с. 40).
68

анализ археологического материала программы, когда в ход идут любые
доказательства, например — находка па городище золотого змеевика и
других драгоценностей.
Однако вотчинный феодализм отнюдь не исчерпывает разнообразия
подхода наших историков к проблеме генезиса феодализма. С 1950-х го¬
дов развивается и точка зрения, связывающая становление феодализма
в Древней Руси с его государственной формой. «Обращение к исследо¬
ванию государственных форм феодализма в конкретно-историческом пла¬
не было продиктовано в первую очередь тем фактом, что сведения о
феодальных вотчинах относятся в источниках к более позднему времени,
чем данные о существовании государства и государственных повинно¬
стей»,—пишет А. А. Горский92. Если Б. Д. Греков связывал развитие
феодализма с крупным феодальным землевладением, то сторонники «го¬
сударственного феодализма» начинают генезис феодализма на Руси с
установления верховной феодальной собственности на землю государст¬
вом. Критика такого рода воззрений дана в работах И. Я. Фроянова93.
В последующие годы сторонники «государственного феодализма», не оп¬
ровергнув аргументации И. Я. Фроянова, нарисовали еще несколько схем
такого пути развития феодализма, которые взаимоисключают друг дру¬
га, но ничего нового не вносят в изучение исторического процесса на
Руси.
В.	Л. Янин предположил наличие боярской корпоративной собствен¬
ности на землю в Новгороде 94; М. Б. Свердлов выступает за верховную
собственность государства. Она образуется путем захвата им племенной
собственности во время перехода племен под власть Киева и персонифи¬
цируется в великом киевском князе 95. Под пером М. В. Свердлова вер¬
ховная земельная собственность становится основанием «реального со¬
держания государственной территории в пределах определенных границ,
а также суверенного права распоряжения и принуждения» 96. Здесь на¬
лицо смешение понятий «государственная собственность» и «территория»,
«верховная феодальная собственность» и «власть». Не учитывается также
специфика той или иной собственности.
Племенная собственность никак не может трансформироваться в вер¬
ховную феодальную собственность. Для этого нужно допустить, что соб¬
ственность племенных союзов персонифицировалась в лице племенных
князей, прежде чем персонифицироваться в лице великого киевского
князя. М. Б. Свердлов отмечает, что «реакция восточнославянских зем¬
ледельцев на установление верховной собственности государства на зем¬
лю неизвестна... В более поздних источниках произошедшие изменения
осмысления не нашли» 97. Получается, что не может осмыслить ход этих
изменений, якобы ведущих к установлению государственной феодальной
собственности, и сам автор.
А.	А. Горский пытается снять одно пз противоречий теории «госу¬
дарственного феодализма», допустив одновременное зарождение крупно¬
го частного землевладения и феодализма в государственной форме. До¬
стигается это путем отождествления военно-дружинной знати с корпо¬
ративными земельными собственниками и одновременно аппаратом
государственной власти, а даней — с феодальной рентой98. Однако в
92 Г о р с к и й А. А. Ук. соч., с. 78.
93 Ф р о я н о в И. Я. Киевская Русь. Очерки социально-экономической истории;
его же. Киевская Русь. Очерки социально-политической истории.
94 Янин В. Л. Новгородская феодальная вотчина. М. 1981. Критику этой кон¬
цепции см.: Фрояиов И. Я., Дворниченко А. Ю. Ук. соч., с. 246—252.
95 Свердлов М. Б. Генезис и структура феодального общества Древней Руси,
с, 78-90.
96 Там же, с. 81.
97 Там же, с. 83.
98 Горский А. А. К вопросу о предпосылках и сущности генезиса феодализма
на Руси.—Вестник Московского ун-та, серия История, 1982, № 4; его же. Дружи¬
на п генезис феодализма на Руси.— Вопросы истории, 1984, № 9, с. 22.
69

четырех из шести приведенных им летописных эпизодов в качестве полу¬
чателей даней выступают городские общины (в пятом наряду с новго¬
родскими гридями также фигурирует Киев). Но главное, конечно, не в
малом количестве упоминаний даней, которые получают дружинники.
У нас нет оснований считать эти дани феодальной рентой. Исследования¬
ми последних лет установлено, что верховная государственная собствен¬
ность на землю является не чем иным, как ассоциированной крупной
»»	  «-»■	Ой
частной собственностью, и не может зародиться раньте последней .
Итак, в XI—XIV вв. феодализм в изучаемом регионе не был развит,
что и позволяло существовать той социально-политической системе, ко¬
торая охарактеризована выше. Ситуация меняется в XV веке. По наблю¬
дениям А. Л. Хорошкевич, в 40-х годах XV в. начинается тяга боярства
к приобретению земель, которая в 1450—1460-х годах становится очень
сильной. Именно в это время, используя накопленные средства, бояре на¬
чинают лихорадочно скупать земли мещан, «путных людей». Они заво¬
дят собственные «дворы», после чего их имения начинают жить барщин¬
ным трудом «пригонных» и «тяглых» людей 10°. Такого рода процесс на¬
блюдается не только в Полоцкой, но и в Смоленской землеш. Эти
наблюдения А. Л. Хорошкевич имеют для нас важное значение: ведь
это ключ к разгадке механизма процесса распада древнерусской воло¬
стной общины. С ростом землевладения меняется положение боярства в
обществе. Оно начинает противостоять всей остальной городской общине.
Бояре выселяются из города в свои «имения». В 1440 г. смоляне не пу¬
стили бояр в город, и они разъехались «по своим селам» 102.
А вскоре начинается и боярское наступление па город. Его заполня¬
ют зависимые от бояр люди. Извечный дуализм территориальной общи¬
ны между частной и общественной собственностью начинает изменяться
в пользу частной. Это была основная причина перемены отношений меж¬
ду индивидом и общиной. К. Маркс писал, что, «изменяя свое отноше¬
ние к общине, отдельный человек изменяет тем самым общину и дейст¬
вует на нее разрушающе» 103. Отсюда понятны процессы, которые
происходили внутри городской общины в тог период. Но крупное земле¬
владение разрушительно действовало и на волость. Ведь феодальная
собственность сопровождалась политической властью феодала над его
подданными; она связана с отношениями господства 104. При феодализ¬
ме собственность имеет политический характер *05. В. И. Ленин отме¬
чал, что «крепостное поместье должно было представлять из себя само¬
довлеющее, замкнутое целое, находящееся в очень слабой связи с
остальным миром» 10в. Вот почему крупное землевладение вырывало
людей из привычной системы социально-экономических и политических
отношений. Возьмем, например, сферу суда. На смену традиционному
древнерусскому суду в главном городе приходят несколько судов.
Магдебургский суд, непосредственно в городе; городской, т. е. замковый;
суд наместника. Развивается и крепнет вотчинный, боярский суд.
Разрушение единства города и земли наблюдается и в сфере военно¬
политической. Уходит в прошлое городовой полк, та военная сила зем¬
ли, которая существовала в предыдущий период. На смену ему идет
09 И л ю ш с ч к и н В. П. Сословно-классовое общество в истории Китая. М. 1986,
-с. 158; его же. Система и структура добуржуазной частнособственнической эксплуа¬
тации. Вып. 1 — 2. М. 1980.
100 Хорошкевич А. Л. Очерки социально-экономической истории, с. 43.
101 Хорошкевич А. Л. Жалованные грамоты Литовской метрики XV в. и их
классификация. В кн.: Источниковедческие проблемы истории народов Прибалтики.
Рига. 1970. с. 56.
“>2 ПСРЛ. Т. 35, с. 109.
iU3 Маркс К. и Г) н г е л ь с Ф. Соч. Т. 46, ч. 1, с. 474.
104 См. там же, с. 491.
105 См. там же. Т. 1, с. 255; т. 25, ч. II, с. 167.
t,,,; См. Л е и и и В. И. ПСС. Т. 3, с. 184.
70

шляхетское войско. Дольше сохранялась связь по земле. Однако шляхта
постепенно растаскивала общинное землевладение. Все эти процессы
прослеживаются в Полоцкой и Смоленской землях в конце XV — начале
XVI в., а в XVI столетии их, как на своеобразной модели, можно изу¬
чать на т. и. Подвинских и Поднепровских волостях, несколько отстав¬
ших в своем развитии 10т.
Итак, развитие крупного землевладения было основной причиной рас¬
пада древнерусских традиций социально-политической жизни, того город¬
ского строя, который существовал здесь со времен Древней Руси. Город
замыкался в тесных рамках магдебургского права, а волость все в боль¬
шей степени оказывалась в руках боярства. Весьма важно то, что эти
наблюдения согласуются с выводами, сделанными не так давно други¬
ми учеными. Ими установлено, что города-государства, общины-госу-
дарства исчезают именно «в результате создания магнатских имений с
чертами автаркичностп, где магнат все больше приобретает черты госу¬
даря» 108.
В существовании городов-государств па Руси вряд ли можно теперь
сомневаться. Нужно иметь в виду не только приведенные выше фактиче¬
ские доказательства, но и сложившуюся историографическую ситуацию.
В дореволюционной литературе идея волостного строя на Руси была
очень широко распространена 10Э. Продолжала она жить в трудах неко¬
торых историков и в советское время. М. Н. Покровский писал о феде¬
ративном, республиканском характере «древнерусского государственного
строя» по. Волостное (по главе с городами) устройство Ростово-Суздаль-
ской земли описывал А. Н. Насонов 1и. Те же мысли касательно горо¬
дового строя есть в работах В. И. Пичеты, И. С. Державина *12.
Если Н. С. Державин сравнивал древнерусские волости с подобными
образованиями у западных и южных славян, то 10. II. Семенов в 1966 г.,
рассуждая о категории «социальный организм», считал, что классиче¬
ским эквивалентом данного понятия являются города-государства — «по¬
мы» обществ древневосточного типа, античные полисы и древнерусские
княжества пз. Л. П. Лангук проводил исторические сопоставления меж¬
ду восточнославянскими землями («градскими мирами») и югославян¬
скими «обчипами». Он подчеркивал актуальность вопроса о земском об¬
щинно-волостном быте с точки зрения исторической социологии1и.
Л. В. Данилова н В. П. Данилов отмечали, что характерные «для клас¬
сической древности города-государства (государства-общины) были го¬
раздо более широко распространены, нежели это принято думать. Опи
существовали, в частности, у славян» т. Такая богатая историографи¬
107 См.: Дворничсико А. Ю. О предпосылках введении магдебургского права
в городах западнорусских земель в XIV—XV вв., с. 105—108; его же. Поднепров-
скио и Подвинские волости Белиного княжества Литовского.
108 Д ь я к о н о в И. М., Якобсон В. А. «Иомовые государства», «территориаль¬
ные царства», «полисы» и «империи». Проблемы типологии.— Вестник древней ист<>~
рнн, 1982, № 2, с. 14.
11,9	Ф р о я и о в И. Я.	Киевская Русь.	Очерки социальпо-полптлческой истории,
с. 216;	Дворничсико	А. 10. Русские	дореволюционные историки о	городском
строе Великого княжества Литовского.
1,0	Покровский М.	Н. Ук. соч.. с. 154, 165.
111	Лас о пои А. Н.	Князь и город	в Ростово-Суздальской земле.-Века, Пг,,
1924, вып. I.
112 Державин 1Г. С. Из истории древнеславяпского города.— Вестник древней
истории. 1940, № 3—4. с. 155; Пичета В. И. Полоцкая земля в начале XVI века.
В кн.: Белоруссия и Литва в XV—XVI вв., с. 234 (работа опубликована впервые в
1926 г.); его же. Основные моменты исторического развития Западной Украины и
Западной Белоруссии. М. 1940. с. 25.
113 Семенов Ю, И. Категории «соцпальпый организм» и ее значение для исто¬
рической пауки,— Вопросы истории. 1966, № 8, с. 101 — 104.
114 Лашук Л. П. Введение в историческую социологию. Вып. 2. М. 1977, с. 85.
115 Данилова Л. В., Данилов В. П. Проблемы теории и истории общипы.
В кн.: Община в Африке: проблемы типологии и истории. М. 1978, с. 3.

ческая традиция уже сама по себе делает правомерной постановку вопро¬
са о городах-государствах на Руси.
Н. Ф. Котляр пишет, что, выдвигая гипотезу о городах-государствах
на Руси, И. Я. Фрояпов руководствовался чисто внешними аналогиями,
но «обошел главную сторону дела: способ производства, а также прису¬
щий тому или иному способу производства характер землевладения, в на¬
шем случае — античному и средневековому» ив. Такое обвинение про¬
истекает, видимо, из приверженности Н. Ф. Котляра традиционной пе-
рподизацин мировой истории и, главное,—идентификации с этими перио¬
дами как способа производства, так и связанного с ним характера
землевладения. Однако такое деление истории, как показал В. П. Илю-
шечкин, носит субъективный и произвольный характер 1,?.
И. Я. Фроянов в своих работах доказал, что в Древней Руси прева¬
лировала общинная собственность на средства производства. Это полно¬
стью соответствует указанию Маркса, что «земледельческая община, буду¬
чи последней фазой первичной общественной формации, является в то
же время переходной фазой ко вторичной формации, т. е. переходом от
общества, основанного на общей собственности, к обществу, основанному
на частной собственности» 118. Но в этот переходный период появляется
и город, о чем писали классики марксизма и*. Вполне естественно, что
город в период господства земледельческой общины в социальной жизни
возникает и формируется на общинной основе 120. Превращаясь в город,
община принимает постепенно государственную форму, поскольку вместе
«с городом появляется и необходимость администрации, полиции, нало¬
гов и т. д.— словом общинного политического устройства» 121.
Возникновение такого рода городов-государств можно считать явле¬
нием, распространенным чрезвычайно широко и характерным для про¬
цесса перехода от первобытности к цивилизации ,22. Вот почему исполь¬
зование сравнительно-исторического материала не только правомерно,
но и желательно. Н. Ф. Котляр обвиняет И. Я. Фроянова в том, что он
неправильно пользуется этим материалом, т. к. все народы, с которыми
он сравнивает Древнюю Русь, «находились па различных этапах соци¬
альной эволюции и обитали в разных по природным условиям регионах,
поэтому их формы общественной жизни попросту несопоставимы»123.
Однако Энгельс в письме Марксу отмечал поразительное сходство меж¬
ду германцами и американскими индейцами, несмотря на то, что способ
производства у них различен. «Это как раз доказывает, что на данной
ступени способ производства играет не столь решающую роль, как сте¬
пень распада старых кровных связей»,— отмечал он 12\ Если же вспом¬
нить о том, что у сравниваемых народов н в способе производства была
столь существенная общая черта, как господство общинной собственности
на землю, то станет ясно, что более правильной является позиция
И. Я. Фрояпова. Недавпо проведенное па Историческом факультете Ле¬
нинградского университета межкафедралыюе исследование показало,
что при всем своеобразии древнегреческих полисов между ними и горо¬
дами-государствами в Древней Руси было много общего125.
и® К о т л я р Н. Ф. Ук. соч., с. 85, 87.
1.7 И л ю ш е ч к	и	и В.	Г1. Сосдовпо-классовое	общество в истории Китая, с. 40.
1.8 Маркс К.	и	Э н г е л ь с Ф. Соч. Т. 19,	с.	419.
119 См. там же.	Т.	Я, с.	49—50; т. 21, с. 164.
120 См. там же.	Т.	3, с.	21; т. 19, с. 336.
121 Там же. Т. 3, с. 50.
122 П а в л е н к о Ю. В. Ук. соч., с. 179.
123 Котляр Н. Ф. Ук. соч., с. 86; см. также: Пашу то В. Т. По поводу книги
И. Я. Фроянова «Киевская Русь. Очерки социально-политической истории». — Вопро¬
сы истории, 1982, № 9, с. 177.
124 М а р к с К. и Э н г е л ь с Ф. Соч. Т. 35, с. 103.
125 Становление и развитие раннеклассовых обществ. Город и государство.
Л. 1986.
72

Города-государства появляются потому, что классово-антагонистиче¬
ское общество не может зародиться прямо в недрах родоплеменного. Оно
развивается на базе уже территориальных отношений, когда в экономике
и политической жизни главенствует община без первобытности (по тер¬
минологии А. И. 11еусы хина 126). Города-государства имеют уже многие
«государственные» черты: территориальную структуру, публичную власть
в лице главной городской общины, боярства и князя. Такого рода госу¬
дарство, в котором земля принадлежала общинам и где еще не разви¬
лось частное землевладение, нельзя характеризовать как «классовое» и
даже «раннеклассовое» 127. Однако сама эта организация стимулировала
«рост имущественного неравенства и тем самым создавала необходимые
условия для появления крупной частной собственности на землю, част¬
нособственнической эксплуатации и антагонистических классов» 12В.
Боярство, обогатившись за счет торговли и, главное, функций управ¬
ления, приступает к земельным стяжаниям. Порой и сами кормления,
которыми пользовались бояре, обращались в феодальную собственность.
Постепенно складывается сословно-классовое государство. Оно могло
возникнуть и в рамках прежней формы города-государства, как это слу¬
чилось в Новгороде или в югославянских городах-государствах. Но в ис¬
следуемом регионе в силу ряда причин города-государства распались и
послуяшли (наряду с другими древнерусскими землями) строительным
материалом для создания Великого княжества Литовского уже как не фе¬
деративного, а сословии-классового государства. Таким образом, истори¬
ческий материал, относящийся к Верхнему Подпепровью н Подвилью,
свидетельствует с сложении феодализма в данном регионе не ранее
XIV—XV вв. и тем самым подтверждает концепцию о дофеодальном ха¬
рактере общественного строя Руси XI—XII веков.
12в Неусыхин А. И. Дофеодальный период как переходная стадия от родопле¬
менного строя к раннефеодальному. В кн.: Проблемы истории докапиталистических
обществ. Кн. 1. М. 1968, с. 596 сл.
127 Илюшечкип В. П. Сословпо-классовое общество в истории Китая, с. 167,
128 Там же, с. 170.

ВОСПОМИНАНИЯ
ПОДВИГ В ХОДЕ ЭВАКУАЦИИ
В.	//. Новиков
В пашей литературе об эвакуации промышленности на Восток в годы Великой
Отечественной войны чаще освещаются общие вопросы. Мало публиковалось кон¬
кретных материалов о том. как проходила эвакуация предприятий Наркомата во¬
оружения (чему посвящен предлагаемый очерк).
...В один из вечеров в пачале июля 1941 г. ко мне в кабинет зашел первый
заместитель наркома вооружения В. М. Рябиков. «Знаешь, Владимир Николаевич.—
сказал он,— у меня уже голова идет кругом от множества дел по эвакуации. Ума
не приложу, как эвакуировать лепнпградские заводы, ведь их там у пас такая си¬
лища: и артиллерия, и оптика, и патроны, и пороха, п оптическое стекло. Как ор¬
ганизовать эвакуацию всего этого, как не сорвать поставку оружия, необходимого
армии, да и другим оборонным наркоматам? Пока есть хоть пемного времени до
эвакуации заводов, изучи все документы по этому вопросу, какие у меня есть.
К этим материалам никого, кроме заместителей наркома, не допускай».
Назначение Рябикова начальником штаба по эвакуации промышленности на¬
шего наркомата было правильным решением не только потому, что он являлся
первым заместителем наркома. У него была хорошая производственная подготовка:
после окончания Военно-морской академии он несколько лет работал конструкто¬
ром по созданию морской артиллерии, до назначения в 1939 г. на работу в нар¬
комат возглавлял партийную организацию ленинградского завода «Большевик».
Всегда собранный, подтянутый, доброжелательный, Василий Михайлович произво¬
дил прекрасное внечатлепие и как человек, и как специалист.
Нарком вооружения Д. Ф. Устинов приступил к работе в наркомате в июне
1941 г., практически за 20 дней до начала эвакуации, а мы, группа вновь назна¬
ченных заместителей наркома Н. Д. Агеев, В. Г. Костыгов, А. Н. Сергеев и я, нача¬
ли свою деятельность в наркомате в первых числах июля того же года. Всем нам,
кроме Рябикова, надо было иметь хотя бы минимальное время, чтобы вникпуть в
состояние дел наркомата в этот острейший период жизни страны. Счет времени для
ориентации в обстановке нужпо было вести не на месяцы, а на дпи. С первых
недель работы в наркомате у меня с Рябиновым сложились дружеские от¬
ношения. Дружба эта продолжалась и в последующие годы, когда мы оба работали
заместителями Председателя Совета Министров РСФСР, а также в Госплане СССР,
вплоть до кончины Василия Михайловича (1974 г.). В период эвакуации почти не
¿было дня, когда мы не встречались бы с ним и не обменивались мнениями о ее
•ходе. В последующем мы с пим часто вспоминали то время.
В годы войны в наркомате на мепя возлагалась обязанность руководить завода¬
ми, которые производили стрелковое оружие и пулеметно-пушечное вооружение для
самолетов. В группу этих заводов входил Ижевский металлургический завод. Это
был старинный завод широкого профиля по производству металла высокого каче¬
ства, потребляемого военной техникой в виде проката, стальной лепты и проволоки,
кузнечпых заготовок и других видов металлургического производства. Потеря ме¬
таллургии Юга выявила необходимость неотложного развития производства специ¬
альных сталей в Ижевске. Потребителями ее были подавляющее большипство заво¬
дов не только нашего наркомата, по и других оборонных отраслей промышленности.
74

В то время мое общение со всеми главными управлениями нашего наркомата»
стало настолько тесным, что я был в курсе дел заводов и главков каждого подраз¬
деления наркомата, решая вопросы обеспечения их металлом пужпых марок сталей
и профилей и переживая вместе с ними все удачи и певзгоды тех тяжелых дней.
Вспоминаю, как-то в июле 1941 г. заходит ко мие начальник Главного управления^
оптической промышленности А. Е. Добровольский. «Владимир Николаевич, гото¬
вим к отгрузке ленинградские оптические заводы. Оборудование и точные приборы
мы обязаны надежно упаковать в деревянную тару. Однако одни гвозди не спаса¬
ют от случайностей, нужны стальная лепта и стальпая проволока, чтобы упаковка
была надежной. Ни того, ни другого нигде достать не можем. Прошу помочь». Вы¬
лепив, что требуется тонн 20—25 каждой, по «ВЧ» пабираю телефон директора
Ижевского металлургического завода и предлагаю в точечно двух дней набрать и»
остатков или некондиции (а если пет, то изготовить) для оптического главка по
25 т стальной лепты и проволоки и через два дпя доложить об исполнении.
Пришлось оказывать экстренную помощь и нашему заводу в Заволжье, кото¬
рому намечалось в течение четырех месяцев увеличить выпуск патронов на 25%, а для
этого не хватало инструментальной стали. К тому же заводом все фонды были уже-
использованы. Снова на выручку пришел Ижевск. Один вагон инструментальной
стали для резцов и пуансонов (инструмент для обработки детален патронов) Ижев¬
ский завод но моей просьбе отгрузил, а со вторым я просил повременить, окажем-
помощь при первой же возможности.
Артиллеристов заботил обычный вопрос—получение небольших количеств ме¬
талла (малого тоннажа), который очень пеохотпо им изготовлял Наркомат черной
металлургии, так как па переналадку прокатных станов терялось много времени,
а отсюда — потеря мощпостей. Пришлось опять привлекать ижевских металлургов,
которые быстрее переналаживали станы. Итак, и через металлургию невольно по¬
знавал я беды и невзгоды практически всех отраслей промышленности вооружения^
Кроме того, нарком довольно часто поручал мне на какие-то периоды руководств©-
то оптической промышленностью (в связи с большой занятостью Рябикова), те-
патронным производством, когда А. Н. Сергеев был болен. Все это давало мне воз¬
можность знать о деятельности практически всех отраслей нашего наркомата,.
После первых бесед с Рябиковым в июле 1941 г. его рекомендации по вопросаму.
связанным с подготовкой к эвакуации наших заводов, я воспринял как важнейшие
и необходимые. Выбирая часы и минуты (отдельные ночи совсем не спал), я изу¬
чал документы и многое уяснил для себя, понял, как поступать при эвакуации;
тех или иных заводов.
В период Великой Отечественной войпы в систему Народного комиссариата во¬
оружения входили: а) артиллерийское производство, включая все виды артилле¬
рии— сухопутную, зенитную, морскую, танковую, авиационную, пушки для артил¬
лерийских самоходных установок и частично минометы; б) производство стрелко¬
вого оружия — пулеметы (пехотные, танковые, авиационные), пулеметы-пистолеты;
винтовки и карабины, противотанковые ружья, револьверы, пистолеты; в) производ¬
ство патронов для стрелкового оружия; г) производство оптических приборов всех
видов.
Напряженность работы в период эвакуации и восстаповления заводов на новых
местах сущоствеппо сказалась па качестве и систематизации докумептов, отражаю¬
щих эту работу. Важнейшие сведения и цифровые данные оказались рассеянными
в самых различпых документах, которые к тому же порой представляли собой со¬
вершенно неофициальный материал (рабочие записи, черновые наброски — и т. и.),
годный лишь для ориентировки. И хотя я принимал непосредственное участие в
эвакуации отдельпых предприятий промышленности вооружения, для восстановле¬
ния в памяти необходимых данных мпе пришлось использовать отдельные отчеты
заводов и институтов о проделанной работе в период эвакуации — отчеты, которые
были представлены в наркомат.
В героической летописи событий Великой Отечественной войны эпопея переба¬
зирования пашей промышленности па Восток заппмает особое место. История пп
зпаст прецедента перемещопия промышлсппости в столь колоссальных масштабах,
на такие огромные расстояния и в столь сжатые сроки прп одновременном с паб-
75

жении фронта оружием. Вся работа по эвакуации проводилась под руководством
Коммунистической партии и ее Центрального Комитета. Исключительно велика
роль местных организаций в деле эвакуации и восстановления промышленности на
повых базах. Все заботы по размещению люден, выгрузке и доставке оборудования,
вплоть до организации производства, фактически лежалп на плечах местных пар¬
тийных и советских органов. Их помощь была решающим фактором в успешном
завершении перебазировапия промышленности.
Материалов об эвакуации промышленных предприятии России в прошлые вой¬
ны почти по имеется. Отдельные отрывочные данные свидетельствуют о том, что
рапее попытки провести эвакуацию не удавались. Эта грандиозная задача оказалась
но силам только Советскому государству, нашему народу, который за годы пятиле¬
ток создал па Востоке страны новую мощную индустриальную базу. Без этого
спешная эвакуация и восстаповление промышленности в годы Великой Отечест¬
венной войны были бы делом неосуществимым. Необходимость эвакуации большой
группы предприятий воеппой промышленности всех отраслей выявилась уже в пер¬
вые недели войны. Используя преимущества внезапного пападеиня, располагая к
этому времени ресурсами и промышленностью почти всей Западной Европы, бро¬
сив па Восточный фронт всю мощь военпой техники и армии — свою и своих вас¬
салов, враг сравнительно быстро продвигался к тем районам страны, где сосредо¬
точивалось большое число военных предприятий.
Общеизвестно, что русская дореволюционная промышленность в силу истори¬
чески сложившихся условий концентрировалась главным образом в центре России,
на северо-западе (Петроград и Прибалтика) и па юге (Украина). Черная металлур¬
гия и добыча угля почти целиком были сосредоточены на юге, 93% продукции
машиностроения производилось в цеытральпых и северо-западных районах России.
Промышленность таких крупнейших и богатых районов страны, как Сибирь, Сред¬
няя Азия, Закавказье, была развита слабо. Печать технпческой отсталости лежала
и на старейшем промышленном районе страны — Урале. Все сказанное относилось
и к размещению промышленности вооружения. Основная масса военных заводов
была также расположена в центре, на юге и северо-западе России. Из старых круп¬
ных воепных заводов, удаленных от центра, можно назвать два:	Пермский ору¬
дийный и Ижевский оружейный.
Поэтому в общем количестве эвакуированных предприятий вооружения, основ¬
ную часть составляли заводы, построенные в дореволюционное время или создан¬
ные в годы первых пятилеток па базе старых машиностроительных заводов, кото¬
рые за счет имеющихся кадров п производственных площадей могли быть быстро
превращены в мощные военные предприятия. Таким образом, примерно 4/5 про¬
мышленности вооружения пришлось эвакуировать. Лишь небольшая часть пред¬
приятий попала в зону оккупации врага. С заводов же, которым угрожала опас¬
ность, например, предприятия Москвы, Ленинграда, Тулы и др., оборудование было
вывезено. Это было необходимой мерой, которая гарантировала сохранение пред¬
приятий, игравших важную роль в военном снабжении армии, авиации и флота.
О масштабах проведенной эвакуации могут дать представление следующие циф¬
ры: да первом, основном этапе эвакуации было вывезено на Восток с заводов раз¬
личного оборудовапия около 53 700 единиц, в том числе металлорежущих станков
свыше 38 600. Вывезено также много материалов, полуфабрикатов, приспособлений,
инструментов и т. д., эвакуировано более 146 тыс. человек, в том числе свыше
70 тыс. работающих. За шесть военных месяцев 1941 г. железнодорожники перевез¬
ла около 1,5 млн. вагопов различпых грузов. Если учесть, что бесконечные потоки
вагонов должны были пройти огромные расстояния в 2—3 и даже свыше 4 тыс. км,
и если представить себе, что все это происходило часто в условиях суровой ураль¬
ской пли сибирской зимы, а иногда под непрерывными бомбежками врага, то станет
очовидоп исключительный героизм советских людей, совершивших этот великий под¬
виг, которому нет равпых в истории.
Для осуществления эвакуации промышленности, особенно воепеой, требовались
исключительно организованная и четкая работа всех звепьев аппарата, занимаю¬
щегося эвакуацпей на всех ее уровнях и этапах, строго централизованное направ¬
ление и руководство ею, опирающееся на самую широкую инициативу и опыт ра-
76

ботпиков предприятии, до рядовых рабочих включительно, а также на помощь
местных организаций. Положиться в вопросах эвакуации хотя бы в малейшей мерб
иа самотек, предоставить ее стихии значило бы загубить дело.
Продуманная и слаженная организация, начиная от теплушки и эшелона, в ко¬
торых перевозились на Восток люди и материальные ценности, и кончая прави¬
тельственными органами, лежала в основе этого сложного дела. Постановлением ЦК
ВКП(б) и Совета Народных Комиссаров СССР от 24 июня 1941 г. был создан Совет
по эвакуации при СНК СССР. На него возлагались определение предприятий и уч¬
реждений, подлежащих эвакуации, установление сроков их перебазирования, под¬
бор баз и тыловых районов для размещения эвакуируемых предприятий, обеспече¬
ние их транспортом, продвижение эшелонов в пути и, наконец, общее наблюдение
за ходом восстановления эвакуированных предприятий на новых базах. Предприя¬
тия обязаны были указать не только начало и конец эвакуации, но и точный срок
возобновления производства на новой базе, а также лиц, ответственных за этот
процесс.
Характерно в этом отношении указание заместителя Председателя Совнаркома
СССР Н. А. Вознесенского на проекте постановления об эвакуации одного из пат¬
ронных заводов Наркомата вооружения: «тт. Устинову, Сергееву (ответственный за
развитие патронной промышленности.— В. Н.). Сегодня же доработать проект
(и вернуть в СНК). указав в нем: а) когда начнется валовой выпуск 7,62 мм и
12.7	мм патронов на новом .месте; б) кто отвечает за выполнение этого срока;
в) какой разрыв во времени (сколько дней) будет иметь место в производстве
7.02 мм и 12,7 мм патронов. 20.VII—41 г. Н. Вознесенский». На заводы были на¬
правлены представители наркомата, большей частью с группами специалистов. Па
наиболее важных предприятиях непосредственно находились также уполномочен¬
ные Совета по эвакуации. Как правило, руководство эвакуацией завода возглавля¬
лось или заместителем народного комиссара, или членом Коллегии, или начальни¬
ком Главного управления наркомата.
В помощь директорам на заводах создавались штабы по эвакуации, которые
разрабатывали ее планы п руководили их осуществлением. При погрузке на¬
чальники цехов отвечали за эвакуацию своего подразделения. В пути на каждый
эшелон назначались комендант и его помощник, а на каждый вагон с людьми —
староста. Такая организация дела, как показал опыт, обеспечивала планомерное и
сравнительно быстрое проведение эвакуации.
Эвакуация заводов промышленности вооружения началась спустя несколько
дней после начала войны. 3 июля 1941 г. ГКО принял постановление об эвакуации
из центральных районов и Ленинграда в города Поволжья, Урала, Сибири и Сред¬
ней Азии 26 заводов Наркомата вооружения. Первым приступил к эвакуации киев¬
ский артиллерийский завод («Арсенал»), в июле стала осуществляться эвакуация
ленинградских предприятий. Основная масса заводов (около 2/3) эвакуировалась в
октябре 1941 года. Заводам, возможность эвакуации которых можно было предпо¬
лагать еще в начале июля 1941 г., по согласованию с Советом по эвакуации было
дано указание о проведении подготовительных работ, в том числе о составлении
планов эвакуации, подготовке материальпо-техпическоы базы для ее осуществления,
а также базы для размещения эвакуированного предприятия на новом мосте.
Главное, на что ориентировались заводы,— это рассчитать п предусмотреть та¬
кую органпзацию работ по эвакуации, которая обеспечивала бы минимальные по¬
тери во времени с точки зрения выпуска вооружения для фронта. Составление
плана эвакуации предприятия являлось трудоемкой и кропотливой работой. В пла¬
не должны были быть предусмотрены все детали, учтепы особенности того или
ппого завода. Одним из основных при составлении плана был вопрос очередности
л последовательности отправки цехов и оборудования, что имело значение для
ускорения выпуска продукции па повой базе.
Для различных заводов он решался по-разному, в зависимости от характера
производства и оборудования, состояния задела узлов и деталей, от связи с дру¬
гими заводами в части поставок по кооперации и т. д. Некоторые заводы памечали
отправлять в порву го очередь сборочные цехи с заделом готовых детален, другие,
наоборот, посылали вперед заготовительные цехи. Как правило, все свободное обо-
77

рудоваиие и материалы, которые сразу могли понадобиться для восстановления про¬
изводства на новой базе, перебазировались в первую очередь. Если же обстановка
была напряженной и времени для эвакуации не хватало, то отправлялось только
самое ценпое и уникальное. В редких случаях, когда эвакуацию нужно было про¬
водить в максимально сжатые сроки, соблюсти такую последовательность не всегда
удавалось.
В планах по эвакуации точно фиксировались сроки подачи каждому заводу
эшелонов под погрузку оборудования и материалов, отдельно указывались число
и месяц подачи вагонов для эвакуации рабочих и других работников заводов и чле¬
нов их семей, а также сроки прохождения эшелонов до места назначения, время
их разгрузки. Особое внимапие уделялось срокам установки и монтажа оборудова¬
ния на новых местах, начала выпуска там военной техпики. Наличие таких пла¬
нов эвакуации, утвержденных Советом по эвакуации, позволяло планировать н
сроки восстановления эвакуированных предприятий па новых базах. Это давало
ориентацию другим заводам, заинтересованным в том пли ином предприятии как в
поставщике.
Подготовка и утверждение в правительстве планов но эвакуации были главной
задачей наркоматского штаба по эвакуации. Ответственность за выполнение этих
планов лежала па директорах заводов, начальниках главных управлений, заместите¬
лях наркома. За выполнение планов по эвакуации артиллерийских заводов отвеча¬
ли пачальник главка Н. Э. Носовский и заместитель наркома И. А. Мирзахапов,
за отрасль стрелкового вооружения и пулеметно-пушечного вооружения —
А. Б. Богданов и автор этих строк, за оптическую промышленность — начальник
главка по оптической промышленности А. Е. Добровольский и В. М. Рябиков, за
производство патронов — К. М. Герасимов и А. Н. Сергеев. Огромную работу прово¬
дил заместитель наркома В. Г. Костыгов, который был связан с Наркоматом путей
сообщения (НКПС), добиваясь вагонов и их своевременной подачи иод погрузку и
продвижения в пути. Н. Д. Агеев должен был своевременно переместить наши
строительные тресты, а замнаркома по кадрам Н. П. Карасев — высшие, средние
учебные заведения и ремесленные училища, которые находились в ведении нар¬
комата. В месяцы эвакуации к этому вопросу был подключен практически весь
аппарат наркомата.
Управление по материально-техническому снабжению обязано было обеспечи¬
вать заводы не только материалами для выполнения программы, по и всем необ¬
ходимым для эвакуации: утеплением для вагонов, в которых уезжали люди, лесо¬
материалами для упаковки наиболее точных видов оборудования и приборов,
погрузочными средствами и многим другим. Отдел рабочего снабжения добивался
фондов на продукты питания, требующиеся рабочим и их семьям при переезде на
новое место.
Объем и многообразие вопросов, которые надо было решать при подготовке эва¬
куации, характеризуют приказы того времени по отдельным заводам. Приказом
от 16 июля 1941 г. по Тульскому оружейному заводу предусматривались создание
при каждом цехе бригады такелажников, изготовление тележек для перевозки обо¬
рудования, пробивка проемов в стенах зданий, устройство площадок для погрузки
и выгрузки оборудования, реконструкция железнодорожной ветки, проектирование и
постройка мостов через р. Упу п т. д. Приказом от 17 сентября того же года по
тому же заводу намечались следующие мероприятия: создание дополнительных
площадок для погрузки и выгрузки оборудования со второго и третьего этажей, при¬
крепление к каждому станку, агрегату и прибору таблички-бирки с указанием но¬
мера цеха или отдела и номера детали, обрабатываемой на станке, с обязатель¬
ным дублированием этих данных масляной краской на корпусе станка.
Все это готовилось уже в июле — сентябре, эвакуация же завода началась 12 ок¬
тября 1941 года. Проведение такой подготовительной работы было жизненно необ¬
ходимо. В 20 числах сентября я выехал в Тулу для решения вопросов, связанных
с эвакуацией. Завод, руководимый Б. М. Пастуховым, производил пулеметы для во¬
оружения самолетов — ШКАС (т. е. Шпитального и Комарицкого авиационный ско¬
рострельный) и станковые пулеметы «максим». В цехах работа шла полным ходом.
Внутри цехов прокладывались железнодорожные пути, что позволяло расширить
78

■погрузку оборудовании. Рабочие спрашивали меыя. когда же будем трогаться на
Урал. Я отвечал, что точный срок пока пе установлен. Все зависит от того, как
пойдут дела на фронте. Рабочие говорили, что все это верно, но ведь не только
в станках суть, их отгрузить дело пемудреное, а вот как родной край оставить,
где выросли, где отцы п деды жили и работали? Лучше бы нас на фронт послали,
хотим Тулу от фашистов отстаивать. На другом тульском заводе, где был директо¬
ром А. А. Томилин, вижу, что все станки буквально разукрашены красками. Ока¬
зывается, здесь позаботились о том, как быстрее организовать дело на новом месте.
На каждом станке обозначен номер, чтобы знать, в какой цех ставить, на какую
операцию, чтобы побыстрее начать работу.
Встретились большие трудности с выбором баз для размещения эвакуируемых
предприятий в тыловых районах. Такими районами являлись Урал, Сибирь и отча¬
сти Поволжье. За годы пятилеток они стали крупнейшими промышленными райо¬
нами страны. Их наличие позволяло решить проблему перебазирования промыш¬
ленности в годы войны, восстановления и развертывания ее на новых местах. Толь¬
ко во втором полугодии 1941 г. было перебазировано на Восток 2593 промышленных
предприятия, в том числе 1523 крупных. Это целая индустриальная держава, кото¬
рая пополнилась затем в результате второй волны эвакуации летом 1942 г., когда
враг стал наступать на южном направлении.
Промышленность Востока пе могла, копечпо, сразу вобрать в себя ту колоссаль¬
ную массу оборудования, которая двигалась с эвакуированных предприятий. Тре¬
бовалось срочное строительство большого количества повых и расширение дейст¬
вующих заводов. В условиях воины повое строительство сопровождалось большими
трудностями, в основном вследствие недостатка строительных материалов и рабо¬
чей силы. Поэтому нужно было использовать все имеющиеся возможности для ско¬
рейшего размещения и пуска эвакуируемых заводов. С этой целью наряду с дей¬
ствующими заводами и фабриками стремились пустить в дело все, что более или
.менее могло быть приспособлено под производство: незаконченные стройки, зда¬
ния институтов, клубов, школ, складов и даже конюшен.
Каждый наркомат, естественно, старался закрепить за собой наиболее подхо¬
дящие базы. И хотя при этом предпочтение отдавалось наркоматам воепной про¬
мышленности, но и им далеко пе всегда удавалось достаточно успешно размещать
эвакуируемые предприятия. К тому же вопросы выбора и закрепления баз при¬
ходилось решать быстро, в связи с чем выезд на место не всегда был выполним.
Заботила в первую очередь возможность обеспечения того или ипого завода энерги¬
ей. подходящими производственными площадями, подъездными путями, жильем
для работающих. Подобрать такие места с наличием всех перечислеппых условий
практически не удавалось. С учетом всех этих факторов приходилось некоторые
заводы эвакуировать в несколько пунктов. Так, один из тульских заводов был эва¬
куировал в четыре города, другой из того же города - в три пункта, удаленных
друг от друга на сотни километров.
В связи с эвакуацией так или иначе нарушалась система кооперированных по¬
ставок: заводы эвакуировались в различное время, в разные места, иногда очень
удаленные друг от друга, что в условиях военного времени представляло большие
неудобства (транспортировка, длительные поездки для согласования различных во¬
просов и т. д.). Поэтому при эвакуации стремились, насколько это было возмож¬
но, без ущерба для увеличения выпуска вооружения освобождаться от кооперации
и сосредоточивать производство изделий в одном месте. Одип из заводов Москвы
(бывш. «Металлолампа») был ликвидирован в связи с тем, что производство мага¬
зинов для пулеметов, организованное на этом заводе, было передано заводам, ко¬
торые производили пулеметы: магазины к ДГГ (Дегтярева пулемет) и ДТ (Дегтярева
танковый) —заводу в Коврове, магазшш к пистолету-пулемету Шпагина (ППШ) —
заводу, который производил пулеметы и эвакуировался в район Заволжья. Такие
же меры принимались по производству пушек, оптики и другой военной техники.
Опыт работы в условиях войны пеликом подтвердил правильность этих меро¬
приятий.
В течение августа — октября 1941 г. была проделана большая работа по подбо¬
ру более или мепее пригодных баз па Востоке для размещения эвакуированных
та

предприятий Наркомата вооружения. Местные партийные и советские организации
стремились сделать все возможное, чтобы принять и разместить больше заводов и
скорей ввести их в действие. Несколько позднее, встречаясь с секретарями област¬
ных комитетов партии Татарской, Марийской и Удмуртской АССР, горкомов Сверд¬
ловске, Челябинска и Новосибирска, я всегда поражался смелости решений, при¬
нимаемых руководством этих областей и городов по размещению на их территории
огромного количества предприятий, производящих военную технику, изготовляющих
обувь, одежду, продукты питания и др. Казалось, что задачи памечаюгея непосиль¬
ные. Взять, например, Челябинскую область, партийную организацию которой воз¬
главлял в то время Н. С. Патоличев. Маленькая станция неподалеку от Златоуста
под названием Уржумка. Строится повый завод, еще нет ни окон, ни дверей, а уже
поступают эшелоны с людьми, с оборудованием для производства сложпейшсх ви¬
дов вооружения. Жилья свободного нет. Наскоро строятся бараки для размещения
людей. И вот в этих условиях усилиями вновь прибывших и местных рабочих,
а также населения области вопрос решается так, что перерыв в выпуске вооруже¬
ния в связи с перемещением не превышает 40 дней. Другой пример: Удмуртский
областной комитет партии, возглавляемый А. П. Чекиновым, уже при перегрузке
действующих заводов поддерживает решение наркомата разместить дополнительно-
производство противотанковых ружей, не имея ни помещения, ни станков. Сов¬
местно с наркоматом находят выход из положения и организуют производство в.
течение месяца. Это не чудо, а быль. И таких фактов — сотни. Добавлю, что
местные жители всегда предоставляли свое жилье для эвакуированных рабочих и
пх семей, уплотняясь и лишаясь при этом элементарных удобств.
Для размещения заводов вооружения нам были переданы в глубоком тылу
10 предприятий по металлообработке из других наркоматов, не занимавшихся изго¬
товлением военной продукции, 8 предприятий из других отраслей промышленности,,
9 не закопченных строительством заводов и фабрик, 17 учебных заведений (инсти¬
туты, техникумы, школы), 7 различных объектов тыла: воинские казармы, гаражи,
магазины, склады. Выручало то, что были свои четыре не законченных строитель¬
ством завода и, кроме того, в большой степени использовались действующие заво¬
ды нашего же наркомата, находившиеся в тылу, путем их уплотнения, достройки
и реконструкции. Только в Ижевск было направлено около 4 тыс. единиц обору¬
дования с заводов стрелкового вооружения, подлежащих эвакуации, и 5 тыс. единиц
направлено на еще одип педостроенпый завод того же профиля.
Быстро набранные темпы выпуска военной техники в течение июля — сентяб¬
ря 1941 г., когда рост их производства по всем видам был увеличен от 2 до
9 раз, подтверждают хорошую подготовку промышленности вооружения к войне.
Однако в октябре и ноябре 1941 г. выпуск вооружения стал резко падать в связи
с частичной утратой кадров и исчерпанностью сырья. Не обходилось дело и без
крупных неприятностей, особенно в начале эвакуации. В последних числах июля
мпе позвонил И. А. Мирзаханов и попросил зайти к нему. Туда же направ¬
лялся и В. Г. Костыгов. Вид у хозяина кабинета был возбужденный. Смотрит на
нас, не мигая, большими карими глазами из-под черных с сединой бровей и нервно
крутит в руках карандаш. Он был значительно старше нас, в наркомате начал рабо¬
тать с 1939 года. Опытнейший сотрудник, бывший ранее директором ряда артилле¬
рийских заводов, он пользовался большим авторитетом. Мирзаханов сказал, что ему
нужна наша помощь. Дело в том, что его вызвал И. В. Сталин и потребовал
объяснить, как получилось, что мы не можем дать войскам самых ходовых артил¬
лерийских систем 45-мм и 76-мм калибров? Кто в этом виноват? Что можно сделать,
чтобы быстро поправить положение? Я ответил, продолжал рассказывать Иллари¬
он Аветович, что на снятии этих пушек с производства настаивал Наркомат обо¬
роны, в частности начальник ГАУ Г. И. Кулик; они даже не включили их в заказ
на 1941 г., т. к. предполагали заменить их новыми, лучшими. «Вы говорите
„они“,- возразил Сталин.- А Вы что же, сторонний наблюдатель? Как заместитель
наркома вооружения, к тому же по артиллерии, разве не понимали, что нельзя
так делать — снимать с производства основные системы, в общем-то хорошие, не
давая взамен ничего лучшего? А если понимали, то как старый коммунист должны
были стучаться во все двери вплоть до ЦК и доказывать, что так делать нельзя».
80

Я ответил Сталину, что перед принятием такого решения положение дел изуча¬
лось тремя авторитетными комиссиями. Одну из них возглавлял секретарь ЦК
ВКП(б) Г. М. Маленков, другую — зам. Председателя Совнаркома СССР В. М. Мо¬
лотов, третью — секретарь ЦК ВКП(б) А. А. Жданов. Сталин не ссал больше ничегп
слушать и сказал мне, чтобы мы сами подумали и передали Устинову: пусть он
тоже обстоятельно подумает, как нам быстро выправить положение.
Вот такой был разговор. Видимо, Сталин «запамятовал», что после того, как дело
разбиралось в трех комиссиях, эти пушки сняли с производства по его прямому
указанию. Мотивировалось ото тем, что такие пушки будут слабы против немец¬
ких танков, да и калибр должен быть более крупным. Однако пушка более крупного-
калибра не была отработана, так что взамен в тот период ставить па производство
было нечего. Нужно было срочно искать выход, к тому же завод, выпускавший
противотапковые пушки калибра 45-мм, был размонтирован и готов к эвакуации.
Решили ее убыстрить, разыскать вагоны с оборудованием и установить контроль
за их продвижением, а па повой базе помочь быстрому восстановлению этого
производства, вне очереди давать с ижевских заводов штамповки, инструмент,
приспособления, помогать также металлом. По пушке калибра 76-мм Мнрзаханов нам
никаких просьб не высказал, да это и понятно, так как их производство должно-
было восстанавливаться на старой базе в тылу, а это во мпого раз упрощало и со¬
кращало сроки возобновления производства.
Прошло два дня. Поздней почыо я был у наркома: обсуждали вопросы о быст¬
ро:: увеличении выпуска винтовок в Ижевске. По телефону позвонил Сталин и ска¬
зал. что в Государственный Комитет Оборопы поступил доклад маршала Кулика,
который сообщает, что для формирования новых стрелковых частей в августе ие
хватает 330 45-мм противотанковых пушек и 200 пушек 76-мм калибра. На базах
Главного артиллерийского управления (ГАУ) их пет, получить их можно только за
сч< т выпуска промышленностью. Дальше разговор замолк. Сталин молчит, и Усти¬
нов молчит. Затем Сталин продолжал: «Совсем недавно Кулик, да и Тимошенко до¬
кладывали мне совсем другое. Заверяли, что у нас орудий именно этих калибров
хватит с избытком. Просили прекратить их производство. Но за это спрос с них.
Вам, товарищ Устинов, нужно тщательно взвесить ваши возможности по увеличению
поставок армии этих пушек. Сделать это срочно и доложить мне лично».
Опять в наркомате был поднят тот же вопрос, который мы рассматривали у
Мпрзаханова; опять Костыгов докладывает, где вагоны, двигающиеся на Восток со-
станками, людьми и незавершенным производством по выпуску 45-мм противотан¬
ковых пушек. Однако начать выпуск противотанковых пушек можпо было не
раньше конца сентября. Даже для мирного времени этот срок казался немыслимым.
Но в военное время делался расчет на энтузиазм людей, начиная с рабочего и
ковчая наркомом. С этими мыслями и уехал на следующий день нарком в ГКО.
Мы с нетерпением ждали его возвращения. Вернувшись, он нам вкратце передал,
что там было. Других сроков, конечно, никто предложить не мог. Но Сталин заявил,
что, свертывая перед войной налаженное производство орудий массового потребле¬
ния армией еще до полного освоения идущих им на смену образцов, мы допустили
серьезную ошибку, можно сказать, непростительный просчет. Дальше оп сказал,
что наше решение было недальновидным. Пожалуй, теперь не время искать винов¬
ных. Надо любой ценой обеспечить выпуск пушек в достаточных количествах.
Наркомату вооружения и Госплану было поручено составить график ежедневно¬
го выпуска пушек, за его выполнением будет установлен особый контроль. В даль¬
нейшем героизм людей позволил выдержать сроки выпуска и выполнение графи¬
ков, хотя все было не тан просто. Рабочие, инженеры не выходили в сентябре и
октябре 1941 г. из помещений цехов иногда неделями. Наше счастье, что противо-
танковые пушки были эвакуированы на завод, который был действующим и мог
сразу по прибытии эшелонов начать работу. Сталин следил за ходом восстановле¬
ния производства, малейшие срывы становились ему известны.
Заводы стрелкового вооружения по сравнению с другими отраслями окэеались
в более благоприятном положении. Около 4 тыс. единиц оборудования этих заводов
было отправлено на Ижевский машиностроительный завод, из них свыше 3 тыс.—
с производства самозарядных винтовок и около 1 тыс. единиц—с производства
81

пистолетов ТТ (Тульский Токарева) и револьверов системы «наган» Тульского за¬
вода и станкостроительного производства Тулы. Темпами военного времени, букваль¬
но за несколько месяцев, в Ижевске был построен новый завод, получивший пазва-
пне «Деревянного». На этом заводе было организовало производство револьверов
«наган» и пистолетов ТТ, а в дальнейшем — и противотанковых ружей. Здесь же,
в Ижевске, па полученном из другой отрасли мотоциклетном заводе, переданном
нашему наркомату, было организовано производство пулеметов «максим».
Свыше 5 тыс. единиц оборудования было отправлено из Тулы па Урал, где
на [ним наркоматом строились два завода стрелкового оружия. Строительство было
начато еще в 1938 г., но к началу войны пе было закопчепо. Сюда были эвакуи¬
рованы производство пулеметов «максим» с Тульского завода, производства 12,7-мм
авиационных пулеметов Березина, 23-мм авиационпых пушек Волкова — Ярцева и
пулеметных стапков Соколова также из Тулы. Пришлось быстро заканчивать строи¬
тельство, чтобы организовать производство этого вооружения. Еще во многих цехах
пе было полов, бытовых помещений, а станки уже работали.
Для размещения заводов стрелкового вооружения были переданы Наркомату
вооружения также три не законченных строительством предприятия. На строя¬
щийся завод нефтяпого машиностроения «Нофтематстроп» в Заволжье было эва¬
куировано производство авиационных пулеметов ШКАС с Тульского завода и
12.7-мм универсального пулемета ДШК (Дегтярева и Шпагина крупнокалибер¬
ный) с подмосковного завода. Строящаяся брикетная фабрика медпо-серного завода
в Медногорске была занята под производство самозарядной винтовки на оборудо¬
вании, вывезепном с завода из Тулы. На строящуюся шпульную фабрику в район
ТТредуралья было эвакуировано производство пулеметов-пистолетов Шпагина из
Подмосковья. Все три строительства потребовали исключительно напряжеппой ра¬
боты для их окончания в кратчайший срок, чтобы можно было быстро наладить
поточпое производство.
Много трудностей возникло при размещении заводов оптической промышленно¬
сти. Основными базами им служили учебные заведения, незаконченные стройки и
другие малоприспособленные для этих целей объекты. Два завода оптического стек¬
ла (один — из Ленинграда, другой — из Изюма Харьковской обл.) были вывезены па
Восток и разместились на заводе художественного стекла, который был реконструи¬
рован и являлся основным заводом, обеспечивавшим промышленность оптическим
стеклом.
Вспоминаю, как проходила эвакуация завода из Изюма. Мпогие эшелоны с обо¬
рудованием уже ушли. Неотгруженпое оборудование подвергается непрерывной бом¬
бежке. Все учреждения покинули город. Воинские части уже выведены из города в
связи с опасностью окружения. Демонтаж и отгрузка оставшегося оборудования
производились рабочими, с которыми тут же надо было расплачиваться наличными
депьгами. Вагопов недоставало, их надо было искать на близлежащих станциях п
по карьерам. Руководили работами парторг ЦК ВКП(б) Шеповалов и главный тех¬
нолог завода Бужинскпй. Все было отгружено, эвакуация завершилась успешно. Это
только одип эпизод, который мог закончиться трагически для задержавшихся то¬
варищей.
Два других завода были эвакуированы на вновь строившиеся оптические за¬
воды. На одну стройку в Заволжье был эвакуирован ленинградский Оптико-меха-
инчоский завод. На другую (г. Йошкар-Ола), с очень незначительным процентом
готовности, был эвакуирован 2-й Государственный оптический институт и одесский
завод КИНАП (киноаппаратуры), находившийся в ведении Комитета по делам кине¬
матографии при СНК СССР и переданный в промышленность вооружепия. Москов¬
ский оптический завод был эвакуирован на Урал на не законченные строитель¬
ством макароппую и конфетную фабрики. Сюда же был эвакуирован из Москвы
другой оптический завод. Для его размещения были использованы помещения пе¬
дагогического института, школы и музыкального техликума. В Томском университете
разместились эвакуированный из Подмосковья оптический завод и часть Изюмского
завода. Здесь осуществлялось производство биноклей. Из-за серьезпых затруднений
с обеспечением завода электроэперглей этот завод в 1944 г. был реэвакуирован.
Особые трудности встретились при подборе места для одного из крупных под¬
82

московных заводов оптики, директором которого был Котляр. В конце копцов он
был размещен в Сибири на площадях шести объектов, далеко расположенных друг
от друга. В период становления этого завода па повом месте пришлось проделать
колоссальную работу, чтобы быстро ввести в строй его производство, имевшее
важное значение для снабжении армии. В Сибирь были эвакуированы и два опти¬
ко-механических завода из Ленинграда. Опи были размещены на площадях инже-
нерно-строитслыюго института п техникума связи, а также в зданиях сельскохо¬
зяйственного и веторнпарпого институтов.
Подбор баз для патронном промышленности осложнялся тем, что наряду с пе¬
ребазированном почти всех действующих патронных заводов (86%) требовалось,
создать много новых предприятий по производству патронов, т. к. расход боепри¬
пасов в связи с огромным насыщением армии автоматическим оружием стал ко¬
лоссальным. Создание новых натроппых заводов шло за счет эвакуации оборудо¬
вания в несколько точек, т. е. от действующих заводов как бы отпочковывались
новые патронные заводы. Луганский патрошшн завод эвакуировался в семь раз¬
личных пунктов, и в каждом из них создавались новые заводы. Это объяснилось
тем, что по характеру производства па патропных заводах мало тяжелого обору¬
дования и для его размещения было легче подобрать нужные помещения. Для со¬
здания новых патронных заводов Наркомату вооружении на Востоке страны было-
предоставлено значительное количество объектов различного назначения, таких, па-
пример, как часть меланжевого комбината, подковный завод, металлургический за¬
вод. льнопрядильная фабрика, часть бумажного комбината, мотороремонтный, чу¬
гунолитейный заводы, часть табачной фабрики, автомобильный гараж, швейная
фабрика, 9 высших учебных заведений, строящийся льняной комбинат, помещения
фабрики «Игрушка» и фабрики местной промышленности «Ручка», склады «Загот-
зерно» и база автотракторосбыта.
Все это были новые базы, расположенные за Волгой, на Урале и в Сибири,
п попятно, что они должны были полностью перестраиваться, чтобы на них мож¬
но было организовать производство патронов. На перечисленных базах было орга¬
низовало почти втрое большее число патронных заводов, чем их было до войны,
и создана мощная патронная промышленность, целиком удовлетворявшая в по¬
следние годы войны потребность фронта в патропах.
Количество производственных площадей, предоставленных для размещения
эвакуируемых предприятий, было крайне недостаточным. Между тем требовалось не
только восстановить номенклатуру и объем производства, по и увеличить выпуск
изделий в несколько раз по всем видам военной техники и параллельно с этим
разрабатывать и производить новые образцы оружия. Если учесть, что большин¬
ство полученных площадей были малопригодны для организации на них соответст¬
вующего производства, то станет очевидным, какую титаническую работу пришлось
провести по скорейшему восстановлению и развитию эвакуированной промышлен¬
ности на Востоке.
В период эвакуации часто приходилось решать вопрос: нужно ли эвакуировать
то или иное предприятие и когда начинать это делать? Вопрос сложный, и реше¬
ние его зависело от многих факторов. С одной сторопы, в случае непосредственной
военной опасности нужно было успеть своевременно вывезти материальные ценно¬
сти и людей, с другой — нельзя было начинать эвакуацию рапыпе, чем это необ¬
ходимо, или вообще нопапрасну и тем самым лишить фронт даже па какой-то
отрезок времепи продукции, выпускаемой данным заводом. Учитывались и такие'
моменты, как роль завода в обеспечении фронта оружием, его уникальность, нали¬
чие базы в тылу для размещения, связь завода с другими предприятиями и т. п.
При решении этого вопроса, естественно, не могло быть единого критерия, год¬
ного при всех обстоятельствах. В каждом отдельном случае приходилось учитывать
все конкретные условия. Основополагающим фактором являлась, конечно, обстанов¬
ка на фронте. В тех случаях, когда он быстро приближался, могло быть только
одшо решение — немедлеппая эвакуация, и чем скорее, тем лучше. Но даже и в
подобных случаях были некоторые исключения.
Завод Наркомата вооружения в Брянске почти с первых дней войны стал под¬
вергаться палетам фашистской авиации, к июлю же линия фропта быстро продви-
83

талась к этому городу. Решение об эвакуации завода состоялось 23 июля 1941 г.,
по фактически завод работал до середины августа, т. к. нужно было обеспечить
выпуск платформ для 85-мм зенитных пушек и создать необходимый задел на
время переезда. Хотя бомбежки и обстрелы с самолетов врага с каждым днем
учащались и усиливались и от зажигательных бомб на заводе возникали пожары,
рабочие, инженеры и служащие завода продолжали с непоколебимым мужеством
выполпять своп долг, обеспечивая фронт боевыми машипамп. Эвакуация завода
была закончепа 25 августа 1941 года. На эвакуацию Изюмского завода оптического
стекла потребовались 2.5 недели,
В своеобразной обстановке проходила эвакуация ленинградских предприятий.
В июле 1941 г. фашистские захватчики быстро продвигались к Ленинграду, участи¬
лись налеты их авиации на город. Нависла угроза перекрытия железной дороги
Ленинград — Москва. Положение становилось напряжеппым. Принимались меры к
защите Лепннграда. Было решено провести частичную эвакуацию его пред¬
приятий, вывезти паиболее ценное, уникальное оборудование, оставив, однако, все
необходимое для обороны города и для боевого снабжения фронта. Такое решение,
посомттонпо, имело и еще одно важное значение. Когда бойцы Ленинградского
фронта да и сами ленинградцы видели, что Ленинград готовится к отпору врагу,
заводы и фабрики неустанно выпускают оружие и делают все необходимое для его
защиты, это вызывало моральный подъем, давало новые силы. Аналогичное поло¬
жение создалось в Сталинграде в 1942 году. Предприятия города, в том числе и
артиллерийский завод («Баррикады»), не были эвакуированы. И это сыграло исклю¬
чительно важную роль в защите города.
Только два ленинградских завода промышленности вооружения были эвакуи¬
рованы полностью, причем на одном из них оставили несколько десятков стапков
для производства взрывателей к гранатам. Оборудование остальных заводов было
вывезено в пределах от 40% до 90%. Эвакуацию ленинградских предприятий нача¬
ли во второй половине июля 1941 г. и прекратили в 20-х числах августа, после
того как фашистские войска перерезали железнодорожную магистраль Ленинград —
Москва. На оставшемся на заводах оборудовании были организованы производство
и ремонт пушек, пулеметов, танков и приборов. Лишь в 1942 г., когда вследствие
блокады Ленинград был лишен топлива и энергии, пришлось вывезти значитель¬
ную часть остального оборудования. Многие тысячи станков, транспортированных
по льду Ладожского озера, послужили большим подспорьем для производства во¬
оружения в других районах страны. Ленинградцам надо воздать должное — их стой¬
кости, мужеству, изобретательности, которые они проявили, отправляя это обору¬
дование на «Большую землю».
Эвакуация большинства московских и подмосковных предприятии, включая за¬
воды Тулы, пачалась 7—12 октября 1941 г., в период напряженного положения на
Западном фропте, и закончилась в основном к концу октября, за исключением от¬
дельных заводов, которые продолжали вывозить остатки своего имущества, и позд¬
нее. Некоторые московские заводы, однако, начали эвакуацию значительно раньше.
Два оптико-механпчеекпх завода приступили к ней в августе 1941 года. Оба завода
являлись поставщиками приборов для авиационных заводов, причем единственны¬
ми предприятиями, выпускавшими такую продукцию, как аэрофотоаппараты, авиа-
прицелы и др. В случае неожиданного прекращения их работы ущерб фронту был
бы очень чувствительным. Исходя из этого данным заводам заранее, еще в июле
1941 г., были предоставлены базы для эвакуации на Восток. Лишь создав задел
своей продукции, обеспечивающий бесперебойную работу авиационных заводов,
они начали эвакуацию.
Два подмосковных патронных завода начали эвакуацию в июле и августе, как
только нолучилн возможность перебазирования на Восток. Это диктовалось тем. что
иметь под Москвой круппые патронные заводы в условиях участившихся налетов
фашистской авиации было нецелесообразно и рискованно. В напряженной обста¬
новке проходила эвакуация Калужского и Новочеркасского машиностроительного
заводов в октябре 1941 года. Погрузка оборудования Калужского завода была осу¬
ществлена всего за 6 дпей, причем последний эшелоп уходил, когда враг паходился
почти на окраине города.
84

Одним из ответственных этапов эвакуации заводов являлась погрузка в эшело¬
ны оборудования, материалов, задела узлов и деталей. Все работы по демонтажу
и погрузке оборудования производились силами самих рабочих. Когда начинали
снимать с фундаментов оборудование, многие рабочие, особенно старые кадровики,
десятки лет проработавшие на заводе, а иногда именно в этом цехе (особенно на
старых заводах, таких, как «Большевик» — бывший Обуховский, киевский завод
«Лрсепал»), плакали. Но тем более жгучей становилась их ненависть к немецким
захватчикам, тем больше желание сделать все для обороны, для победы над
врагом.
Вот как описывают начало эвакуации цеха № И одного из артиллерийских
заводов участники его эвакуации: начальник цеха К. П. Новиков получил приказа¬
ние директора завода приступить к эвакуации цеха и закончить демонтаж и от¬
грузку оборудования к 14 октября 1941 года. Было дано подробное разъяснение,
как снимать и грузить оборудование, да и сам он продумал за последние дни все
эти вопросы. Но в цех вернуться он медлил: нужно объявить рабочим об эвакуа¬
ции, а это было для пего самым трудным. Нужно было сказать старым кадровым
рабочим, вместе с которыми он работал многие годы на заводе и прошел долгий
путь от учепика токаря до начальника опытного цеха, в котором ценой упорного
труда н многих бессопных ночей создавались первые образцы красивых н грозных
машип. что нужно оставить и завод п город. Когда Новиков подходил к цеху,
издали оп увидел распахнутые настежь ворота п рабочих, настилавших железно¬
дорожный путь в цех. Начальника цеха ждали. Всюду стояли люди, и когда оп
пошел к площадке в конце цеха, где всегда проходили собрания, все молча двину¬
лись за ним. Новиков встал па ящик1 и сиял фуражку. «Выше!» — крикнули из
дальних рядов, и оп поднялся на платформу от пушки. Вокруг, сомкнувшись тес¬
ным кольцом, стояли рабочие, понурив головы. «Товарищи! Получено распоряжение
правительства об эвакуации нашего завода»,— начал Новиков. Он говорил о том,
что нужно быстро и организованно вывезти завод из-нод ударов врага и в крат¬
чайший срок начать выпуск на повой базе необходимых для фропта пушек, вывез¬
ти оборудование аккуратно и без потерь. По мере того, как говорил начальник
цеха, поднимались головы рабочих, на лицах выражалась твердая решимость: они
сделают это.
Тут же рабочие были разбиты на бригады, начались работы по демонтажу и
погрузке оборудования. Бригады под руководством механика цеха Пахомова и
старших мастеров Нестерова. Малофеева и Ефимова работали в течение пяти су¬
ток. 14 октября 1941 г., в предписапный срок, все оборудование, заготовки и заделы
деталей были отгружены, цех подметен и сдан охране завода. В этот же день ос¬
новная масса рабочих цеха № 11 во главе с начальником цеха Новиковым п парт¬
оргом Пановым выехала на Восток.
Погрузка эшелонов строго ограничивалась во времени, в вагопах была большая
нужда, подавались они не всегда в достаточном количестве. Большинство заводов
вооружения имели тяжелое оборудование, но далеко не все располагали надлежа¬
щими подъемпо-трапспортпымц средствами. Некоторые заводы, например в Ленин¬
граде, не имели даже подъездных железнодорожных путей. Задачу доставки
оборудования к месту погрузит: и погрузку его в эшелопы приходилось решать
различными способами, причем проявлялось немало изобретательности, сноровки
и риска. Подвозили оборудование па автомашинах, подтягивали тракторами, лебед¬
ками, вручную при помощи подкладных роликов. Для передачи оборудования с
верхних этажей в зданиях, где не было подъемников, устраивались паклоппые эста¬
кады, оборудованные лебедками.
У мест погрузки также устраивались специальные эстакады. Они часто обору¬
довались лебедками, С этих эстакад, расположенных па уровне пола вагопа, обо¬
рудование загружалось в вагоны. Как правило, с целью создания более широкого
фронта погрузки, ускорения последней и сокращения времени простоя вагонов под
погрузкой создавалось несколько таких эстакад. Некоторые заводы прокладывали
железнодорожные пути в цехах п использовали для погрузки мостовые краны. На
одном из заводов применили следующий интересный способ погрузки тяжелого
оборудовании па платформы: паровой кран, которым производился подъем, был
85

наглухо прикреплен к рельсам, что позволяло поднимать грузы, в несколько раз
превосходящие его номинальную грузоподъемность. Например, основание кузнечно¬
го молота весом 18 т поднимали двумя пятитонными кранами.
Перед отправкой оборудование тщательно смазывали, чтобы уберечь его от
ржавчины. При погрузке на открытые платформы производилась специальная упа¬
ковка: станки покрывались толем или рубероидом и обшивались досками. Для
предотвращения подвижки оборудования на платформе производилось специальное
крепление. Цепные материалы, инструмент, приспособления, полуфабрикаты упако¬
вывались в ящики.
Эвакуация заводов пе ограничивалась только тем, что вывозили оборудование
и материалы. Администрация заводов и рабочие стремились увезти все, что могло-
пригодиться для скорейшего пуска и лучшей организации производства на новой
базе, учитывая, что получить материалы, оборудование, инвептарь на новом место
в условиях войны было почти невозможно. Увозили и строительные материалы и
механизмы, кабель, электропровода, паро- и водоарматуру, различное вспомогатель¬
ное оборудование, сантехнические устройства, рабочие верстаки, тумбочки и да ж в
мебель, используя для этого тоннаж и свободное место в вагонах, остававшиеся пос¬
ле погрузки станков и машин. При организации производства на новых базах все
привезенное пригодилось.
Необходимо было позаботиться и об оборудовании вагонов, в которых ехали
люди, утеплить их, устроить нары, обеспечить запас пищи. Как правило, кроме-
личного запаса продуктов питания для всех эвакуированных, каждому эшелону за¬
воды давали некоторое дополнительное количество продуктов.
Вся эта тяжелая работа требовала огромного напряжения сил от рабочих. Но
опи, не считаясь ни с трудностями, ни со временем, ни с усталостью, днем и
ночью, в дожди и морозы, часто по нескольку суток не выходя с завода, собирали
и грузили большое хозяйство завода. Для того чтобы во всей полноте представить
эти трудности, необходимо учесть, что эвакуация нередко проводилась в условиях
частых налетов вражеской авиации. Рабочие, но прекращая погрузки во время
налетов, сами же тушили пожары, возникавшие от зажигательных бомб.
В некоторых случаях напряженность обстановки усугублялась тем, что враг„
быстро продвигаясь, находился па близком расстоянии. Калужский завод начал эва¬
куацию оборудования 6 октября 1941 г., когда уже были слышны раскаты ар¬
тиллерийской канонады напиравшего на город врага. Отправка третьего эшелона,
сформированного 10 октября в составе 47 вагонов с людьми, задержалась из-за от¬
сутствия паровоза. Медлить было нельзя ни одного часа. Завод своими силами па-
скоро приспособил один уже не используемый паровоз, но паровозная бригада
принять такой паровоз отказалась. Тогда за машиниста встал пачальник техниче¬
ского отдела завода инжепер Балашов, помощником — один из инжеперов, а вся
кондукторская бригада была подобрана из рабочих завода. Вечером 10 октября, за
сутки до вторжепия оккупантов в город, эшелон Балашова вышел в направлении на
Тулу, но после безуспешной попытки пробиться вернулся на Московскую ветку и
через сутки подходил к Москве, а 3 ноября благополучно прибыл к месту назначе¬
ния в Сибири. 11 октября последний эшелон с оборудованием минометного цеха
из-под самого носа врага ушел из Калуги в Москву.
Железнодорожпые пути и станции, расположенные в районах, из которых про¬
ходила эвакуация, и близких к ним, были забиты эшелонами и поездами. Продви¬
жение эшелопов па этих участках шло медленно, под непрерывными бомбежками.
Эшелоны ипогда, хотя и очепь редко, сопровождались нашими истребителями,
а некоторые из них имели в своем составе платформы с зенитными пушками. Это
помогало устрашать фашистские самолеты.
Несмотря на столь широкий размах эвакуации, колоссальную работу, которую
приходилось проделывать, и чрезвычайные трудности, с которыми при этом при¬
ходилось сталкиваться, заводы, если этого требовали обстоятельства, выезжали
быстро и увозили с собой все подчистую. Особенно четко и оперативно проводи¬
лась эвакуация в Киеве и Ленинграде. В зависимости от объема эвакуации заводам
требовалось отгрузить от 150 до 2500 вагонов за весь период эвакуации. На сроки
влияла также военная обстановка. Поэтому период от начала погрузки до конца
86

эвакуации составлял от 6 до 40 дней. Большинство заводов укладывалось в 20—
30 дней. Один из артиллерийских заводов, изготовлявших комплектующие изделия
для пушек, был эвакуирован из Европейской части страны на Восток за шесть
дней (правда, потребовалось всего 150 вагонов). Там же, где враг приближался не
так быстро и эвакуация требовала отгрузки более 2 тыс. вагонов (например, узел
тульских заводов), продолжительность эвакуации составила около месяца.
Существенным фактором эвакуации являлась быстрота продвижения эшелонов
в пути. Чем меньше тратилось времени на дорогу, тем скорее можно было восста¬
новить заводы па новых местах. При этом необходимо иметь в виду особые усло¬
вия работы железно дорожного транспорта в то время: перегрузка воинскими пере¬
возками, перевозками эвакуированных предприятии и учреждений, недостаток
порожняка и т. д. Учитывая эту обстановку, можпо считать, что эшелоны двига¬
лись, за отдельными исключениями, быстро. Например, при продвижении эшелонов
на Восток на расстояние примерно 3-3,5 тыс. км время в пути составляло от
12 до 16 дней, при расстоянии 4—4,4 тыс. км это время колебалось от 17 до
25 дней. При этом в минимальные сроки продвигались эшелоны с людьми. В тех слу¬
чаях, когда имели место значительные задержки в пути, наркоматом принимались
экстренные меры через 1-1К ПС или Совет но эвакуации. Особенно часто звонили и
ездили к начальнику Главного управления тыла Красной Армии А. В. Хрулеву. Нар¬
комат имел телеграфную связь с большинством эшелонов в пути и в случае каких-
либо недоразумений принимал оперативные меры по их устраиепию.
Правительство проявляло всяческую заботу о рабочих, инженерно-технических
работниках и служащих эвакуированных предприятий. Им выплачивалось пособие
па переезд в размере среднемесячного заработка за последние три месяца работы,
их женам — 1/4 часть этого заработка и на каждого неработающего члена семьи —
1/3 часть. Перевозка работников и их семей, а также багажа в размере до 100 кг
на главу семьи и до 40 кг на каждого члепа семьи производилась за счет госу¬
дарства. На предприятиях отъезжающим выдавались па дорогу мука и другие про¬
дукты по установленной норме. Но все же обеспечить эшелоны необходимыми
продуктами питания, хлебом и топливом па всем пути следования не всегда уда¬
валось, особенно те из пых, которые находились в пути длительное время.
Народный комиссариат торговли по указанию правительства принимал меры по
обеспечению эвакуируемых продуктами питания на железнодорожных станциях,
но при таком большом количестве проезжающих решить задачу бесперебойного
снабжения было, конечпо, очепь сложно, а нередко случалось и так, что па стан¬
циях вообще по было ни хлеба, ни других продуктов. Как правило, почти в каждом
эшелоне находился свой врач и аптечка для оказания цервой медицинской помо¬
щи. На некоторые узловые станции выезжали представители наркомата и заводов,
представители Совета по эвакуации, чтобы организовать помощь в питании проез-
жающих и обеспечении топливом.
К середипе поября 1941 г. заводы нашего наркомата эвакуацию закончили. На
Востоке ужо шла работа по восстановлению многих предприятий. Таким образом,
первый этан перемещения был пройден. Период тяжелейший и, я бы сказал, даже
не по физическим затратам труда, хотя каждый труженик отдавал все силы, чтобы
завод, институт или конструкторское бюро не оказались в руках врага. Этот пери¬
од был тяжелейшим по моральному состоянию людей, вынужденных своими рука¬
ми демонтировать в течение нескольких дней то. что создавалось десятилетиями.
В середине ноября вылетели в восточные районы па работу по восстановле¬
нию заводов как нарком, так и мы с моим коллегой, замнаркома по стрелковому
вооружению И. А. Барсуковым. В. М. Рябиков находился в Перми. Остальные за¬
местители наркома (Б. Л. Ванников. А. II. Сергеев, Н. Д. Агеев, Н. П. Карасев) вы¬
ехали в восточпые районы еще в октябре. Руководить аппаратом, оставшимся в
Москве (80 человек), был назначен В. Г. Костыгов. Все мы отлично понимали, что
впереди будут гораздо большие трудности, чем те. которые мы уже пережили,
трудности, связанные с восстановленном промышленности вооружения на новых
местах. Разворачивалась героическая страда советского тыла.

