ЕЖЕНЕДѢЛЬНЫЙ

ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ
ЖУРНАЛЪ
Отдѣльн. № журя. «Сѣверъ» въ СПБ. —20 к., съ пѳрѳс. —30 в., съ книгою—60 к., съ пѳрѳс.—75к. Г
Объявленія-на 1-й стран, ѳжѳнѳд. обозр. «Весна» — по 60 к. и на поел, по—30 в. за строку ?
петита; на послѣдней страницѣ журнала «Сѣверъ»— 40 к. за строку нонпарѳпи (въ стр. 4 колонны). [
За перемѣну адреса петербургскаго на иногородній и иногородняго на петербургскій—I руб.,
иногородняго на иногородній—30 к. (Необходимо прилагать старый печатный адресъ).

ГОДЪ ДВАДЦАТЫЙ.

№ 18.

1907 года.

Главная контора журнала «Сѣверъ» въ С.-Петербургѣ, Невекій пр., № 170.
Безъ
доставки
въ Спб.

П
Пп
U Р-

Безъ дост. в ь Москвѣ: Q
ЛГ
II Безъ доставки въ Л
Г* Л
II Съ пересылкою
у Альшвангъ и Герлахъ И» /□ „ Одессѣ во всѣхъ Пп fill « во всѣ мѣстно(прот. Малаго театра). Up* ZJU <■• // луч. книжн. магаз. UP* UU
|| сти Россіи.
На полгода съ дост. и пер.—3 р. 50 к., на 3 мѣс.—1 р. 75 к., на 1 мѣс.—60 к.

7

3а
П
граР» ницу.

Подписка ва „СѢВЕРЪ“ 1907 г. продолжается.

На

водопоѣ..—Фотоэтюдъ

А. Завадскаго.

Ир.

275

СѢВЕРЪ

276

(Ётихетворенів &. сК. сЯнигковой.
письмо.
Мой другъ.,, мой милый другъ! Съ холоднымъ любопытствомъ
Вы примитесь сейчасъ за чтеніе письма;
Вы все подвергнете съ насмѣшливой улыбкой
Холодной критикѣ холоднаго ума.
И все же я пишу... Охвачена порывомъ,
Съ волненьемъ и тоской берусь я за перо.
Вѣдь все, что я скажу, заранѣе я знаю,
Все другу моему покажется старо.
Итакъ, все рушилось... Подъ маской нѣжной дружбы
Таились страстію горящія черты.
Умолкли дивныя плѣнительныя сказки,
Какъ дымъ, разсѣялись волшебныя мечты,
Очарованье чувствъ неясныхъ, точно солнце,
Глядящее сквозь утренній туманъ,
Все сокрушилъ нежданно, все развѣялъ
Меня повергнувшій на землю ураганъ.
И опаленная его дыханьемъ знойнымъ,
Въ раздумьи провожу я долгіе часы...
Неужто лгали мы?.. Неужто наша дружба
Лишь отблескъ пламенный несущейся грозы?..
С. Аничкова.

Въ пограничной глуши.
Романъ изъ жизни юго-западнаго края, Н. Н. Брешко-Брешковскаго.
(П р о д о л ж е н і е).

нетъ—пиши пропало! Знаете, р^зъ былъ такой случай...
XX.
Иванъ Алексѣевичъ успокаивалъ его:
— Христофоръ Ивановичъ, во-первыхъ, оно не заря­
оренной петербуржецъ—Ма­
ковъ никогда еще не охо­ жено. Смотрите, вѣдь, это системя Лефоше. Если-бъ было
тился. До сихъ поръ стрѣ­ заряжено, сюда въ курки упирались бы иголочки...
лять приходилось ему лишь Видите, какъ патронъ устроенъ. А во-вторыхъ, если­
по металлическимъ раскра- бы и такъ,—вы думаете, я не знаю, какъ надо об­
4 шейнымъ мишенямъ въ ти­ ращаться? Надо держать ружье вертикально, чтобъ
рахъ увеселительныхъ са­ конецъ дула приходился выше головы. Выстрѣлитъдовъ. Теперь, сидя въ черно- не бѣда. Въ небо весь зарядъ уйдетъ.
бантовской бричкѣ, съ ружь­
— Ну, батенька, все-жъ-таки: береженаго Богъ
емъ, которое подпрыгивало на бережетъ. Кромѣ того, лошади могутъ испугаться,
ухабахъ межъ кольями, онъ испытывалъ какое-то понесутъ. Вообще, пріятности мало. И охота жъ вамъ
заниматься этой охотой!
горделивое чувство.
Сидѣвшій на козлахъ неизмѣнный Васыль хмыкнулъ.
Въ трехъ бричкахъ катившихся одна за другой
по широкой усаженной тополями дорогѣ, сидѣли
— Ты еще чего тамъ зубы скалишь?
охотники. Чернобантовъ сопровождалъ компанію для
— Мене смишьки беруть, всего-то мій панъ боиться?
пріятнаго времяпровожденія. Онъ до смерти боялся Разъ въ ночи куста злякався. «Погоняй, каже, Вавсякаго оружія, въ особенности огнестрѣльнаго, и пу­ силько, погоняй» А то кустъ, простисенькій кустъ.
гливо косился на двухстволку Макова.
— Но, но, ты дурень, разбрехался,—осадилъ его
— Смотрите, батенька, вдругъ заряжено. Какъ бац­ сконфуженный Чернобантовъ.

