/
Tags: журнал природа
Year: 1937
Text
ЛЕШ ,
СОВЕШСКОИ
НАУКИ
>Li() октяврь (937
ч з д а т е л ь с т в о
АКАДЕМИИ Н Л У К СССР
ПОПУЛЯРНЫЙ ЕСТЕСТВЕННО-ИСТОРИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ
ИЗДАВАЕМЫЙ АКАДЕМИЕЙ НАУК СССР
№ 10
ГОД ИЗДАНИЯ ДВАДЦАТЬ ШЕСТОЙ
1937
СОДЕРЖАНИЕ
Стр.
CONTENTS
Page
20 лет советского естествознания 3
Акад. В. Л. Комаров. Наука
сталинской эпохи .................. 5
Проф. Р. О. Кузьмин. Матема-
тика в СССР за XX лет............. 9
Проф. С. К. Всехсвятский. 20 лет
советской астрономии...............20
Акад. А. Ф. Иоффе. Советская
физика за 20 лет...................43
Проф. П. А. Молчанов. Совет-
ская аэрология на службе народ-
ного хозяйства за 20 лет...........50
Проф. А. А. Гринберг. Успехи
неорганической химии за 20 лет
в СССР.............................56
Проф. С. Н. Данилов. Органи-
ческая химия в СССР к двадцатой
годовщине Октябрьской революции 65
Чл.-корр. АН СССР Д. В. Налив-
кин. Успехи региональной геологии 83
Акад. Ф. Ю. Левинсон-Лессинг.
Задачи- петрографии в СССР ... 97
Twenty Years of Soviet Natural
History.............................. 3
Academician V. L. Komarov. The
Science of Stalin’s Epoch.......... 5
Prof. R. O. Kuzmin. Mathematics
in the USSR for the Last Twenty
Years................................ 9
Prof. S. K. Vsekhsviatski. Twenty
Years of Soviet Astronomy .... 20
Academician A. F. Ioffe. Soviet
Physics in the Course of Twenty
Years................................43
Prof. P. A. Molchanov. Soviet
Aerology in the Service of the Econo-
my of the Soviet Union for the
Last 20 Years........................50
Prof. A. A. Grinberg. Twenty
Years Progress of Inorganic Chemistry
in the USSR..........................56
Prof. S. N. Danilov. Organic Chem-
istry in the USSR by the Twentieth
Anniversary of the October Revo-
lution ..............................65
D. V. Nalivkin, Corr. memb. of
the USSR Acad, of Sci. The Achieve-
ments of Regional Geology .... 83
Academician F. J. Loewinson-
Lessing. The Aims of Petrography in
the USSR.............................97
Природа № 10
1
Стр.
104
124
141
150
164
171
180
184
197
206
212
229
243
Проф. А. И. Дзенс-Литовский
и Н. И. Толстихин. Природные ми-
неральные воды и грязи Советского
Акад. АН УССР А. В. Палладии.
Достижения советской биохимии за
20 лет после Великой Пролетарской
революции........................
Чл.-корр. АН СССР Н. А. Буш.
Успехи ботаники за 20 лет Совет-
ской власти .....................
Проф. А. Н. Криштофович. Двад-
цать лет советской палеоботаники .
Акад. А. А. Ухтомский. Из исто-
рии учения о нервном торможении .
Прив.-доц. Н. И. Блинов. Дости-
жения советской медицины в вопросе
переливания крови ...............
Проф. Б. С. Виноградов. Крат-
кий очерк успехов советской теро-
логии (маммалиологии) за 20 лет .
Д-р биол. наук А. Я. Тугаринов.
Успехи советской орнитологии . .
Проф. Г. У. Линдберг. Успехи
ихтиологии за 20 лет ............
Проф. М. Н. Римский-Корсаков.
Достижения за двадцать лет в области
энтомологии .....................
Проф. Д. Н. Кашкаров. Совет-
ская зооэкология, ее состояние,
успехи за 20 лет и перспективы
развития.........................
Проф. А. К. Алексеев и проф.
А. Н. Рябинин. Палеонтология
в СССР за 20 лет.................
Библиография
И. Я. Колубовский и М. С. Львович.
Классики естествознания в советских из-
даниях за 20 лет. Библиографический
список ..........................
Page
Prof. A. I. Dzens-Litovski and
N. I. Tolstikhin. Mineral Springs
and Muds of the Soviet Union .... 104
A. V. Palladin, memb. of the
Ukranian Acad, of Sci. The Attain-
ments of Soviet Biochemistry for the
Twenty Years Elapsed Since the
Great Proletarian Revolution . . . 124
N. A. Bush, corr. memb. of the
USSR Acad, of Sci. The Progress
of Botany during the 20 Years of
Soviet Power........................141
Prof. A. N. Kryshtofovich. Twenty
Years of Soviet Palaeobotany . . . 150
Academician A. A. Ukhtomski.
From the History of the Theory of
Nervous Inhibition..................164
Priv. Docent N. I. Blinov. The
Achievements of Soviet Medicine in
Transfusion of Blood................171
Prof. B. S. Vinogradov. Short
Essay on the Progress of Soviet The-
rology (Mammalogy) for 20 Years . 180
A. J. Tugarinov, Dr of Biol. Sci.
The Advances of Soviet Ornithology 184
Prof. G. U. Lindberg. The Attain-
ments of Ichthyology during the Last
Twenty Years........................197
Prof. M. N. Rimsky-Korsakov.
Twenty Years of Progress in Entomo-
logy ............................. 206-
Prof. D. N. Kashkarov. Soviet
Zooecology, Its Present State, Its
Successes during the Last Twenty
Years, and Its Future Prospects . .212
Prof. A. K. Alekseev and Prof.
A. N. Riabinin. Palaeontology in
the USSR for 20 Years............. 229'
Bibliography
I. J. Kolubovski and M. S. Lvovich.
The Classics of Natural History in Soviet
Publications for 20 Years. A Bibliographical
List........................................ 243.
Двадцать лет советского
естествознания
Народы Советского Союза вместе с пролетариями и передовой интеллиген-
цией всего мира празднуют в эти дни двадцатилетие величайшего социального
переворота, произошедшего в нашей стране. Рабочие и крестьяне нашей великой
родины двадцать лет тому назад навсегда сбросили ярмо капитализма и власти
буржуазии. В тяжелой борьбе с внутренней контрреволюцией и иностранными
интервентами была закреплена диктатура пролетариата, и под руководством
Коммунистической партии и ее великих вождей В. И. Ленина и И. В. Сталина
страна начала неслыханную главу истории человечества.
На наших глазах воспитался новый человек социалистического общества,
не знающий классового и национального угнетения, человек свободного радост-
ного труда и высокой культуры. Сталинская Конституция подвела итоги этому
этапу развития бесклассового общества, и в торжественные дни двадцатилетия
Октябрьской социалистической революции вся страна намечает своих избранников
в высший правительственный орган советской демократии, Верховный Совет.
Социалистическая революция сопровождалась огромным ростом культуры,
веками искусственна задерживавшейся правящими классами старой России.
За два десятилетия создана собственная техника, почти на всех участках произ-
водства мы освободились от иностранной зависимости. Страна из примитивно-
земледельческой стала промышленной с высоким техническим уровнем. Одновре-
менно с техникой необозримо выросла и расширилась наука.
В дореволюционной России наука существовала, в ее истории записаны
блестящие имена. Но это была наука отдельных ученых, наука в большинстве слу-
чаев без традиций и школ, без материальной основы и, главное, без определенной
задачи. Результаты, добытые русскими учеными, оценивались по достоинству
и утилизировались преимущественно за границей, в собственной стране ими не
интересовались, и они нередко служили только основанием для получения ученых
степеней и званий. Революция потребовала от науки прежде всего ясны»
задач, нужных для дела социалистического строительства, она двинула на научный
фронт десятки тысяч молодых ученых, построила для них тысячи прекрасно обору-
дованных институтов и лабораторий, создала огромную научную литературу,
но вместе с тем подвергла научные результаты испытанию могучего критерия прак-
тики. Только таким путем за короткий срок удалось создать советскую технику,
которая в свою очередь высоко подняла уровень нашей науки.
Подлинное теоретическое исследование, по самому существу своему органи-
чески связанное с реальными задачами, находит всемерную поддержку в нашей
стране, но революция отметает схоластическую науку, подменяемую только «уче-
ностью».
Естествознание, как основа техники в широком смысле слова, получило
в Советском Союзе огромное развитие. Мы посвящаем настоящий и следующие
номера «Природы» очеркам и обзорам успехов в различных естественно-науч-
ных дисциплинах, но эти статьи далеко не полностью охватывают рост совет-
ского естествознания.
Наша наука и наша техника по существу еще очень молоды, в них еще много
недостатков, стремление в ширину иногда заставляет забывать о необходимости
глубины научного исследования. Но если дряхлеющий капиталистический мир
шепчет о гипертрофии науки, не видя для нее дальнейших перспектив, то перед
нашей социалистической страной усилиями революции и ее мудрых вождей рас-
крыты бесконечные просторы дальнейшего развития, где науке предстоит необо-
зримая работа. Будущее советской науки несомненно радостно и величественно.
Да здравствует советская наука!
Да здравствует наша прекрасная социалистическая родина!
Да здравствует Советское Правительство!
Да здравствует авангард революции Великая Коммунистическая партия!
Да здравствует мудрый вождь революции Великий Сталин!
НАУКА СТАЛИНСКОЙ ЭПОХИ*
Акад. В. Л. КОМАРОВ
Наука в дореволюционной России раз-
вивалась черепашьими шагами и была
достоянием немногих. Государство вкла-
дывало в нее гроши и скорее терпело,
чем поощряло научно-исследовательскую
работу. За двадцать лет Советской власти
все это резко изменилось: развита целая
сеть научно-исследовательских учрежде-
ний, обслуживающих разнообразные
отрасли промышленности, организованы
академии наук в двух союзных респу-
бликах — Украинская и Белорусская,
наконец растет и научная работа в выс-
ших учебных заведениях. Число науч-
ных работников выросло колоссально.
Образовался мощней научно-исследова-
тельский и научно-технический фронт,
дающий возможность нашей родине
самостоятельно решать стоящие пёред
нею культурные задачи и налаживать
новые и новые производства.
Много сделано для популяризации
науки. В прошлом достояние немногих
избранных, наука стала доступна ка-
ждому заинтересовавшемуся ею рабо-
чему и колхознику. От академий до
хаты-лаборатории идет как исследова-
тельская работа, так и работа по попу-
ляризации знаний, охватившая всю
страну.
Охватить в короткой статье все, что
достигнуто за эти годы по теории атома
и по энергетике, по химическим равно-
весиям и по строению горных хребтов,
по истории языка и по литературоведе-
1 Ц. О. «Правда» Ns 308 (7274), 7 ноября
1937 г.
нию, совершенно невозможно. Чрез-
вычайно много сделано для превращения
науки из собрания разобщенных между
собой интересных и полезных сведений
в стройное здание марксистско-ленин-
ского миропонимания.
Еще в начале 1918 г., когда молодая
республика переживала тяжелое время
хозяйственной разрухи и контрреволю-
ционного саботажа, В. И. Ленин,
заглядывая далеко вперед, наметил
самые широкие перспективы научного
творчества. В «Наброске плана научно-
технических работ» Ленин сформули-
ровал ряд заданий Академии Наук,
имевших целью всестороннюю разра-
ботку проблем восстановления и рекон-
струкции народного хозяйства.
Это был первый социальный заказ
революции, адресованный науке. Со-
циальный заказ, неразрывная органи-
ческая связь теории с практикой — спе-
цифическая особенность социалистиче-
ской науки.
Научные центры сыграли немалую
роль в создании передовой советской
индустрии. Научно-исследовательские
институты и лаборатории сконструиро-
вали новые типы транспортных и сель-
скохозяйственных машин. Они создали
новые станки для металлообработки
и машиностроения, новое металлургиче-
ское и горное оборудование. Сотни
других открытий и изобретений сделаны
в промышленных лабораториях. Ста-
хановское движение поставило в поря-
док дня еще больший разворот экспери-
ментальной и конструкторской работы.
6
Природа
1937
Русский народ на всех важнейших
этапах развития научной мысли выдви-
гал творцов мировой науки. Такие
ученые, как Ломоносов, Лобачевский,
Чебышев, Менделеев, К. А. Тимирязев,
Лебедев, Павлов и Карпинский, были
лучшими сынами своего народа, тесно
связанными своим творчеством с прак-
тическими нуждами родины. Но старая
Академия находилась во власти анти-
народной сановной клики, которая стре-
милась создать барьер между наукой
и народом. Традиции раболепия перед
иностранцами, отчуждение от народа
были прочно привиты Академии. Ряд
лучших представителей научной мысли,
людей, которыми гордится русский на-
род, остался за стенами Академии.
Понятны гневные слова Тимирязева,
обращенные к старой Академии Наук:
«Академия, не имевшая в своих рядах
ни Менделеева, ни Ценковского, ни
Сеченова, ни Столетова, ни Лебедева
и еще недавно расставшаяся с Федо-
ровым, такая академия все равно что
не существует для русского народа».1
В первые годы после революции тяже-
лый и аморфный организм старой Ака-
демии со скрипом и сопротивлением
поворачивался к новым задачам. Сабо-
таж свил себе гнездо в академических
сферах. Кое-кто из академиков хотел
одного — права свободно разрабатывать
клерикально-теософские, чуждые жизни
проблемы.
Но затем положение в корне изме-
нилось. В результате двадцатилетнего
развития в новых условиях Академия
Наук стала штабом не только теорети-
ческих знаний, но и прикладных наук.
Сама тематика институтов Академии
Наук подчинилась требованиям государ-
ственного плана. Крупнейшие народно-
1 К. Тимирязев. Наука и демокра-
тия, стр. 407.
хозяйственные задачи лежат в основе
экспедиционной, экспериментальной и
теоретической работы Академии Наук.
Примером могут служить экспедиции,
организованные Советом по изучению
производительных сил СССР, охваты-
вающие своей исследовательской работой
геологическое строение, энергетические
и сырьевые ресурсы, экономику и насе-
ление районов Союза. За 7 лет своего
существования Совет по изучению произ-
водительных сил организовал больше
150 экспедиций. Еще в 1920 г. нача-
лись исследования Кольского полу-
острова. Созданная здесь промышлен-
ность, использующая запасы апатитов
и нефелинов, является результатом ука-
занных исследований. Подобные экспе-
диции позволили поставить и решить
ряд крупнейших теоретических про-
блем.
Экспедиционные работы на Урале
и в республиках Средней Азии, а в по-
следнее время и на Алтае (В. А. Обру-
чев) раскрыли перед нами такие богат-
ства земных недр, о каких никто раньше
и не помышлял. Считалось чуть ли не
аксиомой, что в горах Средней Азии
ничего годного для промышленного
использования нет, а теперь здесь от-
крыты надежные месторождения чуть ли
не всех элементов Менделеевской си-
стемы.
Однако найти полезные ископаемые —
это еще не все. Необходимо для новых
видов сырья создать и новые техноло-
гические процессы. С этой целью в Ака-
демии Наук создано отделение техни-
ческих наук, имеющее целью пере-
строить нашу технологию на основе
новых научно-исследовательских дости-
жений.
Исследование недр Союза опиралось
на классические работы основателя
советской геологии А. П. Карпинского.
Только в условиях диктатуры рабо-
Jfe 10
Наука сталинской эпохи
7
чего класса идеи А. П. Карпинского
могли быть полностью применены для
изучения ресурсов родины. Примером
нового подхода к сырьевым и энерге-
тическим ресурсам является изучение
горючих ископаемых. В этом деле наша
страна вышла на первое место в мире.
Реконструкция энергетического хозяй-
ства и наша топливная политика сде-
лали этот участок особенно важным.
Отказ от хищнического расточения то-
пливных ресурсов потребовал не только
развертывания геолого-разведочных ра-
бот, но и серьезных теоретических и
экспериментальных исследований, кото-
рых во времена Нобеля и Манташева
не было вовсе. Еще Менделеев в свое
время возмущался сжиганием нефти —
«сжиганием ассигнаций». Советская энер-
гетика, ориентируясь на местное то-
пливо, и советская нефтяная промыш-
ленность, перерабатывая нефть в цен-
ные продукты, осуществляют замыслы
Менделеева. Научная» работа, выросшая
на этой базе, ведется в лабораториях,
изучающих генезис нефти, угля, торфа,
сланцев и сапропелей, а также про-
блемы топливной химии.
Рядом с работами, посвященными
изучению родины, стоят эксперимен-
тальные исследования советской науч-
ной мысли, посвященные коренным про-
блемам естествознания. Они не менее
актуальны. Перед страной социализма
стоят такие коренные технические про-
блемы, которые требуют для своего
решения разработки самых новейших
глав современной физики. Нигде во
всем мире, кроме СССР, не может быть
создана техника, воплощающая в жизнь,
в практику, в производство последние
физические открытия.
Нужно упомянуть об организованном
в последние годы Институте физических
проблем, не имеющем во всем мире
ничего равного себе по эксперимен-
тально-лабораторной базе и по важности
проблем.
Объем химико-технологических за-
дач советской промышленности сделал
актуальными самые серьезные научные
обобщения. К взглядам крупнейшего
русского химика XIX в. Менделеева не-
посредственно примыкают идеи химиче-
ского анализа, разрабатываемые акад.
Курнаковым. Но эти идеи тесно свя-
заны с изучением и использованием
химического сырья (Кара-Богаз-Гол,
Кулундинские озера и пр.) и руд СССР.
Таким образом, реконструкция про-
мышленности потребовала от советской
науки мощного взлета геологических,
физико-математических и химических
исследований. Социалистическое земле-
делие предъявило не меньшие требо-
вания к биологическим наукам.
Капиталистический Запад замалчи-
вает материалистические, антирелигиоз-
ные выводы современной биологии.
В СССР теория Дарвина ежедневно про-
веряется и обогащается живой произ-
водственной практикой. Еще до рево-
люции русский народ выдвинул ге-
ниального генетика И. В. Мичурина.
До революции Мичурину не удавалось
полностью осуществить свои замыслы.
Только в советское время ему удалось
широко развернуть гибридизацию. Он
установил новые закономерности раз-
вития растений, преодолел нескрещи-
ваемость некоторых видов, вывел де-
сятки новых форм, обновил породно-
сортовой состав плодоягодных растений
и продвинул их границы далеко на
север.
В условиях крупного и передового
социалистического земледелия сельско-
хозяйственная наука получила такое
развитие, какого не знала и не знает
ни одна страна. Роль науки в колхоз-
ном земледелии можно проиллюстриро-
вать примером выдающихся работ
8
Природа
1937
Т. Д. Лысенко по яровизации, которые
он ведет с 1925 г. Когда в 1929—1930 г.
передовые колхозники узнали о весен-
них посевах озимой пшеницы акаде-
мика Лысенко, поднялась мощная волна
колхозной инициативы.
Таковы научные задачи и достиже-
ния, вытекающие из реконструкции про-
мышленности и сельского хозяйства.
В центре сталинской эпохи стоит сам
человек, окруженный любовной сталин-
ской заботой. Поэтому наука о чело-
веке получила широкое развитие в СССР.
Всесоюзный институт эксперименталь-
ной медицины является мировым цен-
тром этой науки. Одной из ее основ
являются гениальные исследования вели-
кого советского физиолога И. П. Павлова.
Наша необъятная родина стоит впе-
реди всего мира по географическим
исследованиям. Географические работы
советских ученых включают одну из
самых блестящих страниц истории миро-
вой науки — советские арктические
исследования, возглавляемые акад.
О. Ю. Шмидтом. Громадное значение
для науки имеет папанинская зимовка
на полюсе. Отважные обитатели дрей-
фующей станции определили глубину
Ледовитого океана на полюсе, оконча-
тельно разбив предположения о суще-
ствовании суши в этом районе. Пробы
воды, взятые Ширшовым, установили
направление теплых атлантических вод,
проходящих через полюс. Наблюдения
папанинской группы опровергли утвер-
ждение об отсутствии жизни в центре.
Арктики.
Советская наука, окруженная любовью
народа и вниманием со стороны его
вождя, идет от победы к победе. Простор
научной мысли, ее подлинная свобода,,
возможность ставить и разрешать самые
смелые замыслы, — как далеко это от
дореволюционных условий, когда ге-
ниальные одиночки порою бесплодно
затрачивали силы в нищенских лабора-
ториях, стиснутые сановно-бюрократи-
ческим попечением, оторванные от прак-
тики и от народа. Кажется, прошли
века с того времени. Прошло лишь
двадцать лет, но двадцать лет самой
значительной эпохи мировой истории —
великой сталинской эпохи.
МАТЕМАТИКА В СССР ЗА XX ЛЕТ
Проф. Р. О. КУЗЬМИН
Сколько-нибудь полное рассмотрение
длинного ряда существенных результа-
тов, достигнутых математикой за те
20 лет, что протекли со дня Великой
Октябрьской социалистической револю-
ции 1917 г., потребовало бы статьи
значительно большего объема, чем дан-
ная. Вот несколько цифр, хотя и не-
полного все же характеризующих интен-
сивность математической работы в СССР.
В сборнике «Математика в СССР за
XV лет» некоторые из обзоров приводят
список работ советских математиков
по соответствующим отделам матема-
тики. При этом в совокупности полу-
чается около 340 работ, принадлежащих
143 авторам. В библиографическом ука-
зателе «Математика в изданиях Акаде-
мии Наук 1728—1935» на годы после
революции приходится 962 названия.
Если исключить отсюда краткие резюме
докладов, сделанных на II Съезде мате-
матиков в СССР, то все же остается
около 700 работ. ’При этом за первые
100 лет существования Академии Наук
список работ по математике содержит
917 названий, из которых 462 принадле-
жат Эйлеру. За последние 20 лет, пред-
шествовавших революции, соответствую-
щий список содержит лишь 108 работ.
За четыре предыдущих двадцатилетки
в изданиях Академии Наук выходило
тоже около сотни названий в двадцать
лет. Таким образом уже простой коли-
чественный подсчет библиографических
данных показывает огромный рост мате-
матической деятельности за советский
период. К тому же выводу приводит и
рассмотрение полученных результатов
по их содержанию и значению.
Этот громадный размах математиче-
ского исследования в последнее время
делает обзор его крайне затруднитель-
ным. Прогресс современной математики
достигается путем работы большого кол-
лектива исследователей. Те пути, кото-
рыми они идут, крайне разнообразны.
Почти невозможно одному человеку обо-
зреть все существенные разветвления
современной математической мысли
с должной глубиной. Поэтому и настоя-
щая статья никак не претендует ни на
полноту, ни на равномерность изложе-
ния — одни направления естественно
будут освещены рельефней, чем другие.
Один из лучших способов понять
современное состояние науки заклю-
чается в историческом подходе к нему.
При этом развитие науки в одной стране
не может быть представлено с полной
ясностью без одновременного рассмо-
трения движения науки во всем мире.
История математики последних столе-
тий в основных чертах может быть,
разбита на несколько периодов. В эпоху
Ньютона и Лейбница были созданы
новые приемы исследования, неизме-
римо усилившие могущество математи-
ческих методов и бесконечно расши-
рившие область их приложений. Все
XVIII столетие ушло на усовершенство-
вание формальных приемов нового исчи-
сления и на охват обширной области
приложений математики к механике,
астрономии и физике. К этой эпохе-
можно отнести великую деятельность
Эйлера, Лагранжа и Лапласа. При этом,
увлеченные богатством приложений
ученые той эпохи не имели возможности
заняться уточнением основных понятий
новой науки. Опыт, накопившийся за
столетие, показал, что в обстановке все
более сложных задач, к которым перехо-
дили математики в процессе исследо-
вания, для достижения полной достовер-
ности выводов необходимо пересмотреть
заново и уточнить всю систему основных
понятий анализа. В то же время ряд при-
ложений требовал дальнейшего разви-
тия вычислительного аппарата. В пер-
вой половине XIX в. был в основном
проведен радикальный пересмотр основ-
ных понятий, связанных с выведением
понятия предела. При этом были даны
методы, позволявшие избегнуть тех
ошибок, к которым могло приводить
неосмотрительное применение методов
анализа, основанных на приложении
операций, связанных с предельным пе-
реходом. В прежнюю эпоху применение
10
Природа
1937
некоторых математических операций со-
вершалось до некоторой степени экспери-
ментально. Так, если требовалось выпол-
нить ту или иную операцию с бесконеч-
ным рядом, то ее и выполняли. Если
полученный ответ не приводил к абсурду,
то им и удовлетворялись. Между тем
выяснилось, что, идя таким путем,
нередко получали явно нелепые вы-
воды.
В эпоху критики, в начале и середине
XIX в., Коши, Гаусс, Абель и Вейер-
штрасс дали методы, при соблюдении
которых действия с рядами и другими
видами предельных операций могли
быть выполнены безупречным способом.
Для решения задач прикладной мате-
матики величайшую пользу принесла
теория функций комплексного перемен-
ного, созданная Коши и существенно
углубленная работами Римана и Вейер-
штрасса. Другим могучим средством
исследования, в основном освоенным
в эту эпоху, явились ряды Фурье и неко-
торые другие ряды по ортогональным
функциям.
Весь XIX в. по существу был посвя-
щен разработке новых углубленных
методов математики и их приложениям.
При этом несколько переместился центр
тяжести в значении отдельных областей
приложений. В XVIII в. наибольшее
развитие имели приложения к небесной
механике. В XIX — приобрели больший
вес приложения в области, физики и
техники. Развитие физики и возрастаю-
щая роль техники подняли на еще боль-
шую высоту запросы приложений к ма-
тематической теории. Вновь понадоби-
лось дальнейшее углубление основных
объектов математического исследования.
Попрежнему потребовалось и новое раз-
витие основных понятий и создание
новых видов математического аппарата.
Математика XX столетия в значитель-
ной степени идет к тому и другому.
По линии расширения и углубления
основных понятий идет ряд отделов
современной математики. Сюда отно-
сится теория функций действительного
переменного, создание которой может
быть связано с именем Кантора и ряда
французских математиков, в особен-
ности Бореля и Лебега. Топология,
функциональный анализ и теория групп
могут быть отнесены к тому же напра-
влению в математике. Наиболее харак-
терным отделом математического аппа-
рата, созданным и получившим особое
развитие в XX в., являются интеграль-
ные уравнения. Они дают прямой и
общий подход к обширному классу задач
анализа и математической физики,
решавшихся раньше далеко не столь
простыми по своей структуре сред-
ствами. Другой характерной чертой
современной математики является раз-
витие вариационного исчисления и
других экстремальных методов, создан-
ных в XVIII и XIX вв. Их сила состоит
в том, что во многих вопросах при срав-
нении действительного процесса с дру-
гими мыслимыми, но не осуществляю-
щимися, оказывается, что та или иная
величина принимает наибольшее или
наименьшее значение. Так, свет распро-
страняется в среде по принципу наимень-
шей траты времени, а тело, движущееся
по инерции вдоль какой-нибудь поверх-
ности, идет по кратчайшему пути.
Развитие новых отделов математики
не ослабило настоятельной потребности
в углублении таких отделов, как диффе-
ренциальные уравнения обыкновенные
и в частных производных. Эти отделы
тоже интенсивно развиваются в совре-
менной математике.
Современная математика поднялась
на несравненно более высокие степени
общности и абстракции, чем математика
XIX в. Однако она не представляет
нагромождения обобщений ради самого
обобщения. Новый, высший, уровень
абстракции дал новые силы исследова-
нию. Самые абстрактные области мате-
матики, вроде теории групп, теории
матриц, исчисления тензоров и т. д.,
нашли широкое применение в современ-
ной физике. Без них были бы крайне
затруднены создание и разработка и
квантовой механики и теории относи-
тельности. Углубление знаний в области
дифференциальных уравнений дает воз-
можность глубже проникнуть в изучение
колебательных процессов и подойти
к решению ряда других проблем, свя-
занных с современной техникой.
Математика СССР имеет почетные
завоевания по всем указанным напра-
влениям путей развития современной
№ 10
Математика в СССР за XX лет
11
науки. Во многих отделах ей принадле-
жит ведущая роль.
Значительное количество работ по-
священо развитию теории функций веще-
ственного переменного. Большинство их
принадлежит математикам московской
школы. Еще до революции этой областью
с успехом занимался Д. Ф. Егоров.
Дальнейшее развитие исследований
в этом направлении принадлежит акад.
Н. Н. Лузину и ряду других крупных
ученых — сюда относятся работы П. С.
Александрова, Н. К. Бари, А. Н. Кол-
могорова, Д. Е. Меньшова, П. С. Нови-
кова, И. И. Привалова, В. В. Степанова,
М. Я. Суслина, А. Я. Хинчина и др.
Их исследования значительно расши-
рили класс множеств, структуру кото-
рых можно считать выясненной, углу-
били понятие об интегрировании в раз-
витие ставшей классической теории
Лебега, а также углубили сведения из
теории рядов. Сюда, напр., относится
прекрасная теорема, полученная А. Н.
Колмогоровым и Г. А. Селиверстовым
и, независимо от них, И. А. Плесснером,
в силу которой тригонометрический ряд
будет сходящимся почти всюду, т. е. за
исключением точек множества меры нуль,
если ряд X(a„2 + f>„2) logn сходящийся.
Насколько глубока эта теорема, можно
заключить из того, что для общих рядов
'по ортогональным функциям в соответ-
ствующей формулировке logn должен
быть заменен величиной log2 пи не может
быть заменен функцией п, низшего
порядка возрастания, как показано
Д. Е. Меньшовым. Кроме того, даны при-
меры тригонометрических рядов, расхо-
дящихся всюду, и таких, что ряд 2 (aw2 +
+ V)?(n) сходится, где<р(п) произ-
вольно выбранная функция, "убывающая
и стремящаяся к нулю при п —► со.
Значительная часть результатов, полу-
ченных московскими учеными, изло-
жена в 1928 г. в известной серии Бо-
ре ля, французской по издательству, но
в значительной степени интернацио-
нальной по списку авторов.
Довольно значительное количество
работ с существенными результатами
по теории функций вещественного пере-
менного принадлежит Ленинграду. Сюда
относятся работы Г. М. Фихтенгольца,
Л. В. Канторовича, Е. М. Ливенсона,
И. П. Натансона, Д. К. Фаддеева. Неко-
торые работы В. И. Смирнова, связан-
ные с теорией функций комплексного
переменного, могут быть отнесены
сюда же.
К теории функций вещественного пере-
менного можно отнести также и ряд
работ акад. С. Н. Бернштейна. Его науч-
ная деятельность началась еще в самом
начале XX в., но столь же интенсивно
продолжалась и после революции.
В ряде его работ функции веществен-
ного переменного изучались с точки зре-
ния наиболее точного приближения их
полиномами. Значительная часть резуль-
татов, полученных им, изложена в моно-
графии, изданной в серии Бореля. В на-
стоящее время в СССР вышла первая
часть русского издания, дополненного
новыми результатами. Большую важ-
ность имеет исследование С. Н. Берн-
штейна по абсолютно Монотонным функ-
циям, т. е. таким, у которых разности
любого порядка положительные. Они
дают, между прочим, возможность оха-
рактеризовать аналитические функции,
не выходя из области вещественных
чисел. При этом аналитические функции
оказываются разностью двух абсолютно
монотонных функций. Тем же автором
получен ряд результатов, характеризую-
щих природу функции по знаку ее по-
следующих производных. Так, напр.,
если в интервале (а, Ь) все производные
положительны, то функция в том же
интервале аналитическая. Работы С. Н.
Бернштейна по приближениям к функ-
циям полиномами представляют во мно-
гих отношениях продолжение работ
великого русского математика Чебы-
шева, но в отличие от работ Чебышева,
они больше связаны с теорией функций.
Естественным приложением этих мето-
дов является ряд результатов по теории
интерполяционных формул. Сюда же
относится замечательное исследование
о способе квадратур, предложенном
Чебышевым. Этот способ, важный по
своим практическим применениям,
исходит из приближенного равенства:
•
п
ff(x)dx = ~-J?f(xlk),
• *=1
12
Природа
1937
в котором числа х1т х2, . . . хп подби-
раются так, что формула верна для всех
случаев, когда / (х) полином степени
не выше п. Такой выбор приводит к чис-
лам, лежащим в интервале (а, Ь), если
п одно из чисел первого десятка, отлич-
ное от восьми. Тонким анализом С. Н.
Бернштейн установил ряд результатов,
из которых в частности следует, то ни
при каких других значениях п числа
х1( х2, . . .Xft не могут оказаться все
вместе в интервале (а, Ь). Таким образом
было доведено до конца исследование
границы приложимости формулы, пред-
ложенной еще в 1873 г.
К числу интересных результатов,
полученных С. Н. Бернштейном, следует
еще отметить полное исследование труд-
ного вопроса об области сходимости
одного класса полиномов, введенных
в свое время тем же автором и оказав-
шихся крайне ценным средством иссле-
дования в ряде вопросов.
К работам С. Н. Бернштейна примы-
кают по тематике или по методам неко-
торые работы Н. И. Ахиезера, Я. Л.
Геронимуса, А. Н. Колмогорова, М. Г.
Крейна и Р. О. Кузьмина.
В тесной связи с теорией функций
вещественного переменного и, в част-
ности, с теорией множеств находится
по существу теория вероятностей в ее
современном развитии. В теории вероят-
ностей советской наукой получен ряд
результатов глубокой важности. Сюда
относятся прежде всего работы С. Н.
Бернштейна, А. Н. Колмогорова, А. Я.
Хинчина. В них значительно расширены
и углублены наши знания в области пре-
дельных теорем теории вероятностей,
в частности и для случаев связанных
событий. При этом значительно расши-
рена область приложимости методов
теории вероятностей к физике. Послед-
нее как раз в настоящее время особо
существенно, в виду возрастающей роли
статистических методов в современной
физике.
Из ряда других работ советских мате-
матиков, относящихся к теории вероят-
ноетей, упомянем лишь о работе автора
данной статьи «Об одной задаче Гаусса»,
в которой дано полное решение задачи,
поставленной и, повидимому, частично
решенной Гауссом. Опираясь на резуль-
таты и методы этой работы, А. Я. Хинчин
получил результаты, прекрасные по-
своей простоте и относящиеся к метри-
ческой теории непрерывных дробей.
Важное значение в современной науке
имеет топология. Первоначально она
представляла отдел геометрии, изучав-
ший те свойства фигур, которые сохра-
няются при любой непрерывной дефор-
мации пространства. Такими топологи-
ческими свойствами являются, напр.,
замкнутость кривой, наличие на ней
узлов и т. д. В ряде вопросов, напр.
в теории функций комплексного пере-
менного, такие свойства имели большую
роль, замеченную еще Риманом. Про-
странство можно рассматривать как мно-
жество точек. В настоящее время обыч-
ное пространство геометрии является
лишь частным случаем обширного
класса множеств объектов самого раз-
личного рода, на которые можно пере-
нести некоторые наиболее основные свой-
ства пространства. Так, напр., говорят о
пространстве всех функций такого-то
класса, в частности о пространстве функ-
ций с интегрируемым квадратом, и т. д.
При этом каждый объект рассматривае-
мого класса является точкой соответ-
ствующего пространства, для точек уста-
навливается понятие расстояния, бли-
зости и т. д. В связи с этим топология
стала весьма общей наукой об опреде-
ленных типах таких абстрактных про-
странств. Источники топологии и в гео-
метрии и в анализе. Поэтому и приложи-
мость топологии крайне широка.
Развитию топологии посвящено совет-
скими математиками значительное коли-
чество работ, по преимуществу москов-
скими. Большое значение имеют работы
П. С. Урысона, П. С. Александрова и
Л. С. Понтрягина, давшие существен-
ный вклад в мировую науку. П. С.
Александровым, совместно с Хопфом,
пишется широко задуманный курс,
первый том которого уже вышел. В этой
книге, значительной по объему и вну-
треннему содержанию, подведены итоги
работы современных топологов. Работы
топологов СССР занимают в ней почет-
ное место.
Из числа приложений топологии к ана-
лизу отметим работу Л. А. Люстерника
и Л. Г. Шнирельмана, доказавших, что
№ Ю
Математика в СССР за XX лет
13
на каждой из поверхностей рода нуль
существуют три замкнутых геодезиче-
ских кривых. Проблема существования
таких кривых была поставлена еще
Пуанкаре. Геодезическими кривыми на
поверхности называются те, которые
подобно дугам большого круга на шаре,
дают на данной поверхности кратчай-
ший путь между двумя любыми своими
достаточно близкими точками. Так, дуга
большого круга на шаре дает кратчай-
ший путь между двумя своими точками,
«ели ее длина меньше половины боль-
шого круга. Отыскание их представляет
важную и трудную задачу, которую ва-
риационное исчисление приводит к диф-
ференциальным уравнениям. Этим на-
укам математики СССР также уделяли
свое внимание с значительными резуль-
татами.
В области дифференциальных уравне-
ний можно отметить прежде всего гран-
диозные по идее и выполнению работы
И. А. Лаппо-Данилевского. С помощью
теории функций от матриц, в значитель-
ной степени созданной им самим, он дал
решение ряда задач основного значения
в теории линейных дифференциальных
уравнений. Следуе*г отметить, что не-
смотря на преждевременную смерть
высокоодаренного автора, его работы
полностью сохранились для науки. Это
произошло благодаря заботливости Ака-
демии Наук и усердию тех ее сотрудни-
ков, в частности,В. И. Смирнова, Н. Е.
Кочина и В. И. Крылова, которые были
заняты обработкой рукописного на-
следства И. А. Лаппо-Данилевского.
Из числа работ других авторов в об-
ласти дифференциальных уравнений
отметим важные работы акад. Н. М.
Крылова и Н. Н. Боголюбова. Они
связаны с так наз. нелинейной механи-
кой. Известно, что линейные уравнения
изучены значительно лучше, чем нели-
нейные. Поэтому один из наиболее обыч-
ных способов решения задач механики
и других наук, приводящих к дифферен-
циальным уравнениям, состоит в лине-
аризации задачи путем такой замены
условий задачи другими, по возмож-
ности близкими, чтобы новая задача сво-
дилась к линейным уравнениям. Однако
в ряде задач техники такие погрешности,
неизбежно связанные с линеаризацией,
получаются слишком большими. По-
этому весьма ценно нахождение методов
трактовки нелинейных уравнений, даю-
щих возможность разобраться в харак-
тере явления за пределами приложи-
мости метода линеаризации. Работы
Н. М. Крылова и Н. Н. Боголюбова
дают существенные продвижения в этом
направлении.
Значительные результаты общего
характера в теории дифференциальных
уравнений обыкновенных и в частных
производных принадлежат И. Г. Пет-
ровскому, С. Л. Соболеву. В за-
дачах, приводящихся к дифферен-
циальным уравнениям, трудность за-
частую не столько в том, чтобы найти
решение, или так наз. интеграл уравне-
ния, сколько в том, чтобы из бесчислен-
ного множества возможных интегралов
найти тот, который удовлетворяет тем
или иным начальным или предельным
условиям. Особенно это относится к за-
дачам, имеющим дело с уравнениями
в частных производных. К таким зада-
чам сводятся многие важные вопросы
математической физики.
В вопросах такого рода значительные
результаты получены В. И. Смирновым,
С. Л. Соболевым и др. в теории волно-
вого уравнения. В их работах дано пол-
ное решение ряда проблем, связанных
с изучением колебаний упругой среды.
Глубина и сила их метода видна из рас-
смотрения самой формы полученных ими
решений. Некоторые из результатов,
найденных ими, выражаются формулами,
которые по своей сложности могут быть
сопоставлены с формулами теории движе-
ния луны. Однако и такая сложность
не послужила препятствием, благодаря
силе метода.
Весьма существенны работы Н. И.
Мусхелишвили, связанные с решением
бигармонического уравнения. Как из-
вестно, к этому уравнению сводится
изучение многих задач теории упру-
гости. Пользуясь методами теории функ-
ций комплексного переменного, Н. И.
Мусхелишвили нашел решение задач
теории упругости в целом классе новых
случаев. Результаты его работ сопоста-
влены им в его большой книге по теории
упругости, выпущенной Академией Наук
уже вторым изданием.
14
Природа
1937
Из специальных вопросов теории упру-
гости к интегрированию бигармониче-
ского уравнения могут быть сведены
задачи о прогибе пластинок. Много задач
такого рода решены акад. Б. Г. Галер-
киным. Им же указаны способы, дающие
возможность написать самую общую
форму интегралов системы уравнений
в частных производных, к которой при-
водит изучение равновесия однородного
изотропного упругого тела. Это позво-
лило дать полное решение задачи в не-
скольких новых случаях.
Из вопросов математической физики
следует отметить те, которые относятся
к теории потенциала. Здесь могут быть
отмечены работы Н. М. Гюнтера. Зна-
чительная часть их изложена в его моно-
графии, изданной в серии Бореля.
Можно рассчитывать, что в недалеком
будущем она появится и на русском
языке. В естественной связи с этими
работами находятся позднейшие работы
Н. М. Гюнтера, изданные Академией
Наук СССР. В них изучается решение
ряда задач математической физики
с помощью интегральных уравнений.
При этом сама основа математического
аппарата меняется. Дело в том, что
обычно при решении задач математиче-
ской физики одним из основных средств
исследования является функция точки.
Во многих случаях эта функция пред-
ставляет идеализацию, выходящую из
рамок физически данного. Так, напр.,
плотность или температура в данной
точке не имеет реального смысла. На-
оборот, такое понятие, как количество
вещества или количество тепла в данном
объеме хотя тоже, в сущности говоря,
идеализации, но более близкие к физике.
Поэтому в последних работах Н. М. Гюн-
тера основным орудием исследования
является функция области. Соответ-
ственно этому основным аппаратом
являются интегральные уравнения при
соответственно обобщенном понятии
интеграла. При этом оказывается, что
в такой постановке исследование выигры-
вает и в чисто математическом отноше-
нии — задачи оказываются всегда раз-
решимыми. По крайней мере, они не
встречают более препятствий аппарат-
ного характера, как, напр., расходи-
мости рядов.
Вариационное исчисление дает удоб-
ный подход к изучению многих задач
математической физики. В первое время
своего существования вариационное
исчисление сводило те экстремальные
задачи, которые оно решало, к соответ-
ствующим краевым задачам дифферен-
циального исчисления. Две существен-
ных трудности возникали при этом.
Прежде всего по самой природе дела
далеко не всякая задача вариационного
исчисления имеет решение. Другая труд-
ность состоит в том, что решение краевых
задач дифференциальных уравнений
представляет нередко крайне трудную
проблему. Поэтому в настоящее время
две проблемы вариационного исчисле-
ния имеют особое значение. Одна из них
состоит в выяснении условий существо-
вания решения, другая в фактическом
его отыскании, если оно существует.
В том и другом отношении большую
услугу оказывают прямые методы вариа-
ционного исчисления. Один из них
состоит в том, что задачу вариационного
исчисления рассматривают как предель-
ную задачу другой, имеющую более
элементарный характер. Так, напр.,
простейшая основная задача вариацион-
ного исчисления состоит в отыскании
экстремального, т. е. наибольшего или
наименьшего, значения величины инте-
грала:
ь
^ = [/(*» У> y!)dx.
Эта величина представляет так наз.
функционал, т. е. число, величина кото-
рого зависит от вида функции у.
Будем искать экстремальное значение
суммы S, определяемой условиями:
п
s = ук’у'^ —х^
1 = 0
_____ Ук+i Ук
У к хк *-1 — Хк ’
где числа xlt х2, . . . Хп делят интервал
{а, Ь) на п равных частей. При соблюде-
нии соответствующих условий величина
стремится к пределу, равному I, если
п -> оо. Идя подобным путем, можно
непосредственно изучить проблемы
№ 10
Математика в СССР за XX лет
15
вариационного исчисления. Из москов-
ских ученых, с успехом работавших
в этом направлении, можно отметить
М. И. Лаврентьева и Л. А. Люстерника.
Кроме отдельных исследований им при-
надлежит книга по вариационному исчи-
слению, отличающаяся богатством содер-
жания и прекрасным изложением.
Крайне плодотворной оказалась идея
Ритца. Она состоит в том, что в функцио-
нале, экстремальное значение которого
ищется, величина заменяется линейной
комбинацией нескольких • функций,
выбор которых сравнительно прост.
Тогда функционал обращается в функ-
цию нескольких переменных, которыми
являются коэффициенты линейной фор-
мы. Экстремум этой формы может быть
найден по известным правилам методами
дифференциального исчисления. Во мно-
гих случаях этот экстремум оказывается
довольно хорошим приближением к иско-
мой величине. Этот способ в приложении
к техническим проблемам широко при-
менялся С. И. Тимошенко еще до пол-
ного теоретического выяснения границ
его приложимости.
Трудной и важной задаче такого
выяснения посвящен обширный цикл
работ акад. Н. М. Крылова, часть из них
была выполнена с Н. Н. Боголюбовым.
Среди многих значительных результатов
этих работ следует отметить сравни-
тельно простые и удобные оценки точ-
ности, даваемой способом Ритца. Эти
оценки приложимы в широком классе
случаев.
Как известно, важную роль во многих
вопросах, связанных и с вариационным
исчислением и с интегральными уравне-
ниями, имеют так наз. собственные зна-
чения. Так, напр., в вопросах колеба-
ния они связаны с частотой тех коле-
баний, которые свойственны данной
системе. Поэтому представляются крайне
ценными данные в работах Н. М.
Крылова способы приближенного полу-
чения собственных значений. Особо
важно, что при этом даны сравнительно
простые способы оценки погрешности
этих приближений.
Из работ, посвященных вариационному
исчислению, следует отметить исследова-
ния покойного А. М. Размадзе. Ему
принадлежат важные результаты в тео-
рии разрывных решений экстремальных
проблем.
Дифференциальные уравнения могут
быть проинтегрированы в точном виде
лишь в сравнительно небольшом классе
случаев. Поэтому особую важность имеют
методы приближенного интегрирования
дифференциальных уравнений. Из мате-
матиков СССР акад. А. Н. Крылов посвя-
тил много работ разработке различ-
ных методов приближенного интегри-
рования дифференциальных уравнений.
Значительная часть их изложена в его
книге по приближенным вычислениям,
выпущенной Академией Наук в несколь-
ких изданиях.
Оригинальный метод приближен-
ного интегрирования указан акая. А. С.
Чаплыгиным. Акад. Н. Н. Лузин пока-
зал, что при соблюдении соответствую-
щих условий метод Чаплыгина способен
давать сравнительно быстро крайне вы-
сокую степень точности.
Одной из самых важных частей ана-
лиза является теория функций комплекс-
ного переменного. Она дала решение ряда
основных задач анализа и позволила
найти решения длинного ряда приклад-
ных задач.
Работы по теории функций комплекс-
ного переменного велись в СССР в не-
скольких направлениях. Одно из них по
методу и идеям примыкает к теории
функций вещественного переменного.
Сюда относятся, в частности, работы
о поведении функций в непосредственной
близости к кругу сходимости. Вопро-
сами подобного рода занимались акад.
Н. Н. Лузин, И. И. Привалов, В. И.
Смирнов, Г. М. Фихтенгольц.
По теории специальных классов функ-
ций комплексного переменного следует
отметить работы А. О. Гельфонда, по-
священные целым функциям и теории
интерполирования аналитических функ-
ций. Особый интерес представляют так
наз. однолистные функции, которые
каждое из своих значений в данной об-
ласти принимают только по одному
разу. Несколько проблем, связанных
с такими функциями, привлекали вни-
мание ряда математиков. Г. М. Голу-
зину удалось дать полное решение одной
из таких проблем, так наз. проблемы
вращения. Н. Е. Кочину, М. А. Лаврен-
16
Природа
1937
тьеву, И. И. Привалову, Н. Г. Чебота-
реву и др. также принадлежат интерес-
ные результаты в теории однолистных
функций.
Конформным отображениям, имеющим
столь важное значение в приложениях,
также посвящено немало работ.
Из работ прикладного характера
можно отметить приложения к гидро-
динамике, данные акад. Н. Н. Павлов-
ским и С. А. Чаплыгиным, а также А. А.
Вальтером. Важные приложения в тео-
рии упругости даны Г. В. Колосовым,
Н. И. Мусхелишвили, В. И. Смирновым
и С. Л. Соболевым.
Не останавливаясь на рассмотрении
работ общего характера по теории кон-
формных отображений, отметим лишь
два специальных случая, представляю-
щих особый интерес по трудности задачи.
Один из них указал С. А. Чаплыгин,
а также М. В. Келдыш. Он состоит в пол-
ном решении задачи о конформном ото-
бражении внешности двух непересекаю-
щихся отрезков на внутренность кольца
между двумя кругами. В. А. Фок дал
способ нахождения конформного ото-
бражения четырехугольника с нулевыми
углами на полуплоскость. Так как точ-
ное решение задачи о конформном ото-
бражении в общем случае оказывается
недостаточным, то большое значение
имеют методы отыскания приближен-
ного конформного отображения. Здесь
следует отметить работы Л. В. Канто-
ровича.
Задача конформного отображения,
решаясь средствами анализа, по суще-
ству своему представляет чисто геоме-
трическую проблему. От нее естественно
перейти к геометрии вообще. В СССР
геометрией занимается ряд московских
математиков. Сюда относятся прежде
всего Н. А. Глаголев, В. Ф. Каган
и С. Н. Фиников, а также ряд других
математиков, в значительной части их
учеников. Однако и в провинции велся
ряд исследований. Результаты, имею-
щие интерес, принадлежат в частности
Ц. Л. Бурстину, Д. Д. Мордухаю-Бол-
товскому, А. И. Котельникову, Н.А.
Николадзе, Д. М. Синцову, Н. А. Широ-
кову, Н. Г. Чеботареву. Последнему
принадлежит интересная работа о по-
верхностях переноса.
Значительный интерес представляют
работы ленинградского ученого А. Д.
Александрова, являющиеся развитием
геометрических работ Минковского и
посвященные выпуклым телам.
Особый интерес представляет отдел
геометрии в целом, занимающийся свой-
ствами, принадлежащими не отдель-
ным элементам поверхности, а всему
данному участку ее в целом. Из работ
в этом направлении достойна особого
внимания работа С. И. Кон-Фоссена.1
Он дал теореме о неизгибаемости по-
верхностей с положительной кривизной
новую форму, предельную по своей
полноте и законченности.
По вопросу неизгибаемости поверх-
ностей в целом интересны также работы
А. Д. Александрова. Он доказал не-
изгибаемость поверхности в целом для
многих поверхностей, не всюду облада-
ющих положительной кривизной. Так,
напр., тор оказался неизгибаемым. .
Алгебра первоначально представляла
теорию решения уравнения высших сте-
пеней. В процессе преодоления труд-
ностей вопроса она выработала понятия,
значение которых в силу их общности
вышло далеко за пределы первоначаль-
ной области их применимости. Сюда отно-
сится, напр., теория групп, теория мат-
риц, теория форм.
Теории групп и их обобщений посвя-
щены работы многих математиков СССР.
Сюда относятся, напр., работы А. Я.
Сушкевича, акад. О. Ю. Шмидта, Н. Г.
Чеботарева и др. Н. Г. Чеботарев полу-
чил результаты большого значения
в проблеме резольвент, которая является
в некоторой степени обобщением класси-
ческой проблемы о решимости в ради-
калах.
О. Ю. Шмидту, А. А. Кулакову и
В. К. Туркину принадлежит ряд важных
результатов по структуре некоторых
классов групп. А. Г. Курош дал ряд
результатов в теории бесконечных групп.
1 Следует отметить, что С. И. Кон-Фоссен
по месту рождения и образования не принадле-
жит СССР. Подобно нескольким другим ученым
высокой квалификации он переселился в нее
в связи с фашистским переворотом в Германии.
Естественно, что страна, приютившая их, имеет
право считать их своими. Их талант, знания
и работа будут ценным вкладом в культуру
нашей великой- страны.
№ 10
Математика в СССР за XX лет
17
В: теории непрерывных' групп важные
результаты, выяснившие структуру об-
ширного класса групп, принадлежат
JI. С. Понтрягину.
В теории матриц и квадратичных форм
существенные результаты получены
М. Ф. Кравчуком. Изучению важного
класса нормальных матриц посвящена
ценная работа Ф. Р. Гантмахера и М. Г.
Крейна.
Некоторое число работ было посвя-
щено изучению распределения корней и
решению специальных классов уравне-
ний. Здесь можно отметить простую
и изящную теорему Д. А. Граве, в силу
которой корни уравнения
I aik + bik Л + cik I ~ °
имеют отрицательные вещественные
части, если матрицы | ailc | , | bik | ,
I cik I симметрические, неособенные
и имеют положительные характеристи-
ческие числа. Достойна внимания работа
М. Г. Крейна о распределении корней
уравнений.
Вековое уравнение, имеющее важное
значение в ряде вопросов, было приве-
дено акад. А. Й. Крыловым к виду,
более удобному для вычислений. Акад.
Н. Н. Лузин подверг детальному и
обстоятельному исследованию это пре-
образование.
Одним из отделов математики, наибо-
лее далеким от приложений, является
теория чисел. Однако математики с боль-
шой настойчивостью стремились к раз-
решению ее проблем. Одна из причин
этого состоит, быть может, в том, что
нигде не чувствуется в такой степени
недостаточность методов математики,
как здесь. Проблемы, крайне простые
по формулировке и с легко угадывае-
мыми ответами, без труда предста-
вляются исследователю. Однако решение
многих из таких проблем ускользало от
усилий математиков в течение столе-
тий. Естественно ожидать, чю решение
подобных проблем будет содержать
существенно новые приемы, которые
обогатят арсенал средств математики.
В теории чисел математикам СССР
принадлежит ряд исключительно круп-
ных достижений. Вот перечисление глав-
нейших из ни<
Природа № 10
1. В арифметической теории бинар-
' ных квадратичных форм ах2 + Ьху +
’ + су2 с отрицательным определителем
Ь2 — Дас = — D Гаусс и Дирихле дока-
зали, что все такие формы при данном D
распадаются на классы. Число таких
классов оказалось равно сумме некото-
рых целых чисел, выражаемых симво-
лами Якоби. Однако эта теорема о равен-
стве двух целых чисел была получена
крайне окольным путем средствами ана-
лиза, с помощью предельных переходов.
Внимание ряда математиков было
направлено к тому, чтобы получить это
равенство прямым путем. Полная не-
удача их усилий засвидетельствована
в 1928 г. в известной книге Э. Ландау.
Для обширного класса значений D эта
проблема была решена Б. А. Венковым.
2. В известном докладе, представлен-
ном Гильбертом на Парижском Съезде
математиков в 1900 г., был перечислен
ряд проблем, которые соединяли перво-
степенную важность с первоклассной
трудностью. Одна из этих проблем со-
стояла в решении неопределенных урав-
нений высших степеней в целых числах.
В XIX столетии были изучены лишь
уравнения первых двух степеней. Дать
результаты общего характера для уравне-
ний высших степеней представляло зна-
чительные трудности. В этом направле-
нии математикам СССР удалось полу-
чить следующие результаты: а) Б. Н.
Делоне дал полное решение уравнений
х3 — Ay3 = 1.
Он же дал способ, позволяющий пол-
ностью решить обширный класс уравне-
ний вида: Ах3 + Вх2у + Сху2 + Dy3 = 1.
Ь) В. А. Тартаковский дал решение’
для всех уравнений вида х2п—Ау2п= 1,
за единственным исключением уравне-
ния х* — 15 у4 — 1. с) Д. К. Фадеев ре-
шил уравнения вида х3 + Ay3 = z3 и
некоторый класс уравнений четвертой
степени, в том числе и уравнение
х* — 15 у4 = 1.
3. В том же докладе Гильберта была
высказана гипотеза, по которой числа
а*0, где а — любое алгебраическое
число, отличное от нуля и единицы,
a w — алгебраическая иррациональ-
ность, трансцендентна, т. е. не является
корнями алгебраического уравнения
с целыми коэффициентами. Трудность
2
18
Природа
1937
проблемы была достаточно ясна из того,
что до тех пор лишь для немногих кон-
стант анализа удалось доказать их транс-
цендентность.
В 1929 г. А. О. Гельфонд доказал, что
числа аш трансцендентны.если при преж-
нем условии относительно а принять,
чю о мнимая квадратичная иррацио-
нальность.
Автор этой статьи в 1930 г. обобщил
результат А. О. Гельфонда на случай
любой квадратичной иррациональности.
Почти одновременно тот же результат
был получен известным германским уче-
ным Зигелем. Однако эти результаты
были перекрыты А. О. Гельфондом,
доказавшим в 1934 г. гипотезу Гиль-
берта в полном объеме.
4. В XVIII в. Варинг высказал
утверждение, в силу которого все целые
числа могут быть представлены суммой
одинаковых степеней целых чисел так,
что число слагаемых не превосходит
некоторого предела, величина которого
зависит лишь от показателя степени.
Это утверждение было доказано лишь
в 1910 г. Гильбертом. Полученный им
результат был уточнен и дополнен вы-
дающимися английскими математиками
Харди и Литтльвудом в 1919 г. Согласно
их данным число слагаемых, достаточ-
ное для представления всех чисел, начи-
ная с некоторого предела, равнялось п2п.
Акад. И. М. Виноградов, пользуясь
разработанными им методами, показал,
что число слагаемых может быть заме-
нено несравненно меньшей величиной,
растущей вместе с п, не как показатель-
ная, а как степенная функция п.
5. В современной аналитической
теории чисел крайне важную роль
имеет оценка величины сумм вида:
к
к =1
где / (х) — полином степени п с веще-
ственными коэффициентами. Тривиально
неравенство: | s | N. Первая более
низкая оценка была дана Вейлем в 1914 г.
Было крайне важно дальнейшее уточне-
ние этой оценки. Ни одному из много-
численных исследователей не удавалось
достичь такого уточнения до 1934 г.,
когда это было сделано И. М. Виногра-
довым.
6. Несмотря на огромные усилия ряда
крупных ученых, теория простых чисел
еще мало продвинута. По вопросу о том,
как велика разность между двумя после-
довательными числами, наиболее точный
результат, полученный европейскими
математиками (Хейльбронн), гласил, что
разность между двумя последователь-
ными простыми числами р и р‘ есть ве-
250
личина порядка не высшего, чем р251 ,
при произвольном малом е и достаточно
большом р. Н. Г. Чудаков, опираясь
на результаты И. М. Виноградова, дока-
4-^
зал, что эта разность меньше, чем р4
7. Двести лет тому назад Гольдбах
в письме к Эйлеру высказал предполо-
жение, что всякое четное число можно
представить в виде суммы двух простых
чисел, считая и единицу за простое
число. Допуская справедливость этой
гипотезы, Эйлер и Гольдбах без труда
установили, что всякое нечетное число
может быть представлено в виде суммы
трех простых чисел. Доказательство
этих теорем до 1919 г. было совершенно
недоступно. Харди и Литтльвуд пока-
зали, что теорема может быть полностью
доказана для нечетных чисел, если корни
некоторых рядов Дирихле имеют веще-
ственную часть, равную половине.
Однако пока нет никаких путей для
доказательства справедливости этой
гипотезы. Таким образом английским
ученым удалось лишь одну трудность
заменить другой, не меньшей.
Первый достоверный результат в тео-
рии представлений целых чисел суммами
простых чисел получен в 1930 г. Л. Г.
Шнирельманом. Он доказал, что все
целые числа могут быть представлены
в виде суммы простых чисел, причем
число слагаемых не превосходит неко-
торой постоянной.
В 1937 г. И. М. Виноградову удалось
доказать теорему, по которой каждое
нечетное число, начиная с некоторого
места, может быть представлено в виде
суммы трех простых чисел. Его доказа-
тельство пользуется сравнительно эле-
ментарным аппаратом, но основано на
крайне глубоких и плодотворных идеях.
№ 10 Математика в СССР за XX лет 19
Приведенный обзор достижений мате-
матики в СССР крайне краток и далек
от полноты и равномерности. Но и из
него видно, что математика в СССР
переживает эпоху грандиозного рас-
цвета. Она поднялась на неизмеримо
более высокий уровень, чем тот, на кото-
ром она была до революции. Изучая ее
состояние, убеждаешься в справедли-
вости слов товарища Молотова, сказан-
ных в одном из его выступлений в связи
с утверждением Конституции СССР.
По его словам мы, современники нашей
грандиозной эпохи, нередко и не заме-
чаем того, что тот мир, в котором мы
живем, совсем другой, чем дореволю-
ционный. Новый мир в корне отличается
от старого.
Не лишено интереса остановиться
несколько на сравнении того, что было,
с тем, что есть в области русской мате-
матики. Математика в СССР не созда-
лась из ничего. Великий народ оставался
великим и под гнетом самодержавия.
Его величие проявлялось и в науке.
Ряд крупных математиков дала Россия
и до революции. Такие ученые, как
Лобачевский, Остроградский, Чебышев,
Золотарев, Коркин* Ляпунов, Вороной,
Марков и др., стояли на высоком науч-
ном уровне. Но это были единицы.
В настоящее время дело образования
в СССР поставлено с грандиозным
размахом. Среднее образование по-
лучает почти вся молодежь. Значи-
тельно увеличилось количество уча-
щихся в высшей школе, а вместе с этим
и число высших учебных заведений.
Кроме того, создано значительное число
научно-иссл едовательских институтов.
Таким образом число научных работ-
ников значительно возросло.
Выросшая и сильно усложнившаяся
промышленность предъявляет большие
запросы к математическим наукам.
Несравненно расширилось дело издания
научных книг. Учебники для высшей
школы расходились невиданными нигде
в мире тиражами. Кроме учебников было
выпущено много книг научного харак-
тера. Видная роль в деле пополнения
научной литературы на русском языке
принадлежит Академии Наук СССР.
При этом многие из солидных научных
книг выходили в нескольких изданиях.
Значительно улучшилось дело изда-
ния научных журналов. Расширилось
издательство журналов Академии Наук
СССР, значительно улучшился «Мате-
матический сборник». Если раньше рус-
ские ученые были вынуждены печа-
таться преимущественно в журналах
Западной Европы, то теперь многие печа-
таются почти исключительно в СССР,
что не мешает иностранцам следить за
работами наших ученых с большей вни-
мательностью, чем раньше.
Следует, наконец, отметить еще изме-
нения территориального характера.
Раньше научная деятельность была
сосредоточена в немногих университет-
ских городах, да и там она не везде была
достаточно интенсивна. Теперь число
городов с высшими учебными заведе-
ниями стало значительно большие, чем
раньше. Пульс научной жизни во многих
из них довольно бодрый, несмотря на
сравнительную молодость этих научных
центров. Многие места, бывшие прежде
глухой провинцией, теперь стали куль-
турными центрами. Наука стала до-
ступней не только большему количеству
людей, но и большему количеству наро-
дов. Во многих городах преподавание
ведется целиком или преимущественно
на языке народа, населяющего данный
край.
Немаловажное значение имеет боль-
шое развитие непосредственного общения
между математиками. Большую роль
имела, напр., организация съездов,
устройство конференций, приглашение
отдельных специалистов как русских,
так и иностранных на отдельные конфе-
ренции или циклы докладов. Все это
содействовало повышению интенсивности
научного уровня жизни страны.
Таким образом высокий подъем мате-
матики в СССР не есть дело случай-
ности, а основан на прочных реальных
основаниях. Поэтому мы можем смо-
треть на будущее со спокойной уверен-
ностью. Несомненно, что мы стоим на
верном пути к осуществлению великого
лозунга: «догнать и перегнать передо-
вые страны». Это осуществление пойдет
на пользу культуре народов СССР
и всего мира.
2»
20 ЛЕТ СОВЕТСКОЙ АСТРОНОМИИ
Проф. С. К. ВСЕХСВЯТСКИЙ
20 лет, прошедшие со времени великой
Октябрьской социалистической револю-
ции, характеризующиеся величайшими
победами социалистического строитель-
ства, осуществленными трудящимися на-
шей страны под руководством Партии
Ленина—Сталина, замечательны и
крупнейшими успехами во всех областях
научного исследования. 20 лет советской
астрономии отмечены значительным рос-
том числа новых астрономических учре-
ждений, укреплением и развитием суще-
ствовавших обсерваторий, значительным
увеличением кадров советских астро-
номоц. Помимо чисто внешних показа-
телей развития астрономической науки
в СССР мы имеем и крупные научные
достижения советских ученых, которые
в ряде областей завоевали ведущее
положение в мировой астрономии.
Вспомним, в каком положении нахо-
дилась астрономия 20 лет назад. Совет-
ская астрономия получила в наследие
от царизма некоторое число сравни-
тельно бедно оборудованных универ-
ситетских обсерваторий (обсерватории
в Москве, Ленинграде, Харькове, Киеве,
Одессе и Казани), деятельность которых
характеризовалась обычно сугубым про-
винциализмом и штат работников кото-
рых не превосходил 1—3 человек.
Из университетских обсерваторий лишь
Московская обсерватория, в которой
знаменитый Ф. А. Бредихин проводил
свои замечательные исследования комет
и позднее В. К. Церасский и С. Н.
Блажко ставили фотометрические наблю-
дения звезд и изучение переменных
звезд, вела активную научную работу.
Кроме перечисленных обсерваторий
еще мы имели знаменитую нашу Пул-
ковскую обсерваторию с отделениями
в Симеизе и Николаеве и обсерватории
Ташкентскую и имени Энгельгардта под
Казанью — только 3 специализирован-
ных исследовательских учреждения.
Пулковская обсерватория, славная име-
нами Струве, Белопольского, Костин-
ского, Тихова и др. и своей историей
мировой обсерватории, 20 лет назад уже
значительно уступала в отношении обо-
рудования, постановки и решения новых
проблем некоторым обсерваториям
Запада и Америки. Наибольшим вни-
манием пользовалась на обсерватории
астрометрия, развитие которой и вы-
двинуло в свое время ее в первые ряды
астрономических учреждений мира.
В Симеизе со скромным инструмента-
рием налаживалась фотографическая
служба астероидов. В Николаеве велись
астрометрические наблюдения в допол-
нение к основным пулковским рядам.
Энгельгардтовская обсерватория еще
не успела в должной мере развернуть
работу, а Ташкентская обсерватория
в 1917 г. почти совершенно свернула
исследовательскую деятельность, не
обладая необходимыми для такой работы
кадрами. Число специалистов-астро-
номов 20 лет назад не превосходило
40 человек, и чуть ли не половину всего
этого числа представляли астрономы
Пулковской обсерватории и ее отделе-
ний. Это достаточно ярко говорит о том
положении, в котором находилась астро-
номическая наука в России до Октябрь-
ской революции.
Мы не хотим этим сказать, что русская
дореволюционная астрономия мало дала
мировой науке. Роль Пулковской и
Московской обсерваторий, имена обоих
Струве, Бредихина, Церасского, Бело-
польского, Ганского, Штернберга, ряда
крупнейших пулковских астрометристов
и астрофизиков и др. известны каждому
астроному. Однако состояние астро-
номии характеризовалось отдельными
работами в узких 'сравнительно обла-
стях науки: дореволюционная астро-
номия не обладала ни кадрами, ни обо-
рудованием для развития и даже просто
охвата многочисленных новых напра-
влений в нашей науке. Начиная с конца
прошлого столетия астрономия в Рос-
сии неуклонно отставала от бурного
роста американской и западной астро-
номии. Октябрьскую революцию мы
j^o jo 20 лет советской астрономии 21
встретили слабо вооруженными в отно-
шении оборудования, не имея базиса
для развертывания астрономических
исследований, располагая лишь мало-
численными кадрами ученых. Почти
непосредственно после 1917 г. мы наблю-
даем широкое развитие советской астро-
номии, которое выражается как в по-
явлении новых исследовательских учре-
ждений, развитии и укреплении суще-
ствующих обсерваторий, пополнении
оборудования, так и в притоке новых
кадров в астрономию. Несмотря на тяже-
лые условия гражданской войны, бла-
годаря исключительному вниманию и
помощи, которые Советское Правитель-
ство и наша Коммунистическая партия
оказывали научно - исследовательской
работе, в результате тех благоприятных,
как нигде в мире, условий, в которых
находится нуака в СССР, советская
астрономия быстро активизируется,
растет количественно и качественно.
Революция, раскрепостившая творче-
ские силы народов СССР, влила живую
струю и в нашу науку.
За двадцать лет были созданы новые
чисто советские астрономические учре-
ждения; некоторые *из них являются
в настоящее время крупными научными
единицами, и их деятельность широко
известна не только в пределах СССР,
но и за границей. В течение последних
пяти лет было развернуто строительство
целого ряда новых обсерваторий, кото-
рые теперь начинают исследовательскую
деятельность. Прежде чем перейти к
изложению отдельных работ советских
астрономов, мы ознакомимся с этой
внешней стороной роста советских астро-
номических учреждений.
В 1921 г., по инициативе группы астро-
номов, решением Гос. Ученого совета
был создан организационный комитет
Главной Астрофизической обсерватории.
В дальнейшем, в начале 1923 г., этот
комитет, привлекший в свой состав ряд
крупных астрономов, был реорганизо-
ван в Астрофизический институт, на-
блюдательными отделениями которого
некоторое время являлись Ташкентская
обсерватория и обсерватория в г. Ново-
черкасске. Новый институт быстро вырос
в крупное- учреждение, в котором раз-
рабатывались разносторонние проблемы
астрофизики, звездной и теоретической
астрономии.
Развитие института было во многом
обязано астрономической молодежи,
значительным кадрам советских молодых
астрономов, которые прямо с универ-
ситетской скамьи были привлечены
к работе института и здесь прошли науч-
ную школу. Многие из этих молодых
советских астрономов в настоящее время
выросли в самостоятельных исследова-
телей, представляя новые направления
в науке.
Астрофизический институт создал
свою собственную наблюдательную
базу — обсерваторию в Кучине, в 17 км
под Москвой. В настоящее время Кучин-
ская обсерватория представляет собой
довольно хорошо оборудованную ин-
струментами небольших размеров наблю-
дательную станцию. В Кучине устано-
влены 131/2-дюймовый рефлектор Шора,
5-дюймовый рефрактор с камерой астро-
триплет Цейсса, специальная установка
из короткофокусных камер для фото-
метрических и колориметрических ис-
следований, оригинальная солнечная
установка, позволяющая осуществлять
разнообразные исследования солнечной
поверхности, и т. п.
В 1931 г. Астрофизический институт,
старая университетская обсерватория
и исследовательский астрономо-геоде-
зический институт МГУ были объеди-
нены. В результате этого объединения
Московский институт, который стал
называться Гос. Институтом им. Штерн-
берга (по имени астронома-большевика
Павла Карловича Штернберга, который
являлся профессором астрономии Мо-
сковского университета и одновременно
вел активную подпольную работу, как
член Партии большевиков), превратился
в одно из крупнейших и ведущих астро-
номических учреждений СССР. За по-
следние годы институт и его Московская
и Кучинская обсерватории пополнялись
новыми как наблюдательными, так
и лабораторными и измерительными
приборами, причем особенно ценным
является то, что в большинстве своем
это приборы оригинальной советской
конструкции, разработанные и выпол-
ненные в институте. Помимо чисто астро-
номических проблем институт ведет раз-
22
Природа
1937
работку вопросов гравиметрии, раз-
решая задачи, имеющие непосредствен-
ное значение для социалистического
строительства. В последние годы перед
институтом стоит важнейшая задача
создания под Москвой крупной столич-
ной обсерватории, куда будет перенесено
оборудование Московской обсерватории,
так как условия наблюдательной работы
в пределах громадного города становятся
все более и более неблагоприятными.
Подмосковная обсерватория Института
им. Штернберга будет пополнена в отно-
шении оборудования современными ин-
струментами. План реконструкции уже
разработан, и можно не сомневаться,
что в результате помощи Правительства
и Партии под Москвой скоро будет
создана прекрасная обсерватория, до-
стойная великой столицы нашего Союза.
Существенно иной круг задач был
поставлен перед другим Астрономиче-
ским институтом в Ленинграде, создан-
ным также в советское время. Ленин-
градский Астрономический институт
был образован в 1923 г. путем слияния
двух более мелких институтов — Вычи-
слительного и Астрономо-геодезического,
существовавших с 1920 г. Основное на-
правление деятельности института —
теоретико-вычислительное. Институт вы-
пускает астрономические ежегодники для
удовлетворения работ астрономических
обсерваторий и геодезических работ, а
также специальные морские и аэронави-
гационные ежегодники для нужд море-
плавания и аэронавигации. Помимо этого
институт вычисляет и издает таблицы и
справочники для целей геодезических и
астрогеодезических определений.
В своей деятельности значительное
внимание институт уделял вопросам
теоретической астрономии и небесной
механики и, в частности, вычислениям
возмущенного движения малых планет.
За ряд лет институт развернул актив-
ную работу по конструированию и по-
стройке астрономических инструментов
и приборов. В последнее время эта важ-
ная работа расширяется, причем инсти-
тут все в большей мере приобретает цен-
ный опыт создания нового оригиналь-
ного научного оборудования, ранее
никогда в СССР не производившегося.
В сравнительно весьма скромной меха-
нической мастерской института постро-
ены 13-дюймовый рефлектор, микрофото-
метры, специальные коронографы, раз-
личные гравиметрические приборы
и т. д., причем эти инструменты рабо-
тают в различных астрономических и гео-
дезических учреждениях СССР.
Важное значение в институте занимает
также разработка вопросов определения
силы тяжести и непосредственные гра-
виметрические определения, проводя-
щиеся сотрудниками института.
Являясь по существу учреждением
теоретического характера, Лгр. Астроно-
мический институт не имеет своих обсер-
ваторий и собственной наблюдательной
базы.
По существу новым учреждением
является Астрономическая обсерватория
Лгр. университета, выполнявшая про-
должительное время исключительно учеб-
но-вспомогательные функции и органи-
зованная как научно-исследовательский
институт в 1932 г. Не располагая доста-
точными возможностями в отношении
наблюдательной работы, Астрономиче-
ская обсерватория ЛГУ определилась
как исследовательское учреждение, раз-
рабатывающее проблемы теоретической
астрофизики и небесной механики.
В обсерватории создана фотометриче-
ская лаборатория, ставящая специаль-
ные интересные задачи.
Помимо указанных институтов, вырос-
ших уже в крупные учреждения, став-
шие наряду с Пулковской обсерваторией
руководящими центрами астрономиче-
ской научной жизни в СССР, в послед-
ние годы создается ряд новых обсерва-
торий, что является показателем гро-
мадного роста советской астрономии.
Сама Пулковская обсерватория и ее
отделения в советское время получили
крупнейшее развитие. Не только штаты
обсерватории значительно выросли, но
и самое оборудование обсерватории было
пополнено ценнейшими инструмен-
тами. В 1923 г. в Пулкове был устано-
влен мощный солнечный спектрограф
(так наз. Литтровский спектрограф),
на котором А. А. Б.елопольским , было
начато изучение вращения Солнца,
а также был проведен и ряд других работ.
В 1928 г. установлен зонный астрограф
Цейсса, ^используемый теперь после
№ 10
20 лет советской астрономии
23
Фиг. 1. Главная Астрономическая обсерватория СССР в Пулкове.
Фиг. 2. Кучинская обсерватория Астрономического института им. П. К Штернберга.
(Снимок относится к 1928 г.)
выполнения задачи, для которой он был
приобретен (работа по фотографическому
переопределению звезд AG), для различ-
ного рода астрофизических исследова-
ний. В последние годы Пулковской
обсерваторией был получен ряд цен-
ных лабораторных и измерительных
приборов, из которых мы отметим боль-
шой спектрограф, монохроматор, изме-
рительную машину Бамберга, микро-
фотометры Молля и Схилта и т. д., что
пополнило богатое оборудование лабо-
раторий обсерватории.
В Симеизском отделении в 1925—
1926 гг. был получен и установлен метро-
вый рефлектор, изготовленный фирмой
Гребба, прекрасный, богато оборудован-
ный инструмент, являющийся самым
большим по отверстию телескопом
В СССР. Из наблюдений с этим рефлек-
тором уже получены результаты боль-
шого научного значения.
В последнее пятилетие мы являемся
свидетелями возникновения новых об-
серваторий, создающихся главным об-
разом в национальных республиках,
даже в самых отдаленных районах
СССР.
В 1932 г. Совнаркомом Грузии было
положено начало организации горной
астрономической обсерватории. Местом
для развертывания обсерватории был
намечен Абастумани. В течение 3 по-
следних лет на плато Канобили, близ
Абастумани, на высоте около Р/а км,
выросли здания обсерватории и на-
блюдательные павильоны первой оче-
реди. В ближайшее время мы можем
ожидать развертывания работ на этой
наблюдательной станции, уже сейчас
24
При рода
<193-7
Фиг. 3, Литтровский спектрограф Пулковской обсерватории.
Фиг. 4. Зонный астрограф Пулковской обсерватории.
обладающей крупным оборудованием.
Довольно давно в Абастумани устано-
влен и частично работал 13-дюймовый,
рефрактор, построенный Астрономи-
ческим институтом. В 1934 г. решением
ЦИК СССР Абастуманской обсервато-
рии был передан новый 16-дюймовый
рефрактор Цейсса, современно обору-
дованный, несущий две 8-дюймовые
короткофокусные камеры. Это — круп-
ный инструмент, изготовленный в свое
время для обсерватории в Ростове на
Дону, создание которой задержалось,
установлен в Канобили и в скором вре-
мени войдет в строй. Помимо этого
в Абастуманской обсерватории, которая
создается как крупный наблюдательный
центр астрофизических исследований,
уже поставлен и работает спектроге-
лиоскоп американского изготовления,
К? 10
20 лет советской астрономии
25
Фиг. 5. Обсерватория в Симеизе (отделение Пулковской обсерватории).
устанавливается анаберрационный ре-
флектор Шмидта и другие наблюдатель-
ные инструменты. Соответственно соби-
рается и лабораторное оборудование
обсерватории.
Другой по существу новой обсервато-
рией является обсерватория в Китабе
(в Узбекистане), находящемся недалеко
от Самарканда. Китабская обсерватория
была создана как одна из станций, при-
нимающая участие в международной
работе по изучению колебаний широты,
и сюда было перенесено широтное обо-
рудование бывшей Чарджуйской широт-
ной станции. Однако в последние годы
задачи обсерватории значительно вы-
росли. Директору обсерватории М. Н.
Стоилову удалось собрать и частично
установить различные наблюдательные
инструменты, и в последнее время, после
переноса в Китаб рредихинского астро-
графа из Пулкова, эта обсерватория
уже представляет собой серьезное учре-
ждение, могущее разрешать новые про-
блемы астрономии. Ее значение, как
культурного центра своего района,
конечно, исключительно велико. Таш-
кентская обсерватория и обсерватория
в Китабе являются центрами распро-
странения астрономических знаний
в Узбекистане.
В 1933 г. в далекой столице солнеч-
ного Таджикистана, в Сталинабаде,
по инициативе проф. С. Г. Натансона,
была организована еще одна южная
астрономическая обсерватория. В настоя-
щее время выстроено уже специальное-
здание Сталинабадской обсерватории,
расположенной на окраине города.
На обсерватории имеется и рабо-
тает ряд телескопов небольших разме-
ров, и оборудование ее постепенно по-
26
Природа
1937
Фиг. 6. Метровый рефлектор Симеизской обсерватории.
полняется. Находясь еще в процессе
создания, обсерватория развернула
активную наблюдательную и исследо-
вательскую деятельность в области
переменных звезд и метеорной астро-
номии и организовала регулярные
наблюдения Солнца. К настоящему вре-
мени обсерваторией выпущены уже
несколько десятков номеров своих цир-
куляров.
Почти в то же время была создана
небольшая обсерватория в Ереване.
Обсерватория обладает специально
построенным зданием и оборудована
5- и 9-дюймовыми рефракторами, с ко-
торыми ведутся наблюдения Солнца
и переменных звезд. Проектируется
расширение обсерватории, для которой
изготавливаются новые инструменты.
Ряд работ проведен в Ереване ленин-
градскими астрономами, содействую-
щими развитию обсерватории. Мы ви-
дим, таким образом, из простого пере-
числения новых учреждений количе-
ственный рост советской астрономии
и ее технической базы. Число специа-
листов-астрономов возросло за совет-
ское время в несколько раз. На состояв-
шемся в 1917 г. Всероссийском Съезде
астрономов присутствовало всего около
40 человек. На съезде в 1920 г. было
48 астрономов и гостей. В 1924 г. съезд
в Москве насчитывает 77 членов и гостей.
На съезде в Ленинграде в 1928 г. при-
сутствовало уже 220 человек. Наконец,
на последнем, состоявшемся в 1934 г.
в Москве, Всесоюзном Съезде было около
400 участников. Еще незадолго до этого
съезда, получившего название Первого
Всесоюзного Съезда астрономов и гео-
дезистов, было организовано Всесоюз-
ное Астрономо-геодезическое общество,
объединяющее специалистов и люби-
телей, астрономов и геодезистов. Об-
щество имеет свои отделения в Москве,
Ленинграде, Горьком, Одессе и в ряде
других областей' и городов. Общество
и его отделения ставят себе задачу,
помимо разработки различных науч-
ных проблем, пропаганду астрономиче-
ских знаний в широких массах. На об-
серваториях общества получает первую
школу астрономических наблюдений
советская молодежь, которая пополняет
затем кадры специалистов-астрономов.
В последыше годы особенно ярко была
№ 10
20 лет советской астрономии
27
Фиг. 7. Здание лабораторий и башня 16-дюймового рефрактора на
плато Канобили в Абастумани. (Снимок предоставлен директором обсер-
ватории Е. К. Харадзе).
осознана необходимость некоторого ор-
ганизационного объединения советской
астрономии для руководства и плани-
рования развития нашей науки. Эю
нашло свое выражение на созванной
в октябре 1936 г. специальной сессии
физической группы Академии Наук
СССР, посвященной вопросам реорга-
низации астрономии в СССР. На этом
совещании был подчеркнут значитель-
ный рост советской астрономии, но
вместе с тем выявлен и ряд крупней-
ших трудностей, тормозящих ее даль-
нейшее развитие. Основное заключается
в относительно слабой и в ряде случаев
совершенно Недостаточной технической
вооруженности нашей науки. Советской
астрономии необходимы крупные набло-
дательные инструменты, которые по-
зволили бы решать глубокие проблемы
современной астрофизики.
На сессии дискутировался еще ра-
нее выдвинутый вопросе создании боль-
шой южной обсерватории, снабженной
первоклассным современным обору-
дованием. Создание такой обсерватории
является первоочередной задачей совет-
ской астрономии. Для модернизации
оборудования существующих обсерва-
торий необходима организация произ-
водства крупных астрономических при-
боров у нас, в СССР. С другой стороны,
наличные кадры астрономов уже не
в состоянии обеспечить должное раз-
вертывание исследовательской астроно-
мической работы в Союзе. Проблема
создания новых кадров для советской
астрономии является также одной из
важнейших.
В результате работ сессии был создан
руководящий орган — Астрономиче-
ский совет при Академии Наук для
решения этих общих вопросов советской
астрономии. Руководство развитием
отдельных областей астрономии осу-
ществляется путем специальных кон-
ференций, на которых подводятся итоги
и намечаются новые пути исследований.
Большое число отраслевых конферен-
ций, общее руководство которыми теперь
также входит в функции Астрономиче-
ского совета, уже было проведено на
протяжении ряда лет. Мы отметим кон-
ференции по астрометрии, состоявшиеся
в 1932 и 1936 гг., регулярно собираю-
щиеся конференции исследователей
переменных звезд, конференцию по тео-
ретической астрономии и небесной ме-
ханике, конференцию исследователей
комет и метеоров и др. В последнее время
для объединения работ в отдельных
областях организованы центры, должен-
28
Природа
1937
Фиг. 8. 16-дюймовый рефрактор с двумя 8-дюй-
мовыми камерами, установленный на Абасту-
манской обсерватории. (Снимок предоставлен
Е. К. Харадзе.)
ствующие осуществлять координиро-
вание работ и выполнение решений
соответствующих конференций. Общее
руководство центрами — также одна из
задач Астрономического совета. На этом
руководящем органе лежит серьезней-
шая ответственность за проведение важ-
нейших для нашей науки мероприятий;
однако пока еще деятельность Астроно-
мического совета является совершенно
недостаточной.
Мы переходим теперь к краткой харак-
теристике научных работ и достижений
советских астрономов за двадцать лет.
Одной из важнейших задач современ-
ной астрономии является изучение
Солнца. Исследование солнечных явле-
ний представляет собой интерес не
только потому, что здесь мы имеем воз-
можность глубоко ознакомиться с про-
цессами, происходящими на одной из
звезд — нашем Солнце; особое значение
представляет выяснение механизма
воздействия Солнца на Землю, опреде-
ляющего развитие геофизических явле-
ний и многих особенностей жизни на
Земле. В зарубежной астрономии, и
главным образом в Америке, исследо-
вание Солнца получило широкое раз-
витие и непрерывно расширяется. Там
созданы специальные мощные уст? новки,
позволяющие решать разносторонние за-
дачи физики Солнца, и широко органи-
зовано изучение различных вопросов
проблемы Земля—Солнце. У нас разви-
тие солнечных исследований опреде-
ленно вредительски задерживалось. До-
октябрьская астрономия почти ничего
не оставила нам в этом отношени. Бли-
жайшей срочной задачей является со-
здание больших солнечных инструмен-
тов, всемерное развитие солнечных
исследований и такая организация
службы Солнца, чтобы на ней лежало
не только регулярное наблюдение обыч-
ных индексов солнечной активности,
но и отыскание новых индексов, выяс-
нение связи явлений на Солнце с раз-
личными геофизическими явлениями,
выяснение физической природы солнеч-
ного воздействия, что имеет огромное
значение для народного хозяйства, для
социалистического строительства вСССР.
Из исследований Солнца, проведен-
ных советскими астрономами, мы дол-
жны отметить работы по определению
вращения Солнца, поставленные Бело-
польским с большим солнечным спектро-
графом Пулковской обсерватории. Сам
вопрос о вращении Солцца предста-
вляет очень большой интерес для вы-
яснения физической природы нашего
центрального светила. Хорошо известно,
что угловая скорость вращения на раз-
ных широтах Солнца различна. На эква-
торе скорость вращения около 14°
в сутки, в высоких гелиографических
широтах она падает до 11°. Вместе с тем
оказывается также различной и ско-
рость вращения отдельных слоев Солнца:
более высокие слои вращаются быстрее,
чем более низкие.
Спектроскопический способ опреде-
ления вращения Солнца представляет
наибольшие выгоды в этом отношении,
хотя и требует мощного инструмен-
№ 10
20 <лет советской астрономии
29
тария, т. е. спектрографа с большой
дисперсией. Изучая смещение линий,
соответствующих различным уровням
над фотосферой, можно подойти и к ре-
шению второго вопроса. Весьма важ-
ными являются длительные ряды опре-
делений вращения для выяснения воз-
можных изменений в характере враще-
ния Солнца.
Пулковские определения с 1925 г.
показали, что скорость вращения Солнца
остается, повидимому, одной и той же
на протяжении ряда лет, хотя
этот результат не согласуется
с выводами Солнечной обсер-
ватории на Маунт Вилсон.
В Пулкове производилось и
определение вращения Солнца
по протуберанцам, причем
была получена скорость, близ-
кая к той скорости вращения,
которая получается по пят-
нам. Это позволило предпо-
лагать, что протуберанцы
представляют собой выбросы
газа из глубоких слоев Солнца,
в которых разыгрываются яв-
ления пятен.
На Пулковской* обсервато-
рии проводилось также спек-
трофотометрическое изучение
протуберанцев, причем был найден но-
вый долгопериодический индекс солнеч-
ной активности. Кроме того, получены
результаты по определению температуры
пятен и факелов; средняя температура
пятен оказывается порядка 4000°, а тем-
пература факелов лишь немногим выше
температуры фотосферы.
В настоящее время в Харьковской об-
серватории работает спектрогелиоскоп,
сконструированный и построенный в
СССР по инициативе проф. Н. П. Бара-
башева. В Ташкентской обсерватории
установлен и также работает спектро-
гелиоскоп американского производства.
Несколько задержалось включение в ра-
боту такого же спектрогелиоскопа Абас-
туманской обсерватории и спектро-
гелиоскопа Пулковской обсерватории,
который устанавливается в Симеизе.
На Харьковской обсерватории к спек-
трогелиоскопу приспосабливаются спе-
циальные фотографические и фотоме-
трические устройства, что позволит зна-
чительно расширить круг вопросов, из-
учаемых с этим инструментом.
На Кучинской обсерватории Астроно-
мического института им. Штернберга
поставлены интересные работы по фото-
метрии и колориметрии деталей на
поверхности Солнца. Там сконструиро-
ван и осуществлен новый прибор — тер-
моинтегратор, для определения суммар-
ной радиации пятен и других деталей
солнечной поверхности. Значительное
участие приняли советские астрономы
Фиг. 9. Новое здание обсерватории в Китабе.
и в разработке чисто теоретических
вопросов строения Солнца.
С большим успехом, благодаря исклю-
чительной поддержке Советского Пра-
вительства, было проведено изучение
нескольких солнечных затмений, имев-
ших место в течение последнего двадца-
тилетия. Еще в 1921 г. специальная
экспедиция в составе ряда московских
астрономов выезжала в Северный край
для наблюдения частного затмения, фаза
которого доходила до 0.98. 29 июня
1927 г. полоса полного затмения прохо-
дила по Скандинавскому полуострову.
Четыре советских экспедиции наблю-
дали это затмение в Скандинавских
странах при достаточно благоприятных
условиях. Экспедиция Пулковской об-
серватории располагалась на возвышен-
ности вблизи г. Мальмбергет, на севере
Швеции; московская экспедиция Астро-
физического института имела свою стан-
цию на окраине этого же городка. Вторая
московская экспедиция наблюдала за-
30
Природа
1937
Фиг. 10. Башня Бредихинского астрографа
в Китабе. (Снимок предоставлен Г. Г. Лен-
гауэром.)
тмение в Норвегии, а члены бывшего
Общества любителей мироведения произ-
водили наблюдения в Финляндии. Мо-
сковской и пулковской экспедициями
были получены очень хорошие снимки
короны, фотометрическая обработка ко-
торых позволила вывести закон распре-
деления яркости в короне. Со специаль-
ным четверным коронографом были по-
лучены фотографии короны в разных
цветах, на основании которых можно
было определить температуру короны.
Экспедиция Астрофизического института
занималась также определением инте-
гральной яркости короны, причем была
получена величина 0.4 яркости полной
Луны.
Грандиозный размах приняла подго-
товка к наблюдениям и проведение
самих наблюдений затмения 19 июня
прошлого года. Это затмение являлось
выдающимся по ряду причин. Полоса
полного затмения проходила почти
целиком по СССР, причем тень Луны
за 2*/2 часа пересекала громадное
пространство от побережья Черного
моря до дальневосточных границ Совет-
ского Союза.
Постановлением Правительства была
создана специальная комиссия, кото-
рая организовала комплексное изучение
этого замечательного явления. В раз-
личных местах вдоль полосы затмения
были расположены многочисленные
советские астрономические и геофизи-
ческие экспедиции, оборудованные спе-
циально созданными для наблюдения
затмения 1936 г. инструментами. Общее
число советских экспедиций было больше
тридцати. Вместо с тем это затмение на
территории СССР наблюдали и около
пятнадцати иностранных экспедиций.
При изучении этого затмения были
поставлены самые разнообразные за-
дачи. Однако основное внимание было
обращено на изучение короны и солнеч-
ной хромосферы. В программу ряда
экспедиций входило изучение распре-
деления яркости в короне в относитель-
ных и абсолютных единицах, изучение
спектра короны, колориметрия короны,
определение интегральной яркости ко-
роны и общей энергии излучения и, нако-
нец, движения в короне, которые можно
было бы подметить на протяжении 2 ча-
сов. Для решения последней задачи,пред-
ставляющей особый интерес, были скон-
струированы и изготовлены в СССР
6 стандартных пятиметровых короно-
графа, которые были расположены более
или менее равномерно вдоль полосы за-
тмения. На четырех из этих коронографов
получены очень хорошие фотографии
короны—в Белореченской (экспедиция
Харьковской обсерватори), на р. Урале,
между Уральском и Гурьевом (экспе-
диция Ленинградского Астрономиче-
ского института), в Омске (экспедиция
Пулковской обсерватории) и в Куйбы-
шеве ДВКрая (экспедиция Астрономи-
ческого института им. Штернберга).
Два других коронографа не дали ре-
зультатов из-за пасмурной погоды.
Уже предварительное изучение получен-
ных негативов дает много нового в отно-
шении движений в короне и выяснения
изменений корональной структуры за
время, охваченное снимками. Одной
из задач куйбышевской экспедиции
Астрономического института им. Штерн-
берга было изучение эффекта Эйнштейна
отклонения лучей звезд в поле тяготе-
ния Солнца. Со специальной установкой,
созданной по идее проф. А. А. Михай-
лова, были получены достаточно удовле-
творительные фотографии поля звезд
около затмившегося Солнца; в настоя-
щее время эти пластинки обрабаты-
ваются. Наблюдения затмения прошли
№ 10
20 лет советской астрономии
31
в общем очень успешно, но об-
работка полученных материалов
значительно задержалась вслед-
ствие того, что к руководству
этим делом проникли враги и
вредители, недавно разоблачен-
ные. Многими экспедициями
собран весьма богатый мате-
риал. Помимо уже отмеченных
фотографий короны, рядом экс-
педиций получены хорошие
спектры короны. Экспедиция
Пулковской обсерватории полу-
чила очень ценные снимки спек-
тра хромосферы с длиннофокус-
ной призматической камерой;
обработка этого материала, не-
сомненно, даст новые сведения
относительно природы верхних
слоев атмосферы Солнца — хромо-
сферы. Советские астрономы подготовили
к наблюдениям этого затмения новые
оригинальные установки, в некоторых
отношениях значительно превосходя-
щие те, которые были привезены ино-
странными партиями. К сожалению,
в ряде мест плохая погода во время
затмения не дала возможности прове-
рить эффективность этих новых при-
боров. Так, напр., облачность и дождь
сорвали наблюдения большой экспе-
диции Астрономического института им.
Штернберга в Кустанае, оборудованной
новыми спектральными установками.
Мы можем отметить еще интересный
результат после изучения специальных
фотографий московской экспедиции на
затмении 1914 г., касающийся поляриза-
ции света в короне. Степень йоляризации
значительно больше в экваториальных
областях короны, нежели в полярных,
и поляризация убывает с увеличением
расстояния от Солнца.
Важное значение имеют исследова-
ния советских астрономов, посвящен-
ные проблемам строения и физического
состояния тел солнечной системы.
Значительный интерес представляет
детальное фотометрическое изучение
законов отражения света лунной по-
верхности. Рельеф поверхности нашего
спутника известен достаточно хорошо,
однако мы значительно меньше знаем
относительно природы тех пород, из ко-
торых состоит поверхность Луны или
Фиг. 11. Здание обсерватории в Сталинабаде. (Снимок
предоставлен проф. В. П. Цесевичем.)
планет. Возможно выяснить этот во-
прос, определяя цвет различных участ-
ков поверхности, изучая особенности
отражения света от них и т. п. Совет-
ские исследования внесли много нового
в эту проблему. Мы можем отметить
большие работы В. Г. Фесенкова, Н. П.
Барабашева и других, изучавших как
общие законы отражения света поверх-
ностью Луны, так и яркость отдельных
участков в зависимости от углов паде-
ния и отражения света. Велись и ве-
дутся определения кривых яркости раз-
личных областей Луны в абсолютных
единицах, изучение общей освещенности
от Луны (В. В. Шаронов), изучение
цветности лунных образований при
различных условиях. В результате
советских исследований можно сказать,
что темные области на Луне состоят,
повидимому, из лавовых, пористых
пород, покрытых, возможно, в некото-
рых местах вулканическим пеплом.
Более светлые места состоят из песча-
ных и глинистых пород.
Важные исследования были прове-
дены Г. А. Тиховым над. пепельным
светом Луны, которые указывают воз-
можность выяснения ряда вопросов
строения земной атмосферы и вслед-
ствие этого могут иметь практический
интерес. В. Г. Фесенковым в ряде работ
рассмотрены методы определения плот-
ности лунной атмосферы, определения
температуры лунной поверхности и т. п.
Советскими астрономами обращено вни-
32
Природа
1937
мание на важность детального изучения
лунных затмений; здесь мы имеем одну из
возможностей исследования земной атмо-
•сферы астрономическими методами, по
ряду причин имеющую особое значение.
Советские астрономы занимались и
статистическим изучением форм лун-
ных образований, причем результаты
указали, что происхождение лунных
кратеров не могло быть обусловлено
внешними причинами. Не менее деталь-
ные исследования поверхностей боль-
ших планет солнечной системы дали ряд
Фиг. 12. Протуберанцы и внутрен-
няя корона, сфотографированные
экспедицией Пулковской обсерва-
тории в Швеции во время затмения
29 июня 1927 г.
новых важных результатов. Здесь мы
прежде всего можем отметить системати-
ческие ряды наблюдений, поставленные
на Харьковской обсерватории для фото-
метрического изучения поверхности
планет через различные фильтры. Н. П.
Барабашевым и его сотрудниками,
со сравнительно скромными средствами,
получены новые данные относительно
строения поверхностей планет и их
атмосфер, представляющие крупный
вклад в изучение физики планет. Инте-
ресные результаты были получены и при
визуальных наблюдениях поверхностей
некоторых планет и главным образом
Марса. Новая методика обработки фото-
метрических наблюдений поверхности
планет была развита В. Г. Фесенковым.
Мы не можем даже перечислить все
работы советских астрономов, относя-
циеся к проблеме физического строения
'больших планет. Помимо уже сказан-
ного мы можем отметить, что пионером
в области изучения планет с помощью
светофильтров является Г. А. Тихов,
получивший еще в 1909 г. прекрас-
ные фотографии планет в Пулкове.
В последнее время абсолютная фото-
метрия планет проводится В. В. Шаро-
новым. Интересное спектрофотометри-
ческое исследование Марса было про-
делано Криновым на обсерватории
Института им. Лесгафта. Детальное
спектрофотометрическое исследование
кольца Сатурна проведено Г. А. Шайном
с помощью симеизского рефлектора;
с этим же рефлектором был получен
ценный наблюдательный материал отно-
сительно больших планет.
Много важных новых результатов
за прошедшее двадцатилетие было полу-
чено советскими астрономами при из-
учении комет, астероидов и падающих
звезд. В последнее время, в значитель-
ной мере в результате работ московских
астрономов, становится все более оче-
видной исключительная важность углу-
бленного комплексного исследования
малых тел солнечной системы, их физи-
ческого строения, эволюции и взаимо-
связи, что непосредственно соприка-
сается как с проблемами физического
устройства планетной системы, так и
с вопросами ее происхождения.
В этих вопросах, особенно в изучении
кометных проблем, советские астрономы
занимают одно из ведущих положений,
что подчеркивается, в частности, и тем,
что в числе 7 членов Комиссии по иссле-
дованию комет, избранных на последнем
Парижском конгрессе Всемирного Астро-
номического союза, мы имеем трех совет-
ских астрономов.
За последние 20 лет советскими астро-
номами открыто 7 новых комет, не счи-
тая ряда случаев первого открытия воз-
вращения периодических комет и неза-
висимого открытия, сделанного уже
после того, как комета была замечена
на зарубежных обсерваториях. Три
кометы были открыты Г. Н. Неуйминым
в Симеизе, из них последняя в прошлом,
1936 г. Весьма интересно, что все эти
слабые кометы оказываются коротко-
периодическими, так же как и первые
две кометы, открытые Неуйминым в 1913
и 1916 гг. Две кометы открыты А Н.
№ 10
20 лет советской астрономии
33
Дубяго в Казани. Одна комета открыта
Г. А. Шайном в 1925 г. и одна довольно
яркая комета открыта в прошлом году
Козиком в Ашхабаде.
Многочисленные работы советских
астрономов посвящены различным про-
блемам кометной астрономии. С одной
С. К. Всехсвятский, Б. А. Воронцов-
Вельяминов, Ю. В. Филиппов и др.).
Значительное внимание было уделено
вопросам физического строения комет и,
в частности, изучению их спектров; ряд
новых результатов как общего харак-
тера, так и в отношении отдельных комет
270° W
180° S
Фиг. 13. Внешняя корона 29 июня 1927 г. Рисунок по фотографиям, полученным
экспедицией Астрофизического института в Мальмбергете (Швеция).
стороны, московская группа исследова-
телей комет, возглавляемая С. В. Орло-
вым, значительно развила механиче-
скую теорию кометных форм, продол-
жая исследования в духе работ Ф. А.
Бредихина. С. В. Орловым были разра-
ботаны новые методы определения от-
талкивательных сил в хвостах комет
и получены важные новые данные по
этому поводу. Предложены новые методы
обработки наблюдений комет и изучены
многие конкретные случаи кометных
явлений (С. В. Орлов, Н. Д. Моисеев,
Природа № 10
был получен в работах С. В. Орлова
и С. К. Всехсвятского.
Новое направление в исследовании
комет было развито в результате изуче-
ния их абсолютных величин. С. К. Всех-
святским был установлен ряд новых
явлений, касающихся изменения яр-
кости комет в зависимости от их рас-
стояния от Солнца и векового измене-
ния яркости короткопериодических
и периодических комет. В результате
общего статистического изучения абсо-
лютных величин комет получен ряд
з
34
Природа
1937
Фиг. 14. Внутренняя корона и хромосфера 19 июня 1936 г. Получены стандарт-
ным коронографом экспедицией на Урале.
новых данных, характеризующих си-
стему комет в целом.
Указанные вопросы оказались тесно
связанными с проблемой происхожде-
ния комет. С. К. Всехсвятским была
разработана в ряде исследований тео-
рия извержения, рассматривающая
происхождение комет в результате
взрывов на планетах. С другой стороны,
Н. Д. Моисеев занимался ревизией
математических методов лапласовской
теории происхождения комет, причем
результаты ее можно рассматривать как
весьма неблагоприятные для гипотезы
междузвездного происхождения комет.
С. В. Орлов изучал некоторые случаи
кометных групп и возможность образо-
вания комет в результате разделения
кометы-родоначальницы.
Вместе с тем советские астрономы
разрабатывали и интереснейшую про-
блему связи комет и астероидов. С тече-
нием времени, в результате новых работ,
все меньше остается сомнений в том,
что малые планеты представляют собой
позднейшую стадию комет; после того
как короткопериодическая комета теряет
под действием солнечной радиации свою
газовую оболочку, она переходит в раз-
ряд астероидов. Однако здесь еще
остается необходимость освещения во-
проса с точки зрения небесной меха-
ники ; некоторые работы в этом направле-
нии проведены астрономами Института
им. Штернберга.
Изучение астероидов в СССР также
стояло на значительной высоте. Интен-
сивная работа по службе астероидов
проводится на Симеизской обсервато-
рии. В отношении наблюдений и откры-
тий новых малых планет Симеизская
обсерватория стоит на 2—3 месте в мире,.
№ 10
20 лет советской астрономии
35
несмотря на то, что
ее наблюдательные
возможности весь-
ма ограничены.
Г. Н. Неуйминым,
С. И. Белявским
и В. А. Альбицким
ежегодно открыва-
лось значительное
число новых асте-
роидов. Ряд новых
малых планет был
открыт и на Мос-
ковской обсерва-
тории в тот период,
когда планетные
наблюдения велись
там на эквато-
риальной камере.
Из общих ра-
бот относительно
структуры системы
астероидов можно
ук азать исследова-
ния Н. М. Штауде,
которая рассма-
Фиг. 15. Внешняя корона 19 июня 1936 г. Снято стандартным
коронографом.
тривала вопрос о
распределении масс астероидов и нали-
чии семейств в духе работ Хираяма.
В связи с проблемой связи астероидов
и комет большое значение приобретает
изучение физических особенностей асте-
роидов. Здесь мы имеем отдельные
результаты С. И. Белявского относи-
тельно колор-индексов некоторых малых
планет и изучение короткопериодиче-
ских наблюдений яркости астероидов,
проведенное по московским пластинкам
Ю. В. Филипповым и С. К. Всехсвят-
ским, которые дали также полный спи-
сок переменных астероидов, известных
до настоящего времени. Вопросом о фото-
метрической системе малых планет зани-
мался А. Н. Дейч в Пулкове.
Изучение падающих звезд в СССР было
поставлено весьма широко. По числу
наблюдений метеоров мы находимся на
одном из первых мест среди других
стран; в последнее время число работ,
посвященных метеорам, растет и глав-
ным образом за счет сил любителей
астрономии, объединяемых Всесоюзным
Астрономо-геодезическим обществом.
Помимо обычных визуальных наблю-
дений, программа которых была раз-
работана и детализирована советскими
исследователями метеоров и обработка
которых дала много данных относи-
тельно новых радиантов, структуры
потоков, определения высот, скоростей
и т. п., в СССР развертываются фото-
графические наблюдения метеоров.
Специальные установки для фотогра-
фического определения высот и скоро-
стей метеоров были сконструированы
в Метеорном бюро Московского отделе-
ния ВАГО. Наблюдения, проведенные
с этими агрегатами камер под руковод-
ством В. В. Федынского и К. П. Станю-
ковича как под Москвой, так и на юге,
позволили получить богатый и ценный
материал, обработка которого частично
уже опубликована. Московскими чле-
нами того же метеорного центра пой-
мано с помощью призматических камер
несколько спектров метеоров, причем
некоторые из них являются уникаль-
ными. В настоящее время общее число
во всем мире зафотографированных
спектров метеоров немного меньше 50,
и можно напомнить здесь, что три
спектра из первых пяти были получены
С. Н. Блажко на Московской обсервато-
3*
36
Природа
1937
рии. Новые возможности изучения метео-
ров были указаны Н. Н. Сытинской,
которая произвела точное фотометри-
ческое исследование метеорных фото-
графий как на старых пластинках, так
и по собственному фотографическому
материалу, полученному со сконструи-
рованными ею установками.
Деятельность советских исследова-
телей метеоров характеризуется весьма
разнородными работами. Вопросы связи
комет и метеорных потоков рассматри-
вали К. Д. Покровский и Г. А. Шайн.
Изменение орбиты метеорного потока
Попс-Виннекид в результате возмуще-
ний исследовал Г. А. Шайн. В много-
численных работах рассматривались раз-
личные соотношения между физиче-
скими характеристиками метеоров и
особенностями их полета в атмосфере,
а также искались некоторые эмпири-
ческие корреляции. Составлены ката-
логи радиантов на основании советских
наблюдений, и проведена большая
работа по определению орбит потоков.
Н. Н. Сытинской вычислены 827 орбит
по радиантам, основанным на одних
лишь ее наблюдениях.
Значительное внимание было уделено и
проблеме телескопических метеоров. И.С.
Астаповичем опубликованы обстоятель-
ные исследования относительно природы
и всех особенностей слабых метеоров.
Изучение метеоров позволяет полу-
чить довольно уверенные сведения
о физическом состоянии верхних слоев
атмосферы Земли, в пределах 30—
150 км, давая возможность определять
высоты характерных слоев стратосферы,
ее плотность, температуру и молеку-
лярный вес. Можно отметить, что из-
учение метеорных следов и серебристых
облаков дают пока единственную воз-
можность определения скорости и напра-
вления воздушных течений на больших
высотах. Советскими исследователями
опубликован ряд работ по физике стра-
тосферы на основании метеорных дан-
ных. Мы можем отметить работы Оболен-
ского, Штауде, Северного и др.
Значительное развитие получили
в СССР и работы по метеоритам. Не
только всестороннему анализу выпав-
ших метеоритов, но и исследованию
обстоятельств падения посвящено много
работ. Среди других мы можем отметить
большую работу И. С. Астаповича,
в которой собраны данные относительно
полета и падения знаменитого Сибир-
ского метеорита 30 июня 1908 г.
Помимо изучения метеорных явле-
ний в связи со строением стратосферы,
в прошедшее двадцатилетие в СССР
разрабатывались и другие астрономи-
ческие методы, позволяющие подойти
к проблеме верхних слоев атмосферы
и тропосферы. Сама проблема страто-
сферы представляет особую для нас
важность, если иметь в виду как разви-
тие высотных полетов, так и задачи
оборонного значения. Советскими астро-
номами был развит совершенно новый
метод изучения тгратосферы на осно-
вании фотометрического анализа суме-
рек. В результате работ В. Г. Фесенкова
и других исследователей мы имеем де-
тально разработанную методику, прове-
ренную на наблюдательном материале,
позволяющую судить о состоянии верх-
них слоев атмосферы. С другой стороны,
на Кучинской обсерватории были про-
ведены исследования над солнечными
ореолами и поставлены регулярные опре-
деления количества атмосферного озона.
Вместе с тем, как уже указывалось,
выяснена возможность получения дан-
ных о строении атмосферы и из наблюде-
ний лунных затмений.
Г. А. Тиховым в Пулкове, в резуль-
тате многолетнего изучения явления
аномальной дисперсии в атмосфере,
получен ряд интересных результатов
относительно тропосферы. Углубление
и разработка этих проблем, где астро-
номические методы используются для
нужд социалистического строительства
нашей страны, является одной из не-
посредственно важных задач, стоящих
перед советскими астрономами.
Мы можем здесь отметить, что на
состоявшейся в 1935-г. Всесоюзной Кон-
ференции по стратосфере значительное
внимание было уделено методам и ре-
зультатам астрономических работ по
стратосфере.
Не менее крупные результаты имеет
советская наука в изучении различных
проблем звездной астрономии, в иссле-
довании физической природы звезд и
структуры звездной вселенной.
№ Ю
20 лет советской астрономии
37
Фиг. 16. Объективная часть стандартного коронографа экспедиции на Урале.
Мы имеем здесь многие ценные работы
советских астрономов, посвященные
разнообразнейшим вопросам изучения
звезд, даже простое перечисление кото-
рых было бы совершенно невозможно
в рамках настоящей статьи. Поэтому
мы ограничимся кратким указанием
на основные направления исследований и
охарактеризуем полученные результаты.
Наиболее замечательные успехи дости-
гнуты .советской астрономией в области
изучения переменных звезд. Не обладая
сколько-нибудь современной аппарату-
рой для производства исследований и
только в силу советской организации
и коллективного планирования всего
изучения переменных звезд, советские
исследователи завоевали высокое поло-
жение в этой области науки о звездах.
Начиная с 1928 г. многочисленные со-
вещания и конференции исследователей
переменных звезд способствовали объеди-
нению усилий наблюдателей и теоре-
тиков и развертыванию работ по опре-
деленному плану. В последние годы
руководящую роль играл Астрономи-
ческий институт им. Штернберга, при
котором находится центр исследовате-
лей переменных звезд. Большое значе-
ние в развитии изучения переменных
звезд имел основанный Б. В. Кукар-
киным исследовательский бюллетень
«Переменные звезды». После Октябрь-
ской революции в’СССР открыто не-
сколько сотен новых переменных звезд,
главным образом в Москве (Церасская,
Гитц, Куликовский и др.), в Симеизе
(Белявский, П. Ф. Шайн и др.) и в Пул-
кове. В последний год особенно широко
развернута работа по поискам новых
переменных в Государственном Астро-
номическом институте им. Штернберга
(ГАИШ).
Советскими исследователями перемен-
ных звезд собрано огромное число на-
блюдений и произведено изучение мно-
гих индивидуальных переменных, при-
чем здесь сделан ряд интереснейших
открытий. Мы должны отметив работы
проф. С. Н. Блажко, П. П. Паренаго,
Б. В. Кукаркина, М. С. Зверева, Н. Ф.
Флоря, В. П. Цесевича, В. Б. Окунева,.
Д. Я. Мартынова и др.
В последние годы московские иссле-
дователи переменных звезд (Кукаркин,
Паренаго, Флоря, Зверев, Мустель)
переходят к широким работам обоб-
щающего характера, на основе стати-
стических и теоретических исследова-
ний проблем переменных звезд. С другой
стороны, Д. Я. Мартыновым на Энгель-
гардтовской обсерватории и Кратом
ведется углубленное изучение группы
затменных переменных. »
В недавнее время московскими астро-
номами выдвинут план систематиче-
ского изучения переменных в избран-
ных площадках неба. Осуществление
38
Природа
1937
этого плана, которое приобретает харак-
тер международного предприятия, будет
иметь важное значение для разнообраз-
ных вопросов строения и эволюции
звезд и звездной системы в целом. Из-
учению различных проблем новых звезд,
звезд типа О и планетарных туманностей
был посвящен ряд работ Б. А. Ворон-
цова-Вельяминова. С другой стороны,
новые звезды и некоторые новоподоб-
ные звезды изучались па Пулковской
обсерватории главным образом А. А.
Белопольским. Изучения физических
особенностей звезд на основании иссле-
дования их спектров широко были
поставлены, с одной стороны, в Пулкове
и с 1926 г. в Симеизе. Акад. А. А. Бело-
польский, являвшийся одним из пио-
неров в области звездной спектроско-
пии, и его ученики дали ряд важных ис-
следований спектрально-двойных звезд,
строения спектральных линий, что по-
зволяло судить об условиях в атмосфе-
рах звезд.
Интереснейшие работы но звездным
спектрам велись и ведутся с метровым
рефлектором Симеизской обсервато-
рией (Г. А. Шайн). Из результатов,
имеющих крупное значение, мы можем
отметить прекрасный каталог лучевых
скоростей более чем 300 звезд, опреде-
ленных Г. А. Шайном и В; А. Альбиц-
ким, исследования мультиплетов маг-
ния, натрия и кальция в звездных спек-
трах, исследования молекулярных
спектров в звездах позднего типа и ряд
других работ Г. А. Шайна. Симеизские
работы стоят на одном уровне с лучшими
исследованиями подобного рода на зару-
бежных обсерваториях. В результате
наблюдений в Симеизе было открыто
несколько десятков новых спектрально
двойных звезд, и многие из них были
детально изучены.
Ряд важных исследований звездных
спектров был проведен и на других об-
серваториях (Москва, Харьков, Абас-
тумани).
На Пулковской обсерватории весьма
широко были поставлены исследования
по определению цвета звезд, опреде-
лению фотографических и фотовизуаль-
ных величин. Г. А. Тихов использовал
разработанный им метод «продольного
спектрографа», с помощью которого опре-
деляются цвета звезд в площадях Кап-
тейна. В последнее время Б. В. Кукар-
киным в Москве составлен полный ката-
лог колор-эквивалентов ярких звезд
и проведено его изучение.
В связи с разработкой интереснейшей
проблемы изучения темной материи
в звездной системе и оптических свойств
междузвездной среды, в Пулкове велось
и продолжается изучение различных
участков Млечного Пути, причем в ряде
случаев эта задача связывается с опре-
делением фотографических и фотови-
зуальных величин, проведением клас-
сификации спектров ит. п. Многочи-
сленный материал подобного рода уже
получен в Пулкове и публикуется.
Работы по определению цветов звезд
иными методами были проведены и
в Москве.
Достижения в области наблюдатель-
ной' астрофизики сопровождались и
ростом теоретических работ. Область
теоретической астрофизики для совет-
ской астрономии является новой. И хотя
развитие ее у нас совершенно недоста-
точно, мы имеем и здесь некоторые
результаты.
Мы можем указать на работы Амбар-
цумиана и др. по теории лучистого равно-
весия. Разработке теории излучения сол-
нечной атмосферы посвящен ряд- работ
Пархоменко из Харьковской обсерва-
тории. Исследования по теории солнеч-
ных пятен и отдельных вопросов теории
хромосферы Солнца были проведены
в Пулкове. В. Крат в Энгельгардтовской
обсерватории разрабатывал теорию лу-
чистого равновесия звездных атмосфер
в случае кривизны слоев.
Проблемы практической и теоретиче-
ской астрофизики в ряде случаев тесно
переплетаются, и результаты, полу-
ченные в том или другом отношении,
взаимно обогащают, проблему, содей-
ствуя ее развитию. В этом смысле резуль-
таты исследований звездных спектров
на Симеизской обсерватории Г. А. Шай-
ном, приводящие к интереснейшим тео-
ретическим заключениям, имеют очень
большое значение.
В сравнительно недавнее время круп-
ные новые результаты были получены
В. А. Амбарцумианом, создавшим теорию
лучевого равновесия водородной туман-
№ Ю
20 лет советской астрономии
39
ности. Теория планетарных туманно-
стей и новых звезд рассматривалась
Б. А. Воронцовым-Вельяминовым в се-
рии его уже отмеченных работ.
В последние годы был опубликован
ряд работ А. Б. Северного, посвящен-
ный теории внутреннего строения звезд,
где автор рассматривал различные мо-
дели звездной конфигурации.
Мы отметили лишь некоторые иссле-
дования в области теоретической астро-
физики. Значительно шире были раз-
вернуты исследования в различных
областях статистической звездной астро-
номии. Звездная статистика является
одним из важнейших разделов совре-
менной астрономии, задача ее заклю-
чается во всестороннем изучении строе-
ния звездной вселенной. Здесь мы имели
довольно многочисленные исследования
советских астрономов, сопровождав-
шиеся интересными новыми результа-
тами. Однако в этой области советские
исследования далеко не занимают того
положения, которое диктовалось бы
самим значением звездно-статистических
проблем среди других вопросов астро-
номии и их идеологическим значением.
Одной из причин некоторой задержки
развития исследований подобного рода
является отсутствие у советских иссле-
дователей собственного наблюдатель-
ного материала. В результате слабой
инструментальной вооруженности и,
с другой стороны, из-за недостаточного
использования имевшихся возможно-
стей, советская астрономия значительно
отставала в отношении собирания того
обширного материала, касающегося
разнообразных характеристик звезд
и других звездных объектов, на котором
теперь основываются все наши знания
о структуре и кинематике звездной си-
стемы, о строении и развитии вселенной.
Исследования в области звездной
статистики, проводившиеся в СССР
за 20 лет, касались вопросов как види-
мого, так и пространственного распре-
деления звезд, исследования движения
Солнца и изучения систематических
движений звезд, что связано, в част-
ности, с проблемой вращения галакти-
ческой системы.