ИСТОРИЧЕСКИЕ ОЧЕРКИ
ИСЛАМ В ИСТОРИЧЕСКИХ СУДЬБАХ ПАКИСТАНА
Л. Р. Полонская
На всем протяжении истории классового общества во многих странах Восток»
наблюдалась борьба двух противоречивых тенденции: секуляризация общественной
мысли, общественной жизни в целом и сохранение приверженпости религиозным
традициям. В общеисторической перспективе тенденция к секуляризации, несом¬
ненно, усиливается. Однако это не исключает периодов «возрождения религии»,
различных по длительности, социальной и политической значимости, усиления ре¬
лигиозного фактора в политике, который в зависимости от конкретных условий про¬
является в разных формах и используется различными общественными силами в
разных целях. Свидетельством тому является судьба Пакистана — отдельного госу¬
дарства мусульман Индостана, движение за образование которого несло на себе
отпечаток длительной колониальной зависимости и использованной колонизаторами
специфики социально-экономических и политических позиций сил, участвовавших
в национально-освободительном движении народов региона. Вообще же во взаимо¬
действии религиозной и светской тенденций у народов Востока наблюдается как
бы определенная периодичность. Секуляризация сменяется «ретрадиционализа-
цией», причем последняя бывает тем резче, чем более форсированными темпами на¬
саждалась светская идеология и ограничивались религиозные ипстнтуты «сверху»,
а также чем больше правящие режимы ориентировались на западные образцы.
В условиях политической стабильности светский характер государства п свет¬
ский подход к проблемам общественного развития проявляются более отчетливо,
охватывая самые широкие сферы политики и идеологии. Напротив, в периоды кри¬
зисов и революционных потрясений широкие слои населения в ряде стран, преж¬
де всего связанные с добуржуазными укладами, обращаются к религии в поисках
объяснения и решения вставших перед ними вопросов. В этих условиях полити¬
ческие лидеры, партийные функционеры, идеологи и теоретики различных направ¬
лений выдвигают на первый план религиозные традиции как эффективное средство
политической мобилизации масс. В одних случаях речь идет о политической спе¬
куляции и демагогии, в других — о действительной приверженности религиозным
традициям и вере в возможность, используя такие традиции, пойти по «третьему
пути», совмещающему религиозные и светские общественные учреждения и пред¬
ставления.
Такая периодичность проявилась и на этапе развития народов Востока, начав¬
шемся после крушения колониальной системы. Сразу же после завоевания ими
политической независимости, несмотря на сохранение ислама в ряде стран тради¬
ционного его распространения в качестве составного или даже определяющего
элемента официальной идеологии, государство и его политика носили там почти по¬
всюду светский характер. Однако, когда в освободившихся странах Востока стали
нарастать кризисные явления, наблюдались более активное вторжение религиоз¬
ных традиций в политику и рост религиозных (и социальных, и идейно-политиче¬
ских) движений, порожденных как историческими, так и современными особенно¬
стями общественного развития. Эти особенности, приведшие к глубокому структур¬
ному кризису, проанализированы во многих научных изданиях копца 1970-х — начала
1980-х годов К А связаны они со спецификой запоздалого, во многом привнесенного
1 Симония Н. А. Экономические процессы и эволюция политических систем
в странах Востока. В кн.: Структурные сдвиги в экономике и эволюция политических
88

•на Восток извне капитализма и в то же время с более быстрыми темпами разви¬
тия этого капитализма вглубь и вширь в условиях обретенной независимости. Осо-
•боппостн развития капитализма нашли отражение в политической истории мусуль¬
ман и колониальной Индии, н современного Пакистапа. На последнем, наиболее
наиряжонпом этапе борьбы за независимость достигло также кульминации мусуль¬
манское религиозно-общинное движение, выдвинувшее лозунг образования «госу¬
дарства мусульман Индии» 2.
Создание Пакистанского государства было провозглашено 14 августа 1947 года.
В него вошли следующие территории с мусульманским большинством населения:
Северо-Западная пограничная провинция (па базе итогов проведенного там референ¬
дума). Британский Белуджистан (на базе решопия муниципалитета Кветты и со¬
брания ханов белуджских нлемен), княжества Северо-Западной Индии, часть Пенд¬
жаба н Бенгалии (в результате решения, вынесенного депутатами Пенджабского
и Бенгальского провинциальных собраний и предусматривавшего раздел этих про¬
винций), а также Снльхетскин округ Ассама (по итогам референдума). Первым
генерал-губернатором Пакистана стал лидер Мусульманской Лиги М. А. Джиппа.
вошедший в историю этой страны как «великий вождь» (Каид-и Азам) и «отец
Пакистана». Пакистан получил название «идеологического государства», поскольку
именно религиозно-идеологическое единство (ислам) определяло его создание и при¬
звано было стать основой его политики. Поэтому он и был провозглашен Исламской
республикой. Однако основы его государственной структуры остались тогда светски¬
ми. Тем не менее пришедший к власти буржуазно-помещичий блок и его партия
Мусульманская Лига с самого начала стремились найти в исламе обоснованно своей
внешней и внутренней политике. Многие партии правой и левой оппозиции тоже
обращались к мусульманским лозунгам как к политическому оружию.
Ислам является неотъемлемой частью официальной идеологии крупнейших пар¬
тий этой страны: Мусульманской Лиги (находилась у власти, с небольшими пере¬
рывами, от оспования Пакистана до 1968 г.) и созданной на светской основе
Партии пакистанского народа (правила с 4971 по 1977 г.), почти всех партий пра¬
вой оппозиции и некоторых политических организаций, сотрудничавших с левыми
силами, выступавшими со светских позиций. По формам организации мусульман¬
ские партии Пакистапа существенно разнятся. К партиям современного типа,
ориентированным па модернизированный ислам, относится Мусульманская Лига
(в ходе политической борьбы она не раз раскалывалась на несколько самостоя¬
тельных партии). К фундаменталистским партиям, которые представляют собой
•своеобразное соединение элементов средневековых религиозных братств с совре¬
менными организациями, относится Джамаат-и ислами (основана в 1941 г.). Ее
лидер А. Маудуди являлся одним из самых авторитетных идеологов Южной Азии.
Но Джамаат-и ислами—не массовая партия, да и прием в нее ограничен:
принимаются лишь те мусульмане, которые поддерживают все идейные установки
и устав партии, строго следуют в личной и общественной жизни законам шариата
и готовы полностью посвятить себя партийной деятельности. Те же, кто разделяет
идеологию партии, по не может выполнять всех обязанностей ее членов, отнесены
к категории сочувствующих. Они-то и определяют влияние партии па политику.
У этой партии есть молодежные и культурные организации и свои профсоюзы.
При такой структуре она не была заинтересована в выборах в законодательные
оргапы па партинпой основе, и ее представительство в парламенте никогда не слу¬
жило истинным критерием ее политического влияния в массах. После смерти
Маудуди в 1982 г. в партии наметился раскол. В целом она стоит на крайне реак¬
ционных. антикоммунистических позициях 3.
К особому то ну мусульманских политических организаций относятся партпи
систем в странах Азии и Африки в 70-е годы. М. 1982; Эволюция восточных обществ:
синтез традиционного и современного. М. 1984; Ислам: проблемы идеологии, права, по¬
литики и экономики. М. 1985; и мн. др.
2 Подробнее см.: Гордон-Полонская JI. Р. Мусульманские течения в об¬
щественной мысли Индии и Пакистана. М. 1963; Пономарев Ю. А. История Му¬
сульманской Лиги Пакистана. М. 1982.
3 H u s s a i n A. Elite, Politics in Ideological State. The Case of Pakistan. Lnd. 1979,
p. 52; Muni г M. From Jinnah to Zia. New Delhi. 1980, p. 24.
89

улемов (мусульманского сословия богословов и законоведов). Самыми значительны¬
ми из них являются Джамаат-и улема-и Пакистан и Джамаат-и улема-и ислам.
В ролигиозпых вопросах обе они стоят на консервативных, традиционалистских
позициях, хотя между ними имеются различия: первая следует традициям ссверо-
индийской школы Барелви (ее основал в начале XX в. суннитский богослов Ахмад
Риза-хан), вторая — традициям тоже расположенного в Индии Деобандского дар-
ул-улума (оспованиое во второй половине XIX в. высшее мусульманское учебное
заведение). По политической ориентации они отличаются от Джамаат-и ислам и,
ибо допускают объединение со светскими силами; сверх того Джамаат-л улема-и
ислам выступает в поддержку антиимпериалистических лозунгов и в защиту обез¬
доленных крестьян, благодаря чему пользуется влиянием среди сельской бедноты
Северо-Западной пограничной провинции, Белуджистапа и Пенджаба. Наконец,
в Пакистане (за исключением периодов военной диктатуры и военного положения)
действовали более мелкие организации и на общегосударственном, и па провинци¬
альном уровне, оказывавшие порою заметное, обычно дестабилизирующее, влияние
на политическую жизнь страны4.
Борьба между исламистской и сскулиристской тенденциями в Пакистане
1950-х годов проявилась при выработке первой конституции страны. Комитет по
разработке ее принципов был создан Учредительным собранием в 1949 г., проект
обсуждался в 1950 году. Декларированные в лом принципы основывались па резо¬
люции первого премьер-министра Пакистана Лиакат Али-хана о характере этого
государства и нравах граждап. Главные положения этой резолюции содержатся в
преамбулах всех конституций Пакистана, включая провозглашение суверенитета
Аллаха над Вселенной и признание того, что Пакистанское государство зиждется на
исламских принципах социальной справедливости. Но, если не считать преамбулы,
текст первой копституции предусматривал создание светской республики на феде¬
ральной основе и провозглашал ряд буржуазных прав и свобод, а также сохрапял
куриальную систему выборов и мпогие положеппя английского Закона об управле¬
нии Индией 1935 г., ограничивавшие участие граждап в управлении государством.
Наряду с левой оппозицией, требовавшей демократизации проекта, сложилась
и сильная оппозиция ему справа, возглавлявшаяся лидерами мусульманских пар¬
тий, муллами и улемами. Они обвиняли составителей конституции в отступлении
от норм ислама, заповедей Джинны и требовали создания теократического государ¬
ства. Их проповеди пользовались популярностью среди простых людей. Мусульман¬
ские богословы оказались последовательнее политиков — стороппиков европейских
парламентских институтов, подчеркивая, что, поскольку религпозпая принадлеж¬
ность признана решающим фактором при образовании Пакистана, в оспову госу¬
дарственного устройства должны быть положены тоже религиозные принципы.
Критика слева и справа вынудила Учредительное собрание отклонить первый
проект и поручить различным партиям, а также 33 видцейшмм улемам представить
повые проекты, рассматривавшиеся особым комитетом. Улемы потребовали подчи¬
нения государственной жизни нормам ислама и предоставления решающего голоса
при рассмотрении государственных проблем Совету улемов. Большинство комитета
выступило против теократической власти, но одобреппый в 1952 г. новый проект
копституции включал уступки богословам. Одновременно в нем специально оговари¬
валось, что ислам отрицает теократическую систему правления, при которой
властью облечепы духовные лица, правящие от имени Аллаха г>.
В годы подготовки конституции Пакистан охватили сильные религиозные вол¬
нения. Мпогие важные государственные посты находились тогда в руках предста¬
вителей общины ахмадне-кадиапн, идейных противников суннитских богословов.
В этой связи религиозным силам удалось направить народное недовольство, вы¬
званное экономическими трудностями, национальными п классовыми противоречия¬
ми, в нпое русло. Веспой 1953 г. начались массовые выступления против ахмадне.
4 Ш е р к о в п н а Р. И. Политические партии н политическая борьба в Пакиста¬
не (ß0—70-е гг.). М. 1983; К h а 1 i d В. S. Politics in Pakistan. N. Y. 1980, pp. 102 а. о.;
T a ric A. Can Pakistan Survive? LmJ. 19S3. p. 140.
5 Maud id i S. A. A. The Islamic Law and Constitution. Lahore. 1967, pp. 353—
405; Report of the Basic Principles Committee. Karachi. 1952, pp. i-11.
90

Эту кампанию возглавили партия Джамаат-и ислами и организация ахраров, высту¬
павшие под лозупгом «возрождения первоначальной чистоты догматов Корана»,
в первую очередь догмата об исключительности и окончательности пророчеств Му¬
хаммеда. что опровергалось ахмадийцами. Последних обвинили в попытках создать
•государство в государстве, обратить суннитов и шиитов в свою веру, использовать
государственную машипу в общинных интересах. Поводом послужила нозиция ха¬
лифа ахмадийцев муллы Башируддина, который с 1948 г. развернул массовое обра¬
щение пакистанцев в свою веру, наметив создание государства ахмадие в конце
1952 года6.
Верхушка общины ахмадие-кадиани состояла из представителей мусульманской
бюрократии, крупных помещиков и торговцев Западного Пакистана. Они стремились
использовать организацию ахмадие для укрепления своих экономических позиций;
купцы вкладывали внутриобщинные кредиты в торговлю и промышленность, не
скупясь при этом на обещания социальной справедливости и достижения классово¬
го взаимопонимания. «Община Кадиапи (ахмадие) как самостоятельная группиров¬
ка противостоит мусульманам на правительственной службе, в торговле, промыш¬
ленности и сельском хозяйстве»,— писал тогда Маудуди7.
Руководители волыепий 1953 г. потребовали от правительства официального
объявления ахмадийцев немусульманским религиозным меньшинством. Эти требо¬
вания, имевшие политическую окраску и отражавшие борьбу внутри правящего
лагеря, не были в ту пору удовлетворены, а после введения военного положения
в Лахоре религиозные беспорядки прекратились.
Принятая в 1956 г. I конституция Пакистапа отразила влияние ислама на по¬
литику. Хотя государство признали светским, его идеологической осповой объявлял¬
ся ислам. Конституция ставила мусульман в привилегированное положение по от¬
ношению к религиозным меньшинствам. Президентом мог быть только мусульма¬
нин. Основпыми принципами морали и поведения граждан объявлялись нормы
ислама; не мог быть издан ни один закон, противоречивший предписаниям ислама.
Особому комитету из наиболее видных мулл и улемов принадлежало право решать,
соответствует ли любой закон предписаниям ислама. Б целом конституция отра¬
зила стремление правящих кругов Пакистана играть роль лидера в «мусульманском
мире». Подчеркивалось, что «государство стремится укреплять узы, соединяющие
мусульманские страны» 8. Эта конституция наложила отпечаток па все последую¬
щее законодательство страны.
Пришедший к власти после т. п. .мирной революции 1958 г. М. Аюб-хан, оста¬
вавшийся затем до 1969 г. президентом, включил модернизацию ислама в число
первоочередных национальных задач н связывал с ее решеписм внешнеполитиче¬
ские и внутриполитические проблемы. «Мы должны привести нужды пашей рели¬
гии,— писал он,— в соответствие с нуждами и возможностями современности» 9, Он
стремился освободить дух ислама от «косности и ограниченности богословия и раз¬
вивать ислам в соответствии с современными научными знаниями» 10. В прави¬
тельственном заявлении по поводу создания тогда Центрального ипстнтута ис¬
ламских исследований Пакистана говорилось, что его целями являются «трактовка
фундаментальных принципов ислама в национальном н либеральном духе», «такая
интерпретация ислама, которая позволяет определить его дипамичный характер и
привести его в соответствие с интеллектуальным и научным прогрессом современ¬
ного мира» 11. Этими же вопросами занималось Бюро национальной реконструкции.
Против такой модернизации активно выступили догматики-улемы и лидеры
Джамаат-и ислами. В пору военного положения (1958—1962 гг.) деятельность послед¬
ней была запрещена, политическая активность улемов ограничена. Однако после
отмены военного иоложепия Аюб-хану пришлось пойти па уступки: под давлением
6 Bashir ud-DinN. A. The New World Order of Islam. Qadian. 1945, p. 90.
7 M a u d ii d i Л. The Quadiani Problem. Karachi. 1956. p. 17.
s Конституции государств Ближнего и Среднего Востока. М. 1956, с. 287.
0 А у и Ь К ha и М. Friends no Masters. Lahore — Karachi. 1967, p. 197.
10 Ksposito .1. L. Pakistan. Quest for Islamic identity. Syracuse (N. J.). 1980,
p. 145.
n Dawn, Karachi, 3.XII.1970.
91

улемов модернистски настроенный директор института исламских исследовании?
д-р Ф. Рахмап, обвиненный в отступлении от ислама, вынужден был уйти в от¬
ставку. Принятая в 1962 г. II Конституция тоже исходила на необходимости счи¬
таться с богословами и религиозностью масс. Содержащиеся в ней исламские по¬
ложения свидетельствовали о компромиссе между традиционалистами, реформато¬
рами, выступавшими под лозунгом «возрождения принципов раннего ислама»,
и ориентировавшимися на западные модели развития модернистами. Опять провоз¬
глашалось, что никакой закон не должен противоречить исламу, и утверждалась
необходимость создания мусульманам возможности «частным и коллективным обра¬
зом строить свою жизнь в соответствии с основными принципами и идеалами ис¬
лама». Консультативный совет исламской идеологии получал статус государственно¬
го органа, назначался из теологов и давал правительству рекомендации относитель¬
но организации образа жизни граждан и соответствия законопроектов исламу.
Первоначально Аюб-хан настоял на том, чтобы государство называлось Республикой
Пакистан. Однако поправка 1963 г. ко II Конституции утвердила иное название —
Исламская Республика Пакистан — и устанавливала судебный надзор над соответ¬
ствием законов принципам Корана и сунпы (зафиксированные в священных пре¬
даниях поступки и высказывания Мухаммеда). Президентом мог быть только му¬
сульманин 12.
Еще до того Аюб-ханом был утверждеп ордонанс о мусульманском семейном-
праве, подготовленный комиссией 1956 г. и рекомендовавший реформу законов о
браке, разводе и наследстве. Опять развернулась полемика между модернистами и
традиционалистами. Последние возражали против преобладания в комитете юристов
и требовали, чтобы его членами были опытные в религиозных вопросах люди с
большими правами. Новые законы семейпого права вопреки Аюб-хану и Всеиакн-
станской женской организации, придерживавшимся модернистского подхода, отража¬
ли требования традиционалистов 13. При выборах в органы местного самоуправле¬
ния, президента и законодательных органов в 1964—1965 гг. возник блок светских
и религиозных партий. Джамаат-и ислами добилась включения в предвыборный ма¬
нифест объединенной оппозиции требований о дополнении конституции исламски¬
ми положениями. Однако одержать победу на выборах им пе удалось. А Аюб-хан
в течение всего своего правления использовал в политике именно модернизирован¬
ный ислам, включая лозунг исламского социализма.
И Аюб-хан, и другие идеологи и политические деятели рассматривали ислам
как «барьер против коммунизма». Что касается трактовки исламского социализма
копсерваторами, то они проповедовали идеи, роднившие их с т. и. феодальным
социализмом. Модернистская трактовка исламского социализма получила распро¬
странение в Индостане вследствие деятельности реформатора конца XIX — начала
XX в., поэта и философа, гуманиста М. Икбала, которого считают с 1930 г., когда
он выдвинул один из первых проектов образования особого государства мусульман
Индостана, родоначальником движения за создание Пакистана. Его трактовке ис¬
ламского социализма присущи народнические черты и уравтштельство. Средствами
обеспечения справедливости признаются такие установления ислама, как налог в
пользу бедных — закят и запрещение риба — ростовщического процента, ибо капи¬
тал не должен «господствовать пад производством материальных благ», частная
собственность ограничивается правом па управление имуществом14; Коран содер¬
жит смертный приговор капитализму и может стать опорой бедпяков, т. к. запре¬
щает «концентрацию капиталов, ростовщичество и спекуляцию»
Эти идеи получили дальнейшее развитие у лидера городской мелкобуржуазной
интеллигенции Пенджаба Д. Латифи и отразились в предвыборных манифестах
Мусульманской Лиги Пенджаба еще на выборах в провинциальное законодательное
12 Ганковский Ю. В., Москаленко В. Н. Три конституции Пакистана.
М. 1975.
13 М о г t i m е г Е. Faith and Power. Lnd. 1982, p. 212.
14 Iqbal Jinnah and Pakistan (the Vision and the Reality). N. Y. 1979, p. 88.
15 Полонская Л. P. Социальные идеалы Мухаммада Икбала. В кн.: Творчест¬
во Мухаммада Икбала. М. 1982, с. 86.
92

собрание в 1940 и 1946 гг. (т. е. до образования Пакистана) 1в. Более умеренное
была трактовка исламского социализма Джинной, хотя она тоже основывалась на
идеях Икбала. Джинна поддержал включение лозунга исламского социализма в
программу левых из Мусульманской Лиги Пенджаба, а после образования Пакиста¬
на подчеркивал, что «Пакистан должен основываться на гарантии основных прин¬
ципов общественной справедливости исламского социализма», но при этом говорил,
что имеет в виду «исламскую концепцию равенства людей», оспованную на «ра¬
венстве возможностей» и не отрицающую частной собственности 17. Эта трактовка
была направлена и против западной модели развития, и против научного социализ¬
ма. Последователи Джинны уверяли, что исламский социализм призван воплотить
идеалы социализма «па своей собственной основе»1в. По существу, речь шла о
буржуазном варианте «третьего пути» развития в исламском обрамлении.
Так понимал это и Аюб-хан. Однако в 1960-е годы стали получать распростра¬
нение и более левые, мелкобуржуазные концепции исламского социализма, подчер¬
кивавшие сходство между исламскими принципами и социалистическими идеями
общественной справедливости. Отсутствие единства нашло отраженпе в дискуссии
1966 г. на заседаниях Национального собрания и страницах пакистанских газет 19.
Авторы теории исламского социализма разрабатывали также концепцию «ис¬
ламской экономики». Мумтаз Хасан создал особое учение о потреблении, выдвинув
мысль о самоограничении в качестве важнейшего двигателя общественного прогрес¬
са. Сын. М. Икбала Джавид противопоставлял «исламскую экономику» и капитализ¬
му, и социализму, которые называл «экстремистскими системами», утверждая, что
ислам поддерживает «равновесие между трудом и капиталом» и защищает «право
частной собственности при условии, что в руках одного не будет сосредоточивать¬
ся такое количество материальных благ, которое может стать средством эксплуата¬
ции других людей» 20. Идеологи исламского социализма называют его «сбалансиро¬
ванным синтезом различных идеологий», утверждая, что «ислам придерживается
золотой середины» 21.
Одним из видных идеологов исламского социализма в 1960-е годы был Г. А. Пар-
вез. Еще в 1930-е годы он писал: «Ислам поддерживает тот социализм, который
ведет к освобождению бедных и слабых от страданий; но ислам не может поддер¬
живать социализм, который отрицает существование бога и основывает равенство
людей на экономических факторах» 22. Позднее Парвез осуждал неравномерное рас¬
пределение богатств и всю систему капитализма: «По мере того, как люди будут
все более просвещенными и осознают свои подлинные интересы, они станут отка¬
зываться от капиталистического путп развития. Это—приговор истории»21; капи¬
тализм будет вырваы с корном н заменен порядком «рабабийе», который обеспечит
экономическое равповесие и справедливую политическую систему усилиями спо¬
собных людей, стремящихся получить достойное место на neue, а не установить
небесное царство на Земле 24. Парвез рассматривал ислам не только как религию,
но и как социально-экономическую формацию с особым образом жизни и специ¬
фической философией. Некоторые же мусульманские идеологи, противопоставляя
пелам и капитализму, и социализму, видят в нем вообще виеформациопнкй путь
развития.
Идеи Парвеза не нашли поддержки у Аюб-хана, но получили дальнейшее раз¬
витие в офнциальпой идеологии пришедшей к власти в 1971 г. Партии пакистан¬
ского парода (ППН) во главе с 3. А. Бхутто. В целом же после политического
10 В и г k i SIi. J. Pakistan under Bhutto, 1970—1977. Lnd. 1980, p. 37.
17 Jinn all Q. M. A. Speeches as Governor-General of Pakistan, 1947-1948. Ka¬
rachi. S. a., p. 98; Москаленко В. H. M. A. Джинна. В кн.: Страны Среднего Во¬
стока: история, экономика, культура. М. 1980, с. 7.
18 Насрат, спец. вып. 12-13, Лахор, октябрь 1966 (на урду).
19 Constitutional Assembly of Pakistan. Debates, 9-th March 1960. Official Report.
Vo!. 3. Karachi. 1966, p. 47.
20 I q b a 1 J. Ideology of Pakistan. Karachi - Lahore. 1971, p. 7.
21 Полонская Л. P. Новые тенденции модернизации ислама (па примере Па¬
кистана). В кп.: Религия и общественная мысль стран Востока. М. 1974, с. 15.
22 И а р в е з Г. А. Благородный Корап. Дели. 1941, с. 23 (на урду).
2:1 Ра г we г G. A. Islam: Challenge to Religion. Lahore. 1968. p. 240.
24 Ibid.
AO

кризиса 1969 г. и прихода к власти Яхья-хана внимание правящих кругов к религии
усилилось. были отданы распоряжения о запрете ввоза в Пакистан литературы,
критикующем ислам. Двойственный характер посила реформа просвещения 1970 г.:
разделение духовного и светского образования сочеталось с введением ислама как
обязательного предмета во всех учебных заведеппях, важная роль отводилась рели¬
гии в борьбе с национальным движением бенгальцев за образование государства
Бангладеш (создано в 1971 г.) и национальными движениями пуштунов и белуджей
в Западном Пакистане. Активизировалась деятельность традиционалистов, выдви¬
нувших лозунг «священной войны» против социализма, усилились апелляции к
исламу в реакционных целях.
При Бхутто (1971—1977 гг.) призыв к укреплению ислама как идеологии, це¬
ментирующей единство страны, оставался официальной политической философией.
В свое время Бхутто нпсал: «Ислам и социализм не противоречат друг другу» 2Ь.
Он выдвигал эту идею в мелкобуржуазной трактовке, что помогло добиться победы
на выборах 1970 года. Тогда па нее влияли пакистанские левые, среди которых
были Шейх Мухаммад Рашид, выступавший с идеей коллективизации земли, Мир¬
за Ибрагим п Мохаммад-хап, ратовавшие за рабочий контроль па предприятиях -6.
Пропаганда исламского социализма велась через периодические издании «Нусрат»
(«Победа») н «Мусават» («Равепство»). Наметилась апелляция к идеалам времеп
Мухаммеда и первых халифов, мусульманского равенства и «исламской справедли¬
вости» -т. В то же время еще в марте 1970 г. 113 видпых улемов издали фетву
(религиозное решение), объявлявшую исламский социализм грехом, а его сторон¬
ников — нарушителями норм ислама. Основатель п лидер партии Джамаат-и псла-
мм А. Маудудп писал о сторонниках левых: «Они обнаружили, что их социализм
не может плясать голым», и потому сталп называть его исламским; по если оп
действительно оспован на Корапе и суипе, то зачем называть его социализмом? 1а.
Хотя Бхутто в течепие всех лет своего правления не прекращал пропагапды
исламского социализма и утверждал, что «социализм — паша экономика», па деле
он пошел на уступки мусульмапским богословам. Это нашло отражение в III кон¬
ституции (1973 г.). В ее преамбуле повторялись исламские положения предыдущих
конституции, да и в других разделах воспроизводились положения ислама. Ислам
провозглашался государственной религией. Государство обязывалось обеспечить
гражданам исламский образ жизни. Содержалось обязательство ввести закят. Му¬
сульмане были обязаны изучать Коран. Президентом по-прежнему мог являться
только мусульманин. Все законы должны были соответствовать исламу. Совет го¬
сударственной идеологии назначался президентом из знатоков ислама и экспертов
но экономическим, политическим, юридическим и административным вопросам (но¬
вым было предоставление там хотя бы одного места женщинам). За коп, по соот¬
ветствовавший исламу, подлежал пересмотру-9. Реформа образования предусматри¬
вала обязательное преподавание ислама не только в пачальпой, но и в средней
школе.
Во время очередных аитпахмадийских волпепнп 1974 г. ахмадне были объявле¬
ны немусульманским меньшинством. Официально ввели клятву для президента и
премьер-министра, в которой подчеркивалось признание окопчателыюсги пророчеств
Мухаммеда3). В предвыборном манифесте 1977 г. ППН обещала в случае
победы на выборах перенести депь отдыха с воскресенья па пятницу, учредить
федеральную академию улемов, начать пересмотр законодательства па основе ша¬
риата. Лозунг исламского социализма был заменен лозунгом «мусаваат-н мухаммадп»
(равенство согласно пророку) 31. Тем не менее привлечь па свою сторону улемов
и фундаменталистов ППН но удалось. Усилились позиции апологетов дальнейшей
исламнзацин. Последние составили основную силу Пакистанского национального
2r’ Bhntto Z. A. Political Situation in Pakistan. New Delhi. 1968, p. 37.
2(5 B u r k i Sh. J. Op. cit., pp. 50-51.
27 M o r t i m e r E. Op. cit., p. 213.
28 Esposito J. E. Op. eit., p. 150.
29 T a ii k o b c k ii ü IO. H., Mock a ;r e n k o B. H. Vic cou.
20 M ortimo r E. Op. cit., p. 218.
:!t Ibid.. pp. 219-220.
o/,

альянса (ПИА). Их главным лозунгом был «низам-я муетафа» (ясламизироватшое
общество), означавший призыв к полной исламизации социально-экономической,
политической системы и общественной мысли 32. Мечети использовались как цент¬
ры антиправительственной пропаганды; пятничпые молитвы передко закапчивались
массовыми антиправительственными манифестациями во главе с муллами и члена¬
ми Джамаат-и ислами. Сторонники исламизации использовали трудности, с кото¬
рыми столкпулась ПШ1 к середине 1970-х годов: обострение социально-политиче¬
ских проблем в связи с ростом миграции крестьян из деревни и увеличением
городского населения, отсутствие единства среди левых сил, запрещение основной
организации левой оппозиции - Национальной народной партии.
Отделения религии от политики при Бхутто так и не состоялось, несмотря на
в целом сскуляристский подход ППН к основным проблемам страны. Это произо¬
шло вследствие исторических и современных ее особенностей: сильпой религиоз¬
ности сельского населения; исламского фанатизма; роли иммигрантов, переселив¬
шихся из районов Пенджаба, отошедших к Индии; роста в армии религиозных
пастроеппй в силу изменения ее состава; поисков общенационального единства
Пакистана после отделения Бангладеш в 1971 г. (на их теоретическое обоснование
были направлены, в частности, решения Конгресса по истории культуры Пакиста¬
на в 1973 г.); заинтересованности Бхутто в помощи со сторопы нефтедобывающих
мусульманских арабских страп; роста движения исламской солидарности (в 1974 г.
на сессии Организации исламской конференции Бхутто согласился на посредниче¬
ство Египта в переговорах с Бангладеш, после чего Пакистан признал Бангладеш):
стремления Бхутто использовать исламский социализм для мобилизации масс на та¬
борах 1977 г.. когда лидер 11ГШ широко обращался к практике «народного ислама»
(суфизм), противопоставляя его традиционалистам. Хотя ему удалось одержать
победу па выборах, религиозные партии (прежде всего Джамаат-и ислами), играв¬
шие ведущую роль в ПИА. сумели использовать приверженность значительной ча¬
сти населения исламу и способствовали созданию в стране такой атмосферы, при
которой стала возможной расправа военно-бюрократической элиты над Бхутто.
Таким образом, к концу 1970-х годов в Пакистане усилилась борьба сторонни¬
ков различных направлений: эволюции по западному образцу (при формальном
провозглашении соответствия государственной жизни принципам ислама), радика¬
лов под лозунгом исламского социализма п приверженцев исламизации сверху.
Падение режима Бхутто, расправа с пим и установление власти Зпя-уль-Хака оз¬
начали победу последисго направления, а боязпь дальнейшей дезинтеграции стра¬
ны, которую испытывали различные социальные слои после образования Бангла¬
деш, обеспечила успех исламизации, когда крупная буржуазия в союзе с армией
проявила заинтересованность в том, чтобы таким способом создать стабильное об¬
щество, Речь шла пе просто о декларировании непригодности западных моделей,
а о действительной попытке добиться исламской формы авторитарного государства
и развития капитализма в рамках «исламской экономики», которая нацелена па
утопическое сочетание интересов крупной буржуазии п мелких собственников.
И с конца 1970-х годов в Пакистане исламизации сверху стала непосредственно
проводиться в жизнь.
Развернулось внедрение исламских норм во все сферы общественной практики,
экономику, государственную структуру, внутреннюю и впешшою политику, право,
идеологию и мораль. Все это происходило на фоне усилившихся в ту пору в му¬
сульманских странах массовых движений социально-политического протеста, апел¬
лирующих к нормам раннего ислама (исламизации снизу), и параллельного обра¬
щения правящих режимов к мероприятиям сверху. Иранская революция 1979 г.
продемонстрировала мощный взрыв движения первого тина. Пакистан же стал од¬
ним из ярких примеров движений второго типа, причем па рубеже 1980-х годов
активному проведепию соответствующих реформ, помимо продолжавших действо¬
вать прежних причин, способствовало еще и стремление избежать «иранского ва¬
рианта». Страх перед революцией иранского образца повлиял па политику также
многих других мусульманских государств, и монархических, и буржуазно-парламон-
32 Contemporary Pakistan. Politics, Economy and Society. Durban. 1980. p. U)4.

тарных: собственную программу исламизации сверху сформулировали Саудовская
Армии и. Малайзия, Бангладеш (после смерти Муджибура Рахмапа), Судан при
праялгшш Нимепрц и др. Исламизация сверху призвана предотвратить вспышку
массового народпого недовольства против светской власти, парализовать любую
оппозицию правящему режиму вообще, левую оппозицию в особенности.
Общая активизация «политического ислама» с середины 1970-х годов была вы¬
звана тем. что стали проявляться тяжелые последствия быстрых темпов развития
запоздалого капитализма, не способного действенно включить в современное про¬
изводство огромные массы населения, связанные с добуржуазиымн укладами; урод¬
ливые формы урбанизации; кризис западных моделей модернизации. К непосред¬
ственным причинам развертывания исламизации (и снизу, и сверху), роста
движения исламской солидарности на международной арене относятся также неф¬
тяной бум, обострение палестинской проблемы и ближневосточного конфликта
(включая арабо-израильские войны 1967 и 1973 гг.), стремление реакционных сил
повсюду использовать религию для предотвращении социалистической ориеитации
освободившихся стран. Эти общие причины наложились на специфическую ситуа¬
цию Пакистана и обусловили конкретную политику режима Зия-уль-Хака.
Идейным оружием исламизации явились теории «исламского государства» и «ис¬
ламской экономики», разработанные мусульманскими фундаменталистами. Их вы¬
двинули придерживавшиеся принципов фундаментализма представители мусуль¬
манской интеллигенции, возглавившие массовые оппозиционные движения, а затем
взяли на вооружение правящие монархические, военно-бюрократические и теокра¬
тические режимы. Данная идеология была ориентирована на мелкособственнические
слон, представителей низших форм предпринимательства, маргиналов и люмпенов.
Всестороннее определение роли и места фундаментализма в современном мире
пока остается в науке дискуссионным. Этот феномен свидетельствует не о росте
религиозности как таковой, ибо она существовала и раньше, а об обращении к
раннему исламу как средству политической мобилизации масс для утверждения
национальной и культурной самобытности и пропаганды именно особого, «третьего»
пути, отличного и от капитализма, и от социализма. Светские же идеологи не
сумели действовать достаточно эффективно на уровне массового сознания.
В Пакистане это проявилось в провале попыток заменить концепцию мусуль¬
манского национализма концепцией пакистанского национализма. Организации
фундаменталистов, которые они создали накануне второй мировой войны и кото¬
рые соединили в себе формы средневековых братств и современных политических
партий, оказались более приспособленными для манипулирования массовым пове¬
дение.п. В Пакистане такой организацией стала Джамаат-и нсдами (сродни «Братьям
мусульманам» в арабских странах), сыгравшая свою роль в установлении режима
Зия-уль-Хака, который взял на вооружение многие ее идейные посылки33. Внсшне¬
политическое значение фундаментализма состоит в том, что его пропаганда позво¬
ляет бороться за лидерство в мусульманском мире. Поэтому-то Саудовская Аравия
дает фундаментализму нефтедолларовое обеспечение; Пакистан же, в свою очередь,
использует его для получения нефтедолларов и подкрепления собственных претен¬
зий на лидерство, основанных на более высоком, чем в других мусульманских
странах, научно-техническом потенциале. Этим объясняется заинтересованность
США в Пакистане, которые, нацеливаясь на укрепление военно-стратегического по¬
тенциала антикоммунистических режимов, видят в фундаментализме гарантию
консервативной ориентации.
Зия-уль-Хак тесно связан с мусульманскими богословами и лидерами Джамаат-
и исламн. Его учителем считается А. Маудуди; нынешний глава Джамаат-и йена¬
ми Миан Туфенд Мухаммед—дядя президента; заместитель начальника штаба
сухопутной армии Савар-хан - тоже суннит, сторонник фундаментализма. В оспо-
ву исламизации Зия-уль-Хак полошил не модернизацию религии и не традициона¬
листскую ее трактовку, а теорию возрождения фундаментальных принципов, про¬
поведуемых идеологами Джамаат-и ислами 34. Внедрение в государственную струк¬
33 Подробнее см.: Ислам в современной политике стран Востока (Пути развития
освободившихся страд Востока). М. 1986, с. 5-17, 79-89.
34 Т а г i с A. Op. cit., р. 140.
■96

туру, экономику и общественную жизнь страны фундаментальных принципов
ислама началось с опубликования в феврале 1979 г. проекта законов об ушре (па-
лог па продукцию) и закяте; в июле 1979 г. был утвержден первый, а в июле
1980 г.— второй. Ушр составил 5% доходов с земли, превышающих 1 тыс. рупий;
платить его земледелец должен был с каждого урожая. Введение ушра было на¬
значено на 1983 год. Закят предполагал отчисление в специальный фонд 2,5% еже¬
годных сбережений, превышающих ппсаб (минимум богатства) в 87,48 г золота,
или 612,36 г серебра, или их денежный эквивалент.
Вначале массы верующих приветствовали введение занята. Но вскоре возникло
мнение, что система сбора несправедлива, т. к. сокращает подоходный палог с бо¬
гатых. Закон вызвал недовольство части деловых кругов и различных религиозных
общин, прежде всего шиитов, которые потребовали добровольного взимания закнта
и возражали против того, что деньгами фонда распоряжается суннитское большин¬
ство эа. Ахмадийцы вообще были против исламизации и отказывались платить за¬
нят на том основании, что их не признают мусульманами. Одновременно с зако¬
нами о закяте и ушре был введен запрет на взимание ростовщического процента,
решено реорганизовать в течение трех лет банки и осуществить исламский прин¬
цип долевого участия в прибылях и убытках. Это не создавало каких-либо серьез¬
ных препятствий развитию капитализма, а для банковского капитала открылись
широкие возможности участия в торговле и строительстве, поскольку банк осво¬
бождался от выплаты процентов вкладчику до получения доходов с вклада и на
это же время не облагался налогом. С 1981 г. банки Пакистана действуют на бес¬
процентной основе. Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты участ¬
вовали в создании фонда закята и в финансировании системы для сбора закята
и ушра.
Следующим шагом явилось введение шариатских судов и худуда — предписы¬
ваемой исламом системы наказаний. За пьянство, семейную измену, ложное обви¬
нение в измене и воровство предусматривались порка, избиение камнями или ам¬
путация конечностей. Эта система встретила осуждение со стороны просвещепной
интеллигенции, но одобрялась улемами и частью верующих. Введение исламского
законодательства натолкнулось на ряд трудностей, в частности плохое знание ша¬
риата юристами и слабую юридическую подготовку богословов. В октябре 1979 г.
дл.ч подготовки необходимых кадров создали факультет мусульманского права в
Исламабадском университете «Каид-и Азам». Высшим правовым органом остался
Верховный суд, при котором создано шариатское апелляционное правление; на ме¬
стах тоже действуют шариатские суды. В 1980 г. был учрежден Федеративный ша¬
риатский суд.
Первым шагом исламизации политической системы стало введение в сентябре
1978 г. отдельных избирательных курий для мусульман и индусов. Было объявлено,
что впредь выборы будут проводиться на непартийной основе. Именно так в сен¬
тябре 1979 г. и сентябре 1983 г. проводились выборы в местные органы власти.
Принцип непартийности сохранялся и на всеобщих выборах 1985 года. В марте
1981 г. был опубликован указ о введении временного конституционного порядка,
обеспечивающего «исламскую государственную систему», на основе чего в начале
1982 г. сформировали консультативный федеральный совет Маджлис-и шура. Одна¬
ко попытки президента отказаться от возвращения к конституционному парламент¬
скому правлению потерпели неудачу. С 1983 г. исламизация уже не связывается
непосредственно с военной диктатурой, но военная бюрократия стремится с ее по¬
мощью сохранить свое господство (даже при восстановлении парламентского
режима).
Для достижения стабильности Зия-уль-Хак апеллировал к исламу как некое¬
му единству моральных и материальных ценностей. В многочисленных выступле¬
ниях он утверждал, что ислам —это образ всей жизни. На рубеже 1980-х годов в
Пакистане усилилась пропаганда исламизации по радио, телевидению, на страни¬
цах печати, был установлен строгий контроль за тем, чтобы пятница была выход¬
аз Ислам в современной политике стран Востока, с. 178—190; Морозова М. Ю.
Проблемы шиитской общпяы в Пакистане. В кн.: Ислам в странах Ближнего и Сред¬
него Востока. М. 1982, с. 144-145.
4 Вопросы истории, М 1
97

ным днем и чтобы в учреждениях соблюдались коллективные молитвы, введена
обязательное посещение пятничных молебствий, одновременно приняты меры по
нслампзации образования, проведены международные форумы на темы «Ислам и
паука» и «Ислам и культура» 36.
На первых порах исламизация способствовала стабилизации обстановки. Одна¬
ко модель исламского развития не дала коренного решения стоявших перед стра¬
ной проблем. Напротив, в широких слоях верующих сложилось убеждение, что
нельзя связывать исламские идеалы с режимом военной диктатуры. Давала себя
знать и сохраняющаяся секуляристская тенденция. Не был ограничен крупный ка¬
питал, не улучшилось положение масс. Использовав исламизацию как демонстра¬
ционный эффект, власти подходили к социально-экономическому и политическому
развитию сугубо прагматически. Это обстоятельство, а также наличие европейски
образованной интеллигенции, экономический потенциал страны, финансовые ипъ-
екции нефтедобывающих стран и военно-техническая помощь США позволили Па¬
кистану в начале 80-х годов добиться определенных успехов.
Сложнее оказалось с проблемами государственной интеграции и политической
стабильности. Самым острым оставался национальный вопрос. В его решении исла¬
мизация (равно как раньше мусульманский национализм п пакистанский нацио¬
нализм) потерпела банкротство. По-прежнему волновался Белуджистан, где сепа¬
ратистское движение было подавлено военной силой еще при Бхутто; напряженнее
становилась обстановка в пуштунских райопах; самые резкие формы приняло оп¬
позиционное движение в Синде. При Бхутто синдхские националисты выдвинули
лозунг образования независимого синдхского государства — Синдхудеш. Лидером
этого движения оставался Г. М. Саед, возглавлявший провинциальный комитет Му¬
сульманской лиги в годы борьбы за образование Пакистана. Бхутто — выходец из
Синда, но ему и его партии это пе помогло, ибо синдхский национализм был по
существу враждебен мусульманскому национализму. «Суфийский Синд и исламский
Пакистан не могут сосуществовать так же, как невозможно вложить два меча в
одни ножны»,— заявлял Саед, подчеркивая, что национальные чувства синдхов-
сильнее религиозных 37. Конфликт между синдхскими суфиями и ортодоксальными
суннитами принял и религиозный, и этнический характер. По переписи 1981 г.,
синдхи с примыкающими группами составляли в Синде 65%, остальные (преиму¬
щественно мухаджиры — урдуязычные мусульмане, переселенные из Индии при
образовании Пакистана, и бангладешские бихари) были суннитами и находились
под сильным влиянием Джамаат-п ислами38.
ППН, наделив язык сипдхп статусом официального языка Синда, вызвала кро¬
вавые религиозпо-этннческие столкновения. Ориентация Бхутто на «народный ис¬
лам» суфиев усилила враждебное к нему отношение суннитского духовенства.
Военно-бюрократический режим Зия-уль-Хака и Джамаат-и ислами открыто ориен¬
тировались в Синде на мухаджиров-нерссслепцов, численность которых за годы
военной диктатуры заметпо возросла. Отношение Зия-уль-Хака к синдхским суфи¬
ям является двойственным. С одной стороны, деятельность суфийских религиозных
орденов, культ святых и исполнение суфийских песнопений ограничиваются, по¬
клонение могилам суфийских шейхов запрещается. С другой — декларируется
включение суфизма в процесс исламизации, в отдельных случаях демонстрируется
отсутствие враждебности относительно «народного ислама», выражается почтение
к некоторым шейхам, восстанавливаются могилы основателей отдельных орденов зэ.
В результате большинство сипдхов участвует в движении за восстановление демо¬
кратии и поддерживает ППН, а крупнейшее подразделение суфийского ордена ка-
дырийя (община хур и ее глава Пир Пагаро) выступило против ППН и помогло
36 International Conference on Science in Islamic Policy. Islamabad. 1983; Knowled¬
ge for What? Proceedings and Papers of the Hijra Seminar on Islamization of Knowled¬
ge. Islamabad. 1982, pp. 76-77.
37 Statesman, New Delhi, 8.IX.1986.
38 Main Findings of the 1981 Population Census. Islamabad. 1983, p. 13; Ahmad
Feroz. Pakistan Problem of National Integration. In: Islam, Politics and the State.
The Pakistan Experience. New Delhi. 1986, pp. 237-238.
39 Islam, Politics and the State. The Pakistan Experience, p. 91.
98

воепно-диктаторскому режиму расправиться с антиправительственными волнениями
1983 г. в Синде. TeiM не менее Синд по сей день остается центром оппозиции.
Военно-бюрократические круги использовали мусульманский фактор и во внеш¬
ней политике: враждебность к Ипдпи, расположение на пакистанской территории
•■баз для афганских душманов. Но постепенно в Пакистане усиливается недовольст¬
во поддержкой, оказываемой афганским контрреволюционерам, о чем свидетельст¬
вуют вооруженные выступления пограничных пуштунских племен. В Исламабаде
вынуждены учитывать также ряд других международных факторов, включая по¬
зицию СССР. Советский Союз выступил с рядом позитивных инициатив, свидетель¬
ствующих о его дружественном отношении к пакистанскому народу. В декабре
19SG г. состоялся визит секретаря по иностранным делам МИД Пакистана А. Сат-
тара в СССР. Ответный визит нанесла в 1987 г. советская делегация. В феврале
1987 г. нашу страну посетил министр иностранных дел Пакистана Якуб-хан.
В шопе 1987 г. представитель МИД Пакистана заявил, что переговоры с СССР
имеют большое значение и что дальнейшие шаги в этом направлении были бы
очень полезны, в частности для урегулирования афганской проблемы. Расширяют¬
ся культурные контакты между СССР и Пакистаном. В работе Всемирного кон¬
гресса женщин в июне 1987 г. в Москве приняла участие делегация пакистанских
женщин. В ее состав входила член Национальной ассамблеи С. Ахмед. Представи¬
тели Пакистана приняли также участие в Московском международном кинофести¬
вале 1987 года. Стремление к расширению дружественных отношений с СССР про¬
являют не только светские левые силы Пакистана, но также некоторые религиоз¬
ные деятели.
На всем протяжении существования Пакистана обращение к традиционным
^стереотипам массового сознания служило важным средством политической мобили¬
зации масс. Декларирование верности принципам ислама было неотъемлемой
частью и диктаторских, и парламентарных режимов, содержалось в программах
большинства политических партий. После проведения в 1985 г. на непартийной ос¬
нове выборов в парламент (февраль) и в провинциальные собрания (март)
в Пакистане формально восстановлен парламентарный режим. Однако реальпая
власть находится в руках военно-бюрократических группировок, что вызывает педо-
.вольство и некоторых деловых кругов, и многих трудящихся, и просвещенной об¬
щественности. В оппозиции к режиму находятся как светские, так и религиозные
партии. Нередки массовые кампании политического протеста. Ислампзацня различ¬
ных сфер государственной и общественной жизни еще сохраняется, но влияния иа
ситуацию в стране ислам в прежней степени не оказывает, борьба исламской и
светской тенденций нарастает. Кроме того, популярная в массах ППН по-прежнему
выдвигает лозунг исламского социализма.
Использование реакцией религии и коммунализма затрудняет оздоровление по¬
литического климата в Южпой Азии и прилегающих районах, мешает реализации
гуманистических традиций народов региона, основанных па уважении права каждо¬
го народа и каждого человека на собственный социальный, политический и идеоло¬
гический выбор. Делийская декларация, подписанная 27 ноября 1986 г. Генераль¬
ным секретарем ЦК КПСС М. С. Горбачевым и премьер-министром Республики
Ипдия Р. Ганди, гласит: «Ненасилие должно быть основой жизни человеческого
сообщества: философия п политика, построенные па насилии и устрашении, нера¬
венство и угнетении, дискриминации по расовому и религиозному признакам или
цвету кожи, аморальны и недопустимы» 40. Использование определенными круга¬
ми Пакистапа исламизации как специфического орудия политики противоречит се¬
годня интересам народов как всей Азии, так и самого Пакистана.
40 Визит Генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачева в Индию 25- 28 нояб¬
ря 1986 г. М. 1986, с. 47.
4*

ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА В СССР
В Отделении истории и Научных советах АН СССР
В БЮРО ОТДЕЛЕНИЯ
На заседании Бюро Отделения, состоявшемся 15 октября 1987 г., научный до¬
клад «Проблемы изучения искусства Возрождения» сделал проф. В. Н. Г р а щ е н-
ков (Московский университет), вышедший за формальлые пределы названия до¬
клада и остановившийся на более широком вопросе — общей концепции истории
искусства применительно к теоретическим и практическим задачам советской ис¬
торической науки. Эта концепция в приложении к эпохе Возрождения представля¬
ет собой диалектическое углубление положений прогрессивной мысли второй поло¬
вины XIX в., преодолевающее и модернизацию, и «медиевизацию» явлений Ре¬
нессанса.
В отличие от некоторых специалистов, оценивающих Ренессанс как тип куль¬
туры со своим единым целостным стилем, докладчик охарактеризовал его как
культурно-историческую эпоху, знавшую динамику и поддающуюся периодизацпи.
Так, для Италии XIV—XVI вв. можно говорить о периодах Протовозрождения, ран¬
него, зрелого и позднего Возрождения. Иными были этапы развития Северного Воз¬
рождения (в Нидерландах, Франции и Германии). Особыми проблемами являются
использование деятелями Ренессанса античного наследия, их гуманистические
взгляды, отношение к типично феодальным и церковно-католическим ценностным
категориям средневековья, преодоление в искусствоведении вульгарно-социологиче¬
ского схематизма и привлечение социально-экономических данных об эпохе для
многоаспектного анализа тогдашней культуры. Докладчик привел интересные сведе¬
ния о различных возможностях понимаппя Возрождения как «открытия мира и
человека», его архитектуре, живописи, скульптуре, театре, литературе и книгопе¬
чатании, о социальном статусе деятелей той эпохи, отдельных национальных шко¬
лах его мастеров, национальных традициях и направлениях в изучении Ренессан¬
са и в его историографии, связав их оценку с основополагающим кредо марксист¬
ского историзма.
Выступая в прениях по докладу, акад. А. Л. Нарочницкий высказал мне¬
ние, что история культуры вообще, искусства в частности, должна занимать боль¬
шее, нежели сейчас, место в работе Отделения п его учреждений, особенно в связи
с остро актуальной борьбой против технократизма в общественной жизни и про¬
тив дегуманизации обучения и воспитания молодежи. Желательно воссоздание в
Отделении какого-то учреждения, которое напрямую стапет исследовать историю
искусства. Поддержав это мнение, чл.-корр. АН СССР Ю. С. Кукушкин под¬
черкнул целесообразность постановки проблемы общего места истории искусства в
системе исторических наук.
Председательствовавший на заседания акад. Ю. В. Бромлей считает, что
следует поднять вопрос о возвращенпп научно-методического руководства Всесо¬
юзным научно-исследовательским институтом искусствознания Министерства куль¬
туры СССР из Отделения литературы и языка в Отделение истории. Акад. М. П. К и м
подчеркнул тесную социальную связь явлений искусства и литературы.
Акад. А. М. Самсонов полагает полезным предложить руководству названного
ипстятута высказать на Бюро Отделения свое мпепие об основных направлениях
100

его деятельности. Чл.-корр. АН СССР В. Л. Я н п н говорил о необходимости упроч¬
нить единение истории искусства с исторической наукой и повернуть искусствове¬
дение от внесоцнальных абстракций на позиции исторической обусловленности
произведений искусства.
С предложениями насчет путей и форм реорганизации системы научных сове¬
тов и комиссий Отделения выступил зам. академика-секретаря Отделения чл.-корр.
АН СССР И. Д. К о в а л ь ч е н к о. Рассмотрев эти предложения, Бюро наметило
новый перечень научных советов и комиссий, которые будут впредь работать в
рамках Отделения. Основная идея реорганизации заключается в том, чтобы обеспе¬
чить соответствие этих советов с комплексными перспективными программами
Отделения.
Бюро утвердило предложенный председателем Российского палестинского об¬
щества чл.-корр. АН СССР А. П. Новосельцевым состав редакционной кол¬
легии «Палестинского сборника).
Были приняты также решения по ряду других вопросов.
* *
*
На заседании Бюро 12 ноября 1987 г. академик-секретарь Отделения
акад. С. Л. Тихвинский проинформировал членов Бюро о том, что директором
Института славяноведения и балканистики АН СССР утвержден президиумом АН
СССР с учетом голосования в Институте и на общем собрании Отделения доктор
исторических наук Б. К. Волков.
М. Б. Свердлов (Ленинградское отделение Института истории СССР АН
СССР) выступил на заседании с научным докладом «Проблема генезиса феодализ¬
ма в России:), охарактеризовав основные позиции подготавливаемой им к печати
историографической работы на данную тему.
В прениях по докладу акад. И. И. Минц предложил ввести в одном из пе¬
чатных органов Отделения постоянную рубрику «Доклады Отделения истории АН
СССР». Акад. Б. А. Рыбаков отметил необходимость глубокого исследования до¬
феодального периода в истории восточных славян, который, по его мнению, охва¬
тывал многовековой отрезок времени, сосредоточив особое внимание на социаль¬
ных формах у местного населения перед нашествиями сарматов и гуннов. Чл.-корр*
АН СССР П. В. Волобуев указал на отставание изучения истории отечествен¬
ного феодализма по сравнению с исследованием истории западноевропейского фео¬
дализма. Чл.-корр. АН СССР Е. И. Дружинина говорила о желательности рас¬
ширения круга тем, исследуемых в этой связи, и включения в них проблем нозд-
него феодализма в России. Чл.-корр. АН СССР В. Л. Янин, коснувшись
несовпадения концепций М. Б. Свердлова и И. Я. Фроянова относительно общест¬
венного строя Древней Руси, привел некоторые сведения о Новгородской земле, из
которых явствует наличие там в X—XI вв. феодальных отношений. Л. В. Милов
остановился на роли исторических и лингвистических материалов Восточной Евро¬
пы первых веков н. э. для верной оценки фактов древнерусской истории.
Ю. В. Ганковский (Институт востоковедения АН СССР — ИВАН) сообщил
о работе совместной комиссии историков СССР и Афганистана начиная с лета
1984 года. Его сообщение было дополнено данными, приведенными чл.-корр. АН
СССР А. А. Искендеровым и директором ИВАН М. С. Капицей. Бюро в сво¬
ем постановлении подчеркнуло роль, которую играет комиссия в развитии науки
Республики Афганистан, одобрило деятельность советской части комиссии и намети¬
ло ее задачи до 1995 года.
Ученый секретарь Отделения В. П. Козлов доложпл о предложениях учреж¬
дений Отделения относительно участия в выполнении перспективного плана со¬
циально-экономического развития г. Москвы. За учреждениями Отделения закрепле¬
на тема «Создание автоматизированного банка данных о памятниках истории и
культуры г. Москвы». С сообщениями на этот счет выступили Ю. А. Тихонов
(Институт истории СССР) и директор этого института С. С. Хромов. Акад.
Б. А. Рыбаков, члены-корреспонденты АН СССР Ю. А. Поляков и
101

ТЗ. Л. Янин, председатель Археографической комиссии АН СССР С. О. Шмидт
внесли рекомендации, направленные на реализацию плана.
Бюро определило составы конкурсных комиссий по выборам директоров Инсти¬
тута археологии и Института всеобщей истории АН СССР; рассмотрело кандида¬
туры на избрание в члены-корреспонденты АН ТаджССР; приняло некоторые дру¬
гие решения.
А. Ш.
80-ЛЕТИЕ АКАДЕМИКА А. М. САМСОНОВА
Александр Михайлович Самсонов родился 8 япваря 1908 г. в Нижнем Новгороде
в семье крестьянина-бедняка. Там он в 1926 г. окончил среднюю школу и затем
работал инструктором горсовета общества «Долой неграмотность!». В 1927 г.
А.	М. Самсонов стал студентом Исторического факультета Ленинградского универ¬
ситета. Факультет выделился позднее в Ленинградский историко-липгвистическпй
институт, который А. М. Самсонов окончил в 1931 году. После этого он преподавал
историю на рабфаке, служил в Красной Армии, был и.о. доцента Ленинградского
отделения Института заочпого обучения партактива при ЦК ВКП(б), учителем
истории в средней школе. В 1938 г. Алексапдр Михайлович перешел в Музей исто¬
рии религии п атеизма АН СССР.
С 1939 г. он служил авиатехником в 61-й авиабригаде Балтийского флота, во
время советско-финляпдской войпы вел политическую работу с летчиками, после
демобилизации в 1940 г. занялся литературно-лекционной деятельностью в Москве.
С марта 1943 г. он — политработник 3-го гвардейского мехкорпуса. Тогда же он всту¬
пил в ряды Коммунистической партии. Алексапдр Михайлович был награжден ор¬
денами Отечественной войны II степени и Красной Звезды. Уже в те годы он не¬
однократно выступал со статьями в армейской и партийной печати.
С 1948 г. А. М. Самсопов работает в Институте истории АН СССР. В настоящее
время он является главным паучным сотрудником Института истории СССР АН
СССР. Свою первую книгу «Боевые действия 3-го гвардейского механизированного
корпуса» (1948) оп защитил в 1950 г. как кандидатскую диссертацию. С 1949 г.
оп являлся ученым секретарем Института истории, с 1951 г.— Редакционно-изда¬
тельского совета АН СССР; в 1961 г. защитил в качестве докторской диссертации ра¬
боту «Сталинградская битва» (1960). В 1961—1970 гг. А. М. Самсонов был директо¬
ром издательства «Наука», оргапизатором и главным редактором серии «Вторая
мировая война в исследованиях, воспоминаниях и документах» (свыше 90 книг).
С 1968 г. он является главным редактором «Исторических записок». Александр Ми¬
хайлович был председателем редколлегий, членом Главной редакции и редакцион¬
ных коллегий, научным, главным или ответственным редактором ряда многотомных
и однотомных изданий.
Много сил он отдает научно-организаторской деятельпости. В 1982—1986 гг. он
был заместителем академика-секрстаря Отделения истории АН СССР, с 1975 г.
состоит членом Бюро Отделеппя истории.
А.	М. Самсонов — автор мпогих научных трудов. Среди них книга «Антифео¬
дальные народные восстания в России и церковь» (1955) и монографии по исто¬
рии второй мировой войны. Это «Великая битва под Москвой. 1941—1942» (1958),
«Сталинградская битва. От обороны и отступления к великой победе на Волге»
(2-е и 3-е изд.: 1968, 1982), «От Волги до Балтики. 1942—1945 гг.» (1963,
1973), «Крах фашистской агрессии, 1939—1945» (1975, 1980), «Поражение вермахта
под Москвой» (1981), «Вторая мировая война, 1939—1945» (1985).
Высокий авторитет Александра Михайловича как ученого привел к избранию
его в 1964 г. членом-корреспондептом, а в 1981 г.— действительным членом
АН СССР.
Из книг, написанпых А. М. Самсоновым, выделяются три монографии. «Крах
фашистской агрессии» — это первый в советской литературе труд, освещающий в