277

С Ѣ ВЕРЪ

— А хиба-жъ не правда?
— Еще одно слово—и я прогоню тебя съ козелъ,
ей Богу, прогоню.
Васыль умолкъ, пожалъ плечами и видно было,
что по его косоглазому плутовскому лицу бродитъ на­
смѣшливая улыбка.
Въ ближайшей бричкѣ ѣхалъ лѣсничій графа Бул­
гака, маленькій горбоносый чехъ Джига, въ мягкой
зеленой шляпѣ съ перомъ и въ куцой сѣренькой
курткѣ. Онъ имѣлъ видъ тирольскаго охотника. Джига
считался первымъ послѣ Лаща стрѣлкомъ въ уѣздѣ.
Было жаркое августовское утро, тѣни тополей
перебѣгали пыльную дорогу. Грязно-желтыя скошен­
ныя поля уходили съ обѣихъ сторонъ къ горизонту,
гдѣ синими полосами намѣчались лѣса. Отъ бричекъ
не отставали собаки—понтера и сеттера, бѣлые, чер­
ные, сѣрые, въ каштановыхъ пятнахъ, съ пушистыми
и упругими, острыми какъ бичи, хвостами. Они кру­
жились, стрѣлой уносились въ поле, возвращались
назадъ и прыгали у колесъ, неутомимые, легкіе, съ
высунутыми влажными языками.
Охотники свернули съ большой дороги на узкую
проселочную и остановились у большого болота, что
славилось обиліемъ бекасовъ и дупелей. Межъ зеле­
ными мшистыхи кочками серебрилась на солнцѣ вода.
Мѣстами она была красноватая, какъ запекшаяся
кровь. Собаки изъявляли шумную радость, прыгая
около хозяевъ; виляя хвостами и подвывая. Наиболѣе
нетерпѣливыя бросились въ болото, спугивая крохот­
ныхъ птичекъ. Онѣ возвращались на зовъ, грязныя
по брюхо, встряхивались, обдавая всѣхъ брызгами,
получая за это пинки.
— Что жъ, закусимъ?—нерѣшительно предложилъ
Чернобантовъ и получилъ отъ лѣсничаго выговоръ.
— То неможебно, пане. Законсимъ потемъ, а
те разъ тшеба до полевання. Ходиць легко съ пустымъ
желендкомъ.
Маковъ съ грустью посматривалъ то на болото,
то на свои щегольскіе сапоги.
Джига пришелъ ему на помощь.
— Здеймуйте, здеймуйте ваши штиблеты, пане
контролеже!
— А въ чемъ же я останусь?
— Въ панчохахъ,—чулкахъ. Тута въ блоци мелко.
Ноги не пораните.
Маковъ нерѣшительно сталъ снимать сапоги.
Кучера живо стали распрягать лошадей предоста­
вили имъ пастись на лугу, а сами, лежа брюхомъ подъ
бричкой, стали играть въ карты. Охотники разбрелись
по болоту и далеко блестѣли на солнцѣ стволы ружей.
— Возвращайтесь скорѣй закусывать! У меня пре­
лестная старка! — напутствовалъ ихъ съ берега Черно­
бантовъ.
Маковъ, у котораго не было собаки, примкнулъ
къ лѣсничему. Онъ едва поспѣвалъ за этимъ малень­
кимъ неуклюжимъ человѣкомъ. Съ первыхъ же ша­
говъ Иванъ Алексѣевичъ промочилъ ноги выше ко­
лѣнъ. Подъ его тяжестью кочки мягко проваливались
и онъ вспомнилъ страшные разсказы о томъ, какъ
гибли охотники, засосанные предательскимъ болотомъ.
— Панъ бендзе сцшилялъ перше, а потемъ я!—лю­
безно предложилъ ему лѣсничій.
Сѣрый, въ коричневыхъ пятнахъ, понтеръ Джиги
почуялъ дичь.
— Не рушъ, Баженка, не рушъ!—остерегаетъ хо­
зяинъ собаку.
Баженка нервно завертѣлась торопливо обнюхи­
вая кочки, затихла и медленно, крутыми зигза­

278

гами подвигалась впередъ. Лѣсничій съ напряжен­
нымъ, серьезнымъ лицомъ поманилъ къ себѣ Макова.
Баженка сдѣлала два-три конвульсивныхъ движенія и
вытянулась, почти легла, замерла...
Лѣсничій подошелъ ближе, еще поманилъ спутника
и отрывисто скомандовалъ:
— Пиль!
Упругимъ, сильнымъ прыжкомъ ринулась впередъ
Баженка. Изъ подъ самыхъ ногъ ея взвился и, не­
правильно ныряя въ воздѵхѣ, съ тоненькимъ пискомъ
полетѣлъ темно-сѣрый бекасъ.
Сгоряча, не цѣлясь, бухнулъ Маковъ. Испуганный
бекасъ метнулся въ сторону и полетѣлъ быстрѣй и
неправильнѣй. Хладнокровно, съ выдержкой прицѣ­
лился лѣсничій въ кончикъ длиннаго клюва. Грянулъ
выстрѣлъ. Бекасъ, перекувырнувшись, мокрой тряпкой
шлепнулся въ болото. Баженка поискала, нашла и
съ торжествующимъ видомъ принесла хозяину въ
зубахъ мертвую птицу. Джига подбросилъ его на рукѣ.
— О, добрый, тлустый!..
— Бѣдный!—пожалѣлъ Маковъ при видѣ окрова­
вленной шейки бекаса, который смотрѣлъ ничего не
видящими круглыми помутнѣвшими глазками.—Какъ вы
хорошо стрѣляете!
— Э, такъ собе! Отъ панъ Лащъ—тенъ счшиля
доскональне!
При слѣдующей стойкѣ Баженка согнала разомъ
двухъ дупелей. Опять стрѣлялъ Маковъ, опять горя­
чился. Лѣсничій, отпустивъ дупелей на разстояніе и
отъ себя и другъ отъ друга, убилъ ихъ красивымъ
эффектнымъ дуплетомъ.
— Браво, браво! - аплодировалъ ему издали графъ
Гронскій, высокій горбоносый усачъ, двоюродный братъ
Булгака.
Польщенный Джига приподнялъ свою зеленую шля­
пу съ перомъ.
Уже сѣтка его была туго набита дупелями, бека­
сами, коростелями, а Маковъ все пуделялъ и пуде­
лялъ безъ конца. Онъ усталъ, ему было жарко и
стыдно. Лѣсничій щадилъ его, но когда онъ прома­
хнулся по медленно и неуклюже, какъ ворона, уле­
тавшему коростелю, Джига не выдержалъ.
— Якій стыдъ, млодый чловѣкъ, млоды очи и а
ни чего! Въ нэго потрафить вшистко едно, цо въ бика...
Кругомъ все болото грохотало отъ выстрѣловъ.
Иванъ Алексѣевичъ впервые замѣтилъ у дальнихъ охот­
никовъ, что сначала показывается дымокъ, падаетъ
птица и только затѣмъ уже доносится звукъ выстрѣла.
— Неужели я ничего не убью?—съ тоскливой за­
вистью спрашивалъ онъ себя.—Они же могутъ, почему
я не могу? Надо взять себя въ руки. Буду сдержаннъй. Дамъ сначала отлетѣть, какъ слѣдуетъ, а по­
томъ прицѣлюсь и положу.
Но эти благія намѣренія разбивались при столкновен'и съ дѣйствительностью. Вспархивалъ дупель,
Иванъ Алексѣевичъ со-слѣпу вскидывалъ ружье и
безтолково палилъ въ пространство. А мѣткій зарядъ
лѣсничаго настигалъ птицу и она падала. Макову
было стыдно передъ собой, товарищами и въ особен­
ности передъ Лидіей Петровной... Ему такъ хотѣлось
принести ей къ столу дичи собственнаго убоя. Она
спроситъ:
— Были на охотѣ?
— Былъ.
— И что же?
— Ничего.
Онъ зналъ, что Джига, подобно большинству че­
ховъ, скупъ. Онъ осторожно спросилъ его:

279

СѢВЕРЪ

280

— Что вы думаете дѣлать съ вашей дичью? Вы оди­ сдѣлали? А съ другой стороны, вы обнаружили не­
нокій. Всего не съѣдите. Большая половина испортится. знакомство съ предметомъ. Въ Нимвроды не годитесь!
— А да ничего,—махнулъ рукой Джига.
Выпейте-ка лучше старки. Важнецкая! Временъ еще
— Продайте мнѣ трехъ дупелей и двухъ бекасовъ, Понятовскаго. А сало—пальчики, батенька, оближите!..
я вамъ дамъ рубль, по двугривенному за штуку.
Въ ягдташѣ какого то панка сиротливо болтался
— А то можебно, можебно--съ готовностью со­ единственный коростель. Ему было конфузно передъ
гласился чехъ.—Але кедэ: заразъ чи потемъ?—спросилъ другими счастливцами и онъ поспѣшилъ оправдаться:
онъ съ плутовской
— То я, знаете
улыбкой. Другими
забилъ
одиннад­
словами: «перело­
цать бекасовъ,алежишь ли ты ихъ
та пшеклента Жосейчасъ же въ свою
ля никакъ не могла
сѣтку, чтобъ вте­
знайти.
реть очки осталь­
Собака, виляя
нымъ охотникамъ,
хвостомъ, смотрѣла
или у тебя нѣтъ
на своего господина
профессіона л ь н а г о
умными глазами и
честолюбія и ты хо­
если бъ могла го­
чешь просто пола­
ворить,
навѣрное
комиться?»
оборвала бы его.
Смущенный
— Врешь, братъ!
Иванъ Алексѣевичъ
Васыль отнесся
колебался:
къ общему резуль­
— Нѣтъ, за­
тату полеванья
чѣмъ же? Я потомъ
чрезвычайно крити­
возьму. Вотъ, по­
чески.
жалуйста, рубль...
— Ото стрѣль­
Садилось гдѣ-то
цы!.. Кабъ я пинадъ болотомъ
шовъ, то ни една
солнце. Къ привалу
бъ птаха на боло­
стягивались охот­
тѣ не втикла видъ
ники, усталые, вспо­
мене!
тѣвшіе. забрызган­
Вечеромъ Берные грязью и пти­
манова отнесла Ли­
чьей кровью.Чернодіи Петровнѣ трехъ
бантовъ успѣлъ за­
дупелей и двухъ бе­
кусить и выпить.
касовъ.
Пухлый, сонный,
— Это панъ Ма­
разваренный
ле­
ковъ забилъ на пожалъ онъ съ книж­
леванни та проситъ
кой спиритическаго
принять у презентъ.
романа
въ тѣни
— Какой вы ми­
своей брички.
лый! — благодарила
— Каковы трофеи?
на другой день Ива­
— встрѣчалъ онъ
на Алексѣевича ге­
каждаго охотника.
неральша.—А я не
При видѣ пустой
знала, что вы охот­
никъ! Хорошій
сѣтки Макова по­
качалъ головой.
стрѣлокъ?
—- Такъ себѣ,
— И одобряю, и
не одобряю. Съ од­
опуская глаза, по­
Поэтъ Д. Ратгаузъ.—Фотитип. съ рисунка худ. Эберлинга.
скромничалъ Ма­
ной стороны, хо­
рошо, что вы не
ковъ.
уподобились этимъ кровопролитчикамъ. За что ис­
Лидія Петровна взглянула на Макова и едва затреблять бѣдныхъ птичекъ?.. Что онѣ вамъ худого мѣтно улыбнулась.
(Окончаніе слѣдуетъ).

Сущая правда
Разсказъ Р. Броутонъ, переводъ
Г-жа де-Винтъ г-жѣ Монтрезоръ.
Аклеетонъ Скверъ.
5-ю мая.
Дорогая моя Цецилія!
Попробуй кто заговорить о дружбѣ Ореста съ Пиладомъ,
Юліи и Клары! Что они такое въ сравненіи съ нашей? Ска­
калъ ли когда-нибудь Пиладъ ventre à terre черезъ весь
Лондонъ, по самой палящей жарѣ, какую только можетъ
представить себѣ кто либо, за исключеніемъ ame damnée, для

съ англійскаго М. Д. Полторацкой.
того, чтобы обезпечить Оресту удобную квартиру на сезонъ?
Приходилось ли Кларѣ вести сладчайшіе переговоры съ по­
лусотней или сотней домовыхъ агентовъ, для того, чтобы
Юлія имѣла три окна въ своей гостиной и красивый парад­
ный входъ? Какъ видишь, я рѣшила дать тебѣ почувство­
вать, на сколько ты мнѣ обязана.
Ну, другъ мой, до вчерашняго дня я не имѣла и понятія
о томъ, на сколько тѣсно мы упакованы въ этомъ огром­
номъ, дымномъ ульѣ, подобно сельдямъ въ боченкѣ. Однако,