В отношении видимого распределения
были произведены» исследования как
отдельных групп звезд, так и иссле-
дование распределений в отдельных
областях неба. К работам последнего
рода могут быть отнесены и упомя-
нутые уже обширные исследования по
изучению темных туманностей, веду-
щиеся на Пулковской обсерватории.
В связи с вопросом о пространственном
распределении стоит задача определения
расстояний отдельных групп звезд и
других объектов. В этом направлении
мы имеем ряд исследований, относя-
щихся к звездам как ранних, так и позд-
них спектральных классов (Г. А. Страш-
ный и др.), исследования отдельных
групп переменных звезд (П. П. Паре-
наго, Б. В. Кукаркин), так и исследова-
ния расстояний и исследование про-
странственных распределений шаро-
образных звездных куч и планетарных
туманностей (Б. А. Воронцов-Вельями-
нов). Интересная проблема строения
местной системы также была изучена
в ряде работ. С другой стороны, иссле-
довалась и зависимость от расстояния
различных характеристик звезд (Г. А.
Шайн).
Обширные исследования простраь •
ственного распределения звезд, давшие
новые интересные результаты, были про-
ведены Р. В. Куницким и его сотрудни-
ками; в частности, было изучено распре-
деление звезд, находящихся не далее
50 парсек, от Солнца. Материалом для
этих исследований служил главным
образом Дреперовский каталог, и в связи
с ними произведено специальное иссле-
дование систем и ошибок параллаксов.
Важная работа по составлению пол-
ного каталога параллаксов была пред-
принята и в настоящее время закончена
П. П. Паренаго в Москве.
Движение Солнца, представляющее
одну из интересных задач звездной
астрономии, обстоятельно исследова-
лось советскими астрономами. Опреде-
ление движения Солнца по радиальным
скоростям звезд было произведено
в бывшем Астрофизическом институте;
с другой стороны, движение Солнца было
определено в Астрономическом инсти-
туте в Ленинграде по пространственным
скоростям. Используя иную методику,
исследование солнечного движения на
основании полных скоростей звезд про-
40
Природа
1937
извели также В. Г. Фесенков и К. Ф.
Огородников. Движение Солнца по отно-
шению к группе ближайших звезд иссле-
довал Р. В. Куницкий.
Изучение систематических движений
звезд типа Ви, в частности, исследо-
вание К-эффекта было проведено К. Ф.
Огородниковым. Он же рассматривал
некоторые проблемы, связанные с враще-
нием галактики. Изучение структуры
и движения некоторых движущихся
скоплений, произведенное Ю. В. Филип-
повым, дало указание на искривление
пути потока.
Советская астрономия не прошла ми-
мо нового вопроса звездной астроно-
мии — учения о внегалактических ту-
манностях. В виду тесной связи этого
вопроса с важнейшей общенаучной Про-
блемой строения большой вселенной,
внегалактическая астрономия является,
в настоящее время, в идеологическом
смысле наиболее боевым участком астро-
номической науки. В противовес идеали-
стическим космологическим теориям
М. С. Эйгенсон выдвинул другое объяс-
нение знаменитого красного смещения
в спектре внегалактических туманностей.
В последние годы М. С. Эйгенсон в
Пулкове провел ряд интересных иссле-
дований внегалактических туманностей
в целях как изучения поглощения света
в нашей звездной системе, так и изуче-
ния темной материи в самих спиралях.
В связи с задачами звездной астро-
номии необходимо отметить и работы
советских обсерваторий по определению
собственных движений звезд. В Пулков-
ской обсерватории С. К. Костинский
являлся одним из пионеров в области
астрофотографических работ подобного
рода. Им было призведено много опре-
делений звезд, обладающих большими
собственными движениями, и опреде-
лено некоторое число параллаксов.
В дальнейшем, правда, выяснилась не-
достаточность оборудования обсервато-
рии для работы по параллаксам. С. К.
Костинским были получены с нормаль-
ным астрографом снимки первых эпох
площадей Каптейна, и теперь этот
материал используется для обширной
работы по определению собственных
движений в этих площадях. Помимо
других работ по собственным движе-
ниям необходимо отметить работы Е. Я.
Бугославской и, в частности, ее иссле-
дование движений звезд в области туман-
ности Ориона.
Наш краткий обзор мы заканчиваем
изложением результатов в области
астрометрии и соприкасающихся задач
и в области теоретической астрономии
и небесной механики.
В свое время деятельность Пулков-
ской обсерватории оказала громадное
влияние на развитие астрометрии, как
науки об определении точнейших поло-
жений звезд. До последнего времени
основные астрометрические работы Пул-
ковской обсерватории выполнялись,
следуя той программе, которая была
намечена знаменитым В. Струве еще
почти сто лет назад. Как результат вы-
полнения этой программы мы имеем
фундаментальный каталог 1930 г., даю-
щий положения почти 600 звезд с исклю-
чительной точностью и являющийся
повторением аналогичных каталогов
1845, 1865 и 1905 гг., а также ряд дру-
гих каталогов.
Повторное перенаблюдение одного
и того же списка избранных звезд по-
зволяет вывести их положения и их соб-
ственные движения с очень большой
точностью. Однако мы должны отме-
тить, что связанная рамками старых
программ и наблюдательных традиций,
Пулковская обсерватория не сумела
уследить за развитием новых направле-
ний и не оказалась во главе современной
астрометрии. В последние десятилетия
она спустилась почти-что до роли
наблюдательной базы немецкой астро-
метрической щколы. Лишь в самое недав-
нее время в Пулкове начато осуществле-
ние нового предприятия — наблюдения
каталога слабых звезд, который должен
будет выполняться как на фундамен-
тальных инструментах, так и на мери-
дианном круге.
Важной кооперативной работой ряда
советских обсерваторий в последнее
время явилось наблюдение так наз.
геодезических звезд. Это предприятие,
в результате которого будет получен
каталог точных положений звезд, упо-
требляющихся при геодезических рабо-
тах, будет закончено к концу 1938 г.
Для советских геодезических опреде-
№ 10
20 лет советской астрономии
4f
лений будут получены сводные места
звезд, где влияние инструментальных
погрешностей будет сведено к минимуму.
Из других работ мы должны отметить
наблюдения за колебанием широты, веду-
щиеся в Пулкове и Китабе. В нашу
задачу не входит описание всех астро-
метрических работ обсерваторий СССР.
Можно было бы указать на микрометри-
ческие наблюдения, регулярно веду-
щиеся на ряде обсерваторий. Большие
ряды наблюдений Луны с гелиометром
были получены на Энгельгардтовской
обсерватории. В связи с другими наблю-
дениями они представляют ценный мате-
риал для изучения физической либра-
ции Луны. Там же интересные работы
проведены И. Дюковым на меридианном
круге. Хорошие, в смысле точности,
результаты по фотографическим наблю-
дениям двойных звезд были получены
с московским астрографом И. А. Казан-
ским и Е. Я. Бугославской. При этом
И. А. Казанский применял увеличитель-
ную камеру, что полностью себя оправ-
дало.
Широкое развитие за указанные годы
получила в СССР Служба точного вре-
мени. Имеющие важнейшие значение
для народнохозяйственной жизни нашей
страны определение и хранение точного
времени и подача сигналов времени
через радиостанции были организованы
в ряде обсерваторий. Определение попра-
вок самих сигналов ведется на Пулков-
ской обсерватории, в результате чего
находятся точные моменты передачи
как советских, так и иностранных стан-
ций. Интересная работа по применению
фотоэлемента к регистрации прохожде-
ния звезд была проведена Н. Н. Пав-
ловым на Пулковской обсерватории.
Опыты, давшие уже вполне хорошие
результаты в отношении такого автома-
тического определения времени, будут
продолжаться, и можно надеяться, что
фотоэлектрический или другой метод
регистрации прохождений может быть
в дальнейшем использован и для других
работ астрометрического характера.
Исследования советских астрономов
внесли много нового в разработку разно-
образных проблем теоретической астро-
номии и небесной механики. Усовершен-
ствование методов определения и исправ-
ления орбит было дано в ряде иссле-
дований М. Ф. Субботина, С. А. Каза-
кова, Вильева и других советских
ученых. За 20 лет советскими астро-
номами было дано много работ, касаю-
щихся теории движения различных тел
солнечной системы. Из них отметим,
традиционную пулковскую работу по
теории кометы Энке, ведущуюся Л. Л..
Маткевичем, и работу Н. Михальского,
в Одессе, по теории движения V спут-
ника Юпитера, а также исследования
по движению VIII спутника, проведен-
ные в Лгр. Астрономическом институте.
С другой стороны, велась разработка
и усовершенствование новых методов
так наз. классической небесной меха-
ники, теории периодических решений
и других проблем. Здесь мы можем отме-
тить исследования по методам Болина,
Ганзена и работы Н. С. Самойловой,
касающиеся введения некоторой регу-
ляризующей переменной при исследо-
вании движения.
В области неклассической небесной
механики мы имеем глубокие и обстоя-
тельные исследования Г. Н. Дубошина
в Москве, касающиеся проблемы дви-
жения тел с переменными массами и
вопросов движения в сопротивляющейся
и гравитирующей среде. При этих иссле-
дованиях были использованы методы
качественного анализа уравнений про-
блемы. Проблема движения над дей-
ствием силы, зависящей от времени,
разрабатывалась и другими исследовате-
лями (В. В. Степанов, М. Ф. Субботин).
Разработка методов качественного ана-
лиза уравнений движения и применение
их к проблеме трех тел, к исследованию
системы материальных точек (пылевая
туманность) и другим проблемам—были
даны в ряде работ группы московских тео-
ретиков (Н. Д. Моисеев, Н. Ф. Рейн и др.).
Мы видим, таким образом, на протяже-
нии 20 лет широкое развитие советских
исследований в разнообразных разделах
астрономии. Мы не касались таких отра-
слей, как вопросы геодезии и грави-
метрии, где советские астрономы дали
много нового и важного как в практи-
ческом, так и теоретическом отноше-
ниях. Тем не менее мы должны конста-
тировать, что советская астрономия
далеко не использовала все свои воз-
42
Природа
193Т
можности и не достигла того уровня,
который был бы достоин Великой Со-
ветской Страны. Мы отстаем от передо-
вых движений в области исследования
Солнца, изучения физической природы
звезд, в вопросах строения и развития
звездной системы, в разработке космо-
логических проблем. И если, несмотря
на вредительство некоторых разобла-
ченных теперь врагов народа, мы имели
крупнейшие достижения и рост совет-
ской астрономии, то это есть следствие
исключительного внимания нашей Пар-
тии и Правительства к развитию иссле-
довательской работы, результаты заме-
чательных условий для активной,твор-
ческой научной деятельности в Совет-
ской Стране.
Итоги двадцатилетия советской астро-
номии ставят перед нами ряд важней-
ших задач. Роль нашей науки в сози-
дательной работе, которая ведется наро-
дами СССР под руководством Партии,
в деле укрепления и развития социали-
стической Родины, является совершенно
недостаточной. Нужно решительно раз-
бить «теорийки» о внеклассовой сущ-
ности астрономии и поставить науку
о звездах на службу новому челове-
честву. Нужно покончить с практикой
разделения работ на «чисто-научные»,
выполняемые «для души», и «народно-
хозяйственные»^ несколько ироническим
отношением к последним. Все работы
в области астрономии должны рассма-
триваться с точки зрения их общегосу-
дарственной целесообразности. В связи
с этим должно быть обращено особое
внимание на развертывание широких
исследований Солнца и связи солнечной
деятельности с геофизическими явле-
ниями, на проблемы стратосферы и их
изучение астрономическими методами,
на различные вопросы, связанные с за-
просами геодезических и картографиче-
ских работ в СССР.
Громадное значение астрономии
в Советской Стране в области идеоло-
гической требует привлечения внимания
астрономов к широкой антирелигиозной
и общекультурной работе, выдвижения
вместе с тем задачи разработки и созда-
ния материалистических, космологи-
ческих и космогонических теорий.
Задачей ближайшего времени является
создание большой первоклассной обсер-
ватории СССР и соответствующее пере-
вооружение существующих обсерваторий,
что необходимо для развертывания из-
учения глубоких проблем астрономии.
Это потребует исключительных усилий
и творческого напряжения советских
астрономов. От провинциализма в ряде
областей мы должны перейти на широкую
дорогу самостоятельных ведущих науч-
ных начинаний. Дело не только в новом
инструментарии, но и в необходимости
создания подготовленных должным обра-
зом кадров, усилении роли теории в
советской астрономии, повышении каче-
ства советских астрономических работ.
Современный астрофизик должен быть
глубоко образованным физиком. Пра-
вильное направление исследований в
области космологических проблем может
найти лишь тот, кто обладает широ-
кой марксистско-ленинской подготовкой.
Подготовка советских астрономических
кадров до сих пор вредительски сры-
валась. Теперь, когда астрономия полу-
чила развитие в национальных респу-
бликах и областях, мы имеем широкие
возможности в смысле роста астрономи-
ческих кадров всех национальностей на-
шей Великой социалистической Родины.
На примере работ по переменным
звездам, по изучению солнечного затме-
ния 1936 г. мы видим, какие результаты
приносят советские методы организации
исследований. Именно в смысле орга-
низующего влияния на Астрономиче-
ском совете АН СССР лежит высокая
ответственность за судьбы целых напра-
влений в советской астрономии. До сих
пор Астрономический совет не осуще-
ствил почти ничего из того, что от- него
ожидалось. В дальнейшем его роль
должна исключительно возрасти. Астро-
номический совет и связанные с ним
отраслевые центры должны указать
пути наилучшего использования всех
уже имеющихся у советской астрономии
возможностей и обеспечить дальнейший
быстрый рост нашей науки.
СОВЕТСКАЯ ФИЗИКА ЗА 20 ЛЕТ
Акад. А. Ф. ИОФФЕ
Дореволюционная Россия могла гор-
диться рядом ученых, оставивших замет-
ный след в истории физики. Помимо
Д. И. Менделеева, который был не только
выдающимся химиком, но и замечатель-
ным физиком, можно назвать П. Н.
Лебедева, А. Г. Столетова, Б. Б. Голи-
цына. С этими тремя именами связаны
такие важные успехи физики, как свето-
вое давление, фотоэффект и сейсмология.
Но дореволюционные русские ученые
были обычно одиночками, не оставляв-
шими после себя научной школы или
определенного направления. И сами они
чаще всего импортировали свою тема-
тику из-за границы, как результат
командировки к немецкому или фран-
цузскому ученому. Попадая в одну из
западноевропейских школ и выполнив
там исследование, входящее в тематику
этой школы, русский ученый превращал
ее обычно в магистерскую диссертацию.
Дальнейшее развитие этой темы стано-
вилось предметом докторской диссер-
тации, причем естественно сохранялось
тяготение к заграничному идейному
центру. Самостоятельной русской школы
не возникало.
Единственным исключением была за-
мечательная научная школа Петра Нико-
лаевича Лебедева в Московском универ-
ситете. Однако политика Кассо изгнала
ее оттуда в 1911 г., а вскоре после этого
умер и П. Н. Лебедев. Одна часть этой
школы, сгруппировавшись вокруг П. П.
Лазарева, перешла в Институт биофи-
зики, который первоначально предна-
значался для П. Н. Лебедева. Другая
часть — топько значительно позже —
возвратилась в Московский университет.
В Петрограде до революции положе-
ние физики было значительно хуже.
Университет оставался бесплодным.
Отсутствие живой творческой мысли и
удручающая система магистерских экза-
менов отталкивали от университета наи-
более талантливых физиков (Гершун,
Миткевич, Лебединский). Развившиеся
после революции ленинградские науч-
ные школы вышли не из Петроградского
университета, а из заграничных лабора-
торий: Парижской (Рождественский),
Мюнхенской (Иоффе) и Геттингенской (Ро-
жанский). Кначалу революции в Петро-
градском Политехническом институте
организовалась школа физиков, которая
стала затем ядром Физико-технического
института. Большое влияние на моло-
дых физиков последних предреволю-
ционных лет оказало пребывание П. С.
Эренфеста, занявшего затем кафедру
теоретической физики в Голландии,
когда для него выяснилась невозмож-
ность продолжать свою деятельность
в России. Он стал одним из лучших
друзей Советского Союза.
До революции физика развивалась
почти исключительно в университетах
и одной-двух высших технических шко-
лах. Число докторов физики не пре-
вышало 15. Общее число научно рабо-
тающих физиков составляло около
100 человек, но для громадного боль-
шинства из них научная работа была
побочным занятием на ряду с основной
педагогической работой. Вне высшей
школы кроме небольшой физической
лаборатории Академии Наук, посвя-
щенной сейсмологии, физики имелись
еще в Главной палате мер и весов,
директором которой после Д. И. Мен-
делеева стал физик Н. Г. Егоров, и
в Главной Физической обсерватории.
Но область их работы (сейсмология,
измерения, метеорология) лишь части-
чно связана с основными проблемами
физического исследования.
Отдельные научные работы школы
Лебедева и некоторых петроградских
физиков представляли значительный
научный интерес. Однако большая часть
научной продукции и не рассчитывала
на обогащение мировой науки. Это были
часто посредственные работы: описание
44
Природа
1937
наблюдений без их теоретического тол-
кования, варианты иностранных работ,
измерения тех или иных констант и т. п.
А в Петроградском университете «науч-
ные работы» оставленных при кафедре
сводились к воспроизведению опытов,
напечатанных в последних книжках ино-
странных журналов.
Но даже лучшие работы русских
физиков представляли собой разрознен-
ные исследования, не образующие опре-
деленного научного направления и не
ставящие более глубоких проблем или
каких-либо технических целей. Можно
утверждать, что в дореволюционной
России. почти не было технической
физики и не было условий для ее возни-
кновения. Заимствованная в готовом
виде — вплоть до рабочих чертежей —
из-за границы, русская техника не ну-
ждалась в своей собственной научной
базе и не имела ее. Университетская
физика считала для себя зазорным вся-
кий выход в практику. Университеты
свято «хранили» чистоту науки и обе-
регали ее от техники.
Таким образом, несмотря на присут-
ствие отдельных крупных ученых, рус-
ская физика была до революции одним
из наиболее отсталых и слабых отрядов
мировой науки. Статьи по отдельным
вопросам, разрабатываемым крупными
заграничными школами, печатались фи-
зиками, живущими в России. Из таких
статей и доморощенных безидейных
опытов складывалась основная масса
продукции русских физиков.
Физика одна из первых почувствовала
на себе благотворное влияние пролетао-
ской революции. Уже в 1918 г. в Ленин-
граде основаны были главные физиче--
ские институты: Физико-технический
и Оптический, которые объединили все
живые силы ленинградских физиков.
В 1919 г. создан был в Ленинграде
физико-механический факультет Поли-
технического института, давший впо-
следствии основные кадры физико-
технических институтов и ряда завод-
ских лабораторий. Советские физические
институты с самого начала отказались
от фетиша чистой науки и связали свою
работу с задачами технического про-
гресса. В 1920 г. они организовались
в физическую ассоциацию, которая
выдвинула задачу создания научных
центров в различных республиках и
областях Союза и первая пыталась
внести плановое начало в область науч-
ной работы. В 1923 г. образована была
Физико-техническая лаборатория Выс-
шего Совета народного хозяйства, кото-
рая выделила позже институты: Электро-
физический, Теплотехнический, Хими-
ческой физики, Физико-химических
проблем, Телемеханики, Телевидения,
Музыкальной акустики и Лабораторию
электротехнических материалов. Каж-
дый из этих институтов имел к моменту
выделения в самостоятельное учрежде-
ние готовые кадры и оборудование, свою
тематику и разработанные уже методы
исследования. Из Физико-технического
института образовался и Радиевый
институт.
Оптический институт за это же время
разросся, охватив помимо вопросов
физической оптики производство опти-
ческого стекла, производство оптиче-
ских приборов, фотографию, осветитель-
ную технику, обработку поверхностей.
Кроме того, в Ленинграде создана
была Центральная Радиолаборатория
и Институт проволочной связи и рекон-
струированы Палата мер и весов в Инсти-
тут метрологии, а физическая обсерва-
тория — в Институт геофизики.
Таким образом в Ленинграде за 20
лет Пролетарской революции, помимо
физических лабораторий высших школ
(число и объем которых также значи-
тельно возросли) и некоторых специаль-
ных лабораторий, создано было 5 боль-
ших физических институтов и 10 инсти-
тутов прикладной физики.
В Москве развитие шло иным путем.
Физика продолжала группироваться
вокруг тех же двух центров: Института
биофизики и Физического института
университета. Позже отдельные физики
и группы физиков начали входить в ин-
ституты промышленности: Электротех-
нический, Теплотехнический, Приклад-
ной минералогии и др. С переходом
Академии Наук СССР в Москву начал
развиваться Физический институт Ака-
демии Наук, объединивший лучших
работников университета, часть бывших
сотрудников Института биофизики и
некоторых ленинградских физиков.
№ 10
Советская физика за 20 лет
45
В важнейших республиках и областях
Союза возникли, начиная с 1921 г.,
новые физические центры, для кото-
рых Лгр. Физико-технический институт
выделил из своего состава основное ядро
работников. Так созданы были физико-
технические институты в Харькове,
Томске, Днепропетровске, Свердловске.
Каждый из них является всесоюзным
научным центром в определенных обла-
стях физики: низких температур и высо-
ких напряжений (Харьков), физики
металлов (Свердловск), рентгеновского
анализа металлов (Днепропетровск).
Новая область атомного ядра разра-
батывается в основном Ленинградским
и Харьковским Физико-техническими
институтами, но, кроме того, Радиевым
институтом и Физическим институтом
Академии Наук СССР.
Другие физические институты, со-
зданные за последние 20 лет, — это
Физический институт Академии Наук
УССР в Киеве, Физико-технический
институт в Горьком и Физический
институт Одесского университета. Про-
цесс роста научных центров в отдельных
республиках и областях Союза продол-
жается. Научные рдботы начинают раз-
виваться в лабораториях и кафедрах
физики отдельных ВУЗов.
За время революции кадры физиков
возросли в 10 раз. Свыше 1000 физиков
не только участвуют в научной работе,
но и считают науку своим основным
делом. Из них можно насчитать не менее
100 ученых с определившимся научным
направлением, имеющих степень док-
тора физико-математических наук.
Почти все они относятся к молодому
поколению ученых, вся деятельность
которых прошла в Советском Союзе;
из физиков, работавших еще до рево-
люции, не менее 20 продолжают и сей-
час творческую научную работу. Неко-
торые институты (Харьков, Свердловск,
Днепропетровск) сплошь состоят из
физиков послереволюционного периода.
К 1930 г. продукция советских физи-
ков, которая тогда печаталась в ино-
странных журналах, настолько воз-
росла, что стала занимать от 25 до
30% основного немецкого журнала
•«Zeitschrift fur Physik». Тогда советские
физики создали два своих журнала
на иностранных языках: «Physikalische
Zeitschrift der Sowjetunion» в Харькове
и «Technical Physics of the U. S. S. R.»
в Ленинграде. Эти журналы сконцен-
трировали более 90 % всех работ, произ-
водимых в Союзе и получили значитель-
ное распространение и признание за
границей: уже в 1934/35 г. харьковский
журнал оказался в числе первого де-
сятка наиболее читаемых физических
журналов. За последние годы получили
широкое распространение «Доклады
Академии Наук СССР» и вновь созданы
«Известия физической группы Академии
Наук СССР».
Советская физика резко отличается
от дореволюционной не только по
количеству работ и работников, но
и по качеству. Исчезли провинциальные
темы и приемы. Не менее, чем в 20 акту-
альнейших проблемах, разрабатываемых
мировой физикой, советская наука зани-
мает видное место, а иногда даже одно
из передовых.
Особенно следует отметить развитие
многочисленных отделов прикладной
физики, которой вовсе не существовало
до революции. Журнал технической
физики в два раза превышает по объему
журнал общей физики.
Вместо разрозненных вопросов, кото-
рыми занималась физика до революции,
сейчас перед нами широкий охват поля
физических исследований. Однако в этом
поле есть белые пятна, в особенности
в области прикладной физики, где не
заполнены еще наиболее ответственные
участки — нефть и уголь, металлургия,
текстильное и бумажное дело, горное
дело.и гидравлика.
За прошедшие 20 лет советская физика
в отдельных направлениях иногда играла
ведущую роль. Так было в 1923—1930 гг.
по отношению к электрическим свой-
ствам, в 1924—1928 гг. по отношению
к вопросам пластичности и прочности,
в 1930—1934 гг. — по сегнетоэлектри-
честву, 1925—1933 гг. — по аномаль-
ной дисперсии, 1928—1935 гг. — по ки-
нетике цепных реакций, с 1930 г. —
по нелинейным колебаниям. Одно из
крупнейших открытий этого периода —
эффект Рамана — был наблюден факти-
чески ранее Рамана Мандельштамом и
Ландсбергом в СССР.
46
Природа
1937
Перечислю важнейшие, на мой взгляд,
научные результаты, полученные совет-
скими физиками и прочно вошедшие
в мировую науку.
1. Впервые примененный в ЛФТИ
в 1918/19 г. рентгеновский метод
наблюдения деформации кристаллов
показал, что пластическая деформация
сопровождается сдвигами и перестанов-
ками отдельных частей кристалла, при-
чем ход деформации часто носит скачко-
образный характер и приводит к упроч-
нению кристалла (М. В. Классен-Неклю-
дова). Эти исследования привели в даль-
нейшем к развитию новых разделов
физики и техники (текстура металлов,
учение о пластических сдвигах и двой-
никовании, новый метод получения
монокристаллов), изучение которых
дало много ценных результатов, как
за границей, так и в СССР (Г. В. Кур-
дюмов, И. В. Обреимов, М. В. Якутович).
2. В 1924 г. А. Ф. Иоффе и М. А. Ле-
витская в ЛФТИ показали, что устране-
ние поверхностных трещин растворе-
нием повышает прочность соли в десятки
раз. Затем этот результат был распро-
странен на стекло и сталь. Установлен
механизм хрупкого разрыва и связь
его с искажениями поверхности при пла-
стических сдвигах. Наблюдения над
влиянием адсорбированных слоев на
прочность тонких нитей содействовали
дальнейшему развитию теории хрупкой
прочности (А. П. Александров, С. Н.
Журков и А. В. Степанов). Твердость
металлов изучалась школой В. Д. Куз-
нецова в Томске.
В течение 12 лет эти факты и их объяс-
нения подвергались самой оживленной
дискуссии.
3. Не меньшее влияние имело изуче-
ние механизма тока в диэлектриках
(ЛФТИ). Обнаружено было появление
объемных, электрических зарядов, часто
конденсирующихся в тончайших слоях,
изучено влияние примесей и устано-
влены основные законы электрических
токов в диэлектриках (А. Ф. Иоффе,
Б. М. Гохберг и др.). Выводы, сделан-
ные относительно тонкослойной изоля-
ции, оказались неверными, как показали
позднейшие опыты А. Ф. Иоффе и А. П.
Александрова. Однако и сейчас основ-
ные представления и факты в области
электрических свойств диэлектриков
обязаны работам ЛФТИ.
Точно так же в ЛФТИ были наиболее
полно изучены все основные электри-
ческие свойства аморфных пластических
тел (П. П. Кобеко) и открыто явление
сегнетоэлектричества (И. В. Курчатов),
представляющее собой электрическую,
аналогию ферромагнетизма.
А. Ф. Вальтер и его сотрудники экс-
периментально изучили область тепло-
вого и электрического пробоя изоляции
и выяснили условия пробоя жидкостей.
Им удалось наблюдать последователь-
ные стадии пробоя и вывести ряд техни-
чески ценных указаний. Школа А. Ф.
Вальтера занимает весьма видное место
в вопросах изоляции. Электрические
свойства сжатых газов были изучены
Б/ М. Вулом.
По всем этим трем разделам работа
в пределах Союза продолжается в Ле-
нинграде, Москве, Харькове, Томске,
Свердловске. Но ведущая роль по неко-
торым вопросам, напр. пластичности
кристаллов, перешла к школам Смекаля,
Тейлора и др. за границей. В области
электрических свойств на ряду с совет-
ской школой неменьшую роль играют
школы Гюнтершульце, Шумана и Рогов-
ского за границей.
4. Значительное участие советские
физики приняли в изучении полупро-
водников. Выяснение механизма тока
и выпрямления, роли примесей и спек-
трального состава света в большой сте-
пени обязано трудам физико-техниче-
ских институтов (А. В. Иоффе, А. Ф.
Иоффе, К. Д. Синельников, Б. В. Кур-
чатов, А. К. Вальтер и др.). В УРФТИ
(Уральский Физико-технический инсти-
тут) И. К. Кикоиным и М. М. Носковым
открыт и изучен новый фотомагнитный
эффект. В Одесском Физическом инсти-
туте обнаружены интересные явления
нарушения аддитивности при действии
различных участков спектра. Если эти
работы и не обеспечивают ведущей роли,
то они получили серьезное значение.
ЛФТИ представлены были по этим
вопросам руководящие доклады на
международном съезде, в международ-
ных таблицах и в собрании монографий.
5. В вопросах приложения физики
к химическим явлениям работы Инсти-
jjb ю Советская физика за 20 лет 47
тута химической физики внесли круп-
ный вклад. Здесь на основе обширного
опытного материала Н. Н. Семеновым
создана была теория разветвленных цеп-
ных реакций, которая нашла себе широ-
кое применение в явлениях горения
и взрывов, в кинетике химических реак-
ций. Эти исследования пользуются широ-
кой известностью и относятся к числу
наиболее актуальных разделов совре-
менной физической химии.
Оптическое изучение сложных моле-
кул дало в работах ГОИ и Института
химической физики ряд фундаменталь-
ных результатов (А. Н. Теренин и В. Н.
Кондратьев).
Очень значительна роль советских
ученых в выяснении явлений катализа
(С. 3. Рогинский) и электродных про-
цессов (А. Н. Фрумкин) (Институт хими-
ческой физики и Институт им. Карпова).
б. В области поверхностных явлений
в СССР выполнены были работы круп-
ного научного значения: теория линей-
ной адсорбции (Д. Л. Талмуд), выясне-
ние влияния среды и поверхностных
слоев на прочность, твердость, пластич-
ность (П. А. Ребиндер, Д. Л. Талмуд).
Эги исследования привели к важным
техническим результатам (сахарное
производство, глубокое бурение, за-
щита от коррозии металлов) (Институт
физико-хим. пр., Физический инсти-
тут АН СССР, Химический институт
им. Карпова).
7. Из области оптики наибольшее
значение имело открытие в XX в. неко-
герентного рассеяния (явления Рамана),
обнаруженного и изученного одновре-
менно и независимо в СССР (ФИМУ —
Физический институт Московского уни-
верситета). Значительный ряд тщатель-
ных, систематических исследований
Гос. Оптического института посвящен
был аномальной дисперсии (Д. С. Ро-
ждественский, В. К. Прокофьев, А. Н.
Филиппов). Этими работами установлены
были основные факты, использованные
для развития теории спектров.
Большое значение для выяснения
природы спектров и строения молекул
имело изучение оптического возбужде-
ния атомов и молекул (А. Н. Теренин,
В. Н. Кондратьев). Ряд новых законо-
мерностей, установленных в явлениях
флуоресценции (С. И. Вавилов, В. Л.
Левшин), выяснил многие свойства
жидкостей.
Изучение свечения жидкостей под
действием у-лучей привело Черенкова
к открытию нового явления — напра-
вленного свечения, испускаемого элек-
троном, когда его скорость превышает
фазовую скорость света в данной среде
(Физический институт АН СССР).
Теория этого явления дана была И. М.
Франком и И. Е. Таммом.
8. В электронной физике работы
советских физиков выяснили распреде-
ление скоростей электронов при фото-
эффекте, влияние поверхностных моле-
кулярных слоев (П. И. Лукирский,
и С. С. Прилежаев) и картину внутрен-
них потенциалов в' металлах. Незави-
симо от Америки и даже несколько
раньше, чем там, применена была
вторичная электронная эмиссия для
усиленных фототоков (Кубецкий). Явле-
ние катодного распыления было иссле-
довано Маргулисом, теория радиометри-
ческого эффекта — Спиваком, выяснив-
шим и роль метастабильных атомов
в газовом разряде.
9. В области магнитных явлений
советским физикам принадлежит ини-
циатива в изучении магнитных спектров
(В. К. Аркадьев и сотрудники) (хотя
в первых работах и заключалось оши-
бочное толкование опыта) (ФИМУ).
И. К. Кикоиным и Я. Г. Дорфманом,
обнаружены и изучены были магнито-
электрические свойства жидких метал-
лов. Изучен магнитный гистерезис
в области сверхпроводимости и устано-
влены законы ферромагнетизма (Н. С.
Акулов). Магнитная дефектоскопия
(Н. С. Акулов, Р. Я. Янус) начинает
находить широкое применение на совет-
ских заводах.
10. Область нелинейных колебаний
и их применений в электротехнике,
радио и акустике, поставленная и
широко развитая в Москве и Ленинграде
Л. И. Мандельштамом и Н. Д. Папа-
лекси, является оригинальным напра-
влением, где советская физика сохра-
няет ведущее место. Теоретическая
работа здесь сочетается с разработкой
новых электромашин, новых методов
приема радиоволн и изучением распро-
48
Природа
1937
странения волн в различных средах.
На этих исследованиях выросла круп-
ная научная школа.
11. В вопросах атомного ядра уже
первые работы советских физиков ока-
зали влияние на эту новую область
знания. Работам советских физиков
наука обязана наиболее достоверными
данными о распределении скоростей
испускаемых радиоактивными ядрами
электронов и позитронов (братья Али-
хановы). Были выработаны методы
наблюдения и получен ряд новых резуль-
татов для быстрых электронов и косми-
ческих лучей (Д. В. Скобельцын), из-
учены ядерные реакции и свойства ней-
тронов (ЛФТИ, УФТИ — Украинский
Физико-Технический институт). Однако
в целом советские ‘работы по атомному
ядру еще не вышли в ряд передовых,
создающих новые пути и ставящих
новые проблемы. С большим запозда-
нием создается и техническая база для
этих исследований.
12. Советская теоретическая физика,
практически отсутствовавшая до рево-
люции, заняла значительное место.
Широко известны советские работы по
вычислению атомных электронов (В. А.
Фок), по теории твердого тела и жид-
костей (Я. И. Френкель), по теории ме-
таллов (И. Е. Тамм, Д. И. Блохинцев,
Я. И. Френкель), по магнитным свой-
ствам металлов, сверхпроводимости,
полупроводникам (Л. Д. Ландау), по
теории квантов (В. А. Фок), и ряд дру-
гих исследований, стоящих на уровне
современной науки.
13. Биофизика получила значитель-
ное развитие. Физико-химический меха-
низм нервного возбуждения, адаптация
глаза и уха, порог ощущения изучались
школой П. П. Лазарева в Институте
биофизики. Эти работы привели к раз-
витию физических методов изучения цен-
тральной нервной системы и к разра-
ботке метода измерения слабого света
по достижению порога видимости (С. И.
Вавилов).
Митогенетические лучи А. Г. Гурвичэ
создали обширную литературу и при-
вели к разработке новых методов из-
учения слабой ультрафиолетовой радиа-
ции (Г. М. Франк), использованного
во время эльбрусских экспедиций.
14. Много нового внесла советская
физика и в вопросы акустики: законы
распространения волн в поглощающей
среде и вдоль поглощающих поверх-
ностей (Мандельштам, Леонтович,
Андреев); резонансное звукопоглоще-
ние (С. Н. Ржевкин); акустический
ветер и применение его к насосам (Н. Н.
Андреев); законы архитектурной аку-
стики (С. Я. Лифшиц); применение
ультразвуков к исследованию и кон-
тролю материалов (С. Я. Соколов) (Лгр.
Электротехнический институт); ряд
новых закономерностей физиологиче-
ской и музыкальной акустики (ФИМУ
и ЛФТИ), звукозапись А. Ф. Шорина
и Шолпо.
15. Постановка производства оптиче-
ского стекла Г ос. Оптическим институтом
сопровождалась наиболее полным из-
учением его свойств, которое привело
к открытию новых точек перехода (А. А.
Лебедев), нового явления рассеяния
света (Е. Ф. Гросс) и новой теории
поверхностных свойств стекла (И. В.
Гребенщиков). Последний создал ори-
гинальную химическую теорию обра-
ботки и полировки не только стекла,
но и металлов. Эта теория приносит
теперь свои плоды в технике, упрощая
и ускоряя производство (Гос. Оптиче-
ский институт).
16. Новое и многообещающее при-
менение физика получила в агрономии.
Созданный в 1932 г. при ЛФТИ Физико-
агрономический институт впервые по-
ставил себе задачу изменить физиче-
ские условия роста растений: свет,
тепло, влагу. И действительно, покры-
тие почвы битумной эмульсией повы-
сило температуру на 5—10°, закрепило
пески и склоны (Н. Н. Банасевич).
Введение вытяжек из торфа или соломы
создает прочную структуру почвы, повы-
шая урожай (П. В. Вершинин, Н. Я.
Солечник). Взамен стекла для оран-
жерей, парников и гелиотеплиц Д. А.
Федоровым разработано производство
прозрачных листов ацетилцеллюлозы,
улучшающих световые и тепловые усло-
вия. Освещение определенным, спек-
тральным светом томатов и других ово-
щей ускоряет плодоношение и в не-
сколько раз повышает урожай. Рост
деревьев ускоряется во много раз (10—
jsjb Ю Советская физика за 20 лет 49
15) при непрерывном или добавочном
освещении (В. П. Мальчевский).
Наконец, здесь же в Физико-агроно-
мическом институте удалось разрабо-
тать новые более совершенные методы
измерения температуры почвы, ее излу-
чения, количества получаемого света
и т. п. (Б. П. Александров и А. В. Кур-
тенер).
17. В области теплотехники в СССР
был широко разработан принцип подо-
бия и применен в методе моделей, в из-
учении теплопередачи и движения га-
зов в печах и котлах (М. В. Кирпи-
чев).
18. Отметим еще осуществление и
изучение самых коротких электромаг-
нитных волн, непосредственно смыкаю-
щихся с инфракрасным излучением,
А. А. Глаголевой-Аркадьевой (ФИМУ)
и М. А. Левитской (ЛФТИ); получение
сантиметровых незатухающих волн —
Рожтнским (ЛФТИ).
Наконец, перечислим главнейшие
направления технической физики, раз-
вивающиеся в СССР:
I. Оптотехника — расчет и конструк-
ция оптических приборов,
2. Светотехника т- расчет освещения,
3. Фотографический процесс,
4. Спектральный анализ в геологии
и металлургии,
5. Рентгеновский анализ металлов и
сплавов,
б. Электрическая изоляция,
7. Производство оптического стекла,
8. Электроразведка и сейсмология,
9. Кристаллическая структура метал-
лов и сплавов в связи с тепловой их
-обработкой,
10. Телевидение и телемеханика,
11. Применение низких температур
к разделению газов,
12. Радиотехника и вакуумная тех-
ника,
13. Твердые и газовые выпрямители
тока,
14. Твердые и вакуумные фотоэле-
менты,
15. Высоковольтная техника,
16. Агрофизика,
17. Теплотехника,
18. Музыкальная акустика,
19. Обработка поверхностей,
20. Химические производства.
Техническая физика, созданная после
революции, не получила еще достаточ-
ного развития в резком противоречии
с требованиями быстро растущей про-
мышленности. Однако по многим отде-
лам она не уступает уже Франции,
Англии, Италии.
Советская физика далеко ушла от
довоенного состояния. Она является
одним из серьезных участков научного
фронта и потеряла свой провинциаль-
ный отпечаток. Есть области (нелиней-
ные колебания, цепные реакции), где
советская наука является ведущей.
Здесь перечислен ряд других областей
где советские ученые находятся в пер-
вых рядах современной физики. Имеются
и оригинальные направления техниче-
ской физики (химическая полировка,
агрофизика), созданные в Советском
Союзе. Однако, оценивая советскую фи-
зику в данный момент, мы, несмотря на
все ее успехи, должны признать, что она
отстает от нашей промышленности, вы-
шедшей уже по ряду отраслей на пер-
вые места. Перед советской физикой
стоит почетная задача: догнать свою
быстрорастущую промышленность и
вместе с ней перегнать другие передовые
страны. Исключительно благоприятные
условия нашей социалистической ро-
дины обеспечивают реальную возмож-
ность великих научных достижений
и широкого проникновения науки
в жизнь.
Природа № 10
4
СОВЕТСКАЯ АЭРОЛОГИЯ НА СЛУЖБЕ
НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА ЗА 20 ЛЕТ
Проф. П. А. МОЛЧАНОВ
Основной задачей, определявшей путь
развития советской аэрологии, было
стремление повысить эффективность
обслуживания аэрологией различных
отраслей хозяйства. Совершенно оче-
видно, что это стремление ни в коем
случае не может помешать развитию
аэрологии как науки и, в частности,
развитию теоретических работ.
Наоборот, именно практическое при-
менение всякой науки требует высокого
теоретического ее развития и точности
в постановке вопросов, так как практика
применения теории позволяет избе-
гать ошибочности в теоретических по-
строениях и разоблачает псевдонаучную
теоретичность и заумность.
Каковы же области применения аэро-
логии и какое влияние на развитие
этой науки оказала практика? Есте-
ственно, что наиболее важной областью
приложения науки об атмосфере яв-
ляется воздушный транспорт. Всякий
летательный аппарат, какова бы ни
была его мощность, всегда находится
в зависимости от состояния воздушной
стихии, в которой он держится и
в движении которой он всегда принимает
участие. К сожалению, это обстоятель-
ство не всегда учитывается даже опыт-
ными летчиками, привыкшими летать
при сравнительно благоприятных усло-
виях погоды и оказывающимися бес-
помощными в тяжелых условиях полета.
Между тем точное знание атмосферных
условий полета, знание атмосферы и
ее законов может не только увеличить
эффективность воздушного транспорта,
но часто предохраняет и машину и
экипаж от полной гибели.
Рассмотрим те вопросы, которые были
разобраны и выяснены советской аэро-
логией за последние 20 лет.
Одним из важных вопросов для харак-
теристики условий полета была теория
образования кучевых облаков. Эти
облака наблюдаются почти каждый
ясный летний день, появляясь в утрен-
ние часы и расплываясь к 5—б часам
вечера.
Кучевые облака имеют большое зна-
чение для ряда вопросов применения
аэрологии в авиации и аэрофотосъемке,
разведке лесов и пр.
Условия развития этих облаков осве-
щались старой метеорологией совер-
шенно неправильно, так как связыва-
лись с мифическими несуществующими
«восходящими» токами воздуха, начи-
нающимися от земной поверхности и
поднимающимися до уровня облаков,
в 900—1000 м. Эта теория держалась
долгое время исключительно потому,
что не применялась в практике и ее
противоречия с действительностью
оставались незамеченными. Советской
аэрологии принадлежит приоритет
в разрушении старой и создании новой
теории происхождения этих облаков.
Новая теория предполагает, что не
восходящие движения дают начало
образованию кучевых облаков, а куче-
вые облака, возникая в результате про-
цесса перемешивания нижних слоев,
создают восходящий поток в облачной
массе. Новая теория позволила ука-
зать, что наиболее благоприятные
условия для парения планеров должны
быть у оснований кучевых облаков
и в самых облаках, а не у земной поверх-
ности, где по старой теории должны
зарождаться «восходящие» потоки. Этот
вывод из новой теории, указанный авто-
ром в 1931 г. (см. «Аэрология», стр. 135),
полностью подтвердился блестящими
полетами советских планеристов (Ростор-
гуев и др.) на большое расстояние
в кучевых облаках.
Следующим важным вопросом, выяс-
ненным советской аэрологией, был во-
№ ю Советская аэрология на службе народного хозяйства за 20 лет
51
прос о порывистости ветра в свободной
атмосфере. Как известно, самолет, нахо-
дясь в воздухе, испытывает в полете
частые провалы и броски вверх, подоб-
ные тем, которые испытывает авто-
мобиль при движении по неровной вол-
нистой дороге, покрытой ямами и буера-
ками. Конечно, для самолета это явле-
ние протекает несколько своеобразно,
но так же, как и для автомобиля, оно
связано с затруднениями в управлении
машиной, неприятными ощущениями,
доводящими пассажиров до «воздушной»
болезни и, главное, с быстрым изна-
шиванием как самолета, так и его
мотора. С первых шагов авиации это
явление стало известно под названием
«воздушных» ям. В действительности,
конечно, никаких воздушных ям нет,
а все описанные выше эффекты вызы-
ваются неровностями в скорости и
направлении ветра, иначе говоря —
порывами ветра, создающими умень-
шение или увеличение скорости обтека-
ния воздухом крыльев самолета. Так
как подъемная сила определяется ква-
дратом этой скорости, то естественно,
что всякий порыв ветра в зависимости
от того, будет ли он цтти на увеличение
или уменьшение скорости обтекания
крыльев самолета, вызовет провал или
бросок вверх самолета. Несмотря на
громадное значение для практики воз-
душного транспорта изучения поры-
вистости ветра в свободной атмосфере,
долгое время не удавалось построить
прибор для этих исследований. В 1927 г.
в Институте аэрологии (тогда Аэро-
логическая обсерватория) в Слуцке
удалось разработать прибор и произвести
первые исследования порывистости ветра
в свободной атмосфере. В настоящее
время советская аэрология (и следует
отметить, только советская аэрология)
обладает громадным материалом по
распределению порывистости ветра
в атмосфере. Выяснены основные законы
распределения порывистости и открыты
слои, в которых порывистость умень-
шается до нуля и где, следовательно,
полет самолета оказывается в исклю-
чительно благоприятных условиях (см.
П.Молчанов, «Аэрология», 1931,стр. 217).
Следующим важным вопросом яв-
ляется применение далных исследования
атмосферы для составления прогнозов
о погоде. Само составление прогнозов
входит в сферу деятельности особой
науки, так наз. синоптической метео-
рологии. Однако в обязанность аэро-
логии входит предоставление синоп-
тику наиболее точных и полных данных,
освещающих строение атмосферы. Со-
вершенно ясно, чтб составлять про-
гноз, не зная, что в данный момент проис-
ходит в атмосфере, так же бессмысленно,
как для врача делать заключение
о состоянии больного, не произведя
выслушивания и исследования вну-
треннего состояния организма. Однако
исследовать свободную атмосферу
значительно труднее, чем человека.
Когда около 22 лет назад перед
автором акад. Б. Б. Голицыным была
поставлена проблема применения аэро-
логических данных в синоптике, мы
имели только совершенно разрозненные
случайные исследования распределения
ветра в атмосфере и только при ясной
погоде. Естественно, что большого раз-
вития применение этих данных полу-
чить не могло. Поэтому вся наша даль-
нейшая работа была направлена в сто-
рону разработки более совершенных
методов исследования атмосферы, могу-
щих дать полную картину строения
атмосферы при всех условиях погоды.
Можно с большим удовлетворением
отметить, что эта задача советской аэро-
логии разрешена. В настоящее время
мы имеем возможность производить —
и в ряде пунктов Советского Союза
производятся — всесторонние исследо-
вания свободной атмосферы при всякой
погоде. Именно, метод радиозонда,
предложенный впервые в Советском
Союзе и здесь же впервые получивший
применение и широкое распростране-
ние, позволяет в его современном виде
производить исследования распреде-
ления температуры, давления, влаж-
ности, высоты и толщины облаков, ско-
рости и направления ветра выше и ни-
же облаков независимо от состояния
погоды. Институт аэрологии предста-
вляет в настоящее время единственную
пока точку на земле, где ежедневно не
менее двух раз производятся исследо-
вания атмосферы до больших высот и
где почти ежедневно получаются по-
52
Природа
1937
дробные данные о состоянии не только
тропосферы, но и стратосферы. Макси-
мальная высота таких исследований
составляет около 30 км.
В настоящее время на всем простран-
стве СССР (включая и Арктику) имеется
около 25 пунктов, где производятся
исследования атмосферы этим методом.
В этом отношении СССР намного опере-
дил все иностранные метеорологиче-
ские службы, в которых вообще регу-
лярных подъемов радиозондов не произ-
водится. Отдельные немногочисленные
подъемы их имеют характер пока опыт-
ных исследований самих приборов.
Только во Франции этот метод получил
несколько большее развитие, хотя и
здесь он применяется только для спе-
циальных зондирований в особые между-
народные дни.
Само собой разумеется, разработка
радиозондового прибора не окончилась
после первого удачного выпуска. До
последнего времени производилась не-
прерывная работа над его усовершен-
ствованием, уменьшением веса всей
системы и выяснением точности полу-
чаемых им результатов. Проверка точ-
ности данных радиозонда производи-
лась различными способами: сравне-
нием его показаний с данными подъемов
на воздушных змеях, самолетах, шарах-
зондах и, наконец, сравнением высот,
измеряемых радиозондом, с данными
геодезических измерений той же высоты
при помощи точных теодолитов. По-
следний способявляется наиболее надеж-
ным и при достаточной точности теодо-
литов дает совершенно определенные
точные результаты. Громадная серия
таких сравнений (около 400), получен-
ная в последние годы, показала, что
расхождение высот, показываемых сиг-
налами радиозондов, и по данным триго-
нометрических измерений составляет
около 1.5% высоты. Эга точность опре-
деляется целиком ошибками показаний
самого прибора, измеряющего давле-
ние. Передача же по радио не вводит
никаких искажений.
Кроме проверки показаний высоты
было обращено внимание на возможность
влияния солнечных лучей на показания
температуры. Для этой цели были прове-
дены сравнения ночных и дневных
подъемов. Среднее более чем из 500 подъ-
емов показало, что разность темпе-
ратур между дневными и ночными
подъемами до высоты 10 км не прево-
сходит Г С, чтд вполне может быть
объяснено суточным ходом темпера-
туры самого воздуха. Совершенно
аналогичные результаты пока :али т; кже
сравнения показаний радиозондов с спе-
циальными подъемами метеорографов
на самолетах. В частности, проф. Кан-
негитер в Голландии испыгызал со-
ветские радиозонды таким образом,
что при подъеме зонда около него
кружился самолет с метеорографом.
Как говорит Каннегитер в отчете об
этих испытаниях, правильность пока-
заний радиозондов превзошла ожи-
дания.
Приоритет СССР в радиозондировании
в настоящее время уже нигде не оспари-
вается. Вот, напр., что пишет в своем
отчете-докладе об успехах международ-
ной метеорологии начальник Бюро
погоды Соединенных штатов Америки
доктор Грегг (Progress in Intern itional
Meteorology. Monthly Weather Rewiew,
1935, p. 340).
«Для получения данных о состоянии
верхних слоев в свое время применялись
воздушные змеи, привязные и свобод-
ные шары. В настоящее время для той же
цели применяются шары-пилоты, шары-
зонды и подъемы на самолетах. Но все
эти методы должны будут очень скоро
уступить место радио, которое может
выполнить двойную роль — как наблю-
дателя, так и передатчика метеороло-
гических данных. Идея применения
радио для этих целей была высказана
еще 15—20 лет назад. Некоторые иссле-
дования и опыты в этом направлении
были сделаны в 1923 г. в Соединенных
штатах Америки, в 1927 г. во Франции.
Однако первый удовлетворительный
результат был получен в Слуцке,
в Союзе Советских Социалистических
Республик в 1930 г., под руководством
П. А. Молчанова. С этого момента раз-
витие метода сделалось быстрым, боль-
шое число вполне удовлетворительных
зондирований было сделано в течение
Международного полярного года
1932/1933 г. В настоящее время еже-
дневные зондирования (методом радио-
10 Советская аэрология на службе народного хозяйства за 20 лет
53
зонда) выполняются примерно на 10
станциях Советского Союза».
К двадцатилетию Октябрьской социа-
листической революции Советский Союз
имеет уже около 25 пунктов, где произ-
водятся регулярные зондирования атмо-
сферы методом радиозонда, который
вполне может быть назван советским
методом.
Институт аэрологии в Слуцке имеет
к 20-летию Октября около 3000 подъ-
емов радиозондов с средней высотой
исследования около 15 км. Естественно,
что результаты этих многочисленных
зондирований сказались не только
в практическом применении данных
о состоянии атмосферы в службе погоды
и для воздушного транспорта. В настоя-
щее время результаты ежедневных подъ-
емов в Слуцке являются единственным
материалом, освещающим состояние тро-
посферы нижних слоев стратосферы
с 100% регулярностью и используются
во всех новейших работах как у нас,
так и за границей.
Относительно качества данных радио-
зондирования можно привести следую-
щее примечание одного из немецких
авторов, применивших данные радио-
зондирования Слуцка для своей работы:
«Следует в связи с этим указать на то,
что радиозондовые подъемы Слуцка,
особенно в последнюю зиму, дают
вполне надежные (recht zuverlassige)
данные, чтд подтверждается как еже-
дневными сравнениями между собой, так
и с данными других европейских подъ-
емов» (Scherhag Grenzfall atmosph. Steu-
erung. Ann. der Hydrographie, H. I, 1937).
Последние работы Института аэро-
логии в Слуцке позволяют значительно
расширить область применения радио-
зондовых наблюдений. Именно, приме-
няя методы радиопеленгования, т. е.
определения направления приходящих
сигналов, институт разработал метод
определения ветра за облаками, когда
оптические наблюдения за летящими
шарами становятся невозможными.
Одновременно специальное приспо-
собление к радиозонду позволяет опре-
делить высоту верхней поверхности
облачного слоя или, вернее, высоту,
на которой солнечные лучи беспрепят-
ственно попадают на прибор. Все эти
данные позволяют говорить о возмож-
ности решительной перестройки мето-
дов самолетовождения. В то время как
до последнего времени излюбленными
слоями полета наших летчиков были
нижние приземные слои, получение дан-
ных о распределении температуры,
влажности, ветра, облачности позво-
ляет перенести зону полетов на высоту
4—5 км. Преимущества этих высот
очевидны. При полете у земли, летчик,
попадая в туман, рискует налететь на
препятствия на земной поверхности и
погубить и машину, и себя, и пассажи-
ров. Ряд катастроф на иностранных
линиях вызван именно этой «тоской»
летчика по земле, когда он, попадая
в туман, безрассудно стремится к земле,
где сосредоточены наибольшие опасности
для его машины. Полет на высоте
4—5 км почти всегда будет происходить
выше облаков. Только в отдельных слу-
чаях вхождения холодных масс воздуха
на высоте облачность развивается до
больших высот. Однако и в этих слу-
чаях почти всегда может быть найдена
высота на достаточном удалении от
земной поверхности и в то же время
находящаяся в области положительных
температур, где полет мог бы совер-
шаться в полной безопасности от встречи
с земными предметами и без обледенения
самолета.
Данные о распределении темпера-
туры, влажности и ветра имеют боль-
шое значение для службы погоды не
только как непосредственное указание
на условия полета, но и как свиде-
тельство совершающихся в атмосфере
процессов. Обработка многочисленных
данных, полученных Институтом аэро-
логии в Слуцке, привела автора к за-
ключению, что наиболее интенсивные
изменения состояния атмосферы про-
исходят вследствие притока в верхних
слоях, на высоте 1—8 км, холодных
или теплых масс.
Особенно большое значение имеет
заблаговременное определение факта
вторжения холодного воздуха в верх-
них слоях. Последнее вызывает резкое
падение с высокой температуры и при
наличии достаточной влаги в нижних
слоях атмосферы ведет к сильному раз-
витию перемешивания воздуха, разви-
54
Природа
1937
тию мощных облачных масс, и как след-
ствие, к развитию шквалов. В летнее
время подобный приток холодного воз-
духа вверху вызывает развитие мощных
гроз, даже смерчей. Понижение темпе-
ратур до нуля и ниже на высоте 1000 м
служит верным признаком возможности
в течение ближайшей ночи развития
заморозка у земной поверхности. При-
веденные выше вызоды представляют
основные положения развитой авто-
ром теории строения атмосферы при
наступлении теплых и холодных масс
воздуха. В настоящее время автор ведет
дальнейшие исследования для выясне-
ния отдельных положений теории.
На ряду с исследованиями высоких
слоев для характеристики лётных усло-
вий большое значение имеет определе-
ние высоты нижней поверхности обла-
ков. Полет при низких облаках связан
с весьма серьезными неудобствами и
даже опасностями. Поэтому при вылете
каждый водитель самолета интересуется
прежде всего высотой облаков по линии
полета. Между тем определения высоты
облаков до сих пор производились
в очень небольшом числе пунктов вслед-
ствие технических трудностей получе-
ния дефицитных оболочек, водорода
и пр. Институт аэрологии разработал
технику этих исследований, применив
для получения водорода специальный
газогенератор. Вместо же дефицитных
резиновых оболочек институт разра-
ботал особый тип бумажных оболочек
обтекаемой формы системы автора, по-
зволяющих не только определить высоту
облаков, но и ветер до высоты 3—4 км,
полностью заменяя в этом отношении
резиновые оболочки.
Помимо чисто практической работы
советская аэрология много сделала
в области теоретических исследований.
Отметим прежде всего работы по иссле-
дованию космической радиации. Как
известно, еще проф. Пикар организовал
свой первый полет в стратосферу для
исследования так наз. космических
лучей, которые определяются по воз-
никновению под их воздействием сво-
бодных заряжшных частичек (ионов)
в изолированном объеме воздуха.
В 1933 г. в СССР был произведен полет
стратостата СССР-I, поднявшегося на
рекордную дня того времени высоту
в 19 000 м. В полете участвовали т. Про-
кофьев (командир стратостата), т. Году-
нов (строитель стратостата) и т. Бирн-
баум. Во время полета был произведен
ряд определений космических лучей,
взяты пробы воздуха приборами Гольц-
мана и проводились наблюдения над
цветом неба. Одновременно были про-
изведены определения максимальной
высоты стратостата во время полета
посредством особой системы геодезиче-
ских наблюдений, разработанных авто-
ром для данного полета. Пробы воз-
духа обнаружили, что до 18 км состав
воздуха, в противоположность суще-
ствовавшим тогда воззрениям, остается
таким же, как и у земной поверхности.
В настоящее время ряд определений
состава воздуха вполне подтвердил этот
результат.
В 1934 г. был произведен полет стра-
тостата «Осоавиахим», достигшего, со-
гласно записям наблюдателей, высоты
в 22 км. Однако при спуске кабина
оборвалась, и пилоты и все приборы
погибли.
В 1935 г. был произведен на страто-
стате СССР-бис второй полет, в котором
принимали участие т. Зилле (командир
стратостата), т. Прилуцкий и проф.
Вериго. Проф. А. Б. Вериго произвел
многочисленные определения косми-
ческих лучей, указавшие на постоян-
ство спектрального состава этих лучей
до высоты в 16 км. Одновременно
с этим был произведен ряд исследований
цвета неба приборами, построенными
Гос. Оптическим институтом, и были
произведены снимки земной поверх-
ности с высоты в 16 км.
Полученный при помощи стратостатов
материал оказался, однако, недостаточ-
ным. Значительно более богатый мате-
риал о космических лучах был получен
при помощи автоматических приборов.
В этом направлении советская аэро-
логия сделала крупный шаг, сказав-
шийся в разработке и постройке нового
прибора конструкции С. Н. Вернова
для исследования космических лучей,
не только регистрирующего каждый
удар луча, но и передающего его по
радио на землю. Этот прибор был
построен>ч:овместно с Радиевым инсти-
X? 10 Советская аэрология на службе
народного хозяйства за 20 лет 55
тутом и Институтом аэрологии в Слуцке,
где и были произведены первые испы-
тания этого прибора. Академия Наук
СССР организовала в 1936 г. экспеди-
цию в Ереван, где удалось получить
данные об интенсивности космических
лучей до высоты в 22 км. Основной
задачей подъемов в Ереване являлось
исследование так наз. широтного эффекта
космических лучей. Последний заклю-
чается в следующем. Как известно,
земной шар представляет собой магнит,
полюса которого расположены близко
к географическим полюсам. Чем ближе
к магнитным полюсам, тем магнитное
поле земного магнита становится более
мощным. Если космические лучи, как
предполагают некоторые ученые, .пред-
ставляют собой материальные частички,
заряженные электричеством и с гро-
мадными скоростями врывающиеся
в земную атмосферу, то число этих
частичек должно быть наибольшим
у полюсов, где их скоплению содей-
ствует мощное магнитное поле земли.
По мере удаления от полюсов интен-
сивность земного поля, а вместе с этим
и интенсивность космических лучей
должны ослабевать^
Подъемы приборов в Ереване пока-
зали, что, в соответствии с высказан-
ными выше предположениями, над
Ереваном интенсивность космических
лучей оказалась почти в 4 раза сла-
бее, чем на широтах Москвы и Ленин-
града.
В настоящее время вопрос о приме-
нении аэрологических данных для
службы погоды стал вполне реальным
и актуальным вопросом, и несомненно,
что советская аэрология разрешит и
эту проблему. Дтя этого она имеет,
помимо широкого практического базиса,
прекрасную теоретическую школу, осно-
ванную еще покойным А. А. Фридма-
ном и имеющую в настоящее время
ряд крупнейших теоретиков во главе
с проф. Кочиным, Кибелем, Извековым
и др.
Мы не сомневаемся, что общими уси-
лиями всех советских аэрологов и синоп-
тиков эта проблема будет разрешена и
даст в области практического примене-
ния серьезные результаты. Несомненно,
что дальнейшее развитие нашей науки
пойдет еще более высокими темпами
и будет достойно того высокого уровня,
который имеют в нашей стране другие
отрасли науки и техники.
На вопросы исследования высших
слоев атмосферы большое внимание
обратила также Академия Наук СССР,
которая по инициативе академиков
Шмидта, Вавилова и др. поставила
вопрос об организации нового Аэроло-
гического института, задачей которого
было бы исследование физических про-
цессов в атмосфере и главным образом
в стратосфере. Подобные исследова-
ния не могли получить должное разви-
тие в существующих организациях
в виду их специфически теоретического
характера. В новом институте должны
получить развитие исследования страто-
сферы при помощи акустических, радио-
электрических, оптических и астроно-
мических методов, а также исследо-
вания космических лучей и различного
рода явлений в верхних слоях атмо-
сферы.
Заканчивая краткий обзор состояния
советской науки об атмосфере, мы не
можем не коснуться ряда «белых пятен»,
еще остающихся в поле зрения этой
• науки. Сюда относится вопрос о физи-
ческом строении облачных масс, стро-
ения атмосферы выше 30 км и т. д.
Поэтому задачей советских аэрологов
является объединение всех усилий для
уничтожения этих пятен и при помощи
внедрения в науку об атмосфере физи-
ческих методов исследования дальней-
шее развертывание применения аэроло-
гии на службе социалистического хо-
зяйства.
В последние годы в ряды исследова-
телей атмосферы вошли многочисленные
молодые научные силы, уже давшие
ряд ценных исследований. Упомянем
Е. С. Селезневу, давшую ряд работ по
аэрологическому исследованию засухи,
вхождению холодных волн, П. А.
Воронцова, выполнившего ряд исследо-
ваний бризов, явления обледенения
летательных аппаратов, И. А. Кобелева,
разработавшего новый метод исследова-
ния атмосферы, С. К. Ивицкого, В. М.
Михеля, давших ряд исследований рас-
пределения метеорологических элемен-
тов над различными районами Союза,
56
Природа
1937
Н. Ф. Гельмгольца, ведущего аэроло-
гические исследования на Украине,
и др. Наконец, отметим большую ра-
боту, проделанную московскими аэро-
логами А. Б. Калиновским и Л. А.
Чубуковым по организации самолет-
ных подъемов.
Совершенно несомненно, что совет-
ская аэрология, подкрепленная моло-
дыми силами, выполнит все задания
по обслуживанию народного хозяй-
ства и обороне Советского Союза без
какой бы то ни было помощи иностран-
ной науки.
УСПЕХИ НЕОРГАНИЧЕСКОЙ ХИМИИ
ЗА 20 ЛЕТ В СССР
Проф. А. А. ГРИНБЕРГ
В сокровищнице мировой науки дости-
жения русских неоргаников занимают
особо выдающееся место, благодаря
главным образом бессмертным трудам
Д. И. Менделеева. Годы, протекшие
со времени возникновения периодиче-
ской системы элементов, не только не
поколебали ее значения, но лишь укре-
пили ее и показали, что она по сие время
остается крупнейшим обобщением совре-
менной химии и мощным рычагом даль-
нейшего успешного научного исследова-
ния. Удельный вес, приданный русской
химии работами Д. И. Менделеева, обязы-
вает наших ученых с особым вниманием
относиться к постановке и разработке
основных проблем общей химии. Рас-
смотрим же теперь, что сделано в этом
отношении за 20 лет, протекших с мо-
мента Октябрьской социалистической
революции.
Изучение неорганической химии на
территории нашего Союза сосредото-
чено в относительно небольшом числе
лабораторий. Нет вуза, в котором бы
не преподавалась неорганическая химия,
но немного вузов, в которых ведется
соответствующая научно-исс педователь-
ская работа. Такое положение никак
нельзя признать вполне нормальным, но
тем внимательнее следует отнестись
к работам учреждений, в которых эта
работа ведется и в которых подготовля-
ются дефицитные кадры советских неор-
гаников. Среди подобных учреждений на
первое место, несомненно, надлежит по-
ставить руководимый акад. Н. С. Курна-
ковым Институт общей (неорганической)
химии Академии Наук СССР (ИОНХ).
Тематика ИОНХа в основном опре-
деляется научной физиономией его руко-
водителя акад. Н. С. Курнакова.
Н. С. Курнаков является одним из
создателей обширного отдела общей
химии, носящего название физико-хими-
ческого анализа. Предтечей физико-
химического анализа является все
тот же Д. И. Менделеев, который уже
много лет тому назад указывал на воз-
можность углубленного изучения целого
ряда химических объектов не обычным
препаративным путем, но посредством
изучения соотношений между составом
системы и каким-либо измеримым свой-
ством ее. В частности, Менделеев поль-
зовался этим методом «особых точек»
для обоснования своих представлений
о химическом взаимодействии раство-
ренного вещества с растворителем. Тру-
дами ныне покойного Анри Лешателье,
Н. С. Курнакова и Г. А. Таммана фи-
зико-химический анализ получил широ-
чайшее развитие и применение в области
изучения очень большого числа техноло-
гически важных объектов. Школа Н. С.
Курнакова в особенности содействовала
умножению тех измеримых свойств, кото-
рые могут быть привлекаемы для характе-
ристики химических изменений в систе-
мах, состоящих из металлов, распла-
вленных солей,соляных растворов, орга-
нических соединений, силикатов и т. п.
№ 10
Успехи неорганической химии за 20 лет в СССР
57
В качестве таких свойств могут быть
упомянуты плавкость, твердость, элек-
тросопротивление, внутреннее трение,
давление истечения, микроструктура
и т. п. За 20 лет существования СССР
Н. С. Курнаковым и его учениками из-
учено огромное количество металличе-
ских, солевых и органических систем.
Эти исследования имеют крупнейшее
теоретическое и практическое значение.
14х теоретическая значимость опреде-
ляется тем, что на основе произведенных
экспериментальных исследований было
создано стройное учение о химической
диаграмме «состав-свойство», в кото-
ром, по выражению самого Н. С. Курна-
кова, «устанавливается полная ана-
логия между изменениями „состояния
тел" или физико-химическими превра-
щениями вещества и изменениями „поло-
жения фигур" или „геометрическими
преобразованиями пространства"». «Все
детали процесса химического взаимодей-
ствия, — например появление новых
фаз, определенных соединений, образо-
вание жидких и твердых растворов, нахо-
дят себе точное и определенное отраже-
ние в том геометрическом комплексе
линий, поверхностей и точек, кото-
рый образует химическую диаграмму.
Обратно, по геометрическим изменениям
в составе комплекса получается возмож-
ность делать заключения о соответствен-
ных химических взаимодействиях между
веществами данной системы» (Н. С. Кур-
наков).
Учение о диаграмме дает нам геоме-
трический критерий для уточнения
понятия «определенное химическое со-
единение». Точной геометрической харак-
теристикой определенного соединения
как компонента равновесной системы
является присутствие на линиях свойств
системы так наз. особых или сингуляр-
ных точек.
Состав системы, отвечающий этим точ-
кам, остается инвариантным при изме-
нении факторов равновесия. Установив
новый критерий определенного химиче-
ского соединения, Н. С. Курнаков пока-
зал вместе с тем, что на ряду с давно
известными, преимущественно изучав-
шимися химиками, определенными со-
единениями, подчиняющимися закону
кратных пропорций Дальтона (дальто-
нидами), существует также большое
число соединений переменного состава,
примером которых могут служить [3-фаза
системы таллий—свинец, у-фаза в системе
таллий—висмут, [3-фаза в системе медь—
цинк, а также некоторые другие фазы
в металлических системах. Подобные
соединения были названы Н. С. Курна-
ковым «бертоллидами» по имени знаме-
нитого французского химика Бертолле,
который в свое время в споре с Пру
отстаивал точку зрения, согласно кото-
рой состав химического соединения
может меняться в зависимости от усло-
вий взаимодействия. Спор между Пру,
высказавшим закон постоянства состава,
и Бертолле обычно считается решенным
в пользу Пру. Однако в результате
работ Н. С. Курнакова мы можем ви-
деть, что и Бертолле был отнюдь не
так неправ и что действительно суще-
ствуют соединения, состав которых мо-
жет меняться в довольно широких пре-
делах.
Столь определенная победа Пру в этом
классическом споре объяснялась лишь
тем, что в те времена (начало XIX сто-
летия) еще не существовало методов фи-
зико-химического анализа, которые
позволяют ближе проникнуть в природу
таких систем, как растворы, сплавы
и т. п.
Примеры так наз. соединений пере-
менного состава известны не только
в металлических системах. Есть также
многочисленные гидратные формы, в ко-
торых содержание воды меняется не
скачками, а непрерывно при сохране-
нии полной однородности кристалла.
Практические результаты исследова-
ний акад. Н. С. Курнакова и его уче-
ников очень велики. Изучено громадное
количество металлических систем как
двойных, так и более сложных, причем
на основании этих исследований можно
сделать целый ряд выводов относительно
свойств металлических сплавов вообще
и легких сплавов в частности. Обнару-
жено и охарактеризовано множество
новых интерметаллических соединений,
выяснены их механические и электриче-
ские свойства и установлены основные
закономерности, связывающие состав
сплава с его физическими и химическими
свойствами.
58
Природа
1937
Далее, работами школы Н. С. Курна-
кова выяснена роль физико-химического
анализа в направлении рационализации
целого ряда металлургических процес-
сов и, в частности, пирометаллургиче-
ских процессов при переработке руд
цветных металлов.
Универсальность методов физико-хи-
мического анализа позволяет применять
его к самым разнообразным системам.
Совершенно понятно поэтому, что в Ин-
ституте общей и неорганической химии
было произведено также множество
исследований по применению физико-
химического анализа к изучению не
только металлических систем, но также
к изучению солевых равновесий, рас-
плавленных солей и т. п.
Эти исследования были теснейшим
образом увязаны с запросами практики.
В частности, они позволили осветить
целый ряд вопросов, связанных с практи-
ческим использованием большого числа
объектов промышленного значения,
как то: крымских соляных озер, соля-
ных озер Кулундинской степи, Кара-Бо-
газ-Гола, Эльтона, Баталпашинских озер
и многих других. Между прочим, на
основе теоретических исследований по
генезису соляных месторождений были
сделаны столь важные открытия, как,
напр., открытие богатейших калийных
месторождений Соликамска, а в по-
следнее время и в Урало-Эмбенском
районе.
Чтобы оценить значение этих откры-
тий, достаточно указать хотя бы только
на тот факт, что до них мировым моно-
полистом по калию была Германия.
Если же судить по имеющимся на
сегодняшний день данным, то в настоя-
щее время богатейшими в мире калий-
ными месторождениями владеет Совет-
ский Союз.
Но работы солевого отдела ИОНХа
обогатили СССР не только калием. Они
привели к нахождению также ряда
других ценных месторождений, среди
которых на одно из первых мест следует
поставить Индерские месторождения
бора. Солевые работы ИОНХа пред-
ставляют собой образцовое сочетание
лабораторных и экспедиционных иссле-
дований, в сильнейшей степени способ-
ствующих выявлению минеральных
богатств нашего Союза и разработке
рациональных методов их использо-
вания.
Ближайшими сотрудниками Н. С.
Курнакова являются следующие лица:
в области развития теоретических основ
физико-химического анализа — чл.-корр.
АН СССР Н. И. Степанов; в области
изучения металлических сплавов —
профессора Г. Г. Уразов, В. А. Неми-
лов, П. Я. Сальдау и А. Т. Григорьев;
по солевым работам — профессора С. 3.
Макаров, А. Г. Бергман, В. И. Нико-
лаев, М. И. Равич и некоторые другие.
В выявлении месторождений бора
крупную роль сыграл А. В. Нико-
лаев, при изучении Урало-Эмбенского
района — Д. И. Рябчиков и И. Н. Ле-
пешков.
Следующим крупным разделом работ
ИОНХа является область работ по
химии комплексных соединений. Как
известно, этот отдел общей химии за
последние годы приобретает все воз-
растающее значение, как самодовлею-
щее, так и по тому влиянию, которое
он оказывает на ряд смежных дисци-
плин. Еще сравнительно недавно в ши-
роких кругах химиков было принято
считать, что изучение комплексных со-
единений может представлять интерес
только для специалистов. Курсы неор-
ганической химии в вузах и втузах
обычно излагались таким образом, что
комплексные соединения или вовсе не
затрагивались, либо о них упоминали
только в конце курса, как о некотором
любопытном исключении. Однако круп-
нейший из русских химиков Д. И. Мен-
делеев придерживался на этот счет иного
мнения.
В целом ряде статей, а также в своем
знаменитом труде «Основы химии» он
неоднократно указывал на исключи-
тельную важность и настоятельную необ-
ходимость детального изучения ком-
плексных или молекулярных соедине-
ний. Уже много лет тому назад (в 1877 г.)
он указывал на то, что рассматривать
химию только с точки зрения обычного
учения о валентности — значит лишать
себя возможности углубленного пони-
мания множества химических явлений.
Эти настойчивые указания гениального
вождя русской химии побудили целый
№ 10 Успехи неорганической химии за 20 лет в СССР 59
ряд исследователей заняться изучением
этих интереснейших объектов. В числе
этих исследователей следует в первую
очередь упомянуть акад. Н. С. Курна-
кова, выполнившего несколько глу-
боко интересных комплексно-химических
исследований, а затем Ф. М. Флавицкого
и некоторых других. С точки зрения
развития систематических исследований
в этом направлении особенно крупную
роль сыграл безвременно погибший
крупнейший советский химик проф.
Л. А. Чугаев, начавший работать в этой
области около 1904 г.После Октябрьской
социалистической революции, создавшей
все необходимые предпосылки для ши-
рочайшего развертывания научно-иссле-
довательской работы, по инициативе
Л. А. Чугаева был создан специальный
Институт по изучению платины и других
благородных металлов, в котором и
была сосредоточена исследовательская
работа по изучению комплексных соеди-
нений.
Впоследствии этот институт был пре-
образован в сектор ИОНХа. Многолет-
няя интенсивная работа коллектива уче-
ников Л. А. Чугаева, вокруг которых
постепенно группировались новые кадры
исследователей, привела к тому, что
в настоящее время химикам Советского
Союза бесспорно принадлежит ведущая
роль в этой области.
За протекший со времени основания
Платинового института период времени,
практически совпадающий с существо-
ванием Советского Союза, выполнено
громадное количество эксперименталь-
ных и теоретических работ в рассматри-
ваемой области. Эти работы привели
к получению почти необозримого мно-
жества новых комплексных соединений,
позволивших в сильнейшей степени углу-
бить наши сведения о природе комплекс-
ных соединений, о силах, обусловливаю-
щих их возникновение, о взаимном вли-
янии групп, находящихся в комплексном
ядре, о закономерностях образования
и реагирования комплексов и т. п. Были
разработаны новые методы определения
строения и конфигурации комплексных
соединений, давшие возможность деталь-
ной экспериментальной проверки коор-
динационной теории Вернера и выте-
кающих из нее следствий.
Почти заново создана новая область
физической химии комплексных со-
единений, охватывающая изучение ком-
плексов, как кислот и оснований, как
окислителей и восстановителей, а также
кинетику их образования и устойчи-
вость. Вкратце упоминаемые здесь иссле-
дования широко используются в ино-
странной химической литературе. На-
чало им было положено покойным проф.
Л. А. Чугаевым. Дальнейшее развитие
обусловлено главным образом работами
проф. И. И. Черняева, проф. А. А. Грин-
берга, проф. В. В. Лебединского и не-
которых других.
Работы по комплексным соедине-
ниям ведутся не только в лабораториях
ИОНХа, но и в некоторых других учре-
ждениях. Так, интенсивная работа
по изучению явлений комплексообра-
зования и физической химии ком-
плексных соединений ведется в ряде
вузовских лабораторий Ленинграда,
руководимых проф. А. А. Гринбергом,
в частности в лаборатории общей и
аналитической химии 1 Лгр. Меди-
цинского института им. акад. Пав-
лова, в лаборатории аналитической хи-
мии Ленинградского Краснознаменного
X имико-техноло ги ческого и нститута
(ЛКХТИ), на кафедре химии Лгр.
Фармацевтического института, а также
на кафедре химии 2 Лгр. Медицинского
института (под руководством проф.
В. В. Лебединского). Упомянутые иссле-
дования отнюдь не ограничиваются
чисто теоретическими вопросами, свя-
занными с явлением комтексообразо-
вания. Очень большой процент произ-
веденных работ имеет совершенно опре-
деленное прикладное значение.
Известно, что анализ платиновых
металлов в смеси представляет одну
из труднейших задач аналитической
химии. Описываемые в учебниках и свод-
ках методы качественного обнаружения
и количественного определения плати-
новых металлов в большинстве своем
являются весьма сложными, кропотли-
выми и не всегда надежными. Сотруд-
ники Платинового института много вре-
мени и труда посвятили усовершенство-
ванию старых методов анализа, а также
разработали новые оригинальные методы
анализа. В этом отношении следует особо
60
П р и р о д а
1937
упомянуть о работах известного совет-
ского аналитика Б. Г. Карпова, произ-
веденных частью совместно с учениками
(А. Н. Федорова и др.), а также о разви-
тии объемных методов определения пла-
тины и иридия, разработанных А. А.
Гринбергом совместно с Б. В. Птицыным,
М. П. Козяром, Н. Н. Кац, Е. А. Макси-
мюком и др.
Вновь выдвинутые объемные методы
позволяют легко и быстро разрешить
целый ряд труднейших задач аналити-
ческой химии платиновых металлов,
напр. задачу определения иридия в при-
сутствии родия или иридия в присут-
ствии платины.
Чрезвычайно важным моментом работ
в области комплексных соединений пла-
тиновых металлов является то обстоя-
тельство, что они привели к созданию
советской платиновой промышленности.
До революции вся добываемая в России
сырая платина для переработки напра-
влялась за границу. Эго положение было
глубоко ненормальным, если учесть,
что в то время Россия была богатейшей
страной мира по количеству ежегодно
добываемой платины. По инициативе
покойного профессора Л. А. Чугаева
были начаты систематические исследо-
вания по разработке методики выде-
ления платины из коренных ее место-
рождений, а также по аффинажу пла-
тины и ее спутников, т. е. по получению
соответствующих металлов в чистом
виде.
Успешное развитие этих работ было
теснейшим образом связано с глубо-
ким всесторонним изучением комплекс-
ных соединений металлов платиновой
группы, ибо благодаря специфическим
свойствам этих металлов все методы их
разделения друг от друга и выделения
из раствора основаны на рациональном
использовании химических свойств соот-
ветствующих комплексных соединений.
Благодаря работам коллектива учени-
ков Л. А. Чугаева мы сейчас распола-
гаем рядом детально разработанных
методов получения химически-чистой
платины, палладия, родия, иридия,
а также их разнообразных соединений.
Гос. Аффинажный завод в Свердловске
работает сейчас исключительно на базе
методов, предложенных советскими
химиками (И. И. Черняевым, В. В.
Лебединским, В. Г. Хлопиным, Н. К.
Пшеницыным, С. Е. Красиковым, Н. Н.
Барабошкиным, А. М. Рубинштейном
и некоторыми другими).
Кроме упомянутых уже учреждений
исследование комплексных соединений
ведется также в Москве в лабораториях
Военно-Химической академии под руко-
водством проф. С. А. Вознесенского
(аналитические применения внутренних
комплексных солей) и проф. Б. В. Некра-
сова. Проф. Б. В. Некрасов весьма
успешно применяет поляризационные
представления для теоретического истол-
кования ряда свойств комплексных со-
единений и, в частности, механизма
молекулярных перегруппировок. Экспе-
риментальным изучением комплексных
соединений кобальта занимается также
проф. А. Е. Успенский с учениками.
Далее, крупнейшим советским хими-
ческим центром является Институт
им. Л. Я. Карпова (Москва).
В нашу задачу сейчас не входит рас-
смотрение множества интереснейших
исследований, выполненных в этом ин-
ституте в лабораториях акад. А. Н. Баха
(биохимические работы), акад. А. Н.
Фрумкина (изучение поверхностных
явлений), чл.-корр. АН СССР А. И.
Рабиновича (коллоидо-химические явле-
ния и химия фотографических про-
цессов), а также ряда других исследо-
вателей.
Производимые в Институте им. Кар-
пова работы настолько важны, что они,
несомненно, достойны быть предметом
специального обзора.
Мы остановимся лишь на тех работах,
которые ближе всего к рассматриваемой
нами области неорганической химии.
В этом направлении должны быть особо
отмечены работы лаборатории И. А.
Казарновского. В противоположность
до сих пор упоминавшимся исследова-
ниям, в основном посвященным изуче-
нию относительно сложных объектов,
И. А. Казарновский и его сотрудники
изучают, главным образом, простейшие
химические соединения и, в частности,
гидриды и перекиси.
Интерес к изучению гидридов осо-
бенно возрос примерно с 1920 г., когда
Мерс в лаборатории Нернста показал.
Успехи неорганической химии за 20 лет в СССР
61
№ 10
что водородистый литий построен из
катиона Ы“*“и аниона водорода Н—. Неко-
торые отмеченные в литературе данные,
характеризующие удельные веса гидри-
дов щелочных металлов, представлялись
непонятными с точки зрения теории.
И. А. Казарновский и М. Проскурнин
проделали большую, насыщенную экспе-
риментальными трудностями, работу
по определению удельных весов соот-
ветствующих гидридов и исправили
ошибки прежних авторов.
В дальнейшем эти работы позволили
получить ориентировочную цифровую
характеристику сродства водорода к
электрону и таким образом количе-
ственно оценить электроотрицательные
свойства водорода. В лаборатории И. А.
Казарновского также производились
исследования по изучению основных
свойств теллуристой кислоты, важные
с точки зрения расширенных предста-
влений об амфотерности химических
соединений.
Работы И. А. Казарновского и его
сотрудников по изучению строения пере-
кисных соединений имеют большое зна-
чение для обоснования их строения.
Если еще несколько лет тому назад
так наз. «Структурную» формулу пе-
рекиси водорода можно было писать как
в виде Н—О—О—Н, так и в виде Н — О
I
н —О,
то в настоящее время, на основании
результатов измерений дипольного мо-
мента, первая из этих формул должна
быть категорически отброшена. Этот
пример наглядно показызает крупней-
шую роль новейших физико-химиче-
ских методов для углубления класси-
ческих химических воззрений. И. А.
Казарновский показал также, что пере-
кись водорода не может быть рассматри-
ваема как продукт присоединения атом-
ного кислорода к воде, чтб соответство-
вало бы формуле Н2О. . . О (связь при
посредстве поляризационных сил).
Применительно к строению перекисей
металлов в лаборатории Казарновского
было показано, что перекись бария дей-
•сгвительно обладает строением Ва(^ |,
ХО
а что так наз. перекись калия состава
КаО4 на самом деле представляет собой
КО2, т. е. сочетание одновалентного
положительного иона калия К4- с моле-
кулярным ионом кислорода О2~. Иссле-
дования Казарновского в области пере-
кисей имеют также немаловажное прак-
тическое значение.
В том же Институте им. Карпова по
неорганике работают также проф. Б. Ф.
Ормонтиегосотрудники. Б. Ф. Ормонт вы-
полнил рял, теоретических исследований
по приложению волновой механики для
объяснения некоторых химических я зле-
ний. Кроме того, в его лаборатории про-
изведен также ряд интересных экспери-
ментальных исследований. В одном из
них, межцу прочим, оспариваются ранее
опубликованные и получившие широкую
известность данные покойного киев-
ского химика Д. К. Горалевича, утвер-
ждавшего, что ему.удалось получить
соединения восьмивалентного железа.
Согласно Б. Ф. Ормонту, данные Гора-
левича основаны на ошибке.
Однако в самое последнее время проф.
О. Е. Звягинцев вновь защищает резуль-
таты Горалевича. Вопрос о соединениях
восьмивалентного железа следует пока
еще считать открытым. Окончательное
его разрешение представляло бы очень
большой интерес.
Следующим центром советской неорга-
нической химии является Лгр. Радие-
вый институт, руководимый акад. В. И.
Вернадским и чл.-корр. АН СССР проф.
В. Г. Хлопиным.
Общеизвестно, сколь крупное значе-
ние для нашего современного естественно-
научного миропонимания имело откры-
тие и исследование явлений радиоактив-
ности. На ряду с этим радиоактивные
вещества находят также целый ряд важ-
нейших практических применений, напр.
в области медицины.
В связи с этим акад. В. И. Вернадский
уже до революции неоднократно под-
черкивал необходимость широкой поста-
новки исследований по отысканию в Рос-
сии радиоактивных минералов, по иссле-
дованию радиоактивности природных
вод и т. п.
Соответствующие исследования полу-
чили широчайшие развитие во вновь
созданном при Советской власти Радиевом
институте.
62
Природа
1937
За истекшие 20 лет этот институт пре-
вратился в одно из крупнейшх и важ-
нейших исследовательских учреждений
Союза.
Прежде всего здесь были заложены
теоретические основы советской радиевой
промышленности.
Так как технически важные детали
выделения чистого радия из руд были
засекречены соответствующими ино-
странными фирмами, то советским хими-
кам пришлось поставить ряд исследо-
ваний, чтобы обеспечить возможность
постановки соответствующих произ-
водств. Подобные работы были проделаны
целым коллективом химиков под руко-
водством проф. В. Г. Хлопина и привели
к тому, что советская радиевая промы-
шленность получила мощное развитие.
При этих исследованиях, произведенных
в основном с практическими целями, был
получен также ряд теоретически важ-
ных результатов, позволивших пролить
свет на природу разбавленных твердых
растворов. В частности, проф. В. Г.
Хлопину и его сотрудникам удалось
установить, что распределение находя-
щихся при больших разведениях веществ
между кристаллической твердой фазой
и раствором подчиняется классическому
закону Бертло-Нернста.
Кроме того, в институте было проведено
множество работ в области химии радио-
элементов. Здесь особо следует упомя-
нуть исследования по изучению поведе-
ния радиоактивных элементов при реак-
циях соосаждения и адсорбции, работы
по применению радиоактивных индика-
торов для разрешения различных физи-
ческих и химических проблем, а также
исследования по вопросу о коллоидном
состоянии некоторых радиоэлементов
в растворе.
В. Г. Хлопину удалось создать боль-
шую школу молодых талантливых радио-
химиков, уже выполнивших немалое
количество очень интересных самостоя-
тельных исследований. Так, необходимо
отметить исследования Б. А. Никитина
по аналитической химии радия, а также,
в особенности, по изучению гидратов
инертных газов. Эта последняя работа
представляет особенно крупный интерес.
Дело в том, что элементы нулевой группы
периодической системы обычно характе-
ризуются как вещества химически-
инертные. Уже давно было известно, что
эта так наз. химическая инертность не
распространяется на молекулярные со-
единения, однако это обстоятельство
как-то не принималось во внимание при
обрисовке химического поведения благо-
родных газов. Б. А. Никитину прежде
всего удалось показать существование
ранее неизвестного шестиводного гид-
рата радона, а затем с помощью остро-
умного приема, основанного на исполь-
зовании изоморфизма гидратов газов и
различии упругостей диссоциации гидра-
тов разных элементов нулевой группы,
удалось впервые осуществить химиче-
ское разделение благородных газов. Дан-
ные Б. А. Никитина с полной очевид-
ностью показывают, что элементы нуле-
вой группы представляют собой исклю-
чительное явление только в том случае,
если ограничиваться рассмотрением
главной валентности элементов.
Совместно с О. Эрбахером и И. Тол-
мачевым Б. А. Никитин доказал приме-
нимость к веществам, находящимся
в состоянии рассеяния, закона действую-
щих масс. А. П. Ратнер показал приме-
нимость к этому же классу веществ уче-
ния об активности.
Я не имею возможности останавли-
ваться в этом очерке на очень большом,
числе произведенных в Радиевом инсти-
туте исследований, затрагивающих инте-
реснейшие вопросы геохимии радиоэле-
ментов, вопросы составления радио-
активной карты, проблему содержания
радиоэлементов в живых организмах,
а также на исследованиях чисто физиче-
ского характера, проводимых под руко-
водством проф. Л. В. Мысовского. Однако
должен еще в нескольких словах оста-
новиться на работах по изучению искус-
ственной радиоактивности. Открытие
искусственной радиоактивности Фреде-
риком Жолио и Иреной Кюри в 1934 г.
является, на ряду с открытием тяжелого
водорода, крупнейшим событием миро-
вой неорганической химии за последние
годы. Естественно, что ученые нашего
Союза не могли оставаться в стороне
от разработки соответствующих проблем.
Часть относящихся сюда исследований
производится в Радиевом институте,
а часть в Гос. Физико-техническом ин-
ыь 10
Успехи неорганической химии за 20 лет в СССР
63
ституте, руководимом акад. А. Ф. Иоффе,
и в Институте химической физики (ди-
ректор акад. Н. Н. Семенов). В част-
ности, из работ, произведенных в Радие-
вом институте надлежит особо отметить
работу А. Е. Полесицкого по выяснению
химической природы коротко живущих
продуктов искусственного превращения
натрия и фтора под действием нейтро-
нов. Там же была выполнена работа
Л. В. Мысовского и И. В. Курчатова
по нахождению третьего радиоактивного
изотопа брома с периодом полураспада
36 час. Эта работа поставила в порядок
дня вопрос об изомерии атомных ядер.
К этой же категории работ относится
исследование В. Г. Хлопина и М. А.
Пасвик, подтвердивших существование
искусственных продуктов превращения
урана под действием нейтронов. Эти
продукты расположены в периодической
системе за ураном.
В Институте химической физики С. 3.
Рогинский с сотрудниками разработал
метод концентрирования искусственных
радиоактивных изотопов, а также метод
введения радиоактивных галогенов в мо-
лекулы органических и неорганических
соединений. Этот последний метод может
в дальнейшем способствовать разреше-
нию многочисленных химических про-
блем, в частности вопросов прочности
связи галогенов в различных соедине-
ниях, проблемы растворимости и т. п.
Работы по искусственной радиоактив-
ности, помимо непосредственного инте-
реса, вызываемого получаемыми новыми
фактами, замечательны еще в том отно-
шении, что изотопы, которые еще не-
сколько лет тому назад воспринимались
химиками как нечто, хотя и безусловно
существующее, но все же довольно
далекое от обычной лабораторной дей-
ствительности, стали повседневной хими-
ческой реальностью. Количество лабо-
раторий, уже пользующихся явлением
искусственной радиоактивности для
разрешения разнообразнейших проблем,
с каждым днем все увеличивается.
Я уже указывал, что на ряду с откры-
тием искусственной радиоактивности
вторым крупнейшим событием в неорга-
нике в последние годы было получение
тяжелого изотопа водорода (дейтерия).
Страницы иностранных химических жур-
налов пестрят заглавиями работ, посвя-
щенных всестороннему изучению тяже-
лой воды и разнообразнейших других
производных тяжелого водорода. Наро-
дилась целая новая химия, химия произ-
водных дейтерия. У нас в Союзе честь
организации работ по изучению дейте-
рия принадлежит проф. А. И. Бродскому
(Днепропетровск). А. И. Бродский
в весьма короткий срок наладил произ-
водство тяжелой воды и совместно со
своими сотрудниками выполнил не-
сколько весьма интересных работ по
изучению обмена водорода на дейтерий
в целом ряде органических и неоргани-
ческих соединений. В связи с этими
исследованиями А. И. Бродский и его
сотрудники разработали методику коли-
чественного определения тяжелой воды
путем применения интерферометра.
Кроме лаборатории проф. Бродского
в Днепропетровске работы, близкие
к собственно неорганической химии ве-
дутся также еще и рядом других физико-
химиков, тоже являющихся учениками
одного из крупнейших советских неор-
гаников, акад. Л. В. Писаржевского,
автора классических исследований по
изучению перекисей и надкислот. Как
сам Л. В. Писаржевский, так и его бли-
жайшие сотрудники за рассматриваемый
период преимущественно занимались
развитием электронно-ионной теории
химических явлений, а также изучением
механизма каталитических процессов.
Среди учеников и сотрудников Л. В.
Писаржевского следует особо упомянуть-
В. А. Ройтера и М. А. Розенберг. Эле-
ктронно-ионная интерпретация химиче-
ских процессов нашла себе выражение
в весьма интересном курсе неорганиче-
ской химии, составленном Л. В. Писар-
жевским совместно с М. А. Розенберг.
Многочисленные и важные исследо-
вания по изучению химических процессов
в условиях применения высоких давле-
ний производились как в лабораториях
Академии Наук СССР, так и в спе-
циально-организованном Гос. Институте
высоких давлений (Ленинград). Приме-
нительно к неорганическим соединениям
преимущественно изучались реакции вы-
теснения металлов водородом под да-
влением, реакции искусственного полу-
чения некоторых природных минералов
«4
Природа
1937
(напр. гаусманнита, вивианита, као-
линита), а также реакции окисления.
Механизм реакций вытеснения металлов
водородом из растворов их солей был
подробно изучен В. В. Ипатьевым и В. Г.
Треневым на примере металлов платино-
вой группы. На основании результатов
этих исследований была сделана попытка
объяснения механизма вытеснения метал-
лов, а также поставлен вопрос о возмож-
ности применения действия водорода под
давлением для разделения смесей пла-
тиновых металлов. Дальнейшее разви-
тие этих исследований может иметь
не только теоретическое, но и большое
практическое значение. Что же касается
работ по изучению окислительных про-
цессов под давлением, то они проло-
жили новые пути в методике техниче-
ского получения фосфорной кислоты и
ее производных (получение фосфорной
кислоты действием водяного пара под
давлением на фосфор).
Далее, совершенно необходимо отме-
тить произведенную в ГИПХе блестящую
рлботу проф. А. А. Яковкина и инж. И. С.
Лилеева по получению окиси алюминия
из тихвинских бокситов, положившую
начало созданию советской алюминиевой
промышленности.
В своем кратком очерке я, разумеется,
не могу претендовать на исчерпывающий
охват всех произведенных в нашем Союзе
исследовательских работ по неоргани-
ческой химии. Я подробно остановился
лишь на рассмотрении деятельности
отдельных учреждений, в которых ведется
систематическая разработка проблем
в области неорганики. Можно еще ука-
зать на некоторые лаборатории, в основ-
ном занимающиеся иными вопросами,
но в которых спорадически велись от-
дельные интересные, с точки зрения неор-
ганика, работы.
Так, следует упомянуть о лаборато-
риях, заведуемых проф. М. И. Усанови-
чем (Средне-Азиатский Гос. университет)
и проф. И. И. Жуковым (Лгр. Гос.
университет). Лаборатория проф. Усано-
вича в основном работает над вопросами
выяснения механизма электропровод-
ности неводных растворов.
Однако результаты исследований М. И.
Усановича и его учеников имеют зна-
чение не только для понимания явле-
ний, происходящих в неводных раство-
рах, но и для дальнейшего развития
физико-химического анализа, а также
расширенного учения об амфотерности
химических соединений.
Что касается проф. И. И. Жукова,
то ему принадлежит большая работа
по изучению водородистых и азотистых
соединений целого ряда металлов. Эга
работа привела к выяснению соотно-
шений в системе церий—зодород, а также
в системах палладий—водород, родий —
водород и иридий — во дор эд.
Согласно данным И И. Жукова, харак-
терный вид изотерм системы Pd—Н лучше
всего объясняется с точки зрения обра-
зования твердого раствора палладия
с водородом, близкого к температуре
разложения на две твердые фазы.
Таково же положение в системе родий —
водород. Изотерма системы иридий—во-
дород проще. В этом случае имеет место
образование твердого раствора водо-
рода в иридии без тех усложнений,
которые характеризуют системы палла-
дий—водород и родий — водород. Было
показано, что иридиевая чернь в высо-
кой мере способна поглощать водород.
На этом я закончу обзор эксперимен-
тальных работ по неорганйческэй химии
и лишь добавлю, что за истекший период
в нашей стране написан целый ряд круп-
ных руководств по основам этой отрасли
химии. Достаточно указать на курс об-
щей уилии покойного профессора А. А.
Яковкина, на многократно переизда-
вавшийся учебник проф. Б. Н. Меншут-
кина, на уже упоминавшийся в тексте
курс неорганической химии акад. Л. В.
Писаржевского и проф. М. А. Розенберг,
курс проф. И. А. Каблукова и, наконец,
на недавно появившийся весьма ориги-
нальный и интересный курс общей химии
проф. Б. В. Некрасова.
Я позволю себе выразить надежду, что
этот весьма краткий и, разумеется,
далеко несовершенный очерк все же дает
известное представление о состоянии
советской неорганической химии.
Мы можем видеть, что в целом ряде
учреждений делается очень много нового
и интересного, что в некоторых важных
отраслях неорганической химии совет-
ские химики безусловно имеют право
на почетное место в мировой науке.
j\|b 10 Органическая химия в СССР к XX годовщине Октябрьской революции 65
Но все же необходимо, не успокаи-
ваясь на достигнутом, стремиться к ши-
рокому дальнейшему развитию работ
в области общей химии, обращая особое
внимание, с одной стороны, на рост кад-
ров исследователей, а с другой стороны,
на применение к изучению неорганиче-
ских соединений новейших физических
методов исследования,в частности—рент-
гене- и электронографического анализа.
Естественные богатства нашей страны
поистине безграничны, условия для
успешного развития научных исследова-
ний созданы совершенно исключитель-
ные, и это дает нам право надеяться
на то, что при надлежащих усилиях
со стороны наших ученых удельный вес
советской химии будет в дальнейшем
неуклонно расти.
ОРГАНИЧЕСКАЯ ХИМИЯ В СССР К ДВАДЦАТОЙ
ГОДОВЩИНЕ ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
Проф. С. Н. ДАНИЛОВ
Великая Октябрьская Социалистиче-
ская революция освободила от вековых
пут творческие титанические силы наро-
дов, населяющих огромную территорию
СССР, и открыла широкие пути для
хозяйственно-промышленного и куль-
турного подъема и грандиозного роста.
Отстояв свой свободный труд от посяга-
тельств белобандитов, капиталистов, по-
мещиков и интервентов, Страна Советов
успешно ведет социалистическое строи-
тельство и кует свою радостную жизнь
под руководством Коммунистической
партии Ленина — Сталина. Две
успешно выполненные грандиозные пяти-
летки промышленности и сельского хо-
зяйства превратили нашу родину в пере-
довую, технически оснащенную страну,
с многочисленными гигантами индустрии
и, в том числе, химическими мощными
комбинатами, заводами и фабриками.
В третью пятилетку особое внимание
уделено промышленности органической
химии.
Советские химики, черпая из практики
исследовательские задания и извлекая
из своих экспериментальных и теорети-
ческих изысканий практические выводы
Для промышленности, решая научные и
технические проблемы, своей работой
помогают индустриализации и социали-
стическому переустройству нашей ро-
дины.
Участвуя в общем движении мировой
науки и находясь на передовых пози-
циях, химики СССР идут своими путями
П рирода № 10
в постановке и решении научных про-
блем.
Химия за двадцать лет сделала в СССР
и в мировом масштабе большие успехи.
В области мировой органической хи-
мии за последние двадцать лет не
произошло, однако, такого крупного по-
ворота, которым ознаменовались шести-
и семидесятые годы прошлого века,
когда была создана Купером, Кекуле
и А. М. Бутлеровым теория строения
и когда органическая химия получила
блистательное развитие в стереохимиче-
ских воззрениях Пастера, ВантТоффа,
Ле-Беля и Вислиценуса.
Развиваясь, в основном, на старых
теоретических позициях, мировая орга-
ническая химия за последние десятиле-
тия имеет весьма крупные достижения
по различным разделам. Далеко шагнуло
вперед изучение природных и искус-
ственных высокомолекулярных соеди-
нений и таких биохимически важных
веществ, как витамины, гормоны и пр.
Для современной органической химии
характерно решение общих теоретиче-
ских проблем о валентности углерода,
о строении и перегруппировках молекул,
широкое внедрение катализа в лабора-
торную и заводскую практику, успеш-
ное углубленное изучение гигантских
молекул полисахаридов и белков, выяс-
нение строения и искусственное полу-
чение многих, особо важных в биохими-
ческом отношении веществ, с молекулами
средней величины, но с причудливыми
5
66
Природа
1937
азотистыми и кислородными гетероци-
клическими постройками, иногда же
с глубоко ненасыщенными углеродными
цепями. Хлорофилл растений, гемогло-
бин животного царства, витамины, гор-
моны, каротиноиды, холестерины, расти-
тельный и животный мускус и другие
вещества, с которыми теснейшим обра-
зом связаны главнейшие жизненные пре-
вращения в растительном и животном
организме, интенсивно изучаются на-
равне с другими веществами раститель-
ного и животного происхождения. Раз-
гадано своеобразное строение и успешно
выполнены искусственные синтезы не-
которых из этих веществ.
Участие многочисленных энзим в
биохимических процессах приковывает
к себе внимание исследователей—биохи-
миков и химиков-органиков. Фермента-
тивным путем осуществляется на произ-
водстве у нас и за границей получение
ацетона и бутилового спирта, лимонной
кислоты, глицерина (брожением) и пр.
Витамины извлекаются из природных
материалов в фабричных масштабах и
даже успешно синтезируются искус-
ственно (у нас, в СССР, работы лабора-
торий А. Е. Фаворского, Ю. С. Заль-
кинда и Витаминного института).
Подобно зеленому листу растения,
синтезирующему сложнейшие вещества
(крахмал) за счет углекислоты и воды,
химик каталитическим способом полу-
чает из водяного газа (окись углерода
и водород) метиловый спирт (у нас
работы в Гос. Институте высоких давле-
ний— ГИВДе), а из угольной кислоты
и аммиака — мочевину (работы покой-
ного—ум.в1937г.—А. А. Яковкина вГос.
Институте прикладной химии — ГИПХе)
и т. д.
Природные ископаемые, как то: нефть,
сланцы, битумы, каменный уголь, под-
вергаются глубокой химической пере-
работке путем крэкинга, бергенизации
и пр. на высокоценное топливо с исполь-
зованием отходов для синтезов спиртов,
галоидопроизводных и сложных эфиров,
в которых нуждаются интенсивно раз-
вивающиеся производства лаков, ис-
кусственных волокон и пластмасс.
У нас, в Союзе, найдено много новых
нефтеносных и угленосных районов и
широко развертывается в них химическая
переработка. Наша органическая хи-
мия, удовлетворяя запросы социали-
стического строительства, далеко ушла
вперед за эти годы на тех участках, где
имеется тесный стык между теорией и
практикой, наукой и промышленностью.
Важнейшие теоретические задачи также
живо занимали наших химиков.
Вопросы валентности углерода,"хими-
ческого сродства, строения молекул и
внутримолекулярных перегруппировок
явились предметом наших многочислен-
ных работ. В первой трети XIX в. хими-
ческое сродство рассматривалось как про-
явление электричества. Великие откры-
тия Деви по электролизу (открытие калия
и натрия), электрохимические законы
Фарадея и другие успехи в области
электрохимии расчистили в химии путь
для электрохимической теории Деви-
Берцелиуса, в свете которой долгое время
рассматривались взаимодействия ато-
мов и молекул и самое существование
химических соединений. От старинных
воззрений Берцелиуса, не удержавшихся
в науке, тянутся нити к теории об
электролитической диссоциации Сванте
Аррениуса, к учению об электронах и
к современным электронным представле-
ниям в химии минеральных и органиче-
ских соединений. Электронная теория
в органической химии сделала пока
только первые шаги и еще не является
рабочей теорией, помогающей открывать
новые явления и факты; однако в свете
этих воззрений многие превращения и
реакции находят хорошее истолкова-
ние.
У нас, в Советском Союзе, особенно
последовательно проводятся электрон-
ные воззрения в области химии акад.
Л. В. Писаржевским, А. М. Беркенгей-
мом и Г. В. Коршуном. В 1917 г. А. М.
Беркенгейм (7) опубликовал подробную
статью по основам электронной химии
органических соедине'ний, а в последую-
щие годы (с сотрудниками) с электронной
точки зрения освещает изомерию нитро-
соединений, сульфопроизводных нафта-
лина, антрацена и антрахинола и пр.
Деятельно разрабатывается электронная
химия молодым химиком В. В. Разумов-
ским (2), полагающим, что присущая
молекулам полярность объясняется раз-
личной степ^ью дублетирования ва-
№ 10 Органическая химия в СССР к XX годовщине Октябрьской революции 67
лентнЫх электронов и что мерой поля-
ризации (диссоциации) молекул является
степень мобильности электронов.
Покойный Б. П. Орелкин (3), ученик
наших выдающихся ученых, химика
Л. А. Чугаева (ум. в 1923 г.) и кристалло-
графа Е. С. Федорова (ум. в 1919 г.), в своей
замечательной работе (1922) показал
соответствие кристаллической формы
вещества и химического строения.
Он вывел и подтвердил опытом кристал-
лические решетки бензола, нафталина
и антрацена, построив их электронные
модели. Преждевременная смерть пре-
рвала работы Орелкина (1931), в ко-
торых он сочетал кристаллохимический
анализ Федорова с рентгенометрией кри-
сталлических веществ и их строением.
Вопросы химии в пространстве нашли
в наших журналах большое отражение
и оригинальное решение.
Казанский химик Г. X. Камай (4),
ученик А. Е. Арбузова, опубликовал
хорошие исследования по стереохимии
фосфора и мышьяка и по разделению
на антиподы ненасыщенных асимме-
трических спиртов. Открыв камфеновую
перегруппировку II рода в дополнение
к известной камфеновой перегруппи-
ровке, идущей по схеме Е. Е. Вагнера,
С. С. Наметкин (5) с сотрудниками (Л. Я.
Брюсова, А. М. Шаврыгин) дали воз-
можность объяснения рацемизации и
оптического обращения при камфеновой
перегруппировке. А. Е. Успенский (6)
исследовал стереоизомерию гексаме-
тиленового ряда. И. С. Иоффе и И. В.
Грачев разделили (7) на оптические
антиподы сульфокислоты 2.2-диокси-
1.1-динафтила, интересные в том отно-
шении, что здесь оптическая деятель-
ность связана с асимметрическим строе-
нием, хотя и нет асимметрического
углеродного атома. Известно, что по-
добные' случаи оптической деятельности
являются прямым следствием закона
Пастера об асимметрии оптически дея-
тельных молекул и были предсказаны
Вант-Гоффом на некоторых примерах.
В последние годы оптически деятельные
соединения без асимметрического угле-
родного атома изучены на производных
дифенила (Кеннер) и других соедине-
ниях. Стереохимию производных метана
и этилена развивал (5) А. П. Семенцов.
Явления геометрической изомерии (цис-
трансизомерии) на различных приме-
рах разрабатываются нашими хими-
ками. Самый общий случай цис-транс-
изомерии рассматривается (9) в гомоло-
гических рядах у членов с четным
и нечетным числом углеродных ато-
мов Б. В. Некрасовым. Классические
случаи цис-трансизомерии у соединений
этиленового ряда имеют место при реак-
циях присоединения и отщепления.
С точки зрения стереохимической гипо-
тезы А. Е. Фаворский и Т. А. Фавор-
ская (10) оригинально истолковали
отщепление хлороводорода и бромово-
дорода от смешанных (хлоро- и бромо-)
галоидопроизводных предельных и ци-
клопредельных углеводородов. В ла-
боратории акад. Фаворского иссле-
дована (77) геометрическая изомерия
этеновых кислот. Н. Д. Зелинский и
Е. И. Марголис осуществили (72) кон-
тактное обращение цисформы диметил-
циклогексана в трансформу. Интересный
материал по стереохимии содержится
в работах (13) С. С. Наметкина о порядке
присоединения (дигидропинены) по
месту циклической двойной связи и по
вопросу о конфигурации алициклических
альфа-гликолей. Реакции присоединения
по двойной связи приводят или к обоим
теоретически возможным стереоизоме-
рам или к одному из них: цис- (план-
симметрический) и трансизомеру (акси-
альносимметрический). В свете стерео-
химических представлений Наметкин
разъясняет механизм окисления непре-
дельных соединений перманганатом.
Разрабатывая реакцию каталитического
гидрирования ацетиленовых соединений,
Ю. С. Залькинд останавливается (74)
на вопросе о цис-трансформах этилено-
вых гликолей, образующихся при
гидрировании ацетиленовых гликолей.
Количество маленоидной и фумароидной
форм зависит от условий гидрирования,
напр. от количества катализатора и его
природы, от скорости гидрирования.
В. П. Голлендеев (15) (Краснодар)
изучал влияние цис-трансизомерии на
избирательное гидрирование аллильных
эфиров олеиновой и элаидиновой кислот
и нашел, что элаидиновая двойная
связь гидрируется с меньшей скоростью,
чем двойная связь в олеиново-кислом
5*
68
Природа
1937
остатке; особенно быстро гидрируется
аллильный радикал. В работе В. И.
Есафова (76) (Саратов) показано, что
из двух стереоизомерных 9.10-диокси-
стеариновых кислот высокоплавкая
форма (два гидроксила не корреспон-
дируют) отвечает олеиновой кислоте,
низкоплавкая — элаидиновой кислоте.
Учение о геометрической изомерии
основано на тех воззрениях, по которым
этиленовые соединения содержат пару
углеродных атомов, затратившйх на
взаимную связь две единицы сродства
(двойная связь). Существование нена-
сыщенных соединений очень ослож-
нило вопрос о природе валентности и
числе единиц сродства углеродного
атома. После некоторых колебаний
творцы теории строения отказались от
мысли, что в соединениях этиленового
ряда и в ароматических кольцах углерод
трехвалентный, а в ацетиленовых —двух-
валентный, и признали кратность свя-
зей. Учение о кратных связях остается
мало определенным, несмотря на огром-
ный фактический материал, получен-
ный для характеристики ненасыщен-
ных соединений. Электронная теория
дала более реальное содержание понятию
о двойных и тройных связях (сочетание
двух и трех пар электронов).
Известно много попыток объяснения
природы кратных связей; достаточно
указать, напр., на схему Тиле для двой-
ной и сопряженной двойной связи.
В своих исследованиях по конденсации
фурановых соединений В. В. Челинцев
(Саратов) полагает (77), что характер
двойных связей существенно зависит
от соседних групп. Можно считать
простую олефиновую и лиденовую
(олефино-карбонильную) связь за две
различные связи. Для лиденовой свя-
зи />С = СНСО — характерна «гидроли-
забельность» под действием кислот (т. е.
распадение на исходные компоненты).
Челинцев предлагает лиденовые двойные
связи обозначать двумя волнистыми
(а не прямыми) черточками.
Влияние числа и природы заместите-
лей (радикалов) на свойства двойной
связи известно на многочисленных при-
мерах (напр. инертность двойной связи
у тетрафенилэтилена).
Оригинальным образом свойства двой-
ных связей охарактеризованы покойным
академиком С. В. Лебедевым (ум. в 1934 г.)
в работах по полимеризации и гидри-
рованию этиленовых соединений (78).
Флоридин легко полимеризует только
несимметрично двузамещенные и трех-
замещенные этилены. Точно так же
скорости гидрирования этиленовых со-
единений сильно зависят от степени заме-
щения, так что по характеру кривой
гидрирования смесей со стандартным
веществом можно определить, сколько
заместителей находится у углеродов,
связанных двойной связью. Эти иссле-
дования Лебедева дают новые пути для
анализа углеводородных технических
смесей (крэкинга нефти и пр.) и для ха-
рактеристики двойных связей.
Единицы сродства, которыми связаны
углеродные атомы при тройной, двойной
и ординарной связи, не являются строго
постоянными величинами и зависят
от сочетаний атомов в молекуле и от
внешних условий. Прочность связей
между углеродными атомами вариирует
в широких пределах в зависимости от
тех радикалов и атомов, которые при-
соединены к данным углеродам, т. е.
от внутреннего окружения. Открытие
свободных радикалов существенно рас-
ширило представления химиков о валент-
ности и единицах сродства. После мно-
гих тщетных попыток, делавшихся с на-
чала XIX в., Гомберг открыл первый
свободный радикал—трифенилметил на
пороге XX в., когда большинство хими-
ков отказалось от самой идеи о су-
ществовании свободных радикалов.
Тогда же В. В. Марковников и его уче-
ники сделали очень важные разъясне-
ния и нашли новые экспериментальные
факты, которые оказали существенное
влияние на развитие этой главы совре-
менной органической химии. Недавно
А. Е. Арбузов и Б. А'. Арбузов (Казань)
разработали (19) новый метод получе-
ния радикалов триарилметильного и,
отчасти, ксантильного ряда, заключаю-
щийся в действии диэтилфосфористого
натрия на бром-триарилметаны в органи-
ческих растворителях; этой реакцией
можно получать любой радикал триа-
рилметильного ряда. С. С. Медведев и
Е. П. Алексеева (Москва) использовали
№ 10 Органическая химия в СССР к XX годовщине Октябрьской революции 69
(20) для окисления трифенилметила хо-
рошо известный реактив Н. А. При-
лежаева (Минск) — гидроперекись бен-
зоила.
Наши химики работают по своеобраз-
ным соединениям трехвалентного угле-
рода—кетилам,т. е. продуктам присоеди-
нения металлических натрия и калия
к кетонам. Очень интересное расширение
и обобщение глава о кетилах получила
в работах акад. А. Е. Фаворского и
И. Н. Назарова (27), которые открыли
кетилы для кетонов жирного ряда.
Ранее, по работам Шленка, были из-
вестны только кетилы для ароматических
кетонов. Полагают, что реакции кетонов
с галоид-магний-органическими соеди-
нениями проходят через промежуточное
образование кетилов. При действии
металлического натрия, напр. на ди-
третично-бутил-кетон, по данным Фавор-
ского и Назарова, образуется интен-
сивно-красный кетил, раствор которого
обесцвечивается на воздухе с образова-
нием перекисного соединения; развет-
вление жирной цепи в кетонах способ-
ствует образованию кетилов.
Свободные радикалы обыкновенно
получаются в результате диссоциации
димерного исходного вещества, а в неко-
торых случаях равновесие настолько
сильно сдвинуто в сторону свободного
радикала, что димерной формы практи-
чески не существует. Известно, что гек-
сафенилэтан только частично распа-
дается в растворе до трифенилметила,
тогда как трибифенилметильные ради-
калы существуют изолированно и даже
не связываются в соответствующий
гекса-замещенный этан. Тиле и Вернер
объяснили большую или меньшую лег-
кость диссоциации гексаарилэтанов тем,
что здесь связь двух этановых углеродов
мало прочна, так как связанные с ними
радикалы берут от этих углеродных
атомов много сродства, вследствие чего
на взаимную связь этановых углеродов
остается мало сродства. Можно сказать,
что радикалы обладают различной срод-
ствоемкостью (22) (Данилов и Венус-
Данилова). В настоящее время описаны
различные методы для установления
рядов радикалов по их сродствоемкости.
Так, напр., Б. В. Тронов (25) изучал
Расщепление бромистым водородом про-
стых и сложных эфиров, а также аце-
талей для различных спиртов; П. П.
Шорыгин (24) воспользовался своей
реакцией расщепления простых эфиров
при нагреве с металлическим натрием;
различные авторы (25) вывели ряды ра-
дикалов на основании реакций разложе-
ния, дегидратации и т. д. С. Н. Данилов
определял сродствоемкости по электро-
проводности карбоновых кислот с раз-
личными радикалами и по продуктам
расщепления кетонов щелочью (26).
Ряды сродствоемкостей радикалов, полу-
ченные по разным методам, не вполне,
однако, совпадают. Это показывает, что
необходимо найти какой-то более общий
принцип для суждения о свойствах
радикалов и их сродствоемкости. Для
решения этой, как и других сложнейших
проблем органической химии, необхо-
димо еще более глубокое использование
химических приемов в сочетании с раз-
нообразными новейшими методами фи-
зики. Интересные данные о влиянии
радикалов и атомов-заместителей на
свойства соединений содержатся в серии
работ (27) П. И. Петренко-Критченко
(Одесса).
При накоплении и сближении ато-
мов и групп, замещающих в молекуле
водородные атомы, происходит периоди-
ческое изменение их взаимного влияния.
Исследуя, напр., в галоидопроизводных
подвижность галоида при разных сте-
пенях замещения и при разной степе-
ни насыщенности, Петренко-Критченко
обнаружил периодичность в свойствах
этих галоидопроизводных.
В зависимости от внешних условий
и взаимных влияний атомов и радика-
лов, составляющих молекулу вещества,
возможны разнообразные внутримоле-
кулярные перегруппировки, сопрово-
ждающиеся миграцией лишь водорода
или целых радикалов, нередко с пере-
стройкой углеродного скелета или коль-
чатой формы. При таутомерных превра-
щениях мигрирует водород, а при изо-
меризациях наблюдаются перемещения
(миграции) радикалов в зависимости
от их сродствоемкости. Глава крупней-
шей школы русских химиков-органиков
А. М. Бутлеров (ум. в 1886 г.) предсказал
существование явлений таутомерии,
а также равновесной изомерии, и открыл
70
Природа
1937
различные случаи изомерных превра-
щений. Таутомерные и, в особенности,
изомерные превращения всегда инте-
ресовали наших химиков.