рамках одной книги главные политические, военные, экономические, идеологические
и дипломатические события второй мировой войны на основе комплексного анали¬
за. «Содержание второй мировой войны,—пишет в этой работе Л. М. Самсонов,—
определилось не только боевыми действиями вооруженных сил па фронтах и теат¬
рах, по в равпой мере и противоборством социально-экономических и политиче¬
ских систем государств, участвовавших в конфликте» (1980, с. 5). Напоминая, что
война пачалась с обеих сторон как империалистическая, он показал, что главным
фактором превращения ее в освободительную со стороны антифашистских сил яви¬
лось вступление в нее ССС1*: именно обстоятельное рассмотрение этого вопроса для
каждой из стран — участниц войны является одпой из отличительных черт книги,
хотя он требует дальнейшей теоретической разработки, особеппо когда дело каса¬
ется Англии и Франции. Другая важная черта этой работы — отказ от освещения
событий 1944—1945 гг. на советско-германском фронте как выполнения задачи до¬
бить «уже сломленного» противника. Автором нредставлепа картина крайней оже¬
сточенности сражений заключительного этапа Великой Отечественной войны, ярост¬
ного сопротивления сильного врага, быстротечных изменении обстановки на фрон¬
тах вплоть до последнего дня войны. Органически взаимосвязаны в этом труде
темы войны и политики, осуществлен показ революционизирующего воздействия
советских побед на народы мира и на линию наших союзников в разные периоды
войны. Ярко охарактеризована А. М. Самсоновым огромная роль СССР в создании
и укреплении антигитлеровской коалиции, которая продемонстрировала в истори¬
ческом плане широкие возможности сотрудничества государств с различным об¬
щественным строем ради достижепин общих и жизненно важных для народов
целен.
В «Поражении вермахта под Москвой» события Московской битвы рассматри¬
ваются автором в тесной связи с общей ситуацией, сложившейся к тому времени
в .мире, и с учетом этого обстоятельства он решает свою основную задачу: выяс¬
нить, что привело к срыву гитлеровского плана «молниеносной войны»1 против
СССР. Утверждая закономерность такого итога битвы под Москвой, А. М. Самсонов
разносторонне (как никто другой в пашей специальной литературе) освещает комп¬
лекс причин, обусловивших этот факт. Привлекает впиманне его не разделяемый
некоторыми исследователями вывод, что понятия «начало коренного поворота»
и «начало коренного перелома» в Великой Отечественной войне практически одно¬
значны (с. 317) и связаны с битвой под Москвой.
Третье издание монографии «Сталинградская битва» дополнено и переработано
с учетом последних достижении советской и зарубежной историографии; расшире¬
на архивно-документальная основа труда; введены в текст материалы личных бе¬
сед автора со многими военачальниками; гораздо полнее освещена деятельность
Ставки Верховного Главнокомандования и других органов стратегического руководст¬
ва вооруженной борьбой; дан аргументированный ответ на вопрос, почему Красная
Армия, одержав победу под Москвой, утратила затем стратегическую инициативу
и была вынуждена отступить к Сталинграду и Кавказу. Автором раскрыты не
только объективные, по и субъективные факторы, которые сказались на вооружен¬
ной борьбе. Наконец, обстоятельнее, чем в любом ином специальном издании, оха¬
рактеризовано в книге международное значение Сталинградской битвы.
Сейчас А. М. Самсонов руководит подготовкой совместного труда историков со¬
циалистических стран «Причины второй мировой войны. Документы и коммента¬
рии». Он завершил также работу над монографией «Память минувшего: события,
люди, история». Большая исследовательская, научно-организационная и обществен¬
ная работа Александра Михайловича отмечена высокими наградами Родины — орде¬
нами Трудового Красного Знамени (дважды), Отечественной войны II степени (вто¬
рично) и «Знак Почета».
103

КОНФЕРЕНЦИЯ ПО ПРОБЛЕМЕ
«ОКТЯБРЬ И ДРУЖБА НАРОДОВ»
Всесоюзная научная конференция «Великий Октябрь и дружба народов. Исто¬
рический опыт и современность)) состоялась в Орджоникидзе 23—25 сентября
1987 года. Ее организаторы: Научный совет по комплексной проблеме «История
Великой Октябрьской социалистической революции» АН СССР и его Северо-Кавказ¬
ская секция, Институт истории СССР АН СССР, Министерство высшего и среднего
■специального образования СССР, Северо-Кавказский научный центр высшей школы.
Северо-Осетинскяй университет.
В работе конференции приняли участие ученые Москвы, Риги, Минска, Киши¬
нева, Фрунзе, Томска, Волгограда, Новосибирска, а также представители всех на¬
учных учреждений и университетов Северо-Кавказского региона.
Целью форума было подведение итогов п определепие конкретных направлений
исследования истории Великого Октября и национальных отношений в СССР,
оценка 70-летнего опыта Коммунистической партии и Советского государства по
осуществлению ленинской национальной политики. Секретарь Северо-Осетпнского
обкома КПСС Ю. И. К о н и е в, ректор Северо-Осетинского университета А. X. Г а-
лазов, председатель Северо-Кавказской секции Научного совета А. И. Козлов
(Ростов-на-Дону) и другие выступавшие на открытии конференции подчеркивали,
что успехи в разработке этих важных проблем зависят от преодоления бюрократиз¬
ма, косности, проявлений национализма и других негативных явлений, для чего в
условиях всесторонней демократизации общественной жизни имеются все возмож¬
ности.
При разработке проблем Великого Октября и межнациональных отношений, за¬
метил М. И. Гиоев (Орджоникидзе), необходимо уйти от декларативных заявле¬
ний, стереотипов, устаревших подходов, не дающих приращения знаний, расширять
источниковую базу, ставить новаторские темы, осмысливать их на уровне совре¬
менных требований с учетом всех сложностей современного этапа социалистиче¬
ского строительства. Труды историков должны быть объективными исследованиями
реальных явлений в сфере национальных отношений, новое содержание которым
дал Великий Октябрь. Решение этих задач возможно только при объединении уси¬
лий ученых, чему могло бы способствовать создание на Северном Кавказе филиа¬
ла Института истории СССР АН СССР.
Проблеме вызревания социалистической революции в национальных регионах
страны уделила внимание Е. И. Д с м е ш и н а, В. П. Трут (оба - Ростов-на-Дону),
Н. И. Лебедик (Армавир), С. А. X у б у л о в а, Р. А. Джиоева (обе — Орджо¬
никидзе). На новом архивном материале они показали важность исследования
стачечного движения, выступлений крестьян в национальных регионах страны. Был
проведен анализ процесса развития национально-освободительного движения в кон¬
це XIX — начале XX в., ставшего составной частью социалистической революции.
В активизации революционного движения в национальных районах важную роль
сыграл русский рабочий класс. Огромное влияние на рост классового сознания
трудящихся оказала революция 1905—1907 гг., она помогла пм отчетливо увидеть
позицию национальной буржуазии.
Новые данные о расстановке сил накануне Октября на Северном Кавказе, ре¬
зультатах борьбы большевиков за армию и привлечение ее на сторону революции
были приведены Ж. Ж. Гакаевым (Грозный). Он подчеркнул, что ленинская
партия, взявшая курс на выявление классовых противоречий в армии, обеспечила
завоевание на сторону пролетариата большинства солдатских масс не только в ре¬
шающих для успеха восстания промышленных центрах страны, но п на Юго-Во¬
стоке России.
Е. Г. Гимпельсоп показал, что русский рабочий класс, обладая высоким
духом интернационализма, оказывал огромную помощь в борьбе за торжество дик¬
татуры пролетариата в национальных районах России; проследил, как протекал
процесс становления и развития отрядов национального пролетариата, которому
суждено было возглавить борьбу за власть Советов и упрочение завоеваний Ок¬
104

тября, ва первые социалистические преобразования, утверждение и укрепление со¬
циалистического строя.
Н. Ф. Бугай подчеркнул необходимость более широкого понимания межна¬
циональных отношений после социалистической революции и в ходе строительства
социализма. Применительно к 1917—1921 гг. межнациональные отношения он ха¬
рактеризовал не только через призму военно-политического союза народов, созида¬
тельных функций диктатуры пролетариата, но и формировавшегося социалистиче¬
ского города, социальной политики партии и государства. В докладе раскрывались
также влияние религии на межнациональные контакты и (па повых архивных ма¬
териалах) роль Советов в упрочении межнациональных отношений в 1917-1921 гг,
на Северном Кавказе.
Вопроса об интернациональном характере деятельности Советов в период Ок¬
тября касалась 3. Л. Серебрякова, предпринявшая попытку определить их
роль и место в мобилизации трудящихся масс национальных районов страны на
борьбу за диктатуру пролетариата.
Выступавшие на конференции показали неразрывную связь борьбы за власть
Советов в национальных районах с решением национального вопроса, Чл-корр. АН
ЛатССР А. К. Бирон (Рига) сообщил интересные сведения о роли латышских
стрелков в борьбе за Советскую власть на Северном Кавказе. П. А. Селиванов
(Минск) привел факты об укреплении дружбы народов в ходе социалистической
революции и гражданской войны.
Совместная борьба за равенство и расцвет народов как фактор, способствовав¬
ший расширению их дружбы, была в центре внимания Я. М. Копанского
(Кишинев). Ои призвал уделять больше внимания показу солидарности, дружбы
народов в разгроме империалистической интервенции и националист»ческой контр¬
революции. В. Абылгазиев (Фрунзе) показал, какой огромный ущерб послед¬
няя наносила установлению власти трудящихся, создавая на получаемые от ино¬
странного капитала субсидии отряды басмачей. Докладчик охарактеризовал боль¬
шую помощь в борьбе с контрреволюцией, оказанную киргизам русским рабочим
классом. Борьба народов Северного Кавказа за Советскую власть, общность их це¬
лей и интересов рассматривались К, Т. Лайпановым (Карачаевск)г
А.	Ф. Глушковым, Г. И. Цибировым (оба — Орджоникидзе), С. А. Кисли¬
цыным (Ростов-на-Дону).
Ряд докладов и сообщений выявил темы, ранее не рассматривавшиеся в исто¬
риографии. А. В. Венков (Ростов-на-Дону), И. И. Дедов (Волгодонск)г
Ю. Ф. Болдырев (Волгоград), Н. А. Ефимов, А. А. Зайцев (Краснодар)
привели новые данные об участии в борьбе за завоевание Октября на Юге России
болгар, венгров, немцев, китайцев, поляков, сербов и представителей других пародов.
Европы и Азии. Впервые был поставлен вопрос об участии зарубежных интерна¬
ционалистов в борьбе за Советы на Кубани и в Черноморье в 1918—1920 годах*
Новые сведения были сообщены Т. Т. Березовым (Орджоникидзе), М. М. Ази¬
мовым (Махачкала) и другими об интернационализме народов Северного Кавка¬
за, оказывавших друг другу поддержку в борьбе против классовых врагов.
Часть выступлений касалась истории контрреволюции, в том числе казачьей,,
буржуазпо-нациопалистических правительств, мелкобуржуазных партий. В. И. Сер¬
геев, В. Матвеев, В. П. Трут говорили о реакционной роли мелкобуржуазных
партий, поддержке ими «союза верхов», совместных действиях эсеров и меньшевиков,
направленных против Советской власти.
Широко освещалась на конференции проблема «Казачество и национальный
вопрос», до сих пор не затрагивавшаяся даже в специальных работах. Примени¬
тельно к Северо-Кавказскому региону до конца 20-х годов вопрос этот прослежи¬
вался выступавшими. Ю. К. Кириенко, Я. К. Перехов, С. А. Кислицын
(все — Ростов-на-Дону) раскрыли формы и методы работы партии по сплочению
трудового казачества в борьбе за установление Советской власти, трудности этой
борьбы в многонациональном и мпогосословном регпопе. Бькпа опровергнута точка
зрения советологов, что трудящиеся национальных районов Северного Кавказа зани¬
мали контрреволюционную позицию и не поддерживали Советы. Много внимания
уделялось вопросам вовлечения казачества в советское строительство, создания ор-
105-

гапов Советской власти, взаимоотношений казачества с трудящимися национальных
районов. Я. К. П е р е х о в не только проанализировал на новых архивных доку¬
ментах такие аспекты темы, как учет партийными органами специфики националь¬
ных районов, созыв съездов крестьян горских национальностей, установление сою¬
за с основной середняцкой казачьей массой и т. д., но и сделал критический обзор
литературы. О выработке форм взаимоотношений казачества с трудящимися нацио¬
нальных районов Терской области, о решении земельных конфликтов в 1920—
1921 гг. и борьбе с бандитизмом говорила И. 1'. Кислицына (Ростов-па-Дону).
Особенности борьбы партии за ослабление влияния религии па трудящиеся
массы, за пресочепие использования ее для подрыва единства нерусских народов
с русским рассмотрел И. Д. Эйпгорн (Новосибирск). Отдельные аспекты этой
проблемы затрагивали и другие выступавшие.
Вопросы переходного периода рассматривались М. М. Беки ж евым (Чер¬
кесск), X. М. Ибрагимбейли, С. С. Магомадовым (Грозный), А. К-М. И с-
рапиловым (Махачкала), 3. А. Галазовой (Орджоникидзе), Д. X. М е к у-
ловым, М. Б. Беджановым (Майкоп), М. М. Азимовым, 3. Г. Зульпу-
каровым (Махачкала), Н. А. Хижняковой (Ставрополь), Е. Ф. Ж у п и к о-
в о й и др. Освещались проблемы экономического, социального и политического
сотрудничества народов, огромной помощи русского и других народов народам Се¬
верного Кавказа в достижении ими экономического равенства, расцвета культуры.
На конференции развернулись дискуссии по проблемам межнациональных от¬
ношений и понятийного аппарата. Большинство выступавших придерживались мне¬
ния. что сегодня, говоря о межнациональных отношениях, следует прежде всего
иметь в виду уровень их развития, учитывая и негативные явления в этой области.
Активно обсуждался вопрос о причинах проявлений национализма в современных
условиях. Выступавшие были сдпподушны, что эта тема требует глубокого изуче¬
ния. что нельзя объяснить их только действиями хулиганствующих элемептов и
происками буржуазной пропаганды. По мнению П. И. Юсупова (Грозный), одной
из причин является то, что у всех народов страны заметно возросло чувство на¬
ционального самосознапия, но оно недостаточно воплотилось в социальной актив¬
ности людей, а зачастую вело к ее деформации в корыстных целях.
Дискутировался и вопрос о двуязычии и многоязычии в национальных районах
страны. М. Б. Бедж а но в, Д. X. Мекулов, 3. А. Га лазов а и др. отмечали
остроту проблемы, недостатки ее практического осуществления, дефицит препода¬
вателей русского языка в школах с обучением на национальных языках и нехват¬
ку преподавателей национального языка в школах с обучением на русском языке,
что не может не паиосить вреда патриотическому и интернациональному воспита¬
нию молодежи.
Искажение буржуазными идеологами истории Великого Октября, состояния
межнациональных отношений в СССР обстоятельно рассматривалось X. М. И б р а-
гпмбейли, С. К. Хмелсвским, М. В. В а габовым (Махачкала) и др.
X. М. Ибрагимбейли показал, как зарубежная пропаганда использует недо¬
статки, просчеты в проведении в жизнь национальной политики, в частности пере¬
селение некоторых пародов Северного Кавказа в 40-с годы. Опыт борьбы трудящих¬
ся масс всех национальностей России, решения национального вопроса в СССР,
упрочения национальных отношений анализировала Т. В. Батаева, уделившая
особое внимание закономерностям борьбы трудящихся, их солидарности, выявлению
демографических взрывов, их связи с развитием и совершепствованиелг той или иной
нации.
Обсуждение на конференции широкого комплекса вопросов позволило опреде¬
лить направления дальнейших исследований: вызревание предпосылок социали¬
стической революции; развитие национально-освободительного движения; роль на¬
циональных отрядов рабочего класса в победе Октябрьской революции, становлении
и упрочении межнациональных отношений; особенности формирования союза ра¬
бочего класса и крестьянства в национальных районах; завоевание армии на сто¬
рону пролетариата, строительство вооруженных сил социалистической революции
и защита ее завоеваний; интернационалисты в борьбе за победу Великого Октября;
нацпоаально-государственное строительство как фактор решения национального во¬
406

проса; роль Советов в укреплении межнациональных отношений; социальная по¬
литика Советской власти в ходе упрочения межнациональных отношений; значение
человеческого фактора в системе национальных отношений; казачество и народы
края; религия в структуре национальных отношений; критический анализ немарк¬
систской историографии революционного процесса на Северном Кавказе, межнацио¬
нальных отношений, казачьей контрреволюции и империалистической интервенции.
Н. Ф. Бугай
Обзоры
СОВЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА О НАЦИОНАЛЬНОМ ВОПРОСЕ В ЮАР
(50—80-е годы)
Южная Африка традиционно привлекает впимание советских историков. Мож¬
но даже сказать, что прежде всего па ее материале происходило становление со¬
ветской африканистики. С самого начала в центре ее внимании оказался и нацио¬
нальный вопрос. В Южной Африке в силу исторических причин он стоит едва ли
не наиболее остро во всем мире. При господстве системы апартеида более 80%
коренного населения лишены здесь элементарных политических нрав и свобод и
подвергаются нещадпой эксплуатации со стороны белого меньшинства. В данном
обзоре упор сделан на отражении в советской литературе истории меж националь¬
ных отношений, формировании национального самосознания и национальной куль¬
туры народов Южной Африки, па роли национального вопроса в классовой борьбе-
трудящихся.
Исследователь, занимающийся национальным вопросом в Южной Африке, стал¬
кивается с рядом трудностей. Местная статистика не дает ясного представления об
этническом составе населения, подменяя этническую принадлежность расовой и-
исключая из числа жителей ЮАР население ряда «независимых» бантустанов.
Наши исследователи испытывают также недостаток материала, касающегося соци¬
альной структуры африканского населепия, особенностей его национального само¬
сознания, характера его политических организаций. Поэтому осповпыми источника¬
ми для изучения национального вопроса в ЮАР служат наряду с ее правитель¬
ственными публикациями материалы южноафриканской прессы и публицистика^
Кроме того, немало материала по национальным проблемам ЮАР можно почерп¬
нуть из работ южноафриканских и западных авторов при условии их критическо¬
го осмысления.
Анализ довоенной советской историографии Южной Африки уже дан в книге
А.	Б. Давидсона 1. Первые советские работы о Южной Африке появились в начало
20-х годов. В 1925 г. была опубликована статья Ф. Ф. Раскольникова и Н, Петрова^
которые сделали вывод, что «начавшееся экономическое движение туземных рабо¬
чих рано или поздно перерастет в движение политическое, поставит себе задачи
национально-революционного порядка»2. В работах Ю. Гернгроса, Э. Шика,
А.	А. Зусмановича п др. рабочее движение и расовые проблемы Южной Африки
также рассматривались, как правило, еще нерасчлепеппо. Выделение круга проб¬
лем, связанных с национальным вопросом в Южной Африке, произошло лишь в пос¬
левоенный период. Однако в 20—40-е годы была показана взаимосвязь расовой проб-
1 Давидсон А. Б. Южная Африка. Становление сил протеста. 1870—1924. М:
1972, с. 40-49.
2 Петров Н., [Раскольников Ф.] Национальный вопрос и рабочее дви¬
жение в Южной Африке.-Коммунистический Интернационал, 1925, № 11(48)..,
с. 150.
Ш

немы и классовой борьбы. Основное внимание уделялось при этом коренному насе¬
лению Южной Африки, происходящим в его среде социальным сдвигам, участию аф¬
риканцев в борьбе против расизма.
Рассмотрение социально-экономических и политических проблем неевропей¬
ского, в первую очередь африканского населения было большой заслугой советских
ученых. Вместе с тем «настойчивое стремление увидеть ростки революционной
борьбы приводило нередко к тому, что различным факторам, определявшим разви¬
тие событий на Юге Африки, уделялось неодинаковое внимание, а некоторые из
них вообще оказывались вне поля зрения» 3. Африканское население нередко рас¬
сматривалось как единое целое, не всегда учитывались противоречия между раз¬
личными социальными, этническими и расовыми группами небелого населения,
Как известно, в 1948 г. к власти в Южной Африке пришла африканерская На¬
ционалистическая партия, установившая режим апартеида — жестокую расовую
дискриминацию всех небелых жителей страны, территориальную сегрегацию раз¬
личных расовых групп, ограничение доступа небелых к квалифицированным видам
труда и к предпринимательской деятельности4. Доктрина апартеида, согласно офи¬
циальному определению, означает признание различий расовых (по цвету кожи)
в по уровню цивилизации, которые служат препятствием для ассимиляции; сохра¬
нение индивидуальности различных «цветных» групп населения и их раздельного
развития в соответствии с их индивидуальностью, традициями и способностями,
также препятствующими интеграции. Политика апартеида направлена на увекове¬
чение социальных различий между национальными и расовыми группами населе¬
ния и ставит своей целью разобщить трудящихся по этническому и расовому при¬
знакам, обеспечить жестокую эксплуатацию небелого большинства населения.
Первой работой, в которой рассматривался национальный вопрос в Южной
Африке после прихода к власти Националистической партии, была книга И. П. Яст¬
ребовой. В ней отмечалось, что «политика расовой дискриминации способствует
сохранению докапиталистических форм эксплуатации... и является серьезным пре¬
пятствием на пути развития ее производительных сил». Эта политика сокращает
покупательную способность основной массы населения и тормозит внедрение пере¬
довых методов производства, т. е. делает неевропейцев почти даровой рабочей си¬
лой. В книге показано, что расовая дискриминация направлена на раскол трудя¬
щихся по национальному признаку, насаждение шовинистических настроений
среди белых, что апартеид является логическим развитием системы расовой дис¬
криминации, основы которой были заложены на юге Африки в конце XIX века.
Пожалуй, впервые в советской историографии И. П. Ястребова уделила зна¬
чительное внимание белому населепию, отметила его национальную и социальную
неоднородность. Наиболее многочисленные среди белых — африканеры (буры) —
потомки переселенцев из Европы, в основном из Голландии, обладали в послево¬
енный период языковым единством и некоторой общностью культуры, но британ¬
ская колониальная политика препятствовала их самоопределению, тормозила про¬
цесс формирования африканерской нации. По мпению автора, в этническом
отношении среди белого населения существовали две тенденции. Часть бурских на¬
ционалистов блокировалась с англоязычным населением и частично смешивалась с
пим, стремясь обеспечить себе господствующее положепке в стране, чтобы угнетать
народы других рас и национальностей. Другая часть африканеров выступала с ан-
тибританскими лозунгами и начала «противопоставлять себя другим национальным
группам населения европейского происхождения», прежде всего англоязычным бе¬
лым. Вмеоте с тем, как показано в книге, все буржуазные партии европейского
населения выступают по отношению к коренным жителям единым фронтом. Южно-
африканские правители делают все, чтобы сохранить пережитки феодальных и пле¬
менных отношений, еще имеющие широкое распространение в африканской дерев¬
не, разжигают межрасовую и межэтническую рознь среди небелых, пытаясь про-
5 Давидсон А. Б. У к. соч., с. 48.
4 См. Витухпп И. В. Апартеид в Южно-Африканской Республике. В кн.: Кри¬
тика буржуазных теорий национализма и расизма. М. 1976, с. 172.
408

тпвостоять росту национального самосознания и стремлению коренного населения
объединить свои усилия против национально-колониального гнета 5.
Национальные процессы в Южной Африке в тесной связи с ее социально-эко¬
номическим и политическим положением были рассмотрены в капитальном труде
И. И. Потехина. Южно-Африканский Союз (ЮАС) был охарактеризован автором
как «доминион особого, колониального типа», где в отличие от Австралии или Ка¬
нады коренные жители не были истреблены и составляют около трех четвертей
населения. В Южной Африке метрополия и колония как бы сосуществуют на одной
и той же территории, докапиталистические отношения соседствуют с развитыми
капиталистическими, и европейское меньшинство угнетает другие расовые группы в.
В отличие от И. П. Ястребовой И. И. Потехын выявил в среде белого населения
наличие двух подходов к отношениям с небелыми жителями страны — стремление
африканерской Националистической партии еще более ужесточить расовую дискри¬
минацию и сегрегацию и намерение ряда оппозиционных партий, опирающихся на
англоязычное белое население, несколько расширить участие в выборах верхних
слоев африканцев и других угнетенных расовых групп. В книге показано, что среди
белого населения существуют демократические силы, выступающие за равноправие
всех жителей ЮАС, независимо от национальной и расовой принадлежности 7.
И. И. Потехин установил, что среди африканских баптуязычпых пародов Юж¬
ной Африки идет процесс образования единой национальной общности, который
тормозится политикой апартеида, стремлением властей законсервировать феодаль¬
ные и дофеодальные структуры, этническую раздробленность африканцев. Ои
справедливо отметил, что в ЮАС отсутствуют предпосылки формирования единой
нации из африканцев (банту), белых и мулатов («цветных»). В отношении евро¬
пейского населения автор высказал мнение, что идет процесс образования единой
национальной общности — апглоафрикаперов, а африканеры и англичане не состав¬
ляют в ЮАС отдельных наций. «Цветных» И. И. Потехин без достаточных основа¬
нии считал примыкающими к англоафрпканерам не только по языку и формам
культуры, но и по самосознанию. Он не учел, что в условиях жесткой расовой
дискриминации нарастает отчуждение между белым и небелым населением, даже
говорящим на одном языке. Индийцев автор выделил при этом в «совершенно осо¬
бую группу» 8.
И. И. Потехин обратил внимание на выдвигавшиеся еще па рубеже 40—
50-х годов белой буржуазной интеллигенцией проекты превращения ЮАС в феде¬
ративное государство, состоящее из «европейской», «туземной» и «индийской» ча¬
стей. Эти псевдонезависимые «туземные государства» есть не что иное, как прооб¬
раз современных бантустанов, призванных предоставить африканцам видимость не¬
зависимости и самоуправления вместо реальных политических и экономических
прав.
Особое значение продается в книге такому важному признаку национальной
общности, как национальное самосознание. И. И. Потехин показал постепенное от¬
мирание у банту племенного самосознания, на смену которому пришло осознание
принадлежности к отдельным народностям — зулу, коса и другим. В книге под¬
черкнуто, что «национальное самосознание банту формируется в условиях, когда
национальная буржуазия банту развита еще слабо, а рабочий класс уже много¬
числен, когда не буржуазия, а рабочий класс является руководящей силой нацио¬
нально-освободительного движения». Объективным условием для появления едино¬
го иациоиального самосознания у африканцев автор считает то, что у них общий
враг — расистское государство9. Вместе с тем идея национальной общности банту
распространяется и укрепляется в сознании широких народных масс, хотя «нет
5 Ястребова И. П. Южно-Африканский Союз после второй мировой войны.
М. 1952, с. 43, 88, 91-93, 152-153.
6 Потехин И, И. Формирование национальной общности южно-африканских
банту. М. 1955, с. 14-15.
? Там же, с. 104-109.
в Там же, с. 241-2 -2
5 Там же, с. 222.
109

еще достаточно проверенных объективных показателей для утверждения, что она
стала всеобщим достоянием» 10.
Однако, по миспию И. И. Потехина, предпосылки для слияния всех народно¬
стей банту в единую нацию уже имеются, поскольку они занимают единую терри¬
торию, говорят на языках, «настолько родственных и близких, что их можно рас¬
сматривать как диалекты единого языка», имеют общую культуру и «осознают себя
принадлежащими к одной национальной общности». Но все же такой нации, как>
п единого литературного языка, еще нет. Более того, существуют предпосылки для
слияния басуто, бечунов, пбанеди, с одной стороны, и зулусов, свази и коса —
с другой, в две отдельные нации 11.
В целом в советских работах 50-х годов была вскрыта национальная неоднород¬
ность расовых групп Южной Африки, проанализированы возможные направления
развития национальных процессов в стране, показана взаимосвязь национального
и классового самосознания африканского населения. В то же время европейское,
азиатское и метисное население ЮАС было изучепо явно недостаточно. Развитии
национальных процессов в этих группах трактовалось подчас упрощенно. Считалось
бесспорным, что европейское население формируется в единую аеглоафриканор-
скую нацию, к которой будут примыкать метисы. Что касается ипднйцев, то во¬
прос об их национальном развитии практически не ставился. В этих работах так¬
же еще по-настоящему не учитывалось влияние послевоенной политики апартеида
на национальные процессы в стране. Если в довоенный период этническое разви¬
тие действительно шло в направлении складывания единой англоафрнканерской
нации, в состав которой со временем при условии смягчепия расовой дискримина¬
ции могли войти и «цветные» (метисы), то с ужесточением расовой дискримина¬
ции и сегрегации после принятия доктрины апартеида среди белых наряду со-
сформировавшейся ранее африканерской нацией образовалась из англоязычного на¬
селения нация англоафриканцев. Что же касается «цветных», то среди них стало
крепнуть национальное самосознание, попимаиие коренного отличия своих интере¬
сов от интересов белого меньшинства.
Работы, появившиеся в 60-е годы, отразили эти особенности развития нацио¬
нальных процессов в Южно-Африканской Республике — так с 1961 г. стал называть¬
ся ЮАС. В книге В. П. Городпова было показано, что белая южноафриканская
буржуазия смогла привлечь на свою сторону подавляющее большинство белых
рабочих. Сказалось при этом то, что к 50-м годам среди них стали преобладать аф¬
риканеры 12. Автор подчеркнул, что африканский национализм в ЮАР не является
мополитпым и однородным. Хотя африканское население еще не имеет ярко выра¬
женной эксплуататорской верхушки, в его среде есть носители реакционных на¬
ционалистических тенденций.
Если в ходе антиколониальной борьбы народов большинства африканских стран
национализм играл прогрессивную роль, объединяя все антиимпериалистические
элементы, а реакционные националистические тенденции стали проявляться только
после освобождения, отмечает автор, то в ЮАР «в силу специфических историче¬
ских условий... африканский национализм уже в ходе борьбы за политическое ос¬
вобождение приобретает двойственный характер». На усилении националистической
тенденции в африканском национализме сказывается обратное воздействие нацио¬
нализма африканеров, трансформировавшегося в расизм эксплуататорского белого
меньшинства.
В развитии африканского национализма после второй мировой войны В. II. Го-
роднов выделил три этапа. На первом, завершившемся принятием Африканским
Национальным конгрессом (АНК) Хартип свободы в 1955 г., преобладала прогрес¬
сивная тенденция. На втором этапе — во второй половине 50-х годов — происходила
поляризация двух направлений в связи с организационным оформлением реакцион¬
ной тенденции в лице раскольнической группировки Панафрикапскпй конгресс
(ПАК). Третий этап, начавшийся в 60-е годы после ужесточенпя репрессии вла¬
10 Там же, с. 237.
11 Там же, с. 242.
12 Городков В. П. Южно-африканский рабочий класс в борьбе против реак¬
ции и расизма (50-60 е годы XX века). М. 1969, с. 24-25.
110

стой и запрета всех демократических организации, характеризуется крахом ПАК,
объединением прогрессивной части националистов вокруг АНК и переходом к не¬
мирным формам борьбы против режима апартеида.
Многорасовый характер единого освободительпого фронта, как показано в кни¬
ге, ни в коей мере не противоречит его социальной направленности. В условиях
ЮАР классовая борьба трудящихся направлена прежде всего против буржуазии,
как правило, в лпце белых поселенцев. Значение классовой борьбы внутри других
угнетенных расовых групп из-за слабости африканской, «цветной», да и индийской
буржуазии несравненно меньше. Роль борьбы между белой буржуазией и белыми
рабочими также невелика, поскольку большинство последних превратилось в рабо¬
чую аристократию, поддерживающую политику угнетения небелого большинства 1J.
Положению индийского населения ЮАР была посвящена работа П. М. Ша-
стптко. Он отметил его социальную неоднородность, борьбу демократических сил в
лице Южно-Африканского Индийского конгресса с соглашательскими буржуазными
партиями. В книге подчеркнуто, что проведепие политики апартеида стало возмож¬
ным, с одной стороны, из-за слабости африканской и индийской буржуазии, пло¬
хой оргапизованпостп африканского и индийского рабочего класса, отсталости и за¬
битости сельского пролетариата и крестьянства, противоречий между национальны¬
ми и расовыми группами, а с другой — в силу того, что в распоряжении
колонизаторов находятся основные средства производства и мощный аппарат
насилия 14.
В работе Д. М. Мухаммедовой рассмотрены причины иммиграции, классовый
состав и юридический статус индийцев ЮАС, дай анализ направленной против ппч
системы расовой дискриминации. Вызывает, однако, возражения тезис автора, что
действительная причина дискриминации кроется не в опасении копкурепцин со
стороны небелой буржуазии и рабочих, а «в расовом предупреждении и в расовой
ненависти но отношению к местному населению колонии» 15. Таким образом затуше¬
вывается социально-экономическая природа расовой дискриминации, тот факт, что
негативное отношение белых к небелым в ЮАР имеет не биологические, а прежде
всего социальные причины.
В статье Н. А. Ерофеева обращается внимание на то, что ряд аспектов нацио¬
нального вопроса в Южпой Африке не получил еще должного раскрытия. Автор
особо остановился па проблеме бурского (африканерского) национализма, выделив
внешние факторы его формирования: стремление к господству над коренпым насе¬
лением и противоборство с Англией. В борьбе за существование бурской нации в
период англо-бурских войн, по мнению Н. А. Ерофеева, «следует искать истоки
той психологии «окружения» (Leager psychologie), которой характеризуется ны¬
нешний национализм африканеров». При этом подчеркнуто, что антианглийскне
чувства буров имели экономическую основу, поскольку выходцы из Великобрита¬
нии и их потомки занимали и в значительной мере сохраняют вплоть до настоя¬
щего времопи господствующее положеппс в экономике страны. Автором показа о а
также роль протестантской религии в становлении бурского национализма и в обос¬
новании доктрины апартеида. В статье отмечается связь между политикой угнете¬
ния коренного населения и аптианглиискимн элементами африканерского национа¬
лизма: в период ужесточения расовой дискриминации значительно ослабевали на¬
падки африканеров на Великобританию и англоязычное население Южной
Африки 1в.
Заметным явлением в изучении национальных проблем ЮАС стала книга
13 Там же, с. 98-100.
14 Шаститко П. М. Сто лет бесправия (Положение индийцев в Южно-Афри¬
канском Союзе. 1860-1960 гг.). М. 1963. с. 104, 156-157.
’•г' Му хам медов а Д. М. Из истории расовой дискриминации индийцев в Юж¬
ной Африке. Ташкент. 1965, с. 112.
16 Ерофеев Н. А. ЮАР и Англия. В кн.: Против расизма и неоколониализма я а
освобождение Юга Африки. М. 1971. Вместе с тем Н. А. Ерофеев считает, что выход
ЮАР из британского Содружества наций «является столь же законным и естествен¬
ным результатом освободптсльпой борт,бы, как и другпе события такого же рода на
африканском континенте» (с. 276). Между тем власти ЮАР вышли из Содружества
под нажимом афро-азиатских стран, осудивших апартеид.
111

А.	Б. Давидсона, позволившая в ряде аспектов по-новому взглянуть па положение
в стране. Автор впервые использовал ряд архивны« материалов и устных источ¬
ников— записей бесед и воспоминаний участников борьбы против расистского ре¬
жима, В книге показано, что АНК и в ранний период своего существования по¬
был, как утверждал И. И. Потехин, организацией «феодально-компрадорского при¬
способленчества к империализму», а являлся «по тому времени наиболее передовой
организацией африканцев». Племенные вожди, игравшие большую роль в основании
АНК, в большинстве своем не были компрадорами, да и лидеры копгресса, при¬
надлежавшие к интеллигенции, не были простыми мариопеткамп в руках тради¬
ционной верхушки. Создание АНК «впервые воплотило в конкретной организации
идею единства африканского населения, и сам конгресс стал первой организацией,
выступавшей не от какого-либо одного племени или народа, а от лица всего афри¬
канского населения» п,
В работе отмечено, что образование доминиона ЮАС в 1910 г. во многом урав¬
няло статут одних и тех же расовых групп на территории всей страны. «В сущ¬
ности,— пишет А. Б. Давидсон,— основные различия были даже не в реальном
статуте, а в тех взглядах на свое будущее, которые возникали у людей под воз¬
действием официальной пропаганды». В английских колониях, Капской и Натало,
власти рисовали перед небелыми отдаленную перспективу получения полных граж¬
данских прав, а власти бурских республик Трансвааль и Оранжевая в принципа
отрицали такую возможность. С созданием ЮАС и ужесточением расовой дискри¬
минации «все сколько-нибудь радужные надежды рушились и неизбежно, хотя и
не сразу, зарождалось ощущение едипства положения, а следовательно, и единства
интересов». В то же время барьеры между отдельными расовыми группами в ре¬
зультате принятия законов апартеида стали более резкими. Так, в частности,
произошло с африканцами и метисами Капской колонии 18.
К концу рассматриваемого автором периода (в середине 20-х годов), как пока¬
зано в работе, революционные силы Южной Африки были сильнее, чем в любой
другой стране континента, но они ослаблялись расовыми предрассудками, созна¬
тельно усиливаемыми государственной политикой. В то же время их противник,
сплоченный осознанием общности классовых интересов и «тождеством положения
колонизаторов перед лицом угнетенного ими населения», был неизмеримо более
могущественным. К тому же «белый лагерь» опирался тогда на всю мощь Бритагс-
ской империи. В дальнейшем подкуп белых рабочих за счет эксплуатации небелых
трудящихся и политика «бавтустанизации», направленная на то, чтобы «раздро¬
бить складывающееся национальное единство африканского населения страны, воз¬
родить племенную раздробленность и изжившие себя формы общественного строя»,
все усиливающийся террор и подавление демократических сил крайне затруднили
«возможность ослабления этнических предрассудков в условиях действия естест¬
венных закономерностей социально-экопомического развития, «переваривания» лю¬
дей в котле едипой хозяйственной жизни», и, следовательно, создание предпосылок
для революционных сдвигов в обществе 1в. Таким образом, А. Б. Давидсон выявил
основные особенности связи национального вопроса с революционной борьбой наро¬
да Южной Африки, действующие вплоть до наших дней.
Проблему национализма африканеров и национальные процессы среди белого
населения ЮАР рассмотрел И. В. Витухин. Он считает, что для буров еще во время
конфликтов с Голландской Ост-Индской компанией в XVIII в. была характерна
«четкая буржуазная позиция», заключавшаяся в требовании свободы колонизации
земель Южной Африки. Тем самым зарождение бурского национализма может
быть отпесено еще к XVIII веку. Однако, по мнению автора, этот национализм не
нашел своего закопченного воплощения в образования африканерского националь¬
ного государства и формировании буржуазной нации африканеров. И. В. Витухин
полагает, что образование ЮАР покончило с национальными устремлениями афри¬
канеров. С этого времени все белое население, несмотря на вспышки английского
17 Д а в и д с о п А. Б. Ук. соч., с, 255- 257.
18 Там же, с. 258.
16 Там же, с. 476-477.
112

и африканерского национализма, представляет собой единую эконом иле скую общ¬
ность и занимает положение «господствующей империалистической нации )20.
Здесь автор, по сути дела, свел понятие «буржуазная нация» к понятиям «бур¬
жуазное государство» и «господствующие классы». Это тем болео легко сделать в
условиях ЮАР, где классовое разделение во многом совпадает с расовым и нацио¬
нальным. Ведь подавляющее большинство белых — это буржуазия и «рабочая ари¬
стократия», исполняющая в значительной мере управлспчестше и ппжеперно-техшт-
ческие обязанности, тогда как подавляющее большинство африканцев относится к
эксплуатируемым классам — промышленному и сельскохозяйственному пролетариа¬
ту н традиционному крестьянству. Таким образом, определение нации лишилось
важпой составпой части — общности языка и культуры. Между тем африканеры и
англоязычные белые в ЮАР сохраняют свой язык и особенности культуры. Как
показали проведенные в 70-е годы социологические опросы, они пе осозпают себя
единой этнической общностью, а составляют две отдельные общности — африканер¬
скую и апглогожпоафриканскую 21.
Л. А. Демкина в своей работе подчеркивает, что «членение па несколько на¬
циональных общностей» является принципиальной и сущностной характеристикой
социальной структуры южноафриканского общества, «поскольку важпсйшие про¬
цессы и тенденции развития, включая классообразование, модернизацию экономи¬
ки. эволюцию государственно-правовой и институциональной системы, протекали
специфично и неравномерно в различных этнонациональпых» отсеках «одной стра¬
ны». В то же время автор как будто затрудняется определить, являются ли те или-
нные этнические группы буржуазными нациями. Так, признавая буржуазной нацией
африканеров, Л. А. Демкина отказывает в этом другой многочисленной группе бе¬
лого населения — аяглоюжноафрикапцам, полагая, что англоязычные буржуазия н>
рабочий класс в большей мере были связаны с внешним рынком и метрополией,
чем со своей новой родипой, и не могли стать «массовой социальной базой для
складывания единой этнонациональной общности» гг. Это утверждение не согласу¬
ется с данными социологических опросов, о которых шла речь выше.
Политика апартеида как современная форма внеэкономического принуждения
рассмотрена И. П. Ястребовой. Эта политика, отмечает она, рассчитана на то, что¬
бы «деформировать и тормозить процессы социального н этического развития в
масштабах всей страны». Ставшая составной частью апартеида политика бантуста-
еиэации, по мнению автора, «означает попытку препятствовать этнической консо¬
лидации среди африканского населения, изолировать отдельные этнические груп¬
пы одну от другой, возродить и закрепить их былую племенную раздробленность».
Власти ЮАР стремятся ускорить социальную дифференциацию среди населения
баптустанов, чтобы привлечь к сотрудничеству их социальную и административ¬
но-политическую верхушку. Политике бантустанизации противостоит объективный
ход социально-экономического развития, процесс урбанизации среди африканского
населения: «В результате вовлечения африканцев в круговорот современной жизни
подрываются традиционные устоп отдельных этнических групп африканского на¬
селения, возрастает потенциал его политической активности». И. П. Ястребова
подчеркивает роль рабочего класса как социальной и общенациональной силы осво¬
бодительной борьбы южноафриканских народов, поскольку он «в силу своей при¬
роды менее всего отягощен настроениями этнической обособленности» 23.
Анализ внутриполитического положения в ЮАР содержится в книге Ан. А. Гро¬
мыко. Апартеид охарактеризован им как геноцид, «насильственное расчленение
страны на ряд псевдонезависимых этнических районов» и попытка расколоть
освободительное движение страны. В работе рассмотрена начатая в 1977 г.
20 В ит у х и н И. В. Ук. соч., с. 172-173, 187-188.
31 См. EDglish-speaking South Africa Today. Proceedings of the National Conferen¬
ce. July 1974. Cape Town. 1976, pp. 12, 99, 101, 111.
22 Демкина Л, А. Социальная структура южноафриканского общества и основ¬
ные направления ее трансформации. М. 1986, с. 10, 105.
23 Ястребова И. П. Социальные аспекты стратегии и тактики апартеида п
расстановка движущих сил борьбы в Южно-Африканской Республике. В кн.: Южно¬
африканский империализм п проблемы национально-освободительного движения на
Юге Африки. М. 1976, с. 18, 22, 25.
ИЗ

расистскими властями ЮАР подготовка к «конституционной реформе». В соответ¬
ствии с нею, в стране должен был быть образован парламент с отдельными пала¬
тами для белых, индийцев и «цветных». Поскольку африканское население при
этом исключается из выборов под предлогом того, что в политическом отношении
оно связано со своими бантустанами, а в парламенте белые должны сохранить по¬
давляющее большинство, «конституционная реформа», как справедливо подчерки¬
вает автор, «отвефгает какую-либо возможность для небелых добиваться справед-
левой системы правлепия большинства... Затевая «игру в парламент», расисты
стремятся отколоть «цветных» п индийцев от африканцев и тем самым ослабить
фронт антирасисгскоп борьбы» 24.
Проблеме африканского национализма уделено много внимания в работе
Л. Л. Макарова. Он пишет, что в условиях ЮАР под воздействием системы апар¬
теида и расистской пропаганды «националистические, трайбалистские идеи легко
проникают в сознание людей, принимая форму устойчивых стереотипов». В на¬
ционализме африканского населепия наряду с его прогрессивным антиимпериали¬
стическим содержанием проявляется также абсолютизация национальных особен¬
ности н интересов, на базе чего возникает тенденция к обособлению, сепаратизму
и даже «черному» расизму.
Рассматривая действовавшее с конца 60-х и вплоть до второй половины 70-х го¬
дов движение «черного самосознания», А, А, Макаров показал, что в целом оно
носило мелкобуржуазный характер и опиралось главным образом па учащуюся мо¬
лодежь, часть интеллигенции и мелкобуржуазных слоев города. Это движение ста¬
вило задачу «возрождения национального достоинства африканцев» и других угне¬
тенных этнических групп, однако шло оно в полной изоляции от белого населения,
в том числе и от его демократических сил. Руководители движения отрицали не¬
обходимость революционного преобразования общества, делая упор на культурно¬
психологические аспекты единства всех угнетенных ЮАР. Вместе с тем, как под¬
черкивается в книге, «призывы участников движения к утверждению чувства соб¬
ственного достоинства и национальной гордости угнетенных, их раскрепощению от
психологии рабского подчинения угнетателям, стремление к единству и сплоченно¬
сти всех расовых групп, подвергающихся дискриминации», способствовали росту по¬
литической активности масс и подъему освободительного движения в стране. Так,
восстание в Соуэто в пюле 1976 г., начавшееся во многом под влиянием лозунгов
«черного самосознапия», переросло в крупнейшее выступление против режима
апартеида и вызвало отклик среди всех расовых групп, в том числе и среди демо¬
кратически настроенной части белых.
В монографии показано коренпое отличие национализма деятелен «черного са¬
мосознания» от национализма племенной верхушки баптустанов, чьи противоречия
с режимом не имеют антагонистического характера. Эти противоречия, считает
А.	А. Макаров, следует рассматривать прежде всего как стремление правящей эли¬
ты баптустанов к большей власти и к «равноправному» участию совместно с пра¬
вящими классами белого паселения ЮАР в эксплуатации африканцев 25. Нам пред¬
ставляется, что в «черном самосознании» необходимо различать мелкобуржуазное
националистическое движение и реально возникающее среди угнетенных этниче¬
ских групп ЮАР осознание общности своего положепия и своих интересов. В по¬
следнем случае «черное самосознание» играет роль метаэтпического (наднациональ¬
ного) самосознания у африканцев, индийцев и «цветных» ЮАР. Наличие подобного
самосознания единодушно отмечают южноафриканские авторы, весьма далекие от
идей этого движения 26.
а4 Громыко Апат. А. Конфликт на Юге. Африки. Международный аспект. М.
1979, с. 197-224, 200, 201. В августе 1984 г. власти ЮАР провели выборы в индийскую
и «цветную» палаты нового парламента. Несмотря на то, что свыше 80°/о «цветных»»
и ипдоицев-избирателеп бойкотировали выборы, с септября 1984 г. в стране введена
новая конституция с президентской системой правления и трехпалатпым парла¬
ментом.
25 Макаров А. А. Борьба африканского населения ЮАР (70-е годы XX в.). М.
1981, с. 14-15, 196-197.
См., напр.: Survey of Race Relations in South Africa 1979. Johannesburg. 1980.
p. 29; Jenkins T.. Tobias Ph. V. Nomenclature of Population Groups in Southern
Africa.- African Studies, 1977, vol. 36, № 1, pp. 51-54.
114

Интересная попытка проследить социальные, культурные и психологические
последствия урбанизации африканского населения предпринята В. П. Городновым
на примере Соуэто — крупнейшего «черного» пригорода Иогапнесбурга. Автор рас¬
сматривает жителей Соуэто как «своеобразный социальный организм, эволюция ко¬
торого продолжается по мере дальнейшей урбанизации африканского па селения».
Он отмечает растущую роль этнопсихологического и социальпо-психологического
факторов в связи с происходящей в процессе урбанизации африканцев сменой тра-
дппнонпых трайбалистско-этнических привычек и воззрений ценностной ориента¬
цией современного капиталистического общества. В условиях ЮАР африканцы,
в отличие от населения большинства освободившихся стран коптпнента. вступают
в контакт с колонизаторами-европейцами, живущими в одном с ними городе, что
стимулирует ускорение процесса аккультурации. Особенно значительное развитие
оп получпл в Соуэто, где во взаимодействии традициоппой и современной культур
«формируется личность африканца-горожанипа, большей частью — рабочего, проле¬
тария, человека с новым мировоззрением».
Вместе с тем в ходе культурно-психологической урбанизации африканцев
ЮАР наряду с детранбализацией, стиранием племенной п этнической разобщен¬
ности, действует и противоположная тенденция, означающая возврат к традицион¬
ным нормам и обычаям, восстаповление пекоторых элементов трайбализма. Ре-
трайбализацня активно поддерживается властями ЮАР, стремящим пел расколоть
африканцев по племенному и этническому признаку. Однако она объективно об¬
условлена также и теми значительными трудностями, с которыми сталкиваются
африканцы в адаптации к городской жизни. Ретрайбализация сильнее проявляется
в городах в обстановке относительного политического спокойствия, в то время как
при обострении политической ситуации, как показали события в Соуэто, верх бе¬
рет тенденция к преодолению межплеменных и межэтнических различий перед ли¬
пом общего врага - - расистского режима.
В целом ретрайбализация, по заключению В. П. Городнова, в большей мере
проявляется в сфере духовной и гораздо слабее — в сфере материальной культуры
и производственных отношений. Автор делает обоснованный вывод, что именно го¬
родские африканцы, а не жители бангустанов, могут составить ударную силу осво-
бодительпого движения, поскольку они уже втянуты в структуру современного ка¬
питалистического производства, восприняли многие формы европейской организа¬
ции и культуры, осознают общность своих интересов и активно участвуют в
выступлениях против апартеида. Достижение национального освобождения, в свою
очередь, откроет возможность для благоприятного п взаимообогащающего взаимо¬
действия африканской и европейской культур, для более полного восприятия афри¬
канками достижений современной цивилизации27,
В коллективном труде Ипстнтута Африки АН СССР, посвященном современно¬
му положению на юге Африки, дана оценка «конституционной реформы» 1984 г.
как попытки сохранить в ЮАР при помощи новых методов основы господства бе¬
лого меньшинства. Здесь же подчеркивается, что возможности реформировать си¬
стему апартеида сверху весьма ограпиченпы, поскольку любые ощутимые уступки
угнетенным расовым группам в политической области могут привести к краху гос¬
подства белых. Вместе с тем «отсутствие реальных прав и свобод все более вызы¬
вает аптагопизм пебелого населения, включая его наиболее состоятельные слон,
которые стремятся упрочить свое положение и добиться подлинного равноправия».
Политика реформ, вызвав оппозицию крайпе правых политических партий белого
населения, не удовлетворила запросов «ни одной сколько-ппбудь значительной
группы небелого населения», кроме, возможно, традициоппой элиты и зародившейся
в Сантустапах бюрократической буржуазии. Это предвещает обострение социаль¬
ной паоряжеппости в стране 28.
Итак, в послевоенной советской литературе изучены различные аспекты на¬
ционального вопроса в ЮАР. В то же время практически пет работ, освещающих
27 Городпов В. П. Черные жители белого города. Жизнь и борьба африкан¬
ского гетто. М. 1983, с. 10—13, 204—206.
28 Кризис па юге Африки. М. 1984, с. 4, 68.
115-

место южноафриканских «цветных» (метисов) в системе апартеида и прежде всего
в социально-экономической п политической жизни страны. Особенности сложных
национальных процессов в Южной Африке на современном этапе нуждаются в
дальнейшем углубленном изучении. К настоящему времени только два народа ЮАР
сформировались в буржуазные нации — это африканеры и англоюжноафриканцы,
причем вторые консолидировали в меньшей степени, чем первые. «Цветное» насе¬
ление, подавляющее большинство которого составляют «капские цветные», живущие
в районе Кейптауна, близки к африканерам по языку, культуре и образу жизни.
У части «цветных» (из их более состоятельных слоев) наблюдается стремление
считать себя «коричневыми африканерами», тогда как у большинства под воздей¬
ствием политики апартеида усиливается осознание принадлежности к соответствую¬
щей расовой группе, а также «черное самосознание». У индийского населения стра¬
ны чувство принадлежности к отдельным индийским народам постепенно сменя¬
ется осознанием принадлежности к более широкой индийской или (для мусульман)
пакистанской этнической общности. В настоящее время индийцы и пакистанцы в
ЮАР представляют собой специфическую этническую группу, во многом объединен¬
ную общностью своего положения в системе апартеида.
Наиболее сложны этнические процессы, происходящие среди африканского на¬
селения ЮАР. Африканцы-горожане, многие из которых утратили память о своем
племенном или этническом происхождении, а некоторые даже своп прежние язы¬
ки. постепенно сплачиваются в единую африканскую этническую общность, поль¬
зующуюся в качестве «лингва франка» креолизированным английским, ставшим в
Южной Африке языком освободительного движения и обладающим в этом качестве
значительным престижем среди африканского населения. В то же время в бапту-
станах продолжается процесс консолидации отдельных народностей, в первую оче¬
редь наиболее крупных п развитых — зулу и коса29.
Настала пора для создания обобщающего труда по национальному вопросу в
ЮАР, который, подобно работе И. И. Потехина более 30 лет назад, подвел бы ито¬
ги изучения национальных процессов в стране в 50—80-е годы и дал бы научный
прогноз развития различных народов и этнических групп, показал бы их роль в
продолжающемся противоборстве демократических сил с расистским режимом.
Б. В. Соколов
29 Мнение автора данного обзора по национальному вопросу в ЮАР изложено
в работах: Соколов В . В. Иммиграция в ЮАР в XX в.-Народы Азии и Африки,
1044, Яг 2; его же. Иммигрантское население ЮАР.-Советская этнография, 1984.
До П; его же. Влияние конституционной реформы на национальные процессы
в ЮАР. В кн.: IV Всесоюзная конференция африканистов. Тезисы докладов и науч¬
ных сообщений. Вып. IV, ч. 1. М. 1984.
Рецензии
Генеральная репетиция Великого Октября. Первая буржуазно-демокра¬
тическая революция в России. М. Политиздат. 1985. 575 с.
Коллективная монография *, открываю¬
щая трехтомник «Исторический опыт
трех российских революций», обобщает
1 Авторы: И. А. А л уф, Б. А. Айзин,
В.	С. Кириллов, Ю, И. Кораблев, А. П.
Корелип, А. Ф. Костин, В. Т. Логинов,
И. К. Пантин, Е. Г. Плпмак, И. М. Пуш-
карева, С. Л. Титаренко, С. В. Тютюкин,
А.	В. Ушаков, А. Н. Хейфец, Е. Д. Чер-
менский, К. Ф. Шацилло. Редакционная
коллегия тома: А.. Ф. Костин (руководи-
достижения советской историографии,
паиболее полно освещает особенности ре¬
волюции 1905-1907 гг. как революции не¬
тель), И. А. Алуф, Т. П. Бондаревская,
B. С. Кириллов, Ю. И. Кораблев. Главпая
редакция: П. А. Голуб (руководитель1?.
И. Ф. Аношкин, Д. И. Антонюк, В. И. Бо-
выкин, Л. С. Гапоненко, К. В. Гусев.
А.	Ф. Костил, А. В. Лихолат, Л. М. Ми¬
наев, 3. С. Мпрончеыкова, И. И. Минц.
А.	Л. Нарочницкий, Н. А. Сламихин,
C. Л. Титаренко, Г. А. Трукан.
116

вого типа. Борьба народных масс во главе
с рабочим классом и его большевистской
партией представлена в томе как прояв¬
ление общих закономерностей револю¬
ционного рабочего движения эпохи им¬
периализма, проанализирована с точки
зрения ее значения для революционного
процесса современности.
Б книге рассмотрены такие вопросы,
как предпосылки революции и этапы ее
развития, социально-классовая сущность
буржуазно-демократической революции
нового типа, ее движущие силы, гегемо¬
ния пролетариата в революции, ведущая
роль большевистской партии, ее страте¬
гия и тактика, новые средства борьбы и
формы организации масс, итоги и уроки
революции, ее всемирно-историческое
значение.
Труд отличается привлечением широко¬
го круга документальных материалов,
более обстоятельной интерпретацией ра¬
нее известных фактов. В нем освещены
и новые стороны давно изучаемых ас¬
пектов проблемы, в частности о предпо¬
сылках революции, В литературе он рас¬
сматривался в основном под углом зрения
новой расстановки классовых сил (по¬
степенная эволюция буржуазии из про¬
грессивного класса в контрреволюцион¬
ную силу, которой противостояли проле¬
тариат, осознавший свои классовые за¬
дачи, и многомиллионное крестьянство).
Этот бесснорпый тезис дополнен в томе
интересными положениями.
Анализируя предпосылка революции в
органическом единстве с процессом пе¬
ремещения центра мирового революцион¬
ного движения в Россию, авторы обра¬
щают виимаыие па следующие три мо¬
мента. Во-первых, в России цептр меж¬
дународного революционного движения
впервые приобрел характер подлинно
всемирного. Это произошло потому, что
Россия, подобно гпгаитскому мосту, свя¬
зывала Европу п Азию, а российское
революционное движение стало важным
фактором пробуждения народов Востока.
Во-вторых, Россия впервые органически
и прочно соединила в себе цептр рево¬
люционной практики и самой передовой
революционной теории: вместе с пере¬
мещением цептра революционного дви¬
жения в Россию переместился ц цептр
революционной мысли. Важнейшим фак¬
тором превращения России в центр ми¬
рового революционного движения было
образование партии нового типа — партии
большевиков. В-третьих, Россия впервые
в истории стала центром не только социа¬
листического, рабочего, но и общедемо¬
кратического, в том числе крестьянского,
а также национально-освободительного
движения. Эти положения опираются в
томе иа обширный фактический мате¬
риал.
В соответствии с ленинской концепцией
истории революции 1905—1907 гг. авторы
выделяют пять ее этапов: начало рево¬
люции (9 января - апрель 1905 г.); раз¬
витие ее вширь (май - сентябрь); выс¬
ший подъем революции (октябрь - де¬
кабрь) ; спад ее и ослабление ее натиска
(январь — август 1906 г.); отступление
революции (август 1906	г.- 3 июня
1907 г.). Емко и точно характеризуется
в книге содержание каждого из этапов.
Заметим, что этап отступления револю¬
ции в трудах о первой российской рево¬
люции зачастую отсутствовал или осве¬
щался поверхностно.
Особый интерес представляет раздел о
классах и партиях в революции. Три по¬
литических лагеря (правительственный,
либерально-буржуазный и революционно-
демократический) показаны здесь в про¬
тивоборстве, рассматриваемом авторами
как реальный объективный процесс борь¬
бы различных политических сил, в ходе
которой определялись пути развития
революции, ее исход. Все это поставлено
в книге в тесную связь с программными
и тактическими установками боровшихся
политических партий и организаций.
Большое внимание уделено при этом ле¬
нинскому методу анализа классового
содержания каждого политического ла¬
геря.
Деление на три политических лагеря
не вполне совпадало с социальными и
партийными силами, существовавшими
тогда в России. Как и во многих других
странах, интересы отдельных классов
выражали различные политические пар-
тип и организации. В. И. Ленин выделял,
как известно, пять основных типов по¬
литических партий: черносотенцы, октяб¬
ристы, кадеты, трудовики и социал-демо¬
краты 2. В свою очередь, социал-демокра¬
ты — большевики и мепыпевики — также
представляли собой фактически разные
типы политических партий. Тем не менее
основное значение имело деление общест¬
ва по политическим лагерям, отражавшее
2 См. Ленин В. И. ПСС. Т. 14, с. 22.