281

|

не бойся; потѣснившись и разступившись,
мы ухитрялись пріискать мѣсто еще для двухъ
сельдей въ нашемъ боченкѣ, и эти двѣ сель­
ди—ты сама и твое другое л, то есть твой
мужъ. Но дай мнѣ начать сначала. Пересмот­
рѣвъ, какъ мнѣ кажется, чуть ли не всѣ не­
годныя и неподходящія помѣщенія Вестъ-Энда,
не найдя ничего промежуточнаго между тѣмъ,
что разсчитано на средства герцога и тѣмъ,
что едва отвѣчаетъ нуждамъ трубочиста; пе­
рещупавъ также количество матрасовъ и из­
слѣдовавъ такую массу кухонныхъ плитъ,
что голова у меня закружилась отъ разно­
образія впечатлѣній, я добралась вчера, около
половины пятаго, до № 32-го, улицы Мейферъ.
«Неудача, № 135, безъ всякаго сомнѣнія»,
сказала я сама себѣ, подымаясь по лѣстницѣ,
съ сильнѣйшей тоской въ душѣ по моемъ
передобѣденномъ чаѣ и въ сквернѣйшемъ
расположеніи духа, какое ты только можешь
себѣ представить. Но, представь... что сталось
съ моей пророческой жилкой! Судьба, какъ я
замѣтила, любитъ иногда, подшутить надъ
нами, давая полное опроверженіе всѣмъ на­
шимъ предчувствіямъ и предвидѣніямъ! Войдя
въ квартиру, мнѣ показалось, что я попала
по ошибкѣ въ маленькое небесное отдѣленіе.
Свѣженькое, какъ маргаритка,чистенькое, какъ
ягодка, свѣтленькое, какъ личико херувима,—
все это и въ сто разъ больше можно бы ска­
зать про это помѣщеніе, если-бъ только у меня
не изсякъ мой—весьма ограниченный—запасъ
сравненій. Двѣ гостиныя, такія хорошенькія,
что и желать лучше нечего, бѣлыя драпиров­
ки и подъ ними еще нижнія, розовыя, самымъ
прелестнымъ образомъ вышитыя фестонами;
удивительно, непозволитемно выгодныя для
цвѣта лица, въ чемъ я и убѣдилась, исключи­
тельно для твоей пользы, моя милая, съ по­
мощью зеркалъ, которыхъ тамъ болѣе полу­
торы дюжины; персидскія циновки, покойныя
кресла и кушетки, приспособленныя къ все­
возможнымъ физическимъ тѣлосложеніямъ,
начиная съ Аполлона Бельведерскаго и кончая
миссъ Биффинъ; и сотни и тысячи малень­
кихъ бездѣлокъ и ничтожностей, составляю­
щихъ итогъ женской жизни: этажерки, столи­
ки, старинный фарфоръ, чашки безъ ручекъ,
голенькіе мальчики и пастушки décolletés,
не говоря уже о цѣломъ семействѣ фарфоро­
выхъ мосекъ, съ голубыми ленточками на шеѣ,
хотя за нихъ однихъ слѣдовало бы накинуть
фунтовъ пятьдесятъ на квартирную цѣну.
Между прочимъ, я справилась о цѣнѣ со
страхомъ и трепетомъ. »Триста фунтовъ въ
годъ!» Кажется, легкое дуновеніе вѣтерка мог­
ло бы меня сбить съ ногъ въ эту минуту,
такъ я была поражена. Я едва могла вѣрить
своимъ ушамъ и заставила женщину повто­
рить это нѣсколько разъ подрядъ, чтобъ не
вышло потомъ ошибки. До сихъ поръ это для
меня загадка.
Съ свойственной тебѣ подозрительностью,
ты немедленно начнешь намекать, что долженъ
быть какой-нибудь отвратительный, неизвѣст­
но отъ чего происходящій запахъ, или же ка­
кой-нибудь ужасный, ничѣмъ необъяснимый
шумъ въ парадныхъ комнатахъ. Ничего по­
добнаго, какъ увѣряла меня женщина, а она
не имѣетъ вида обманщицы. Затѣмъ ты под­
скажешь, припоминая розовыя драпировки,
что послѣдняя обитательница этой квартиры
была, безъ сомнѣнія, одна изъ дамъ полу­
свѣта? И опять не то. Послѣднимъ жиль­
цомъ былъ пожилой и совершенно почтенный
индѣйскій офицеръ, безъ печени, и съ вполнѣ
законной женой. Правда, они прожили здѣсь
не долго, но, какъ сказала мнѣ управитель­
ница, онъ былъ несчастный старый ипо­
хондрикъ, который терпѣть не могъ оставаться
на одномъ мѣстѣ болѣе двухъ или трехъ
недѣль. Итакъ, отложи въ сторону твою не­
довѣрчивость, главный твой недостатокъ, и
воздай искреннія благодаренія св. Бригиттѣ,
или св. Екатеринѣ Сіенской, или кто тамъ

СѢВЕРЪ

Прощальный поцѣлуй.
Фототип. съ картины Альма-Тадема.