Явления таутомерии (десмотропии)
часто отмечаются в органической химии,
и они, повидимому, могут играть роль
при различных реакциях с органиче-
скими веществами. Таутомерией толуола
^\СН3 //\= сн2
I II I I
Ч/ ч/
П. П. Шорыгин объясняет (28) реакции
замещения в боковой цепи толуола на
хлор, гидроксил и пр. Таутомерия кре-
зола и его производных способствует фе-
нольной и карбинольной перегруппиров-
кам, открытым Шорыгиным для феноль-
ных и бензильных эфиров.
Классическим примером таутомерных
соединений является ацетоуксусный эфир.
Синтез ацетоуксусного эфира осущест-
вляется конденсацией этилацетата под
влиянием металлического натрия. Для
объяснения механизма этой конденсации
сложных эфиров существует большое
число различных схем. Недавно молодой
химик Г. В. Челинцев (Москва) предло-
жил (29) новую схему, соединяющую в себе
преимущества старой схемы Кляйзена и
более новой схемы Шейблера и заклю-
чающуюся в том, что к одной молекуле
уксусно-этилового эфира присоединяется
натровое производное энолизированной
формы другой молекулы этого эфира.
Важно то, что Г. В. Челинцев обобщает
свою схему на различные другие случаи
конденсаций и нашел новый тип конден-
сации— амидные конденсации. Приме-
ром того, что при синтезах играют роль
таутомерные эноло-кетонные превра-
щения, может служить алкилирование
трифенил-этанолового алкоголя(30)(три-
фенилэтанона) в присутствии металли-
ческого натрия (С. Н. Данилов). А. Е. Фа-
ворский и Т. И. Темникова описывают ке-
тоалкогольную таутомерию оксикетонов.
Учитывая своеобразную таутомерию
моноз, существующих в виде открытых
и различных кольчатых форм, взаимно
переходящих одна в другую, С. Н. Да-
нилов и А. И. Гахокидзе в своей работе
дали схемы (31) образования из моноз
различных сахариновых кислот.
Подвижность водородного атома у тау-
томерных соединений сильно вариирует
в зависимости от сродствоемкости при-
мыкающих радикалов и групп. Между
типичными примерами таутомерии-де-
смотропии и типичными изомерными
превращениями наблюдается ряд пере-
ходных случаев. Подобрав соответ-
ствующим образом внешние условия,
скажем — температуру, можно осу-
ществить случаи равновесной изомерии,
напр. разработанной А. Е. Фаворским
с сотрудниками на галоидопроизводных.
Под влиянием температуры и в при-
сутствии катализаторов одни молекулы
могут превращаться в другие изомерные
молекулы. Кроме случаев взаимного или
одностороннего перехода одного изо-
мера в другой происходят особенно часто
явления изомерных превращений при
отнятии молекул воды, галоидоводо-
родов и т. д. Еще со времен Бутлерова
химики очень плодотворно изучали изо-
мерные превращения, различные пере-
группировки одних молекул в другие
для решения вопросов о валентности и
сродстве углеродного атома и об устой-
чивости и динамике органических со-
единений.
Многие выдающиеся примеры изомер-
ных превращений, в предшествующие
и последние годы, открыты А. Е. Фавор-
ским, Н. Я. Демьяновым, Н. Д. Зелин-
ским, Н. М. Кижнером, С. С. Наметки-
ным, А. Е. Арбузовым и др. Особенно
плодотворно и многосторонне исследо-
вал эти явления акад. Фаворский, начи-
ная с своих Ьервых классических работ
по изомерным превращениям ацетилено-
вых и диэтиленовых углеводородов
(1891) и, далее, превращениям галоидоке-
тонов в кислоты акрилового ряда (1895).
За последние двадцать лет Фаворским
и его учениками открыты и разработаны
многие интересные случаи изомеризаций.
Изомерные превращения интересны так-
же в том отношении, что они являются
каталитическими реакциями.
Для современной органической химии
весьма характерно всестороннее приме-
нение катализа, и в особенности гетеро-
генного, в производственных и лабора-
торных синтезах. Теперь в СССР очень
плодотворно изучаются каталитические
реакции в различных наших научно-
jsfo 10 Органическая химия в СССР к XX годовщине Октябрьской революции 71
исследовательских институтах и лабора-
ториях высших учебных заведений
/ГИВД, Институт имени Карпова, ГИПХ
в Ленинграде и др.). Превращения спир-
тов в углеводороды (в присутствии окиси
алюминия и т. п.), в альдегиды, кетоны
и сложные эфиры (в присутствии метал-
лов) осуществляются посредством гете-
рогенного катализа. С. В. Лебедев (32)
дал знаменитый каталитический способ
получения дивинила из спирта в присут-
ствии окиси алюминия и окиси цинка.
Могущественное действие катализаторов
очень наглядно выявляется на реакциях
гидрирования в присутствии металлов
платиновой группы. Реакции гидриро-
вания в прошлом веке представляли
очень трудную и хлопотливую опера-
цию. В присутствии же металлов плати-
новой группы и никеля, эти реакции про-
исходят настолько легко, что гидриро-
вание в присутствии никеля уже давно
применяется в жировой промышленности
для отверждения жиров, т. е. превра-
щения содержащихся в растительных
жирах ненасыщенных кислот в насыщен-
ные кислоты. Теперь в больших произ-
водственных условиях в присутствии
никелевого катализатора (с давлением
и без давления) бензол гидрируют до
циклогексана, фенол до циклогексанола
и циклогексанона, нафталин до тетра-
лина и декалина и т. д. Смесь гексанола
и гексанона (гексалин) применяется,
как растворитель, для нитроцеллю-
лозных лаков. В. Е. Тищенко и М. А.
Белопольский (33) гидрировали фенол
водородом в присутствии никеля при
небольших давлениях. А. А. Алчуджан,
А. А. Введенский, В. Р. Жаркова и А. В.
Фрост изучали (34) кинетику каталити-
ческого гидрирования бензола и других
углеводородов. Работы по гидрированию
фенола велись в Институте пластмасс
(Ленинград).
Гидрогенизационный катализ в при-
сутствии металлов платиновой группы
был открыт Фокиным (ум. в 1908 г.),
а в практику внедрен несколько позже
Вилльштеттером (способ гидрирования
Фокина-Вильштеттера). Гидрирование
в присутствии металлов платиновой
группы стало после того у нас и за гра-
ницей излюбленной реакцией, служащей
Для доказательства строения соединений
(наличие кратной связи) и' новых синте-
зов. Очень большое число работ по ги-
дрированию ацетиленовых соединений
(гликолей, спиртов, углеводородов)
за последние двадцать с лишком лет
опубликовано Ю. С. Залькиндом (35)
с многочисленными сотрудниками, при-
чем оказалось, что гликоли ацетилено-
вого ряда гидрируются в присутствии
палладия до этиленовых гликолей (цис-
и трансформ), тогда как в присутствии
платины гидрирование достаточно плав-
но доходит до конца, до предельных
гликолей. Интересно гидрирование аце-
тиленово-этиленовых углеводородов.
В ряде изящных работ С. В. Лебедев
(36) совместно с А. О. Якубчик, Г. Г.
Коблянским, М. С. Платоновым, В. Я.
Штерном исследовал гидрирование сме-
сей этиленовых углеводородов разной
степени замещения и смесей этиленовых
углеводородов с диэтиленовыми и аце-
тиленовыми. В своих работах (37) А. С.
Гинзберг (ум. в 1937 г.) и сотрудники
(А. П. Иванов, Ю. Рашевский и др.) при-
менили для гидрирования различных со-
единений разработанный ими новый прием
гидрогенизационного катализа платино-
выми металлами на носителях. В ряде
случаев описаны (38) синтезы насыщен-
ных соединений из ненасыщенных, напр.
азотистых (аминов и др.) в работах акад.
В. С. Гулевича (ум. в 1933 г.) и пр. Укажем
еще из числа многочисленных работ дру-
гих авторов на исследования М. С. Плато-
нова по применению для гидрогениза-
ционного и дегидрогенизационного ката-
лизов рениевых препаратов (39) (Ленин-
град).
Обращают на себя большое внимание
работы по катализу акад. Н. Д. Зелин-
ского в лаборатории его имени в Москов-
ском Гос. университете. Зелинский раз-
работал дегидрогенизационный катализ
гекса-метиленовых производных с пла-
тиновым катализатором, являющийся
прекрасной иллюстрацией обратимости
работы катализаторов. В присутствии
Катализаторов Зелинский осуществляет
своеобразный «необратимый катализ»,
при котором происходит перераспреде-
ление водорода между молекулами,в ре-
зультате чего из ненасыщенного соеди-
нения получается смесь насыщенного
и сильно ненасыщенного.
72
Природа
1937
Катализаторы из растительного и
животного организма — ферменты или
энзимы — глубоко изучаются и приме-
няются для синтезов в лабораториях,
руководимых акад. А. Н. Бахом, ветера-
ном биохимии, который поставил в своих
работах органическую химию на службу
по изучению биохимических процессов.
Большое значение ферментативных и ка-
талитических процессов прекрасно видно
из выдающихся работ Баха по оки-
слительно-восстановительным процессам
в организме и по роли перекисей при
окислении органических соединений (40).
Органическая химия достигла порази-
тельных успехов, используя катализ. Ка-
кую бы главу современной органической
химии мы ни взяли, приходится констати-
ровать чрезвычайную плодотворность ка-
талитического направления в химии.
Выполняя теоретические и практиче-
ские работы, идя от теории к практике
и от практики к теории, все своей рабо-
той иллюстрируя единство теории и
практики, советские химики успешно
трудятся в разных разделах науки и
промышленности органической химии.
Особенно умножилось число химиков
и химических исследований за послед-
нее пятилетие, причем старые очаги и
мастера химической науки получили
очень сильное подкрепление в новых
лабораториях и в новых молодых кад-
рах. Если за первое десятилетие со вре-
мени Октябрьской революции можно
было констатировать успешную работу
по преимуществу наших старых кадров,
то теперь, за второе десятилетие, выяви-
лись новые молодые таланты и новые
хорошие мастера химии. Теперь научная
плодотворная работа идет чрезвычайно
широким фронтом и обслуживает много-
образные запросы грандиозного со-
циалистического строительства нашей
родины. Широко развернулись, как пока-
зывает даже самый краткий просмотр,
исследования и техническая переработка
углеводородов разной степени ненасы-
щенности, спиртов, альдегидов и кето-
нов, кислот, полиметиленовых произ-
водных и терпенов, высокомолекулярных
веществ, соединений ароматического и ге-
тероциклических рядов, алкалоидов и т.д.
Простые по составу органические со-
единения — углеводороды разной степени
насыщенности, галоидопроизводные и
спирты жирного ряда, привлекавшие
к себе ранее внимание с теорети-
ческой точки зрения, для обоснования
теории строения, для синтезов и изуче-
ния свойств гомологических рядов,
теперь стали продуктами большого тех!
нического значения. Наравне с этиловым
спиртом и другими немногими соедине-
ниями жирного ряда простого состава,
представляющими уже издавна боль-
шой практический интерес, они изгото-
вляются в больших масштабах.
Углеводороды различного состава и
строения широко распространены в при-
роде — в нефтях, озокеритах, сланцах,
сапропелях, в природном газе и т. д.
Здесь имеется громадное число, преиму-
щественно, разнообразных углеводоро-
дов, открытой прямой и разветвленной
цепи, полиметиленовых углеводородов
и частично углеводородов ароматиче-
ского ряда. Ненасыщенные углеводоро-
ды, широко представленные в молекулах
природных соединений, имеют тесное
отношение к каучукам, полиенам и т. д.
В настоящее время природные иско-
паемые используются не только как топ-
ливный материал и для технических
надобностей после некоторой очистки
и разделения на фракции, но и всячески
перерабатываются химическим способом
на искусственное топливо и на различ-
ные продукты.
Природный газ можно использовать
как топливо, подобно светильному газу,
а кроме того, подвергать глубокой хими-
ческой переработке. Земляной газ раз-
личного происхождения исследован (41)
С. С. Наметкиным совместно с А. С. За-
бродиной, Д. Н. Курсановым и др., и
в нем были найдены низшие члены гомо-
логического ряда метана. В. Гурвич
(Азнефть) хлорировал природный метан,
М. С. Медведев в Институте имени
Карпова (Москва)" подыскал условия
для каталитического окисления метана
в формальдегид с хорошими выходами.
Подвергая метан пиролизу, можно полу-
чить сложную смесь углеводородов
для моторного топлива. Нефть также
является, и гораздо в большей еще сте-
пени, богатейшим источником для полу-
чения различных органических веществ.
Уже давно в России Д. И. Менделеев
j\f> 10 Органическая химия в СССР к XX годовщине Октябрьской революции 73
ратовал за химическую переработку
нефти, но только при Советском Прави-
тельстве в этом направлении сделаны
решительные шаги. Выяснением состава
нефти в России занимались еще в семи-
десятые и восьмидесятые годы (Лисенко,
Бейльштейн, Курбатов, Менделеев), но
особенно серьезные успехи были достиг-
нуты в лаборатории В. В. Марковникова
(ум. в 1904г.), старейшего ученика Бутле-
рова, в лаборатории Московского уни-
верситета, в сотрудничестве с изве-
стным химиком М. И. Коноваловым
и др., выяснившими, что в кавказской
нефти преобладающей составной частью
являются полиметиленовые соедине-
ния — нафтены рядом с предельными
углеводородами. Важнейшую реакцию
для нафтенов — реакцию нитрования —
открыл и разработал М. И. Коновалов
(ум. в 1906 г.). Исследование нафтенов по
преемству продолжалось в Московском
университете с выдающимся успехом на
протяжении многих лет и по настоящее
время Н. Д. Зелинским. Химия и техно-
логия нефти теперь стоит у нас на боль-
шой высоте. Исследованием нефтяных
погонов и нафтеновых кислот занимался
также К. В. Харичков (ум. в 1921 г.)
и большое число различных других
химиков-нефтяников. Большой заслугой
Зелинского является выяснение строе-
ния многих нафтенов и нафтеновых
кислот оригинальными методами. Из-
вестные теперь искусственно полученные
нафтены почти все были просинтезиро-
ваны в лаборатории Зелинского, нафтены
были введены в синтезы по реакции
Фриделя и Крафтса, прохлорированы
и превращены в спирты, кетоны и
кислоты. Еще в 1878 г. А. Летний нашел,
что кавказская нефть дает при высокой
температуре ароматические углеводо-
роды. Н. Д. Зелинский способствовал
дальнейшему развитию в России аро-
матизации нефти. При ароматизации
бакинской нефти, несомненно, имеет
место дегидрогенизационный катализ.
Разработав метод дегидрогенизацион-
ного катализа с платиновыми катализа-
торами, Зелинский успешно применил
его к выяснению строения нафтенов и
нафтеновых кислот. Только нафтены
с гидроароматическим, гексаметилено-
вым, циклом при дегидрогенизации по
Зелинскому дают ароматические угле-
водороды, пятичленные же кольца не
дегидрируются, но при дальнейшем воз-
действии щепятся с образованием пре-
дельных углеводородов; при очень на-
стойчивой обработке в присутствии пла-
тинированного угля циклопентановые
кольца и парафиновые углеводороды
ароматизируются (42) (Н. Д. Зелинский,
Казанский, Юрьев, Шуйкин, Плата
и др.). Б. Л. Молдавский совместно
с Кобыльской, Камушер и Лифшиц (43}
нашли, что дегидрогенизацию циклоге-
ксана можно осуществить над сульфид-
ным катализатором и что углеводороды
открытой цепи могут циклизоваться
в ароматические углеводороды над
окисью хрома. В условиях дегидрогени-
зационного катализа с платиной и нике-
лем нормальный октан частично изомери-
зуется в углеводороды изостроения (44)
(Ю. К. Юрьев и П. Я. Павлов). Попутно
можно отметить, что каталитическая изо-
меризация нормальных алканов (пара-
финов) под давлением в присутствии ката-
лизаторов наблюдалась А. Д. Петровым,
Мещеряковым и Андреевым (45), а без
давления и в присутствии хлористого
алюминия — Молдавским, Кобыльской
и Лифшиц (46).
Несмотря на возможные осложнения,
метод дегидрогенизационного катализа
акад. Зелинского дает возможность
определять в нефти и других продуктах
гидроароматические кольца и не вызы-
вает изменений в соотношении пяти-
членных нафтенов и парафинов в иссле-
дуемой фракции. Подвергая бензин де-
гидрогенизационному катализу, можно
достичь ароматизации нефтяных погонов,
чтб повышает антидетонационные свой-
ства бензинов. Зелинский применил
к изучению нефти действие хлористого
алюминия и галоидоводородов. Как
известно, крэкирование нефти хлори-
стым алюминием применяется для полу-
чения бензинов.
Уделяя большое внимание изучению
нефти, наши химики неоднократно пыта-
лись прежде (напр. минеральная гипо-
теза происхождения нефти Менделеева)
и теперь решить вопрос о ее происхожде-
нии. По мнению Г. Л. Стадникова (47),
нефть образовалась при действии водо-
рода и углеводородов (из карбидов) на
74
П. р и р о д a
1937
бурый уголь или же из водорослей и
микроорганизмов, богатых воском и
жирами, в отсутствии воздуха и в соле-
ной воде. А. Д. Петров (48) пишет, что
нафтены образовались в результате
бактериального распадения целлюлоз-
ных остатков на кетоны и кислоты, далее
превращающиеся в углеводороды; нафте-
новые же кислоты получили свое про-
исхождение крэкированием и циклиза-
цией ненасыщенных кислот (олеиновой)
или окислением нафтенов воздухом.
Н. Д. Зелинскцй неоднократно в своих
статьях возвращается к вопросу о проис-
хождении нефти, полагая, что восковид-
ные вещества и битуминозные угли
являются возможным источником обра-
зования нефти; учитывая сходство
с нефтью продуктов разложения холе-
стерина, Зелинский допускает образо-
вание нефтей за счет холестеринов, тем
более, что нефть оптически деятельна.
Природные углеводородные ископае-
мые (нефти, битумы, сланцы) на заводах
подвергаются крэкингу для получения
высокоценного топлива, окислению
(погоны нефти) до кислот и карбониль-
ных соединений и хлорируются в хлоро-
продукты, являющиеся ценными рас-
творителями и пригодные для получения
сложных эфиров и других синтезов.
Наиболее простой реакцией является
хлорирование нефтяных погонов. Сильно
хлорированные продукты пригодны
в качестве пластификаторов при лаковых
покрытиях. Мало хлорированные угле-
водороды пригодны для синтезов. Так,
напр., хлорированный пентан из красно-
дарского авиационного бензина можно
использовать для получения амилаце-
тата (Добрянский и Гурвич). Реакции
хлорирования достаточно чистых пре-
дельных и непредельных углеводородов
подробно исследует Д. В. Тищенко (49)
с сотрудниками (Институт прикладной
химии, Ленинград).
При окислении погонов нефти кисло-
родом в присутствии катализаторов
получаются кислоты, пригодные для
мыловарения; выяснением их состава и
способа образования занимались, напр.,'
Наметкин, Шорыгин и А. К. Плисов.
Особенно большую ценность предста-
вляет термическое разложение нефти
в присутствии катализаторов. При этом
получается ценное топливо (бензин) и
газы, которые можно использовать для
синтезов. Очень ценные исследова-
ния химических процессов при крэ-
кинге нефти принадлежат А. И. Саханову
и М. Д. Тиличееву (50). Газы крэкинга
нефти могут явиться весьма ценным
ресурсом для получения спиртов, гли-
колей, окисей, сложных и простых эфи-
ров, галоидопроизводных и других рас-
творителей, в которых нуждается лаковая
промышленность. Отходы заводов син-
тетического каучука по Лебедеву (по
работам В. С. Баталина, М. В. Лихо-
шерстова и их сотрудников и др.)
и коксовальные газы также дают большие
возможности для получения большого
ассортимента различных органических
жидкостей. Особенно ценны газы крэ-
кинга нефти, где много этилена, пропи-
лена и изобутилена. Каталитическими
методами можно изомеризовать углеводо-
роды крэкинг-бензина в углеводороды
с разветвленным углеродным скелетом,
дающие более ценное топливо (с лучшим
октановым числом). Для получения
высокосортного топлива используют
процессы деструктивного алкилирования
каталитическим (напр. с хлористым
алюминием) и термическим способом,
конденсируют жирные углеводороды
с ароматическими и предельные с оле-
финами, гидрируют крэкинг-бензины
и т. д. Большие успехи по исследованию
превращений углеводородов при крэ-
кинге и по использованию крэкинговых
газов достигнуты в работах лаборато-
рий завода Химгаз (Ленинград), Гос.
Институт высоких давлений (Ленинград)
Академии Наук СССР и др. Кинетикой
и механизмом термических реакций
непредельных углеводородов занима-
лись (57) А. В. Фрост, В". Г. Моор, А. И.
Динцес и др., изомеризацией парафи-
нов — А. Д. Петров, Ю. К. Юрьев,
Б. Л. Молдавский и-др., равновесием
реакций углеводородов — А. В. Фрост
с сотрудниками. По пиролизу ряд работ
принадлежит А. Ф. Добрянскому (52)
совместно с С. В. Кацман и др., по бер-
генизации — работы в лаборатории Ака-
демии Наук СССР и др.
Главнейшие пути и методы использо-
вания непредельных углеводородов,
которыми богаты газы крэкинга нефти,
jsfo 10 Органическая химия в СССР к XX годовщине Октябрьской революции 75
коксовальные газы и отходы заводов син-
тетического каучука, по Лебедеву, раз-
работаны в существенных чертах еще
д М. Бутлеровым и его многочислен-
ными учениками; их классические ра-
боты широко использованы мировой
химией и химической технологией. Боль-
шую ценность представляет, напр., при-
соединение к этиленовым углеводоро-
дам хлорноватистой кислоты,что приво-
дит к монохлоргидринам альфа-гли-
колей, а затем к альфа-окисям и т. д.
Особенно обстоятельные исследования
реакции присоединения хлорноватистой
кислоты и превращений альфа-окисей
содержатся в трудах одного из старей-
ших наших химиков, недавно умер-
шего (1937) К. А. Красуского. Подобно
хлорноватистой кислоте, к олефинам
присоединяются также и алкилгипохло-
риты, т. е. эфиры спиртов и хлорно-
ватистой кислоты. Эта реакция хлор-
алкоксилирования недавно разраба-
тывалась М. В. Лихошерстовым (Воро-
неж) (55). В последние годы К. А. Красу-
ский (с учениками А. И. Киприановым,
А. К. Плисовым и др.) продолжал свои
прежние исследования над продуктами
присоединения аминов,к альфа-окисям
(94). Взаимодействие альфа-окисей
с эфирами аминокислот изучалось (55)
А. И. Киприановым, как и синтезы
оксиалкиламинокислот. Теперь продукты
присоединения аммиака к альфа-окисям
(этаноламины) стали техническими про-
дуктами и применяются в виде этано-
ламцновых мыл и пр., как эмульгаторы.
В Советском Союзе достигнуты очень
большие успехи по химии и практиче-
скому применению сильно ненасыщенных
углеводородов диэтиленовых и ацети-
леновых. В докладе на декабрьской сес-
сии (1936) Академии Наук СССР акад.
А. Е. Фаворский (56) подвел итоги
своим 'полувековым исследованиям по
изомерным и полимерным превращениям
Диэтиленовых и ацетиленовых углеводо-
родов. Большое число новых наблюдений
и открытий сделано за последние двад-
цать лет под руководством Фаворского
в дополнение к его прежним классиче-
ским исследованиям (напр. работы с О. П.
Алексеевой, Л. И. Моревым, П. В.
Ивицким, Т. А. Фаворской, Е. Ф.
Зеберг и др.). Важнейшие теоретические
проблемы органической химии здесь тес-
нейшим образом переплетаются с прак-
тикой, и прежде всего с синтетическим
получением каучуков. Выдающиеся
работы школы Фаворского, и в особен-
ности его. выдающегося ученика покой-
ного С. В. Лебедева, явились научным
фундаментом, на котором зиждется фа-
бричное производство в СССР дивиниль-
ного Лебедевского каучука и разрабо-
танного в Гос. Институте прикладной
химии (Ленинград) совпренового кау-
чука (А. Л. Клебанский и др.).Трудами
С. В. Лебедева создана у нас мцщная
промышленность искусственного диви-
нильного каучука. Много потрудился
над получением бутадиенового каучука
на основе крэкинга нефти Б. В. Бызов
(ум. в 1935 г.). Под непосредственным руко-
водством Фаворского в лаборатории Лгр.
Гос. университета и Лгр. Хим.-технол.
института разработан (С. И. Колядин,
А. И. Лебедева, Т. А. Фаворская и др.)
оригинальный способ получения метил-
хлоропренового каучука, основанный
на давно уже открытой Фаворским реак-
ции синтеза ацетиленовых спиртов кон-
денсацией кетонов с ацетиленом в при-
сутствии щелочи. Интересное видоизме-
нение синтеза ацетиленовых спиртов
с использованием карбида кальция
предложил Л. Казарьян (Ереван) (57).
В связи с тем, что синтез метилхлоропре-
нового каучука Фаворского идет через
ацетиленово - этиленовый углеводород,
А. Е. Фаворский и А. И. Захарова ис-
следовали полимеризацию изомерного
сильно ненасыщенного углеводорода —
3-метил - пентен - 3-ин -1, в результате
которой был получен циклический угле-
водород — 1-псевдо-бутиленил-3.4-диме-
тил-бензол (58). Полимеризацию винил-
ацетилена в стирол наблюдали Ротенберг
и М. А. Фаворская. Производные винил-
ацетилена и полимеры хлоропрена
исследует А. Л. Клебанский (59).
Изомерные превращения ацетилено-
вых и алленовых углеводородов, откры-
тые Фаворским при нагревании угле-
водородов с спиртовой щелочью и метал-
лическим натрием, осуществил в послед-
нее время каталитически над флориди-
ном Я. М. Слободин (60), начавший свои
работы под непосредственным руковод-
ством С. В. Лебедева.
76
Природа
1937
Конденсация ацетилена с ароматиче-
скими аминными производными осуще-
ствляется Н. Н. Козловым (61) в ряде
работ (Минск).
Не останавливаясь на других работах
по полимеризации и изомеризации силь-
но ненасыщенных углеводородов и нена-
сыщенных хлоропроизводных (хлоро-
прен и т.д.), отметим, однако, что и поли-
меризация этиленовых углеводородов,
которую так блистательно разработал
Бутлеров на примере изобутилена (с сер-
ной кислотой), очень привлекает внима-
ние наших лабораторий. С. В. Лебедев
(62) воспользовался (совместно с Е. П.
Филоненко, И. А. Виноградовым-Вол-
жинским, Г. Г. Коблянским и др.)
для полимеризации этиленовых угле-
водородов флоридином, изомеризующее
и полимеризующее действие которого
было открыто ранее (1915) нашим из-
вестным химиком-нефтяником Л. Г. Гур-
вичем. Полученные с этим катализатором
полимеры псевдобутилена исследованы
С. М. Орловым (Ленинград). Совместная
полимеризация дивинила и изобутилена
описана В. И. Львовым (Ленинград).
Акад. Н. Я. Демьянов и Н. Д. Пряниш-
ников полимеризовали этилен и изобу-
тилен тихим разрядом. Заслуживают
также внимания опыты С. С. Наметкина,
Л. И. Абакумовской и М. Г. Руденко
по гидрополимеризации и дегидрополи-
меризации этиленовых углеводородов
(63). Оказалось, что если углеводороды
с двойной связью обработать при охла-
ждении крепкой серной кислотой, то,
кроме Бутлеровских непредельных поли-
меров , образуются гидрополимеры, вслед-
ствие гидрирования непредельных поли-
меров за счет одновременного образова-
ния высоконепредельных соединений,
быстро уплотняющихся в смолистую
массу. Таким образом процесс полимери-
зации сопровождается реакциями гид-
рирования и дегидрирования.
Углеводороды разной степени ненасы-
щенности и даже парафиновые углеводо-
роды, как показано выше, все более и
более начинают служить исходными
продуктами для всяких синтезов и ли-
шают спирты того исключительного по-
ложения в синтетической химии, которое
они занимали еще не так давно. Кроме
низших спиртов, получающихся издавна
особыми способами, теперь еще умно-
жившимися (вспомним синтез метилового
спирта из окиси углерода и водорода),
все спирты обычно получались посредст-
вом металлоорганических соединений.-
цинкорганических — в прошлом веке и
магнийорганических — в нынешнем. Раз-
личным металлоорганическим соедине-
ниям, а не только магнийорганиче-
ским, у нас уделяется большое вни-
мание.
Выяснением состава, строения и пре-
вращений магнийорганических соеди-
нений в последние годы занимались Н. В.
Кондырев (Ленинград), А. П. Терентьев
(Москва), В. М. Толстопятов (Ленин-
град), Я. И. Михайленко (Москва) и др.
В. Н. Крестинский изучал действие
магния на трибромпропан (1926), ввел
в магнийорганический синтез этиленовые
галоидозамещенные с галоидом у двой-
ной связи (1920—1922); Д. В. Тищенко—
хлорангидриды кислот (1928), П. П.
Шорыгин с сотрудниками осуществил
синтез фенилэтилового спирта из маг-
ния, хлорбензола и окиси этилена в от-
сутствии эфира (1931 г.). Пользуясь сво-
ими индивидуальными магнийоргани-
ческими соединениями, полученными
без эфира в присутствии аминов, В. В.
Челинцев просинтезировал спирты фу-
ранового ряда (1927). Металлическими
соединениями ртути, олова, мышьяка,
лития и т. д. очень успешно занимались
А. Н. Несмеянов, К. А. Кочешков, В. В.
Некрасов, А. С. Некрасов, Н. И. Мель-
ников и др. Выдающееся значение метал-
лических производных в природе (маг-
ний — в хлорофилле, железо в гемогло-
бине) и для синтеза, большой интерес
их для теоретической химии, наравне
с комплексными соединениями, обещают,
что глава о металлоорганических со-
единениях в дальнейшем будет пло-
дотворно развиваться и сулит много
открытий.
Интересные для органика и биохимика
органические соединения фосфора,
именно фосфонкарбоновые кислоты,
эфиры фосфористой кислоты, фосфино-
вые кислоты и пр. изучаются в лабора-
тории А. Е. Арбузова (Казань) и тесно
связаны с известной монографией А. Е.
Арбузова о явлениях катализа в области
изомеризации соединений фосфора (1915).
10 Органическая химия в СССР к XX годовщине Октябрьской революции 77
Органические производные фосфорно-
ватистой кислоты в связи с вопросом о ее
строении изучает В. М. Плец (Казань).
Химия кислородсодержащих соеди-
нений (спиртов, альдегидов и кетонов,
кислот, углеводов) разрабатывалась на-
шими лабораториями в разнообразных
направлениях.
Спирты ацетиленового ряда синтези-
ровались и изучались В. Н. Крестин-
ским (1928). Излюбленными объектами
для разных реакций у наших химиков
являются ацетиленовые гликоли, удоб-
ный синтез которых открыл Ж. И.
Цоцич(ум. в 1913 г.) (напр. действие гало-
идоводородных кислот изучалось В. Н.
Крестинским, Ю. С. Залькиндом, А. А.
Кругловым, действие муравьиной ки-
слоты—В. Н. Крестинским, окисление—
Г. А. Арбузовым, Т. И. Темниковой,
П. Д. Тихомоловым и А. Е. Дружини-
ным и др.)
Интересные результаты дают катали-
тические методы синтеза в гетерогенных
условиях, напр. сложных эфиров непо-
средственно из спиртов над медным и
другими катализаторами в результате
своеобразной сложно-эфирной конден-
сации (ГИВД — Б. Н. Долгов (64), П.Я.
Иванников, М. М. Котон, Н. М. Абра-
мова и в Институте имени Карпова —
Каган). Этот синтез сложных эфиров,
несомненно, имеет много родственного
с реакцией сложной эфирной конденсации
альдегидов в присутствии алкоголятов
алюминия, открытой ранее (1900—1906)
акад. В. Е. Тищенко и очень ценной для
получения технических сложных эфи-
ров (В. С. Баталин, С. Н. Данилов,
Каган), не говоря уже об их лаборатор-
ном приготовлении.
В этих реакциях совершается внутри-
молекулярный процесс восстановления
окисления, столь характерный, в осо-
бенности, для биохимических превра-
щений. Реакции внутримолекулярных
окислений и восстановлений успешно
изучаются в органической химии на
примере превращений многоатомных
спиртов, альдегидов и кетонов и моноз.
При обработке полигалоидо-производ-
ных углеводородов жирного ряда спир-
товой щелочью происходит восстано-
вительная реакция рядом с реакцией
отщепления галоидоводорода (65) (А. А.
Петров и А. Ф. Сапожников, Воронеж).
Уже давно известно, что гликоли при
отнятии воды превращаются в альде-
гиды и кетоны, вследствие как бы оки-
слительно-восстановительного превра-
щения молекул. Оказалось, что при
дегидратации альфа-гликолей образуется,
в зависимости от условий, альдегид или
кетон или смесь обоих; получившийся
альдегид или в условиях дегидратации
или при изменении условий может пре-
вращаться в один из возможных кетонов
(С. Н. Данилов и Э. Д. Венус-Данилова).
Открытая впервые на примере трифенил-
уксусного альдегида (С. Данилов) реак-
ция изомерного превращения альдеги-
дов в кетоны была распространена на
различные примеры альдегидов (С. Дани-
лов и Э. Венус-Данилова). Превращение
осуществляется каталитическим спосо-
бом при воздействии разведенных и
концентрированных кислот, сулемы и т. д.
или в условиях гетерогенного ката-
лиза при пропускании альдегидов через
трубку над катализатором (С.Данилов).
Изомеризация кетонов в кетоны про-
исходит при нагреве с хлористым цин-
ком (66) (А. Е. Фаворский, А. А. Чилин-
гарьян, Т. Е. Залесская, Д. И. Розанов),
но не имеет места в условиях обычной
дегидратации гликолей (Данилов,
Венус-Данилова). Альдегиды, однако,
не являются (С. Данилов)обязательным
промежуточным продуктом при дегидра-
тации альфа-гликолей, как и альфа-
окиси, вопреки старинным предполо-
жениям о роли окисей. Но окиси могут
изомеризоваться в альдегиды или ке-
тоны или смесь обоих, смотря по усло-
виям реакции (Данилов и Венус-Дани-
лова). Факт превращения окисей в карбо-
нильные соединения уже давно доказан
К. А. Красуским. Сходные превращения
наблюдаются у глицидных кислот, в про-
шлом веке описанных П. Г. Меликовым
(ум. в 1928 г.,Тбилиси), нашим известным
химиком. К такому же типу реакций
внутримолекулярных окислений и вос-
становлений относятся реакции алдоль-
ного (кротонового) уплотнения альде-
гидов и реакция Каниццаро. Е. К.
Никитин (Саратов) исследовал (67) ско-
рости реакций конденсации альдегидов
с кетонами, напр. ацетона с фурфуролом,
бензальдегидом, ванилином и т. д.
78
Природа
1937
Но особенно ярко происходят внутри-
молекулярные окислительно-восстано-
вительные превращения в группе окси-
карбонильных соединений. Открытая и
разработанная А. Е. Фаворским (68)
с сотрудниками (В. Н. Васильев, А. И.
Умнова, Э. Д. Венус-Данилова, Е. М.
Кочергина, Т. И. Темникова) реакция
изомерного превращения оксикетонов
в другие оксикетоны с передвижкой
карбонильной группы к концу цепи
имеет место как при обработке в кислой
среде, так и в условиях спиртового бро-
жения. Одновременно совершается также
восстановление кетоспирта в гликоль
(Фаворский и Т. И. Руднева). На осно-
вании этих и своих прежних работ по
превращению дихлоркетонов к кислоты
акрилового ряда, акад. Фаворский пред-
ложил интересную схему реакций при
спиртовом брожении (1928). На многих
примерах альфа-оксиальдегидов пока-
зано (69) С. Даниловыми Э. Венус-Дани-
ловой, что оксиальдегиды могут претер-
певать 1) изомерное превращение в окси-
кетоны и 2) интересное, в связи с био-
химическим синтезом кислот (напр.
масляной кислоты при брожении), пре-
вращение в кислоты, напр. оксиизомасля-
ного альдегида в изомасляную кислоту
в присутствии окислов металлов.
Хотя химия углеводов у нас разра-
батывается недостаточно интенсивно,
все же можно указать ряд оригинальных
исследований. Старая реакция Бут-
лерова синтетического получения саха-
ров из формальдегида в присутствии
извести в работах А. В. Степанова и
особенно А. Кузина (70) (Москва) полу-
чила интересную разработку. Показано,
что образовавшаяся моноза далее ката-
лизует реакцию именно в направлении
Бутлеровской конденсации. Ученик
акад. Баха, известный своими работами
А. И. Опарин синтезировал (совместно
с А. Курсановым) сахарозу действием
инвертазы и фосфатазы на раствор ин-
вертированного сахара, а Благовещен-
ский — раффинозу из сахарозы и гала-
ктозы в присутствии эмульсина; А. А.
Шмук — аминоглюкозу. А. Шакхелдиан
предложил метод колориметрического
определения глюкозы. В работе С. Н.
Данилова, Э. Д. Венус-Даниловой и
П. С. Шантаровича осуществлено пре-
вращение глюкозы в фруктозу (и обратно)
при нагревании в пиридине и хино-
лине (77). Эта реакция впоследствии
с успехом распространена на другие
гексозы и пентозы заграничными хи-
миками. В лаборатории А. Н. Баха
(1935) реакция Каниццаро проведена
с глюкозой. В результате внутримоле-
кулярного окисления-восстановления
из 2-галоидомонозы получается глюко-
дезоновая кислота (Данилов и Гахо-
кидзе). Большое количество разнообраз-
ных исследований вышло за последние
годы из наших лабораторий по химии
целлюлозы и химии производств, основан-
ных на целлюлозе и ее эфирах. Раньше
у нас очень мало разрабатывали химию
целлюлозы. Достигнуты успехи в раз-
ных лабораториях по очистке хлоп-
кового линтера и делинта, по варке дре-
весной целлюлозы и особенно по ее обла-
гораживанию (С. А. Фотиев и Л. Е. Аким).
Структуру природного волокна изучали
(1935/1936) А. П. Закощиков и Д. И. Ту-
маркин (элементы поперечной структу-
ры). Наш старейший исследователь в обла-
сти целлюлозы А. М. Настюков продол-
жал исследования оксицеллюлозы (1927).
Сложные и простые эфиры целлюлозы
подробно изучаются в заводских и
научно-исследовательских лаборато-
риях. Большое число работ опублико-
вано по нитроклетчатке, из которых
отметим, для примера, лишь немногие.
Действие нитрационных смесей и содер-
жащихся в них окислов азота, стабили-
зация нитроклетчатки изучались С. С.
Миндлиным, Кузьминой и др. (Охт. Хим.
комб., Ленинград); снижение вязкости
нитроклетчатки (С. Н. Данилов и сотруд-
ники— Лгр. Хим.-технол. инет.), нитро-
вание окислами азота (П. П. Шорыгин,
3. А. Роговин и др., Москва). В Научно-
исследовательском институте искусствен-
ного волокна (Москва) разработаны спо-
собы технического получения ацетил-
целлюлозы. Институт пластических масс
в Ленинграде успешно работает над про-
стыми эфирами целлюлозы (С. Н. Уша-
ков, С. Н. Данилов, И. М. Геллер, В. И.
Грибкова, Н. Н. Крестинская, В. А.Конь-
кова, В. О. Седлис, Н.В. Орлова, М. М.
Бинкина и др.). Существенные данные по
простым эфирам целлюлозы добыты также
в Лесотехнической академии в Ленин-
№ Ю Органическая химия в СССР к XX годовщине Октябрьской революции 79
граде Н. И. Никитиным с Т. И. Рудневой,
j\4. А. Авидон и др. Необходимо отме-
тить исследования П. П. Шорыгина
с Ю. А. Рымашевской и Н.Н. Макаровой-
Землянской по оксиалкильным эфирам
целлюлозы, по действию на целлюлозу
металлического натрия и т. д. Химией
вискозы занимаются: на фабрике Пя-
тилетка А. С. Шпитальный с Р. С.
Ляш, Е- А. Меос и др., в Научно-
исследовательском институте искус-
ственного волокна — 3. А. Роговин,
А. Б. Пакшвер, Р. С. Нейман и др.,
в Лгр. Хим.-технологическом инсти-
туте— С. Н. Данилов, А. И. Меос,
С. М. Ризов, Д. С. Брохина и др.
За последнее десятилетие в СССР со-
здана на основе целлюлозы промышлен-
ность искусственных волокон, пласт-
масс и лаков. Наша промышленность
по химической переработке целлюлозы
становится на твердые ноги.
Из других глав органической химии,
успешно развиваемых нашими хими-
ками, необходимо также остановиться
на циклических (полиметиленовых и
ароматических) соединениях, гетеро-
циклах и алкалоидах, имеющих большой
научный и производственный интерес.
Глава органической химии о полиме-
тиленовых производных и терпенах
очень обогащена химиками Советского
Союза. В химии терпенов и полимети-
ленов русские химики в конце прошлого
и в нынешнем веке сделали ряд выдаю-
щихся открытий. Достаточно вспом-
нить славные имена В. В. Марковникова,
М. И. Коновалова, Г. Г. Густавсона,
Е. Е. Вагнера, Л. А. Чугаева. За истек-
шие двадцать лет со времени Октябрь-
ской революции сделано по этим раз-
делам много крупнейших работ в лабо-
раториях, руководимых Н. Я. Демья-
новым, Н. Д. Зелинским, покойным Н. М.
Кижнербм (ум. в 1936 г.), А. Е. Фавор-
ским, С. С. Наметкиным, А. Е. Арбузо-
вым и др. Полиметилены разных циклов
исследовались в природных продуктах
и синтезировались искусственно.
Акад. Н. Я. Демьянов уже много лет
тому назад открыл закономерность уве-
личения циклов на один атом углерода и
построил простейшие циклы. Как в лабо-
ратории Демьянова, так и в других
наших лабораториях сделано много по
разработке процессов изомеризации
циклических соединений. Необходимо
отметить ценные работы учеников Демья-
нова — преждевременно умерших М. Н.
Демьяновой-Дояренко и Н. А. Роза-
нова — по изомеризации колец в угле-
водородах и спиртах (72). Изомеризацию
циклов изучал покойный Кижнер.
Явления сжатия и расширения циклов
описаны для различных полиметилено-
вых циклов Э. Д. Венус-Даниловой
в ее работах по изомерным превраще-
ниям циклических альдегидов и окси-
альдегидов (73). Н. Я. Демьянов и М. Н.
Демьянова-Дояренко просинтезировали
простейший углеводород с двойной
связью в тройном цикле. Еще В. В. Мар-
ковникова занимала идея получения по-
лиметиленовых соединений с тройной
связью в цикле. Эти синтезы были
изящно проработаны А. Е. Фаворским
совместно с В. Н. Божовским (шести-
членный цикл, 1913), Ф. Я. Шестаков-
ским (в пятичленном цикле, 1936) и
Н. А. Домниным (в семичленном цикле,
1936). Оказалось, что такие соединения
очень легко полимеризуются в замещен-
ные бензольные кольца.
Кроме исследования нафтенов и наф-
теновых кислот Н. Д. Зелинский со-
вместно с многочисленными учениками
осуществил ряд синтезов и превращений
в группе соединений полиметиленового
цикла. Интересные кольчатые системы —
бициклогексан, бициклобутан, цикло-
гексилиден-циклоге кса н, метилбицикло-
гентан, метилбициклооктан, спироцикло-
декан и др.—получены Н. Д. Зелинским,.
Н. И. Шуйкиным, Б. А. Казанским, К. А.
Кочетковой, В. Е. Кочетковой и др.
Изомеризацию ненасыщенных циклоге-
ксановых производных и дегидрогениза-
ционный катализ полиметиленовых про-
изводных изучали в лаборатории Зелин-
ского Р. Я. Левина, Ю. К. Юрьев, Б. А.
Казанский, Б. М. Турова-Поляк и др.
Парахоры полициклических соединений
находил Д. Н. Курсанов (1937). Краткий
перечень работ по полиметиленовым цик-
лам далеко не исчерпал того, что сделано
и напечатано в наших химических жур-
налах за этот период по полиметилено-
вым производным.
Природные продукты растительного
происхождения — эфирные масла и
80
Природа
1937
терпены — крайне интересны по своему
причудливому химическому строению,
разнообразию свойств и распространен-
ности в природе.
Эфирные масла, с точки зрения их
состава и происхождения, деятельно
изучаются Г. В. Пигулевским (Ленин-
град), А. Е. Арбузовым, Б. А. Арбузо-
вым (Казань), Б. Рутовским (Москва),
В. Н. Крестинским (Ленинград) и др.
Самые яркие многочисленные и обстоя-
тельные работы за последнее двадцати-
летие по химии терпенов принадлежат
С. С. Наметкину (с его многочисленными
учениками: Л. А. Брюсова, А. С. Забро-
дина, А. С. Кичкина, Д. Н. Курсанов,
В. А. Хохрякова, А. К. Руженцева,
А. С. Селиванова, М. А. Шлезингер,
Л. Н. Абакумовская, А. И. Шаврыгин
и др.), но, к сожалению, остановиться
на них сколько-нибудь подробно нет
возможности. Лабораторией Наметкина
исследованы многосторонне: пинен,
метилкамфен и камфенилон, изоборни-
лан, пинокамфан, апоциклен и камфени-
лен, гомологи камфоры и камфорная
группа, дигидропинены, оксифенхон,
изокамфодиен, альфа-камфенон и т. д.
В других наших лабораториях также
сделаны по терпенам интересные наблю-
дения, обогатившие нашу и мировую
науку. Содержащийся в скипидаре
пинен часто является продуктом обсле-
дования, в частности в связи с синтезом
искусственной камфоры. Принадлежа*
щий к группе бициклических терпенов,
пинен легко претерпевает изменения,
протекающие с глубокой перестройкой
всей бициклической системы с переходом
пинена в моноциклические терпены и би-
циклические терпены иной структуры.
Обрабатывая пинен флоридином, као-
лином или бокситом, акад. В. Е. Ти-
щенко, Марга и Рудаков (1928—1933)
изомеризовали (74) его в камфен, что
является удобным переходом от пинена
к камфоре. Под влиянием высокой тем-
пературы и различных катализаторов
(медь, кобальто-ториевый, хромомедный)
из пинена и нопинена у Б. А. Арбузова
получился терпен с открытой цепью,
так наз. алло-оцимен, хорошо Арбузо-
вым исследованный.
Окись пинена была впервые синтези-
рована Н. А. Прилежаевым его реак-
цией — окислением альфа-пинена гидро-
перекисью бензоила и более подробно
изучена в последнее время совместно
с В. Вершуком (1929); в частности, они
использовали ее для магнийорганиче-
ского синтеза, получив ряд спиртов.
Б. А. Арбузов доказал, что в условиях
синтеза Гриньяра, а также при знамени-
том цинкорганическом синтезе С. Н. Ре-
форматского (ум. в 1934 г.) окись изомери-
зуется в камфоленовый альдегид. Б. Ар-
бузов получил также окиси Д3 карена,
камфена и др. и изомеризовал их под
влиянием галоидных солей цинка и маг-
ния (75). Н. Д. Зелинским показано
(1925), что при пропускании пинена над
палладированным асбестом при 190—
200° происходит необратимый катализ,
причем получается смесь цимола и пи-
нена, т. е. происходит одновременная
гидрогенизация и дегидрогенизация.
В аналогичных условиях, по опытам
Зелинского и Левиной (1929), туйон
превращается в производные циклопен-
тана (изо-туйана), а циклофенхен —
в смесь альфа- и бета-фенхенов.
Интересную проблему о строении изо-
борнеола поставил В. Н. Крестинский
(76) в своей работе (с А. Ещенко, М. Не-
миловым, И. Бардышевым и Л. Бажено-
вой) и склоняется к мнению, что изо-
борнеол является третичным спир-
том, а вовсе не стереоизомером бор-
неола.
Терпены открытой цепи, напр. лина-
лоол, исследованы несколькими авторами,
И. И-. Ванин (77) (Новочеркасск) инте-
ресовался превращением линалоола
в связи с явлением стереоизомерии при
действии галоидных соединений фосфора
(1937), а также обрабатывал хлориды
этого спирта углекислым никелем, кото-
рым неоднократно ранее пользовался
в качестве катализатора. Г. В. Пигулев-
ский (с Е. Т. Канецкой и М. А. Плато-
новой) изомеризовал линалоол флори-
дином и получил смесь оптически дея-
тельных терпеновых углеводородов (75)
(1937).Интересный случай изомеризации
линалоола в камфору под влиянием
металлического алюминия в присут-
ствии сулемы и иода описала И. В. Вино-
градова (79).
Ароматические соединения, имеющие
важнейшие практические приложения,
№ 10 Органическая химия в СССР к XX годовщине Октябрьской революции 81
представлены в многих работах с раз-
личными целевыми установками, но
интереснее всего те исследования, кото-
рые находятся в тесной связи с химией
красителей, хотя и носят иногда специ-
альный характер. Большие и ценные
работы опубликованы А. Е. Порай-
Кошицем (реакции с лейкотропом и др.),
Н. Н. Ворожцовым (работы с нафтали-
новыми производными, о светочувстви-
тельности нитросоэдинений и многие
другие), В. А. Измаильским (соотно-
шение между светопоглощением и строе-
нием в большом ряде работ) и т. д.
В ряде хороших работ А. А. Ваншейдт
(Ленинград) описал окрашенные бифуль-
веновые углеводороды, устанавливая
связи между строением и окраской (80).
Сходной задачей о строении и свето-
поглощении в ультрафиолетовой части
занимался Н. А. Валяшко (Харьков).
В исследованиях И. С. Иоффе, ученика
акад. Порай-Кошица, мы находим пло-
дотворное распространение реакции
А. П.'Дианина на фенолы нафталинового
ряда (81). К отделу химии красящих
веществ относятся и работы Б. А. Порай-
Кошица о замещенных фталаминовых
кислотах (1937). ,
Из других разделов ароматического
ряда интересны работы по синтезу и
строению феноло-альдегидных, полисти-
рольных, нафтилэтиленовых и других
смол (Г. С. Петров, А. А. Ваншейдт,
С. Н. Ушаков, Б. В. Максоров, И. Лосев,
П. П. Шорыгин, Ю. С. Залькинд, С. А.
Зонис и др.).
Позволим себе не рассматривать мно-
гие прочие интересные работы, напр.
исследование М. В. Лихошерстова (Воро-
неж) о новом методе галогенирования
{1934), А. В. Карташова (Омск) о роли
азотистой кислоты при нитровании фено-
лов (1930), И. П. Цукерваника (Ташкент)
о конденсации спиртов с ароматическими
углеводородами (1937) и длинный список
других.
Химия, гетероциклических соедине-
ний, важных по их широкому распростра-
нению и значению в природе, по своей
связи с хлорофиллом и гемоглобином,
гормонами, алкалоидами, фармацевти-
ческими препаратами и т. д., заслужи-
вает самого всестороннего развития и
действительно успешно развивается у нас.
рпрода X- !•
В. В. Челинцев изучал производные
пиррола (карбоновые кислоты) и фурана
(продукты конденсации), И. А. Тре-
фильев описал моно- и дикарбоновые
кислоты фурана. За последнее время
интересные работы по каталитическому
синтезу пиррольных и тиофеновых со-
единений из фурановых колец, по гидри-
рованию гомологов пиррола и другим
каталитическим превращениям гетероци-
клических соединений, напр. дегидро-
генизации тиофена, опубликовал Ю. К.
Юрьев(82). Н. Д. Зелинский (с Юрье-
вым) распространил дегидрогениза-
ционный катализ на N-метил-пирроли-
дин и т. д., так как пятичленная гетеро-
циклическая система пирролидина,
подобно циклогексану, отщепляет при
этом водородные атомы. К группе кисло-
родных гетероциклов относятся хорошие
исследования В. В. Феофилактова, из-
учившего продукты конденсации пиро-
виноградной кислоты с формальдегидом
(производные альфа-тетроновой кисло-
ты). Синтез тетрагидро-фурфуриламина и
его превращение произведены Н. В.
Вильямсом. Интересны изомерные пере-
стройки азотистых гетероциклов с рас-
ширением кольца у пиррольных и ин-
дольных производных в работах Н. И.
Путохина, ученика акад. Демьянова (83).
Далее следовало бы отметить еще мно-
гие работы, напр. О. Ю. Зейде по син-
тезу производных нафтиридина, Н. С.
Дроздова по мезодериватам акридина,
М. П. Опариной и А. В. Кирсанова по
пиридиновым соединениям, Ю. Ю. Га-
бель по конденсации изатина с фенолом,
работы И. Мацуревича по гетероциклам
и другим классам соединений и т. д. и т. д.
Неоспоримо большой интерес пред-
ставляют работы О. Ю. Магидсона (84)
и его сотрудников по синтезу акриди-
новых и хинолиновых производных как
противомалярийных и других лекар-
ственных средств (Хим.-фарм. инет,
имени Орджоникидзе). Известно, что
химия хинолина очень богата соедине-
ниями, обладающими анэстетическим
действием (напр. совкаин и т. д.). Мно-
гие хинолиновые производные обладают
и противомалярийным действием (напр.
производные 8-аминохинолина), будучи
по составу близкими к хинину и имея
общее с хинином ядро — б-метоксихино-
6
82
Природа
193 7
лина. Синтетические противомалярий-
ные препараты обладают явным специ-
фическим действием против малярии.
Полученный Магидсоном ряд соединений
6-метоксихинолина (заместитель диэтил-
аминоалкиламин в 8 или 4 положении
метоксихинолинового ядра) интересен
своей активностью против малярийного
плазмодия. Лучший синтетический про-
тивомалярийный препарат — акрихин —
является производным акридина.
Необходимо в заключение еще отметить
большое число работ, вышедших в свет,
особенно в последние пять лет, по алка-
лоидам. А. П. Орехов (85) (совместно с
Р. А. Коноваловой, С. С. Норкиной и др.)
успешно изучает алкалоиды, напр. ана-
базин из ядовитого азиатского растения
Anabasis aphylla, алкалоиды из Cytisus
ratisbonensis Московской области и из
Convolvulus pseudocantabrica (тысяче-
головник) Средней Азии и т. д. М. М.
Кацнельсон и М. И. Кабачник приме-
нили к алкалоидам (напр. к N-бензоил-
анабазину) реакцию амидирования по-
средством калий-и натрий-амида (86).
Читатели журнала «Природа» и совет-
ские химики пусть не посетуют на этот
краткий очерк за неполное и бледное
отражение тех успехов, с которыми орга-
ническая химия в СССР пришла к два-
дцатилетию славной Октябрьской рево-
люции. Сказано очень немногое о той
большой разносторонней и продуктивной
работе, которая у нас ведется по изуче-
нию углеродистых веществ в связи
с решением задач, выдвигаемых запро-
сами социалистической промышленности
и научными проблемами.
Великая Октябрьская Социалистиче-
ская революция обеспечила все возмож-
ности и открыла полный простор для
проявления свободного творчества на-
родных масс, научного предвидения и
инициативы, изобретательства и для той
огромной целеустремленной научно-
исследовательской работы, которая тво-
рится нашими многочисленными кадрами
на фабриках, заводах, в учебных заведе-
ниях, в научных институтах и учрежде-
ниях.
Литература
1.Ж.Р. Х.О., 49(2), 1 (1917)) Ж.О. X.,
IV, 31 (1934) и др.—2. Книга «Электр, тео-
рия в орган, химии». Хим. теор., 1936 —
З.Ж.Р Х.О., 54, 493 (1922); Ж. О. X., fii
643 (1933) —4. Ж. О. X., VI, 176 (1936)-
5. Ж.О X., VII, 3 (1937) — 6. Ж. Р. X. О , 51
245 (1919).—7. Ж. О. X., V, 950 (193j) J
8. Ж. Р. X О., 61, 1125 (1929). —9. Ж. Р. X О
60, 19 (1928).—10.Ж. Р. X. О ,54,304(1922) Л
11. Ж. О. X., V, 1668 (1935) — 12. Ж О. X
III, 755 (1932). — 13. Ж. Р. X О , 54. 177(1922)’
57, 75(1925). — 14. Ж. Р. X. О., 61, 1751 (1929) -
15. Ж О Х., VII, 317 (кЗ ). —16. Ж.О. X
VII, 1403 (193/). —17. Ж О. X. VI, 13.5
(1936). — 18. Ж. Р. X. О , 61,21э1 (192) и др. -
19. Ж Р. X. О., 61, 1923 (1 »30) —20. Ж. О. X
I, 12 .0(1931).—21. Изв. Акад. Наук, 1933/34.-.’
22. Ж. Р. X. О., 59, 187 (1927). — 23. Ж. Р. X. О
59, 549 (1927).—24. Вег., 57, 1627 (1924) —
25. Ж. Р. X. О., 57.487(ly2j) —26. Ж. Р. X. О.
58, 148 (1926); 52, 413 (1920) и др. — 27*
Ж. Р.Х.О.,60, 149(1928) и л р,—28. Ж. Р. Х. О.,
58, 767(1926). —29. Ж. О. X., IV. 800 (1934).—
30. Ж. Р. X. О., 51,97 (1919) —31. Ж О. Х;,
VI, 704 (1936).—32.Ж. О Х„ 111,698(1933) —
33. Ж пр х., 3, 1159(1931). —34. Ж.О. X., IV,
1168 (1934). —35. Ж.О. X., VII, 470 (1937).-
36. L с.— 37. Ж. О. Х„ V, 1252 (1937) —
38. Дисс. Кижнера (1895). —39. Ж О. X., VII,
1360 (1937).— 40. Избр. тр. А. Н. Баха.
1937.—41. Ж. пр. х., 4, 335 (1932).—42.Изв.
Акад. Наук, 7, 851 (1930); Ж О. Х„ VII, 328
(1937) —43. Ж. О. X., VII, 169 (1Ь37).—
44. Ж О.Х., VII, 97 (1937) — 45. Ж.О. X., V,
973 (1935).—46. Ж. О. Х„ V, 1791 (1935) —
47. Нефт. сл. х , 8, 52; Ж. Р. X. О , 60, 1123
(1928). — 48. Ж. О. X., I, 437 (1931). -
49. Ж. О. Х„ VII, 1246 (1937) и др—50. Вег., 62,
658 (1931).—51. Ж. О. X , VII, 122, 818(1937),
и др.-52. Ж. О. X., VII, 1352 (1937). —
53.Ж.О X., IV, 1280(1934)—54. Укр.хим.ж.,
1, 368 и др. — 55. Укр хим. ж., 1, 408. 644
(1925); Ж.О. X., VII, 1026 (1937).—56. Пром,
орг. химии, III, № 3 (1937).—57. Ж О. X.,
VII, 956 (1937).—58. Ж. О. X., VII, 973
И.-59. Ж. О. X , VII, 1299 (1937).-
О.Х., IV, 778 (1934).—61.Ж. О. X , VII,
832 (1937). —62. Некролог Лебедева, Ж. О X.,
V, 1, (1935).—63. Ж. О. X., VII, 759 (1937).—
64. Ж. О. X., VI, 1009 (1936). — 65. Ж О. X.,
VII, 477 (1937).—66. ЖОХ., V, 1728
(1935) — 67. Ж. О. X., VII. 1306 (1937).—
68. Избр. тр. Фаворского, НХТИ, 1934 г. —
69. Ж. О. Х„ 111,559 (1933).— 70. Ж О. X , V,
1527 (1935). —71. Ж Р. Х.О., 62, 1377 (1930).
72. Успехи химии, III, вып. 4, 493 (1934).
Обзор акад. Демьянова. — 73. Ж. О. X , VI,
1863 (1936).— 74. Ж. пр. х., 6, 691 (1933).—
75. Дисс. Б. А. Арбузова, 1936, Каз нь. —
76. Ж.О.Х., VII, 423 (1937). —77. Ж.О. X.,
VII, 885 (1937).—78. Ж. О. X., VII, 873
(1937). — 79. Ж. О. X., I, 660 (1931). —
80.Ж. О. X., IV, 875(1934). —81.Ж. О. X..VII,
1102 (1937) и др. —82. ЖО Х, VII, 267
(1937) и др.—83. Усп. химии, III, вып. 4,
«тр. 493 (1934) —84. Ж О. X, VII, 1557
(1937) и др. — 85. VII, 646 (1937) и др.—
86. Ж.О. X., V, 1289 (1935).
УСПЕХИ РЕГИОНАЛЬНОЙ ГЕОЛОГИИ
Чл.-корр. АН СССР Д. В. НАЛИВКИН
Успехи в деле изучения геологии
отдельных областей СССР огромны. Без
преувеличения можно сказать, что
подобные достижения, сделанные в та-
кой короткий срок, в истории гео-
логических знаний встречаются впер-
вые. Эго вполне понятно, так как рост
геологических знаний обусловливается и
идет одновременно с ростом произ-
водительных сил Советского Союза,
с ростом социалистического строитель-
ства, также происходящими впервые
в истории человечества и впервые даю-
щими такие блестящие достижения
и темпы.
Наиболее наглядно, графически, выра-
жены успехи региональной геологии
на геологической карте СССР в мас-
штабе 1 : 5 000 000, напечатанной к Ме-
ждународному Геологическому кон-
грессу, который состоялся в июле 1937 г.
в Москве и Ленинграде. Прежде всего
надо отметить, что герлогическая карта
для всей территории СССР составлена
впервые. Ранее существовали только
отдельные карты для Европейской и
Азиатской частей. Достаточно простого
сравнения дореволюционных изданий
этих карт с пятимиллионной картой,
чтобы достижения советской геологии
сразу бросились в глаза.
Там, где ранее располагались громад-
ные белые пятна совершенно неизучен-
ных областей, теперь нанесены экспеди-
ционные, обзорные, а иногда, как, напр.,
на Колыме и на Памире, и детальные
данные. Там, где ранее были общие
мазки и большие нерасчлененные пятна,
теперь лежит тонкий и сложный рису-
нок, результат детальных геологиче-
ских исследований. Даже в централь-
ных давно исследованных районах, как,
напр., Урал, карта стала неузнавае-
мой в результате очень больших, корен-
ных изменений в старых представле-
ниях об этих районах.
Перейдем теперь к характеристике
достижений советской геологии по основ-
ным районам СССР.
Арктика
В Арктике, конечно, наибольшее,
исключительное значение имеет откры-
тие золотоносных районов бассейна
р. Колымы. По своему богатству эти
районы вполне можно назвать совет-
ской Аляской. Всем известна та золо-
тая горячка, которая охватила Аме-
рику и Европу после открытия сказоч-
ных богатств Аляски. Эпизоды этой
золотой горячки ярко и красочно опи-
саны в ряде произведений Джека Лон-
дона.
Изучение Аляски показало уже
давно, что главнейшие горные хребты
и геологические зоны, по простиранию,
уходят к нам, в пределы Восточной
Арктики. Если это так, если геологи-
ческое строение восточной Арктики
тождественно с строением Аляски, то
были все основания ожидать у нас и
нахождения таких же богатых золото-
носных россыпей. Поставив перед собой
эту задачу, советские геологи муже-
ственно и настойчиво взялись за ее реше-
ние. Задача была очень трудной как по
условиям работы в дикой, трудно
доступной, мало населенной стране, так
и по необходимости охвата изучением
громадной совершенно неизученной
области. Задача эта была решена не
сразу; понадобился ряд тяжелых лет-
них работ и еще более тяжелых зимо-
вок, чтобы ее решить. Но в конце кон-
цов она была решена, и богатейшие
золотоносные россыпи были найдены
в долинах среднего течения р. Колымы
и ее многочисленных притоков.
Естественно возникает вопрос: если
была найдена вторая Аляска, то по-
чему не было второй золотой горячки?
Ответ на этот вопрос еще лишний раз
подчеркивает то колоссальное пре-
имущество, которое социалистическое
строительство имеет перед работами
в условиях капитализма. Открытие
золота на Аляске вызвало бешеный,
неорганизованный поток хищников,
6*
«4
Природа
1937
сопровождавшийся гибелью тысяч людей
и бессмысленной затратой громадней-
ших средств. Открытие золота на
Колыме, под умелым руководством
треста Дальстрой, вызвало необыкно-
венное по своим темпам, но планомер-
ное и организованное социалистиче-
ское строительство. Возникли новые
города, новые поселки, новые автомо-
бильные шоссе, новые аэропланные
трассы.
Десяткам тысяч рабочих, служащих
и инженеров уже не надо было биться
на смерть друг с другом из-за куска
хлеба, из-за каждой лачуги. Они были
поставлены в такие условия, которые
вполне обеспечили им культурную, кол-
лективную работу.
Но богатства восточной Арктики,
так же как и Аляски, не ограничиваются
одним золотом. Там найдены месторо-
ждения цветных металлов, ртути, ред-
ких металлов, и сейчас основной зада-
чей является нахождение промышлен-
ных- крупных месторождений олова.
Сейчас восточная Арктика вырисовы-
вается как важнейший металлоносный
район, по геологическому строению и
оруденению очень близкий и, вероятно,
тождественный, с восточным Забай-
кальем.
Большое общее значение имеет уста-
новление принципиального резкого раз-
личия между восточной и западной
Арктикой. Восточная Арктика является
областью с молодыми мезозойскими
и кенозойскими складчатостями, про-
явлениями молодых вулканических цик-
лов и молодой металлогенией. По
своему геологическому строению она
близка к восточному Забайкалью,
Дальне-Восточному краю и даже
к Кавказу и Закавказью. Она отно-
сится к складчатым областям, которым
автор предложил название мезо-кено-
зойских геосинклиналей.
Западная Арктика (западнее Тай-
мыра), наоборот, относится к древним
палеозойским геосинклиналям, с древ-
ними складчатостями, вулканизмом и
металлогенией. Она близка к Уралу,
Казахстану, Алтаю и Тянь-шаню.
В свою очередь западная Арктика
распадается на две части — североза-
падную и юговосточную.
Первая часть включает в себя Новую
Землю, Тиман, Печорский край, Пай-
Хойи район, затопленный сейчас Север-
ным морем. Она отличается ясным,
нередко сильным проявлением древней
каледонской складчатости, происходив-
шей в верхнекембрийскую эпоху и
в ордовичский и силурийский периоды.
Во время каледонской складчатости на
месте моря образуются мощные горные
хребты. К концу силура эти хребты
сливаются друг с другом и образуют
значительный континент, простираю-
щийся от Скандинавии и Русской плат-
формы через Тиман, Новую 3?мдю,
Пай-Хой, Таймыр, Ново-Сибирские
острова в бассейн Индигирки и Колымы.
Этому континенту автор предложил
название Девонской Арктики или со-
кращенно Деварктики.
Из отдельных деталей строения Девар-
ктики интересно установление факта,
что Полярный Урал не продолжается
в Пай-Хой,как это думали сравнительно
недавно, а уходит в северовосточном
направлении, вероятно, на северное
побережье Таймырского полуострова.
Вторая, юговосточная, часть западной
Арктики, в которую входят Полярный
Урал и Таймыр, отличается преобла-
данием более поздней, верхнепалео-
зойской варисцийской складчатости.
Из отдельных вопросов по геологии
Арктики интересны данные по климату
третичного периода и четвертичной
эпохи. Изучение отложений этого вре-
мени и заключенной в них флоры обна-
ружило неожиданный факт. Оказа-
лось, что сравнительно недавно, еще
в миоценовую эпоху, вся Арктика, начи-
ная от Шпицбергена и Земли Франца
Иосифа через Таймыр, Ново-Сибирские
острова, северное побережье Аляски
и до севера Гренландии, представляла
обширную сушу, на поверхности кото-
рой протекали многочисленные реки,
располагались большие озера и росла
пышная субтропическая флора с паль-
мами, секвойями, болотными кипари-
сами, магнолиями, олеандрами и дру-
гими подобными группами растений.
Климат Арктики тогда был близок
к современному климату Флориды,
Испании, Италии и Средиземномор-
ского побережья. Там, где сейчас путе-
№ Ю
Успехи региональной геологии
85
шествуют белые медведи и на плаваю-
щих льдах греются тюлени, в ту эпоху
зрели апельсины и лимоны и благо-
ухали магнолии и олеандры.
В следующую эпоху, в неогене, кли-
мат становится более умеренным, появля-
ются леса из дубов, платанов и буков.
В степях бегали стада трехпалых лоша-
дей и антилоп. У водопоев на них
нападали гигантские саблезубые тигры.
Но самое интересное — это то, что даже
совсем недавно, в четвертичную эпоху,
на Ново-Сибирских островах росли
березы, ольха и ива, среди которых
ходили волосатые носороги и мамонты.
Полярные растения и животные нахо-
дятся только в самых верхних горизон-
тах четвертичных отложений.
Таким образом мы видим, что поляр-
ный климат для Арктики совершенно
не свойствен, являясь только почти
современным приобретением. До самого
последнего времени, геологического,
конечно, Арктика представляла область
с умеренным, а ранее даже с субтропи-
ческим климатом; на это указывают
и залежи углей третичного возраста,
нередкие в Арктике.
Дальне-Восточный край
Главнейшим результатом по ДВК
является выявление сырьевой базы для
Хингано-буреинского комбината. Эга
гигантская работа потребовала много-
летней работы десятков геологических
и разведочных партий. Сейчас она еще
не окончена, но основная картина уже
выяснена. В бассейне р. Бурей и ее при-
токов залегают мощные угленосные
толщи, заключающие в себе большое
число пластов каменного угля, различ-
ного качества, нередко высокого. Эга
толща распространена на громадной
площади, соответственно и запасы
углей весьма значительны. Сравнительно
недалеко, в хребте Малый Хинган,
найдены и разведаны мощные залежи
железных руд, по типу и условиям
залегания очень близкие к железным
рудам Кривого Рога на Украине. Запасы
этих руд громадны. Сначала были
найдены только руды, переслаиваю-
щиеся с кварцитами и трудно поддаю-
щиеся обработке, но дальнейшие настой-
чивые поиски привели к открытию
высокосортных руд, расположенных
недалеко от железной дороги. Комби-
нация углей Бурей и железных руд
Хингана создает крупную, надежную
базу для развития своей дальневосточ-
ной металлургии и тем самым освобо-
ждает ДВК от зависимости от очень
длинных перевозок. Свои железо,
чугун, сталь явятся мощным рычагом
для развития социалистического строи-
тельства ДВК — форпоста СССР.
Затем можно отметить нахождение
ряда новых месторождений золота,
каменного угля, нефти и других полез-
ных ископаемых.
С другой стороны, имеется одно
воо.бще чрезвычайно широко распростра-
ненное полезное ископаемое, но кото-
рое до сих пор, несмотря на неод-
нократные поиски, найти в ДВК не
удалось. Эго — каменная соль. Отсут-
ствие каменной соли является нерешен-
ной геологической загадкой. Сейчас
ближайшие районы СССР, откуда соль
можно везти дешевым морским транс-
портом — это Нордвик, на побережье
Ледовитого океана, у устья р. Хатанги,
и Одесса.
Среди теоретических проблем значи-
тельные успехи достигнуты в изучении
стратиграфии и возраста вулканиче-
ских проявлений. Для последних было
установлено чрезвычайное разнообра-
зие по возрасту и весьма значительное
географическое распространение.
Забайкалье
Для Забайкалья в первую очередь
необходимо отметить чрезвычайно рез-
кое, коренное изменение в точке зрения
на возраст образования восточного
Забайкалья. Ранее, до Революции,
восточное Забайкалье, вместе с запад-
ным Забайкальем, считалось одной из
наиболее древних областей СССР. Их
относили к так наз. древнему темени
Азии, т. е. к такой области, которая,
начиная с конца палеозоя, никогда не
покрывалась морем.
Однако детальная геологическая
съемка, поставленная после Революции,
в корне изменила это представление.
В отложениях, ранее считавшихся
докембрийскими, были найдены юрские
аммониты и белемниты. Это изменение
86
П р и р о д а
1937
можно для наглядности сравнить с тем,
как если бы девяностолетний старик
вдруг оказался двадцатилетним юношей.
Позднее были найдены морской триас
и нижний мел, были выделены молодые
юрские граниты. Эти открытия пока-
зали, что восточное Забайкалье отно-
сится не к древней области, а к моло-
дой мезокенозойской тихоокеанской гео-
синклинали и в частности к ее внешней
зоне. Выше уже было отмечено сход-
ство восточного Забайкалья с бассей-
ном Колымы и Верхояньем. Это сход-
ство распространяется и на большое
развитие металлогении. Сейчас восточ-
ное Забайкалье является важнейшей
областью по добыче олова. Весьма
крупных размеров достигают и место-
рождения золота и полиметаллов
свинца, цинка и серебра.
Западное Забайкалье сохраняет свою
прежнюю характеристику, являясь
областью развития исключительно древ-
нейших морских отложений — докем-
брийских и нижнепалеозойских. За-
служивает внимания выделение отло-
жений, аналогичных так наз. синийской
формации Китая. Эти отложения дости-
гают громадной мощности (сотни и
тысячи метров) и согласно залегают
под нижним кембрием, постепенно пере-
ходя в него. Синийская система в пре-
делах СССР выделяется впервые.
Интересны новые данные о молодых
тектонических движениях, известных
и ранее. В пределах западного Забай-
калья больших размеров достигают
глыбовые движения, поднятия и опу-
скания. Древние плотные массивы рас-
трескиваются, и образуются глубочай-
шие трещины, тянущиеся на сотни кило-
метров. Глыбы, заключенные между
этими трещинами, начинают то подни-
маться, то опускаться, образуя то
высокие нагорья, то глубокие впадины.
Примером такой впадины, заполненной
водой, и является оз. Байкал. При под-
нятиях глыбы нередко надвигаются
друг на друга, сильно сминая лежащие
на них более рыхлые молодые осадки.
По трещинам иногда изливаются рас-
плавленные изверженные породы, обра-
зуя покровы базальтов.
Подобные глыбовые движения развиты
не только в Забайкалье. Они распро-
странены в Саянах, в Горном Алтае, Тар-
багатае, Джунгарском Алатау и Тянь-
шане. Для этой гигантской зоны автор
предложил название Туркестано-Саян-
ского пояса глыбовых поднятий.
Повидимому, в связи с этими глыбо-
выми надвигами стоит своеобразней-
шее байкальское нефтяное месторожде-
ние, генезис которого до сих пор, не-
смотря на разведки, остается неизвест-
ным.
Западная Сибирь
Нет такой области в Западной Сибири,
геология которой не сделала бы за
годы Советской власти гигантских шагов
вперед как в области теоретических
проблем, так и в деле поисков и раз-
ведок месторождений полезных иско-
паемых.
Наибольший интерес представляет ис-
тория изучения Кузбасса. Крупнейший
в Союзе каменноугольный бассейн до
Революции был собственностью царя.
Дохода он приносил немного, и из-
ученность его была сравнительно неве-
лика. После Революции Кузбасс быстро
занял подобающее ему место в социа-
листическом строительстве, и с каждым
годом его значение растет все больше
и больше. Также быстро растет и из-
учение его геологии.
Ранее вся угленосная толща Куз-
басса, достигающая гигантской мощ-
ности 6000—8000 м, считалась одно-
родной и относилась к пермской системе.
Сейчас же, после многих лет исследо-
ваний и ожесточенных споров, не кон-
чившихся и в настоящее время, наме-
чается выделение трех свит, каждая из
которых отличается своим, особым харак-
тером угленосности. Верхняя свита отно-
сится к юрской системе, а в нижних гори-
зонтах, вероятно к верхнему триасу.’Она
аналогична угленосной толще Челябин-
ска и Ферганской долины. Значение ее
углей пока не велико. Вторую свиту
обычно относят к пермской системе,
но возможна принадлежность ее нижних
горизонтов к более древним толщам, а
верхних горизонтов—к нижнему триасу.
Значение ее углей уже гораздо больше;
с ней связано крупнейшее кольчугин-
ское месторождение. Третью свиту, наи-
более древнюю, считают верхне- или
Jfc 10
Успехи региональной геологии
87
среднекаменноугольнои; по мнению ав-
тора, на основании фауны, гораздо более
вероятен ее нижнекаменноугольный воз-
раст, аналогично Караганде. Угли
третьей свиты имеют наибольшее значе-
ние; сюда относятся крупнейшие место-
рождения Кузбасса: Анжеро-Суджен-
ское, Кемеровское, Прокопьевское и др.
Иногда выделяют еще четвертую
свиту — девонскую, в которой зале-
гают битуминозные барзасские угли.
Эти угли содержат большое количество
битумов и являются ценнейшим сырьем
для перегонки и получения жидкого
топлива. Барзасская свита по условиям
образования резко отличается от угле-
носных толщ, являясь лагунно-мор-
скими отложениями, подобно нефте-
носным свитам. Эго подтверждается и
тем, что в барзасской свите найдены
признаки нефтеносности — скопления
нефти. В районе ее распространения
сейчас идет разведочное бурение на
нефть.
Весьма большие изменения произошли
и в представлениях о тектонике Куз-
басса. Установлено, что в окраинных
зонах тектонические движения дости-
гают значительной силц и сложности.
Нередко наблюдается образование очень
сложных складок, часто разрывающихся
и надвигающихся друг на друга. Осо-
бенной силы эти движения достигают
вдоль северной окраины бассейна. Веро-
ятно, эю связано с тем, что к северу
от Кузбасса располагается устойчи-
вый древний кристаллический массив,
занимающий западносибирскую низ-
менность и являющийся упором для
набегающих с юга складок палеозоя.
Подобные же значительные измене-
ния произошли и в других областях
геологии Кузбасса. Без преувеличения
приходится сказать, что от прежних
представлений остался один скелет, да
и тот неполный.
Громадные успехи достигнуты в деле
познания геологии других районов
Западной Сибири. Перечислять их нет
возможности и надобности. Достаточно
сказать, что главное внимание при-
влекли вопросы тектоники, вулканиз-
ма и неразрывно связанной с ними ме-
таллогении. Лучшим доказательством
успеха является ряд вновь открытых
рудных месторождений и колоссальное
увеличение запасов ранее известных
месторождений.
Восточный Казахстан
Ранее полудикая, степная, на юге
горная область, до Революции была
мало изучена. Только для Рудного
Алтая велось составление детальных
геологических карт. Для многих райо-
нов вообще никаких карт не было.
Подавляющее большинство известных
месторождений не было разведано и
изучено, и их запасы оставались невыяс-
ненными. Только на немногих место-
рождениях (не считая Алтая) велась
полухищническая добыча, главным обра-
зом на средства иностранного капитала.
Тем более резко выступают успехи
советской геологии. Благодаря рабо-
там советских геологов и разведчиков,
восточный Казахстан стал одной из
наиболее многообещающих горнопромы-
шленных областей СССР. Но этого мало.
Перефразируя известную поговорку,
можно сказать, что для Казахстана
мы имеем не только «журавля в небе,
но и не менее солидного журавля (а не
синицу) и в руках». Называть синицей
Коунрад и Джезказган—мировые место-
рождения меди, Караганду — третье
по размерам в СССР месторождение
углей — не совсем удобно.
Очень важной особенностью Казах-
стана, придающей ему громадное зна-
чение, является одновременное нахо-
ждение крупнейших запасов цветных
металлов и не менее значительных
запасов каменных углей. Эго обстоя-
тельство позволяет немедленно развер-
нуть строительство своей металлургии,
своей тяжелой промышленности. Пер-
вым шагом в этом деле является строи-
тельство гигантского Прибалхашстроя,
на базе Коунрадского месторождения.
Прибалхашстрой скоро войдет в ряды
действующих предприятий и ликвиди-
рует существующий сейчас «медный
голод». Коунрад и Джезказган предста-
вляют крупнейшие в СССР месторожде-
ния меди. По своим запасам они имеют,
как уже было сказано, мировое значение.
Нельзя не остановиться и на Караганде.
Караганда была известна и до Револю-
88
При рода
1937
ции. Уже тогда указывалось на ее воз-
можно большие запасы, но далее этих
указаний не шли После Октябрьской
революции, когда выяснилось, что для
уральской металлургиии нехватает
угля, на Караганду сразу было обращено
большое внимание. Уже в начале пер-
вой пятилетки были развернуты боль-
шие и детальные геологические и раз-
ведочные работы. Эти работы сразу же
дали хорошие результаты и одновре-
менно с их продолжением было присту-
плено к капитальному строительству, а
затем и к интенсивной добыче каменного
угля. Была построена железная дорога,
связывающая Караганду с сибирской
магистралью, с одной стороны, и с При-
балхашстроем — с другой. Были най-
дены высококачественные коксующиеся
угли, и сейчас Караганда по добыче
заняла третье место после Донбасса
и Кузбасса.
Нет сомнения, что в будущем значе-
ние восточного Казахстана как круп-
нейшего горнопромышленного района
будет расти с каждым годом.
Средняя Азия
И для Средней Азии прежде всего
необходимо отметить большие успехи
в деле исследований и разведки рудных
месторождений и месторождений камен-
ного угля и нефти. В прошлом страна
шелковых халатов, сушеных фруктов
и бараньих шкур, в настоящее время
Средняя Азия, одновременно с развитием
высоко-интенсивного сельского хозяй-
ства, создает — и создает успешно —
свою горнопромышленную базу.
Наиболее поразительные результаты
достигнуты по исследованиям металлов.
В Кара-тау разведан и успешно разра-
батывается ряд месторождений свинцо-
вых руд. Эти руды обрабатываются на
недавно построенном крупном Чим-
кентском заводе. На северном склоне
Кураминских гор найдено крупнейшее
Алмалыкское месторождение медных
руд, по запасам и типу руд очень
близкое к Коунраду. На южном склоне
Кураминских гор лежит Карамазар-
ский рудоносный район, отличающийся
необыкновенным разнообразием нахо-
дящихся в нем металлов: свинец, цинк,
серебро, медь, висмут, мышьяк, радий,
уран и др. В северных предгориях
Алайского хребта найдены и разраба-
тываются месторождения ртути ц
сурьмы. На Памире и в Дарвазе добы-
вается золото. Эгот краткий перечень
далеко не исчерпывает все известные
рудные месторождения, и каждый год
приносит новые находки.
Конечно, рудная база Средней Азии
меньше рудной базы Казахстана, Урала
и восточного Забайкалья, но тем не
менее достаточна для развития своей'
металлургии.
Топливная база для этого имеется.
Месторождения юрских каменных -углей
Ферганской долины и ряда других райо-
нов были известны и до Революции, но
разведки последних лет увеличили
запасы во много раз. Резко возросла и
механизировалась добыча угля, и сей-
час на нем работают все фабрики, заводы
и даже железные дороги. Значительно
увеличилась и добыча нефти за счет
нахождения новых месторождений: Хау-
даг, Небит-Даг (Нефтедаг) и др. О.тре-
деленные перспективы связаны и с горю-
чими сланцами, найденными в юго-
западном Таджикистане. Интересно
нахождение на Памире, на самой крыше
мира, месторождений торфа.
Для полной характеристики горных
богатств Средней Азии необходимо упо-
мянуть вновь выявленные крупнейшие
месторождения серы: Гаурдак в Бай-
сун-тау и Серные бугры в Кара-кумах,
а также многочисленные месторожде-
ния различных солей, заключающие
в себе неисчерпаемые запасы. Одно
из них Ходжа-и-мумын, в южном Та-
джикистане, представляет довольно зна-
чительную гору, высотой в 300 м.
Не менее значительны успехи и в раз-
решении теоретических проблем. Оста-
новимся только на немногих из них,
наиболее интересных.
Проблема Аральского моря получила
неожиданное разрешение. Изучение нео-
геновых и четвертичных отложений
показало, что в районе современного
Арала море в последний раз было
в конце миоцена, в сарматскую эпоху.
После Сарматского моря ни один мор-
ской бассейн не проникал к востоку за
Усть-урт, возникший в начале плио-
89
Успехи региональной геологии
№ Ю
цена. Даже в четвертичных отложениях
нет никаких указаний на непосредствен-
ное соединение Каспия и Арала. Более
того, даже в районе, примыкающем
к Аралу, нет следов длительного суще-
ствования морского бассейна. Пода-
вляющим распространением пользуются
наземные и речные отложения. Все эго
указывает на весьма недавнее образо-
вание Аральского моря, возможно даже
не древнее немногих тысяч лет, т. е.
уже в современную эпоху.
Вторая еще более интересная и важ-
ная проблема — это проблема молодых
неогеновых и четвертичных поднятий.
Эти поднятия особенно резко и типично
выражены в северных хребтах Средней
Азии: Таласском и Киргизском Ала-
тау, в Чоткальских горах, в Сусамыр-
ских горах, в Терскей, Кунгей и За-
илийском Алатау. Менее типично они
развиты в Туркестанском и Алайском
хребтах, где с ними соединяется одно-
временное складкообразование. Моло-
дые глыбовые движения Средней Азии
тождественны с аналогичными движе-
ниями Забайкалья, описанными выше,
отличаясь от них только бблышми
размерами поднятий. Нередко эти под-
нятия достигают ЗбОО—4000 м. Они
создали современный горный рельеф
северных хребтов. Еще в конце палео-
гена, перед началом поднятий, на месте
высоких снежных хребтов на западе
располагалось море, а на востоке —
холмистая равнина, так наз. пенеплен.
Массивы, сложенные плотными палео-
зойскими породами, поднимались в
виде гигантских глыб, разделенных
глубочайшими, почти вертикальными
трещинами. При этом палеозойские мас-
сивы увлекали вверх как остатки древ-
него рельефа, так и отдельные участки
покрывавших их морских отложений.
Благодаря этому возникают два инте-
ресных явления. Первое заключается
в том, что на вершинах современных
гор местами встречаются довольно
значительные, почти плоские участки,
носящие название сыртов. Эти сырты
представляют не что иное, как остатки
поднятого пенеплена. Второе явление —
это высокогорные плато, сложенные
почти горизонтально залегающими мор-
скими палеогеновыми отложениями.
Подобные плато представляют остатки
палеогенового морского дна, поднятого
на высоты 2000—3000 м. Горизонталь-
ное залегание палеогеновых отложений
указывает на то, что поднятия не со-
провождаются складчатостью, а пред-
ставляют типичные движения плотных,
не сгибавшихся глыб и плит. Подни-
мавшиеся массивы по краям разрывали
и сминали покрывавшие их более
рыхлые мезозойские и третичные отло-
жения. Разрывы обычно сопровожда-
лись землетрясениями. Современные
землетрясения, напр. алмаатинские, уь&-
зываюд на то, что глыбовые поднятия и
сопровождающие их разрывы проис-
ходят и в настоящее время.
Поднимаясь, палеозойские масси-
сивы одновременно разрушались и раз-
мывались. Продукты разрушения выно-
сились реками в равнину и отлагались
у подножия поднимающихся гор в виде
мощных километровых толщ неогено-
вых и четвертичных конгломератов и
песчаников. При образовании этих кон-
гломератов равнина, на которой они
отлагались, оставалась неподвижной, а
основной причиной было поднятие гор.
В частности, в образовании известной
Ферганской долины причиной было не
опускание, прогибание дна долины, а
поднятие окружающих долину горных
хребтов. Дно же долины не только не
опустилось, но даже несколько подня-
лось по сравнению с уровнем палеоге-
нового моря.
Третья проблема — это передвижения
горных хребтов в связи с процессами
складкообразования. Подобные сдви-
жения установлены только за послед-
ние годы. Наиболее ясно доказаны они
для Гималаев американским геологом
Терра в статье, напечатанной в 1934 г.
По его данным в верхнемеловую эпоху
на месте Гималаев и далее на юг распола-
галась равнина, на которой отлага-
лись толщи флиша. Хребет лежал
далеко на севере, на месте современ-
ного Каракорума. В палеогене возни-
кли Гималаи, но к югу от них попреж-
нему простиралась равнина, на которой
отлагались толщи неогеновых сива-
ликских конгломератов и песчаников.
В четвертичную эпоху эта равнина пре-
вратилась в складчатый хребет Пир-
90
Природа
1937
Пянджал. Таким образом наблюдается
постепенное сдвижение хребтов, рас-
полагающихся все далее и далее на юг.
В Средней Азии подобная картина
наблюдается для наиболее высокого
Заалайского хребта. Еще в конце оли-
гоцена и в неогене на его месте была
широкая предгорная равнина, на кото-
рой отлагались километровые толщи
верхнеолигоценовых и неогеновых кон-
гломератов и песчаников. Хребет, за
счет разрушения которого образовы-
вались эти конгломераты, располагался
д^ее к югу, на месте современной
впадины Кара-куля. В конце неогена
и в древнечетвертичную эпоху на месте
равнины начинают возникать новые
складчатые горы, становящиеся все
выше и выше и развивающиеся в совре-
менный Заалайский хребет. На месте же
бывшего Каракульского хребта обра-
зуется впадина, в середине которой
лежит оз. Кара-куль. Таким образом
наблюдается постепенное передвиже-
ние хребта с юга на север, т. е. в обрат-
ном, чем у Гималаев, направлении.
Нет сомнения, что подобные передви-
жения наблюдались и у других хреб-
тов и в более ранние эпохи, как, напр.,
на Урале, в верхнем палеозое.
Четвертая очень важная про-
блема — это проблема геологического
районирования Средней Азии. До Рево-
люции было распространено мнение,
что Средняя Азия представляет одно-
родную область, сложенную преиму-
щественно палеозоем. В настоящее время
принято выделение трех областей:
северной, центральной и южной.
К северной области относятся мест-
ности, расположенные к северу от Сыр-
дарьи и Нарына. Характернейшей осо-
бенностью ее является значительное
распространение древних сильно изме-
ненных отложений — нижнепалеозой-
ских и докембрийских. В этом отноше-
нии северную область можно назвать
самой древней областью. Следующая
также весьма важная особенность —
это очень большое развитие извержен-
ных пород как эффузивных, так и интру-
зивных. Интрузии гранитов дости-
гают громадных размеров и распростра-
нены по всей области. С этим связано
значительное оруденение. По размерам
и числу рудных месторождений север-
ная область стоит на первом месте.
Существенным отличием является
отсутствие морских нижнедевонских, а
местами и среднедевонских отложений,
вызванное проявлением горообразо-
вательных движений в конце силурий-
ского периода, в эпоху каледонской
складчатости. В это время северная
область представляла сушу, вероятно
огромный полуостров, продолжавшийся
в западную часть Казахской степи и
в пределах Западно-Сибирской низмен-
ности соединявшийся с сибирским кон-
тинентом. Наконец, заслуживает быть
отмеченным и слабое проявление, а на
севере и отсутствие наиболее молодой
альпийской складчатости. Благодаря
этому на севере северной области тре-
тичные отложения лежат почти гори-
зонтально и не собраны в складки.
Граница центральной области про-
ходит на западе по долине Аму-дарьи,
затем по гребню Гиссарского хребта и
далее по Алайской долине. Хребты
центральной области сложены уже более
молодыми, хотя и достаточно древними
средне- и верхнепалеозойскими отложе-
ниями. Нижний палеозой развит мало,
а докембрий — неизвестен. Поэтому
центральную область можно назвать
областью среднего возраста. Извер-
женные породы, особенно интрузии,
развиты значительно менее, чем в север-
ной области. Поэтому гораздо меньше
и рудных месторождений. Местами раз-
виты молодые эффузии, мезозойские и
даже третичные, еще очень небольших
размеров. Движения каледонского воз-
раста неизвестны, и весь девон предста-
влен одними морскими отложениями,
указывающими на непрерывное суще-
ствование моря.
Основной наиболее сильной склад-
чатостью является верхнепалеозой-
ская варисцийская складчатость. Она
создала высокие горные хребты, распо-
лагавшиеся на месте современных
хребтов и уходившие далеко к северу
через Кызыл-кумы на соединение с одно-
возрастными хребтами Урала. К югу
от этих хребтов располагались, с пере-
рывами, верхнепермское, триасовое и
юрское моря. К северу от них, в эти же
эпохи, простиралась суша, уходившая
Успехи региональной геологии
91
ffe ю
далеко на север и составлявшая часть
обширного материка, носившего на-
звание Ангарида. В начале юрского
периода, на поверхности Ангариды и
по ее южной окраине, образуются
цногочисленные болота, нередко очень
крупных размеров, поросшие густой
пышной растительностью. Остатки этих
растений, накапливавшиеся на дне
болот, и дали материал для образования
юрских углей, главной топливной базы
Средней Азии.
Более молодые складчатости — ким-
мерийская и альпийская — проявляются
ясно, но сравнительно слабо. Благодаря
им мезозойские и третичные отложения
везде собраны в складки, но эти складки
простые, и породы метаморфизованы
слабо. На слабость складчатости ука-
зывает и отсутствие мезозойских и тре-
тичных интрузий.
Наконец, южная область отличается
очень большим развитием морских триа-
совых, юрских и нижнемеловых отло-
жений, отсутствующих в центральной
области. По этому признаку южную
область можно считать наиболее моло-
дой областью Средней Азии. Основными
преобладающими складчатостями также
являются наиболее молодые киммерий-
ская и альпийская складчатости. Они,
в отличие от центральной области,
достигают значительной силы.' Триа-
совые и юрские отложения смяты
в очень сложные складки и сильно
метаморфизованы. По внешнему виду
их нередко почти невозможно отличить
от палеозойских отложений. Они про-
рваны мощными интрузиями киммерий-
ских гранитов, отсутствующих в цен-
тральной области. С этими гранитами
связав своеобразное проявление ору-
денения, к сожалению, в большин-
стве случаев, рассеянного. Одной из
особенностей оруденения является зна-
чительное распространение золотонос-
ности.
Из более второстепенных отличий
южной области можно назвать разви-
тие мощных массивных верхнеюрских
известняков. Они образуют целые
гребни и горы, отличающиеся крупными
обрывистыми склонами. Это те же из-
вестняки, что слагают крымскую Яйлу
€ массивами Чатыр-даг» и Ай-Петри.
Они же образуют обрывы и на северном
склоне Кавказа.
Сопоставляя все эти особенности,
можно отметить, что северная область
очень близка к восточному Казах-
стану и, особенно, к Казахской степи.
Центральная область обладает рядом
общих признаков с Уралом, главным
образом с его западной и центральной
частями. Южная область наиболее близка
к Кавказу, с одной стороны, и восточ-
ному Забайкалью — с другой. Конечно,
на ряду с общими особенностями раз-
виты и особенности, присущие только
Средней Азии.
В заключение надо отметить, что
границы между северной, центральной
и южной областями Средней Азии
являются нерезкими и всегда развиты
более или менее широкие промежуточ-
ные зоны. Размеры этих зон по сравне-
нию с самими областями невелики.
Урал
Урал — это одна из старейших горно-
промышленных областей СССР. Его
солеваренная промышленность насчи-
тывает около пятисот лет существова-
ния. Многие металлургические заводы
построены около двухсот лет тому
назад. Геологические исследования Ура-
ла начались более ста лет тому на-
зад. В его пределах работали круп-
нейшие геологи, как, напр., А. П.
Карпинский и Ф. Н. Чернышев. Каза-
лось, что Урал изучен так, что ожидать
каких-либо открытий в его геологии
уже нельзя. Тем не менее именно на
Урале советская геология достигла
исключительно крупных успехов как
в деле открытия новых месторождений
полезных ископаемых, так и в деле
разрешения теоретических проблем.
На Урале открыта палеозойская нефть;
на Урале открыто Верхнекамское место-
рождение калийных солей, крупней-
шее в мире; на Урале открыта Крас-
ная Шапочка, месторождение бок-
ситов (алюминиевых руд) мирового
значения. На Урале открыты новые
месторождения хромитов, золота, пла-
тины, никеля, меди, слюды, асбеста и
многих других полезных ископаемых.
Урал сейчас стал важнейшей железо-
92
Природа
1937
рудной базой СССР. Наконец, в пред-
горьях Урала открыт новый печорский
угленосный бассейн.
Старые представления о геологии
Урала в корне изменены или расширены.
Впервые доказано развитие докембрий-
ских отложений; впервые найдены
кембрийские археоциатовые известняки;
впервые найдены граптолитовые толщи
ордовика и силура. Окончательно дока-
зано широкое распространение ордо-
вичских и силурийских отложений.
Окончательно доказано развитие намюр-
ского яруса. Доказана одновременность
на западном склоне Урала значительной
части «верхнекаменноугольных» извест-
няков и «артинских» песчаников и
сланцев. Доказан юрский возраст кон-
тинентальных отложений, ранее счи-
тавшихся третичными. Установлено раз-
витие древних каледонских кислых и
основных интрузий. Установлены, на
восточном склоне, проявления кале-
донской складчатости.
Этот краткий перечень далеко не
исчерпывает всех успехов геологии за
последние двадцать лет. Советские гео-
логи с полным правом могут гордиться
своими работами на Урале. Много сде-
лано, но многое еще предстоит сделать.
Основная задача, которая стоит перед
уральскими геологами, это — систе-
матическая, площадная, детальная гео-
логическая съемка. По этой съемке
работа еще только начата.
Заслуживает быть отмеченной обста-
новка открытия крупнейших месторо-
ждений: Ишимбаева, Верхнекамского
и Красной Шапочки. Эти месторожде-
ния были открыты в результате упор-
ных и настойчивых поисков, поста-
вленных для решения заранее выдви-
нутых теоретических предпосылок.
В районе Ишимбаева, расположен-
ного на западном склоне Южного
Урала, в 200 км южнее Уфы, признаки
нефтеносности были известны давно, но
все поиски не давали положительных
результатов. Несколько лет тому назад
исследование района было поручено
молодому геологу, только недавно кон-
чившему ВТУЗ. Настойчиво и детально
изучив район, он заложил буровую сква-
жину. Она не дала хороших резуль-
татов. Тогда он настоял на заложении
других скважин. В результате ударил
мощный нефтяной фонтан, и сейчас
Ишимбаевский нефтяной промысел
имени С. М. Кирова дает ежегодно
около 1 500 000 т нефти, чрезвычайно
богатой бензином и другими легкими
погонами.
Верхнекамское месторождение ка-
лийных и магнезиальных солей нахо-
дится на севере, в окрестностях Соли-
камска, на берегу Камы. В этом районе
признаки солености, в виде соленых
источников, были известны очень давно,
и из воды этих источников соль выпари-
валась около 500 лет тому назад.
Однако детальные исследования района
начались только при Советской власти,
и в 1930 г. один из крупнейших и ста-
рейших геологов, основываясь на полу-
ченных материалах, выдвинул пред-
положение о нахождении под землей,
на глубине нескольких сот метров,
больших залежей солей. Под его руко-
водством были поставлены небольшие
разведочные работы, вскоре давшие
блестящие результаты. Тогда разведки
были широко развернуты, и через
несколько лет было оконтурено круп-
нейшее в мире месторождение калий-
ных солей, получившее название Верх-
некамского, по положению в верхнем
течении р. Камы. Сейчас на месторо-
ждении, с полной производительностью,
работает гигантский комбинат — руд-
ник и заводы по добыче и переработке
калийных и магнезиальных солей. Среди
глухого северного леса возник новый
город с белыми зданиями театра, клу-
бов, больниц, яслей, ресторана, столо-
вых, гостиницы и жилых построек.
Месторождение бокситов Красная
Шапочка расположено на восточном
склоне Северного Урала, у г. Надеж-
динска. Оно также было известно еще
до Революции, но считалось небольшим,
месторождением плохих'железных руд
с содержанием не больше 25% железа.
От красного цвета этих руд и произошло
его название. Когда перед уральскими
геологами была поставлена задача
найти месторождения алюминиевых руд,
по их инициативе было поставлено
всестороннее изучение руд Красной
Шапочки, и оказалось, что отбросы,
оставшиеся после выделения железа и
X» ю
Успехи региональной геологии
93
доставлявшие более 75% всей массы
породы, в главной своей массе состоят
из окиси алюминия. Немедленно были
развернуты большие геологические и
разведочные работы, и в их результате
было открыто крупнейшее в СССР место-
рождение бокситов, имеющее по своим
запасам мировое значение. Немедленно
были поставлены исследования других
месторождений плохих железных руд,
похожих на руды Красной Шапочки;
и действительно, ряд из них оказались
промышленными месторождениями бок-
ситов. В настоящее время Урал яв-
ляется важнейшей алюминиевой базой
СССР.
В области теоретической геологии
наибольшее значение имеют резуль-
таты изучения древнейших толщ. До
1925 г. общепринятым было мнение,
выработанное еще в конце восьмиде-
сятых годов, о том, что древнейшие
толщи относятся к девону и верхам
силура и что более древние толщи
отсутствуют. В 1925 г. началась геоло-
гическая съемка в масштабе 1 : 200 000,
вскоре охватившая весь промышленный
Урал. Эта съемка дала важнейшие
результаты. Сначала в ряде пунктов
были открыты силурийские отложения,
затем был найден ордовик, после того
кембрий, и, наконец, изучение ордо-
вичских и кембрийских песчаников и
конгломератов установило, что кристал-
лические толщи Центрального Урала
относятся к докембрию.
Одновременно был доказан древний,
додевонский, вероятно каледонский,
возраст гранитов Троицкого рудника,
на западном склоне Среднего Урала, и
змеевиков массива Крака, в централь-
ной части Южного Урала.
Очень интересны данные по образо-
ванию и сдвижению Уральских гор
в верхнем палеозое, в эпоху варисций-
«кой складчатости. Изучение верхне-
палеозойских отложений показало, что
до верхнего палеозоя весь Урал пред-
ставлял морской бассейн, вытянутый
в меридиональном направлении. В сред-
нем карбоне возникают первые горы,
на восточном берегу Уральского моря,
вне пределов Урала. Поднимаясь, они
одновременно размываются, и продукты
разрушения — пески и глины — отла-
гаются на восточном склоне Урала.
На западный склон они не проникают,
и там образуются известняки. В верх-
нем карбоне горообразовательные про-
цессы захватывают восточный склон,
и море отступает на запад. В начале
нижней перми громадным хребтом ста-
новится уже Центральный Урал. Про-
дукты разрушения этого хребта—аргин-
ские, нижнепермские конгломераты,
песчаники и сланцы — отлагаются на
дне мелкого моря, существующего еще
на западном склоне. Далее к западу
продолжают образовываться рифовые
известняки Ишимбаева и Уфимского
плато. В конце нижней перми, в кун-
гурскую эпоху, поднятия распростра-
няются на западный склон, и к началу
верхней перми весь Урал становится
горной областью. Если будет подтвер-
ждено нахождение верхнепермской
флоры на восточном склоне Урала,
сделанное за последние годы, то тогда
надо предположить, что к этой эпохе
горы на восточном склоне были разру-
шены и там образовалась болотистая
равнина.
В дальнейшем, история Урала пред-
ставляет процесс непрерывного раз-
рушения палеозойских хребтов. Этот
процесс нарушался только поднятиями,
происходившими в конце триаса и
начале юры, с которыми связано обра-
зование мощной угленосной толщи
Челябинского района. Наконец, совре-
менный рельеф Урала создан молодыми
глыоовыми поднятиями, аналогичными
поднятиям Туркестано-Саянского пояса
поднятий, но только значительно мень-
ших размеров.
Русская платформа
Центральная часть Русской плат-
формы считалась наиболее хорошо из-
ученной частью царской России. Тем
не менее и в ее пределах советским
геологам удалось достигнуть крупных
успехов.
На глубине свыше 120 м были найдены
железные руды, совершенно не выходя-
щие на поверхность. Они были обнару-
жены особыми геофизическими мето-
дами разведки, имеющими сейчас очень
большое распространение. Затем дан-
94
Природа
1937
ные геологии и геофизики были под-
тверждены бурением. Найденное место-
рождение, получившее название КМА
(Курской магнитной аномалии), по гео-
логическому строению близко к Кривому
Рогу и подобно ему имеет очень боль-
шие запасы.
Между Подмосковным и Борович-
ским угленосными бассейнами был най-
ден новый Селижаровский угленос-
ный бассейн, расположенный около
оз. Селигер.
Недалеко от г. Куйбышева было
открыто крупнейшее серное месторо-
ждение — Водинское. С каждым годом
геолого-разведочные работы все более
и более увеличивают его запасы.
Около Сызрани буровой скважиной
на глубине около 1500 м, впервые на
платформе, была найдена нефть.
Кроме того, были найдены десятки
новых небольших месторождений желез-
ных руд, огнеупорных глин, фосфо-
ритов и других нерудных полезных
ископаемых. Число месторождений
строительных материалов измеряется
многими сотнями.
Еще более значительны и разнооб-
разны открытия на севере платформы,
на Кольском полуострове и в Карелии.
,На первом месте стоит, конечно, Хибино-
горское месторождение апатитов, имею-
щее мировое значение. Затем идут
месторождения медных руд, железных
руд, никелевых руд и, наконец, руд
редких металлов.
Этот краткий перечень, как и для
других областей, далеко не является
исчерпывающим, но и он дает достаточ-
ное представление об успехах, сделан-
ных в поисках полезных ископаемых.
В области теоретической геологии
наибольшее значение имеют деталь-
нейшие стратиграфические исследова-
ния, особенно по стратиграфии девон-
ских, каменноугольных и пермских
отложений. Эти работы по своей де-
тальности и точности стоят на
одном уровне с лучшими западноевро-
пейскими работами. Они позволили
с значительной полнотой восстановить
историю морей и континентов прошлого.
Особенное внимание привлекли к себе
тектонические движения в пределах
Русской платформы. Несмотря на ожив-
леннейшие прения, целый ряд вопросов
еще не может считаться решенным
окончательно. В стадии разрешения
находится и вопрос о развитии в преде-
лах платформы так наз. соляных
куполов.
Соляные купола — это небольшие
округленные выпуклые складки (бра-
хиантиклинали), нарушенные много-
численными разломами, надвигами и
сбросами. В ядре этих складок всегда
находится массив каменной соли, имею-
щий вид купола или неправильного
массивного столба. Первоначально соль
залегала в виде линзовидного пласта
небольшой мощности. Она обладает
необыкновенной пластичностью, почти
текучестью. Поэтому даже при неболь-
шом боковом давлении залежь соли
меняет свою форму. По трещинам соль
проникает в вышележащие слои, под-
нимает и разрывает их. При этом
пласт соли принимает форму купола,
столба или штока и вместе с изогнутыми,
нарушенными вышележащими слоями
и образует тектоническую структуру,
называющуюся соляным куполом. В пре-
делах СССР соляные купола наиболее
типично развиты в Волго-Эмбенском
районе, где с ними связаны крупные
месторождения нефти. Нахождение со-
ляных куполов в пределах платформы
очень важно с точки зрения поисков
нефти. К сожалению, все указывав-
шиеся купола еще не доказаны бурением
и носят до известной степени гипоте-
тический характер.
Наиболее несомненно развитие соля-
ных куполов на Украине, на продолже-
нии соленосных толщ Донбасса.
Кавказ и Крым
И на Кавказе, и даже в маленьком
Крыму, за годы Советской власти был
сделан ряд открытий - новых месторо-
ждений полезных ископаемых как руд-
ных, так и нерудных. Для большинства
старых месторождений во много раз
увеличены ранее известные запасы.
Конечно, главное богатство Кавказа —
это нефть. При современной моториза-
ции всего Союза она приобретает исклю-
чительное значение. И здесь многочи-
сленные геологи-нефтяники с полно*
№ 10
Успехи региональной геологии
95
уверенностью могут сказать, что поста-
вленную перед ними задачу они разре-
шили. Найден целый ряд новых место-
рождений, новых нефтеносных площа-
дей и участков; на старых площадях
обнаружены новые нефтеносные районы.
Известные ранее запасы нефти увели-
чены во много раз. Потребность в нефти
на ближайшие пятилетия обеспечена.
Но этого мало; надо думать о будущем,
и задача нахождения новых нефте-
носных районов, новых площадей и
горизонтов стоит перед нами во всей
остроте.
По особенностям своего геологиче-
ского строения Кавказ беден крупными
рудными месторождениями. Но и в этой
области сделан ряд новых открытий,
иногда неожиданных, как, напр., золото
на р. Лабе, но нередко основанных на
глубоком научном прогнозе, как, напр.,
редкие металлы на Северном Кавказе,
медь и полиметаллы в Закавказье.
Большие успехи сделаны в соста-
влении детальной карты. Для Крыма
эта задача почти закончена. Для Кав-
каза вначале были достигнуты значи-
тельные результаты, но за последние
годы съемка потеряла свою прежнюю
планомерность и сократилась в разме-
рах. Надо надеяться, что эта крупная
ошибка в ближайшем будущем будет
исправлена и кавказские геологи полу-
чат возможность продолжать свои
систематические исследования, отли-
чающиеся высоким качеством.
В области теоретических проблем
большие работы и со значительными
результатами проведены по изучению
тектоники и вулканизма. Обе эти про-
блемы имеют для Кавказа первостепен-
ное значение. В тектонике наиболее
интересны установленные по всему Кав-
казу крупнейшие надвиги буквально
одних гор на другие. Размеры пере-
мещений при этих надвигах достигаю!
нередко многих километров. Вызваны
«ни сильным давлением, направленным
о севера на юг. Особенной сложности
эти надвиги достигают на Южном Кав-
казе.
Изучение лавовых покровов показало,
тго еще очень недавно даже на Главном
Кавказском хребте располагался ряд
дейотвующих вулканов.’ Наибольших
размеров извержения достигали в районе
Казбека. Здесь, на южном склоне, лаво-
вые потоки перекрывают самые моло-
дые речные террасы и ледниковые мо-
рены. Еще более молодые извержения,
сопровождавшиеся излиянием громад-
ных масс лавы, происходили в Закав-
казье.
В геологической истории Крыма наи-
более замечательно совсем недавнее,
молодое образование провала дна Чер-
ного моря. Оно сопровождалось раз-
рывом Крымских гор и опусканием
южной половины их на глубину многих
сот метров. Изучение отложений по бере-
гам Черного моря показало, что еще
сравнительно недавно, в древнечет-
вертичную эпоху никакого Черного
моря не было, а на его месте распола-
галось обширное почти пресное озеро,
называющееся Чаудинским морем-озе-
ром. Не было в это время ни Босфора,
ни Дарданелл, ни Мраморного моря,
ни даже Эгейского моря. В среднечет-
вертичную эпоху на их месте произошли
гигантские разломы, и по трещинам,
тянувшимся на сотни километров, гро-
маднейшие участки суши начали опу-
скаться. В возникшие провалы хлы-
нула морская вода из Средиземного
моря, образуя новые моря. Таким обра-
зом, сравнительно быстро, в начале
среднечетвертичной эпохи, образова-
лись сначала Эгейское, затем Мрамор-
ное и, наконец, Черное моря. В преде-
лах Черного моря опускания достигли
наибольших размеров. Одна из трещин,
ограничивавших область опускания
с севера, прошла вдоль гребня Крым-
ских гор, тогда напоминавших по своему
строению современный Кавказский хре-
бет. Глубина этой трещины достигла
многих километров, а может быть, и
десятков километров. По этой трещине,
наклоненной к -югу, южная половина
Крымских гор опустилась приблизи-
тельно на два километра, образовав
склон дна Черного моря. Последними
отголосками этого гигантского пере-
мещения — сброса — и являются земле-
трясение 1924 г. и непрерывные оползни
на Южном берегу Крыма. Судя по тому,
что тектонические движения в области
средиземноморской геосинклинали, ку-
да входят Кавказ и Крым, прододжа-
96
Природа
1937
ются и в настоящее время, нет ника-
ких оснований считать, что землетря-
сение 1924 г. было последним. Когда
будет следующее землетрясение, ска-
зать нельзя; очень возможно, что оно
будет через значительный промежуток
времени. Во всяком случае, учитывать
возможность повторения землетрясения
при новом строительстве надо, и приме-
нение антисейсмических конструкций
необходимо.
Заключение
Заканчивая краткий очерк достиже-
ний советской региональной геологии,
автор обращает внимание читателей и
особенно своих товарищей-геологов на
то, что он мог кратко изложить содержа-
ние только тех работ, которые он счи-
тал наиболее важными или интересными.
Целый ряд нередко крупных и важных
открытий остались неупомянутыми.
О громаднейшем числе открытых новых
месторождений полезных ископаемых и
о еще большем числе новых данных по
ранее известным месторождениям ничего
не сказано. Эго естественно и неизбежно,
так как исчерпывающее, хотя бы самое
краткое изложение всех достижений
советской геологии потребовало бы
книги объемом раз в 10—15 больше
настоящей статьи.
Отмечая успехи, одновременно надо
«четко сознавать и недостатки. Знание
своих недостатков является основным
залогом для их устранения. И вот
главнейшим недостатком советской реги-
ональной геологии является крайне
недостаточное опубликование получен-
ных результатов. Данные многих сотен,
а вероятно, и тысяч геологических и
разведочных партий остаются неиз-
вестными.
Первым шагом в устранении недостат-
ков явилась организация в Москве Цен-
трального Геологического фонда, где
должны концентрироваться все данные,
включая и рукописные, получаемые во
время геологоразведочных работ, про-
водимых всеми без исключения органи-
зациями.
Но этого мало. Необходима постройка
в Москве, при Академии Наук, Цен-
трального Геологического музея и при
нем центрального хранилища для наи-
более важных коллекций. Одновременно
в районах должны быть построены свои
хранилища, которые должны быть
филиалами центрального хранилища.
Еще более необходима организация
центрального геологического учрежде-
ния, которое должно проверять, кон-
тролировать, утверждать и согласовы-
вать геологоразведочные работы, веду-
щиеся сейчас бесконечным количеством
организаций вплоть до «Молокосовхоза».
Объединение геологических работ —
вот основная задача, стоящая перед
нами.
ЗАДАЧИ ПЕТРОГРАФИИ В СССР
Акад. Ф. Ю. ЛЕВИНСОН-ЛЕССИНГ
В другом месте 1 мною дан обзор
успехов петрографии в СССР за двадцать
лет его существования. Здесь я намерен
наметить те задачи, которые, по моему
мнению, стоят перед советской петро-
графией, выяснить то направление, по
которому должно итти дальнейшее раз-
витие петрографии в нашей стране.
Эти задачи до известной степени опре-
деляются тем путем, на который всту-
пила советская петрография, и теми
успехами, которых она уже достигла;
поэтому нам, конечно, при определении
задач для будущего придется неод-
нократно бросать и ретроспективный
взгляд на пройденный за последние
20 лет путь.
I. Одним из важнейших направлений,
по которому должно итти развитие
петрографии — это углубление и расши-
рение работ поэкспериментальной
петрографии. До 191,7 г. в России
экспериментальная петрография (и мине-
ралогия) культивировалась только
в одном месте (последовательно в Дерпт-
ском университете — Лемберг, Тугут,
в Варшавском Политехническом инсти-
туте — Лагорио, Морозевич, Вейберг,
в Петербургском Политехническом
институте — Гинзберг, Лебедев, Левин-
сон-Лессинг, Смоленский, Волосков,
Усов и др.). Теперь у нас эти работы
ведутся в ряде учреждений: в Петро-
графическом институте Академии Наук
СССР, в Горном институте, в б. ленин-
градском отделении Института приклад-
ной минералогии, в Институте минераль-
ного сырья в Москве, в Керамическом
институте, в Институте огнеупоров и др.
До сих пор экспериментальные работы
сосредоточивались на изучении сили-
катных расплавов и отчасти на высоко-
температурных реакциях в твердом
состоянии. Конечно, в этом направлении
следует интенсивно продолжать работу,
1 В сборнике Академии Наук СССР «Наука
в СССР за 20 лет». >
Природа № 10
но вместе с тем необходимо расширить
рамки этих исследований главным обра-
зом в двух направлениях.
Во-первых, теперь необходимо и воз-
можно перейти к изучению несколько
более сложных систем и к систематиче-
скому изучению влияния примесей.
Если экспериментальным работам Дёль-
тера и его школы справедливо делали
упрек, что, работая с природными мине-
ралами, они имеют дело с такими
сложными системами, в которых невоз-
можно разобраться физико-химически,
если переход к простым, двойным,
а затем тройным системам химически
чистых веществ (Геофизическая лабо-
ратория в Вашингтоне, Минералогиче-
ская лаборатория б. Петербургского
Политехнического института) открыл
возможность строгой физико-химиче-
ской трактовке таких силикатных
систем и дал весь основной фактический
материал, которым оперировала до сих
пор экспериментальная и теоретиче-
ская петрография, то нас теперь это
уже не удовлетворяет. На смену клас-
сическим системам, СаО — SiO2, MgO —
SiO2, СаО —А12О3 — SiO2, аплобазаль-
тов и т. п. начали появляться и должны
широко выступить более сложные
системы и такие простые системы, кото-
рые мы изучаем не в чистом виде, а
с примесями. Экстраполяция результа-
тов опытов с простыми системами и пере-
нос их на объяснение явлений в сложной
природной магме могут повести нас по
ложному пути. Достаточно вспомнить,
какие важные петрогенетические заклю-
чения были основаны на классиче-
ской системе MgO — SiO2, изученной,
Боуэном при помощи впервые приме-
ненного им метода закалки расплавов.
И вместе с тем нельзя не вспомнить,
какие существенные изменения в ход
кристаллизации этой системы, а следо-
вательно, и в те петрогенетические
заключения, которые можно отсюда из-
влечь, пришлось внести, когда, в эту
7
98
Природа
1937
систему была включена и FeO. Это
осложнение систем может итти по двум
направлениям: усложнение изучаемых
систем путем приближения их к ана-
логичным более сложным изоморфным
природным системам, с одной стороны,
применение таких примесей, которые
играют роль катализаторов — с другой.