расстановку политических сил в стране
с точки зрения их подхода к решению
главного вопроса революции — вопроса о
власти.
Политически актуально (в свете прак¬
тики современного мирового революцион¬
ного процесса) сформулировано и убе¬
дительно доказано положение, что рево¬
люционно-демократический лагерь в Рос¬
сии сформировался в новых исторических
условиях, которые характеризовались
отделением революционной демократии
от либерализма и утверждением в составе
демократических сил пролетариата как
их авангарда. «Эти новые черты револю¬
ции отражали общее направление раз¬
вития мирового освободительного движе¬
ния XX в.,- отмечается в книге,- и были
подтверждены ходом многих последую¬
щих народно-демократических и нацио¬
нально-освободительных революций в
самых различных частях земного шара.
Присущая империализму тенденция к
усилению всех видов социального и на¬
ционального угнетения и к постепенной
нивелировке положения различных отря¬
дов трудящихся создала предпосылки
для создания широкого, подлинно всена¬
родного фронта борьбы за свободу и
демократию, придав особую актуальность
и значимость ленинской тактике «левого
блока» (с. 269).
Стратегия и тактика большевиков
представлены в книге как результат глу¬
бокого проникновения в социально-эконо¬
мические особенности России и основные
закономерности новой эпохи. На обшир¬
ном фактическом материале авторы рас¬
крывают деятельность большевиков, бо¬
ровшихся за гегемонию пролетариата,
укрепление его союза с крестьянством,
разоблачавших тактику либеральной
буржуазии, несостоятельность политиче¬
ской линии меньшевиков, эсеров, троц¬
кистов. Стратегия и тактика большевиков
в первой российской революции обогати¬
ли марксистскую теорию социальной ре¬
волюции, открыли перед пролетариатом
новые возможности в борьбе за политиче¬
скую власть. Идеи Лепипа о революцион¬
но-демократической диктатуре пролета¬
риата и крестьянства, о формах и мето¬
дах борьбы, его теория перерастания
буржуазно-демократической революции в
социалистическую показаны авторами в
контексте усиливавшегося в партиях
II Иптерпационала ревизионизма по ко-
ренпым вопросам рабочего движения.
Книга содержит большой материал о борь¬
бе большевиков за массы в Советах п
профсоюзах. Гибкость и маневренность,
большевиков, их умение сочетать раз¬
личные формы борьбы, учитывать чаяния
масс, вдохновлять их на решительные
действия впервые апробировались в ши¬
роком масштабе в 1905—1907 годах.
В целом книга вносит немало нового
в исследование и обобщение опыта пер¬
вой российской революции. Вместе с тем
авторы не в полной мере использовали
новейшие достижения исторической нау¬
ки. Отдельные положения приведены гго*
устаревшим источникам. Можно было бы
шире осветить формы и методы работы
большевиков среди крестьян, привести
новейшую статистику крестьянского
движения в революции. Полезно было
бы отметить, что в годы революции
116 организаций РСДРП выпустили и
распространили среди крестьян 252 ли¬
стовки, что только в первой половине
1905 г. в Европейской части России дей¬
ствовало более 800 крестьянских пропа¬
гандистских кружков, что в целом по
стране окружные организации и аграр¬
ные группы при губернских организациях
РСДРП объединяли более 300 уездных
и волостных комитетов и сельских групп,,
в которых насчитывалось до 16 тыс, чле¬
нов партии3. В монографии есть сведе¬
ния о количестве крестьянских выступ¬
лений (с. 154, 155, 162, 168, 185 и др.), по
обобщающие данные не приводятся, хотя
опп выявлены: в годы первой российской
революции общее количество крестьян¬
ских выступлений превысило 18 тысяч 4..
По устаревшим источникам приводятся
сведения о работе большевиков среди
солдат и матросов (с. 175, 273, 374 и др.).
Сейчас известно, что эта работа носила
более широкий характер: только в армии
в 1905-1906 гг. было де менее 437 выступ¬
лений, в том числе 106 вооруженных.
3 См.: Сенчакова Л. Т. Крестьян¬
ское движение в революции 1905—1907 гг.
Документы и листовки социал-демокра¬
тических организаций. М. 1979, с. 115т
116; Жуков Т. И. Партия большевиков-
в борьбе за крестьянские массы в рево¬
люции 1905-1907 гг. (на материалах Ев¬
ропейской части России). Автореф. докт.
дисс. Львов. 1971, с. 28.
4 Симонова М. С. Крестьянское дви¬
жение 1905—1907 гг. в советской историо¬
графии. В кн.: Исторические записки.
Т. 95, с. 212; Дубровский С. М.
Крестьяпское движение в революции
1905-1907 гг. М. 1956, с. 40, 42, 57.
118

* Соответственно выросло п число осуж¬
денных военнослужащих:	в 1905 г.—
16 тыс., 1906 г.-24 тыс., 1907 Г.-26 тысяч.
Накануне революции в войсках вели ра¬
боту 11 местных партийных организации,
а в 1905 г.—64 организации РСДРП;
военных организаций было 27. В 1906—
1907 гг. большевистская партия еще бо¬
лее расширила сеть своих военных орга¬
низаций и групп: в войсках действовали
80 местных организаций, 51 военная.
В годы революции в эту работу было во¬
влечено свыше 15 тыс. солдат и матро¬
сов 5.
Схематично освещена в томе работа
большевиков среди железнодорожников.
Было бы целесообразно использовать све¬
дения П. Ф. Мстелькова о количествен¬
ном и качественном составе большевист¬
ских организации на железных дорогах
н .методах деятельности большевиков
■среди железнодорожников6.
Значительно лучше, чем в других из¬
даниях, раскрыты в книге возникнове¬
ние и деятельность профсоюзов в России.
В то же время н здесь вопрос о борьбе
большевиков против оппортунистической
теории «нейтральности» профсоюзов из¬
ложен односторонне.
Создается впечатление, что Ленин,
большевики всегда активно и бескомпро¬
миссно выступали против нейтральности
профсоюзов (с. 410). На деле все было
сложнее. Достаточно вспомнить, что на
IV (Объединительном) съезде РСДРП в
1906 г. резолюция, содержащая положе¬
ние о «псйтральпостп» профсоюзов, полу¬
чила поддержку Ленина, большевиков.
В томе эта теория трактуется как мень-
5 Копдриков Б. В. Работа местных
комитетов РСДРП среди солдатских масс
в революции 1905-1907 гг. Деятельность
В. И. Ленина н большевистских органи¬
заций в годы первой революции в Рос¬
сии. Пермь. 1980, с. 54—55.
6 Метеяьков П. Ф. Большевики во
главе революционного движения желез¬
нодорожников в годы первой русской ре¬
волюции.— Там же.
шевистская. В действительности же она
являлась изобретением западноевропей¬
ских оппортунистов, подхваченным и
взятых: на вооружение меньшевиками.
Не показано в книге, что нейтральность
и беспартийность профсоюзов — не иден¬
тичные понятия. «Беспартийность есть
равнодушие к борьбе партий. Но это рав¬
нодушие не равняется нейтралитету,
воздержанию от борьбы, ибо в классовой
борьбе не может быть нейтральных» 7, -
писал Ленин.
В литературе имеются обобщающие
сведения о количестве профсоюзов в стра¬
не 8. Частично они использованы в томе.
Сказано, например, что в первой поло¬
вине 1907 г. в России действовало 1159
профсоюзов, но не отмечено, что эта
цифра не включает профсоюзы служа¬
щих (с. 412). В других случаях (с. 408)
сведения о количестве профсоюзов дают¬
ся и книге по устаревшим публикациям.
На с 172 книги говорится о существо¬
вании «левого блока» с октября по де¬
кабрь 1905 года. Это неверно. Он дейст¬
вовал на всех этапах революции. Вообще
тактика «левого блока» рассмотрена в
книге схематично. Есть и другие неточ¬
ности. В Екатеринославе вооруженного
восстания не было (с. 552), а в Харькове
оно продолжалось не с 12 по 18 (с. 553),
а один день — 12 декабря. При составле¬
нии карт (с. 352—353, 384—385) авторы
использовали устаревшие данные, хотя
необходимые уточнения были внесены в
них уже в т. 5 «Истории Украинской
ССР» (Киев. 1983).
В целом же создано содержательное
исследование о первой народной рево¬
люции эпохи империализма.
И. Е. Горелов, С. В. Шестаков
7 Ленин В. И. ПСС. Т. 12, с. 137.
8 Розенталь И. С. О количестве,
численности и составе профсоюзов в
царской России.- История СССР, 1984,
Ла 1.
119

Внешняя политика России XIX и начала XX века. Документы Россий¬
ского министерства иностранных дел. Серия вторая. 1815—1830 гг, Т. Г>
(14). Январь 1825 — декабрь 1826 г. М. 1985. 928 с.
Том посвящен деятельности российской
дипломатии перед русско-турецкой вой¬
ной 1828-1829 годов 1. В документах вид¬
на тревога и обеспокоенность царизма,
вызванных незатухавшим революцион¬
ным процессом в Европе и Латинской
Америке. Впервые в этот процесс впле¬
лись тогда и события в России — восста¬
ние декабристов. Опубликованные мате¬
риалы показывают неустойчивость тро¬
нов испанского, португальского, итальян¬
ских монархов, несмотря на предприня¬
тую Священным союзом ннтервепцию на
Апеннины и Пиренеи.
В документах о восстании декабристов,
его роли и месте в европейском револю¬
ционном движении обнажается реакцион¬
ность формулы «монархи против наро¬
дов». Царские сановники стремились
сначала принизить значение события,
изображая его как «заговор» юнцов, за¬
путавшихся в западных учениях (№ 110).
Затем все же последовало признание
глубоких корней движения, его шпроты.
Обилие депеш, связанных с восстанием
(№№ J0D. 1J0, 115, 117 и ми. др.), п ссыл¬
ки в них на «преступления, которые
были совершены в Кадисе, Неаполе и
Турине» (№ 107), показывают, что в Зим¬
нем дворце отдавали себе отчет в том,
что восстание в России является частью
революционных событий в Европе. Из
разных столиц шли поздравления Нико¬
лаю I по случаю его расправы пад луч¬
шими из подданных, обещания выслать
иностранцев, причастных к «злонамерен¬
ным обществам» (с. 347). Диссонанса в
«европейском концерте» на сен раз не
обнаружилось. Правда, во внутренней
переписке апгличап восстание декабри¬
стов послужило поводом для критиче¬
ского анализа положения в России и не¬
лестных отзывов о царивших в пей по¬
рядках (см. прим. 220); эти оценки пред¬
ставляют немалый интерес для специа¬
листов.
Центральное место в томе занимает
проблематика Восточпого кризиса. Цар¬
1 Редакционная коллегия тома: акад.
А.	Л. Нарочпицкий (отв. ред.), Н. С. Ага¬
фонов, Г. К. Деев, И. С. Достяп, В. П. Ко-
стылев, Н. Б. Кузнецова, О. В. Орлик,
М. К. Радецкий.
ская дипломатия тщетно стремилась тог¬
да соединить верность провозглашенным
Священным союзом принципам солидар¬
ности легитимных монархов с отстаива¬
нием государственных интересов России.
О последних, слабеющих попытках ца¬
ризма склеить трещины, появившиеся в-
Свящепном союзе в связи с восточными
делами, и побудить Австрию и Пруссию
выступить единым фронтом свидетельст¬
вуют многочисленные документы
(.№№ 20, 27, 39, 43 и др.). Российские
послы упорно подталкивали партнеров к
вмешательству (прикрываемому словом*
«посредничество») в греко-турецкий кон¬
фликт в пользу греков (№ 30), не оста¬
навливаясь перед «применением прину¬
дительных мер против Порты» (Де 40),
Весной 1826 г. обнаружилось, что цар¬
ская дипломатия уже в течение четырех
лет бродит в лабиринте, «оказывая своим
союзникам самые полезные услуги» при
подавлении революций в Испании и Ита¬
лии, но не встречая «понимания» с их
стороны и не получая поддержки в раз¬
решении греко-турецкого конфликта: со¬
юзники «ждали, пока турки разрешат
проблему с помощью оружия»,- к тако¬
му выводу пришел российский посол в
Лондоне X. А. Лпвеп (№ 51).
Долготерпение петербургского двора
лопнуло в августе 1825 г., когда родст¬
венный ему прусский двор «ничтоже сум-
няшеся, высказался в том смысле, что
урегулирование Восточного вопроса
должно быть предоставлено Еоле случая,
что вмешательство России в восточные
дела было бы опасным для равновесия
в Европе и посему гораздо разумпее не
выполнять предложенные российской
стороной меры» (№ 72). Последовало
распоряжение российского МИД своим
представителям в Вене, Париже п Бер¬
лине прекратить какие-либо переговоры
и даже беседы относительно греко-турец¬
ких дел.
В Лондоне спохватились, что, возражая
против принудительных мер по отноше¬
нию к Порте (№ 55), зашли слишком да¬
леко в противодействии Петербургу,
и царская дипломатия выходит на доро¬
гу, ведущую к войне; члены британского
кабинета опасались оказаться устранен¬
ными от решения греческих дел. Слушая
120

■советы англичан не спешить, а с терпе¬
нием и спокойствием уговаривать турок,
в Петербурге пришли к выводу, что
«сбить» англичан с их позиции можно
одним способом - продолжая действовать
без их участия: «Чем глубже английское
министерство уверится в нашей реши¬
мости обсудить и решить этот важней¬
ший вопрос без его участия, тем больше
мы можем рассчитывать па то, что его
принципы и устремления постепенно
сблизятся с нашими» (№ 55). Расчет
оказалея верен: в октябре 1825 г. в глу¬
бокой тайне завязались переговоры
между Россией и Великобританией
(№ 97).
Переступить черту, отделявшую мир
от воины, Александр I тан и не решился,
до конца сохранив выжидательную по¬
зицию (№ 91). Восточные дела остава¬
лись в состоянии глубокого кризиса.
В высших сферах империи усилились на¬
строения в пользу войны, о нем можно
судить по донесению новому самодерж¬
цу Г. А. Строганова, бывшего посланни¬
ка в Стамбуле. Оценка им положения
■обобщалась формулой: «Самый верный
способ добиться почетного мира — это не
■бояться войны» (№ 126). Все державы,
кроме России, сочли нужным принести
Порте поздравления по случаю взятия
греческой твердыни Мнссолупги (Л® 173).
Нужно ли было более яркое свидетельст¬
во, на чьей стороне находилась «Европа»?
В записке К. В. Нессельроде от 16(28)
февраля 1826 г. ужо вполне определенно
говорилось о необходимости прибегнуть
■к принудительным мерам, хотя и выража¬
лась надежда па то, что «противодейст¬
вия» со стороны держав не последует
(№ 138).
В томе подробно освещена .миссия «же¬
лезного герцога» А. Веллингтона в Петер¬
бург с официальной целью — поздравит]!
Николая I по случаю восшествия на пре¬
стол и с фактической задачей — найти
точки соприкосновения по всему кругу
■балканских проблем. Публикуемые до¬
кументы дают основание исправить по¬
точности, допускавшиеся в освещении
хода переговоров, в частности, будто анг¬
лийского визитера держали в неведении
относительно отправки ультиматума Пор¬
те (№№ Ш, 151).
Русско-английский протокол от 23 мар¬
та (6 апреля) 1826 г. (Ла 153) предусмат-
.•ривал возможность «единичного» участия
►каждой из сторон, его подписавших, в ре-
шенип греко-турецкого конфликта. Тем
самым допускалась вероятность русско-
турецкой войны (№ 156). Этот документ
важен и для уточнения целей политики
царизма на Балканах: он содержит от¬
каз обеих сторон от каких-либо террито¬
риальных приобретений, от поисков иск¬
лючительного влияния и торговых вы¬
год. Царская дипломатия настойчиво
подчеркивала свое бескорыстие, в чем не
только можно, но и должно сомневаться.
И российские, п британские правящие
сферы — вся дальнейшая история это до¬
казывает — искали и добивались влияния
на балканские дела.
Документы, относящиеся ко второй по¬
ловине 1826 г., показывают маневры
царского правительства с целью созда¬
ния благоприятной международной об¬
становки на случай войны (напр.,
№№ 201, 215) и шаги для облегчения
положения восставших греков (№ 217).
lio планы территориальных захватив
России па полуострове не прослеживают¬
ся. По «по пору распространяемые со
страниц западных изданий версии о буд¬
то бы обуревавшем Петербург стремле¬
нии овладеть проливами относятся к
области фантазии и заимствуются из
предположений дипломатов и политиков
держав-соперпнц (прим. 114, с. 758).
В целом, как показывают материалы
тома, дипломатическая подготовка вой¬
ны 1828 -1829 гг. увенчалась успехом, ибо
удалось обеспечить невмешательство ев¬
ропейских держав в конфликт. Позиция
Россия в конечном счете складывалась
благоприятно для борьбы и греческого
народа, и сербов, валахов, молдаван, стре¬
мившихся к утверждению своей автоно¬
мии, Документы свидетельствуют о том,
что уже в это время проявляется, хотя
и скромно, роль политически активных
слоев русской общественности (пожерт¬
вования в пользу греческих беженцев,
№№ 22, 108, 161 и др.).
Материалы тома освещают националь¬
но-освободительные революции в Латин¬
ской Америке. Из дипломатических де¬
пеш видно, что Петербург хотел бы и
сохранить верность принципам легити¬
мизма и способствовать достижению со¬
глашения между Мадридом и повстанца¬
ми: с 1817 г. Россия «убеждала Испанию
подкрепить военные операции благоде¬
тельными уступками, переговорами ло
разумно составленному плану» (№ 167).
Следовали советы Мадриду соразмерить
121

«свои ресурсы со своими желаниями и
свои надежды с возможностью их осу¬
ществить» (№ 221). Во всяком случае,
активно противодействовать освободи¬
тельным и революционным процессам в
Латинской Америке царизм не мог, да
и особого желания не имел. Но пресло¬
вутые «принципы» соблюдались.
В 1826 г. Россия стала инициатором
п таких важных международных актов,
как пояснительная конвенция к Буха¬
рестскому миру 1812 г. (т. н. Аккермап-
ская конвенция) от 25 сентября 1826 г.
и приложенные к ней акты о Молдавии
и Валахии и о Сербии (№№ 153, 224-
226).
В публикуемых документах имеются
сведения о жизни в русских владениях
на Американском континенте (напр.,
№ 159). Можно посетовать, однако, что
их в томе немного. Что же касается от¬
ношений с Соединенными Штатами, то
они были ровными и доброжелательными
(о чем свидетельствует ратификация кон¬
венции о разграничении земель в Севе¬
ро-Западной Америке). Диссонанс в эти
отношения вносили случавшиеся втор¬
жения американских зверопромышлен¬
ников и коптрабандистов на русскую
территорию.
Некоторые материалы тома свидетель¬
ствуют о том, что царизму не чужда была
забота о развитии торговли как с Восто¬
ком (Бухарой, Хивой, Кокандом (№ 19),
так и с Западом (Великобританией, Пор¬
тугалией, №№ 36, 38); о навигации по
Рейну, Дунаю, Пруту и Днестру (№№ 188,
190, 220, 229); о противодействии попыт¬
кам Пруссии обеспечить торговые пре¬
имущества своим купцам, особенно в
Царстве Польском.
Притязания Персии на грузинские и
азербайджанские земли, ранее вошедшие
в состав России, крайне обострили в те
годы отношения между двумя странами.
Главнокомандующий в Грузни А. П. Ер¬
молов опасался нападения Ирана (№ 58).
Александр I не поверил генералу и, как
оказалось, напрасно. Б августе 1820 г.
поступило сообщение о вторжении пер¬
сидских войск, а в сентябре царское пра¬
вительство объявило Ирану войну
(ДгЛ* 206, 214). Местное населепие по¬
могало русским войскам: «Грузины пока¬
зали большое усердпе в сей войне и...
многпе волонтерами пошли в националь¬
ную конницу служить» (№ 210).
Нетрудно оцепить значение рецензи¬
руемой публикации, ведь до сей поры
приходилось обращаться к «Ф. Ф. Мар¬
тенсу» — собранию договоров, изданно¬
му в прошлом веке, поскольку ни одно¬
го общего сборника документов по внеш¬
ней политике России, относящихся к гой
эпохе, в советское время не было вы¬
пущено. Тщательный и обоснованный
комментарий к документам — норма в
рассматриваемом издании. Некоторые
примечания являются своего рода иссле¬
дованиями на оспове широкого круга ис¬
точников и литературы (например, о реак¬
ции за рубежом па восстание декабри¬
стов, о перипетиях в развитии Восточного
вопроса). Отбор и распределенпе мате¬
риалов в целом представляются проду¬
манными. Хотелось бы, чтобы и в даль¬
нейшем составители не ограничивались
привлечением фондов российского Ми¬
нистерства иностранных дел и шире ис¬
пользовали другие архивы.
В.	II. Виноградов
H. Н. УЛАЩИК. Введение в изучение белорусско-литовского летописания.
М. Наука. 1985. 261 с.
Монография доктора исторических
яаук Н. Н. Улащика (1906-1986 гг.) под¬
водит итог его многолетних изысканий
по археографии и источниковедению Бе¬
лоруссии и Литвы феодального периода.
С именем автора связана и публикация
основного комплекса белорусско-литов¬
ских летописей Г Издание их ведется
1 ПСРЛ. Т. 32. Хроники: Литовская и
Жмойтская, Быховца. Летописи: Барку-
122
уже более 160 лет, одпако в истории бе¬
лорусско-литовского летописания остает¬
ся немало проблем, ожидающих серьез¬
ного исследования. Не претендуя на их
исчерпывающее рассмотрение, Н. Н. Ула-
щик сосредоточил внимание лишь на
ряде принципиально важных, малоизу-
лабовская, Аверки и Панцырного. М.
1975; т. 35. Летописи белорусско-литов¬
ские. М. 1980.

ченных, нередко спорных проблем исто¬
рии Великого княжества Литовского.
Тщательный историографический раз¬
бор трудов предшественников, осущест¬
вленный в книге, показывает, что иссле¬
дователи «коснулись в той или иной сте¬
пени едва ли не всех важнейших вопро¬
сов белорусско-литовского летописания»
(с. 28). В последние годы в Белоруссии
и Литве появился ряд работ по данной
проблематике г, но это не значит, что все
вопросы уже решены. Отсутствует пол¬
ное описание белорусско-литовских лето¬
писей, далеко не всегда достаточно изу¬
чена история их создания, находки, пуб¬
ликации; до сих пор практически не
являлись предметом исследования город¬
ские хроники,
Н. Н. Улащиком впервые дай археогра¬
фический обзор 15 белорусско-литовских
летописей, т. е. всех летописных памят¬
ников, созданных на землях Великого
•княжества Литовского и известных в на¬
стоящее время (включая «Хронику Бы-
ховца» и «Хронику Литовскую и Жмойт-
скуюз>). В книге прослежены судьбы
отдельных памятников, нередко загадоч¬
ные, трагичные; исчезла вскоре после
публикации (1834 г.) «Хроника Быхов-
ца», погибла во время второй мировой
войны в Варшаве «Летопись Красинско-
го». Значительный интерес представляют
наблюдения автора относительно особен¬
ностей передачи текста летописей в раз¬
личных изданиях, исследованные нм слу¬
чаи искажения переписчиками и публи¬
каторами отдельных летописных изве¬
стий, географических названий, имен.
Рассматривая летописные источники
сочинений М. Стрыйковского, автор при¬
водит примеры использования этим хро¬
нистом памятников, не дошедших до на¬
ших дней в подлинном виде. Обнаруже¬
ние таких свидетельств существования
•исчезнувших памятников обогащает наши
представления о духовной культуре
прошлого. Анализ летописных данных о
литовских князьях Мипдовге и Войшел-
ко позволил П. Н. Улащпку опровергнуть
г J u i a s М. Lieluvos metrasCiai. Vil¬
nius. 1968; Ю ч а с М. А. Хроника Быхов-
ца. В кн.: Летописи и хроники. 1973. М.
1974; Ч а м я р ы ц к i В. А, Беларусшя
летатсы як помппа лыаратуры. Мшск.
1969; и др.
распространенное в историографии мне¬
ние о заимствовании этих сведений «Хро¬
никой Быховца» из русской Ипатьевской
летописи. На основе изучения текста
Стрыйковского он приходит к выводу о
существовании созданной еще в XIII в„
т. е. современной описываемым событи¬
ям, т. и. летописи Войшелка Мппдовго-
вича. Эта летопись, по предположению
Н. II. Улащика, послужила исходным
материалом для названных сочинений
(с. 128-129). Если это так, то нижняя
хронологическая граница белорусско-ли¬
товского летописания отодвигается в бо¬
лее ранние века.
Как известно, летописи нередко содер¬
жат легендарные известия. Например,
восемь летописей включают рассказ о
приходе в Литву 500 семей римской зна¬
ти во главе с родственником императора
Нерона Палемоиом, об основании ими
Литовского княжества, о захвате леген¬
дарными литовскими князьями русских
земель, их успешных войнах с татарами.
Мнение о «римском» происхождении ли¬
товцев, едва ли ие впервые высказанное
в XV в. Яном Длугошем, отметившим
сходство литовского языка и латыни,
льстило самолюбию литовской знати,
было ею охотно принято и стало толчком
к созданию легенды о Палемоне, проник¬
шей в XVI в. и в белорусско-литовское
летописание. Подчеркивая древность ли¬
товской династии, эта легенда служила
как бы ответом московским князьям, пре¬
тендовавшим на происхождение от им¬
ператора Августа, была попыткой обосно¬
вать превосходство литовских панов над
польской шляхтойэ, т. е. выполняла
идеологическую функцию.
Разумеется, рассказ о приходе в Литву
римлян фаптастичен, и уже в XIX в.
историки (за исключением Т. Нарбута)
воспринимали его весьма скептически.
Однако при разборе легендарной истории
литовских князей встает вопрос о нали¬
чии в ней рационального зерна, возмож¬
ности использовать некоторые данные
сказаний для освещения древнейшей
истории Литвы. Н. Н. Улащик сопостав¬
ляет варианты сказания, анализирует
географические представления летопис¬
цев (любопытно его наблюдение об их
3 ПСРЛ. Т. 32, с. 153.
123

слабом знакомстве с собственно Литвой,
особенно Жемайтией, с. 138), отмечает
многочисленные противоречия в леген¬
дарной генеалогии великих князей ли¬
товских, пе совпадающей с данными дру¬
гих источников (в частности Ипатьев¬
ской летописи).
Особое внимание уделено в книге во¬
просу о формировании государственной
территории Великого княжества Литов¬
ского. В легендарной истории Литвы наи¬
более важное место отведено, как ни
странно, не литовским городам, а бело¬
русскому Новогрудку, где, по преданию,
правили прямые потомки Палемона
вплоть до уже исторических персона¬
жей — Миндовга и его сына Войпгелка.
Анализируя сказание, Н. Н. Улащик
выдвинул предположение, что легепда о
Новогрудке как центре могучей державы
связана с ролью, которую его жители
сыграли в утверждении на литовском
престоле Войшелка. Предания, отражен¬
ные в сказании, часто недостоверны, осо¬
бенно в деталях. Однако данные Ипать¬
евской летописи позволяют автору
утверждать, что в XIII в. Новогрудское
княжество действительно было независи¬
мо и от Волыни, и от Литвы, управля¬
лось русскими, а на каком-то этапе и ли¬
товскими князьями, сумевшими распро¬
странить свою власть на юго-восток Бе¬
лоруссии. И хотя сказание все же пре¬
увеличивает территорию этого княжест¬
ва, «политическая значимость Новогруд-
ка в то время была очень велика»
(с. 169).
Разбор легендарной части белорусско-
литовских летописей, предпринятый ав¬
тором, проясняет лишь некоторые проб¬
лемы истории белорусских и литовских
земель. В частности, остаются пе рас¬
смотренными подробно сведения сказа¬
ний о деятельности легендарных литов¬
ских князей в Полоцке4. Одпако апалпз
сказания позволил Н. Н. Улащпку убе¬
дительно показать, что легенда о Пале-
моне и его потомках, относящаяся в ос¬
новном к Новогрудку, записана в этом
городе (с. 159).
Можно в целом согласиться с автором,
4 Этот вопрос, по-видимому, заслужи¬
вает специального исследования. Целе¬
сообразно также выяснить степень зна¬
комства летописцев с географией Полоц¬
кой земли, проанализировать и легендар¬
ную генеалогию литовской династии,
правившей в Полоцке.
когда он констатирует, что «легенда чет¬
ко разделяется на две части» - сообще¬
ние о приходе «римлян» в Литву и исто¬
рию Новогрудского княжества. Первая
из них, по предположению Н. Н. Улащи-
ка, создана уроженцем литовской обла¬
сти Девялтвы, а вторая — жителем Ново-
грудка (с. 162). Впрочем, в сущности со¬
став сказания может оказаться еще бо¬
лее сложным, поскольку Н. Н. Улащик
и сам признает, что повесть о литовских
князьях в Полоцке «стоит как-то в сто¬
роне от всего остального сказания»
(с. 163), т. е. вопрос о полоцком элемен¬
те в легенде требует исследования.
Одна из наименее изученных страниц
белорусско-литовского летописания -
городские хроники. Известные в настоя¬
щее время белорусские городские хро¬
ники появились в середине XVII в., спу¬
стя сто лет после прекращения в Вели¬
ком княжестве Литовском общегосудар¬
ственного летописания. В отличие от-
составителей прежних летописей город¬
ские летописцы интересовались в первую •
очередь (хотя ц не только) местными де¬
лами и, даже используя летописные ска¬
зания, извлекали из них прежде всею
сведения о своем городе. В этих памят¬
никах излагались документы, но также
и всевозможные слухи, местные леген¬
ды, поэтому их данные далеко пе всегда
достоверны. Однако для истории город¬
ской жизни, для изучения идейно-поли¬
тической борьбы в городах, городской-
культуры Белоруссии значение этих хро¬
ник огромно.
Н. Н. Улащик выделяет три известных
в настоящее время центра белорусского
городского летописания: Могилев, где с
середины XVII в. до 1867 г. велась лето¬
пись, начатая Т. Р. Суртой и продолжен¬
ная членами семьи Трубиицках; Витебск;
с его летописью Панцырного и Аверки;
Слуцк. В книге рассматриваются создан¬
ные в Могилеве в лервой половине XIX в.
«Записки» игумена Ореста. Сделанные
игуменом обширные выписки из Могилев¬
ских хроник, документов и даже опубли¬
кованных в то время источников и исто¬
рических сочинений (в т. ч. работ Н. М.
Карамзина и Н. Н. Бантыт-Каменско-
го) вряд ли можно считать летописью.
Труд Ореста вместе с тем во многом на¬
поминает сочинения его предшественни¬
ков, н Н. Н. Улащик имеет основания-
назвать его «последним летописцем Бе¬
лоруссии» (с. 217).
124

Строго говоря, едва ли можно отнести
к жанру летописи и два других памят¬
ника, упомянутых в монографии: вклю¬
ченное в «Записки» Ореста анонимное
произведение, посвященное осаде Старо¬
го Быхова в 1707 г., и рукопись на поль¬
ском языке «Из дневпика города Слуц-
ка», также содержащую описание его
осады в 1655 году. В обоих случаях, оче¬
видно, речь идет о другой форме фикса¬
ции исторических знаний, весьма рас¬
пространенной в Великом княжестве Ли¬
товском в XVII в.,— диариуше, дневнико¬
вых заметках, на основе которых неред¬
ко возникали литературно обработанные
рассказы об исторических событиях. Од¬
нако рассмотрение этих памятников в
книге правомерпо, поскольку их привле¬
чение позволяет более полно представить
эволюцию городского летописания, сви¬
детельствует об обращении в городской
среде исторических сочинений новых
жанров, вытеснявших летописи.
При характеристике позднего летопи¬
сания на территории Великого княжест¬
ва Литовского, может быть, следовало
упомянуть и о летописях, существовав¬
ших в католических монастырях. Извест¬
ны, например, и частично опубликованы
погодные записи Смоленской иезуитской
коллегии за 1611-1652 годы5. Впрочем,
это самостоятельное направление бело¬
русско-литовского летописания заслужи¬
вает специального изучения. Как под¬
черкнуто в заключении (с. 238), за пре¬
делами исследования остался и вопрос о
существовании полоцких летописей. Та¬
ким образом, в источниковедении бело¬
русско-литовского летописания еще не¬
мало нерешенных задач. Монография
Н. Н. Улащика, несомненно, облегчает
дальнейшую работу в этом направлении.
С. В. Думин
5 Погодные записки смоленских иезуи¬
тов. В кн.: Смоленская старина. Вып. 3,
ч. 2. Смоленск. 1910. Оригинал этих запп-
сок сохранился (ЦГАДА, ф. 1473, оп. 1,
д. 920).
Международное рабочее движение. Вопросы истории и теории. Том вось¬
мой. В борьбе за мир и социальное обновление общества (середина 40-х —
первая половина 80-х годов). М. Мысль. 1985. 686 с.
Вторая половина XX в. характеризу¬
ется бурными социально-политическими
сдвигами в жизни человечества. Это
время продвижения дела социального
прогресса и одновременно нарастания
противодействия ему со стороны реак¬
ционных сил, стремящихся добиться со¬
циального реванша, резкого обострения
международной обстановки и периодов
затишья, пассивности, отступления тру¬
дящихся. Это время возникновения и
развития мировой социалистической си¬
стемы и достижения военпо-стратегиче-
ского паритета между двумя обществен¬
ными системами. Впервые в своей исто¬
рии человечество оказалось ныне перед
альтернативой—выживание или ядер-
ное самоубийство. Цептралыюй задачей
международного рабочего и коммунисти¬
ческого движения, всех сил, выступаю¬
щих за демократию и прогресс, стала
задача предотвращения ядсрпой войны.
Как в этих условиях развивался и бо¬
ролся международный рабочий класс, ка¬
кие позиции занимали представляющие
его интересы партии и организации, ка¬
ково его воздействие на проблемы, вол¬
нующие человечество? Ответы на эти
вопросы дают три последних тома кол¬
лективного труда «Международное рабо¬
чее движение. Вопросы истории и тео¬
рии» *. Если в шестом томе прослежена
послевоенная история рабочего класса
и рабочего движения в промышленно
развитых капиталистических страпах,
а в седьмом - в зоне национального осво¬
бождения, то в центре внимания авторов
восьмого тома находятся проблемы раз¬
лития рабочего движения как в странах
социализма, так и в пссоцналистическом
мире -.
1 Рецепзии па предшествующие тома
этого издания см.: Вопросы истории, 197(5,
№ 1; 197.8, №№ 1, 5; 1982, № 8; 1983,
№ 2; 1984, № 1; 1986, № 11.
2 Руководители авторского коллекти¬
ва: Т. Т. Тимофеев, А. А. Галкин. Основ¬
ной авторский коллектив: О. Т. Богомо¬

Авторы использовали достижения со¬
ветской н зарубежной марксистской ис¬
ториографии рабочего движения, учли
работы исследователей, занимающихся
этой проблематикой, но стоящих на шгых
идейно-теоретических и политических
платформах. Строго объективное изложе¬
ние и освещение исторических фактов и
событий, тенденций развития общества и
роли рабочего класса сопровождается в
томе аргументированной критикой бур¬
жуазных, реформистских п ревизионист¬
ских концепций. Читатель получает воз¬
можность познакомиться с идеологиче¬
ской борьбой, которая идет в современ¬
ной историографии рабочего движения.
В издании органично соединены
конкретно-исторический и проблемно-
теоретический подходы. На прочном
фундаменте фактов, на основе анализа
реальных событий классовой борьбы,
рассматриваемых как звенья единого
всемирно-исторического процесса, поэтап¬
но (том разделен на две части: вторая
половина 40-х — 60-е годы и 70-е — пер¬
вая половина 80-х годов) прослеживают¬
ся как наиболее общие линии развития
теории и практики коммунистического
движения, так и специфические его чер¬
ты в отдельных странах и регионах.
Анализ достижений, опыта и итогов
борьбы коммунистических и рабочих пар¬
тий стран социализма, компартий несо¬
циалистической части мира включает и
выявление трудностей, подчас еще не
преодоленных, и сложных нерешенных
задач, ошибок и непоследовательности в
осуществлении принятого курса.
лов, И. М. Бунин, А. А. Галкип, В. Г.
Гельбрас, Л. А. Гордон, Г. Г. Дилиген-
ский, В. 3. Дробижев, |М. А. Заборов),
В.	В. Загладин, Э. В. Клопов, В. Б. Ку-
валдия, В. Б, Рыбаков, Т. Т. Тимофеев,
К. Г. Холодковский, А. С. Черняев. Над
отдельными главами работали: Л. С.
Дегтярь, Н. П. Коликов, Э. С. Кульпин,
М. П. Лебедев, А. К. Назимова, Ю. С. Но-
вопашин, В. С. Щербатюк. Редакционная
коллегия; В. В. Загладип, А. С. Черпяев
(отв. ред.), О. Т. Богомолов, А. А. Гал¬
кин, Э. В. Клопов, Т. Т. Тимофеев. Глав¬
ная редакционная комиссия: Б. Н. Поно¬
марев (председатель), В, В. Загладин
(зам. председателя), Т. Т. Тимофеев
(зам. председателя), А. С. Черняев (зам.
председателя), О. Т. Богомолов, В. М.
Водолагин, В. В. Вольский, А. А. Галкин,
Ю. М. Гарушянц, Г. Г. Дилигенский,
Г. Ф. Ким, А. Л. Нарочпицкий, М. И.
Сладковскип. П. II. Федосеев, С. С. Хро¬
мов, А. Н. Шлепаков, Я. Б. Шмераль.
Значение рабочего класса в дальнейшем
развитии социализма в СССР раскрыва¬
ется авторами путем анализа возраста¬
ния руководящей роли КПСС в жизни
страны, увеличения созидательного по¬
тенциала советского рабочего класса, ве¬
дущей силы послевоенного восстановле¬
ния народного хозяйства, упрочения со¬
циализма и совершенствования социали¬
стического общества. Читатель получает
богатую информацию о динамике коли¬
чественных и качественных характери¬
стик рабочего класса СССР, темпах роста
среднегодовой численности по союзным
республикам и отраслям народного хо¬
зяйства, изменении отраслевой и терри¬
ториальной структуры рабочего класса.
В томе отмечаются трудности и проти¬
воречия, возникавшие в ходе развития
советского общества (с. 322, 368—369.
372, 379). В то же время в нем имеются
це подтвержденные практикой «завы¬
шенные» оценки состояпия экономики
СССР, уровня обеспечения материальных
и социальных потребностей трудящихся,
степени демократизации в 70—80-х годах
(см., например, с. 352—353, 370). В книге
приводится много (подчас даже чрезмер¬
но) статистических данных о различных
сторонах жизни и структуры советского
рабочего класса, его культурно-техниче¬
ском уровне, трудовой активности и уча¬
стии в общественно-политической жизни.
В то же время читатель не получит бо¬
лее полного представления о том, как
на практике реализовалась роль рабочих
в социальной н политической сфере, ка¬
ким был на том или ином отрезке време¬
ни уровень удовлетворения реальных
потребностей трудящихся, что сдержива¬
ло или мешало реализации в полной
мере принципа «от каждого - по спо¬
собностям, каждому — по труду». Мате¬
риал этих глав страдает «обезличен-
ностью», отсутствием имен конкретных
людей.
Авторы раскрывают ключевые пробле¬
мы становления и укреплепия мирового
социализма. Изложение построено в этой
части тома в плане традиционного рас¬
сказа о ходе революций и развертывапии
социалистического строительства в раз¬
личных странах. Поскольку эти сюжеты
вполне разработаны в литературе, можно
было бы уделить большее внимание воп¬
росам стратегии и тактики коммунисти¬
ческих и рабочих партий этих стран
В книге охарактеризованы этапы пере¬
126

хода к социализму и строительства ново¬
го общества в различных странах, выяв¬
лены трудности и допускавшиеся ошиб¬
ки, показаны пути их преодоления. Ав¬
торы отмечают, что при всем разнообра¬
зии путей и форм оптимизации и интен¬
сификации хозяйственного механизма
главная цель марксистско-ленинских пар
тий этих стран в экономической сфере —
расширение возможностей для все более
полного удовлетворения потребностей
трудящихся, подведение все более проч¬
ной материальной базы под процесс уг¬
лубления социальной однородности об
щества.
В томе рассмотрены тенденции и до
стнжения в упрочении единства социа¬
листических стран, раскрыта необходи¬
мость этого упрочения как в плане обес¬
печения их безопасности, так и в связи
с развитием интеграционных процессов
в экономической сфере, идеологического
и духовного сближения народов, охарак¬
теризованы механизм всестороннего со¬
трудничества, этапы и пути его совер¬
шенствования. «Углубление политическо¬
го п экономического взаимодействия
стран социалистического содружества яв¬
ляется важным фактором укрепления
международных позиций реального со¬
циализма, его позитивного воздействия
на мировой революциоппый процесс, на
весь ход современной истории человече¬
ства... Борьбу за мир, за предотвращение
военной угрозы социалистическое содру¬
жество ведет в союзе со всеми миролю¬
бивыми и прогрессивными силами плапе-
ты» (с. 463, 465).
Авторами прослежена авангардная
роль коммунистов в рабочем движении
стран несоцпалистического мира, пока¬
заны успехи и трудности борьбы компар¬
тий в современной обстановке, роль ком¬
мунистов в антивоенной борьбе и клас¬
совых бптвах в странах капитала, раз¬
витие их теоретической работы и интер¬
национального сотрудничества, проана¬
лизирован курс на единство рабочего
класса нротив реакции и милитаризма,
па сплочение демократических и миро¬
любивых сил.
Авторам подчас приходилось «идти по
целине», анализировать и обобщать ог¬
ромный документальный материал. До¬
стоинством книги является новизна вы¬
водов и оценок. Это отпосится, в частно¬
сти, к этапам разработки стратегии п
тактики коммунистического движения,
взаимосвязи политики и деятельности
коммунистов с наиболее актуальными
задачами борьбы рабочего класса, про¬
грессивных сил против империализма и
реакции, в защиту мира, демократии и
социального прогресса.
В книге подчеркивается, что во многих
странах Европы в послевоенные годы
компартии завоевали положение круппой
национальной силы или находились на
нути к этому. Их деятельность была свя¬
зана с борьбой за глубокие демократи¬
ческие преобразования в интересах тру¬
дящихся. Авторы показывают развитие
теоретических представлений о своеобра¬
зии хода классовой борьбы на Западе,
отмечают глубокую связь требований,
последовательно отстаиваемых компар¬
тиями, с общенациональными интереса¬
ми. Через весь том проходит мысль, что
в различных условиях компартии высту¬
пают и действуют как самые последова¬
тельные борцы за интересы трудового
народа. Они добиваются создания широ¬
ких союзов, обеспечивающих изоляцию
реакции.
Авторы подчеркивают, что, выявляя
наиболее важные проблемы народов и
всего человечества, выходящие за рамки
интересов отдельных классов, слоев, фи¬
лософских, идеологических и политиче¬
ских воззрений, коммунисты настойчи¬
во добивались их решения. В центре их
внимания находились вопросы глобаль¬
ной политики, прежде всего проблемы
войны и мира. Коммунисты сыграли
важную роль в разъяспенпи гибельной
опасности термоядерного конфликта для
судеб человечества, в развертывании ан¬
тивоенного движения, объединяющего
ныне самые различные социальные си¬
лы. Коммунисты считают, что рабочий
класс является главной силой, которая
призвана спасти человеческую цивилиза¬
цию от уничтожения, и концентрируют
свои усилия па решении этой великой
задачи.
Отмечая эту роль коммунистов, авто¬
ры не замалчивают сложных и трудных
моментов, подчеркивают негативное
влияние сектантства и догматизма, про¬
явлений оппортунизма, отрицательное
воздействие культа личности на теорию
и практику коммунистического движения.
Они показывают, как на оепове творче¬
ского подхода к анализу действительно¬
сти преодолевались односторонние оцен¬
ки, творчески развивались теория и по¬
127

литика, совершенствовались методы
работы, взаимоотношения между брат¬
скими партиями ira принципах интерна¬
ционализма, равноправия и нолной са¬
мостоятельности, невмешательства во
внутренние дела друг друга, возпикалп
новые формы коллективного сотрудниче¬
ства и обмена опытом. В томе отмеча¬
ется значение XX съезда КПСС, роль
международных совещаний 1957, 1960 и
1969 гг, в сплочении коммунистов, раз¬
работке стратегии к тактики, теорети¬
ческих проблем развития революционно¬
го процесса на современном этапе, ха¬
рактеризуется практическая борьба за
реализацию выдвинутых задач. «Меж¬
дународное коммунистическое движе¬
ние,— подчеркивают авторы,- было един¬
ственной силой, чей анализ и теорети¬
ческие оценки выдержали испытание
практикой» (с. 243).
Авторский коллектив исходил из то¬
го, что многообразие ситуаций и задач,
решаемых компартиями с учетом нацио¬
нально-специфических факторов, услож¬
няющаяся взаимосвязь национальных и
международных проблем, распшрепне со¬
циального состава партий порождают
и многообразие политических и такти¬
ческих позиций компартий. Это приво¬
дит к различиям в их подходах к тем
или иным проблемам. Среди коммуни¬
стов возникали идейно-теоретические и
политические разногласия. На тех или
иных участках борьбы компартии испы¬
тали горечь поражения. Продолжают су¬
ществовать не вполне ясные и недоста¬
точно разработанные вопросы, связанные
с соотношением общего и нацпональпо-
особенного в путях и формах борьбы за
социализм. Однако главными, опреде¬
ляющими тенденциями, и это доказыва¬
ется в книге, были и остаются позитив¬
ное влияние коммунистов на политиче¬
скую ситуацию в мире и во многих стра¬
нах, все более тесная связь программных
установок компартий с реализацией об¬
щедемократических устремлении и тре¬
бований трудящихся.
Анализируемый в томе многообразный
опыт, накопленный коммунистами, вповь
и вновь подтверждает, что успеха мож¬
но добиться только па основе массовой
борьбы трудящихся, выдвижения дейст¬
вительно реалистических, основанных
на трезвом научном анализе актуальных
задач и практической деятельности по их
решению, что идейное единство, интер-
нациопальная солидарность в борьбе за
мир, демократию, национальную незави¬
симость и социализм являются главными
источниками силы мирового коммуни¬
стического движения.
Идеи и политика коммунистов, пишут
авторы, оказывают глубокое воздействие
на зону национально-освободительного
движения. Новым моментом является пе¬
реход па позиции паучпого коммунизма
ряда революционно-демократических
партий и движений стран Азии и Аф¬
рики.
Прослеживая развитие компартий и
всего коммунистического движения в со¬
временных условиях, авторский коллек¬
тив подводит читателя к пониманию тех
сложных проблем, которые приходится
решать коммунистам в их борьбе за де¬
мократию и социальный прогресс в об¬
становке, когда вопрос о выживании че¬
ловечества приобрел определяющее зна¬
чение в общественной жизни. В томе
справедливо подчеркивается, что в на¬
стоящее время невозможно решать
сколько-нибудь крупные политические
проблемы, не зная перспектив и послед¬
ствий научно-технической революции,
изменений в отношении человека с при¬
родой, новых тенденций в развитии са¬
мого человека, его сознания. Раскрытие
взаимосвязи проблем деятельности ком¬
мунистов, их стратегии и тактики с воз¬
растающим значением глобальных, об¬
щечеловеческих вопросов, от решения
которых зависят не только судьбы демо¬
кратии и социального прогресса, но и
сохранение жизни па Земле, представ¬
ляет собой серьезное достижение автор¬
ского коллектива. В то же время оно,
но нашему мнению, подсказывает и даль¬
нейшие направления изучения развития
коммунистического движения, разработ¬
ки его политики, отвечающей современ¬
ному этапу борьбы, совершенствованию
форм сотрудничества, взаимодействия,
обеспечению единства в условиях ра¬
стущего многообразия коммунистиче¬
ского движения, задач, встающих пе¬
ред ним.
В книге показана специфика развития
рабочего движения в современных ус¬
ловиях, особенно в связи с активизацией
правых сил, попыток реакции существен¬
но сузить и даже ликвидировать соци¬
ально-экономические достижения и поли¬
тические права, завоеванные трудящи¬
мися. Авторы отмечают структурные
128

сдвиги, связанные с вытеснением чело¬
веческого труда из сферы материально¬
го производства, ростом структурной без¬
работицы, уменьшением численности тра¬
диционных отрядов рабочего класса и
увеличением доли трудящихся умствен¬
ного труда и работающих в сфере об¬
служивания. В томе показано, как в этих
сложных условиях развертывается в не¬
социалистическом мире борьба в защиту
насущных интересов народных масс, как
организации рабочего класса добивают¬
ся соединения антимонополистической
борьбы с сопротивлением реакционному
курсу правящих кругов, какое место в
борьбе трудящихся все более занимает
антивоенное движение. В связи с этим
в книге говорится о тех новых моментах,
которые свидетельствуют о росте воз¬
можностей сотрудничества различных
течений рабочего движения в совместной
борьбе против гонки вооружений, за
предотвращение войны и мирное сосу¬
ществование стран с различным социаль¬
ным строем.
Важнейшим выводом, который выте¬
кает из анализа борьбы за единство
действий рабочего класса в современных
условиях, является особый акцепт, сде¬
лан пый авторами на том, что идеологиче¬
ские разногласия коммунистов и социал-
демократов не должны быть помехой
для сотрудничества при решении таких
животрепещущих вопросов, как вопросы
войны и мира. Как бы ни были глубоки
расхождения между различными тече¬
ниями рабочего движения, они не долж¬
ны быть препятствием для плодотвор¬
ного и систематического обмена мнения¬
ми, для параллельных и совместпых
действий против угрозы войны, за оздо¬
ровление международной обстановки,
ликвидацию остатков колониализма, за
интересы и права трудящихся. Истори¬
ческий урок, когда отсутствие едипых
действий различпых отрядов рабочего
класса было использовано фашизмом,
развязавшим вторую мировую войну, по¬
губившую десятки миллионов людей, за¬
бывать нельзя. Ведь сегодня речь идет
о судьбе всего человечества.
Заключительная глава тома посвящена
анализу главных направлений в иссле¬
довании международного рабочего и ком¬
мунистического движения, раскрытию
их научной значимости, идейного со¬
держания борьбы в историографии, отра¬
жающей противоборство основных со¬
циальных сил современности.
История подтвердила правильность
марксистского положения о развитии
международного рабочего движения как
естественноисторического процесса, раз¬
вертывавшегося в соответствии с органи¬
чески присущими ему закономерностями.
Другим важнейшим уроком, вытекаю¬
щим из истории этого движения, являет¬
ся вывод об основополагающем значении
марксистско-ленинского учения как на¬
учной теории рабочего движения. Из его
истории вытекает и вывод о роли партии
как боевого авангарда рабочего класса,
придающей всей его деятельности после¬
довательный, принципиальный характер
и политическую направленность. Исто¬
рический опыт свидетельствует также о
несостоятельности реформистских пу¬
тей преобразования капиталистического
строя. К числу важнейших уроков разви¬
тия международного рабочего и комму¬
нистического движения относится, гово¬
рится в книге, необходимость научно
обоснованного подхода к выявлению
диалектики национального и интернацио¬
нального в классовой борьбе, к принци¬
пам пролетарского интернационализма
(с. 673-675).
Фундаментальный научный труд о
международном рабочем движении на
важном, ответственном этапе его разви¬
тия вносит немало нового в обобщение
исторического опыта борьбы рабочего
класса, подводя некоторые итоги разви¬
тия современной историографии рабоче¬
го движения и намечая направления
дальнейших исследований в этой области
исторической науки.
Ф. И. Фарсов
5 Вопросы истории, № 1.

Коммунисты в авангарде борьбы за единый рабочий и народный фронт.
1934-1939. М. Наука. 1986. 300 с.
Каждая новая книга о процессах, про¬
ходивших в 30-е годы в мировом комму¬
нистическом движении, содержащая ра¬
нее не вводившиеся в оборот факты либо
анализ уже известного, но под новым уг¬
лом зрения, обогащает наше представле¬
ние о сложных путях развития коммуни¬
стического движения. Это в полной мере
относится к исследованию, проведенно¬
му в Институте международного рабоче¬
го движения АН СССР И. Н. Ундасыно-
вым, 3. П. Яхимович, 3. В. Черпухой|^
М. Т. Мещеряковым, Г. В. Кацманом,
Н. П. Комоловой, И. В. Варивончиком,
И. С. Яжборовской, В. Л. Мальковым и
В.	Г. Васиным.
История коммунистического движения
предвоенных лет - поворот в политике
Коминтерна, обновление стратегии и так¬
тики коммунистических партий — рас¬
сматривается авторами как сложпый
творческий процесс, в ходе которого
даже самым активным сторонникам идей
единого рабочего и народного фронта
приходилось преодолевать не только со¬
противление сектантов и догматиков,
по и укоренившиеся в их собственном
сознании представления о социал-демо¬
кратах как «социал-фашистах», прямоли¬
нейные трактовки принципов классовой
борьбы («класс против класса»), убежде¬
ние, что единственной альтернативой фа¬
шизму является диктатура пролетариата
и непременно «в форме Советов». Осмыс¬
ливая быстро менявшуюся в 30-е годы
политическую ситуацию в своей стране,
сопоставляя ее с положением в других
странах, обобщая свой и братских пар¬
тий опыт — как позитивный, так и нега¬
тивный,— лучшие умы мирового комму¬
низма шли в своих поисках от реально¬
стей исторического процесса к глубинам
теории. Но, кроме реалистического взгля¬
да на действительное, а не желаемое со¬
отношение сил в рабочем движении,
на действительный, а не желаемый уро¬
вень сознания масс, плодотворным по¬
искам оптимальных решений актуаль¬
ных проблем борьбы с фашизмом в соче¬
тании с революционной перспективой
способствовала атмосфера товарищеских
дискуссии, постоянного обмена идеями,
взаимной корректировки выдвигаемых
концепций.
Только благодаря тесным контактам
между руководящими деятелями Испол¬
кома Коминтерна и компартий удалось
добиться более или менее синхронного
изменепия взглядов, стратегических ре¬
шений, политической практики партий,
находившихся в совершенно различных
условиях: одни работали в промышлен¬
ных странах с многочисленным рабочим
классом и давно сложившимися тради¬
циями рабочего движения, другие —
в странах среднего уровня развития,
третьи - в отсталых, зависимых колони¬
альных странах; одни были в подполье,
другие действовали легально; одним про¬
тивостояли мощные и массовые партии
социал-демократического типа, для дру¬
гих главной проблемой были взаимоотно¬
шения с мелкобуржуазными и крестьян¬
скими партиями.
Авторскому коллективу удалось пока¬
зать сложность и своеобразие процесса
обновления коммунистического движе¬
ния в странах Европы и США. Этому
способствовал конкретно-исторический
подход к проблемам единого рабочего и
народного фронта в каждой стране, ос¬
нованный на тщательном и скрупулезном
анализе как уже известных документов,
так и тех, что введены в оборот сравни¬
тельно недавно (протоколы Брюссель¬
ской и Бернской конференций КПГ, до¬
кументы германской социал-демократи¬
ческой эмиграции, испанские публикации
документов, материалы польской ком¬
партии 1 и др.). Использован также ар¬
хив лидера Социалистической партии
США II. Томасаг. Немало документаль¬
ного материала почерпнуто авторами из
мемуаров и биографий ведущих деятелей
компартий, из коммунистической, социа¬
листической и буржуазной печати 30-х
годов, а также монографий советских и
зарубежных историков.
Борьба за единство рабочего класса и
за народный фронт, как следует нз ма¬
1 Mit dem Gesicht nach Deutschland.
Eine Dokumentation über die sozialdemo¬
kratische Emigration. Düsseldorf. (008;
Largo Caballero F. Correspondeneia
secreta. Madrid. 1006: La revolución espa¬
ñola en la practica; Documentos del
POUM. Madrid. 1977; KPP. Uchwaiy i re-
zolucje. Warszawa. 1956.
2 New York Public Library, N. Thomas
Papers.
130

териалов книги, прошла три стадии: за¬
рождение идеи и ее первичная проверка
до VII конгресса, сам конгресс и его не¬
посредственные результаты в 1935—
1936 гг., успехи, трудности, неудачи в
последние предвоенные годы. Авторам
лучше удалось показать специфику это¬
го процесса в каждой стране на каждом
из этих этапов, чем раскрыть его всеоб¬
щий характер. Может быть, стоило бы
отказаться от включения в текст подроб¬
ностей политической истории, хорошо
описанных в монографической и даже
учебной литературе (с. 49, 57-59, 69-71,
76-79 и др.), и глубже исследовать влия¬
ние успехов и неудач в одной стране на
события в других странах. Эта взаимо¬
связь становится очевидной даже при
элемеитарном синхронистическом анали¬
зе, содержащем в ряде случаев такие
броские сопоставления: 27 июля 1934 г.—
Пакт о единстве действий между ФКП
и СФИО (с. 48); 17 августа 1934 г.— ана¬
логичный пакт между ИКП и ИСП
(с. 156), подписанный, кстати, тоже в Па¬
риже; 19 мая 1935 г. шествие 200 тыс.
трудящихся Парижа (с. 49); 2 июня
1935 г.- речь X. Диаса о единстве анти¬
фашистов (с. 85). Суммарная характери¬
стика процесса в целом (она дается в
первой главе, а возможно, лучше было
сделать ее в заключительной), к сожале¬
нию, оторвана от конкретного страновед¬
ческого материала. Избежать этого раз¬
рыва и представить процесс во всем его
многообразии и единстве (правда, в пре¬
делах одного, но достаточно обширного
региона) в полной мере удалось И. С. Яж-
боровской в главе о странах Централь¬
ной и Юго-Восточной Европы.
Хорошо показана в книге роль таких
участников разработки концепции народ¬
ного фронта, как Г. Димитров, М. Торез,
П. Тольятти, X. Диас, К. Готвальд, хотя
сама творческая лаборатория, в которой
возникали, обосновывались, проверялись
их гипотезы раньше чем они выноси¬
лись на трибуны партийных съездов, пле¬
нумов ИКНИ, VII конгресса Коминтерна,
остается как бы «за кадром». Проник¬
нуть в нее, конечно, чрезвычайно трудно,
но было бы в высшей степени интересно
н поучительно как с точки зрения мето¬
дологии и психологии политического
творчества, так и в плане дальнейшей
разработки марксистско-ленинского под¬
хода к роли личности в истории. В неко¬
торых умах предпосылки поворота в
тактико-стратегических установках со¬
зревали постепенно, еще до прихода Гит¬
лера к власти.
Уже в 1930 г. М. Торез, только что воз¬
главивший ФКП, подчеркивал, что борь¬
ба за единый рабочий фронт является
«не тактическим маневром коммунистов,
а делом огромной политической важно¬
сти» п выступал против злоупотребле¬
ния термином «социал-фашизм» (с. 41).
И именно руководимая нм партия спустя
несколько лет оказалась в авангарде борь¬
бы за единый рабочий и народный фронт.
Но как много не только внешних, но и
внутренних тормозов необходимо было
преодолеть, чтобы выработать новую
ориентацию: от борьбы за диктатуру про¬
летариата исключительно «в форме Со¬
ветов» — к народной демократии (с. 31),
от постоянной конфронтации с социал-
демократией — к единству действий на
основе общей антифашистской платфор¬
мы, от лозунга «класс против класса» —
к народному фронту. Следовало бы эту
психологическую трудность показать во
всей ее полноте - тогда еще ярче пред¬
стал бы интеллектуальный подвиг твор¬
цов новой политики Коминтерна.
Как обстояло дело, например, с вопро¬
сом об участии буржуазных партий в на¬
родном фронте? В манифесте Брюссель¬
ской конференции КПГ 1935 г. предус¬
матривалось участие в народном фронте
партии Центра и демократической партии
(с. 125), т. е. буржуазных партий, а в до¬
кладе на Бернской конференции в нача¬
ле 1939 г. В. Пик говорил: «Мы не долж¬
ны способствовать затушевыванию или
игнорированию классовой борьбы между
пролетариатом и буржуазией, как это де¬
лают те, кто хочет устроить народный
фронт даже с буржуазией» (с. 151).
Но ведь этого хотела партия совсем не¬
давно! Автор, отметив это изменение по¬
зиции, высказывает вполне обоснованное
предположение, что оно было вызвано
«событиями во Франции и Испании, где
политика буржуазных и мелкобуржуаз¬
ных партий, входивших в народный
фронт, привела к его ослаблению, а позд¬
нее и к распаду» (там же). Но оно также
обусловлено и отсутствием твердого
убеждения в целесообразности участия
буржуазных партий в народном фронте.
И в это же самое время Компартия Вели¬
кобритании, которая медленней других
преодолевала сектантские заблуждения,
тем не менее решительно выступала за
5*	131

совместные действия с той частью бур¬
жуазии, которая не поддерживала реак¬
ционное правительство Чемберлена, что,
как правильно отмечают И. В, Варивон-
чик и И. Н. Ундасынов, «свидетельство¬
вало о творческом применении англий¬
скими коммунистами политики народно¬
го фронта» (с. 209). А ведь прошло ме¬
нее пяти лет с тех пор, как даже П. Толь¬
ятти убеждал (правда, безуспешно)
М. Тореза отказаться от предложения о
народном фронте, с которым тот намере¬
вался обратиться к партии радикалова.
Кстати, этот эпизод не упоминается в
книге. А жаль! Представление о дина¬
мизме и развитии творческого подхода
Тольятти к коренным проблемам страте¬
гии коммунистов от этого бы только вы¬
играло, как и вообще понимание всей
сложности процесса обновления. К тому
же вряд ли лучшим способом раскрытия
изучаемого процесса во всей его сложно¬
сти и противоречивости является полное
отсутствие упоминания о влиянии на пси¬
хологическую атмосферу, с одной сторо¬
ны, успехов социалистического стоитель-
ства в СССР, с другой - явлений, связан¬
ных с культом личности (например,
судьбы польской компартии).
Видимо, психологический аспект при
анализе деятельности руководства Ко¬
минтерна и его секций и особенно изуче¬
ние социальной психологии масс членов
компартий, рядовых социал-демократов и
вообще рабочего класса — таков следую¬
щий шаг в научном познании бурных со¬
бытий предвоенных лет. Такое изучение,
можно предположить, даст новый мате¬
риал для понимания истоков ошибочного
курса на единый фропт только «спизу».
Может быть, оно опровергнет несколько
упрощенное представление, согласно ко¬
торому массы в социал-демократических
партиях всегда левее лидеров. О живу¬
чести этого представления свидетельст¬
вуют некоторые формулировки рецензи¬
руемой книги: изменение умонастроений
членов социалистической партии «заста¬
вило руководителей СФИО внести неко¬
торые коррективы в свою политическую
практику», «руководство СФИО под дред-
3 Дюкло Ж. Мемуары. Т. I. М. 1974,
с. 184.
логом пепрекращавшейся критики со
стороны коммунистов не предпринимало
мер для налаживания сотрудничества с
ФКП» (с. 45), так ставится вопрос в гла¬
ве о Франции. В главе о США, выделяю¬
щейся как по источниковой базе, так и
по стилю изложения, есть, однако, такое
утверждение: руководство социалистиче¬
ской партии использовало «промахи и
ошибки» коммунистов (речь идет все о
том же «социал-фашизме») «как повод
для отклонения предложении компар¬
тии» (с. 264). Но если лидеры социали¬
стов только приспосабливались к на¬
строениям масс, а сами и не помышляли
о единстве, если критика (с применением
понятия «социал-фашизм») была лишь
«предлогом», «поводом», то, может быть,
они действительно «социал-фашисты»?
Гораздо глубже и объективнее соображе¬
ния, высказанные применительно к стра¬
нам Центральной и Юго-Восточной Евро¬
пы, но вполне применимые и к другим
регионам: «обычными были не только от¬
сутствие доверия или неверие в искрен¬
ность и подлинные мотивы другой сторо¬
ны, но и крайние формы антагонизма...
За межвоенный период накопилась масса
взаимных претензий, всяческих личных
конфликтов и предубеждений» (с. 231).
Слишком мало времени было в распо¬
ряжении компартий для преодоления
этих предубеждений, поворот в их поли¬
тике произошел слишком поздно, чтобы
успеть обеспечить прочное единство ра¬
бочего класса и всех демократических
сил. Но если выйти за пределы предвоен¬
ной ситуации и взглянуть на события
второй половины 30-х годов в широкой
исторической перспективе, то они пред¬
станут как завершение целого периода в
развитии мирового коммунистического
движения, охватывающего примерно пер¬
вые четверть века его истории. На протя¬
жении этого времени были годы взлетов
и падений, успехов и неудач, по в целом
это период становления, завершивший¬
ся разработкой таких стратегических
принципов, которые, развиваясь и совер¬
шенствуясь, и сегодня лежат в основе
творческих поисков и практической дея¬
тельности мирового коммунистического
движения.
\л. Е. Кертман]
132

3. И. РОМАНОВА. Развитие капитализма в Аргентине. М. Наука. 1985.
287 с.
Монография старшего научного сотруд¬
ника Института Латинской Америки АН
СССР 3. И. Романовой воссоздает общую
картину развития капитализма в Арген¬
тине на протяжении более чем четырех
столетии — от зарождения первых капи¬
талистических элементов в колониальный
период (1536-1810 гг.) и до наших дней.
На примере одной из ведущих стран Ла¬
тинской Америки автор стремится «ос¬
мыслить общие и специфические черты
развития капитализма» на периферии ми¬
ровой капиталистической системы (с. 10).
В книге подвергаются критике не¬
марксистские концепции развития капи¬
тализма в Латинской Америке, в частно¬
сти апологетика роли иностранного ка¬
питала и латифундизма. Автор доказы¬
вает несостоятельность как тезиса об ут¬
верждении капитализма в Аргентине еще
в колониальный период и превращении
ее к настоящему времени в «неоимпериа-
листическую» страну, так и противопо¬
ложной точки зрения, сторонники кото¬
рой абсолютизируют ее слаборазвитость
и зависимость, отрицают наличие влия¬
тельной местной крупной буржуазии,
видят в современной Аргентине особый
тип «зависимого капитализма».
3. И. Романова прослеживает длитель¬
ный путь капиталистической эволюции,
истоки которой восходят к колониально¬
му периоду. Несмотря на стремление ис¬
панских колонизаторов установить на
территории бассейна Ла-Платы феодаль¬
ные порядки, вместо классического фео¬
дализма там под воздействием разных
факторов сформировалась многоукладная
экономика, в которой феодальный уклад
был, по мнению автора, главным, но да¬
леко не единственным. К концу колони¬
ального периода здесь уже оформился
влиятельный раннекапиталистический
уклад, представленный не только ремес¬
ленно-мануфактурным производством,
но и крупными агроэкспортными хозяй¬
ствами и слоем торгово-посреднической
буржуазии (с. 37-39). Поясняя мысль ав¬
тора, следует уточнить, что экспортные
скотоводческие хозяйства того времени
имели переходный характер: они еще ба¬
зировались преимущественно на докапи¬
талистических формах эксплуатации тру¬
да, но на мировом рынке уже выступали
в роли капиталистических хозяйств, что
стимулировало их дальнейшую капита¬
листическую эволюцию.
В монографии отмечается важная роль
и даже гегемония крупных землевла-
дельцев-экспортеров в освободительной
революции начала XIX в., покончившей
с колониальным гнетом и имевшей чер¬
ты раннебуржуазной революции. Это об¬
стоятельство способствовало в дальней¬
шем консолидации капиталистического
пути развития страны во главе с агро¬
экспортными латифундиями, с консерва¬
цией и интеграцией в формирующуюся
капиталистическую структуру докапита¬
листических элементов. К XIX в. автор
относит и становление начальных форм
зависимости Аргентины от западных
держав, главным образом Великобрита¬
нии.
Последняя четверть XIX и начало XX в.
справедливо оцениваются в работе как
период наиболее быстрого капиталисти¬
ческого развития Аргентины, промыш¬
ленной революции, способствующей фор¬
мированию буржуазии и пролетариата,
существенных сдвигов в капиталистиче¬
ской эволюции латифундистских хо¬
зяйств. Особое внимание уделено при
этом экспансии в Аргентину в тот пери¬
од иностранного капитала. Автор призна¬
ет его большую роль, как и европейской
иммиграции, в ускорении капиталисти¬
ческого развития страны, но отрицает
утверждение о привнесении ими капи¬
тализма в Аргентину. Экспансии иност¬
ранного капитала, как подчеркивается
в работе, способствовала агроэкспорт-
вая направленность экономики страны.
«Земельная олигархия стала главным со¬
циальным союзником иностранного капи¬
тала»,—пишет 3. И. Романова (с. 266).
Их союз стимулировал развитие капита¬
лизма на агроэкспортпой основе.
В работе отмечаются негативные сторо¬
ны такого варианта капиталистического
развития: его экстенсивпый, деформиро¬
ванный характер, чрезмерная зависи¬
мость от мировых капиталистических
центров, утечка значительной доли дохо¬
дов за границу, узость внутреннего рын¬
ка, стесненные рамки для роста нацио¬
нального промышленного капитала, глу¬
бокие социальные контрасты. Все это ве¬
ло, делает вывод автор, к вызреванию
предпосылок хронического кризиса сло¬
133

жившихся социально-экономических
структур (там же). Первые его симпто¬
мы обнаружились в годы мирового эко¬
номического кризиса 1929—1933 гг. и
побудили господствующие классы начи¬
ная с 30-х годов для спасения положе¬
ния активно использовать регулирую¬
щую роль государства.
Важным этапом в капиталистическом
развитии страны автор считает период
бурного роста промышленности в конце
30 — АО-х годах, вошедший в историю
под названием «импортзаменяющей ин¬
дустриализации». В то время происходит
определенная передвижка власти в поль¬
зу окрепшей верхушки промышленной
и финансовой буржуазии, которая, но
мнению 3. И. Романовой, к середине
50-х годов «стала составным элементом
правящей олигархии» (с. 148) 1. С этими
процессами связывается в монографии и
становление местного монополистическо¬
го капитала в Аргентине при стимули¬
рующей роли получившего значительное
развитие в АО-е годы государственного
сектора.
Заслугой автора является разработка
проблем развития в Аргентине монопо¬
листического капитала, т. к. до недавнего
времени этот вопрос не привлекал долж¬
ного внимания исследователей. Вывод о
том, что после второй мировой войны
там «сложились весьма сильные промыш¬
ленно-финансовые группы» (с.	169).
подтверждается в работе конкретными
данными. Многие из приводимых в ней
фамилий глав ведущих аргентинских
промышленно-финансовых групп в прош¬
лом были известны как виднейшие пред¬
ставители земельной аристократии. Они
же фигурируют па ключевых постах в
администрации воеино-диктаторских ре¬
жимов 00—80-х годов. В работе обраща¬
ется внимание на экспансию аргентин¬
ского монополистического капитала в
другие страны и участие его в трансна¬
циональных корпорациях, па развитие
в стране государственно-монополистиче¬
ских тенденций.
Говоря об эволюции роли иностранно¬
го капитала в Аргентине в последние
десятилетия, 3. И. Романова отмечает ин¬
тенсивное вторжение его в наиболее
1 Определенные круги торгово-про¬
мышленной и финансовой буржуазии,
особенно связанные с агроэкспортным
комплексом, и ранее были составным
компонентом олигархии.
перспективные и доходные отрасли эко¬
номики. все большую его интеграцию с
местным капиталом. К сожалению, кон¬
кретного анализа соотношения позиций
иностранного и местного капитала в этом
альянсе и в экономике страны в книге
лет.
В целом в монографии верно охарак¬
теризована социально-экономическая по¬
литика военного режима 1976—1983 гг.
как попытка капиталистической модер¬
низации экономики на реакционной клас¬
совой основе, за счет широких масс на¬
селения, в интересах прежде всего вер¬
хушки господствующих классов. Подыто¬
живая исследование, автор подчеркива¬
ет, что аргентинская модель развития не
смогла обеспечить стране выход из со¬
стояния зависимости от центров мирово¬
го капитализма, преодолеть отставание
от них, глубокие диспропорции в эконо¬
мике, социальные контрасты, острые
классовые аптагонизмы.
Отмеченные моменты, бесспорно, ха¬
рактеризуют монографию как важный
шаг в изучении проблем развития капи¬
тализма в Латинской Америке. Впервые
в советской историографии автором дана
общая концепция капиталистического
развития Аргентины, уточнены или уг¬
лублены имеющиеся представления по
ряду конкретных аспектов темы. В го
же время некоторые положения моно¬
графии недостаточно обоснованы кон¬
кретным материалом. Остается невыяс¬
ненным удельный вес капиталистичес¬
ких элементов в экономике Аргентины
накануне и после войны за независи¬
мость.
Неясна степень капиталистической
эволюции помещичьих хозяйств на раз¬
ных исторических этапах. В книге не¬
редко встречаются явно противоречащие
друг другу формулировки. Так, автор
справедливо говорит о «пробуржуазной»
эволюции помещичьих хозяйств и геге¬
монии крупных землевладельцев-ското-
водов в революции 1810 г., о борьбе двух
путей развития капитализма в XIX в.
в Аргентине. Но в то же время говорится
о противоборстве местной буржуазии и
«клерикально-феодальной верхушки»,
что явно предполагает иную расстанов¬
ку сил (с. 52). В этой связи сомнитель¬
на оценка диктатора X. М. Росаса как
представителя «состоятельной феодаль¬
ной верхушки» (с. 57), о котором далее
говорится, что его политика содейство¬
134

вала формированию помещичьего капи¬
тализма и товарного производства (с. 61).
Развитие Аргентины в последние деся¬
тилетия часто рассматривается 3. И. Ро¬
мановой сквозь призму «резкого проти¬
воборства» земельной олигархии и про¬
мышленной буржуазии (с. 151, 156, 175
п др.). Но ведь, по словам автора, к то¬
му времени уже сформировалась моно¬
полистическая верхушка буржуазии,
превратившаяся во влиятельную со¬
ставную часть олигархии. А если это
так, то следует говорить о противоречиях
(но не о «резком противоборстве») меж¬
ду буржуазно-помещичьей олигархией и
широкими слоями немонополистической,
преимущественно средней и мелкой бур¬
жуазии (не отрицая некоторых частных
противоречий и внутри олигархии). Соот¬
ветственно и обстоятельства политиче¬
ской борьбы 50-80-х годов представля¬
ются в книге порою неточно: буржуаз¬
но-либеральные режимы ассоциируются
с промышленной буржуазией, военно¬
диктаторские — с земельной олигархией
(с. 189—194, 231 и др.). В других случаях
тем же режимам даются иные, более
близкие к истине оценки (с. 174, 185).
В монографии имеются и более част¬
ные спорные моменты, отдельпые неточ¬
ности. Неверно утверждение, будто к
1914 г. в Аргентине почти 2/3 промыш¬
ленных предприятий находилось под
контролем иностранного капитала
(с. 101). В действительности речь идет
об иммигрантах, ставших аргентинскими
предпринимателями. На той же страни¬
це признается, что «иностранные инве¬
стиции прежде всего шли на развитие
инфраструктуры», а не промышленности.
Думается, капиталистическая формация
в Аргентине утвердилась не к концу
20-х годов XX в. (с. 126), а несколько
раньше, видимо, в конце XIX —начале
XX в., когда в стране была создана фаб¬
ричная промышленность, сформирова¬
лись промышленный пролетариат и про¬
мышленная буржуазия, их профессио¬
нальные и политические организации.
Трудно согласиться с занесением в ря¬
ды сельской буржуазии крестьян-бедня-
ков и середняков, а лиц, применяющих
наемный труд «в ограниченном масшта¬
бе»,-к крупной буржуазии (с. 165). Не
соответствует действительности выска¬
зывание о том, что военная хунта 1976—
1983 гг. не осмелилась пойти на широкие
репрессии (с. 187). На самом деле это
был самый террористический режим в
новейшей истории Аргентины, что на¬
глядно подтвердили судебные процессы
1984-1985 годов.
Все эти замечания в значительной ме¬
ре вызваны тем, что 3. И. Романова
затронула ряд важных, малоисследован¬
ных и дискуссионных вопросов, нуж¬
дающихся в дальнейшем изучении. Об¬
щее впечатление от ее монографии — это
содержательное и оригинальное иссле¬
дование.
А.	И. Строганов
КОРОТКО О КНИГАХ
Великий Октябрь и современность. Ре¬
комендательный библиографический ука¬
затель. М. Книга. 1987. 127 с.
Указатель, подготовленный Государст¬
венной публичной исторической библио¬
текой РСФСР *и приуроченный к 70-ле-
тию Великого Октября, состоит из пяти
разделов: Великая Октябрьская социа¬
листическая революция и построение со¬
циализма в СССР; Задачи КПСС по со¬
вершенствованию социализма и посте¬
пенному переходу к коммунизму.
XXVII съезд КПСС - историческая веха
в жизни партии и народа; Дальнейшая
1 Составители: Г. Г. Стельмашок, Л. Е.
Цыганкова, В. С. Шишкина. Под ред.
Л. В. Шишкиной.
демократизация общества, углубление со¬
циалистического самоуправления народа;
Укреплять связь идеологии с жизнью,
обогащать духовный мир человека; Меж¬
дународная деятельность СССР, борьба
за мир и социальный прогресс.
Тематические разделы и подразделы
указателя открываются вводными тек¬
стами. В каждом разделе указаны труды
классиков марксизма-ленинизма, до¬
кументы КПСС, произведения руководи¬
телей Коммунистической партии и Со¬
ветского государства, новейшие научные
и паучно-популярные издания, статьи из
общественно-политических журналов. От¬
бор литературы в основном был закон¬
чен в сентябре 1986 года.
В первом разделе особо выделена ли¬
тература по следующим темам: Великая
135