282

283

СѢВЕРЪ

изъ святыхъ состоитъ твоей покровительницей, за то, что
снабдила тебя дворцомъ за цѣну, приличествующую лачугѣ,
а также и за то, что даровала тебѣ такого неоцѣненнаго
друга, какъ
твоя искренно тебя любящая
Елизавета де-Винтъ.
Р. Б. Я ужасно сожалѣю, что не буду присутствовать при
твоихъ первыхъ восторгахъ, но мой дорогой Арти смотритъ
такимъ блѣднымъ и худымъ, и длиннымъ послѣ коклюша,
что я посылаю его немедленно дышать морскимъ воздухомъ,
куда пибудь на взморье, а такъ какъ не переношу мысли
оставить моего ребенка безъ моего личнаго присмотра, то
отправляюсь сама съ нимъ въ изгнаніе,
Г-жа Монтрезоръ і-жѣ де-Винтъ.
№ 32, улицы Шейферъ.
74-и< мая.
Дорогая моя Бесси!
Что бы стоило милому, маленькому Арти отложить свое
выздоровленіе отъ коклюша и такъ далѣе, скажемъ хоть до
августа?! Странно, по моему, какъ дѣти всегда выбираютъ
самыя неудобныя и неподходящія времена для своихъ болѣз­
ней! Ну вотъ мы устроились въ нашемъ раю и искали предателя-змѣя и вверху и внизу, въ каждой щелкѣ и въ каж­
домъ уголкѣ, но нигдѣ не замѣтили хоть бы кончика его
пятнистаго хвоста. Многое на свѣтѣ приноситъ разочарова­
ніе, но квартира № 32 улицы Мейферъ не принесла. Тайна
ея дешевизны все еще остается тайной. Сегодня утромъ я
въ первый разъ ѣздила верхомъ въ паркѣ; лошадь моя го­
рячилась и была не совсѣмъ спокойна; я почти боюсь, что
утратила свою прежнюю «лихость». Видѣла много знакомыхъ.
Помнишь ты Флору Ватсонъ? Какая у нея была масса ры­
жихъ волосъ въ прошломъ году! Представь себѣ, что теперь
вся эта масса черна, какъ вороново крыло! Понять не могу,
какъ женщины рѣшаются представлять изъ себя такой ходя­
чій обманъ,—а ты? Адела пріѣзжаетъ къ намъ на будущей
недѣлѣ; я такъ рада. Скучно кататься одной по вечерамъ,
и мнѣ всегда кажется, что молодая женщина, одна въ своей
коляскѣ, или же только съ собакой подлѣ себя.производитъ
нехорошее впечатлѣніе. Мы разослали свои визитныя кар­
точки еще за двѣ недѣли до пріѣзда сюда и теперь навод­
нены посѣтителями. Принимая во вниманіе, что мы пробыли
цѣлыхъ два года вдали отъ цивилизованной жизни, и что
память у лондонскихъ обитателей вообще далеко не изъ
обширныхъ, думаю, что наши дѣла пойдутъ совсѣмъ хо­
рошо. Ральфъ Гордонъ былъ у меня въ воскресенье; онъ те­
перь въ *** гусарскомъ полку. Онъ сдѣлался такимъ милымъ
и такъ красивъ, къ тому же! Какъ разъ то, что я люблю:
крупный, бѣлокурый, и ни бороды, ни бакенбардъ. Теперь
большинство мужчинъ стараются походить на обезьянъ, или
на скочъ-терьеровъ, насколько только возможно. Я намѣрена
относиться къ нему совершенно по матерински. Платья вы­
рѣзаются, попрежнему, до неприричія низко; короткія юбки
преобладаютъ повсюду. Мнѣ такт, это жаль; я ихъ ненавижу.
Въ нихъ высокія женщины выглядятъ тощими, а маленькія
совсѣмъ стушевываются, становятся незамѣтными. Звонокъ!
Спокойствіе—это такое слово, которое слѣдовало бы совер­
шенно вычеркнуть изъ словаря лондонской жизни.
Искренно твоя
Цецилія Монтрезоръ.

Г-жа де-Винтъ г-жѣ Монтрезоръ.
Лордъ Варденъ, Дувръ.
18 мая.
Дорогая Цицелія!
Какъ видишь, я собираюсь посвятить тебѣ только листикъ
бумаги самаго малаго формата. И это никакъ не по недо­
статку времени, видитъ Богъ!—время здѣсь совершенно не
нужный рыночный продуктъ—но по полному недостатку мы­
слей! Всѣ мысли, которыя я теперь имѣю, приходятъ ко мнѣ
извнѣ, отъ внѣшнихъ предметовъ; я недовольно умна, чтобъ
порождать ихъ внутри себя. Жизнь моя здѣсь не способ­
ствуетъ особенному вдохновенію; вся она проходитъ въ ко­
паніи песка деревянной лопаточкой и въ ѣдѣ морскихъ ра­
ковъ. Таковы, по крайней мѣрѣ, мои занятія; развлеченія же
состоятъ въ хожденіи на пристань для присутствія при
приходѣ парохода изъ Кале. Когда чувствуешь себя несчаст­
ной, то положительно бываетъ утѣшительно видѣть кого
нибудь еще болѣе несчастнаго; а какъ я ни тоскую, какъ
ни скучаю, какъ ни рвусь изъ своей неволи, но, по крайней
мѣрѣ, не болѣю морский болѣзнью! Я всегда чувствую, какъ
улучшается мое расположеніе духа, послѣ того какъ эта не­
приглядная, хмурая процессія синихъ, желтыхъ, зеленыхъ
моихъ ближнихъ продефилируетъ мимо меня. Здѣсь всегда