Оба пути, по которому должно итти
усложнение изучаемых силикатных рас-
плавов, важны и интересны, так как
в природных магматических системах
широко распространены более или менее
сложные изоморфные смеси и несомненно
играют крупную роль примеси типа
катализаторов. В последние годы у нас
примеси-катализаторы с успехом уже
применялись Гинзбергом при изучении
застывания стекол и Григорьевым прц
воспроизведении слюды, амфиболов и
явлений ликвации силикатных распла-
вов.
Во-вторых, можно сказать, импера-
тивно диктуется экспериментирование
с силикатными расплавами под давле-
нием и с применением летучих компо-
нентов, т. е. в условиях интрузивной
магмы, а не эффузивной, которой соот-
ветствуют экспериментальные работы,
проводившиеся до сих пор. При этом не
так важно более или менее высокое
давление, как кристаллизация в замкну-
том пространстве, из которого до конца
кристаллизации летучие компоненты не
удаляются. Первые шаги в этом на-
правлении уже сделаны (Сыромятнико-
вым); по этому пути необходимо итти
энергично.
Для понимания и воспроизведения
процессов контактного и регионального
метаморфизма имеют значение не про-
цессы кристаллизации расплавов, а
кристаллизация и перекристаллизация
в твердом состоянии. В этом направле-
нии пока сделано мало и у нас (Левин-
сон-Лессинг) и за границей. Нельзя не
пожелать, чтобы этим опытам было
у нас уделено должное внимание; это
тем более желательно и возможно, что
экспериментальная петрография пошла
у нас не только по пути экспериментов
в области петрогенезиса и теоретиче-
ской петрографии, но и в области тол-
кования, проверки и воспроизведения
процессов кристаллизации силикатных
систем и других минералов в техниче-
ских производствах (шлаки, огнеупоры,
стекло, цемент, керамика и др.). Это та
техническая петрография, развитию
которой в СССР так значительно содей-
ствовал и которую продолжает энергично
развивать Белянкин с учениками и
сотрудниками. Здесь ярко осущест-
вляется то сотрудничество так наз.
чистой науки и прикладного знания
(техники), которое столь характерно
для научной работы в области метал-
лургии и технической химии, как в осо-
бенности у нас, так и в некоторых дру-
гих странах. Это сотрудничество науч-
ной лаборатории и завода, внесение
критики и света науки в технические
процессы уже дали и у нас ценные
результаты; техническую петрографию
и петрургию (Гинзберг), т. е. петрогра-
фию и технику каменного литья, следует
энергично развивать.
Экспериментальная петрография (и
минералогия) не только у нас, но и
повсюду культивируется по преимуще-
ству, если не исключительно, в области
расплавов или высокотемпературных
твердых систем. В течение последних
десятилетий заброшен путь эксперимен-
тального изучения и воспроизведения
гидрохимических процессов, столь важ-
ных в метасоматическом рудообразова-
нии и в выветривании. Продолжение
работ Лемберга и Тугута в совре-
менной физико-химической обстановке,
в соответствующих автоклавах и диге-
сторах, мне кажется, очень и очень
желательно и может дать ценное под-
спорье для толкованя процессов мета-
соматоза, выветривания и рудообразо-
вания.
Мне кажется, что следует обратить
должное внимание и на электролити-
ческие явления в растворах как холод-
ных, так и нагретых. Наконец, совер-
шенно необходимо приступить к экспе-
риментальному освещению биогеохи-
мических процессов, играющих такую
крупную роль на поверхности земли
и в той верхней части земной коры —
в биосфере, которой уделяет такое боль-
шое и плодотворное внимание акад. Вер-
надский. Опыты по изучению роли мик-
роорганизмов в процессах выветрива-
ния были начаты с успехом покойным
X® 10
Задачи петрографии в СССР
99
акад. Омелянским, но оборвались с его
смертью.
Все до сих пор указанные области
экспериментальных работ относятся
к области процессов в минеральном
царстве, т. е. динамики распла-
вов, горных пород и отдельных минера-
лов. Экспериментальные работы дол-
жны, конечно, охватить и статику
горных пород, т. е. физические свойства
горных пород и расплавов. Магнит-
ными свойствами горных пород зани-
мались в СССР Турцев, Левинсон-
Лессинг, Миткевич и, быть может, они
даже дали толчок к возобновлению инте-
реса к этим явлениям и за границей
(Кёнигсбергер, Пузиха, Гренз). На оче-
реди продолжение исследований по
изучению диэлектрических свойств
(диэлектрической постоянной и удель-
ного сопротивления), столь важных для
электроразведки и радиоразведки и нача-
тых Мурашевым с сотрудниками и До-
стоваловым. Пластические деформации,
искусственное образование трещин
в горных породах, пористость, тепло-
проводность и т. д. — кое-что сделано,
но еще больше остается сделать и в этом
направлении. 1
Интересные результаты получены
у нас Воларовичем и его сотрудниками
в изучении физических свойств силикат-
ных расплавов — вязкости и плотно-
сти; этим работам надо пожелать и даль-
нейшего развития.
Значение экспериментальных работ
в петрографии вполне осознано у нас,
и на их успешное дальнейшее развитие
можно вполне рассчитывать. Порукой
тому служит не только значительный
научный интерес к проблемам петро-
генезиса, но также вполне осознанное
и техническими кругами значение пет-
рографии вообще и экспериментальной
петрографий в частности для освещения
и направления многих технических про-
цессов, наконец и то обстоятельство,
что преподавание экспериментальной
петрографии вошло в нормальный план
преподавания в Ленинградском универ-
ситете как обязательный предмет для
геохимиков (т. е. петрографов и ми-
нералогов), чего, если не ошибаюсь,
нет нигде ни в Европе, ни в Аме-
рике.
II. Второе направление, по которому
должно итти развитие советской петро-
графии, — это направление гео-
химическое, связанное в осо-
бенности с изучением полезных иско-
паемых. Под названием «полезные
ископаемые» как рудные, так и неруд-
ные объединяют генетически и мате-
риально очень разнородные минераль-
ные ассоциации, общим признаком
которых является их практическая
промышленная ценность. Значитель-
ное число, быть может, даже боль-
шинство, этих минеральных ассоциа-
ций должно быть причислено к горным
породам, а все они, во всяком случае,
связаны с петрогенетическими процес-
сами. Иногда геологи и петрографы
или минералоги спорят о том, являются
ли полезные ископаемые объектом из-
учения геологии или петрографии (мине-
ралогии). Спор, вообще говоря, бесплод-
ный: при всем важном значении геоло-
гического элемента в изучении полез-
ных ископаемых, преобладает в них
все - таки элемент петрографический.
Опираясь и на геологию, и на мине-
ралогию, и на геохимию, изучать по-
лезные ископаемые, быть может до
известной степени, за исключением
ископаемых углей и нефти, должна
петрография. И если мы отчасти по
исторически сложившимся традициям,
отчасти по мотивам целесообразности
выделяем учение о полезных иско-
паемых в особую геологическую дисци-
плину, то все же должны помнить,
что она теснее всего примыкает к пет-
рографии и больше всего нуждается
в ее помощи.
Изучение полезных ископаемых сде-
лало в СССР изумительные успехи;
но это изучение было направлено по
пути выявления новых месторождений
и определения запасов. При этом откры-
ты новые ценные месторождения, очень
значительно повышены запасы во мно-
гих важных месторождениях. По отдель-
ным полезным ископаемым СССР выдви-
нулся на первые места, а по всей сово-
купности своего минерального сырья,
пожалуй, может или в скором времени
сможет оспаривать первенство у Соеди-
ненных Штатов Америки. В этой плоско-
сти достижения в СССР громадны. Но
7*
100
Природа
1937
для обеспечения дальнейших успехов
в этом отношении, для правильного
направления дальнейших поисков, для
правильного определения генетического
типа того или иного месторождения,
той или иной группы месторождений,
для правильной оценки месторожде-
ния с точки зрения технологического его
использования, для предвидения, опре-
деления и учета возможных и ожидае-
мых ассоциаций химических элементов
в том или ином типе месторождений —
для всего этого необходим петрографи-
чески-геохимический подход к полез-
ным ископаемым, необходимо включить
их в сферу интересов петрографа, в сферу
геолого-петрографических территори-
альных и камеральных исследований.
Правильное понимание магматических
месторождений в широком смысле
слова (включая сюда и контактметамор-
фические и гидротермальные месторожде-
ния) — задача чисто петрологическая
и геохимическая. С какой стадией
процесса формирования магматических
горных пород и с каким процессом
дифференциации связана концентра-
ция тех или иных магматических и апо-
магматических руд? В какой последо-
вательности и в каких ассоциациях
концентрируются те или иные элементы
в интрузивных телах или в связанных
с ними апомагматических минеральных
образованиях? С какой частью интру-
зивного тела связаны концентрации тех
или иных полезных ископаемых и как
отражается на богатстве, благонадеж-
ности и наличии полезных ископаемых
глубина денудации интрузивного тела
(криптобатолитовые, акробатолитовые,
эпибатолитовые, эндобатолитовые, гипо-
батолитовые типы месторождений по
Эммонсу)? С какими породами связаны
по преимуществу те или иные руды
(напр. приуроченность на Кавказе желез-
ного и полиметаллического орудене-
ния к гранодиоритам и т. п.)? Все это —
вопросы из области петрологии маг-
матических процессов и магматических
пород, которые с разных точек зрения
трактуются и петрографией и геохи-
мией (см. «Геохимию» Ферсмана, ч. III).
Осадочные, метасоматические, остаточ-
ные (метатетические), аллювиально-рос-
сыпные и тому подобные месторождения
теснейшим образом связаны с проблема-
ми седиментации, диагенезиса, выветри-
вания и т.п., т. е. являются такимиже
объектами петрографии осадочных по-
род, как и всякая другая осадочная
горная порода. Излишне, конечно, рас-
пространяться о том, что изучение ме-
таморфических месторождений является
неотъемлемой составной частью про-
блемы метаморфизма вообще.
Сказанного, мне кажется, достаточно
для оправдания пожелания, чтобы
советская петрография теснее включи-
лась в изучение полезных ископаемых
в петрологическом и геохимическом
направлениях.
III. Третьей задачей советской пет-
рографии является региональ-
ная петрография, т. е. из-
учение петрографии отдельных террито-
рий нашей обширной страны. Подобно
тому, как основой изучения животного
и растительного мира различных тер-
риторий является инвентаризация
фауны и флоры, необходимо для еще
неизведанных территорий установление
их петрографического состава, для мало
или недостаточно освещенных в этом
отношении — углубление и расширение
петрографического, лучше сказать,
геолого-петрографического их состава
и строения. На первом плане должно
стоять обзорное или суммарное иссле-
дование так наз. белых пятен на карте
и углубленное изучение территорий,
интересных в практическом отношении.
Из территорий, петрография которых
была неизвестна или лишь слабо изве-
стна и на которые обратила должное
внимание советская петрография, сле-
дует прежде всего отметить Арктику,
Полярный ‘ Урал, Дальний Восток,
Кольский полуостров, отчасти Казах-
стан, Среднюю Азию. Эти территории
должны и впредь занимать видное
место в советской региональной петро-
графии. Углубление и расширение гео-
лого-петрографического изучения есте-
ственно диктуется для таких террито-
рий, как Кавказ и Закавказье, Южный
Урал, Алтай, Кузнецкий Алатау, При-
байкалье и Забайкалье, Камчатка и т. д.
и т. д. Правильно был намечен и ком-
плексный геолого-петрографический ме-
тод этих исследований; его следует при-
№ 10
Задачи петрографии в СССР
101
держиваться и впредь и притом с тем
геохимическим уклоном, о котором
речь уже была выше. Конечной целью
этих работ региональной петрографии
является петрография СССР.
При обширности и разнородности нашей
страны, при тех трудностях, с которыми
сопряжено исследование высокогор-
ных, мало населенных, приполярных и
полярных областей и некоторых других
территорий, эта конечная цель регио-
нальной петрографии в целом будет
достигнута нескоро, но во всяком слу-
чае, если учитывать интенсивность^гео-
лого-петрографических исследований по-
следнего времени, относительно скорее,
чем во многих других странах. Отдель-
ные территории, изученность которых
уже сделала более или менее крупные
успехи и с которыми связан особый
практический или научный интерес,
как, напр., Средний Урал, Карелия и
некоторые другие территории, конечно,
значительно опередят другие терри-
тории, и для них раньше появятся
обобщающие работы. Одним из этапов
на этом пути, которому следует уделить
усиленное внимание в ближайшие
годы — это те очерки по петрографии
отдельных территорий, подводящие
итоги нашим знаниям, как петрография
Карелии, Кольского полуострова, Арме-
нии и т. д. и т. д., которые издает Пет-
рографический институт им. Ф. Ю. Ле-
винсона-Лессинга Академии Наук СССР
и которые являются составными частями
коллективного многотомного труда
«Петрография СССР», предпринятого
названным институтом.
Углубленное геолого-петрографиче-
ское изучение нашей страны должно
итти, однако, не только по пути регио-
нальных территориальных работ. Дру-
гое не менее важное и плодотворное
направление петрографических иссле-
дований, важных и ценных как в науч-
ном так и в практическом отношениях—
это детальное и углубленное изучение
отдельных интрузивных массивов с при-
менением методов магматической текто-
ники и геохимии, детальное изучение
отдельных крупных вулканов или
целых вулканических районов. От таких
работ можно ожидать серьезных успе-
хов в области петрогенезйса и в области
рудообразования, в области механизма
интрузии, последовательности извер-
жений, генетических взаимоотношений
кислых и основных пород и т. д.
IV. Обратимся теперь к области
задач теоретической петро-
графии. Каждая естественно-исто-
рическая дисциплина развивается двумя
путями: во-первых, обогащением фак-
тического материала, извлекаемого из
наблюдений в природе и из экспери-
мента; во-вторых, обобщением этого
фактического материала и теоретиче-
ским его освещением. Этот второй путь,
т. е. научные гипотезы, является
таким же важным и необходимым эле-
ментом познания, как и первый. Строй-
ное сочетание обоих путей познания
является гарантией здорового разви-
тия данной научной дисциплины, ибо
одно накопление фактического мате-
риала может привести к застою, одно
теоретизирование может оторвать науку
от реального мира и толкнуть ее на
путь натурфилософского толкования
природы. Эта общепринятая установка,
конечно, всецело усвоена и петрогра-
фией и, в частности, советской петро-
графией. Советские петрографы работали
и в области теоретической петрографии,
являясь в этом отношении продолжате-
лями русских петрографов дореволю-
ционного времени. Советские петро-
графы сознают, что в числе задач совет-
ской петрографии теоретическая петро-
графия должна занимать определенное
место и что, на ряду с петрографической
работой в поле и в лаборатории, следует
уделять должное внимание и развитию
петрографической мысли, петрологиче-
ских построений, т. е. петрологических
гипотез и классификаций.
Каковы же конкретно те петрографи-
ческие проблемы теоретического по-
рядка, над которыми работали советские
петрографы и которые надлежит им раз-
рабатывать и впредь?
Самое видное место в теоретической
петрографии занимали, занимают и
должны занимать вопросы петрогене-
зиса магматических пород. Главнейшие
вопросы этой категории сводятся к сле-
дующему.
1. Природа магмы и ме-
ханизм ее кристаллиза-
102
Природа
1937
ц и и. Фактический материал, очень
обширный, дают нам физиография гор-
ных пород и экспериментальные работы.
Обобщающим теоретическим толкова-
нием этого фактического материала
является представление о магме как
о растворе, который подчиняется зако-
нам кристаллизации растворов. Но
остается еще обширное поле для решения
вопроса о том, к какому типу раство-
ров относится магма, подходит ли ее
кристаллизация к условиям кристал-
лизации, установленным для более про-
стых систем, как искажаются и услож-
няются явления кристаллизации сили-
катных расплавов их вязкостью и на-
клонностью к переохлаждению и т. п.
2. Главным и центральным вопросом
для магматических пород остается про-
блема дифференциации.Соперничают
в учении о дифференциации разные
точки зрения, отражающие разные тео-
ретические представления. Все более
и более выясняется, что единого, уни-
версального толкования всех процес-
сов дифференциации кристаллизацион-
ной дифференциацией, или ликвацией,
или газовым переносом не может быть.
Задачей теоретической петрографии
в этой области я считаю беспристраст-
ное, без натяжек и предвзятых точек
зрения, установление пределов примени-
мости кристаллизационной дифферен-
циации, ликвации, газового переноса и
других факторов дифференциации, а
также роли охлаждения, ассимиляции
и выделения газов в ходе процессов
дифференциации. Дальнейшей про-
блемой является выяснение связи диф-
ференциации и механизма интрузии и
экструзии с горообразованием. Уже
вырисовывается возможность приуро-
чения дифференциации к той или иной
фазе дислокационного процесса, сопро-
вождающего или направляющего интру-
зию или вулканические процессы на
поверхности. Намечается возможность
подойти к толкованию самого процесса
интрузии или извержения магмы и
связать разные типы вулканической дея-
тельности в широком смысле слова
с определенными типами дислокацион-
ных движений.
Вопросы дифференциации неразрывно
связаны с проблемой родоначальных
магм: единая родоначальная магма, или
две самостоятельные магмы — кислая
и основная, или еще третья перидоти-
товая магма? В этом направлении ра-
ботает и должна и впредь работать мысль
советского петрографа. Параллельно
с ним работает над этими же пробле-
мами и советская геохимия; совмест-
ными усилиями освещая эти проблемы
с разных точек зрения и опираясь
на свою методику, должны итти к осве-
щению и посильному разрешению про-
блемы генезиса магматических пород
советская петрография и советская гео-
химия.
Важным объектом теоретической пет-
рографии надо считать также метамор-
фические породы и проблему метамор-
фи з м а в целом. Схематизированные пред-
ставления о зонах глубинности, о так
наз. законе объемов, о минеральных
фациях, о мигматизации и т. п. при рас-
ширении фактического материала и
углублении в его толкование начинают
колебаться и взывают к новым толко-
ваниям. И к метаморфическим процес-
сам начинают прилагать физико-хими-
ческие толкования;у нас в этом напра-
влении начал работать Коржинский.
Сфера метаморфических процессов, свя-
занных с инъекционным метаморфизмом,
мигматизацией, ассимиляцией, гибри-
дизацией, контаминацией и тому подоб-
ными процессами, значительно расши-
ряется. В связи с этим, а такж:е и с тем
обстоятельством, что в результате этих
ультраметаморфических процессов полу-
чаются в известных случаях породы
магматического облика, возникло новое
течение в петрографии, направленное
к обобщению этих случаев, к значитель-
ной их экстраполяции. С этой стороны
надвигается на магму и на магматиче-
ские породы грозная туча кризиса,
грозящего свести на-нет или во всяком
случае значительно - сузить понятие
о магме и об интрузивных магматиче-
ских породах за счет расширения роли
метаморфизма. Очередной задачей со-
ветской петрографии следует считать
установление границ для таких ультра-
метаморфических пород, выяснение во-
проса, в какой мере можно допускать
образование метаморфическим путем
пород магматического облика и как
№ 10
Задачи петрографии в СССР
103
можно разграничить сферы возникно-
вения истинно магматических и «пара-
магматических» пород мета-
морфического происхождения. Об этом
я говорю подробнее в другом месте.1
С петрографическими взглядами на
вопросы петрогенезиса, конечно, свя-
заны и классификационные схемы, по-
пытки установления новых принципов
классификации. Попытки в этом напра-
влении уже имеются; советской петро-
графии надлежит обратить должное вни-
мание и на эту проблему.
V. Последний раздел петрографии,
на котором я намерен вкратце остано-
виться, это прикладная пет-
рография. Выше попутно уже
говорилось о значении петрографии для
практики; здесь речь идет о той отрасли
петрографии, которая ставит себе зада-
чей непосредственное обслуживание
техники и запросов жизни вообще.
Прикладная петрография развива-
лась в СССР и должна развиваться по
трем направлениям: 1) петрографиче-
ское обслуживание технических произ-
водств, 2) петрургия, т. е. техника
каменного литья, и 3) каменные строи-
тельные материалы. По1 всем трем этим
направлениям прикладной петрографии
у нас имеются серьезные успехи за
последние 10—15 лет; это направление
в петрографии следует всемерно разви-
вать и впредь.
По первому разделу, т. е. по вне-
дрению петрографических методов иссле-
дования в изучение шлаков,огнеупоров,
металлов, стекла, школой Белянкина
достигнуты интересные результаты, ко-
торые дают возможность рационально
следить за службой динасовых кирпичей
и некоторых других огнеупоров.
Микроскопический метод исследова-
ния и, в частности, подсчета количе-
ственного минералогического состава
разных зон динасовых кирпичей яв-
ляется очень хорошим дополнением или
даже заменой для выявления разных
стадий перерождения в динасе методом
определения удельных весов.
Техническая петрография помогает и
должна впредь помогать также при
1 В томе «Ученых записок Ленинградского
университета», посвященном двадцатилетию
Октябрьской революции.
выборе и оценке новых огнеупоров,
напр. серпентиновых, дунитовых и др.
Ценные для металлургии указания
были даны путем микроскопического
исследования неметаллических вклю-
чений в стали. Не увеличивая числа
этих примеров, свидетельствующих об
уже достигнутых результатах, нельзя
не высказать пожелания, чтобы петро-
графические методы исследования в бли-
жайшие годы продолжали глубже и
шире проникать в технические производ-
ства, имеющие дело с высокотемпера-
турными силикатными системами (огне-
упоры, керамика, металлургия, стек-
лоделие и т. п.).
Каменное литье, получившее уже
у нас практическое применение, нача-
лось с изучения условий плавления,
отливания и отжига базальта сначала
в лабораторных и полузаводских усло-
виях — пионером в этой области у нас
явился проф. А. С. Гинзберг, — а затем
и в заводском масштабе. Выяснены
вплоть до заводского использования
условия получения литых изделий из
базальта и диабаза, выяснены условия
заводского получения важного для
керамики и огнеупоров муллита. Но
телеграфные изоляторы из литого ба-
зальта не получили еще должного ши-
рокого применения, как не использована
еще достаточно широко возможность
применения каменного литья для замены
фарфора, металла и камня. Развитие
этой отрасли прикладной петрографии,
которую Гинзберг назвал «петрургией»
(аналогично металлургии и галургии)
и которая всецело опирается на экспе-
риментальную петрографию, является
одной из очередных задач советской
петрографии.
Работа прикладной петрографии
в области изучения каменных строитель-
нбВГ- материалов шла за истекающее
двадцатилетие по двум направлениям:
выявление новых строительных и обли-
цовочных материалов и новых место-
рождений и изучение механической
прочности и климатической стойкости
этих материалов. Для иллюстрации
достигнутых в этой области успехов
достаточно вспомнить карельские гра-
ниты, пришедшие на смену финлянд-
ским гранитам, онежские габбродиа-
104
Природа
1937
базы, широко применяемые для брус-
чатой мостовой, прекрасные мрамора
Армении, Юго-Осетии, Грузии, Енисея,
Алтая, столь ценные как облицовочный
материал. Если вспомнить таких круп-
нейших потребителей изящного обли-
цовочного материала, как Московское
метро и Дворец Советов, таких крупных
потребителей камня, как многочислен-
ные объекты нашего грандиозного стро-
ительства (плотины, заводские комби-
наты, порты, мосты, каналы и т. д.),
а также необходимость расширения
сферы применения камня в коммуналь-
ном строительстве, нам станет понят-
ным, что советская петрография должна
напрячь все свои силы для того, чтобы
обеспечить страну прочным, красивым
и удобно расположенным в разных
частях нашей обширной территории
камнем. В этой области работа петро-
графа должна считаться с запросами
инженера-строителя и архитектора-ху-
дожника. И настало, мне кажется,
время для осуществления того централь-
ного музея камня, назначение и проект
которого был одобрен.
ПРИРОДНЫЕ МИНЕРАЛЬНЫЕ ВОДЫ И ГРЯЗИ
СОВЕТСКОГО СОЮЗА
проф. А. И. ДЗЕНС-ЛИТОВСКИЙ и Н. И. ТОЛСТИХИН
«Граждане СССР имеют право на отдых. Право на отдых
обеспечивается ... предоставлением для обслуживания тру-
дящихся широкой сети санаториев, домов отдыха . . .»> (Кон-
ституция Союза Советских Социалистических Республик,
из статьи 119).
На широких просторах нашего Союза
имеется необыкновенное разнообра-
зие и обилие природных минеральных
вод — источников, озер и грязей. При-
родные гидроминеральные ресурсы
нашего Союза, имеющие бальнеологиче-
ское и промышленное значение, гораздо
мощнее и разнообразнее прославленных
западноевропейских минеральных вод и
грязей, Эксплоатация минеральных вод
и грязей, помимо природных данных тре-
бует соответствующей обстановки — об-
щего благоустройства и путей сообщения.
В нашей стране как раз большой рост бла-
гоустройства и разных путей сообщения
вовлекают в орбиту социалистического
строительства все новые и новые гидро-
минеральные объекты.
Наиболее ценными районами по оби-
лию и разнообразию минеральных вод
являются горные районы Союза: Кав-
каз, Крым, Алтай, Туркестан, Забай-
калье, Урал. Но и на обширных равни-
нах СССР имеются многочисленные
естественные и искусственные выходы
минеральных вод — преимущественно
соленых — и грязей. По Азово-Черномор-
скому побережью, степному Крыму,
Прикаспийской и Западносибирской
низменности разбросаны многочислен-
ные минеральные и грязевые озера.
Все наши богатства природных
минеральных вод до Великой Октябрь-
ской революции оставались мало иссле-
дованными. В литературе встречались
лишь скудные и разрозненные сведения
о составе минеральной -воды того или
другого источника или озера.
Планомерное восстановление и рекон-
струкция курортов на основе социали-
стического строительства и более широ-
кое использование минеральных вод
для химической промышленности нача-
лось сразу после окончания граждан-
ской войны. На ряду с этим началось
и всестороннее изучение минеральных
№ 10
Природные минеральные воды и грязи Советского Союза
105
вод Союза. Вся курортная сеть, соляная
и химическая промышленность до Рево-
люции работали на очень ограничен-
ном числе гидроминеральных объектов.
Исключительные темпы социалистиче-
ского строительства потребовали вы-
явления и вовлечения новых минераль-
ных источников и озер как сырьевой
базы для промышленности и бальнео-
логии.
Сотни минеральных источников Си-
бири, Далькрая, а также расположенные
в необитаемых и трудно доступных гор-
ных районах Камчатского полуостро-
ва, были известны до Революции
главным образом только по названию,
со слов охотников, старателей и т. п.
Многие же источники неизвестны были
вовсе.
Так, только на Камчатке за последние
годы было выявлено около 63 групп
термальных источников, из которых
было прежде известно только 10—15
групп.
Даже хорошо известные источники
оставались мало изученными, особенно
в геологическом отношении.
До Революции на Камчатке не было
известно ни одного источника, геоло-
гические условия выхода которого мы бы
знали, хотя эта сторона источников,
в связи с химическим составом их,
представляет наибольший научный инте-
рес. Проведенные за последние пять
лет исследования обнаружили много
важных особенностей в отношении связи
источников Камчатки с вулканическими
образованиями, с тектоникой и при-
уроченностью различных типов к магма-
тическим телам определенного хими-
ческого состава. Некоторые источники
оказались чрезвычайно интересными
своим оригинальным химическим соста-
вом и концентрацией в них больших
количеств редких элементов (мышьяк,
бор, цинк).
За прошедшие двадцать лет с Октября
было сделано много для всестороннего
изучения минеральных вод Союза. Из-
учение было направлено в основном на
обеспечение нашего социалистического
строительства, развивающегося на мине-
ральных водах, создание методик,
инструкций и специальных’ приборов
для исследований, учет»и регистрацию
гидроминеральных объектов, создание-
специальных станций и лабораторий.
В настоящее время мы распола-
гаем данными о важнейших минераль-
ных источниках и озерах, позволяю-
щими учесть их производственные
ресурсы для бальнеологического и про-
мышленного использования.
Однако следует отметить, что исполь-
зование минеральных вод нашего Союза
продолжает оставаться совершенно
несоответствующим их экономическим
возможностям.
Только на основе глубокого, всесто-
роннего исследования возможно рацио-
нальное использование богатств мине-
ральных вод нашей страны.
Поэтому в III пятилетии необходимо
приступить к широкому и углубленному
комплексному изучению всех разнооб-
разных факторов, обусловливающих
генезис и режим наших минеральных
источников, озер и грязей. При ком-
плексном изучении должны быть тща-
тельно учтены геологические, гидрогео-
логические и физико-химические усло-
вия минеральных вод различных райо-
нов Союза.
Для правильного решения того или
другого практического вопроса исполь-
зования минерального источника или
озера необходимо познание всего ком-
плекса явлений в его генетическом
развитии, что даст возможность ис-
пользовать не только существующие
выходы минеральных вод, но укажет
естественные пути, где искать нужную
минеральную воду и вывести ее на по-
верхность земли.
Минеральные воды — источники,
минеральные озера и грязи (озерные,
лиманные, сопочные) — в хозяйстве всех
стран имеют громадное значение. На
минеральных водах как за границей,
так и у нас возникли целые города и.
крупные населенные пункты. Таковы
у нас Пятигорск, Кисловодск, Желез-
новодск, Ессентуки, Сочи-Мацеста, Бор-
жом, Саки и др.
Роль минеральных вод в народном
хозяйстве не ограничивается их баль-
неологическим значением. Минераль-
ные воды и их отложения имеют широкое
применение в химической, соляной
промышленности, в технике и пр. Газы
106
П р и р о да
1937
некоторых минеральных источников
используются для хозяйственных и про-
мышленных целей — для получения
природной углекислоты, для освещения
и пр.
Много минеральных источников и
минеральных озер с значительной мине-
рализацией используются для добычи
поваренной соли, мирабилита, соды,
иода, брома и т. д.
Отложения минеральных источни-
ков — различные охры — применяются
в качестве краски; туфы и травертины
используются в качестве строительных
материалов, для обжига извести и пр.
Некоторые гидротермальные отложе-
ния источников и осадки минеральных
озер представляют ценные полезные
ископаемые, используемые промышлен-
ностью.
В некоторых минеральных источниках
скрыта и громадная тепловая энергия.
По подсчетам Де-Лонэ источники
-Франции в течение года выносят коли-
чество тепла, которое эквивалентно
100 000 т каменного угля. К сожалению,
Несмотря на такое громадное народно-
хозяйственное значение минеральных
вод, трудно указать точно признаки
геологические, физические и химиче-
ские, отличающие пресные воды от мине-
ральных. Химически чистая вода
в природе не встречается.
В гидрогеологии минеральных вод
еще до настоящего времени не является
установленным, общепринятым и при-
знанным, какую воду следует считать
минеральной. Точного различия между
минеральной и пресной водой не суще-
ствует. Не установлено также общепри-
нятых признаков и абсолютных норм,
по которым можно было бы точно и
ясно определить понятие «минераль-
ные воды». Всякие воды содержат то
или иное количество минеральных ве-
ществ. Поэтому грань между минераль-
ной и пресной водой может быть только
условная, искусственная.
Отличающими минеральные от прес-
ных вод в настоящее время условно
приняты следующие нижние нормы
для минеральных источников:
Таблица 1
Свободной углекислоты (СО2) . . . . . ... 250 мг в литре воды
Сероводорода (HaS) . . . . 1 » >> »> »>
Ионы: литий (Li ) . . . . 1 » )> »>
барий (Ва") . . . . 5 >> i> » >>
стронций (Sr") . . . . 10 >> »> »
железо (Fe ) или (Fe“) . . . . . . . . 10 >> » >> »
бром (Вг') . . . . 5 » » »
фтор (F') ... 2 >> » » >>
иод (J') . . . . 1 >> >> »
Гидроарсенат (HASO4") . . 1 )> >> >>
Борная кислота (НВО2') . . . . 5 >> t> >> ►>
Эманация радия . . . . 3.5 единиц по Махе
эти практически неиссякаемые ресурсы
тепла еще слишком мало используются
в народном хозяйстве. Тепловая энер-
гия некоторых термальных источников
в немногих странах используется как
источник энергии для двигательных
установок, отопления, хозяйственных
надобностей и т. п.
Изучение минеральных источников
имеет значение для понимания генезиса
рудных месторождений, а в отдельных
случаях состав минеральной воды может
сигнализировать о скрытом в недрах
земли полезном ископаемом: соли,
нефти, сульфидных рудах, радиоактив-
ных минералах и т. п.
Для термальных вод температура не
ниже + 20° С.
Содержание твердых составных частей
в 1 л минеральной воды может быть
различным. Так, широкая полоса наших
южных степей и полупустынь имеет
воду с минерализацией'свыше 1 г на
1 л, и тем не менее источники этой
воды не признаются целебными и мине-
ральными. И, наоборот, есть источники
с минерализацией менее одного грамма
на литр, содержащие значительное коли-
чество свободной углекислоты, имеющие
высокую температуру или радиоактив-
ность, вследствие чего их принято
относить к групце «минеральных».
№ 10
Природные минеральные воды и грязи Советского Союза
107
Фиг. 1. Кисловодск. Санаторий имени Ленина.
Вода озер также может иметь ту или
другую минерализацию своей водной
массы и иловых отложений. Содержа-
ние солей в единице веса воды озера
может быть весьма разнообразным и
измеряться от долей процента до 4О’/о
веса. Озеро принято называть пресным,
если сумма солей не выше 0.25%, и
минеральным, если вода отличается
более высоким содержанием растворен-
ных веществ (выше 0.25% солей и газа)
или содержанием редко встречающихся
и терапевтически важных веществ.
Проф. В. А. Александров предлагает
понятие «минеральные воды» вообще
заменить понятием «лечебные воды»,
считая, что это более соответствует
современному представлению о водах.
К этой точке зрения на минеральные
воды присоединяется проф. А. Н.
Огильви и некоторые другие.
Природные минеральные воды пред-
ставляют собою жидкую среду чрез-
вычайно сложного состава как по
количеству, так и по качеству вхо-
дящих в нее ингредиентов. Эти рас-
творы солей и газов образовались во
время циркуляции вод в литосфере —
этой грандиозной лаборатории природы.
Все попытки приготовления искус-
ственных минеральных вод, согласно
самым точным формулам анализа есте-
ственных минеральных источников, не
увенчались успехом. При настоящем
уровне химических знаний еще не
удается искусственно создать вбды, кото-
рые были бы тождественны натуральным
минеральным водам. Мы не можем
получить те своеобразные растворы,
которые обладают таким, свойственным
только натуральным водам, физиоло-
гическим действием на организм.
Состав минеральных вод достигает такой
сложности, которая недоступна еще
в наших лабораториях.
В морской воде в разных формах
находится более 50 химических элемен-
тов. В воде известного минерального
источника Виши еще в конце прошлого
столетия было известно всего лишь
17 элементов, а сейчас их определено
уже до 50. С улучшением методов иссле-
дования улавливаются и следы таких
химических элементов, которые прежде
не были известны в данных водах.
Особенно большое значение приобре-
тают методы спектрального анализа и
некоторые другие.
Наиболее чистая природная вода, по
Вернадскому, содержит п х 10“®% при-
108
Природа
1937
месей, в ней растворенных, и наиболее
богатые солями рассолы содержат их
до 40%.
Таким образом получается колос-
сальная амплитуда колебаний концен-
трации.
Акад. В. И. Вернадский различает
воды: пресные, в которых содержание
солей составляет меньше 1 г на литр,
соленые с содержанием солей от 1 до
50 г на литр и рассолы — с содержанием
солей свыше 50 г на литр. Слабые соле-
ные растворы с концентрацией от 0.1
до 1% В. И. Вернадский считает соло-
новатыми водами.
Жизнь пресных вод во многом отли-
чается от жизни соленых. Концентра-
ция минеральных вод, особенно мине-
ральных озер, может меняться в значи-
тельных пределах в течение как годо-
вого периода, так и более длительного.
Приток пресных вод понижает кон-
центрацию. Увеличение концентрации
может произойти вследствие вымер-
зания минеральных озер, от испарения
и т. п. В некоторых минеральных водо-
емах концентрация рассолов в летнее
время достигает таких размеров, что
часть растворенных солей переходит
в твердую фазу. Начинают садиться
на дно те или другие соли, имеющие
хозяйственное, промышленное или баль-
неологическое значение. В других мине-
ральных водоемах, наоборот, при пони-
жении температуры в зимнее время
происходит выделение твердой фазы —
садка солей, которые весной, с повы-
шением температуры, переходят обратно
в жидкую фазу — в рассол.
Кроме естественных самосадочных
водоемов, садящих те или другие соли
в природных условиях, на некоторых
минеральных водоемах устраивают спе-
циальные садочные бассейны, в кото-
рые напускают рассолы и производят
летом садку поваренной и хлор-магние-
вых солей, а зимой — мирабилита.
Начало изучения минеральных вод
нашей страны относится к началу
XVIII в., когда Петром I, после посе-
щения за границей курортов Спа и
Пирмонта, был издан приказ от 24 IV
1717 г. «О поручении д-ру Шоберу
искать в нашем государстве ключевых
вод, которыми можно пользоваться от
разных болезней, на приклад какими
в здешних краях пользуются, как
Пирмонтская, Шпавассер и др.».
При Петре I были заложены пер-
вые «бадерскйе бани» в г. Липецке.
К этой же эпохе относится и организа-
ция одного из первых русских курор-
тов на Марциальных водах.
Много для изучения русских мине-
ральных вод и лечебных грязей сделано
в XVIII в. Гюльденштейдтом, Палла-
сом и др.
По данным д-ра Новосельского
(1915), до Революции в России было
известно свыше 500 минеральных источ-
ников, «которые эксплоатируются или
эксплоатировались, или же хотя пра-
вильно не эксплоатируются, но посе-
щаются местными жителями и вообще
сколько-нибудь известны».
По данным же проф. Штанге, до Ре-
волюции в России было известно
386 источников, из них на Кавказе — 133
и в Забайкалье —165 источников. Среди
них — 14 питьевых и 10 сернистых
источников. Лечебных грязей было изве-
стно» 68. Обработка и сводка материалов
по минеральным водам, предпринятая
секцией минеральных вод ЦНИГРИ при
участии некоторых работников трестов,
выявила только на одном Кавказе более
1000 минеральных источников, а во
всем Союзе — более 3.5 тыс. К сожале-
нию, большинство минеральных источ-
ников еще ждет своей очереди изуче-
ния, а очень многие, даже эксплоати-
руемые, плохо каптированы или не
каптированы вовсе и имеют вследствие
этого ничтожный и непостоянный дебит,
малую концентрацию, опреснены, под-
вержены опасности загрязнения и т. п.
Исследованием минеральных вод зани-
маются различные специалисты, под-
ходя к их изучению с разных точек
зрения и с различной методикой. В на-
стоящее время целый ряд центральных
и местных учреждений занят изучением
минеральных вод. Наиболее крупными
учреждениями в Союзе, занимающимися
изучением минеральных вод, являются
ЦНИГРИ (Ленинград) и Центральный
Институт курортологии (Москва) и его
филиалы, а на местах — Центральный
Бальнеологический институт (Пяти-
горск), Грузинский Бальнеологический
№ Ю
Природные минеральные воды и грязи Советского Союза
109
Фиг. 2. Кисловодск. Каптаж Нарзана.
институт (Тбилиси), Украинский Баль-
неологический институт (Одесса) и др.
Наиболее серьезное изучение мине-
ральных вод было поставлено впервые
в бывшем Геологическом комитете,
преемником которого является ныне
ЦНИГРИ. Разрабатывая вопросы гене-
зиса минеральных вод, выясняя вопросы
увеличения дебита, улучшения каче-
ства минеральной воды и грязей, опре-
деляя запасы, изучая способы капти-
рования минеральных вод и т. п.,
бывший Геологический комитет (а ныне
ЦНИГРИ) немало способствовал курорт-
ному развитию и новому курортному
строительству нашей страны.
Особенно в последние годы в ЦНИГРИ
много сделано для гидрогеологического
изучения минеральных озер нашего
Союза и для разработки методики ком-
плексного исследования минеральных
озер.
Организациями ГГУ, ЦНИГРИ, Ака-
демии Наук СССР и др. произведена
разведка целого ряда минеральных озер
Азовско - Черноморского побережья,
Крыма, Поволжья, Кулунды, Казах-
стана, Забайкалья.' Разработаны спе-
циальные приборы — донный илобур и
другие — для разведки озерных недр.
Много новых минеральных источников
выявлено на Кавказе, в горах Средней
Азии, в Сибири, на Камчатке, на Чу-
котском полуострове и в других местах.
Для разведки минеральных источников
за последние годы’ начали применять
новые методы работы — геофизическую
съемку и др.
Первые анализы минеральных вод
нашей страны появились во II половине
XVIII в. и позднее. Эти анализы
относятся к минеральным источникам
Сибири, Северного Кавказа, рапе соле-
ных озер и лиманов Крыма и Черномор-
ского побережья и к лечебным грязям.
Первые количественные анализы мине-
ральных вод, подобно старинным ре-
цептам, давались в солях, в унциях,
драхмах и гранах в аптекарском фунте
воды. А аптекарские фунты, как
известно, были различны в разных
государствах. В Англии и Америке
анализы вычислялись в гранах в гал-
лоне воды. Поэтому прежние изобра-
жения анализов минеральных вод
носят крайне разнообразный характер.
110
Природа
1937
Как пример анализа минеральной
воды начала XIX столетия можно при-
вести анализ Пятигорского сернистого
источника:
«В горячих сернистых источниках
Машука (Пятигорск) в 18 унциях
воды содержания газов средняя пропор-
ция 14 куб. дюймов, а именно: 6 дюймов
сернопеченкового газа и 8 дюймов уголь-
ной кислоты. По выпарке досуха 300 ф.
воды осталось твердых частей 12 унций,
7 драхм и 35 гран». (Анализ аптекаря
Швансона в 1802 г.)
Значительно позднее анализы мине-
ральных вод начали выражать в граммах
на литр воды. Состав же воды вычи-
слялся в солях. Благодаря тому, что
кислотные радикалы и основания ком-
бинировались разнообразными произ-
вольными способами, формы выражения
анализов одной и той же воды разными
аналитиками представлялись в различ-
ных произвольных комбинациях. Судить
по этим анализам о составе той или дру-
гой минеральной воды трудно, и часто
одну и ту же воду относили к различ-
ным группам минеральных вод.
На такой произвол истолкования ана-
лизов минеральных вод в гипотетиче-
ских солях было обращено внимание
еще давно. Благодаря исследованиям
S. Arrenius’a и W. Ostwald'а и др.
было установлено, что в минеральной
воде солевого комплекса, получаемого
анализами, не существует. В воде нахо-
дятся в том или ином количестве дис-
социированные части ее — катионы и
анионы. В настоящее время для из-
ображения химического анализа воды
ионная форма считается обязательной,
как наиболее правильная и удобная.
Однако при всех положительных сто-
ронах ионного способа изображения ана-
лизов минеральных вод истолкование
анализа по цифровым данным в ион-
ной форме довольно затруднительно.
Для практической оценки и примене-
ния воды важно иметь анализ в такой
форме, чтобы с одного взгляда можно
было сравнить различные воды, сделать
необходимые выводы о возможностях их
практического использования и т. п.
Этого можно достигнуть путем пере-
счета данных химического анализа
в эквивалентную форму. Эквивалентная
форма дает достаточно ясное предста-
вление о соотношении содержания поло-
жительных и отрицательных ионов, что
является удобным для сравнения воды
и для представления о ее концентрации.
Все минеральные воды в той или
другой степени насыщены теми или
другими газами. Степень насыщенности
природной воды газами зависит от тех
горных пород, в которых вода цирку-
лирует, от химических свойств газа,
от температуры воды, давления и целого
ряда других факторов.
Количество газов, растворенных в ми-
неральной воде любого состава, равно
п х Ю—3% по весу воды (акад. Вер-
надский). Только для углекислоты
в некоторых минеральных источниках
наблюдаются ббльшие коэффициенты,
доходя до п х 10“10/0. Амплитуды воз-
можных колебаний содержания газов
могут быть весьма большие. На умень-
шение количества газового состава
влияет высота места выхода источника.
Так, в минеральных источниках высо-
ких горных плато количество газов
уменьшается вдвое. На уменьшение ко-
личества газов влияет температура. Газы
и воды находятся в постоянном обмене.
При выходе минеральных вод из недр
земли газы, находящиеся в растворе
под большим давлением, выделяются,
обособляясь в газовую фазу в виде
пузырьков. Появление свободных газов
в воде может происходить также вслед-
ствие разложения некоторых химиче-
ских соединений, находящихся в мине-
ральной воде. Так, двууглекислые и
двусернистые соединения распадаются,
выделяя СО2 и H2S.
Наиболее часто встречающимися
в минеральной воде газами являются:
углекислота, кислород, азот, метан и
сероводород, а также в малых количе-
ствах тяжелые и легкие благородные
газы. Другие газы встречаются реже.
По содержанию газов минеральные воды
могут быть разделены на 5 главных
групп: углекислые, сероводородные,
радоновые, метановые и азотные. Одним,
из наиболее распространенных в мине-
ральных водах газов является угле-
кислота (СО2). Вызываемому углекисло-
той раздражению кожи, вследствие
прилипания ее пузырьков при приеме
№ 10
Природные минеральные воды и грязи Советского Союза
111
Фиг. 3. Мацеста. Серные ванны.
углекислой ванны, врачи придают боль-
шое бальнео-терапевтическое значение.
Из углекислых источников особой
славой пользуется источник Нарзан
в Кисловодске. Нарзан содержит от
2 до 3 г углекислоты йа литр воды,
т. е. близкое к содержанию углекислоты
в источниках мирового курорта Нау-
гейм в Германии (2.3 г углекислоты на
1 л), привлекающего сердечных боль-
ных всего мира. На ряду с Нарзаном
также широко популярен источник
Боржом.
Работами последних лет гидрогеолога
А. И. Силина-Бекчурина в Дарасуне
(Читинская обл.) выведены мощные
углекислые источники, содержащие З.б г
углекислоты на 1 л воды. Таким обра-
зом Дарасун стал сибирским нарзаном.
Кислород в минеральных водах, по
сравнению с содержанием его в атмо-
сфере, встречается в небольшом коли-
честве. Большого бальнеологического
значения присутствию кислорода в ми-
неральной воде обычно не придают.
Сероводороду из всех газов минераль-
ных вод в бальнеологии придается наи-
большее значение. Опытным путем счи-
тается доказанным, что при пользовании
ваннами сероводородной минеральной
воды происходит проникновение (вса-
сывание) сероводорода через кожу
человека. Чем более значительно содер-
жание сероводорода в минеральной воде,
тем сильнее и ее влияние. Проникнове-
нию сероводорода через кожу человека
и особенно через легкие при вдыхании
воздуха во время приема ванн с серо-
водородной минеральной водой при-
дают большое терапевтическое значе-
ние в смысле общего влияния его
на организм. Сероводород, проникая
в кровь, окисляется за счет кислорода,
отнимаемого от оксигемоглобина крас-
ных кровяных телец, оказывая таким
образом раздражающее влияние на дыха-
тельные и кроветворные органы. К серо-
водородным водам относятся источники
Талги, Мацеста, Сураханские, Сер-
гиевские и др. Из наших сероводород-
ных вод Мацестинские пользуются
мировой славой по лечению болез-
ней сердечно-сосудистой системы. Ис-
точники Мацесты содержат до 260 мг
свободного сероводорода на литр воды,
в то время как знаменитые сернистые
источники курорта Аахен в Германии
и французских курортов в Пиренеях
содержат сероводорода только от 10
до 20 мг на литр. Сероводородные воды
выведены буровыми скважинами в «Клю-
чах» на Урале и в ряде других мест.
112
Природа
1937
Фиг. 4. Железноводск. Смирновский горячий источник.
Отметим Сураханские источники в Азер-
байджане и Талгинские в Дагестане
с содержанием до 340 мг сероводорода
на 1 л воды.
Только в прошлом году буровые
скважины Камнефти — одна в районе
г. Краснокамска и другая близ ст. Лев-
шино, — вывели минеральную сероводо-
родную воду с содержанием900мг на литр
H2S с наличием брома, иода, магние-
вых солей и т. п. Такого редкого соче-
тания большого количества солей и
сероводорода еще не знает мировая
курортология.4 По заключению проф.
Александрова, Краснокамский источ-
ник представляет уникум для всего
мира и имеет огромное практическое
значение в лечебном деле. По запасам
минеральной воды и содержанию серо-
водорода Краснокамский источник
(буровая) является самым сильным из
всех сероводородных источников, кото-
рые где-либо имеются. Краснокамская
вода имеет и промышленное значение для
добычи иода, брома, серы, солей маг-
ния и пр.
Газовые струи минеральных источ-
ников представляют громадные богат-
ства. Так, по подсчетам Э. Э. Кар-
стенса, кисловодский Нарзан выносит
в год 1 320 000 кг одной только свобод-
ной СО2. Пять наиболее обильных водой
минеральных источников из группы
Кавказских минеральных вод выносят
2 165 000 кг одной только свободной
углекислоты.
Особое значение и интерес предста-
вляют радоновые источники, газирующие
эманацией радия. Для использования
радона в бальнеологических целях за
границей устроены специальные эма-
натории — особые камеры, где больные
вдыхают, на ряду с обыкновенным воз-
духом, находящийся в нем радон.
Исследования показывают, что в нашем
Союзе имеются источники значительной
радиоактивности, обладающие благодат-
ным влиянием на человеческий орга-
низм.
Первые исследования радиоактивности
минеральных вод и грязей у нас были
произведены в начале этого века
И. И. Боргманом, А. П. Соколовым,
И. Баташевым и некоторыми другими.
В Пятигорске функционирует специаль-
ная .радиологическая станция по из-
учению радиоактивности минеральных
вод, которая первоначально находи-
лась в ведении ЦНИГРИ. Эта станция
работала под руководством проф. А. Н.
Огильви, а затем была передана в Се-
верокавказский Геол, трест, преобразо-
вана в научно-исследовательскую стан-
цию по изучению минеральных вод Кав-
№ Ю
Природные минеральные воды и грязи Советского Союза
113
Фиг. 5. Пятигорск. Теплый нарзан.
каза и теперь работает no/j, руководством
Я. В. Лангвагена.
Из заграничных радиоактивных вод,
широко используемых для лечения,
можно указать курорт Иоахимсталь
в Чехословакии. Он создан на слабо
минеральной, на высоко радиоактивной
рудничной воде, обладающей радиоак-
тивностью до 600 единиц Махе. Один
из источников Иоахимсталя имеет ра-
диоактивность в 5080 единиц Махе.
В Австрии воды курорта Гаштейн содер-
жат до 230 единиц Махе и широко
известны своими лечебными свойствами.
Как показывают исследования, радио-
активность вод меняется в зависимости
от различных факторов. Эти измене-
ния достигают довольно значительных
амплитуд.
Международной единицей измерения
радиоактивности минеральных источ-
ников принят на совещании бальнеоло-
гов и физико-радиологов в Фрейбурге
в 1921 г. эман, составляющий 1 х 10-10
кюри на литр воды. В прежних работах
радиоактивность вод выражалась в еди-
ницах Махе (М. Е.). Едцница Махе =
= 3.64х10~10 кюри на литр. Единица
Природа № 10
Махе = 3.64 эмана. По радиоактив-
ности источники принято делить на:
а) Очень сильно радио-
активные ..............свыше 10 000 эман
б) Сильно радиоактивные, порядка 1 000 ,>
в) Радиоактивные .... » 100 »
г) Слабо радиоактивные . » 10 »
Радиевые источники Гейдельбергские,
Крейцнахские в Германии и Баата
в Англии до сих пор пользуются миро-
вой славой в лечении гинекологических,
ревматических, обменных и других забо-
леваний.
В настоящее время у нас в области
Коми, на берегу р. Ухты, открыты исклю-
чительно мощные радиевые источники,
в которых эманация и содержание солей
радия значительно выше, чем в знамени-
тых гейдельбергских и крейцнахских.
Ухтинские источники представляют
громадный научно-практический инте-
рес. Кроме радиеносных источников
в нашем Союзе имеются воды, содержа-
щие в большом количестве эманацию
радия и не содержащие в растворе его
солей. К таким радоновым источникам
следует отнести источник Ямкун в Вос-
я
114
Природа
193Т
Фиг. б. Ессентуки. Грязелечебница.
точном Забайкалье. Его радиоактив-
ность определяется до 500 единиц Махе.
Общепринятой гидрогеологической
классификации минеральных источни-
ков еще не существует. Принято разли-
чать источники нисходящие и восходя-
щие; источники, вода которых минера-
лизуется в осадочных толщах, и источ-
ники, вода которых получает свою
минерализацию в изверженных породах
и кристаллических сланцах.
Из восходящих термальных источни-
ков интересно указать на наши камчат-
ские гейзеры долины р. Паужетки, дей-
ствующие периодически, выбрасывая
воду на высоту 1.5 м.
Физическая классификация источ-
ников основывается главным образом
на температуре источников и их радиоак-
тивности.
По температурным условиям раз-
личают:
а) Весьма холодные . . . ниже 4° С
б) Холодные............ от 4 до 20° С
в) Тепло-субтермальные . » 20 л 37° С
г) Горячие термальные . >> 37 >> 42° С
ц) Очень горячие — ги-
потермальные . . . свыше 42 °C
Весьма холодные минеральные источ-
ники с температурой ниже 4° С в СССР
встречаются в зоне мерзлоты — глав-
ным образом в Забайкалье, на Даль-
нем Востоке, в Якутии. К этой группе
следует отнести минеральные воды
с отрицательными температурами (Со-
ветская Арктика). В Советской Арктике
гидрогеологами П. М. Козловым и В. М.
Пономаревым констатированы подзем-
ные минеральные воды с температурой
до минус 3—5° С. Низкотемпературные
источники имеют своеобразный гидро-
геологический, физический и химический
режим.
Термальные и гипотермальные источ-
ники распространены в районах с моло-
дой тектоникой — на Кавказе, в Сред-
ней Азии, на Алтае, в Саянах, в При-
байкалье и Западном Забайкалье, на
Камчатке, по побережью Охотского,
моря и т. д.
Для вод вулканической области Кам-
чатки температуры некоторых источ-
ников свыше 100° С. С другой стороны,,
некоторые рассолы, особенно минераль-
ных озер, в зимнее время имеют крайне
низкую температуру, сохраняя жид-
кую фазу при температурах до минус
21°С.
Единой общепризнанной химической
классификации минеральных вод также
нет ни у нас, ни у исследователей дру-
гих стран. Существует несколько
№ Ю
Природные минеральные воды и грязи Советского Союза
115
Фиг 7. Ессентуки. Бювет минерального источника № 4.
весьма несовершенных химических клас-
сификаций минеральных вод. На чет-
вертом Гидрогеологическом курортном
совещании в Москве, в* 1930 г., была
принята следующая классификация
минеральных вод, имеющая чисто баль-
неологическое значение:
I класс. Гидрокарбонатные воды
с наличием свыше 25 милливаль-процен-
тов гидрокарбонатного иона и меньше
25% милливалей остальных анионов.
а) натриевые, Ь) кальциевые, с) маг-
ниевые.
II класс. Хлоридные воды с содержа-
нием свыше 25% милливалей СГ,
а остальных анионов — в количестве
не менее 25%.
а) натриевые, Ь) кальциевые, с) маг-
ниевые.
III класс. Сульфатные воды с содер-
жанием SO4" свыше 25% милливалей,
а остальных — менее 25% милливалей.
а) натриевые, Ь) кальциевые, с) маг-
ниевые.
IV класс. Воды более сложного
состава, . комбинированные из первых
3 классов:
а) хлоридно-гидрокарбонатные (SO4"
25°/0 мв), Ь) сульфатно-гидро-карбонат-
ные (С1'<25 мв), с) хлоридно-сульфат-
ные (НСО3'<25% мв).
V класс. Воды, принадлежащие
к одному из 4 классов, но имеющие
в своем составе другие ингредиенты
свыше установленных норм, приведен-
ных втабл. 1 (на стр. 102), т. е.с содержа-
нием железа свыше 10 мг, мышьяка
свыше 1 мг в литре и т. д.
VI класс. Газовые воды с малой мине-
рализацией, но со значительным содер-
жанием газа:
а) углекислые, Ь) сероводородные
(свободный сероводород), с) радиоак-
тивные.
Вышеуказанная химическая класси-
фикация видоизменена проф. С. А.
Щукаревым. Сущность этой последней
классификации сводится к следующему.
В основу химического деления на
классы положен состав минеральных
вод по шести главным преобладающим
ингредиентам: Na, Са, Mg, Cl, SO4,
нсо3.
Классы у Щукарева подразделяются
на семейства по концентрации, темпе-
ратуре, по специфическим составным
частям: Fe, As, H2S, Li и т. д., предель-
ные нормы которых были даны нами
выше. Если принять во внимание те
ингредиенты, милливаль-проценты кото-
рых более 25% милливалей, то на осно-
вании составных частей можно полу-
8*
116
Природа
1937
ТАБЛИЦА 2
Схема классификации минеральных вод (С. А. Щукарева;.
HCO8 Cl so4 HCOS so4 HCO3 HCO3 Cl Cl Cl SO4 SO4
Mg 1 8 15 22 29 36 43
Са, Mg 2 9 16 23 30 37 44
Са 3 10 17 24 31 38 45
Na, Са 4 11 18 25 32 39 46
Na 5 12 19 26 33 40 47
Na, Са, Mg 6 13 20 27 34 41 48
Na, Mg 7 14 21 28 35 42 49
чить следующую классификационную
схему (см. табл. 2). Согласно этой схеме
получается 49 групп или классов.
Каждый класс можно характеризовать
как в отношении анионов, так и катио-
нов. Так, широко известный минераль-
ный источник Забайкалья — Дарасун
принадлежитк классу 16—гидрокарбонат-
ным кальциево-магниевым, а Усолье —
к классу 33 — хлоридно-натриевым.
Наименование воды принято начинать
с кислот, т. е. анионов, а заканчивать
соединенными с ними основаниями —
катионами. .
Также нет еще и общепризнанной
бальнеологической классификации мине-
ральных вод.
Бальнеологическая классификация
основана на характере терапевтиче-
ских воздействий минеральной воды.
Однако часто водою одного и того же
химического состава можно достигнуть
крайне различных результатов. По-
этому классификация вод по способу их
действия затруднительна.
М. Г. Курдов все минеральные воды
разделяет, по способу их действия, на
специфические и неспецифические. Под
первыми Курлов подразумевает воды,
содержащие в себе какие-либо специ-
фические факторы, например высокую
температуру, или действующие веще-
ства — иод, бром, литий, радий, уголь-
ную кислоту и т. д.; под вторыми под-
разумеваются все остальные воды.
По минеральным водам накопились
обширные материалы, но чрезвычайно
разнообразные, так как при сборе их
и обработке до сих пор не существовало
единого международного стандартного
регистра минеральных вод и методики
рациональной обработки материалов.
Дебиты минеральных источников дава-
лись в различных единицах объемных
мер, рассчитанные на секунды, часы,
сутки или даже годы. Температуры вод
указывались в градусах различных шкал
и т. п. «Даже самая существенная часть
природы минеральных вод, — пишет
проф. Н. Н. Славянов, — их химиче-
ский состав, еще очень недавно тракто-
валась так различно, что не только
нельзя было понять без кропотливой
арифметической обработки химизм мине-
ральных вод, сделать прогноз их баль-
неотерапевтического эффекта, сравнить
источники между собой, но анализы
одной и той же воды в химическом изоб-
ражении разных аналитиков казались
относящимися к различным водам с раз-
ными растворенными солями и с раз-
личным предполагаемым лечебным дей-
ствием».
Сводные списки минеральных вод
Бертенсона, Лозинского, Голубинина
и др. с различными гидрогеологическими
№ 10
Природные минеральные воды и грязи Советского Союза
117
Фиг. 8. Ессентуки. Зал ожидания в грязелечебнице.
данными и анализами, составленными
по разной системе для научно-теорети-
ческих исследований и для практиче-
ской бальнеологической работы, тре-
буют кропотливой обработки. На такое
состояние материалов по изучению мине-
ральных вод, затрудняющее и тормозя-
щее не только научно-теоретическое
исследование, но в еще большей мере
практическое их использование, было
обращено внимание ряда исследователей
еще в конце прошлого столетия. К сожа-
лению, значение и удобства стандарт-
ных методов в изучении минеральных
вод получили утверждение только
недавно, благодаря, главным образом,
работам американских ученых С. Ра1-
mer’a, G. Sherburne Rogers’a и др.
В СССР введению и применению рацио-
нальных методов оценки минеральных
вод способствовали работы Н. Н. Сла-
вянова, П. Н. Палей, А. С. Уклон-
ского, Н. И. Толстихина, С. А. Щука-
рева и др.
В настоящее время сводка материалов
по минеральным водам во всех странах
ведется по международному стандарт-
ному регистру минеральных вод, пред-
ложенному и принятому на Между-
народном конгрессе медицинской гидро-
логии в Будапеште в 1929 г.
На годичном собрании Международ-
ного общества медицинской гидрологии
в Цюрихе в феврале 1934 г. был утвер-
жден и стандарт лечебных грязей,
в основу которого был положен проект,
выработанный нашим заслуженным дея-
телем науки проф. В. А. Александровым.
В секции минеральных вод ЦНИГРИ
накоплен большой, но чрезвычайно
пестрый материал по минеральным
водам Союза. По этому материалу в на-
стоящее время ведется рациональная,
однообразно-стандартная обработка ми-
неральных вод Союза. В связи с со-
ставлением списков источников для
нанесения их на карту в секции мине-
ральных вод ЦНИГРИ проводится боль-
шая работа по пересчету анализов и
рациональному изображению химиче-
ского анализа минеральных вод. Сей-
час наступило время и для сводки нако-
пленных и однообразно обработанных
материалов по минеральным водам
Союза подобно той работе, которая
выполнена учеными других стран.
118
Природ а
1937
В секции минеральных вод ЦНИГРИ
на основе международной регистрацион-
ной карточки проф. Н. Н. Славяновым,
Н. И. Толстихиным и А. И. Дзенс-
Литовским были выработаны регистра-
ционные карточки применительно
к нашим условиям, по которым ведется
работа в ЦНИГРИ, в районных геологи-
ческих трестах и в некоторых институтах.
В настоящее время настало время для
неотложного составления «Регистра
минеральных вод СССР». За организа-
цию этой большой, трудной и ответ-
ственной работы взялся ЦНИГРИ со-
вместно с трестами ГГУ (Главного Гео-
логического управления) и некоторыми
другими организациями. Издание «Реги-
стра минеральных вод СССР» будет
иметь не только научно-теоретический
интерес, но еще больше практическую
необходимость для наиболее рацио-
нального использования разнообразных
минеральных источников СССР, созда-
ния курортов и домов отдыха на мине-
ральных водах и лечебных грязях.
«Регистр минеральных вод СССР»
составляется на основе уже принятых
заграничных схем с учетом специальных
требований Союза, дабы сведения, давае-
мые о минеральных водах Союза, могли
составить часть международного реги-
стра, чтобы он удовлетворял научным
и практическим требованиям и осве-
щал гидрогеологическую, гидрохими-
ческую и другие стороны вопроса.
«Регистр минеральных вод СССР»
делится на отдельные серии (Кавказ-
ская, Уральская, Крымская и т. д.),
а последние (серии) составляются из
отдельных выпусков. Каждый выпуск
объемом не больше печатного листа,
состоит из описания отдельного гидро-
минерального объекта (минерального
источника, минерального озера, буровой
скважины, минеральных вод, минераль-
ных грязей — сопочных, озерных, род-
никовых), согласно пунктам регистра-
ционной карточки.
Все издание будет выходить под ре-
дакцией и при участии видных специа-
листов по гидрогеологии и гидрохимии
минеральных вод. В настоящее время
уже подготовлено к печати 25 выпусков
«Регистра минеральных вод СССР».
Работы будут поступать в печать по
мере их выполнения, до полной обра-
ботки материалов по всем минеральным
водам того или иного района.
Важное значение минеральных вод
в различных областях народного хозяй-
ства привело к необходимости не только
планового организованного учета мине-
ральных вод (регистра), но и нанесения
объектов минеральных вод на специаль-
ные карты. Учет и составление карт
минеральных вод Союза в течение целого
ряда лет производится секцией мине-
ральных вод ЦНИГРИ. На XVII Между-
народном Геологическом конгрессе сек-
ция гидрогеологии минеральных вод
ЦНИГРИ представила карту минераль-
ных вод СССР. Для единообразия в реги-
страции все гидроминеральные объекты
наносятся, согласно особой легенде, на
листы миллионной карты, выпускаемой
с разграфкой па листы международной
одномиллионной карты. Карта мине-
ральных вод является результатом
кропотливой и многообразной работы,
требующей от исполнителей большой
затраты энергии, сил и времени.
Условные обозначения на карте дают
представление не только о географи-
ческом размещении объектов, но и об
их гидрогеологической, бальнеологиче-
ской и производственной характери-
стике.
Для выявления гидроминеральных
объектов при составлении карт коллек-
тивом секции минеральных вод ЦНИГРИ
проработана существующая по мине-
ральным источникам, минеральным озе-
рам и лечебным грязям литература и
доступный архивный и картографиче-
ский материал. Литературные данные
по многим источникам дополнены све-
дениями, собранными от лиц, работаю-
щих в районе того или другого объекта.
На каждый источник по этим данным
составлен регистровый формуляр, кото-
рый содержит весь комплекс вопросов,
освещающий состояние изученности и
возможности практического использо-
вания данного источника или озера.
Таким образом, нами было учтено более
3000 минеральных источников и около
2000 минеральных озер.
Однако такое количество гидромине-
ральных объектов не могло быть нане-
сено на карты масштаба Большого Со-
10
Природные минеральные воды и грязи Советского Союза
119
Фиг. 9. Евпатория. Общий пляж на берегу Черного моря.
ветского атласа мира, где печатается
первая карта минеральных вод СССР,
составленная под нашим руководством
ЦНИГРИ. На карте пришлось делать
тщательный отбор гидроминеральных
объектов. В общем по техническим
условиям нами на печатаемую карту
нанесено около. 50% источников. При
отборе мы руководствовались промыш-
ленным и бальнеологическим значе-
нием того или другого объекта в на-
стоящем или возможным использова-
нием его в ближайшем будущем.
К карте .прилагается алфавитный
список минеральных источников, на-
несенных на карту, где указано назва-
ние объекта, положение его на- карте,
краткая химическая характеристика,
•основная литература.
'Закономерности, которые управляют
распределением минеральных вод на
территории Союза, обусловлены его.гео-
логическим строением, некоторыми фак-
торам его геологической истории, осо-
бенном олодыми четвертичными горообра-
зовательными процессами, юным вулка-
низмом и тектоникой, наконец харак-
тером распределения климата и др.
Среди огромного разнообразия мине-
ральных вод можно наметить некото-
рые группы их, приуроченные к опре-
деленным районам. Таких основных
групп можно выделить три:
1. Группа щелочноземельных бикар-
бонатных вод, газирующих свободной
углекислотой, с подчиненными или
смешанными щелочноземельно-нат ро-
выми и редко встречающимися натро-
выми водами.
2. Группа натровых термальных
вод, газирующих азотом, реже метаном.
3. Группа соленых вод.
Районы распространения этих групп
вод можно назвать «провинциями» мине-
ральных вод. Каждая провинция имеет
свою территорию распространения и
свой состав минеральных вод. В пре-
делах провинции могут быть выделены
области и «гидрогеохимические поля»—
представляющие части провинции с не-
которыми особенностями, выделяющими
такую «область» или «поле» от всей
провинции в целом.
Первая провинция характеризуется
распространением щелочно-земельных
гидрокарбонатных вод, газирующих
углекислым газом, преимущественно
холодных — ДВК, Забайкалье, или хо-
лодных и термальных — южная часть
Памира, Кавказ. Вся эта провинция
120
Природа
1937
Фиг. 10. Саки. Лебединый пруд в парке курорта.
находится в пределах альпийской склад-
чатой зоны и приурочена к областям
с погасшими совсем недавно проявле-
ниями вулканической деятельности.
Наиболее крупной территорией распро-
странения этих вод в пределах Союза
является Забайкалье.
Вторая провинция — натровых тер-
мальных вод бикарбонатных, сульфат-
ных, хлоридных, газирующих азотом,
реже метаном, находится к северу от
предыдущей.
Провинция натровых вод широко
охватывает ДВК. Полосой с востока
на запад протянулась она через запад-
ное Забайкалье, Саяны, Алтай, Тянь-
шань, Памир, Копет-даг до Кавказа
включительно. В основном она располо-
жена в пределах альпийской складча-
той зоны и ее переходов в платформу.
Глубокие разломы радиального типа
в области молодых — четвертичных оро-
генических движений и крупных под-
нятий — вот те пути, по которым тер-
мальные натровые воды выходят на
поверхность.
Провинция натровых вод характери-
зуется некоторым преобладанием хлор-
иона на западе (Кавказ — Туркмения)
и на востоке (Сахалин — Чукотский
полуостров), тогда как в центральной
части ее распространения большое зна-
чение получают ионы бикарбонатный и
сульфатный. Метан сопутствует азоту
или его замещает на Кавказе и Сахалине-
Провинция натровых вод может быть
разделена на несколько областей. Мы
отметим здесь только две из них, зани-
мающие обособленное положение. Это,
во-первых, Камчатка, характеризую-
щаяся современным вулканизмом, обу-
словливающим своеобразный тип вулка-
нических вод Камчатки, ее фумаролл,
гейзеров и т. д.; во-вторых, следует
отметить область Большеземельской
тундры или бассейн р. Печоры, где
встречены термальные натровые воды,
иногда с весьма высокой радиоактив-
ностью.
Третья провинция — соленых вод —
хлор-натровых, а также сопутствую-
щих им вод иного состава, напр. суль-
фатно-кальциевых и некоторых других,
занимает почти всю остальную, боль-
шую часть Союза. В основном эта про-
винция распространена в пределах
платформы альпийской складчатой зо-
ны. Только на юге ее граница со вто-
рой провинцией уходит в'глубину аль-
пийской складчатой зоны, проходя
к северу от Туркмено-Хорасанских гор,
внедряясь причудливыми «заливами»
в южном Таджикистане, Фергане и др.
Третья провинция также может быть
разделена на несколько областей:
область соленых вод кембрия — восточ-
ную, область соленых вод палеозой-
ского комплекса од: кембрия до перми
№ 10
Природные минеральные воды и грязи Советского Союза
121
квлючительно — западную, область с со-
леносным палео-, мезо- и каин озой-
ским комплексом — южную и область
холодных вод побережья Полярного
моря и его островов — северную или
бореальную. Наконец, западно-сибир-
ская низменность является, невиди-
мому, четвертой крупной областью рас-
пространения соленых вод, которую
следует назвать центральной. Некото-
рые геологические соображения заста-
вляют высказаться в пользу весьма
вероятного залегания здесь в централь-
ной области соленых вод. Некоторые
данные буровых1 скважин подтверждают
такое предположение пока для юга
этой области.
Кроме вышеуказанных крупных про-
винций на территории Союза выделяются
районы, лишенные минеральных вод
или бедные ими, а также районы, не
изученные и мало известные с точки
зрения возможности распространения
в их пределах той или иной провинции
минеральных вод.
Изложенная здесь схема провинций
минеральных вод не исчерпывает всего
вопроса. Она является пишь первой
попыткой дать некоторые общие руко-
водящие идеи и синтезировать обшир-
ные материалы по минеральным источ-
никам Союза, накопившиеся в ЦНИГРИ
и других организациях за последние
годы.
В нашей стране имеется исключитель-
ное разнообразие минеральных вод —
источников, озер и грязей. На неболь-
шой территории Кавказских минераль-
ных вод, площадью около 300 кв. км,
сосредоточено исключительное богат-
ство и разнообразие минеральных источ-
ников, какое трудно найти в другом
месте земного шара. По отзыву фран-
цузского гидрогеолога Ж. Франсуа,
посетившего Кавказские минеральные
воды в 1874 г., нигде во всем мире нет
подобного богатства разнообразнейших
минеральных источников. А между тем
в то время еще не были известны многие
источники, эксплоатируемые ныне.
Жемчужиной Кавказских минераль-
ных вод является не раз упоминав-
шийся кисловодский Нарзан, один
из самых крупных углекислых источ-
ников на свете, с суточным дебитом
свыше 2 млн. л. Вода его исполь-
зуется, главным образом, для ванн —
до 6000 ежедневно—и для розлива,
достигающего ежегодно 50 млн. бутылок.
Кроме того, часть воды утилизируется
для добычи углекислого газа. Мине-
рализация нарзана в среднем равна.
2.3—2.4 г на 1 л. Содержание свободной
углекислоты достигает 2.5 г в литре
и радиоактивность 8 единиц Махе.
В нашем Союзе имеются превосход-
ные гипсовые лечебные воды, по минера-
лизации не уступающие заграничным.
Таковы гипсовые воды курорта Краинки
(Московский обл.), которые имеют 1.8 г
гипса на 1 л воды, тогда как зна-
менитый гипсовый источник Вейсеи-
бурга (Швейцария) имеет всего 1.7 г
гипса на 1 л воды.
Мощные мышьяковые Джульфинские
источники в Нахичеванском крае имеют
весьма значительное содержание мы-
шьяка.
Прославленные мышьяковые воды
курорта Левико (Тироль), широко ис-
пользуемые для лечения малокровия,
белокровия, истощения и некоторых
кожных заболеваний, содержат только,
б мг мышьяка на литр воды.
В настоящее время еще мало исполь-
зуются наши термальные воды, столь
ценные для лечения заболеваний сердца,,
периферической нервной системы, рев-
матизма ит. п.
Уже успели приобрести широкую,
известность термальные воды нового
курорта — Цхалтубо в Грузии. Благо-
даря своему мягкому действию ванны:
источников Цхалтубо могут приниматься
2 раза. в день, что сокращает необхо-
димый срок лечения.
В нашем Союзе имеются исключи-
тельные железистые воды. Так, Сапожг
ковский железистый источник (Москов-
ская обл.) содержит 0.083 г железа на
1 л воды, в то время как наиболее изве-
стные мировые железистые источники
Пирмонта и Швальбаха в Германии,
показанные при малокровии, упадке
питания и др., содержат 0.0702 г на
литр воды.
Йодистые источники СССР в Псе-
купсе (Кавказ) содержат 40 — 50, а
в отдельных случаях до 100 мг иода
на литр воды. Значительно содержание:
122
Природа
1937
Фиг. 11. Саки. Грязевые ванны.
иода в водах бореальных отложений
окрестностей г. Архангельска, на Урале
и некоторых других мест Союза. В Гер-
мании и Италии имеются иодистые воды
только с незначительным содержанием
иода.
Минеральные воды во всех странах
служат для экспорта, причем обычно
.для улучшения вкусовых качеств мине-
ральные воды искусственно газируют.
Так, холодные сульфатно-землистые
минеральные источники Контрекс-
вилль и Раппальтсфейлер в Эльзасе,
во Франции, расходятся по всему свету
в миллионах бутылок.
Прежде придавали большое значение
лечению минеральной водой или грязью
в самом источнике или озере или в непо-
средственной близости, чтобы при пере-
носе на расстояние не терялись целеб-
ные свойства воды и грязи.
В настоящее время, в связи с усовер-
шенствованием бальнеотехники, иногда
минеральные воды и лечебные грязи
провозятся на значительное расстояние.
Так, напр., лечебные грязи Тамбукан-
ского озера на Северном Кавказе исполь-
зуются на грязелечебницах Пятигорска
и Ессентуков. Сакские грязи вывозятся
за сотни километров на южный берег
Крыма и т. п.
Значение минеральных вод особенно
выросло в нашей стране в связи с тем,
что Партия и Правительство обращают
исключительное внимание на фронт
здравоохранения, на развертывание ку-
рортного строительства.
Если в царской России поездка «на
воды» была роскошью, недоступной тру-
дящемуся, то в Советской стране поездка
на курорт или в дом отдыха стала обыч-
ной для советского рабочего и служа-
щего. Для того чтобы дать отдых и
лечение в природных условиях многим
миллионам трудящихся, понадобилась
полная революция в курортном деле.
Дореволюционные курорты на мине-
ральных водах, за редким исключением,
имели весьма жалкий рост по сравне-
нию с огромным строительством на
курортах после революции.
В настоящее время насчитывается
около 30 курортов общегосударствен-
ного значения (курорты на Кавказских
минеральных водах, Сочи - Мацеста,
Боржом, курорты Крыма и др.), более
150 курортов местного значения, более
300 лечебных местностей и т. д.
JMe 10
Природные минеральные воды и грязи Советского Союза
123
Фиг. 12. Евпатория. Грязевые медальоны в Майнакской грязелечебнице.
Открываются и изучаются новые
минеральные источники, растет новое
курортное строительство. За годы
•Советской власти прибавилось более
3000 минеральных Источников, озер и
лечебных грязей. С каждым годом в раз-
личных уголках нашей обширной и
прекрасной страны открываются все
новые и новые источники здоровья.
На берегах Ледовитого океана, на
Чукотском полуострове, в условиях веч-
ных льдов описаны горячие источники;
в районе Печоры открыты радиоактив-
ные источники, содержащие соли ра-
дия и не имеющие себе подобных
в мире. В Азербайджане оборудован
оригинальный курорт Нафталан, где
купающиеся в нефти, непригодной для
промышленных целей, получают исце-
ление от кожных, женских и ревмати-
ческих болезней.
С каждым годом растет число трудя-
щихся, пользующихся курортным лече-
нием и отдыхом. В 1921 г. —в первый
год после гражданской войны — на
курортах побывало всего 75 000 чело-
век, в 1936 г. — уже около миллиона,
а в домах отдыха профсоюзов — более
1.5 млн. отдыхающих.
В недрах многочисленных наших
минеральных озер ' в потенциальном
состоянии таятся большие запасы про-
изводственного сырья, которое уже
теперь, а еще больше в ближайшем буду-
щем, должно послужить сырьевой базой
для соляной и химической промышлен-
ности. На Сакском, Перекопском и
других химических заводах, работаю-
щих на сырье минеральных озер, из
рассолов добывается хлористый маг-
ний, бром, соли калия и т. п. Из вод
минеральных источников и озер добы-
вается бром и иод.
Вовлечение минеральных вод в хозяй-
ственный оборот бурно развивающегося
социалистического строительства по-
требует выявления и вовлечения новых
и новых гидроминеральных объектов
для дальнейшего развертывания соля-
ной и химической промышленности и
курортного строительства.
Разнообразные природные богатства
минеральных вод и широкие возмож-
ности их использования потребуют и
всестороннего углубленного их изуче-
ния на ряду с другими промышленно-
полезными ископаемыми нашего бога-
того природными дарами Союза.
Главнейшая литература
1. Акад. Вернадский В. И. О класси-
фикации и химическом составе природных
вод. Природа, № 9, 1929.
124
Природа
1937
2. Герасимов А. П. Минеральные воды.
Естественные производительные силы Рос-
сии, т. IV, Пгр., 1918.
3. Дзенс-Литовский А. и В а-
ляшко М. Методика комплексного
изучения минеральных озер. Л. — М.,
1935 г.
4. Дзенс-Литовский А. и Тол-
стихин Н. Бальнеологические ресурсы
природных минеральных вод СССР, их
географическое распределение и методы
учета. Проблемы советской геологии, № 7,
1936.
5. Карстенс Э. Э. Гидрохимическая
характеристика минеральных источников
Сев.-Кавк. края. Сб. «Природные богат-
ства Сев.-Кавк, края», Пятигорск, 1935.
6. К у р л о в М. Г. Классификация сибир-
ских целебных минеральных вод. Томск,
1928.
7. Акад. Курнаков Н. С. Дзенс-
Литовскийидр. Крымские соля-
ные озера. Л.—М., 1936.
8. Лангваген Я. В. Минеральные
источники Северо-Кавказского края. Сб.
«Природные богатства Сев .-Кавк, края»,
Пятигорск, 1935 г.
9. ОгильвиА.Н. Вопросы гидрогеологиче-
ского изучения минеральных вод. Сб. «При-
родные богатства Сев.-Кавк, края», Пяти-
горск, 1935.
10. Огильви А. К вопросу о методике из-
учения минеральных источников. Труды
Гос. Центр. Бальнеолог, и-та, т. II, 1925.
11. Основы курортологии, т. I и II, Л.—М
1932—1933.
12. П и й п Б. И. Термальные ключи Кам-
чатки. М.—Л., 1937.
13. Славянов Н. Н. Эквивалентная форма
выражения анализов воды и ее применение
Лгр., 1932.
14. --- Инструкция по регистрации мине-
ральных источников. Лгр., 1932.
15. Принц Е. иКампе Р. Гидрогеология.
Т. II. Источники. М., 1937.
16. Т о л с т и х и н Н. И. Нумерация природ-
ных вод. Проблемы сов. геол., т. VII, №8,
М,—Л., 1937.
17. Хрисанфов Н. Е. Лечебные сред-
ства курортов местного значения. М. — Л.,
1930.
18. Ш т а н г е В. А. О лечебных местностях
в России. Журн. «Русский врач», № 10—11,
1915.
19. Archives of Medical Hydrology, № 3, Lon-
don, 1930.
20. С 1 u t H. Untersuchung des Wassers an
Ort und Stelle. Berlin, 1931.
21. Lepape A. L’oeuvre hydrologique de Ch.
Moureuet leproblemede I’origine de 1'Helium
des gaz naturels. Annales d’Hydrologie et de
Climatologie, t. VIII, № 29, 1932.
ДОСТИЖЕНИЯ СОВЕТСКОЙ БИОХИМИИ
ЗА 20 ЛЕТ ПОСЛЕ ВЕЛИКОЙ ПРОЛЕТАРСКОЙ
РЕВОЛЮЦИИ
Акад. АН УССР А. В. ПАЛЛАДИИ
Развитие биохимии в СССР после
Октябрьской социалистической револю-
ции может служить одним из примеров
бурного развертывания научно - исследо-
вательской работы в нашем Союзе и в от-
дельных его республиках за эти 20 лет.
В дореволюционное время в царской Рос-
сии не былоспециальных научно-исследо-
вательских биохимических институтов,
и научная работа в области биохимии
велась на кафедрах медицинской хи-
мии медицинских факультетов универ-
ситетов. Научная работа в лабораториях
кафедр медицинской химии, в общем,
не имела большого размаха и широкой
тематики; в большинстве случаев как
преподавание медицинской химии, так
и научная работа были ограничены уз-
ким кругом вопросов, непосредственно
связанных с вопросами клинической
медицины. Только в отдельных слу-
чаях, когда во главе кафедр оказыва-
лись крупные ученые, научная работа
давала интересные и ценные резуль-
таты и приобретала больший размах.
Чисто научно-исследовательской ячей-
кой до революции было лишь химиче-
ское отделение Института эксперимен-
тальной медицины, во тлаве которого
ряд лет стоял такой крупный биохимик,
как Ненцкий.
Октябрьская революция подняла
науку на небывалую высоту, открыла
дорогу к научной работе широким мас-
сам талантливой молодежи и создала
для научной работы такие возможности,
о каких нельзя было и думать до рево-
люции, о которых и сейчас не могут и
№ 10
Достижения советской биохимии за 20 лет
125
мечтать ученые в капиталистических
странах.
Такие же широкие возможности для
научной работы получила и биохимия.
Не говоря уже о том, что кафедры
медицинской химии на медицинских фа-
культетах были превращены в кафедры
.физиологической или биологической хи-
мии, что позволило вывести и препода-
вание и научную работу далеко за пре-
делы узких рамок «медицинской химии»
и поставить на разрешение важнейшие
биохимические проблемы, надо сказать,
что на ряду с этим были созданы специ-
альные научно-исследовательские биохи-
мические институты с прекрасно обору-
дованными лабораториями и большим
штатом научного персонала.
Так, прежде всего в Москве был
организован Биохимический институт
Наркомздрава РСФСР, получивший
вскоре имя акад. А. Н. Баха (теперь ре-
организованный в биохимический отдел
химического сектора Всесоюзного Инсти-
тута экспериментальной медицины).
В 1925 г. в Харькове был создан ана-
логичный Украинский Биохимический
институт, реорганизованный в 1931 г.
в Биохимический Институт Академии
Наук УССР. В 1935 г. был создан
в Москве Биохимический институт Ака-
демии Наук СССР.
На ряду с этим были организованы
кафедры и лаборатории биохимии в ве-
теринарных и сельскохозяйственных ву-
зах и были открыты биохимические
отделения и лаборатории в многочи-
сленных отраслевых научно-исследо-
вательских институтах. Таким обра-
зом для научной работы в области био-
химии во всех ее отделах были созданы
широчайшие возможности.
Во всех этих многочисленных инсти-
тутах и лабораториях более крупных
и более мелких, находящихся в раз-
личных городах различных республик
Великого Советского Союза, в эти
20 лет разрабатывались и изучались
разнообразные проблемы, среди кото-
рых были и более крупные проблемы
принципиального значения и более мел-
кие, но не менее актуальные вопросы
биохимии. Среди этих различных про-
блем биохимии можно выделить не-
сколько основных, "в изучении которых
были получены наиболее ценные ре-
зультаты.
Немало было сделано за эти 2Q лет
в СССР в области биохимии питания
и в частности в области биохимии вита-
минов и авитаминозов. Работа по био-
химии авитаминозов была начата в Харь-
кове на кафедре биохимии Медицин-
ского института, а затем продолжена
в Украинском Биохимическом инсти-
туте.
Прежде всего были изучены рас-
стройства в обмене веществ (углевод-
ном, азотистом, креатиновом и мине-
ральном), возникающие при питании
животного пищей, лишенной вита-
мина С. Исследования показали, что при
С-авитаминозе имеют место характерные
расстройства в углеводном обмене, ко-
торые ярко проявляются в изменении
кривой сахара крови и амилазы крови.
С начала авитаминоза содержание сахара
в крови повышается, достигает опре-
деленного максимума, после чего на-
чинает падать, доходит до нормы и пере-
ходит в гипогликемию, в состоянии
которой животное погибает (А. Пал-
ладии и Г. Городисская).
Появление видимых симптомов цынги
совпадает с падением кривой сахара,
с тем моментом ее, когда содержание
сахара почти доходит до нормы. Далее
было установлено, что при цынге или
экспериментальном скорбуте наблю-
даются характерные расстройства в азо-
тистом и минеральном обмене (А. Пал-
ладии, Е. Савронь, П. Нормарк).
Аналогичные расстройства в углевод-
ном и креатиновом обмене наблюдаются
и при иных формах авитаминозов,
в частности при В-авитаминозе; при
этом характерную для цынги кривую
сахара крови нельзя изменить, меняя
характер пищевых рационов, т. е. беря
то кислые, то щелочные пищевые раци-
оны (А. Палладии и А. Утевский).
Процессы синтеза и окисления не все
в одинаковой степени изменяются при
цынге (А. Палладии, Д. Фердман,
С. Винокуров). Вышеуказанные рас-
стройства в углеводном и креатиновом
обмене, характерные для авитаминозов,
не зависят от изменения функций щито-
видной железы (А. Палладии, А. Утев-
ский и Д. Фердман).
126
Природа
1937
Другим вопросом из области биохи-
мии питания, изученным в Украинском
Биохимическом институте, был вопрос
о влиянии кислых и щелочных пищевых
рационов на процессы окисления и син-
теза; оказалось, что кислые пищевые
рационы создают более благоприятные
условия для окисления фенола и для
синтеза его парных соединений, чем
щелочные (А. Палладии, Д. Фердман
и др.).
Немало исследований было проделано
над изучением содержания витаминов
в различных растительных пищевых про-
дуктах, употребляемых в СССР. Такие
работы были произведены в Украин-
ском Биохимическом институте, где было
изучено содержание витаминов в греч-
невой крупе, кукурузе, льняном масле
(А. Палладии); большая работа в этом
направлении была проделана в Москов-
ском Институте питания, в его витамин-
ном отделе (Б. Лавров), где изучались
различные витамины, напр. С, и, в по-
следнее время, содержание каротина
в моркови и способ его получения
(С. Мацко) и в Витаминном институте
в Ленинграде (в лабораториипроф. Н. Н.
Иванова); эта работа дала возможность,
напр., открыть среди растущих у нас
растений продукты, более богатые вита-
мином С, чем лимоны, и наладить фабрич-
ное производство витаминных концен-
тратов. Подобные же исследования были
произведены в различных биохимиче-
ских лабораториях различных республик
нашего Советского Союза, что дало
возможность изучить содержание вита-
минов в растениях, растущих в самых
разнообразных частях Союза, в самых
различных климатических условиях и
на различных почвах.
Эти исследования, имеющие громад-
ное научное и практическое значение,
были возможны только потому, что
Октябрьская революция сделала воз-
можным возникновение научных инсти-
тутов и лабораторий, в частности биохи-
мических, в различных местах СССР,
на окраинах, раньше совершенно за-
бытых. Так, напр., в созданной в
Алма-Ата (Казахстан) кафедре био-
химии Казахского Медицинского ин-
ститута были изучены противоцын-
готные витаминоносители Казахстана
(Ильин-Какуев); результаты изучения
показали большое содержание вита-
мина С в хвое тяньшаньской ели и осо-
бенно большое в различных сортах ягод
шиповника, что сыграло большую роль-
в деле борьбы с цынгой.
Ряд исследований по вопросам биохи-
мии питания и обмена веществ был про-
изведен (Б. И. Збарский)сперва в Биохи-
мическом институте им. акад. Баха,
а затем на кафедре биохимии I Москов-
ского Медицинского института и Москов-
ского Института питания; так, при из-
учении явлений адсорбции продуктов
протеолиза красными кровяными тель-
цами было найдено, что эритроциты
обладают, способностью адсорбировать
как in vitro, так и in vivo продукты
распада белка и аминокислоты (Б. Збар-
ский), на основании чего было выска-
зано предположение о том, что эри-
троциты являются физиологическими ре-
гуляторами содержания аминокислот
в плазме крови (Б. Збарский): содер-
жание аминокислот в плазме крови
остается постоянным, так как, по мере
их перехода в ткани, в плазму посту-
пают аминокислоты эритроцитов. Не-
которые аминокислоты нейтрализуют
действия токсинов (Б. Збарский).
Для сравнительной биохимии, а также
для вопроса о норме белка в питании,
значительный интерес представляют
работы по определению аминокислот-
ного состава белков пищевых продуктов
и органов человека (Б. Збарский,
А. Шарпенак).
Работы по биохимии питания произво-
дились также в биохимическом отделении
Харьковского Института питания, где
изучались вопросы улучшения про-
цессов кишечного пищеварения с помо-
щью введения мяса (С. Винокуров,
Эпельбаум и др.); вопросы использо-
вания определения редокс-потенциала
для суждения о кишечном гниении
(Кедров); вопросы обогащения пище-
вых рационов витамином С и влияние
технологической обработки овощей на
сохранение витамина С; вопросы тре-
нировки регуляторных механизмов об-
мена веществ путем избыточного введе-
ния белка и т. д.
Интересные данные из области био-
химии обмена веществ были полученьп
№ 10
Достижения советской биохимии за 20 лет
127
при изучении процессов обмена кожи
(С. Я. Капланский); эти работы пока-
зали, что кожа обладает мощными бу-
ферными системами, позволяющими ей
сохранять нормальную реакцию даже
при введении в организм значительных
количеств щелочей и что она играет
значительную роль в деле регуляции
кислотно-щелочного равновесия в крови
и что, наконец, при длительном введе-
нии в организм щелочей активная ре-
акция кожи не только не сдвигается
в щелочную сторону, но, наоборот,
сдвигается в кислую сторону.
Далее было установлено, что про-
цессы водного и минерального обмена
кожи играют огромную, иногда решаю-
щую, роль для нормального течения
процессов обмена этих веществ во всем
организме — настолько большую, что
роль кожи в этом отношении может
быть приравнена к роли печени. При
изучении углеводного обмена кожи ока-
залось, что кожа может синтезировать
гликоген и что изменения в содержании
сахара и гликогена в коже могут про-
текать совершенно независимо от изме-
нений их в крови. На обмен веществ
кожи влияют только наиболее корот-
кие из ультрафиолетовых лучей. Пиг-
мент кожи не имеет никакого защитного
значения для действия лучистой энер-
гии на кожу.
Второй основной проблемой, в разра-
ботке которой биохимические учрежде-
ния СССР имеют большие достижения,
является проблема ферментов. До ре-
волюции в России основные работы по
проблеме ферментов были направлены
главным образом на изучение фермен-
тов пищеварительного аппарата. За
20 лет после Октябрьской революции
работа в области ферментов широко
развернулась и вышла далеко за эти
рамки: к старому направлению приба-
вился ряд новых, удельный вес которых
в общем комплексе вопросов ферменто-
логии становится все более и более зна-
чительным. К таким направлениям сле-
дует отнести работу по изучению фермен-
тов в растениях (начало которой отно-
сится еще к дореволюционному времени)
и вытекающие из нее исследования,
целью которых является попытка из-
учить роль ферментов и возможность их
применения в промышленности, затем,
изучение тканевых ферментов и фермен-
тов крови животного организма, работы,
по сравнительной биохимии ферментов
и, наконец, немногочисленные пока еще
исследования, посвященные изучению-
механизма действия ферментов.
Работы по биохимии ферментов, кото-
рые раньше были разбросаны по неболь-
шим лабораториям, после Октябрьской
революции стали сосредоточиваться
в более крупных учреждениях. Такими
учреждениями явились: Институт био-
химии Академии Наук СССР, имеющий
в своем составе сильное энзимологи-
ческое отделение, бывш. Биохимиче-
ский институт им. акад. А. Н. Баха,
имевший энзимологическое отделение,.
Биохимический институт Академии Наук
УССР, имеющий также в своем составе-
сравнительно недавно организованный
ферментологический отдел, и биохими-
ческий отдел Всес. Института растение-
водства.
Весьма значительное место в ряде
ферментологических работ занимают ра-
боты по ферментам растений, давшие,
весьма ценные результаты. Так, А. Н.
Бах и А. И. Опарин (1922) разрабо-
тали методы определения энзимных по-
казателей злаков, с помощью которых
были произведены количественные ис-
следования над образованием и движе-
нием ферментов в процессе созревания
и прорастания зерна: каталазы, перо-
ксидазы, амилазы и протеазы (Бах,
Опарин и Венер, 1927). Исследования
показали, что в процессе созревания
зерна происходит нарастание количе-
ства энзимов, достигающее максимума
к моменту молочной зрелости зерна;
затем кривая падает, и последние дни
созревания характеризуются значитель-
ной убылью активных энзимов в связи
с переходом их в резервную зимоген-
ную форму. При прорастании зерна
также происходит бурное нарастание
количества ферментов (Опарин и Дьяч-
ков, Опарин и Поспелова, 1927), связан-
ное с действием кислорода.
Большую роль и в биохимии и в экспе-
риментальной биологии и медицине сы-
грали разработанные А. Бахом микро-
методы определения ферментов, напр..
каталазы.
128
Природа
1937
Интересные данные были получены
при изучении синтетического действия
(ферментов. Этими работами был уста-
новлен ферментативный синтез саха-
розы (Опарин и Курсанов, 1931); до-
казано с помощью метода вакуумной
инфильтрации синтетическое действие
инвертазы в листьях растений (Курса-
нов), а также синтезирующее действие
лактазы молочной железы (Михлин),
и осуществлен синтез изоамиломасля-
ного эфира липазой поджелудочной же-
лезы (Мордашев). На основании этих
исследований было высказано предполо-
жение (Опарин), что синтез фермен-
тами имеет место только на поверхностях
раздела макрогетерогенных коллоидных
систем клетки при одновременной адсорб-
ции на них ферментов и продуктов гид-
ролиза; в таких условиях возможно
создание исключительно высоких кон-
центраций продуктов гидролиза дан-
ного субстрата, необходимых для обра-
тимого действия ферментов.
Ряд исследований был посвящен из-
учению протеолитических ферментов ра-
стительного происхождения, причем
была установлена специфичность расти-
тельной протеазы по отношению к бел-
кам тех растений, откуда был взят
•фермент (Благовещенский и сотрудники).
Было установлено далее, что энергия
активации фермента тем выше, т. е. тем
качественно ниже стоит фермент, чем
(филогенетически более старыми являются
исследуемые растения (Благовещенский).
По общим вопросам ферментологии
были произведены работы по изучению
роли хромогенов в дыхании раститель-
ной клетки (Опарин) и по вопросу свя-
зывания микробами атмосферного азота
»(Бах и Ермольева).
Проблема ферментов занимала также
довольно видное место в работах био-
химического отдела Всес. Института
растениеводства, где при изучениипротео-
литических ферментов путем примене-
ния различных активаторов и поляриза-
торов были сделаны попытки установить
сходство и различие между семенами
и проростками различных растений в от-
ношении содержания в них протеазы
и пептидаз (Прокопьев и Бабичев).
Работы в области растительных фер-
.ментов получили свое дальнейшее раз-
витие в исследованиях, касающихся роли
ферментов и управления ферментатив-
ными процессами в различных отраслях
промышленности. Так, при изучении
ферментативных процессов в чайном про-
изводстве было установлено, что настои-
стость чая зависит не только от содер-
жания таннина, который темнеет при
окислении пероксидазой, но также от
продуктов распада белка, предохраняю-
щих фермент от инактивирующего дей-
ствия таннина — факт важный для пра-
вильного руководства технологиче-
ским процессом; далее была установлена
зависимость между содержанием лету-
чих кислот в чае и чайным ароматом
(А. И. Опарин). В работах по изучению
значения амилазы муки для качества
хлеба было установлено (Островский
и др.), что значительное содержание
а-амилазы отражается на качестве хлеба
отрицательно, лишая крахмал гидро-
фильных связей; напротив, (3-амилаза
является ферментом, улучшающим ка-
чество хлеба. В работах над лизо-
зимом — веществом, которое способно
в очень разбавленном состоянии раство-
рять сапрофиты, была установлена фер-
ментативная природа лизозима, и послед-
ний был успешно применен для консер-
вирования свежей икры (Ермольева
и Буянов).
Большое количество исследований
было посвящено изучению ферментов
животного происхождения: тканевых
ферментов, ферментов крови и органов
пищеварения. Здесь была установлена,
напр., зависимость между содержанием
NH2 и СО групп и протеолитической
активностью препарата пепсина (Сморо-
динцев и Адова).
В ряде работ, посвященных изуче-
нию тканевых протеолитических фер-
ментов, Степпун, установив наличие во
всех тканях трех протеаз с различным
оптимумом действия, 'высказал мнение
об идентичности всех протеолитических
ферментов в животном и растительном
царстве и о неспецифичности их дей-
ствия, а также о том, что любой ткане-
вой фермент может оказывать протео-
литическое действие на любой тканевой
белок и что специфичность действия
ферментов определяется условиями их
работы в клетку; интенсивность протео-
J№ 10
Достижения советской биохимии за 20 лет
129
лиза зависит от колебаний кислотности
в тканях (Степпун и Тимофеева) и повы-
шается в условиях гипертиреоза.
При регенерации тканей (амфибий)
имеет место нарастание в них протеоли-
тических ферментов (Бромлей и др.).
В Биохимическом институте Акаде-
мии Наук УССР в течение последних
лет (1934—1937) были произведены ра-
боты, целью которых являлось деталь-
ное изучение тканевых протеолитиче-
ских ферментов (катепсина). В этих рабо-
тах было изучено содержание катепсина
в органах животных, стоящих на раз-
личных этапах филогенетического раз-
вития (Гольдштейн и Мильграм), в ор-
ганах беременной самки и развивающе-
гося эмбриона (Гольдштейн, Мильграм
и Гинцбург), в зародышевых оболочках
куриного эмбриона (Гольдштейн и Гинц-
бург), в органах животных при кормле-
нии препаратами щитовидной железы
и при ее экстирпации (Каткова), в ор-
ганах животных, находившихся на не-
полноценном белковом рационе (Гольд-
штейн и Гинцбург) и т. д.
Далее была изучена специфичность
катепсина и его тканевые активаторы:
глютатион, аскорбиновая кислота и тя-
желые металлы (Гольдштейн и сотруд-
ники).
Эти исследования установили, что кон-
центрация катепсина и его отношение
к вводимым извне активаторам меняется
у различных животных и при различных
биологических и физиологических со-
стояниях животного и, наконец, в связи
с функцией ткани, содержащей данный
•фермент.
Далее было установлено, что катеп-
син животных тканей обладает ясно
выраженной специфичностью по отно-
шению в различным белкам, причем
эта специфичность может вариировать
в зависимости от изменений биологи-
ческих и физирлогических факторов
жизни животного.
Повидимому, специфичность фермента
связана не с его активной группой,
а с более термостабильными его состав-
ными частями (коллоидным носителем
или сопутствующими веществами). Далее
было установлено, что роль глютатиона
в прижизненном активировании катеп-
сина незначительна.
Природа № 10
Работами Биохимического института
Академии Наук УССР была устано-
влена, далее, зависимость между липо-
литическим ферментом крови и тканей
и белковой частью пищевого рациона:
при неполноценном белковом питании
концентрация липазы крови растет
(Гольдштейн и Сигалова).
Проблемы ферментов была также од-
ной из основных проблем научной работы
кафедры биохимии имени акад. А. В.
Палладина Харьковского Медицинского
института, руководимой профессором
А. М. Утевским.
При изучении проблемы ферментов,
а именно проблемы «изменчивости фер-
ментов», кафедра поставила своей зада-
чей установить возможность взаимных
превращений некоторых близких тка-
невых ферментов (напр. липаз) и выяс-
нить границы этих превращений. Путем
изучения чувствительности органных
липаз к различным ядам удалось пока-
зать, что чувствительность липолити-
ческих ферментов может быть изменена
не только путем очистки их по Виль-
штетеру, но и путем прибавления к ним
прокипяченных экстрактов из различ-
ных органов. Таким способом удалось
придать печеночной липазе свойства пан-
креатической липазы и наоборот, что
позволило рассматривать клиническую
реакцию Рона (появление в крови ор-
ганных ферментов при поражении ор-
ганов) не только как выход фермента,
но и как выход «сопутствующих»
веществ из печени или поджелудочной
железы, под влиянием которых сама
липаза кровяной сыворотки принимает
свойства печеночной или панкреатиче-
ской липазы. Эти данные были проверены
и подтверждены исследованиями на боль-
ных (А. Утевский, Т. Меерзон, М. Гай-
синская).
Дальнейшие исследования над измен-
чивостью липаз показали, что приба-
вление термостабильной части фермента
к другому ферменту почти не изменяет
его действия на субстрат (печеночная
эстераза не становится истинной липа-
зой); таким образом термостабильные
сопутствующие вещества лишь частично
изменяют свойства органных ферментов,
а именно могут изменить их отношение
к ядам, но не их действие на субстрат
9
130
Природа
1937
(А. Утевский, М. Гайсинская, Т. Меер-
зон и др.).
Проблема ферментов изучалась также
на кафедре биологической химии Военно-
Медицинской академии РККА в напра-
влении исследования ферментативных
систем, полученных из различных био-
логических объектов, и искусственных
ферментативных систем, причем был вы-
работан метод осаждения ферментов
(Галвяло) и их концентрирования, из-
учены были изменения в ферментатив-
ных системах в развивающемся курином
яйце и т. д.
К числу основных проблем биохимии,
в- изучении которых были получены
в СССР за 20 лет после Великой Проле-
тарской революции наиболее ценные
результаты и в разработке которых СССР
занял руководящее место во всем мире,
нужно отнести проблему биохимии мы-
шечной деятельности. Последние 15 лет
характеризуются вообще расцветом
исследований в области мышечной биохи-
мии, и в этом расцвете немалая роль
принадлежит советским научным учре-
ждениям и советским ученым.
После работ Мейергофа и Эмбдена,
выяснивших в основном превращения
углеводов в мышцах, внимание иссле-
дователей было обращено почти исклю-
чительно на углеводы, и за ними призна-
вали роль, если не единственных, то,
во всяком случае, главнейших источни-
ков мышечной силы.
Однако еще и в то время, сравнительно
задолго до открытия иных энергетиче-
ских процессов в мышцах, существовали
указания на то, что в мышцах есть и дру-
гие вещества, кроме углеводов, ролью
которых в химической динамике мышц
нельзя пренебрегать. В этом отношении
немалое значение имели исследования,
произведенные после Октябрьской рево-
люции в СССР.
Так, напр., изучая креатин мышц
и его превращения в них, а также связь
между креатиновым и углеводным обме-
ном, пришли к выводу (А. Палладии),
что креатин не является конечным про-
дуктом обмена, отбросом, как думали
многие авторы, а что ему принадлежит
вполне определенное место в химизме
мышечной деятельности. К этому выводу
привели следующие работы.
Прежде всего определения содержа-
ния креатина в мышцах разных живот-
ных и креатининового коэффициента
показали, что у животных существует
прямое соотношение между процентным
содержанием креатина в мышцах и так
наз. «креатининовым коэффициентом;:
чем больше у данного животного креа-
тина в мышцах, тем выше его креатини-
новый коэффициент (А. Палладии).
Образование креатина в мышцах уве-
личивается всякий раз, когда под влия-
нием каких-либо причин усиливается
распад мышечного белка: отравление
фосфором, значительно повышая рас-
пад тканевого белка, повышает и содер-
жание креатина в мышцах (А. Палладии
и Кудрявцева). Точно так же было уста-
новлено, что после понижения темпера-
туры тела кроликов с помощью холод-
ной ванны повышается содержание
креатина в мышцах и наступает креати-
нурия, которая, таким образом, является
следствием усилившегося после холод-
ной ванны (вызвавшей понижение тем-
пературы тела) образования креатина
в мышцах (А. Палладии).
Если вызвать экспериментальную те-
танию путем удаления околощито-
видных желез или путем впрыскивания
гуанидина, то содержание креатина
в мышцах повышается, и наступает кре?-
тинурия; эти явления будут тем больше,
чем сильнее будут судороги. Если впры-
скиванием солей кальция прекратить
судороги, содержание креатина в мыш-
цах возвращается к .норме и прекра-
щается креатинурия (А. Палладии и
Л. Грилихес); этим было опровергнуто'
мнение Патон о том, что причиной креа-
тинурии при тетании является превра-
щение в креатин гуанидина. Креатину-
рия наступает также при углеводном
голодании, и ее можно прекратить только
введением в пищевой рацион углево-
дов (А. Палладии). Все.^ги данные при-
водили к мысли, чот креатину должна
принадлежать какая-то вполне опреде-
ленная роль в химизме мышечной дея-
тельности: эта мысль и была высказана
вполне определенно в 1922 г. (А. Пал-
ладии).
Правильность этой мысли была под-
тверждена исследованиями, произведен-
ными в Украинском Биохимическом ин-
№ 10
Достижения советской биохимии за 20 лет
131
статуте, над влиянием тренировки мышц
на содержание в них креатина, которые
показали, что при тренировке, вызы-
вающей повышение работоспособности
мышц, всегда увеличивается содержание
в них креатина (А. Палладии и Д. Ферд-
ман); одновременно (как это нашей и
Эмбден) повышается содержание глико-
гена, а гликоген, как известно, играет
вполне определенную роль в динамике
мышечной деятельности. Этот резуль-
тат заставлял думать, что обогащение
тренированной мышцы креатином свя-
зано с повышением ее работоспособности
при тренировке и что, стало быть, креа-
тин является веществом, превращения
которого связаны с обменом энергии
в мышцах. Данные о том, что тренирован-
ные мышцы содержат больше креатина,
чем нетренированные, были недавно
подтверждены исследованиями различ-
ных мышц разных морских рыб (А. Пал-
ладии, Е. Лахно и Охрименко). Оказа-
лось, что мышцы хвоста или мышцы
боковых плавников разных рыб (скатов,
акул, зеленушек, ершей и т. д.) содер-
жали всегда больше креатина (на 13—
19%), чем мышцы спины; мышцы хвоста
являются более тренированными, чем
мышцы спины.
После того как было установлено,
что в мышцах содержится креатино-
фосфорная кислота и что она распадается
при сокращении мышц и ресинтезируется
во время отдыха и что распад ее является
экзотермической реакцией, стало ясно,
что дальнейшее изучение роли креатина
в мышцах должно итти путем изучения
роли и обмена креатинофосфорной ки-
слоты в мышцах.
Такие исследования и были предпри-
няты в Украинском Биохимическом ин-
ституте, начиная с 1927 г. Прежде
всего явилась необходимость разрабо-
тать метод количественного определения
креатинофосфорной кислоты, который
и был разработан в Украинском Биохи-
мическом институте (Д. Фердман): ме-
тод заключался в прекращении фермен-
тативного распада креатинофосфорной
кислоты путем действия на мышцу ще-
лочным раствором борнокислого натрия
и был не менее точным, чем метод, осно-
ванный на использовании жидкого воз-
духа.
Первые работы над изучением креати-
нофосфорной кислоты мышц, произве-
денные в Украинском Биохимическом
институте, показали, что мышцы, раз-
личные по своей функции, содержат
различное количество креатинофосфор-
ной кислоты, а именно: белые мышцы,
способные к быстрому возбуждению и
сокращению, более богаты креатино-
фосфорной кислотой, чем красные
мышцы, сокращающиеся более медленно
(Фердман и Файншмидт, А. Палладии
и Эпельбаум). Тренировка также повы-
шает содержание креатинофосфорной
кислоты (Д. Фердман и Файншмидт).
Далее было проведено изучение влия-
ния авитаминозов — скорбута и полине-
врита на креатинофосфат мышц: оказа-
лось, что в конце скорбута, когда на-
блюдались явления мышечной слабости,
содержание креатинофосфорной кислоты
в мышцах было понижено (А. Палладии
и Эпельбаум). Такие результаты были
получены и при хронических формах
полиневрита, связанных с истощением
и явлениями слабости; напротив того,
при острых формах полиневрита, когда
наблюдаются мышечные судороги, со-
держание креатинофосфорной кислоты
в мышцах было повышено (А. Палладии
и Эпельбаум).
Содержание креатинофосфорной ки-
слоты в мышцах увеличивается при от-
равлении фосфором (А. Палладии и
Кудрявцев) и' при отравлении тетраги-
дробетанафтиламином (А. Палладии и
Савронь).
Исследования (Д. Фердман и Файн-
шмидт) над сусликами, часть которых
была убита во время зимней спячки,
а часть через 20 дней после их нормаль-
ного пробуждения весной, показали,
что содержание креатинофосфорной ки-
слоты в мышцах во время зимней спячки
гораздо меньше, по сравнению с нор-
мой. При денервации мышцы одной ко-
нечности, в результате чего эта мышца,
не получая нервных импульсов, ока-
зывается в состоянии большего покоя,
чем одноименная мышца другой конеч-
ности, в денервированной мышце со-
держится больше креатинофосфорной ки-
слоты, чем в соответствующей мышце
другой конечности (А. Палладии и Р. Си-
талова).
9*
132
Природа
1937
Итак, креатинофосфорную кислоту
следует считать веществом, превраще-
ние которого в мышцах связано с обме-
ном энергии, и следовало думать, что
энергия, необходимая для сокращения
мышцы, получается не только в резуль-
тате процессов распада углеводов с обра-
зованием молочной кислоты. Этот вы-
вод был подтвержден Мейергофом и
Лундсгардом, которые установили, что
в случае прекращения процесса образо-
вания молочной кислоты в мышцах
с помощью моноиодоуксусной кислоты,
вся энергия, необходимая для сокраще-
ния мышцы, получается за счет процес-
сов распада креатинофосфорной кислоты.
В 1928 г. Мейергоф установил, что
у некоторых беспозвоночных животных
в мышцах вместо креатинофосфорной
кислоты содержится аргининофосфор-
ная кислота. Это явилось толчком для
систематических исследований над со-
держанием фосфагенов у различных пред-
ставителей животного мира; значитель-
ная работа в этом направлении была
проведена в СССР. Было установлено,
что фосфагены широко распространены
в животном мире и содержатся в мышцах
всех двусторонне-симметричных живот-
ных. Креатинофосфорная кислота со-
держится в мышцах хордовых, асцидий,
энтеропнеуста и иглокожих, а также
у брахиопод (Вержбинская и др.);
аргининофосфорная кислота содержится
у аннелид, моллюсков, ракообразных
насекомых; из последних аргинино-
фосфорная кислота найдена в мус-
кулатуре тараканов и саранчи (Вер-
жбинская и Штейнберг). У некото-
рых иглокожих в мускулатуре личинок
содержится аргининофосфат, а в муску-
латуре взрослых животных — и креати-
нофосфат и аргининофосфат (Борсук,
Вержбинская и др.). У некоторых
животных, повидимому, содержится
какой-то другой фосфаген, а не креа-
тино- или аргининофосфат.
Словом, приходится думать, что на
самых различных ступенях животного
мира деятельность мышечной ткани
связана с превращением того или иного
фосфагена.
Невыясненным долгое время был во-
прос относительно мышечных элементов
животных с радиальной симметрией.
Тщательная проверка старых указа-
ний, проделанная на медузах Черного
моря (Н. Вержбинская), показала пол-
ное отсутствие фосфагена в мускулатуре
медузы при наличии нескольких фос-
форных фракций (ортофосфат, лябильная
фракция, стойкие фракции). Эти фос-
форные соединения играют важную роль
в химизме мышечной деятельности медуз.
Если эти факты правильны и подтвер-
дятся при исследовании других медуз,
то придется сделать вывод, что фосфа-
гены не являются непременным участ-
ником всякого мышечного сокращения,
а что на известных этапах филогенети-
ческого развития сократительная дея-
тельность может протекать и без уча-
стия фосфагенов.
В параллель с этим интересно ука-
зать, что на известных этапах онтогене-
тического развития фосфагены также
отсутствуют: в мускулатуре эмбрионов
кроликов фосфаген отсутствует до 20—
21-го дня эмбрионального развития
и появляется лишь на 21—23-й день
(Коштоянц и Рябиновская). В яйцах
саранчи фосфаген отсутствует вплоть
до самого вылупления личинки, кото-
рая выходит готовой к активной дви-
гательной деятельности и содержит
значительное количество аргининофос-
фата (Штейнгарт). Повидимому, эмбрио-
генез фосфорных соединений у разных
животных имеет особенности, связанные
как с условиями внешней среды, так
и с особенностями организации и био-
логии животного.
Исследования, произведенные в Укра-
инском Биохимическом институте (ныне
Биохимический институт Академии Наук
УССР), показали, что креатинофосфор-
ная кислота содержится не только в по-
перечно-полосатых мышцах, но также
и в гладких (непроизвольных) мышцах,
чем было опровергнуто утверждение
Эггльтона об отсутствии креатино-фос-
фосфорной кислоты в гладких мышцах;
креатинофосфорная кислота была обна-
ружена и в мышцах сердца, и в ряде
других органов, напр. в селезенке и се-
менниках (Д. Фердман и О. Файншмидт),
а также в головном мозгу (Городис-
ская).
До недавнего времени спорным яв-
лялся вопрос о наличии креатинофос-
№ 10
Достижения советской биохимии за 20 лет
133
формой кислоты в мышцах рыб (так,
Эггльтону и другим авторам или не
удавалось вовсе обнаружить ее в мыш-
цах рыб, или они находили ее только
у некоторых рыб). Это противоречие
было разрешено исследованиями, про-
изведенными в Биохимическом инсти-
туте Академии Наук УССР над различ-
ными пресноводными рыбами: оказалось
(А. Палладии, Р. Сигалова, Е. Лахно),
что креатинофосфорная кислота содер-
жится всегда в мышцах всех изучен-
ных пресноводных рыб; то же самое
было установлено и для различных мор-
ских рыб — костистых, ганоидных и се-
ляхий (Багдасарьянц).
Аргининофосфорная кислота, содержа-
щаяся в мускулатуре самых различных
беспозвоночных животных, выполняет
в ней ту же роль, какую в мускулатуре
позвоночных животных выполняет кре-
атинофосфорная кислота: раздражение
мышц, анаэробиоз вызывали у всех
беспозвоночных быстрый распад арги-
нинофосфата. Только у насекомых (са-
ранчи, таракана) аргининофосфат про-
являл большую устойчивость: сильное
раздражение часто не давало сколько-
нибудь заметного уменьшения содер-
жания аргининофосфата возможно в силу
того, что у насекомых очень энер-
гично идут процессы ресинтеза аргини-
нофосфата .
На ряду с исследованиями над обменом
и ролью креатинофосфорной кислоты
в Украинском Биохимическом инсти-
туте был произведен ряд исследований
над лактацидогеном, ибо открытие креа-
тинофосфорной кислоты и пирофосфор-
ной делало необходимым проверить ра-
боты Эмбдена и выяснить действитель-
ную роль лактацидогена. Соответствую-
щие исследования показали прежде все-
го, что он содержится не только в попе-
речнО-полосатых мышцах, как думал
Эмбден, но и в гладких мышцах и
в мышцах сердца, а также в головном
мозгу (О. Файншмидт). Далее было уста-
новлено, что работа мышц далеко не
у всех животных вызывает уменьшение
содержания лактацидогена (его распад),
а иногда сопровождается увеличением его
количества (Д. Фердман), что находится
в согласии с данными Ломанна, по ко-
торым при работе изолированной мышцы
имеет место не распад лактацидогена,
а его синтез. Повышение работоспособ-
ности мышц путем их тренировки также
не сопровождается увеличением содер-
жания в них лактацидогена (Д. Ферд-
ман и О. Файншмидт). Впрыскивание
инсулина вызывает увеличение содер-
жания лактацидогена в мышцах.
Важную роль в химизме мышечной
деятельности играет аденозинотрифос-
форная кислота.