Октябрьская социалистическая револю¬
ция — начало повой эры в истории чело¬
вечества; Победа Советской страны над
иностранной военной интервенцией и
внутренней контрреволюцией; Осуществ¬
ление ленинского плапа построения со¬
циализма в СССР; Великая Отечествен¬
ная война 1941—1945 гг.; Социально-эко¬
номическое развитие советского общест¬
ва в середине 40-х - начале 80-х гг. Вто¬
рой раздел содержит рекомендации о ли¬
тературе по проблемам: КПСС - руково¬
дящая сила советского общества; Уско¬
рение социальпо-экопомического развития
страны - стратегический курс КПСС.
Этот подраздел, в свою очередь, вклю¬
чает темы: Основные направления эко¬
номической политики (в том числе:
Реконструкция народного хозяйства на
основе научно-технического прогресса;
Решение продовольственной проблемы —
первоочередная задача; Управление эко¬
номикой - на уровень новых требований;
Резервы экономического роста — в дейст¬
вие); Основные направления социальной
политики (включая темы: Повышение
благосостояния народа, утверждение со¬
циальной справедливости; Совершенство¬
вание системы народного образования;
Совершенствование социально-классо¬
вых и национальных отношений). В ука¬
зателе выделены также рубрики; Борьба
партии против буржуазной идеоло¬
гии; Культурное строительство, литера¬
тура и искусство (третий раздел) и Со¬
трудничество с социалистическими стра¬
нами; Укрепление отношений с освобо¬
дившимися странами; Отношения с ка¬
питалистическими странами, борьба за
прочный мир и разоружение; КПСС в
мировом рабочем и коммунистическом
движении (раздел пятый).
Таким образом, в указателе нашла от¬
ражение литература о важнейших эта¬
пах, пройденных советским народом под
руководством Коммунистической партии
по пути строительства социализма. Зна¬
чительное место в отобранной состави¬
телями литературе отведепо современно¬
му этапу развития советского общества,
реализации решений XXVIГ съезда КПСС.
Издание снабжено вспомогательным
алфавитным указателем авторов и загла¬
вий. Приложен список литературы, вы¬
шедшей после сдачи рукописи в произ¬
водство. В случаях, когда заголовки
включенных в указатель изданий нуж¬
даются в пояснениях, помимо их назва¬
ния, дастся краткая аннотация.
И. В. Минская
Материалы по истории СССР. Для се¬
минарских и практических занятий.
Вып. 1. Древнейшие народы и государ¬
ства на территории СССР. Учебное по¬
собие. М. Высшая школа. 1985. 303 с.
Сборник является, по сути деда, пер¬
вым учебным пособием такого рода —
хрестоматией по древнейшей истории на¬
родов нашей страны от образования го¬
сударства Урарту (XII в. до н.э.) до
складывания Киевской Руси (IX в.). Со¬
ставители 1 систематизировали материал,
следуя формациопному принципу: в рам¬
ках рабовладельческой и феодальной
формаций развивались цивилизации За¬
кавказья и Средней Азии, в рамках фео¬
дальной - народы Восточной Европы.
В выпуске помещены заново переве¬
денные документы и уточненные перево¬
ды ряда арабских, персидских, древне¬
еврейских, сирийских, древнеармянских
и других источников. Каждой группе
документов предпосланы содержатель¬
ные вступления, каждый текст снабжен
сведениями об авторе, месте хранения,
переводах. В предисловии чл.-корр. АН
СССР А. П. Новосельцева и вводных раз¬
делах к частям тома рассматриваются
копцепционные проблемы и подчеркива¬
ются дискуссионные моменты (о нали¬
чии рабовладельческой формации в древ¬
нем Закавказье и Средней Азии, о ран¬
них государственных образованиях в
Восточной Европе и др.), учтена новей¬
шая историография.
Учебное пособие дает возможность про¬
водить семинарские занятия на уровне
современного источниковедения, исполь¬
зовать в комплексе источники, характе¬
ризующие социальные отношения, про¬
цессы феодализации, народные движе¬
ния, христианизацию, культуру.
Особое внимание уделено составителя¬
ми источникам на древнеармянском и
древнегрузинском языках. Раздел о
древних славянах также отличается мно¬
гообразием текстов (греческих, визан¬
тийских, арабских, западноевропейских
и др.). Летописи даны в переводе, что
вызывает известные сомнения. Наиболь¬
шие возможности для источниковедче¬
ской работы, для выработки у студентов
навыков критики текста дают оригиналь¬
ные летописные тексты. Ввиду этого
публиковать их целесообразно в подлин¬
нике.
Ощущается отсутствие указателей.
Есть погрешности и в комментариях. Ав¬
торы ПВЛ подразумевали под оз. Нево
не р. Неву (с. 280), а Ладожское озеро.
В комментарии на с. 204 Измаил ошибоч¬
но назвап сыном Давида. В пояспении
к названию Булгар (с. 298) сказано, что
речь идет о городе на месте будущего
Новгорода или рядом с ним. Очевидно,
комментарий из-за опечатки попал не па
место, и его надо отнести к упоминанию
в тексте г. Салау.
Р. Г. Скрынников
Я. С. ДРАБКИН. Четверо стойких:
К. Либкнехт, Р. Люксембург, Ф. Меринг,
К. Цеткин. М. Политиздат. 1985. 367 с.
с илл.
Написанная в жанре документальной
повести книга доктора исторических
наук Я. С. Драбкина (Институт всеоб¬
1 Сост.: Д. Ю. Арапов, чл.-корр. АН
СССР А. П. Новосельцев (отв. редактор),
О. М. Рапов. Под ред. А. Д. Горского.
136

щей истории АН СССР) основана на ар¬
хивных документах (часто впервые вво¬
димых в оборот), сочинениях и письмах
В.	И. Ленина, воспоминаниях Н. К. Круп¬
ской, А. В. Луначарского, А. В. Коллон-
тай, М. Н. Лядова, Ф. Кона, произведе¬
ниях героев книги и их соратников -
В.	Пика, Ф. Геккерта, Г. и К. Дункер.
Использованы также исследования со¬
ветских и зарубежных авторов.
Жизпь и революционная борьба ге¬
роев книги показаны в пей в органиче¬
ском единстве с развитием международ¬
ного и германского рабочего движения.
Читатель оказывается в гуще споров,
раздумий не только по вопросам полити¬
ки, но и истории, литературы, искусства,
человеческих отношений.
С самого начала своей революционной
деятельности «четверо стойких» заняли
позиции на левом фланге германской со¬
циал-демократии. Хотя у каждого из
них сложилось свое, особенное отноше¬
ние к революционной России, их сбли¬
жало, роднило то, что они были ее ис¬
кренними и честными друзьями. Автор
показывает, что, когда лидеры СДПГ
вступили на путь ревизии марксизма,
то германские левые социал-демократы
в своей борьбе с ревизионизмом вполне
закономерно обрели поддержку со сторо¬
ны В. И. Ленина, видевшего в них под¬
линных интернационалистов.
Книга рассказывает о борьбе левых в
СДПГ против милитаризма и войны.
В трудных условиях, когда вожди гер¬
манской социал-демократии предали дело
пролетариата, когда международная со¬
лидарность рабочих была разорвана
фронтами империалистической бойни,
«четверо стойких» героически продолжа¬
ли борьбу за великие идеалы социализ¬
ма. В ходе ее образовалась в 1915 г.
группа «Интернационал», вошедшая в
историю с именем Спартака на знаме¬
ни. Подчеркивая революционность спар¬
таковцев, Я. С. Драбкин отмечает, что
даже самые дальновидные руководите¬
ли группы, недооценивая роль партии но¬
вого типа, не сумели до конца распо¬
знать суть позиции центристов. В ре¬
зультате после раскола в СДПГ в «неза¬
висимой» СДПГ руководство осталось в
руках каутскианцев, а вошедшие в нее
спартаковцы оказались лишь в положе¬
нии оппозиции. Автор подчеркивает, что
это была их роковая ошибка.
«Четверо стойких», пишет Я. С. Драб¬
кин, приветствовали социалистическую
революцию в Госсии. Они выступили в
защиту Советской республики. Гассказы-
вая о статьях Г. Люксембург, которая ре¬
шительно отвергла ренегатские доводы
Каутского против большевиков, автор в
то же время раскрывает теоретическую
несостоятельность некоторых ее возраже¬
ний относительно ленинских оценок
хода и перспектив международного ре¬
волюционного процесса.
Большое внимание уделил Я. С. Драб¬
кин деятельности героев своей книги по¬
сле ноябрьской революции. Важнейшим
их шагом, подчеркивает оп, стал органи¬
зационный разрыв с оппортунистами и
образование в декабре 1918 г. Коммуни¬
стической партии Германии. Однако ра¬
бочие Германии в большинстве своем
тли тогда за «независимцами», лидеры
которых предали пролетариев, вышед¬
ших в январе 1919 г. на улицы Берлина.
Правый социал-демократ Г. Носке вы¬
полнил роль палача революции. Либк¬
нехт и Люксембург были зверски убиты,
тогда же скончался и престарелый Ме¬
ринг.
Эпилог книги посвящен К. Цеткин, ко¬
торая продолжала до последнего дыха¬
ния отстаивать идеалы социализма.
Читатели книги Я. С. Драбкина убеж¬
даются, что люди, о которых он повест¬
вует, выделялись своим высоким интел¬
лектом, революционной страстностью,
идейной убежденностью, несгибаемой
стойкостью и нравственной красотой. Та¬
кому восприятию повести способствуют
яркий язык, публицистичность и строгая
документированность изложения.
И. С. Галкин
НОВЫЕ КНИГИ
В.	В. Ленин и ВЧК. Сборник докумен¬
тов (1917—1922 гг.). Ин-т марксизма-ле-
пипизма при ЦК КПСС. Изд. 2-е, доп. М.
Политиздат. 1987. 642 с. 85 ООО экз.
1 руб. 90 коп.
В.	И. Ленин и Омское Прииртышье.
Телеграммы и документы В. И. Ленина.
Письма, резолюции, воспоминания тру¬
дящихся. Предисловие, сост. П. 3. Ку-
русканова, А. И. Шумилова. Омск. Книж¬
ное изд-во. 1987. 192 с. с илл. 7000 экз.
65 коп.
Лени пиана. Продолжение поиска. Сост.
Т. П. Бондаревская, Н. И. Приймак, Г. Л.
Соболев. Л. Лениздат. 1987. 302 с. 5000 экз.
1 руб. 30 коп.
Семья Ульяновых. Сост. Н. С. Гудкова.
Изд. 3-е. М. Политиздат. 1987. 447 с. с илл.
100000 экз. 1 руб. 20 коп.
137

История СССР
Акрамов А. Полпред республики.
Ташкент. Узбекистан. 1987.	152	г.
10 000 экз. 35 коп.
Аммосов М. К. С помощью русских
рабочих и крестьян. Статьи, речи, вос¬
поминания, письма. Изд. 2-е, изм., доп.
Якутск. Книжное пзд-во. 1987. 287 с.
5000 экз. 1 руб. 20 кон.
Апресян Г. 3. Па крутых перевалах.
Воспоминания. Ереван. Айастан. 1987.
176 с. 3000 экз. 95 коп.
Афанасьев В. А. Роль Н. К. Круп¬
ской в строительстве советской школы
пародов Поволжья, Сибири, Дальнего Во¬
стока и Якутии. Красноярск. Изд-во Крас¬
ноярского ун-та. 1987. 167 с. 3000 экз.
1 руб. 50 коп.
Балашов С. Первое поколение. Вое-,
поминания. Алма-Ата. Жалын. 1987.
102 с. 12 000 экз. 25 коп.
Белокопытов В. И. «Вашим, това¬
рищ, именем...» Казань. Татарское книж¬
ное изд-во. 1987. 221 с. (Лепиниана Со¬
ветской Татарии). 3800 экз. 60 коп.
Богуславский Н. А. Твои позыв¬
ные, Северный. Мурманск. Книжное изд-
во. 1987. 192 с. 5000 экз. 75 коп.
Борьба СССР против ядерной опасно¬
сти, гонки вооружений, за разоружение.
Документы и материалы. Министерство
иностранных дел СССР. М. Политиздат.
1987. 559 с. 100 000 экз. 1 руб. 80 коп.
Борцы за счастье народное. Сборник.
Ред.-сост. А. С. Есауленко и др. Киши¬
нев. Картя молдовеняскэ. 1987. 232 с.
7000 экз. 1 руб.
Великий Октябрь и исторический про¬
гресс. М. Наука. 1987. 304 с. 4350 экз.
2 руб. 10 коп.
Великий Октябрь и развитие бурятско¬
го народа. Сост. Т. М. Михайлов, Г. J1.
Санжиев. Улан-Удэ. Бурятское книжное
изд-во. 1987. 184 с. с илл. 2000 экз. 90 коп.
Великий Октябрь. 70 лет. Научно-тех¬
нический и социальный прогресс. М. Нау¬
ка. 1987. 438 с. 10 500 экз. 3 руб. 90 котг.
Вятка. Краеведческий сборник. Вып. 8.
Сост. Г. П. Зонова. Киров. Волго-Вятское
книжное изд-во. 1987. 160 с. 8000 экз.
50 коп.
Габов С. Саперы Огненной дуги. Во¬
ронеж. Центрально-Черноземное книж¬
ное изд-во. 1987, 207 с. 15 000 экз. 80 кон.
Г аглов И. И. Генерал армии А. П.
Антонов. Изд. 2-е, доп. М. Военнздат.
1987. 160 с. с илл. (Советские полководцы
и воепачальппки). 100 000 экз. 35 коп.
Г а л д а н о в а Г. Р. Доламаистские
верования бурят. Новосибирск. Паука.
1987. 113 с. 4950 экз. 80 коп.
Г а м р е ц к и й Ю. М., Тимченко
Ж. П., Щусь О. И. Триумфальное ше
ствие Советской власти на Украине.
Киев. Наукова думка. 1987. 439 с. с илл.
1000 экз. 6 руб. 70 коп.
Герои кубанского неба. Сост. Н. П.
Жуган, Г. Ф. Приймук. Краснодар. Книж¬
ное изд-ro. 1987. 159 с. 10000 экз. 25 коп.
Г н е з д и л о в Ф. С. На высотах муже¬
ства. Минск. Беларусь. 1987. 240 с.
61 000 экз. 1 руб. 20 коп.
Год 1917. Россия, Петроград. Очерки,
статьи, воспоминания. Сост. В. Т. Сонин.
М.-Л. Советский писатель. 1987. 367 с. с
илл. 30 000 экз. 7 руб. 10 кои.
Города и районы Ростовской области.
Историко-краеведческие очерки. Сост.
£. В. Миронов и др. Ростов н/Д. Книж¬
ное изд-во. 19S7. 320 с. 20 000 экз. 70 коп.
XXV съезд ЛКСМУ. Документы и ма¬
териалы. Киев. Молодь. 1987. 287 с. с илл.
13 000 экз. 90 коп.
Документы героических лет, 1917—1920.
Ростов н/Д. Книжное изд-во. 1987. 336 с.
5000 экз. 65 коп.
До последнего часа. Очерки и воспо¬
минания о боевом пути 53-й Краснозна¬
менной ордена Суворова II степени Ново-
украинской стрелковой дивизии. Саратов,
Приволжское книжное изд-во. 1987. 191 с.
10 000 экз. 45 коп.
Доронина Э. H.. Яковлева Т. И.
Памятники Севастополя. Справочник.
Изд. 2-е. доп. Симферополь. Таврия. 1987.
192 с. с илл. 50 000 экз. 1 руб. 10 коп.
Жизнь замечательных людей. Каталог,
1933—1985. Изд. 3-е. испр. и доп. М. Мо¬
лодая гвардия. 1987. 287 с. 50000 экз.
95 коп.
Завтур А. А., Чобу Е. И. Идеи Ве¬
ликого Октября в свершениях молдавско¬
го парода. Кишинев. Картя молдовеня¬
скэ. 1987. 244 с. с илл. 3300 экз. 1 руб.
60 коп.
3 а м л и н с к и й В. А., К у р а с И. Ф.,
Нагорная JI. А. Осуществление ленин¬
ской национальной политики в СССР.
Киев. Вшца школа. 1987. 238 с. 2000 экз.
2 руб. 50 коп.
Изучение произведений В. И. Ленина в
курсе истории КПСС. Для втузов. Изд.
2-е, перераб. и доп. М. Высшая школа.
1987. 336 с. 105 000 экз. 95 кои.
Иноземцев И. Г. В небе Заполярья
и Карелии. Военно-исторический очерк
боевых действий ВВС Карельского фрон¬
та и 7-й воздушной армии в годы Ве¬
ликой Отечественной войны. М. Воен¬
нздат. 1987. 240 с. с илл. 10 000 экз.
70 коп.
Интернациональное сотрудничество
!\ПСС и СЕПГ: история и современность.
М. Политиздат. 1987. 383 с. 7000 экз.
1 руб. 70 коп.
Исторические записки. Т. 115. М. Нау¬
ка. 1987. 328 с. 2000 экз. 3 руб. 60 коп.
История и теория атеизма. Учебное
пособие. Изд. 3-е, дораб. М. Мысль. 1987.
476 с. 100 000 экз. 85 коп.
История советского рабочего класса.
В 6-ти тт. Т. 4. Рабочий класс в годы уп¬
рочения и развития соц. общества. 1945-
1960 гг. М. Наука. 1987. 519 с. с илл.
26 400 экз. 3 руб. 90 коп.
К а л а к у р а Я. С. и др. XXVII съезд
КПСС: актуальные проблемы теории и
практики совершенствования социализ¬
ма. Киев. Вища школа. 1987. 324 с.
4000 экз. 3 руб.
Касвинов М. К. Двадцать три сту¬
пени вниз. Изд. 2-е, испр. М. Мысль. 1987.
460 с. 200 000 экз. 2 руб. 40 коп.
138

Киселев А. А., Киселева Т. А.
Саамы:	история,	экономика, культура.
Изд. 2-е, перераб. и доп. Мурманск. Книж¬
ное изд-во. 1987. 208 с. с илл. 10 ООО экз.
95 коп.
Комиссары на линии огня, 1919—1922.
На Тихом океане свой закончили поход.
Сост. В. Д. Голубчикова. М. Политиздат.
1987. 368 с. с илл. 200000 экз. 1 руб.
20 коп.
Крапивин В. В. Формирование ре¬
волюционного сознания. Проблемы и ха¬
рактерные черты в странах социалисти¬
ческой ориентации. М. Мысль. 1987.
173 с. 12 000 экз. 75 коп.
К у н е ц к а я JL, Маштакова К.
Встреча с Лениным. По материалам му¬
зея «Кабинет и квартира В. И. Ленина
в Кремле». М. Советская Россия. 1987.
300 с. с илл. 30 000 экз. 1 руб.
Куранты. Историко-краеведческий аль¬
манах. Вып. 2. Сост. Е. В. Кончин. М.
Московский рабочий. 1987. 383 с. с илл.
60 000 экз. 3 руб. 80 коп.
Курило С. Г. Жизни своей не щадя.
Из истории милиции Харьковщины.
Харьков. Прапор. 1987. 295 с. 50 000 экз.
1 руб. 10 коп.
Ленинградская Краснознаменная. Сост.
В.	А. Еронин. Л. Лениздат. 1987. 220 с.
с илл. 100 ООО экз. 75 коп.
Леонтьев Г. Л. Стратегия мира и
безопасности. М. Международные отно¬
шения. 1987. 128 с. 23 000 экз. 30 коп.
Лотман Ю. М. Сотворение Карамзи¬
на. М. Книга. 1987. 336 с. с илл. (Писате¬
ли о писателях). 200 000 экз. 1 руб.
90 коп.
Макеев В. Ф. Комиссар «Марата»,
герой Севастополя. О Герое Советского
Союза вице-адмирале Н. М. Кулакове.
М. Политиздат. 1987. 110 с. с илл. (Герои
Советской Родины). 200 000 экз. 25 коп.
Матюшин Г. Н. Историческое крае¬
ведение. Учебное пособие. М. Просвеще¬
ние. 1987. 207 с. 37 000 экз. 70 коп.
Мир о Стране Советов. М. Наука. 1987.
359 с. 15 000 экз, 1 руб. 70 коп.
Наука и техника СССР, 1917-1987. Хро¬
ника. Сост. В. А. Волков и др. М. Наука.
1987. 759 с. с илл. 11 000 экз. 6 руб. 40 коп.
Орлов В. М. Возрастание руководя¬
щей роли КПСС и всестороннее совер¬
шенствование социалистического об¬
щества. Киев. Политиздат Украины. 1987.
359 с. 10 000 экз. 2 руб.
Очерки истории Алтайского края. Бар¬
наул. Алтайское книжное изд-во. 1987.
447 с. 5000 экз. 1 руб. 40 коп.
Очерки истории дальневосточных орга¬
низаций КПСС, 1938—1987. Хабаровск.
Книжное изд-во. 1987. 478 с. 5000 экз.
1 руб. 60 коп.
Очерки истории Донецкой областной
комсомольской организации. Г. Я. Поно¬
маренко и др. Киев. Молодь. 1987. 295 с.
25 000 экз. 1 руб.
Очерки истории Коми областной орга¬
низации КПСС. Изд. 2-е, доп. и перераб.
Сыктывкар. Коми книжное изд-во. 1987.
511 с. 8000 экз. 1 руб. 70 коп.
Очерки истории Орловской организа¬
ции КПСС. Изд. 2-е, испр. и доп. Тула.
Ириокское книжное изд-во. 1987. 424 с.
7000 экз. 2 руб. 30 коп.
Первые декреты Советской власти.
Сборник факсимильно воспроизведенных
документов. Сост. Д. И. Антонюк и др.
Ин-т марксизма-ленинизма при ЦК
КПСС. М. Книга. 1987. 335 с. с илл.
10 000 экз. 20 руб.
Пе р м и н о в С. Ушли на задание. За¬
писки фронтового разведчика. Красно¬
дар. Книжное изд-во. 1987.	144 с.
20 000 экз. 25 коп.
Письма из деревни. Очерки о крестьян¬
стве в России второй половины XIX в.
Сост. Ю. В. Лебедев. М. Совремеппик.
1987. 511 с. (Сельская б-ка Нечерноземья).
100 000 экз. 1 руб. 50 коп.
Полякова О. А. Борьба марксизма-
ленинизма против праворевизионистской
концепции идеологии. М. Изд-во МГУ.
1987. 155 с. 3800 экз. 90 коп.
Призваны революцией. Очерки о че¬
кистах. Сост. П. И. Булыгин. Сыктывкар.
Коми книжное изд-во. 1987.	127 с.
5000 экз. 30 коп.
Прорыв: становление нового мышле¬
ния. Советские и западные ученые при¬
зывают к миру без войн. М. Прогресс.
1987, 367 с. с илл. 30 000 экз, 1 руб. 30 коп.
Рабочий класс и соеремепностъ. По ма¬
териалам международной научной кон¬
ференции. М. Международные отноше¬
ния. 1987. 775 с. 3500 экз. 6 руб. 80 коп.
Рабочий класс Удмуртии, 1861—1986.
Исторический очерк. Ижевск. Удмуртия.
1987. 308 с. 2000 экз. 90 коп.
Революцией призванные. Очерки об
участниках революционного движения в
Нижегородской губернии, вступивших в
партию в 1917 г. Сост. В. А. Казаков.
Горький. Волго-Вятское книжное изд-во.
1987. 271 с. 10 000 экз. 70 коп.
Рогач евский Г. А. Сквозь огнен¬
ные штормы. Записки командира торпед¬
ного катера. Киев. Молодь. 1987. 141 с.
с илл. 15 000 экз. 25 коп.
Россию поднял на дыбы... В 2-х тт. Т. 2:
А.	II. Толстой, Петр Первый. Кн. 2, 3.
Дело царевича Алексея; А. К. II а ртов.
Достопамятные повествования и речи
Петра Великого. Сост., послесловие, со¬
проводит. мат-лы И. И. Павленко. М. Мо¬
лодая гвардия. 1987. 652 с. (История Оте¬
чества в романах, повестях, документах.
Вв. XVII-XVIII). 200 000 экз. 2 руб.
80 коп.
С а л и к о в Р. А., Коп ы л о н И. Я.,
Юсупов Э. 10. Национальные процессы
в СССР. М. Наука. 1987. 351 с. 3000 экз.
3 руб. 80 коп.
Свет Октября. Калининская область за
70 лет. События, факты, документы. Ка-
липин. Московский рабочий. 1987. 174 с.
с илл. 10 000 экз. 60 коп.
Смолип Г. Т., Соколов С. В. Гра¬
ницы неба пристально хранить. Яро¬
славль. Верхне-Волжское книжное изд-
во. 1987. 120 с. 10 000 экз. 20 коп.
Современная религиозность: состояние,
тенденции, пути преодоления. А. С. Оии-
139

щенко и др. Киев. Политиздат Украины.
1987. 265 с. 8000 экз. 1 руб. 50 коп.
Со ломепко Е. Распахни окно в Ок¬
тябрь. Новосибирск. Книжное изд-во.
1987. 287 с. (Октябрь в нашей судьбе),
5000 экз. 2 руб.
Тимофеев Т. Т. Дело Октября и кри¬
зис антикоммунизма. М. Международные
отношения. 1987. 135 с. 14 000 экз. 40 коп.
Цареградский В. А. По экрану
памяти. Воспоминания о Второй Колым¬
ской экспедиции 1930-1931 гг. Кп. 2. Ма¬
гадан. Книжное изд-во. 1987. 192 с. с илл.
(Первопроходцы). 15 000 экз. 45 коп.
Челябинская область в одиннадцатой
пятилетке, 1981—1985. Статистический
сборник. Челябинск. Южно-Уральское
книжное изд-во. 1987. 104 с. 5000 экз.
25 коп.
Чердинцев В. М. Октябрь в моей
судьбе. Челябинск. Южно-Уральское
книжное изд-во. 1987. 223 с. с илл.
3000 экз. 65 коп.
Юдин В. Н. Слава отчего края. Очер¬
ки. Волгоград. Нижне-Волжское книж¬
ное изд-во. 1987. 255 с. 5000 экз. 30 коп.
Всеобщая история
Большаков В. В. Многоликая без¬
работица. Изд. 2-е, доп. М. Международ¬
ные отношения, 1987. 252 с. (Империа¬
лизм:	события, факты, документы).
25000 экз. 55 коп.
вВеликая хроника» о Польше, Руси и
их соседях XI-XUI ее. М. Изд-во МГУ.
1987. 261 с. 40 000 экз. 1 руб. 10 коп.
Византийский временник. Т. 48. М. Нау¬
ка. 1987. 232 с. 2000 экз. 5 руб. 40 коп.
Завьялов Н. И. Под звездами бал¬
канскими. Киев. Политиздат Украины.
1987. 215 с. с илл. 115 000 экз. 1 руб.
10 коп.
Зяб люк Н. Г. Государство и малый
бизнес США. Социально-политический
аспект, М. Наука, 1987. 176 с. 2100 экз.
1 руб. 30 коп.
Интернационализация опыта стран со¬
циалистического содружества. Экономи¬
ка, политика, идеология. М. Мысль. 1987.
320 с. 8000 экз. 2 руб. 30 коп.
История стран Азии и Африки в сред¬
ние века. Ч. 2. Учебник для вузов. Изд.
3-е, доп. и перераб. М. Изд-во МГУ. 1987.
288 с. 20 900 экз. 1 руб.
Козин П. 3. Раннее христианство: вы¬
мыслы и действительность. Киев. Вища
школа. 1987. 112 с. 4000 экз. 1 руб. 10 коп.
Милитаризм — угроза миру и цивилиза¬
ции. М. Наука. 1987. 366 с. 3500 экз.
3 руб.
Митрохин JI. В. Индия: вступая в
век XXI. М. Политиздат. 1987. 477 с. с илл.
80 000 экз. 1 руб. 20 коп.
Народное хозяйство социалистических
стран в 1986 году. Сообщения статисти¬
ческого управления. М. Финансы и ста¬
тистика. 1987. 157 с. 15 000 экз. 65 кои.
Сергеев Ф. М. Тайное орудие агрес¬
сии. Подрывная деятельность США про¬
тив СССР. Алма-Ата. Казахстан. 1987.
221 с. 18 000 экз. 60 кои.
Уедако К. Капитализм и социализм
в Африке. М. Прогресс. 1987. 199 с.
2600 экз. 1 руб. 90 коп.
Уколова В. И. «Последний римля¬
нин» Боэций. М. Наука. 1987. 160 с. (Из
истории мировой культуры). 100000 экз.
45 коп.
Этнические процессы в современном
мире. М. Наука. 1987. 447 с. 2700 экз.
5 руб.
Книги, переведенные
с иностранных языков
Багдикян Б. Монополия средств ин¬
формации. Пер. с англ. М. Прогресс. 1987.
317 с. 17 500 экз. 1 руб. 10 коп.
Моуэт Ф. Мое открытие Америки.
Пер. с англ. М. Международные отноше¬
ния. 1987. 160 с. 25 000 экз. 35 коп.
Психологическая война против мира.
Пер. с нем. М. Прогресс. 1987. 192 с.
30 000 экз. 35 коп.
Такси ль JI. Священный вертеп. Пер,
с франц. Минск. Беларусь. 1987. 510 с.
200 000 экз. 2 руб. 50 коп.
СТАТЬИ В СОВЕТСКИХ ПЕРИОДИЧЕСКИХ ИЗДАНИЯХ
Советская археология, 1987,	№	4.
Массон В. М. Достижения и перспек¬
тивы советской археологической науки;
Амирханов X, А. К характеристике
ашеля Южной Аравии; 3 и н ь к о в с к и й
К. В., П е т р е н к о В. Г. Погребения с
охрой в усатовских могильниках; Смир¬
нов К. А. Геродот о населении Волго-
Окского междуречья; Переводчико-
в а Е, В. Локальные черты скифского зве¬
риного стиля Прикубанья; Абрамова
М. П. Особенности культуры населения
Дагестана в албано-сарматскую эпоху;
ПугаченковаГ. А., Беляева Т. В.
К стратиграфии Кумышкент-тепе; В о¬
р о н о в А. А., Паромов Я. М. Локали¬
зация средневекового города Темрюка;
Г у р к и н С. В. Половецкие святилища
с деревянными изваяпиями па Нижнем
Дону; Панова Т. Д.. Средневековый
погребальный обряд по материалам не¬
крополя Архангельского собора Москов¬
ского Кремля; Грехова Л. В. Кремне¬
вый комплекс стоянки Елисеевичи;
Журавлев А. П. Пегрема I; Черня-
к о в И. Т., Новицкий Е. Ю. Погребе¬
ние раннежелезного века с деревянными
конструкциями; Ш е п к о Л. Г. Позднесар¬
матские курганы в Северном Приазовье;
О б л о м с к и й А. М., Смирнов А. С.,
140

Сорокин А. Н. Материалы I тысячеле-
тия н. э. на поселении Шоссейное (Белго¬
родская обл.); Каминский В. Н. Ала-
но-болгарский могильник близ станицы
Старокорсунской на Кубани; Перхав-
к о В. Б. Находки энколпионов на терри¬
тории Югославии; Тункива И. В. Ав¬
тографы археологов в альбоме П. И. Кёп-
пена; Сорокин А. Н., Фролов А. С.
Мезолитическая стоянка Пёнёшки;
М ы с ь к о в Е. П. Новые полтавкинские
памятники Нижнего Поволжья; Ч е б о-
таренко Г. Ф., Щербакова Т. А.,
Щукин М. Б. Два предмета римской
эпохи из Молдавии; Зубарь В. М.,
Кубышев А. И. Погребальные комп¬
лексы рубежа нашей эры из Нижнего
Поднепровья; Гайдуков П. Г. Новго¬
родские пулы «князя великого»; Бес¬
палый Е. И., Л а р е н о к П. А. Средне¬
вековое погребение в кургане у города
Азова, Казакявичгос В. Находка
двупластинчатой фибулы в Литве; М а-
к а р о в Н. А. Меч из Кемского некрополя.
Советская этнография, 1987, № 5.
Бромлей Ю. В., Чистов К. В. Вели¬
кий Октябрь и советская этнография;
Алексеев В. П. Антропология СССР:
некоторые итоги и перспективы иссле¬
дований; Б о н д а рчи к В. К., Беляви-
н а В. Н. Этнокультурные процессы в го¬
родах Белоруссии: история и современ¬
ное развитие; Нитобург Э. Л. О «кап¬
ле крови» в странах Америки (расовая
принадлежность: социальный и биологи¬
ческий аспекты); Обсуждение статьи
Ю. В. Бромлея, М. В. Крюкова «Этногра¬
фия: место в системе наук, школы, мето¬
ды»; Старовойтова Г. В. Еще раз
о предмете этнографии; Арутюнов
С.	А. К расширению предмета этногра¬
фии; Решетов А. М. О совершенство¬
вании методов этнографической науки;
Алексеев В. П. О некоторых аспектах
освещения истории этнографической нау¬
ки; III а н г и п а И. И. Этнографические
музеи Ленинграда в первые годы Совет¬
ской власти (1918-1923 гг.); Кривоно¬
го в В. П. К современной этнической си¬
туации в Тофаларии; Л опуленко Н. А.
Межэтнические отношения и самосозна¬
ние у эскимосов США и Канады; Пати¬
на Т. В. Конфессия и этнос в Кении;
Мур Дж. Индейцы-чейепы в американ¬
ской капиталистической системе наемно¬
го труда; Башилов В. А., Родригес
К. А. Доиспапское жилище в Юго-Запад¬
ной Колумбии; Воронина Т. А. Забы¬
тый плакат-лубок о Н. Н. Миклухо-Мак¬
лае; Список основных трудов доктора
филологических наук Н. П. Колпаковой
(к 85-летию со дня рождения); Список
основных трудов доктора исторических
наук чл.-корр. АН ГрузССР А. И. Роба-
кидзе (к 80-летию со дня рождения и
55-летию научной деятельности).
Украинский исторический журнал,
1987, № 10. Г а в р и л ю к А. Е. Забота
парторганизаций Украины о кадрах сель¬
скохозяйственного производства, их со¬
циальной ориентированности; Чишко
В.	С. Изменения во внутриклассовой
структуре колхозного крестьянства Укра¬
инской ССР (60-е — начало 80-х годов);
К а л а к у р а Я. С., Терес Н. В. Пар¬
тийное руководство подготовкой кадров
рабочего класса Украины (60-80-е гг.);
Медушевский А. Н. Зарубежные до¬
кументальные публикации по истории
России эпохи феодализма; Л ю б а р о в
П. Е. Торговые работники Украины меж¬
ду Двумя революциями (март — октябрь
1917 г.); Валигурский П. А. Осу¬
ществление большевиками Украины ле¬
нинской тактики в отношении левых эсе¬
ров в период подготовки и проведения
Октябрьской революции; Абалихин
В.	С. Участие народных масс Украины в
войне; С а в и ч е в Ы. П. Отечественная
война и зарождение декабристского дви¬
жения; Л у ц к и й А. И. Из опыта удов¬
летворения культурных запросов совре¬
менных рабочих 1971-1985 гг.; Мель¬
ник Л. Г. Условия жизни и труда рабо¬
чих морского транспорта Украины во вто¬
рой половине XIX в.; Амбарцумян
Р. А. С. Баронч - историк культуры за¬
падноукраинских земель; Захаров
В.	А. Страницы истории Тмутараканского
княжества; Онипко Т. В. Установление
и укреплепие связей потребительской
кооперации Украины с международным
кооперативным движением (1921—
1925 гг.); Мот рук С. Н. Деятельность
Социалистического союза молодежи ЧССР
по развитию научно-технического твор¬
чества молодежи (80-е годы); Г а в р и-
л е н к о В. А. Практические упражнения
и задания в системе проблемного обуче¬
ния по истории КПСС; Шевченко
В.	Д. Генерал К. А. Семенченко — герой
Великой Отечественной воины; Тара¬
нов А. П. Новая Конституция СССР;
Бородин Н. К. Зарождение медицин¬
ского образования на Украине (К 200-
летию).
Украинский исторический журнал,
1987, №11. Грущенко И. П. Курс
XXVII съезда КПСС на ускорение со¬
циально-экономического развития обще¬
ства - продолжение дела Великого Ок¬
тября; Симоненко Р. Г. В, И. Ленин
о роли борьбы за мир в победе Великого
Октября; К о р м и ч А. И. В. И. Ленин о
задачах политического воспитания проле¬
тариата как гегемона социалистической
революции; Рыбалка И. К. Великий
Октябрь и изменения социальной струк¬
туры крестьянства Украины (1917—
1920 гг.); К у р и о с о в ГО. А. Великий Ок¬
тябрь и новая интеллигенция; Г а м р е ц-
к и й Ю. М. Большевики и их политиче¬
ские противники на Украине в 1917 г.:
соотношение сил: Мельникова И. Н.,
Кулинич И. М. Великий Октябрь и
развитие мировой системы социализма;
Майборода А. Н. Несостоятельность
толкования буржуазной отноиолитикой
национально-освободительного движе¬
ния народов России в период подготовки
и проведения Октябрьской революции;
Тараник В. П. Мемуарная литература
как источник изучепия жизни и деятель¬
ности В. И. Ленина в период двоевла¬
141

стия; Б а р ш т е й н Ю. А. Памятные ме¬
дали, посвященные участникам Великой
Октябрьской социалистической револю¬
ции; Кизченко А. Ф. Годовщины Ве¬
ликого Октября в общественно-полити¬
ческой и культурной жизни Чехослова¬
кии в межвоенный период; К р я т Л. Е.
Вопросы войны и мира в пропагандист¬
ской работе большевиков в период двое¬
властия; Ж м а ч с н к о Я. Ф. Путем
Великого Октября (воспоминания); С а-
в и ч е в Н. П. 20-летие установления ор¬
дена Октябрьской Революции; Революци¬
онная перестройка и обновление социа¬
листического общества - продолжение
традиций Великого Октября. Библиогра¬
фический указатель.
Вестник Московского	университета,
1987, М 5. Серия 8. История. Карасев
В.	Г.. Сумарокова М. М. Великий
Октябрь глазами сербского историка;
Кудинова Н. Т. Рабочий класс Рос¬
сии в 1917 г. в освещении современной
англо-американской буржуазной ис¬
ториографии; Дедов В. Т. Социалисти¬
ческое соревнование — важный фактор
ускорения научно-технического про¬
гресса: Кащеева Е. В. Практические
меры Советской власти по сохранению
музейных собрапий (Москва, Петроград,
1917-1921 гг.); Ноткин Б. И. Термины
новейшей истории в сопоставительном
анализе; Ч е п е л к и н М. А. Дипломатия
России накануне австро-итало-француз-
ской войны 1859 г.; К и с л я г и н а Л. Г.
М. В. Ломоносов и Н. М. Карамзин; Куз¬
нецов В. И. Пашня «наездом» в системе
поземельного налогообложения Русского
государства в XV — первой половине
XVI в.; Д р б о г л а в Д. А., Макеев
Б. А. Устойчивые сочетания сокраще¬
ний в клинковых надписях.
Кузбасс в годы Великой Отечественной
войны. Сборник научных трудов. Кеме¬
ровский государственный у)шверситет.
Кемерово. 1986. Шуранов Н. П. Ком¬
мунистическая партия — организатор раз¬
вития добычи угля в Кузбассе в годы
Великой Отечественной войны; 3 а б о л о-
т о в с к а я К. А. Угольная промышлен¬
ность Кузбасса и других бассейнов Си¬
бири в годы Великой Отечественной вой¬
ны; Карпенко 3. Г. Черная металлур¬
гия и металлурги Кузбасса в годы Вели¬
кой Отечественной войны; Сорокин
М. Е. Трудовой подвиг гурьевских метал¬
лургов в Великой Отечественной войне;
Малахова Т. П. Развитие химической
промышленности Кузбасса в годы Ве¬
ликой Отечественной войны (1941 —
1945 гг.); X а л и у л и и а А. А. Измене¬
ния в составе рабочих кадров Кузбасса
в годы Великой Отечественной войны;
Верховцева 3. П. Военно-организа¬
торская деятельность Коммунистической
партии по мобилизации трудящихся Куз¬
басса на защиту социалистического оте¬
чества (1941—1945 гг.); Пусеп А. Ю.
Вклад рабочего класса СССР в подготов¬
ку офицерских кадров в годы Великой
Отечественной войны (военно-пехотные
училища Западной Сибири); Ж и в о-
писцев М. Ю. К истории 376-й Куз¬
басско-Псковской Краснознаменной диви¬
зии; Алексеева Э. В., К о з у б о в-
с к и й Н. Я. Организация помощи ране¬
ным бойцам в эвакогоспиталях г. Кеме¬
рово в годы Великой Отечественной
войны.
Социально-экономическое развитие По¬
волжья в XIX — начале XX века. Меж¬
вузовский сборник статей. Куйбышевский
государственный университет. Куйбышев,
1986. Артамонова JI. М. Вопрос о
торговле и наказах государственных
крестьян Поволжья и его обсуждение в
Уложенной комиссии; Смирнов Ю. Н.
Население Самарского края по III реви¬
зии; Арнольдов Н. А. Из истории изу¬
чения земств России (60 — 80-е годы
XIX в.); Абрамов В. Ф. Организация
земско-статистических исследований в
Казанской губернии в пореформенный
период; Савельев П. И. Общественно-
экопомический строй помещичьего хо¬
зяйства в эпоху капитализма; К а б ы т о в
П. С. О некоторых характерных чертах
духовного облика русского крестьянства
начала XX века: Леонов М. И. Соци¬
ально-экономическое развитие России в
программных документах эсеров (конец
XIX — начало XX в.); К у рее ев а О. А.
Из истории земско-лнбералъного движе¬
ния в Поволжье накануне первой Рос¬
сийской революции; Клейн Н. Л. Бур¬
жуазия Поволжья в условиях формиро¬
вания российского империализма; Щу¬
кина Н. П. Социально-экономическое
положение рабочего класса Среднего По¬
волжья в 1907—1914 гг.; Амирова Н. Ф.
Развитие капитализма в помещичьем хо¬
зяйстве Уфимской губернии (конец XIX-
1917 г.); Герасименко Г. А. Начало
столыпинской аграрной реформы;
Семьянинов В. П. Саратовская гу¬
берния в годы второй мировой войны;
Румянцев Е. Д. Фабрично-заводская
промышленность и пролетариат По¬
волжья накануне Февральской буржуаз¬
но-демократической революции; К а б ы-
т о в а Н. Н. Крестьянские съезды Сред¬
него Поволжья о программе социально-
экономических преобразований накануне
Великого Октября; КурсковН. А. Роль
земельных комитетов в крестьянском
движении в 1917 году (на материалах Са¬
марской губернии).
Теоретико-методологические вопросы
развития советской исторической науки.
Межвузовский сборник научных трудов.
Днепропетровский государственный уни¬
верситет. Днепропетровск. 1987. С а р-
бей В. Г. Теоретические вопросы разви¬
тия историографических исследований в
Украинской ССР (1945-1985 гг.); Чер¬
ненко А. М., Поляков С. И. Основ¬
ные направления исследования пробле¬
мы «В. И. Ленин и большевики в эмигра¬
ции»; Ковальский Н. П. Вопросы тео¬
рии и методики источниковедения отече¬
ственной истории в украинской советской
историографии; Щвидько А. К. Этапы
развития советской археографии на Ук¬
раине и их особенности; Д у и а е в с к и й
142

В, А. Вклад академика М. В. Нечкиной
в разработку теоретико-методологических
проблем советской историографии; Ки-
к н а д з е Р. К. Основные этапы разви¬
тия источниковедения в Советской Гру¬
зии; Якунин В. К. Проблемы истории
Великого Октября на Украине в совет¬
ской историографии 20-х - второй полови¬
ны 30-х годов; Подгаедкий В. В.
Некоторые методологические проблемы
изучения истории рабочего класса перио¬
да восстановления народного хозяйства в
трудах советских историков 60—70-х го¬
дов; Диденко Т. Б. Советская исто¬
риография рабочего и социал-демократи¬
ческого движения в Приднепровье в кон¬
це XIX-начале XX века; Мирончук
В.	Д., С в е т л е н к о С. И. Проблемы фор¬
мирования промышленного пролетариата
Екатеринославщины пореформенного
периода в советской историографии; Л и-
п о вс ка я Т. Д. Особенности изучения
проблем классовой борьбы помещичьих
крестьян на Украине в первой половине
XIX в. в процессе развития советской
историографии: Болебрух Л. Г. Тео¬
ретические вопросы русской обществен¬
ной мысли конца XVIII—начала XIX
века в исследованиях советских истори¬
ков 60—80-х годов; Чернов Е. А. Мето¬
дологические асиекты изучения советски¬
ми историками развития русской исто¬
риографической науки второй четверти
XIX в.; Колесник И. И. Проблема ге¬
незиса историографических знаний в
свете новейших исследований по методо¬
логии истории науки; Т у р ч е н к о Ф. Г.,
Князьков 10. П. Изучение истории
русско-украинских связей дореволюци¬
онного периода в советской историогра¬
фии 60—80-х годов.
Хроникальные заметки
♦ 29 сентября 1987 г. в Вильнюсе со¬
стоялась научная конференция «Влияние
Великой Октябрьской социалистической
революции па международное рабочее
движение», организованная Институтом
истории АН ЛитССР, Институтом исто¬
рии партии при ЦК Компартии Литвы,
Литовским обществом дружбы и куль¬
турных связей с зарубежными странами.
В ее работе приняли участие ученые
СССР, ГДР, Польши. Вступительное сло¬
во произнес президент АН ЛитССР акад.
10. К. II о ж е л а.
ф «Великий Октябрь и проблемы пе¬
рестройки» — научно-практическая кон¬
ференция, прошедшая в октябре
1987 г. в Ульяновске. Ее организаторы:
АН СССР и Ульяновский обком КПСС.
В ней участвовали ученые Москвы, Вол¬
гограда, Куйбышева, Пензы, Саратова,
Чебоксар, партийные и советские активи¬
сты Поволжского региона. На пленарных
заседаниях выступили акад. Б. Н. Поно¬
марев, первый секретарь Ульяновского
обкома КПСС Ю. Г. С а м соков и др.
ф 110-й годовщине со дня рождения
Ф. Э. Дзержинского было посвящено тор¬
жественное заседание, состоявшееся в
сентябре 1987 г. в Вильнюсе. Доклад о
жизненном пути и революционной дея¬
тельности Дзержинского сделал чл.-корр.
АН ЛитССР Р. Я. Ш а р м а й т и с.
♦ Всесоюзная паучпая конференция
«Общность исторических судеб народов
СССР: история и современность» рабо¬
тала в октябре 1987 г. в Таллине. В ней
приняли участие обществоведы, партий-
пые и комсомольские работники. Обсуж¬
дались актуальные вопросы истории на¬
циональных отношений в СССР.
ф Заседание к 100-летию со дня рож¬
дения видного американского публицне-
та-интернационалиста, одного из лсто-
писцев Великого Октября и основателей
Компартии США Дж. Рида состоялось
22 октября 1987 г. в Институте марк¬
сизма-ленинизма при ЦК КПСС.
♦ 30 сентября 1987 г. в Риге прошел
республиканский семинар преподавате¬
лей истории. Перед пими выступили
секретарь ЦК Компартии Латвии А. В.
Горбу нов, сотрудники Института ис¬
тории партии при ЦК Компартии Лат¬
вии и Института истории АН ЛатССР.
Были рассмотрены вопросы: «Латвия в
период борьбы за Советскую власть, 1917—
1919 гг.», «Латвия в условиях револю¬
ционного кризиса и победы социалисти¬
ческой революции 1940 г.», «Социалисти¬
ческие преобразования и классовая
борьба на селе в Латвии в первые по¬
слевоенные годы».
ф В Центральном государственном
военно-историческом архиве СССР (Моск¬
ва) в октябре 1987 г. имела место науч¬
но-теоретическая конференция «Отечест¬
венная война 1812 года в документах
государственных архивов и рукописных
отделов музеев и библиотек». В ее ра¬
боте участвовали специалисты централь¬
ных государственных архивов. Институ¬
та военной истории Министерства обо¬
роны СССР, архивов Ленинграда, Талли¬
на и других городов.
♦ 29 октября 1987 г. прошло заседа¬
ние секции внутренней политики и идео¬
логии Научного совета по экономиче¬
ским, политическим и идеолога чоским
проблемам США АН СССР по теме «Кон¬
ституция США и современность». Всту¬
пительное слово произнес Р. Г. Богда-
н о в. Были заслушапы сообщопия А. А.
М и ш и п а, А. А. Ф у р с е н к о. И. А.
Геевского, В. А. Влас и хин а.
Итоги дискуссии подвел В. П. Золо¬
тухи н.
143

♦ В Институте всеобщей истории АН
СССР организован ежемесячный всесо¬
юзный семинар «Современная медиеви¬
стика:	проблемы,	поиски,	решения».
В работе первого заседания, 2 ноября
1987 г., приняли участие специалисты
Москвы, Ленинграда, Риги, Калинина и
Владимира. Был обсужден доклад Л. А.
Котельниковой «Феодализм и го¬
род в Италии».
♦ Вышло в свет 2-е, доп. изд. сбор¬
ника «Ленин и книга» (М. Политиздат.
1987). В него вошли ленинские статьи,
письма, рецензии, обзоры литературы,
речи, записки о роли книги в жизни об¬
щества, советы книгоиздателям и ра¬
ботникам библиотек.
♦ «День мира» (М. Изд-во АПН.
1987) - сборник, рассказывающий об од¬
ном дне жизни нашей планеты - 23 ок¬
тября 1986 г., который отразил и тре¬
вожность происходивших событий и на¬
дежды человечества на мир и прогресс.
Первое такое издание было осуществ¬
лено в 1937 г. по инициативе А. М.
Горького, второе — в 1961 г., выход третье¬
го приурочен к 70-летию Великого Ок¬
тября.
♦ В книге «Октябрь. Революция. Мо¬
лодежь» (М. Молодая гвардия. 1987)
идет речь о подготовке и ходе Октябрь¬
ского вооруженного восстания в Петро¬
граде и Москве, участии в нем молодых
рабочих и учащихся — членов первых
союзов рабочей молодежи.
♦ В том же издательстве в серии
«История отечества в романах, повестях,
документах» увидел свет сборник «Ок¬
тябрьская буря» (М. 1987), включающий
произведение Дж. Рида «10 дней, кото¬
рые потрясли мир», а также ряд доку¬
ментов, освещающих предпосылки, под¬
готовку и ход Великой Октябрьской со¬
циалистической революции в центре и
на местах.
♦ «Партия — вождь Октября» (Минск.
Университетское изд-во. 1987) — так на¬
звана серия из шести работ о различных
этапах истории Советского государства.
Они рассказывают о роли партии в Ок¬
тябрьском вооруженном восстании, моби¬
лизации усилий народа на решение важ¬
нейших задач экономического строи¬
тельства, влиянии Великого Октября на
международное коммунистическое, рабо¬
чее и национально-освободительное
движение, на создание мировой социа¬
листической системы. Серия подготов¬
лена коллективом преподавателей Бело¬
русского университета.
♦ Книга А. С. Сенявского «Социаль¬
ная основа СССР» (М. Мысль. 1987) по¬
священа исследованию союза рабочего
класса, крестьянства и интеллигенции в
60—80-е годы. В ней показаны взаимо¬
отношения классов и социальных слоев
советского общества во всех сферах
жизни, механизм формирования и раз¬
вития социалистической государствен¬
ности, решающая роль политики КПСС
в укреплепии едгапства трудящихся на¬
шей страны.
^ Издательство «Швиеса» выпустило
книгу Р. Жепкайте «Литва и великие
державы, 1918-1939 гг.» (Вильнюс, 1987),
цель которой — осветить положение меж-
военной Литвы на международной аре¬
не, ее отношения с Англией, Францией,
Германией, Польшей и СССР. Большое
внимание уделено в работе критике
концепций буржуазных фальсификато¬
ров истории.
♦ Сборник «Антисоветская интервен¬
ция и ее крах» (М. Политиздат. 1987)
характеризует агрессивные действия ми¬
рового империализма против Советского
государства в 1917-1922 годах. Факты,
приводимые в книге, рассказывают о том,
как западные державы организовывали
и вдохновляли антисоветский государст¬
венный терроризм.
♦ М. Н. Петров («Хранить вечно. Из
истории борьбы с контрреволюционны¬
ми выступлениями на Новгородчине».
Л. Лениздат. 1987) на архивном мате¬
риале раскрывает ход борьбы новгород¬
ских чекистов с контрреволюционными
выступлениями, мятежами и кулацким
террором в первые годы Советской
власти.
ф Сборник очерков и статей «Дорога¬
ми тысячелетий» (М. Молодая гвардия.
1987) посвящен выдающимоя путешест¬
венникам и ученым прошлого. В нем
публикуются отрывки из произведений
А.	Гумбольдта, М. В. Ломоносова, сооб¬
щается о различных научных откры¬
тиях.
♦ Университетское издательство вы¬
пустило в свет т. 1 «Хрестоматии по
истории южных и западных славян»
(Минск. 1987), охватывающий период
до середины XVIII века. Организатором
работы над нею была кафедра истории
древнего мира и средних веков Калинин¬
ского университета.
♦ «Прошлое Средней Азии» (Душан¬
бе. Дониш. 1987) — сборник, посвящен¬
ный 60-летию археологов Е. Н. Дави¬
дович и акад. АН ТаджССР Б. А. Лит-
винского. Он знакомит с результатами
раскопок в Кабодиёне, на Западном Па¬
мире и Пенджикенте.
♦ Ежегодник «Разоружение и бе¬
зопасность, 1986» (в 2-х тт. М. Изд-во
АПН. 1987) рассказывает об основных
событиях в этой сфере мировой поли¬
тики, которые произошли в 1986 году.
Особое внимание уделено в нем инициа¬
тивам СССР по всему комплексу вопро¬
сов, связанных с прекращением гонки
вооружений и ослаблепием угрозы
войны.
♦ В сборнике «Когда исчезают мира¬
жи» (М. Московский рабочий. 1987) на
фактическом материале показана под¬
рывная деятельность международного
сионизма против СССР, горькая участь
тех, кто, поверив сионистской пропа¬
ганде, покинул Советскую Родину.
♦ Готовясь к 70-летию Великого
Октября, сотрудники ЦГАНХ СССР про¬
смотрели тысячи документов и при раз¬
боре писем и телеграмм, адресованных
144

В.	И. Ленину, обнаружили на многих из
них резолюции Владимира Ильича. За¬
писи обычно сделаны в два-три слова,
иногда без подписи, но сличение почер¬
ков Владимира Ильича позволило уста¬
новить его авторство. Вот одна из резо¬
люций 15 ноября 1919 года. В Совнар¬
ком поступила телеграмма от зам. пред¬
седателя правления Квзелских камен¬
ноугольных копей о тяжелом продоволь¬
ственном положении рабочих. Ленин
написал па ней поручение наркому про¬
довольствия А. Д. Цюрупе:	«Нужны
экстренные меры!!! Что сделаете?»,
а внизу добавил распоряжение секрета¬
рю — созвониться с наркомом путей со¬
общения насчет выделения дополнитель¬
но маршрутного состава для подвоза
хлеба в Кизел. По документам Нарком-
про да установлено, что это распоряже¬
ние было выполнено.
♦ В ЦГВИА ССОР найдены материа¬
лы о втором командире Сводной роты
латышских стрелков, несшей охрану
Совнаркома РСФСР после того, как пер¬
вый командир, Я. Петерсон, получив
29 ноября 1917 г. ранение, выбыл из
строя. Новый документ — выписка из
протокола общего собрания роты от
8 ноября 1918 г.: «Вместо ушедшего ко¬
мандира все время заместителем был
т. Крищунас и исполнял честно и добро¬
совестно возложенные на него обязан¬
ности и работал всегда в контакте с ко¬
митетом... Никто ничего против него не
находит. Других кандидатов не выставля¬
ют... На собрании участвуют 356 человек.
За т. Крищунаса поданы все голоса».
Эдуард Михайлович Крищунас родился
в крестьяпской семье в 1898 г., добро¬
вольцем воевал на фронте первой миро¬
вой войны, затем принимал активное
участие в октябрьских событиях, погиб
в ноябре 1918 г. в боях с белоказаками
на Южпом фронте.
ф Экземпляры газеты «2о1шег ге’йю-
1исуЬ, которую в 1920 г. выпускали поль¬
ские интернационалисты в Советской
России, обнаружены при разборе фондов
Исторического музея г. Львова. Это было
издание Польского отделения Реввоенсо¬
вета Западного фронта. Газета выходила
в Киеве. Она разъясняла цели освободи¬
тельной борьбы советского народа, уде¬
ляла большое место агитации среди по¬
ляков — участников антисоветской ин¬
тервенции.
ф В Тбилиси на чердаке здания по
ул. Дзнеладзе, где в начале века дисло¬
цировался один из полков Тифлисского
гарнизона, найдена пачка прокламаций
солдатского комитета Кавказского союза
РСДРП. До сих пор в Грузинском фи¬
лиале ИМЛ при ЦК КПСС хранилось
лишь два экземпляра воззвания той
поры «Ко всем солдатам» от первой по¬
ловины ноября 1904 года.
ф При раскопках городища Кафыр-
кала в Колхозабадском р-не ТаджССР
выявлена керамическая плитка, укра¬
шавшая вход в мастерскую, где изготав¬
ливали мелкие бронзовые изделия. На
лицевой стороне плитки изображена
сцена подношения даров божеству. Про¬
цессию возглавляет повелитель в длин¬
ном кафтане, па его голове — корона.
За ним следует мальчик, протягиваю¬
щий в левой руке какой-то предмет. За¬
мыкает процессию персонаж, который
несет лук в налучье и колчан со стрела¬
ми. Городище относится к концу
VI века.
ф Талыш-Муганская археологическая
экспедиция Института истории АН
АэССР зафиксировала в Ярдылехинском
р-не около 60 археологических памятни¬
ков: античные и средневековые поселе¬
ния, городища и крепости; погребаль¬
ные комплексы в виде кувшинных по¬
гребений (селения Сырыг, Гельери,
Еладжык, Остаир), каменных ящиков
(селения Пештавар, Ханбулаг), грунто¬
вых могил. Особый интерес представ¬
ляют курганные поля возле селений
Окю и Гарачая.
ф Артемовская археологическая экспе¬
диция Института археологии АН УССР
при раскопках многослойного поселения
«Лиманское озеро» у с. Дроновки на бе¬
регу Северского Донца обнаружила пять
протоболгарских погребений. В двойном
захоронении (женщины и мужчины)
оказались браслеты со змеиными голов¬
ками, желтые бусы, бронзовые подвески,
нож, пряжка, кувшин и горшок. В захо¬
ронении всадника рядом с останками
мужчины лежали конские череп и кости,
удила с псалиями, два стремени, остатки
мягкого седла с железной пряжкой,
бронзовый поводок и железная оковка.
ф При раскопках скифских и сармат¬
ских курганов в Моздокском р-не архео¬
логическая экспедиция Североосетин¬
ского университета извлекла из-под
двухметрового слоя глины боевые ножи,
топоры, наконечники стрел, конскую
сбрую, бронзовые и золотые украшения.
Остатки одежды, ткани и украшения
свидетельствуют о наличии у местных
кочевых племен торговых отношений с
азиатскими регионами.
ф В Хакасии открыто городище I в.
до н. э., а в нем — каменные мотыги и
зернотерки. Поселение было огорожено
земляным валом с деревянным заплотом
и сторожевой башней по центру на воз¬
вышенности. Городище сгорело при на¬
шествии гуннов.