284

дуетъ вѣтеръ, въ сравненіи съ которымъ ураганъ, обо­
шедшійся такъ жестоко съ углами дома Іова, ничто иное
какъ легкій зефиръ. Здѣсь ослѣпительно яркіе бѣлые дома,
ослѣпительно яркія бѣлыя дороги, ослѣпительно яркіе бѣлые
утесы! Если бъ только кто зналъ, какъ антипатріотично я
ненавижу мѣловыя скалы Альбіона! Проворчавъ на всемъ
протяженіи моихъ четырехъ страничекъ—и то еще пришлось
писать очень крупно, чтобы наполнить ихъ—сейчасъ отправ­
ляю свою унылую записку. Какъ бы я желала проскользнуть
съ ней въ конвертъ и умчаться вмѣстѣ въ милый, прекрасный,
скверный Лондонъ! Сама madame де-Сталь не такъ тяжело
вздыхала по Парижу изъ глубины тѣнистыхъ рощъ Коппе,
какъ я вздыхаю о Лондонѣ!
Твоя неутѣшная
Бесси.
Г-жа Монтрезоръ г-жѣ де-Винтъ.
Л? 32, •" улицы, Шейферъ.
27 мая.
О, дорогая моя Бесси, какъ я рвусь изъ этого ужаснаго,
ужаснаго дома! Пожалуйста не считай меня черезчуръ не­
благодарной, если я такъ говорю, послѣ того какъ ты при­
ложила столько стараній, чтобы обезпечить намъ небо на
землѣ, какъ ты думала...
То, что случилось, не могло, конечно, быть ни предвидѣно,
ни предусмотрѣно какимъ бы то ни было человѣческимъ
существом^. Дней десять тому назадъ, моя Бенсонъ (моя
горничная) приходитъ ко мнѣ съ необыкновенно вытянутымъ
лицомъ и говоритъ:
— Съ вашего позволенія, сударыня, знаете ли вы, что въ
этомъ домѣ является провидѣніе?
Я была такъ поражена. Я воскликнула:
— Праведное Небо! Не можетъ быть! Неужели?..
— Да, сударыня, я почти увѣрена въ этомъ,—сказала она,
и выраженіе ея лица было точь въ точь такое веселое, какъ
бываетъ у гробокопателей; и тогда она мнѣ разсказала, что
кухарка ходила въ это утро заказывать разную провизію
изъ сосѣдней лавки, и когда она сказала купцу адресъ, по
которому онъ долженъ былъ переслать ея покупку, онъ
улыбнулся какъ-то совсѣмъ особенно и замѣтилъ:
— № 32, улицы Мейферъ? Э? Гмь! Ну, увидимъ, сколькото вы выдержите? Послѣдніе жильцы выжили ровно недѣлю!
При этомъ онъ смотрѣлъ такъ странно, что она спросила
его, что онъ хочетъ сказать? Но онъ отвѣчалъ только:
— О, ничего; только что жильцы никогда не остаются по­
долгу въ № 32.
Онъ зналъ такихъ, что съѣзжали на другой же день, и
за всѣ послѣдніе четыре года онъ не помнитъ, чтобы кто
нибудь прожилъ болѣе мѣсяца. Очень встревоженная этимъ
сообщеніемъ, она, понятно, просила объясненія; но онъ от­
казался дать какое бы то ни было, говоря, что если она ни­
чего еще не замѣтила сама, то гораздо лучше ей оставить
все дѣло въ покоѣ, такъ какъ иначе она только напугаетъ
себя до полусмерти; и когда она все-таки продолжала на­
стаивать и упрашивать, то могла только вытянуть отъ него,
что нашъ домъ пользуется такой отвратительной репута­
ціей, что владѣльцы рады отдавать его чуть ли не даромъ.
Ты знаешь, какъ твердо я вѣрю въ привидѣнія и какъ не­
выразимо я ихъ боюсь! Мнѣ кажется, что я могла бы встрѣ­
тить довольно смѣло все матерьяльное, осязаемое, все что
можно схватить, что состоитъ изъ такой же крови, муску­
ловъ и костей, какъ и я сама; но одна мысль встрѣтиться
лицомъ къ лицу съ «безплотнымъ видѣніемъ» заставляетъ
колебаться мой разсудокъ! Какъ только Генри вернулся, я
бросилась къ нему и разсказала все, но онъ отнесся очень
презрительно ко всей исторіи, посмѣялся надо мной и спро­
силъ, неужели же намъ выбираться изъ одной изъ лучшихъ
и роскошнѣйшихъ квартиръ Лондона, въ самый разгаръ се­
зона, потому только, что какой то купецъ сказалъ, что она
пользуется дурной репутаціей? Большая часть хорошихъ ве­
щей на свѣтѣ имѣетъ въ свое время дурную репутацію; да
и къ тому же, навѣрно этотъ человѣкъ имѣлъ какую нибудь
тайную причину, чтобы порицать нашъ домъ; вѣрно есть
кто нибудь, для кого онъ желалъ бы пріобрѣсти прелестную
квартиру за такую дешевую цѣну. Однимъ словомъ, онъ
такъ посмѣялся надъ моими «ребяческими страхами», какъ
онъ ихъ называетъ, что я почувствовала себя на половину
пристыженной, хотя и далеко не успокоенной, должна ска­
зать. Но тутъ нахлынулъ на насъ обычный потокъ лон­
донскихъ увеселеній и свѣтскихъ обязанностей, во время
котораго не имѣешь уже времени думать о чемъ бы то ни
было другомъ. Адела должна была пріѣхать вчера, а утромъ
мы получили изъ имѣнія еженедѣльную посылку цвѣтовъ,
плодовъ и овощей. Я всегда сама убираю вазы съ цвѣтами,
люди не имѣютъ ни малѣйшаго вкуса; но пока я ихъ устра-

С Ѣ В Е Р Ъ

285

ивала, мнѣ пришло въ голову—ты знаешь, какъ страстно
Адела любитъ цвѣты—отнести къ ней въ комнату одинъ
особенно оригинальный рогъ изобилія съ розами и резедой,
и поставить его на ея туалетный столъ, въ видѣ пріятнаго
сюрприза. Когда я сходила передъ этимъ внизъ, то какъ
разъ встрѣтила младшую горничную свѣжую, круглолицую
деревенскую дѣвушку,—которая шла въ ту комнату, что мы
готовили для Аделы, съ чистымъ постельнымъ бѣльемъ на
рукахъ. Я отправилась на верхъ очень медленно, такъ какъ
мой рогъ изобилія былъ полонъ водой и я боялась распле­
скать ее. Я повернула ручку двери и вошла въ комнату, не
спуская глазъ съ цвѣтовъ, чтобы удостовѣриться, хорошо ли
они перенесли перемѣщеніе и не растрепались ли дорогой.
Вдругъ какое-то содраганіе пробѣжало по мнѣ; и чувствуя
себя испуганной, сама не зная почему, я быстро подняла
глаза. Дѣвушка стояла подлѣ постели, нагнувшись немного
впередъ, съ руками, стиснутыми одна въ другую, какъ бы
окаменѣлая въ страшномъ напряженіи каждаго нерва. Глаза
ея, широко раскрытые, казалось выскакивали изъ орбитъ, и
невыразимый, подавляющій ужасъ выражался въ нихъ. Ея
щеки и губы были не блѣдныя, но синевато-багровыя, какъ
у человѣка, умершаго уже нѣсколько времени назадъ въ
смертныхъ мукахъ. Пока я смотрѣла на нее, губы ея слегка
зашевелились и страшный, хриплый голосъ, совсѣмъ не по­
хожій на ея, простоналъ:
— О, Господи, я его видѣла!..
И съ этими словами она вдругъ упала на полъ, какъ
бревно, съ глухимъ стукомъ. Услышавъ шумъ, очень яв­
ственный сквозь тонкіе полы и стѣны лондонскаго дома,
Бенсонъ прибѣжала на верхъ, и вдвоемъ мы ухитрились
поднять ее на постель и пробовали привести ее въ чувство,
растирая ей руки и ноги, и давая нюхать сильныя возбуж­
дающія средства. И все время мы съ ней оглядывались на­
задъ, черезъ плечо, ожидая въ холодномъ, неопредѣленномъ
страхѣ, что вотъ, вотъ явится намъ какое нибудь ужасное,
безформенное видѣніе. Она пролежала цѣлыхъ два часа въ
состояніи полнѣйшей безсознательности. Тѣмъ временемъ
вернулся Генри, который былъ въ клубѣ. По прошествіи
двухъ часовъ, намъ удалось вызвать ее вновь къ чувству и
къ жизни, но тогда пришлось съ ужасомъ убѣдиться, что
она сошла съ ума; передъ нами была буйная помѣшанная!
Она была такъ возбуждена, что потребовались соединенныя
усилія Генри и Филипса, нашего буфетчика, чтобъ удержать
ее на постелѣ. Конечно, мы сейчасъ же послали за докто­
ромъ, и когда она стала немного спокойнѣе, къ вечеру, онъ
увезъ ее въ каретѣ къ себѣ на квартиру. Онъ только что
заѣзжалъ сюда, чтобы сказать мнѣ, чго теперь она довольно
спокойна, но никакъ не отъ возвращенія къ здоровому раз­
судку, а просто отъ полнаго изнеможенія. Никто изъ насъ,
конечно, не имѣетъ и понятія о томъ, что именно она ви­
дѣла, и ея бредъ слишкомъ несвязенъ и непонятенъ, чтобъ
можно было почерпнуть изъ него хоть малѣйшее указаніе.