Аденилпирофосфорная кислота яв-
ляется коферментом образования молоч-
ной кислоты и играет поэтому важную
роль в процессах гликолиза мышц. В эри-
троцитах также существует определен-
ная связь между превращениями адено-
зинотрифосфорной кислоты и их дыха-
нием, для которого чрезвычайно важное
значениее имеет пирофосфат: продукты
распада пирофосфатной фракции сти-
мулируют процесс дыхания красных
кровяных клеток (В. Энгельгардт).
Относительно распада аденозинотри-
фосфорной кислоты на адениловую и пи-
рофосфорную до недавнего времени не
было единого мнения.
Этот вопрос был выяснен работами,
произведенными в биохимической лабо-
ратории (зав. проф. Д. Фердман) Укра-
инского Института гигиены труда и проф-
заболеваний, направленными на изуче-
ние превращений и роли аденозинотри-
фосфорной кислоты в мышцах. Прежде
всего на основе предпосылки, что для
выяснения отдельных фаз превращений
аденозинотрифосфорной кислоты ее ко-
личественное определение должно про-
изводиться не менее, чем по двум компо-
нентам, а не по одному легко гидроли-
зируемому фосфору, как это делалось
до сих пор, был разработан новый
метод определения аденозинотрифос-
форной кислоты и продуктов ее распада
(Д. Фердман). Далее, при помощи этого
метода было установлено (Д. Фердман
него сотрудники), что при работе мышц
происходит распад аденозинотрифос-
форной кислоты с образованием пиро-
фосфорной и адениловой кислот и что
интенсивность распада аденозинотри-
фосфорной кислоты находится в прямой
зависимости от произведенной мышцами
работы. Распад аденозинотрифосфорной
кислоты является процессом обратимым,
134
Природа
1937
и при реституции мышцы имеет место
ресинтез аденозинотрифосфорной ки-
слоты из пирофосфорной и адениловой
кислот, которые вследствие этого
исчезают.
Распад аденозинотрифосфорной ки-
слоты на адениловую и пирофосфорную
происходит в мышцах, как позвоноч-
ных, так и беспозвоночных животных.
При зимней спячке, когда возбудимость
и работоспособность мышц понижены,
содержание аденозинотрифосфорной ки-
слоты в мышцах также понижено, а пиро-
фосфорной и адениловой кислот, наобо-
рот, повышено (Файншмидт). Часть ис-
следований по этой же проблеме была
произведена биохимической лаборато-
рией педиатрического факультета Харь-
ковского Медицинского института (зав.
проф. Д. Фердман), где было установлено
опытами на эмбрионах, что фосфорилиро-
ванная адениловая кислота появляется
в мышцах на самых ранних стадиях
эмбрионального развития, когда мышцы
не содержат еще креатинофосфорной
кислоты; в мышцах новорожденных жи-
вотных находится очень немного креа-
тинофосфорной кислоты и довольно зна-
чительное количество аденозинотрифос-
форной кислоты и свободной адениловой
кислоты (С. Эпштейн). Эти данные гово-
рят о важной роли фосфорилированной
адениловой кислоты в химизме мышеч-
ной деятельности и о возможности работы
мышц (эмбрионов и молодых животных)
при незначительном участии креатино-
фосфорной кислоты. В этой же лабора-
тории было показано, что аденозинотри-
фосфорная кислота содержится также и
в мышцах груди голубей и что под влия-
нием стрихнинных судорог она распа-
дается с образованием свободной адени-
ловой кислоты (Силакова). Работы, на-
правленные к выяснению источников
образования аденозинотрифосфорной ки-
слоты в организме, установили возмож-
ность образования пентозы при кратко-
временном автолизе сердечной мышцы
и неорганического пирофосфата при
замораживании в жидком воздухе ске-
летных мышц с отягощающим их грузом
(Фердман, Гальперина, Файншмидт,
•Дмитренко, Окунь).
Вопрос о влиянии нагрузок на обра-
зование аммиака в мышце изучался в ла-
боратории сравнительной биохимии
ВИЭМ (Ю. Гефтер и Гейман), причем
оказалось, что при нагрузках образо-
вание аммиака усиливается.
Для выяснения связи между процес-
сами распада и ресинтеза креатинофос-
форной и аденозинотрифосфорной ки-
слот и углеводов были поставлены иссле-
дования с мышечными экстрактами, ко-
торые показали, что синтез аденозино-
трифосфорной кислоты в таких экстрак-
тах осуществляется при одновременном
образовании молочной кислоты; что син-
тез креатинофосфорной кислоты идет
только при одновременном распаде аде-
нилпирофосфорной кислоты, наличие
которой, как одного из компонентов ко-
ферментной системы, является необхо-
димым условием образования молочной
кислоты, равно как гексозофосфорных
кислот. Мейергоф и Ломанн считают,
что и в целых мышцах имеется такая же
связь и последовательность вышеука-
занных процессов.
Вышеописанное явление ресинтеза
аденозинотрифосфата за счет энергии
процесса образования молочной кислоты
находит себе аналогию в процессах об-
мена аденозинотрифосфорной кислоты
в эритроцитах. Исследования (В. Энгель-
гардт) показали, что при выключении
гликолиза у безъядерных, лишенных ды-
хательного обмена, эритроцитов млеко-
питающего наступает распад аденози-
нотрифосфорной кислоты; такой же рас-
пад наблюдается на эритроцитах птиц,
содержащих ядро и обладающих ин-
тенсивным дыханием, при выключении
этого последнего. Это явление было ис-
толковано Энгельгардтом таким обра-
зом, что непрерывно идущий распад
(дефосфорилирование) аденозинотрифос-
форной кислоты перекрывается одно-
временно идущим ресинтезом, происхо-
дящим в первом случае за счет глико-
лиза, а во втором случае за счет дыхания.
Предположение о возможности существо-
вания в эритроцитах одновременно обоих
механизмов ресинтеза аденозинотри-
фосфорной кислоты — и гликолитиче-
ского и окислительного — было в даль-
нейшем полностью подтверждено. При
исследовании реткальцитов было уста-
новлено (М. Любимов), что в этих клет-
ках, соединяющих в себе черты безъ-
№ 10
Достижения .советской биохимии за 20 лет
135
ядерного эритроцита млекопитающего и
ядерного эритроцита птиц, сохранив-
ших высокий гликолиз (аэробный) и
имеющих интенсивное дыхание, явно об-
наруживается одновременное существо-
вание и гликолитического и дыхатель-
ного механизмов ресинтеза. Выключение
одного из этих процессов влечет за собой
распад аденозинотрифосфорной кислоты!
но не полный, а лишь в некоторой опре-
деленной части; при выключении обоих
процессов результаты как бы суммиру-
ются и наступает полный распад адено-
зинотрифосфорной кислоты.
В дальнейшем при более детальном
изучении обмена эритроцитов был обна-
ружен и у эритроцитов, на ряду с пре-
обладающим окислительным механиз-
мом ресинтеза аденозинотрифосфорной
кислоты, также механизм гликолити-
ческий. Эти опыты, таким образом,
установили участие аденозино-трифос-
«форной кислоты в процессах клеточ-
ного обмена и наличие определенных
ее превращений, непосредственно свя-
занных, с одной стороны, с гликолизом
и, с другой стороны, с дыханием.
Такую же роль аденозинотрифосфор-
ная кислота играет и в обмене дрожже-
вых клеток (Браунштейн).
На основании этих исследований было
выдвинуто мнение о необходимости пе-
ресмотра термина «кофермент» и о целесо-
образности говорить в известных слу-
чаях не о коферментах, а о косубстратах
{В. Белицер): в вышеописанных случаях
•сопряженных реакций аденозинотрифос-
-форная кислота является одним из двух
совершенно равноценных участников со-
пряженной ферментативной реакции,
которые являются субстратами действия
•ферментов, из которых один подвергается
в дальнейшем необратимым изменениям,
а другой — ресинтезируется. Термин
-«косубстрат» применим к случаю дей-
ствия глютатиона при ферментативном
расщеплении метилглиоксаля (Герша-
вичиус, Хейфец), когда имеет место обра-
зование настоящего соединения с суб-
стратом, который и подвергается воздей-
ствию фермента; по окончании реакции
глютатион появляется снова в неизме-
ненном виде.
Для выяснения спорных вопросов и
получения полной картины химической
динамики мышц необходимо систематиче-
ское и детальное изучение всех биохими-
ческих процессов, протекающих в мыш-
цах (и в целом организме) во время ра-
боты в их совокупности и в их взаимной
связи, а также изучение влияния на эти
процессы различных внутренних и внеш-
них факторов. Одним из звеньев в цепи
таких исследований явились работы
Биохимического института Академии
Наук УССР (директор акад. А. В. Пал-
ладии) по изучению биохимии утоми-
тельной работы и тренировки мышц,
в частности по изучению влияния работы
и тренировки мышц на окислительные
и синтетические процессы в них.
Так, прежде всего, в развитие исследо-
ваний над влиянием тренировки на со-
держание креатина в мышцах было из-
учено влияние тренировки на содержание
карнозина — вещества, содержащегося
в мышцах в довольно значительных коли-
чествах (Нормарк и Савронь, Б. Кол-
даев); оказалось, что тренировка сопро-
вождается обогащением мышц карнози-
ном. После тренировки повышается
также содержание калия в мышцах.
Не остаются без изменения после
тренировки и фосфатиды: их количе-
ство в тренированных мышцах всегда
несколько выше, чем в нетренированных
(Б. Колдаев и Р. Гельман).
Утомительная работа вызывает умень-
шение содержания в мышцах свобод-
ного холестерина (С. Эпельбаум). Тре-
нировка всегда вызывает обогащение
мышцы свободным холестерином
(С. Эпельбаум).
Далее в Украинском Биохимическом
институте было изучено влияние пред-
варительной тренировки мышц на изме-
нения в содержании молочной кислоты
в них, вызываемые работой мышц.
Опыты показали (А. Палладии,
Л. Палладина и Е. Персова), что в пред-
варительно тренированной мышце после
работы содержание молочной кислоты
или увеличивается очень незначительно,
или совсем не увеличивается, в то время
как в нетренированной мышце другой
конечности такая же работа вызывает
сильное увеличение содержания молоч-
ной кислоты. Таким образом оказалось,
что содержание молочной кислоты в мыш-
цах зависит не только от интенсивности
136
Природа
1937
выполненной ею работы, но и от других
факторов, в частности от предварительной
тренировки. Такие же результаты были
получены и при исследовании содержа-
ния молочной кислоты в крови: у пред-
варительно тренированных животных на-
пряженная работа вызывала гораздо
меньшее увеличение содержания молоч-
ной кислоты в крови (или оставалась
даже совсем без влияния), чем у нетре-
нированных животных (А. Палладии
и Б. Колдаев). Из этого видно, что для
суждения о степени утомления или об
интенсивности выполненной работы
нельзя пользоваться определением со-
держания молочной кислоты в мышцах
или крови.
К такому же выводу привели иссле-
дования, произведенные в биохимиче-
ской лаборатории ВИЭМ (Владимиров,
Уринсон и др.), а также работы
Центрального Института физкультуры
(П. Гуляк, Е. Кафиева, А. Лантош),
где было найдено, что у человека, тре-
нированного двухмесячным системати-
ческим упражнением на велотрапе, на-
грузка вызывала меньший подъем мо-
лочной кислоты в крови и более быстрое
его снижение.
Изучение влияния тренировки и ра-
боты на содержание восстановленного и
окисленного глютатиона в мышь ах
(А. Палладии, Л. Палладина и С. Борж-
ковский), на содержание каталазы
(А. Палладии и Е. Рашба), на способ-
ность мышечной ткани восстанавливать
метиленовую синьку (А. Палладии и
Кашпур) показало, что утомительная
работа нарушает нормальный ход про-
цессов окисления и восстановления
в мышцах и ухудшает условия для них,
а что тренировка, наоборот, создает
более благоприятные условия для про-
цессов окисления.
Изучение влияния работы и трени-
ровки на окислительно-восстановитель-
ный потенциал мышечной ткани пока-
зало (Р. Чаговец), что при тренировке
наблюдается сдвиг редокс-потенциала
в отрицательном направлении, завися-
щий, повидимому, от накопления в ткани
компонентов отрицательной системы.
Подтверждением и дальнейшим углуб-
лением этой работы явились исследова-
ния (В. Ковальский и О. Глезина),
в которых редокс-потенциал мышц из-
учался на целых живых мышцах, не изо-
лированных из тела животного, при
максимальном сохранении нормальных
физиологических условий.
Тренировка вызывает значительное по-
вышение дыхания мышечной ткани; это
повышение дыхания, связанное с повы-
шением работоспособности мышц в ре-
зультате тренировки, зависит от опре-
деленных изменений в системе дыхатель-
ных ферментов мышц (Э. Сорени и
О. Чепинога): после тренировки увеличи-
вается содержание в мышце флавинов.
Тренировка повышает не только дыха-
ние, но и анаэробный и аэробный гли-
колиз мышечной ткани; на реакцию
Пастер-Мейергофа тренировка не влияет
(Э. Сорени и О. Чепинога). Можно по-
этому думать, что вышеописанный факт
отсутствия накопления молочной кисло-
ты в работавшей, предварительно тре-
нированной, мышце обусловливается
тем, что при тренировке дыхание и
гликолиз повышаются в различной сте-
пени.
Тренировка повышает также содер-
жание аскорбиновой кислоты в мышцах г
что снова свидетельствует о благопри-
ятном влиянии тренировки на окисли-
тельные процессы в них (Б. Колдае&
и Р. Гельман).
Процессы синтеза также оказываются
измененными после тренировки мышц;
на это указывает тот факт, что в трени-
рованных мышцах синтез фосфорных
соединений идет быстрее, чем в нетре-
нированных мышцах.
Вопросы биохимии мышечной дея-
тельности, в частности биохимии тре-
нировки мышц, изучались также лабо-
раторией кафедры биохимии Днепро-
петровского Медицинского института
(под руководством доц. Кашпура, на-
чавшего свою работу в области биохимии
тренировки мышц в Биохимическом ин-
ституте Академии Наук УССР). В этой
лаборатории было исследовано влияние
тренировки на содержание гликогена,,
креатина, креатинофосфорной кислоты,,
аденозинотрифосфорной кислоты, желе-
за, кальция, магния, серы и способность-
к редукции метиленовой синьки в мыш-
цах кроликов, кур, голубей и, в отдель-
ных случаях, собак и кошек, и найдено
№ Ю
Достижения советской биохимии за 20 лет
137
что содержание одних веществ в резуль-
тате тренировки увеличивается, как,
напр., гликогена, кальция, железа,
а других, как, напр., магния, аденозино-
трифосфорной кислоты, уменьшается;
при этом наибольшее увеличение дан-
ного вещества наблюдается в тех мыш-
цах, которые до тренировки содержали
это вещество в меньшем количестве
(Кашпур, Розенгард, Верболович, Кли-
менко).,
Одним из путей изучения влияния раз-
личных факторов на биохимические из-
менения в мышцах, характерные для
утомительной работы и тренировки их,
может быть изучение влияния различ-
ного питания на эти изменения. Этот
путь был использован в Биохимическом
институте Академии Наук УССР для
изучения влияния утомительной работы
на окислительные процессы в животном
организме, не локализованные в мыш-
цах, путем изучения окисления впрыс-
нутого в тело кролика фенола (А. Пал-
ладии и Л. Палладина). Опыты, в кото-
рых одна партия кроликов получала
«кислый» кормовой рацион, а другая —
«щелочной», показали, что при кислом
рационе утомительная работа вызы-
вала менее значительные расстройства
в процессах окисления фенола, чем при
щелочном рационе.
Далее было изучено влияние рацио-
нов, лишенных витамина С, на измене-
ния в содержании молочной кислоты,
в способности к редукции метиленовой
синьки и в синтетических способностях,
вызываемые работой и тренировкой; вы-
яснилось, что животные, находившиеся
на рационах, лишенных витамина С,
были в худших условиях в отношении
возможности выполнять утомительную
работу и отвечать повышением работо-
способности на тренировку, чем живот-
ные, "находящиеся на нормальных пище-
вых рационах (Л. Палладина и Хай-
кина, М. Мережинский). Аналогичные
результаты были получены в исследова-
ниях с В-авитаминозом (Мережинский).
Далее, в таком же направлении было
изучено влияние кислых и щелочных
рационов: исследования над молочной
кислотой показали, что у «щелочных»
кроликов утомительная работа вызы-
вала более глубокие» расстройства в об-
мене молочной кислоты, чем у животных,
получавших «кислый» корм (А. Палла-
дии и Л. Палладина), что говорит о бо-
лее глубоких расстройствах в процессах
окисления у «щелочных» кроликов, по
сравнению с «кислыми». Такой вывод
был подтвержден изучением окисли-
тельно-восстановительных процессов по
методу Тунберга (М. Гулый). Харак-
тер пищи влияет также и на изменения
в процессах оксидоредукции в мышцах,,
вызываемые тренировкой; последняя при
«кислом» корме ускоряет редукцию ме-
тиленовой синьки в значительно более
сильной степени, чем при «щелочной».
Изменения в синтетических процес-
сах в мышцах, вызываемые работой и
тренировкой, также зависят от харак-
тера пищи: при «кислых» пищевых рацио-
нах напряженная работа нарушает
в меньшей степени, а тренировка в более
значительной мере улучшает синтети-
ческие способности мышц, чем при «ще-
лочных» пищевых рационах (А. Палладии
и Л. Палладина). Значит, состав пищевых
рационов в смысле преобладания в них
анионов или катионов оказывает боль-
шое влияние на изменения в биохимизме
мышц (на процессы оксидоредукции,
обмен молочной кислоты, процессы син-
теза), вызываемые утомительной рабо-
той и тренировкой.
Изменения в обмене молочной кислоты
и в других процессах в мышцах, вызы-
ваемые работой, зависят не только от
вышеуказанных факторов, но также от
характера работы мышцы, от метода
раздражения, с помощью которого вы-
зывается работа мышц (А. Палладии
и Л., Палладина).
При перегревании животного (собаки}
процессы гликолиза в мышцах, веду-
щие к образованию молочной кислоты,
усиливаются (Юделович в лаборатории
проф. Разенкова).
На кафедре биологическбй химии
I Московского университета под руко-
водством покойного проф. В. Гулевича
производились исследования азотистых
экстрактивных веществ мышечной ткани
(карнозина и др.), из которых следует
отметить работы над анзерином, методом
его изолирования и определения и т. п.
На кафедре биологической химии
Военно-Медицинской академии РККА
138
Природа
1937
им. С. М. Кирова были проведены работы
по химической характеристике белков
мышечной ткани (Галвяло, Крейнес,
Ярославцев, Владимиров), которые по-
казали, что (в согласии с мнением В. Да-
нилевского) в мышцах, особенно в сер-
дечной, помимо миозина содержится
белок—миостромин со своеобразным хи-
мическим составом и коллоидно-хими-
ческими свойствами.
Следует указать, что в биохимических
и физиологических лабораториях СССР
был произведен также ряд исследований
на людях по изучению влияния физи-
ческой работы на те или иные биохими-
ческие реакции. Так, напр., в Ленин-
градском Институте организации и
охраны труда изучался газообмен при
длительной физической работе с целью
выяснения вопроса о возможности ис-
пользования изменений газообмена, как
показателей утомления (Либерман, Не-
красов и др.); изучалось далее восста-
новление различных биохимических
сдвигов после работы; изучались коли-
чественные соотношения молочной ки-
слоты в поте и белка в моче; изучалось
влияние различной работы на газы крови
.(Блохин); изучалось, далее, влияние ра-
боты на кровоснабжение и потребление
кислорода мышцами теплокровного жи-
вотного (Гинецинский и др.).
Работами кафедры биологической хи-
мии Военно-Медицинской академии был
изучен ряд видов воинского труда и оха-
рактеризован с точки зрения его влияния
на газообмен, химию крови и мочи.
В последнее время было изучено (Вла-
димиров и др.) влияние акклиматизации
к высотам на кислотно-щелочное равно-
весие и дыхательную функцию крови и
на обмен веществ.
На ряду с проблемой биохимии мы-
шечной деятельности наиболее ценные
результаты были получены в СССР и по
4-й из основных проблем биохимии,
которые изучались после Октябрьской
революции, а именно по проблеме био-
химии головного мозга и вообще нерв-
ной системы.
Эта проблема изучалась как в напра-
йлении изучения химической статики,
так и в направлении изучения химиче-
ской динамики центральной нервной си-
стемы. Работы по изучению химического
состава головного мозга велись биохи-
мической лабораторией Ленинградско-
го Медицинского института (проф. Б. И.
Словцов), причем изучалось содержание
белков в различных отделах нервной
системы (Словцов и Георгиевская, Ленц);
эти исследования показали, что с пере-
ходом от «области высших психических
функций коры и подчиненной корковому
контролю области мозговых узлов»
(Ленц), от серого вещества к белому, и,
наконец, от белого вещества мозга к пе-
риферическим нервам — падает коли-
чество белков. Такие исследования, в ко-
торых изучался химический состав боль-
ших участков мозга, представляя боль-
шую научную ценность, не давали все .же
возможности делать больших выводов,
ибо оставался невыясненным вопрос
о том, имеют ли одинаковый или различ-
ный химический состав различные
участки коры больших полушарий, про
которые было известно, что они отли-
чаются функционально. Поэтому возни-
кала необходимость изучения химиче-
ского состава отдельных участков коры.
Подобные исследования были произве-
дены на кафедре биохимии Харьковского
Медицинского института (зав. проф.
А. В. Палладии), а затем в Украинском
Биохимическом институте (директор
проф. А. В. Палладии). Они показали
(Г. Городисская), что различные центры
коры больших полушарий головного
мозга (отличающиеся функционально и
гистологически) отличны по их хими-
ческому составу, а именно по содержа-
нию в них различных липоидов; иначе
говоря, оказалось, что в коре головного
мозга на ряду с функциональной и ана-
томической топографией имеется и хи-
мическая топография. Далее были про-
ведены в Украинском Биохимическом
институте исследования над изучением
креатинового обмена в головном мозгу,
показавшие, напр., что при полиневрите
расстройства в креатиновом обмене на-
ступают только в том случае, если в ре-
зультате отсутствия в пище витамина В
развиваются характерные расстрой-
ства в нервной системе, почему они наи-
более резки при спастической форме
полиневрита (Любарская). При экспери-
ментальном скорбуте изменений в содер-
жании креатина в головном мозгу, по-
№ 10
Достижения советской биохимии за 20 лет
139
добных вышеуказанным, не наблюдается
(А. В. Палладии и Е. Савронь): в то же
время при цынге не наблюдается рас-
стройств со стороны центральной нерв-
ной системы. Изучение влияния на креа-
тиновый обмен в головном мозгу различ-
ных ядов показало, что содержание
креатина изменяется только при дей-
ствии кокаина, являющегося специфи-
ческим ядом головного мозга; расстрой-
ства в углеводном обмене в целом
организме, наступающие в результате
введения флоридзина и адреналина, не
сопровождаются расстройствами в кре-
атиновом обмене в головном мозгу
(Эпштейн и Файншмидт).
На ряду с изучением химического
состава различных отделов и центров
в Украинском Биохимическом инсти-
туте были произведены исследования над
изучением вопроса о том, происходят ли
одновременно с физиологическими изме-
нениями в функциональном состоянии
нервных центров коры больших полу-
шарий также изменения в интенсивности
или характере химических процессов,
протекающих в этих центрах, а именно
процессов протеолиза (Г. Городисская).
Исследования, произведенные на кош-
ках, показали, что переход зрительных
центров из состояния относительного по-
коя в состояние повышенной деятельно-
сти (в результате действия световых
раздражений на глаз) всегда сопрово-
ждается усилением процессов распада
белковых веществ как в самых нервных
центрах, так и в проводящих зритель-
ных путях, что явилось первым доказа-
тельством наличия связи между измене-
ниями в деятельности нервных центров
и определенными химическими процес-
сами, протекающими в них. Исследо-
вания над углеводным обменом в голов-
ном мозгу показали наличие в нем
лактацидогена (О. Файншмидт) и креа-
тинофосфорной кислоты (Г. Городис-
ская).
В последнее время в Биохимическом
институте Академии Наук УССР были
поставлены широкие систематические ис-
следования химического состава различ-
ных участков центральной и перифери-
ческой нервной системы различных жи-
вотных, показавшие, что содержание
ряда веществ в различных отделах мозга
меняется в соответствии с местом жи-
вотных в филогении (А. Палладии и
Е. Рашба). Исследования химического
состава различных отделов серого ве-
щества показали, что филогенетически
наиболее старый отдел — серое веще-
ство спинного мозга наиболее беден
азотом и креатином, а филогенетически
наиболее молодой и функционально наи-
более сложный отдел — серое вещество
больших полушарий — наиболее богато
азотом, что указывает на важную роль
азотистых веществ в нервной системе
(А. Палладии, Е. Рашба и Р. Гельман);
в то же время в сером веществе больших
полушарий меньше всего холестерина.
Периферические узлы симпатической и
парасимпатической нервной системы,
различные по их функции, оказались
различными и по их химическому со-
ставу (А. Палладии, Е. Рашба и
Р. Гельман). Периферические нервы по
их химической структуре отличны от
спинно-мозговых корешков.
Интересные данные были получены
при изучении эмбриобиохимии головного
мозга; так, напр., было установлено,
что различные отделы головного мозга
отличаются по своему химическому со-
ставу, уже начиная с 3 месяца эмбрио-
нального развития, т. е. еще задолго
до миэлинизации (А. Палладии, Е. Раш-
ба); далее было установлено, что нерв-
ные клетки и их отростки имеют различ-
ную химическую структуру.
По мере эмбрионального развития го-
ловного мозга содержание ряда веществ,
как, напр., креатина, аргинина, посте-
пенно падает; параллельно уменьшается
также активность аргинизы (А. Палла-
дии и Е. Рашба). Химический состав
головного мозга меняется также и во
время первых периодов постнатального
развития; так, напр., в то время, как
в мозгу взрослых животных почти не
содержится аденозинотрифосфорной ки-
слоты и креатинофосфорной кислоты,
в мозгу новорожденных животных
имеются вполне определенные, даже до-
вольно значительные количества этих
веществ (С. Эпельбаум).
Исследования, произведенные в Био-
химическом институте Академии Наук
УССР над различными вопросами био-
химии нервной системы, установили еще
140
Природа
1937
такой интересный факт, что на процессы
обмена веществ в головном мозгу, на
содержание в нем различных веществ
определенное влияние оказывает время
года: это было установлено в отношении
головного мозга голубей (А. Палладии
и М. Гулый) и в отношении содержания
креатина и азота в мозгу взрослых кро-
ликов и кроличьих эмбрионов (А. Пал-
ладии и Е. Рашба). Мозг кроликов —
самцов и самок (здоровых и беремен-
ных)— был более богат креатином осенью
и более беден весной. Такие же колеба-
ния были найдены и в мозгу кроличьих
эмбрионов: в их мозгу содержание креа-
тина и сухого остатка весной и осенью
также были различны.
Работы по биохимии головного мозга
производились также в Институте мозга
(М. Серейский).
В лаборатории проф. Словцова к•из-
учению химических процессов, протекаю-
щих в головном мозгу, пытались по-
дойти путем изучения ферментов мозга,
их природы, количества и тех измене-
ний количественного и качественного
характера, которые имеют место при
тех или иных изменениях функций
головного мозга. Опыты показали (Ос-
совский), что большая часть ферментов,
присутствие которых удалось обнару-
жить в головном мозгу, оказалась или
преобладающей в сером веществе, как,
напр., каталаза, амилаза, или исключи-
тельно в нем одном присутствующей, как,
напр., глютиназа, индофено-локсидаза.
В Институте высшей нервной дея-
тельности изучались щелочно-кислот-
ные соотношения в сером веществе го-
ловного мозга человека (Петрункин,
Петрункина, Георгиевская), причем
было установлено, что сумма минераль-
ных кислот в мозгу далеко недостаточна
для покрытия суммы имеющихся в нем
оснований и что значительное количе-
ство оснований связано в мозгу с дру-
гими кислотами (углекислотой и орга-
нической кислотой и, главным образом,
с белково-липоидным комплексом). После
заражения кроликов бешенством, когда
инфекция поражает самый мозг, по-
нижается содержание в мозгу натрия
и повышается содержание кальция, при-
чем эти изменения наступают к моменту
развития параличей.
В лаборатории сравнительной биохи-
мии ВИЭМ (зав. проф. С. Капланский)
производились работы по изменчивости
аминокислотного состава белков мозга
и по содержанию различных фосфор-
ных фракций в мозгу различных живот-
ных. Сравнительное биохимическое из-
учение белков мозга и содержания амино-
кислот в белках мозга различных позво-
ночных животных показало (С. Каплан-
ский), что содержание триптофана, ти-
розина, фенилаланина и цистина в бел-
ках мозга различных позвоночных жи-
вотных является более-менее постоян-
ным.
Что касается содержания фосфорных
соединений в мозгу различных живот-
ных, то опыты показали, что соотноше-
ние различных фракций фосфорных
соединений в мозгу у отдельных классов
неодинаково (Н. Болдырев). Мозг по-
звоночных и беспозвоночных животных
отличается содержанием липоидного
фосфора, которого у беспозвоночных
значительно меньше. У последних также
меньше по сравнению с позвоночными
животными общего фосфора в мозгу.
У самок липоидного фосфора (а также
общего фосфора) больше, чем у самцов.
Нужно еще отметить интересную по-
пытку подойти к выяснению химизма
нервной деятельности путем опытов над
зимнеспящими животными (Д. Фердман
и сотрудники). Исследования показали,
что у животных во время зимней спячки
в различных частях центральной нервной
системы значительно понижено суммар-
ное содержание всех фосфорных соеди-
нений, что обусловливается уменьше-
нием содержания фракций нераствори-
мых в кислоте фосфорных соединений
(фосфатидов); из этого можно сделать
вывод, что понижение функции нервной
ткани сопровождается уменьшением
в ней содержания фосфатидов. С другой
стороны, было установлено, чю у пробут
дившихся от зимней спячки животных
значительно повышено содержание
в тканях головного мозга аммиака, что
дает основание думать, что и физиологи-
ческое возбуждение нервной ткани со-
провождается процессом образования
аммиака.
В коротком очерке нет возможности
описать или даже только перечислить
№ 10
Успехи ботаники за 20 лет Советской власти
141
результаты всех работ по биохимии,
произведенных в СССР за 20 лет после
Октябрьской революции. Выше изло-
жены результаты исследований только
над несколькими основными пробле-
мами, которые разрабатывались в наи-
более крупных биохимических лабора-
ториях отдельных республик Советского
Союза; между тем после Октябрьской
революции число биохимических лабо-
раторий громадно, они разбросаны по
всем городам всех республик, входя-
щих в состав СССР, в них разрабаты-
вались всевозможные вопросы биохи-
мии как теоретические, так и более тесно
связанные с той или другой отраслью
социалистического народного хозяй-
ства и дававшие ответ на различные во-
просы, сегодняшнего лня нашей социа-
листической практики. Но и того, что
было изложено выше, достаточно, чтобы
увидеть, какая большая работа была
проделана в СССР после Октябрьской
революции благодаря широчайшим воз-
можностям, открытым последней для
научной работы во всех отраслях зна-
ния. Такой бурный расцвет научной
работы был возможен потому, что Ве-
ликая Пролетарская революция подняла
у нас науку на небывалую высоту и
создала невиданные возможности для
расцвета творческих сил многомилли-
онных народных масс, потому что у нас
в нашей Социалистической Родине наука
окружена постоянным вниманием и за-
ботой со стороны Советской власти и
Коммунистической партии во главе с то-
варищем Сталиным.
УСПЕХИ БОТАНИКИ ЗА ДВАДЦАТЬ ЛЕТ
СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ
Чл.-корр. АН СССР Н. А. БУШ
Беспримерный в истории, грандиоз-
ный переворот, произведенный Великой
Октябрьской Социалистической револю-
цией, сбросил оковы векового гнета
€ многомиллионного населения на одной
шестой части земного шара.
Сбросивший иго капитализма народ
прежде всего предъявил свое законное
право на знания. Царское правитель-
ство намеренно держало в темноте широ-
кие народные массы. Оказалось, что
в этих массах таилось множество талан-
тов и способностей, которым не давали
в прежнее время развиваться. Народ
проявил огромную тягу к просвещению.
В короткий срок возросли до громадных
размеров кадры учащихся и ученых.
Произошло небывалое развитие наук.
В недрах страны и в ее природе
вообще оказались огромные богатства,
не использовавшиеся или мало исполь-
зовавшиеся до Октября. Эти богатства
выявлены целой армией исследователей,
проникших в такие.места, куда не сту-
пала прежде нога ученого. Сотни экспе-
диций по разным специальностям рабо-
тали в течение двадцати лет Советской
власти на всей территории Союза.
Создано множество новых ВУЗов, уче-
ных учреждений, лабораторий, научных
станций во всех республиках Советской
земли.
Если взять только одну отрасль зна-
ния — ботанику, то даже и в более
обширном очерке невозможно перечи-
слить все заслуживающие внимания
работы, появившиеся за последние
20 лет. Поэтому ограничусь только
самыми крупными явлениями ботани-
ческой жизни.
Общие отличия работы ботаников
нового времени от работы в прошлом
заключаются: 1) в приближении ботаники
к жизни, к народному хозяйству,
2) в связи с этим в сильном развитии
полевой исследовательской работы,
3) в росте научных кадров и в развитии
научных исследований, в том числе и
142
Природ а
1937
ботанических, в национальных республи-
ках, особенно на Украине и в Грузии,
4) в развитии стационарных исследова-
ний, как более отвечающих на запросы,
предъявляемые практикой, чем марш-
рутные, 5) в сильном развитии научно-
популярной литературы, б) в большом
развитии коллективных работ.
Грандиозным коллективным предприя-
тием нашего советского времени является
«Флора СССР», издаваемая БИНом АН
СССР под главной редакцией В. Л. Кома-
рова, начатая с 1931 г. В составлении ее
участвуют больше 40 ботаников. Вышло
7 томов, восьмой выходит в свет в конце
1937 г. Общее количество томов будет
не менее 20. Эта «Флора» показывает,
какое огромное количество видов расте-
ний произрастает на территории нашего
Союза и как увеличились' наши позна-
ния о составе этой флоры за последние
20 лет.
«Флора СССР» охватывает территорию
всего Союза. Для разных частей его
имеем целый ряд «Флор», из которых
упомянем только главнейшие.
Для Азиатской части Союза вполне
законченными являются «Флора полу-
острова Камчатки» в трех томах В. Л.
Комарова и его же «Определитель расте-
ний Дальневосточного края» в 2 томах,
обильно иллюстрированный, написан-
ный в сотрудничестве с Е. Н. Клобуко-
вой-Алисовой.
Из неоконченных «Флор» для Азиат-
ской части Союза имеем «Флору Сибири
и Дальнего Востока», критическую обра-
ботку, издававшуюся Ботаническим
музеем Академии Наук СССР и после
Октября. Это — серия монографий
с приведением всей литературы и гер-
барного материала по каждому виду
растений и карточками географического
распространения видов. Для Западной
Сибири имеем превосходную «Флору
Западной Сибири» П. Н. Крылова.
Вышло в свет 8 томов, остальные напи-
саны вчерне самим П. Н. Крыловым.
Для Европейской части Союза из
законченных «Флор» у нас есть труд
И. В. Перфильева «Флора Северного
края» в 2 частях, и коллективный труд
«Флора юго-востока Европейской части
СССР», издававшийся Главным Ботани-
ческим садом и обнимающий левое и
правое побережья Волги, от Чувашской
республики до Астрахани и Калмыцкой
автономной области, и от устья Камы
до р. Урала.
Для средней Европейской части Союза
имеем переиздания известной «Флоры
Средней ’России» Маевского. Из них
самое удачное — 5-е издание под редак-
цией Д. И. Литвинова. Эта «Флора»
помимо своей научной ценности имеет
значение превосходного и непревзойден-
ного пособия для определения расте-
ний в высшей школе.
Для Украины имеем начало двух
«Флор Украины» — Харьковской и
Киевской. Из них более подробная —
киевская.
Для Крыма вышло начало «Флоры
Крыма» Е. В. Вульфа.
Для Кавказа мы получили закончен-
ный определитель растений, именно
«Флору Кавказа» А. А. Гроссгейма. Она
охватывает весь Кавказ. Местные рес-
публиканские «Флоры» тоже начинают
осуществляться. Таковы «Флора Гру-
зии», разрабатываемая Тбилисским Бота-
ническим институтом Академии Наук
СССР (коллективный труд) и «Флора
Абхазии» А. А. Колаковского, том I,
который готов к печати.
В соответствии с крупнейшим пред-
приятием по флористике — «Флоре
СССР», в области ботанической геогра-
фии и геоботаники БИН АН СССР
организовал другое крупное предприя-
тие — издание «Растительности СССР».
Подготовленное к печати, это предприя-
тие представляет ботанико-географиче-
ское и геоботаническое описание всего
Союза по типам растительности (луга,
болота, степи, леса) и по некоторым
частям территории Союза (Крым, Кав-
каз, тундровая зона). Есть и очерк
истории флоры Союза.
Из других общих сводок, охватываю-
щих, однако, не всю территорию Союза,
имеем целый ряд работ, служащих
в то же время руководствами для более
широкого круга читателей. Таковы:
«Ботанико-географический очерк Евро-
пейской части СССР и Кавказа» Н. А.
Буш, «Растительность Сибири» В. Л.
Комарова, «Растительность тундровой:
№ 10
Успехи ботаники за 20 лет Советской власти
143
зоны СССР» Б. Н. Городкова, «Геогра-
фия растительного покрова северо-запад-
ной Европейской части СССР» Ю. Д.
Цинзерлинга, «Растительность Средней
Азии» Е. П. Коровина, «Введение в из-
учение растительности Якутии» В. Л.
Комарова, «Растительный мир русских
степей, полупустынь и пустынь» Б. А.
Келлера, «Центрально-черноземные сте-
пи» В. В. Алехина, «Растительность
Грузии» Н. Н. Кецховели (на грузин-
ском языке с русским Resting), еще не
напечатанная «Растительность Армении»
А. К. Магакьяна и др.
Все эти сводные работы ценны тем,
что не являются литературными только
сводками, а основаны в большой степени
на материалах собственных исследо-
ваний.
Переходя к исследованиям раститель-
ного покрова отдельных частей Союза,
обратимся прежде всего к Кольскому
полуострову. Здесь производились боль-
шие работы Академией Наук СССР,
создавшей в Хибинах первый полярный
ботанический сад. Он имеет большое
научное значение не только в деле
акклиматизации и натурализации, но
и в деле стационарного изучения расте-
ний тундры и лесотундры и их фито-
ценозов. Одновременно исследования
велись Оленеводческим институтом и его
опорным пунктом.
Еще лучше, чем Кольский полуостров,
изучена за 20 лет Советской власти
тундра Архангельской области и Коми
АССР, пересеченная густой сетью иссле-
довательских маршрутов ряда ботани-
ков. Всего детальнее были изучены
в этой части тундровой зоны флора арк-
тических островов, растительность полу-
острова Канина, Большеземельская и
Малоземельская тундры. Следует отме-
тить работу Северной базы Академии
HayR СССР (А. И. Толмачева).
В лесной зоне севера Европейской
части СССР произведено флористическое
районирование всего Озерного края,
изучение растений — реликтов атлан-
тического периода, растительного по-
крова верховых болот и лесов Кинги-
сеппского района, исследование поймы
р. Волхова в связи с сооружением Вол-
ховской ГЭС. Было важно выяснить
влияние подтопления на растительность
поймы р. Волхова — интересный пример
тесной связи между техникой и бота-
никой, характерный для нашего совет-
ского времени. В Карелии производи-
лись большие геоботанические работы,
также в лесной части Архангельской
области, Коми АССР, Вологодской
области. В результате Печорской экс-
педиции имеем большую работу о лесах
и ряд работ о лугах Печоры, до тех
пор почти не исследованных.
В Горьковском крае, в Куйбышев-
ском крае и особенно в пензенской лесо-
степи (И. И. Спрыгин) тоже велись
большие геоботанические исследования.
Имеется большая работа о волжских
лугах А. П. Шенникова. Близ Улья-
новска А. П. Шенниковым организована
луговая станция, работающая с 1935 г.
Она изучает луга и луговые растения
стационарным путем.
Изучались в центральной Европей-
ской части Союза и во многих других
местах торфяники, их строение и расти-
тельный покров. Путем применения ме-
тода пыльцевого анализа выяснялась
история заселения равнины Европей-
ской части СССР растениями после
отступания ледника.
Вопросами истории постплиоценовой
флоры занимаются почти все выдаю-
щиеся флористы. Увлекательная книжка
«В стране живых ископаемых» Б. М.
Козо-Полянского представляет сводку
по вопросу о реликтовой флоре мело-
вых обнажений юга Европейской части
СССР.
Исследовался растительный покров
Курского и соседних районов. Изучалась
флора и растительные ценозы Укра-
ины, реликты древней флоры на терри-
тории Украины. В Киеве с открытием
Украинской Академии Наук и с орга-
низацией Киевского Ботанического сада
развился центр ботанической деятель-
ности, душой которого был А. В. Фомин.
Он создал школу молодых ботаников,
организовал ботанический журнал «Bic-
ник Кшвського Боташчного Саду»,
приобревший широкое научное значе-
ние и известность далеко за пределами
Украины, организовал работу по изда-
нию киевской флоры Украины и предло-
жил новое ботаническое районирование:
Украины.
144
Природа
1937
По степям имеем немало работ. На
лого-востоке Европейской части СССР,
на нижней Волге, работала нижне-
волжская экспедиция Б. А. Келлера
с сотрудниками. Эта экспедиция опу-
бликовала ряд работ по изучению
растительного покрова в «Трудах Ко-
миссии по ирригации» при Академии
Наук СССР.
Работа по геоботаническому исследо-
ванию Белоруссии была организована
покойным Н. И. Кузнецовым. Вышел
«Склад флоры Беларусь и ряд других
статей разных ботаников.
Работа по изучению флоры и фито-
ценозов Крыма производилась рядом
ученых. Следует отметить важное зна-
чение, которое принадлежит Крымскому
Гос. заповеднику, в котором можно про-
вести множество интереснейших ста-
ционарных работ, важных для науки
и практики.
Исследованию Кавказа посвятило себя
несравненно большее число ботаников.
Северному Кавказу повезло меньше, чем
Закавказью.
В степной части Северного Кавказа
работал И. В. Новопокровский, напи-
савший «Растительность Ставрополья»
и давший в другой статье ботанико-гео-
графическое районирование Северо-Кав-
казского края. В горной части Север-
ного Кавказа, в Балкарии и Дигории
(западная часть Северной Осетии) рабо-
тали ряд лет Н. А. и Е. А. Буш, напе-
чатавшие ряд работ, характеризующих
растительный покров этих местностей.
В Кубанском крае работал ряд исследо-
вателей, выяснявших вопрос о взаимо-
отношениях леса и степи и изучавших
плавни Кубани.
В Закавказье имеется ботанический
центр, объединяющий большое коли-
чество местных научных сил ;— Тбилис-
ский Ботанический институт Академии
Наук СССР, работающий на базе Тби-
лисского Ботанического сада. Вокруг
этого научного центра группируются не
только ботаники института, но и других
тбилисских ботанических учреждений,
напр. университета. В Грузии исследова-
тельская работа ведется весьма энергично,
как флористическая (подготовляется к пе-
чати «Флора Грузии»), так и геобота-
ническая. Геоботанические исследования
относятся главным образом к изучению
кормовой базы и лесов. В Абхазии
луга и пастбища изучает А. А. Кона-
ковский, в Юго-Осетии с 1928 г. рабо-
тают Н. А. и Е. А. Буш, произведшие
детальное геоботаническое и флористи-
ческое исследование области и осно-
вавшие Юго-Осетинскую горно-луговую
станцию, проработавшую по изучению
высокогорных лугов и пастбищ уже 2 го-
да. В Тушетии работает по исследова-
нию растительного покрова Н. Н. Кец-
ховели. Он охарактеризовал раститель-
ность Грузии в большой сводной работе.
Следует упомянуть еще о сборнике «Аб-
хазия» и о геоботанических исследова-
ниях Абхазии и Сванетии.
В Азербайджане проведена большая
работа по исследованию растительного
покрова республики А. А. Гроссгеймом
и его сотрудниками. Исследование охва-
тило кормовую базу и растительное
сырье, изучались также сорняки рисо-
вых полей и пр.
В Армении кормовая база изучается
Н. А. Троицким и А. К. Магакьяном,
написавшим большую сводную работу
«Растительность Армении».
Кавказ в целом охватывают «Флора
Кавказа» и «Анализ флоры Кавказа»
А. А. Гроссгейма. Последняя работа
содержит обобщения материалов первой
работы по вопросу об историко-геогра-
фических элементах флоры, определив-
ших современный состав растительного
покрова страны.
Перейдем к исследовательской работе
в Сибири и на Дальнем Востоке. Б. Н.
Городков, кроме упомянутого уже
общего очерка растительности тундро-
вой зоны, дал ряд работ по тундре
Сибири, по растительности восточного
склона Урала и равнины Западной
Сибири, по растительному покрову и
почвам Пенжинского района на Даль-
нем Востоке. Восточный склон Ураль-
ского хребта в пределах лесной зоны,
тундры бассейна р. Анабары, тундры
и лесотундру Анадырского края, тундры
бассейна Пенжинской губы изучил В. Б.
Сочава, написавший также интересную
работу по истории флоры южной части
азиатской Берингии. Он же напечатал
статью «Растительный покров Буреин-
ского хребта».
№ 10
Успехи ботаники за 20 лет Советской власти
145
Ряд работ появился о растительности
тундры и лесотундры Я-Мальского нацио-
нального округа, о флоре центрального
Таймыра, о пределе лесов на Таймыре,
о болотах, лугах лесной зоны и о сте-
пях Западной Сибири.
Велись флористические исследования
на Алтае главным образом с целью
изыскания полезного растительного
сырья.
В лесной зоне Восточной Сибири и
Дальнего Востока произведены также
флористико-геоботанические исследова-
ния. Прежде всего надо вспомнить
о Якутской экспедиции Академии Наук
СССР. В результате ее получилось
несколько статей по геоботаническому
исследованию, напечатанных СОПСом
Академии. В недавние годы исследова-
лись леса долины р. Алдана.
В Иркутске есть Научно-Исследова-
тельский институт, где ведется работа
и по ботаническому исследованию глав-
ным образом в Саянах. Леса восточных
Саян и растительность бассейна р. Ан-
гары изучались в последнее время.
По Дальне-Восточному краю нельзя
не отметить работы Дальневосточного
филиала Академии (Наук СССР, публи-
кующего «Труды» и «Вестник» и основав-
шего горно-таежную станцию. Ботани-
ческая работа ведется под руководством
В. Л. Комарова. Необходимо упомянуть
также о многолетней работе по изучению
флоры Дальне-Восточного края покой-
ного И. К. Шишкина.
В Средней Азии центром научно-иссле-
довательской работы является Средне-
азиатский университет. Кафедра бота-
ники в этом университете развернула
большую исследовательскую деятель-
ность, охватившую не только Узбеки-
стан, но и другие среднеазиатские рес-
публики. В университете сосредоточился
довольно большой круг ботаников. Наи-
большими энтузиастами в исследователь-
ской работе являются И. А. Райкова,
П. А. Баранов, Е. П. Коровин, М. Г.
Попов, А. И. Введенский.
Уже наполовину опубликован «Опре-
делитель растений окрестностей Таш-
кента» — хорошее пособие для препода-
вания.
Большая книга Е. П. Коровина
«Растительность Средней Азии», уже
Природа № 10
упомянутая, заключает интересные фло-
ристические, экологические и геобота-
нические данные.
Ряд интересно написанных моногра-
фий отдельных родов среднеазиатских
растений стремится выяснить вопросы
генезиса не только родов и видов расте-
ний, но и целых флор. Экология также
привлечена для решения вопросов
о родстве видов.
В Туркмении имеется теперь ботани-
ческий сад, осуществляющий издание
«Флоры Туркмении». Есть специальная
станция для изучения песчаных пустынь
и населяющих их растений в Репетеке.
Кроме работ этой станции изучению
растительности песков посвящены ра-
боты Песчано-пустынного института
Академии Наук СССР, Среднеазиат-
ского университета и др.
В Таджикистане производились иссле-
дования ташкентскими ботаниками. Тад-
жикистанская база Академии Наук
СССР приступила к составлению «Флоры
Таджикистана» и опубликовала I том,
заключающий описание семейства бобо-
вых. Опубликован также «Очерк рас-
тительности центрального Таджики-
стана».
На Памире ведутся исследования
исключительной важности и интереса.
Работу здесь развернул Среднеазиатский
университет в лице И. А. Райковой и
П. А. Баранова. Работы здесь ведутся
агро-ботанические стационарные. Цель
их — сельскохозяйственное освоение
Памира с внедрением высокогорного
земледелия. Мы не будем говорить
о работах агрономического характера,
а укажем, что предварительно пришлось
ботаникам произвести детальное флори-
стическое и геоботаническое исследова-
ние Памира. В западном Памире в 1935 г.
работала также экспедиция Таджики-
станской базы Академии Наук СССР,
собравшая ценные материалы и по бота-
нике. Ряд работ о растительности уже
опубликован.
В Киргизии изучалась кормовая пло-
щадь, производились также обширные
исследования в Казахстане, где работал
ряд ботаников. Общий очерк раститель-
ного покрова Киргизской республики
дал И. М. Крашенинников, который
тоже работал и в Казахстане и дал цен-
10
146
Природа
1937
ные материалы по геоморфологии и
растительному покрову Усть-урта и
Приаралья. Опубликованы два вы-
пуска «Флоры Центрального Казах-
стана». В южном Казахстане найден
замечательный советский каучуконос
тау-сагыз на хребте Каратау, а в юго-
восточном Казахстане найден другой
ценнейший советский каучуконос —
кок-сагыз на хребте Кетмень. В районе
Бетпак-далы работали экспедиции двух
университетов: Ленинградского и Сред-
неазиатского. Обе производили флори-
стические и геоботанические исследова-
ния. В результате работ среднеазиатских
ботаников появился целый ряд статей.
Джунгарский Алатау тоже подвергся
флористическому и геоботаническому
изучению.
Кара-Калпакская АССР (бывшая Хива)
в дореволюционное время представляла
почти неисследованную область. Теперь
мы имеем двухтомное произведение ряда
авторов под общим заглавием «Кара-
Калпакия». Эта работа охватывает расти-
тельный покров каракалпакских Кзыл-
кумов и низменных, а частично и более
высоких Кара-кумов.
Очень отрадное явление нового вре-
мени — изобилие напечатанных фло-
ристических и геоботанических карт.
В дореволюционное время таких карт
было опубликовано очень мало.
Теперь мы располагаем очень боль-
шим картографическим материалом.
При очень многих геоботанических
работах имеются карты типов расти-
тельности, даже иногда растительных
ассоциаций, или геоботанических райо-
нов. При флористических работах часто
есть карты флористических районов и
карты географического распространения
отдельных видов растений.
Я не буду говорить о всех изданных
за двадцать лет Советской власти кар-
тах. Остановлюсь на картах всего
Союза и целых республик, даже не
приводя данных о картах областей и
краев.
Самыми крупными предприятиями
по ботанической картографии являются
геоботанические карты, издаваемые
БИНом АН СССР. Здесь публикуется
обширная геоботаническая карта Евро-
пейской части СССР, карта геоботани-
ческих районов и составлена карта
всего Союза.
Для всего Закавказья есть карта Д. И.
Сосновского и А. А. Гроссгейма, для
республики Грузии карта Н. Н. Кец-
ховели, приложенная к его книге «Рас-
тительность Грузии» и дающая о Грузии
более верное представление, чем карта
Д. И. Сосновского и А. А. Гроссгейма.
Растительность Юго-Осетии предста-
влена на карте Н. А. и Е. А. Буш.
Для Средней Азии имеем карту Е. П.
Коровина, приложенную к его книге
«Растительность Средней Азии», для Ка-
захстана— «Геоботаническую карту Ка-
захстана», составленную А. В. Прозоров-
ским и др. и изданную ВАСХНИЛом.
Перейдем теперь к микологии —
науке о грибах. Они имеют громадное
значение в советском хозяйстве. Это
значение в большинстве случаев отри-
цательное : среди грибов — множество
паразитов наших хлебных и кормовых
растений, вредителей виноградных, пло-
довых и других ценных культур, вре-
дители построек (домовый гриб) и др.
Есть, наоборот, полезные съедобные
грибы, имеющие значение пищевых и вку-
совых продуктов.
За двадцать лет Советской власти
появилось множество исследователей
и целый ряд исследовательских учре-
ждений и лабораторий по грибам. Сле-
дует отметить из учреждений ВИЗР.
Вышел в свет целый ряд руководств
по микологии и определителей грибов.
Особенно нужно обратить внимание на
книги А. А. Ячевского, Н. А. Наумова,
Н. И. Васильевского и Б. П. Караку-
лина и др.
В связи с требованиями народного
хозяйства специалисты по грибам зани-
мались преимущественно изучением
практически важных грибов.
Так, мы имеем целый ряд статей
о капустной киле, губящей культуры
капусты, о вредном картофельном грибе,
о грибах—вредителях винограда, о гри-
бах — вредителях рыб, вреднейших
паразитах наши* хлебных злаков —
спорынье (ряд статей), важные работы
о головневых (Л. А. Курсанов, Б. К.
Флеров, П. И. Нагорный, Н. Н. Лавров,
А. А. Ячевский и др.), о хлебной ржав-
чине и о других ржавчинных грибах.
№ 10
Успехи ботаники за 20 лет Советской власти
147
Известным специалистом по ржав-
чинникам у нас является В. Г. Тран-
шель. Ему принадлежит много ценных
работ по этой группе, в которых он об-
наружил не формально-систематический,
а живой биологический подход, вырабо-
тал новую методику исследования с при-
менением эксперимента. Отличное зна-
ние высших растений, даже тропиче-
ской флоры, сильно помогает ему в его
работе по ржавчинникам, паразитирую-
щим на высших растениях и меняющим
во многих случаях своих хозяев, причем
одни фазы развития проходят на одном
хозяине, а другие — на другом. В. Г.
Траншёль приготовил к печати большой
труд — сводку результатов работы всей
его жизни — «Обзор ржавчинных гри-
бов СССР». И другие ботаники работали
в области исследования ржавчинных
грибов.
Паразитов наших древесных пород,
грибов, губящих деревья, тоже усердно
изучали многие ботаники и лесоводы.
Из них нужно назвать С. И. Ванина,
А. А. Юницкого, К. Е. Мурашкинского,
А. С. Бондарцева.
Из грузинских фитопатологов необ-
ходимо упомянуть Л. А. Канчавели.
Шляпные грибы изучали Л. А. Лебе-
дева и др.
В области изучения лишайников
нужно отметить тоже рост исследова-
тельских кадров. Глава нашей школы
лихенологов А. А. Еленкин создал ряд
учеников, работающих главным обра-
зом в БИНе АН СССР. БИН занят
в настоящее время составлением «Флоры
лишайников СССР». В связи с этим были
проведены работы по сбору лишайников
в тех местностях Союза, которые в ли-
хенологическом отношении были мало
исследованы. Так, обширные материалы
по лишайникам были собраны на Бай-
кале, в горах Алтая, на Анадыре, на
Урале, на Украине, на Дальнем Востоке,
в Арктике. В Закавказье работал Тби-
лисский Ботанический институт.
БИН АН СССР издает образцовый
гербарий лишайников, очень полезное
издание для проверки определений, в об-
работке В. П. Савича.
В практическом отношении лишайники
изучаются, как фиксаторы запахов и как
красители. В тундра исследуется еже-
годный прирост оленьего ягеля на Коль-
ском полуострове, в устье р. Печоры,
в Сибири.
Переходя к водорослям, нужно отме-
тить прежде всего большую монографию
А. А. Еленкина «Синезеленые водоросли»,
т. I. Важным справочником является
«Библиография водорослей СССР» А. А.
Еленкина и Л. А. Оль.
Изучались водоросли (флора и эко-
логия) Ленинградской области, Кавказа
и соленых континентальных водоемов
Союза (Н. Н. Воронихин), Байкала
(К. И. Мейер). Он же занимался выясне-
нием истории развития ряда зеленых
водорослей. Историю развития, флору,
систематику и экологию пресноводных
и морских водорослей исследовал ряд
ученых.
Экспериментальный метод был при-
менен О. В. Троицкой при изучении
протококковых водорослей. В. С. По-
рецкий изучал диатомовые водоросли
вообще и ископаемые четвертичные'—
в частности. Цитологию и смену ядер-
ных фаз у зеленых и красных водорос-
лей исследовал Л. И. Курсанов.
Нужно отметить развитие громадного
интереса к изучению мхов в советское
время. Не только специалисты по мхам,
но и геоботаники и люди практики
собрали обширные материалы, которые
необходимо обработать в короткий срок.
В связи с этим БИН АН СССР пред-
принял издание определителей мхов.
Л. И. Савич-Любицкая напечатала опре-
делители печеночных и сфагновых мхов.
БИН разрабатывает определитель листо-
стебельных мхов. Громадный материал,
собранный многочисленными экспеди-
циями в различных частях Союза, дает
возможность сильно расширить наши
познания о моховой флоре страны. Спе-
циальные работы по мхам Арктики,
северной лесной зоны, Татреспублики,
Украины, Кавказа, Дальнего Востока
вышли в свет в довольно большом коли-
честве.
По анатомии растений работает теперь
несравненно больше ученых сил, чем
в дореволюционное время.
Кроме роста научных кадров нужно
еще отметить новый подбор объектов для
исследования. Теперь почти исключи-
тельно занимаются анатомией куль-
10*
148
Природа
1937
турных, полезных растений в связи
с требованиями социалистического хо-
зяйства. Можно сказать, что анатомия
растений находится теперь в теснейшей
связи с прикладной ботаникой, в тесном
контакте с жизнью. Анатомические
лаборатории существуют и развивают
работу в Ленинграде (Пушкине) в ВИРе,
где главой лаборатории является В. Г.
Александров, в Тбилиси, где работает
целая группа талантливой молодежи
во главе с Л. И. Джапаридзе. В Москве,
Горьком, Харькове (в Украинском
Институте растениеводства), в Таш-
кенте, Одессе, Саратове тоже ведутся
анатомические исследования культурных
растений.
Ленинградская лаборатория занята
планомерным сравнительно-анатомиче-
ским исследованием зерновых злаков,
зерновых бобовых, а также текстильных
растений — льна, конопли и рами, раз-
рабатывая проблему применения анато-
мических методов в селекции и гене-
тике.
Анатомия применяется в селекции
как метод для оценки и браковки селек-
ционного материала. Теоретическая ана-
томия при этом тоже получает новые дан-
ные, напр. выводы о формировании тка-
ней стебля лубо-волокнистых растений,
об истории развития стебля льна, о строе-
нии цветов, плодов и семян, о системати-
ческом значении разных анатомических
признаков, об изменчивости анатоми-
ческих признаков под влиянием геогра-
фических факторов. Кроме трех важней-
ших отделов работы, названных нами,
Ленинградская лаборатория ВИРа вела
исследования анатомии опийных маков,
бадана, гвайюлы, фисташки, работала над
холодостойкими расами картофеля
и др.
Тбилисская анатомическая лабора-
тория живо откликается на запросы,
предъявляемые жизнью и народным
хозяйством Закавказья. Она изучает раз-
нообразные местные культурные расте-
ния: виноград, чайный куст, мандарин,
рами, каучуконосы, древесные породы
в анатомическом и анатомо-физиологи-
ческом отношениях.
В Москве исследуют анатомию стебля
текстильных растений, в Горьком — ана-
томию семян.
Над текстильными растениями произ-
вел обширные работы Институт нового
лубяного сырья. Изучение текстильных
растений в СССР вообще поставлено
широко и разнообразно.
Цитология растений развилась в со-
ветское время чрезвычайно сильно, что
стоит в тесной связи с запросами социа-
листического сельского хозяйства. Осо-
бенные успехи были достигнуты в области
изучения наследственности и в области
эволюции. Хромосомы как материальные
носители наследственности привлекли
главное внимание цитологов.
Были произведены выдающиеся карио-
систематические исследования над семей-
ствами лютиковых, злаков, лилейных.
Эти исследования показали большое
значение для систематики и филогене-
тики признаков гена, величины и мор-
фологии хромосом.
Большая заслуга советских цитоло-
гов в том, что они дали материалисти-
ческое разъяснение природы полученных
советскими генетиками константных
межвидовых и межродовых гибридов,
представляющих крупные систематиче-
ские новообразования. В одних случаях
дело заключалось в удвоении числа хро-
мосом при гибридизации (редечно-капу-
стные гибриды — Г. Д. Карпеченко,
пшенично-ржаные гибриды — Г. А. Ле-
витский, разнообразные гибриды та-
баков — В. А. Рыбин, Д. Костов, гиб-
риды терновника и алычи — В. А.
Рыбин). В других случаях генетическая
уравновешенность достигалась путем
перегруппировки хромосом в новые
пары. Без гибридизации новые типы
растений были созданы советскими цито-
логами и путем простого удвоения числа
хромосом (тетра- и октоплоидная капуста
и герань, тетраплоидный ячмень).
Большие успехи достигнуты совет-
скими цитологами в области изучения
строения хромосом, а также в деле ис-
кусственного изменения строения хромо-
сом путем воздействия х-лучей. Г. А.
Левитскому удалось при этом вывести
целый ряд новых рас с измененной мор-
фологией хромосом — на основе новых
перегруппировок хромосомного мате-
риала. Аналогичные изменения хромо-
сом были установлены М. С. Навашиным
как результат «старения» семян.
№ 10
Успехи ботаники за 20 лет Советской власти
149
Ряд выдающихся работ выполнен у нас
также и в области эмбриологии расте-
ний, напр, по развитию мужских гамет
у покрытосеменных, по оплодотворению
и по партеногенезу.
Значение эмбриологических исследо-
ваний в последнее время у нас на-
столько возросло, что теперь можно
использовать данные этих исследований
для решения вопросов систематики и
филогении. Для этого ряд наших иссле-
дователей произвел сравнительно-мор-
фологическое изучение отдельных групп
растений, как низших (К. И. Мейер),
так и высших (В. В. Финн с учениками,
В. А. Поддубная-Арнольди и др.).
Эмбриологические исследования при-
обрели в настоящее время значение не
только для систематики, но также для
селекции и генетики. Поэтому наши
советские эмбриологи занялись изуче-
нием эмбриологии культурных и диких
практически важных растений — кау-
чуконосов: крым-сагыза, кок-сагыза,
тау-сагыза, текстильных растений:
кендыря, кенафа, конопли, хлопка;
клевера, табака, свеклы и др. Эти иссле-
дования дали ценные результаты по
биологии цветения этих растений, чтб
необходимо для правильного выбора
метода селекции и для рациональной
постановки генетико-селекционных работ.
В области палеоботаники имеются за
последнее двадцатилетие важные дости-
жения: найдены древнейшие в Азии дву-
дольные растения, установлен меловой
возраст флоры Сахалина, открыта и
описана во многих местах Азиатской
части Союза меловая флора, установлен
зональный характер каменноугольной
флоры, найдены остатки древнедевон-
ской псилофитовой флоры в Казахстане
и в Сибири, выяснено зональное распре-
деление вечнозеленых и листопадных
древебных пород третичной флоры
в связи с ее происхождением (А. Н.
Криштофович).
Найдена нижне- и верхнетриасовая
флора в Азиатской части Союза (Урал,
Дальний Восток, Средняя Азия) и
в западном Предуралье (А. Н. Кришто-
фович и В. Д. Принада).
Пополнены данные о третичной флоре
Кавказа (И. В. Палибин) и миоцена
Украины.
Широко развилось изучение пыльцы
и спор не только в четвертичных отло-
жениях (над этим работает много болото-
ведов), но и в углях. Изучалась флора
четвертичных отложений в Европейской
части Союза и в Западной Сибири. Нужно
упомянуть о прекрасных исследованиях
каменноугольной и пермской флоры
М. Д. Залесского, о работах М. Ф. Ней-
бург, исследовавшей пермскую и юр-
скую флоры Кузбаса; по четвертичным
отложениям следует особенно отметить
работы В. Н. Сукачева и В. С. Докту-
ровского.
В заключение необходимо сказать
о небывалом обилии учебной литературы,
расходящейся с необычайной быстротой
после появления из печати.
Частью переизданы, частью написаны
многочисленные учебники по разным
отделам ботаники. Всем известны учеб-
ники В. Л. Комарова: «Типы растений»,
«Строение растений», «Происхождение
растений». Упомянем: Н. А. Буш, «Мор-
фология и систематика растений», Л. А.
Иванова, «Общий курс систематики ра-
стений», О. В. Троицкой, «Систематика
растений», Л. И. Курсанова, «Курс низ-
ших растений», М. И. Голенкина, Н. А.
Комарницкого и К. И. Мейера, «Курс
высших растений», С. П. Костычева,
«Физиология растений», В. Г. Алексан-
дрова, «Анатомия растений», «Курс бота-
ники», составленный профессорами Мос-
ковского университета, Н.А. Наумова,
«Фитопатология», К. И. Мейера, «Раз-
множение растений» и др. По географии
растений есть книги Е. В. Вульфа, А. П.
Ильинского, В. В. Алехина, могущие
служить пособиями при преподавании.
Ряд руководств по методике исследо-
ваний, напр. книги В. Н. Сукачева
о растительных сообществах, о типах
лесов, о болотах, книга В. С. Доктуров-
ского о болотах, «Программы геоботани-
ческих исследований», изданные БИНом
АН СССР, должны быть особенно отме-
чены. О методах филогенетической си-
стематики напечатала книжку М. А.
Розанова, развивающая у нас в Союзе
новое направление в систематике —
экспериментальную систематику.
Что пожелать ботанике по поводу
юбилея 20-летия Советской власти на
будущее время?
150
Природа
1937
Еще большей увязки науки с жизнью,
с социалистическим строительством.
Еще большей популяризации науки.
Еще гораздо большего роста кадров
и развития научных исследований.
Поднятия , качества научной и научно-
популярной продукции.
Сделано за двадцать лет необычайно
много, но наша необъятная социалисти-
ческая родина дает неисчерпаемые воз-
можности для все новых и новых науч-
ных достижений.
ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СОВЕТСКОЙ ПАЛЕОБОТАНИКИ
Проф. А. Н. КРИШТОФОВИЧ
Развития палеоботаники в Союзе мне
приходилось касаться уже не раз, начи-
ная с 1926 г., когда мною был дан пер-
вый набросок всего, что было сделано
за первое десятилетие отмечаемого пе-
риода. Охватывая теперь все двадцати-
летие со времени Великой Октябрьской
социалистической революции, мы видим,
что второе десятилетие далеко превзошло
по результатам первое. Даже несовсем
полный список работ, имеющих ближай-
шее отношение к палеоботанике, за 20-ле-
тие охватывает более 570 работ, из ко-
торых до 1926 г. включительно появилось
105 и после 1926 г. — более 460. Однако
простая статистика далеко не выражает
удельного веса, который заняла палеобо-
таника в среде дисциплин, имеющих
к ней ближайшее отношение. Прежде
всего мы должны отметить то громадное
доверие, которое она завоевала как со
стороны геологов, опирающихся на па-
леоботанические данные для определе-
ния возраста осадков и условия их отло-
жения, климатический режим, так и со
стороны ботаников, занятых пробле-
мой эволюции современной флоры на
почве меловой и третичной, и, в част-
ности, вопросом о заселении русской
равнины после отступания ледников.
Хотя при решении этого вопроса прихо-
дится учитывать и ряд других факто-
оов, тем не менее палеоботанические
данные остаются одними из самых на-
дежных. Еще 25—30 лет назад палеобо-
танические сборы геологов были явле-
нием скорее случайным. Теперь каждый
год приносит со всех частей страны такое
количество растительных остатков, ко-
торое прежде едва ли собиралось
в 25—30 лет. Причины этого повы-
шения интереса различны и частью
лежат гораздо глубже, чем просто
в громадном расширении масштаба гео-
логических работ, связанного с социали-
стическим строительством нашей стра-
ны. Необходимым условием современ-
ной геологической работы являются
максимальная точность, необходимость
выйти из тех рамок и масштабов, в кото-
рых держались старые работники,необхо-
димость для выводов учесть не один ка-
кой-либо фактор или показатель, а всю
сумму их в возможно полном предста-
влении. Многочисленными работами унас
и за границей было доказано, что расте-
ния являются наиболее чувствительными
реактивами на бывшие некогда физико-
географические условия страны. Вопрос
о прошлых климатах, об оледенениях, о
перемещениях полюса и материков имен-
но в растениях нашел свои наиболее
верные критерии. Вопросы практиче-
ской геологии и промышленности также,
чем дальше, тем все теснее увязываются
с палеоботаникой. Мощно развившаяся
со времени мировой войны петрография
угля, вызванная к жизни стремлением
наиболее рационального использования
горючих, опять-таки сама исходя из
палеоботаники, возвращает нас к ней.
Тот или иной тип танатоценоза1 может
1 Танатоценоз (танатос — смерть, койнос —
общий, т. е. посмертное сообщество) противо-
полагается биоценозам (биос — жизнь) живых
организмов, напр. ф1£тоценозам (фитон — расте-
№ 10
Двадцать лет советской палеоботаники
151
прямо служить нам указа-
нием на вероятность или не-
возможность наличия в толще
того или другого ископае-
мого, чаще всего углей. Не-
сомненно, намечаемая теперь
зональность в распределении
ископаемых в качестве своих
важнейших критериев будет
иметь тот же ископаемый
растительный мир. Колос-
сально подвинувшиеся ме-
тоды исследования, воору-
жившие палеоботаника мощ-
ными орудиями для внутреннего из-
учения растений путем тонких шлифов,
пришлифовок, мацерации, методом пле-
нок Эшби, фотографированием при ин-
фракрасном и ультрафиолетовом осве-
щении и пр., также способствовали
уяснению истинной природы многих ра-
стений. На ряду с этим постепенно стал
изчезать распространенный ранее пред-
рассудок, что данные палеоботаники
почему-то всегда не сходятся с данными
палеозоологии, так как выяснилось, что
в ряде случаев причина здесь крылась
или в грубых ошибках определения,
или в путанице сборо^.1
Филогенетическое направление в па-
леоботанике, стремление выяснить род-
ственные связи между близкими и отда-
ленными группами растений и самое их
происхождение уже издавна толкали
ботаников в область изучения ископае-
мой флоры, и неудивительно, что лучшие
кадры последних развивались не из
среды геологов, но ботаников. Однако
грубые приемы исследования и прими-
тивность наших представлений вообще
в области кардинальных вопросов исто-
рической геологии, длящееся до сих пор
смешение понятий синхронии и гомотак-
сальности, против чего уже давно вос-
ставапи Г ексли, Гу кер и другие более про-
зорливые ученые, держали и здесь на при-
вязи творческую мысль, оставляя бота-
никам для их выводов о родстве растений
ние). Танатоценоз часто представляет орга-
низмы, не жившие совместно, а попавшие вместе
вследствие условий фоссилизации.
1 См. Криштофович, «Ботанико-географи-
ческая и климатическая зональность в конце
палеозойской эры», «Природа», 1937, №2, стр.47;
Степанов, «Геология месторождений каусто-
биолитов». 1937.
Фиг. 1. Ископаемые лопастная спора (Platyptera triloba
Naum.) и пыльцевое зерно (Cordaites sp.). Карбон. Под-
московный бассейн, х 500.
главным образом опыт сравнительной
морфологии и анатомии. Если сделанные
попытки объяснить происхождение по-
крытосеменных растений путем развития
из беннеттитов и кейтоний (Арбер,
Томас) и не могут быть названы вполне
оправдавшимися теориями, то во всяком
случае последние годы восстановили мно-
го звеньев разорванной цепи раститель-
ных поколений, если вспомнить хотя бы
псилофиты и их спутников. Мощно раз-
вившийся споровый и пыльцевой ана-
лиз (фиг. 1), изучение ископаемых пло-
дов и семян на основе несравненно
лучшего, чем 50—80 лет назад, знания
всей флоры земного шара, также дали
нам возможность сделать громадный шаг
вперед в деле изучения растительного
мира.
Опираясь на эти мировые достижения,
советская палеоботаника сделала круп-
ный шаг за годы 1917—1937, хотя
область ее может быть пока и осталась
несколько односторонней, чего мы не
будем скрывать. На одной шестой части
земной территории к моменту Октябрь-
ской революции большинство площадей
находилось или в состоянии самой
примитивной изученности или остава-
лось неизученным вовсе. Вспомним, что
лишь с 1912 г. Азиатская Россия была
включена в район ведения Геологиче-
ского комитета! Множество коллекций
ископаемых растений было собрано за-
тем как раз на этих девственных терри-
ториях, впервые увидавших геолога, и
неудивительно, что первой нашей за-
дачей было установить хотя приблизи-
тельно возраст тех отложений, которые
характеризуются растительными остат-
ками, находимыми в развитых там тол-
152
Природа
1937
щах осадков. Таковы работы на край-
нем севере Сибири и на северо-востоке,
на Сахалине, в Средней Азии. Наших
сил пока не было достаточно, чтобы
в равной степени обратить внимание на
область скрупулезного анатомического
и морфологического изучения остатков,
которое является завершающим момен-
том после первой стадии работ, в кото-
рой мы пока находимся. Правда, для
многих более близких территорий как
Европы, так и Азии и наши работы вхо-
дят уже в эту фазу исследований.
Что в основном было нам известно об
ископаемой флоре страны к 1917 г.?
Каменноугольная флора Донецкого бас-
сейна, немного данных по Уралу и
Подмосковному бассейну; скудные, а,
как оказалось затем, часто совершенно
ошибочные представления о пермской
флоре Кузнецкого бассейна и бассейна
Печоры и Тунгуски; отдельные юрские
флоры, описывавшиеся с утомительным
однообразием как «средняя юра»—из Ка-
менки на Донце, с Кавказа, из Ферганы
и некоторых других пунктов Туркеста-
на, из окрестностей Иркутска, с Амура
и из Уссурийского края, не увязанные
между собою, и мало что говорящие гео-
логу — поистине «disjecta membra»! Ме-
ловые флоры оставались почти вовсе
неизвестными, кроме старого местона-
хождения нижнемеловых остатков у Та-
тарова (под Москвой) и близ Клина,
с одной стороны, и тогда только-что
открытой широколиственной меловой
флоры в бассейне р. Эмбы. Больше были
известны третичные флоры — от вечно-
зеленой флоры украинского «полтав-
ского яруса»1 на Волыни до листопад-
ных флор Азиатской части страны, до-
вольно однообразно, как казалось, пред-
ставленных от Аральского моря до о. Са-
халина на востоке и Ново-Сибирских
островов на севере. Только-что были
открыты богатейшие сарматские флоры
Украины: Бондаревки, Орехова и Мат-
веева Кургана. И почти совсем ничего
мы не знали о флоре плиоцена и о чет-
вертичной флоре, известной только из
1 Повидимому сборный комплекс флор из
различных древних отделов системы, большею
частью древнее собственно полтавского яруса,
т. е. песков, залегающих выше осадков моря
харьковского века.
нескольких, классических местонахожде-
ний, как Троицкое возле Москвы, Лих-
вин, Клецово и немногие другие.
За минувшие 20 лет картина резко
изменилась: в настоящее время в преде-
лах Союза, мы, повидимому, не имеем
ни одной системы, которая не дала
бы нам представителей своего расти-
тельного мира, будь то обитателей
моря или суши, включая ее первых
пионеров — псилофитов. Из кембрия
мы узнали (А. Г. Вологдин) много
форм водорослей в Сибири; девон дал
хотя и не богатые, но интересные флоры,
разбросанные от берегов Дона до Ени-
сея и Средней Азии. Карбон и пермь
не только доставили нам колоссальный
материал, требующий еще обработки,
но и открыли нам многие основные за-
коны распределения растений в геологи-
ческом прошлом. Между прочим остатки
таких флор были открыты вплоть до
берегов Японского моря и крайнего
северо-востока. Скупой растениями
триас дал нам интереснейшие флоры от
Урала до Тихого океана, выявив свою
совершенно иную, чем в Европе, физио-
номию. Еще больше материалов дали
юрские и меловые отложения, позволив
установить в их толщах целый ряд по-
следовательных стадий различных фи-
зико-географических областей. Ряд флор,
ошибочно принимавшихся за третичные,
был определен как меловые; туда же
пришлось отнести некоторые флоры,
огульно ранее принимавшиеся за юр-
ские. Повидимому, у нас установлены
на материке моменты появления первых
или, по крайней мере, чрезвычайно
примитивных покрытосеменных еще
в чисто мезозойском окружении —
Aralia Сучана и Колымы (фиг. 8).
Область третичных флор на всем гро-
мадном протяжении от западных гра-
ниц до Тихого океана и от берегов
Ледовитого океана до -Средней Азии
была обогащена новыми находками и,
что еще более важно, была нами расчле-
нена как по возрасту, так и с точки зре-
ния принадлежности древней раститель-
ности к определенным географическим
зонам, с установлением путей миграций
флоры.
Изучение семян и пыльцы открыло
перед изучающими четвертичную флору
№ 10
Двадцать лет советской палеоботаники
153
такие просторы, о которых мы и мечтать
не могли еще 25 лет назад. Этот размах
палеоботанической работы выразился
в появлении более 570 работ за период
1917—1937 гг. (многие ждут очереди
быть напечатанными), принадлежащих
130 авторам (от 1 до 115 работ у автора).
Так как основные достижения совет-
ской палеоботаники выразились в от-
крытии и описании многочисленных флор
разного геологического возраста, непо-
средственном определении возраста толщ
горных пород по этим остаткам и в уста-
новлении процесса развития современ-
ной флоры на основе меловой и третич-
наземных растений, но зато из силурий-
ских сланцев Прибалтики М. Д. Залес-
ским были выделены и изучены интерес-
ные водоросли Gloeocapsomorpha, сла-
гающие известные горючие сланцы, раз-
рабатываемые в Веймарне, у Гдова
и т. д.
Как мы знаем, в нижнем девоне про-
изошло первое заметное появление на-
земных растений в виде псилофитовой
флоры, чрезвычайно хорошо сохранив-
шейся в Шотландии и несколько хуже
в Германии, Чехии и других странах.
Остатки такого рода были обнаружены
и у нас, в Сибири, Казахстане, Средней
Фиг. 2. Kryshtofovichia Africani Nikit.
Мегаспора. Девон. Воронежская область.
ной, то лучше всего выразить эти успехи
в изложении их в порядке геологических
систем, начиная с древнейшей.
Основной вопрос о происхождении
жизни на земле, и жизни растительной
прежде всего, остается до сих пор нере-
шенной проблемой, но акад. В. И. Вер-
надский высказал по этому поводу не-
сколько интересных соображений теоре-
тического характера. В слоях более
древних, чем отложения кембрийской
системы, на территории Союза, за Ура-
лом в различных местах были найдены
остатки водорослей, ранее там неизвест-
ных (Маслов, Краснопеева). Водоро-
сли же были обнаружены Вологдиным
при изучении им своеобразных живот-
ных организмов, археоциат, и в кембрий-
ских отложениях Сибири, Казахстана
и Урала.
Силур до сих пор остается системой,
которая не дала достоверных остатков
Азии, в виде Psilophyton sp., Asterо-
xylon sibiricum, Duisbergia mirabilis, Aneu-
rophyton germanicum, Leptophloeum si-
biricum и др. Гораздо более многочис-
ленны имеющиеся у нас остатки верхне-
девонской флоры, кроме известных ранее
районов найденные в Тиманской тундре,
в Ловозерской тундре Кольского полу-
острова и в Сибири, откуда пока описаны,,
однако, только остатки с оз. Балхаша
(Хахлов). Очень любопытным является
открытое П. А. Никитиным местонахо-
ждение девонских растений в петинских
слоях на Дону, в Воронежской области,
где флора имеет своеобразный оттенок,
давая такие формы, как Leninetum mira-
bite, Kryshtofovichia Africani (фиг. 2)
и др., и по некоторым сведениям — еще
другие растения, или настоящие псило-
фиты или их спутники. Как бы то ни
было, петинские слои дают девонские
остатки в удивительной форме сохран-
154
Природа
1937
ности — в виде мумифицированных ча-
стиц, сохранивших все свои волоски,
шипы и пр. Такой же удивительной
сохранностью отличается ряд остатков
в девонских отложениях Кузнецкого
бассейна, в Барзасском районе, где
местами своеобразный уголь начисто
состоит из сплющенных стеблей древ-
них псилофитов как Hymanthaliopsis,
Orestovia (фиг. 3 и 4), Peetzia, сохранив-
ших свою кутикулу с устьицами, прово-
дящие трахеиды и некоторые другие
элементы. Остатки из Барзасса и из пе-
тинских слоев можно хранить прямо
как гербарные экземпляры.
Фиг. 3. Orestovia devonica Erg. Кутику-
лярные чехлы стеблей растения. Девон.
Кузнецкий бассейн. Барзасс.
Флора каменноугольной системы в
Союзе, как и везде, является одной
из первых, которой вообще было уделено
внимание. В годы минувшего двадцати-
летия продолжали изучаться остатки
растений из Донецкого бассейна с исполь-
зованием их как указателей для страти-
графических выводов, была описана от-
крытая только в 1916 г. каменноуголь-
ная флора Северного Кавказа. Некото-
рые материалы были описаны и из Азии:
стефанская флора из Нарын-тау (М. Д.
Залесский), нижнекаменноугольная фло-
ра Полтавского района на Урале (Е. Ф.
Чиркова). Несомненные флоры каменно-
угольного возраста были установлены
и описаны и из пределов Кузнецкого
бассейна, но о них будет сказано ниже,
вместе с пермскими флорами, с которыми
они находятся в неразрывной связи.
Особенно крупные успехи надо отме-
тить в области изучения пермских флор
Союза, центром развития которых яв-
ляется Кузнецкий бассейн, где изучение
их началось уже с 40-х годов прошлого
века. Вследствие некоторой путаницы
в сборе коллекций и плохого знания
общего разреза бассейна, но, несомненно,
и вследствие значительных особенностей
флоры внутренних частей Азии, вопрос
о возрасте этой флоры долго был «crux
et scandalum» всех палеоботаников и гео-
логов. Амплитуда решений, принимав-
шихся в отношении возраста слоев бес-
сейна (также и Тунгусского) с флорой,
Фиг. 4. Orestovia devonica Erg. По-
верхность кутикулы стебля. X 10. От-
туда же.
колебалась от карбона до юры; только
немногие—как оказало< ь более пред-
усмотрительные — авторы (К. Космов-
ский) указывали на развитие здесь ряда
последовательных систем, содержащих
№ 10
Двадцать лет советской палеоботаники
155
О 30 60 90 120 150 180
Фиг. 5. Флористические области Евразии в каменноугольном периоде (по Криштофовичу).
остатки растений. В начале интересую-
щего нас периода более или менее обще-
принят был, вопреки мнению Ф. Н. Чер-
нышева и В. И. Лутугина, взгляд За-
лесского о пермском возрасте всех толщ
с растительными остатками в Кузнецком
бассейне. Рядом работ, частью с прекрас-
ными изображениями, М. Д. Залесский
•охарактеризовал флору этого бассейна,
устанавливая возраст толщ от нижней
до верхней перми, включая в общий
палеозойский комплекс и юрские типы
растений как продроматические формы
будущей мезозойской флоры. Однако
работами Елиашевича, Криштофовича,
Нейбург и Хахлова, с одной стороны,
было выяснено, что юрские растения
составляют совершенно особенный ком-
плекс, не смешивающийся нигде с палео-
зойскими формами, что в поле и было
подтверждено М. Ф. Нейбург, обнару-
жившей развитие нормальных юрских
отложений. С другой стороны, она же
стала усиленно выдвигать проблему ка-
менноугольного возраста нижних частей
отложений Кузнецкого бассейна, именно
балахонской толщи, что было поддер-
жано и другим исследователем, В. Хах-
ловым. В последнее время А. Кришто-
фович выдвинул новую точку зрения,
хотя в основном возвращающую нас
к взглядам Чернышева и Лутугина, но
уже с точки зрения вегенеровской гипо-
тезы. Он полагает, что «каменноугольная»
флора Европы и «пермская» флора Ангар-
ского и Гондванского континентов со-
ставляли не две последовательных ста-
дии, а выражают растительность двух
климатических зон: тропической вест-
фальской: влажной и жаркой, и двух
умеренных: гондванской и тунгусской
(фиг. 5). Подтверждением этого по-
строения является то обстоятельство, что
нигде на территории Советской Азии
мы не находим каких-либо признаков
настоящей вестфальской флоры, пере-
ход же от нижнекарбоновой флоры
к «пермской» совершается чрезвычайно
быстро и незаметно. Вопрос этот широко
затрагивает всю проблему карбона и
перми и не может быть удовлетвори-
тельно решен в пределах только Союза.
Из отдельных находок того же типа
ангарской флоры надо указать на ДВК,
где разнообразные остатки, в том числе
Gigantopteris и Schizoneura striata (фиг. б),
были найдены в Уссурийском крае. На
Кавказе были найдены (В. Н. Робинсон)
отпечатки настоящей вальхии (Walchia),
до сих пор, повидимому, не обнаружен-
ной в собственно ангарских флорах Азии.
Флора триаса, периода, который отли-
чался особенно широким развитием за-
сушливых областей, в частности в пре.
156
Природа
1937
Фиг. 6. Schizoneura striata Kaw.
Пермская система. Уссурийский
район. 3:5.
делах Европы, также дала нам некото-
рые новинки. Таковы находка (В. Д.
Принада) нижнетриасовой Pleuromeia
у Владивостока, установление целого
монгугайского яруса, охарактеризован-
ного флорой с Neoca larnites, на Дальнем
Востоке. Остатки другой Pleuromeiaбыли
обнаружены М. Брик в Средней Азии;
там же найдены и другие триасовые ра-
стения, в том числе Schizoneura, ранее
известная лишь в Гондване и изредка
в Западной Европе. К триасу была отне-
сена и флора Челябинского бассейна,
оказавшаяся изобилующей характерны-
ми типами (Miassia, Neocalamitesm. п.).
И совсем особенными и несравнимыми
пока с другими нашими триасовыми
флорами явились находки остатков триа-
совой флоры в Кузнецком и Тунгусском
бассейнах (Шорохов) и на западном скло-
не Урала (Суракай—Л. А. Яншин). В по-
следнем месте причудливо соединены
крупные кордаиты и мезозойские папо-
ротники (Danaeopsis) и саговники (Dre-
panozamites). Таким образом для всей
территории Азии, от Урала до океана,
доказаны несколько иные свойства
триасовой системы, чем предполагалось
для Европы, именно более пышное раз-
витие растительности и значительное
угленакопление, особенно проявившееся
на Урале и на Дальнем Востоке.
Имея эту переходную стадию развития
растительности между пермским и триа-
совым периодами, мы, возможно, легче
здесь сумеем уловить тот переход, ко-
торый в Европе так замаскирован
верхнепермской трансгрессией и ксеро-
термизацией верхней перми и триаса.
Громадные успехи за это время до-
стигнуты в области изучения ископае-
мой флоры юрского периода и примене-
ния этих результатов к стратиграфии
отложений, имеющих особое значение
в отношении угленосности в Средней
Азии, в Сибири и на Дальнем Востоке.
По существу, до 1917 г. континенталь-
ный юрский комплекс Азии с ошибочно
включенными в него меловыми и триасо-
выми образованиями представлял одно
неясное целое или, вернее, запутанный
сложный комплекс, маскируемый назва-
нием «средней юры» или ангарской свиты
(по Зюссу). Состояние знаний по этой
флоре и характеризуемым ею отложе-
ниям изображено в обзоре Криштофовича
«Ангарская свита» (1933), но после ее
выхода в свет скопился новый ряд ма-
териалов, значительно пополняющих
картину. Резкая смена режимов моря
и суши у берегов Тихого океана, пере-
слаивание морских горизонтов с фауной
пластами с остатками растений дали
возможность именно в наших пределах,
на Дальнем Востоке, наметить стан-
дарт последовательности развития этих
флор на Азиатском материке. На осно-
вании находок характерных триасовых
растений более древние слои мезозоя
ДВК были отделены от юры под назва-
нием монгугайской свиты (частью, может
быть, переходящей в лайас). Более верх-
ние толщи Уссури, Амурского бассейна
дали флору, которая может быть названа
типично-юрской, времени средней—верх-
ней юры Дальнего Востока, заключая
остатки многочисленных папоротников,
саговников, гинкговых и немногих хвой-
ных, причем она характерно отличалась
от внутренне-сибирской юрской флоры,
в которой отсутствие или бедность сагов-
никами так бросается в глаза. Распро-
странение этой флоры в ее верхнеюрской
фазе, может быть переходной к меловой
системе, обнаружено и далее на севера
№ 10
Двадцать лет советской палеоботаники
157
восток, в бассейне Колымы. Равным об-
разом и на юге Приморья мы установили
непосредственный переход слоев с юр-
ской флорой в нижнемеловые или так
наз. вельд, признаком которого служит
уже появление папоротника Weichselia
и даже покрытосеменного Aralia lucifera
(Сучан). Забайкалье дало также ряд
моментов для развития юрской флоры,
пока, впрочем, неточно увязанных, до
нижнего мела, далее же, на запад от
Байкала до Кузнецкого бассейна, вскры-
та обширная область распространения
крайне однообразной флоры «сибирской
провинции» — из папоротников, гинк-
говых, при отсутствии или бедности саго-
говниковых (кроме Podozamites пробле-
матического положения), и немногих
хвощей. Громадные материалы по юрской
флоре были собраны по течению р. Бу-
рей, характеризуя здесь громадные
(миллиарды тонн) запасы угля. На край-
нем северо-востоке, на побережье Ледо-
витого океана находки ископаемых расте-
ний дали возможность установить мезо-
зойский возраст пород, принимавшихся
за палеозойские. Значительные успехи
были сделаны и в отношении изучения
ископаемой юрской, флоры Средней Азии
(В. Д. Принада, А. И. Турутанова,
М. И. Брик). Помимо находок отдельных
интересных форм и флор в тех частях
страны, откуда мы до сих пор ничего
не знали (напр. Памир, экспедиция
Н. П. Горбунова), тщательное изучение
юрской флоры позволило установить
развитие нескольких фаз, характеризую-
щихся своеобразной флорой. Так, в Юж-
ной Фергане над нижнетриасовой сви-
той с Pleuromeia oculina, мадыгенской,
залегает камышбашинская свита с Schi-
zoneura ferganensis (фиг.7), представляю-
щая верхний триас. Более молодыми
являются нижняя шурабская свита
с Dipteridaceae и Neocalamites и верхняя
шурабская с Ferganiella и Coniopteris,
соответствующие времени от лайаса
до доггера. Ряд свит в других частях
Средней Азии оказались аналогичными
толщам Шураба; отчасти более моло-
дыми являются отложения Каратау
с флорой толщи рыбных сланцев, охва-
тывающей верхние отделы юры и хара-
ктеризующейся многочисленными хвой-
ными. В то время как эта верхняя, так
Фиг. 7. Schizoneura ferganensis Krysht.
Отпечаток солистия. Верхний триас.
Фергана. Камыш-баши. 3 : 4.
и древние флоры Средней Азии сильно
отличаются от сибирских флор, средне-
юрские флоры обнаруживают большое
сходство с сибирской флорой, кроме
большего участия саговниковых. Далее
к западу интересно отметить нахождение
среднеюрской флоры у Оренбурга, лайа-
совой флоры у Орска. На Кавказе
находка лайасовой флоры в толще слан-
цев Главного хребта позволила уста-
новить их геологический возраст, долго
бывший предметом дискуссий. Кроме
того, там же были значительно обога-
щены данные по юрской флоре страны
вообще, причем А. С. Моисеевым были
описаны растительные юрские остатки
и из Крыма, ранее почти неизвестные.
В материковой части страны интересны
юрские растения из Самарской Луки
(В. Д. Принада).
158
Природа
1937
Фиг. 8. Aralia kolymensis Krysht.
Отпечаток верхней части листа.
Древнейшее покрытосеменное рас-
тение Азии. Меловые отложения
бассейна Колымы.
Фиг. 9. Macclintockia trinervis Heer.
Нижний эоцен или верхний мел.
Р. Лозьва. Сев. Урал. X 2.
Но как ни многочисленны и важны
достижения в области изучения юрской
флоры страны, еще более значительны
полученные данные в отношении распро-
странения в Союзе меловой флоры, ока-
завшей большую пользу при построении
стратиграфии континентальных толщ
Азии, обнаруживающих богатую угле-
носность, особенно на востоке.
Меловые флоры до 1917 г. были у нас
почти неизвестны: из нижнего мела
немногочисленные остатки ранее были
описаны еще в 1871 г. Траутшольдом
из окрестностей г. Клина; в 1914 г.
А. Криштофович описал первую покры-
тосеменную ценоманскую флору с Юж-
ного Урала. Впрочем, иногда упомина-
лись, часто неверно, отдельные расти-
тельные остатки, но без всякой связи.
Основной толчок был дан открытием, что
значительная часть флор, известных на
Сахалине со времени работ Шмидта,
является верхнемеловой, с обильным
содержанием двусеменодольных расте-
ний (А. Криштофович). Это переменило
вообще наши точки зрения на структуру
всего острова. Дальнейшим шагом было
выяснение верхнемелового, лярамий-
ского, возраста цагаянской толщи на
р. Амуре, также с многочисленными
остатками широколиственных деревьев
(А. Криштофович). Затем к числу мело-
вых флор были отнесены и давно извест-
ная, как миоценовая, чулымская флора,
и одна из флор Казахстана (Эспе-сай),
описанная ранее как миоценовая. Далее
следовал целый ряд новых находок.
Прежде всего у Владивостока в со-
ставе мезозойской никанской толщи была
выделена ее верхняя часть, как мело-
вые отложения, на основании находок
папоротника Weichselia, появляющегося
не ранее нижнего мела. Там же были об-
наружены покрытосеменные Pandano-
phyllum и Aralia, говорящие о возрасте
не моложе вельда, причем эти покрыто-
семенные являются, вероятно, древней-
шими в Азии. На Дальнем Востоке
в районе рудника Тютихэ (комбинат
«Сихали») была установлена и более
новая меловая флора, а затем в бассейне
Колымы (фиг.8), на побережье Камчатки,
в бухте Угольной в Коряцком хребте,
в Анадырском крае, были обнаружены
богатейшие скопления верхнемеловых
растений, пролившие совершенно новый
свет на геологическую историю этих
частей суши. Верхнемеловые растения
позволили установить развитие соответ-
ственных отложений и вдоль восточного
склона Урала, в частности определяя
возраст тамошних бокситов и огне-
упорных глин. И. В. Палибиным была
описана прекрасно сохранившаяся ме-
ловая флора из Закавказья, А. В. Ярмо-
ленко изучил богатую меловую флору
№ 10
Двадцать лет советской палеоботаники
159
Кизилджара, открытую Е. П. Корови-
ным. Остатки меловых растений были
обнаружены в старых коллекциях из
таких районов, откуда они ранее лишь
вскользь упоминались в литературе: из
мела Инкермана в Крыму (Г. Ф. Вебер)
и из-под Канева на Днепре (Н. В. Пиме-
нова). Очень интересные результаты дало
и изучение флоры с р. Лозьвы, с Север-
ного Урала. Она считалась миоценовой
или олигоценовой. Оказалось, что она
не моложе эоцена, а вернее — принад-
лежит той арктической флоре, которая
уже имела третичный облик в конце
мелового периода. Особенно интересны
в ней остатки Macclintockia trinervis
(фиг. 9), известные еще только из Грен-
ландии.
Выяснение облика и состава меловых
флор Европейской и Азиатской частей
Союза дало возможность А. Криштофо-
вичу выдвинуть мысль о заложении
основных элементов умеренной третич-
ной флоры еще в эпоху верхнего мела
в северовосточной Азии и в Арктике,
в то время как вечнозеленая тропиче-
ская флора получила свое начало от
меловой флоры,.распространенной в теп-
лом и жарком поясах.
Весьма много новых и притом часто
принципиально интересных данных было
получено в Союзе и относительно тре-
тичной флоры, причем ее местонахожде-
ния густой сетью покрыли многие про-
странства страны, откуда ранее не было
известно никаких ее признаков. Начиная
с древнейшей третичной флоры, мы мо-
жем отметить чрезвычайно любопытный
факт обнаружения своеобразных плодов
Oxycarpia bifariaffiwr. 10 и 11), указываю-
щих на палеоценовый возраст слоев
у Челябинска. Ранее они были известны
во всем мире только из отложений гор
Уши у г. Камышина. Прекрасно сохра-
нившаяся палеоценовая флора была от-
крыта А. А. Петренком и Г. И. Водоре-
зовым в Мугоджарах. Весьма возможно,
что часть растительных остатков, обна-
руженных Б. Н. Елисеевым в Анадыр-
ском крае, принадлежит также палео-
цену (эквивалент Форт-Юнион Америки),
хотя и имея аркто-третичный облик
(«тургайская флора»), куда, возможно,
относится и новооткрытая флора Кума-
ринского Цагаяна ня Амуре, более мо-
Фиг. 10 и 11. Oxycarpia bifaria Trautsch.
Слепок плода неизвестного растения, най-
денного всего в двух местах земного шара:
в горе Уши, у Камышина (фиг. 10), и у
оз. Смолино, у Челябинска (фиг. 11).
лодая, чем верхнемеловая флора Цагаяна
на р. Бурее. В области изучения
вечнозеленых палеогеновых флор чрез-
вычайную важность имеет открытие пре-
красно сохранившейся среднеэоценовой
флоры восточного склона Урала, в Тана-
ныкском районе (Л. А. Яншин). Пальма
Sabal, Sequoia Couttsiae, Andromeda pro-
togaea, Cinnamomum представляют легко
различимую часть этого пышного ком-
плекса, вероятно, вполне тождественного
с флорой, процветавшей в эоцене и на-
чале олигоцена на Украине и в черно-
земной области. Этой находкой полоса
«полтавских» вечнозеленых флор, вытя-
нувшаяся от берегов Атлантического
океана (Лондонский и Парижский бас-
сейны), ранее замиравшая на берегах
Волги, теперь дотянута до восточного'
склона Урала. Некоторые ее признаки
найдены и далее в Казахстане (оз. Се-
леты), хотя этот район является ареной
развития уже более умеренного, хотя
возможно и одновременного, комплекса—
«тургайского». Несколько дополнений
по эоценовой флоре было дано для Укра-
ины А. Криштофовичем, Я. Ф. Лепчен-
ком, Н. В. Пименовой и др. Были най-
дены орехи мангрововой пальмы Nipa
Burtinii, такого же папоротника Chry-
sodium; собран и описан богатый мате-
риал по вечнозеленой флоре Волыни
из ряда местонахождений ранее неизвест-
ных, причем наиболее исчерпывающая
работа проделана Н. В. Пименовой.
Эти работы ясно' доказали полное сход-
ство палеогеновой флоры Европы с за-
падноевропейской, в противоположность
160
Природа
1937
Фиг. 12. Trapa borealis
Heer. Северный чилим.
Третичная система.
Верхнедуйская свита.
Сахалин.
флорам Азии. В Азии для познания
древних третичных флор было сделано
также не мало, но даже самые древние
горизонты третичной системы, здесь со-
вершенно не укладывающиеся в евро-
пейские рамки общегеологической шкалы
(а скорее подходящие к североамери-
канским стандартам), тут дают почти
исключительно представителей флоры
умеренного типа. Описаны были нижне-
дуйская флора (А. Криштофович), флоры
пунктов побережья Японского моря
(Посьет, Амагу, Синий Утес и пр.),
причем было палеоботаническим путем
Фиг. 13. Zelkova Ungeri Kov. Дзелква Унгера.
Третичная система. Сарматский ярус.
Ст. Амвросиевка, Донецкий бассейн. 2 :3.
установлено существование на Саха-
лине двух третичных угленосных свит
и выделено значение Trapa borealis
(фиг. 12), как показателя верхнедуй-
ского возраста.
Далее к западу остатки третичных
растений были описаны с оз. Байкала
(А. Криштофович, И. В. Палибин),
из-под Томска (В. А. Хахлов), с р. Ир-
тыша (А. Криштофович). Замечательная
по богатству и сохранности флора была
собрана у оз. Зайсана рядом исследова-
телей, в том числе М. Ф. Нейбург.
Нельзя обойти молчанием и большие
достижения по изучению третичной
флоры Кавказа,где К. Н. Паффенгольцем
были открыты пальмы Sabal (олигоцен
Дарры-дага), а И. В. Палибин в ряде
работ описал ископаемые флоры раз-
личного возраста от сарматских до ак-
чагыльских, дав стройное описание исто-
рии развития флоры стран, окружающих
Каспий. Особый интерес имеет бога-
тейшая флора Годерского перевала
в Грузии, также с пальмами и многими
другими растениями, теперь на Кавказе
вымершими, открытая Виноградовым-
Никитиным и изучаемая И. В. Палиби-
ным. Из этих флор особый интерес пред-
ел авляет еще одна флора Туркмении —
флора оз. Ер-ойлан-дуз, представляю-
щая собрание странных ксерофитных
вечнозеленых растений, нигде не пред-
ставленных в таком чистом виде (Ьгу-
andra Schrankii — Palibinia, Rhus и др.).
При условии, что ксерофитные флоры
крайне редко сохраняются в ископаемом
состоянии, эта находка представляет
особый интерес, как отражающая ран-
нюю фазу ксеротермического климата.
Некоторое внимание уделялось и луч-
шей из наших миоценовых флор Союза —
флоре Александровки, на р. Крынке,
и ст. Амвросиевки, где представлено
более сотни видов растительности леса
тепло-умеренного климата, лишенного
пальм, но хранящего еще Smilax, вино-
град, Zelkova (фиг. 13), Eucommia, Fir-
miana, Ailanthus, и многие эпигоны
уже угасающей третичной флоры, на
ряду с которыми живут виды, весьма
близкие некоторым современным видам
умеренного пояса, как бук (Fagus orien-
talis, фиг. 14), каштан (Castanea ata-
via, фиг. 15) и сарматский боярышник
№ 10
Двадцать лет советской палеоботаники
161
Фиг. 14. Fagus orientalis Lipsky. Вос-
точный бук. var. fossilis. Третичная
система. Сарматский ярус. Ст. Ам-
вросиевка, Донецкий бассейн. 2 : 3.
Фиг. 15. Castanea atavia Ung. Перво-
бытный каштан. Третичная система.
Сарматский ярус. Ст. Амвросиевка,
Донецкий бассейн. 2 : 3.
(Crataegus sarmatica, фиг. 16). Однако
в настоящий момент особенный интерес
представляет находка прекрасно сохра-
нившейся ископаемой флоры западного
Приуралья — именно района Стерлита-
мака, чем мы обязаны уфимской группе
геологов: Н. Д. Герасимову, А. П. Тя-
жевой, В. А. Вахрушеву, А. И. Водя-
никову. Здесь, в глинах оврага у д. Сид-
тик-муллиной, великолепно сохрани-
лись отпечатки листьев бука, кленов,
граба, Comptonia, даже вечнозеленого
дуба Quercus neriifolia. и ныне вымер-
шей в Европе Myrsine. Этот комплекс,
совмещая в себе признаки олигоцено-
вой тургайской флоры Приаралья и мио-
ценовой (сарматской) флоры берегов
Азовского моря, дает нам очень ценные
указания стратиграфического порядка.
Ясно, что эта флора, развиваясь на
север от берегов Азовского моря, не
может быть того же сарматского воз-
раста, будучи притом здесь даже не-
сколько богаче вечнозелеными, которыми
флора Крынки еще более бедна. Большое
ее сходство с тургайской флорой при не-
сколько менее архаическом облике ста-
вит ее в зависимость и от последней
флоры, определяя ее возраст как мио-
ценовый, вероятно средиземноморский.
Общие представления о составе и распро-
странении третичных флор в Союзе и на
материках Европы и Азии вообще дали
возможность А. Н. Криштофовичу на-
метить широкую схему развития тре-
тичной флоры на почве меловой, про-
должая рассуждения, изложенные при
Фиг. 16. Crataegus sarmatica Krysht.
& Baik. Боярышник сарматский.
Третичная система. Сарматский
ярус. Ст. Амвросиевка, Донецкий
бассейн. 2 : 3.
Природа № 10
11
162
Природа
1937
Фиг. 17. Флористические области Евразии в начале третичного периода.Тургайская
область умеренной флоры и полтавская область тропической флоры.
характеристике успехов по изучению
флоры мелового возраста. Именно, в то
время как в южных широтах (в их рас-
положении по схеме реконструкции ма-
териков Вегенера) вырабатывался вечно-
зеленый комплекс «полтавской флоры»,
так характерный у нас от Урала и до
Волыни и далее, в умеренных областях
на почве цагаянской меловой флоры
возник пояс умеренной тургайской флоры
(фиг. 17), характеризуемой Sequoia Langs-
dorfii, Comptonia, Liquidambar, который
постепенно охватил всю северную Азию
и затем Европу. Расцветом флоры этого
типа является сарматская флора, из-
вестная на Украине (Крынка, Амвро-
сиевна, Орехов, местами в Нодолии).
Последняя работа Н. В. Пименовой
показала, что уже флора полтавского
века (в собственном смысле слова)
значительно отличалась от древней веч-
нозеленой флоры эоцена и нижнего
олигоцена, но еще не приняла того об-
лика, который свойствен флоре сар-
мата. Весьма значительные успехи были
достигнуты в Союзе и относительно
флоры четвертичного периода, с кото-
рой можно связать и последние этапы
плиоцена — мы укажем только на пре-
красные работы П. А. Никитина, впер-
вые установившего последовательность
развития флоры в то время в Воронеж-
ской области и затем методом изучения
семян исследовавшего ряд флор — в По-
волжье, в центральной части РСФСР
и в Сибири. Еще для этого времени он
устанавливает здесь сохранение Spi-
rematospermum, жившего в Европе
с эоцена, Epipremnum, Decodon, которые
в следующую, последнюю фазу плио-
цена уже исчезают вместе с похолода-
нием. На Кавказе позднетретичная
флора (акчагыл и Ширак) была изучена
И. В. Палибиным, что дало ту картину
растительности, которая создалась
здесь к началу четвертичного периода.
Для этого времени интересна находка
на Иртыше остатка американского ореха
Juglans, а на Амуре эпигонов третич-
ной флоры Ginkgo и Zelkova. В области
изучения четвертичной флоры, кроме
Никитина, особенно выделился В. С.
Доктуровский (ум. 1935); здесь с успе-
хом работал и ряд других лиц. В. Н.
Сукачев дал прекрасный очерк наших
успехов по четвертичной флоре.
Ими и другими исследователями был
особенно успешно применен метод из-
учения пыльцы, при помощи которого
удалось особенно хорошо проследить
в Европейской части Союза историю
болот и развитие лесов в послеледниковое
№ Ю
Двадцать лет советской палеоботаники
163
время, а также дать первые выводы об
обстановке во время отложения лёсса.
Начато изучение диатомовых водоро-
слей.
Место не позволяет коснуться успе-
хов различных отделов палеоботаники
подробнее; можно только отметить, что
анатомия ископаемых древесин осо-
бенно разрабатывалась М. Д. Залес-
ским, а в последнее время А. В. Ярмо-
ленком. М. Д. Залесским же было начато
и развилось в значительную отрасль
изучение компонентов угля — равно
как и спор, находимых в нем (лабо-
ратория петрографии угля в ЦНИГРИ,
С. Н. Наумова в Москве).
За 20 лет наша наука, даже название
которой ранее многим говорило весьма
мало, стала на ноги, вошла в курс пре-
подавания высшей школы и стала нор-
мальным методом всякого геологиче-
ского исследования, на ряду с петро-
графией, палеозоологией и пр.
Значительное количество работ, по-
священных за 20 лет этой науке, совер-
шенно лишает нас возможности дать
хотя бы сокращенный список главней-
ших из них. Мы ограничимся здесь
указанием только дчень немногих ра-
бот, которые или являются особенно
крупными, или сообщают данные осо-
бенно важных новых открытий, или
подводят итоги сделанному в той или
иной области палеоботаники.
Литература
Брик, М. И. Первая находка триасовой
флоры в Средней Азии. Тр. Геол. Инет.
Акад. Наук СССР, т. I, 1936.
До кту ро вс кий, В. С. О межледниковых
флорах СССР. Почвоведение, № 1—2, 1930.
Залесский, М. Д. Палеозойская флора
Ангарской серии. Тр. Геол, ком., вып. 174,
1918.
--- Пермская флора уральских пределов
Ангариды. Тр. Геол, ком., вып. 176, 1927.
Криштофович, А. Н. О меловой флоре
Русского Сахалина. Изв. Геол, ком., 1920,
т. XXXIX.
--- Открытие древнейших покрытосеменных
и эквивалентов потомакских слоев. Изв.
Геол, ком., т. XLIX, 1929.
Криштофович. А. Н. Основные черты
развития третичной флоры Азии. Изв. Гл.
Бот. сада, т. XXIX, 1930.
---- Ангарская свита, байкальский отдел.
Тр. В. Г.-Р. объед., вып. 326, 1933.
---- A final link between the Tertiary floras
of Asia and Europe. New Phytologist, 1935.
---- Курс палеоботаники. 1934.
He йбу p г, М. Ф. К стратиграфии и воз-
расту угленосных отложений Кузнецкого
бассейна. Докл. Акад. Наук СССР, № 14,
1929.
---- Опыт стратиграфического и возрастного
подразделения угленосной серии осадков
Кузнецкого бассейна в Сибири. Изв. Гл.
Геол.-разв. упр., т. I, вып. 5, 1931.
Никитин Н. А. Четвертичные флоры низо-
вого Поволжья. Тр. Ком. изуч. четв. пер.
Акад. Наук, т. III, вып. 1, 1933.
П а л и б и н, И. В. Верхнемеловая флора юго-
востока Закавказья. Изв. Гл. Геол.-разв.
упр., т. XLIV, № 7, 1930.
---- Сарматская флора вост. Грузии. Матер.
ЦНИГРИ. Палеонт. и страт., сб., 1, 1933.
---- Этапы развития флоры Прикаспийских
стран со времени мелового периода. Изд.
Акад. Наук СССР, 1936.
Пименова, Н. В. Флора третинних nicKO-
виюв правобережжя УРСР. Тр. Инет,
геол. Акад. Наук УРСР, т. 12, 1937.
П р и н а д а, В. Д. Материалы к познанию
мезозойской флоры Средн. Азии. Тр. Гл.
Геол.-разв. упр., вып. 122, 1931.
---- Древнемезозойские растения Памира.
Тр. Тадж. компл. эксп., вып. IX, 1934.
Радченко, Г. П. Ископаемая флора Коль-
чугинской свиты. Тр. Геол. инет. Акад. Наук,
т. III, 1933.
Сукачев, В. Н. Основные этапы развития
растительности СССР во время плейстоцена.
Мат. по четв. пер. СССР, INQUA, 1936.
Турутанова, А. И. Юрская флора хребта
Каратау. Тр. Геол. муз. Акад. Наук, т. VI,
1930.
Хахлов.В.А. Верхнедевонская флора с юго-
западного побережья оз. Балхаша. Изв.
Сиб. отд. Геол. Ком., т. II, 1921.
---- Третичная флора Томского округа. Изв.
Зап.-Сиб. Геол.-разв. упр., т. XI, вып. 2,
1931.
Хахлов, В. А., и П. Поллак. Материалы
к изучению ископаемой флоры Прокопьев-
ской свиты в Кузбассе. Тр. Томск. Гос.
унив., т. 88, 1935.
Чиркова, Е. Ф. (Tchirkova, Н.). V6g£taux
houillers inf£rieurs du versant oriental de
1’Oural. Bull. soc. gdol. de France, 5 s6r.,
t. Ill, 1933.
Ярмоленко, А. В. Верхнемеловая флора
северо-западного Каратау. Тр. Ср.-Аз. Гос-
унив., сер. VIII-б, Ботаника, вып. 28,
1935.
И
ИЗ ИСТОРИИ УЧЕНИЯ О НЕРВНОМ
ТОРМОЖЕНИИ
Акад. А. А. УХТОМСКИЙ
I
Исполняющееся двадцатилетие совет-
ской жизни дает повод нашим работни-
кам на разных поприщах вспомнить
пути, пройденные ими за эти годы.
В другом месте (Физиол. журнал СССР)
я делаю обзор пережитого и сделанного
школою славного русского физиолога
Н. Е. Введенского в Ленинградском
университете. Лишь за это двадцатиле-
тие его имя и школа стали приобретать
у нас широкую известность, тогда как
до 1917 г. о нем знали лишь в очень
тесном кругу специалистов, да и среди
специалистов поиски и перспективы его
были оценены очень мало. За это двадца-
тилетие успели выдвинуться и приоб-
рести известность ученики Введенского:
И. С. Беритов в Тбилиси, Н. Я. Перна,
Л. Л. Васильев и М. И. Виноградов
в Ленинграде, Д. С. Воронцов в Киеве,
Н. П. Резвяков в Иванове и наша
группа непосредственных преемников
работы-Н. Е. Введенского в Ленинград-
ском университете. Работа и живое
слово научных сыновей и внуков Н. Е.
Введенского сделали его имя несравненно
более известным, чем это было при
жизни нашего ученого, который, со
своей стороны, делал как будто нарочно
все, от него зависящее, для того чтобы
остаться незаметным в тишине лабора-
тории, вдали от всякой популярности.
В настоящем очерке я коснусь лишь
одной концепции из тех, что возделы-
вались в свое время Н. Е. Введенским,
затем его школою. Зато это — одна
из центральных концепций школы Вве-
денского, и из нее, я надеюсь, будут
видны те особые и характерные методо-
логические черты понимания физиоло-
гических фактов, которые могли казаться
чуждыми и неприемлемыми для одних
и, в то же время, исключительно поучи-
тельными для других, в частности для
марксистски мыслящих натуралистов.
Я имею в виду явления нервного тормо-
жения и концепцию этих явлений, раз-
витую Введенским и его школой.
Очень давно, в восьмидесятых годах
прошлого столетия, молодой Введен-
ский, пользуясь простою телефониче-
скою методикою, мог различить сле-
дующие удивительные факты. С одной
стороны, нервный проводник не уто-
мляется в течение многих часов непре-
рывно поддерживаемого проведения по-
следовательных частых волн возбужде-
ния; с другой стороны, чрезмерно близ-
кое сопоставление во времени немногих
отдельных импульсов в нерве ведет
их к погашению; поскольку дело не
в утомлении, перед нами специальный
случай снятия с очереди одного возбу-
ждения другим возбуждением, который
можно представить себе по типу накла-
дывания друг на друга последователь-
ных волн возбуждения электротониче-
скими фазами противоположного знака.
Это совершенно не зависящее от уто-
мления погаше’ние импульсов импуль-
сами в нервном проводнике, подобное
интерференции, подводит нас ближе
всего к механизму нервного торможения
с его срочностью, требующейся при
обработке нервных актов центрами выс-
шего животного. Совсем кратко меха-
низм этот можно было бы изложить так:
пока нервный путь занят проведением
очередных волн возбуждения, он не
может быть употреблен для принятия
и пропуска следующего нервного им-
пульса и оказывается фактически затор-
моженным для последнего. Перегон от
Бологова на Москву оказывается фак-
тически заторможенным для поездов,
идущих с Рыбинска, пока пути на нем
заняты пропуском составов из Ленин-
града. Впрочем, от простой «интерфе-
№ 10
Из истории учения о нервном торможении
165
ренции» процесс этот отличается тем,
что дело не сводится к раз навсегда
одинаковому и постоянному для данного
физиологического субстрата периоду
отдельных возбуждений, который на
все время своего протекания делает путь
неэксплоатируемым для других импуль-
сов. Можно заметить, что очередной
импульс, найдя путь занятым и непро-
ходимым для себя, не остается, однако,
бесследным для занятого пути, но оста-
вляет здесь свое влияние в виде более
продолжительного закрытия пропуск-
ной способности для следующих таких же
импульсов. Введенский еще в 1886 г.
считал нужным признать, что один един-
ственный импульс способен создать ин-
тервал невозбудимое™ для целого ряда
последующих за ним. Отсюда вывод:
если неспособность пропустить очеред-
ной импульс происходит от того, что
путь занят возбуждением определенной
длительности периода, то эта длитель-
ность периода возбуждения (или про-
должительность отдельного возбужде-
ния) не есть величина строго постоян-
ная для данного пути, но может значи-
тельно затягиваться под действием
дополнительных импульсов. Затягивание
длины периода или, чтб то же, продол-
жительности возбуждения на месте, ведет
к тому, что путь оказывается длительно
занятым активным состоянием и более
или менее заторможенным для следую-
щих импульсов. Из предыдущего откры-
вается, что путь, занятый возбуждением,
не является вполне невпечатлительным
к импульсам и неспособным принять их
влияние (строго рефрактерным). Как
видно, он их принимает и реагирует
на них, но реагирует лишь затягиванием
периода текущего возбуждения на пути,
т. е. затягиванием того интервала,
в течение которого путь окажется непро-
возоспособным для дальнейших импуль-
сов. В данном случае импульсы, встре-
тив на своем пути участок длительного
возбуждения и, со своей стороны, обна-
руживая способность углубить и затя-
нуть это состояние длительного воз-
буждения, оказываются в положении
активных тормозителей пути и для себя
самих, и для следующих за собою,
пока какой-либо дополнительный фак-
тор не ускорит течение возбуждения,
а тем самым и пропускную способность
заторможенного участка.