МЕЖДУНАРОДНЫЕ СВЯЗИ
СОВЕТСКИХ ИСТОРИКОВ
КОЛЛОКВИУМ ИСТОРИКОВ СССР И ИСПАНИИ
24-27 мая 1987 г. в Мадриде г Сала¬
манке (Испания) состоялся IV кол¬
локвиум1 историков СССР и Испании,
организованный в соответствии с Согла¬
шением между АН СССР и Высшим со¬
ветом научных исследовании Испании.
Коллоквиум являлся одним из наиболее
значительных научных мероприятий,
которыми было отмечено 10-летие вос¬
становления отношепий между СССР и
Испанией. Организаторами его были На¬
циональный комитет историков Совет¬
ского Союза и Высший совет научных
исследований Испании при участии
Главного управления rio культурным
связям МИД Испании, Испанского коми¬
тета исторических наук, Испанского об¬
щества средневековых исследований,
Исследовательского центра Иностранно¬
го банка.
На открытии коллоквиума присут¬
ствовали вице-президепт Высшего сове¬
та научных исследований Испании Ло¬
пес Факал, сотрудники посольства СССР
в Мадриде, руководители «Фонда Хуапа
Марча», в помещении которого проходи¬
ли заседания. Закрытие коллоквиума
было проведено в старейшем универси¬
тете Испании в г. Саламанка.
В состав советской делегации, возглав¬
ляемой акад. А. Л. Нарочнипким, вхо¬
дили члены-корреспонденты АН СССР
3. В. Удальцова, Г. М. Бонгард-Левин и
А. П. Новосельцев, вице-президент АН
Армянской ССР акад. АН Армянской
ССР Г. А. Галоян, С. П. Пожарская.
Л. В. Пономарева, В. И. Уколова, А. И.
Алаторцева, а также группа научного
туризма.
На коллоквиуме обсуждались следую¬
щие темы:	«Историография:	современ¬
ное состояние исторических исследова¬
ний в СССР и Испании», «Отношопия
между Россией и Испанией и Испанией
и Советским Союзом», «Образ других:
Россия и Советский Союз глазамп пспатт-
цев, Испания глазами русских». Нап-
1 Информацию о предыдущих кол¬
локвиумах историков СССР и Испапии
см.: Новая и новейшая история. 1982.
№ 2; 1984, № 2; Вопросы истории, 1984.
№ 9; 1986, № 6.
больший интерес вызвали доклады по
истории взаимоотношений между Испа¬
нией и нашей страной.
Испанские историки, представляв¬
шие различные исторические направле¬
ния — от марксистов (X. Аростеги,
А. Хиль Новалес, А. Энсина, М. Анхе¬
лес), представителей прогрессивных
школ, учитывающих марксистскую ме¬
тодологию (М. Эспадас Бургос. М. Ла-
деро, X. Хунко, Л. Альварес, М. Моль-
еда), до традиционных либеральных на¬
правлений (Э. Бенито Руано, Э. Саес,
Р. Пастор, П. Вольтес, М. Фернандес.
М. Лопес Кордон и др.),-выступили
с докладами, отразившими такие новые
явления в испанской истериографии
истекшего десятилетия, как повышенное
внимапие к социальпо-экономическим
аспектам, массовым движепиям, истории
русско-испанских дипломатических п
культурных отношений.
Доклад А. Л. Нарочницкого был
посвящен русско-испанским отношениям
в период испанской революции 1820—
1823 гг., разоблачению фальсификаций
политики России и роли ее дипломатии
как накануне, так и в период этой ре¬
волюции. На основании обширпого круга
документов, прежде всего хранящихся
в отечественных архивах и впервые вво¬
димых в оборот, докладчик восстановил
истинную картину и реальные позиции
российского правительства. Доклад А. П.
Новосельцева «Сведения о Восточ¬
ной Европе в средневековой Испании»
вносит весьма серьезпые коррективы в
представления о международных связях
раннего средневековья, прежде всего
территориально-государственных ком¬
плексов, которые включали народы, на¬
селявшие Восточную Европу, в представ¬
ления о менталитете эпохи. Г. А. Г а-
лояи остановился па проблемах иссле¬
дования культурных связей между
Арменией и Испанией от эпохи средпе-
вековья до наших дней. О глубоком ин¬
тересе. который проявляли деятели рус¬
ской культуры к Испании, ее культур¬
ному наследию, говорил Г. М. Б о н-
гард-Ловип. Он сосредоточил вни¬
мание на «испанской» теме в творчестве
К. Д. Бальмонта и прежде всего на том
месте, которое занимал в его миросозер-
146

цапии великий испанский драматург и
поэт Кальдерон.
Проблемы истории культуры стали
уже традиционными для советско-испан¬
ских симпозиумов. Доклад 3. В.
Удальцовой свидетельствовал о су¬
ществовании до XIII в. оживленных
культурных связей между византийским
и испано-арабским миром, порой зату¬
хавших, а затем вновь возрождавшихся,
что еще раз опровергает известный
предрассудок о непроходимой грани в
средние века между Востоком и Запа¬
дом. Как видно из доклада В. И. У к о-
ловой, культурное лидерство Вестгот¬
ской Испании было прежде всего свя¬
зано с тем, что на конец VI — первую
треть VII в. приходилась весьма интен¬
сивная и плодотворная просветительская
деятельность Исиодора Севильского, ко¬
торый утверждал необходимость преем¬
ственности культуры, передал дух и
реалии предшествующей античной куль¬
туры последующим поколениям.
В докладе Л. В. Пономаревой
«Образ Испании у Достоевского и образ
России у Доносо Кортеса» было пока¬
зано, что в отличие от Доносо, незнако¬
мого с русской культурой, Достоевский
был потрясен «Дон Кихотом» Серванте¬
са, ставшим формой его духовного «при¬
ближения» к Испании. Вместе с тем
доклад был убедительным ответом на
дискуссию вокруг темы «великий инкви¬
зитор» у Ф. М. Достоевского, которая на
протяжении десятилетий ведется в
испанской историографии и в которой
приняли участие в разное время такие
выдающиеся мыслители, как Р. Маэсту
и X. Арапгуреп.
В докладе С. П. Пожарской
«Испания Х1Х—ХХ вв. в работах совет¬
ских историков» было показано, что раз¬
работка ставших традиционными для
советской испанистики сюжетов
(II Испанская республика, история ра¬
бочего движения, история антифашист¬
ской войны в контексте сложного ком¬
плекса международных отношений в ка¬
нун второй мировой войны, специфика
франкизма) была в последние годы до¬
полнена изучением круга проблем, свя¬
занных с историей общественной мысли,
культурой и культурными связями,
внешней политикой Испании XIX—
XX вв., основными тепденпиями в раз¬
витии испанского общества в 60—80-е
Годы.
Доклад А. И. Алаторцовой «Исто¬
рия исторической пауки в СССР. Состоя¬
ние изучения» и доклады и сообщения
КОЛИЧЕСТВЕННЫЕ
С 1976 г. в рамках общего Протокола
о сотрудничестве между АН СССР и
Американским советом познавательных
обществ действует постояппая советско-
Л. М. Брагиной «Социология куль¬
туры Возрождения в советской историо¬
графии», Л. Г. 3 а х а р о в о й «Аграр¬
ная реформа в России 1860—1870 гг. и
аграрный вопрос в странах Западпой
Европы. Сравнительный анализ», Э. Э.
Литавриной «Формирование испан¬
ской колониальной системы в советской
историографии», Л. Т. Мильской
«Средневековая Каталония в советской
историографии» ознакомили с некоторы¬
ми аспектами советской историографии
последних лет, мало известными в
Испании.
С интересом были встречены сообще¬
ния И. С. II и ч у г и н о й «Образ Испа¬
нии у Владимира Пискорского», Л. М.
Бухармедовой «Испано-русские
отношения в 1870—1890 гг.», В. А. Тем¬
кина «Испанская республика 1873 г.
глазами русских дипломатов», А. Л.
Эпштейн «Россия и Испания в на¬
чале XX в. по донесениям российских
дипломатов».
Ряд докладов испанской стороны вы¬
ходил за тематические рамки коллокви¬
ума (М. Ладеро-о борьбе противостоя¬
щих групп в кастильских городах XIV—
XV вв., Р. Пастор «Положепие жен¬
щины в Леоне и Кастилии в XI—XV вв.
Состояние изучения»). Но они вызвали
интерес, т. к. их авторы поднимали но¬
вые в испанской историографии сюжеты.
Участники встречи констатировали на¬
метившиеся общие подходы в решепии
конкретно-исторических проблем. Отме¬
чалось также, что далеко не все возмож¬
ности для плодотворного сотрудничества
ученых обеих стран используются в
полной мере. При этом выражалась на¬
дежда, что дальнейшие контакты,
и прежде всего предстоящие встречи
историков, ставшие уже традиционны¬
ми, дадут новый импульс этим исследо¬
ваниям. Это отмечал X. Аростеги,
выступивший с докладом «Новые тече¬
ния в историографии о гражданской
войне в связи с 50-летней ее годовщи¬
ной». Такой подход отразился и в докла¬
де X. Фуэнтеса по истории со¬
ветско-испанских отношений (1945—
1987 гг.).
В ходе работы коллоквиума и после¬
дующих встреч в рамках научно-куль¬
турной программы были укреплены
взаимные контакты между учеными
обеих страп и выявлено взаимопонима¬
ние по жизненно важным для челове¬
чества проблемам мира и международ¬
ной безопасности.
С.	П. Пожарская
МЕТОДЫ В ИСТОРИИ
американская комиссия по применению
количественных методов (квантифика¬
ции) в исторических исследованиях. За
более чем 10-летний срок ее работы
147

учеными обеих стран достигнуты опре¬
деленные позитивные результаты. Две
«ознакомительные» конференции - в США
(Балтимора, 1979 г.) и СССР (Таллин,
1981 г.) дали возможность осветить со¬
стояние этой сравнительно новой обла¬
сти исследований и обсудить связанные
с квантификацией теоретические и ме¬
тодологические проблемы 1. Было призна¬
но также целесообразным практиковать
параллельные сравнительные работы и
усилить специализацию по предметному
принципу.
В Канаде (Монреаль, 1984 г.) состоя¬
лась I двусторонняя конференция, на¬
метившая научпый проект изучения аг¬
рарной истории России и США. На II
конференции, в США (Новый Орлеан,
1986 г.), были апробированы четыре про¬
екта: вышеназванный, а также по изу¬
чению социальных процессов и конфлик¬
тов, политических структур, демографи¬
ческой истории. Новый этап сотрудни¬
чества открыла состоявшаяся 8—12 июня
1987 г. в Таллине III такая конферен¬
ция. С советской стороны в ней участво¬
вали сотрудники АН СССР, ЭССР и
БССР, преподаватели московских уни¬
верситета и пединститута им. В. И. Ле¬
нина; с американской — преподаватели
ряда университетов и члены редколле¬
гий журналов «Journal of Economic His¬
tory», «Agriculture History», «Explora¬
tions in Economic History», «Russian
Review».
Выступая на открытии конференции,
глава советской делегации чл.-корр. АН
СССР И. Д. К о в а л ь ч е н к о, акад. АН
ЭССР Ю. Ю. Кахк и зам. председателя
Национального комитета историков Со¬
ветского Союза А. О. Чубарьян под¬
черкнули, что встречи квантификаторов
уже принесли обнадеживающие резуль¬
таты. В ответном слове глава американ¬
ской делегации А. Олмстед выска¬
зался за продолжение конструктивного
обмена взглядами и исследовательским
опытом.
Сначала обсуждалась тема «Количе¬
ственные методы в изучении аграрной
истории». У. Паркер (США) обобщил
результаты работы американских иссле¬
дователей событий 1850—1910 гг., основ¬
ное внимание уделив воздействию на
рост сельскохозяйственного производст¬
ва США таких факторов, как перемеще¬
ние производительных сил на Запад,
технический прогресс в земледелии, со¬
вершенствование биохимической обра¬
ботки почвы, и дополпив эти данные
результатами собственного анализа. Вы¬
яснилось, что в США валовой рост про¬
изводства шел преимущественно за счет
экстенсивных явлений — освоеппя пре¬
рий и региональной специализации,
внедрепие же технических повшеств осу¬
ществлялось медленно и сказывалось
1 Материалы конференций см.; Коли¬
чественные методы в советской и аме¬
риканской историографии. М. 1983.
тогда еще мало. Лишь исчерпав к нача¬
лу XX в. резервы экстенсивного пути,
фермеры перешли к техническим и био¬
химическим способам повышения про¬
изводительности труда. Участники дис¬
куссии обратили внимание на то, что в
картине, нарисованной Паркером, не хва¬
тало оценки человеческого фактора.
И. Д. Ковальченко и Л. И. Бо¬
родкин развивали далее положения
опубликованной ими работы2, наметив
типы капиталистической аграрной эво¬
люции в Европейской России конца XIX—
начала XX века. 50 губерний исследова¬
лись по 31 признаку, что позволило раз¬
делить их на однородные группы (клас¬
терный анализ), а теория размытых мно¬
жеств дала возможность уточнить, какие
губернии наиболее полно отражали ха¬
рактерные черты каждой группы. Так
выявились типы аграрной эволюции и их
варианты. Методика, основанная на тео¬
рии распознавания образов, способство¬
вала определению конкретных границ
преобладания каждого типа. Наконец,
множественный регрессионный анализ
помог оценить влияние отдельных факто¬
ров на характер аграрного развития.
В итоге было показано реальное перепле¬
тение двух основных путей капиталисти¬
ческой аграрной эволюции — прусского и
американского, причем второй отличался
большей динамикой и обеспечивал луч¬
шее положение непосредственных произ¬
водителей.
Тема «Машины в сельскохозяйственном
производстве» рассматривалась сначала
Ю. Ю. Кахком (Таллия). В Прибалти¬
ке сельскохозяйственные машины с па¬
ровыми двигателями, впервые показан¬
ные в 1863 г. на международной выстав¬
ке в Гамбурге, появились в 1866 г., и не
только у помещиков, но и у некоторых
крестьян. В Эстонии мызная система уже
исчерпала тогда свои экономические воз¬
можности, а прусская еще не сложилась,
что создало благоприятные условия для
развития самостоятельных крестьянских
хозяйств, которые на некоторое время
сравнялись но урожайности с поме¬
щичьими имениями. Социально-экономи¬
ческих последствий применения машин в
сельском хозяйстве России конца XIX—
пачала XX в. касался доклад В. Г. Т ю-
кавкина и В. И. Скрябина. Опи
установили, что годовое потребление
сельхозмашип в России (производство
плюс ввоз) увеличилось с 1890 по 1912 г.
в 26 раз. Высокотоварные крестьянские
хозяйства (кулаки) стали получать до¬
полнительную прибыль, снижая себестои¬
мость продукции, что позволяло им вы-
теспять мелких производителей и шире
практиковать паемпый труд. В результа¬
те в сельских районах с более развитыми
2 Кова льчепко И. Д., Бородкин
Л. И. Аграрная типология губерний Ев¬
ропейской России па рубеже ХТХ-ХХ ве¬
ков; опыт многомерного количественного
анализа.— История СССР, 1979, № 1.
148

капиталистическими отношениями воз¬
растала численность деревенского проле¬
тариата, связанного с частично механи¬
зированным трудом.
А.	Олмстеди П. Роуд (США) осве¬
тили процесс механизации сельского хо¬
зяйства 1870-1930 гг. в Калифорнии.
В силу благоприятных климатических ус¬
ловий работы велись там круглый год.
Потребность в рабочих руках ощущалась
остро, что усугублялось сравнительной
удаленностью штата. Дефицит трудовых
ресурсов и выгоды механизации ориен¬
тировали фермеров на максимальное при¬
менение машин, а спрос на них стиму¬
лировал прогресс местной промышленно¬
сти, защищенной от конкуренции высо¬
кой стоимостью дальних перевозок. Так
в Калифорнии сложился в конце XIX в.
агропромышленный комплекс, ставший
национальной лабораторией по разработ¬
ке передовой агротехнологии. При обсуж¬
дении этой темы указывалось, что не¬
достаточно использовать только средние
количественные данные, ибо прогресс
механизации неодинаково сказывался на
различных по размеру и доходам хозяй¬
ствах, а не совпадавшие порою требова¬
ния рынка к новым технологиям, неоди-
наковость приспособления хозяйств к
технике и перемены в положепии сель¬
скохозяйственного населения тоже ока¬
зывали свое воздействие.
Тема «Рабочая сила и труд в сельско-
хозяйственпом производстве» нашла от¬
ражение в трех докладах. Р. Рансом
и Р. С а т ч (США) продолжили дискус¬
сию о плантационном рабстве 3. Привер¬
женцы «новой экономической истории»
считают, что, поскольку прибыльность ра¬
бовладельческих плантаций в XIX в.
возрастала, рабство в США имело капи¬
талистический характер, причем Р. Фо¬
гель и С. Энгерман оценили его не толь¬
ко как прибыльную, но и как историче¬
ски и экономически жизнеспособную
форму капиталистического производства.
Докладчики подвергли это положение
критике: хотя по темпам роста произ¬
водства и доходов на душу белого насе¬
ления Юг США до гражданской войны
не отставал от Севера, сущность роста
там и тут не совпадала. На Севере на¬
блюдались накопление физического капи¬
тала, технический прогресс и рост про¬
изводительности труда, на Юге шел «рост
без развития» (за первую половину XIX в.
возделывание хлопка не было мехапизн-
ровано, приемы обработки земли остава¬
лись архаичными, урожайность не меня¬
лась, производство увеличивалось за счет
освоения более плодородных земель). Это
поглощало и омертвляло большую часть
накоплений плантаторов, превращая их
в капиталистов без капитала.
Застой в развитии производительных
сил, зависимость от наличия новых зе¬
мель и сохранения высокого заморского
5 Подробнее см.:	Болховитинов
Н.	Н. Клиометристы и рабство в США,-
Новая и новейшая история, 1976, № 3.
спроса на хлопок лишали рабовладение
исторической перспективы. После граж¬
данской войны и освобождения рабов
экономика Юга не смогла быстро пере¬
строиться па обычные капиталистиче¬
ские методы хозяйства; бывшие планта¬
торы ввели издольщину с заменой раб¬
ства репрессивным расистским режимом,
что обрекло регион на длительный упа¬
док. Однако в целом экономика США вы¬
играла, т. к. освобождение рабов способ¬
ствовало ускоренному росту физическо¬
го капитала и качественному развитию
производительных сил. Советские участ¬
ники дискуссии полагают, что концепция
Рансома и Сатча об американском рабст¬
ве, а также о рабах как человеческом
капитале ближе к исторической реаль¬
ности, чем идеи Фогеля и Энгермана. Но
следует помнить, что рабство в США во¬
брало в себя черты разных способов
производства, а не только капитализма.
Именно так понимал американское раб¬
ство и К. Маркс, мнение которого доклад¬
чики напрасно посчитали согласным с их
концепцией.
Г. Райт (США) анализировал особен¬
ности формирования рынка наемной ра¬
бочей силы в сельском хозяйстве США
второй половины Х1Х-начала XX века.
Тогда преобладали семейные фермы и
семейный труд, включая капиталистиче¬
скую аренду. Нужда в рабочих руках
волнообразно возникала при сборах уро¬
жая, Сложилось противоречие между за¬
висимостью ферм от сезонного и невы¬
годностью круглогодичного найма. Оно
разрешалось механизацией (которая
долго была малодоступна мелким и сред¬
ним семейпым фермам и стала активнее
использоваться ими с начала XX в., ког¬
да возрос отток трудоспособного населе¬
ния в города) или региональной специа¬
лизацией культур и миграцией рабочей
силы, приспособленной к сезонным и
территориальным сдвигам спроса на на¬
емный труд. Мигрирующий сельский про¬
летариат — характерная черта жизни аг¬
рарных штатов Юга и отчасти Запада
США, Этот социально обездоленный слой
часто не фиксировался официальной ста¬
тистикой, что создавало неверное пред¬
ставление об уровне пролетаризации
сельскохозяйствеппого труда.
Дж. Атак (США) в докладе о земель-
пой аренде в США второй половины
Х1Х-начала XX в. опровергал утвержде¬
ние апологетической историографии, буд¬
то там едва ли не любой мог стать фер¬
мером. Для создания даже небольшой
фермы в середине XIX в. требовалось не
менее 1 тыс. долл., которых не имела
добрая половина тогдашнего паселения
страны. Но низкие затраты па аренду
земли расширяли доступ к земле при¬
мерло 80% па селения. Более молодой
возраст арендаторов по сравнению о фер¬
мерами указывал, что арепда становилась
начальной ступенью для тех, кто стре¬
мился скопить депег для обзаведения
фермой. В дискуссии отмечалось, что
Атак не разграничивает аренду потреби¬
149

тельскую, с обеспечением ею минималь¬
ных жизненных потребностей, и пред¬
принимательскую, нацеленную па извле¬
чение капиталистической прибыли. Дан¬
ные докладчика о наличии многочислен¬
ной группы людей с собственными фер¬
мами (средняя стоимость которых была
паивысшей), одновременно арендовавших
дополнительно землю, и параллельном
росте числа арендаторов за счет сокра¬
щения промежуточного слоя говорят о
развитии капиталистических отношений
и пролетаризации части арендаторов. По¬
этому аренда требует при изучении более
дифференцированного подхода.
Особенности организации производства
и применения наемного труда в сельском
хозяйстве Европейской России накануне
Октябрьской революции анализировала
Н, Б. Селу иск а я. Построив коррсля-
ционпые модели помещичьих и крестьян¬
ских хозяйств на оспове уездных данных
по 34 губерниям, она сопоставила их
структурные характеристики. Оказалось,
что, хотя в помещичьем хозяйстве уже
преобладали капиталистические отноше¬
ния, они нередко сочетались с архаичны¬
ми отработочными приемами. А в целом
помещичье хозяйство не влияло суще¬
ственно па аграрное развитие страны.
Ведущую роль играло крестьянское хо¬
зяйство с довольно прочной включен¬
ностью в систему товарно-капиталисти¬
ческих связей. В прениях по докладу
отмечалось, что следует осторожпее су¬
дить о структуре ипдивидуальпых хо¬
зяйств на основе агрегированных уезд¬
ных данных; исследование выборочного
круга первичных данных по отдельным
хозяйствам повысит надежность предло¬
женной модели.
По теме «Общественное сознание
сельскохозяйственного населения и со¬
циальный протест» выступил Б. Н. М и-
ронов (Ленинград), выяснявший ди¬
намику грамотности русских крестьян в
XIX веке. Он допустил, что грамотность
приобреталась в основном до 20-летнсго
возраста, смертность среди грамотного и
неграмотного населения была приблизи¬
тельно одинаковой, а прирост грамот¬
ных лпц старше 20 лет компенсировал¬
ся утратой грамотности частью людей,
приобретших ее ранее. Обоснованность
допущений частично подтверждается ма¬
териалами выборочных статистических
обследований. Исходя из сведений за
1897 г., докладчик методом реверсивного
предсказания рассчитал, как менялась
доля грамотных людей после 1797 г.: за
столетне их число увеличилось более
чем в 8 раз. Эти сведения при их под¬
тверждении меняют сложившееся мне¬
ние о чрезвычайной отсталости дорево¬
люционной России но уровню образова¬
ния населения. Участники дискуссии
отметили, что упрощения, связанные со
скудостью источников, заставляют осто¬
рожпее смотреть на полученные резуль¬
таты, но можно привлечь дополнитель¬
ные материалы для проверки их досто¬
верности.
О.	Г. Буховец (Минск) использо¬
вал количественные методы для анализа
политического сознания русского кре¬
стьянства в годы первой российской ре¬
волюции. Представления крестьян о по¬
литике, собственном положении в об¬
ществе, путях борьбы за свои права от¬
ражались в «приговорах» — сводах нака¬
зов и заявлений в адрес Государствен¬
ной думы, принимавшихся на сельских
сходах. Эти документы содержат бо¬
гатую, но труднодоступную инфор¬
мацию. Для ее изучения был привлечен
коптент-анализ. Удалось выявить общее
и особенное в массе «приговоров» с ре¬
гиональными различиями политической
сознательности и отразить картину в ви¬
де идеализированной модели. В ходе ре¬
волюции к более решительным методам
борьбы реально прибегали те крестьяне,
в чьих «приговорах» преобладали рево¬
люционные требования. В развернувшей¬
ся дискуссии указывалось, что состави¬
телями «приговоров» нередко являлись
агитаторы от различных партий, а не
сами крестьяне, так что это не их непо¬
средственный уровень сознательности.
Кроме того, в составлении «приговоров»
участвовали различные по настроениям
группы крестьян.
Движениям протеста XIX в. в среде
американских фермеров посвятил доклад
М. Ротштейн (США). По архивным
источникам он построил динамические
ряды показателей изменения численно¬
сти фермерских организаций по штатам
и по стране в целом, включив в состав
фермерских движений сторонников ра¬
дикальных политических перемен и чле¬
нов кооперативных товариществ взаимо¬
помощи. Это снизило качество социаль¬
ного апализа. Между тем данные до¬
кладчика свидетельствуют, что союзы с
умеренной программой имели наиболь¬
шее число сторонников в районах, где
доходность ферм была выше, чем в сред¬
нем по США; там же, где положение фер¬
меров было трудным, большим влияни¬
ем пользовались радикальные органи¬
зации.
Касаясь темы «Типы и тенденции раз¬
вития сельского хозяйства», П. Лив-
д е р т (США) рассмотрел движение цен
на землю в США на протяжении почти
двух столетий в связи со следующими
факторами:	соотношение цен на про¬
мышленную и сельскохозяйственную
продукцию, объем государственной по¬
мощи фермерам, рост населения, дина¬
мика нациопальпого дохода в расчете на
душу насслепия, рост производительно¬
сти труда. Повышепие цен па землю
сопровождалось замедлением роста на¬
ционального дохода на душу населения
и заработной платы. Докладчик устано¬
вил общие структурные пропорции меж¬
ду сериями выбранных показателей, но
в предложенной им модели пе учел
данных о социальной структуре земле¬
владельцев.
Л. В. Милов и И. М. Гарскова
исследовали сравнительную эффектив¬
но

ность функционирования в России 1620—
1630-х годов двух типов феодального хо¬
зяйства — вотчины и поместья. Авторы
описали посредством единого набора
признаков многочисленную группу фео¬
дальных хозяйств без обозначения их
юридического статуса. Многомерная
классификация позволила обнаружить
действительно две группы хозяйств:
с высоким уровнем развития (в основном
вотчины) и низким (преимущественно
поместья). Первая, с интенсивной экс¬
плуатацией непосредственных произво¬
дителей, создавала более благоприятные
условия для ускорения экономического
развития, включая даже подъем самих
крестьянских хозяйств. К началу XVII в.
феодальный способ производства в Рос¬
сии еще не исчерпал своих возможнос¬
тей; значит, нет основании говорить о
начале уже тогда нисходящей стадии его
эволюции: экономически она определи¬
лась позже.
Конференция показала, что интересы
историков обеих стран переключились в
значительной степени с историографиче¬
ских, методических и технических во¬
просов на совместную разработку кон¬
кретно-исторической проблематики.
Прежде преобладал структурный анализ
объектов, теперь первоочередное внима¬
ние уделяется динамике процессов. При¬
емы формализованного анализа превра¬
щаются постепенно в органичную часть
исследований, сочетаясь с привычным
нарративом. Расширение и совершенст¬
вование методического арсенала — необ¬
ходимое условие развития исторической
науки. Решению этой задачи способству¬
ет и сотрудничество специалистов СССР
и США в сфере применения количествен¬
ных методов.
М. А. Свищев, С. Б. Станкевич
КОЛЛОКВИУМЫ ВОЕННЫХ ИСТОРИКОВ
Международная комиссия военной ис¬
тории (МКВИ)1 провела в Афинах (Гре¬
ция) два коллоквиума: с 16 по 22 авгу¬
ста 1987 г. но военной истории — «На¬
циональные восстания в странах Среди¬
земноморья и Атлантического бассейна
в 1789—1922 гг.» и с 23 по 30 августа
1987 г. по военно-морской истории —
«Первые флоты: использование пара в
военных действиях на море». В коллок¬
виумах участвовали представители
30 стран. СССР представлял главный
редактор «Военпо-исторического жур¬
нала» А. Г. Хорьков. Работу обоих
коллоквиумов открыли почетный прези¬
дент МКВИ Ф. Гамбез и ее прези¬
дент А. Корвизье (оба — Фран¬
ция).
На первом коллоквиуме с сообщения¬
ми «Илинденско-Преображонское восста¬
ние 1903 г.», «Крссиенско-Разлогское
восстание 1878—1879 гг.» выступили
Д. Минчев и Т. Петров (Болга¬
рия). Они нарисовали картину борьбы
болгарского народа за свою независи¬
мость и показали ее влияние па нацио¬
нально-освободительное движение па
1 МКВИ создана в 1938 г., па пра¬
вах афилированной организации она
входит в состав Международного коми¬
тета исторических наук. В настоящее
время Комиссия объединяет националь¬
ные комиссии военной истории 31 стра¬
ны: Австрии, Бельгии, Болгарии, Велико¬
британии, Венгрии, ГДР, Греции, Да¬
нии, Израиля, Ирландии, Испании, Ита¬
лии, Канады, Кубы, Ливана, Нидерлан¬
дов, Норвегии, Польши, Румынии, СССР,
США, Турции, ФРГ, Финляндии, Фран¬
ции. Филиппин, Швеции, Швейцарии,
Югославии, Южной Кореи, Японии.
Балканах. Й. Захар (Венгрия) в сооб¬
щении «Существование французской Ил¬
лирии в 1809-1813 гг.: эпизод в австро¬
венгерской военной истории» рассмот¬
рел процессы, связанные с пребыванием
в зависимости от Франции в 1809—
1813 гг. словенских и хорватских земель
(Иллирийских провинций) и переходом
их к Австрии после поражения Напо¬
леона I в войне с Россией. Внимание
участников коллоквиума привлекли со¬
общения Ф. Редопдо (Испания)
«Народное восстание, партизаны и на¬
циональная армия в Испании во время
войны с Наполеоном, 1808—1813 гг.»
и Д. Чендлера (Англия) «Коорди¬
нация регулярных и нерегулярных бое¬
вых действии в войпе на Балканском по¬
луострове, или Веллингтон и партиза¬
ны».
А.	Г. Хорьков в докладе «Нацио¬
нально-освободительная революция в
Греции (1821 — 1829 гг.) и Россия» рас¬
крыл характер борьбы греческого паро¬
да за освобождение, показал ее движу¬
щие силы, влияние па национально-ос¬
вободительное движение не только в
Средиземноморье, но и в Европе в це¬
лом. Он подробно остановился на отно¬
шении русского народа к борьбе греков
за национальное освобождение. Лучшие
представители передовой русской об¬
щественности выступали за немедлен¬
ную военную поддержку Греции. Требо-
вапия об оказании реальной помощи
стали особенно настойчивыми в крити¬
ческий период восстания, когда пали
Миссолонги (апрель 1826 г.) и другие
важные стратегические базы восставших.
Под давлением прогрессивных сил
Европы, подчеркнул докладчик, Россия
и Англия в апреле 1826 г. подписали в
151

Петербурге соглашение по греческому
вопросу. Вскоре к ним присоединилась
Франция. В соответствии с Лондонской
конвенцией трех держав от 24 июня
1827 г., к берегам Греции были направ¬
лены русская, английская и француз¬
ская эскадры. Русская эскадра получила
четкое указание оказать помощь Греции.
В связи с тем, что Турция оставила без
ответа ультиматум о немедленном пре¬
кращении военных действий против вос¬
ставших, союзные эскадры разгромили в
Наваринской бухте турецко-египетский
флот. Вступление 14 апреля 1828 г. Рос¬
сии в войну против Турции и успешные
действия русской армии и флота способ¬
ствовали усилению освободительной
борьбы греческого народа.
Между тем, отмечалось в докладе,
представители Англии и Франции при¬
лагали немалые усилия, чтобы прину¬
дить российских дипломатов отказаться
от полного решения греческого вопро¬
са. Английский и французский послы
требовали исключить из текста мирного
договора между Россией и Турцией
статью, предусматривавшую предостав¬
ление независимости Греции. Это требо¬
вание было решительно отклонено.
В сентябре 1829 г. был подписан Адриа-
нопольский мирный договор. Как прямое
следствие его и всей политики России в
греческом вопросе через год после окон¬
чания русско-турецкой войны по реше¬
нию Лондонской конференции трех дер¬
жав была официально провозглашена не¬
зависимость Греции.
На коллоквиуме по военно-морской
истории были заслушаны сообщения:
Р. Грегор (Чехословакия) — «Помощь
Чехословакии в создании нового флота
Югославии (1918—1938 гг.)»; М. Ионес-
к у (Румыния) — «Значение и роль во¬
енного флота в оценках румынских по¬
литических и военных деятелей (1859—
1916 гг.)»; К. Варфис (Греция) —
«Использование пара в ведении войны
на море на примере Греции (1824—
1831 гг.)»; Д. Шарм эн (Канада)-
«Кризис Королевского флота в 1878 г.»;
С. Керби (Англия) — «Появление па¬
ровых военных кораблей в Японии».
На обоих коллоквиумах работали так¬
же секции.
Бюро МКВИ утвердило ряд мероприя¬
тий на 1988 г.: с 31 мая до 6 июня в
Хельсинки (Финляндия) коллоквиум по
следующим темам: «Переходный период
и перспективы развития тактики сухо¬
путных войск с середины XVIII до нача¬
ла XIX столетия (1750—1830 гг.)»; «Зна¬
чение результатов политической военной
разведки для верховного (высшего) ко¬
мандования в ходе решения военно-стра¬
тегических и оперативных задач в Евро¬
пе в период второй мировой войны»;
с 13 по 19 августа в Монреале (Кана¬
да) — по теме «Большие и малые кон¬
фликты после второй мировой войны».
При этом особое внимание будет уделе¬
но Фолклендскому (Мальвинскому) кон¬
фликту между Англией и Аргентиной.
Н. А. Платонов

ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА ЗА РУБЕЖОМ
Обзоры
ИЗУЧЕНИЕ В КИТАЕ ИСТОРИИ СССР СОВЕТСКОГО ПЕРИОДА
Китайские ученые проявляют большой интерес к проблемам истории СССР со¬
ветского периода. Это объясняется не только тем, что исследовательские работы об¬
ществоведов Китая во многих сферах соприкасаются с этими проблемами, но и тем,
что немало направлений и явлений современной китайской общественной мысли,
политики и культуры связано с некоторыми проблемами истории СССР советского
периода, а также с тем, что Коммунистическая партия Китая (КПК) была основа¬
на на принципах ленинского партийного строительства. Китайская революция одер¬
жала победу в 1949 г., следуя по пути Великой Октябрьской социалистической ре¬
волюции. И первые шаги к социализму Китайская Народная Республика (КНР)
делала, используя опыт советского народа. Из исторической связи между КПК и
КПСС, между китайской революцией и Октябрем, социалистическим строительством
в Китае и в СССР вытекает складывавшийся на протяжении длительного времени
интерес широких китайских масс, в том числе и интеллигенции, к деятелям и со¬
бытиям истории СССР советского периода.
Установки «Краткого курса истории ВКП(б)» были широко распространены в
научной среде КНР. Известно, что в движении за упорядочение стиля партийных
организаций, развернувшемся в КПК в 1942 г., «Краткий курс» был одной из обя¬
зательных книг, которую должны были изучать широкие кадры партии. В течение
длительного времени он был важным пособием по партийному воспитанию. Это
обстоятельство привело, с одной стороны, к тому, что история ВКП(б) и история
СССР были в значительной степени популяризированы и получили распростране¬
ние внутри КПК и среди китайской интеллигенции, а с другой — к тому, что уста¬
новки «Краткого курса» оказывали определенное влияние на партийные кадры и
научную среду. Создавались благоприятные условия для исследования истории
СССР советского периода, но одновременно рождались значительные трудности и
препятствия для формирования самостоятельного мышления.
Исследование проблем истории СССР советского периода в КНР всегда было
тесно связано с задачами социалистического строительства. В связи с тем, что Со¬
ветский Союз — первое в мире социалистическое государство, в период создания
КНР, в особенности в годы первой ее пятилетки, КПК вырабатывала первоначаль¬
ный план строительства социализма в Китае главным образом в соответствии с со¬
ветской моделью, сочетая опыт СССР с конкретной практикой Китая. Проблемы,
возникавшие в советском обществе и системе и стоявшие перед КПСС, частично
существовали и в китайском обществе и внутри КПК. Поэтому изучение истории
СССР советского периода имеет актуальное значение для решения проблем по¬
строения социализма в КНР, для нахождения ею собственного пути строительства
социализма.
После разгрома «четверки» 1 китайские ученые в исследовании истории СССР
советского периода заинтересовались прежде всего проблемами, которые почти все
1 Хунци (Красное знамя), 1979, № 1.
153

касаются задач революции и строительства социализма в КНР. Самыми важными
для исследования в 1977—1980 гг. в китайской историографии стали;
4.	Перенесение В. И. Лениным центра тяжести работы с политической борьбы
на экономическое строительство. По этой проблеме в китайской печати было опуб¬
ликовано около 20 статей2.
2. Изучение периода «военного коммунизма» и новой экономической политики.
В процессе исследования нэпа китайских ученых ипторесовала прежде всего внеш¬
няя торговля Советской России, ввоз техники, оборудования и финансов из-за
границы, план электрификации и политика концессий. В 1979—1981 гг. было напе¬
чатано около 40 статей по этой теме 3.
3. Борьба В. И. Ленина против оппортунизма, бюрократизма, за партийпый и
демократический стиль руководства; левые и правые искажения партийной линии
по основным направлениям социалистического строительства. По этим проблемам
в Китае было опубликовано около 20 статей4.
4. Учение В. И. Ленина о культурпой преемственности и его борьба с идеоло¬
гией Пролеткульта. Китайские историки написали об этом более 10 статей 5.
Начало 80-х годов совпало с развитием социалистической модернизации и по¬
степенным проведением реформы хозяйственной системы в Китае. В связи с этим
развернулось исследование проблем теории социализма и поиск его моделей. В част¬
ности, китайские ученые усилили исследование истории переходного периода в
СССР, уделяя особое внимание проблемам индустриализации и сплошной коллек¬
тивизации.
В последние пять-шесть лет в КНР меняется характер исследования истории
СССР советского периода, оно начинает развиваться вглубь и вширь, идет от част¬
ного к общему, от анализа отдельных вопросов к комплексному изучению проблем,
от научных статей к создапию монографий, к увеличению числа диспутов по
проблемам советской истории. Глубже становятся научные дискуссии. Например,
раньше при исследовании «военного коммунизма» ученые были склонны давать ему
только положительные оценки, т. к. считали, что эта политика была вынужденной,
проводимой для преодоления тогдашних трудностей, хотя и пе целостной совер¬
шенной экономической политикой,
В последние годы некоторые исследователи выдвинули иную точку зрения:
«Политика «военного коммунизма» является как вынужденным, необычным меро¬
приятием в период войны, так и попыткой непосредственного перехода к комму¬
низму. Она как вынужденное, необычайное мероприятие была успешной, достигла
определенных результатов, а как попытка непосредственного перехода к коммуниз¬
му потерпела поражение и привела к серьезным ошибкам» 6. Другие исследователи
2 Я н Ц з э н х э. Об идеях В. И. Ленина о перенесении центра тяжести работы
партии на экономическое строительство.-Хунци, 1979, № 1; Чжоу Хуйчжэнь.
Об историческом опыте Советской России по переходу к социализму.— Чжэнчжоу
дасюе сюебао (Вестник Чжэнчжоуского университета), серия общественные науки.
1980, № 2; Учиться у В. И. Ленина теории и практике строительства социализма.-
Жэньминь жибао (Народная газета). 22.IV.1980, и др.
3 Л о Г эи мо. Об анализе В. И. Лениным четырех меновых отношений после
Октября.—Чжунго шэхуй кюсюо (Китайские общественные науки), 1980, № 1; Цзян
И х у а. Лепиниз.м и «военный коммунизм».—Фудань дасюе сюебао (Вестник Фудань-
ского университета), серия общественные науки, 1981, № 1; Вэнь И. Лепин п поли¬
тика концессий в Советской России,- Шицзе лиши (Мировая история), 1980, № 1;
Ци Мипьшэнь. Идеи Ленина о ввозе финансов и техники из-за границы - важ¬
ный вклад в марксизм,- Цзипцзи яньцзю (Экономические исследования), 1978,
№ 12; и др.
4 Сюн Фу. Учиться у В. И, Ленина демократическому стилю работы.-Хунци,
1980, № 19; Сюй Г о си. Как В. И. Ленин выступает против бюрократизма.-Ли-
лупь юй шицзяяь (Теория и практика), 1981, № 1; В а н Телннь. Борьба В. И. Ле¬
нина против левого и правого оппортунизма в восстановительный период народного
хозяйства в Советской России.- Синьчжанчжэп (Новый поход), 1980, Л® 6; и др.
5 Г у Ш а н. Критика В. И. Лениным Пролеткульта.- Жэньминь жибао, 1.IX.1977;
Cao Ч ж э н я н ь. В. И. Лепип и интеллигенция.— Сюешу яньцзю цупкань, 1979,
№ 4; и др.
6 Ян Яньцзюнь. О содержании, последствиях и уроке политики «военного
коммунизма» в Советской России. В кн.; Сборник материалов по истории междуна¬
родного коммунистического движения. Пекин. 1982 (на кит. яз.).
154

разделили осуществление этой политики на два этапа: на первом (1918—1919 гг.)
«военный коммупизм» приспосабливался к нуждам войны, на втором (1920 — на¬
чало 1921 г.) был направлен па непосредственный переход к коммунизму7.
Между китайскими историками существуют разногласия в оценке «военного
коммунизма». Одни акцентируют внимание на его ошибках, другие — на его пози¬
тивных сторопах. Однако единство существует в том, что историки стремятся из¬
менить традиционные взгляды н анализировать как положительную роль «военного
коммунизма», так и его отрицательные последствия, и тем самым всесторопне и
глубже изучить его опыт и уроки.
Углубляется изучение новой экономической политики. Многие китайские иссле¬
дователи не довольствуются в освещении необходимости перехода к (Пэму н его
сущности в целом общими теоретическими понятиями, а занимаются конкретным
исследованием проведения нэпа в сельском хозяйстве, промышленности, торговле
и т. д. Из опубликованных работ видпо, что в аграрной истории изучаются вопросы
землевладения, наемной рабочей силы, кооперации и пр. К темам промышленности
относятся проблемы концессий и арендованных предприятий, системы управления
и пр. В сфере торговли исследуются политика в отношении частного сектора и
другие. Кроме того, китайские ученые специально исследовали такие темы, как
пэп и союз рабочего класса и крестьянства; нэп и товарная экономика; нэп и гос¬
капитализм; нэп и внутрипартийная борьба в РКП (б); социальная структура нэп¬
манства, его характер, роль и пр.
Некоторые китайские исследователи считают, что нэпманы не являлись «новой
буржуазией», а состояли главным образом из мелкой буржуазии и тружоников-
единоличников. Они играли положительную роль в оживлении и развитии хозяй¬
ственной жизни в СССР. Вообще в последние годы китайские ученые дают нэпу
высокую оценку: он эффективно способствовал восстановлению и развитию парод-
ного хозяйства, а его принципы имеют всеобщее значение для других стран.
Изучая «военный коммунизм» и пэп, китайские ученые исследовали и учение
В.	И. Ленина о построении социализма в России — стране, в которой преобладало
мелкокрестьянское хозяйство. Большинство из них считает, что К, Маркс и
Ф. Энгельс выдвинули теорию о социалистическом обществе, исходя из предпосы¬
лок, что победа пролетарской революции будет достигнута одновременно во всех
или в большинстве развитых капиталистических стран, а на деле в ходе истории
эта революция победила прежде всего в неразвитой капиталистической России.
Ленин, прошедший путь теоретических и практических поисков, в конце концов
нашел правильное решение вопроса о построении социализма в России. Это обстоя¬
тельство, как подчеркивают китайские историки, показывает, что марксизм непре¬
рывно развивается и обогащается на практике.
Тематика исследований по истории СССР советского периода в китайской исто¬
риографии включает также переходный период в СССР в политике, идеологии и
культуре, внутрипартийную борьбу и т. д., исторический опыт и уроки этого перио¬
да. Историков привлекают и темы индустриализации и коллективизации сельского
хозяйства СССР. Однако большинство ученых, работая над этими проблемами,
обращали внимание прежде всего па изучение процесса становления советской
модели социализма и ее особенностей.
Во взглядах китайских историков на коллективизацию сельского хозяйства
СССР нет единства. Одни утверждают, что нельзя давать высокие оценки успехам
коллективизации, т. к. при ее проведении были допущены серьезные ошибки. Дру¬
гие считают, что хотя в процессе коллективизации и имелись ошибки, она является
одной из великих побед Страны Советов, потому что при социализме путь коопе¬
рации— единственный выход для мелкособственнического единоличного крестьян¬
ского хозяйства. При этом, однако, отмечается, что левацкие перегибы в коллекти¬
визации были связаны с тогдашней линией ВНП (б) 8.
Китайские ученые по-разному оценивают политическую и экономическую си¬
7 Е Шуцуон. Еще раз о ленинизме и «военном коммунизме».- Шицзе лиши,
1982, № 2.
8 Мэ Вэйбеп. Левацкие ошибки в коллективизации деревни СССР.—Сулнад
Дуноу вэньтн (Проблемы СССР и Восточной Европы), 1986, № 3, с. 1.
155

стему, складывавшуюся в период, когда у руководства страной и партией был
И. В, Сталин. Некоторые из них дают ей отрицательные оценки, считая, что эта
модель была неудачной, на нее было слишком много затрачено средств. Большин¬
ство китайских историков считает, что «политическая и экономическая системы,
складывавшиеся в период, когда Сталин был у власти, играли большую положитель¬
ную роль: во-первых, благодаря им, опираясь на рабочую силу и денежные сред¬
ства во всей стране, высокими темпами развивалась промышленность, были осу¬
ществлены социалистическая индустриализация и коллективизация деревни, был
построен социалистический экономический базис; во-вторых, политическая и эко¬
номическая системы СССР создали исторические предпосылки для победы над гит¬
леровской Германией». В то же время они отмечают «серьезные пороки» системы:
во-первых, власть слишком сосредоточена в одних руках; демократических прав,
которыми пользуются народные массы, слишком мало, руководящие кадры легко
отрываются от масс; в определенных исторических условиях даже возникают такие
чуждые социализму явления, как нарушение законов, произвол и культ личности;
во-вторых, управление экономикой негибкое и инертное, это вредно и не способ¬
ствует развитию активности на местах, на предприятиях и среди рабочих, кресть¬
ян и служащих; в-третьих, эта модель неизбежно привела к тому, что органов го¬
сударственного управления становилось все больше и больше, и они постепенно
бюрократизировались9.
Одной из проблем, интересующих китайских ученых, стала внутрипартийная
борьба в ВКП(б) в 20—30-е годы, в частности изучение деятельности Н. И. Бухари¬
на. В одной из статей о нем говорится, что хотя «он всю жизнь и допускал раз¬
ные ошибки, большие или меньшие», выражаемая им «враждебность к государству»
была направлена против буржуазного государства, он не отрицал государства пере¬
ходного периода и необходимости диктатуры пролетариата. Лозунг «Обогащайтесь!»,
выдвинутый Бухариным в 1925 г., автор этой статьи объясняет «политикой ликви¬
дации бедности», «острие которой направлено на развитие народного хозяйства,
в особенности на правильное решение соотношения между сельским хозяйством и
промышленностью», «а не на реставрацию капитализма» Тот же автор в другой
статье пишет, что Бухарин отстаивал модель социализма «отсталого типа», и счи¬
тает, что Бухарин выдвинул закон затраты труда, который требует пропорциональ¬
ного развития народного хозяйства, равновесия между промышленностью и сель¬
ским хозяйством и отраслями внутри них 11.
Изучались также взгляды Бухарина по вопросам пролетарской культуры.
В статье автора данного обзора говорится, что в 1923 г. у Бухарина во взглядах
на пролетарскую культуру произошли серьезные изменения. До этого между ним
и Лениным существовали разногласия в таких вопросах, как отношение к куль¬
турному наследию и решение проблем пролетарской культуры. После 1923 г. Бу¬
харин «отказался от своей прежней точки зрения на культурное наследие и согла¬
сился с идеями В. И. Ленина». В той же статье отмечается, что «Бухарин уделяет
необычайно большое внимание проблеме культуры переходного периода, связывает
эту проблему с функцией и задачами всего переходного периода от капитализма к
социализму и рассматривает его как центр всей революции на определенном ее
этапе» 12. Издан также очерк о деятельности Л. Троцкого. Автор, критикуя его
ошибки, считает, однако, что тот играл определенную роль в Октябрьской револю¬
ции и гражданской войне 13.
В последние пять лет в некоторых научных учреждениях и вузах КНР со¬
стоялись научные семинары и конференции по истории СССР советского периода.
11—15 мая 1982 г. в Пекине прошел семинар, организованный Институтом всемир¬
9 Сулиан Дуноу вэвьти, 1984, № 6, с. 7-8.
10 Чжэн Ифань. Некоторые проблемы, касающиеся Н. Бухарина.— Шицзе
лиши, 1981, № 4, с. 3, 4, 5-7.
11 Чжэн Ифань. Идеи Н. Бухарина о социалистическом экономическом строи¬
тельстве,— Там же, 1984, № 6, с. 13, 17.
12 Ма Луншань. Теория Н. Бухарина о пролетарской культуре и ленинское
учение о культурной революции.- Сулиан Дуноу вэньти, 1984, № 6, с. 67, 64.
13 Ли Сянжон. Критико-биографический очерк Л. Троцкого. Пекин. 1986
(на кит. яз.).
156

ной истории Академии общественных наук (АОН) Китая, на котором присутствова¬
ли ученые Пекинского университета, Народного университета Китая, Бюро перево¬
дов произведений Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина при ЦК КПК, Шанхайского
пединститута и Института СССР и Восточной Европы АОН Китая. Участники
семинара обменялись мнениями о состоянии и проблемах методологии исследования
истории СССР советского периода в Китае и за рубежом.
15—20 декабря 1982 г. в Пекине была проведена первая научная конференция
по истории СССР советского периода на тему «В. И. Ленин о теории и практике
построения социализма». На ней присутствовали представители 15 научных учреж¬
дений и вузов, в том числе Института всемирной истории, Института СССР и Во¬
сточной Европы и Института марксизма-ленинизма — идей Мао Цзэдуна АОН Ки¬
тая, Пекинского университета и др.
25—31 октября 1983 г. в Шанхае проходила вторая научная конференция по-
проблеме перестройки сельского хозяйства в СССР. В апреле и нюне 1984 г. Ин¬
ститут всемирной истории АОН Китая созвал специалистов, работающих в Пекине,
на семинар по проблемам культурного строительства и внешней политики СССР
при В. И. Ленине (1917-1924 гг.). В апреле 1985 г. в г. Сиань состоялось учреди¬
тельное собрание Китайского научного общества по истории СССР и Восточной
Европы, на котором обсуждались некоторые проблемы периода, когда у руководст¬
ва в СССР находился Н. С. Хрущев. Все эти мероприятия, несомненно, способство¬
вали более углубленному исследованию истории СССР советского периода.
Изучение проблем истории СССР советского периода, возобновившееся в КНР
после 1976 г., проводится, во-первых, в соответствии с идейной линией КПК, на¬
меченной на III Пленуме ЦК КПК 12-го созыва. Постепенно исправляются недо¬
статки, преодолеваются упрощение и односторонность в исследовательской работе,
имевшие место в прошлом, раскрепощается исследовательская мысль, на более
прочные основы поставлено изучение советской истории. Во-вторых, китайские уче¬
ные тесно связывают вопросы социалистического строительства в своей стране с
исследованием истории СССР. Они изучают историю социалистического строитель¬
ства в СССР для того, чтобы извлечь полезный опыт и не повторять прошлых
ошибок, чтобы более успешно строить социализм с китайской спецификой. В-треть¬
их, в исследовательской работе, в научных диспутах и печати уделяется внимании
развитию демократии и проведению в жизнь курса — «пусть расцветают сто цве¬
тов, пусть соперничают сто школ» при соблюдении «четырех основных принци¬
пов»: решительно идти по пути социализма, усилить руководство партии, отстаи¬
вать диктатуру пролетариата и следовать марксизму-ленинизму.
Ученые Китая с большим интересом следят за проходящими в СССР измене¬
ниями в общественных науках. Они надеются совершенствовать свои взгляды пу¬
тем расширения научного обмена с советскими коллегами, чтобы внести свой вклад
в исследование истории СССР советского периода.
Ма Луншанъ-
Рецензии
The Impact of World War II on the Soviet Union. University of
Ccalifornia, Irvin. 1985. 300 p.
Влияние второй мировой войны па Советский Союз
О второй мировой войне на Западе	принизить роль Советского Союза в раз-
написано немало книг, преследующих	громе фашизма, представить в ложном
цель реабилитировать агрессивную по-	свете причины его победы в Великой
литику империализма и одновременно	Отечественной войне. Многие западные
157

историки до сих пор изображают эту по¬
беду как «случайную» или же как следст¬
вие цепи «роковых ошибок», допущен¬
ных главарями третьего рейха. Однако
такая трактовка событий прошлого уже
не удовлетворяет некоторых американ¬
ских исследователей.
Среди многочисленных откровепно тен¬
денциозных работ сборник статей аме¬
риканских авторов, выпущенный Кали¬
форнийским университетом, выделяется
стремлением более объективно и добро¬
совестно подойти к анализу истории ми¬
нувшей войны, ее уроков н последствий.
Особенность этого труда состоит в широ¬
ком использовании советских источни¬
ков, фундаментальных работ наших спе¬
циалистов по истории Великой Отечест¬
венной войны.
С помощью компьютеров авторы обра¬
ботали большой статистический мате¬
риал, извлеченный ими из тех 15 тыс.
томов, которые, по их подсчетам, были
изданы в Советском Союзе по истории
Великой Отечественной войны. «Несмот¬
ря на всеми признанные масштабы по¬
следствий второй мировой войны,— при¬
знает редактор сборника профессор эко¬
номики Калифорнийского университета
С. Линз,- на Западе мало что было сде¬
лано в исследовательском плане, чтобы
осмыслить те направления, по которым
вторая мировая война затронула совет¬
скую экономическую, политическую или
социальную систему» (с. 1).
Авторы сборника придерживаются в
целом умеренно либеральных взглядов.
Разумеется, далеко не со всеми выска¬
занными ими суждениями и оценками
относительно развития советского об¬
щества можно согласиться, по в чем-то
существенном им удалось приблизиться
к пониманию корней и истоков победы
советского народа в Великой Отечествен¬
ной войне н его достижений в послево¬
енном восстановлении.
Как выстоял СССР в тяжелейшей вой¬
не? Где были найдены ресурсы, чтобы
ее выиграть? Откуда взялись силы у со¬
ветского парода на послевоенное восста¬
новление? Эти и другие вопросы нахо¬
дятся в центре сборника, определяя его
направленность и основные выводы.
«Лейтмотив этого сборника,— указывает
С. Линз,— тема неоспоримого торжества
советской системы, проявившегося в от¬
ражении нападения Германии, распола¬
гающей почти невероятным первона¬
чальным превосходством, и несмотря на
колоссальные потери в живой силе и сна¬
ряжении» (с. 2). По словам Дж. Мнлла-
ра, профессора экономики университета
штата Иллинойс, «ни одно современное
общество, приняв столь жестокий удар,
как операция «Барбаросса», не выжило
бы как политическое, экономическое и
социальное целое» (с. 283).
Авторы сборника, по существу, при¬
знают значение победы Советского Сою¬
за для мировой цивилизации. «Защита
России от нацистов, разумеется, означа¬
ла защиту человеческого достоинства как
такового», отмечает, например, профес¬
сор русской литературы университета
штата Мичиган Д. Браун (с. 244).
Американских исследователей очень
интересует механизм функционирования
социалистической системы в условиях
военного времени, как осуществлялась
мобилизация сил и средств на отпор
врагу, каким образом достигалась высо¬
кая степень концентрации усилий совет¬
ского общества иа ключевых направле¬
ниях борьбы с фашистскими захватчика¬
ми. Особый интерес авторов сборника
вызывает быстрый перевод советской
экономики на военные рельсы, эвакуация
сотен промышленных предприятий на
Восток страны, создание слаженной во¬
енной экономики, обеспечившей Крас¬
ную Армию всем необходимым. Как под¬
черкивает политолог из Массачусетско¬
го университета С. Либерман, несмотря
на трудности начального периода войны,
«советский режим обладал достаточной
силой и необходимыми материальными,
моральными и административными ре¬
сурсами, чтобы с величайшим успехом
осуществить эвакуацию промышленно¬
сти» (с. 71).
Вторая мировая война — «война мото¬
ров», явилась великим противоборством
не только армий, но и хозяйственных си¬
стем. Продемонстрировал свои преиму¬
щества и советский колхозный строй.
Хотя сельское хозяйство подверглось су¬
ровым испытаниям, связанным с потерей
обрабатываемых площадей, уходом в ар¬
мию важнейшей части населения дерев¬
ин, нехваткой техники и т. д., его дости¬
жения были «впечатляющими». Профес¬
сор экономики из университета Глазго
А.	Ноув обращает внимание на героизм
«миллионов падающих с ног от устало¬
сти и голодных крестьян, большей ча¬
стью женщин, которые кормили тыл и
158

армию в условиях для нас просто неве¬
роятных» (с. 89).
Выполнила свою задачу п транспорт¬
ная система страны, прежде всего же¬
лезные дороги. Фронт безотказно полу¬
чал все необходимое для победы. Как
отмечает X. Хантер, профессор Хавер-
фордского колледжа, «вместо того, что¬
бы способствовать краху режима, как
это было с русскими железными доро¬
гами в первой мировой воине, советский
железнодорожный транспорт во второй
мировой войне обеспечил прочные свя¬
зи, спаявшие всю страну в единое целое»
(с. 57).
Буржуазные авторы обычно не каса¬
ются роли Коммунистической партии,
сумевшей мобилизовать советское об¬
щество на достижение единой цели.
В сборнике предпринимается попытка
более объективного анализа и этого во¬
проса, например, дается высокая оценка
деятельности созданного в первые дни
войны по решению партии Государствен¬
ного Комитета Обороны (ГКО), который
сосредоточил в своих руках всю полпоту
власти в стране и явился воплощением
гибкости и эффективности системы госу¬
дарственного руководства в чрезвычай¬
ной обстановке военного времени. «Важ¬
но,- отмечает Дж. Миллар,- что вторая
мировая война доказала действенность
экономических и административных
структур, созданных большевиками в
30-е годы, как и самой партии. Они про¬
шли проверку в самых что ни на есть
экстремальных условиях и выдержали
ее» (с. 286).
Авторы сборника, например, Миллар,
отдают должное силе советского патрио¬
тизма, самопожертвованию, стойкости и
мужеству советского народа. Они отме¬
чают роль советской литературы и пуб¬
лицистики, которые находились на пе¬
реднем крае борьбы с врагом. «С момен¬
та нападения армий Гитлера на СССР и
вплоть до поражения фашистов четырь¬
мя годами позже усилия советского ли¬
тературного сообщества были целиком
подчинены войне»,- пишет Д. Браун
(с. 243).
Конечно, не следует преувеличивать
возможности западных исследователей,
даже относящихся к либеральному на¬
правлению, но исповедующих буржуаз¬
ную методологию. В данном случае речь
идет об имеющей явно прагматические
цели попытке комплексного изучения
особенностей функционирования совет¬
ской системы в экстремальных услови¬
ях военного времени, под давлением и
сверхдавлением на нее внешних сил.
Поэтому те выводы, к которым пришли
в результате самостоятельного анализа
буржуазные авторы, не могут не иметь
определенной ценности.
При знавая очевидными многие факты,
свидетельствующие о превосходстве со¬
циалистического государства, проде¬
монстрированном в годы войны с фашиз¬
мом, авторы вместе с тем остаются под
влиянием устоявшихся в буржуазной ис¬
ториографии концепций происхождения
«холодной войны» и особенностей после¬
военного мирового развития. Они, напри¬
мер, умалчивают о том, что советский
народ, переживший кровопролитную вой¬
ну, был жизненно заинтересован в проч¬
ном послевоенном мире и успешно осу¬
ществил восстановление народного хо¬
зяйства в сжатые исторические сроки,
несмотря па навязанную ему империа¬
лизмом США «холодную войну» и гон¬
ку ракетно-ядерных вооружений. Пол¬
ностью несостоятельны также и попытки
доказать, будто послевоенному восста¬
новлению СССР могли бы способство¬
вать американские кредиты, в частности
пресловутый «план Маршалла», которые,
как известно, сопровождались неприем¬
лемыми для Советского Союза и стран
народной демократии политическими ус¬
ловиями.
Выход в свет рассматриваемой книги
спустя 10 лет после победы советского
народа в Великой Отечественной войне,
в острой международной обстановке се¬
редины 80-х годов — факт сам по себе
достаточно примечательный. Содержа¬
щиеся в сборнике выводы и оценки вос¬
принимаются как своего рода предосте¬
режение не обольщаться на предмет
«слабости» Советского государства, рож¬
денного Великим Октябрем.
А.	Ю. Борисов
159

M, WOLFERS, J. BERGEROL. Angola in the Front Line. London. Zed
Press. 1983. XII, 238 p.
М. УОЛФЕРС, ДЖ. БЕРДЖЕРОЛ. Ангола на переднем крае борьбы.
Героической борьбе ангольского народа
против происков внешней и внутренней
контрреволюции посвящена монография
английских буржуазно-либеральных ис¬
ториков — М. Уолферса и Дж. Бердже-
рол. Оба они около 4 лет, с 1974 но
1978 г., пробыли в Анголе.
Описываемые в книге события возвра¬
щают к памятным дням апреля 1974 г.,
когда в Португалии пал фашистский ре¬
жим. В середине января следующего
года между португальским правительст¬
вом и руководством национально-освобо¬
дительного движения Анголы было
подписано Алварское соглашение о пре¬
доставлении ей независимости с И но¬
ября 1975 года. В тот же день было про¬
возглашено создание Народной Респуб¬
лики Ангола (НРА). В течение переход¬
ного периода власть в ней концентриро¬
валась в руках Временного коалицион¬
ного правительства 1. Однако первые же
попытки Народного движения за осво¬
бождение Анголы (МПЛА) приступить
к проведению прогрессивных преобразо¬
ваний были встречены в штыки внеш¬
ней и внутренней реакцией. Под давле¬
нием западных покровителей т. н. На¬
циональный фронт освобождения Анго¬
лы (ФНЛА) во главе с X. Роберто и На¬
циональный союз за полную независи¬
мость Анголы (УНИТА) во главе с
Ж. Савимби блокировали работу пере¬
ходного правительства. Они стремились
дестабилизировать положение в стране,
развалить экономику и создать тем са¬
мым предлог для вмешательства извне.
Летом 1975 г., опираясь на поддержку
народных органов власти, МПЛА смогло
«установить контроль над 11 из 16 про¬
винциальных центров» (с, 15). В ответ
с севера к ангольской столице ускорен¬
ным маршем двинулись формирования
Роберто и заирские войска, с юга - бро¬
нетанковые части ЮАР, отряды УНИТА.
10 ноября в районе Кифандонго (приго¬
род Луанды) подразделения МПЛА и
пришедшие к ним на помощь кубинские
интернационалисты нанесли сокруши¬
тельное поражение заирским войскам.
1 Angola, the Independence Agreement.
Lisboa. 1975, pp. 3-4.
Ликвидировав угрозу с севера, револю¬
ционно-патриотические силы, как отме¬
чается в книге, оказали «наиболее орга¬
низованное сопротивление южноафрикап-
ским войскам и УНИТА в долине р. Ке-
ве и порта Амбоин» (с. 37). Эти сраже¬
ния стали переломным моментом вто¬
рой освободительной войны (1975-
1976 гг.). Уже в начале 1976 г. Народ¬
ные вооруженные силы освобождения
Анголы (ФАПЛА) добились значитель¬
ных успехов, изгнав интервентов из се¬
верных и центральных районов. 27 марта
правительство ЮАР официально заявило
о выводе войск с ангольской территории.
Завоевав независимость, МПЛА могло
приступить к проведению политических
и социально-экономических преобразова¬
ний. Анголе, подчеркивается в моногра¬
фии, досталось тяжелое колониальное
наследие. Империалистическая агрессия
усугубила и без того катастрофическое
положение молодой республики. В ин¬
тервью газете «Journal de Angola» 29 сен¬
тября 1977 г. комиссар юго-восточной
провинции Квандо-Кубанго М. Пуку
заявил, что после ухода интервентов им
«практически пришлось начинать с ну¬
ля». Действительно, ущерб, причиненный
в результате вторжения расистов и их
пособников, превысил 6,7 млрд. долла¬
ров. Массовый отъезд после провозгла¬
шения независимости белых поселенцев
поставил экономику Анголы в трудное
положение, поскольку она лишилась
опытных управленческих кадров в про¬
мышленности и сельском хозяйстве,
квалифицированной рабочей силы.
В этот сложный, поистине критический
момент, подчеркивают авторы, руково¬
дители НРА сделали основной упор на
«постепенную трансформацию капита¬
листической экономики посредством на¬
ционализации и коллективизации»
(с. 156). 3 марта 1976 г. был принят За¬
кон о конфискации и национализации.
Он предусматривал переход в собствен¬
ность государства предприятий, владель¬
цы которых бросили их или были винов¬
ными в саботаже мероприятий прави¬
тельства. Радикальные преобразования
не обошли стороной и сельские районы.
Здесь появились тысячи крестьянских
460

ассоциаций -. Население получило сво¬
бодный доступ к образованию, бесплат¬
ному медицинскому обслуживанию. При¬
няты законы о социальном обеспечении
и страховании (с. 111-112. 116). Вместе
с тем авторы обращают внимание на
трудности, которые испытывает эконо¬
мика республики. Свыше 90% продо¬
вольствия приходится импортировать
из-за рубежа. Не хватает многих това¬
ров широкого потребления. Сельское хо¬
зяйство лишь на 15% удовлетворяет
нужды промышленности (с. 147). В го¬
сударственных учреждениях не изжита
практика непотизма, коррупции и т. д.
Особое недовольство выражают те пред¬
ставители бюрократической прослойки,
африканского духовенства, мелкой бур¬
жуазии, которые при колонизаторах за¬
нимали относительно привилегирован
нее положение.
Приход к власти революционно-демо¬
кратических сил обнажил противоречия
внутри нащюиалыю-освободител ыюго
фронта. Летом 1976 г. в МПЛА оформи¬
лась подпольная фракция во главе с
членом ЦК. министром внутренней ад¬
министрации Н, Ал пишем. Ее отличали,
как считают авторы, «левацкая агита¬
ция», «популистская риторика» (с. 77.
83). Алвишисты полагали, что в моло¬
дой республике начнется распад анти¬
империалистического фронта, от рабоче¬
го класса отпадут его бывшие союзники
по освободительной борьбе — крестьянст¬
во, интеллигенция, мелкая буржуазия.
По мнению фракционеров, это должно
привести к автоматическому укреплению
позиций мелкой буржуазии, которая бу¬
дет домогаться политической власти.
К мелкой буржуазии они причисляли
всех белых п мулатов, независимо от их
социального и имущественного положе¬
ния. В этой связи ставилась задача не¬
медленно покончить с «мелкой буржуа¬
зией» как классом, не останавливаясь
перед физическим уничтожением его
представителей. В книге поясняется, что
особые нападки вызвало решение пра¬
вительства НРА не препятствовать раз¬
витию частного предпринимательства,
если оно соответствует интересам нацио¬
нальной реконструкции. Алвпш, по сло¬
вам М. Уолферса 51 Дж. Берджерол, ра¬
товал за ускоренную национализацию.
2 Зотов Н. Ангола: борьба продолжа¬
ется. М. 1985. с. 15.
включая собственность американской
компании «Галф ойл». отказ от каких-
либо связей с капиталистическими стра¬
нами. Иными словами, лидер раскольни¬
ков выступал решительным противни¬
ком «постепенного перехода к социализ¬
му» (с. 77). Такая деятельность алвнши-
стов привела их к попытке государст¬
венного переворота в мае 1977 г., кото¬
рая окончилась провалом.
Деятельность внутренней реакции
объективно смыкается с происками
внешней контрреволюции, которая, как
справедливо отмечают М. Уолферс и
Дж. Берджерол. пользуется «поддерж¬
кой всех крупных западных держав»
(с. 233). По сути, речь идет о совмест¬
ной стратегии Вашингтона и Претории,
направленной против прогрессивных го¬
сударств южноафриканского региона.
Именно они выдвинули идею т. н. увяз¬
ки предоставления независимости сосед¬
ней Намибии с выводом из Анголы ог¬
раниченного контингента кубинских до¬
бровольцев. С благословения США рейды
расистских войск на территорию Анго¬
лы стали постоянными. В июле 1985 г.
сенат США отменял поправку Кларка,
запрещавшую оказание тайной или яв¬
ной помощи ангольским марионеточным
организациям. Изгнанные с территории
НРА в ходе Второй освободительной
войны сторонники Савимби наш ш при¬
бежите в Намибии. Отсюда улитовцы
просачиваются в южные и центральные
районы Анголы.
Эта организация как и прежде стре¬
мится играть на межплеменных проти¬
воречиях, различных суевериях, кас-
сикизме, противопоставляя овимбунду
другим народностям страны. По мнению
авторов, «мистика и страх — основное
оружпе УНИТА» (с. 213). Поддавшись
демагогической, правонационалистиче¬
ской пропаганде, сотни обманутых
крестьян очутились в лесных лагерях
УНИТА. Малейшее неповиновение, же¬
лание возвратиться домой жестоко на¬
казываются. Эта обездоленная, готовая
на все масса призвана убивать партий¬
ных активистов, жечь школы, больницы,
кооперативы якобы для того, чтобы «ус¬
корить приход второго Христа» в образе
Савимби (там же). Как отмечалось в од¬
ном из документов МПЛА — Партии тру¬
да (ПТ), созданной на I съезде в декаб¬
ре 1977 г., «враги народа, умело исполь¬
зуя наши трудности в сельских районах,
6 Вопросы истории, M« 1.
161

подрывают основы союза рабочих и кре¬
стьян, пытаясь противопоставить кресть¬
янство городам и открыть путь контр¬
революции» 3.
Обострение фракционной борьбы,
происки внешней и внутренней реакции
требовали консолидации освободительно¬
го движения, его постепенного преобра¬
зования в политическую партию. Авто¬
ров, вероятно, трудно обвинить в из¬
лишней предвзятости, необъективности,
когда они говорят, что для Анголы это
крайне не простая задача. Местная про¬
мышленность развита слабо, рабочий
класс более чем .малочислен, «со слабым
классовым сознанием» (с. 162). Афри¬
канским рабочим зачастую не хватает
элементарного образования, становление
их мировоззрения происходит в острой
борьбе с националистическими и рели¬
гиозными взглядами, мелкобуржуазны¬
ми представлениями. Крестьянство нахо¬
дится под сильным воздействием пат¬
риархальных обычаев, авторитета пле¬
менной знати и священнослужителей.
Несмотря на эти п другие многочис¬
ленные трудности, 1 съезд МПЛА (де¬
кабрь 1977 г.) провозгласил курс па по¬
строение авангардной партии трудящих¬
ся. «Победоносно завершив два этапа
героической борьбы за национальное ос¬
вобождение и начав процесс создания
материальной базы для построения со¬
циализма, МПЛА выполнило свою исто¬
рическую миссию как национально-осво¬
бодительное движение,— подчеркивалось
на съезде.- Строительство народной де¬
мократии и социализма требует качест¬
венных сдвигов в политическом, идеоло¬
гическом н организационном плане,
с тем чтобы передовая партия могла
наиболее полно выполнять свою роль в
управлении обществом»4. После съезда
партийные ячейки стали возникать на
предприятиях и в учреждениях, госу¬
дарственных фермах н кооперативах.
В настоящее время МПЛА—11Т объеди¬
няет в своих рядах 35 тыс. членов. Это
промышленные и сельскохозяйственные
рабочие (35%). бывшие активисты анти¬
колониальной борьбы (21.9%), цредстя-
3 Tese. O partido e la luta de classes.
Luanda. 1985, p. 15.
4 Neto A. Relatorio do Comité Central
ao Io Congresso do MPLA. Lisboa. 1978,
p. 25.
витсли прогрессивной интеллигенции,
другие непролетарские слои.
Эти данные, кстати, полностью проти¬
воречат утверждению авторов, что пар¬
тийные функционеры представляют со¬
бой некую «привилегированную элиту»,
возвышающуюся над рядовой массой
(с. 177). В уставе МПЛА-ПТ говорится,
что при приеме в партию предпочтение от¬
дается выходцам из рабочих и крестьян.
.Многие члены партии имеют неполное
начальное образование, однако регуляр¬
но посещают курсы по борьбе с негра¬
мотностью. партийные школы. Правда,
руководство М11ЛА-1ГГ не может не тре¬
вожит!. относительно медленный приток
в организацию представителен крестьян¬
ства (23%), далеко недостаточно!* внед¬
рение партийных структур в сельские
районы. «Проблема роста члепов партии
в сельской местности.— подчеркивалось
на II съезде МПЛА-ИТ (1985 г.).-заслу¬
живает особого внимания, поскольку по¬
беда народно-демократической револю¬
ции предполагает наличие рабоче-кре¬
стьянского союза, который содействует
борьбе масс против эксплуатации и ста¬
новлению новых производственных отно¬
шений в городе и деревне» г’.
Рассматриваемая книга является пер¬
вым обобщающим исследованием, где на
большом фактическом материале, с при¬
влечением разнообразных источников,
часть которых ранее не вводилась в обо¬
рот, дается широкая картина револю¬
ционно-демократических изменений,
происшедших в Анголе после завоева¬
ния независимости.	Авторами показана
героическая борьба	трудящихся по за¬
щите республики,	разоблачается под¬
рывная деятельность империалистиче¬
ских государств во главе с США. кото¬
рые вкупе с расистами ЮАР, головореза¬
ми УНИТА ведут «необъявленную» вой¬
ну против НРА. Естественно, не со все¬
ми выводами английских исследовате¬
лей можно согласиться. В частности, это
касается вопросов	партийного строи¬
тельства. Однако несомненно одно: авто¬
ры с горячей симпатией, надеждой вос¬
принимают те радикальные перемены,
которые происходят в ангольском об¬
ществе.
И. М. Зотов
5 Santos Е. Relatorio do Comité Cent¬
ral ao II Congresso do MPLA-Parüdo tra-
balho. Luanda. 1985, p. 12.
162

КОРОТКО О КНИГАХ
Uiе DDR in der Weit des Sozialismus. Bl l.
Staatsverlag. 1985. 238 S.
ГДР в мире социализма.
Мосту и роли ГДР в мире социализма,
проблемам сотрудничества ГДР с други¬
ми социалистическими государствами
посвящена монография, подготовленная
коллективом ученых Института между¬
народных отношении Академии госу¬
дарства и права ГДР 1. Книга написана
на основе большого документального ма¬
териала - решении съездов и пленумов
ЦК* СЕПГ, внешнеполитических докумен¬
тов ГДР, статистических и других мате¬
риалов.
Авторы подчеркивают, что ГДР, нахо¬
дясь в центре Европы, на границе между
социализмом и империализмом, Органи¬
зацией Варшавского Договора и НАТО,
вносит существенный вклад в координа¬
цию внешней политики братских госу¬
дарств, в укрепление их военпого сотруд¬
ничества. Совместные усилия стран со-
цпалпстического содружества привели к
заключению комплекса их договоров <;
<61'Г, а также четырехстороннего согла¬
шения по Западному Берлину, созыву
Совещания по безопасности и сотрудни¬
честву в Европе. Международное поло¬
жение ГДР значительно укрепилось:
Гилла ликвидирована дипломатическая
блокада республики, организованная им¬
периализмом. окончательно рухнула по¬
литика непризнания первого на немецкой
земле социалистического государства.
Приводимые авторами факты показы¬
вают, что углубление всестороннего со¬
трудничества ГДР с СССР является объек¬
тивной необходимостью. Главные направ¬
ления в развитии отношений двух госу¬
дарств определяются Договором о друж¬
бе, сотрудничестве и взаимной помощи.
Ядром договора является курс па сбли¬
жение обеих стран и народов. В книге
рассматриваются формы межпартийного
сотрудничества, причем подчеркивается
значение встреч высших руководителей
СЕПГ и КПСС. Экономическое сотрудни¬
чество двух государств, развивающееся
на основе полпого равноправия и взаим¬
ной выгоды, все больше перемещается в
сферу материального производства. Авто¬
ры пишут о том, что создаются совмест¬
ные экономические организации, разви¬
ваются прямые контакты .между комби¬
натами ГДР и паучио-производственпы-
ми объединениями и предприятиями
СССР, а также между общественными
организациями и трудящимися двух го¬
сударств.
15 книге дана обстоятельная картина
развития отношений ГДР и с другими
1 Авторский коллектив: 3. Квилич (ру¬
ководитель), С. Баар, К. Бюхнер, 3. Ви¬
зирок. X. Габриель, Д. Грейм, Д. Грель,
3. Кроме, X. Кунц, Р. Куфал, А. Лацо,
Г. Раубе. Ф. Талькенбсрг, Г. Шаль.
социалистическими странами. Приведен¬
ные авторами факты разоблачают
антикоммунистические концепции за¬
падногерманских «остфоршеров» о роли
ГДР в социалистическом содружестве,
о ее отношениях с СССР и другими со¬
циалистическими государствами. Через
всю книгу проходит мысль о том. что
принадлежность ГДР к социалистическо¬
му содружеству, ее братский союз с СССР
являются надежной гарантией ее без¬
опасности и укрепления ее международ¬
ных ПОЗИЦИЙ.
Ю. В. р1'0:,(ШЧ
ТС HKKAYA ATAÖV. /kinci üünya Sa rast.
Neden Ctktii Nasit Sürdü? Asija re Afri¬
ka’ tji Nasil Etkiledi? Birey ve Tophirn
Yayinilari. Ankara. 1985. 160 s.
'ПОРККЛЯ АТЛЁВ. Вторая мировая вой¬
на {Причины возникновения? Ход вой¬
ны? Влияние на Азию и Афр ику?)
Т. Атаёв - известный турецкий уче¬
ный, профессор Лнкарского университе¬
та, автор трудов по международным от¬
ношениям и внешней политике Турция.
Одна из его книг - «США, НАТО и Тур¬
ция» переведепа на русский язык в
1973 году.
Т. Атаёв объясняет появление своей
повой книги тем. что многие западные
издания, посвященные второй мировой
войне, вводят читателя в заблуждение.
В монографии даны обч.ективньш харак¬
теристики германского империализма,
японского милитаризма. итальянского
фашизма, испанского фалангнзма. пока¬
заны капитулянтская п антисоветская
сущность политики Англии. Франции в
цредвооппое время, а также корни
«странной войны».
Атаёв раскрывает роль Англии. Фран¬
ции, США, потворствовавших агрессии в
надежде направить ее в сторону Совет¬
ского Союза. Весьма актуально звучит
оценка автором позиции Англии и Фран¬
ции во время совстско-апгло-фрапцуз-
ских переговоров 1939 года. Англичане
заранее были готовы прервать перегово¬
ры. воспользовавшись проблемой опреде¬
ления «косвенной агрессин». Говоря о
двойной игре английской дипломатии,
автор подчеркивает: ведя «незначитель¬
ные» переговоры с Советским Союзом,
англичане в то же время договаривались
с Гормапией о разрешении разногласий
н подготовке нового раздела мпра. Ан¬
глия готова была обеспечить Германии
международный заем в 1 млрд. ф. ст.
(с. 80) в случае, если Гитлер не тронет
Запад и пойдет на Восток.
Но мнению автора, политика Англия
и Франции «подталкивала Советский
Союз на путь... подписания 23 августа
1939 г. советско-германского договора о
ненападении... Этот выбор. — подытожнва-
6*	163