286

Я до того взволнована и потрясена этимъ страшнымъ про­
исшествіемъ, что ты, конечно, извинишь меня, дорогая, если
я пишу несвязно. Нечего и говорить тебѣ, я думаю, что
ничего на свѣтѣ не заставитъ меня допустить Аделу зани­
мать эту ужасную комнату. Я вздрагиваю и бѣгу скорѣе,
когда приходится мнѣ проходить мимо двери.
Твоя, въ величайшей тревогѣ,
Цицелія.
Г-жа де-Винтъ г-жѣ Монтрезоръ
Лордъ Варденъ Дувръ.
2і-го мая.
Дорогая Цецилія!
Сію минуту получила твое письмо. Какой ужасъ! Но я
все еще не убѣждена въ томъ, что домъ виноватъ во всемъ
этомъ. Какъ ты знаешь, я чувствую себя отчасти въ поло­
женіи его поручительницы, отвѣтственной за его добропо­
рядочное поведеніе. Не думаешь ли ты, что съ дѣвушкой
просто могъ случиться припадокъ? Почему бы нѣтъ? У меня
у самой есть двоюродный братъ, который подверженъ та­
кимъ припадкамъ, и какъ только они наступаютъ, все его
тѣло какъ бы коченѣетъ, глаза становятся какъ бы стеклян­
ными и вылѣзаютъ изъ орбитъ, цвѣтъ лица дѣлается багро­
вымъ, совершенно какъ въ описываемомъ тобою случаѣ.
Или же, если не припадокъ, то можешь ли ты быть увѣ­
рена въ томъ, что она не подвержена приступамъ безумія?
Пожалуйста, увѣрься и убѣдись, нѣтъ ли у нея сумасшествія
въ семьѣ? Теперь это такъ часто встрѣчается и такъ уси­
ливается за послѣднее время, что въ этомъ не было бы
ничего удивительнаго. Тебѣ извѣстно мое безусловное не­
вѣріе въ привидѣнія. Я убѣждена, что большинство ихъ.
если только разсмотрѣть хорошенько дѣло, окажутся разду­
тыми и вымышленными. Но даже если допусить возможность,
даже больше, самое несомнѣнное существованіе привидѣній
вообще, въ абстрактѣ, все-таки, вѣроятно ли, чтобъ можно
было увидать что нибудь до того страшное, что совершенно
здоровый человѣкъ сходитъ съ ума мгновенно, въ одну ми­
нуту, между тѣмъ какъ вы, живя уже три недѣли въ этомъ
домѣ, ни разу не замѣтили ничего подозрительнаго? Согласно
твоему предположенію, всѣмъ твоимъ домашнимъ слѣдовало
бы уже находиться въ настоящую пору въ состояніи буйнаго
помѣшательства! Умоляю тебя не поддаваться паническому
страху, который, очень возможно и вѣроятно, окажется, въ
концѣ концовъ, совершенно неосновательнымъ. О, какъ бы
я желала быть теперь съ тобой, чтобы заставить тебя внять
голосу разсудка. Ну, Арти придется не мало потрудиться,
чтобы вознаградить меня за все то, что я вытерпѣла ради
него и его коклюша! Пожалуйста, пиши немедленно, и скажи
мнѣ, какъ чувствуетъ себя бѣдная больная? О, если бы толь­
ко были у меня голубиныя крылья! Буду терпѣть пытку, пока
не услышу отъ тебя снова.
_
Івоя Бесси.
(Окончаніе слѣдуетъ)

СОДЕРЖАНІЕ.
ТЕКСТЪ: «Письмо», стихотвореніе С. К. Аничковой,—«Въ пограничной глуши», романъ изъ жизни юго-западнаго края,
Н. Н. Брешко-Брешковскаго (продолженіе).—«Сущая правда», разсказъ Р. Броутонъ, переводъ съ англійскаго М. Д. Полторацкой. —
Справочный указатель.
РИСУНКИ: «На водопоѣ», А. Завадскаю,—Д. Раггаузъ (портретъ), фототип. съ рис. Эберлинга.—«Прощальный поцѣлуй»,
фототип. съ картины Альма-Тадема.

Редакторъ-издатель Н. Ѳ. Мертцъ.

Требуйте КОНЬЯКЪдШУС Т ОБА

|Сгущенное о молоко

ВЕЗДѢ.
36 —990— 2

мука

НЕСТЛЕ. /
35-964-6

Издан. журн. «СѢВЕРЪ».

ЛИЦЕДЬИ»
К. Н. ЛЬДОВА.
Романъ изъ жизни актеровъ
Пѣна і р. съ пѳрес. і р. 25 к.

Мозольная жидкость ГОЛЛЕНДЕРЪ.
Мозоли исчезаютъ при употребленіи мозольной жидкости Голлендеръ, безъ малѣйшей боли. ЦѢНА флакона
35 к., 2 флакона высылаются почтою за I р. изъ Лабораторіи І.ГОЛЛЕНДЕРЪ: С -Петербургъ, Разъѣжля ул., д.№ 13.
ПРОДАЖА ВО ВСѢХЪ АПТЕКАХЪ И АПТЕКАРСКИХЪ МАГАЗИНАХЪ ИМПЕРІИ.
6—643—1

287

СѢВЕРЪ

ГѵнядиЯносъ
ДЛТУРАЛЬНАЯ ИИНЕРЛЛЬНАЯ ГОРЬКАЯ ВОДА

НАИЛУЧШЕЕ
СЛАБИТЕЛЬНОЕ
ВМКВОК,

ИИЯТНОЯ, ВѢРНО!