Пусть читатель извинит меня, если
еще раз я воспользуюсь образом из
области железнодорожных сообщений,
чтобы сделать более наглядною преды-
дущую схему. Представим себе, что
поезда с Рыбинска, не пропускаемые
на Москву вследствие прохождения ле-
нинградских составов, со своей стороны
оказываются способными повлиять на
прохождение ленинградских составов
в смысле его замедления. Тогда, оче-
видно, поезда, идущие с Рыбинска,
будут не только заторможены на Боло-
товском узле, но будут еще и активно
тормозить путь через Бологое для сле-
дующих за собою. Реактивное затяги-
вание деятельного состояния на пути
с превращениями его в местный процесс
и дало повод Н. Е. Введенскому развить
учение о парабиотическом состоянии,
стоящем на переходах от нормального
возбуждения высокоорганизованной тка-
ни с кратким периодом действия к альте-
рациям и обмиранию ткани все более
и более затяжного характера.
В свое время еще Н. Е. Введенский
бросил мысль, что в филогенезе органи-
зующаяся ткань отправляется от мест-
ных периодов возбуждения с тем, чтобы
переходить затем ко все более и более
лабильным механизмам с возрастающей
способностью к краткой и срочной
сигнализации. В зависимости от степени
лабильности пути, т. е. от скорости про-
пускания отдельного периода возбужде-
ния в нем, он будет, при прочих равных
условиях, служить местом трансфор-
мации и торможения, или свободного
прохождения для очередных нервных
импульсов.
Говоря по существу, мы, ученики
Введенского, каждый по своему занима-
лись разработкою отдельных участков
того экспериментального поля, которое
было намечено и отчасти вспахано учи-
телем и которое только-что описано
в самых общих чертах, так сказать,
с птичьего полета. И. С. Беритов стяжал
себе имя в особенности гальванометри-
ческим изучением «интерференции» нерв-
ных импульсов в центральных путях,
от которой отправлялся Введенский
в своих исканиях на основании телефо-
166
Природа
1937
нических данных. Л. Л. Васильев и
М. И. Виноградов, вслед за Н. Я. Перна,
углубленно изучали особенности тормо-
жения под действием ан- икатэлектрона
в отдельности. Д. С. Воронцов дал
детальные исследования ан- и катэлек-
тротонического действия отдельных
волн возбуждения друг на друга при
формировании рефрактерного состояния
и торможения в нервном проводнике.
И. А. Ветюков и Н. П. Резвяков раз-
рабатывали парабиотическое состояние
с его дальнедействиями вдоль по нерв-
ному проводнику, сказывающимися
в сдвигах лабильности последнего по по-
воду установки дальнего очага возбу-
ждения. Наконец, я обратил внимание
в особенности на изучение параметра
лабильности, а также на процессы дли-
тельной подготовки и накапливания
активного состояния и нервных актов
в организме, причем текущие импульсы
подкрепляют и ускоряют подготовлен-
ные перед тем акты возбуждения
в одних случаях, и акты торможения
в других.
Каждый из нас возделывал в особен-
ности тот или иной участок на поле,
намеченном Н. Е. Введенским. Каждому
из нас представлялось в свое время,
что он успел отделить себе свой, совсем
самостоятельный кусок и, отправляясь
от него, уйти более или менее далеко
от дела Н. Е. Введенского. Почти все
мы более или менее переживали период
негативизма по отношению к заданиям
и образу мысли учителя. И почти всем
нам приходилось потом возвращаться
к сознанию, что возделываем мы все-
таки, каждый по-своему, то поле и те
посевы, которые были заданы нам учи-
телем, пока мы были в его лаборатории.
Увязку и синтез нашим исканиям мы
находили все-таки в исходных эскизах
и проектах Н. Е. Введенского, которые
оказываются достаточно прочными и
основательными, чтобы не раздробиться
от наших усилий итти врозь. Эта проч-
ность исходных эскизов и проектов
происходила оттого, что за ними кроется
непререкаемая реальность, счастливо
уловленная еще юношескою мыслью
Введенского и требующая все новых
разработок в деталях. Научная правда,
как и художественное постижение вещей,
схватывается в целом очерке с тем,
чтобы затем подвергнуться разработкам
в отдельных участках и деталях. Даро-
вание и счастье ученого и художника
мы оцениваем потом, когда после разра-
ботки деталей убеждаемся, насколько
первоначальный эскиз проникновенно
схватывал основные черты действитель-
ности.
II
Изложенная выше концепция физио-
логического торможения видит в нем
по существу трансформацию процесса
возбуждения, качественное преобразо-
вание возбуждения в зависимости
от количественных изменений в усло-
виях его протекания в действующем
субстрате. Глубокая проницательность
Н. Е. Введенского сказалась, между
прочим, в том, что он требовал ради-
кального различения, с одной стороны,
«интервала невозбудимости» или «реф-
рактерной фазы» ткани, с другой сто-
роны — нутритивного периода или пе-
риода метаболической реставрации ткани
после деятельного мгновения в ней.
Есть теории и концепции, широко рас-
пространенные и очень популярные,
являющиеся привлекательными только
потому, что они сверх ожидания просты.
Такая удивляющая нас чрезмерной про-
стотой схема держится затем навязчиво
нашею мыслью, хотя мы впоследствии
и чувствуем ее малую основательность.
К таким положениям принадлежит натур-
философская схема, изложенная в гер-
манском журнале «Лотос» в восьми-
десятых годах прошлого столетия извест-
ным Эвальдом Герингом, согласно кото-
рой жизнедеятельность ткани сводится
на принципиальную периодику непре-
станно сменяющих друг друга противу-
положных процессов работы (расхода)
и питания (реставрации), причем именно
потому, что в ткани только-что имела
место работа (возбуждение, диссими-
ляция, расход вещества), тотчас насту-
пает приступ противуположного состоя-
ния, т. е. питания, во время которого,
предполагается, ткань занята реставра-
циями и потому не склонна работать
(рефрактерная фаза, ассимиляторный
приход). Старая и естественная идея
Клод Бернара о т^м, что жизнь опирается
№ 10
Из истории учения о нервном торможении
167
на баланс диссимиляторного расхода
и ассимиляторного прихода, получила
у Э. Геринга, на первый взгляд, раз-
витие и уточнение, в действительности же
новую и уже вполне гипотетическую
редакцию, по которой выходит, что
диссимиляция и ассимиляция обяза-
тельно альтернированы во времени, не-
пременно исключают друг друга, так
что, если тотчас за периодом возбу-
ждения возникает период ассимиляции,
то тем самым предрешается и невозмож-
ность в этот момент нового возбуждения,
т. е. рефрактерность и торможение.
Отсюда прямой путь к нутритивной
теории рефрактерной фазы по Фер-
ворну и к «биомеханическому закону»
Рихарда Авенариуса. Философски на-
строенным натуралистам очень импони-
ровали эти схемы, обещая неожиданно
простое объяснение (на бумаге) пере-
ходов в организме от одной противупо-
ложности к другой в духе Гегелевых
обязательных переходов от одной анти-
номии к сообусловленной с нею другой
антиномии. Я думаю, что не преуве-
личу, когда скажу, что Н. Е. Введен-
ский органически ненавидел теорию
Э. Геринга, считая, что она только запу-
тывает вопросы иллюзией их разре-
шения; ненавидел тем более, когда заме-
чал, что молодежи она импонирует.
Со своей стороны, я подчеркивал
много раз, что требования обязатель-
ного альтернирования работы и питания
ни на чем не основаны: работа тем
самым, что она поднимает в субстрате
метаболическую активность, одновре-
менно ускоряет и синтезы, и строитель-
ные проие;сы в ткани и, вследствие
этого, способна, начавшись, углубляться
и возрастать на месте протекания. Нет
ничего рокового в том, чтобы работа
сменялась в субстрате непременно нера-
ботоспособностью, а, с другой стороны,
рефрактерная фаза и торможение не
имеют ничего общего с неработоспособ-
ностью субстрата, будучи результатом
встречи и взаимодействия полноценных
импульсов возбуждения.
В настоящее время мы знаем с отчет-
ливостью, во-первых, то, что периодика
возбуждения, как токов действия, имеет
совсем другую размерность во времени,
чем периодика реставрационного мета-
болизма в том же нерве. Период отдель-
ного тока действия измеряется в сигмах,
период метаболической реставрации
измеряется секундами, они относятся
между собою, примерно, как головка
кометы и ее хвост. Уже поэтому самому
ни о каком альтернировании между
ними не может быть речи. Затем мы
знаем, что в ряде условий (асфиксия,
охлаждение, наркотики) метаболический
хвост может быть угнетен и отсутствует,
тогда как токи действия продолжаются
еще многократными рядами. Метабо-
лический процесс, повидимому, относи-
тельно медленно и растянуто реставри-
рует интимную структуру в проводнике,
которая, впрочем, довольно долго спо-
собна обеспечивать на себе те физико-
химические поляризационные процессы,
которые отвечают отдельным токам
действия. Лабильность, продолжитель-
ность отдельных интервалов возбужде-
ния, их проведение и задержка, все
это касается непосредственно токов дей-
ствия, и лишь отдаленно метаболической
реставрации. Отсюда естественно опять
и опять поднимается требование понять
рефрактерную фазу независимо от мета-
болических хвостов, из взаимодействия
токов действия, скорее всего из элек-
тротонических влияний их друг на
друга (Эббекке, Ганс Шефер и др.).
Что касается метаболического хвоста
в нерве, то он поражает нас прежде
всего огромным количественным несо-
ответствием сопровождающих его тепло-
вых выходов по отношению к тем чрез-
вычайно скромным энергетическим рас-
ходам, который связан с возбуждением
нерва в узком смысле слова, т. е. с про-
теканием отдельного тока действия. По
измерениям лаборатории Хилла оказы-
вается, что свыше 90% теплообразо-
вания в нерве приходится на метаболи-
ческий хвост. Как можно было бы
понять это рядом с чрезвычайной неуто-
мимостью скелетного нерва по прове-
дению нервных сигналов у высших
животных?
Мы полагаем, что понять это возможно
не иначе, как следующим образом. За-
тяжной метаболический процесс в нерве
не составляет непосредственной необходи-
мости для осуществления того тока дей-
ствия, следом которого он является.
168
Природа
1937
Реставрационное значение он имеет
в особенности для долговременной струк-
туры, на которой имеют развиваться
последующие токи действия. Но помимо
простой реставрации структуры, вообще
говоря устойчивой и прочной в нормаль-
ном нерве, дорогостоящий ткани мета-
болизм должен нести на себе какие-то
еще дополнительные функции. Он дол-
жен быть связан с выработкой каких-то
специальных метаболитов. По всей
видимости, это метаболиты, способные
влиять на поляризационную структуру
нерва не просто в смысле восстановле-
ния, но и в смысле более выгодной ее
установки, допускающей более быстрое
протекание и завершение отдельных
токов действия. Иными словами, дело
идет о механизме повышения лабиль-
ности субстрата на ходу и по. поводу
ее работы, — механизме, играющем
столь большую роль в процессах усвое-
ния ритма.
На затяжном метаболическом хвосте
лежит, повидимому, и еще другая важ-
ная функция. То, что теперь физиологи
называют «медиатором» нервного возбу-
ждения, представляет собою не что
иное как метаболический выход воз-
буждающегося нерва и нервного пути.
В нерве эти метаболические выходы
связаны, конечно, с метаболизмом про-
водника, т. е. с метаболическими хво-
стами возбуждений по преимуществу.
В таком случае мы приходим к есте-
ственной мысли, что метаболический
хвост при возбуждении нерва связан
с выработкой метаболитов, которые не
только для самого нерва, но и для эффек-
тора на периферии могут служить по-
средниками более выгодной установки
рабочей структуры, обеспечивающей
более высокую лабильность по отноше-
нию к очередным токам действия. «Ме-
диаторы» в путях высших животных
и в скелетной иннервации не «перено-
сители нервного импульса», но гумо-
ральные подготовители звеньев поово-
дящей цепи к более выгодному воспроиз-
ведению очередных токов действия, т. е.
нервных импульсов в тесном смысле
слова.
У филогенетически более низко орга-
низованных форм (моллюски, ракообраз-
ные), где не удается отделить ток дей-
ствия от метаболического хвоста, медиа-
торы гораздо теснее связаны с токами
действия и являются вместе, и почти
одновременно с ним, как подготовите-
лями эффектора к работе, так и пере-
носителями нервного стимула. В высоко'
организованном скелетном нерве позво-
ночного медиатор играет роль в осо-
бенности гуморального подготовителя,
пути, по которому имеет вслед за этим
пойти нервный импульс в виде токов
действия. Если метаболиты нерва могут
действовать на периферический эффек-
тор в ту же сторону, что и соответствую-
щие токи действия, то это дает нам.
лишний повод вспомнить наблюдения
ряда авторов (Демора и др.), что мета-
болиты деятельного состояния органов,
могут углублять и стимулировать далее
деятельное состояние этих органов.
Я надеюсь, что теперь для нас ясно,
насколько мы далеко ушли от альтер-
нативных схем Э. Геринга и от геге-
лизмов, которые так импонировали
физиологам в конце прошлого столетия,
продолжают подчас импонировать кое-
кому из нас и теперь, вопреки трезвым,
предупреждениям Н. Е. Введенского,
Уоллера, Кремера и ряда других фи-
зиологов.
III
Еще один очень важный момент надо-
отметить в концепции торможения Н. Е.
Введенского. И этот момент является
отвращающим для одних и нарочито-
поучительным для других.
Взгляд на торможение, как на произ-
водный продукт и модификацию возбуж-
дения, ставит исследователя перед сле-
дующей задачей. Всякий раз, как он на-
блюдает торможение процесса возбужде-
ния, который только-что перед тем про-
текал, надо предполагать и искать в орга-
низме возникновения.другого источника
возбуждения, который и будет посы-
лать тормозящие влияния на наблю-
даемый нами процесс. Второе требование
таково: для того чтобы могло иметь место
влияние одних волн возбуждения на дру-
гие волны возбуждения, идущие из дру-
гого источника, нужно, чтобы эти волны
имели где-то общий участок проведения^
где могло бы осуществляться их взаимо-
действие. В обоих направлениях, столь.
№ 10
Из истории учения о нервном торможении
16»
органически требующихся из установок
нашей школы, ученики Н. Е. Введен-
ского вплотную соприкасаются со шко-
лою и проблематикою Шеррингтона, —
в особенности с принципом общего пути
и с проблемою конвергенции в нем,
или тотчас перед ним, возбуждений из
различных источников, например с раз-
личных рецептивных полей.
Я полагаю, что вполне естественно
мы моЖем обозначать те моменты встреч
и взаимодействия волн нервного возбу-
ждения в общих участках, в результате
которых фактически получается тормо-
жение очередных импульсов, как мо-
менты «конфликта возбуждений». И тогда
наиболее краткая характеристика усло-
вий, из которых возникает торможение
по Н. Е. Введенскому, может форму-
лироваться так: нервное торможение
есть результат конфликта возбуждений
в нервных путях. Из столкновения двух
или нескольких возбуждений в путях
мы получаем, в зависимости от интер-
валов, или торможение, или экзаль-
тацию, или одновременно сочетание
одного и другого.
Подобно тому Шеррингтон говорит
о «вступающих в кЬнфликт рефлексах»,
о «столкновении» (clash) при взаимодей-
ствии несогласных рецепций, о «борьбе»
(struggle) рефлексов, о синапсе перед
мотонейроном, как «области коллизии»
(collision field) для образования алге-
браически суммированного эффекта.
Между тем приходится иногда слышать
авторитетные заявления, что говорить
о конфликте возбуждений в нервном
пути неудобно, или даже «неграмотно».
Ибо в нормальной работе нервной си-
стемы какие же могут быть столкновения,
диссонансы, или борьба? И можно ли
допустить, что нормальная координация
и успешная направленность нервных
актов предполагает столкновение и
противодействие в самом нервном ме-
ханизме?
Здесь сказывается исходная установка
мысли у натуралистов различных напра-
влений. Натуралист, соблюдающий тра-
диции, идущие от Декарта, считает
своей нормальной задачей довести пости-
жение явлений природы, в том числе
и явлений физиологических, до той со-
вершенно прозрачйой и принципиально
чуждой противоречий простоты, кото-
рая дана нам в законах чистого протя-
жения, в геометрии. Здесь не только
нет и не может быть противоречий,
столкновений и конфликтов, но, строго
говоря, нет даже и действия; и после-
довательные картезианцы в свое время
с полным основанием, со своей точки
зрения, считали «неграмотным» ньюто-
нианское допущение интенсивных фак-
торов вроде массы, напряжения, силы
и т. д. Вот такою же неграмотностью
может представиться допущение кон-
фликтов и столкновений в качестве
действующих факторов нервной коор-
динации при всем том, что они есть
в природе и убедительно заставляют
считаться с собою.
У Шеррингтона конфликты и столкно-
вения, в качестве моментов коорди-
нации, в значительной мере сглажены.
Он говорит о них в особенности по
поводу тех более или менее сложных
иннерваций, которые получаются в усло-
виях искусственного раздражения в ла-
боратории. Но он почти не говорит
о них, когда дело идет о гладко иду-
щих натуральных иннервациях. Конку-
ренция двух противоположных по
своему значению и направлению реак-
ций возбуждения на общих путях теоре-
тически превращается у него в смену
двух противоположно действующих на
синапсы химических реагентов. Реси-
прокная иннервация приурочивается
преимущественно к преформированным,
анатомическим антагонистам. Это облег-
чает переход к гипотезе биохимических
антагонизмов на синапсах. Вместо по-
движного физиологического результата
фактической конкуренции во времени
противодействующих актов в зависи-
мости от интервалов их действия со-
здается переход к абстрактной схеме
«алгебраического суммирования» контр-
агентов.
В 1931 г. Шеррингтон исследовал
в пределах мотонейрона результат кон-
фликта центробежного возбуждения со
встречным антидромным возбуждением.
Тормозный результат развивался во вре-
мени по тому же закону, что и тормоз-
ный эффект с синапса под действием ан-
тергетического центрального импульса.
Дело шло о конфликте встречных
170
Природа
1937
возбуждении в самом прямом смысле
слова, и тормозным результат полу-
чался’без «тормозящей жидкости» и без
гипотетических мембранных изменений
на синапсе, а просто в зависимости от
интервалов и сроков встречи двух воз-
буждений. Важно при этом, что интер-
вал тормозного результата типичным
образом оказывался продолжительнее,
чем интервал отдельного возбуждаю-
щего импульса. Как мы видели выше,
.мы должны были этого ожидать.
Для школы Н. Е. Введенского поня-
тие «ресипрокной иннервации» много
шире анатомического, механического
антагонизма. Нам приходится говорить
о физиологическом антагонизме, кото-
рый вполне подвижен и абстрактно не
может быть предсказан по простым ана-
томическим данным. Он определяется
импульсами и сроками взаимодействия
текущих центральных возбуждений, ча-
стью сталкивающихся, частью подкре-
пляющих друг друга.
Иными словами, мы говорим не о пре-
формированных координациях готовых
рефлекторных дуг, но о координациях,
делающихся и складывающихся на ходу
действия. Координация и есть всегда
становящийся, вновь и вновь настраи-
вающийся, но и относительно легко
расстраивающийся процесс, являющийся
функцией интервалов возбуждения
в отдельных компонентах действующего
механизма.
Нормальная роль конфликта возбу-
ждений в координации текущего ре-
флекторного поведения вполне наглядна
в свете сегментальной физиологии нерв-
ной системы. Мы знаем, с одной сто-
роны, множественность текущих пере-
менных рефлекторных позывов в корот-
ких рефлекторных дугах мозгового
ствола в ответ на непосредственные
местные контактные раздражения; с дру-
гой стороны, дальновидные рефлексы
и длительные рефлекторные установки
головных сегментов по рецепциям на
расстоянии. Животному сплошь и рядом
приходится перестраивать и тормозить
начинающиеся в низших сегментах реф-
лекторные акты ближайшего и близо-
рукого значения, подчиняя их, подчас
достаточно болезненно, дальновидным
реакциям головных ганглиев.
Что не безмятежной гармонией, но
величайшим трудом и даже насилием
над собой достаются творческие дела
человеку, напоминанием об этом слу-
жит рабочий образ Бернгарда Риманна
в последние годы его жизни. Я повторю
здесь то, что говорил в другом месте.
Риманн торопился доделать намеченные
работы, закончить неразрешенные во-
просы и сосредоточивал остатки сил
на деле. Какой-нибудь тонкий гигие-
нист, пожалуй, улыбнется, или возне-
годует, услыхав, как в это время рабо-
тал гёттингенский ученый, уставив ноги
в холодную воду, согревая подушкою
голову и спеша записать очередной ход
мысли. Но тут нет, конечно, места ни
для улыбки, ни для советов, как было бы
целесообразнее для великого ученого
расположить свою работу. История су-
дит по плодам. И, судя по плодам, при-
ходится признать, что образцы наиболее
дальнозоркого, а вместе исключительно
гармонического математического твор-
чества смогли рождаться громадным
трудом человека над собою на фоне
выразительной борьбы физиологических
побуждений.
ДОСТИЖЕНИЯ СОВЕТСКОЙ МЕДИЦИНЫ
В ВОПРОСЕ ПЕРЕЛИВАНИЯ КРОВИ
Прив.-доц. Н. И. БЛИНОВ
В течение XVII, XVIII и XIX сто-
летий переливание крови как лечебный
метод развивалось главным образом
в западноевропейских странах. В старой
России впервые переливание крови было
произведено в Петербурге в 1832 г
акушером Вольфом при послеродовом
кровотечении. Операция прошла очень
успешно; в течение последующих десяти
лет Вольф еще произвел четыре транс-
фузии, но с неудачными результатами.
В дальнейшем в России производится
ряд экспериментальных работ по этому
вопросу и появляется серия моногра-
фий (Сутугин, Филомафитский и др.),
но как лечебный метод переливание
крови развивалось крайне слабо. Если
к концу XIX столетия в Западной
Европе переливание крови насчитыва-
лось сотнями случаев, то в России пере-
ливаний крови было произведено всего
около сорока (Вольф, Соколов, Про-
зоров, Сутугин, Алексеевский и др.).
В начале XX в., в связи с введением
в лечебную практику вливания фи-
зиологического раствора, переливание
крови в России не производится. Первое
переливание в XX в. было сделано в Пе-
тербурге певице Вяльцевой, страдавшей
злокачественным малокровием. Пере-
ливание крови производил специально
вызванный для этой цели из Германии
проф. Enderlen.
Период мировой войны характеризо-
вался довольно пышным расцветом пере-
ливания крови в Западной Европе и
Америке в связи с введением в практику
переливания лимоннокислого натрия
как стабилизатора. Добавление лимонно-
кислого натрия предотвращало сверты-
вание крови и давало возможность упро-
стить технику переливания.
В мировую войну в войсках францу-
зов, англичан и германцев переливание
крови производилось целым рядом
хирургов. Особенно широко оно приме-
нялось в американской экспедиционной
армии, где были созданы специальные
отряды, в задачу которых входила орга-
низация всей службы по переливанию
крови в различных частях армии. Эти
отряды определяли групповую при-
надлежность, формировали донорские
кадры, производили переливание крови
и вели всю научно-статистическую
работу.
Если в период мировой войны в Запад-
ной Европе накопился уже достаточный
опыт по переливанию крови, имелось
большое количество наблюдений, гово-
рящих о прекрасном действии этого
метода в деле спасения жизни обескро-
вленных бойцов, то в царской армии
не было произведено ни одного перели-
вания крови.
В Советской России в 1919 г. Шамов
впервые произвел переливание крови
с предварительным определением совме-
стимости крови донора и реципиента
по признаку аглютинации. В 1921 г.
он сообщил уже о трех случаях перели-
вания крови.
В дальнейшем переливание крови на-
чинает развиваться, главным образом,
в трех пунктах нашего Союза: север —
Ленинград; юг — Одесса, Симферополь,
и центр Союза — Москва.
В 1926 г. по инициативе Богданова
в Москве создается Центральный Инсти-
тут гематологии и переливания крови,
который берет в свои руки широкую
плановую организацию переливания
крови по всему Советскому Союзу.
Начиная с 1932 г. по территории Совет-
ского Союза открывается целый ряд
институтов переливания крови, которые
являются филиалами Центрального
Института. В свою очередь каждый орга-
низованный институт создает на своей
периферии сеть своих филиалов. Это дает
172
Природа
1937
возможность в сравнительно короткий
срок всю территорию Союза покрыть
густой сетью пунктов по переливанию
крови. Пункты организовывались и в уда-
ленных участках Союза, что давало воз-
можность внедрить метод переливания
крови в самую гущу населения нашей
страны; этому в значительной степени
способствовало упрощение техники опе-
рации.
Проблема переливания крови начала
разрабатываться со всех сторон в раз-
личных местах нашего Союза. В 1932 г.
на 22 Съезде хирургов она является
программным вопросом Съезда. Серии
экспериментальных и практических
работ дали возможность с конца 1933 г.
устраивать уже специальные конферен-
ции по вопросам переливания крови
(Ленинградская, Белорусская, Москов-
ская, Крымская и др.).
В результате дружной работы совет-
ских ученых, проблема переливания
крови подверглась тщательной про-
работке в нашем Союзе, и наша страна
в разработке данного вопроса ушла зна-
чительно вперед по сравнению с западно-
европейскими и американскими стра-
нами, в чем ученые этих стран должны
были сознаться на Первой Международ-
ной конференции по переливанию крови
в Риме в конце 1935 г.
За сравнительно короткий срок Совет-
ский Союз шагнул так далеко, как не
могла шагнуть ни одна капиталистиче-
ская страна в мире. Причина такого
бурного развития, естественно, лежит
в социалистическом строе нашей страны.
Принципы советского, социалистиче-
ского здравоохранения дали возмож-
ность широко использовать этот дорогой
лечебный метод для спасения жизни
тысяч трудящихся, что совершенно не-
возможно произвести в капиталистиче-
ских странах.
Сталинский лозунг — забота о лю-
дях — глубоко внедрился в донорскую
организацию, которая является основ-
ной базой для переливания крови. Если
в большинстве капиталистических стран
основной контингент доноров — это
безработные, донорство является про-
фессией, доноры образуют свои профес-
сиональные союзы, то у нас в Стране
Советов донорские кадры формируются
только из трудящихся, которые добро-
вольно дают свою кровь, чтобы спасти
жизнь своему товарищу. Забота о сохра-
нении полноценных донорских кадров
заставила отказаться от бесплатного
донорства, которое в первое время кое-
где практиковалось у нас. Инструкция
тщательно оберегает здоровье донора;
брать кровь разрешается у лиц не млад-
ше 18 лет, при условии полного со-
зревания и развития организма, при-
чем количество гемоглобина должно быть
в пределах 70—75 % у женщин и 80—
85% у мужчин, количество красных
кровяных телец 4—4.5 млн. у женщин
и 4.5—5 млн. у мужчин; при низких
показателях брать кровь не разрешается.
Это делается с той целью, чтобы не ане-
мизировать донора, как это иногда на-
блюдается в капиталистических странах.
Взятие крови ограничивается у муж-
чин 350 куб. см, у женщин 300 куб. см,
перед взятием крови донор получает от
лечучреждения завтрак, после взятия
крови учреждение обязано дать обед и
предоставить донору отдых. Категори-
чески запрещается делать венесекцию
донорам, т. е. вскрывать вену при
взятии крови. Предлагается брать кровь
венепункцией, т. е. проколом вены
иглой.
Благодаря постоянной пропаганде
о безвредности донорства и благодаря
постоянной заботе о доноре, в целом
ряде крупных городов удалось создать
мощные донорские кадры (Ленинград,
Москва, Харьков, Минск и др.). В этих
организациях имеются доноры, давав-
шие свою кровь по много раз в течение
б—7 лет существования донорской орга-
низации.
Несколько лет тому назад при форми-
ровании донорских кадров приходи-
лось вести большую разъяснительную
работу о безвредности для организма
дачи небольших количеств крови (300 —
400 куб. см) и в целом ряде мест уда-
валось сформировать донорские кадры
после того, как сам врач, или бли-
жайшие помощники давали свою кровь
для переливания. Подобные примеры
убеждали, что .дача крови является
вполне безвредной. Если несколько лет
назад приходилось таким образом искать
доноров, то сейчцс уже большая масса
№ 10
Достижения советской медицины в вопросе переливания крови
173
трудящихся, убедившись как на соб-
ственном примере, так и на примере
своих товарищей в безвредности дачи
крови, охотно ее дает, создавая по-
стоянный контингент доноров.
Но если НКЗ заботится о доноре,
то он в такой же степени заботится и
о больном, предъявляя определенные
требования к донору. Основной лозунг
донорства—донором может быть только
абсолютно здоровый человек. Во избе-
жание переноса во время переливания
какого-либо заболевания вместе с кровью
донор тщательно обследуется семью
специалистами. Для исключения сифи-
лиса, как правило, донору производится
исследование крови рядом серологиче-
ских реакций, причем исследование
должно быть произведено не ранее, как
за 10—12 дней до переливания крови,
т. е. берется такой срок, при котором,
возможно, наступившее заражение сифи-
лисом не может еще передаться с пере-
литой кровью.
В настоящее время тщательный отбор
доноров гарантирует больного от пере-
носа с кровью какой-либо заразной
болезни. Таким образом достижением
советского здравоохр^ннеия является
создание по всей территории Союза мощ-
ных донорских кадров, которые в любой
момент могут предоставить свою кровь
для спасения жизни гибнущего това-
рища. Наличие постоянных донорских
кадров в значительной степени поднимает
обороноспособность нашей страны.
Одним из крупных тормозов в развитии
переливания крови была техника произ-
водства самой операции.Применявшееся
в первое время наложение анастомоза
между сосудами донора и реципиента
требовало большого хирургического
искусства, и сопровождалось определен-
ной опасностью для здоровья донора,
и потому, естественно, не давало воз-
можности широко внедриться перели-
ванию крови.
Применение различного рода аппара-
тов до некоторой степени упростило
технику переливания крови. Но в на-
чальный период развития этого дела
в нашем Союзе наша промышленность
не могла еще самостоятельно изгота-
вливать аппараты для переливанигя
крови; в первое время приходилось
пользоваться заграничной аппарату-
рой, что, естественно, тормозило у нас
развитие переливания крови. Но уже
с 1925 г. советские специалисты начи-
нают предлагать усовершенствования
и упрощения некоторых заграничных
аппаратов, и у советской промышлен-
ности появляются возможности изго-
тавливать аппараты для переливания
крови. Наиболее распространенным
в первое время на территории нашего
Союза был импортный аппарат Oehle-
cker’a. Этот аппарат состоял из особого
шприца, вместимостью в 50—70 куб. см,
и специального распределительного
крана, который благодаря поворотам
винта соединял шприц то с веной до-
нора, то с веной реципиента. Ориги-
нальный аппарат имел канюли, почему
при переливании*крови необходимо было
производить венесекцию и у донора и
у реципиента. Крамаренко в 1925 г. заме-
нил канюли иглами и производил пере-
ливание крови венепункцией. Брускин
заменил специальный шприц Oehle-
cker’a обыкновенным шприцем Janet. Ряд
советских авторов видоизменили и упро-
стили кран в аппарате Oehlecker’a.
Дорогостоящий импортный аппарат
Веск’а, принцип которого состоял в вы-
давливании крови из резиновой трубки
при помощи трех катящихся один за
другим роликов, был заменен Хрустале-
вым весьма простым приспособлением,
состоящим из резиновой трубки и дере-
вяного валика на ручке. Валик про-
катывался по трубке, расположенной
на деревянной подставке, и перегонял
кровь из вены донора в вену реципиента.
Целый ряд других советских авторов,
учитывая интересы больного, все время
стремился упростить иногда довольно
сложную иностранную аппаратуру,
чтобы приблизить операцию перелива-
ния крови к широкой врачебной массе.
В 1932 г. Ландсберг предложил свой
довольно простой аппарат, состоящий
из обыкновенного двадцатиграммового
шприца, но поршень шприца внутри
имел полую трубку, которая соединя-
лась с веной донора; по этой трубке
кровь поступала в шприц при вытягива-
нии поршня, а при закрытии этой трубки
кровь обычным путем поступала в вену
больного. Медснабтрестом этот аппарат
174
Природа
1937
был изготовлен $оке в массовом мас-
штабе и быстро разошелся по периферии.
Однако большого применения он не
нашел, так же как и ряд других аппара-
тов для непосредственного переливания
крови от донора к реципиенту (Tzanck-
Брайцева, Палкина - Милославского,
Крамаренко и Преображенского и др.),
так как в это время выступил на сцену
метод посредственного переливания све-
жецитратнойи консервированной крови.
Акт переливания крови был разбит
на две части: первый момент — кровь
берется от донора в какой-либо сосуд
со стабилизатором, благодаря чему кровь
не свертывается, и второй момент —
из этого сосуда кровь вливается в вену
реципиента. Посредственный способ
значительно упростил технику перели-
вания крови. Массовое производство
советской промышленностью специаль-
ных игл для переливания крови дало
возможность широко снабдить ими все
учреждения, занимающиеся перелива-
нием крови.
Мысль советских специалистов рабо-
тала все время над упрощением и усо-
вершенствованием техники вливания
крови в вену реципиента. Обычная
воронка, из которой кровь самотеком
поступает в вену реципиента, была заме-
нена Брайцевым и Спасокукоцким сосу-
дом с отверстием на Р/г—2 см выше дна
(тип Мариоттовского сосуда), в котором
кровь во время переливания могла обо-
греваться. В 1930 г. Дубровым было
предложено собирать кровь донора
в стандартную широкогорлую банку,
закрывать ее пробкой с двумя трубками,
из которых одна доходит до дна банки,
а вторая оканчивается у пробки. Перед
переливанием крови банка переверты-
вается, и кровь самотеком по резинке,
соединенной с короткой трубкой, посту-
пает в вену больного. И, наконец,
в 1932 г. Филатов предложил использо-
вать обыкновенную сифонную трубку.
Трубка, предварительно заполненная
кровью, вставляется в сосуд с кровью,
который поднимается кверху; благодаря
разнице давлений в сосуде и вене боль-
ного, кровь самотеком по трубке из со-
суда поступает в вену.
Если в капиталистических странах
техника переливания крови совершен-
ствовалась, главным образом, по линии
создания новых аппаратов, которыми
можно пользоваться лишь в хорошо обо-
рудованных клиниках и которые нередко
усложняли операцию, то у нас, в Совет-
ском Союзе, работники данной области
старались все время упростить технику
операции и упростить ее таким образом,
чтобы это не отразилось на результатах
переливания, но чтобы операция пере-
ливания крови вполне была доступна
не только для крупных клиник, но и для
обычной больницы участкового типа.
И старания советских ученых увен-
чались полным успехом — техника пере-
ливания крови сделалась настолько про-
стой, что в настоящее время ею может
пользоваться врач в любой участковой
больнице. Упрощение техники явилось
большим достижением в деле перелива-
ния крови. Оно позволило широко внед-
рить этот метод в практику участкового
врача и дало возможность создать
густую сеть вполне работоспособных
ячеек по переливанию крови на всей
территории нашего Союза.
Громадную роль в этом деле сыграла
также и консервированная кровь. Вся
проблема переливания консервированной
крови целиком разработана в Советском
Союзе советскими специалистами. Хотя
еще в период империалистической войны
Robertson, использовав опыты Rous-
Turner, производил переливание кон-
сервированных эритроцитов, однако до
1934 г. эта проблема не подвергалась
разработке в капиталистических стра-
нах. Только в 1934 г. вышли работы
Kiguchi в Японии, Tenconi и Palaeo
в Аргентине и Jeannaney и Vieroz
в Бордо, и этим по существу и исчерпы-
ваются работы по консервированной
крови в капиталистических странах.
В Советском Союзе впервые в 1923 г.,
по предложению Еланского, Тимофеев
in vitro изучил консервацию крови.
Первая обстоятельная работа о консер-
вированной крови Беленького появи-
лась в 1930 г., затем вышла работа
Перельмана, касавшаяся биохимии кон-
сервированной крови.
Центральный Институт переливания
крови, учтя колоссальное значение кон-
сервированной крови в экстренной хи-
рургии и в период военных действий,
№ 10
Достижения советской медицины в вопросе переливания крови
175
сам занялся изучением этой проблемы
и предложил заняться этим же всем
своим филиалам. В результате усилен-
ной работы всех учреищений по пере-
ливанию крови проблема консерви-
рованной крови в течение трех-четырех
лет оказались изученной со всех сторон.
За это время был предложен целый ряд
консервационных сред для лучшего
сохранения крови: эквилибрированный
раствор — жидкость И. П. К. (Инсти-
тут переливания крови), глюкозоцитрат-
ный раствор, цитратно-физиологический;
Баринштейн предложил, как среду для
консервирования — воду Черного моря.
Клинические наблюдения последнего
времени привели к выводу, что лучше
всего консервировать кровь с чистым
раствором лимоннокислого натрия.
Ленинградский Институт использовал
предложение Lewisohn’a и начал кон-
сервировать кровь с 30% раствором
лимоннокислого натрия, добавляя к
100 куб. см крови 2 куб. см этого рас-
твора; при этом способе консервации
кровь очень мало разбавляется инород-
ной жидкостью и вводится в организм
почти цельной. Большое количество
биохимических исследований выявило,
что по мере увеличения срока хра-
нения консервированной крови ее био-
логическая ценность падает. Однако
клинические наблюдения показали, что
консервированная кровь дает такой же
заместительный эффект, как и свеже-
цитратная, т. е. для переливания кон-
сервированная кровь является вполне
пригодной, а благодаря легкости ее хра-
нения и доставки она приобрела колос-
сальное значение в экстренной хирургии.
В дальнейшем Центральным Институ-
том была разработана проблема транс-
порта консервированной крови. Произ-
веденные опыты показали, что кон-
сервированная кровь выдерживает
любой вид транспорта. Для перевозки
в зимнее время сконструированы спе-
циальные ящики — термосы. В 1936 г.
Спасокукоцкий сообщал о 130 случаях
переброски консервированной крови на
самолетах. В настоящее время число
это достигло нескольких сотен. Про-
изводились удачные попытки сбрасы-
вать консервированную кровь на па-
рашютах.
На первом Международном конгрессе
в Риме выяснилось, что в вопросах кон-
сервации крови Советскому Союзу при-
надлежит ведущая роль. Изучение кон-
сервированной крови показало, что в ней
в течение 6—8 дней гибнут возбудители
малярии и такая кровь является безопас-
ной для переливания; это разрешает
проблему переливания крови в малярий-
ных местностях, где бывает очень трудно
найти донора, не страдавшего малярией.
Разработка техники консервации дала
возможность получать кровь для пере-
ливания не только от доноров, но
и из целого ряда других источников.
В 1932 г. Спасокукоцкий предложил
использовать кровь, получаемую при
различного рода терапевтических кро-
вопусканиях, где взятие крови от боль-
ного является определенным лечебным
мероприятием. Такие кровопускания
обычно делаются при уремии, эклам-
псии, апоплексии, декомпенсации сердца,
при травмах головы. Если выясняется,,
что у больного, от которого взята кровь,,
нет никаких заразных заболеваний и
сифилиса, то взятая кровь может быть
с успехом перелита в нужном случае.
В 1934 г. Малиновский, Каплан и
Баренбойм предложили использовать
для переливания плацентарную кровь,
т. е. кровь, получающуюся из детского-
места после рождения ребенка. При
рождении ребенка в плаценте всегда
остается некоторое количество полно-
ценной крови, которое может итти для
переливания. В настоящее время совет-
скими специалистами разработан целый
ряд способов получения плацентарной
крови. Все они в основном сводятся
к следующему: когда ребенок родился,
пуповина перевязана и отсечена, то из
нее или шприцем, или канюлей, или
просто самотеком стерильно собирается
кровь в сосуд с прибавленным туда
стабилизатором. Обычно из одной пла-
центы получается 70—100 куб. см крови.
Для переливания такого количества
слишком мало, поэтому перед перели-
ванием смешивается несколько порций
плацентарной крови. Изучение биохи-
мических свойств этой крови и клини-
ческие наблюдения показали, что пла-
центарная кровь вполне может заменить
обычную донорскую, и в настоящее
176
Природа
1937
время переливание плацентарной крови
находит себе широкое применение в целом
ряде городов Советского Союза.
Параллельно с развитием проблемы
консервированной крови разрабатыва-
лась другая большая проблема — пере-
ливание трупной крови. В 1928 г. Шамов
и Костюков произвели ряд удачных
экспериментальных переливаний труп-
ной крови на собаках. В 1930 г. Юдин
и Сакаян сообщили о семи удачных пере-
ливаниях трупной крови людям. В даль-
нейшем этот вопрос начинает со всей
тщательностью разрабатываться глав-
ным образом в Москве, в Институте имени
Склифасовского. Устанавливается мето-
дика получения трупной крови. Кровь
может быть взята от трупа, не имеющего
инфицированных ран, не позже, как че-
рез б часов после смерти. Скундиной
был выявлен факт фибринолиза трупной
крови — трупная кровь или не сверты-
вается вовсе, или, свертываясь, вновь
развертывается и делается жидкой. Это
дало возможность собирать и сохранять
трупную кровь без всяких стабилиза-
торов. Клинические наблюдения пока-
зали, что переливание трупной крови
дает такой же эффект, как и переливание
донорской крови. В настоящее время
такое крупное учреждение, как Инсти-
тут неотложной хирургии имени Скли-
фасовского в Москве, исключительно
обходится трупной кровью. Естественно,
что подобная проблема могла зародиться
и развиваться только в условиях Совет-
ского Союза, где отсутствуют какие-либо
религиозные предрассудки, которые
в капиталистических странах мешают
развиваться данному вопросу. Перели-
вание трупной крови в полном смысле
слова ставит смерть на службу жизни.
Эта проблема исключительно разрабо-
тана советскими учеными и является
большим достижением Советского Союза.
Она создает новые базы получения цен-
ного продукта — крови для спасения
человеческой жизни.
Начиная с 1932 г. рядом советских
учреждений разрабатывается вопрос
о консервации плазмы (Гейнац, Филатов,
Карташевский). Плазма обладает хоро-
шим гемостатическим действием и с успе-
хом может заменять кровь. Наблюдения
показали, что плазма сохраняется зна-
чительно дольше крови, в течение не-
скольких месяцев и даже до года, и
с успехом может рассылаться по назна-
чению. В настоящее время вливание
плазмы начинает широко применяться
при различных кровотечениях (легоч-
ных, маточных, носовых и др.).
В первое время консервация крови
и все переливания производились на
импортном лимоннокислом натрии;
впоследствии советская промышлен-
ность освоила этот препарат, и в настоя-
щее время переливание крови произ-
водится с таким же успехом на отече-
ственном цитрате.
В период отсутствия отечественного
лимоннокислого натрия, чтобы освобо-
диться от импорта, ряд советских лабо-
раторий работал по вопросам синтеза
новых стабилизаторов, а клиники про-
веряли их пригодность для переливания
крови. Брюханенко и Янковским из
Центрального Института переливания
крови была предложена целая серия
синэнтринов, обладавших прекрасным
стабилизирующим действием; клиниче-
ские наблюдения показали полную при-
годность этих стабилизаторов. Дульцин
предложил в качестве стабилизатора —
салициловый натрий, Баженов — лимон-
ный сок, и в последнее время Абрамсо-
ном была предложена сернокислая маг-
незия.
Все предложенные стабилизаторы
сыграли в свое время определенную роль,
но все же не могли вытеснить лимонно-
кислый натрий, который до настоящего
времени является основным стабилиза-
тором при переливании крови и кото-
рый в достаточном количестве вырабаты-
вается в Советском Союзе.
Как известно, переливание крови
вообще начало быстро развиваться лишь
после того, как вначале Ландштейне-
ром, затем Янским и Моссом были
выделены у человека четыре кровяные
группы и было создано учение о группо-
вой дифференциации человечества. Это
учение дало возможность установить,
что тяжелые осложнения, вплоть до
смертельных исходов возникают вслед-
ствие переливания несовместимой крови.
Кровь донора, принадлежащего к дру-
гой группе, оказывается биологически
несовместимой с кровью реципиента.
№ 10
Достижения советской медицины в вопросе переливания крови
177
Поэтому основным условием благоприят-
ного исхода является переливание в пре-
делах одноименных групп крови, т. е.
когда кровь донора биологически совме-
стима с кровью реципиента.
В настоящее время каждому перели-
ванию крови предшествует определение
кровяной группы больного и подбор
ему донора соответствующей группы.
Для определения групповой принадлеж-
ности требуются стандартные сыворотки.
Впервые в нашем Союзе кровяные группы
были выделены в 1921 г. Шамовым и
Еланским в Ленинграде. Полученные
этими авторами данные опубликованы
в 1923 г.; в это же время кровяные группы
были выделены Баринштейном в Одессе
и в лаборатории Кольцова в Москве,
Первое массовое определение групповой
принадлежности с помощью стандартных
сывороток у 1600 человек было про-
изведено в Москве в 1922 г. Авдеевой
и Грыцевич. Из Москвы, Ленинграда
и Одессы полученные стандартные сыво-
ротки быстро разошлись по всей стране,
что дало возможность заняться изуче-
нием групповой принадлежности в раз-
личных местах нашего Союза, и уже
в 1924—1925 гг. появляются работы
Вишневского, Рубашкина, Вагнера, в ко-
торых имелись материалы, охватываю-
щие по несколько сотен исследований
групповой принадлежности в различных
местах на территории*Советского Союза.
В первое время стандартные сыворотки
готовились стерильно из крови заве-
домо определенных доноров, поэтому
обходились очень дорого. Ценную донор-
скую кровь расходовать на изготовление
сывороток казалось нецелесообразным,
поэтому начинаются поиски каких-либо
суррогатов, которые можно было бы
использовать, как сырье. Всякую кровь,
забракованную для переливания, пы-
таются использовать для изготовления
стандартных сывороток. Но это был
лишь случайный материал, и использова-
лась лишь кровь, полученная в стериль-
ных условиях. Серебряников и Лейчик
предложили применять для стандартов
трупную кровь и получать из нее сухой
стандарт в виде чистого глобулина,
путем осаждения его сернокислым аммо-
нием. В виду своей сложности способ
распространения не получил.
Природа № 10
Блиновым была разработана довольно
простая методика изготовления сухих
сывороток и хранения их в виде порош-
ков. Сухие сыворотки уже давали воз-
можность использовать весь материал,
поступающий в лабораторию, как сте-
рильный, так и нестерильный.
Предложение Центрального Института
использовать для этой цели ретропла-
центарную кровь сыграло решающую
роль в деле изготовления стандартных
сывороток. Ретроплацентарная кровь —
это кровь, вытекающая во время родо-
вого акта из разорванных маточных
сосудов при отделении плаценты от
матки — это кровь матери.
Плацентарная же кровь, идущая для
переливания — это кровь из детского
места, т. е. кровь ребенка, для стан-
дартных сывороток не годится, так как
аглютинины у ребенка выражены до-
вольно слабо. Ретроплацентарная кровь
не находила себе применения и обычно
выбрасывалась, а доставать ее можно
в любом родильном доме в больших
количествах, при каждых родах полу-
чается ее 500—700 куб. см. Сыворотка,
получающаяся из этой крови, по своим
свойствам не уступает сыворотке, изго-
товленной из донорской крови. Перейдя
на этот бесплатный источник изгото-
вления стандартных сывороток, ряд ла-
бораторий институтов переливания крови
(Ленинградский, Харьковский) скоро
начал готовить сыворотки нестерильно,
лишь добавляя в них в качестве кон-
серванта порошок борной кислоты. Все
это значительно упростило и удешевило
производство стандартных сывороток и
дало возможность готовить их в массо-
вом количестве. Подобный упрощенный
метод изготовления стандартных сыво-
роток является определенным достиже-
нием советских специалистов.
Когда была разрешена проблема мас-
сового заготовления стандартных сыво-
роток, тогда можно было производить
массовые определения кровяных групп
у различных слоев населения. К настоя-
щему моменту проделана колоссальная
работа по определению групповой при-
надлежности. Произведены сотни тысяч
групповых определений.' В настоящее
время значительная часть советских гра-
ждан имеют в своем документе пометку
12
178
Природа
1937
о групповой принадлежности. Такого
большого количества групповых опре-
делений не проделано ни в одной стране.
Это является определенным достиже-
нием Советского Союза.
Разделение группы А на подгруппы
и открытие новых факторов М и N
нашло быстрый отклик на территории
нашего Союза. В 1933 г. Блинов само-
стоятельно выделил подгруппы At и А2,
в том же году им с помощью полученных
из-за границы стандартов были само-
стоятельно изготовлены иммунсыворотки
анти-М и анти-N для выявления ука-
занных факторов; стандартными образ-
цами этих сывороток были снабжены
все интересующиеся советские учре-
ждения. Если западноевропейские спе-
циалисты только на основании теорети-
ческих предпосылок пытались объяс-
нить некоторые неудачи при перели-
вании крови неучетом подгрупп и фак-
торов, то Ленинградский Институт сразу
же приступил к практической проверке
их значения при переливании крови.
Вскоре удалось установить, что вновь
открытые факторы и подгруппы суще-
ственного значения в переливании крови
не имеют; вполне достаточно практиче-
скому работнику определять четыре
основные группы, что упрощает тех-
нику переливания крови.
Уже с самого начала развития пере-
ливания крови на базе групповой диф-
ференциации все же осложнения после
производства операции наблюдались не-
редко. Особенно количество осложне-
ний увеличивалось в начальный период
переливания консервированной и труп-
ной крови.
Естественно, работникам данной об-
ласти пришлось обратить серьезное вни-
мание на эти осложнения, выяснить
причины их возникновения и найти
соответствующие методы борьбы с ними.
Акад. Богомольцем была создана теория
коллоидоклазии, объясняющая меха-
низм действия перелитой крови и воз-
никающие при этом осложнения.
На ряду с субституирующей замести-
тельной ролью переливание крови ока-
зывает стимулирующее влияние на орга-
низм. По Богомольцу в основе этого
стимулирующего влияния лежат явле-
ния коллоидоклазического шока. Сущ-
ность его сводится к нарушению электро-
коллоидального равновесия в резуль-
тате взаимодействия белковых мицелл
крови донора и реципиента. Следствием
этого нарушения является флокуляция
наиболее старых, т. е. наименее стойких
белковых мицелл в клетках и в плазме
крови реципиента.
Флокуляты подвергаются фермента-
тивному расщеплению, и клетки осво-
бождаются от блокирующих, биологи-
чески инертных частиц, получая стимул
к замене их путем биохимической реге-
нерации молодыми, более активными эле-
ментами. Явления коллоидоклазии,
в большей или меньшей степени
всегда наблюдающиеся при перели-
вании крови, являются одной из при-
чин сложной биологической реакции
организма.
Наиболее грозным осложнением при
переливании крови является гемоли-
тический шок, наблюдающийся после
вливания реципиенту несовместимой
крови. Долгое время не существовало
никаких методов борьбы с этим ослож-
нением. Больные, у которых разви-
вался гемолитический шок, погибали,
обычно, в большинстве случаев. Един-
ственным профилактическим мероприя-
тием являлся правильный подбор до-
нора. Но несмотря на ряд усовершен-
ствований в технике определения кро-
вяных групп, все же ошибки при
подборе донора, по невнимательности
производящих операцию, наблюдают-
ся, что, естественно, создает повод,
для возникновения гемолитического,
шока.
В 1933 г. работники Ленинградского.
Института предложили специфический
метод борьбы с гемолитическим шоком —
это срочное вливание крови одноимен-
ной группы. Как только у больного
замечаются явления гемолитического
шока, прекращается переливание кровиг
вновь проверяется группа больного и
донора, устанавливается ошибка в груп-
повом определении и реципиенту тотчас
же вливается кровь одноименной группы.
Данный метод целиком оправдал себя.
Имеются уже десятки сообщений как
в нашем Союзе, так и в заграничной
прессе, когда с помощью этого метода
удавалось вывести больного из состоя-
№ 10 Достижения советской медицины в вопросе переливания крови
179
ния гемолитического шока и спасти его
жизнь.
Касаться вопроса показаний и проти-
вопоказаний к переливанию крови, раз-
работанных в нашем Союзе, нет смысла;
уже одно то, что данный метод глубоко
внедрился в широкие врачебные массы,
показывает применение переливания
крови при самых разнообразных забо-
леваниях. Клинические наблюдения
выявили целесообразность и нецеле-
сообразность применения его при том
или ином заболевании.
Основное положение, что переливание
крови является мощным лечебным мето-
дом при различных кровопотерях и
шоковых состояниях организма, остается
в полной силе.
Просматривая специальную совет-
скую литературу по переливанию
крови за последние десять лет, можно
убедиться в той громадной работе,
которая была проделана в Совет-
ском Союзе. Сотни научно-исследова-
тельских статей освещают этот вопрос
со всех сторон. Имеется и целый ряд
монографий по этому вопросу. Первая
монография вышла в 1925 г., Гесс-
де-Кальве, «Переливание*крови при зло-
качественных опухолях». В 1926 г.
появляется монография Еланского,
в 1927 г. — Брускина, в 1928 г. —
Баринштейна, в том же году вышла
книга Рубашкина «Кровяные группы».
Дальше печатается ряд сборников по
переливанию крови, выпускаемых раз-
личными специальными учреждениями —
Центральный институт, Ленинградский,
Белорусский институты, Горьковский,
Астраханский и целый ряд других филиа-
лов. Все это показывает мощность раз-
вития в Советском Союзе организации
по переливанию крови.
Естественно, что такая мощная орга-
низация разрабатывала вопрос не только
применительно к мирным условиям, нои
в условиях военных действий. В 1935г.
вопрос переливания крови в действую-
щей армии уже подвергается обсужде-
нию Всесоюзного Съезда хирургов, вы-
рабатываются определенные положения
для должного оказания помощи на раз-
личных этапах эвакуации.
В царской России не было перели-
вания крови; в Советском Союзе соз-
дана мощная организация по перели-
ванию крови, располагающая тысячами
специалистов, способных в любой обста-
новке в нужный момент произвести эту
операцию.
Только условия Советского Союза
дали возможность в такой сравнительно
короткий срок вырасти и окрепнуть
этой молодой организации, весьма
важной в деле спасения человеческой
жизни.
12*
КРАТКИЙ ОЧЕРК УСПЕХОВ СОВЕТСКОЙ
ТЕРОЛОГИИ (МАММАЛИОЛОГИИ) ЗА 20 ЛЕТ 1
Проф. Б. С. ВИНОГРАДОВ
Небывалый рост научно-исследова-
тельских работ в СССР после Октябрь-
ской социалистической революции, на-
блюдающийся во всех областях зна-
ния, с значительной яркостью отразился
также в рассматриваемой здесь спе-
циальной области зоологических иссле-
дований — терологии.
Вместе с громадным количествен-
ным ростом исследований в рассматри-
ваемой области необходимо отметить
также значительное повышение их ка-
чества, в частности повышение их тео-
ретического уровня, создание новых на-
правлений работ и связь исследований
с задачами социалистического строи-
тельства.
В предшествовавший революции пе-
риод в России имелось не более 20 спе-
циалистов-терологов (маммалиологов),
публиковавших ежегодно единичные ра-
боты по рассматриваемой специальности?
В настоящее время в СССР работает
(по неполному подсчету) свыше 160
терологов, ежегодно публикующих мно-
гие десятки работ.
Из отдельных вопросов терологии,
разработанных с значительной полнотой
за истекшее двадцатилетие, необходимо
отметить, прежде всего, вопросы систе-
матики, привлекавшие к себе внимание
в связи с необходимостью точной «ин-
вентаризации» фауны Союза и разра-
ботки ряда теоретических вопросов. Осо-
бенное внимание многих исследователей
привлекала разработка низших систе-
матических единиц (подвид, племя и пр.).
Из наиболее крупных работ, относя-
щихся к рассматриваемой области, осо-
бенно следует отметить многочисленные
статьи и капитальные сводки почти по
1 Настоящий очерк является кратким из-
ложением статьи, составленной тем же авто-
ром при участии) В. И. Громовой, Б. А. Зен-
кевича, М. П. Розанова и С. У. Строганова,
сданной в печать в «Известия АН СССР».
всем отрядам млекопитающих Огнева.
Ряд исследований по систематике от-
дельных групп выполнен также Арги-
ропуло (грызуны), Бобринским (руко-
крылые, парнокопытные), Бялыниц-
ким-Бируля (хищники), Виноградовым
(грызуны), Гептнером (грызуны), Громо-
вой (парнокопытные), Петровым (хищ-
ники), Серебренниковым (грызуны),
Смирновым (ластоногие), Флеровым
(парнокопытные, хищники ) и др.
В еще большей степени в рассматри-
ваемый период наблюдается рост фауни-
стических исследований, т. е. изучение
комплекса вопросов видового состава,
распространения, экологии и хозяй-
ственного значения млекопитающих на
отдельных территориях Союза. В связи
с этим наблюдается громадный рост
экспедиционных исследований на всем
протяжении Союза, включая его самые
отдаленные территории. Эти исследо-
вания ликвидируют многочисленные «бе-
лые пятна» на карте изученности, вы-
являя характерные особенности фауны
совершенно неизученных ранее обшир-
ных пространств Союза и подводя науч-
ную базу под различные мероприятия
хозяйственного порядка, связанные с ис-
пользованием млекопитающих, борьбой
с вредителями сельского хозяйства и пр.
Для иллюстрации достигнутых в на-
стоящее время результатов в рассма-
триваемом отношении следует указать,
напр., что громадное пространство
Союза, включающее Сибирь, Якутскую
и Бурят-Монгольскую- АССР и ДВК,
оставалось до революции чрезвычайно
слабо изученным, причем основные дан-
ные по млекопитающим отдельных ча-
стей этой территории заключались пре-
имущественно в работах Кащенко, Мид-
дендорффа, Радде, Шренка и немногих
других исследователей. После Октябрь-
ской революции в различных частях ука-
занной территории были произведены
№ 10
Краткий очерк успехов советской терологии за 20 лет
181
многочисленные исследования, обога-
тившие во много раз имевшиеся ранее
скудные и разрозненные данные; из
произведенных за этот период на ука-
занной территории исследований нужно
отметить работы Афанасьева, Бело-
польского, Велижанина, Виноградова,
Гассовского, Дукельской, Зверева, Ко-
люшева, Кузнецова, Михеля, Н. На-
умова, С. Наумова, Плятер-Плохоц-
кого, Серебренникова, Скалона, Ту-
рова, Фетисова, Флерова и др. Дру-
гим примером успехов фаунистических
исследований могут служить про-
изведенные после Октябрьской револю-
ции исследования на территории средне-
азиатских республик, остававшейся до
этого времени очень слабо изученной.
В настоящее время по фауне млекопитаю-
щих Средней Азии имеется большое коли-
чество работ, которые не только значи-
тельно обогатили имевшиеся ранее скуд-
ные данные по этому вопросу, но и имели
своим результатом их полную перера-
ботку; из производившихся здесь иссле-
дований необходимо отметить работы
следующих авторов: Аргиропуло, Боб-
ринского, Виноградова, Гептнера, Глад-
кова, Громова, Дукельбкой, Кашкарова,
Колесникова, Лаптева, Мекленбурцева,
Никольского, Минина, Огнева, Роза-
нова, Серебренникова, Флерова и др.
Подобные же примеры можно при-
вести относительно фаунистических
исследований во всех других частях
Союза.
Одной из наиболее характерных осо-
бенностей терологических исследований
последнего двадцатилетия является
развитие экологического направления.
Прежние терологические исследования,
ограниченные преимущественно сферой
систематики, морфологии и статистиче-
ской зоогеографии, не могли удовлетво-
рить требования, предъявляемые к те-
рологии со стороны практической жизни,
и не могли быть достаточными при раз-
решении ряда проблем теоретической
биологии. Вопросы экологии поэтому
все более привлекают к себе внимание
со стороны исследователей, создаются
новые кадры специалистов-экологов,
учреждаются специальные кафедры и
лаборатории в высших учебных заведе-
ниях и научных учре>кдениях и широко
развертываются экологические исследо-
вания в различных районах Союза.
Экологическое направление получило
значительное развитие в области фау-
нистических исследований, перечислен-
ных выше, и с особенной полнотой
и последовательностью было проведено
в ряде работ Кашкарова. Чрезвычайно
плодотворные в теоретическом и прак-
тическом отношениях результаты дало
также изучение экологии отдельных
видов млекопитающих; основными объек-
тами этих исследований явились неко-
торые промысловые виды, а также вре-
дители сельскохозяйственных растений;
среди многочисленных работ этого типа
следует отметить работы Теплова и Жар-
кова по экологии бурундука, Формо-
зова, Н. Наумова и Кириса по экологии
белки, Формозова — о миграциях белки,
работы Ралль по экологии песчанок,
сусликов и других грызунов, Евдони-
ной (белка), Вяжлинского, Фалькен-
штейна, Фолитарека, Крышталя (крот),
Новикова (норка), Зверева (суслики,
хорьки и др.), Угрюмова (слепушонка),
Чирковой, Барановской и Колосова
(лисица), Федюшина (бобр), Кашкарова
и Лейн-Соколовой, С. Наумова и Спан-
генберга, Орлова (Желтый суслик) и зна-
чительное количество других исследо-
ваний.
Из вопросов взаимоотношения среды
и сообществ особенно привлекало вни-
мание исследователей изучение законо-
мерностей колебания численности млеко-
питающих, что, помимо высокой теорети-
ческой значимости этих исследований,
было вызвано необходимостью разра-
ботки научных обоснований прогнозов
массовых размножений вредных в сель-
ском хозяйстве грызунов, а также «уро-
жая» промысловых млекопитающих. Из
опубликованных исследований необхо-
димо отметить работы Виноградова, Ка-
лабухова, Львовой, Н. Наумова, Обо-
ленского, Плятер-Плохоцкого, Ралль,
Свириденко, Стрельникова, Фенюка,
Формозова и др. Следует указать, что
Формозовым закономерности колебаний
численности белки и других промысло-
вых животных разработаны столь де-
тально, что автор стал удачно приме-
нять их уже для практических целей
прогнозов. Из других биоценологиче-
182
Природа
1937
ских исследований необходимо отметить
работы Формозова о биоценозах степи,
о влиянии грызунов на пастбища, о взаи-
моотношениях хищных птиц и грызунов,
Северцова о взаимоотношениях хищни-
ков и копытных и др. Развитию эколо-
гических и, в частности, биоценологи-
ческих исследований в значительной сте-
пени способствовало опубликование спе-
циальных руководств, в частности учеб-
ника экологии Кашкарова и ряда руко-
водств по методике экологических иссле-
дований (Гассовский, Кашкаров, Фаль-
кенштейн, Шнитников).
Чрезвычайно ценные данные были
получены также в результате приме-
нения физиологических методов для раз-
решения экологических вопросов; это
направление представлено преимуще-
ственно работами Калабухова (спячка
млекопитающих, работы по возрастным
и экологическим особенностям • крови
и др.) и работами Стрельникова (физио-
логические основы экологии грызу-
нов и др.).
Разработка вопросов зоогеографии
млекопитающих за последнее двадцати-
летие развивалась более медленными
темпами, чем систематики, фаунистики
и экологии, хотя и в этом отношении
достигнуты весьма значительные резуль-
таты. Из капитальных сводок по зоо-
географии следует отметить книгу «Осно-
вы зоогеографии» Гептнера, содержащую
вместе с другими материалами ряд дан-
ных о закономерностях географического
распространения млекопитающих. Ряд
интересных зоогеографических выводов
содержится также в работах Иоффа,
Кузнецова, Минина (in litt.), акад. Насо-
нова, Свириденко, акад. Сушкина, Фор-
мозова и др.
Весьма существенные успехи дости-
гнуты также в изучении истории фауны
млекопитающих, особенно четвертичного
периода, в частности необходимо отме-
тить работы Бирули, Беляевой, Гро-
мовой, Громова, Пидоплички и др.,
которые дают возможность выяснить
основные черты истории млекопитающих
СССР на протяжении квартера, наме-
тить эволюцию отдельных родов, смену
фаунистических комплексов и пр.
Касаясь терологических исследований,
направленных к разрешению некоторых
вопросов народного хозяйства, следует
прежде всего отметить значительные
успехи, достигнутые в деле изучения
вредных и полезных в сельскохозяй-
ственном отношении млекопитающих.
Если в дореволюционное время имелись
лишь немногочисленные печатные ра-
боты, посвященные вопросам сельско-
хозяйственной терологии (Силантьев,
Россиков и др.), то в настоящее время
подобные работы насчитываются сот-
нями. В результате произведенных за
последние годы исследований точно выяс-
нен видовой состав вредных и полезных
в сельском хозяйстве диких млекопитаю-
щих, собраны детальные данные об их
распространении, образе жизни и эко-
номическом значении. Сделан.ряд важ-
ных обобщений по вопросам изучения
закономерностей колебания численности
вредных млекопитающих, разработана
методика их учета, детально разработан
ряд научно обоснованных методов
борьбы с ними, разработаны органи-
зационные формы мероприятий и выяс-
нена эффективность различных методов
борьбы.
Охотничье-промысловое хозяйство
СССР, выросшее после Октябрьской
революции в мощную отрасль народ-
ного хозяйства, потребовало также для
своего развития многочисленных спе-
циальных научно-исследовательских ра-
бот в области терологии; создались
специальные научно-исследовательские
институты, разрабатывающие эти вопро-
сы, и новые кадры научных работников.
Кроме многочисленных работ по «инвен-
таризации» промысловой фауны, выпол-
нено значительное количество других
исследований по вопросам промысло-
вого хозяйства, в частности по учету
промысловых млекопитающих, по про-
блеме прогнозов «урожая» промысло-
вых видов (Лобачев, Н. Наумов, Фоли-
тарек, Формозов и др./, по определе-
нию возраста промысловых животных
(Н. Наумов, Строганов, Теплов и др.), по
кормовой производительности охот-
ничьих угодий (Григорьев, Жарков, Ка-
лабухов, Колосов и Барановская, Лав-
ров, Теплов, Тихвинский, Фолитарек,
Чепцова и др.), по изучению качества
пушнины, особенно по вопросам линьки,
изменчивости мехового покрова, гисто-
№ 10
Краткий очерк успехов советской терологии за 20 лет
183
логического строения волоса, срокам
охоты и т. д. (Вяжлинский, Кузнецов,
Н. Наумов, С. Наумов, Фолитарек
и др.). Кроме указанных исследований,
было произведено также большое коли-
чество работ по экологии отдельных
видов промысловых млекопитающих.
Одной из наиболее эффектных работ этой
группы являются исследования Ман-
тейфеля и его сотрудников по эко-
логии соболя, в результате которых
была выяснена полная возможность раз-
ведения соболя в неволе. Ряд работ
был посвящен описанию промысловой
фауны отдельных районов, как, напр.,
Федюшина по Белоруссии, Граве —
Западной обл., работы Верхне-Вычегод-
ской экспедиции под руководством Лоба-
чева, работы Башкирова и Григорьева
по Татарской АССР, Троицкого по Кан-
скому окр., Строганова по Западной
обл. и др. Значительное количество
исследований было произведено также
по акклиматизации и реакклиматизации
различных видов млекопитающих на
территории Союза (нутрия, ондатра,
енотовидная собака, американская нор-
ка, выхухоль, бобр и др.).
Широкий размах нолучили также
исследования по промысловым млеко-
питающим. Вместо случайных, разроз-
ненных немногочисленных исследований
дореволюционного периода, после Ок-
тябрьской революции учреждаются спе-
циальные институты по изучению мор-
ских млекопитающих, и начинается ши-
рокая плановая работа в связи с раз-
витием зверобойного промысла на Се-
вере, организации боя тюленей при по-
мощи ледоколов с применением воз-
душной разведки, организации на Чер-
ном море государственного промысла
дельфина, на Каспийском море—колхоз-
ного промысла тюленя, промысла круп-
ных китообразных на дальневосточных
морях. Из выполненных научных работ
по морским млекопитающим необхо-
димо отметить исследования Гептнера,
Дорофеева, Жилинского, Житкова, Зен-
ковича, Клейнбергера, Клумова, С. На-
умова, Остроумова, Мальма, Никулина,
Розанова, Томилина, Слепцова, Смир-
нова, Фреймана, Чапского и др.
Необходимо отметить также много-
численные и весьма плодотворные иссле-
дования по млекопитающим — перенос-
чикам паразитов человека и сельско-
хозяйственных животных; в этом отноше-
нии весьма значительную роль сыграли
экспедиции Всес. Института экспери-
ментальной медицины, Военно-Меди-
цинской академии и Зоологического
института Академии Наук СССР, орга-
низованные проф. Павловским. Чрезвы-
чайно ценные исследования были произ-
ведены также Саратовским Микробио-
логическим институтом (Засухин, Тиф-
лов, Ралль, Фенюк и др.), Ростовским
(Иофф, Калабухов, Раевский и др.),
Иркутским (Скалой, Фетисов и др.),
Ташкентским (д-р Калина), Ашхабад-
ским (д-р Власов, Шестоперов), Бакин-
ским (Аргиропуло).
Широко развернувшаяся после Ок-
тябрьской революции сеть государствен-
ных заповедников явилась базой для
ряда ценных научных исследований по
млекопитающим; в частности ряд иссле-
дований выполнен Крымским заповед-
ником (Даль, Котовщикова, Пузанова,
Розанов), Кавказским (Насимович, Роза-
нов и др.), Воронежским (Георгиевская),
Белорусским (Федюшин), Наурзумским
(Формозов), Центральным лесным (Гра-
ве), Алтайским (Вяжлинский, Гептнер,
Разоренова, Туров, Фолитарек), Киров-
ским (Верещагин), Алма-атинским (Ваку-
ленко), вновь организуемым Прибал-
хашским (Афанасьев, Долгушин) и др.
Необходимо также отметить ряд иссле-
дований, выполненных зоопарками, осо-
бенно Московским, а также Новосибир-
ским, Ташкентским и пр.
Подводя общие итоги выполненных за
знаменательное двадцатилетие, протек-
шее со времени Октябрьской револю-
ции, работ в области терологии, не
будет нисколько преувеличением ска-
зать, что за эти 20 лет сделана более
обширная и более плодотворная работа,
чем за предшествовавший революции
столетний период.
УСПЕХИ СОВЕТСКОЙ ОРНИТОЛОГИИ
Д-р биол. наук А. Я. ТУГАРИНОВ
В нашей орнитологической литера-
туре мы не имеем работы, посвященной
истории развития и накопления знаний
о птицах нашей страны, как нет обзоров
того, что сделано русскими учеными
для этой науки в международном мас-
штабе. И потому сейчас, ставя своей
задачей дать краткий очерк развития
этой дисциплины за последние два деся-
тилетия в нашем Советском Союзе, нам
приходится сделать краткий обзор
состояния ее в последние годы дорево-
люционной России. Мне кажется, что
это наилучшим образом поможет оце-
нить, насколько по сравнению с про-
шлым оживилась, развилась и окрепла
наша орнитологическая мысль, какое
она заняла место в мировой науке.
Старшее поколение орнитологов хо-
рошо помнит обстановку, в которой про-
текала их работа. Средоточием орнито-
логических интересов являлась Москва.
Здесь жил и работал акад. М. А. Менз-
бир, имевший обширные связи со своими
учениками и корреспондентами в самых
различных уголках страны. Столичный
Петербург с его Зоологическим музеем
Академии Наук был вторым, но гораздо
менее оживленным центром орнитоло-
гической работы: царивший чопорный
академизм не привлекал к себе непатен-
тованных специалистов. Что касается
контингента лиц, занимавшихся орни-
тологией, то характерно большое число
любительских сил. Это были люди
самых разнообразных профессий и
служебного положения, что подчас не
мешало им быть очень серьезными и
дельными исследователями. Можно даже
сказать, что благодаря ничтожному
числу центров научной работы, какими
являлись университеты, изучение орни-
тофауны в большой степени шло за счет
именно этих любительских кадров.
Более крупные работы помещались
в издававшихся Московским Обществом
испытателей природы «Материалах
к познанию фауны и флоры Российской
империи». В этом издании руководящая
роль принадлежала М. А. Мензбиру, и
этим в значительной степени объясняется
обилие орнитологических сочинений,
напечатанных в этой серии. В предре-
волюционные годы выходил также жур-
нал «Орнитологический вестник», изда-
вавшийся на частные средства. Контин-
гентом работников, обстановкой, в кото-
рой им приходилось действовать, опре-
делялось и направление их занятий.
Для большинства дело сводилось к соби-
ранию коллекций, их определению, а
затем публиковался список шиц обсле-
дованного района с более или менее
обстоятельными замечаниями экологи-
ческого характера. Иными словами,
в целом господствовало фаунистическое
направление. Так длительно, нередко
исключительно в зависимости от нали-
чия в том или ином уголке страны
преданного делу человека, мы получали
представление о ее птичьем населении.
Одновременно среди части отечественных
орнитологов-специалистов преобладало
систематическое направление работ.
К началу текущего столетия у ор-
нитологов Запада определилось тече-
ние в пользу дробления видов на более
мелкие категории — подвиды или гео-
графические расы. Если часть наших
орнитологов встретила это течение
довольно сдержанно, то другие ревно-
стно принялись за ревизию различных
групп и отдельных видов, началось
выделение многочисленных подвидов,
иногда, кстати сказать,' слишком по-
спешно описанных и оказавшихся несу-
ществующими. Тем не менее эта работа
уточняла наши представления о под-
видовом составе населяющих нашу
страну птиц, их распределении по тер-
ритории и давала материал для будущих
зоогеографических выводов. Вопросы
этого последнего порядка в предреволю-
ционной орнитологической литературе
№ 10
Успехи советской орнитологии
185
трактовались очень мало. По своему
характеру разработка вопросов зоогео-
графии требует обширных знаний,
обильного фактического материала, чтб
доступно лишь работникам центров.
Главнейшие труды этого рода принад-
лежали перу М. А. Мензбира, а также
П. П. Сушкина, дававшего зоогеографи-
ческий анализ фауны тех районов, кото-
рые были лично им обследованы. Что
касается работ по сравнительной ана-
томии и морфологии птиц, то исследо-
вания этого рода также были немного-
численны. Однако здесь мы имеем имя,
пользовавшееся мировой известностью—
имя П. П. Сушкина, оставившего нам
классические монографии по морфоло-
гии дневных хищных птиц. Если иметь
в виду другие направления орнитоло-
гических работ, то приходится конста-
тировать еще ббльшую их ограничен-
ность или полное отсутствие. Так, мы не
имели обобщенных очерков по истории
орнитофауны нашей страны в целом
или в отдельных частях, и лишь тот же
Сушкин в заключительных главах
своих монументальных фаунистических
работ высказывал некоторые соображе-
ния о происхождении фауны птиц
исследованных им территорий. Опреде-
лившееся в последнее десятилетие эко-
логическое направление было чуждо
работам предреволюционного времени.
Впрочем, нередко можно было встре-
тить в качестве введения к специальной
части физико-географический очерк
с данными о климате, растительности,
рельефе и т. д., но эти описания оста-
вались сами по себе и, какое значение
в жизни птиц имел тот или иной фактор
среды, какие связи и взаимозависи-
мости были между ними, а также и дру-
гими организмами, оставалось неясным.
Правда, экологический подход к пони-
манию жизни животных — завоевание
позднейших лет, и исследователи про-
шлого не заслуживают в этом отношении
упрека, тем более, что многие из них,
будучи прекрасными наблюдателями,
дали ценный материал, рисующий жизнь
и нравы отдельных видов. Упомянем,
наконец, еще об одной отрасли — палеор-
нитологии. В то время как мировая
наука и два десятилетия назад обладала
большим количеством материалов и
специальных исследований, в русской
литературе нельзя указать ни одной
статьи по этому вопросу.
Итак, что же мы знали о фауне птиц,
нашей страны в предреволюционные
годы? Лучше изученной являлась,
конечно, Европейская часть, но лишь-
ее средние и южные полосы. Правда,
и здесь можно было бы назвать бывшие
губернии, об орнитофауне которых
не было никаких сведений. Тем более
«белыми пятнами» оставались простран-
ства европейского севера, северного
Урала. Кавказу было посвящено не-
сколько работ (Радде, Сатунин), да-
леко, однако, не исчерпывавших все
разнообразие и полноту его птичьего
населения. Общей сводкой по птицам.
Европейской части вместе с Крымом и
Кавказом являлась широко известная
книга Мензбира «Птицы России», вышед-
шая первым изданием в 1895 г. Что
касается Сибири, то здесь легче назвать
те немногие местности, о которых име-
лись сколько-нибудь обстоятельные
сведения. Так, были работы, относив-
шиеся к Тобольскому району, среднему
и нижнему течениям Оби, некоторым
частям западносибирских степей. Кое-
какие данные имелись для Алтая, лучше
была известна Приенисейская Сибирь,
особенно в верхнем течении Енисея.
Сведения о птицах восточной части
Сибири наиболее полно исчерпывались,
трудом Тачановского «Faune ornitholo-
gique de la Siberie orientale», 1893,
захватывая, однако, лишь южную часть-
страны. Необъятные пространства се-
вера, по водоразделам Оби, Енисея,
Лены, оставались непосещенными орни-
тологами; все, что можно было узнать
о птицах южного Таймыра, сводилось,
к наблюдениям Миддендорфа, бывшего
здесь в 40-х годах прошлого столетия.
Из стран северовосточной Сибири были
орнитологически освещены лишь низовья
Колымы (С. А. Бутурлин). Стоит ли
упоминать, что только самые отрывочные
сведения, частью добытые иностранными
путешественниками, были известные для
крайнего северо-востока — Чукотского-
полуострова и Анадырского края. Однако-
не лучше обстояло дело и с громад-
ными пространствами южной Сибири,
именно в горных ненаселенных районах..
186
Природа
1937
Таковы области Восточного Саяна,
хребтов Прибайкалья, Станового хребта
и т. д. В лучших условиях были При-
амурье и Уссурийский край благодаря
трудам Пржевальского, Маака, Шренка
и ряда позднейших исследователей и
собирателей. Территория современного
Казахстана наиболее полно была осве-
щена работами П. П. Сушкина, именно
в частях, прилежащих к Тургаю, Ир-
гизу и Кустанаю, имелись работы для
Семиречья и Зайсанской котловины.
Страны Средней Азии также были из-
учены неравномерно, но благодаря тру-
дам главным образом Северцова, а позд-
нее Зарудного, мы имели в общем доста-
точно отчетливое представление об их
фаунистическом облике, что дало воз-
можность М. А. Мензбиру сделать опыт
зоогеографического районирования этих
стран. Если бы, таким образом, тер-
риториально сравнить обследованные и
необследованные пространства на нашей
одной шестой части земной суши, то
последних оказалось бы значительно
больше.
Вот то главнейшее, к чему сводились
наши знания о птичьем населении
бывшей России. Как и в других обла-
стях интеллектуального труда, здесь
отразилась бедность научными силами,
крайняя ограниченность средств и воз-
можностей для развития исследователь-
ской деятельности. При явном отстава-
нии в темпах и объеме работы сравни-
тельно с тем, что имело место на Западе
или в Америке, в области теоретических
вопросов наблюдалось следование руко-
водящим идеям зарубежной мысли.
Октябрьская революция открыла для
научно-исследовательской работы широ-
чайшие горизонты. Предпосылками ее
стремительного развития и бурного
роста явилось создание большого числа
исследовательских институтов, новых
вузов, краевых и областных музеев,
краеведческих организаций. Возникли
новые культурные центры как в нацио-
нальных республиках, так и в промы-
шленных областях. Несравнимо уве-
личились кадры научных работников,
особенно из среды молодежи. Оживи-
лась и орнитологическая работа. Не-
смотря на затруднения с печатанием
быстро возрастало число новых работ,
появлялись они в самых разнообраз-
ных, центральных и провинциальных
органах, сборниках и даже литографи-
рованных изданиях. Справедливость тре-
бует указать, что такое положение
крайне затрудняло возможность следить
за выходящей литературой и даже цен-
тральные учреждения оказались не
в состоянии уследить и собрать эти
разбросанные, часто быстро возникав-
шие и столь же быстро прекращавшиеся
издания. Громадную и плодотворную
роль в де ле зоологи ческого и, в частности,
орнитологического изучения Союза сы-
грала широко развернувшаяся экспе-
диционная деятельность. Академия Наук,
а впоследствии ее филиалы, централь-
ные научно-исследовательские инсти-
туты, Арктический институт, учрежде-
ния научно-прикладного характера орга-
низовали громадное число экспеди-
ций, направив их в районы, мало или
совершенно не затронутые прежними
исследователями. Быстро начали исче-
зать с карты страны «белые пятна»,
появились солидные труды о животном
населении отдаленнейших, трудно до-
ступных районов нашего необъятного
Союза. От суровых просторов Арктики
до пустынь Монголии, от равнин
Украины до берегов Тихого океана —
всюду кипела, множилась и углублялась
исследовательская работа. Проследим
теперь ее двадцатилетний итог в части
познания птичьего мира Советской
страны.
С начала 20-х годов средоточием
орнитологической работы явился Зооло-
гический музей — ныне Институт Ака-
демии Наук СССР, точнее, его орнито-
логическое отделение. Начавший здесь
в это время свою энергичную исследо-
вательскую деятельность П. П. Суш-
кин не только оживил работу отделения
и коллектива его сотрудников, но
в силу своего автбритета привлекал
для занятий в нем многочисленных работ-
ников со всех концов Союза. Десятки
людей стремились сюда, чтобы обрабо-
тать свои сборы, наблюдения, покон-
сультировать с одним из наиболее ком-
петентных ученых, получить советы и
указания для дальнейшей работы. Сам
П. П. Сушкин развил необычайно кипу-
чую деятельность. Он работал как мор-
№ 10
Успехи советской орнитологии
187
фолог, систематик, зоогеограф, а кроме
того, дал ряд работ по истории фауны:
к этому времени выкристаллизовались
его мысли о судьбах животного насе-
ления Азиатской части Союза и Цен-
тральной Азии. Не будет преувеличением
сказать, что как путем непосредствен-
ного руководства, так и своими печат-
ными высказываниями П. П. Сушкин
дал то направление советской орнито-
логической мысли, которое, успешно
развиваясь, обогатило нашу науку
крупными достижениями.
Большое количество орнитологиче-
ских работ последних двух десятилетий
посвящено систематике, точнее устано-
влению географических рас видов,
населяющих нашу страну. Необходи-
мость критического обзора самых раз-
личных групп и отдельных видов наших
птиц вызывалась различными сообра-
жениями. С одной стороны, эта работа
по отношению к большому числу пред-
ставителей отечественной фауны не
была проделана. Другие, наоборот, по
разным причинам неоднократно при-
влекали к себе внимание исследователей,
причем мнения были нередко проти-
воречивы. Самые описания новых форм
часто производились без достаточного
сравнительного материала. Являлась
поэтому необходимость новых ревизий
на возможно более обширном материале.
В большинстве случаев эта работа была
производима разными лицами в стенах
Зоологического института на основе его
богатейших коллекций. Таким путем
появились монографии родов и видов
наших птиц, уточнившие представления
об их систематическом составе, направле-
нии, изменчивости и распределении раз-
личных форм на пространстве занимае-
мого ареала вообще и в пределах Союза
в частности. В настоящей обзорной
статье нет возможности перечислить
эти многочисленные работы, можно
лишь сказать, что осталось уже немного
групп птиц, нуждающихся в подобной
ревизии. Указанные исследования имели
и другое принципиально важное зна-
чение. В настоящее время в орнитоло-
гии понятие вида, как низшей таксоно-
мической единицы, является общепри-
нятым; подвиды есть лишь эколого-
географические расы вида, географи-
чески викарирующие. В недавнем про-
шлом, когда эти понятия не были вполне
уточнены, установление систематиче-
ского положения отдельных форм произ-
водилось иногда без достаточных осно-
ваний, подвиды рассматривались как
виды или наоборот. Ревизии последних
лет дают более правильную картину
систематических отношений различных
групп птиц: видовая самостоятельность
многих из них оказалась несуществую-
щей, и ныне они рассматриваются как
подвиды. Все это повело к более пра-
вильному пониманию генетических отно-
шений внутри родственных групп, а
следовательно, и эволюционных момен-
тов в истории развития того или иного
комплекса форм. В основной массе
работы указанного типа были произ-
ведены на основании изучения внешних
морфологических признаков. Исследо-
вания в целях выяснения систематиче-
ского положения и родственных отно-
шений на основе изучения анатомиче-
ского строения были менее многочис-
ленны. Смерть акад. Сушкина в 1928 г.
прервала его интереснейшую работу
по филогении вьюрковых (сем. Frin-
gillidae). Автор успел опубликовать
лишь предварительные сообщения, кото-
рые, однако, дают совершенно новое
представление о родственных связях
птиц этого семейства. Наиболее инте-
ресным выводом явилось то, что вьюрки
Старого и Нового света принадлежат
к совершенно различным группам, что
можно назвать единственный род этих
птиц, который роднит американскую
фауну с азиатской (гималайско-тибетский
род Hesperiphone). В то же время
выяснилось, что наши воробьи и горные
вьюрки (р. Montifringilla) принадлежат
к африканским ткачикам (Ploceidae), а
не к настоящим вьюркам (Fringillidae).
Как эти выводы, так и ряд других,
вскрывающих родственные связи в бога-
той представителями группе вьюрков,
проливают свет на ее эволюцию и исто-
рию расселения. Из работ других авто-
ров заслуживают упоминания исследо-
вания Красовского. Его работа над дят-
лами окончательно подтвердила поло-
жение этих птиц в отряде ракшеобраз-
ных (Coraciiformes), выяснила отношение
семейства дятлов (Picidae) к соседним
188
Природа
1937
группам вертишеек и тропических дятел-
ков. Нельзя не упомянуть работы
того же автора над полярными кай-
рами. Казавшиеся чрезвычайно близ-
кими и считавшиеся лишь подвидами
Uria aalge aalge и U. a. ringvia в ре-
зультате морфологического изучения
оказались самостоятельными видами.
Сошлемся еще на работы Судиловской,
выяснившей родственность саксауль-
ных соек (р. Podoces), птиц азиатских
пустынь, с кедровками (р. Nucifraga),
населяющими леса севера Палеарктики.
По отношению к этой последней птице
Штегман показал родство ее с настоя-
щими воронами, а также с одним северо-
американским родом (Cyanocephalus).
Наибольшее число орнитологических
работ, появившихся за два последних
десятилетия, касается состава и распре-
деления птиц на пространстве Союза.
Список их составляет не одну сотню
названий. Сейчас мы имеем возможность
назвать из них лишь наиболее важные,
представляющие либо сводки, либо
дающие сведения о птицах обширных
районов, ранее совершенно не исследо-
ванных. Начиная наш обзор с фауны
Арктики, необходимо указать на обшир-
ную сводку Плеске, опубликованную
в 1928 г. Для того времени она исчер-
пывала наши знания о странах совет-
ской Арктики, однако теперь эта книга
уже устарела: многочисленные аркти-
ческие экспедиции дали много новых и
важных сведений о птицах полярных
стран, пополнили и изменили наши
представления об их распространении,
условиях обитания и т. д., — лишнее
доказательство того, сколь интенсивно
идет познание природы нашей страны.
Из отдельных работ, сюда относящихся,
можно назвать обстоятельные сводки
Горбунова по птицам Новой Земли и
Земли Франца Иосифа, для берегов
Сибири — работу Наумова, изучавшего
фауну тундры Обь-Енисейского водо-
раздела, статью Михеля о птицах ниж-
ней Индигирки — обширного района, об
орнитофауне которого мы ничего не
знали. К этой же серии работ должна
быть отнесена небольшая, но исчерпы-
вающая сводка проф. Иогансена о пти-
цах Командорских островов. Для
такого обширного края, как бассейн
Печоры, до последнего времени мы чер-
пали сведения из работы английского
орнитолога Зибома, посетившего эту
реку в 70-х годах прошлого столетия.
Теперь мы имеем интересную статью
о ее птичьем населении Дмоховского.
Соседний приполярный Урал был обсле-
дован Портенко. И в данном случае наша
осведомленность об орнитофауне как
более низкой, таежной, так и более
центральной, горно-лундровой частей
этого хребта исчерпывалась отрывоч-
ными сведениями экспедиции Гофмана,
посетившей страну в конце 40-х годов
прошлого столетия. Только-что опубли-
кованная обстоятельная работа Пор-
тенко восполняет этот пробел. Из регио-
нальных сводок, касающихся Европей-
ской части Союза, назовем работу того же
автора для Подолии, Шарлеманя для
Украины и проф. Пузанова для Крыма.
Как и следовало ожидать, наибольшее
число орнитологических исследований
падает на территорию Азиатской части
СССР. Для степей Западной Сибири
появилась сводная статья П. и И. Залес-
ских, позднее Кузнецкая степь и Са-
лаир детально обследовались Хахловым.
Тем же орнитологом дана сводка по пти-
цам Зайсанской котловины и Тарбагатая.
Исчерпывающее освещение получил
Алтай. Двукратное посещение этой
интереснейшей горной страны акад. Суш-
киным, на ряду с некоторыми поздней-
шими дополнениями других исследо-
вателей, дает сейчас чрезвычайно пол-
ную и крайне оригинальную картину
птичьего мира этой горной области.
В последние годы жизни Сушкин успел
опубликовать лишь некоторые общие
сведения о птицах Алтая, и его мону-
ментальный труд «Птицы Алтая» еще
находится, в печати. По орнитофауне
Приенисейской Сибири была опубли-
кована работа Тугаринова. Район север-
ного Прибайкалья, Даурии и При-
амурья был освещен обстоятельными
работами Штегмана. Не осталась обой-
денной и обширная Якутия. Для цен-
тральных частей Республики появилась
сводка Иванова, работами б. Якутской
комиссии Академии Наук был собран
обширный материал по птицам многих
отдаленнейших частей этой страны,
обработанный Т^ариновым. Работа эта
№ 10
Успехи советской орнитологии
189
подготовлена к печати. В Приморье
несколько лет работал Шульпин, выпу-
стивший ряд интересных статей по пти-
цам Уссурийского края и нижнего
Приамурья, в том числе обстоятельную
книгу о промысловых, охотничьих и
хищных птицах. Из работ, касающихся
Средней Азии, упомянем статью Де-
ментьева со списком птиц, до сих пор
найденных на Памире.
К числу сочинений, подводящих итог
нашим знаниям о видовом составе птиц
Союза, следует отнести «Птицы СССР»
Бутурлина и Дементьева. Это — опре-
делитель с описанием видов и рас птиц,
обитающих в нашей стране, с кратким
указанием распространения. Вторым из
упомянутых авторов выпущена, кроме
того (во Франции), «Systema avium
rossicarum», представляющая каталог
птиц нашей фауны (дневные хищники,
совы и воробьиные) с краткими указа-
ниями на распространение и системати-
ческими замечаниями. В настоящее
время Зоологическим институтом Ака-
демии Наук СССР предпринято громад-
ное издание «Фауна СССР». Первый
том, посвященный птицам (дневные
хищники, в обработке ЦГгегмана), уже
напечатан. Это издание представляет
исчерпывающую сводку по птицам
Союза. Кроме подробного описания
каждого вида и его географических рас,
их распространения, краткого, но воз-
можно более полного очерка образа
жизни, каждая систематически круп-
ная группа птиц — семейства, отряды —
сопровождается характеристикой ее
с точки зрения анатомии, морфологии,
систематического положения, филоге-
нетических связей, истории развития,
распространения, систематического со-
става и т. д. Издание подобного типа
на русском языке появляется впервые.
Кроме полноты приводимых данных оно
отвечает потребности инвентаризации
фауны, оценки ее с точки зрения исполь-
зования в интересах социалистического
строительства.
Неизмеримо возросшие знания о со-
ставе и распределении птичьего населе-
ния нашей территории стимулировали
появление работ зоогеографического,
точнее орнитогеографического содер-
жания. По мере того как в нашем рас-
поряжении накапливалось все более и
более фактов о распространении видов
и целых групп их по территории Союза,
подчеркивая своеобразие фаунистиче-
ского облика отдельных его частей,
мысль исследователей направилась в сто-
рону установления границ фаунистиче-
ских группировок и выявления зако-
номерностей их распределения. Нужно
сказать, что прежние орнитологические
работы, начиная со времен Северцова
(70-е годы), сводились в основном
к «регистрации фактов распростране-
ния», чтобы затем на основании тожде-
ства ареалов установить комплекс
видов, характеризующих то или иное
зоогеографическое подразделение. Из
этих подразделений принимались: об-
ласти, подобласти, провинции, подпро-
винции, округа, участки. Эта довольно
сложная схема, как мы теперь видим,
лишь формально отражала картину
группировки животных на территории,
не учитывая причинности явления.
Взгляд этот находит свое отражение еще
в некоторых новейших работах. Однако
в послереволюционной литературе мы
уже встречаемся с работами, где каждый
выделяемый орнитологический участок
получает свою ландшафтную, следова-
тельно экологическую, характеристику.
Таким образом фактором, устанавливаю-
щим закономерности распределения
птиц, как и других животных, прини-
мается окружающая среда, само собой
с учетом предшествующей истории как
самого ландшафта, так и его животного
населения.
Останавливаясь конкретно на орнито-
логических трудах рассматриваемого
двадцатилетия, назовем прежде всего
работы акад. Сушкина. Изучая орнито-
фауну Алтая и прилежащих "Тран, он
произвел их орнитогеографическое райо-
нирование, подвергнув затем тщатель-
ному анализу состав обитающих здесь
птиц с точки зрения их систематических
связей, происхождения и распростра-
нения в Палеарктике. Оказалось, что
Алтай, вместе с примыкающими частями
Западной и Средней Сибири, а также
соседними частями Монголии населяют
виды весьма различного происхождения,
причем особенно характерными являются
элементы Восточной Сибири, находя-
190
Природа
1937
щие нередко здесь западные границы
своего распространения, а также формы
центральноазиатские. Выявившийся ха-
рактер фауны позволил автору подойти
к вопросу о том, какими путями,
в силу каких исторических причин сфор-
мировался современный орнитологиче-
ский облик обследованных частей Азии.
Таким образом данные зоогеографии
открыли путь к пониманию истории
происхождения орнитофауны. Ниже,
при обзоре работ по истории птичьего
мира Союза, я вернусь к этой части
исследований П. П. Сушкина; здесь же
следует указать на другую работу его —
о происхождении фауны высокогорных
областей. В части, касающейся нашей
страны, Сушкин приходит к выводу,
что корни горной фауны Палеарктики
лежат в Центральной Азии, главным
образом Тибете, откуда различные эле-
менты ее расселились по горным систе-
мам европейского севера, частично про-
никнув и в Неарктику. Из работ других
авторов, давших орнитогеографическое
деление изученных территорий с одно-
временным анализом фауны по ее про-
исхождению и систематическим связям,
можно назвать следующие. Портенко,
в связи со своей работой над птицами
Подолии, внес значительные измене-
ния и уточнения в предложенное ранее
деление южных частей Европейской
территории Союза. Для Украинской
ССР зоогеографическое районирование
было произведено Шарлеманем. В дру-
гой только-что опубликованной работе
Портенко дано аналогичное деление вне-
полярной части северного Урала и при-
легающих пространств по бассейнам
Печоры и Оби. Деление на орнитогео-
графические участки Западной Сибири
было предложено братьями Залесскими,
причем каждый из их участков кроме
орнитофаунистической имел и ланд-
шафтно - географическую характери-
стику. Несколько ранее подобное же
деление Средней Сибири было сделано
Тугариновым. В последние годы боль-
шая зоогеографическая работа была
проделана Штегманом. В связи с изуче-
нием распространения птиц на терри-
тории Союза автор подверг критике
господствующую среди советских зоо-
географов методику орнитогеографиче-
ского районирования, изложив свою
точку зрения в ряде статей и дав новое
деление Палеарктики по типу фаун.
Ход его мысли таков. Известно, что
установленное Уоллесом еще в 70-х го-
дах минувшего столетия деление миро-
вой фауны на зоогеографические области
удержалось до наших дней. В то же
время предложенные, главным образом,
русскими зоогеографами со времен
Северцова более дробные деления внутри
палеарктической области, произведен-
ные в целях выяснения фаунистического
облика более ограниченных, внутри-
областных территорий, оказываются
чисто формальными. С одной стороны,
в этих делениях не учитывались эколо-
гические факторы, а с другой — то об-
стоятельство, что любая мелкая фауни-
стическая категория (провинция, округ
и т. д.) по существу является лишь
связующим звеном между соседними.
Обособляя такую категорию, мы искус-
ственно отделяем ее от других, тогда как
по существу она является одним из
звеньев, связующих один тип фауны
с другим. С этой точки зрения все зоо-
географические подразделения от под-
области до участка отражают лишь
характер распространения и степень
взаимопроникновения различных типоа
фауны. В этой концепции Палеарктика
оказывается населенной в отдельных
своих частях фаунами различного типа.
Типы эти следующие: сибирский, насе-
ляющий таежную область Восточной
(Заенисейской) Сибири, европейский,
свойственный большей части Западной
Европы, средиземноморский, сосредо-
точенный в Средиземноморской под-
области общепринятого деления, мон-
гольский, имеющий центр обитания
в Монголии, тибетский, приуроченный
к Тибету и соседним поднятиям Цен-
тральной Азии, и, наконец, китайский,
занимающий юговосточную окраину
Азии от северовосточных провинций
Китая на север до Маньчжурии, При-
амурья и Японии. Остальные части
.Палеарктики являются лишь простран-
ствами, где в зависимости от экологиче-
ских условий распространены представи-
тели этих различных типов фаун. Такова,
напр., Западная Сибирь, где в большой
степени обитают элементы западно-
№ 10
Успехи советской орнитологии
191
европейского типа, смешиваясь с пред-
ставителями восточносибирской тайги,
сюда же проникают члены средиземно-
морского комплекса, в южных частях —
элементы монгольские и т. д. В аналогич-
ном положении оказывается территория
Советской Средней Азии, где на-лицо
представители типов тибетской, мон-
гольской, средиземноморской, европей-
ской и китайской фаун. Арктику с ее
циркумполярным распространением ха-
рактерных видов Штегман считает за
особую область, указывая, что отдельные
ее элементы при наличии подходящих
условий (горные тундры) проникают
и в палеарктическую область. Справед-
ливо указывая, что нанесение на карту
линейных границ распространения от-
дельных типов фаун практически не-
возможно, ибо, как указано, повсе-
местно наблюдается взаимное проникно-
вение их на обширных пространствах,
автор предложил новый тип картиро-
вания. При этом способе каждый тип
фауны получает свой определенный цвет,
каким окрашивается область господства
этого типа, а мазками того же цвета
обозначаются места проникновения эле-
ментов данного типа. Количество мазков
того или иного цвета дает зрительное
впечатление о степени участия в фауне
данного района этих элементов. Нельзя
не отметить, что описанный способ кар-
тирования является чрезвычайно удач-
ным.
Успехи наших знаний о распределении
птиц на территории Советского Союза
подготовили почву для понимания исто-
рических причин, ближайшим образом
обусловивших современную картину
этого распределения. В одних случаях,
пользуясь данными из других дисци-
плин — исторической геологии, палеон-
тологии, палеоботаники и др., орнито-
логи получали возможность в свете
исторических событий, в виде смен ланд-
шафтов, восстановить ход тех процессов,
которые в разное время влияли на
судьбы птичьего населения и в конечном
итоге определили современный ее состав.
С другой стороны, при отсудгтвии таких
данных зоогеографы, исходя их фактов
современного распределения птиц и
учитывая полную закономерность этих
явлений, оказались р состоянии само-
стоятельно восстановить ряд истори-
ческих событий и тем самым дать руково-
дящие указания для других дисциплин.
Работы по истории орнитофауны нашей
страны за последние годы дали большие
и интересные результаты. Здесь снова
приходится на первое место поставить
исследования акад. Сушкина, давшего
классический труд по истории птичьего
мира палеарктической Азии. Доста-
точно назвать круг впервые поставлен-
ных и разбираемых в этом труде вопро-
сов, чтобы оценить всю их значимость,
глубину и сложность. Установив со
всей четкостью крупнейшее различие
в фауне Западной и Восточной («Заени-
сейской» по его терминологии) Сибири,
автор дает историческое обоснование
этого различия, говорит о влиянии под-
нятия Центральной Азии на изменение
лика страны и ее животного населения,,
впервые ставит вопрос о древних очагах
пустыни и связях этих пустынь с фау-
ной пустынь Африки и других частей
Азии; прослеживает влияние леднико-
вого периода на судьбы птичьего насе-
ления и, наконец, впервые указывает
на область Берингии, как на «место
возникновения одного из важнейших био-
ценозов Голарктического царства —
биоценоза тайги». Если в предложенную
трактовку отдельных явлений поздней-
шие исследования внесли некоторые
коррективы, то в основном детальное
изучение отдельных проблем блестяще
подтвердило взгляды автора. Наилучшим
примером этого может служить чрезвы-
чайно обстоятельная работа Штегмана
по истории происхождения птичьего-
населения тайги. Автор устанавливает,
что орнитофауна тайги является единой
для всей бореальной зоны Евразии,
а также имеет тесные связи с фауной
ближайших частей западной Америки.
Наиболее полно комплекс таежных видов
выражен на северо-востоке Азии, откуда,
постепенно редея, они распространяются
на запад Палеарктики, достигая Скан-
динавии, а частью проникают и в горные
районы Западной Европы, вплоть до
Альп и Пиренеев. А так как «виды,
имеющие связь с Северной Америкой,
являются наиболее характерными и рас-
пространенными формами орнитофауны
тайги», а некоторые из них «успели
192
Природа
1937
выделиться в особые роды», предста-
вляется логичным вывод о возникновении
их в неогене на территории, соединявшей
евразийский и американский конти-
ненты в области Берингова моря. Помимо
фактов орнитогеогргфического порядка
автор приводит также палеоботаниче-
ские данные, указывающие на единство
флоры в этих частях обоих материков,
общность климатических условий,
смены их в третичное и послетретичное
время, пока не произошло опускание
большей части этой беринговой суши
и разобщения материков. Ход палео-
климатических изменений автор рассма-
тривает в свете теории Вегенера о про-
хождении точки полюса через террито-
рию Берингии. Как в данной работе,
так и в другой, трактующей о некото-
рой общности фауны тропических широт
Старого и Нового света, Штегман при-
нимает концепцию Вегенера и находит
•ей подтверждение в географическом
распространении птиц. Вопросом о про-
исхождении орнитофауны тундры зани-
мался Тугаринов. В позднейшей (1934)
работе на эту тему автор на базе изуче-
ния палеогеографии полярных стран
приходит к выводу, что в основном
орнитофауна тундры сформировалась
из двух элементов: автохтонов арктиче-
ских ныне широт и представителей
пустынно-степной фауны. Первые ранее,
еще в конце миоцена, должны были испы-
тать влияние охлаждения климата, и
тогда начался процесс приспособления
их к более суровым условиям существо-
вания. В конце плиоцена, благодаря
создавшейся благоприятной обстановке,
в область современной Арктики, именно
в сектор Беринговой суши, через Вос-
точную Сибирь проникли обитатели цен-
трально-азиатских пустынь, где из них
выработались формы, способные суще-
ствовать в более холодном климате.
Этот комплекс видов, как и автохтонные
обитатели, пережив в Берингии и на
Востоке Сибири ледниковый период,
после отступания ледникового покрова
расселился циркумполярно в арктиче-
ских широтах. Этим объясняется то об-
стоятельство, что группа арктических
животных появляется всюду в Евразии
не ранее рисс-вюрма. Попутно автор
.дает объяснение фактам сосуществова-
ния пустынных и тундровых животных,
квалифицируя этот комплекс как
ненаблюдающийся ныне палеоценоз.
Предлагаемая схема происхождения
тундровой фауны не стоит в противоре-
чии с ходом событий, имевших место
и в Арктике по представлениям Веге-
нера. Историей происхождения и форми-
рования фауны Передней Азии зани-
мался Серебровский. На основании зоо-
географического анализа орнитофауны
стран от Сирии и Палестины до Индии,
(объединяемых под общим названием
Сумерии) автор приходит к выводу, что
фауна их сложилась из разнообразных
элементов, так как здесь лежали пути,
которыми шел обмен фаун Африки и
Азии, обитатели Индии проникали в Аф-
рику и обратно, южно- и центрально-
азиатские мигрировали в Европу и т. д.
Процесс этот шел не одновременно,
но, во всяком случае, начиная с неогена.
Попутно рассматривается вопрос о древ-
ности азиатских и африканских пустынь,
о влиянии ледникового периода, а также
высказываются соображения о путях
формирования пустынной, лесной и гор-
ной фаун в границах Сумерии. Из работ,
содержащих опыт истории орнитофауны
и касающихся более ограниченных райо-
нов, можно указать на статью Хахлова
о птицах Зайсанской котловины и Тар-
багатая. В работах Штегмана и Шуль-
пина, касающихся орнитофауны При-
амурья и Дальнего Востока, можно
также найти ряд интересных соображе-
ний о судьбах птичьего населения этих
стран в связи с историей их ландшафтов.
Так, ими было установлено присутствие
степных островов в тайге и обусловлен-
ное рельефом чередование различных
типов лесных насаждений, что создает
изве’стную мозаичность в распределении
птиц. Это, по мнению авторов, свиде-
тельствует об ином, ранее бывшем, рас-
пределении смешанных лесов, тайги
севера и степей юга.
Если методом зоогеографического ана-
лиза мы в состоянии восстанавливать
историю фауны недавнего прошлого, чет-
вертичного времени, то для выяснения
состава и распределения ее в более отда-
ленные времена у нас остается единствен-
ный путь—изучение палеонтологических
остатков. В этом отношении европейскими
Отпечатано и Лмтографии Академии Наук СССР г.Ленинград Университетская наб. 5.1937 г
Природа л«10
№ 10
Успехи советской орнитологии
193
и американскими орнитологами достиг-
нуты большие успехи, описаны сотни
видов ископаемых птиц, установлены
границы бывшего распространения зна-
чительного числа рецентных форм.
К сожалению, в нашей стране палеорни-
тология еще ждет своих исследователей.
Однако в этом отставании повинны скорее
не орнитологи, а геологи. Удивитель-
ным образом при громадном размахе
геологических работ на нашей колос-
сальной территории до настоящего дня
мы почти не имеем каких-либо ископае-
мых материалов по птицам. Невозможно
допустить, чтобы в столь распростра-
ненных у нас меловых, третичных, не
говоря уже о четвертичных, отложениях
разных возрастов отсутствовали кости
птиц. Повидимому, материал этот, тре-
бующий, кроме большой тщательности,
еще и некоторых специальных методов
сбора, просто просматривается. Гораздо
более внимательными оказываются
в этом случае палеэтнологи, собираю-
щие мельчайшие костные остатки на
местах обитания (пещеры, стоянки) древ-
него человека. И, хотя в результате
изучения подобных материалов мы полу-
чаем данные о составе орнитофауны неко-
торых районов в сравнительно недавнем
прошлом, нередко выясняется, в сравне-
нии с настоящим, совершенно иная кар-
тина. Работы этого рода были прове-
дены Тугариновым. В результате из-
учения большого количества костей птиц
из пещерных отложений Крыма, относя-
щихся ко времени вюрма и позднее, уда-
лось составить список (до 60 видов)
рецентных птиц. Однако состав этой
фауны указывает на совершенно иную
экологическую обстановку. В конце
ледникового периода мы видим здесь
развитие открытого ландшафта в обста-
новке сухого и гораздо более холодного
климата. Интересно проникновение до
этих широт белой куропатки (Lagopus
lagopus). Лесные насаждения играли
подчиненную роль и были, видимо, при-
урочены к долинам. В дальнейшем про-
слеживается улучшение климатических
условий и появление характерных среди-
земноморских элементов. Изучение кост-
ных остатков палеолитических стоянок
на Енисее (район Красноярска) показал
большую близость современных усло-
Природа № 10
вий с условиями времени сибирского
палеолита; намечающееся различие ука-
зывает также на большую континенталь-
ность и открытость ландшафта. Инте-
ресную картину вскрыло изучение
костей птиц из «кухонных остатков»
древнего поселения, относимого к началу
нашей эры в районе Обдорска. На ряду
с большим числом представителей орни-
тофауны, общих современности, здесь
присутствуют формы, ныне нормально
обитающие гораздо южнее, в част-
ности указывая на более северное в то
время положение границы лесов. Кроме
того, имеются виды, ныне исчезнувшие
в этом районе (белый журавль). Пока-
зательны в данном случае темпы, кото-
рыми происходят изменения в составе
птичьего населения. Что касается нахо-
док, относящихся к третичному вре-
мени, то из них Тугариновым были обра-
ботаны из павлодарских отложений кости
страуса и вымершего мелкого хищника
из сем. соколов, наиболее близкого
к одному из современных африканских
родов (Dissodectes). Несколько ранее
им же было опубликовано о находке
скорлупы яиц страуса из Забайкалья
(окр. Кяхты). Палеонтологом Рябини-
ным была описана ископаемая крачка
из верхнетретичных отложений Закав-
казья.
Вот то немногое, что было сделано
впервые в нашей стране в области палеор-
нитологии за последнее время. Будем
надеяться, что ближайшие годы дадут
более обильные материалы и найдутся
силы для их изучения.
То направление в изучении животного
мира, которое мы называем сейчас эко-
логическим, получило самостоятельное
развитие лишь в самые последние годы.
Если в.общепринятом понимании зада-
чей экологии является изучение взаимо-
отношений организма и целых компле-
ксов их с окружающей живой и мертвой
средой, то в определении объема и мето-
дов этих исследований существуют раз-
личные мнения. В частности, различно
решается вопрос, применимо ли понятие
экологического изучения к отдельным
объектам живой природы (животным и
растениям) или оно должно касаться
всего сообщества, в котором обитает дан-
ный объект. Большинство орнитологов
13
194
Природа
1937
придерживается первой точки зрения,
считая, что такое всестороннее изучение
отдельных объектов является первона-
чальной стадией экологических иссле-
дований и что лишь глубокое понимание
жизненных явлений и процессов, свой-
ственных одному из членов сообщества,
может подвести в дальнейшем к выясне-
нию взаимоотношений между всеми чле-
нами биоценоза и обитаемой неоргани-
ческой средой. Кроме того, таким путем
мы с большим успехом можем выяснить
реакцию организма на среду (живую
и мертвую), а вместе с тем и значение
• адаптивных признаков, свойственных
этому организму. Это направление эко-
логической работы тем понятнее, что
комплексное изучение различных групп
животных (и растений, ибо между ними
и животными существуют теснейшие
отношения), во всем разнообразии их
жизненных явлений и взаимоотношений,
не доступно отдельному специалисту.
В дальнейшем мы, очевидно, придем
к мысли о необходимости организации
экологических исследований коллектив-
ными силами ряда специалистов самых
различных дисциплин, действующих
по одному плану, с общими целевыми
установками. Со всей определенностью
приходится подчеркнуть, что экологиче-
ские исследования имеют не только
глубоко-теоретическое, но и громадное
практическое значение. В частности,
отмеченное только-что экологическое
изучение отдельных объектов приводит
к пониманию их роли в ценозах, а роль
эта бывает нередко очень значительной.
Вспомним хотя бы насекомых-вредите-
лей и рядом с этим птиц-истребителей
этих насекомых. Другой пример может
касаться птиц как носителей паразитов,
не всегда безразличных для других
животных, имеющих значение в хозяй-
стве человека. Наконец, знание экологии
отдельных видов, их требований к среде
обитания, характеру и составу кормов,
температурным условиям и т. д. позво-
ляет решать вопросы акклиматизации,
приручения, подкормки в целях интен-
сификации охотхозяйства, а также уста-
навливать нормы отстрела.
Экологическое направление находит
сейчас все большее отражение в работах
советских орнитологов, особенно в позд-
нейшие годы. В трудах Шульпина,
Козловой-Пушкаревой, Портенко, Хах-
лова, Долгушина, О. Семенова-Тян-
Шанского и др. имеются по отношению
ко многим видам интереснейшие наблю-
дения. Ряд статей, иногда не специа-
листов-орнитологов, увеличивает этот
перечень. Так, большой содержатель-
ностью и оригинальной постановкой
вопросов отличаются статьи Промптова
о формировании биоценозов и др.
Назову работы Формозова о дятлах и
клестах как жителях хвойных лесов,
его же — о питании рябчика и кедровки.
Серебрянников провел интереснейшие
наблюдения над гнездовой жизнью розо-
вого скворца, в частности, выяснил его
роль, как истребителя саранчевых.
Вопросами питания хищных птиц зани-
мался Зверев, попутно сделавший крайне
интересные наблюдения над гнездовыми
повадками мелких соколов. Тщательно
проделанная Пидопличкой работа по
определению костей из погадок сов
позволила установить роль этих птиц
как истребителей вредных мышеобраз-
ных грызунов и тем еще раз подтвердить
полезную роль этих ночных хищников.
Состав пищи певчих птиц изучался
Кистяковским. Значительное внимание
экологии птиц уделялось также Каш-
каровым, проведшим большие, богатые
ценными результатами работы в наших
Среднеазиатских республиках. Близкие
по методу работы над выяснением коли-
чественного и качественного состава
птичьего населения (биоучет) были про-
деланы Кашкаровым, Лаптевым, Север-
цовым и Герке. Для интересов охот-
хозяйства исследования эти имеют перво-
степенное значение. Упомянем еще об
изучении паразитофауны птиц — тема-
тика, обратившая на себя внимание
также лишь в самые последние годы.
Основные работы в этом направлении
были предприняты паразитологическим
отделением Зоологического института
(ЗИН) и частью уже опубликованы.
Прямым развитием экологических
исследований явилось изучение условий
жизни птиц на зимовках в южных частях
Союза. Работы этого рода были поста-
влены в наших пределах впервые и
касались района Талыша; исполните-
лями их явились Тугаринов и Козлова-
№ 10
Успехи советской орнитологии
195
Пушкарева. В результате трех поездок
был охвачен период с конца октября
по май. Таким образом удалось просле-
дить ход осеннего пролета и процесс
формирования зимнего комплекса, жизнь
птиц в обстановке талышской зимы,
их весенний отлет и пролет видов, зимо-
вавших в более южных странах. Резуль-
таты работ, частью уже опубликован-
ных, сводятся к следующему. В преде-
лах района зимует до 200 видов птиц.
Для одних видов этот край является,
видимо, основным местом зимовок, и
такие птицы, как различные утки, ка-
зарки, серые гуси, фламинго собираются
здесь в неисчислимых количествах. Для
других видов Талыш лежит на периферии
зимних ареалов, и здесь они задержи-
ваются в ограниченном числе. Районами,
откуда собираются птицы на зимовку,
являются низовья Волги, Приуралья и
Западная Сибирь, от низовьев Оби и
Енисея до казахстанских степей. Мелко-
водные заливы и лагуны морского побе-
режья, богатые органической жизнью,
обширные заросли камышей, рисовые
поля обеспечивают зимующей птице оби-
лие кормных мест. Замечено, что
в условиях зимнего существования мно-
гие виды держатся в иных, чем летом,
стациях. Это ведет к тому, что в период
зимовок возникают свои, сезонные,
орнитокомп лексы. Группировки эти
достаточно устойчивы, однако резкие
изменения погоды, в частности захола-
живания и снегопады, вносят большие
изменения в распределение птиц по био-
топам, вызывают временные откочевки,
а иногда и кризисы в условия существо-
вания. Вне этих моментов значительное
число видов оказывается удивительно
мало подвижными. Наблюдения над
отдельными видами выяснили также
интересную картину их зимнего суще-
ствования: суточную жизнь, способы
добывания и состав пищи, ценотические
отношения, проявления половой деятель-
ности и т. д. В общем можно сказать,
что анализ зимних условий обитания
дает достаточный материал для оценки
тех требований, которые предъявляют
птицы к окружающей среде вне гнездо-
вого периода. Знание этих требований
поможет нам осветить вопросы глубо-
кого принципиального значения, по-
дойти к пониманию процессов возникно-
вения зимовок, вскрыть динамику их
формирования в истории птичьего насе-
ления северных широт.
Большие успехи мы имеем еще в одной
области орнитологических работ — в де-
ле изучения перелетов птиц на тер-
ритории Советского Союза. В прошлом
имелись на эту тему обобщающие работы
акад. Мензбира, предложившего в свое
время схему пролетных путей для Евро-
пейской России. В его представ пении
эти пути в главнейшем соответствовали
направлениям речных долин. В отдель-
ных фаунистических работах, напр.
Сушкина, Бостанжогло, также имелись
сведения о путях пролета птиц для от-
дельных районов. Что касается изучения
перелетов как определенных жизненных
моментов, их обстановки, темпов, свя-
зей с фенологическими явлениями, не
говоря об истории возникновения, дина-
мике развития, то эти вопросы оставались
почти неосвещенными. Введенный в нача-
ле текущего столетия метод опытного из-
учения перелетов путем кольцевания ока-
зался не только чрезвычайно плодотвор-
ным, но и в ряде случаев в корне изменил
господствовавшие представления. В на-
шей стране кольцевание птиц получило
широкое применение лишь в последние
10—15 лет. Первенствующую роль сы-
грало в этом отношении Центральное
бюро кольцевания в Москве, энергично
руководимое Вучетичем. Обработка на-
копленных здесь материалов, а также
изучение явлений пролета в различных
частях страны дали совершенно иное
представление о миграциях птиц нашей
фауны, направлениях путей их пролета
и местах зимовок. Работы на эти темы
были опубликованы Тугариновым. Сей-
час мы в состоянии наметить следующую
схему гнездового и зимнего размещения
птиц нашей фауны и направлений их
миграций. Птицы, населяющие наш
европейский север и морское побережье,
летят в западном направлении и зимуют
частью у берегов Скандинавии, частью
в области Балтийского и Немецкого
морей. Обитатели средних широт Евро-
пейской части Союза, к востоку до Урала,
к югу до верхней Волги, отлетают на
запад и зимуют в странах Западной
Европы до Франции и Англии. Птицы,
13*
196
Природа
1937
гнездящиеся в южной части Европей-
ской части территории Союза, на восток
до нижней Волги, южного Приуралья
и Западной Сибири (бассейн Оби), летят
также, главным образом, на запад,
достигая на зимовках области Средизем-
ного моря — Италии, Греции и север-
ного берега Африки. Часть птиц При-
уралья и Сибири мигрирует на юг Кас-
пия и либо остается здесь, либо следует
южнее, в Иран. Птичье население наших
Среднеазиатских республик откочевы-
вает на зиму, главным образом, в Индию,
но некоторые виды придерживаются
средиземноморских путей и отлетают
в Африку. В Индию же через нашу Сред-
нюю Азию летят зимовать птицы, гне-
здящиеся в средней Сибири. Птицы вос-
точной Сибири следуют на зимовки
в Китай, частью Индию, многие из оби-
тателей Приморья зимуют в Японии.