воевать на два фронта (с 1 орманиеи и
Японией) и дал возможность для подго¬
товки против агрессии, которая рапо или
поздно должна была произойти» (с. 82).
Первый этап второй мировой войны
(до нападения Германии на Советский
Союз) Т. Атаёв называет «так называе¬
мой войной»: и в ее условиях продол¬
жалась «политика капитуляции перед
агрессором в надежде направить Герма¬
нию па Восток». Советско-германский
фронт Т. Атаёв считает «главным, вели*
ким фронтом» второй мировой войны
(с. 92). подчеркивает решающее значе¬
ние побед Красной Армии пад немецко-
фашпстскими войсками. Второй фронт
был открыт очень поздно (с. 116). Тем¬
ные стороны «этого дела еще требуют
освещения», «некоторые корни «холодной
войны» были заложены в эти годы»
(с. 117).
Т. Атаёв подчеркивает значение вы¬
ступления СССР против Японии. Он на¬
поминает, что до этого дела союзников
на Дальнем Востоке были сложны, аме¬
риканцы планировали высадиться на
Японские острова только в ноябре 1945 -
марте 1946 года. «Последпий этап войны
на Тихом океане,— пишет автор,— начал¬
ся 8 августа 1945 г.» (с. 150); Советский
Союз вместе с монгольскими войсками
заставил капитулировать Квантунскую
армию. Поражение японского империа¬
лизма способствовало развитию нацио¬
нально-освободительного движепия наро¬
дов Южной и Юго-Восточной Азии. Атом¬
ная бомбардировка Хиросимы и Нагаса¬
ки, по убеждепию автора, не диктовалась
военной необходимостью (с. 151).
В книге говорится о достигнутых на
конференциях глав трех великих держав
в Ялте решениях о послевоенном уст¬
ройство мира. Автор отмечает, что запад¬
ные державы упорно стремятся павя-
зать мировой общественности идею ре¬
визии этих решепий.
Б. М. Поцхверия
Historical Dictionary of the Frenck Revo¬
lution 1789—1799. Vol. 1—2. Greenwood
Press. 1985. 1143 p.
Справочник по истории Французской ре¬
волюции 1789-1799 гг.
Приближающееся двухсотлетие Фран¬
цузской буржуазной революции конца
XVIII в. отмечено стремлением истори¬
ков обобщить и систематизировать на¬
копленные данные, появлением справоч¬
ных изданий (в том числе международ¬
ных). посвященных этому событию1. Ре¬
цензируемый справочник — первый в пя¬
титомной энциклопедической серии по
истории Франции - от 1789 г. до III рес-
1 DicÜonnaire des usages socio-politi-
ques (1770—1815). P. 1985; Handbuch po¬
litisch-sozialer Grundbegriffe in Frank¬
reich 1680-1820. Oldenburg. 1985-1986.
служоои конгресса сшл. в раооте пад
ним приняли участие1 преимущественно
преподаватели американских университе¬
тов. Б их числе Д. Хорвард (университет
штата Флорида) и Р. Холтмап (универси¬
тет штата Луизиана) — руководители кон¬
сорциуме, по изучению революционной
Европы 1750—1850 годов". Составители —
С. Скотт (университет Детройта) и Б. Рот-
хаус (университет штата Северная Ка по¬
липа).—не ограничиваясь своими сооте¬
чественниками, привлекли авторов из
других, в том числе социалистических,
стран3. Таким образом, справочник яв¬
ляется. по сути дела, международным
изданием.
Статьи справочника охватывают проб¬
лемы экономики, политики, социальных
отношений, культуры революционной
эпохи, историографии. Остановимся па
статьях, наиболее важных в методе логи¬
ческом отношении. По мненью Р. Пьен-
вешо (Миссурнйский университет), рево¬
люция положила конец идеалам Просве¬
щения (с. 360-362). Бьенвепю обходит
.молчанием поворот, происшедший в умах
французов,-от идеалов Просвещения к
идеалам революции. Между тем в самих
США вышли работы 4 как о судьбах идей
Просвещения, особенпо в конце 70-х -
80-х годах XVIII в., так н о коллектив¬
ных представлениях, ментальности в ука¬
занный период.
Характеру революции посвящена статья
Дж. Тэйлора - представителя т. н. реви¬
зионистского направления в американ¬
ской историографии Французской рево¬
люции5. Автор пытается опровергнуть
интерпретацию революции как победы
капитализма над феодализмом. Он стре¬
мится доказать, будто во Франции нака¬
нуне революции отсутствовал;! сколько-
пибудь серьезны«' экономические проти¬
воречия между привилегированными и
непривилегированными собственника¬
мив. Однако критическое осмысление по-
2 Подробнее о консорциуме см.: G о-
dechot J. L’histoire de la Révolution
française aux Etats-Unis.— Annales ¡¡isto-
riques de la Révolution Française. 1983.
№ 254.
3 В. М. Далин — СССР, М. Сенковская-
Глюк - Польша, В. Марков - ГДР.
4 См., напр., Darnton R. Mesmerism
and the End of the Enligh Tenment in
France. Cambridge (Mass). 1968; e jusd.
Intellectual and Cultural History, hr The
Past before Us. Ithaca - Lnd. 1980;
e j u s d. The Literary Underground of the
Old Regime. Cambridge (Mass.). Lnd. 1982.
5 См. А до А. В. Великая Французская
революция и ее современные критики.
В кн.: Вопросы ¿методологии и истории
исторической науки. Выи. 4. М. 1986.
6 Т а у 1 о г G. V. Types of Capitalism in
Eighteenth — Century France.— English Hi¬
storical Review, 1964. vol. 79; e j u s d.
Noncapitalist Wealth and the Origins of
the French Revolution.— American Histo¬
rical Review, 1967, № 6.
164

марксистскую концепцию Французский
революции. Из представленных Тэйлором
данных видно, что накал классовой борь¬
бы в 1789—1799 гг. объясняется яе толь¬
ко и пе столько остротой конфликта
между социальными группами старою
порядка, сколько беспрецедентным пере¬
распределением средств производства, об¬
щественного богатства в ходе самой ре¬
волюции и утверждением на эти!! осно¬
ве новых собственников во всех сферах
хозяйства.
Статьи Г. Кейтса и А. Патрик касаются
жирондистов и монтаньяров. Этими ав¬
торами написаны обобщающие исследо¬
вания упомянутых политических груп¬
пировок7. Патрик значительное внима¬
ние уделяет количественному и качест¬
венному составу монтаньяров и Конвен¬
те. Кейтс перечисляет специфические,
на его взгляд, черты жирондистской по¬
литики: стремление к представительной
7 Patrick A. The Men of Uie First
French Republic: Political Alignments in
the National Convention of 1792. Baltimo¬
re. Î972; Kates G. The Cercle Social, the
Girondins and the French devolution.
Princeton. 1985.
прнннмательства. политическому равно¬
правию, сохранению гражданского уст¬
ройства церкви. Вызывает возражение
общая черта обеих статей (особенно ярко
она проявляется у Патрик) — взгляд па
жирондистов и монтаньяров исключи¬
тельно через призму их сопоставления и
борьбы между ними.
Жирондистам и монтаньярам принад¬
лежит свое собственное место в револю¬
ционном процессе, они имеют собствен¬
ную историю, не сводимую к конфликту
Горы и Жиронды. Перспективным по¬
этому представляется изучение этих
группировок «изнутри», анализ пх форми¬
рования, идей, деятельности их вождей.
Для советской историографии, где жи¬
рондисты долгое время оставались в тени
монтаньяров, это особенно важно.
Материалы справочника подтвержда¬
ют плодотворность и необходимость меж¬
дународного научного сотрудничества.
Они знакомят читателя с новейшими тен¬
денциями в освещении узловых проблем
истории Французской буржуазной рево¬
люции конца XVIII в. и побуждай^г за¬
думаться О перспективах их дальнейше¬
го изучения.
С.	Я. Карп
По страницам зарубежных журналов
СОДЕРЖАНИЕ ЖУРНАЛОВ, ВЫХОДЯЩИХ
В СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАНАХ
Исторически преглеО. София. 19S7, № 9.
Ц. Петров. Появление ц утверждение
бригадной организации труда в Болга¬
рии (1944-1949 гг.); Е. К. Симеоно-
ва. Женский вопрос в Болгарин в нача¬
ле 20-х гг, XX в.; С о о б щ е н и я. И. П о п-
петров. Организации «Отец Паиснй» и
«Болгарская орда» во время второй ми¬
ровой войны; А. К р о с т е в. Учреждение
сербской автокефальной церкви (1219 г.)
и отношения архиепископий в Охриде п
Тырвово; Историография. Р. По¬
пов. С. Дамянов как исследователь;
Дискуссии. Еще раз о существовании
БРЦК в Бухаресте до .мая 1872 года.
Partlorieneti kozlemetvyek. Budapest. 1987.
№ 3.
Я. Берец. Октябрьская революции и
Венгрия; Т. Краус. К историографии
Великой Октябрьской социалистической
революции; Д. М и л е и. В начале нуги,
ведущего к ленинизму (О Бела Куне);
3. Кожин, Политика НОРП в 1953—
1956 гг.; Сообщения. Я. М о л ь в а р.
Венгерская социалистическая рабочая
партия о 1956 годе; Й. Ф а р к а ш. Аграр¬
ный социализм и национальный вопрос
в Южной Венгрии в конце XIX в.;
II. В а р н а и. О некоторых особенностях
политики Итальянской компартии по от¬
ношению к союзникам рабочего класса.
Szazadoh. Budapest. 1986, № 3.
Е. С ю ч. Славонские банские денарии
в Транспльвапии. История торговли в
свете истории монет (1318—1336 гг.);
Л. Ф е к е т е. Первые шаги международ¬
ного разделения труда в северной части
средневековой Европы; Сообщения.
Т. В а н ё. Венгерская историография
церкви: достижения и задачи; Т. И в а н ё-
ш и - С а б о. Население и экономика Надь-
кёрёпга по данным описей 1689 года.

gung. Berlin. 1987, № 5.
И. Целы Октябрь 1917 г.-начало
новой истории человечества; Э. К а л fa¬
il о, Великая Октябрьская социалистиче¬
ская революция и цикл социалистиче¬
ских революций; П. Ill м а л ь ф у с. Меж¬
дународный рабочий заем для Советской
России в 1921-1923 гг.; К.-Х. Грефе.
Начало прямых связей округов ГДР с
областями и республиками СССР в 60-е гг.;
Документы п материалы.
Новые ленинские документы из Ленин¬
ского сборника (В. Вихман); Г. Алек¬
сандер о К. Цеткин (С. А л е к с а п д е р);
Воспоминания. От научного об¬
щества к массовой организации (К 40-
летию Общества германо-советской друж¬
бы) (Г. X а м а х е р); Научные со¬
общен и я. Л. Г. Б а б п ч о н к о. К. Цет¬
кин. Год из жизни революционерки
(1924 г.); Б. 3 а б а р к о. Из истории
антифашистской деятельности Межраб-
пома; В. В. Аникеев. Об открытии и
собирании новых документов из ленин¬
ского наследия:	Биографические
очерки. Максим Цеткин — коммунист,
врач, деятель здравоохранения (Б. М е н-
е р).
Zeitschrift für Geschichtswissenschaft. Ber¬
lin. 1987. Ai 8.
Ф. Хауэр. В. К ю т т л е р. Макс Ве¬
бер - влияпие. значение, метод. О неко¬
торых основных чертах его исследова¬
тельского подхода и их современной
оценки: В. Шредер. Вердин в период
Германской империи; X. III и и т т е р.
Наемное войско и оборона страны. Аль¬
тернативы в развитии военного дела на
территориях Ге рманской феодальной им¬
перии в XVI-XVII вв.: В. В л я й б е р.
'Голографический дуализм - нерешенная
проблема истории возникпонения фео¬
дальных городов.
Ze ilschrifl für Geschichtswissenschaft.
1987. Ai 9.
X. Ф и д л е р. Дискуссия в СЕМГ о под¬
готовке II съезда партии (сентябрь
1947 г.); В. Ковальски. Достижения
и недостатки в деятельности Союза ком¬
мунистов; Ф. Хорст. Естественные усло¬
вия и раннеисторическое1 засоление окру¬
ги Берлина.
i’rzeglqd hisloryczmj.
Warszawa. 1987, As 1.
A.	Рахуба. Попытки польского ко¬
ролевского двора н В. Любомнрского при¬
влечь па свою сторону Литву в 1664 г.:
А.	В о л ь т а и о в с к и й. 7. постюнтко н
первый этап земельной реформы (28 мар¬
та - 1 мая 1794 г.): А. Ф р к ш к е. Конф¬
ликт в Партии труда в 1912 г.: Мате¬
риал ы. Е. К о х а и о в с к и й. ()тчет о
деятельности комиссариата Польской на¬
циональной организации в Лодзи (ок-
Истоки Глоговского княжества (в связи
со статьей Е. Мулярчика); С. Р у д н и ц-
к и й. Национализм и религия (в связи
с работой Б. Грота).
Siqski kwartaini/г
historyezny Sobótka. Wroclaw.
1987, № 2.
Л. Л о ц е е в и ч. Функция мест языче¬
ского культа в политической системе за¬
падных славян при родоплеменном строе;
Е. Рыма р. Политико-правовой аспект
отношений Казимира Обновителя со Свя¬
щенной Римской империей и дата при¬
обретения нм Силезии (1041 г.); П. П а-
н и ц. Списки свидетелей на документах
опольского князя Владислава (1246—
1281 гг.); К. О ж о х о в с к и й. К истории
заключения Матвеем Корвипом мира в
Слтлезпи в 1474 г.; К). М а н д з у к. Ду¬
ховные библиофилы в Силезии XVIL в.;
Э. К у л д е р а. Фонд Ф. Лассаля во
Вроцлаве; Р. Т р а б а. Неизвестные пись¬
ма А. Нанеральского.
Studia history czne.
Wroclaw. 1987, Ai 3.
И. Па и и ц. О внутриполитическом по¬
ложения Венгрии во второй половине
XV в.: E. 11 и век. Сельское хозяйство
бялачёвекях имений в 1864 — 1939 гг.;
Я. Б а р т ы з о л ь. «Xasza Przyszfosc» о
монархической идее. Проблема суверен¬
ной власти в концепциях Я. Бобжпнь-
ского (30-е годы); Б. X ж а н о в с к и й.
Уничтожение польского населения не¬
мецкими оккупантами на территории
Краковского дистрикта по данным под¬
польных изданий; 3. О р а ч е в с к и й.
Молодежное движение в краковгкнх ву¬
зах в 1948-1956 гг.; Материалы.
В. Б е н ь к о в с к и й. Спор о территории
«Морского ока» на галнцпйско--венгер¬
ской границе. Воспоминания:	Поле¬
мика я дискуссии. М. Г у р н ы.
Исследование старопольской семьи по
данным запещапий; Р е ц е н з и о н н ы е
статьи. П. Ф р a it a in г к. Проблемы
н методы экономической истории в ра¬
ботах Е. Шреммера (ФРГ).
lieruc roiimaine d'histoire.
Bucaresl. 1987. № 3.
P y Mыhи я и первая мировая
война. П. Опреску. Крупная побе¬
да Румынии в 1917 г. в контексте поли¬
тических и военных отношений с союз¬
никами; Генеалогия и история,
Д. Г. Клеш на. Структура и эволюция
румынской знати в Трансильваппп: 3 а-
р у б е ж и и он румынские а р х и-
в ы. Г. П е и е л я. Архивы Морузи в Афи¬
нах; С. М э р и е ш. Неопубликованные
документы о проект»' строительства ка¬
пала Дунай - Черное море; Заметки
и д п с к у с с и и. Э. Обор л е и д е р-
Тарпов я и у. Нумизматика и изучение
истории Юго-Восточной Европы в копце
166

in. i\ о н с т а и т и н и у. но поводу выхо¬
да в свет трехтомной «Истории Тран-
сильвапии».
Byzantittoslarica. Praha.
1987. Д1" I.
В. Б p а н д e с. Апокалиптическое в
Пергамоне (О завоевании Пергамона
арабами в 716 г.); Я. Н. Любарский.
Феофан Контннуат и Гепест. Проблема
общего источника; Г1. Магда л и но.
Литературное восприятие повседневной
жизни в Византии; II. Вачнадзе. К
истории христианских символов.
Historicky casopis.
Bratislava. 1987, Ла 3.
В.	Бородовчак. Чехословацкое эми¬
грантское правительство и проект заклю¬
чения чехослоьацко-иольско-советского
пакта в 1943 г.; Е. Я к е ш о в а. Социаль¬
но-экономические аспекты миграции на¬
селения Словакии в 20-х годах XX в.:
П. Тис а и. Социальная и территориаль-
двпжения в ои-е гг. Л1Л в.: и. л а л у-
п о ц к и. Просвещение и культура спиш-
ских городов и поселков в XV—XVIII вв.;
Обзор. И. К о ч и. Австрославизм чеш¬
ских либералов и вопрос об отношениях
между чехами и словаками накануне ре¬
волюции 1848—1849 гг.
Sloransky prehled. Praha.
1987, № 4.
К. И о м а и з л. О некоторых теорети¬
ческих аспектах обществоведческого ис¬
следования; В. С к а р ж и п с к а. Марк¬
сизм и плюралистическая концепция
общественного развития социалистиче¬
ских стран; Я. Мику л к а. «Новое сла¬
ва некое движение» в Польше после вто¬
рой мировой войны. Ч. II; II. М а т е с.
Обобществление промышленности в ази¬
атских странах народной демократии;
Документы и материал ьг. С. X у-
¡) ы. Словацкие архивные источники о
возвращении словаков и чехов из Бол¬
гарии в 1945-1950 гг.; Я. Кучера. За¬
дачи исторической науки ГДР после ХГ
съезда СЕПГ.
РЕЦЕНЗИИ НА СОВЕТСКИЕ ИЗДАНИЯ *
Агаев С. Л. Иран: Рождение респуб¬
лики.— М.:	Политиздат, 1984,— 336 с.—
Рец.: 11 s с h e г e n s k а I. // Asien, Afri¬
ka, Lateinamerika.— В.. 1987.—Bd. 15, H.
l.~ S. 175-177.
Александров В. A. Обычное пра¬
во крепостной деревин России, XVIII —
начало XIX в./Отв. ред. Гардапов В. K.-
М.:	Наука,	1984,— 253 с.—Рец.:	КоТ
chin P.//Russ, rev.—Cambridge. 1986 -
Vol. 45, № 4 - P. 439-440.
А п п a T о в С. И., К о в а л ь И. Н. Кри¬
тический анализ американской буржу¬
азной историографии: Концепции восточ¬
ноевропейской политики США,— Киев,
Одесса: Высш. шк., 1984.-142 с.- Рец.:
Hatys S. // Studia riauk polit.—W-м а.
1987.- № 2.- S. 200-202.
Дашкова E. P. Записки, 1743 -1810/
Подгот. текста, ст. н коммопт. Моисее¬
вой Г. H., Отв. ред. Степпик Ю. В.- Л.:
Наука. Лениягр. отд-ние. 1985.- 288 с,-
Рец.: М a t h a u s е г о V d S. // Slavia.— Pr..
1987.- Roê. 56, с. 1- S. 99-100.
Д у д з и н с к а я Е. А. Славянофилы в
общественной борьбе.- М.: Мысль. 1983.—
272 с.- Рец.: N i e d е г h a u s е г Е. // Szä-
zadok.— Bp., 1985.-119. évf.. 5/6. sz.-
1378-1381. old.
История дореволюционной России в
дневниках и воспоминаниях. Анпот. ука¬
* Перечень составлеп но журналам,
поступившим в ИНИОН АН СССР в
июле 1987 года.
затель книг и публикаций в журналах.
Т. 4. 1895-1917./Под ред. Зайопчковско-
го П. А,-М.: Книга, 1984.-439 с.-Рец.:
A m b и г g е г E.//Jb. für Geschichte Ost¬
europas.— Wiesbaden, 1986.— Bd. 34, II.
3,- S. 445-440.
Косухи и H. Д. Арена борьбы идей.—
Африка.- М.: Мысль, 1985.-208 с.- Рец.:
Schmidt U.//Asien. Afrika, Latein¬
amerika.- В., 1987,- Bd 15, H. 1.- S. 185-
187.
Кутьев В. Ф. Московский «Рабочий
союз»,- М.: Наука, 1985.-333 с.- Рец,:
Pearl D. L.//Amer. hist, rev.—Wash.,
1987.- Vol. 92, № 2,- P. 458-459.
Л и t а в p и h Г. Г. Раннефеодальные
государства на Балканах, VI—XII вв.—
М.: Наука, 1985.-364 с. Рец.: Тъпко-
ва-Заимова В. // Etudes balkaniques.—
Sofia, 1987.-A. 23, № 1.-C. 124-126.
Новейшая история Вьетнама/Отв. ред.
Мхитарян С. А.- М.: Наука, 1984.—424 с.-
Рец.: Klenner U., Ln lei W.//Asien,
Afrika, Lateinamerika.—B.. 1987,-Bd 15,
H. 2 - S. 361-363.
II и о t p о в с к и й М. Б. Южная Ара¬
вия в раннее средневековье: Становле¬
ние средневекового общества,- М.: Нау¬
ка, 1985.- 224 с.-Ред.: Pre i 131 er H.//
Asien, Afrika, Lateinamerika.—В., 1987,—
Bd 15, H. 2.- S. 368-370.
Революционный процесс в странах Аф¬
рики и Азии/Симония Н. А., Старушеп-
ко Г. Б., Цинцадзе И. П. и др..; Отв. ред.
Громыко Ан. А.— Тбилиси: Мсцниереба,
1984.“ 231 с..- Ред.: Р о 1 а с e k J. // Arch.

jr. oa—do.
Серебрякова 3. Л. Региональные
Советы национальных районов, март
1917 - март 1918.-М.:	Наука,	1984.-
198 с.—Рец.: Henriksson À. // Amer,
hist, rev.—Wash., 1987.-Vol. 92, JVs t.-
р. 179-180.
Смыков If). И. Крестьяне Среднего
Поволжья в период капитализма: (Соц.-
экоп. исслед.)/Отв. ред. Гильманов 3. И,—
М.: Наука, 1984.-232 с.-Pen.: 1. Löwe
H.— Г) /ЛЬ. für GescMchto Osteuropas.—
Wiesbaden, 1986.-Bd 34. H. 3-S. 441-
445: 2. H О с h S. // Amor. hist, rev.— Wash.,
1987. Vol. 92. Л? 1.- P. 174-175.
Соловьев C. M. Избранные труды.
Записки/Изд. подгот. Левандовскии A. A.,
Цимбаев H. И,—М.: Изд-во Моск. ун-та,
1983.-438 с.- Рец.: S i k 1 ó s P. // Száza-
dok.— Bp., 1985.- 119. évf„ 5/6 sz.— 1360—
1362. old.
США — Западная Европа и проблема
разрядки/Давыдов Ю. П., Нодлеспый П. Т.,
Писарев Л. В. и др.; Отв. ред. Давыдов
Ю. II.-М.: Наука. 1986.-263 с.-Рец.:
Пашовски С.//Междупар. отноше¬
ния.- С., 1987.- Т. 16. кп. 3 - С. 83-84.
Улащик H. Н. Введение в изучение
белорусско-литовского летописапия/Отв.
ред. Буганов В. И.- М.: Наука, 1985.-
261 с.- Рен.: Т у s z k i e w i с z .1. // Przog-
M hist.— W-wa. 1987.-T. 78, z. 1.-S.
108-112.
срня стран Тропической Африки 1У6Н-
1980,-M.: Наука, 1983.-263	с.-Рец.:
N о v.- а к Вг. // Przeglqd hist.— W-wa,
1986,- T. 77, z. 3.- S. 596-603.
Филатова II. И. История Кении в
новое и новейшее вр.емя,- М.: Наука,
1985.—380 с.—Ред.: Herzog J. // Asien,
Afrika. Lateinamerika.—В., 1987.-Bd 15,
H.	2,- S. 380 382.
Французский ежегодник: Ст. н мате¬
риалы по истории Франции/Родкол.: За-
гладин В. В. (гл. ред.) и др.- М.: Наука,
1985.	1983. 277 с.- Рец.: Н о 1 z а р f е 1 К. //
Ztschr. für Geschichtswiss.— В.. 1986.-Jg.
34. H. 12 - S. 1116-1117.
4 e p и e г а В. H. Политическая борь¬
ба во Франции и эволюция голлистекой
партии в 60—70 е годы XX в.— М.: Нау¬
ка. 1981.—237 с. Рец.: В а л а м о з о в Б. //
Съвременни социалнк теории,- С., 1986.—
Т. 13, кн. 4,- С. 108-113.
Этнокультурные процессы у народов
Сибири гг Севера: Сборник/Отв. ред. Гур-
влч П. С.- М.: Наука. 1985.-205 с.- Рец.:
Kristen V.//Ces. lid.—Pr., 1987.-Roc.
74.	с. 2,- S. 119-120,
IO X н e в a H. В. Этнический состав и
относоцнальная структура населения Пе¬
тербурга. Вторая половина Х1Х-начало
XX века:	Статистический аналиа/Под
ред. Чистова К. В.- Л.: Наука. Ленингр.
отд-ппе. 1984.-224 с.- Рец.: R a d г i k R. if
Przeghpl polonijny.— Wroclaw etc., 1986.—
R. 12, z. 4.- S. 115-117.
Хроникальные заметки
♦ В Штральзундс (ГДР) 26-31 ок¬
тябри с. г. имел место II Балтийский
этпографпческпй коллоквиум на тему
«Контакты культур в Прибалтике». В нем
примяли участие специалисты ГДР.
СССР. Дании. Норвегии, Финляндии, ФРГ
и Швеции. От СССР выступили с докла¬
дами: Н. В. Ш л ы г и п а «Стадиальное
развитие свадебных обычаев у фишю-
бадтийских народов в XIX в.». Г. Тро-
с к я «Контакты культур у эстонцев
XIX в.», С. Я. Ц и м е р м анис «Соци¬
альный и этнический факторы в латыш¬
ской 1 ародной архитектуре». Л. А. Дум¬
це «Балто-славяно-нсмепкие взаимопро¬
никновения культур (на примере молоч¬
ного хозяйства в Прибалтике)».
^ Научная конференция, посвящен¬
ная 21'0-летшо конституции США, была
проведена в октябре 1987 г. в Берлине.
Вступительное слово произнес директор
Института международных отношении
(ГДР) Герхард Хан. С заглавным до¬
кладом выступил Эккехард Л ибера м.
В прениях рассматривались проблемы
исторической связи этой конституции с
современной внешней политикой, госу¬
дарственно-монополистическим регулиро-
ванием и борьбой за права трудящихся в
США. В работе конференции участвова¬
ло ученые ГДР и СССР.
♦ Комиссия историков ГДР и СССР
совместно с Высшей ш рг.пшой школой
нм. К. Маркса провело г» октябре 1987 г.
в Берлине научную конференцию, посвя¬
щенную 70-летию Великой Октябрьской
социалистической революции: «Красный
Октябрь — коренной поворот в истории
человечества». С докладами на пленар¬
ном заседании выступили Курт Т и д к е
(ГДР), сопредседатель комиссии акад.
В.	А. Виноградов (СССР), акад. Хайн¬
рих Ше е л ь (ГДР). Далее работа кон¬
ференции, в которой приняли участие
ученые ГДР и Советского Союза, прохо¬
дила по секциям.
ф В связи с 70-летпем Великого Ок¬
тября состоялась международная конфе¬
ренция (октябрь 1987 г.) в Лейпцигском
университете. Основным предметом дис¬
куссии явился вопрос о власти в пере¬
ходный к социализму период и затем в
холе строительства социализма. В рабо¬
те конференции приняли участие спе¬
циалисты Болгарии, Венгрии, ГДР, Поль¬
ши, СССР н Чехословакии.
♦ Общий обзор истории, политики,
экономики, культуры, системы образова-
168

нпя в США дает Вальтер Шток (ГДР),
использующий в своей книге обширный
справочный .материал (W. Stock. USA.
Berlin. Verlag Die Wirtschaft. 1987. НЯ* S.).
ф Днтмар Штюблер (ГДР) написал
книгу по истории Италии с конца XVIII в.
до наших дней. В пей учтены новейшие
достижения итальянской историографии
(D. Stüb ! t r. Italien 1789 bis zur Ge¬
genwart. Berlin. Akademie-Verlag. 1987.
308 S.).
ф Дневник революционно-освободи¬
тельной борьбы на Кубе с декабри 1956
по феврали 1957 г. увидел свет к 30-ле¬
тию легендарной эпопеи «Гранмы». Ма¬
териал подготовлен под руководством
Педро Альвареса Табио (Diario do la
guerra. La Habana. Oficina de publicacio¬
nes del Consejo de Estado. 19S6. 311 p.).
ф ti очерках, нанисаппых группой ку¬
бинских авторов, представлена политика
США по отношению к Кубе при всех
американских президентах от Эйзен¬
хауэра до Рейгана. Издание подготовлено
в Гаване Высшим институтом междуна¬
родных отношений им. P. Роа (De Ei¬
senhower a Reagan. La Habana. Edi¬
torial de ciencias sociales. 1987. 373 p.).
ф Николае Чяхир (Румыния) в книге
об истории Юго-Восточной Европы с 1789
но 1923 г. использовал специальную ли¬
тературу на языках гех стран, о поли¬
тике которых он ведет речь. Основные
хронологические вехи его повествования:
начало Французской буржуазной рево¬
люции конца XVIII в., восстание 1821 г..
Адрианопольский мир 1829 г., европей¬
ские революции 1848 г., Берлинский кон¬
гресс 1878 г., Туренная революция 1908 г..
начало первой мировой войны, победа
кемалистской революции в 1923 г. (N. С i-
achir. Istoria popoarelor din Sud-Estul
Europei ín época moderna. Bucuresti. ESE.
1987. 405 p.).
ф Ежегодник норвежских музеев по
скандинавской истории за 1986 г. под
общей редакцией Арне Бьёрнстала со¬
держит статьи по истории животноводст¬
ва в этом регионе с древпейших времен
до наших дней (Fataburen, 1986. Uddeval-
la. NMSA. 1986. 237 s.).
ф Опубликовано пивое издание авто¬
биографии австрийского ко.имуниста Зеп-
па Плизайса. В ней освещаются важней¬
шие факты его жизненного пути: интер¬
национальная бригада в Испании, лагерь
для интернированных во Франции, фа¬
шистский концлагерь Дахау, бегство к
партизанам в горы Зальцкаммергут, где
его отряду удалось заманить в ловушку
обергруппонфюрера ОС Э. Кальтенбрун-
нера (S. Р 1Í е s с i s. Partisan der Berge.
Wien. Globus-Verlag. 1987. 274 S.).
ф В двухтомнике по истории «холод¬
ной войны» Хельмут Вольфганг Кан
(ФРГ) освещает ее события в период от
окончания второй мировой войны до
1973 года (H. W. К a h n. Der Kalte Krieg.
Bd. 1—2. Köln. Pahl-Rugenstein Verlag.
1987. 416, 407 S.).
Ф Коллектив историков и архивистов
Гёттингенского умксрситета (ФРГ) пуб¬
ликует документы из западногерманских
архивов по внешней политике Германии
1918-1945 годов. Серия -А» охватывает
1918-1925 годы. Увидел свет т. IV (ма¬
териалы с октября 1920 по апрель
1921 г.), куда вошли документы, разби¬
тые на региональные, страноведческие и
тематические рубрики (Akten zur deutsch¬
en auswärtigen Politik 1918-1945. Serie A.
Bd. IV. Göttingen. Vandenhoeck und Rup¬
recht. 1986. 593 S.). Том V той же серии
включил в себя документы с мая 1921
по февраль 1922 г. (Bd. V. 1987. 696 S.).
ф Очередной, 194-й том общеармей¬
ского издания по генеалогии бюргеров,
выпускаемого с 1889 г.. в т. 2 подсерии
0 семействах из Равегсберга, подготов¬
ленном Клеменсом Штайнбпккером из
Мюнстера и Герхардом Мойзелем из
Марбурга (ФРГ), содержит сведения о
687 генеалогических древах от средних
веков до XX в. (Ravensbergisches Ge¬
schlechterbuch. Bd. 2, Limburg a. d. Lahn.
C.	A. Starke. 1987. 650 S.).
ф Гер ван ден Берг, сотрудник Лей¬
денского университета (Нидерланды), на
основе советских официальных источни¬
ков и специальной литературы охаракте¬
ризовал советскую систему юстиции с
1920 до 1982 г., деятельность советских
обычных и чрезвычайных судов, некото¬
рых деятелен советской юриспруденции
(G. P. V a n d е п В е г g. The Soviet System
of Justice: Figures and Policy. Dordrecht.
Martinus Nijhoff Publishers. 1985. 374 p.).
ф Работа французской исследователь¬
ницы забастовочного движения 30-х го¬
дов Анны Марра - о стачке 6 июня
1936 г., организованной работницами
магазинов, сведения о которой представ¬
ляют интерес для понимания не только
политической борьбы тех дней, но и раз¬
вития борьбы за права женщин. В при¬
ложении помещены свидетельства участ¬
ниц движения (А. М а г г a s t. Mémoires
des grèves de 36 dans les grands maga¬
sins. Paris. CRHMSS. 1986. 114 p.. anne¬
xes).
ф Книга Патрика Масса о рабочей
печати периода Народного фронта во
Франции характеризует ее основные чер¬
ты по таким изданиям, как «L’Humani¬
té». «Le Populaire», »-Syndicats», «Le Pe¬
uple», «La Vie ouvrière» (P. Massa.
La mémoire historique de la presse ouv¬
rière à l’époque du Front Populaire. Paris.
CRHMSS. 1986. 218 p.).
ф Ален Муанар (Франция), проана¬
лизировав около 2 тыс. фотоклнше из
22 ежедневных французских централь¬
ных и местных, а также зарубежных
газет, писавших о студенческих волне¬
ниях и забастовках рабочих в мае-июне
1968 г., дает оценку этим своеобразным
источникам с точки зрения их классо¬
вой и партийной принадлежности (А. М о-
1 n а г d. Les photographies des événements
de Mai 1968 dans la presse régionale
quotidienne. Paris. CRHMSS. 1986. 103 p.).
ф Политическая борьба вокруг зако¬
на от 10 августа 1927 г. о порядке нату¬
рализации иностранцев, постояппо пpo¬
ll'd)

живающпх во Франции, и ее последст¬
вия рассматриваются в книге Элен Мо¬
рер (H. М о г е г е. La loi du 10 août 1927
sur la Nationalité. Paris. CRHMSS. 1986.
201 p.).
ф Американский публицист Хэдли До-
новэн в разные годы интервьюировал
президентов США. от Ф.-Д. Рузвельта до
Р. Рейгана. Свои записи он связал с раз¬
мышлениями о деятельности американ¬
ских президентов ХГХ-ХХ вв. (Н. Do-
novan. Roosevelt to Reagan. New York.
Harper and Row. 1987. 345 p.).
♦ Профессор университета в Пернам¬
буку Рафаэл Диаш Мадируэлу (Брази¬
лия) нашгеал этнографический и куль-
туроведческин очерк о бразильских ин¬
дейцах. Это т. 27 научно-популярной се¬
рии. которую выпускают совместпо Ис¬
пания, Колумбия, Мексика и Аргентина
и которую в данной подсерин «Доиспан-
ская Америка» редактирует проф. Ми¬
гель Ривера Дорадо (R. D. М a d е г и е-
1 о. Los indios de Brazil, un mito perma¬
nentemente actualizado. Madrid. Alhamb¬
ra. 1986. 212 p.).
ф Уникальные фрески эпохи Возрож¬
дения обнаружены на стенах в ходе ре¬
ставрации замка Парц (Верхняя Авст¬
рия). На них изображены библейские
сцепы. Это один из немногих сохранив¬
шихся западноевропейских памятников
монументальной настенной живописи на¬
чала XVI века.
ф Остатки базилики IV в. обнаруже¬
ны в Руайе (Фрапция). Это древнейшая
из известных доныне христианских церк¬
вей па территории древпен Таллин. Одно¬
временно в долипе Ропы раскопано за¬
хоронение1 военного вождя VIII в. до л. э.
ф При строительных работах в г. Тре-
вияьяно (Италия) расчищено захороне¬
ние из 10 этрусских гробниц VII в.
до н. э. с домашней утварыо, другими
предметами обихода и украшениями.
ф В селении Воргина (Греция) выяв¬
лена гробница IV в. до и. э. из серии
склепов, принадлежавших семье царей
Македонии. В ней находилось захороне¬
ние женщины. Хорошо сохранились па-
степные рисунки, ряд предметов, резной
трон, мраморный гроб,
ф В ходе раскопок на греческом о-ве
Самофракия открыты остатки акрополя
3-тыснчелетпей давности, толщина стон
которого в некоторых местах достигает
4 метров. Вокруг культового места, от¬
носящегося к 1100 г. до н. о., найдены
сосуды и свинцовые монеты.
ф Близ Эль-Аламейиа (Египет) в руи-
пах поселения Левкапспс греко-римской
эпохи расчищены дома из песчаника,
окрашенные в желтый или зеленый цвет,
с внутренним двором среди колонн, ци¬
стернами из известняка у входных две¬
рей и банями. Домашние глиняные све¬
тильники выполнены в виде фигурок
животных. Раскопаны также бывшие
улицы и морские причалы, могилы типа
ступенчатых пирамид.
ф Вблизи Ниневии (Ирак) английские
археологи выявили остатки поселения,
которому 10 тыс. лот. Бреди найденных
там орудий труда и оружии из обсидиа¬
на — наконечники стрел, скребки и клин¬
ки. Сохранились кости людей и мрамор¬
ные культовые головы.
ф Неподалеку от Гаука Рнхада, в
800 км севернее Лимы (Перу), найдена
могила племенного вождя древних мочи-
ка. Его останки лежали в саркофаге из
деревянных брусьев, в одежде из золо¬
той н серебряной ткани, украшенной ал¬
мазами и бирюзой, золотые серьги име¬
ют в диаметре 8 см, в руках вождь дер¬
жал жезл. Помимо того, найдены кера¬
мика, различные маски и пр.
ф Международная этнографическая
экспедиция открыла в пещерах Северо-
Восточной Бразилии обсерваторию много¬
тысячелетней давности. Степы одной лз
таких пещер в горном массиве Сьорра-
Негре покрыты разноцветными изобра¬
жениями Солнца, звезд, комет и Луны,
рисунками с обозначением дней «солнце¬
ворота», концентрическими красными и
черными окружпостями с лучами.

НАУЧНЫЕ ЗАМЕТКИ
О ДАТЕ ОСНОВАНИЯ НЕРЧИНСКОГО ОСТРОГА
В истории городов Сибири и Забайкалья важное значение имеет вопрос о вре¬
мени их основания, но в некоторых случаях точные даты до сих нор не установ¬
лены. Так, датой основания Нерчинска в разных исследованиях называют 1653,-
1654, 1656 и 1658 годы.
Из дореволюционных авторов обстоятельств основания итого города касался
прежде всего И. Э. Фишер. Отмечая иостройку небольшого острога «па южном бе¬
реге Шилки напротив устья Нерчи» М. Уразовым осенью 1653 г., он писал, что
«Афанасий Пашков в 1658 годе... на устье Нерчи на приятном и плодородном месте
положил основание важному порубежному городу Нерчинску». Фишер акцентиро¬
вал внимание на том, что острожек Уразова и «порубежный город Нерчинск»
Пашкова были поставлены в разпых местах: первый — па правом берегу Шилки
«напротив устья Нерчи», а второй — «на устье Нерчи». Этой разнице ряд авторов
позднее не придавал значения, что порождало путаницу С
На данных Фишера, пользовавшегося таким важным источником, как ирген-
скне «отписки» Петра Бекетова, основывались В. К. Андриевич и А. П. Васильев
Описывая строительство острожка в 1653 г. Уразовым, они почти дословно ци¬
тировали Фишера, отмечая и место — «на южном берегу р. Шилки против впаде¬
ния в опую р. Нерчи». Оба автора сходились па том, что Бекетов, прибыв весной
1654 г. на Нерчу, отправился затем по Шялке и Амуру к Онуфрию Степанову.
Сам Бекетов в своих отписках не упоминал названия острожка, но дал его краткое
описание 3. Нет названия уразовскому острожку и в исследованиях указанных ав¬
торов, которые были единодушны в том, что весной 1658 г. Пашков «заложил город
Нерчинск». Однако вопрос о дате основания Нерчинска дореволюционными иссле¬
дователями определенно не ставился.
В советских работах, основанных на дореволюционной литературе, датой осно¬
вания Нерчинска считается 1653 год4. Ряд исследователей считает, что «первона¬
чально Нерчинск был заложен в 1654 г. Уразовым и Бекетовым, а Г. В. Мелихов
отводит роль основателя Нерчинска в том же 1654 г. Пашкову ". В этом случае
дата никак не внжетсн с именем основателя, т. к. Пашков вышел из Енисейска
1 Фишер И. 0. Сибирская история с самого открытия Сибири до завоевания
сей земли русским оружием. СПС. 1774.
- А и д р и е в и ч В. К. Краткий очерк истории Забайкалья от древнейших вре¬
мен до 1762 года. СПб. 1887, с. 28, 37; его же. История Сибири. Ч. 1. СПб. 1889,
с. 155; Васильев А. П. Забайкальские казаки. Исторический очерк. Т. 1. Чита. 1916,
£  ^0
’ Архив Академии наук СССР (ААН), ф. 21. он. 4, д. 22, л. ЗЗОоб.
4 П у л я е в с к и й Л. А. Очерк по истории г. Нерчинска (К 275-летию города в
ноябре 1928 г.). Нерчинск. 1929: Петря ев Е. Нерчинск. Очерк культуры прошлого.
Чита. 1959. с. 8-9; А леке а и дров В. А. Россия на дальневосточных рубежах (вто¬
рая половина XVII в.). М. 1969. с. 8; ср. 2-е изд. Хабаровск. 1984, с. 19; Христо-
сепко Г. А. К истории заселения Нерчштского острога. В кп.: История городов Си¬
бири досоветского периода. Новосибирск. 1977, с. 154; Кочедамов В. И. Первые
русские города Сибири. М. 1978, с. 30.
0 Климов А. И. Читинская область. Чита. 1963, с. 123: Мелихов Г. В. Мань¬
чжуры па северо-востоке (XVII в.). М. 1974, с. 97; Фи л и мот ин М. Летопись ос¬
воения Сибири :: Дальнего Востока.- Военно-исторический журнал, 1981, № 8. с. 86.
171

в Даурскую землю лишь весной 1656 года6. Впрочем, и 1650 год как дата основа¬
ния Нерчинска встречается (в работах конца XVIII и середины XIX в.),
а В. В. Покшишевский называет 1658 год7.
Многие авторы, отмечая действия Пашкова в Даурии, пишут о том, что он или
«возобновил», пли «перенес», или «основал» Нерчинский острог. В последпсе время
некоторые краеведы отстаивают именно 1653 год как дату основания Нерчинска,
по доказательных данных не приводят8. Один из них, например, отметив факт
строительства Уразовы.и острожка, пишет, что воспой 1654 г. Бекетову не удалось
достроить «Большого острога Нерчинска». Л дальше говорится: «Отряду Бекетова
пришлось оставить Малый Острожек с отрядом Онуфрия Степапова. В 1656 г.
здесь появляются 300 чел. под начальством первого даурского воеводы А. Ф. Паш¬
кова, который осповал в устье Нерчи Нелюдский тунгусский острог» 9. Но при чем
здесь О. Степанов? Известпо, что он был в то время на Амуре и именно к нему
«сплыл» Бекетов со своими казаками. Известно и время прибытия Пашкова в
устье Нерчи (1658 г.), но что это тунгусский острог, якобы основанный им?
Нет полной ясности и у В. А. Александрова. В первом издании его кпиги чи-
'таем: посланный Бекетовым десятник Уразов основал «при впадении р. Перчи в
Шилку Шилкскнй острог, просуществовавший до 1656 г. В 1658 г. воевода А. Паш¬
ков осповал... вместо Шилкского — Нерчинский острог» (с. 8). Во втором ее издании
сказано: «В 1656 г. посланный П. Бекетовым десятник М. Уразов при слиянии
Ипгоды и Оиона поставил Шилкинскнй острог, который просуществовал до 1656 г.
В 1658 г. был основан Нерчипский острог, ставший административным центром
Нерчинского уезда».
Для ответа на вопрос, когда был основал Нерчинск, необходимы достоверные
источники, документы — отписки участников походов в Даурию. Имеются свиде¬
тельства о событиях осени.— зимы 1653—1654 гг., принадлежащие Бекетову ,п.
В первой отписке, касаясь цели своей службы в Даурской земле, он указывал:
«Посылая я из Енисейского острогу с служилыми людьми на государеву цареву
службу на Иргепь озеро и на великую реку Шилку. А пришед велепо мне поста¬
вить два острога в самых крепких и в угожих местах». Далее Бекетов сообщал,
что, построив Иргспский острог, он «велел служилым людом на Онгиде (т. е. Инго-
де.— Авт.) реке поделать плоты», поело чего 19 октября «поплыл по Онгиде реке
па великую реку Шилку для острожного ставлонья». Но ранним ледостав не поз¬
волил отряду выполнить задуманное. Как доносил Бекетов, он «плыл по Онгиде
реке во льду половина дни от волоку Ергепского верст з десять отплыл. И наплы¬
ли на запор: Онгида река давно стоит» 11.
Из-за невозможности возвратиться назад с полным провиантом Бекетов ре¬
шил срубить зимовье — «анбар государев да три избы казачьи, а в зимовье и около
зимовья велел крепости учинить. И велел казну государеву в государев анбар сно¬
сить, да и свои казачьи запасишка велел в том в повом государеве зимовье
устроить» 12.
Оставив там зимовать пескольких казаков. Бекетов послал на Шилку «десять
человек десятника казачья Максимка Уразова с товарищи к нелюдскому кяязцу
Гептамуру на усть Нерчи реки для заимки острожного поставленья», а сам с
8 ЦГАДА, ф. 214, ст. 508, л. 317.
7 Краткое показание о бывших в Тобольске воеводах и губернаторах. Тобольск.
1791, с. 83: Лебединский А. Историческое обозрение сибирских острогов и го¬
родов с конца XVI и до начала XVIII столетия.—Тобольские губерпские ведомости,
1863. № 39, с. 313-319; Покшишевский В. В. Заселение Сибири. Иркутск. 1951.
с. 44.
8 Музгин Н. Д. О некоторых разноречивых фактах в истории г. Нерчипска.
В кн.: Проблемы краеведения. Вып. 6. Чита. 1972, с. 52; его ж е. Город Нерчинск.
К 325-летию основания города. Иркутск. 1978, с. 7-8.
9 Курское Ю. В. Забайкальский город XVII в. в дореволюционной и советской
литературе (Чита, Нерчинск). В кн.: Историография городов Сибири конца XVI —
начала XX века. Новосибирск. 1984, с. 78.
10 ААН, ф. 21, оп. 4, д. 22, лл. 322-336.
11 Там же. лл. 326, 329об.
12 Там же, л. 329об.
172

оставшейся частью отряда вернулся на зиму в Иргенский острог 13. Обратим внима¬
ние на то. что с самого начала перед отрядом Уразова не ставилась цель строить
острог. Задача была гораздо скромнее, с учетом сложившейся ситуации. Ему не¬
обходимо было подобрать удобное место «в устье Нерчи» для будущего острога.
Только в конце января 1654 г. пришло изноет не с Шилки, переданное Бекето¬
вым в Енисейск: «Да в нынешнем в 162 году генваря в 20 день цисали ко мне с
Шилки и усть Нерчи реки служилые люди Максимко Уразов с товарищи, что оно
служилые люди на великой реке Шилке против устья Нерчи реки, Шил кою рекою
на низ пловучи на правой стороне, приискав крепкое н угожее место где быть го¬
судареву большому острогу, у рыбных ловель и у пашенных мест, для занмкн,
поставили малой острожек, а в нем одпа изба с иагороднею». Заканчивалась
отписка следующими словами: «А как бог даст весну лед скроетца и я на великой
реке Шилке на усть Нерчи реки с служилыми людьми большой острог
поставлю» :4.
Из отписки видно, что Бекетов непосредственного участия в постройке «малого
острожка» не принимал и что поставлен этот острожек был на правом берегу
Шилки, ниже устья Нерчи, которая впадает в Шилку с противоположной левой
стороны; миссию свою Бекетов, надо полагать, не считал выполненной, поскольку
подчеркнул в отписке, что весной 1654 г. поставит «большой острог» там, где и пред¬
писывалось ему наказом,— «на усть Нерчи реки».
Однако и весной 1654 г. Бекетов не срубил большой острог, а в начале июля
он оказался на Амуре, в отряде Степанова. Вот как описаны события в донесении
Степанова якутскому воеводе М. С. Лодыженскому (август 1654 г.): «Да в нынешнем
же во 162 (1654.— Авт.) году приплыли на плотах по великой реке Амуру из Бар¬
калова от сына боярского от Петра Бекетова служилые люди 34 человека и подали
челобитную, что де приплыли они для ради хлебной скудости и нужи». Приняв
их в отряд, Степанов отправился вверх по Амуру 4 июля и в тот же депь
«встретился Онуфрейку пловут на плотах по великой реке Амуру сын боярский
Петр Бекетов из Байкалова с 20 человеки. И он в распросе сказал, что де они
поплыли сверху для хлебной скудости и нужи». Казаки во главе с Бекетовым по¬
дали Степанову челобитную, «чтоб жить на великой реке Амуре до государева
указу» ,5.
О том, что большой острог не был срублен, а сам Бекетов с отрядом оставил
малый острожек на Шилке, он сообщил уже с Амура: «В прошлом во 161 году...
велено мне быть на службе на великой реке Шилке на усть Нерчи реки для по¬
ставки острогу... и приехали сюда многие тунгусы войною и нас на Усть-Нерчи
осадили и острога поставить не дали... и в бедости сплыли мы по великой реке
Шилке к Амуру к Степанову в Усть-Кумарский острожек» 16.
После ухода Бекетова со служилыми людьми малый острожек на Шилке более
трех лет использовался в качестве ясачного зимовья, о чем упомянуто в отписке
шедшего за Байкал на воеводство А. Пашкова. Он сообщал царю: «В нынешнем
во 165 (1657.— Авт.) году мая в I день писал ко мне в Брацкин острог с великие
реки Шилки из острожку десятник казачей Калинка Полтинип», что «он де Ка¬
линка Полтишш с товарищи ныне сидят в Шилском острожке в осаде без хлеба и
питлотца сосною». В очередной отписке, уже по прибытии на Шилку, Пашков
сообщил дарю о том, что ясачные племена еще «до моево, холопа вашего, приходу»
острожек па Шилке «сожгли ж... и шилкских служилых людей побили» 17.
(Сак видим, пришедшему на Шилку Пашкову уже едва ли было что «перено¬
сить» или «возобновлять». Добавим, что всеми во всех документах этот острожек
назывался не Нерчинским, а «Шилкским» — по названию реки. Нерчинским его ста¬
ли пазывать много позднее 18.
13 Там же. Речь идет о тунгусском князце Гантимуре, добровольно подчинившем¬
ся дарю.
14 Там же. лл. 330 об., 331.
15 Русско-китайские отношения в XVII в. Т. 1. М. 1969. с. 194.
18 ЦГАДА, ф. 214, ст. 556, лл. 44-45.
17 Там же, ст. 508, лл. 338, 333-334.
18 Через 50 лот после его исчезновения, в 1706 г., по челобитной старого казака
(служившего еще при Пашкове), сына боярского Никиты Варламовых правительство

Итак, к приходу Пашкова малый острожек уже не существовал. Обследование
мест, где были срублены и острожек-зимовье Уразова и острог Пашкова, показы¬
вает, что вопреки обычной практике Уразов, по-виднмому, не учел свойства
рельефа. Место, где десятник поставил укрепленное нагородней зимовье, оказалось
на пологом берегу и с трех сторон (исключая береговую) оставалось незащищен¬
ным. Такой выбор был, однако, продиктован неблагоприятными условиями: насту¬
пившие морозы и удаленность строевого леса от устья Нерчи, а также невозмож¬
ность переправить лес через Шилку — все ото заставило Уразова предпочесть
место, удобное для заготовки леса, тогда как наиболее защищенными всегда счита¬
лись излучины, стрелки в местах слияния рек, острова. Не случайно во всех отпис¬
ках, наказах, челобитных постоянно ставится условие об основании острога
«в устье Нерчи». Документы позволяют проследить также и его историю.
В конце 1654 г., когда правительство решило создать в Приамурье воеводство,
в Даурскую землю был послап воеводой Л. Пашков, которому надлежало поставить
там два острога: Даурский — в районе верхнего течения Амура, на месте городка
местного князя Албазы и Гуйгударова городища, и второй на Шилке, в устье Нер¬
чи. Это. кстати, свидетельствует о том, что Сибирскому приказу было известно о
невыполнении Бекетовым царского наказа.
Отправившись из Енисейска летом 1656 г., через год Пашков появился на Ир-
генском озере, где поставил «острог с жилыми избами и всякие острожные крепости
учинил» и зазимовал. Пашков сообщил царю, что «из Пргенского острогу перешел
за волок на Ингоду реку, срубил и подготовил... на ваш государев острог в вашу
государеву новую Даурскую землю восемь башен, а в том числе две башни с про-
езж'ими вороты да на четыре стены сплочено и изготовлено двести сажен острогу».
Кроме того, на «верхней Шилской острог четыре башни да к тем государи башням
изготовил острог весь сполна». Лес был заготовлен в безопасном место, так, чтобы
«немирных земель люди не помешали бы мпе холопу вашему па башенное и на
острожное дело в Даурской земле лес сечь и башни рубить и острог ставить».
Таким образом, версия о «переносе» уразовского острожка Пашковым отпадает. Лес
на острог был заготовлен загодя, совсем в другом месте, а весной 1658 г. сплавлен
«Ингодою рекою и великою рекою Шилкото до усть Нерчи реки» 19.
Острог был поставлен Пашковым именно там. где предполагалось с самого нача¬
ла,- в устье» Нерчи. Первое время Пашков называл свой острог Верхним Шилкским
(вероятно, по месту его расположения — в верховьях Шилки), и только через шты¬
ре года, при передаче острога новому воеводе Л. Толбузнпу, в документах он стал
называться Нерчинском острогом — по названию реки, в устье которой был по¬
ставлен 20.
Приведенные доку.менты доказывают, что небольшое укрепленное зимовье
(Шилкский острожек) Уразова, срубленное в 1653 г. на правом берегу Шилки про¬
тив усгья Нерчи, и Верхний Шилкский острог, поставленный в 1658 г. Пашковым
в устье Нерчи и ставший резиденцией воевод и административным центром За¬
байкалья. а позднее преобразованный в город Нерчинск.— ото два разных объекта.
На месте уразовского зимовья был основан Успенский монастырь, появилась де¬
ревни Монастырская (ныне село Калииино). Верхний Шилкский острог, названный
через песколько лет Нерчипским острогом, дал жизпь городу Нерчинску, в 1812 г.
перенесенному на новое место. Итак, датой основания Нерчинска правильнее* счи¬
тать 1658 год. а его основателем воеводу А. Пашкова. 1653 год как дату основания
следует относить не к Перчипску. а к с. Калинипо, основателем которого и был де¬
сятник М. Уразов.
//. П. Крадии, М. Ю. Тимофеева
дало разрешение основать в Нерчинском уезде Успенский мужской монастырь, кото¬
рый и был построен на месте бывшего малого Шилкского острожка. На плане города
Нерчинска, составленном в .Will в., ноказапы и город Нерчинск, находящийся
в устье Нерчи. и Успенской монастырь, расположенный на правом берегу Шилки, как
раз '.шротин устья Перчи реки» (там же. ом, 5. д. 928, лл. 1-5; ЦГВПЛ СССР, ф. ВУД,
д. 22221).
ИГЛ ДА. ф. 214. ст. 508, лл. 318. 325.
ДЛИ. Т. 4. СПб.. 1851. с. 272. 278.

ФАКТЫ, СОБЫТИЯ, ЛЮДИ
СБОР СРЕДСТВ НА А11ИАСОЕДИНЕНИЕ «МОСКВА»
В годы Великой Отечественной войны помощь фронту тружеников тыла выра¬
жалась в разных формах, среди которых был и сбор средств на строительство тап-
ков, самолетов, других видов вооружения. Это движение носило массовый характер
и находило выражение в добровольных взносах трудящихся, их отчислениях из за¬
работной платы н средств колхозников, причитавшихся на трудодни. Этим движе¬
нием были охвачены широкие массы рабочих, крестьян, интеллигенции. Оно было
не только проявлением патриотизма советских людей, но и прямой материальной
номощыо фронту, моральной поддержкой Красной Армии.
Активное участие в этом движении припяли трудящиеся Москвы и Подмо¬
сковья, собирая средства па строительство авиационного соединения «Москва». По
нпицнатпве стахановцев это патриотическое начинание поддержали коллективы
Московского автозавода, 1-го Государственного подшипникового завода, московско¬
го станкостроительного завода «Красный пролетарий» и др.
Автозаводцы в начале января 1943 г. обратились с призывом к трудящимся
столицы и области: «Поддерживая инициативу советских патриотов, рабочие, инже¬
неры, техники и служащие нашего завода собрали из своих личных сбережений
3 100 000 рублей на строительство авиаэскадрильи Московского автозавода. Сбор
средств продолжается. Мы обращаемся к рабочим, работницам, инженерам, техни¬
кам и служащим московских предприятий и учреждений развернуть сбор средств
на строительство авиасоедипоттня «Москва» 3
Во всех цехах развернулся сбор средств в фонд строительства боевых самоле¬
тов. Только за И января коллектив автозавода собрал дополнительно на постройку
авиасоедипения «Москва» еще 200 тыс. рублей2. Таким образом, в начале января
1943 г. автозаводцы внесли на строительство боевых самолетов 3.3 млн. рублей. Это
дало Красной Армии десятки боевых машин (в годы войны производство одного
истребителя обходилось государству примерно в 100 тыс. руб.) 3.
Обращение автозаводцев встретило горячий отклик среди трудящихся столицы
и Подмосковья. К 9 января 1943 г. рабочие, работницы, инженерно-технические ра¬
ботники и служащие одпого из московских заводов внесли 2 млп. руб. на строитель¬
ство авиасоединения «Москва». Коллектив завода «Красный пролетарий» собрал к
этому времени 1 млп. 64 тыс. руб. на постройку авиаэскадрильи «Красный проле¬
тарий» 4. Рабочие, инженерно-технические работники и служащие 1-го Государствен¬
ного подшипникового завода к 9 япваря 1943 г. внесли 1 млн. 25 тыс. руб. на
строительство авиасоедипения «Москва» А
Обращепие автозаводцев подхватили и па других предприятиях и в учрежде¬
ниях столицы. Небольшой коллектив Басманной больницы в течение одного дня
внес на строительство самолетов 20 тыс. руб.. работпики Наркомата здравоохране¬
ния РСФСР — 85 тыс. рублей в. С большим патриотическим подъемом прошел сбор
1 Московский большевик, 7.1.1943.
2 Вечерняя Москва, 12.1.1943.
3 К о л е с н и к А. Д. РСФСР в годы Великой Отечественной войны. М. 1982,
с. 205.
4 Московский большевик, 9.1.1943.
г’ Правда, 9.1.1943.
6 Вечерняя Москва, 12.1.1943.
175

средств па авиасоединение «Москва» на заводе, где директором был тов. Пичугин.
Выступая в цехах на митингах, рабочие, работницы, инженеры, служащие подчер¬
кивали свою готовность отдать все силы и средства для укрепления боевой мощи
Красной Армии, для разгрома ненавистного врага. 14-летний ученик школы ФЗО
A. Николаев сказал: «Гитлеровцы посягнули на нашу Родину. Фашисты зверски
убили моего отца и мать. С сегодняшнего дня я открываю счет мести за своих ро¬
дителей и буду работать не покладая рук. Прошу принять на постройку боевых
самолетов все мои сбережения». Юный патриот внес 500 рублей. Работница Голу¬
бева и начальник цеха Чурбаков отдали по 1 тыс. руб. на строительство боевых
самолетов. На И января 1943 г. в фонд авиасоединения «Москва» от коллектива
завода поступило 72 тыс. рублей.
Коллектив завода, директором которого был тов. Майоров, в отн'-т на обраще¬
ние автозаводцев собрал к 12 января 1943 г. на постройку авиасоединения «Москва»
176 тыс. рублей. Рабочие и служащие другого завода (секретарь партбюро тов. Мое-
ковкип) внесли па постройку самолетов 350 тыс. рублей
Денежные средства па строительство самолетов, звеньев и авиаяекадрилнй со¬
бирали также трудящиеся городов и сел Подмосковья. Колхозники сельхозартели
«Путь к социализму» дер. Зябликово Ленинского р-на Московской обл., явившиеся
инициаторами сбора средств на постройку танковой колонны «Московский колхоз¬
ник», в январе 1943 г. решили внести еще 100 тыс. руб.. причитавшихся нм на
трудодни, на постройку боевого самолета8. Колхозники артели «Огородпый гигант»
с. Коломенское Ленинского р-на Московской обл. (ныне входит в г. Москву) в де¬
кабре 1942 г. внесли 1 млн. руб. на танковую колонну «Московский колхозник».
В конце декабря 1942 г. они постановили собрать еще 1 млн. руб. на строительство
авиаэскадрильи им. колхоза «Огородный гигант». На митинге, состоявшемся по этому
поводу, первой выступила колхозница К. Бурова: «Мой муж погиб на фронте от
руки подлого врага. Будем мстить фашистам, помогая Красной Армии, чем можем.
Я внесла на танки 2 тыс. руб., вношу еще 2 тыс. руб. и по 10 руб.
с каждого трудодня на постройку боевых самолетов. Пусть они несут немецким
людоедам проклятье и гибель. Пусть враг узнает нашу колхозную силу> 9.
Один за другим выступали колхозники и называли суммы, которые они вносят
на строительство самолетов. «Наши бойцы жизни отдают за пас. самого дорогого
не жалеют, так и мы не пожалеем для них ничего».— говорили колхозницы. Брига¬
дир-орденоносец А. П. Климова сказала: «Я отдала в Красную Армию двух сыно¬
вей и дочь. Каждая колхозница и колхозник имеют па фронте родных и близких.
Наш долг помочь им всеми силами и средствами. Построим пашу колхозную эскад¬
рилью в помощь Красной Армии... Впошу 15 тысяч рублей». Председатель колхоза
B. 3. Архипов также внес 15 тыс. руи. наличными и, кроме того, отчислил на по¬
стройку эскадрильи все деньги, причитающиеся ему на трудодни. В заключение
13. 3. Архипов предложил колхозпикам взять на себя обязательство: вместо каждого
выбывшего во время боя самолета построить другой, а также принять на себя опла¬
ту ремопта самолетов !и.
Широко развернувшееся с начала января 1943 г. в столице и городах Под¬
московья движение за сбор средств на строительство авиасоединения «Москва»
вызвало новый патриотический подъем среди тружеников села. Колхозпикп с. Ко¬
ломенское собрали в целом 2 млн. руб. на постройку эскадрильи боевых самолетов
нм. колхоза «Огородный гигант». 12 января 1943 г. в торжественной обстановке бое¬
вые самолеты с надписью на фюзеляжах «Подмосковный колхоз, с. Коломенское»
были переданы Военно-Воздушным Силам Краспой Армии. На митинге, посвящеп-
ном этому событию, представители комапдовапии авиационной части заверили кол¬
хозников в том, что машины, построенные на их трудовые деньги, нанесут врагу
чувствительный урон. После окончания митинга раздалась комапда: «lío машинам!».
7 Там же.
8 Ленинский путь, нос. Ленино, 14.1.1943.
9 Там же, 24.ХII. 1942.
10 Там же, 30.XI 1.1942.
176

Боевые самолеты сделали разбег, поднялись в воздух и направились в стиролу
Фронта п.
Организации общества Красного Креста городов и районов Московской обл. про¬
водили сбор средств на постройку авкаэскадрильи санитарных самолетов. Уже к
концу ноября 1942 г. было собрано свыше 600 тыс. рублей 12. Всего же от членов
общества Красного Креста Московской обл. поступило 800 тыс. рублей 13. Этот по¬
чин нашел поддержку и в организациях общества Красного Креста столицы. Ак¬
тивно включились в патриотическое движение за сбор средств па строительство
боевой техники дли Красной Армии трудящиеся г. Электросталь. Уже к 1 янве к:
1043 г. они собрали 974 тыс. руб. и обратились с просьбой в МК и МГК
ВКП(б) разрешить им приобрести на эти средства звено пикирующих бомбарди¬
ровщиков и передать его подшефной части, присвоив звену название «Электро¬
сталей» 14.
В январе 1943 г. сбор средств на строительство боевых самолетов для авиасо-
единепия «Москва» широко развернулся па предприятиях Химкинского, Балаши-
хплского и других районов Московской области. Коллектив одного из химкинских
заводов (директор тов. Нехаев, секретарь парторганизации той. Кочанов) за два дня
собрал 28 тыс. рублей. Первыми внесли денежные средства на строительство само¬
летов комсомольцы т1 молодежь. Их примеру последовали остальные рабочие.
15-летпня учепица В. Павлова сказала: «Я хочу внести 300 руб. Пусть танки и са¬
молеты, построенные на наши сбережения, быстро разгромят врага». Сборщица
B. Кошкина, мать двоих детей, муж которой пал смертью храбрых в боях с не¬
мецко-фашистскими захватчиками, заявила: «Я пережила всю тяжесть войны. Для
г ’дно:* Красной Армии не пожалею ничего. На строительство боевых самолетов
вношу 250 рублей. Пусть наши славные летчики отомстят гитлеровским разбойни¬
кам за наших убитых мужей, сыновей и братьев». Стахановцы Кукушкипа и Со-
рокип внесли па постройку самолетов по 500 рублей. Пример передовых работниц
был подхвачен всем коллективом завода. Молодые рабочие С. М. Гуров, А. И. Лобо¬
ва и В. П. Чекалин внесли по 1200 руб. каждый 15.
К 25-й годовщине Красной Армии трудящиеся Химкинского р-на перечислили
на строительство самолетов 1 млп. 450 тыс. рублей. Всего они внесли на постройку
самолетов 2 млн. 600 тыс. рублей. В результате Красная Армия получила около
двух десятков боевых машин 16. 27 февраля 1943 г. трудящиеся Химкинского и Ба-
ланшхинс-кого районов передали одной из частей Военно-Воздушных Сил Красной
Армии нервы*' истребители, построенные для авиазскадрнльи «Москва». Вместе с
ними Красной Армии передал самолет председатель Хорошевского колхоза Кунцев¬
ского р-на (ныне входит в г. Москву) С. П. Аверин. На сооружение истребителя
он внес 150 тыс. рублей.
Торжественный акт передачи самолетов советским летчикам состоялся на аэро¬
дроме. На летном иоле стояли десятки боевых машин. На их фюзеляжах было вы¬
ведено: «Москва». Летчики познакомили делегации трудящихся с боевыми кэч.'ст-
вами самолетов. Все, выступавшие на митинге, выражали одну мысль: «Мы в ыллу
ничего не пожалеем, ни сил своих, ни средств, а снабдим фронт необходимым. Вы
же, друзья, громите фашистов до полной победы над врагом», Рабочнй-стаха.човец
Рычков, обращаясь к летчикам, сказал: «Бейте, бейте и еще раз бшйте фашистских
извергов! На пас. тружеников тыла, можете положиться — мы не подкачаем!».
C. П. Аверин пожелал успеха старшему лейтееапту А. Н. Радченко, который дол¬
жен был лететь па машине, построенной на средства Аверина. Представителя
командования зачитали приказы командиров авиационных подразделений о зачис¬
лении самолетов па вооружение Красной Армии. Они заверили представителей тру¬
дящихся, что их наказ будет с честью выполнен.
11 Московский большевик, 13. 14.1.19'м.
12 Там же, 20.Х ¡.¡942.
13 ТДГАМО, ф. 7181, оп. 1, д. 138, л. 30.
14 Московский большевик, 5.1.1943.
Сталинский путь, Химки, 13.1.1943.
:с Партийный архив Института истории партии МГК и МК КПСС. Ф. 163. о г:. 9.
д. 4!. л. 18.