288

Домашній хлѣбъ.
Ржаной, ситный, бѣлый, булки, крен­
дели, штрицѳли, бабы и пр. изгото­
вляются престо, легко и дешево яри
помощи знаменитаго американск.

тратв

„ОДОБРИНЪ“

ТОЛЬКО МИХАИЛА ЛЕБЕДЕВА

съ надписью, „этикетъ

утвер­

жденъ правит.“

МѢСИЛЬНИКА.
Илчюстриров. наставленіе съ рецеп­
тами БЕЗПЛАТНО.

нонет. > шшьиъ.

Морская, 34/В.

СПБ.,

3-987-2

дѣАижв.

ОТЛИЧНОЕ СРЕДСТВО
ПРИ ПРИВЫЧНОМЪ И СЛУЧАЙНОМЪ ААПАРЪ,

Д-ра ШИНДЛЕРЪ-БАРНАЙ

-Мар-евбадскія Редукціонныя Пилюли»
противъ

ОЖИРѢНІЯ

ПРИЛИВЪ КРОВИ,— ОЖИРѢНІИ
РАЗСТРОЙСТВАХЪ ПИЩЕВАРЕНІЯ,

БОЛѢЗНЯХЪ ПЕЧЕНИ ■ Т. В.

Aokomj» прааоалодапаа ааЛ)
fyaatt Яавеа aa&t валли Иругияа срадстаалѵ amaaa pata.

"

ЦТ

«Т ‘

т
& Г[ЯЫМЛЫ1.ИпйРЗШКТо8ѣ

Цаотаичвоѳ слабательаоѳ срѳдстпо.|
, Настоящая упаковка въ коробкахъ
I краснаго цвѣта съ описаніемъ споI соба употребленія. Продажа во
I всѣхъ аптекахъ и аптекарскихъ
магазинахъ.

С.-Петербургъ, Невскій пр., № 716 депо часовъ,

ДО. соколовъ

Не смѣійвать сь Варшавой!

Не смѣшивать и Варшавой!

Мастеръ-спеціалистъ,
работавшій
МНОГО лѣтъ у язвѣ- Г УЛЭДР], и ЦО
стной фирмы часовъ '•
И П .
рекомендуетъ изъ своего склада ча­
сы исключительно высшихъ сортовъ,
съ безусловно точнымъ ходомъ и
прочнымъ механизмомъ, лично имъ
провѣрѳрѳнные.

Цѣпы для всѣхъ фабричныя.
№ 42 Часы дамск., сер. 84 пр.
лучш. сор. цилиндр. 9р. 75 к.
Такіе же высшаго сорта анкѳрныѳ ............
. і5 руб.
Крепко вызолочен. на і руб.
дороже.

Цѣны лля всѣхъ фабричныя.
№ го. Часы дамск. черные
открытые лучшаго сорта,
цилиндръ . . . 8 р. 25 к.^
Такіе же высшаго сорта ан­
керные, іа р. и 15 р.
Такіе же закрыт. 9 р. и іб р.

ПОЛНОЕ

ПОЛНОЕ

РУЧАТЕЛЬСТВО

РУШМЬСШ

НА

НА

лътъ
№ 130. Часы мужск. сѳребр. $4 пр. заводъ го­
ловкой, массивныя три крышки: лучшаго сорта
анкѳрн. на 15 камн. ... 12 руб. и 13 р. 50 к.
Такіе же высш. сорта...............................15 и 18 р.

ЛѢТЪ

№ 150. Часы мужск. черные открытые, хорошаго
сорта, цилиндр......................................4 р. 8о к.
Такіе же высш, сорта анкер. 7 р., 75 к. и 12 р.
Закрыт, чѳрп. часы анкер.
іо р. и 12 р. 50 к.

'■ 171.
І . Часы мужск. сѳребр.,84 пр., заводъ ключ
№
масивн.,три крышки лучш. сорта анкер, на 15
камн............................................. юр. 35 к. и и р.,
Такіе же высшаго сорта . 13 р. 75 к- н *5 Р-

Изящная цѣпь при всѣхъ часахъ безплатно. Пересылка на счетъ фирмы налож. платежомъ безъ задатка.

Во всѣхъ книжныхъ и эстампныхъ магазинахъ поступило въ продажу роскошное изданіе

секия йсцвопнеъ“
Большой томъ in folio на плотной веленевой бумагѣ (303 страницы).

4 А»

---------—.....

""■

1 Ф0Т0ТИП0ГРАВЮРЪ
4 68

фОТОТИПОГ^АВЮРЪ t снимковъ СЪ КАРТИНЪ и портретовъ^

хххххххх
хххххххх
хххххххх
«Фрина на праздникѣ Посейдона»—Г. И. Демирадскаго; «Не ждали»—проф. И. Е. Рѣпина;
хххххххх
ХХХХХХХХ
«Корабельная роща»—И. И. Шишкина и «Женская головка»—Л. . Жодейко.

ЧЕТЫРЕ ГЕЛІОГРАВЮРЫ:

(Геліогравюры отпечатаны за границей и въ отдѣльной продажѣ стоятъ 2 руб. 40 коп.).
ИЗЯЩНАЯ ОБЛОЖКА.
~<~^Г
Кромѣ
многочисленныхъ
иллюстрацій,
въ
настоящемъ
изданіи
напечатанъ обширный исто­
/хх
XXX рико-критическій очеркъ о русской живописи съ біографическими данными и характеристи­
ками болѣе чѣмъ 150 художниковъ.

Цѣна 6 р., съ персе.—7 р., въ перепл. изъ цвѣти, англ, колени.—8 р., съ Перес, — 9 р.,
а для гг. подписчиковъ «Сѣвера»—3 р., съ перес. 3 р. 50 к., въ переп. изъ цвѣтн. англколенк.—4 р., съ перес. 5 р.
Складъ изданія въ главной конторѣ журнала „СѢВЕРЪ“: Спб., Невскій, 170.
Типографія Я. Балянскаго, Загородный пр. противъ Технолог. Инстит , № 74, во дворѣ.