В некоторых случаях эта схема получила
достаточное уточнение, удалось выяс-
нить не только направления, но и пути
миграций. В одной из позднейших работ
пишущий эти строки сделал попытку
связать главнейшие направления мигра-
ций с ходом расселения птиц, с событиями
четвертичной истории на территории
нашей страны. Накоплено так же боль-
шое количество наблюдений над проле-
том отдельных видов, поведением их
в моменты миграций, уточнены сроки,
темпы движения, выяснены связи про-
лета с фенологическими явлениями и т. д.
Все эти вновь полученные данные,
в частности о путях и направлениях
миграций, в корне изменяют господство-
вавшие, считавшиеся прочно установлен-
ными, представления.
В числе условий, значительно способ-
ствовавших делу изучения нашей орнито-
фауны, следует в заключение упомянуть
об организации заповедников. Часть
их, как известно, учреждены в целях
охраны, главным образом птичьего
населения. Таков имеющий всесоюз-
ное значение Кызыл-агачский заповед-
ник им. С. М. Кирова на Каспийском
побережье Азербайджана, Астрахан-
ский в дельте Волги, черноморские
заповедники Украины и др. Проводя-
щаяся в них научная работа уже обога-
тила наши знания интереснейшими дан-
ными, в частности в Астраханском запо-
веднике ряд последних лет ведется гро-
мадная работа по кольцеванию птиц,
давшая исключительно интересные ре-
зультаты в виде сотен находок околь-
цованных там птиц в различных странах
Европы, Азии и Африки. Там же была
проведена Дюниным интересная работа
по баклану.
На этом можно окончить обзор дости-
жений советской орнитологии за минув-
шие 20 лет. Что они неизмеримо увели-
чили наши знания, внесли громадный
вклад в мировую науку — сомнений
возникнуть не может. Хочется, однако,
провести некоторые параллели и уяснить
себе современное состояние и направле-
ние работ у нас и в зарубежных странах.
Не будем прежде всего забывать, до
какой степени мы отставали в прошлом.
Задача «догнать» была для нас не из
легких. В самом деле: если европейские
ученые, имея перед собой территории,
равные нашим районам, изучали их
птичье население десятки лет, то перед
нами лежала колоссальная страна с гро-
мадными, неосвоенными пространствами.
Сколько нужно было сил, материальных
средств, чтобы их достигнуть, покрыть
маршрутами, собрать и обработать мате-
риалы. Чего стоит только одна Совет-
ская Арктика! И вот, когда мы после
первых лет революции широко развер-
нули свою работу, результаты ее сразу
привлекли внимание зарубежных спе-
циалистов. Характерны случаи, когда
английские или немецкие орнитологи
начали изучать русский язык, чтобы
знакомиться с нашими работами по перво-
источникам, возросли требования на
нашу орнитологическую литературу за
границу, даже на мелкие провинциаль-
ные издания. На одном из последних
международных орнитологических кон-
грессов поднимался вопрос о включении
русского языка в число официальных.
Не оставалось ни одной сколько-нибудь
крупной статьи, Которая подробно не
реферировалась бы в иностранных жур-
налах. Все это свидетельствовало об
одном: удельный вес советской орнито-
логии в международной науке возрос
во много раз. Кроме статей по фауне,
особенное внимание привлекали работы
по зоогеографии и истории фауны.
Нужно сказать, что европейским орни-
№ 10
Успехи ихтиологии за 23 лет
197
тологам было совершенно чуждо то
направление зоогеографических иссле-
дований, которое развивалось у нас.
Если, как изложено выше, на базе их мы
за последние годы сумели разработать
ряд вопросов об истории птичьего насе-
ления Палеарктики, то лишь в самые
последние годы, явно пользуясь нашим
методом, некоторые авторы (немецкие)
дали аналогичные работы. То, что сей-
час в методику зоогеографических иссле-
дований мы вносим коррективы, ищем
новых путей развития этого направле-
ния, лишний раз подчеркивает само-
стоятельное и передовое течение нашей
орнитологической мысли. С правом и
уверенностью мы можем сказать, что
в вопросах зоогеографии советские орни-
тологи играют руководящую роль.
Наши экологические работы не только
не уступают иностранным, но часто ока-
зываются более содержательными и
углубленными в смысле' трактовки жиз-
ненных явлений, взаимоотношений чле-
нов сообществ и их поведения. Этим
мы обязаны тому диалектическому пони-
манию явлений, которое развилось и
овладело нашей научной мыслью.
Участки, на которых* мы определенно
отстаем — это морфология и палеорнито-
логия. Если итти далее по пути само-
критики, приходится отметить отсут-
ствие у нас специального орнитологиче-
ского органа. Даже самые малые евро-
пейские страны, вроде Голландии или
Бельгии, имеют регулярно выходящие
орнитологические журналы, тогда как
мы не сумели до сих пор создать свой
советский орнитологический орган.
Но, конечно, не только эта задача, стоит
перед ними. Как бы ни были значи-
тельны наши успехи, стоящие впереди
задачи требуют новой напряженной
работы. Все еще белеют пятна неизучен-
ных районов, еще не кончена инвента-
ризация орнитофауны Союза, — задача,
имеющая актуальное значение для социа-
листического строительства. Это стре-
мление советских орнитологов прило-
жить свои силы к познанию родной
страны естественно отвлекает их от раз-
работки теоретических вопросов, и этим
в значительной степени объясняется уси-
ленная деятельность на одних и понижен-
ная на других участках орнитологи-
ческой работы. Но жизнь нашей великой
страны бурно идет вперед, растут, фор-
мируются и крепнуг новые молодые
кадры исследователей. И, если сейчас
состояние орнитологии в Советском
Союзе не может итти ни в какое сравне-
ние с дореволюционным прошлым, также
несомненно, что в ближайшие годы воз-
росшие кадры советских орнитологов
займут ведущее положение в между-
народной науке.
УСПЕХИ ИХТИОЛОГИИ ЗА 20 ЛЕТ
Проф. Г. У. ЛИНДБЕРГ
Невиданный гигантский рост научно-
исследовательской деятельности за пе-
риод Советской власти особенно резко
сказался в тех областях исследования,
которые непосредственно или хотя бы
косвенно связаны с хозяйственной
жизнью страны. К таким областям иссле-
дования относится и ихтиология —
наука о рыбах, впервые обособившаяся
как самостоятельная дисциплина только
при Советской власти. В дореволюцион-
ное время ихтиологий являлась лишь
частью зоологии и носила почти исклю-
чительно теоретический характер.
Выводы редких и случайных научно-
промысловых исследований почти не
использовались в практике частно-капи-
талистического промысла.
Не ставя перед собой задачи дать осве-
щение успехов этой науки в широком
ее понимании, автор сужает рамки на-
стоящей статьи и останавливается ниже
преимущественно на вопросах систе-
матики, зоогеографии и биологии рыо,
198
Природа
1937
не затрагивая проблем научно-промы-
слового и рыбохозяйственного харак-
тера, подлежащих освещению в статьях
руководящих работников научно-про-
мысловых институтов; также не затраги-
ваются работы из области анатомии,
физиологии и палеонтологии рыб, под-
лежащих освещению в обзорах соот-
ветствующих специалистов этих обла-
стей знания.
В настоящем очерке совершенно
опущено рассмотрение громадного ко-
личества небольших работ из области
ситематики непромысловых рыб, всех
журнальных статей и мелких со-
общений.
Несмотря на значительно суженные
рамки, дать в настоящей краткой статье
более или менее детальный обзор до-
стигнутых результатов в области рас-
сматриваемых проблем совершенно
не представляется возможным из-за
многообразия и размера проделанной
за советский период работы.
Прежде чем перейти к анализу про-
деланной работы за советский период,
нельзя не остановиться на краткой
характеристике предыдущих периодов
исследования.
В истории ихтиологических исследо-
ваний в дореволюционной России можно
наметить примерно 4 периода.
Первый период связан с эпохой зна-
менитых экспедиций Академии Наук
(1738—1774), положивших начало си-
стематического изучения рыб России.
Среди исследователей этого периода
отметим: Стеллера (1738—1745), Краше-
нинникова (1738—1743), Палласа (1768—
1773), Лепехина (1768—1772), Гмелина
(1768—1774), Гюльденштедта (1768—
1775), Георги (1772—1774). Сводка ре-
зультатов исследований за этот период
дана Палласом (1811) в III томе его
классического труда «Zoographia rosso-
asiatica», где содержится, описание всех
известных в то время пресноводных и
морских рыб России и североамерикан-
ских владений. Этот период в основном
характеризуется широкими географиче-
скими исследованиями, в которых из-
учение фауны, и в том числе рыб, ведется
более или менее попутно и в основном
преследует цели инвентаризации фауны
и описания промыслов.
Второй период исследований прихо-
дится на первую половину XIX в. и
связан с именами Эйхвальда — «Fauna
caspio-caucasica» (1841), Нордмана —
Черное море (1840) и акад. Брандта —
осетровые (1833).
Третий период начинается в 1851 г.
знаменитой экспедицией Бера и Данилев-
ского, составившей эпоху в деле изуче-
ния рыболовства и жизни рыб Европей-
ской России. В результате экспедиции
было опубликовано 9 томов трудов
(1860—1875). На этот период приходится
и деятельность крупнейшего ихтио-
лога того времени проф. К. Ф. Кес-
слера, не только уточнившего система-
тическое положение ряда групп рыб
и их географическое распространение,
но также осветившего вопросы проис-
хождения фауны рыб отдельных райо-
нов. На этот же период приходится дея-
тельность Дыбовского, Герценштейна,
Пржевальского, Гримма, Сабанеева,
Варпаховского, А. М. Никольского,
Каврайского и ряда других.
В конце третьего периода начинается
деятельность Н. М. Книповича и Л. С.
Берга, с именами которых в последние
два десятилетия до революции связан
самостоятельный четвертый период исто-
рии ихтиологии в России. Этот период
характеризуется началом планомерных
научно-промысловых работ, особенно
по изучению морей, получивших между-
народное значение. Вокруг этих двух
выдающихся личностей концентри-
руется большинство исследователей
этого периода, в основной массе продол-
жающих работу и в настоящее время.
Особо необходимо отметить большую
деятельность в этом периоде следующих
лиц: И. Д. Кузнецова, В. К. Бражни-
кова, А. Н. Державина, П. Ю. Шмидта,
В. К. Солдатова, Е. К. Суворова, К. А.
Киселевича, М. И. Тихого, и др.
В этом периоде несколько увеличивается
число экспедиций, начинают основы-
ваться ихтиологические лаборатории
и почти перед самой революцией орга-
низуется первая высшая рыбохозяй-
ственная школа.
Рассматриваемый советский период
развития ихтиологии, в отличие от до-
революционного периода, характерен
прежде всего^наличием тесного кон.
№ 10
Успехи ихтиологии за 20 лет
199
такта в направлении и задачах ихтио-
логических исследований с задачами
реорганизации, рационализации и ре-
конструкции рыбного хозяйства и про-
мысла на социалистических основах.
Плановое социалистическое хозяйство,
требующее для успешного развития и
процветания глубокого знания сырьевой
базы, не могло удовлетвориться имею-
щимися, зачастую отрывочными, зна-
ниями о составе и биологии промысловых
рыб. Потребность в уточнении знаний
о сырьевой базе побудила к организации
большой сети научно-исследовательских
организаций: экспедиций, лабораторий,
станций, институтов, и, с другой сто-
роны, вызвала необходимость значи-
тельного пополнения существовавших
до революции кадров научно-исследова-
тельских работников. В связи с послед-
ним проводится реорганизация отделе-
ния рыбоведения в крупный учебный
комбинат—Московский Институт рыб-
ного хозяйства и промышленности, орга-
низуются в 1930 г. в Астрахани и во Вла-
дивостоке подобные же институты крае-
вого характера. Пополнение кадров
исследователей происходит также за
счет ряда университетов (ЛГУ) и инсти-
тутов.
Не имея возможности подробно оста-
новиться на значении отдельных инсти-
тутов и станций в деле изучения рыбных
богатств Союза, ограничусь лишь крат-
ким перечнем главнейших из них, имею-
щих непосредственное отношение к из-
учению лишь сырьевой базы. Из крупных
институтов необходимо указать Всес.
Научный институт рыбного хозяйства
и океанографии (ВНИРО), ведающий
преимущественно исследованиями морей
и получившийся в результате слияния
Гос. Океанографического института и
Центрального Института рыбного хозяй-
ства. Вторым крупным институтом Союза
является Всес. Институт озерного и реч-
ного рыбного хозяйства (ВНИОРХ),
являвшийся прежде ихтиологическим
отделом Гос. Института опытной агро-
номии, а затем Ленинградским Ихтио-
логическим институтом. Существующая
в настоящее время сеть научно-исследо-
вательских институтов и станций, вхо-
дящих в систему всесоюзных институтов
(преимущественно в сиетему ВНИРО),
весьма обширна, поэтому упомянем
лишь некоторые наиболее хорошо из-
вестные. Прежде всего необходимо отме-
тить Тихоокеанский Институт рыбного
хозяйства и океанографии во Влади-
востоке, имеющий два крупных фили-
ала — на Камчатке и на Сахалине,
несколько станций и большое число
наблюдательных пунктов. Этот институт
организован в 1925 г. проф. К. М. Дерю-
гиным и за время своего существования
проделал громадную работу по изуче-
нию наших дальневосточных морей.
К сожалению, за последние б лет инсти-
тут почти приостановил свою издатель-
скую деятельность, несмотря на наличие
большого числа рукописей, подгото-
вленных к печати. Следует особо отметить
громадное значение в деле изучения
дальневосточных морей большой тихо-
океанской экспедиции (1932—1933),
организованной Гос. Гидрологическим
институтом и Тихоокеанским Институ-
том рыбного хозяйства.
В Каспийском море в течение послед-
них лет, начиная с 1930 г., работала Ка-
спийская сельдяная экспедиция, проде-
лавшая также большую работу, но еще
не закончившая ее полностью. В резуль-
тате работ экспедиции установлено при-
сутствие в водах Каспия до 20 рас сель-
дей, из которых около 10 встречаются
в значительных промысловых количе-
ствах. На Каспийском море работает
5 станций: Астраханская, Дагестанская
(в Махач-Кала), Бакинская, Красно-
водская и Гурьевская. В 1934 и 1935 гг.
на Каспийском море работала экспеди-
ция, организованная Каспийской комис-
сией Академии Наук. О работах этой
экспедиции в районе Мертвый Култук
и Кайдак опубликован том трудов (№ 37).
В Баренцевом море работает Мурман-
ское отделение ВНИРО. Кроме того,
в исследовании северных морей Союза
принимает участие Арктический инсти-
тут. В настоящее время организуется
биологическая станция Академии Наук
СССР в Д.-Зеленецкой губе (восточное
побережье Мурмана).
В Черном море большую работу про-
вела Азово-Черноморская промысло-
вая экспедиция под руководством акад.
Н. М. Книповича. Из станций на Черном
море отметим Азово-Черноморскую
200
Природа
1937
(в Ростове на Дону), Батумскую, Одес-
скую и Севастопольскую биологическую
станцию Академии Наук СССР.
Из пресноводных станций укажем
Байкальскую (Академия Наук СССР),
Сибирскую (Красноярск), Днепропетров-
скую, Севанскую, Карельскую, Араль-
скую, Якутскую и Балхашскую.
Работа, проделанная этими институ-
тами и станциями за такой краткий про-
межуток времени, как 20 лет, чрезвы-
чайно велика, и если большое число
вопросов еще требует своего разреше-
ния, то это в значительной мере об-
условливается громадной территорией
нашего Союза и все возрастающей по-
требностью самого рыбного хозяйства.
В качестве примера укажем, что када-
стровым исследованием озер Ленинград-
ской области, проведенным ВНИОРХом,
было охвачено 2745 озер, не менее 20 га
каждое. Тем же институтом проведена
громадная работа по исследованию био-
логии и промысла семги в течение 1930 —
1935 гг., причем исследованием было
охвачено пространство от р. Колы до
р. Печоры. Карельская станция, орга-
низованная в 1931 г., за краткий период
своего существования значительно углу-
била познание рыбных ресурсов Карелии
и способствовала развитию промысла.
Остановимся несколько подробнее на
достигнутых за советский период резуль-
татах указанных выше исследований.1
В области инвентаризации,
несмотря на громадную работу в этом
направлении, проделанную в дореволю-
ционное время, за советский период зна-
чительно пополнены списки не только
морских, но и пресноводных рыб.
Bill издании «Рыбы пресных вод СССР»
(1932 г.) Л. С. Берг увеличил список видов
в среднем на 15% против списка в I изда-
нии 1916 г. Значительно пополнены спи-
ски рыб наших морей, особенно дальне-
восточных, где число видов увеличилось
по сравнению со списком П. Ю. Шмидта
(1904) почти вдвое. Большое значение
в деле инвентаризации фауны имели
1 Большинство упоминаемых в настоящей
статье работ приведено в списке литературы
в работе Л. С. Берга «Рыбы пресных вод
СССР», III изд. (1933). Из более поздних работ
часть любезно указана Л. С. Бергом, просмо-
тревшим эту статью до печати.
сводки и определители Л. С. Берга (1916,
1923, 1932—1933), Н. М. Книповича
(1923, 1926), Солдатова и Линдберга
(1930). Начатая до революции работа
Л. С. Берга над изданием монографий
по рыбам в серии «Фауна России» в на-
стоящее время продолжается значитель-
ным коллективом ихтиологов и частично
уже опубликована в новой серии «Фауны
СССР», издаваемой Зоологическим инсти-
тутом Академии Наук СССР: Л. С.
Берг — часть карповых, А. Н. Свето-
видов — Triglidae, частью заканчиваются
к печати или еще находятся в работе:
Л. С. Берг — система рыб (введение
в фауну рыб), А. Н. Световидов — тре-
сковые, Г. У. Линдберг — Agonidae,
И. Ф. Правдин — сиговые, Е. П. Сла-
стененко — морские иглы, А. П. Ан-
дрияшев—Zoarcidae, Б. С. Ильин —
Gobiidae, П. Ю. Шмидт — камбаловые,
В. К. Солдатов — Cyclopteridae, А. Я.
Таранец — Cottidae, Г. У. Линдберг и
П. А. Моисеев — Scorpaenidae и др.
Помимо издания «Фауна СССР», Л. С.
Бергом опубликована монография по
миногам (1931), А. Н. Световидовым —
по хариусам (1936). Особо следует отме-
тить большую работу, проделанную Гос.
Гидрологическим институтом по када-
стру водных объектов Союза (морей,
озер и рек), в которой отдельными спе-
циалистами приводятся списки рыб, их
биология и краткая характеристика
современного состояния промысла на
этих водоемах. Часть справочников по
кадастру уже вышла из печати, часть же
подготовляется. Накопленные за послед-
ние годы большие материалы по составу
и распределению фауны рыб Союза
настоятельно требуют переработки име-
ющихся сводок и определителей, необхо-
димых для дальнейшего углубления по-
знания природных ресурсов Страны. Сове-
тов. Большое значение в этом отношении
будет иметь издание «Фауна СССР».
Помимо больших обзорных работ,
сводок и определителей, за истекший
период, проделана громадная работа
по инвентаризации отдельных неболь-
ших районов Союза, большинство кото-
рых до революции были совершенно
не исследованы или списки рыб которых
не были уточнены. В этих же работах
обычно приводятся данные по биологии
№ 10
Успехи ихтиологии за 20 лет
201
и промыслу. Укажем лишь главнейшие
из этих обзорных работ.
Л. С. Берг (1932) дал полный список
и обзор распространения рыб Европы.
По бассейну Финского залива закончена
работа Л. С. Берга (1937). В. С. Михин
и О. П. Антипова (1932) напечатали
обзор рыбного хозяйства этого же за-
лива. Обзорного характера работы даны
П. Ф. Домрачевым и И. Ф. Правдиным
(1926) по р. Волхову и оз.Ильменю. А. Н.
Пробатовым (1929) по Псковскому во-
доему, по Белому озеру И. Н. Арноль-
дом (1925) и П. А. Дрягиным (1933).
По Варенцову и Карскому морям даны
сводки Н. М. Книповичем (1926), В. К.
Солдатовым (1923) и А. М. Поповым
(1926), В. К. Есиповым (1933) по Кар-
скому, им же (1931, 1933) — по району
Земли Франца Иосифа, Т. С. Рассом
(1930) по Мурману, Е. К. Суворовым
(1929) по Чешской губе, А. М. Поповым
(1933) по Морю бр. Лаптевых, А. П. Ан-
дрияшевым (1937) по Чукотскому морю,
С. В. Аверинцевым (1927) по Варенцову.
По бассейнам северных
рек Европейской части
Союза даны сводки: по Кольскому
полуострову Л. С. Бергом (1937), по
р. Печоре В. К. Солдатовым (1924),
по Карелии (р. Выг) И. Ф. Правдиным
(1933), по озерам Карелии В. Я. Сло-
бодчиковым и Г. X. Шапошниковой
(1933) и П. Н. Новиковым (1933), по
Онежскому озеру В. В. Покровским и
А. Ф. Смирновым (1932) и В. В. Покров-
ским (1936), по р. Каре А. Н. Проба-
товым (1934), по р. Вычегде Б. С. Лука-
шем (1925).
По бассейнам рек Сибири
имеется также ряд обзоров: Л. С. Берга
(1926) по р. Хатанге, П. Г. Борисова
(1928, 1932) по р. Лене и (1923) по бас-
сейну Оби и Иртыша, П. А. Дрягина
(1933) по Якутии и сдана в печать по
р. Колыме, Н. А. Остроумова (1937)
по р. Пясине, Г. Д. Дулькейта, В. Н.
Башмакова и А. Я. Башмаковой (1936)
по Барабинским озерам, А. И. Буки-
рева (1935) по Чиликановским озерам,
А. И. Березовского (1924) по озерам
Минусинского и Ачинского округов,
М. И. Меньшикова (1933) по озерам
бассейна р. Тобола (Курганский округ)
и его же (1936) по р. Иртышу, М. Д.
Рузского (1920) по р. Томи, Е. П.
Радченко (1935) по Телецкому озеру.
По Дальнему Востоку за
советский период также проделана боль-
шая работа. Помимо сводки по морским,
рыбам Солдатова и Линдберга (1930);
напечатаны работы по Берингову морю
А. П. Андрияшева (1935, 1937), Г. У.
Линдберга и Г. Д. Дулькейта (1929)-
по Шантарскому морю, А. М. Попова
(1931) по Охотскому и его же (1933)
по Японскому морям, П. Ю. Шмидтом
заканчивается обработка рыб Охотского
моря и им же (1928, 1930 и 1931) опу-
бликованы результаты обработки рыб
Японии (сборы 1901 г.) и островов Рию-
Кю, Г. У. Линдбергом заканчивается
каталог рыб всего Японского моря.
По пресноводным рыбам Дальнего Вос-
тока обработаны Л. С. Бергом (1931)
рыбы р. Сунгари, А. Я. Таранцом (1936)
рыбы рек Японского моря, И. Ф. Прав-
диным (1928) рыбы Камчатки, А. Г.
Кагановским рыбы р. Анадыря (в пе-
чати), Г. Д. Дулькейтом рыбы р. Суй-
фун (1925) и бассейна южного склона
Сихота-Алинь (1927). Кроме того,
имеется большое количество мелких
работ как по пресноводным, так и по
морским рыбам.
По Черному морю и его
бассейну рек, помимо определи-
теля Н. М. Книповича, также появилось,
значительное число работ. В настоящее
время Н. М. Книповичем и Е. П. Сла-
стененко заканчивается обработкой но-
вый определитель рыб Черного и Азов-
ского морей. Е. П. Сластененко подгото-
влен обзор рыб Черного моря. Отметим
напечатанные работы А. М. Попова
(1930—1931) по рыбам Кавказского побе-
режья и распределению рыб по биоцено-
зам и К. А. Виноградова (1931) по рыбам
района Карадагской станции. По бас-
сейну- рек этих морей отметим работы
Е. П. Сластененко по Днестру (1930>
и Ю. Бугу (1932), Ф. Ф. Егермана (1926>
по Днестру, по Днепру Ф. Ф. Егер-
мана (1929), В. Л. Исаченко, И. Б.
Паншина (1932), И. Я. Сыроватского
(1929), Е. М. Воронцова по р. Сож
(1927), по Десне (1929) и по Дне-
пру (1930). . По рыбам речек Кры-
ма работали И. И. Пузанов (1923) и
Я. Я. Цееб (1929). По Азовскому
202
Природа
1937
б ас се й н у В. Н. Тихонов (1927), А. И.
Александров (1927), В. К. Есипов
(1930) по Кубани, К. Ф. Телегин (1929) по
Таганрогскому заливу, С. В. Солодов-
ников (1924, 1929, 1930) по р. Донцу,
А. Я. Недошивин (1929) по Дону.
Относительно меньше обзорных работ
по Волг о-К аспийскому бас-
сейну, и все они приходятся преиму-
щественно на слабо изученные районы.
Укажем работы К. А. Киселевича (1926)
по промысловым рыбам района, Л. С.
Берга (1934) по р. Атреку, А. Н. Дер-
жавина (1935) по южному побережью
Каспия, А. Н. Световидова (1937) по
-М. Култуку и Кайдаку, Б. С. Лукаша
(1933) и П. А. Дрягина (1933) по р. Вятке,
Б. С. Лукаша (1929) и М. И. Меньши-
кова (1929) по р. Каме, М. И. Тихого
(1933) по нижней и средней Волге, М. В.
Логашева (1933) по рыбам Татарской
АССР. А. М. Шуколюковым сдано
в печать описание южнокаспийских
промыслов в Иранских водах.
По Аральскому морю и
его бассейну работ обзорного ха-
рактера довольно много: Л. С. Берг
<1926, 1927, 1929), Д. И. Филатов и С. Н.
.Дуплаков (1926, 1927), Н. А. Гладков
(1937), по Аму-дарье Г. В. Никольский,
В. Я. Панкратов и С. И. Ягодина (1933),
по Зеравшану Ф. А. Турдаков (1936),
по рыбам окрестностей Ташкента Г. П.
Булгаков (1923), по р. Чу Г. В. Николь-
ский (1931, 1934), П. А. Дрягин (1936).
Отметим, что Г. В. Никольским сдана
в печать работа по рыбам Таджикистана.
Г. В. Никольский (1933) приводит дан-
ные о составе рыб р. Сары-су. По рыбам
оз. Иссык-куль писал Л. С. Берг (1930,
1931), Д. Н. Кашкаров (1925), Г.У. Линд-
берг (1935) и он же (1936) по рыбному
хозяйству Киргизии. По оз. Балхаш
имеется работа П. Ф. Домрачева (1930).
Отметим работу И. В. Старостина (1936)
по рыбам бассейна рек северного склона
Копет-дага.
Указанная выше громадная работа,
проделанная за советский период по
уточнению состава фауны рыб слабо
или совсем неизученных районов, в зна-
чительной мере способствовала успеш-
ному проведению фаунистиче-
ских и зоогеографических
исследованийи решению вопро-
сов о происхождении от-
дельных ф а у н. Л. С. Берг (1918)
в работе о причинах сходства фауны се-
верных частей Атлантического и Тихого
океанов впервые выдвигает)проблему ам-
фибореального (прерывистого) распро-
странения организмов, в 1920г. выходит
его работа о биполярном распростране-
нии, в 1927 г. по этому же вопросу
появляется работа К. М. Дерюгина;
в 1934 г. Л. С. Берг, используя накопив-
шийся материал, дает сводку по про-
блеме амфибореальности, в 1935 г. Л. С.
Берг рассматривает очень интересный
вопрос о влиянии недавних климати-
ческих колебаний на миграции рыб,
в 1936 г., в сборнике в честь акад. В. И.
Вернадского, Л. С. Берг помещает
статью о периодичности в размножении
и распространении рыб. Помимо этого,
Л. С. Берг опубликовал ряд работ о зоо-
географических областях пресноводных
рыб Палеарктики (1933) и Дальнего
Востока (1926, 1933), а также повопросу
о происхождении фауны и флоры
оз. Байкала (1925,1926, 1928, 1934) и Кас-
пия (1928). Из фаунистических работ,
затрагивающих вопросы зоогеографии
рыб, необходимо отметить работы К. М.
Дерюгина (1928) по фауне Белого моря,
Л. А. Зенкевича (1935) по Ледовитому
морю, П. Ю. Шмидта (1933) по зоогеогра-
фическому распространению главнейших
промысловых рыб западной части Север-
ного Тихого океана, А. П. Андрияшева
по рыбам Берингова моря, Е. П. Сла-
стененко (1933) зоогеографический
очерк по Черному морю и Г. У. Линд-
берга (1937) по Японскому морю.
Таковы итоги работы по инвентари-
зации видового состава и по учету рас-
пределения фауны рыб по отдельным
районам Союза. В основном в настоящее
время эта работа близка к своему окон-
чанию. Еще предстоит большая работа
по уточнению видового-состава, но об-
щий характер распределения фауны
рыб уже достаточно ясен. На карте
Союза почти отсутствуют белые пятна.
На очереди работа по изучению и уточ-
нению биологии наших рыб, но и
в этой области исследования за совет-
ский период проделана громадная работа.
Значительное число работ уделено
осетровым. Прежде всего необходимо
№ 10
Успехи ихтиологии за 20 лет
203
отметить классическую работу А. Н.
Державина (1922) по севрюге бассейна
р. Куры. По Каспийскому бассейну
об осетровых писали В. Н. Беляев
(1932) — куринский осетр, А. В. Лукин
(1933, 1936)-—осетр средней Волги, А. Я.
Недошивин и В. С. Михин (1927) — осет-
ровые северного Каспия, А. Я. Недоши-
вин и Б. С. Ильин (1927) — южного Кас-
пия, В. В. Петров (1927)—о их возрасте и
росте. По Черному морю опубликовали
работу Н. И. Сальников и С. Малят-
ский (1934); по Азовскому бассейну —
Дойников (1936); по сибирскому осетру
и стерляди р. Иртыша — М. И. Мень-
шиков (1936); по Амуру— А. Н. Про-
батов (1935). Г. В. Никольский (1933)
описал места нереста аральского шипа
в р. Сыр-дарье. Об аральском шипе
писал А. Н. Пробатов (1929).
Много работ опубликовано по
сельди. По Финскому заливу: А. И.
Рабинерсон (1925). По Белому и Варен-
цову морям: А. И. Рабинерсон (1923,
1927, 1928), С. В. Аверинцев (1929,
1931), К. Ф. Телегин (1929, 1931), 3. А.
Бородатова (1930), О. П. Антипова
(1931), И. М. Герасимов (1931), Е. К.
Суворов (1932), М. А. Макушок (1932),
М. П. Сомов (1932). По Дальнему Вос-
току: А. И. Рабинерсон (1928) и А. И.
Амброз (1931 и др.). По Черному морю:
В. Л. Исаченко (1925), С. Малятский
(1934) — миграции, он же — оз. Абрау
(1930) и А. Майорова — оз. Палеостом.
По каспийско-волжским сельдям: К. А.
Киселевич (1923), А. В. Морозов (1928),
А. Н. Световидов (1936) — М. Култук и
Кайдак, и ряд статей в «Бюллетене Кас-
пийской сельдяной экспедиции» с 1930 г.
По иваси, основному промысло-
вому объекту Приморья (улов около
1 млн. ц), заканчивается большая работа
А. Г. Кагановским. С. М. Кагановской
(1935) дана морфологическая характе-
ристика иваси. К. Панин (1936) отметил
проникновение иваси до Камчатки.
По хамсе (анчоусу) Черного моря име-
ются работы И. И. Пузанова (1926, 1936)
и А. И. Александрова (1927). О мигра-
циях хамсы писал С. Малятский (1934).
По салаке Финского залива напечатал
работу В. С. Михин (1934).
Большое количество работ опублико-
вано по лососю (Sa Imo salar). Общая
сводка результатов исследования дана
в работе Л. С. Берга (1935). В этом же
сборнике, т. XX, «Изв. ВНИОРХа»,1935
(1936), помещены статьи А. Г. Смирнова
(Терский берег и Мурман), Е. С. Кучиной
(возраст и рост семги рек Вороной и
Териберки), А. А. Световидовой (р. По-
ной и р. Нивы), А. Г. Смирнова (биоло-
гия семги р. Пинеги); Е. С. Кучиной
(р. Сояна), Е. В. Чумаевской-Светови-
довой (р. Мезень), П. Г. Данильченко
(р. Мезень). По семге Белого моря,
кроме того, имеются работы В. Р.
Алеева (1928), Н. В. Горского (1932,
1935), Т. И. Привольнева (1933), Г. X.
Шапошниковой (1935), П. И. Новикова
(1936), П. Г. Данильченко (1936). Отме-
тим также работы по семге А. А.Свето-
видовой (1935, 1936)—р. Нева и Ладож-
ское озеро, М. Б. Зборовской (1935) —
Онежское озеро/ М. И. Тихого (1931) —
р. Свирь.
По лососям Дальнего Вос-
тока следует отметить также ряд
работ: Г: У. Линдберга (1925) о симе
из залива Петра Великого, А. Воро-
бьева (1926) промысел симы, М. И. Ти-
хого (1926) о западнокамчатской гор-
буше, И. Ф. Правдина (1929) — морфоло-
гическая характеристика западнокамчат-
ской горбуши, А. Н. Державина (1930)
о камчатской семге, И. Ф. Правдина
(1932) об амурской горбуше, Д. Н. Та-
лиева (1932) об бвече, К. Ф. Крохина и
Ф. В. Крогиус (1936) об озерных формах
красной с Камчатки.
Довольно много работ опубликовано
по с и г о в ы м, из них в первую очередь
укажем работы И. Ф. Правдина, лучшего
специалиста по систематике этой группы
рыб: сунский сиг (1929), сиги Озерной
области (1931), шальский сиг (1935),
волховской (1936). По сигам Карелии
укажем еще работы П. И. Новикова
(1935), А. Ф. Смирнова (1935), Н. И.
Кожина (1929) и М. И. Федоровой (1929).
По сигам других водоемов писали: А. Н.
Световидов (1934, 1936) и А. Н. Проба-
тов по р. Каре, 3. И. Гладкова (1930)
и К. П. Прохорова (1930) по Оби, В. С.
Чепурнов (1931) по Томи, В. Л. Иса-
ченко (1925), А. И. Березовский (1924),
П. В. Тюрин (1929) по Енисею, А. И.
Березовский (1927) и Ф. Крогиус (1933)
по Байкалу. По ряпушке отметим ра-
204
Природа
193?
ботыП. Г. Борисова (1924) по Переслав-
скому озеру, П. А. Дрягина (1933) о бело-
зерской ряпушке и В. В. Покровского
(1933, 1936).
Из работ по другим лососевым укажем:
по нельме Б. С. Лукаша (1924) по
Печоре, Е. В. Чумаевской-Световидо-
вой (1930) по Оби, М. И. Меньшикова
(1935) по Иртышу; по белорыбице
Жукова (1922) по Волго-каспийскому
району, А. В. Подлесного (1929) по
р. Уфе и П. Осокина (1929) по Каспию;
по севанским форелям К. Р.
Фортунатовой (1929, 1933); по голь-
ца м Л. С. Берга (1926) бассейн р. Ха-
танги, А. Я. Таранца(1933) по Дальнему
Востоку, В. К. Есипова (1934, 1935)
по Новой Земле, А. Ф. Смирнова (1933)
по Онежскому озеру; по хариусам
А. Н. Световидова (1931, 1936) и др.
Много сделано и по изучению тре-
сковых. По тресковым в настоящее
время закончена монография А. Н. Све-
товидова. По треске Белого моря укажем
работы К. М. Дерюгина (1920), В. С. Ми-
хина (1925), Д. Н. Талиева (1931), Евро-
пейцевой; по Варенцову морю В. С. Ми-
хина (1931, 1935), Т. Дементьевой и др.
(1931, 1935), В. К. Есипова (1930, 1931,
1933), Е. К. Суворова и Г. С. Гурвича
(1932); по Дальнему Востоку по треске
работали И. А. Полутов, Е. К. Суво-
ров. По систематике тресковых ука-
жем работу А. Н. Световидова (1935).
По пикше имеется работа В. С. Михина.
П. А. Дрягин (1932) описал новый род
тресковых Arctogadus. Из работ по на-
ваге отметим В. Лапшина (1929),
Г. Кузьмина-Караваева (1930), Н. А.
Халдиновой (1936), А. Н. Пробатова
(1936), по дальневосточной наваге рабо-
тала Н. В. Миловидова.
Помимо указанных выше за рассма-
триваемый период напечатано очень
большое количество работ по дру-
гим рыбам. Остановимся лишь на некото-
рых.
По миногам укажем ряд работ
М. М. Ивановой-Берг (1929, 1931, 1932,'
1936); по корюшке и снетку
работы П. В. Тюрина (1924), В. В. Пе-
трова (1925,1926), М. И. Маркуна (1926),
А. М. Шуколюкова (1931), В. С. Кирпич-
никова (1935) и А. Я. Таранца (1934) по
Hypomesus; по м о й в е Варенцова моря
Е. К. Суворова (1931), Т. С. Расса (1933),.
Кириллова (1936);по вобле И.Ф.Прав-
дина (1924, 1927, 1928), А. В. Морозова
1930), Н. И. Чугуновой (1932), Н. А. Глад-
кова (1935); по сазану М. П. Борзенко
(1926), В. В. Петрова (1931, 1932, 1935),
А. Н. Световидова (1933), Г. В. Николь-
ского (1934), С. Г. Зуссер (1935, руко-
пись); по л е щ у Б. С. Лукаша (1924),
М. И. Маркуна (1927, 1929), А. Г. Кага-
новского (1927), П. Ф. Домрачева (1929),
Н. А. Дмитриева (1931), А. В. Лукина
(1933), А. В. Гриба и М. Ф. Вернидуб
(1935); по чебакам П. Л. Пирож-
никова (1927), Е. П. Радченко (1930),
М. М. Ивановой-Берг (1935), М. И. Федо-
ровой (1935); по я з ю Г. А. Муромо-
вой (1930); по красноперке В.В.
Покровского (1935); по ж е р е х у А. Н.
Пробатова (1927, 1929), М. П. Борзенко
(1932), по у с а ч у А. И. Рабинерсона
(1927), М. И. Маркуна (1933); по ма-
ринке и осману П. Н. Морозо,
вой (1935); по ш е м а е М. И. Маркуна
(1929, 1935), А. Г. Смирнова (1929);
В. Ю. Марти (1930), Я. Цееба(1930},
по у к л е е И. П. Савватимского (1928).
В. В. Петрова (1930); по р ы б ц у В. Ю-
Марти (1930); по ч е х о н и В. Н. Тихо,
нова (1928), Н. А. Гладкова и К. Н.
Яковлевой (1935); по к а р а с я м П. А,
Дрягина (1930), Сыч-Аверинцевой (1930).
А. В. Гриба (1935); по сому А. Н)
Пробатова (1929), М. С. Михина (1931;
по у г р ю М. С. Михина (1937); по
щ у к е А. Н. Световидова (1929), А. Я.
Башмаковой (1930), по кефалям
А. М. Попова (1930), по с у д а к у Н. И.
Чугуновой (1931), А. В. Климовой (1935);
по морскому судаку Н. И.Чугуновой
(1932);по окуню А. Н. Световидова(1929),
В. В. Покровского (1930), А. К. Свидер-
ской (1930); по б ы ч к а м Каспийского
моря Л. С. Берга (1927, 1931), Б. С.
Ильина (1927, 1928, 1930, 1936, 1937),
и по Черному морю его же (1927, 1930);
по бычкам Байкала А. Я. Бази-
каловой, Т. Н. Каллиниковой, В. С.
Михина и Д. Н. Талиева (1937); по к ам-
ба л а м Л. С. Берга (1932), Н. В. Сыч-
Аверинцевой (1930) по Варенцову морю,
а по Дальнему Востоку Д. И. Охрям
кина, П. А. Моисеева, А. Я. Таранца
(1936); по белокорому пал-
тусу М. Ф. Вернидуб; по морским
№ 10
Успехи ихтиологии за 20 лет
205
ершам П. А. Моисеева (1937), по
султанке В. К. Есипова (1927,1934);
по п е с ч а н ке В. И. Певзнер (1928);
Е. К. Суворова (1931), Ю. В. Мартинсена
и Г. А. Никифоровского (1934), по на-
лиму А. В. Лукина (1935), М. И. Мар-
куна (1936).
Одним из существенных и важных
вопросов промысловой ихтиологии яв-
ляется вопрос о мелких систе-
матических единица х. Этому
вопросу также было уделено довольно
большое внимание, хотя вопрос остается
еще далеко недоработанным. Среди
работ по этому вопросу отметим работы
Л. С. Берга (1932, 1935), А. В. Морозова
(1930) по расовому исследованию воблы,
В. В. Петрова (1930) по вобле, С. В.
Аверинцева и П. Сыч-Аверинцевой
(1930) по каспийским сельдям, А. В.
Лукина (1933) по осетру, М. М. Ивано-
вой-Берг (1939, 1932) по невской миноге,
В. С. Михина (1934) по салаке Финского
залива. Л. С. Берг (1934) дал исследо-
вание по яровым и озимым расам. И. Ф.
Правдин (1925) писал о классификации
сигов. Д. Н. Талиев закончил работу
по использованию метода преципитации
в систематике рыб. ,
Широко развернутые систематические
и биологические исследования вызвали
появление ряда работ методиче-
ского характера: (под ред.
Ф. И. Баранова и А. И. Березовского)
«Сборник статей по методике определения
возраста и роста рыб» (1926), И. Ф. Прав-
дин (1924) — схемы измерений рыб, Г. Н.
Монастырский (1930) — «О методах
определения линейного роста рыб по
чешуе», В. П. Тюрин (1927, 1929) —
о зависимости между длиной рыбы и
ее весом, А. В. Морозов (1934) — по
методике установления возрастного со-
става уловов, А. И. Рабинерсон (1929)
впервые применил к рыбам метод опре-
деления константы роста И. И. Шмаль-
гаузена, Б. С. Ильин (ред., 1935) —
«Сборник инструкций ВНИРО», Л. С.
Берг и др. (ред., 1934) — «Сборник мето-
дических указаний ВНИОРХа».
Отдельно следует упомянуть работы
общебиологического ха-
рактера: В. В. Чернавина (1921) —
о происхождении брачного наряда
у лососевых, Н. А. Киселевича (1923) —
о порционном икрометании у сельдей
рода Caspialosa, И. И. Кузнецова
(1928) — о размножении амурских и
камчатских лососей, В. И. Казанского
(1934) — о партеногенетическом разви-
тии икры щуки, В. В. Шулейкина (1928,
1934) — о динамике полета летучих рыб.
Ряд работ трактует специально в о-
просы питания рыб: Л. А. Зен-
кевич (1931) — трески, пикши, кам-
балы, ерша, ската, зубатки, морского
окуня (Баренцево море), А. Н Держа-
вин— леща (1918) и сельдей (1918),
Н. Л. Чугунов (1918) — молоди рыб
Каспийско-волжского района, А. А.
Бируля (1934) — рыб Кары, Г. В. Ари-
стовская (1935) — стерляди (Simuliidae),
К. Я. Панкратова (1936) — рыб Араль-
ского моря, Н. И. Кожин (1935) — сигов
Шальской губы и Онежского залива,
Плеханов (1929)—байкальского хари-
уса, М. П. Сомов (1924) — леща (также
и рост).
Отдельно заслуживают быть отмечен-
ными работы по изучению икры
и личинок рыб. Работа в этом
направлении, начатая в основном В. И.
Казанским (1925, 1928) по рыбам дельты
Волги, была широко развернута Т. С.
Рассом по изучению икры и личинок
морских рыб (1931, 1933, 1934, 1935,
1936). Т. А. Перцова (1936) дала опре-
делитель пелагических икринок Варен-
цова моря. В. А. Водяницкий (1930,
1936) также работал над пелагической
икрой. В связи с этими работами можно
отметить ряд работ по плодовитости рыб:
М. И. Тихий (1925) — каспийско-волж-
ских сельдей, А. Л. Бенинг (1927) —
стерляди, Сыроватская (1929) — рыб
р. Днепра. Специально по молоди рыб
отметим работы Н. Л. Чугунова (1928)—
Волго-Каспийский район, А. М. Шуко-
люкова (1932) — низовья Урала, Г. У.
Линдберга (печатается) — советская
Средняя Азия.
Как видно из рассмотренного выше,
в области ихтиологии за советский пе-
риод проделана громадная работа, во
многом способствовавшая появлению
работ общего содержания.
В 1920 г. в издании Академии Наук
(СОПС) вышел сборник «Рыбы», предста-
вляющий собою сводку накопленных
к тому времени данных по главнейшим
206
Природа
1937
промысловым рыбам. В 1928 г. появляет-
ся работа В. К. Солдатова «Рыбы и
рыбный промысел», в которой уже ис-
пользуются данные исследований за
советский период. В 1933 г. вышла книга
В. И. Мейснера «Промысловая ихтиоло-
гия». В 1934 г. появляется первая часть
«Промысловой ихтиологии» В. К. Солда-
това (общая ихтиология), а в настоящее
время (1937) выходит и вторая часть
(частная ихтиология). В 1936 г. по-
является очень ценная сводка П. Ю.
Шмидта «Миграции рыб».
«Промысловая ихтиология» проф. В. К.
Солдатова, представляя собою учебник
для высших учебных заведений, являет-
ся неоспоримым доказательством того,
что ихтиология за период Советской
власти успела впочне оформиться как
самостоятельная научндя дисциплина и
что это оформление могло произойти
лишь в стране, где хозяйство ведется на
социалистических основах и где научная
теория находится в тесной взаимосвязи
с практикой.
ДОСТИЖЕНИЯ ЗА 20 ЛЕТ В ОБЛАСТИ
ЭНТОМОЛОГИИ
Проф. М. Н. РИМСКИЙ-КОРСАКОВ
Изучение необъятного по числу видов,
и разнообразию жизненных условий*
класса насекомых несомненно сделало
огромные успехи в СССР со времени
Октябрьской социалистической револю-
ции. СССР, как никакая другая страна,
представляет все предпосылки для все-
стороннего глубокого исследования об-
раза жизни насекомых и их влияния на
хозяйственную жизнь многочисленных
народностей, населяющих наш Союз.
Вместе с тем именно за последние 20 лет,
в связи с колоссальным сдвигом во всех
областях нашей жизни после револю-
ции, потребность в борьбе с насеко-
мыми, вредящими здоровью и жили-
щам человека, культурным растениям,
лесу и домашним животным, возро-
сла очень значительно по сравнению
с тем, что было до революции.
Социалистическая система хозяйства
потребовала изменений в методах обсле-
дования, в системе мероприятий и в тех-
нике борьбы с вредителями; с другой
стороны, возможности планового про-
ведения обследований, мероприятий по
борьбе и широкой постановки опытной
работы возросли благодаря коллекти-
визации хозяйства во много раз против
прежнего. Поэтому будет понятно, что
то взаимопроникновение теории и прак-
тики, которое является лозунгом совре-
менности, оказало больше всего влия-
ния на прикладную сторону науки и
дало во многих отношениях превосход-
ные результаты в области сельско-
хозяйственной и медицинской энтомо-
логии.
Новые задания в агрономии, плодо-
вом и лесном хозяйствах потребовали
значительных продвижений различных
культур в новые районы, затем в широ-
ком масштабе производится в настоящее
время интродукция различных древес-
ных пород (главным образом на юге),
вместе с которыми могут попадать в Союз
многие иноземные вредные насеко-
мые. Все это потребовало особенно при-
стального внимания к составу энтомо-
фауны Союза и всестороннего ее изуче-
ния. Таким образом как-теоретическое,
так и практическое освоение фауны,
конечно, не только насекомых, но и.
других животных, стало необходимостью
и, как мы увидим из дальнейшего,
сделало крупные шаги вперед за послед-
ние 20 лет. Вопросы соотношения насе-
комых с окружающей средой неизбежно
встают при этом и таким образом по-
нятно, что экология насекомых яви-
№ 10
Достижения за 20 лет в области энтомологии
207
лась совершенно необходимым звеном,
объединяющим теорию и практику и сде-
лавшим, пожалуй, наибольшие успехи
за советское время.
Рассмотрим теперь в самых кратких
чертах, что же дали советские энтомо-
логи нашей стране, столь нуждавшейся
в развитии научных знаний и их демо-
кратизации. Остановимся сначала на
чисто теоретических достижениях, а за-
тем и, главным образом, на так наз.
прикладной стороне энтомологии.
Приводимые в дальнейшем цифры
в скобках указывают на года появления
работ, напечатанных, главным образом,
у нас, частью и в заграничных изда-
ниях.
Как и на Западе, чисто морфологиче-
ские работы по сравнению с другими
направлениями в науке, отступают на
задний план. В интересующий нас пе-
риод по сравнительной анатомии насе-
комых можно отметить детальные иссле-
дования Беккера (1925, 1932) по морфо-
логии половых придатков как низших,
так и высших насекомых (перепончато-
крылых). Из других наружных органов
обратили на себя внимание исследова-
телей крылья, общая схеада жилкования
которых была дана Мартыновым (1923),
который и обосновал разделение всех
крылатых насекомых на Palaeoptera и
Neoptera. Своеобразно измененное жилко-
вание надкрылий жуков было подробно
изучено Рихтером (1937); ему удалось
провести сравнение их с крыльями
других насекомых. За самое последнее
время в Институте эволюционной мор-
фологии им. Северцова началось изуче-
ние развития бабочек с рудиментарными
крыльями (зимняя пяденица), которое
должно дать интересные в теоретическом
отношении результаты (Федотов, 1936).
Вопросу о микроптеригизме крыльев
у насекомых посвящены также работы
Римского-Корсакова (1920) и Н.Я. Куз-
нецова (1929). Наконец, в ряде работ
Шванвича (1923—1937) впервые дан мор-
фологический анализ рисунка крыльев
различных групп бабочек, а именно
им был выявлен состав рисунка, нередко
чрезвычайно сложного, из нескольких
соподчиненных систем (выводы Шван-
вича были подтверждены эксперимен-
тальным путем рядом иностранных авто-
ров). Затем привлек к себе внимание
исследователей дыхательный аппарат
водных личинок насекомых (Пуликов-
ская, 1924, 1927; Мончадский, 1930}.
Как в этих работах, так и в некоторых
систематических монографиях по отдель-
ным группам насекомых: Моичадского
(личинки комаров, 1936), Перфильева
(москиты, 1937) подробно разбираются
морфологические особенности данных
насекомых в связи с их образом жизни.
Вопросы биологии насекомых затра-
гиваются, конечно, в очень многих рабо-
тах по отдельным группам, в том числе
и различным вредным насекомым. При-
водить их здесь хотя бы даже с боль-
шим выбором не представляет никакой
возможности. Ограничимся только сле-
дующим. Упомянем прежде всего о вы-
дающихся, чрезвычайно детальных, ис-
следованиях Мордвилко по тлям. Наи-
более крупный специалист по тлям,
во всем мире Мордвилко дал сводку
по кормовым растениям тлей (1929)
и по их неполноциклическому размно-
жению. Подробный анализ их морфо-
логических особенностей, размножения
и географического распространения по-
зволил притти к очень интересным выво-
дам о выпадении отдельных поколений
из цикла развития многих видов тлей
в связи с исчезновением в отдельных
местностях питающих тлей растений.
Можно отметить некоторые исследо-
вания по отдельным группам насекомых,
жизнь которых вообще до этого времени
была недостаточно изучена (панорпы —
Шиперович, 1925; водные наездники —
Римский-Корсаков, 1933; растительно-
ядные наездники — Пузанова-Малыше-
ва, 1930, 1936). Вопросы симбиоза неко-
торых насекомых с различными микро-
организмами изучались Поспеловым
(1929).
Как сказано выше, экология насеко-
мых успешно разрабатывалась у нас
в Союзе. Здесь следует на первое место
поставить комплекс работ по изучению
причин и условий периодичности мас-
сового размножения лугового мотылька,
бабочки, имеющей огромное хозяйствен-
ное значение именно у нас. Проведенные
Всесоюзным Институтом защиты расте-
ний совместно с Научным институтом
им. Лесгафта детальные физиологические
208
Природа
1937
наблюдения с учетом всех микрокли-
матических факторов, сопровождав-
шиеся экспериментальным анализом
темпа развития вредителя, его выжи-
ваемости и плодовитости в различных
условиях температуры, питания и влаж-
ности, позволяют теперь с достаточной
степенью достоверности предсказывать
сроки и численность вылета лугового
мотылька для разных областей Союза.
Только на луговом мотыльке так де-
тально исследовано питание гусениц
в разных условиях, дана экологиче-
ская и физиологическая характеристика
диапаузы, изучена холодоустойчивость
гусениц и плодовитость бабочек (Кожан-
чиков, Штейнберг, Ларченко, Стрель-
ников, Лозино-Лозинский, Скобло и др.).
Из экологической лаборатории Зооло-
гического института Академии Наук
СССР исходили также работы Кожан-
чикова (1934—1936) по эксперименталь-
ной экологии (влияние тепла, влажности
и пищи на рост и энергетический обмен
у гусениц). Эти работы, так же как
и работы Стрельникова по изучению
температуры тела насекомых при раз-
личных условиях, основанные на новой
методике (оригинальные приборы), яви-
лись новостью в литературе.
Экологические наблюдения другого
рода проводились Власовым в Средней
Азии, а именно им были исследованы
условия жизни насекомых в норах гры-
зунов (1933); энтомофауна гнезд мле-
копитающих и птиц была изучаема
Киршенблатом (1936). Следует отметить
также многолетнюю работу Фридолина
по фенологии и экологии насекомых
Хибин (1936). Изучение поведения насе-
комых сделало у нас успехи главным
образом в отношении насекомых, кото-
рые обладают наиболее сложными
инстинктами — представители отряда пе-
репончатокрылых. Мы имеем в виду
длинный ряд работ Малышева (1924—
1936) по инстинктам (гнездостроение,
забота о потомстве) одиночных пчел.
Проведение их по единому плану и
вдумчивая постановка опытов обусло-
вливают их большое значение и высо-
кую оценку западноевропейскими уче-
ными.
Исследование ископаемых насекомых
началось у нас только после револю-
ции. Крайне существенные для понима-
ния эволюции в классе насекомых мно-
гочисленные работы Мартынова (1925—
1936) обогатили в значительной степени
фактический материал по ископаемым
формам (не только новые роды, но
и отряды насекомых были им устано-
влены впервые); оказалось, что возник-
новение некоторых современных отря-
дов надо отнести к более раннему вре-
мени (напр. жуков — к карбону).
В результате работ Мартынова устана-
вливается также естественная класси-
фикация класса насекомых.
Изучение энтомофауны Союза сделало
за советское время большие шаги впе-
ред. Здесь главные заслуги принадле-
жат сотрудникам Зоологического инсти-
тута (ранее музея) Академии Наук
СССР, продолжавшего накапливать фау-
нистический материал и обрабатывать
его в виде отлично изданных томов
«Фауна СССР» (бабочки — Кузнецов,
1929; Мордвилко—тли, 1919; Гусса-
ковский — пилильщики, 1935; Те-
ленга — наездники-бракониды, 1936;
Оглоблин — листоеды, 1936; Плавиль-
щиков— дровосеки, 1936; Бей-Биенко —
уховертки, 1936; Перфильев — москиты,
1937; Олсуфьев — слепни, 1937; Ро-
дендорф — паразитические мухи, 1937).
Кроме того, Институт начал изда-
вать (это была совершенная новость)
крайне полезную серию определителей
насекомых, основанную также в значи-
тельной степени на материалах, соби-
равшихся за последнее время (из опре-
делителей отметим б томов работы
Мейера по наездникам (1933—1937);
Штакельберга по комарам (1927) и мухам
(1933) и Семенова-Тян-Шанского и Мед-
ведева— жуки-кравчики (1936) и др.
Из других изданий следует выделить
сводку по шмелям СССР Скорикова
(1929).
Следует отметить, что за советское
время стали обрабатываться такие
группы насекомых, которые ранее почти
совершенно не затрагивались исследо-
вателями: тараканы (Бей-Биенко), мел-
кие бабочки (Н. Филипьев, Герасимов),
галлицы (Домбровская), червецы (Але-
ксей Кириченко, Борхсениус), некоторые
группы перепончатокрылых (Скориков,
Попов, Никольская), галлы (Ванин).
№
Достижения за 20 лет в области энтомологии
209
Изучением географического распро-
странения насекомых занималось в той
или иной форме большинство энтомо-
логов-систематиков, но главные заслуги
принадлежат здесь лучшему знатоку
в данной области А. П. Семенову-Тян-
Шанскому, который подвел итоги своим
многолетним изысканиям по географи-
ческому распространению насекомых
в Палеарктической области и дал (1936)
карту подразделений Палеарктики для
наземных животных, главным образом
на основании распространения жуков
(результаты его 50-летней деятельности).
Карта встречена с сочувствием западно-
европейскими учеными и воспроизве-
дена в английском издании «Discovery».
Переходим теперь к обзору достиже-
ний по исследованиям и борьбе с вред-
ными насекомыми (о некоторых трудах
в этом направлении говорилось уже
выше). Громадное количество работ по
вредителям сельского хозяйства бро-
сается в глаза. Из них упомянем о сводке
Никольского по азиатской саранче
(1932), о работах по саранчевым Пред-
теченского (1928—1934), Плотникова
(1926), Бей-Биенко (1930—1934), по вра-
гам саранчевых Олсуфьева (1929), по
огородным вредителям Богданова-Кать-
кова и его сотрудников (сводка, 1933),
по виноградным вредителям Принца
(1925—1932), по амбарным вредителям
Шороховых (1937). Совокупность работ
по саранчевым дает достаточно ясную
картину по биологии их на юго-востоке
Союза.
Общие вопросы прикладной энтомо-
логии разрабатывались Гаузе (обзор
закономерностей массового размноже-
ния насекомых, 1935), Любищевым (во-
прос о коэффициенте вредности, 1931—
1933) и др. Практический обзор меро-
приятий по авиоборьбе дан Коротких
(1932), обзоры по биологическому методу
борьбы даны Мейером (1937) и Беланов-
ским (1932), по агротехническим меро-
приятиям Щеголевым (1935). За послед-
ние 5 лет биологический метод борьбы
с блестящим успехом начал применяться,
главным образом, в плодовом хозяй-
стве. Применение божьих коровок (про-
тив червецов) и мелких наездников:
афелинуса (против кровяной тли) и
в особенности трихоградомы (против пло-
Природа № 10
дожорки, кукурузного мотылька и др.)
пошло у нас по примеру Америки и
Западной Европы быстрыми шагами
вперед. Заслуга этого принадлежит лабо-
ратории Мейера в Институте защиты
растений. Техника разведения этих насе-
комых вполне освоена нами, и резуль-
таты борьбы вполне реальны в Крыму
и на Кавказе.
Большое развитие получил у нас
химический метод борьбы, и работы хим-
сектора Института защиты растений
в Ленинграде и Института инсектофун-
гисидов в Москве дали возможность
применять в борьбе с вредителями поле-
водства, огородничества и садоводства
целый ряд новых химических веществ,
из которых назовем хотя бы препараты
анабазина.
Карантинное дело в отношении чуже-
земных вредителей стало развиваться
в нашей стране за последние годы.
Завоз некоторых опасных вредителей
из-за границы вызвал к жизни орга-
низацию карантинного сектора Нарком-
зема, который в настоящее время руко-
водит всеми необходимыми операциями
внешнего и внутреннего карантина и
имеет в своем распоряжении сеть каран-
тинных инспекций, карантинные пункты
и лаборатории. Благодаря бдительному
надзору карантинных учреждений, уда-
лось предотвратить занесение в СССР
такого опасного вредителя хлопка, как
так наз. розовый червь (гусеница).
Лесная энтомология получила за
последние 20 лет значительное развитие,
хотя, быть может, и недостаточное,
в виду колоссального значения лесной
промышленности для СССР. Дело обсле-
дования лесов в отношении вредителей
сильно подвинулось за это время, и
обследованная площадь в несколько раз
превышает таковую до революции.
Из работ по отдельным группам вре-
дителей отмечаем прежде всего изуче-
ние майских хрущей, получивших особое
значение в нашем лесном хозяйстве
в связи с системой концентрированных
рубок. На юге (Украина) хрущи иссле-
дованы Головянко( 1935, 1936), на севере
Яцентковским (1929), на востоке Поло-
женцевым (1932), Шиперовичем и др.
Нельзя при этом не выразить сожале-
ния, что сводки двух первых авторов,
14
210
Природа
1937
вполне готовые к печати, до сего вре-
мени не могли быть опубликованы. Опи-
сательная экология хрущей разрабо-
тана указанными авторами достаточно
детально, но экспериментальное изуче-
ние экологии хрущей началось лишь
за самое последнее время (в ВИЗРе,
Принцем и его сотрудниками).
По короедам мы имеем сводки:
Яцентковского, ходы короедов (1930)
и Старка (еще не опубликована). Про-
двинулось у нас дело изучения усачей
(благодаря работам Плавилыцикова,
1932; Гусева, 1932; Положенцева, 1934).
По вредителям древесины появилась
сводка Шестакова (1933).
К послереволюционному времени отно-
сятся также исследования по биологии
и распространению сосновых пилиль-
щиков (Шиперович, 1927), соснового
долгоносика (Флеров, 1931) и сибир-
ского шелкопряда. Опять-таки прихо-
дится отмечать то обстоятельство, что
исследования по последнему весьма
существенному вредителю (Яцентков-
ского на Урале, Флорова в Сибири)
остаются покамест ненапечатанными.
Методика обследования лесных вреди-
телей выявлена в коллективной работе
сотрудников кафедры энтомологии Лесо-
технической академии (1931) и в работах
Старка (1931).
За самое последнее время поставлен
на очередь совершенно новый вопрос
о насекомых, повреждающих поле-
защитные лесные полосы в южных райо-
нах Союза. Лесной сектор Института
защиты растений работает в этом напра-
влении, изучая заселение этих полос
различными лесными и полевыми насе-
комыми (Старк, 1937; Березина, 1936;
Гусев, 1937). В связи с энергично про-
водимым зеленым городским строитель-
ством стала необходимой также борьба
с вредителями городских садов, парков
и питомников — соответствующие ра-
боты ведутся в различных городах Союза,
в том числе в Ленинграде кафедрой
лесной энтомологии Лесотехнической
академии.
Наконец, в прежнее время у нас
совершенно не обращалось внимания
на повреждения плодов и семян древес-
ных пород. Требования лесного семен-
ного дела обусловили изучение соответ-
ствующих насекомых (Березина и Ку-
ренцов, 1935). В Сибири, где имеются
колоссальные богатства хвойного леса,
изучение вредителей семян кедра, лист-
венницы и других пород крайне необ-
ходимо, и поэтому весьма нужной
является там работа Флорова и Зо-
новой.
Дело изучения и борьбы с вредите-
лями животноводства стало на ноги
только после революции. В составе
Всесоюзной Академии сельскохозяй-
ственных наук имени В. И. Ленина
(ВАСХНИЛ) был организован сектор
по вредителям животноводства, в ко-
тором и велись под руководством
проф. Павловского работы по обследо-
ванию и выработке мер борьбы с врагами
домашних животных (сводка, 1935).
В дореволюционное время медицин-
ской энтомологии по-настоящему у нас
не существовало, т. е. не было почти
никаких работ, которые касались бы
так или иначе вреда, наносимого насе-
комыми здоровью человека. Малярий-
ный вопрос был поставлен у нас во всю
ширь только после революции. При
Зоологическом музее Академии Наук
СССР была основана под председатель-
ством проф. Е. Н. Павловского Маля-
рийная комиссия, которая в дальнейшем
была преобразована в паразитологиче-
ское отделение Зоологического инсти-
тута. Таким образом был создан большой
организующий научный центр по дан-
ной специальности для изученья рас-
пространения и биологии не только
малярийных комаров, но и других крово-
сосущих двукрылых (москитов, мошек,
слепней и т. д.) и для изучения методики
борьбы с этими насекомыми. Нельзя не
отметить весьма важных исследований
по развитию слепней и переносе ими не-
давно вообще установленной болезни —
туляремии (Олсуфьев, 1937). Комплек-
сные работы (в сотрудничестве с меди-
ками, маммологами и другими специа-
листами) как в данном случае, так
и при других исследованиях по перено-
счикам болезней человека и домашних
животных (школа Павловского) дали
превосходные результаты, во многих
отношениях превышающие достижения
западноевропейских и американских
исследователей. Целый ряд полезных
№ 10
Достижения за 20 лет в области энтомологии
211
изданий явился результатом работ отде-
ления (инструкции по исследованию
комаров, блох и др.). Отдельные работы
по экологии малярийных комаров ве-
лись сначала в Перми, а затем в Москве,
в Тропическом институте проф. Бекле-
мишевым и его сотрудниками. Далее,
тем же проф. Павловским, можно ска-
зать, было создано новое направление
в изучении ядовитых животных, в том
числе и насекомых (капитальная сводка).
В целом ряде работ Павловского (глав-
ным образом в сотрудничестве с проф.
Штейн) разработан детально вопрос
о действии яда насекомых на кожу чело-
века (златогузка, 1928; блохи, вши,
1924).
Громадное значение в развитии при-
кладной энтомологии имеет организа-
ция исследовательских работ и меро-
приятий по борьбе с вредителями.
В этом отношении сельскохозяйственная
энтомология развивалась более успешно,
чем лесная. Перед революцией (1916 г.)
учреждений по защите растений было
у нас всего 30, в 1936 г. их было
более 130. Дело защиты растений (по
Наркомзему) в настоящее время сосре-
доточено в Институте защиты растений,
входящем в состав Всесоюзной Ака-
демии сельскохозяйственных наук имени
В. И. Ленина (ВАСХНИЛ); заметим, что
при институте есть сектор и по лесным
вредителям. Институт имеет сеть зональ-
ных станций защиты растений и наблю-
дательных пунктов службы учета вре-
дителей и болезней; кроме того, суще-
ствует сеть станций местных земельных
управлений.
В Москве имеются, кроме того, Научно-
исследовательский институт сельскохо-
зяйственной авиации и Институт мине-
ральных удобрений, в состав которого
входит упомянутый выше Институт
инсектофунгисидов. В системе Нарком-
леса исследовательская работа ведется
при научно-исследовательских институ-
тах лесного хозяйства (Центр. Институт
в Ленинграде). Существует в Москве
междуведомственная Комиссия по борьбе
с вредителями леса, которая должна
направлять работу по защите леса.
Характерной чертой послереволю-
ционного времени можно считать стре-
мление к составлению ,сводок и учеб-
ников по различным разделам энтомоло-
гии в связи с возросшей потребностью
в таковых со стороны молодых научных
сил, число которых необычайно увели-
чилось за это время. Отметим пере-
издание классического учебника Холод-
ковского (1927—1931), появление учеб-
ников общей энтомологии Шестакова
(1932) и под редакцией Поспелова (1935),
практической энтомологии Богданова-
Катькова (1925), сельскохозяйственной
энтомологии Щеголева, Бей-Биенко
и др. (1937) и под редакцией Болдырева
(1936), лесной — под редакцией Рим-
ского-Корсакова (1935). Весьма ценной
и единственной в своем роде является
сводка по вредителям сельского хозяй-
ства, изданная Институтом защиты ра-
стений под редакцией Штакельберга
(1932). Здесь следует отметить также
появление определителей, представляю-
щих собой не просто механическую обра-
ботку существующего материала, а в зна-
чительной степени проработку новых
данных, полученных в процессе иссле-
довательской работы. Кроме упомяну-
тых выше определителей, изданных Ака-
демией Наук СССР, следует упомянуть
об общем определителе под редакцией
Оглоблина (1933), определителе жуков
Якобсона (1931), клопов Бианки и Кири-
ченко (1923), определителях поврежде-
ний сельскохозяйственных растений под
редакцией Щеголева (1937) и деревьев
и кустарников Гусева и Римского-Корса-
кова (1934).
Несколько слов еще об общественной
организации — Гос. Всероссийском Энто-
мологическом обществе. После револю-
ции общество, праздновавшее в 1935 г.
75-летие своего существования, ни
на один день не прекращало своей
деятельности, и члены его вели научную
работу в различных областях данной
дисциплины. За советское время обще-
ством было выпущено в свет 18 книг.
Изложенный краткий обзор дости-
жений по изучению и подчинению воле
человека деятельности насекомых в на-
шем Союзе показывает громадный рост
и углубление исследований по энтомо-
логии, но заставляет вместе с тем выра-
зить пожелание о дальнейших улуч-
шениях практической стороны дела:
в особенности механизации борьбы с вре-
14*
212
Природа
1937
дителями (увеличение продукции аппа-
ратуры) и развитии химической про-
мышленности в смысле выпуска новых
препаратов и удешевления инсектисидов.
Точно так же крайне необходимо уси-
ление печатной продукции — скорей-
ший выпуск ряда готовых работ и уве-
личение числа специальных энтомоло-
гических журналов. Все предпосылки
для этих пожеланий у нас имеются,
и дружными усилиями общественности
мы можем достигнуть еще больших успе-
хов на благо нашего социалистического
хозяйства.
СОВЕТСКАЯ ЗООЭКОЛОГИЯ, ЕЕ СОСТОЯНИЕ,
УСПЕХИ ЗА 20 ЛЕТ И ПЕРСПЕКТИВЫ
РАЗВИТИЯ
Проф. Д. Н. КАШКАРОВ
Блестящее развитие науки в Совет-
ском Союзе — неоспоримый факт, полу-
чивший широкое признание и у зарубеж-
ных ученых. Иначе и быть не могло,
ибо социализм и наука неразрывно
между собою связаны, ибо в Советской
Стране наука находит для своего раз-
вития особо благоприятные условия,
одним из которых является тесная связь
научной работы и практики, вытекаю-
щая из существа строящегося социа-
лизма. Этою связью науки с практикой
в наибольшей мере объясняются те бур-
ные темпы, которыми в СССР развива-
лась и продолжает развиваться, быть
может, самая молодая из биологических
наук — экология. На примере послед-
ней мы видим, как под воздействием
хозяйственной жизни меняются удель-
ный вес и роль различных наук. Науки,
на протяжении веков игравшие домини-
рующую роль, нередко отступают на
второй и третий план, а на их место
выдвигаются совсем новые или игравшие
до сего времени подчиненную роль
дисциплины.
«Экология», рожденная в 1869 г. на
бумаге Э. Геккелем, введшим в обиход
этот термин, стала последнее время
стержневой биологической дисципли-
ной, одной из актуальнейших, если не
наиболее актуальной. Кривая ее разви-
тия быстро поднимается вверх и далеко
еще не достигла вершины. На Западе
она начала подниматься около пяти-
десяти лет тому назад; у нас развитие
экологии, идущее более быстрыми тем-
пами, нежели даже в США, относится
целиком ко времени после Октябрьской
социалистической революции, до которой
даже слово «экология» приходилось слы-
шать крайне редко.
Почему так? Это вытекает и из самого
существа экологии, как науки, и из усло-
вий советской жизни, в которых она
развивается. В чем существо экологии,
ее специфика?
Экология имеет предметом своего из-
учения взаимоотношения между орга-
низмом и средой, его окружающей.
Изучая соответствия между этими двумя
исторически сложившимися системами,
а также возникающие между ними в слу-
чае изменения одной из этих систем про-
тиворечия, экология ставит своей
задачей — понять «условия существо-
вания» вида, т. е. факторы среды, необхо-
димые для его существования, или же,
№ 10
Советская зооэкология, ее состояние, успехи за 20 лет
213
наоборот, исключающие возможность
последнего. Познание же условий суще-
ствования вида необходимо для овладе-
ния жизнью последнего. Так как ни один
вид не существует изолированно, а свя-
зан в своем существовании с целым ком-
плексом видов, растительных и живот-
ных, то вполне понятно, что изучение
экологии даже отдельного вида всегда
является изучением того или иного
природного комплекса, а следовательно,
ведет нас к овладению последним. А это
сейчас и требуется от науки.
Мы пережили период инвентаризации
природных богатств, когда биологиче-
ские исследования были направлены
главным образом на коллектирование,
описание и систематизацию растений и
животных и на изучение их распростра-
нения, когда систематика и биогеогра-
фия, на ряду с морфологией, были го-
сподствующими дисциплинами. Для этих
дисциплин созданы были в большом
числе соответствующие базы.
Мы вступили теперь в другой период
развития наук, перешли к отысканию
путей для рационального освоения и
перестройки природных богатств. Это
не значит, что мы вполне разрешили
задачи первого периода. Систематиче-
ская и биогеографическая работа должна
продолжаться. Но удельный вес их и
значение сильно изменились в сравнении
с другими дисциплинами, в частности —
в сравнении с экологией, вышедшей
с последнего места на первое. Аналити-
ческое направление в биологии, по-
строившее современную биологию, оказа-
лось не в состоянии отвечать на за-
просы жизни, не смогло привести к раз-
решению ряда очередных теоретических
вопросов, стоявших перед биологами,
вопросов основных, фундаментальных,
связанных с учением об эволюции.
Аналитическое направление несло в
себе внутреннее противоречие: стремясь
объяснить жизнь организмов, биологи
аналитического периода забывали из-
учать жизнь, забывали о самих организ-
мах, об условиях их жизни, забыли
о природном комплексе. Вся работа
протекала в лабораториях. В конце
концов оказалось необходимым вер-
нуться к живой природе, снова стать
на тот путь, которым щел величайший
из биологов — Дарвин. Мы вступили
теперь в период стремления к синтезу,
в период связывания воедино различных
отделов биологии для достижения це-
лостного понимания явлений, проис-
ходящих в органическом мире, в при-
родном комплексе.
Та ветвь биологии, которая, как ска-
зано выше, занимается этим синтезом,
изучает взаимоотношения между орга-
низмом и окружающим его природным
комплексом, изучает условия существо-
вания организмов, — экология — полу-
чает в настоящее время совершенно иное
значение, удельный вес ее в сравнении
с господствующими до недавнего вре-
мени систематикой, биогеографией,
морфологией совершенно изменился:
кривая развития экологии, как сказано,
быстро идет вверх. И это совершенно
понятно: лишь изучение организма
в природном комплексе, тот путь, кото-
рым шли Дарвин и Уоллес, может дать
нам ответ на ряд вопросов теоретического
порядка, вопросов, связанных с эволю-
ционным учением. Это — с одной сто-
роны. С другой — экология изучает
жизнь организма в природном комплексе,
а такое изучение дает нам больше всего
указаний на то, как использовать орга-
низм, как использовать комплекс, как
рационально применить его, лучше при-
способить к нашим нуждам и потреб-
ностям.
Таковы основания, давшие экологии
могучий толчок к развитию, являющиеся
причиной ее расцвета. Но если и за
рубежом, в особенности в США и в Анг-
лии, экология развивается быстрыми
темпами, если там имеются в универси-
тетах кафедры экологии, создаются спе-
циальные курсы для экологов, издаются
журналы, устраиваются регулярные
съезды экологов, и обсуждается роль
экологии в таких проблемах, как лесо-
разведение, агрономия, пастбищная
проблема, контроль над эрозионными
процессами, водоснабжение и т. д. (см.,
напр., статью Клементса: «Эксперимен-
тальная экология на общественной
службе» в «Ecology», 1935, № 3, и ста-
тью Тэйлора: «Что такое экология и
какова ее польза» в том же журнале
за 1937 г., № 3), то в СССР с ее огромным
количеством впервые вставших у нас
214
Природа
1937
после Октябрьской революции новых
проблем, проблем, связанных с освое-
нием и перестройкой природного ком-
плекса, при колоссальном разнообразии
в Союзе природных комплексов, от Арк-
тики до субтропиков, при имеющемся
у нас стремлении разрешать все про-
блемы на основе науки, — для экологии
открывается необозримое поле дея-
тельности, ее зовут все отрасли на-
шей социалистической перестраивающей-
ся хозяйственной жизни.
До революции у нас не было большой
заинтересованности, в том, чтобы наука
имела связь с жизнью. В биологии до
самого Октября господствовало морфо-
логическое направление. В университе-
тах центром внимания зоологов являлась
сравнительная анатомия; филогенети-
ческие построения и зоогеографиче-
ские обобщения являлись, пожалуй,
верхом теоретических исследований
морфологов, систематиков и фаунистов,
причем зоогеография наша имела опре-
деленное, «историческое», направле-
ние, не была связана с жизнью.
То же самое в основном наблюдалось
и в ботанике. Полевые исследования,
изучение организмов в природной обста-
новке были редкостью. Пожалуй, только
у энтомологов, связанных с агрономией
или с лесоводством, работы в поле прак-
тиковались более часто. Экспедиции
насчитывались единицами. Молодежь,
в университетах, готовившаяся стать
биологами, вовсе не знала поля, все
образование свое получая за микроско-
пом или анатомическим столом, в лабо-
раториях. Естественно, что и экспери-
мент протекал в лаборатории очень туго.
Покойному Н. В. Воронкову пришлось
провести в Московском университете
длительную и упорную борьбу за право
существования в стенах высшей школы
гидробиологии. Талантливейший нату-
ралист в настоящем смысле этого слова —
покойный В. А. Вагнер не пользовался
вниманием университетов, ни в Москве,
ни в Петербурге, и не мог развернуть
работы в их стенах. Об одном из видней-
ших профессоров зоологии, занимав-
шем кафедру в Ленинградском универ-
ситете, В. Шимкевиче один из наиболее
авторитетных наших зоологов выразился
так: «Шимкевич знал детально устрой-
ство венозной системы у цератода,
но не знал как цератод выглядит,
как он живет, и считал, что этого и знать
не надо. Также и его ученики».
В этих словах есть, конечно, преуве-
личение, но они совершенно правильно
отражают дух, господствовавший в био-
логии дореволюционного времени.
Революция, поставив перед наукой
задачу — служить жизни, служить
начавшемуся строительству социализма,
внесла коренное изменение в направле-
ние биологических работ, в том числе
вызвала к жизни и содействовала раз-
витию в СССР экологии.
Характер происшедшей перемены
легко видеть, сравнивая «Зоологический
журнал» до 1917 г. и выпуски его за
последние годы. Если до 1917 г. жур-
нал имел характер почти исключительно
морфологический, то теперь он помещает
на своих страницах большей частью
экологические статьи. Рост экологии
в СССР до 1930 г. можно видеть по «Тру-
дам съездов зоологов». Уже на первом
съезде в декабре 1922 г. экология зани-
мает официальное место рядом с систе-
матикой и зоогеографией, чего на преж-
них съездах естествоиспытателей не
было. Из 29 докладов на этой секции
7 являлись экологическими. На ряду
с указанной секцией на съезде имелась
секция гидробиологии, где около десяти
докладов имели характер экологиче-
ских. На втором съезде — в мае 1925 г. —
из 46 докладов на секции система-
тики, экологии и зоогеографии было
12 экологических, ряд экологических
докладов стоял в секции гидробиологии
и, наконец, на этом съезде была 7 сек-
ция — прикладной зоологии с экологи-
ческим характером некоторых докладов.
На третьем съезде — в декабре 1927 г. —
уже на пленарных заседаниях ставятся
экологические доклады общего характера
(Беклемишев, Структура' и экология
наземных сообществ; Кашкаров, Эко-
логия в современной зоологии, Дембов-
ский, Принцип органической изоляции,
Павловский, Значение анатомии насе-
комых в развитии некоторых биологи-
ческих медицинских наук). Ряд эко-
логических докладов был на секциях
систематики, экологии и зоогеографии,
гидробиологии, прикладной экологии.
№ 10
Советская зооэкология, ее состояние, успехи за 20 лет
215
Еще более увеличилось количество эко-
логических докладов на четвертом
съезде — в мае 1930 г. — и на общих
собраниях, и на упомянутых трех сек-
циях. Здесь уже были вынесены резо-
люции по чисто экологическим темам,
напр. о необходимости изучения эколо-
гии промысловых животных, о необхо-
димости разработки методики количе-
ственного учета и т. д.' Предполагавший-
ся пятый съезд до сих пор, к сожалению,
не состоялся, но программа работ этого
съезда, рассылавшаяся организаторами
последнего, почти целиком являлась
экологической, затрагивающей теорети-
ческие вопросы экологии и вопросы ее
приложения к хозяйственной практике.
Совершенно не подлежит сомнению,
что съезд в настоящее время был бы еще
более пронизан экологическими вопро-
сами.
Каждый год дает у нас все большее и
большее количество экологических
работ. От центра — Ленинграда и
Москвы — и до самых удаленных мест
СССР ставятся экологические работы.
Многие из них связаны с отраслевыми
институтами, чтб подтверждает связь
экологии с хозяйственной жизнью
страны. Экология начинает препода-
ваться в университетах. В 1924 г. начал
читать курс экологии в Среднеазиат-
ском Гос. университете проф. Д. Каш-
каров, в 1925 г. И. Стрельников —
в Ленинграде. В Московском универ-
ситете курс экологии читал и продолжает
читать проф. А. Алпатов, в Смоленске,
а затем в Харькове читал проф. В. Стан-
чинский, в Воронеже доц. Конаков
и т. д. Кроме курсов общей экологии
в Ленинграде поставлен еще курс
экспериментальной экологии. Читается
в ряде университетов и курс экологии
растений (Коровин — в САГУ, Поплав-
ская — в- ЛГУ и т. д.). Дело не ограни-
чивается чтением курсов: в ряде универ-
ситетов и институтов организуются лабо-
ратории экологии: в Ленинградском
университете, в Московском, в Петер-
гофском Биологическом институте при
ЛГУ организована лаборатория экспери-
ментальной экологии; такая же лабо-
ратория' имеется в Институте Лесгафта,
лабораторию экологии организует Зооло-
гический институт Академии Наук СССР,
Всесоюзный Институт защиты растений,
Институт гибридизации и степной ак-
климатизации в Асканиа-Нова, Научно-
исследовательский институт в Харькове,
Институт зоологии и биологии Акаде-
мии Наук УССР, Среднеазиатский Гос.
университет, Узбекистанский Институт
экспериментальной медицины и т. д.
Появляется ряд книг и сборников, по-
священных экологии, теоретическим
вопросам последней и экологическим
основам хозяйства. Широко ознакомила
в 1933 г. советских читателей с эко-
логией книга проф. Кашкарова «Среда
и сообщество», впервые давшая на рус-
ском языке организованное изложение
основ молодой, еще не вполне оформив-
шейся в общественном понимании
науки — экологии. В 1938 г. книга
выходит в значительно расширенном
и заново переработанном издании под
названием «Основы экологии». В 1936 г.
вышла книга Поплавской «Экология
растений», в 1937 г. книга Каш-
карова и Коровина «Жизнь пустыни.
Введение в экологию и освоение пус-
тынь», в 1935 г. книга Шмидта «Ана-
биоз» и Калабухова «Спячка» (1937 г.).
В курсах энтомологии (под ред. проф.
М. Римского-Корсакова, 1935; под
ред. Поспелова, 1935) особые главы
посвящены экологии насекомых; в курсе
зоологии позвоночных Кашкарова и
Станчинского — экологии позвоночных.
Значительное место уделено экологии
в книге Болдырева, Бухгейма и др.
«Основы защиты с.-х. растений от вреди-
телей и болезней». Вышли в переводе:
книга Ацци «Сельско-хозяйственная эко-
логия» (1932), Фридерикса «Экологиче-
ские основы прикладной зоологии и энто-
мологии» (1932), Люндегорда «Влияние
климата и почвы на жизнь растений»
(1937), Элтона «Экология животных»
(1935). В 1931 г. вышел № 1 «Журнала
экологии и биоценологии», к сожалению,
оборвавшегося на первой же книжке.
Вместо него начал выходить спора-
дически (должен выходить периоди-
чески) сборник «Вопросы экологии и
биоценологии» под ред. проф. Кашка-
рова. (Вышли три книжки, четвертая
выходит в 1937 г.) Академия Наук УССР
выпускает сборники «Исследования по
экологии наземных животных». Возрос-
216
Природа
1937
ший среди биологов до высокой степени
интерес к экологии выявился в органи-
зации широко поставленных дискуссий
об экологии. Первой прошла дискуссия
в Ботаническом институте Академии
Наук СССР, вступление в которую сде-
лали акад. Б. Келлер и проф. Д. Каш-
каров (стенографический отчет о дискус-
сии под заглавием «Основные установки
и пути развития советской экологии»
помещен в № 3 «Советской ботаники»
за 1934 г.). Следующая дискуссия
была развернута там же по докладу
проф. В. Сукачева «Фитоценоз и фито-
ценология». Обе дискуссии привлекли
значительное количество участников и
проходили весьма живо. Развернулись
дискуссии об экологии и в Московском
университете и в Воронежском.
Экология проникает всюду. Если
в дореволюционное время слово «эко-
логия» можно было вовсе не услышать,
даже окончив университет и посещая
постоянно заседания научных обществ,
то в настоящее время слово экология
склоняется всюду и везде, большинство
зоологов и ботаников работают или счи-
тают, что они работают в области эко-
логии. Молодежь в университетах
охотно избирает своею специальностью
экологию. Характер работ университет-
ских зоологических и ботанических лабо-
раторий резко, неузнаваемо изменился
в сравнении с дореволюционным вре-
менем: если раньше здесь господство-
вала морфология и отчасти систематика,
об экспедициях, о выездах в поле обычно
не было и слышно, то теперь полевая
работа, работа в живой природе домини-
рует, экспедиции и экскурсии в природу
практикуются в самых широких раз-
мерах.
Хотя русский язык мало доступен
иностранцам, тем не менее зарубежные
экологи осведомлены об успехах эко-
логии у нас в Союзе, и этот успех вызы-
вает в них глубокий интерес. Предоста-
вим слово экологам США (из писем
к автору настоящей статьи).
«Я в самом деле изумлен большим раз-
махом научной работы, которую Вы и
Ваши коллеги ведете в Среднеазиатском
университете. Количество работ, разно-
образие тем — поисгине изумительно.
Я с большим интересом просмотрел эти
работы и очень благодарен авторам,
дающим резюме на английском, фран-
цузском и немецком языках» (из писем
редактора американского журнала «Эко-
логия» Баррингтона Мур от 29III
1927 г.).
«Я очень рад, узнав из Вашего письма,
что Ваш новый „Экологический журнал'1
появится через некоторое время, и с жи-
вейшим нетерпением ожидаю увидеть
его. Теперь Вы должны чувствовать,
большое удовлетворение, видя успех
своих стараний, и я шлю Вам поздравле-
ние с последним» (Баррингтон Мур,
8 II 1930 г.).
«На последнем съезде распорядитель-
ного комитета Экологического общества
Америки обсуждался вопрос о важности
обращения внимания американских эко-
логов на выдающиеся результаты и
методы русских работников, и была
высказана надежда, что мы могли бы.
увидеть на предстоящем съезде в Кли-
веленде кого-либо из наиболее выдаю-
щихся русских экологов» (из письма
А. С. Визе, секретаря Экологического
общества Америки).
«Я с нетерпением жду прибытия
первого номера Вашего экологического
журнала» (Ж. Райт, директор Йоземит-
ского национального парка, 12III
1931 г.).
«Благодарю Вас за № 1 „Журнала
экологии и биоценологии", только-что
полученный. Я предложил нашему уни-
верситету подписаться на новый журнал,
чтобы иметь полную серию его с самого
начала» (проф. И. Гринелл, Универ-
ситет Калифорнии, III 1932 г.).
«Я очень рад, что экология делает
большие успехи в России. Я только-что
написал две бумаги, побуждающие
наше учреждение ввести обуче-
ние русскому языку и раз-
решить студентам эколо-
гам заменить им-францу з-
с к и й» (проф. Шелфорд, Университет
в Урбана. Иллинойс, 29 III 4932 г.).
«Мы делаем усилия перевести некото-
рые из русских экологических работ
на английский язык, чтобы быть в со-
стоянии лучше понять успехи Ваши
и Ваших коллег» (проф. Эдамс, директор
Гос. музея штата Нью Иорк, 24X11
1936 г.).
№ 10
Советская зооэкология, ее состояние, успехи за 20 лет
217
Мы знаем, что, напр., работа Гаузе
об экспериментальном исследовании
борьбы за существование издана в Аме-
рике отдельной книгой, ряд статей совет-
ских экологов помещен в экологических
журналах США и Англии, работы их
постоянно цитируются.
Оценка экологами США советской эко-
логии видна уже из того, что Нацио-
нальный совет исследований при Нацио-
нальной Академии наук в Вашингтоне,
когда перед ним встал вопрос о субси-
дировании журнала «Экология» (Eco-
logy), обратился к 8 американским
и к 8 европейским и среди них — к совет-
скому, экологам за «искренним мнением
о том, содействуют ли статьи в этом жур-
нале развитию молодой, еще не вполне
сложившейся ветви биологии — „эко-
логии“ и заслуживает ли журнал финан-
совой поддержки» (28 I 1932 г.), причем
в дальнейшем учел сделанные ему
указания.
Какое же направление получила эко-
логия в СССР? Ведь оно, несомненно,
должно отличаться от направления эко-
логических работ за рубежом, как вся
наша наука отличается от науки За-
пада. Каковы задачи » и перспекти-
вы дальнейшего развития экологии
в Союзе?
В 1933 г. вышла в издании САГУ бро-
шюра проф. Кашкарова и проф. Коро-
вина «Экология на службе социалисти-
ческого строительства: ее роль и задачи».
В ней перечислялись и разбирались про-
блемы теоретические и проблемы прак-
тические, которые надлежало бы раз-
рабатывать проектируемому авторами
экологическому институту. В брошюре
указывалось, что работа в области эко-
логии должна быть плановой, она дол-
жна быть направлена на развитие и уточ-
нение самой науки, ее понятий и мето-
дов, она должна быть увязана также
с планом социалистического строитель-
ства, поставлена на должную высоту,
соответствующую ее значению в Союзе,
иметь не узко прикладной характер (эту
работу выполняют отраслевые инсти-
туты), а в первую очередь характер мето-
дический. Для такой плановой работы
необходима, конечно, как указывали
авторы брошюры, надлежащая мате-
риальная база в виде ^экологического
института. Такая мощная база не была
организован^. Но развитие хозяйствен-
ной жизни и рост самой науки напра-
вили экологов как работающих в оди-
ночку, так и на базе упомянутых выше
небольших экологических лабораторий
именно по указанным в брошюре путям,
что и понятно, так как авторы последней
исходили, конечно, из того, что уже
давала действительность.
Какие теоретические проблемы зани-
мали советских экологов?
Прежде всего, как уже было указано
выше: определение эколо-
гии, ее содержания,границ
и т. д. на основах маркси-
стско-ленинской методо-
логии. Этим вопросом занима-
лись на упомянутых дискуссиях, этот
вопрос подробно трактуется в книге
«Среда и сообщество» (Кашкаров, 1933),
и еще более подробно во втором
ее издании «Основы экологии» (в
печати).
Определение экологии как самостоя-
тельной науки, предмета ее изучения,,
границ ее компетенции — несомненно
первоочередная задача, так как от пра-
вильного ответа на указанные вопросы
зависит правильность дальнейшего раз-
вития науки. От него зависит правиль-
ное определение метода и характера
закономерностей, подлежащих изуче-
нию или же выходящих из сферы ком-
петенции экологии. Между тем относи-
тельно определения экологии еще не
достигнуто общего соглашения, нет пол-
ного единства взглядов. Одни понимают
под экологией описание ландшафта,,
в котором живет тот или иной вид,
другие — изучение приспособлений ор-
ганизмов к физической среде их обита-
ния, третьи полагают, что экология
изучает и взаимоотношения видов между
собою в естественных группировках-био-
ценозах; одни стремятся включить, дру-
гие совершенно исключить человека из
сферы экологического изучения, и т. д.
Такие разногласия крайне вредно отра-
жаются на развитии экологии, заста-
вляют ее итти иногда случайными зигза-
гами, итти вразброд. Между тем единый
фронт является здесь более необхо-
димым, чем в других науках. Экологи-
ческие проблемы должны разрабаты-
218
Природа
1937
ваться до конца, до выхода результатов
исследований в жизнь, до производ-
ственного эффекта. А этого можно
достичь лишь при согласованной ра-
боте ряда лиц и групп над одной про-
блемой. Иначе работа остановится на
полпути или раньше, будет направляться
в ненужные стороны. *
Советские экологи занимаются серьез-
ной разработкой вопроса о предмете,
содержании экологии, о задачах эколо-
гического изучения и целях его, в отли-
чие от экологов зарубежных, для кото-
рых этот вопрос как бы не существует.
-Занимаются советские экологи и уточне-
нием отношения экологии к другим био-
логическим дисциплинам (см. «Вопросы
экологии и биоценологии», № 2, 1935,
стенографический отчет о заседании
экологического комитета при Лгр.
Обществе естествоиспытателей, где
диспутировался вопрос об отношении
экологии к биогеографии, физиологии,
систематике, палеонтологии, агрометео-
рологии. Подробно трактуется этот
вопрос в упомянутой выше книге:
«Основы экологии»).
Другой основной вопрос экологии,
подвергшийся анализу и изучению со
стороны экологов СССР — это вопрос
о биоценозе. Как известно,
это — одно из основных понятий в эко-
логии, понятие настолько важное, что
изучение биоценозов многими выде-
ляется в особую науку —биоценологию.
Им определяется, во-первых, как по-
строена живая природа, природный ком-
плекс, диффузно или из единиц, имею-
щих свою организацию, дающую повод
к сравнению их с организмом (Клементс,
Филлипс, Баклемишев, 1928 г.). Во-вто-
рых, нашим пониманием биоценоза опре-
деляется и наше представление о степени
прочности природного комплекса, а сле-
довательно, о возможности вмешатель-
ства в жизнь последнего. Таким образом
понятие биоценоза важно и в теорети-
ческом, и в практическом отношении.
Всякое наше вмешательство в природу
есть вмешательство в биоценозы. Одной
из важнейших задач экологии вообще
является создание искусственных био-
ценозов, отвечающих нашим хозяйствен-
ным целям. Разрешить эту задачу
хорошо можно только на основе пони-
мания статики и динамики биоце-
ноза.
Между тем понятие это, введенное
в науку Мёбиусом в 1877 г., было при-
нято на веру. Мы стали широко поль-
зоваться, но никто не изучал конкрет-
ного биоценоза, чтобы проверить самую
концепцию Мёбиуса, так как Мёбиус
сам дал только определение понятия,
но не дал конкретного описания био-
ценоза. А в связи с последним встает
ряд вопросов: действительно ли суще-
ствуют биоценозы в смысле Мёбиуса,
что входит в их состав: все ли орга-
низмы, живущие в одном биотопе или
нет; как определяются границы био-
ценоза, могут ли существовать подвиж-
ные, меняющие место биоценозы; как
биоценозы создаются, чем определяются:
отсеивающим ли влиянием физических
факторов среды или взаимоотношениями
на почве питания (трофоценотическими
связями, как думает Станчинский, 1933),
и, наконец, самое важное: какова сте-
пень прочности связей между членами
биоценоза, следовательно, каковы могут
быть последствия нашего вмешательства
в биоценоз.
Всеми указанными вопросами занима-
лись и продолжают заниматься совет-
ские экологи, хотя далеко в недостаточ-
ной еще степени. К сожалению, у нас
больше написано рассуждений о поня-
тии биоценоза, нежели конкретных ис-
следований. Из наших теоретизирующих
работ упомянем работы Верещагина
(1923), Еленкина (1927), Беклемишева
(1928), Буковского (1935) и др. Не-
смотря на свой абстрактный характер
и привкус натурфилософии, работы эти
хотя и не решают, то ставят важные
теоретические вопросы о биоценозе.
Более конкретными исследованиями
являются: работа Карзинкина (1926
и 1927), изучавшего биоценозы озера
и на фактах, им наблюдавшихся в при-
роде и эксперименте, пытавшегося
проверить данное Мёбиусом понятие;
другие работы Беклемишева и его школы
(1928, 1931, 1934 и др.), в которых
изучалась динамика биоценозов, ми-
грация их компонентов; работа Ники-
тина (1934), представляющая опыт эко-
логического анализа биоценоза устрич-
ного ракушечника. В этой работе автор
№ 10
Советская зооэкология, ее состояние, успехи за 20 лет
219
приводит факты в пользу определения
биоценоза, данного Мёбиусом: биоценоз
устричной балки создается отбором со
стороны физических факторов (темпе-
ратура, соленость, наличие волнения,
характер грунта), и между членами его
существует определенная тесная зави-
симость.
Чрезвычайно детальное описание био-
ценозов Хибинской горной страны дает
Фридолин (1936). Работа является ре-
зультатом кропотливых долголетних
исследований. Но, к сожалению, автор
идет не от общего к частному, а исходит
из частностей, а потому на них застре-
вает и не дает цельной картины. Но
работа дает во всяком случае бога-
тый фактический материал к изуче-
нию конкретного биоценоза и не имеет
своего аналога в зарубежной литера-
туре.
Интересную работу о взаимоотноше-
ниях северного оленя с животным миром
тундры и леса, описание своеобразного
подвижного биоценоза дал Сдобников
(1935). Большую работу по изучению
биоценозов дубового леса ставят уже
третий год в заповеднике «Лес на
Ворскле» кафедры зоолопии и ботаники
ЛГУ, ведя комплексную'работу, напра-
вленную к разрешению поставленных
выше общих вопросов и понятий био-
ценоза. Работа рассчитана на ряд лет
и явится первой работой по всесторон-
нему, комплексному изучению конкрет-
ного биоценоза. Ряд интересных данных
о биоценотических связях дают работы
Герке (1932), Формозова (1933) и др.
Можно определенно сказать, что биоце-
нологические исследования (здесь мы
не говорили о регистрирующем биоце-
нозы направлении, которое выражено
у наших гидробиологов-исследователей
морей — Зернова, Дерюгина, Ильина,
Гурьяновбй и др.) в СССР, несмотря
на свою непродолжительность, уже дали
значительное результаты. Уже теперь
можно говорить о том, что биоценозы —
реальность, но что определяющим момен-
том в их образовании и существовании
являются факторы физической среды,
а биоценотические связи между членами
биоценоза несравненно слабее, чем это
думал Мёбиус, и потому наше вмеша-
тельство в жизнь биоценозов не грозит
никакими катастрофами, как это неко-
торые думали.
Закономерность внутри биоценоза под-
вергачась изучению и эксперименталь-
ным путем (Карзинкин, 1926—1927;
Гаузе, 1936).
Следующей большой теоретической,
но также имеющей и большую практи-
ческую значимость проблемой экологии
является проблема массовых
колебаний численности жи-
вотных. Такие массовые колебания
наблюдаются и среди вредителей сель-
ского хозяйства (см. обзор у Виногра-
дова, 1934; у Свириденко, 1935; Пляхер-
Плохоцкого, 1937, и др.), и среди
охотничье-промысловых животных (об-
зор у Формозова, 1935). Массовые коле-
бания численности некоторых видов
наблюдаются также в связи с вспышками
эпидемических заболеваний (Калабу-
хов, 1929, 1932; Засухин, 1934). Поэтому
вполне естественно, что явление массо-
вых размножений, которое многими счи-
тается периодически повторяющимся и
вызывает большой интерес у экологов
вообще, не могло не привлечь к себе
внимания советских экологов, в виду
того огромного значения, которое
имела бы возможность предсказывать
указанные колебания численности у тех
или иных важных для нас видов.
Развитию интереса к проблеме массо-
вых колебаний численности животных
способствует огромное внимание, кото-
рое уделяется у нас в Союзе повышению
урожаев, различным новым культурам,
лесоразведению, озеленению населенных
мест, огромная роль в нашем экспорте
пушнины и необходимость планирования
заготовок последней.
С другой стороны, теоретический инте-
рес изучения этих колебаний чрезвы-
чайно велик, ибо в них резко выявляется
действие тех или иных факторов в жизни
животных, что является основной про-
блемой для экологов.
Проблема эта очень трудная, так как
колебания численности зависят от целого
ряда причин, сложно переплетающихся
в своем действии, и ее разработка на
Западе идет очень медленно. В Советском
Союзе для ее разрешения, как и для
разрешения ряда других проблем, суще-
ствуют очень благоприятные условия.
220
Природа
1937
Проблемой этой у нас занимаются не
отдельные лица или, как за рубежом,
институты, не обладающие достаточными
средствами, чтобы развернуть эту ра-
боту в широком масштабе (в Англии
Бюро популяции животных при Окс-
фордском университете, под руководст-
вом Элтона, в США Институт биологии
человека при Университете Джона Гоп-
кинса в Балтиморе, под руководством
проф. Перль), но целый ряд институтов
развернул эту работу в большом плане:
Всесоюзный Институт защиты растений
(ВИЗР), Центральная Охотопромысловая
станция Союзпушнины и ее филиалы, Ин-
ститут микробиологии и эпидемиологии
юго-востока СССР (в Саратове и в Ростове
н/Д), Зоологический институт Академии
Наук СССР и ее же Институт эволю-
ционной морфологии и др. Исследования
проблемы ведутся планомерно: разра-
батываются методы количественного
учета животных, изучается эксперимен-
тально роль различных факторов в регу-
лировке численности, изучаются размно-
жение и динамика видов в природе,
исследуется роль эпизоотий у диких
животных, процессы расселения, мигра-
ции и целый ряд других, связанных
с основным вопросом более мелких
вопросов.
Очень важно то, что многие советские
экологи подходят к разрешению про-
блемы не только эмпирически, но стре-
мятся разработать теоретические основы
количественного учета (Беклемишев
в ряде работ с учениками, в особен-
ности в работе 1931 г.). Перечи-
слить в этой короткой заметке не
только работы в этой области и их
достижения, но даже имена работни-
ков не представляется возможным, упо-
мянем только ряд работавших по этому
вопросу лиц.
Методикой количественного учета
занимались: Беклемишев, Калабухов,
Раевский, Ралль, Тассовский (1930),
Фенюк (1935—1936), Владимирский
(1925—1926), Нефедов (1933, 1936),
Формозов (1932), Лобачев (1932),
Щербаков (1932), Стахровский (1932),
Варшавский (1937), Наумов (1936),
Андрушко (1937), Кособуцкий (1937),
Кашкаров (1928,1933 и следующие годы),
Конаков (1937), Орлов (1937). При учете
применялся и метод кольцевания, ана-
лиз погадок и т. д. Общий вывод тот, что
методика учета для различных видов
должна быть весьма различна и исхо-
дить из экологии вида. Гидробиологи
также очень много внесли в разработку
методов количественного учета. Ценней-
шие данные добыты были о самых
явлениях массового размножения как
вредителей, так и промысловых живот-
ных и зависимости его от тех или
иных факторов среды.
Можно смело утверждать, что ни
в одной другой стране мы не имеем столь
больших успехов в разрешении проблемы
количественного учета и массовых коле-
баний численности, как в СССР за 20 лет
Советского строя. Исследования совет-
ских экологов показали всю слож-
ность причин изучаемого явления, невоз-
можность применения здесь упрощен-
ных объяснений действием того или
иного физического фактора (вплоть до
солнечных пятен), выяснили роль био-
тических факторов и борьбы за суще-
ствование, и если не разрешили вполне,
то подвели вплотную к составлению
«прогнозов» массовых колебаний числен-
ности ряда хозяйственно важных видов:
белки (Формозов), зайца (Наумов, 1937),
куропатки (Семенов Тян-Шанский,
1937), а в вопросах распространения
эпизоотий животными дали возможность
приступить и к практическим меро-
приятиям по борьбе с ними. Значение
работ советских экологов в изучении
проблемы массовых размножений ясно
видно из того, что в списке основных
работ по этой проблеме, приводимых
в отчете Бюро популяции Элтоном из
102 названий, — 22 (или 21.5 %) являются
названиями русских работ. Если при-
нять во внимание, что большинство
работ советских экологов печатается на
русском языке, почти недоступном ино-
странцам, и вспомнишь- нелюбовь ан-
гличан приводить иностранную литера-
туру, то процент этот необходимо сильно
увеличить.
Из вопросов теоретических очень много
сделано советскими экологами в области
понимания процессов видо-
образования. За границей очень
мало интересуются этим важнейшим
вопросом эволюционного учения. У нас,
.№ 10
Советская зооэкология, ее состояние, успехи за 20 лет
221
в связи с огромным вниманием к под-
нятию производительности земледелия
и животноводства, в связи со стремле-
нием к улучшению культурных сортов
и пород, с развитием интродукции тех
и других из зарубежных стран и аккли-
матизации, с мощным развитием в силу
этого селекции — интерес к процессу
видообразования значительно возрос.
Возрос он и благодаря росту потреб-
ности в уточнении и углублении вопро-
сов мировоззренческого, чисто теорети-
ческого порядка.
Проблема «вида на фоне
сред ы» все более занимает совет-
ских экологов как ботаников, так и
зоологов. Работы в области систематики
и биогеографии в яркой форме вскрыли
связь процесса видообразования и эво-
люции с развитием экологической среды.
Являясь в основном продолжением работ
Тюрессона, ботаники ВИРа (Розанова,
€инская, Жеребина, Пальмова и др.)
развивают учение об «экотипах», об «эко-
расах», на которые распадается вид
под влиянием селекции, производимой
в природе климатическими, эдафиче-
скими и биотическими факторами. Уче-
ние об экотипах подводит нас вплотную
к начальным моментам видообразования
и процесса естественного отбора в при-
роде. Достигнутые в этом отношении
результаты играют уже большую роль
на некоторых участках нашего произ-
водства. В настоящее время уже немы-
слима селекция без принятия во
внимание экотипов. «Экологическая
группировка дает возможность ориенти-
роваться в многообразии мирового мате-
риала, намечая крупные группы по
сумме признаков биологических, хозяй-
ственных и морфологических, облегчая
и сокращая работу как практика-
агронома, так и научно-исследователь-
скую» (Пальмова, 1935).
Зоологи значительно отстали от бота-
ников в изучении процесса видообра-
зования, учение об экотипах только-
что начинает проникать в зоологию.
Но все же и в этом отношении
советская экология идет впереди за-
рубежной.
Советских зооэкологов интересуют
мелкие единицы, на которые распа-
дается вид в связи с изменениями среды.
При этом интерес вызывает не только
морфологическая изменчивость, но и
экологическая, выражающаяся в отно-
шении вида к среде, в его поведении,
и физиологическая, выявляющаяся я
определенных реакциях. Этим вопросам
уделяет внимание Станчинский (1927,
1928, и другие работы), Промптов (1934),
Буковский (1933), Калабухов (1937).
Яровые и озимые расы у проходных
рас, описанные Бергом, по всей вероят-
ности, являются экотипами, как эко-
типами являются «расы», на которые
распадаются форели оз. Севан (Saltno
trutta ischchan). О соотношении эко-
типов и географических рас у Lep-
topoecile sophiae писала Судиловская
(1935). В этом направлении работа
только еще начата, надо еще очень
много сделать, но во всяком случае
несомненно, что нащупан правильный,
экологический путь подхода к про-
блеме видообразования, разработка ко-
торого и в области зоологии даст инте-
ресные практические результаты (в
районировании, в селекции, в акклима-
тизации).
Интересные работы в области одного
из важнейших теоретических вопросов
биологии, в области вопроса о
борьбе за существование,
дал Гаузе (1932, 1933, 1934), подверг-
ший этот вопрос обработке математи-
ческой и экспериментальной. В этом
отношении он пошел дальше нашумев-
ших работ Вальтерра.
Наиболее слабым отделом в работе
советских экологов является экспери-
ментальная работа по изучению роли
внешних физических фак-
торов в жизни животных.
Об этом приходится пожалеть, так как,
хотя проблема действия внешних фак-
торов является проблемой чисто теоре-
тической, разрешение ряда вопросов
по этой проблеме может иметь громад-
нейшее практическое значение. На самом
деле, растениеводство, животноводство,
шелководство и т. д. требуют райони-
рования. В случае неправильного сор-
тового или породного районирования
хозяйство может терпеть большой
ущерб, так как при недостаточном зна-
нии природы организмов, их экологи-
ческих особенностей в отношении к тем
222
Природа
1937
или иным факторам, а также при недо-
статочном учете естественно-историче-
ских условий между организмом и сре-
дой возникают противоречия, ведущие
организм к гибели.
Знание роли различных экологиче-
ских факторов, действия их на те или
иные виды животных необходимо нам
и для понимания целого ряда теорети-
ческих вопросов, напр. вопросов о рас-
пространении и распределении видов,
и для руководства в целом ряде практи-
ческих мероприятий. Между тем знания
наши в этом направлении еще очень
недостаточны. Мы еще слишком мало,
или почти ничего не знаем, напр.,
о влиянии высоких температур пустынь
или полупустынь на развитие и качество
шерсти овец, молочности или мясности
крупного рогатого скота, не знаем
в достаточной мере, как влияет на обмен
веществ свет, как влияют те или иные
факторы на рост, размножение и т. д.
А все это мы должны знать, подходя
к решению целого ряда практических
вопросов, должны заранее знать общие
закономерности в этой области. Про-
блема эта должна ставиться как теоре-
тическая, и тогда, когда она будет
разрешена в той или иной мере, из
добытых результатов сами собой будут
вытекать выводы в применении к тому
или иному конкретному случаю, будет ли
он в области рыборазведения, райони-
рования животноводства или интродук-
ции диких видов.
Влияние температуры, света, влаж-
ности, ветра, химизма воды, пищи и т. д.
на различные процессы в организме —
эти вопросы являются основными для
глубокого понимания экологических про-
цессов, ответ же на эти вопросы необ-
ходим для управления жизненными про-
цессами.
Не следует думать, что в указанной
области советская экология не разви-
вается.
Возьмем для примера экологиче-
скую лабораторию Института зоо-
логии МГУ, организованную всего
в 1931 г. (но все же это — старейшая
экологическая лаборатория Союза). Ис-
следование влияния отдельных факто-
ров среды на основные проявления жиз-
ненных функций — размножение, эм-
бриональное развитие, рост, обмен ве-
ществ и старение, — лаборатория сде-
лала основными своими работами. Здесь,
велись работы по вопросу о верхней
и нижней температурной границах суще-
ствования животных и о соотношениях
между температурой и проявлением раз-
личных функций в пределах зоны жизни.
Здесь следует отметить серию работ
Калабухова по вопросу о холодовом
окоченении и последующем оживании,
проведенных на медоносной пчеле, амфи-
биях, рептилиях, птицах, летучих мышах
и грызунах.
Работы эти позволили понять физи-
ческий механизм анабиоза, доказали,
что жизнь при анабиозе не останавли-
вается, является непрерывно идущим,
процессом. Работы эти привели и к прак-
тическим результатам, в области пчело-
водства и рыбоводства.
В этой же лаборатории в связи
с вопросом о борьбе с амбарными дол-
гоносиками и клещами изучалась верх-
няя граница жизни, условия, создающие
«жаростойкость».
Эти работы позволили внести практи-
ческие предложения в технику хране-
ния и инкубирования грены. Алпатову
удалось установить эмпирически пра-
вильность разработанной им математи-
ческой теории о зависимости размеров
животного от температуры во время его
развития.
Далее в лаборатории изучалось
влияние ультрафиолетовых лучей на
клеточное деление, и установлено, что
в различных дозах лучи эти действуют
различно: то стимулируя, то пода-
вляя.
Работы Россолимо показали возмож-
ность стимуляции деления клетки сла-
быми растворами ряда веществ. Значе-
ние питания как экологического фактора
изучалось на медоносной пчеле и на
шелковичном черве.
Работы Комарова по кормовому ре-
жиму пчелиных личинок имеют помимо
теоретического (для теории происхожде-
ния каст у общественных насекомых}
и практическое значение (биологические
основы матко-выводного дела).
Действие факторов среды в природе
изучалось на грызунах Калабуховым
(1935), нашедшим, что горные подвиды
№ К
Советская зооэкология, ее состояние, успехи за 20 лет
223
грызунов отличаются от равнинных
рядом особенностей химического со-
става крови, что является адаптацией
к условиям разреженного воздуха
в горах.
Результаты эксперимента и наблю-
дения в природе получили подтвержде-
ние в лабораторных, остроумно поста-
вленных экспериментах. Работы эти про-
должаются Калабуховым в более углу-
бленном виде в лаборатории экологии
позвоночных Петергофского Биологиче-
ского института ЛГУ. Теоретическое
значение их для понимания процесса
адаптации, эволюции и расселения жи-
вотных, и практическое для акклимати-
зации — вполне очевидно.
Не останавливаясь на других работах
данной лаборатории, можно сказать,
что за короткий период своего существо-
вания она проявила очень большую
деятельность в области изучения роли
отдельных факторов и достигла значи-
тельных результатов.
Ряд работ экологов СССР содержит
данные о роли того или иного фактора
среды в поведении или распределении
организмов в природе. Работа Кашка-
рова и Лейн (1927) выяснила роль недо-
статка воды в явлении залегания в
спячку желтого бухарского суслика. Ка-
лабухов изучил этот вопрос эксперимен-
тально и подтвердил предположения ав-
торов, показав, чтов природныхусловиях
суслики впадают в летнюю спячку вслед-
ствие высыхания служащего им пищею
травяного покрова и пребывания в норе,
гдетемператра ниже 22°. Никитин (1936)
изучал влияние кислорода, концентрации
водородных ионов и углекислоты на
вертикальное распределение зоопланк-
тона в Черном море, в другой работе —
влияние температуры на сезонные
вертикальные миграции зоопланктона.
Беклемйшева, Баскина, Заколодкина
занимались экспериментальным срав-
нением ядовитости для ракообразных
аральской воды по сравнению с черно-
морской и каспийской. Носимович изучал
закономерности зимнего распростране-
ния копытных в горах Западного Кав-
каза в зависимости от снежного покрова
и температуры, от рельефа и экспозиции.
Нефедов исследовал зависимость рас-
пределения муравьев в «степи от почвен-
ных факторов. Стрельников занимался
изучением света как фактора в эколо-,
гии животных, в частности влияния
его на температуру тела и поведение
личинок саранчи, а Принц (1932)—
зависимости от света лёта июльского
хруща.
Много работ по роли факторов среды
приведено энтомологами, напр.
Сахаровым — по влиянию низких тем-
ператур на гусеницу златогузку, Поспе-
ловым — высоких температур на куко-
лок боярышницы, Знаменским — над.
влиянием температуры на развитие луго-
вого мотылька и климата — на гессен-
скую муху, Соколов изучал зависимость
от климатических факторов распростра-
нения слизней и т. д.
Одной из интереснейших отраслей эко-
логии является палеоэкология,
стремящаяся воссоздать экологические
условия прошлых геологических эпох.
Теоретическое значение палеоэкологи-
ческих реконструкций, конечно, очень
велико: они освещают нам эволюцию
органического мира, показывают эво-
люционный процесс не в схематическом,
абстрактном, виде перехода одного типа
в другой, а в виде картины смены одного-
природного комплекса другим, смены
одних жизненных форм другими. Делать
это возможно лишь на основе совместного
применения физического метода и эко-
логического, основой которого является
изучение ископаемых остатков организ-
мов под углом зрения отношения их:
к внешнему миру и экологическим усло-
виям.
У нас палеоэкология только начинает
развиваться. Горячим адептом этой
науки является Геккер, давший ряд
интересных работ по палеоэкологии де-
вонской фауны (1935), разработавший
инструкцию для исследований по палео-
экологии. Коровиным (1934) на основе
ископаемых остатков растений в Турк-
менистане и южном Казахстане сде-
лана реконструкция климата и расти-
тельного ландшафта в третичное время
в указанных странах.
Другой, нежели раньше, характер
приняли за последние 20 лет и ф а у-
нистические исследова-
ния, становясь все более и более
эколого-фаунистическими. Если фауни-
224
Природа
1937
стические работы дореволюционного вре-
мени представляли собою прежде всего
фаунистические списки, и фауна интере-
совала исследователя сама по себе,
безотносительно к условиям ее суще-
ствования, в обобщениях зоогеографи-
ческого порядка преобладал статисти-
ческий метод, то теперь все больше
и больше видят в фаунистических иссле-
дованиях путь к естественно-историче-
скому районированию страны. Это
направление ярко выражено в работе
Конакова (1931) об энтомофауне б. Богу-
чарского уезда. Автор считает, что
«В данное время мы стремимся не
столько к выяснению всего видового
состава энтомофауны биоценозов (это
дело будущего), сколько к возможно
более глубокому, разностороннему эко-
логическому познанию отдельных видов,
наиболее характерных для данного био-
ценоза, видов, присутствие которых
говорит об определенном комплексе кли-
матических, экологических и биотиче-
ских факторов. Подобные виды могут
служить указателями при естественно-
историческом районировании». В резуль-
тате работы автор дает деление изучен-
ного района на участки, являющиеся
действительно экологически различными
комплексами.
Хотя и не в такой крайней форме, но
большинство современных советских
фаунистических работ стремится стать
экологическими, описывать фауну в связи
с условиями и давать естественно-исто-
рическое районирование, а также объяс-
нять наличие той или иной фауны эко-
логическими причинами. Крайне инте-
ресным примером в этом отношении
является работа Водяницкого (1930)
«К вопросу о происхождении фауны
рыб Черного моря», в которой он дает
экологический анализ ихтиофауны, и эко-
логическими условиями Черного моря
объясняет состав последней из таких
рыб, которые на всех стадиях развития
сохраняют свое местопребывание в верх-
них слоях воды (или у берегов), не
откочевывая на глубину с целью икро-
метания. Чисто фаунистические работы
прежнего типа встречаются уже редко
и кажутся анахронизмом.