Сбор средств па строительство самолетов, танков, других видов вооружения
явился яркой демонстрацией любви и беззаветной преданности трудящихся своей
Родиие, Коммунистической партии. Несмотря на все трудности и невзгоды войны,
к 20 января 1943 г. трудящиеся столицы и столичной области собрали на строи¬
тельство вооружения для Красной Армии 390 млн. рублей. На эти средства были
построены два авиационных соединения, две танковые колонны, бронепоезда, ар¬
тиллерийские батареи и другие виды вооружения, что явилось значительной по¬
мощью Красной Армии 17. В связи с тем, что в мае 1943 г. предстоял выпуск го¬
сударственного военного займа, Советское правительство в начале апреля обрати¬
лось к населению с просьбой временно прекратить денежные взносы на
вооружения. Но уже во второй половине 1943 г. советские патриоты снова присту¬
пили к сбору средств на танковые колонны и эскадрильи боевых самолетов.
Трудящиеся столицы и Подмосковья получали письма с фронта, в которых
советские воины благодарили за вооружение, построенное на собранные народом
средства, рассказывали о своих боевых делах. В августе 1943 г. летчики одной из
авиачастей писали трудящимся Химкинского р-па: «Дорогие наши товарищи! С тех
кор как нам вручили замечательные подарки — боевые самолеты, купленные вами
на свои личные сбережения, прошло пе особенно много времени. Во этот корот¬
кий период очень характерен для нас... В наступательных операциях лета 1943 г.
активное1 участие приняли и мы. Наши летчики па самолетах, которые вы вручили
нам, бесстрашно дрались с коварным врагом, не щадя своих сил, крови и жизни.
За короткий период ожесточенных воздушных боев наши летчики сбили 56 фа¬
шистских стервятников... Заверяем вас, наши дорогие шефы, что еще сильнее бу¬
дем бить врага, гнать его с нашей священной земли и в этой справедливой борьбе
умножим свою славу» 18.
Всенародная поддержка Красной Армии удесятеряла ее силы. Оказывая все¬
мерную помощь фропту, советские люди способствовали не только упрочению бое¬
вой мощи наших войск, но и подъему их духа во имя разгрома фашистских за¬
хватчиков.
Г. В. Ильин
17 Московский большевик, 28.11.1943.
18 Сталинский путь, 22.VIII.1943.
ПЕРВЫЙ ИСТОРИК ВЯТСКОГО КРАЯ
Александра Иваповича Вештомова (1768 — около 1830 г.) принято считан, пер¬
вым историком Вятского края. Родился он в г. Кунгур Соликамской провинции Ка¬
занской губ. в семье священника1. Кунгур входил тогда в Вятскую епархию, поэто¬
му дети местного духовенства обучались в Вятской духовной семинарии. Она имела
8 классов. Кроме основного предмета, богословия, изучали там и общеобразователь¬
ные — историю, географию, поэзию, риторику, философию, латинский и греческий
языки 2.
В 1790 г. из выпускного класса семинарии (богословского) по приказу губерна¬
тора трое воспитанников были направлены в Вятское главное народное училище
для приготовления к учительской должности. В их числе оказался и Вештомов 3.
В конце XVIII в. такие переводы при большой нужде в грамотных людях были
1 Э м м а у с с к и й А. В. Александр Иванович Вештомов (к 200-летию со дня
рождения). В кн.: Календарь знаменательных и памятных дат на 1963 год. Киров.
1968, с. 73.
2 Верещагин А. С. Краткий очерк истории Вятской духовной семинарии.
В еш.: Столетие Вятской губернии, 1780—1880. Сб. материалов к истории Вятского
края. Т. 2. Вятка. 1881, с. 590, 593.
' С ниц ын А. А. История Вятского главного народного училища. В кн.: Кален¬
дарь Вятской губернии да 1891 год. Вятка. 1890, с. 47.
178

в Вятке нередкими. В том же году открывались три малых народных училища
в Сарапуле, Котельниче и Нолнпске. Для них и требовались учителя. Поэтому,
прослушав в течение пескольких месяцев в училище «методу преподавания» и
пройдя курс предметов, не читанных в семинарии, назначены они были учителями
в уездные училища. Вештомову выпал Сарапул 4.
Преподавание в то время велось иначе: учитель редко рассказывал и разъяс¬
нял урок. Чаще он только читал его с учениками по книжке и заставлял их пере¬
сказывать туг же в классе до тех пор, пока не выучат. Зубрежка лежала в основе
обучения. Крайне редки были учителя, пытавшиеся как-то изменить форму обуче¬
ния, найти контакт с детьми. Сохранились свидетельства, что Вештомов водил уче¬
ников на прогулки, собирал травы, семена дикорастущих растений, оживлял изу¬
чение предметов, пробуждая в детях любознательность5. Он был одпим из луч¬
ших преподавателей вятских училищ конца XVIII — начала XIX в., знавшим и лю¬
бившим свое дело. В апреле 1800 г. его перевели в Вятку в народное училище
учителем второго класса6. Кроме этого, он вел параллельно занятия в первом
классе, оказавшемся без учителя, естественно, бесплатно; платить учителям за до¬
полнительную работу не было принято.
В последующие годы Вештомов заведовал естествепнонсторическпм кабинетом,
минц-кабинетом (нумизматическим), а с 1802 г. стал еще и училищным библиотека¬
рем 7. Библиотека и кабинет помещались в крохотных тесных комнатушках прика¬
за общественного призрения. В январе 1804 г. Вештомов был назначен учителем
третьего класса8, где изучали историю. Поэтому Александр Иванович с гордостью
подписывался: «Учитель исторических паук». И хоти он получал теперь более
400 руб. в год, жил он трудно, па жалованье со все увеличивавшейся семьею (к 1810 г.
у него было 0 детей). В 1807 г. он был произведен в титулярные советники. Чело¬
век горячий, увлекающийся, страстный патриот, он в 1807 г. пожертвовал 100 руб.
на подвижную милицию (народные ратники для войпы с Францией), взяв эти
деньги вперед из жалованья9.
У Александра Ивановича в третьем классе обучались по 16—20 учепиков.
Проходили они историю древних народов, всеобщую историю, историю России, ес¬
тественную историю. Вештомов много рассказывал нм сверх программы, т. к.
учебники были краткими и носили справочный характер. Энергичная натура Вош-
томова искала лучшего применения. После перевода на службу в Вятское училище
он вначале удовлетворялся составлением ежегодных отчетов по училищу тт много
читал, размышляя над прочитанным. Особенно его привлекали идеи французских
просветителен. В своей публпчпой речи па выпускных экзаменах 3 июля 1309 г.
он сказал: «Нет пособия к благосостоянию человеческому столь общего, которое бы
можно применить к выгодам всякого человека, как то, что мы называем учением.
Ибо во венком состоянии рождающийся человек есть все человек, с одним и тем
же наследством от природы в свет отпускаемый. Разум заключает все природное
tro богатство... lio справедливости общежитие есть обширная школа! Школа самая
естественная для человечества! В ней возобновляется природный человек, душа
возрастает в своих дарах, сердце образуется в чувствовапиях и человек делается
с искусством и правом» 10.
Училищный устав 1803 г. рекомендовал учителям изучение местной истории,
статистики, этнографии и поощрял их посылать статьи в официальные издания.
Но решимости у вятских учителей пе хватало. Отчет 1804 г. свидетельствует о том,
что никто из учителей не представил записок по истории, топографии и статисти¬
ке Вятской губернии и. Губернатор В. И. Болгарский, желал составить описание
4 Там же.
5 Столетие Вятской губернии, 1780-1880. Т. 2. с. (ПО.
6 Государственный архив Кировской области (ГАКО), ф. 205, он. 1, д. 1, л. 3 об.
7 Э м м а у с с к и й А. В. Ук. соч., с. 74.
8 ГАКО, ф. 205, оп. I, д. 2, л. 5.
4 Юрьев В. П. Народное образование а Вятской губернии в царствование Ека¬
терины 11. Вятка. 1887, с. 121.
и: ГАКО. ф. 206. сп. 1, д. I, л. 273.
1! Си к ы и А. Л. Ук. соч., с. 48.
179

этой губернии, поручил в 1805 г, сделать это Вештомову. пообещав снабдить мт> не¬
обходимыми материалами IZ.
Александр Иванович принялся за сбор материалов со истории и экономике
Вятского края. Он использовал про описания старины повествования вотских
летописцев конца XVII — начала XVIII в. «Повесть о стране Вятской» и «Вятский
временник» — источники не вполне достоверные, но за неимением других пришлось
довериться им, перепроверяя сведения по иным материалам. Вештомов сделал так¬
же* выписки из «Повести времеппых лет», Новгородской. Устюжской, Двинской ле¬
тописей, Степенной книги. Известия о Вятке были в них краткими и порой бес¬
связными. Судебник Ивана IV, Соборное уложение 1649 г.. законодательные акты
Петра I, Елизаветы Петровны и Екатерины II, правительственные грамоты и указы,
купчие, переписная книга Караулова 1654 г., подворная лаидратская перепись
1717 г., материалы ревизий, различные документы из архивов провинциальной кан¬
целярии, духовной консистории, церковных хранилищ — все это дало обильный ма¬
териал к написанию истории Вятского края 13. Видимо, в процессе сбора материала
изменились намерения Вештомова: то, что должно было быть второстепенным
(краткая историческая справка о губернии перед обширным описанием ее совре¬
менного состояния), стало главным.
С «Истории вятчан» Вештомова начинается историческое краеведение в Вятке
Это сочинение позволило последующим историкам — А. С. Верещагину, А. А. Г.пн-
цыну, В. П, Юрьеву и др.— определить и расширить круг своих исследований, вы¬
явить новые источники. В труде вятского учителя рассказывалось, как сменяли
друг друга вятские воеводы. Терпеливо перечисляет Вештомов и местных он иско¬
лов. Пользуясь архивными материалами, оп проследил события год за годом, при¬
ближаясь к XVIII в., когда «любезное паше отечество стало из ветхого приходить
в новое состояпие» и. Приводятся в сочинении и данные о налогах, собираемых
здесь; список бургомистров; о строительстве новых церквей, «хотя нх уже и так до-
вольно в Хлыпове»; о неторопливой жизни российской провинции. Автор ищет то,
что связывает вятскую историю с общерусской. Он так определял свою задачу:
«А посему осторожного повествователя должность, кажется, есть предавать вещи к
сведению других так. как они самому ему проданы, но. не предупрежданст. в оных
совершенно сам, оставлять совесть па волю читателей судить об оных самим.
Я следую сему правилу в настоящем повествовании моем» !\
В духе традиций XVIII в. Вештомов уделял немало внимания этимологии и
решал многие вопросы исторической географии и этнографии на основании схожести
звучания топонимов, гидронимов, наименований народов и личных имеп. Большое
место оя отводил примечаниям. В них содержались полемика с другими авторами,
ссылки па грамоты и прочие документы. В первом же примечании Вештомов дает
сноску па «Повесть временных лет», полемизирует с историком Эминым, который
не различает племя вятичей и вятчан. ссылается иа Геродота, объясняет слово
«вятка». По его мнению, новгородцы назвали реку Вотяткою по местному населе¬
нию— вотякам (удмуртам), а затем это название преобразовалось в Вятку. Кри¬
тически относится он к источникам, перепроверяет их по мере возможности,
а когда нет такой возможности — оговаривает: «Я взял сие обстоятельство из исто¬
рии г. Стриттера, но отколь он взял, мне не известно»; «Что я ни говорил доселе
и впереди буду говорить о чудотворном Николаевом образе, все то почерпнуто
мною из описания, находящегося при здешнем кафедральном соборе, и других по¬
добных записок» 1в.
В начале работы Александр Иванович затронул сложный (не совсем ясный и
доныне) вопрос о заселении Вятки русскими. Он считает, что «первые у реки
Вятки поселившиеся словяно-российского происхождения люди, сделавшиеся праог-
Там же.
11 Эымаусский А. В. Ук, соч., с. 75-76.
u Вештомов А. И. История вятчан со времени поселения их при реке Вятке
до открытия в сей стране наместничества, или с 1181 по 1781 годы чрез 600 лет. Ка¬
зань. 1907, с. 117.
15 Там же, с. 23.
18 Там же, с. 35.
180

цамя внтчан, были из Новгорода Великого выходцы». В пользу этого предположе¬
нии он выдвигает следующие доводы: «Древнее новгородское наречие, сохранивше¬
еся у них поныне, есть первое тому доказательство: склонность к плотничеству и
искусство в оном есть второй вероятный признак происхождения вятчан от новго¬
родцев... Третье- общее мнение самих вятчап, основанное на преданиях предков
о происхождении своем из Новгорода; четвертое — историческое (впрочем краткое
и притом из бессвязных отрывков состоящее, следовательно неполное письменное
известие)... Пятое — приемлемое большею частию сведущих людей мнение о проис¬
хождении вятчан :г; Новгорода Великого» 17. Примечания с такими доказательства¬
ми превышали па некоторых страницах осповной текст. Вештомов принял мнение,
высказанное в «Повести о стране Вятской», о заселении Вятки русскими еще
в ХП веке. Впрочем, в достоверность этого источника верили и Н. М. Карамзин,
и С. М. Соловьев, и Н. И. Костомаров.
Александр Иванович привлек много документов, находившихся у частных лиц и
в губернских хранилищах. Поэтому-то по сей день и сохранил его труд ценность.
К тому же многие из использованных им источников давпо утрачены. Человек ши¬
рокого кругозора, сторонник идей просветителей, он в своей работе осторожно кри¬
тикует духовепство, церковные чудеса. Описывая ссору местного епископа с воево¬
дой в 40-х годах XVIII в., из-за чего произошел развал в управлении краем, Вет-
томов замечает: о преосвященном пишут, что «науки любил и защищал де до
чрезмерности, за которые де будто (чему поверить не можно) подверг себя и им¬
ператорскому гневу...» 1Я.
Будучи рационалистом, Вештомов верит в силу и мощь разума, способного все
объяснить без вмешательства бога. «В древние времена много естественного отно¬
сили к сверхъестественному, а немало, может быть, и нарочито для потомства
чудес...вымышляли и тем вещи обезображали в естественном их ходу, а писателей
об оных поставляли на такой критической точке, что с одной стороны разум и
совесть заклинают их следовать в описании вещей беспрерывным путем чудодея-
ний, а с другой...ипаче думать о вещах, как они преданы от предков» 1а. Как и у
просветителей, у Вештомова налицо гуманистическое отпошение к людям, которых
он считает равными от рождения. Чужды ему п национальные предрассудки. Об
удмуртах оп писал: «Они и поныпе суть лучшие и трудолгобивешцие здесь земле¬
дельцы»; о марийцах: «Народ сен так, как и вотяки, пошлин не имеют своей
грамоты, хотя б было и не трудно им дать онуго» 20.
Важнейший для Вештомова критерий в исторической критике — здравый смысл.
Не отказывался он и от психологических портретов. Говоря об Амфале Никитине,
■бежавшем в Вятку в начале XV в., он писал: «Человек беспокойного духа, при-
згтавшпй себя обиженным от отечества своего (Новгорода.— В. Б.), хотя сам учи¬
нился изменником оного,., человек предприимчивый, натурально не мог быть спо¬
коен между вятчанами. коих он волновать и руководствовать мог так, как
хотел» 21.
Александр Иванович сделал первую попытку периодизации истории местного
края. Он разделил ее на три периода: первый — от времени расселения русских
в бассейна р. Вятки до присоединения Вятской земли к Русскому государству
(1181—1459 гг.); второй — от присоединения Вятки до образования Вятской провин¬
ции (1459-1718 гг.): третий - от образования провинции до учреждения наместни¬
чества (1718—1781 гг.). Основным критерием для выделения периодов он считал
форму административно-политического устройства, т. е. государственный фактор, что
было вполне в духе того времени. Но в то же время Вештомов старался осветить
и экономическую сторону жизни края, приводя в своем труде сведения о развитии
земледелия, ремесла, торговли, а также о просвещении. Отношение его к простому
народу («поселянам — сой основе государства») на протяжении всего труда добро¬
желательное. Заметно его стремление просветить народ, улучшить его положение.
17 Там же, с. 11-15.
1в Там же, о. 160.
19 Там же, с. 23.
20 Там же, с. 179, 7.
21 Там же, с. 40—41.
181

С сочувствием описывает он бедственное житье крестьян: «Без хлеба! и без денег!
Там еще подушные подати! Недоимки! Кража!» 22.
Конечно, содержание труда Вештомова во .многом зависело от того материала,
который ему удалось собрать и свести воедино. Он старался максимально исполь¬
зовать достоверные источники (особенно но XVII вл данные переписей населения)
и сетовал, что из-за частых в Вятке пожаров большинство старых документов сго¬
рело. Стиль его повествования свободный: рассказ ведет человек, хороню владею¬
щий устной речью. Но от иередовой русской исторической мысли того времени его
труд все же отличается. Объединение фактически разнородного материала у Веш-
то.мова произведено формально, в изложении его пет внутренней связи, логики ис¬
следования. Отсутствует у него и какая-либо концепция. Рационализм, лежащий в
основе его метода, при котором главпым критерием провозглашается здравый
смысл, позволил ему, однако, усвоить начатки научной критики.
Свод ценного, хотя зачастую не проверенного фактического мате риала, у кото¬
рого есть начало, по нет копца,— вот что представляет собой «История внтчап».
Отсюда слабость многих выводов и оценок. Вештомов — собиратель, причем при¬
стальное внимание к социально-экономическим вопросам объясняется не только его
принадлежностью и личными симпатиями к низшим слоям общества, но и пебога-
гой политическими событиями вятской жизнью XVI—XVIII веков. Тем не менее
это была первая попытка синтеза в местной историографии. Отсюда et* роль для
последующего развития исторической мысли в Вятке. 1807—1808 годы — время окон¬
чательной обработки собранного материала и написания Вештомовым своей ра¬
боты.
Рукопись «Истории вятчан» более 100 лет хранилась в библиотеке Вятской
мужской гимпазип (преемницы Вятского главного народного училища), а сейчас
находится в фондах Кировского областного краеведческого музея. Именно с нее в
1907 г. была напечатана в Казани книга (но определению Совета общества архео¬
логии, истории и этнографии при Казанском университете). Инициатором издания
сочинения Вештомова был попечитель Казанского учебного округа Л. Н. Деревиц-
кий. 220 страниц киши обычного формата — источник, можно сказать, драгоценный,
поскольку многие материалы, коими пользовался автор, погибли и сохранились от¬
рывочно лишь в его труде. Но та ли это рукопись, которую Вештомов посылал
попечителю Казанского учебного округа С. Я. Румовскому? Внимательный осмотр
убеждает, что, видимо, не та. Перед нами 149 страниц бумаги большого формата,
исписанных мелким убористым почерком и почти без обычных в таком случае
украшений. Вряд ли подносимый попечителю экземпляр был столь беден. Не слу¬
чайно другой труд Вештомова (который был к тому же и недюжинным ботани¬
ком), «Вятская флора», посылавшийся им в Петербург, изобилует виньетками, ра¬
мочками и писан почерком гораздо более четким и удобным для чтения 23.
Рукописью Вештомова пользовались многие, обращавшиеся к истории Вятского
края. Одип из ее списков, принадлежавший Вятскому губернскому статистическому
комитету, хорошо переплетенный, хранится ныне в краеведческом отделе областной
библиотеки им. А. И. Герцена. На обороте титульного листа надпись: «Владимира
Короваева, 28 июля 1857 года. Вятка». Фактически все местные историки в своих
работах начинали отсчет от Вештомова. Сппцын, Верещагин, Спасский опирались
на его труд.
В сентябре 1810 г. Александр Иванович уволился из училища и перешел на
службу форстмойстером (чиыовпнком лесного департамента) Вятской округи, по
вскоре тяжело заболел и не смог более работать, оставив свою семью в нищете.
По исповедной книге 1816 г., в третьем дворе прихода Покровской церкви г. Вятки
встед за семьей коллежского советника Николая Стефанова указана и семья
«бывшего Вятской округи фоштмейстера Александра Иванова сына Вечтомова» г4.
Уральское произношение его фамилии, которое он отстаивал, сменилось внтекпм,
через «ч». Так станут писаться его потомки и Вятке. Датой смерти Вены снова
Там же, с. 179.
-1 Отдел рукописен Кировского областного краеведческого му Вешто¬
мов А. И. Вятская флора. Вятка. 1800 (рукопись).
21 ГАКО, ф. 205. он. 1, д. 2, л. 48: ф. 237, оп. 71, д. 200, л. 79.

считали 1825 г.. но, но исповедной росписи, еще и за 1828 г. он зпачился в жи¬
вых Точная дата кончины талантливого вятского историка н просветителя оста¬
ется пока по установленной.
В.	А. Бердинских
2Г> Там ил', д. 211, л. 29об.
СВЯЩЕННЫЙ ОСТРОВ ДРЕВНИХ ГРЕКОВ
Делос является самым маленьким (его длипа — около 5 км, максимальная
ширина — 1,3 км) и. пожалуй, самым знаменитым из Кикладских островов, тяну¬
щихся широко!! грядой по Эгейскому морю от материковой Греции к побережью
Малой Азии. Название острова означает по-древнегречески «увиденный», что на¬
ходит объяснештс в легенде, будто он когда-то поднялся на поверхность из глубин
моря. Согласно преданиям Г богиня Лето родила здесь Аполлона и его сестру Ар¬
темиду. Поэтому на протяжении всего I тыс. до п. э. на острове существовал
общегреческий культ Аполлона, по популярности сравнимый только с идентичным
культом в Дельфах.
Сведепия о Делосе, дошедшие до нашего времени из произведений античных
авторов, отрывочны и не дают возможности реконструировать его древнюю историю.
Научное ее изучение началось лишь после раскопок, которые с 1873 г. ведет там
Французская археологическая школа в Афинах. Помимо святилищ Аполлопа, Ар¬
темиды и Лето ученые обнаружили храмы других богов. Постепепно находки поз¬
волили воссоздать материальную и культовую стороны жизни Делоса 2.
Остатки жилых кварталов и предметы, найденные внутри строений, дали пред¬
ставление о численном и этническом составе насе.топия. экономическом развитии
острова, бытовых сторонах жизни его обитателей. Было выявлено также около
3 тыс. эпиграфических документов (декреты, постановления пародных собрании,
посвящения, храмовые отчеты, инвентаря, каталоги, подписи скульпторов), без ко¬
торых представление об острове Аполлона оказалось бы неадекватным историче¬
ской реальности. Большинство надписей относится к эллинистическому периоду,
в настоящее время паиболсе изученному отрезку делосской истории.
Первые следы человеческого пребывания на Делосе (жилище на горе Кинф)
отпосятся ко второй половине III тыс. до н. о.. когда там, вероятно, находили
временное прибежище рыбаки. Массовый керамический материал и первые погре¬
бения датируются микенской эпохой, так что постоянное население появилось на
Делосе спустя тысячелетие. В начале I тыс. до и. э. на остров проникло повое,
ионийское, население, припесшее сюда культ Аполлона, который потеснил сущест¬
вовавший ранее культ верховного женского божества 2 Новый культ объедипил
вокруг Делоса жителей соседних островов и большую часть ионийцев близлежащих
районов Средиземноморья.
С этого времени на Делосе регулярно проводились великие собрания и общие
религиозные праздники ионийцев, в программу которых входили кулачные бои, со¬
стязания певцов, выступление хора девушек и традицноппый танец геранос4. Для
участия в торжествах прибывали специальные священные посольства—феорни.
первоначальной миссией которых были перевозка и торжественное вручение Апол¬
лону начатков плодов \ На протяжении многих поколений феории привозили в
‘ Н< in. Hymn. 30-178; С а 1 I im. Hymn. IV, 55-271.
2 См.: В г u п е а и Pli. Recherches sur les cultes tie Délos	à	l’époque	hellénistique
et à l’époque impériale. P. 1971.
1 G a 1 1 е t de San ter г е H. Délos primitive et archaïque.	P.	1958,	pp.	137—138;
см. также: ChampdorA. Délos, l’île d’Apollon. P. I960.
4 Time. III, 104; Нога. Ilymn. 146-155.
r> H е r е d. IV, 33-35.
183

дар Аполлону драгоценные золотые и серебряные изделия, подробное описание ко¬
торых дошло до нас в храмовых инвентарях. Некоторая часть этих предметов най¬
дена при раскопках.
Политическое оформление делосскои гражданской общины произошло в архаиче¬
скую эпоху. Местный полис возник при уже существовавшем культе, который
явился не только религиозпым, но и организующим началом для граждан. Слава
всеми почитаемого места рождения Аполлона привела к тому, что у этого полиса
появились особые привилегии: в отличие от других греческих городов ои до середи¬
ны I в. до н. о. не имел укреплеппи: в источниках нет упоминании о его гар¬
низоне или флоте; ни один из аптичпых авторов и ни одна из пайдеппых надпи¬
сей не говорят об участии граждан Делоса в каких-либо военных действиях на их
территории; святилище и город всегда были открыты для всех, кто хотел принять
участие в культовых праздниках или принести дары богам.
Постоянно существовала также тенденция покровительства Делосу со стороны
государств, претендовавших на морскую гегемонию в Эгейском море. Поскольку Де*
лос являлся географическим и религиозным цептром Кикладскнх островов, поми¬
нальный контроль над ним означал признание власти гой или иной морской дер¬
жавы над Эгеидой в целом. В VII—VI вв. на Делосе прослеживаются следы нак-
сосского, афинского и самосского влияния. После греко-персидских войн, когда ост¬
ров стал казнохранилищем делосскои симмахпи (военно-морского союза), там на¬
долго закрепились Афины. Афиняне пе вмешивались во внутреннее управление
делосским полисом, который продолжал издавать собственные постановления0.
В руках афинских магистратов находился, однако, почти весь контроль за хо-
знйствоппо-адлшнистративпым управлением святилищами: они сдавали в аренду
храмовые земельные угодья и дома, вели учет денежных поступлений в храмовую
казну и давали из нее ссуды, следили за сохранностью сокровищ Аполлона. Г.о
второй четверти IV в. до п. э. некоторое участие в храмовых делах начали прини¬
мать местные магистраты. В то время на острове торжественно отмечались два
больших праздника — Аполлонии (в честь Аполлона) и Делии. Последние носили
проафинский характер и после освобождения острова от афипского контроля
исчезли.
Когда авторитет Афин в Восточном Средиземноморье стал падать, делосцы по¬
пытались вернуть себе коптроль над святилищами и в 345 г. до н. э. обратились
с соответствующей просьбой к царю Филиппу Македонскому, которую тот, однако,
отклонил. Делос получил независимость лишь в 314 г. до е. э. после поражения
афинского флота у Аморгоса в ходе борьбы эллинистических государств за насле¬
дие Александра Македонского7. Годы независимости Делоса (314—166/5) благодаря
обильному эпиграфическому материалу известны достаточно хорошо.
Особый интерес к острову в то время проявляли правители Египта и Македо¬
нии, боровшиеся за влияние в Эгейском море, причем свои интересы в районе
Кикладского архипелага они проводили через Лигу несиотов — жителей ряда сосед¬
них островов, религиозным центром которой был Делос. Организованный в копие
IV в. до н. э. диадохом Антигоном I и поочередно попадавший под контроль Егип¬
та или Македонии, этот островной союз закончил существование в середине
III в. до н, э., однако вплоть до середины II в. до н. э. в делосские святилища
продолжали поступать дары от различных эллинистических правителей — Лагидов,
Антигонидов, пергамских царей, властителей Сирии, стремившихся не столько сы¬
скать благосклонность богов, сколько укрепить свой авторитет в Эгеи де 8.
Делос представлял собой демократический полис, верховную власть в котором
осуществляло народное собрание граждан. Население острова в III в. до н. о.
вряд ли превышало 1500 человек9. Наличие общегреческого святилища влияло па
экономическое развитие полиса. Значительная часть пригодной к сельскохозяйст¬
венному использованию земли оказалась во владении святилища; ему же прпнад-
6 Inseriptions de Delos (ID). Vol. 1. P. 1937, JVsAls 71—83.
7 Buraselis K. Das hellenistische Makedonien und die Agäis. München, 1972.
S.	40-43.
8 Bruneau Ph. Op. cit., pp. 516-518, 545-551, 568—570, 573—576.
9 Ibid., p. 263; Bruneau Ph., D u c a t J. Guide de Delos. P. 1983, p. 24.

лежали угодья на соседнем острове Ронея. подаренном Аполлону тираном Самоса
Поликратом. В результате частных дарении или конфискации сюда прибавились на¬
делы на Делосе и на западной оконечности о-ва Миконос. Их эксплуатации при¬
носила святилищу заметный доход
Среди делосских надписей есть уникальный документ — «священный до¬
говор» 11, регулировавший отношения между святилищем и арендаторами храмовых
участков. Подобного ему не сохранилось ни в одном другом из греческих полисов.
А в ежегодных отчетах храмовых магистратов фиксировались находящиеся на на¬
делах строения, деревья и кустарпики. Основными занятиями местных арендато¬
ров были разведение быков и овец либо виноградарствоСпрос на делосское
вино не был, впрочем, велик: часто фигурирует расходы па ввозимые извне кос-
ское и книдское вила.
Характерной чертой делосского сельского хозяйства было почти полное отсут¬
ствие зерновых посевов. Это естественно для острова, неплодородие которого уже
в древности вызывало удивление. Вот что гласит гомеровский гимн: «Зелень скудна
па тебе, и плодов никаких не родится»; «Под почвой твоею нет жира» 1Л. Зерно,
как и другие продукты питания, которые необходимы для обеспечения паломников,
ввозились с соседних островов или из государств, под покровительством которых
паходился Делос. Важное значение имела рыбная ловля: добыча рыбы велась но
только в Эгейском море, по и во внутреннем пресноводном храмовом озерен,
сдававшемся храмовой администрацией на откуп. Сведения о ремесленном произ¬
водстве показывают, что на острове существовали керамическая мастерская, куз¬
ница, мастерские по производству пурпурной краски, окраска тканей, починка па¬
русов. Ремесло не выходило за рамки обслуживания внутренних потребностей по¬
лиса. Несколько мастерских принадлежало святилищу и входило в число храмовых
домов, которые сдавались в наем 15.
В III -II вв. до п. э. на Делосе было возведено немало монументальных ар¬
хитектурных сооружений. Был достроен самый большой из храмов Аполлона, со¬
оружены Пифион. Афродисиоп, храм Асклепия, несколько больших портиков,
театр и пр. Но собственных квалифицированных архитекторов и строительных ра¬
бочих на острове не было: полис не мог обеспечить себя рабочей сплои и поль¬
зовался услугами людей из других мест Греции18. Из ремесел, получивших широ¬
кое развитие, можно назвать только изготовление мраморных и бронзовых статуй,
т. е. промысел, ориентированный на внутренние потребности святилища, хотя
большая часть работавших па Делосе скульпторов — афнняпе 17.
Но Делос имел еще особую отрасль хозяйства, порожденную существованием
храмового комплекса, который посещали многочисленные паломники, приток кото¬
рых породил своеобразную индустрию, направленную па их обслуживание. На
острове имелись мпогокомпатпые дома, предназначавшиеся для проживания при¬
езжих, специальные помещения для совместных трапез. Кулинарное искусство де¬
лосцев весьма славилось. Известный своими гастрономическими пристрастиями
Афиной (II в. н. э.) приводит несколько знаменитых делосских рецептов приготов¬
ления рыбы 18. От него же известно, что за жителями острова укрепилась слава
«шныряющих между столами» и «сотрапезников бога»1Э. Это подтверждает тот
факт, что обслуживание приезжих стало распространенным занятием на Делосе.
К особенностям колитической организации делосского полиса относится боль¬
шая роль гиеропеев — магистратов по управлению храмовым хозяйством, наимено¬
вание которых произошло от первоначально узкого дела — совершения жертвонрн-
1fl Inscriptiones Grocae (IG). Brl. 1912. Bd. XI. 2, 161, A. 6-15.
• i j£) 5Q3
Tel XI,’ 2, 287, A. 142-174.
Ilom. Uymn. 55. 60.
P l in. N. H. XXXII. 18.
11 e n n i ng 1). Die «heiligen Häuser» von Delos.- Chiron,	1983,	vol.	XIIí,	S.	411	ff.
H’	La c ro i x M. Des architectes et enlrepreneurs ä Délos	de	314	ä	240.— Bevue	phi-
Ldogiqne. 1914, vol. XXXVIII, pp. 326-327.
17	M a r c a d é J. Au musée de Délos. P. 1969. pp. 469 suiv.
18 Athen. 30ld. 327d.
1P Ibid., 173b. 173c.
185

пошений. В годы независимости острова опи являлись вторыми по важности лица¬
ми в полисной иерархии; выше них стоял только архонт. Гиеропеи сдавали в
аренду землю и внаймы храмовые дома, выдавали ссуды и собирали проценты за
них, вели подсчет доходов и расходов, осуществляли контроль за ремоптом строе¬
ний, хранили храмовые сокровища. Благодаря сжегодпым отчетам гиеропеев нам
известна внутренняя жизнь полиса.
Вот характерный отрывок, касающийся подряда строительных работ: «В храме
Аполлона в передней части перистиля сделать 15 квадратов в потолке взяла с
подряда Фаней, сып Каика, и Писибул нз Пароса, каждый квадрат за 300 драхм
с условием, что они сами доставят все нужное для работы, кроме дерева. Им мы
выдали по указапию архитектора и попечителей первую выдачу денег в размере
2250 драхм; по выполнении ими половины работ на основании договора мы им вы¬
дали вторую выдачу 1S00 драхм» 20. А вот образчик расходов храмовых магистра¬
тов: «Следующие суммы издержаны на текущие месячные	расходы:	в месяце	ле-
неоы — поросенок для очистительного жортвопрппошения	в	храме, 4	драхмы;	сос¬
новые ветви — 4 обола; венки для алтарей Пифиопа	и	Пропилеи —12 драхм;
и лата за вязку венков — 4 драхмы и 2 обола» 21.
В инвентаре гиеропеев упоминаются «две фиалы, подаренные царицей Стра-
тоникон; две фиалы, подаренные жителями острова Кос [во время прибытия свя¬
щенного посольства] при архифеоре Поликлете; две фиалы родосцев»22. Отчеты
I! инвентари отличались скрупулезностью, мелочными подробностями, вниманием
к деталям, что делает их пенным источником.
Социальное положение гиеропеев было высоким, о чем свидетельствуют надпи¬
си об их родпых и близких, в числе которых часто встречаются архонты, жрецы,
гаранты и поручители города при заключении контрактов, для выполнения кото¬
рых требовалось немало средств 23. Теспая связь со святилищем Аполлона вообще
являлась характерной чертой жизни делосцев. Средние слон содержали постоялые
дворы, изготовляли предметы священного обихода, выполняли другие ремесленные
работы. Болес бедная часть паселения была занята в храмовом комплексе, получа¬
ла долю от посвящеппых богам жертвенных животных. Немногочисленные упоми¬
нания о рабах дозволяют говорить об их использовании для обработки земельных
участков24, а также в отдельных отраслях ремесла и для обслуживания богатых
граждан. Одни и те же лица, относившиеся к верхушке делосского общества, зани¬
мали все важнейшие магистратуры и получали наибольшую выгоду от экономиче¬
ской эксплуатации святилища.
В середине II в. до н. э. после подчинения Македонии Римом последний стал
одним нз ведущих государств Средиземноморья. Поэтому именно к нему была об¬
ращена просьба Афин о возвращении острова Аполлона, которую они .мотивирова¬
ли давними правами па Делос. В решении римского сената пемаловажную роль
сыграло желание наградить Афины за поддержку римской политики в III Маке¬
донской воппе, и в 166/5 г. до н. э. остров был передай Афинам, результатом чего
стало выселение его исконных жителей и выведение сюда афипских клерухов (без¬
земельных лиц в качестве поселепных земледельцев) 25. Организация клерухов на
острове мало отличалась от подобных же афинских установлений, ибо связь с мет¬
рополией была тесной, и ни один важный декрет для острова не проходил без
ратификации народного собрания Афин.
Одновременно Делос был превращен в свободный порт, и всем прибывавшим
сюда судам было дано право беспошлинной торговли 26. Рим рассматривал Делос
как форпост своих торговых интересов на Востоке. Наибольший взлет торговой ак¬
20 Ю, XI, 2, 161, А. 45-48.
21 Ю, 422, А. 180—181.
22 Ю, XI, 2, 161, В. 15-16.
23 Л о н у х о в а О. Б. Гиеропеи — должностные	лица	делосского	храма	(314—
166/5 гг. до н. э.). В кн.: Из истории социально-политической и	культурной	жизни	ан¬
тичного мира и средневековья. М. 1985, с. 25-26.
24 1С, XI, 4, 1296: Ю, 503, 33-34, 46—47.
25 Р о 1 у Ь. XXX, 20; XXXII, 17; Ш, 2589.
26 Б 1 г а Ь о. X, 5.4; Р о I у Ь. XXXI, 7.10.
(СП

тивности па острове — вторая половина II в. до п. о.. когда римлянами Пыли разруше¬
ны Карфаген и Коринф, аннексирован Пергам и образована провпацпя Азии.
После 166/5 г. до н. э. население Делоса резко возросло, составив теперь 20—
30 тыс. человек27. Шла быстрая урбанизация, площадь городской застройки увели¬
чилась более чем вдвое, в планировке кварталов и улиц наметился строгий поря¬
док. К атому îiîc времени относятся самые красивые из раскопаппых частных до¬
мов:	украшенпые	прекрасными мозаиками с соотетствующими сюжетами дом
Тритона и дом Дельфина; большой трехэтажный дом Гермеса; состоящий из не¬
скольких строений, па стенах которых сохранились изображения сцен из грече¬
ских трагедий, дом Комедиантов.
Хотя формальное прекращение существования клерухнп. очевидно, относится
к 131 г. до н. э.28, смешение афинян на Делосе с уроженцами Востока и Ита¬
лии развернулось ранее. Вот один из примеров: брак афинянина Диогена с сидо-
нянкой Эппкариией 2Я. Основным населением теперь стали торговцы из всех частей
Средиземноморья, имевшие па острове собственные профессиональные и религиоз¬
ные организации. Наиболее известны из них беритские посейдониасты (почитатели
Посейдона из финикийской Лаодикои) и тирские гераклеисты (почитатели Геракла
из Тира) 30. Помимо отправления на чужбине культов своих богов, эти сообщества
оказывали материальную поддержку сочленам, подвергавшимся риску во время
морских перевозок.
С появлением на острове большого числа уроженцев Италии связано строи¬
тельство нового места для проведения собраний Агоры италийцев, осуществленное
около 100 г. до н. э.31. Основным предметом торговли в ту пору были рабы,
и Страбоп пишет, что Делос был способен принять и продать за депь около
10 тыс. человек, так что даже возпикло выражение; «Купец, приставай и выгружай
корабль, все продано» Ч
Расцвет Делоса завершился около 88 г. до н. э., когда остров был косвенно втя¬
нут в борьбу между Римом и иоптийским царем Митридатом VI Евпатором. Имен¬
но в это время Афины предприняли очередную попытку укрепить свое влияние
на острове, и возмущенный этим Митридат послал туда одного из своих воена¬
чальников. который ограбил делосцев, потом либо уничтожил их, либо продал в
рабство Ч Новый урон был нанесен острову нападением пиратов в 69 г. до п. э.34.
Город, часть жителей которого погибла, а другая предпочла его покинуть, постепен¬
но обезлюдел: степа, которая впервые объединила все городские кварталы, не вы¬
ходила за пределы мест обитания в III—II вв. до н. п.
Боязнь пиратов, хозинпичавших в этом регионе, привела и к изменению торго¬
вых путей. Италийские порты Остия и Путеолы отвлекли на себя основную связь
с Бостоном, делосскии транзит перестал быть необходимым. Рим пытался восста¬
новить Делос в прежнем положении; в 58 г. до п. э. сенатским декретом он был
освобожден от налогов34. Но желаемых результатов это не принесло, и остров
оказался лишь местопребыванием начинавшего приходить в упадок святилища.
Уже во II в. и. э. Павсашш писал: «Вот и Делос, бывший некогда торговой гаванью
всего эллинского мира, теперь не имеет пи одного жителя из самих делосцев, если не
считать гарнизона, присылаемого из Афин для охрапы храма» Ч
После второй мировой войны археологи регулярпо публиковали выпуски с опи¬
санием очередных находок па вершине и склонах горы Кипф, где расчищены руины
святилищ сирийских и египетских богов, храма Геры, грота Аполлона, храма Зевса
Кинфиоса и Афины Кинфии.
О. Б. Лопухова
27 Б г и и е a u Ph.. D и с a t J. Op. cit., p. 26.
28 L a i d I a w W. A. A History of Delos. Oxford. 1933, p. 192.
29 Housse 1 P. Délos, colonie athénienne. P. 1916, pp. 70-71.
30 ID. 1519. 1520.
В г и л е a и Pli.. D и с a t J. Op. cit., pp. 106—168.
:v-’ Strabo. XIY. 5.2; см. также: Лсяцман Я. A. Рынок- рабов на Делосе.-
Вестник древней истории, 1950, № 1. с. 53 ел.
33 S t г а Ь о, X. 5.1; Paus. III. 23.3-5; А р р. \Iithr., 28.
34 А р p. Mil in-.. 28.
33 ID. 1511.
38 Paus. VIII, 33.2.
187

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ
Тихвинский Серп и Леонидович — академик, член Президиума АН СССР,
заместитель председатели Секции общественных паук Президиума АН СССР, аьы-
демик-секретарь Отделения истории АН СССР, председатель Национального коми¬
тета историков Советского Союза. Автор монографий: «Движение за р. формы в Ки¬
тае в конце XIX века», «Супь Ятсен: внешнеполитические воззрении и практика»,
«История Китая и современность», «Завещание китайского революционера» и мно¬
гих других работ по повой и новейшей истории стран Востока, внешней политике
СССР и международным отношениям. Научный руководитель н редактор многих
научно-исследовательских и документальных изданий. '
За рн цк ий Борис Ефимович — кандидат исторических наук. Автор книг
«Место действия — Западная Европа», «Покушение на Европу» и ряда статен но
истории международных отношении.
М с л и к (I и Ованес Паганетовнч — кандидат исторических паук, зам. директо¬
ра Института международного рабочего движения АН СССР. Автор книг: «Нейтра¬
лизм и мир», «Политика иенрпсосдипеппя африканских государств», «Знамя Перво¬
май— интернационализм» (под псевдонимом О. Н. Мельников). «Антивоенное дви¬
жение: вчера и сегодня».
Дворни че н ко Андрей Юрьевич — кандидат исторических наук, доцент Ис¬
торического факультета Ленинградского университета. Автор статей по истории Ки¬
евской Руси и Великого княжества Литовского и глав в коллективной! монографии
«Становление и развитие раннеклассовых обществ. Город и государство».
Новиков Владимир Николаевич — советский государственный деятель,
В 1941—1948 гг. зам. наркома и министра вооружения СССР, в ¡960-1962 гг. зам.
Председателя Совета Министров СССР, в 1962-1905 гг.- министр СССР, в 1965-
1980 гг. зам. Председателе Совета Министров СССР. Герой Социалистического Труда,
генерал-майор инженерно-технической службы. Автор работ об отечоствепной про¬
мышленности.
Полонская Людмила Рафаиловна — доктор исторических наук, профессор,
зав. сектором Института востоковедения АН СССР. Автор книг: «Мусульманские те-
чепия в общественной мьгсли Индии и Пакистана», «Ислам: идеология и полити¬
ка», «История Пакистана» (в соавторстве), «Восток: идеи и идеологи» (в соавтор¬
стве) и многих других трудов.

ИНАИДА ВЛАДИМИРОВНА УДАЛЬЦОВА
29 сентября 1987 г. ушла из жизни директор Института всеобщей истории АН
ССС Р плен-корреспондент АН СССР, профессор Зинаида Владимировна Удальцова
3. В. Удальцова родилась 5 марта 1918 г. в г. Кисловодске в семье служащих.
В 1940 г., после окончания Московского университета, она начала свою научную
деятельность в области визаитшшстнки. В 1945 г. 3. В. Удальцова была приляг;, е
члены Коммунистической партии. В том же году она защитила кандидатскую диссер¬
тацию «Борьба партий в Византин в XV” в.», а в 1900 г. ею была защищена доктор¬
ская диссертация «Италия и Византия в VI в.».
3. В. Удальцова — автор более 300 научных трудов по проблемам истории Ви¬
зантин, истории международных отношений в средине века, теоретическим проб¬
лемам всемирно-исторического процесса, истории Древней Руси и средневековой
Италии, поздней античности. Ее исследования «Италия я Византия в VI в.»
(1959 г.), «Советское византиноведение за 50 лет» (1968 г.), «Идейно-политическая
борьба в рапной Византин» (1976 г.) получили широкое признание научной обще¬
ственности. В печати находятся се книга о византийской культуре. По инициативе
я под руководством 3. В. Удальцовой была подготовлена трехтомная «История Ви¬
зантии» (1967 г.). Около трети текста этого труда написано 3. В. Удальцовой. Она
руководила работой по созданию многотомпои «Культуры Византии» — первого в
мировое пауке сводного труда по данной теме (в 1984 г. ж:дан его первый том.
в 1987 г. сдап в печать второй).
Велика роль 3. В. Удальцовой как организатора исторической	пауки.	С	1961	г.
3. В. Удальцова заведовала сектором истории Византии в Институте истории АН
СССР. С 1980 г. она возглавляла Институт всеобщей истории АН	СССР.	В	1986	г.
ои был награжден орденом Трудового Краспого Знамени. Под ее руководством и
при ее непосредственном участии была подготовлена и издана «История крестьян¬
ства в Европе. Эпоха феодализма». Она была инициатором к главпым редактором
многотомной «Истории Европы», создаваемой в настоящее время.
В 40-е годы 3. В. Удальцова принимала участие в возобновлении «Византий¬
ского врсмепштка», многие годы возглавляла его редколлегию, с 1977 г. являл як,
главны:.! редактором «Вестника древней истории», входила в соетав редколлегий жур¬
налов «Новая и повейшая история». «Культура н жизнь», ежегодника «Средние века»,
возглавляла деятельность Научного совета по комплексной проблеме «Закономерно¬
сти исторического развития общества и перехода от одпой соцоалыю-эконсячческой
формации к другой».
Среди учеников 3. В. Удальцовой — известные историки, доктора и кандидаты
исторических наук. Она — автор разделов и глав в учебниках для высшей школы,
главный редактор подготовленного к печати нового университетского учеб пика «Ис¬
тория средних веков». 3. В. Удальцова преподавала в пединститутах, в ВПЩ при
ЦК КПСС. Болес 50 лет ее жизни связало с Историческим факультетом МГУ, где
она была студенткой, аспиранткой, преподавателем, доцентом, профессором
(с 1968 г.), а с 1982 но 1986 г. заведовала кафедрой истории средних веков.
3. В. Удальцова являлась Председателем ассоциации византинистов СССР и зице-
президонтом Международной ассоциация византинистов, заместителем Председате¬
ля Национального комитета историков Советского Союза, председателем советской
части Комиссии историков СССР и Венгрии, членом советско-болгарской и советско-
югославской комиссий историков.
Научные заслуги 3. В. Удальцовой были широко признают в нашей стране и
за рубежом. В 1976 г. она была избрана члоиом-корресиопдентом АН СССР.
В 1975 г. она стала членом Научного комитета Международного нептра исследон •>-
ний по истории византийской культуры в Южной Италии (г. Бари), в 1983 г. была
избрапа иностранным членом Саксонской АН (ГДР).
3.	В. Удальцова избиралась депутатом Моссовета, была членом правления об¬
ществ «СССР—Греция» и «СССР — Италия».
За заслуги перед отечественной наукой 3. В. Удальцова была награждена орде¬
нами Трудового Краспого Знамени и «Знак Почета». Как одному из создателей
«Всемирной истории» ей была присуждена Государственная премия СССР
1987 года.
Память о 3. В. Удальцовой навсегда сохранится в сердцах ее коллег, друзей и
учеников.
! 89

SUMMARIES OF ARTICLES
The Current Tasks of Studies of the Working Class
In May 1987 the Moscow Historical-Archival Institute held a round-table discussion
on the urgent tasks involved in research of the Soviet working class. The discussion
was suggested by the Voprosy islorii Editorial Board and the Problem Group on the
History of the Soviet Working Class. This issue carries a detailed account of the
meeting.
ACADEMICIAN S. L. TIKHVINSKY'. The Present State and Tasks of the Local Lore
Studies in the USSR
The local lore is a branch of history. The author describes the present state of such
studies and the difficulties it encounters. He also points to some specific tasks: getting
in contact with active participants in the October Revolution, the Civil and the Great
Patriotic wars, and socialist construction; studies of local history, protection of cultural
and historical landmarks.
B.	E. ZARITSKY. The USA and the Left Forces in Western Europe (the 1907s-1980s)
The author looks at the US policy vis-à-vis the left forces and mass democratic
movements in the West European	countries. He reveals	the forms	and	methods used
by the United States to influence	the domestic political	scene in these	countries and
the attitude of the US administrations to the Communist, Socialist and Social-Democra¬
tic pai’tics, the left trade-unions, and anti-war and ecological movements. Zaritsky re¬
lies on vast factual material to demonstrate the US approach to the so-called «left
threat» in Western Europe.
O.	N. MELIKYAN. The Anti-War Consciousness in Past and Present
The 19lh century was very much preoccupied with the idea of the world without
wars: more than 8,900 treatises on this theme appeared and the two major trends of
anti-war thinking took shape: the reformist and the revolutionary. The international
working-class movement combined its anti-imperialist	struggle	with	the struggle
against unjusl wars. The Leninist	Decree on Peace ushered in a	new	stage of this
struggle. Peace efforts of socialism intensified and took new dimensions. Today they
reached a new quality and concentrate on survival in the non-nuclear and non-violent
world as an aim which takes precedence over the class interests.
A.	Y. DVORNICHENKO. Evolution of the Urban Community and the Genesis of Feuda¬
lism in Russia
The author sees the two elements staled in the title as being intertwined in mediae¬
val Russia. He looks ul the evolution of the urban communities (as the key social or¬
ganism of the period) of the western region. The time span is the 9tli-I5th centuries.
The author relates the feudal developments there (as elsewhere in Russia) to the lilh-
15th centuries and demonstrates that the nascent feudal relations contributed to the
disintegration of the earlier social order and the communities of the city-states.

CONTENTS
The Current Tasks of Studies of the Working Class (Round-Table Discussion); Artic¬
les: Academician S. L. Tikhvinsky. The Present State and Tasks of the Local Lore Stu¬
dies in Ihe. USSR; B. E. Zaritsky. The USA and the Left Forces in Western Europe (the
1970s- 1980s). Past and Pres (Mil: O. N. Melikyan. The Anti-War Consciousness in
Past and Present. Controversial Problems: A. Y. Dvornichenko. Evolution of
the Urban Community aud the Genesis of Feudalism in Russia. Reminiscences.
V. N. Novikov. The Feat of Moving People and Industry fo the Rear During the Great
Patriotic War. Historical Essays; L. R. Polonskaya. The Role of Islam in the
History of Pakistan. II i s t o r i r a I Science in the USSR and Abroad Sur¬
veys: B. V. Sokolov. Soviet Works on the Nationalities Question in the Republic of South
Africa (the 1950s-l980s); Ala Lungshan. Chinese Studies of Soviet History. Book Reviews:
The Di ’ess Rehearsal of the Great October Revolution. The First Rourgeois-Democratic Re¬
volution in Russia; The Russian Foreign Policy in the 19th and Early 20th Centuries;
N. N. Ulashchik. Introduction into the Studios of the Byelorussian and Lithuanian Chro¬
nicle Writing; International Working-Class Movement. The Problems of History and Theo¬
ry. Vol. 8; Communists in the Vanguard of Struggle for the United Working-Class and Po¬
pular Front. 1934—1939; Z. I. Romanova. Capitalist Development in Argentina; The Impact,
of the Second World War on the Soviet Union (University of California. Irvin); M. Wol-
fers, J. Bergerol. Angola in the Front Line (London). Facts, Events, People. Ar¬
ticles in Soviet and Foreign Historical Journals. New Books in the USSR and Abroad.
SOMMAIRE
Les tâches actuelles de l’étude de la classe ouvrière soviétique (Table ronde); Artic¬
les; l'académicien S. L. Tikhvinski. L’état et les problèmes du développement ultérieur
des études d’histoire des régions en U.R.S.S.; B. E. Zaritski. Los Etats-Unis et les forces
de gauche en Europe occidentale (années 70-80). Histoire et époque contem¬
poraine: O. N. Melikian. La conscience nntiguerre dans le passé et à l’heure actuelle.
Problèmes à discuter: You, Dvornitchenko. L’évolution de la communauté ur¬
baine et la genèse du féodalisme en Russie. M é m o i r e s. V. N. Novikov. Un exploit au cours
de l’évacuation de la population. Aperçus historiques: 1/. R. Polonskaïa. L’islam
dans les destinées historiques du Pakistan. La science historique en U. R. S. S.
et à l’étranger. Revues: B. V. Sokolov. Les publications soviétiques sur la question
de nationalités en R.S.A. (années 50-80); Ma Lounchang. L’étude de l’histoire de la période
soviétique de l’U.R.S S. en Chine. Comptes rendus: la répétition générale do la Grande
révolution d’Octobre, La première révolution démocratique bourgeoise en Russie; La
politique extérieure de Russie du XIXe et du début du XXe siècle; N. N. Oulachtchik.
Introduction à l’étude des chroniques biélorusso-lituaniennes: Le mouvement ouvrier
international. Les problèmes d'histoire et de théorie. T. 8; Les communistes à Fa van t-
garde de la lutte pour un front populaire et ouvrier unique. 1934—1939; Z. I. Romano-
va. Le développement du capitalisme en Argentine; L’impact, de la Seconde Guerre mon¬
diale sur l’Union Soviétique (Université de Californie); M. Wolfers, J. Bergerol. L’Ango¬
la sur la ligne de front (Londres). Faits, événements, hommes. Articles dans
les revues historiques soviétiques et étrangères. Nouveaux livres en U.R.S.S. et à
l’étranger.

SUMARIO
Tareas actuales del estudio de la clase obrera soviética (Mesa redonda); Artículos:
S.	L. Tíivinski, miembro efectivo de la AC de la URSS. Condición y tareas del desarrollo
sucesivo de la etnografía territorial histórica en la URSS; B. E. Zaritski. EE. L l. y ías
tuerzas de izquierda en Europa Occidental (años 70 y 80). H i s t o r i a y contempora¬
neidad: O. N. Melikián. Conciencia antibélica en el pasado y el presente. Pr o b 1 o m a s
en discusión: A. Yu. Dvornichenko. La evolución de la comunidad urbana y la géne¬
sis del feudalismo en Rus. Memorias; V. N. Novikov. Hazaña en el curso de ta evacua¬
ción. Ensayos históricos: L. R. Polónskaia. EL islam en los destinos históricos do
Pakistán. C i e n c ¡ a histórica en la URSS y en el exterior. Resúmenes:
B.	V. Sokolov. Publicaciones soviéticas sobre el problema de las nacionalidades en 1;¡
P«epública Sudafricana (años 50 a 80); Ma Lungsnan. Estudio, en China, de la historia
de 1¡< URSS en el período soviético. Reseñas: Ensayo general del Gran Octubre. Primera
revolución democrático-burguesa en Rusia; Política exterior de Rusia del siglo XIX
y comienzos del XX; N. N. Uláschik. Introducción en el estudio de las crónicas bielorru¬
so-lituanas; Movimiento obrero internacional. Cuestiones de historia y de teoría. T. -S;
Los comunistas a la vanguardia de la lucha por el frente único obrero y popular. 19.‘íí—
trí: 9; Z. I. Románova. Desarrollo del capitalismo en Argentina; The Impact of World
W.rr II on the Soviet Union. University of California. Irvin; M. Wolfers, J. Bergerol.
Angola in the Front Line. London. Hechos, sucesos, hombres. Artículos en las
setüAa? históricas soviéticas y extranjeras. Nuevos libros en la URSS y en el exterior.
Редакционная коллегия: И. В. СОЗИН (и. о. главного редактора),
В.	П. БОВЫКИН, Л. С. ГАПОНЕНКО, П. А. ГОЛУБ, В. А. ДЬЯКОВ, И. И. ЖИ¬
ГАЛОВ, М. П. КИМ. В. И. КУЗИЩИН, Ю. С. КУКУШКИН, В. А. КУМАНЕВ, А. Л. НА-
ГОЧ НИЦКИЙ, Б. Б. ПИОТРОВСКИЙ. Ю. А. ПОЛЯКОВ, Б. А. РЫБАКОВ, А. Н. СА¬
ХАРОВ С. Л. ТИХВИНСКИЙ, В. Г. ТРУХАНОВСКИЙ, И. А. ФЕДОСОВ, С. С. ХРО¬
МОВ, Л. К. ШКАРЕНКОВ
Технический редактор 3. П. Кузнецова.
Адкс редакции: 103781, ГСП, Москва, К-б. М. Путинковский пер., '/г. Телефон 209-96-21.
Сда:;и,в набор 30-11.87.	Подписано	к	печати	19.01-88.	А 10309	Формат	70	х108</1.
Вг.со:ая печать.	Уел.	деч.	л.	16,80.	Учлчго-изд.	л.	19,08.	Уел.	кр.-отг.	17,33
Тираж 19 000 э!;з. Заказ № 1098
2-я типография издательства «Наука». 121099, Москва, Г-99, Шубинский пер., 6

НОВЫЕ КНИГИ
Васил Левеки, 1837—1987. Биобиблио¬
графия/Нар. библ. «Кирил и Мстодий».
Отд. «Специална и препоръчителна биб-
лиогр.». Съст. Евслнна Василева и др.
София. 1987. 512 с.
Васил Левеки и неговите сподвижии-
ци пред турскня съд. Док. из тур. арх.
Фототипно изд. по случай 150 г. от рож-
дението му. София. Нар. библ. «Кирил
и Методий». 1987. XVI, 463 с.
ВЛАХОВ Д. Нали повече няма да хо-
диш нпкъде. Споменн. София. Воен.
изд-во. 1987. 192 с. (8) л. ил.
ЗАЙМОВ С. Миналото. Очерки и спо-
мени из деятелността на бълг. таини ре-
волюцнонни комитети от 1869—1877 г.
София. Изд-во на БЗНС. 1986. 732 с.
Нему равен друг иямаше. Спомени,
иисма и изказванин за Васил Лсвскн от
нсгови съвремешшци и съратници. Съст.
предг. и бел. Николаи Жечев. София.
Воен. изд-во. 1987. 206 с.
Радетели за просвета и книжнина.
Съст. и ред. Николай Жечев, Иван Сест-
римски. София. Нар. просвета. 1986.
579 с. (16) л. нлл., портр.
СПАСОВ Л. Българо-съветски диплома¬
тически отношения, 1934—1944. София.
Наука и изкуство. 1987. 205 с. .
ТРАП КОВ В. и др. Юджиин Скайлър и
българите. Изследвания и докл. Веселии
Транков, Петър Шопов, Манкъл Петро¬
вич. София. Наука и изкуство. 1987. 187 с.
HOLLOS E., LAJTAI V. Drämai парок.
1956, okt. 23 - nov. 4. Budapest. Kossuth.
1986. 424. old.
LOTHARINOIAI K. Lotharingiai Karoly
hadinaplöja Buda visszafoglalasärol, 1686.
Megjelent Buda ostromänak 300. evfordu-
lojära. A bev. tanulmanyt irta Nagy
Laszlo. Budapest. Zrinyi. 1986. 532. old.
VIDA I. Koalicio es pärtliarcok, 1944—
1948. Budapest. Magvetö. 1986. 326. old.
Die Beziehungen zwischen der Deutschen
Demokratischen Republik und der Volksre¬
publik Polen. Dok. u. Materialien, 1949—
1955. Akad. der Wiss. der DDR. Poln. Akad.
der Wiss. Berlin. Staatsverl. der DDR.
СО ГУК ТХЭ. Чосоны синсокки сидэ.—
Пхеньян. Сахве квахак чхульпханса.
1986. 155 с.
Mayor general Máximo Gómez Báez. Sus
campanas mililares. T. 2. (1895—1898). La
Habana. Ed. Política. 1986. 277 p.
M0IIX80 H. Домогт морьт отряд.
Улаанбаатар. Улсьш хзвлэлийн газар.
1985 134 с
HILLEBRANDT В. Polskie organizaeje
mlodziezowe XIX i XX wieku. Zaryshisto-
rii. Warszawa. M odziezowa ageneja wy-
dnwnicza. 1986. 478 s.
MIERZWA E. A. Anglia a Polska w pier-
wszej potowie XVII w. Warszawa. PWN.
1986. 314 s.
Organizacja Ukladu Warszawskicgo:
LRB, CSRS, NRD, PRL, SKR, WRL, ZSRR.
Dokumenty, 1955—1985. Warszawa. Min.
spraw zagranicznych PRL. KiW. 1986.
498 s.
Z tradyeji ruchu robotniczego w woje-
wództwie Sieradzkiin. Materialy z sesji
popularuonauk, Sieradz, 23 wrzesnia 1982
roku. Polska zjednoczonu partía rohotnicza.
Koin. wojewódzki w Sieradziu. Warszawa,
Lodz. PWN. 1986. 227 s. (14) k. il. faks.,
porlr., lab.
Dcsävir$irea uniläf ii nafionalstatale a
poporului román. Reconoa§lcrea ei interna-
(ionalä, 1918. Dos. interne $i externe. Di-
rectia gen. a arch, statului. Vol. 3. Aug.
1918—hin. 1919. CXI1I, 811 p. Vol. 4.
Iul. 1919 —oct. 1919. XXVII, 545 p. Bucu-
re$ti. Ed. $ti. $i encicl. 1986.
MILIN M. Relafiile politice romano-sir-
be in época moderná (Perioada 1848—1878).
Acad. de §tiinte sociale $i polit. Univ. din
Timisoara. Centrul de $tiin(e sociale. Ti¬
misoara. 1986. 197 p.
KLIMKO J. Politieké a právne dejiny
hraníc predmnichovskej republiky (1918—
1938). Sloven, akad. vied. Bratislava. Veda.
1986. 180 s.
Problémy dejin hisloriografie. 2. Uspof,
Josef Petráñ. Praha. Univ. Karlova. 1986.
152 s.
TEJCHMAN M. Válka na Balkáné. Bal-
,Ыг>оЬл otóbr лг letech 1941—1944. Ceskosl.
ía. Academia. 1986. 248 s.
; B. Dahauski procesi. Beo¬
Ljubljana. Partizanska knji-
(8) 1. portr., faks.
M. Krst i Polumesec u Bo-
Beograd. Cetvrti jul. 1986.
vi nasi nacienalizmi. Valje-
327 s.
í B., DANIELSSON M.-T.
: French Nuclear Colonia-
cific. Ringwood (Vic.) etc.
1986. XIV, 323 p.
u G. The Whitlam Govern-
75.	Gough Whitlam. Rep-
(Vic.) etc. Penguin Books.

НОВЫЕ КНИГИ
MARILLE X. Histoire politique de la
Belgique. Facteurs et acteurs de change¬
ment. Bruxelles. Centre de recherches et
d'inloim. socio-politiques. 1986. 396 p.
GALENSON D. W. Traders, Planters,
and Slaves. Market Behavior in Early Eng¬
lish America. Cambridge etc. Cambridge
l;niv. Press. 1986. XIV, 230 p.
REYNOLDS S. Kingdoms and Communi¬
ties in Western Europe, 900—1300. Oxford.
Clarendon Press. 1986. VIII, 387 p.
Studies in Indo-Soviet Relations/P. N.
Uaksar, T. N. Kaul, Rasheeduddin Khan
et al. V. D. Chopra (ed).. New Delhi. Pat¬
riot. 1986. 288 p.
DE JACO A. 1 cinque anni che cambia-
rono rilalia. Diario fot. di noi tutti. 1943¬
1947. Roma. Compton. 1985. 334 p.
Norden — the Passion for Equality. Ed.
by Stephen R. Graubard. Oslo. Norwegian
Univ. Press. 1986. 323 p.
LUNA VEGAS R. José Carlos Mariategui,
1895-1930. Ensayo biográfico. Lima. Ho¬
rizonte. 1986. 110 p.
Almanac of the 50 Slates. Basic Data
Profiles with Comparative Tables. 1986.
Alfred N. Garwood, ed. Newburyport
(Mass.) Inform. Publ. 1986. XIV, 447 p.
GRAHAM D., BIDWELL Sh. Tug of War.
The Battle for Italy, 1943-1945. New York.
St. Martin s Press. 1986. 445 p.
SMITH G. Morality, Reason, and Power.
American Diplomacy in the Carter Years.
New York. Hill and Wang. 1986. VI, 296 p.
BERRESHEIM V. 35 Jahre Indochinapo¬
litik der Bundesrepublik Deutschland.
Hamburg. Mitt. des Inst, für Asienkunde,
1986. 235 S.
ROTI IHOLZ W. Die politische Kultur
Norwegens. Zur Entwicklung einer wohl-
fahrlsstaatl. Demokratie. Baden-Baden,
Nomos. 1986. 360 S.
Wege zur Europäischen Union. Vom
Vertrag zur Verfassung? Werner Weiden¬
feld. Wolfgang Wessels. (Hrsg.). Bonn.
Europa Union. 1986. 222 S.
Paasikiven hirmuiset vuodet. Suomi,
1944—48. Jukka Nevakivi, Lauri Haataja,
Seppo Hcntilä et al. Helsinki i Tammi.
1986.	192 s.
STAHLBERG E. Ester Stählbergin voit-
tojen ja tappioden vuodet. Päiväkirja,
1926—1934. Toim. Hilkka ja Olli Vitikka.
Porvoo etc. Söderström. 1986. 375 s. (12)
1.	kuv., porlr.
WJLENIUS R. Kolme näkijää ja tekijää.
Lönnrot, Runeberg, Snellman ja Suomen
süunta. Jyväskylä, Helsinki, Gummerus.
1986.	190 s.
La France et l'Italie au temps de Ma-
zarin. 15-e Colloque du C. M. R. 17 — sous
le patronage de la Soc. d’étude du XVII-e s.
(Grenoble, 25—27 janv. 1985). Textes re¬
cueillis et publ. par Jean Serroy, Grenob¬
le. Presses uuiv. de Grenoble. 1986. 419 p.
RIMBAUD Ch. Le procès Mendès Fran¬
ce. Préf. de Jean-Denis Brcdin. Paris. Per¬
rin. 1986. 216 p.
NX F B. Von Perikies zu Hitler? Die
athenische Demokratie u. die dt. Althisto-
ric bis 194i>. Bern. etc. Lang. 1986. 332 S.
11ÖJER S. Eldsjalar i fredens tjänst.
Stockholm. LTs förl. 1986. 116 s.
LINDMAN G. Kronologi som hjälpmedel
i arkeologisk forskning. Göteborg. Göte¬
borg univ. Ins. för arkeologi. 1986.
MOTLHABI M. Black Resistance to Apar¬
theid. The Theory and Practice of a Socia-
lethical Analysis. Johannesburg. Skotavil-
le publ. 1986. XXVII, 326 p.
ВНИМАНИЮ АВТОРОВ
Редакция журнала «Вопросы истории» принимает статьи, исторические очерки и
публикации объемом в 1-1,5 авторского листа (24-г36 стр.); обзоры - до 16 стр.; ре¬
цензии, письма н заметки — 6-8 стр.; коротко о книгах — 2—3 стр.; заметки о статьях,
опубликованных в зарубежных журналах,— 3,5 стр. Материалы принимаются после
предварительного согласования тематики с редакцией (во избежание дублирования)
и представляются в двух (первом и втором) экземплярах, отпечатанные с полями
на стандартной машинке (текст через два интервала, сноски через полтора интерва¬
ла). Вставки (после доработки материала), тексты и сноски на ипостранных языках
и языках народов СССР также должны быть отпечатаны на машинке. В случае откло¬
нения рукописи автору возвращается один экземпляр, другой остается в архиве ре¬
дакции.
Рукописи, превышающие установленный объем или присланные в редакцию в
единственном экземпляре, могут быть возвращены автору без рассмотрения.