Уже названные выше теоретические
направления советской экологии имеют
непосредственное отношение к прак-
тике и вызваны к жизни главным обра-
зом ее требованиями. Однако на ряду
с этими работами за 20 лет Советского
строя появилось очень большое количе-
ство экологических работ, направленных
непосредственно на разрешение тех или
иных практических вопросов.
Перечислим здесь основные
направления, в которых шли
эти работы (для перечня и разбора работ
нет места).
Огромная работа проведена в области
защиты растений. Проблема
урожайности заключается не в том
только, чтобы больше вырастить, но
и в том, чтобы больше собрать, и потому
дело охраны посевов от всякого рода
вредителей стоит в СССР на очень вид-
ном месте, государство затрачивает на
это очень большие средства, уделяет
вопросу большое внимание. Здесь для
экологии очень большое поле деятель-
ности, так как защита от вредителей
заключается в создании для последних
таких противоречий со средой, которые
они выдержать не в состоянии, т. е.
в экологическом вмешательстве, предпо-
лагающем знание условий существова-
ния вредителя. Защитные работы могут
вестись по ряду вопросов.
Прежде всего необходимо определить,
является ли данный вид
вредителем, а это можно сде-
лать только на основе тщательного
изучения данного вида. В этом напра-
влении проведено большое количество
работ, из которых только для примера
назовем несколько. Работа Орлова(1929),
дала нам обстоятельные знания геогра-
фического распространения, экологии
и с.-х. роли желтого суслика; Курба-
тов (1930) познакомил нас с жизнью
и деятельностью дикообраза; Фенюк
тщательно изучал тушканчиков; Каш-
каров со студентами- (1925)—роль
воробьев как вредителей с.-х. в Сред-
ней Азии; Мекленбурцев (1935) —
экологию и распространение розового
скворца: то же — Серебрянников (1930),
Колесников (1935) изучал краснохвостую
песчанку и т. д.
Очень большое число лиц изучало
беспозвоночных вредителей. В качестве
примера приведу «Работы саранчевой
№ 10
Советская зооэкология, ее состояние, успехи за 20 лет
225
экспедиции Узастазра по изучению эко-
логии пруса и мер борьбы с ним» (1931).
Экспедиция была комплексна?/: велись
почвенно-ботанические исследования в
местах обитания пруса и залежей его
кубышек, изучалась экология пруса
и делались опыты борьбы с прусом
методом отравленных приманок. В ре-
зультате найдены были простые агри-
культурные методы радикального иско-
ренения пруса. С большим успехом были
проведены работы с непарным шелкопря-
дом в лесах Крыма (Пятницкий, 1935;
Пархоменко, 1932), давшие также ряд
практических указаний о способах борь-
бы с этим вредителем лесо-мелиоратив-
ными приемами. Большая работа была
проведена по изучению лугового мо-
тылька (Пятницкий, 1934, 1935 и 1936;
Мельниченко, 1934, 1936; Стрельников,
1931; Лозина-Лозинский, 1936; Скобло,
1936), к сожалению, незаконченная из-за
неправильной организации дела. Очень
большое внимание экологов привлекли,
конечно, саранчевые (Нефедов, 1933,
1936; Никольский, 1922, и др., Плотни-
ков, Предтеченский (1928), Бей-Биенко
{1934), Уваров (1925, 1927), Зимин (1935)
и др.). <
Усиленно изучались вредители зер-
новых культур (тли, трипсы, хлебные
жуки, листоеды, проволочники, совки,
в особенности озимая), вредные мухи,
пилильщики, вредители зерновых, кор-
мовых и бобовых, вредители зерна
при его хранении, вредители хлоп-
чатника, корнеплодов, льна, конопли
и новокультур, масляничных культур,
каучуконосов, эфироносов, табака,
-овощно-бахчевых культур, плодово-
ягодных, винограда, маслины, цитру-
совых и т. д.
Сильное развитие получили фито-
патологические работы.
Усиленно разрабатывались, на основе
экологии насекомых-вредителей, меры
борьбы с ними.
Довольно много сделано в области
разработки биологического
метода борьбы с вредите-
лями, т. е. борьбы с ними при
помощи акклиматизированных пара-
зитов этих вредителей и хищников:
с травяной тлей (при помощи афели-
нуса), с червецом ицерия, с виноград-
Природа № 10
ним червецом; при помощи искусствен-
ного размножения аборигенных пара-
зитов— с виноградной листоверткой,
с амбарным долгоносиком, с тлями
и червецами и т. д. Для этих целей широ-
ко изучались паразиты основных вреди-
телей в СССР и в других странах, изуча-
лись паразитные грибы и бактерии,
вызывающие повальные болезни вреди-
телей насекомых и т. д. Изучался с уча-
стием экологии иммунитет с.-х.
растений к вредителям
и болезням.
В широком масштабе изучались и
нематоды, вредящие с.-х. культурам.
Словом, в деле защиты растений про-
делано огромное количество экологичес-
ких работ, притом с большим эффек-
том. Работа по защите растений строго
планируется, ведется по пятилетнему
плану.
В области прикладной энтомологии
советская экология сделала очень
много, и результатами своих работ мы
могли бы с успехом похвастаться перед
заграничными учеными. Всесоюзный
Институт защиты растений и его фи-
лиалы провели огромную экологическую
работу.
В последнее время усиленно стали
изучаться насекомые-опыли-
тели различных культур (Скориков,
Зоол. инет.* Акад. Наук СССР).
Не менее значительную работу про-
делали советские экологи в области
пушного дела и охотопро-
м ы с л а. «Пушное дело занимает зна-
чительное место в нашей внешней тор-
говле. Для успешной постановки его,
конечно, необходимы точные данные
о географическом распространении про-
мысловых видов, об экологическом аре-
але, т. е. об избираемых ими в пре-
делах их географического ареала био-
топах, о плотности заселения тех или
иных из них, об образе жизни видов
и т. д., о причинах и периодике, если
таковая существует, массовых колеба-
ний численности видов, динамике ста-
да и т. д.
Уже с первых лет революции была
организована Союзпушнина с ее био-
станциями и филиалами, образовались
охото-промысловые объединения, и раз-
вернулась огромная научно-исследова-
15
226
Природа
1937
тельская работа, в основном — эколо-
гическая. То же самое относится и
к морскому зверю, изучаемому
в основном Всесоюзным Арктическим
институтом.
Огромное количество работ, частью
напечатанных, касающихся как экологии
отдельных видов,тйк и описания промы-
словых районов, накопилось в упомя-
нутых выше учреждениях. Крот, сурок,
бурундук, белка и заяц, бобр, бар-
сук, выхухоль, куница, морж, тюлени,
киты, калан, тетерев, рябчики, бе-
лая куропатка, каменная куропатка,
кваква и многие другие птицы и звери
явились объектом экологического из-
учения.
И здесь, как в деле защиты растений,
усиленно разрабатывались мето-
дика и техника количе-
ственного учета зверя
и птицы. И рептилии, ставшие
объектом промысла, не ускользнули от
внимания исследователей-экологов. На-
ши знания по экологии зверей и птиц,
имеющих хозяйственное значение, почти
совершенно отсутствовавшие до рево-
люции, необычайно выросли. Влияние
хозяйственной жизни на научную работу
сказалось в высшей степени. И в этой
области советская экология может гор-
диться своими успехами.
В связи с работами по изучению оте-
чественных промысловых видов, необ-
ходимо упомянуть об очень большой
работе, проделанной советскими эколо-
гами в области проблемы аккли-
матизации.
Понятие акклиматизации неразрывно
связано с представлением о введении
в страну новых несвойственных ей
видов животных (и растений, конечно),
а также с размещением в стране уже
имеющихся животных, переносимых из
одного района в другой. То и другое
производится в СССР в широком мас-
штабе: реконструируются как домашнее
стадо, так и дико живущая фауна. Эта
работа не может обойтись без экологии,
так как при акклиматизационных меро-
приятиях необходимо, чтобы между
интродуцируемым или перемещаемым
видом, с одной стороны, и средою,
в которую его помещают, с другой —
не было экологических противоречий
(в отношении климата, грунта, харак-
тера ландшафта и убежищ, пищи, вра-
гов, конкурентов и т. д.).
Как хозяйственные организации, так
и советские экологи проделали в отно-
шении разрешения у нас проблемы
акклиматизации очень много.
Прежде всего следует отметить, что
к этой проблеме советские экологи
подошли не только эмпирически, но
постарались проработать ее и теоре-
тически. До революции в Москве более
пятидесяти лет работало Общество
акклиматизации. Оно ничего не сделало,
ничего не акклиматизировало, ибо рабо-
тало без научного принципа, без теории.
У нас принципы акклиматизации раз-
работаны в Советское время прежде
всего ботаниками. Сводочная' работа
Малеева о теоретических основах аккли-
матизации (1933), целый ряд ра-
бот по теории селекции, вышедших
из ВИРа, трактуют о теории акклима-
тизации.
В области зооэкологии на ту же тему
написана статья Станчинского (1933)
и книжка Житкова (1934). Огромный
фактический материал по акклимати-
зации накоплен на основе широко поста-
вленных опытов акклиматизации он-
датры, енотовидной собаки, нутрии, кро-
ликов, американской норки, енота. Тео-
ретическая правильность подхода к ак-
климатизации в СССР ясна из успе-
хов практики: ондатра и енотовидная
собака великолепно у нас акклима-
тизировались и стали промысловыми
животными.
Здесь мы позволим себе указать на то
различие, которое наблюдается в реше-
нии вопроса об «акклимати-
зации человека» у зарубежных
и советских экологов. Мы осваиваем
Арктику, проникаем в тайгу, органи-
зуем центры оседлости и хозяйство
в пустынях, осваиваем высокогорья (Па-
мир). Ясно, что к этим новым условиям
человек должен как-то приспосабли-
ваться, частью — на основе индиви-
дуальной приспособляемости организма,
но главным образом, создавая искус-
ственную среду обитания, отвечающую
физиологическим его особенностям. Так
мы и понимаем акклиматизацию чело-
века, как активное вмешательство, со-
№ 10
Советская зооэкология| ее состояние, успехи за 20 лет
227
здание соответствующих организму чело-
века .условий в новой неблагоприятной
обстановке. Задача науки состоит в том,
чтобы изучить приспособительные изме-
нения человеческого организма в новых
для него условиях, рассматривая по-
следние, конечно, в связи с социально-
бытовыми и с производственными фак-
торами, и на основе полученных данных
наметить такие научно-обоснованные ин-
дивидуальные и социально-гигиениче-
ские мероприятия, которые бы устра-
нили или смягчили те противоречия,
которые в новых условиях возникают
между организмом человека и средою.
Здесь экология переходит в гигиену
(см. проф. Кассирский, «Очерки гигиены
жаркого климата», 1935; Сборник «Влия-
ние высокой температуры на животный
организм», 1934; Кузнецов и Соколов,
«К учению об акклиматизации чело-
века», 1936).
Американские и европейские экологи
понимают акклиматизацию человека
иначе, считая ее проблемой «экологии
человека». Им кажется соблазнительным
применить к человеку экологические
принципы; они полагают (Хёнтингтон),
что «величайшим триумфом современной
науки является широкое признание
того, что человек подвержен тем же
законам, что растения и животные».
Этот принцип, забывая о специфических
особенностях человека, как существа
социального, Хёнтингтон и др. при-
меняют к изучению рас и даже для
решения «наиболее важных историче-
ских проблем». Климатом стремятся
объяснить историю, развитие цивилиза-
ции. Так, напр., делает Бэбкок (1935)
в отношении Китая, забывая о его со-
циальном и внешнеполитическом поло-
жении .
Отсутствие у буржуазных экологов
правильного методического подхода
резко сказывается в этих в корне непра-
вильных взглядах.
Очень интересное направление начи-
нает развиваться в советской экологии
в связи с животноводством.
Создается экология домашних
животных, исходящих из того
положения, что и домашнее животное,
как и свободно живущее, является исто-
рически сложившейся Ь определенной
обстановке системой, к обстанозке этой
приспособленное и при изменении обста-
новки вступающее с ней в противоречие.
Изучение экологии домашних живот-
ных должно дать нам естественно-исто-
рические принципы для породного райо-
нирования животноводства и для соз-
дания наилучшего режима для домаш-
них животных. Кашкаров (1930, 1933,
1937) изучал экологию овец в Средней
Азии, Балабан и Ибрагимов (1937) эко-
логию каракульской овцы, Сдобников
(1933—1935) экологию северного оленя,
Миропольский (1936) изучал реакции
с физиологической точки зрения. Работы
в этой области еще не получили того
развития, которое они заслуживают по
их значимости для советского животно-
водства, но путь найден правильный и,
несомненно, плодотворный.
Необходимо еще отметить очень боль-
шие достижения экологии в области
борьбы с заболеваниями
человека и животных. Не-
сомненно, что корнями многих болезней,
как туберкулез, сифилис, рахит и т. л.,
являются социальные причины, и изме-
нением социально-бытовых условий пре-
жде всего будут побеждены эти болезни.
Но распространение целого ряда забо-
леваний зависит, несомненно, от эко-
логических причин, в значительной мере
зависит от передатчиков из мира живот-
ных. Чтобы бороться с многими болез-
нями, необходимо тщательно изучить
экологию этих передатчиков. Советское
государство уделяет огромное внимание
здравоохранению. И многие советские
экологи развили работу в области изуче-
ния экологии передатчиков заболеваний.
Здесь на первом месте следует поставить
работы Гос. Института микробиологии
и эпидемиологии Ю.-В. РСФСР в Ростове
на Дону и в Саратове, работы Гос.
Противочумного института Сибири и
ДВК, работы Тропического института
в Москве и Узбекистане; работы сек-
тора охраны здоровья Зоологического
института Академии Наук СССР под
руководством проф. Павловского. Ра-
боты были поставлены широко, и эко-
логии передатчиков (грызунов, блох,
клещей и т. д.) уделено в них достаточно
большое место. Упомянем многочислен-
ные работы Павловского, Калабухова,
15*
228
Природа
1937
работы Ралля, Плятер-Плохоцкого, Ска-
лона, Зверева, Засухина, Скородумова,
Исаева, Киршенблат, Беклемишева, Оли-
фана и др.
В качестве примера эффективности
этих работ приведем результаты из-
учения экологии ришты в Бухаре: изуче-
ние это вскрыло кроме социально-быто-
вых условий ряд экологических зави-
симостей в распространении этой бо-
лезни, и на основе вскрытого были при-
няты меры, совершенно уничтожавшие
ришту в Бухаре. В отношении борьбы
с малярией мы выдвинулись, быть может,
на первое место, благодаря правильному
экологическому подходу и тому мас-
штабу, в котором ведутся в СССР эти
исследования и работы.
Большое внимание обращено в порядке
борьбы с потерями в животноводстве
на изучение экологии забо-
леваний домашних живот-
ных: глистных заболеваний, ово-
дов и т. д.
Наконец, нельзя не упомянуть об
успехах советской экологии в области
освоения неосвоенных про-
странств. Успехи эти относятся
прежде всего, конечно, к области эко-
логии растений; освоение Арктики, высо-
когорий (Памир) дало блестящие резуль-
таты в области сельского хозяйства-
Но и эти работы ведутся в Союзе ком-
плексно и одновременно с растениями
захватывают и животных. В пустыне
Бетпак-Дала, на Памире ив других ме-
стах проводились и зооэкологические
работы, вместе с фитоэкологическими,
давшие нужную для освоения харак-
теристику физического прбцесса в этих
районах. Успехи освоения говорят сами
за себя.
В 1933 г. вышла, как указано выше,
брошюра Кашкарова и Коровина «Эко-
логия на службе социалистического стро-
ительства. Ее роль и задачи». Авторы
брошюры стремились показать, что заро-
дившаяся первоначально на Западе эко-
логия получила в СССР блестящие
условия для своего развития, отвечает
задачам социалистического строитель-
ства, и наметили программу вопросов,
которыми в первую очередь должен, по
их мнению, заняться экологический
институт, организовать который, как
думали авторы, необходимо. Брошюра
эта попала за границу, и некто Шильде,
профессор египтологии в музее Рио-де-
Жанейро, разразился по поводу ее поле-
мической статьей, озаглавленной в виде
вопроса: «Экология советская наука?»
Ученому египтологу из Рио-де-Жа-
нейро очень не понравилась брошюра.
Он со свойственными наиболее отста-
лым буржуа близорукостью и нена-
вистью к Стране Советов ничего в ней
не понял. Он протестует против раз-
личия между советской наукой и бур-
жуазной. Он протестует против того
мнения, что советская экология дает
нам возможность и методы вмешатель-
ства в природу для освоения ее. По его
мнению, Вольта, Фультон, Франклин,
Герц и др. покоряли силы природы,
а следовательно, тоже были экологами,
как экологом был и человек каменного
века, научившийся поддерживать огонь,
или «первый дикарь мексиканец, дер-
жавший в курятнике индюков, чтобы
каждое воскресенье иметь их в своем
котелке, согласно пожелания одного
буржуа, которого звали Генрихом IV
Французским». По словам Шильде, «чем
как не экологией занимались греки,
пославшие Батта из Теры основать
Кирену в Африке?»
Когда сопоставляешь успехи совет-
ской экологии за 20 лет с глупостями,
которые высказывает ученый египтолог,
путающий колонизаторский поход с эко-
логией, то ясна становится бесперспек-
тивность той буржуазной науки, которую
представляет Шильде, и блестящие пер-
спективы, которые развертываются перед
советской экологией, не изобретенной,
конечно, в Стране Советов, но получив-
шей здесь блестящие как нигде условия
для своего развития, пошедшей по пра-
вильному пути тесной связи с жизнью
и пользующейся марксистско-ленинской
методологией, и за короткий период
в 20 лет достигшей таких блестящих
успехов.
В заключение позволяем себе выска-
зать пожелание, чтобы экология в СССР
получила еще большие возможности раз-
вития, получила ту материальную базу,
которую в виде институтов, станций
и т. д. имеют другие биологические
дисциплины, нередко гораздо менее
№ 10
Палеонтология в СССР за 20 лет
229
актуальные, и чтобы в скорейшем вре-
мени в СССР был созван первый
международный съезд эко-
логов. Нам есть что показать, есть
о чем рассказать, есть чем погордиться
в особенности если принять во внимание
и экологию растений. Нам же общение
с иностранными экологами, в особен-
ности с экологами США, тоже дало бы
немало и содействовало бы дальнейшему
росту науки — базы социалистического
строя.
ПАЛЕОНТОЛОГИЯ В СССР ЗА 20 ЛЕТ
Проф. А. К. АЛЕКСЕЕВ и проф. А. Н. РЯБИНИН
Тот широкий размах геологических
работ, который осуществляется в СССР
за последние 20 лет, способствовал на-
коплению огромного количества мате-
риалов по вымершим представителям
животного царства. Эти ценнейшие
остатки животных с большим успехом
изучаются специалистами-палеонтоло-
гами нашей страны, а ‘результаты этих
исследований печатаются в специальных
журналах и монографиях.
В этом сжатом и кратком очерке,
к сожалению, мы можем познакомить
лиц, интересующихся палеонтологией,
только с главнейшими достижениями
наших ученых в области палеонтологии.
Всероссийское Палеонтологическое об-
щество подготовило специальный Сбор-
ник, посвященный успехам советской
палеонтологии за последние 20 лет.
В этом Сборнике приведен также полный
список литературы по палеонтологии,
появившейся за этот период.
1. Беспозвоночные
Из простейших животных форамини-
феры (Foraminifera) изучались из раз-
ных мест нашего Союза, начиная от
Украины и кончая Сахалином. Изучение
палеозойских фораминифер, главным
образом каменноугольных позволипо
выяснить спорные вопросы изменчи-
вости вида и полиморфизма у форами-
нифер (Fusulina minima) и прими к пред-
положению о существовании у этой
группы животных триморфизма. Палео-
зойские фораминиферы обрабатывались
в связи с вопросом об установлении
границ карбона и перми.
Интересны работы, проведенные над
изучением фораминифер из верхне-
меловых отложений Украины. Эти ра-
боты позволили сопоставить украин-
скую меловую микрофауну с синхро-
ничными фаунами Западной Европы и
Америки.
Особенно большое значение в послед-
нее время уделялось фораминиферам
как объекту, имеющему значение в во-
просах определения возраста слоев.
Отдельные комплексы фораминифер
в достаточной степени характеризуют
слои, в которых они встречаются. В этом
отношении большую инициативу про-
явили прикладные институты, как, напр.,
нефтяные. На основании изучения фора-
минифер была сделана попытка разде-
ления на зоны толщи фораминиферовых
слоев на Кавказе.
Радиоляриями (Radiolaria) за-
нимались сравнительно мало.
Точно так же мало занимались за
последние 20лет и губками (Spongia).
Из Подмосковного каменноугольного
бассейна было описано несколько новых
видов. Новый вид губки также был опи-
сан из карбона Урала, названный в честь
покойного президента Академии Наук
230
Природа
1937
А. П. Карпинского. Это — ennUralonema
karpinskyi. Очень хорошая сохранность
и тщательная препарировка позволили
впервые у палеозойских губок опреде-
лить микросклеры, что в свою очередь
способствовало определению для Uralo-
пета точного места в классификации
губок. Особенно интересными являются
губки, описанные Б. Пясковским из
нижнеолигоценовых отложений окрестно-
стей Запорожья. Эти губки поражают
своею сохранностью. Они настолько
мягки и упруги, что часть их была
съедена свиньями.
Ряд блестящих работ Н. Н. Яковлева
посвящен изучению разнообразных во-
просов организации кораллов —
Rugosa. Особенности внутреннего строе-
ния у этих форм находятся в зави-
симости от изогнутости их тела и боко-
вого прикрепления, в свою очередь
вызываемого жизнью их в мелком море
с определенно ориентированным тече-
нием. Кораллы преимущественно рас-
полагаются так, что обращены своей
выпуклой стороной в сторону прибоя.
Работами Н. Н. Яковлева постепенно
выясняются причины возникновения
фоссул и их назначение, а также инте-
ресные вопросы неравномерного роста
плоских и дискообразных форм. Значи-
тельное количество работ было написано
авторами, объединившимися вокруг
Н. Н. Яковлева, который своими рабо-
тами способствовал созданию русской
школы палеонтологов, занимающихся
кораллами.
Эти лица систематически изучали
остатки кораллов из различных систем
палеозоя. Значительное число работ
было посвящено кораллам Rugosa с за-
падного склона Урала, что позволило
установить общее сходство этой фауны
с западноевропейской. Была устано-
влена новая группа Arcophyllidae,
отличающаяся наличием арок, имеющих
вид узких и тонких пластинок, ради-
ально расположенных.
Особенно много внимания было уде-
лено изучению кораллов из каменно-
угольных отложений Донецкого и Куз-
нецкого бассейнов. Было применено
более дробное деление на отдельные
зоны, что особенно проводится в настоя-
щее время в Англии и Бельгии. Опи-
сывается очень много видов палеозой-
ских кораллов из различных мест; от-
крываются в карбоне роды, которые
раньше встречались только в более
древних отложениях, как, напр., Menis-
cophyllum, Slereolastna, Laccophyllum,
Nillsonia и др. Изучение кораллов из
карбона Казахстана обнаружило их
большую оригинальность, резко отли-
чающую их от кораллов Урала, Кузнец-
кого бассейна и западноевропейских.
Первоначальные выводы, напечатан-
ные в работах 1924—1931 гг. и доказы-
вающие, что в Кузнецком бассейне
отсутствую-; отложения визейского
яруса, были в последнее время опроверг-
нуты В. Д. Фомичевым, который обра-
ботал материалы, полученные от раз-
личных исследователей, и пришел к за-
ключению о наличии в Кузнецком бас-
сейне визейских отложений.
Изучение кораллов из карбона Новой
Земли позволяет установить два ком-
плекса фаун: один — визейский, а дру-
гой — более древний —девоно-каменно-
угольный.
Начатое изучение пермских кораллов
из отложений Урала устанавливает, что
большинство родов переходит в перм-
ские отложения из карбона, и только
небольшое количество родов является
новыми для перми. Следует отметить,
что почти все формы имеют небольшие
размеры и обнаруживают высокую сте-
пень специализации. Некоторые из них
проявляют признаки дегенерации и
вымирания.
Накопление материалов из Арктики
и Монголии по группе Tabulata в по-
следнее время выдвинуло ряд иссле-
дователей, которые посвящают свои
работы изучению этой интересной
группы.
Стром а т о п о р о и д е я м и (Stro-
matoporoidea) начали у нас заниматься
только в последнее время. Кроме ра-
бот, посвященных описанию отдельных
видов строматопор из верхнесилурий-
ских отложений р. Подкаменной Тун-
гуски, из Туркестана, Подолии, Фер-
ганы и других мест, появилось опи-
сание строматопор, впервые открытых
в кембрии Сибири. Уже накопилось до-
статочное количество работ, которые
показывают, что палеозойские отложе-
№ 10
Палеонтология б СССР за 20 лет
231
ния весьма богаты строматопороидеями
и намечают дальнейшее направление
в изучении этой группы, ведущее к уста-
новлению руководящих видов для раз-
личных систем палеозоя.
Г раптолитами (Graptolithoidea)
успешно начали заниматься за по-
следние 10—15 лет. Изучение их уста-
новило широкое их распространение
и сходство с граптолитами Англии.
Эти исследования наметили распростра-
нение граптолшового моря через Южный
Урал далеко на восток в Сибирь и Сред-
нюю Азию. Изучение.граптолитов, най-
денных в верхнесилурийских отложе-
ниях Новой Земли, устанавливает их
сходство, с одной стороны, с грап-
толитами Туркестанских фаун, а с
другой стороны, с граптолитами Шве-
ции, а также Германии, Франции и
Англии.
Особенно замечательны за последние
полтора десятка лет работы, посвящен-
ные редко изучаемой группе архео-
циат (Archaeocyathinae). У нас архео-
циаты были описаны впервые в 1890 г.
Эд. Толлем, и позже этой группой более
не занимались, а между тем, как пока-
зали работы А. Г. Волордина, й СССР
археоциаты пользуются широким распро-
странением в кембрийских отложениях
Кавказа, Урала, Средней Азии, Казах-
стана, Сибири, а в последнее время они
найдены также в Монголии. К извест-
ным в литературе 150 видам археоциат из
Европы и Америки А. Г. Вологдин за
17-летний период добавил еще 250 новых
видов, объединенных в значительное
количество новых родов.
Открыты впервые колониальные
формы, личинки археоциат и пр. Эти
400 видов далеко еще не исчерпывают
те возможности, которые таятся в еще
неизученных материалах.
Особенно много занимались за послед-
нее время иглокожими (Echi-
nodermata). Двадцать пять статей Н. Н.
Яковлева посвящены морским ли-
лиям (Crinoidea). В этих же работах
устанавливается связь морских лилий
с цистоидеями. У рода Cryptocrinus
околоротовое поле построено аналогично
с морскими лилиями, причем аномаль-
ные экземпляры с большим количеством
пластинок соответствуют предковым фор-
мам и проявляются только в онтогении
вследствие задержки в развитии инди-
видуума. Устанавливается характер
поровых складов у Cystoblastus, что дает
возможность отнести его к Cystoidea
Dichoporita и внести значительный кор-
ректив в предположение, сделанное Ja-
скеГем; последний рассматривал Cysto-
blastus как форму, переходную к В1а-
stoidea. Позже для той же Cystoblastus
устанавливается существование гоно-
пора и гидропора, которые распола-
гаются на анальном интеррадиусе.
На основании изучения морских лилий
намечается граница между средним
и верхним карбоном Донецкого бас-
сейна. Некоторые из этих работ посвя-
щены изучению пермских лилий Урала,
Печорского края, Закавказья и пр.
Описываются новые роды — Parabothrio-
crinus из девона Ленинградской обл.,
Prosynerocrynus из девона Воронежской
обл., Trautscholdicrinus из карбона Под-
московного бассейна и пр.
Для морских ежей (Echinoidea)
устанавливается, что Botriocidaris яв-
ляется промежуточной формой между
Cystoidea Diploporita и Echinoidea. Инте-
ресна статья обзорного характера, опу-
бликованная Д. М. Федотовым; в этой
статье содержится обзор 48 работ по
иглокожим, появившихся за последние
годы. В последнее время на основании
изучения строения и характерных свойств
Ophiocistia, с одной стороны, устана-
вливается связь с морскими звездами,
а с другой — с офиурами и морскими
ежами.
На основании своих работ над мор-
скими ежами из каменноугольных отло-
жений Донецкого бассейна А. В. Фаас
приходит к заключению, что между фа-
зами расцвета и угасания морских ежей
и морскими трансгрессиями существует
связь. В настоящее время эта группа
иглокожих находится на пути к выми-
ранию.
Несколько работ посвящено изучению
червей (Vertnes). Были описаны явле-
ния паразитизма червей на морских
лилиях подмосковного карбона. На осно-
вании изучения червей устанавли-
вается особая фация, особый стратигра-
фический горизонт в верхнесарматских
отложениях Украины, позволяющий
232
Природа
1937
фиксировать границу между верхним
сарматом и лежащими выше отложе-
ниями.
Небольшое сравнительно количество
работ посвящено изучению мшанок
(Bryozoa) главным образом палеозой-
ских. Одним из существенных дости-
жений последнего времени является при-
менение при изучении мшанок микроско-
пического метода, который был изве-
стен в Америке с 80-х годов, но у нас
был введен В. П. Нехорошевым и
А. И. Никифоровой лишь в последнее
время. Для того чтобы судить, на-
сколько этот способ при изучении мша-
нок является надежным, достаточно ука-
зать, что установленный этими иссле-
дователями новый род Pseudounitriра
из карбона Кузнецкого бассейна по своим
внешним признакам ничем не отличается
от девонского рода Unitripa, и только
применение микроскопического метода
позволило выделить изученные ими
объекты в новый род. На основании из-
учения мшанок устанавливаются гра-
ницы между карбоном и пермью в нефте-
носных районах Урала. Мшанки по-
могли также разделить толщу нижнего
карбона на Алтае на три свиты.
Значительное внимание за последнее
время уделяется изучению п лече-
но г и х (Brachiopoda). Устанавливается
много новых родов и видов, описыва-
ются остатки плеченогих из различных
мест СССР. Постепенно вводится и заво-
евывает себе главное место метод изуче-
ния внутреннего строения, основанный
на применении последовательных при-
шлифовок и изготовления прозрачных
шлифов.
Общим вопросам по брахиоподам
также посвящено несколько работ.
Кроме общей систематики плеченогих
появились за последнее время попытки
создавать классификации в пределах
одного семейства, напр. Productidae,
путем значительного дробления с устано-
влением большого количества новых
родов. Но эти попытки не имели последо-
вателей и вызвали обратное широкое
понимание рода Productus, в который
остальные новые роды входят как под-
роды. Наконец, в новом появившемся
переработанном переводе «Основ палеон-
тологии» Циттеля появилась новая си-
стематика брахиопод, в основу которой
положена классификация Шухерта.
Эта систематика обнимает почти все
установленные роды и подроды.
Палеозойскими брахиоподами занима-
лось много исследователей, причем пода-
вляющее число работ посвящено камен-
ноугольным брахиоподам, среди которых
описано несколько сотен родов и видов.
Среди них одних только новых видов
установлено около сотни.
Крупной работой является работа
Д. В. Наливкина, в которой автор опи-
сывает 184 вида брахиопод из девона
Туркестана. Каменноугольные брахио-
поды были описаны из карбона Под-
московного бассейна, Донецкого бас-
сейна, Печорского края, Большеземель-
ской тундры, Урала, Новой Земли, Куз-
нецкого бассейна, Средней Азии и мно-
гих других мест нашего Союза. Далее,
значительное количество работ было
посвящено пермским брахиоподам Кав-
каза, Урала, Арктики, Сибири и других
мест. Значительно меньше брахиопод
было описано из мезозойских отложений
и совершенно не занимались третичными
и четвертичными брахиоподами.
Далеко неодинаково изучались раз-
личные типы моллюсков (Mol-
lusca). В связи с этим и количество
работ, вышедших за последние 20 лет,
распределяется также неравномерно.
Больше всего статей посвящено описа-
нию и изучению кайнозойских пла-
стинчатожаберных и головоногих мол-
люсков. По каждому из этих отделов
насчитывается свыше сотни работ. Нач-
нем наш краткий обзор с пластинчато-
жаберных.
Палеозойскими пластинчато-
жаберными (Lamellibranchiata) или
пелециподами (Pelecypodd), главным
образом карбона и перми, занимались
несколько лиц; среди них нельзя не отме-
тить работу Д. М. Федотова; последний
описал свыше 200 видов, из которых
многие описаны как новые виды, и еще
более крупную работу Д. В. Наливкина
по девонским пелециподам Рудного
Алтая. В ней автор описывает 125 видов
из тарханской свиты, которые составля-
ют интересный комплекс форм перехода
от Dj к С}, встреченный в СССР впервые.
Затем по пермским пелециподам работа
№ 10
Палеонтология в СССР за 20 лет
23$
Б. К. Лихарева, монография по пла-
стинчатожаберным Кузнецкого бассейна
Л. А. Рогожина и Д. М. Федотова и много
других. Нельзя не упомянуть также
статьи Н. Н. Яковлева, в которой он из-
учает раковину Schizodus planus и относит
ее к роду Procrassatella семейства Crassa-
tellidae. Наконец, пресноводными плас-
тинчато-жаберными Донецкого бассейна
занимался Б. И. Чернышев, установив-
ший связь этих моллюсков с биоценозом
кровли пласта угля, чю должно иметь
важное практическое значение при раз-
ведочных работах.
Несколько статей посвящено мезозой-
ским пластинчатожаберным. Главное же
число работ отведено пластинчатожабер-
ным кайнозоя и, именно, пелециподам
неогена. Около 10 работ описывают пла-
стинчатожаберных палеогена, а осталь-
ные, около 100 работ, посвящены
неогену.
Среди палеогеновых работ четыре
работы В. С. Слодкевича касаются
пелеципод Донецкого бассейна и цыбу-
левских слоев Украины. Изучению рода
Corbula, имеющему стратиграфическое
значение в палеогеновых отложениях
Туркестана, посвящены работы В. С.
Слодкевича и О. С. Вялова. Особое
внимание в последнее время уделяется
пелециподам, встречающимся в отло-
жениях, расположенных к северу от
Аральского моря. Прекрасной сохранно-
ности пелециподы отсюда были описаны
монографически А. К. Алексеевым.
Изучение этих моллюсков позволило
автору установить, что большинство
видов являются оригинальными, свой-
ственными только палеогеновым отло-
жениям северного Приаралья и сосед-
ним местам Туранского палеогенового
бассейна; затем в этом комплексе форм
значительное количество принадлежит
видам, встречающимся в верхнем эоцене
Англо-Парижского бассейна, и только
немного видов нижнеолигоценовых, опи-
санных из нижнего олигоцена Северной
Германии. Этот тщательный анализ форм,
собранных непосредственно самим авто-
ром из одного определенного горизонта,
позволил автору установить верхнеэоце-
новый возраст слоев, содержащих эту
фауну. Тем же автором были описаны
пелециподы также из двух других стра-
тиграфических горизонтов северного
Приаралья.
На Северном Кавказе И. А. Коробков
выделяет новый род Occultamussium и
намечает новую зону с Variamussium
fallax Korob. и др.
Перечислить хотя бы все то, что сде-
лано за последние 20 лет по изучению
кайнозойских пелеципод, в этом крат-
ком очерке не представляется возмож-
ным. Поэтому ограничимся упоминанием
лишь самых главных, наиболее круп-
ных работ. Среди работ, затрагиваю-
щих вопросы общего характера, следует
упомянуть статью Н. И. Андрусова о роде
Adacna plicata. Этот моллюск, подобно
фоладам, пробуравливает породы и живет
в глубоких дырах, причем у него рако-
вина, при наличии сходных элементов
скульптуры, также зияет спереди и
сзади. Интересны также исследования
Д. М. Раузер-Черноусовой, установив-
шей эволюционные ряды и мутации
Cardium edule из современных отло-
жений Черного моря. В усыхающем и
осолоняющемся замкнутом бассейне
мутации Cardium edule изменяют мор-
фологические признаки раковины,
выражающиеся в изменении величины
и толщины створок, формы, Переходя-
щей из округленной в треугольную,
в редукции зубного аппарата и прочее.
Интересна также работа Л. Ш. Дави-
ташвили, затрагивающая вопросы зако-
номерности изменения величины тела
моллюсков в филогенетических ветвях,
и др.
Систематическому описанию кайно-
зойских пелеципод посвящает несколько
статей покойный Н. И. Андрусов. Он
описывает различные виды из отложе-
ний Мангышлака и других мест из яру-
сов чокракского, конского, понтиче-
ского, киммерийского и апшеронского.
Пелециподами неогена Кавказа зани-
мались В. В. Богачев и Л. Ш. Давита-
швили. Последний написал около 10 ста-
тей, посвященных пелециподам Кавказа.
За последние 20 лет появилось значитель-
ное число статей по пелециподам из раз-
личных горизонтов, написанных О. С.
Вяловым, В. П. Колесниковым, Н. А.
Григоровичем-Березовским, А. Г. Эбер-
зиным и многими другими; в этой
краткой статье нет возможности ни пере-
234
Природа
1937
числить всех исследователей, ни осве-
тить те достижения и открытия, которым
посвящены их работы.
В последние годы появляются очень
ценные издания, охватывающие пре-
имущественно описание всей фауны мол-
люсков того или иного горизонта. Так,
под редакцией А. Д. Архангельского и
Л. Ш. Давиташвили выходят несколько
атласов определителей руководящих
видов для различных горизонтов нео-
гена, причем в этих атласах не только
описываются виды уже известные, но и
ряд новых видов. В 1935 г. Академия
Наук СССР приступила к монографиче-
скому описанию фаун. Это издание
«Палеонтология СССР» пока вышло
в виде двух выпусков: В. П. Колесни-
кова «Сарматские моллюски» и В. П.
Жижченко «Чокракские моллюски».
Пресноводным моллюскам, в част-
ности пелециподам, посвящена интерес-
ная работа А. П. Павлова о неогеновых
и послетретичных отложениях южной
и восточной Европы, статья Т. А. Ман-
гикиана о моллюсках Куяльницкого
яруса и, наконец, статья В. А. Линд-
гольма, посвященная плиоценовым
пресноводным фаунам Сибири.
Подобно пелециподам, брюхоно-
гими моллюсками (Gastropoda)
палеозоя и мезозоя занимались сравни-
тельно немного. Можно назвать только
несколько работ, посвященных описа-
нию отдельных видов; остальные работы
приводят лишь перечисление встре-
чающихся видов. К работам последнего
типа можно отнести статьи Д. В. Налив-
кина, посвященные гастроподам верх-
него силура Восточного Урала, силура
и девона- Новой Земли и, наконец,
воронежских слоев. Таковы же работы
М. Акимова, И. П. Толмачева, А. П.
Иванова и Н. И. Лебедева, в которых
упоминаются различные гастроподы
из каменноугольных слоев Подмосков-
ного, Донецкого и Кузнецкого бассей-
нов. И, наконец, статья О. Г. Туманской
содержит описание 199 видов гастропод
пермо-карбоновых отложений Крыма,
из которых 3 вида являются новыми.
Мезозойским брюхоногим моллюскам
посвящены статьи В. Ф. Пчелинцева,
который изучал их из юрских и меловых
отложений Крыма и Кавказа.
По брюхоногим из кайнозойских отло-
жений имеется богатая литература, на-
считывающая более 100 названий. Назо-
вем некоторые из них. Четыре работы
посвящены роду Viviparus; это статьи
Л. Ш. Давиташвили, Е. С. Раммель-
мейер, В. Г. Бондарчука и Т. А. Ман-
гикиана. В. Г. Бондарчук изучил вид
Paludina diluviana и пришел к заключе-
нию о существовании двух видов, опи-
санных Кундтом под этим общим назва-
нием. Автор устанавливает родство
этого вида с другими видами на терри-
тории СССР.
В работе А. К. Алексеева монографи-
чески описано много видов гастропод
из верхних эоценовых слоев Северного
Приаралья.
В тех же работах, в которых Н. И.
Андрусов описал пелеципод, содер-
жится описание также и гастропод —
из различных горизонтов неогена юга
СССР и Кавказа. Тоже самое мы имеем
и в упомянутых монографиях В. П.
Колесникова и Б. П. Жижченко, издан-
ных Академией Наук СССР в серии
«Палеонтология СССР». В них опи-
сывается большое количество сармат-
ских и чокракских брюхоногих мол-
люсков. Я не имею возможности рас-
сматривать многочисленные интересные
работы В. В. Богачева, Н. Ю. Успен-
ской, П. А. Короткова, С. П. Ильина,
Н. Б. Вассоевича, В. А. Линдгольма
и многих других авторов. Из работ,
посвященных описанию брюхоногих
моллюсков верхйетретичных отложений
Дальнего Востока, следует назвать
статьи И. П. Хоменко, В. С. Слодкевича
и др., в которых авторы описывают не-
достаточно еще изученную фауну гастро-
под. Наконец, снова приходится упомя-
нуть о серии выпусков, написанных
главным образом Л. Ш. Давиташвили
и другими лицами, в котррых приводятся
руководящие виды гастропод из различ-
ных горизонтов неогена.
Около 100 работ появилось за послед-
ние 20 лет, в которых описываются
различными лицами многочисленные
виды головоногих моллю-
сков (Cephalopoda). Изучаются кембрий-
ские Vorbortella. Описываются Ortho-
ceras из силурийских отложений Север-
ного Кавказа, обнаруживающие близ-
№ 10
Палеонтология в СССР за 20 лет
235
кое сходство с видами горизонта е2
богемского силура. Устанавливаются
новые виды Nautiloidea из силура Новой
Земли, сходные с верхнесилурийскими
головоногими Богемии и Америки. Моно-
графия М. В. Круглова по верхнекар-
боновым и артинским наутилидам (Nauti-
loidea) Урала является важнейшей рабо-
той нашего времени. В ней кроме
описания многочисленных видов и разно-
видностей приводятся краткие диа-
гнозы семейств и родов. На основании
анализа всей фауны автор приходит
к заключению, что только третья часть
принадлежит к нижнепермским видам;
остальные же являются верхнекаменно-
угольными и пр.
Аммонеям (Ammonoidea) уделяется
значительное число работ. Среди по-
следних следует назвать работы М. Э.
Янишевского (Новая Земля), А. П. Кар-
пинского и др. Особенно много зани-
мается аммонеями из различных мест
нашего Союза Л. С. Либрович. Он за-
трагивает аммоней из отложений кар-
бона Средней Азии, Подмосковного бас'
сейна, Урала, Донбасса, Алтая и дру-
гих мест.
Из каменноугольные отложений Фер-
ганы устанавливается новый род Pros-
humardites, который вместе с другими
родами, встречающимися вместе с ним
наутилоидеа, позволил установить воз-
раст слоев с этой фауной и считать его
намюрским. Из каменноугольных отло-
жений Северного Казахстана описыва-
ваются новые роды Karagandoceras и
Kasakhstania.
По пермским аммонеям крупные
работы были сделаны А. П. Карпинским,
изучавшим онтогению и филогению
у Proleantidae.' В этих работах автор
рассматривает причины, обусловливаю-
щие прерывистость лопастных линий
и пр. Эти работы, а также работы дру-
гих исследователей, изучающих перм-
ских аммонитов, способствовали уточ-
нению возраста пермских отложений
нашего Союза.
Наконец, свыше 40 работ посвящено
мезозойским головоногим. Описаны
триасовые аммоней Сибири и юрские
аммониты Крыма, Кавказа. Особенно
ценны крупные монографии Д. И. Ило-
вайского. Выработанная им методика
изучения аммонитов применяется в на-
стоящее время почти всеми. Интересна
также работа Б. И. Бодылевского, в ко-
торой автор, основываясь на тщатель-
ном изучении раковины, на различных
стадиях роста у одного и того же инди-
видуума, устанавливает генетический
ряд Stephanoceras — Cadoceras — Quen-
stedticeras.
Белемнитами (Belemnoidea),
главным образом, занимался Г. Я-
Крымгольц.
Членистоногих (Arthropoda)
начали изучать особенно много в послед-
нее время.
Увеличилось за последние 20 лет
число работ по изучению остракод
(Ostracoda). Раньше обыкновенно эти
объекты передавались для определения
за границу. Палеозойскими остракодами
занимались Е. М. Глебовская, Е. Рейн,
Спилярский и др. Описанные остракоды
из акчагыльского и апшеронского яру-
сов Бакинского района позволили уста-
новить руководящие формы для различ-
ных слоев нефтеносных отложений.
В более широком масштабе изучение
остракод из нефтеносных районов про-
водится в Нефтяном институте в Ленин-
граде.
Из каменноугольных отложений Дон-
басса Б. И. Чернышевым были описаны
новые виды э с т е р и й (Estheria),
Lenia и др. ’
Остатки усоногих раков (Cirrepedia)
были описаны Н. Н. Боголюбовой
и Б. И. Чернышевым.
Несколько работ Б. К. Лихарева и
Б. И. Чернышева посвящены десяти-
ног и м ракам (Decapoda).
Значительно полнее представлена лите-
ратура по трилобитам (Trilobita).
Кембрийскими трилобитами занимались
М. Э. Янишевский (Северный Кавказ)
и особенно Е. В. Лермонтова, которая
изучила трилобитов Кузнецкого и Иркут-
ского бассейнов, Южной Ферганы и дру-
гих мест. По силурийским, девонским
и каменноугольным трилобитам большой
вклад в науку сделал крупный специа-
лист по трилобитам В. Н. Вебер. Помимо
других его статей В. Н. Вебер сдал
в печать большую монографию, в кото-
рой он описывает 170 видов каменно-
угольных трилобитов, собранных 70
236
Природа
1937
геологами. Только на днях вышла моно-
графия по трилобитам В. Н. Вебера. На
основании изучения трилобитов было
установлено присутствие верхов ордо-
вика в Кузнецком бассейне; эти отложе-
ния относились раньше к девону. Значи-
тельное количество работ В. Н. Вебера
посвящено описанию многочисленных
трилобитов из различных отложений
многих мест СССР.
До 1917 г. насекомыми (Insecta)
почти не занимались; мы имели о них
только отрывочные сведения. Так, из
пермских отложений было известно
11 видов; 20 видов мы знали из мезозоя.
И только. Третичных насекомых нам
не было известно. В настоящее время
из различных мест нашего Союза, почти
исключительно благодаря неутомимой
деятельности крупнейшего нашего палео-
энтомолога А. В. Мартынова, мы уже
имеем гораздо более полные сведения об
ископаемых насекомых.
В особенности оказались богатыми
наши пермские фауны насекомых из
Тихих гор, Каргалы и других мест.
Значительное количество различных
отрядов насекомых было описано из
Архангельского края и других мест
Севера.
Богатая фауна насекомых (около
1000 остатков) изучается из юрских
сланцев Кара-тау А. В. Мартыновым.
Наконец, довольно много насекомых
было найдено в нижнем лейасе Шураба
и Кызыл-кия, в Фергане.
Значительное количество остатков на-
секомых описано за последние годы
и из третичных отложений. Так, насе-
комые описаны из нижнемиоценовых
слоев Дальнего Востока и Западной
Сибири. А. В. Мартынов описал терми-
тов, жуков, стрекоз, бабочек из третич-
ных отложений Зайсанского района.
На основании изучения этой фауны воз-
раст слоев определен как верхнеолиго-
ценовый или нижнемиоценовый. Фауна
до некоторой степени сходна с индий-
ской и североамериканской.
2. Позвоночные
Быстрое развитие палеонтологических
знаний по позвоночным за последние
20 лет в СССР стоит в тесной связи как
с общими успехами в ней познаний
геологического строения страны, так
и в связи с общими успехами палеонто-
логии позвоночных за истекший проме-
жуток времени.
Производимые на основе этих позна-
ний раскопки ископаемых позвоночных
после революции перестали быть еди-
ничными и случайными, хотя бы и блестя-
щими по результатам, как это бывало
раньше (напомним хотя бы открытие
проф. В. П. Амалицким знаменитой
фауны пермских рептилий и амфибий
на Северной Двине), и стали на более
твердую почву, а, главное, приобрели
более правильный и планомерный ха-
рактер.
Ими занимаются в последнее время,
главным образом, Палеозоологический
институт Академии Наук СССР с создан-
ным при нем Палеонтологическим му-
зеем, Палеонтологическая лаборатория
Московского Гос. университета, отчасти
Геологический институт Академии Наук
СССР, Геологический комитет (до 1930 г.)
и далее Центральный Геолого-разведоч-
ный музей имени акад. Ф. Н. Черны-
шева, а также и иные научные учре-
ждения страны в порядке их геологи-
ческой работы.
Следует отметить, что геологические
исследования и даже геологические раз-
ведочные и поисковые работы, как
это и следовало ожидать, продолжают
доставлять находки остатков ископае-
мых позвоночных (напр. при работах
ЦНИГРИ, Нефтяного, Арктического
институтов, а также и многих других
учреждений и даже поисковых экспе-
диций). Известно, как много ценных
находок погибает при этом при неуме-
лом их извлечении из недр земли.1
Из различных групп позвоночных:
рыб, в широком понимании этого слова
(Ichthyomorphi), амфибий (Amphibia),
рептилий (Reptilia), птиц (Arcs) и мле-
копитающих (Mammalia) наименьшее
внимание уделялось, вследствие ред-
1 В настоящее время для помощи при
ведении раскопок и обработке полученного
в результате их материала Академией Наук
СССР издана «Инструкция для раскопок,
препарировки и монтажа ископаемых позво-
ночных», составленная М. Г. Прохоровым.
№ 10
Палеонтология в СССР за 20 лет
237
кости их находок, ископаемым птицам.
Большое и все возрастающее внимание
уделялось рыбам, в особенности древ-
ним; пермским и триасовым амфибиям;
пермским и мезозойским, особенно верх-
немеловым, рептилиям; значительное
внимание было уделено, в результате
находок новых их фаун в пределах СССР,
третичным млекопитающим.
Следует отметить, что обширность на-
шей страны и наличие в ней всех гео-
логических систем позволяют предпо-
лагать и наличие громадного количества
еще неизвестных нам ископаемых по-
звоночных, которые обещают пролить
яркий свет на множество морфологи-
ческих и генетических данных, палео-
географических и стратиграфических
соотношений, т. е. оказаться полезными
и для геологии страны. Это доказывает
почти каждая находка и предприни-
маемая вновь раскопка позвоночных.
Переходим затем к обзору успехов
палеонтологии позвоночных по отдель-
ным их группам и классам.
Ichthyomor phi
С и л у р и й с к и»е и девон-
ские рыбы. Главнейшими рабо-
тами по изучению рыб из силура и девона
являются за данный период работы
Д. В. Обручева; кроме того, имеется
несколько работ К. М. Дерюгина
(о Palaeospondylus и Hypospondylus) и
П. П. Сушкина (сообщения о замеча-
тельных работах Стеншио и других швед-
ских ученых).
Из силура СССР Д. В. Обручевым
описана древнейшая форма Евразии
Cyathaspis sp. (вероятно, из уинлока
Урала). Гораздо более значительная
девонская фауна рыб, описанная тем же
автором из различных местностей СССР,
содержит вкратце следующие новые
роды: Hamodus, Karelosteus и Aspido-
steus из Ленинградской обл.; Angarich-
thys и Amphiaspis, Glyptolepis и Miro-
lepis из Сибири; новое сем. Holonemidae
(р. Gyroplacosteus) из пределов Европей-
ской части СССР. На основании изуче-
ния девонской фауны рыб Д. В. Обру-
чевым дана стратиграфическая схема
деления среднего девона Ленинградской
области. <
Рыбы из карбона и перми.
Продолжая свои работы по изучению
загадочной рыбы Helico prion, акад.
А. П. Карпинский описал из подмосков-
ного карбона новый вид Helicoprion
ivanovi n. sp. Другие остатки рыб из
карбона СССР представлены были почти
исключительно зубами и шипами эласмо-
бранхий из морской известняковой
фации. Из карбона Донецкого бассейна
различными авторами были описаны
зубы селяхий и ихтиодорулиты (Erisma-
canthus и др.) и чешуи кистеперых (Сое-
lacanthus, Rhizodopsis). Из нижнего кар-
бона Кузнецкого бассейна отмечены
остатки брадиодонтных селяхий и не-
сколько новых форм ихтиодорулита
Ctenacanthus; с р. Енисея описан новый
вид Strepsodus и проблематические остат-
ки Rhomboderma (А. В. Хабаков, Н. Ва-
леева, А. Ефимова, Б. Чернышев и дру-
гие авторы). По рыбам из пермских
отложений интересны работы А. П. Кар-
пинского о зубных сегментах акуловых
рыб из сем. Edestidae (1922) и устано-
вление нового рода Parahelicoprion из
артинского яруса Красноуфимска (1924).
А. В. Хабаков дал общий обзор страти-
графического и фациального распростра-
нения рыб в перми Европейской части
СССР. Им же описан из Приуралья
новый вид рода Atherstonia, известного
ранее только из Южной Африки, и ихтио-
дорулит Anodonthacanthus из цехштейна
Северного края, ранее известный из Се-
верной Америки.
Рыбы из триаса, юры и мела.
Нижнетриасовые Dipnoi из Ветлужского
края и с горы Богдо доставили материал
для работ Н. Н. Яковлева (описан зуб
маленькой реликтовой рыбы Gnathorhiza
pusilia Соре) и А. В. Хабакова (древней-
шие из Ceratodontidae). Последним авто-
ром сделано сообщение о систематике,
географическом распространении и на-
правлении адаптаций Ceratodontidae.
Материал для описания юрских рыб
дало недавно открытое богатейшее
месторождение Кара-тау в Казахстане,
(работы А. Гориздро - Кульчицкой
о Coccolepis, а также Л. С. Берга о новом
семействе Coccolepidae). Из нижневолж-
ских слоев Ундор описан новый вид
Thrissops volgensis (работа А. Л. Коз-
лова). Работа Н. Зонова и А. В. Хаба-
238
Природа
1937
нова посвящена описанию зубов акул
Notidanus и Orthacodus из подмосковной
юры.
Изучение остатков рыб из верхнего
мела вызвало статью Д. В. Обручева
(о зубном аппарате у Myliobatis) и А. В.
Хабакова по вопросу о географических
закономерностях в видообразовании
(1927).
Рыбы третичные и чет-
вертичные. Обширный материал
по третичным акулам вызвал работу
В. В. Меннера. Им изучены селахии
Мангышлака, Урала и Эмбы, причем
описано 44 вида из 5 семейств и уста-
новлен новый род Jaekelotodus. Тем же
автором в работе о Lamnidae из палео-
гена Акмолинской области род Саг-
charodon разделен на два рода: Еосаг-
charodon g. п. и Carcharodon sensu stricto.
Костистые рыбы из олигоцена Север-
ного Кавказа были описаны В. П.
Смирновым.
Изучению неогеновых рыб Сибири
были посвящены работы Б. А. Штылько.
Им установлено 23 новых вида из раз-
личных семейств, главным образом
Cyprinidae, вместо которых ныне в Си-
бири преобладают Salmonidae. Устано-
влен новый род Leobergia, близкий
к Lucioperca. Другие работы Б. А.
Штылько были посвящены изучению
неогеновых щук Сибири.
Сарматские Clupeidae и новый вид
Caspialosa praecursor sp. п. из прикас-
пийского акчагыла были изучены В. В.
Богачевым.
Изучение остатков четвертичных рыб
из палеолита Крыма (работы М. Тихого)
и из неолита бассейна оз. Онеги (работа
Г. В. Никольского) дали указания на
изменение климатических условий мест-
ности в сравнении с настоящим временем
(для Крыма, напр., в сторону значитель-
ного смягчения со времен палеолита).
В результате изучения ископаемых
рыб (Ichthyomorphi), как видно из дан-
ного обзора, был установлен целый ряд
новых и интересных форм, особенно из
палеозоя СССР, а также сделан значи-
тельный шаг вперед в деле изучения
фаун рыб и отдельных форм последних
с целями стратиграфическими.
Усиленное изучение палеонтологии
рыб в СССР способствовало, между про-
чим, и тому обстоятельству, что в пред-
принятом ныне издании т. II «Основ
палеонтологии» Циттеля (позвоночные)
на русском языке отдел рыб значительно
переработан и дополнен трудами Л. С.
Берга, В. В. Меннера, Д. В. Обручева,
А. Н. Световидова и А. В. Хабакова.
Amphibia
Изучение ископаемых амфибий в СССР
за двадцать лет значительно продвину-
лось вперед. А. П. Карпинским впервые
для СССР указаны были остатки чешуй-
чатого покрова, происходящие из де-
вона Урала и принадлежащие, вероятно,
древцейшей амфибии, названной А. П.
Карпинским Proamphibia.
Что касается пермских стегоцефалов,
найденных В. П. Амалицким при рас-
копках на Северной Двине, то работами
акад. П. П. Сушкина, И. А. Ефремова
и позднее А. П. Быстрова были выяснены
морфология и этология рода Dvirtosau-
rus, сохранившего жабры во взрослом
состоянии.
Из перми Каргалы и Кировского края
И. А. Ефремовым детально изучены два
вида рода Platyops.
Триасовые стегофецалы изучались
П. П. Сушкиным и И. А. Ефремовым
(Capitosaurus и Trematosaurus из нижнего
триаса горы Богдо); из нижнего триаса
Волго-Двинского водораздела И. А.
Ефремовым был описан новый род Веп-
thosuchus и А. Н. Рябининым Wetluga-
saurus. Из триаса верхнего Поволжья
были описаны А. Н. Рябининым Тгета-
tosuchus jakovlevi, а Ф. М. Кузьминым —
Т. weidenbaumi; А. П. Гартман-Вейн-
берг — Lyrocephalus acutirostris. Тем же
автором в совместной работе с Ф. М.
Кузьминым был описан Capitosaurus vol-
gensis; наконец, недавно появилось опи-
сание нового рода и вида Volgosaurus
kaljaevi из триаса Волго-Цнинской анти-
клинали, сделанное Ф. Кузьминым. На-
личие морских лабиринтодонтов в ниж-
нем триасе Дальнего Востока было ука-
зано А. Н. Рябининым (на о. Русском).
Из Anura В. В. Богачевым и А. Н.
Рябининым описаны были остатки Rana,
происходящей, повидимому, из неогена
западной Грузии.
№ 10 Палеонтология в СССР за 20 лет 239
В результате изучения ископаемых
амфибий, особенно пермских и триа-
совых стегоцефалов, палеонтология
СССР обогатилась познаниями целого
ряда новых их форм. Изучение этих
форм было произведено весьма тща-
тельно и позволило сделать выводы,
важные не только в стратиграфическом
отношении, но и в отношении изучения
их морфологии и палеобиологии.
Reptilia
Значительно большие успехи были
достигнуты за истекший период в из-
учении ископаемых рептилий. Оно нача-
лось с обработки материалов по Coty-
losauria и Theromorpha, добытых рас-
копками проф. В. П. Амалицкого на
С. Двине. Описанный им род Kotlassia
из семейства Seymouridae был разделен
П. П. Сушкиным на два особых рода:
Kotlassia и Karpinskiosaurus; кроме того
А. П. Гартман-Вейнберг описала кож-
ные окостенения сеймурии и дала био-
реконструкцию рода Kotlassia.
Остатки рептилий из сем. Pareiasau-
ridae детально изучались А. П. Гарт-
ман-Вейнберг, давшей новое название
Scutosaurus образцу с С. Двины, описан-
ному В. П. Амалицким, как Pareiasau-
rus. Строение скелета парейазаврид и
значение последних как руководящих
ископаемых выяснено в нескольких ра-
ботах А. П. Гартман-Вейнберг.
Новые открытия остатков Pareiasau-
ridae сделаны на р. Оке в г. Горьком
(А. Н. Рябининым) и на р. Вятке (С. Каш-
тановым).
Чрезвычайно интересно открытие новой
фауны котилозавров (Nyctiphruretes Efre-
mov и Nycteroleter Efrem.) и пеликозавров
(Mesenosaurus Efremov) из мергелистого
горизонта на р. Мезень в Северном крае,
в результате раскопок, произведенных
Палеозоологическим институтом Акаде-
мии Наук СССР.
Изучение горгонопсид как из рас-
копок проф. В. П. Амалицкого, так и из
новых раскопок на Северной Двине
производилось П. А. Православлевым,
описавшим несколько новых видов рода
Inostrancevia, а также два вида нового
рода Amalitzkia. Указания на нахожде-
ние остатков Theriodontia в перми Куз-
нецкого бассейна были сделаны А. Н.
Рябининым.
Интересны работы П. П. Сушкина по
изучению остатков рода Dicynodon,
выяснившие черты его строения и давшие
представление о Dicynodon, как о хищ-
нике, питавшемся трупами, подобно
гиене среди млекопитающих.
Из Cynodontia В. П. Амалицким опи-
сан род Dvinia и П. П. Сушкиным род
Permocynodon.
По Dinocephalia раскопками в бассейне
р. Свияги были открыты, кроме ряда
других позвоночных, новые формы траво-
ядных диноцефалов Ulemosaurus Riab.
и хищника Titanophoneus Efremov.
Значительное число работ посвящено
было изучению главным образом верхне-
меловых Dinosauria; исключение соста-
вляет Thecodontosaurus, описанный Н. Н.
Яковлевым из нижнего триаса р. Вет-
луги. Сюда относится работа А. Н. Ряби-
нина об амурском динозавре Mand-
schurosaurus amurensis Riab. и дино-
заврах из окрестностей ст. Сары-Агач
в южном Казахстане (Jaxartosaurus Riab.,
Bactrosaurus Gilm., Sauropoda и Nodo-
sauridae). Указания на находки остатков
Dinosauria в СССР без определения рода
и вида имеются в работах А. П. Гарт-
ман-Вейнберг, И. А. Ефремова и других
геологов.
Скелет Mandschurosaurus amurensis
Riab. монтирован и выставлен в Цен-
тральном Геолого-разведочном музее
в Ленинграде.
Из черепах (Chelonia) описан ряд форм
как из верхнего мела (Lindholmemys
elegans Riab.), так и из третичных отло-
жений разных местностей СССР (Testudo,
Stylemus, Trionychidae, Chelonia), глав-
ным образом, в работах А. Н. Рябинина.
Чрезвычайно интересна находка ос-
татков Pterosauria в юре Кара-тау,
в Казахстане, описанных А. Н. Ряби-
ниным, как новая весьма своеобразная
форма Batrachognathus n. g.
Несколько работ (П. А. Правосла-
влева, Е. В. Милановского и А. Н. Ряби-
нина) было посвящено описанию остат-
ков Plesiosauria, между прочим, из верх-
ней юры Земли Франца Иосифа; в 1936 г.
Арктическим институтом добыты нижне-
меловые остатки Plesiosauria, вероятно из
сем. Elasmosauridae на Полярном Урале.
240
Природа
1937
По Mosasauria имеется несколько
работ В. Цареградского, А. Н. Рябинина
и В. Титова (последняя еще не напеча-
тана) о мозазаврах из верхнего мела
разных местностей СССР.
Под наблюдением В. Цареградского
в Центральном Геолого-разведочном
музее выставлен монтированный скелет
Dollosaurus lutugini Jakovlev.
Из приведенного обзора изучения
ископаемых рептилий в СССР видно,
что из них главнейшее внимание было
посвящено изучению отрядов Coty-
losauria и Theromorpha, с одной стороны,
и Dirwsauria — с другой.
Изучение первой группы рептилий
выяснило соотношения входящих в нее
форм с южноафриканской фауной реп-
тилий, поставило ряд вопросов о проис-
хождении пермских фаун СССР и по-
зволило, пока еще предположительно,
наметить стратиграфические соотноше-
ния этих фаун.
В отношении Dinosauria интересно
указание на присутствие в верхнеме-
ловых отложениях СССР новых форм,
близких к североамериканским и мон-
гольским, и попытки установления стра-
тиграфических соотношений между
слоями с динозавровой фауной СССР,
Северной Америки, Монголии, Китая
и Индостана.
Av es
При всей редкости находок ископаемых
птиц, особенно более древних, чем чет-
вертичные, за истекший период удалось
описать остатки крачки (Sterna milne-
edwardsi Riab.) из неогена западной
Грузии и остатков неопределимых ближе
воробьиных (Passeriformes) из среднего
сармата окрестностей Баку (работы
А. Н. Рябинина), остатки плиоценовых
страуса (Struthio chersonensis Brandt)
и сокола Sushkinia Tugarinov из сем.
Falconidae) из окрестностей Павлодара,
на р. Иртыше (работы А. Тугаринова).
Остатки четвертичных птиц, найденные
в связи с изучением материальной куль-
туры первобытного человека в разных
местностях СССР (Афонтова гора, Лья-
лово, Забайкалье, Крым), не отличаются
резко от современных, являясь интерес-
ными лишь в палеогеографическом отно-
шении и давая материал для истории
фауны той или иной местности. В резуль-
тате обзора следует сделать выводы,
что на поиски ископаемых птиц в СССР
необходимо обратить большее внимание,
чем это было до сих пор.
Mammalia
Наибольший материал для изучения
доставили за истекший период остатки
хищников, копытных и хоботных, добы-
тые в результате планомерных раско-
пок, сделанных сначала Геологическим,
а затем Палеозоологическим институтом
Академии Наук СССР, а также другими
научными учреждениями СССР. Рас-
копками этими было открыто несколько
новых фаун ископаемых позвоночных
в СССР (тургайская олигоценовая, или
индрикотериевые слои, павлодарская
неогеновая, или самая восточная гиппа-
рионовая фауна и др.).
Хищники (Carnivora). Из рисс-
вюрмских отложений окрестностей
Краснодара было добыто пять скелетов
пещерного медведя (Spelaeus rossicus
Boriss.), изученных акад. А. А. Бори-
сяком, пришедшим к убеждению, что
вид этот широко распространен был
прежде на Украине и по всему югу СССР.
Остатки Canidae были описаны А. А.
Браунером с р. Амура (Canis krischto-
fovitschi) и М. В. Павловой (Lupus
volgensis) из Сенгилея на Волге.
Из нижнеудинской пещеры В. С. Слод-
кевичем были описаны остатки европей-
ской расы Сиоп alpinus Pallas.
Третичным хищникам были посвящены
работы И. П. Хоменко (Hyaena boris-
siaki Chom. из плиоцена Бессарабии),
А. Н. Рябинина и В. И. Крокоса
о хищниках (из миоцена Бессарабии и
Гребенников).
Остатки пещерных гиен были описаны
Г. Распоповым из Казани и А. Рябининым
из Забайкалья.
Распространение пещерного льва
прослежено от Кавказа до Забайкалья
(работы А. Н. Рябинина). Из неогена
окрестностей Павлодара, на р. Иртыше,
открыты и описаны Ю. А. Орловым
новые остатки ластоногого (Pinnipe-
dia)— Semantor macrurus n. g. n. sp.,
близкого к выдрам. Открытие это под-
тверждает идею о происхождении тюле
№ 10
Палеонтология в СССР за 20 лет
241
ней от выдровых. Оттуда же Ю.. А.
Орловым описаны и остатки барсука
Parataxidea и саблезубого тигра Machai-
rodus.
Остатки тюленей изучались, главным
образом, А. К. Алексеевым, описавшим
неизвестный ранее череп неогенового
Phoca pontica Eichw.; им же описаны
два новых вида Phoca из среднего сар-
мата Украины.
Китообразные (Cetacea) в виде их древ-
них форм, открытых В. В. Вебером,
изучались А. Н. Рябининым, описавшим
и давшим реставрацию остатков Micro-
zeuglodon aff. caucasicum Lyd. из верхне-
майкопских отложений Кабристана.
Из Mystacoceti были описаны и монти-
рованы в Центр. Геолого-разведочном
музее остатки Cetotherium mayeri Brandt
из сармата Сев. Кавказа (А. Н. Рябинин);
кроме того, были описаны Cetotherium
sp. aff. mayeri Brandt из диатомовых
слоев Апшеронского полуострова (В. В.
Богачев) и два вида Pachyacanthus Brandt
из нижнего сармата Мангышлака.
Остатки копытных (Ungulata) вызвали
целый ряд работ по Equidae (М. В.
Павловой, А. А. Браунера и др.).
Из индрикотериевых слоев Тургайской
обл. (олигоцен) описаны остатки лофио-
донтоидной формы Colodon orientalis
Borissiak. Целый ряд других работ акад.
А. А. Борисяка был посвящен изучению
скелета нового рода и вида примитив-
ного носорога Indricotherium asiaticum
Boriss., скелет которого был монтирован
и выставлен в музее Палеозоологиче-
ского института (в бытность последнего
в Ленинграде). Из тех же слоев было
описано А. А. Борисяком несколько дру-
гих форм носорогов, как то: Epiacera-
therium turgaicum Boriss. и форма, близ-
кая к Diceratherium. Из миоцена Тургай-
ской обл. А. А. Борисяком были описа-
ны Acetatherium depereti Boriss. и Bra-
chypbtherium aurelianense var. gailiti
Boriss.
Изучению носорогов из Европейской
части СССР были посвящены работы
В. И. Крокоса, Г. Козловской и М. В.
Павловой.
Эласмотерии изучались В. А. Теряе-
вым и В. С. Слодкевичем, выяснившими
остававшееся до сих пор неизвестным
строение их конечноотей.
Природа № 10
Из Anthracotheriidae А. А. Борисяком
описан новый вид Hemimeryx turgaicus
из тургайской фауны.
Остатками ископаемых верблюдов
(Camelida£) занимался Ю. А. Орлов,
описавший новые формы Camelus ргае-
bactrianus и Paracamelus sibiricus Orl.
Весьма много работ появилось по
ископаемым оленям как третичным, так
и четвертичным из разных областей
СССР (работы М. В. Павловой, И. Я.
Яцко, А. Закревской, П. Стаханова,
К. К. Флерова и др.).
Ископаемые жираффы описывались
А. К. Алексеевым из верхнего сармата
Эльдарской степи (Achtiaria borissiaki
Alex.) и Украины.
Из сармата Северного Кавказа М. В.
Павловой был описан другой предста-
витель Giraffidae (Camelopardalis).
Остатки ископаемых антилоп описы-
вались В. И. Громовой из Забайкалья
(новый род и вид Parabubalis capricornis).
Тем же автором даны были полные
сводки наших знаний по первобытному
зубру (Bison priscus Boj.) и туру (Bos
primigenius Boj.).
Хоботные (Proboscidea) изучались и
описывались весьма подробно многими
авторами. Интересны остатки Platybe-
lodon danovi, изученные А. А. Борисяком
и представляющие род и вид мастодонта
с ложкообразными бивнями нижней
челюсти', приспособленными к выбира-
нию пищи из воды с илом (из среднего
миоцена Кубанской обл.). Не менее
интересен и примитивнейший мастодонт
(Mastodon atavus Boriss.) из нижнего
миоцена Тургая.
Остаткам Elephas trogontherii и Е. pla-
nifronsпосвящены работы Е. И. Беляе-
вой, А. Закревской и М. В. Павловой.
Весьма многочисленны мелкие работы
об остатках мамонта (Elephas primige-
nius) из различных частей СССР.
Из близких к хоботным Sirenia (мор-
ские коровы) И. П. Хоменко описаны
остатки Desmostylus из неогена Саха-
лина.
Несколько меньшее внимание было
уделено другим отрядам ископаемых
позвоночных, напр. грызунам (Roden-
tia), но и в этой области следует отметить
работы, напр., А. К. Алексеева о круп-
ном бобре Trogontherium cuvieri Fischer.,
16
242
Природа
1937
впервые найденном в четвертичных отло-
жениях СССР; А. Н. Рябинина об остат-
ках ископаемых бобров Castor fiber L.
с Урала, Поволжья и Тимана; М. М.
Жукова о леммингах из четвертичных
отложений Западной обл.; Б. С. Вино-
градова об ископаемых грызунах и
насекомоядных из северного Казахстана;
несколько работ, посвященных после-
третичным грызунам, содержится в изда-
ниях Академии Наук Украинской ССР.
Не менее 20 работ было посвящено
изучению фауны и культурных остатков
человека; сводку знаний по истории
человека в послетретичное время можно
найти в работе акад. А. П. Павлова,
«Геологическая история европейских
земель и морей».
Таким образом обзор изучения иско-
паемых млекопитающих показывает
весьма большое разнообразие форм этого
класса, описанных из пределов СССР.
Наиболее интересны из этих форм остатки
примитивного носорога (Indricotherium),
одного из самых больших животных из
всех доныне известных наземных млекопи-
тающих ; затем остатки Platybelodon из хо-
ботных с его ложкообразными бивнями ;
остатки Semantor из Pinnipedia и целый
ряд других форм, дающих нам возмож-
ность изучать по . ним то новые приспо-
собления к окружающей среде (Platy-
belodon), то пути перехода от одной
среды в другую (Semantor), не говоря
уже о стратиграфических соотноше-
ниях и сопоставлениях с палеофаунами
других стран.
Заканчивая наш краткий обзор успе-
хов палеонтологии в СССР за последние
20 лет, следует отметить, что в настоящее
время не приходится сомневаться в бо-
гатствах ископаемыми позвоночными
в пределах СССР. Они так же велики,
как велики и богатства в области полез-
ных ископаемых. Поэтому они все более
и более настоятельно требуют всесто-
роннего и тщательного их изучения на
пользу науки и неразрывно связанного
с ней социалистического строительства
в нашей прекрасной стране.
Б ИБЛИОГРАФИЯ
КЛАССИКИ ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ В СОВЕТСКИХ ИЗДАНИЯХ ЗА 20 ЛЕТ
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
Содержание
1. Общий отдел (А. Собрания сочинений, В. Сборники, С. Общие вопросы естествознания);
2. Математика и геодезия; 3. Астрономия и метеорология; 4. Физика; 5. Химия; 6. Гео-
логические науки и почвоведение; 7. География; 8. Общая биология; 9. Ботаника; 10. Зоо-
логия; 11. Физиология, 12. Генетика; 13. Микробиология; 14. Медицина.
Сокращения
КЕ — «Классики естествознания» (серия Госиздата).
КМН — серия «Классики мировой науки» (приложение к журналу «Вестник знания»).
В исторические дни, когда наша страна под-
водит великие итоги двадцатилетия Октябрь-
ской социалистической революции, своевремен-
но суммировать также результаты работы и
в области издания классиков естествознания.
Трудно переоценить воспитательное значение
книг классиков науки для нашей молодежи,
для выросшей и возрастающей научной смены.
Особое внимание к классикам естествознания
представляется одной из наиболее характерных
черт советской научной литературы. За два
десятилетия, протекших со времени Октябрь-
ской социалистической революции, вышло
большее количество классических произведе-
ний по естествознанию и физико-математиче-
ским наукам, сделано больше переводов осново-
полагающих работ, нежели за весь предше-
ствующий период существования русской науч-
ной литературы. Помимо широты охвата в та-
кого рода издания внесены сейчас также и пла-
новые начала, совершенно отсутствовавшие в
прежнее время, когда опубликование на рус-
ском языке того или иного текста, важного для
истории науки, требовало проявлениячутьлине
особого рода героизма со стороны переводчика.1
Рамки «Природы» не позволяют развернуть
полного библиографического списка с исчер-
пывающим библиографическим описанием клас-
сической литературы по естествознанию, опу-
бликованной в СССР. Наш перечень имеет сле-
дующие ограничения: 1) в него включены только
книги и сборники, т. е. отсутствуют мемуары
и статьи, опубликованные в советских периоди-
ческих изданиях, 2) не регистрировались про-
изведения, которые хотя и могут считаться
1 Организационным вопросам издан! я та-
кого рода книг в советское время посвящены
следующие статьи: Суворов, С., «Об издании
классиков естествознания». — «Книга и Про-
летарская революция», 1934, № 12, стр. 71:—
79; Юшкевич, А., «Классики естествознания»
(серия, издаваемая ОНТИ, 1932—1935). —
«Фронт науки и техники», 1937, № 1.
стр. 140—144; Певзнер, Гр., «Классики есте-
ствознания» — Ц. О. «Правда» от 7 февраля
1937 г. (о серии СельхозгиЗа).
классическими, но принадлежат авторам, по
ныне здравствующим и продолжающим свою
научную работу (по этой причине, в «Физике»,
напр., отсутствует Альберт Эйнштейн), 3) из
работ русских ученых, вышедших на иностран-
ных языках, принимались во внимание только
те, которые выпущены в пределах СССР совет-
скими издательствами.
Настоящая библиография ни в коем случае
не преследует цели дать хотя бы основной
список (или исчерпать важнейших авторов)
по отдельным дисциплинам. Проведенная руб-
рикация имеет в виду удобство общего обозре-
ния, но отнюдь не должна внушать мысли, что
каждый из отделов представляет собой какое-то
законченное целое. Поскольку в обзор включа-
лись лишь самые крупные имена — ученые,
мировая слава которых упрочилась и никем
из культурных людей не может быть оспари-
ваема, — естественно, что в иных случаях
приводимых авторов было мало, что не стоит
ни в какой связи с нынешним положением соот-
ветствующих наук и еще менее с их развитием
в СССР.
В юбилейном номере журнала совершенно
естественным было перечислить и сопоставить
между собой те основные тексты, которые
выпускались советскими издательствами на
протяжении 20 лет прежде всего в ознамено-
вание памяти тех или иных классиков науки
и в целях привлечения к их изучению возможно
более широких кругов читателей. Регистрация
многого, что делалось в порядке будничной
исследовательской работы, простых деловых
изданий, по совершенно ясным причинам не
могла быть произведена в пределах, которые
были бы приемлемы для журнальной библиогра-
фии, охватывающей столь длительный юбилей-
ный период.
1. Общий отдел
А. Собрания сочинений
А. Леонардо да Винчи. Избранные
произведения. Переводы, статьи, коммен-
16*
244
Природа
1937
тарии А. А. Губера, А. К. Дживелегова,
В. П. Зубова, В. К. Шилейко и А. М. Эф-
роса. Ред. А. К. Дживелегова и А. М. Эф-
роса. М.—Л-, «Academia», 1935, т. I—LH +
363 стр., ц. 8 р. + 2 р. пер.; т. II — 490 стр.,
ц. 6 р. + 2 р. пер.
В. Ломоносов, М. В. Сочинения. Под
ред. Б. Н. Меншуткина и Г. М. Князева.
Лгр., Изд. Академии Наук СССР, 1934.
Т. VI, IX + 438 + 131 стр. с 22вкл.лист.
илл. и черт., ц. 15 р.Т. VII, III + 591 стр.
с 14 вкл. лист. илл. и диаграмм, ц. 15 р.
В. Сборники
I. О квадратуре круга. С прил. истории
вопроса, составленной Ф. Рудио. Перев.
с нем. под ред. и с прим. акад. С. Н. Берн-
штейна, изд. 3, М.—Л., ОНТИ, 1936,
235 стр., ц. 2 р. 50 к. + 1 р. пер.
II. Классические космогонические гипотезы.
Сборник оригинальных работ. Перев. С. Н.
Блажко, Ю. И. Костицыной и А. А. Михай-
лова. Гос. изд., 1923, 172 стр., ц. 50 к.
(КЕ, вып. IX). (Кант, И. — Лаплас, П. —
Фай, Э. О. — Дарвин, Дж. — Пуан-
карэ, А.)
III. Начала гидростатики (Архимед — Стэвин —
Галилей — Паскаль). Перев. и прим.
А. Долгова. М.—Л., ГТТИ, 1 изд., 1932,
2 изд., 1933,261 стр.,ц.Зр.50к. + 1 р. 25 к.
пер. (Классики физ.-матем. наук.)
IV. Принцип относительности. Сборник работ
классиков релативизма. Лгр., ОНТИ (1935),
388 стр., ц. 4 р + 1 р. пер. КЕ.
Y. Второе начало термодинамики. Сборник
работ. Перев. под ред. и с предисл. А. К.
Тимирязева.—Л.—М., ГТТИ. 1934, 311 стр.,
ц. 6 р. + 1 р. пер. (Сади Карно — Вильям
Томсон (лорд Кельвин) — Клаузиус—Больц-
ман — М. Смолуховский).
VI. Основатели кинетической теории материи.
Сборник статей. Перев. В. Г. Гохман. Под.
ред. и с предисл. (стр. 3—5) А. К. Тимиря-
зева. — М,—Л., ГТТИ, 1937, 220 стр.,
ц. 4 р. 25 к. + 1 р. 80 к. пер. (Лукреций-
Даниил Бернулли — Ломоносов—Джоуль—
Клаузис — Максвелл).
VII. БрауновсКое движение. Сборник статей.
Перев. К. И. Федченко под ред. Б. И. Да-
выдова. (М—Л.), ОНТИ (1936), 607 стр.+
2 вкл. граф., ц. 6 р. + 1 р. 25 к. пер.
Философия науки. См. следующий отдел—1 С.
Русские классики морфологии растений.
См. «Ботаника».
Катон, Варрон, Колумелла, Плиний о сельском
хозяйстве. Под ред. и с вводной статьей
проф. М. И. Бурского. Перев. Я. М. Боров-
ского, В. М. Кремковой и М. Е. Сергеенко.
М.—Л., ОГИЗ—Сельхозгиз, 1937, 302 стр.,
ц. 6 р. 50 к. (в пер.) (Академия Наук СССР,
Инет, истории науки и техники, секция
истории агрикультуры.)
С. Общие вопросы естество-
знания
Основное методологическое значение имеют
следующие произведения классиков мар-
ксизма ;1 •
Энгельс, Ф. Анти-Дюринг. 6 изд. М.,
Партиздат, 1936, 301 стр., ц. 3 р 25 к
(Собр. соч., т. XIV) 2
---- Развитие социализма от утопии к науке.
М., Молодая Гвардия, 1937, 109 стр., ц. 75 к.
(Собр. соч., т. XV, стр. 503—547, Пре-
дисл. к 1 нем. изд., там же, стр. 623—625).
---- Диалектика природы. 7 изд., М., Парт-
издат, 1936, 306 стр., ц. 2 р. 40 к. (Собр.
соч., т. XIV).
---- Роль труда в процессе очеловечения обе-
зьяны. М., Партиздат, 1936, 16 стр., ц. 15 к.
(Собр. соч., т. XIV, стр. 452—464).
Ленин, В. Материализм и эмпириокрити-
цизм. Критические заметки об одной
реакционной философии. (М.), Партиздат,
1936, 319 стр., ц. 3 р. 25 к. (Собр. соч.,
т. XIII).
---- Философские тетради. Под ред. В. В.
Адоратского и В. Г. Сорина. М., Партиздат,
1936, 472 стр., ц. 5 р.
---- О значении воинствующего материализма.
(М.), Партиздат, 1937, 57 стр., ц. 75 к.
(с прилож. статей М. Митина, А. Макси-
мова, Ем. Ярославского). (Собр. соч.,
т. XXVII, стр. 180—190).
VIII. Философия науки. Естественно-научные
основы материализма. Ч. I. Физика. Под ред.
проф. А. К. Тимирязева, вып. 1, М.—Пгр.,
Гос. изд., 1923, 180 стр., б. ц.; вып. 2, там же,
1924, 236 стр., б. ц. Ч. II. Биология. Под
ред. проф. М. и Б. Завадовских. М.—Пгр.,
Гос. изд., 1923, 120 стр., б. ц.
Гельмгольц, Г., см. VIII, ч. I, вып. 1,
стр. 42—66 и 67—84.
Тимирязев, К. А. Насущные задачи
современного естествознания. С портр. ав-
тора и предисл. Л. Цетлина. Изд. 4,
М.—Пгр., «Книга», 1923, 234 стр. (в 1 изд.
«Некоторые основные...»).
—— Наука. Очерк развития естествознания
за три века (1620—1920). Энциклоп. сло-
варь Граната, 7 изд., т. 30, стр. 1—53
(отдельное изд., М., Гос. изд., 1920, 64 стр.).
---- Наука и демократия. Сборник статей
1904—1919. М„ Гос. изд., 1920, XVI +
478 стр. К послеоктябрьскому периоду
относятся 2 статьи по истории естество-
1 Мы не можем, конечно, перечислить все
имевшие место за двадцатилетие издания
и переиздания этих работ, тираж которых
далеко превосходит миллион: указываем только
последние отдельные издания и местонахожде-
ние соответствующих сочинений в «Собр. соч.»
2 Готовится новое издание с текстом, тща-
тельно выверенным В. К. Брушлинским. В пре-
делах СССР вышло также и немецкое изда-
ние: Engels, Fr. Неггп Eugen Dtihrings Um-
walzung der Wissenschaft. M.—Lgr., Verlags-
genossenschaft auslandischer Arbeiter, 1934,
326 S.
№ 10
Библиография
245
знания («Мечников — борец за научное
мировоззрение» и «Ч. Дарвин и К. Маркс»)
и 7 статей на различные злободневные
общественные темы (стр. 293—299 и
392—478).
Во второе издание того же сборника
(Лгр., Прибой, 1926, XVI + 426 стр.)
вошла дополнительно лишь одна статья:
«Русский англичанину об интервенции»
(1919).
2. Математика и геодезия
Архимед. Исчисление песчинок (Псам-
мит). Перев., краткий обзор работ Архи-
меда и прим. проф. Г. Н. Попова. —
М.—Л., ГТТИ, 1932, 104 стр., ц. 1 р. 75 4-
1 р. 25 к., nep. КЕ.
--- см. I, стр. 95—102.
--- Образцы текстов из сочинений Архимеда.
1) Шар и цилиндр, 2) О методе. — В книге:
А. Чвалина, «Архимед». М.—Л., 1934.
--- см. также «Физика».
Аполлоний Пергский. Конические
сечения. С комментариями Эвтокия. Перев.
с греч. проф. Ив. Ягодинского. Известия
Северо-Кавказского Гос. унив., т. Ill(XV),
1928, стр. 130—151. (Переведена только
первая книга «Конических сечений».)
Леонардо да Винчи. А, I, стр. 67—83.
Кеплер, Иоганн. Новая стереометрия
винных бочек, преимущественно австрий-
ских, как имеющих самую выгодную форму,
и исключительно удобное употребление
для них кубической лцнейки, с присоеди-
нением дополнения к Архимедовой стерео-
метрии. Перев. и дополн. Г. Н. Свешни-
никова, вступ. статья М. Выгодского.
М,—Л., ГТТИ, 1935, 358 стр., ц. 3 р. 75 к.
(в пер.).
Гюйгенс, Христиан, см. I, стр. 105—
166.
Л о п и т а л ь де, Г. Ф. Анализ беско-
нечно-малых. Перев. с франц. Н. В. Леви
под ред. и со вступит, статьей (Первый
печатный курс дифференциального исчи-
сления) А. П< Юшкевича. М., ГТТИ, 1935,
431 стр., ц. 4 р. 20 к. + 1 р. пер.
Эйлер, Леонард. Введение в анализ
бесконечно-малых. Т. I. Перев. с лат.
Е. Л. Пацановского. Ред., вступит, статья
и прим. проф. С. Я. Лурье. М,—Л., ОНТИ
НКТП СССР, 1936, 352 стр., ц. 10 р.
25 к. + 1 р. 25 к. пер. КЕ.
--- Метод нахождения кривых линий, обла-
дающих свойствами максимума либо мини-
мума, или решение изопериметрической
задачи, взятой в самом широком смысле.
Перевод книги с латинского подготовлен
Я. М. Боровским под ред. члена-корре-
спондента АН СССР Н. С. Кошлякова.
Вводная статья: Кошляков, Н. С. Краткий
исторический очерк возникновения вариа-
ционного исчисления, М.—Л. (стр. 7—21).
ГТТИ, 1934, 600 стр., ц. 6 р. + 1 р. пер.
Эйлер см. также «Астрономия».
-Ламберт, И. Г., см. I, стр. 169—196.
Лежандр, А. М., cift. I, стр. 199—210.
Мешен и Деламбр. Основы метриче-
ской десятичной системы или измерение
дуги меридиана, заключенной между парал-
лелями Дюнкерка и Барселоны. Выпол-
нено в 1792 и следующих годах. Перев.
М. А. Рыбакова под ред. А. Михайлова.
М,—Л., Гос. изд., 1926, XII 4- 136 стр. 4-
2 листа схем, ц. 1 р. 60 к. КЕ, кн. 14.
Монж, Гаспар. Приложение анализа
к геометрии. Перев. с франц. В. А. Гуков-
ской. Под ред.. с предисл. (Возникновение
диференциальной геометрии, стр. 7—70)
и прим. М. Я. Выгодского. М,—Л., ОНТИ,
1936, 699 стр., ц. 5 р. 50 к. 4- 1 р. пер.
КЕ.
Карно, Лазарь. Размышление о мета-
физике исчисления бесконечно-малых.
Перев. Н. М. Соловьева. Ред. и вступ.
статья А. П. Юшкевича. М.—Л., ГТТИ.
1933, 352 стр., ц. 5 р. (пер. 1 р. 50 к.). КЕ;
то же, 2-е изд., М.—Л., 1936, 325 стр.
Гаусс, К. Ф., см. «Астрономия».
Лобачевский, М. Нов! основи гео-
метрП з повною теор!ею паралельних.
Перекладач В. Лукаш. Харьюв—Ки1в.
1932, 132 стр. (по-украински).
Галуа, Эварист. Сочинения. Перев.
с франц. Н. Н. Неймана под ред. и с прим.
Н. Г. Чеботарева.' С прилож. статьи
П. Дюпюи, «Жизнь Эвариста Галуа». М.—Л.,
ОНТИ—НКТП СССР, 1936, 336 стр.,
ц. 4 р. 4- 1 р. пер. КЕ.
Дирихле (Лежен-Дирихле), Петер
Густав. Лекции по теории чисел. В обра-
ботке и с добавл. Р. Дедекинда. Перев.
с нем. А. И. и С. И. Каменецких. Под
ред. проф. Б. И. Сегала. С прилож. статьи
проф. Б. Н. Делоне. М,—Л., ОНТИ, 1936.
403 стр., ц. 7 р. 4- 1 р. 50 к. пер.
Листинг, Иоганн Бенедикт.
Предварительные исследования по топо-
логии. Под ред. и с предисл. Э. Кольмана.
М., ГТТИ, 1932, 114 стр., ц. 2 р. 75 к. 4-
1 р. пер. КЕ.
Гельмгольц, Г., см. VIII, ч. I, вып. 2,
стр. 79—107.
Чебышев, П. Л. Лекции по теории
вероятностей, читанные в 1879—1880 гг.
Изданы по записи А. М. Ляпунова под
ред. А. Н. Крылова. М,—Л., изд. АН
СССР, 1935, 235 стр., ц. 11 р. 4- 2 р. 50 к.
пер.
--- Высшая алгебра. Лгр. Изд. АН СССР,
1936, 197 стр., ц. 7 р. 50 к. 4- 2 р. пер.
3. Астрономия и метеорология
Леонардо да Винчи. А, стр. 193—204.
Эйлер, Леонард. Новая теория дви-
жения луны. Перев. с лат. первой части
книги первой и извлечений из части второй
и третьей с прим, и пояснен, переводчика
акад. А. Н. Крылова. Лгр., Изд. АН
СССР, 1934, 208 стр., ц. 6 р. 4- 1 р. 75 к.
пер. (см. также «Собрание трудов акад.
А. Н. Крылова». Дополнение к тт. V и VI.
Лгр., Изд. АН СССР, 1937, 248 стр.,
ц. 9 р. 4- 2 р. пер.
246
Природа
1937
Ломоносов, М. В. В, VI, стр. 220—249
(5 статей по метеорологии), В, VII,
стр. 453—488 (Описание кометы ...).
Классические космогонические гипотезы см. I.
Гаусс, К. Ф. Теоретическая астрономия.
Лекции, читанные в Геттингене в 1820—
21 гг., записанные Купфером. Перев.
с нем. рукописи (и предисловие) акад.
А. Н. Крылова. Пгр., Главное гидрогра-
фическое управление, 1919, 186 + III стр.
Бредихин, Ф. А. О хвостах комет.
С прилож. биографического очерка и списка
трудов Ф. А. Бредихина (стр. 271—278).
Под общ. ред. К. Д. Покровского. М.—Л.,
ГТТИ, 1934, 280 стр., ц. 2 р. 70 к. +
1 р. пер.
Дарвин, Дж., см. VIII, ч. I, вып. 2,
стр. 85—120, 121—143, и ч. II, стр. 103—143.
Вегенер, Альфред. Происхождение
луны и ее кратеров. Перев. Й. Б. Румера
под ред. А. Д. Архангельского. М.—П.,
Гос. изд., 1923, 48 стр. (Современные
проблемы естествознания, кн. 9).
---Термодинамика атмосферы. Перев. с нем.
и дополн. В. Белинского и Ш. Гофштейн.
М.—Л., Главная ред. общетехн, литер,
и номографии, 1935, 261 стр., ц. 4 р. +
1 р. пер.
4. Физика
Архимед, см. III, стр. 89—115.
Леонардо да Винчи. А, т. I,
стр. 90—222.
Ср. также: Книга о живописи мастера
Леонардо да Винчи живописца и скульп-
тора флорентийского, впервые полностью
переведенная на русский язык А. А. Губе-
ром и В. К. Шилейко под общ. ред.
А. Г. Габричевского и со вступительной
статьей В. Н. Лазарева (Жизнь и творче-
ство Леонардо да Винчи, стр. 5—45). (М.),
ОГИЗ—ИЗОГИЗ, 1934, 384 стр., ц. 12 р.+
1 р. 50 к. пер.
Гал и.л ей, Галилео. Беседы и мате-
матические доказательства, касающиеся
двух новых отраслей науки, относящихся
к механике и к местному движению. С при-
ложением: «О центрах тяжести различных
тел». Перев. С. Долгова. Ред., предисл.
и прим. С. Долгова. М.—Л., ГТТИ, 1934,
696 стр., ц. 4 р. 75 к. + 1 р. 25 к. пер. КЕ.
--- Избранные места. Сост. Я. И. Перельман.
Лгр., Облиздат, 1931, 64 стр., ц.50 к. КМН.
---III, стр. 141—232.
С т э в и н, С. III, стр. 77—140.
Паскаль, Блэз. III, стр. 233—260.
Гюйгенс, Христиан. Трактат о свете,
в котором объясняются причины того,
что с ним происходит при отражении
и при преломлении исландского кри-
сталла. М.—Л., ОНТИ—НКТП СССР, 1935,
171 стр., ц. 2 р.+ 1 р. пер. КЕ.
Ньютон, И. Избранные места. С биограф,
очерком, характеристикой творчества Нью-
тона и прим. Б. П. Вейнберга. Изд. 2,
Лгр., Облиздат, 1931, 84 стр. КМН.
--- Математические начала натуральной фи-
лософии. Перев. с лат. с прим, и поясн.
А. Н. Крылова. М,— Л., Изд. АН СССР,
1936, 4 ненум. + 696 стр. (АН СССР.
Собр. трудов акад. А. Н. Крылова, т. VII),
ц. 30 р. + 2 р. 50 к.
---Оптика или трактат об отражениях,
преломлениях, изгибаниях и цветах света.
Перев. с 3 англ. изд. 1721 г. и прим.
С. И. Вавилова. М.—Л., Гос. изд., 1927.
372 стр., ц. 3 р. 20 к. КЕ, кй. 17. (Ср. также
♦Успехи физич. наук», т. VII (1927 г.),
вып. 2, стр. 123—163).
Бернулли, Даниил. VI, стр. 13—18.
Ломоносов, М. В. VI, стр. 19—27,
ср. также В, VII, стр. 404—452.
Гальвани и Вольта см. «Физиология».
П у а н с о, Л. Начала статики. Перев. под
ред. А. Долгова. Пгр., Научно-техн, изд.,
1920, 213 стр., ц. 150 р.
Френель, О. Ж. О свете. Мемуар.
М.—Л., Гос. изд., 1928, 160 стр., ц. 2 р.+
25 к. пер.
Фарадей, М. 1стор1я св!чки. X.—К.,
Держтехвидав-во УкраТни, 1931, 128 стр.
(Вывчаймо технику), ц. 30 к.
--- История свечи. С портр. и биограф.
Фарадея. К.—X., Гос. изд. Украины,
1933, XV1+80 стр. (Общедоступная библ.
№ 12.)
--- История свечки. Под общ. ред. А. Макси-
мова. Проверка’ текста, биография, очерк
(стр. 7—20) и прим, (подстрочные) 3. Цейт-
лина (последние — частично). М., ГАИЗ,
1936, 126 + 2 ненум. стр., ц. 85 к.
Карно, Сади. Размышления о движу-
щей силе огня и о машинах, способных
развивать эту силу. Перев. С. Фриша под
ред. и с прим. В. Бурсиана и Ю. Крут-
кова. М.—П., Гос. изд., 1923, 74 + 3 ненум.
стр. КЕ, кн. 7, ц. 40 к (= V, стр. 15—69).
Джоуль, Дж. П., см. VI, стр. 31—40.
Майер, Роберт. Закон сохранения
и превращения энергии. Четыре исследо-
вания. 1841—1851. Под ред., с ввод-
ной статьей и прим. А. А. Максимова.
М.—Л., ОНТИ—ГТТИ, 1933, 309 стр., ц.
4 р. КЕ.
Гельмгольц. Г. О сохранении силы
(физическое исследование). Перев. и прим.
П. Лазарева. М., Гос. изд., 1922, 72 стр.,
ц. 25 к.
--- О сохранении силы, Новейшие успехи
теории зрения (избранные места). Под ред.,
с вступит, очерком и комментар. В. Е.
Львова. Лгр., изд. П. П. Сойкина, 1929,
47 стр., ц. 75 к. КМН.
--- Скорость распространения нервного воз-
буждения. Перев. И. М. Кана под ред.
П. П. Лазарева. М,—Л.,' Гос. изд., 1923,.
87 + 2 стр., ц. 35 к. КЕ, кн. 6.
Гельмгольц, см. также «Общий от-
дел С» и «Математика».
Эндрюс, Томас. О непрерывности газо-
образного и жидкого состояний вещества.
Перев. Е. Сиротина под ред. и с прим.
А. Бачинского. М.—Л., ГТТИ, 1933,
120 стр. КЕ.
Клаузиус, Р., см. VI, стр. 41—164,
165—170, 171—184; V, стр. 70—158.
Максвелл, К., см. VI, стр. 187—220.
№ 10
Библиография
247
Томсон, В., см. V, стр. 159—185.
Больтцман, Л., см. V, стр. 187—228;
VIII, I, 1, стр. 144—164 и 165—178.
Смолуховский, Мариан. V,
стр. 229—311; VII, стр. 117—416.
Гертц, Генрих, VIII, ч. I, вып. 2,
стр. 41—78.
Рентген, В. К. О новом роде лучей.
Перев. с нем. под ред. и с прим. А. Иоффе.
С прилож. статей: А. Иоффе, «Очерк жизни
Рентгена»; М. Неменова, «Значение рентге-
новых лучей для медицины и биологии».
М.—Л., ГТТИ, 1933, 115 стр.
Лебедев, П. Н. Давление света. Под
ред. П. Лазарева и Т. Кравца. Гос. изд.,
1922, 91 + 2 ненум. стр., ц. 40 к. КЕ,
вып. 4.
5. Химия
Ломоносов, М. В. В, VI, стр. 5—9, 67—
70, 71—81; VII, стр. 404—449.
Сюда вошло все напечатанное ранее
(неполностью) в более раннем сборнике:
«Ломоносов, М. В., Физико-химические
работы. Под ред. и с прим. Б. Н. Меншут-
кина». М.—Л., Гос. изд., 1923, 117 стр.,
ц. 70 к. КЕ.
Лавуазье, Антуан Лоран. Ме-
муары о природе вещества. С предисл.
и вступ. статьей М. Блоха «Жизнь А. Л. Ла-
вуазье». Лгр., изд. П. П. Сойкина, 1929,
63 стр., 2 изд., Лгр., Облиздат, 1931.
79 стр. КМН.
Дэви, Гумфри. О некоторых химиче-
ских действиях электричества. Перев.,
биограф, очерк и прим. А. Н. Фрумкина.
М,—Л., ГНТИ, 1933, 160 стр., ц. 1 р.
75 к. + 1 р. 25 к. пер. КЕ.
Либих, Юстус. Химия в приложении
к земледелию и физиологии. Вводная
статья Д. Н. Прянишникова. Биография,
комментарии и ред. перев. проф. А. Н. Лебе-
дянцева. М.—Л.,Сельхозгиз, 1936,407 стр. +
1 илл. на вкл. листе, ц. 7 р. 65 к. КЕ.
Буссенго, Ж. Избранные произведения
по физиологии растений и агрохимии.
Предисл. Д. Н. Прянишникова. Вводная
статья, комментарии и ред. перев. А. Н.
Лебедянцева. М.—Л., Сельхозгиз, 1936,
439 стр., ц. 8 р. КЕ.
Менделеев, Д. И. Сочинения. Т. I.
Под общ. ред. акад. В. Е. Тищенко. Кура-
тор тома проф. А. И. Горбов. Лгр., ОНТИ—
Химтеоретиздат, 1937, 347 стр., ц. 7 р.
25 к. + 1 P- 50 к. пер. (В этот том вошли
кандидатская и магистерская диссертации
и дополнительно одна статья 1858 г.)
- - Избранные сочинения. Т. II. Под ред.
акад. А. Н. Баха, проф. Б. Н. Выропаева,
поч. акад. И. А. Каблукова, акад.
Н. С. Курнакова, проф. Е..В. Тищенко.
ОНТИ, Госхимтехиздат, 1934, 518 стр.,
ц. 13 р.+ 1 р. (В этом томе подобраны
основные статьи и исследования о перио-
дическом законе.)
Т. III, там же и то же изд., XIX +
467 стр., ц. 9 р. 4- 1 Р- пер. (Исследо-
вание водных растворов по удельному
весу.)
Т. IV, Растворы. Под ред. проф.
В. Е. Тищенко. Куратор издания проф.
В. Л. Курбатов. Там же и то же изд., 1937,
562 стр., ц. 12 р. + 2 р. пер.
---- Основы химии. Изд. 12, М.—Л., Хим-
техиздат, 1933. Т. I—620 стр.; т. II—
704 + 4 стр., ц. 17-|-3 р. пер.
---- Периодический закон. Под ред. и со
статьей о современном положении периоди-
ческого закона Б. Н. Меншуткина. М.—Л.,
Гос. изд., 1926, 255 стр., ц. 2 р. 50 к. КЕ.
---- То же, 1934, 233 стр., ц. 4 р. 50 к.
----(1834—1934). Сборник, составленный М.
Дукельским, А. В. Раковским и Ю. Руме-
ром.М.—Л., Госхимтехиздат, 1934, 233 стр.,
ц. 4 р. 50 к. + 1 р. пер. (Сборник ориги-
нальных статей Д. И. Менделеева, посвя-
щенных периодическому закону химических
элементов, и отчетов Д. И. об его докладах
на эту тему. Весь материал расположен
в хронологическом порядке.)
---- Исследование водных растворов. — Соот-
ношение свойств с атомным весом элемен-
тов. — Естественная система элементов.—
Периодическая законность химических эле-
ментов. (Избранные места.) С биографиче-
ским очерком, характеристикой творчества
Д. И. Менделеева и прим. Д. Л Талмуда
Лгр., Облиздат, 1931, 60 стр., ц. 50 к. КМН.
Вант-Гофф, И. Г. Очерки по химиче-
ской динамике. Перев. с франц, под ред.
акад. Н. Н. Семенова, проф. М. А. Блох
и Ю. Б. Харитон со вступит, статьей акад.
Н. Н. Семенова и биограф, очерком проф.
М. А. Блох. М.—Л., ОНТИ — Химтеорет-
издат., 1936, 178стр.,ц.Зр.бОк. + 1 р.пер.
В а н т - Г о ф ф, И. Г., и др. Исследование
условий образования океанических соля-
ных отложений, в особенности Стассфурт-
ских соляных залежей. Перев. с нем. под
ред. А. В. Николаева. Лгр,, ОНТИ—Хим-
теоретиздат, 1936, XXIV + 344 стр.,
ц. 8 р. + 1р. 25 к. пер. (Собрание 52 работ,
выполненных Вант-Гоффом совместно с его
сотрудниками.)
6. Геологические науки
Леонардо да Винчи. А, т. I,
стр. 227—255.
Дарвин, Ч. Геологические работы. (Поме-
щены вместе с «Зоологическими работами»
во II т. нового «Собр. соч.» (М., 1936).
См. «Зоология»),
Докучаев, В. В. Русский чернозем.
Отчет Вольному экономическому обществу.
Вводная статья (Значение трудов В. В. Доку-
чаева и развитие почвоведения) и общ.
ред. акад. В. Р. Вильямса. Биография
и комментарии доц. 3. С. Филипповича.
С прилож. 3 почвенных карт под ред. акад.
Л. И. Прасолова. М.—Л., Сельхозгиз,
1936, 551 стр., ц. 11 р. (Список печатных
работ В. В. Докучаева, стр. 538—543.)
--- Наши степи прежде и теперь. Под ред.
и с предисл. акад. В. Р. Вильямса, при
248
Природа
1937
участии доц. 3. С. Филипповича. М. Л.,
Сельхозгиз, 1936, 117 стр., ц. 3 р. 25 к. КЕ.
Карпинский, А. Очерки геологиче-
ского прошлого Европейской России (статьи
1883—1894 гг. с дополнит, прим.). С табл,
карт и картами в тексте. Пгр., изд. «При-
роды», 1919, VI + 148 стр. + 1 карта. КЕ.
(Содержание: Предисловие. — Очерк фи-
зико-географических условий Европейской
России в минувшие геологические периоды,
стр. 1—72. Общий характер колебаний
земной коры в пределах Европейской Рос-
сии, стр. 73—102. Замечания о характере
дислокации пород в южной половине Евро-
пейской России, стр. 125—148.)
7. География
Ломоносов, М. В. В, т. VII, стр. 273—
278, 279—388, 389—401.
Дарвин, Ч. Путешествие вокруг света
на корабле «Бигль». Составил в извлече-
ниях по «Дневнику путешествия ...» и снаб-
дил вводной главой, пояснениями и допол-
нениями А. Н. Некрасов. М., Гос. изд.,
1924, IV 216 стр. (Библиотека путе-
шествий.)
См. также т. I, ч. I «Полного собр.
соч.» (под ред. акад. М. А. Мензбира) от
1925 г. (перев. Е. Бекетовой под ред. проф.
А. Н. Бекетова).
То же. Под ред. С. Л. Соболя. М.—Л.,
Биомедиздат, 1935, XLVII 4-605 стр.,
ц. 13 р. 80 к. + 1 р. 20 к. пер. (Т. I нового
«Собр. соч.» Ч. Дарвина.)
--- Путешествие натуралиста вокруг света
на корабле «Бигль». Перев. Е. Бекетовой
под ред. О. Кузнецовой. Вводная статья
О. Кузнецовой. М.—Л., Детиздат, 1936,
400 стр., ц. 12 р. (сокращенный перевод,
переработанный для юношества).
Миклухо[а]-Маклай, Н.Н. Путеше-
ствия. Т. I. Путешествия в Н. Гвинее
в 1871, 1872, 1874, 1876, 1877,1880,1883 гг.
Вступительная статья Д. Н. Анучина
«Н. Н. Миклухо[а]-Маклай, его жизнь и пу-
тешествия» (стр.5—81). М., «Новая Москва»,
1923, 616 стр. (ц. 6 р.). (Дневники Н. Н.
Миклухо[а]-Маклая перемежаются с рядом
его антропологических и этнографических
заметок.)
--- Путешествия. Дневники путешествий на
Н. Гвинею и острова Адмиралтейства
в 1871—1873 гг. (для старшего возраста).
Вводная статья А. Б. Пиотровского. М.—Л.;
Детиздат, 1936, 582 стр. (с иллюстр.,
1 вкл. карта), ц. 8 р.
Миклуха-Маклай, М. Среди дику-
H1B Ново! ГвинеТ. Для д!тей старш. в!ку.
3 рос. переклад Б. А. Антоненко-Давидович
(ред. Гр. Костюк). Харьк1в—Одесса, «Моло-
дой б!льшовик», 1933, 314 стр., ц. 3 крб.
(60 к. — палпурка). (Шюльна б-ка худ.
л!тературы).
Вегенер, Альфред. Возникновение
материков и океанов. Перев. с 3 совер-
шенно перераб. изд. Марии Мирчинк под
ред. Г. Ф. Мирчинка. М.—Л., Гос. изд.,
1925, XIV + 145 стр.(Современныепроблемы
естествознания, кн. 24.)
Последняя экспедиция Альфреда Вегенера
в Гренландию в 1930—1931 гг. По воспо-
минаниям ее участников и дневникам
Альфреда Вегенера. Перев. под ред. М. А.
Дьяконова. Предисл. Н. Урванцева. Лгр..
изд. Главсевморпути, 1935, XIII 4- 300 стр.,
ц. 7 р. 50 к. + 1 р. 50 к. пер.
Вегенер см. также «Астрономия».
8. Общая биология
Гете, В. Афоризмы по морфологии. В книге:
Лихтенштадт, В. О. — Гете. Борьба за
реалистическое мировоззрение (Петербург,
Гос. изд., 1920, 500 стр.), стр. 191—200.
Ламарк, Ж. Б. Философия зоологии.
Перев. с франц. С. В. Сапожникова. Ред.
и биограф, очерк проф. В. П. Карпова.
Вступ. статья акад. В. Л. Комарова. Т. I.
Биомедгиз, 1935, XCVI 4- 330 стр., ц. 5 р.
40 к. + 1 р. 10 к. пер. (Библиография,
стр. CLIV —CLX.); т. II, там же, 1937
(тот же перевод, вступ. статья проф. И. М.
Полякова), LXXVIII -ь 483 стр., ц. 6 р.
50 к. (в пер.).
Бэр фон, Карл Эрнст. Избранные
работы. Перев. с предисл. и прим. Ю. Фи-
липченко. Лгр., Гос. изд., 1924, 143 стр.,
ц. 1 р. 20 к. КЕ, кн. 11. (Содержание:
I. Об истории развития животных. Схолии
и короллярии к истории развития; II. Все-
общий закон природы, проявляющийся
во всяком развитии.)
Дарвин, Ч. Полное собрание сочинений
под ред. проф. М. А. Мензбира. С прилож.
статьи К. А. Тимирязева «Значение пере-
ворота, произведенного в современном есте-
ствознании Дарвином» (стр. V—XVI в пер-
вом выпуске I тома). М.—Л., Гос. изд..
1925—19.29.
Т. I, ч. I. Автобиография Чарльза Дар-
вина. Перев. проф. К. А. Тимирязева.
Путешествие вокруг света на корабле
«Бигль». Перев. Е. Бекетовой под ред.
проф. А. Н. Бекетова. М. — Л., 1925.
XV 1ч-428 стр., б. ц.
Т. I, ч. 2. Происхождение видов путем
естественного отбора или сохранения из-
бранных пород в борьбе за жизнь. Перев.
с 6 исправл. и доп. англ. изд. проф.
К. А. Тимирязева, проф. И. А. Петровского,
проф. М. А. Мензбира и проф. А. П. Пав-
лова. С прилож. статьи проф. М. А. Менз-
бира «Первые 65 лет в истории теории
подбора». 1926, 466 стр., ц. 4 р. 50 к.
(в пер.).
Т. II, ч. 1. Происхождение человека
и половой подбор. Перев. проф. И. Сече-
нова. С прилож. доп. заметки «О половом
подборе у обезьян» и статьи проф. М. А.
Мензбира «Последние данные по вопросу
об отношении человека к приматам». 1927,
623 стр., ц. 6 р. (в пер.).
Т. II, ч. 2 см. «Физиология».
Т. III, ч. 1 и 2 см. «Генетика».
№ 10
Библиография
249
Т. IV, ч. 1 см. «Ботаника».
Т. IV, ч. 2 см. «Ботаника» и «Зоология».
Дарвин, Ч. Сочинения в XII тт. под редак-
цией и при ближайшем участии проф. Л. С.
Берга, проф. С. Н. Боголюбского, Н. И. Ва-
вилова, П. И. Валескалн и др. Проспект.
(1935). (Ср. «Nature», № 3519, 1937 (от
10 апреля), стр. 622—623).
---- Избранные места из «Происхождения
видов» и «Происхождения человека». С био-
графией и вступ. статьей: «Эволюционная
теория Ч. Дарвина» М. П. Виноградова.
Лгр., изд. П. П. Сойкина, 1929, 62 стр.,
ц. 50 к. КМН.
---- Происхождение видов. Перев. к. А. Тими-
рязева с исправл. и указателями под общ.
ред. акад. Н. И. Вавилова. М,—Л., ОГИЗ,
Сельхозгиз, 1935, 630 стр., ц. И р. КЕ.
Укр. перев. В. Державина под ред. и
с предисл. проф. И. М. Полякова. Ки1в—
Харьюв, Держмедвидав, 1936, 674 стр.,
ц. 16 р. 50 к. (пер. 2 р.).
Геккель, Э. Происхождение человека.
Речь, произнесенная на международном
конгрессе в Кембридже. Перев. Г. Г. Оршан-
ского. Пгр., изд. Петрогр. Совета раб.
и крест, деп., 1919, 32 стр.
Геккель, Эрнст. Мировые загадки.
С прилож. статьи «Монизм и законы при-
роды». Перев. под ред. А. А. Максимова.
М., Гос. адтирелиг. изд., 1935, 535 стр.,
ц. 7 р. 65 к. (в пер.) (Комакадемия. Инсти-
тут философии).
Тимирязев, К. А. Ч. Дарвин и его
учение (за годы 1919—1935 эта работа
выдержала 6 переизданий: 7—12 издания).
Было выпущено также два украинских
перевода: 1) П. М. Жменя, Укргосиздат,
1930, 180 стр.; 2) С. Г. Кицая, Держ.
Медвид-во, 1936, 364 стр.
Изд. 1937 г. (Сельхозгиз, 328 стр.,
ц. в пер. 7 р.) с предисл. акад. В. Л. Кома-
рова (стр. 3—6) и включает только
первую часть этой работы К. А. с прило-
жением лишь одной статьи из 2-й части
(Краткого очерка жизни Дарвина), 9 из
10 лекций «Исторического метода в биоло-
гии» и ряда статей, опубликованных Тими-
рязевым в Энцикл. слов. Граната и в раз-
личных сборниках.
---- Основные черты в развитии биологии
XIX в. М., Гос. изд., 1921.
---- Исторический метод в биологии. М.,
изд. Гранат, 1922, 167 стр., ц. 80 к.
Укр. перев. под ред. акад. М. Холод-
ного. Ки1в, Видавн-во Укр. Академии
Наук, 1935, 176 стр.
---- см. VIII, ч. II, стр.64—78, 79—105.
---- см. также «Ботаника» и «Генетика».
Леб, Дж., см. VIII, ч. II, стр. 23—39,
40—51.
9. Ботаника
Леонардо да Винчи. А, т. I,
стр. 277—281.
--- Трактат о живописи. (Подробно см. «Фи-
зика».) Ч. VI, стр. 312—341.
Гете, Вольфганг. Морфология расте-
ний. В книге: «Лихтенштадт, В. О. —
Гете. Борьба за реалистическое мировоз-
зрение» (Петербург, Гос. изд., 1920,500 стр.),
стр. 149—190.
Гумбольдт, А. География растений.
Под ред., с вводи, статьей и биограф, очер-
ком проф. Е. В. Вульфа. Под общ. ред.
акад. Н. И. Вавилова. М.—Л., ОГИЗ,
Сельхозгиз, 1936, 228+2 ненум. стр. КЕ,
Ц. 5 р.
Дарвин, Ч. Насекомоядные растения.
Перев. 3. и Ф. Крашенинниковых под ред.
проф. К. А. Тимирязева. Образование
растительного слоя деятельностью дожде-
вых червей и наблюдения над образом
жизни последних. Перев. под ред. проф.
М. А. Мензбира. С прилож. статьи
М. А. Мензбира «Теория наследственности»
(Собр. соч., т. IV, ч. 2). М., Гос. изд..
1929, 473 стр., ц. 5 р. (в пер.).
Дарвин, Ч. Приспособления орхидных
к оплодотворению насекомыми. О движе-
ниях и повадках лазящих растений. Ч. I.
Перев. И. А. Петровского под ред. проф.
К. А. Тимирязева (Собр. соч., т. IV.
ч. 1), М., Гос. изд., 1928, 307 стр., ц.З р.50к.
(в пер.).
Тимирязев, К. А. Сочинения. Т. I.
Публичные лекции и речи. М., Сельхозгиз,
1937, 500 стр. (пер.), [ц. 15 p.J. Содержание:
акад. В. Л. Комаров, Предисловие к собра-
нию сочинений (стр. 13—47); проф. С. А. Но-
виков, К. А. Тимирязев — биографический
очерк (стр. 51—160); проф. Ф. Н. Краше-
нинников, От редактора первого тома
(стр. 163—169). Солнце, жизнь и хлоро-
филл — I и II части сборника (1868—1920),
стр. 173—445. Из переписки К. А. Тими-
рязева с английскими учеными (1900—1909—
1912). Прим, и комментарии проф. А. К. Ти-
мирязева, стр. 449—470. Библиографиче-
ский список трудов К. А. Тимирязева,
составленный по материалам, собранным
для настоящего издания Р. П. Гаухман.
Под ред. проф. Ф. Н. Крашенинникова
и научно-библиографического отдела Все-
союзной библиотеки им. В. И. Ленина —
стр. 479—495).
---- Растение и солнечная энергия. М., лит.-
изд. отдел Наркомпроса, 1918 (ц. 1 р. 50 к.).
—— Столетние итоги физиологии растений.
М., лит.-изд. отдел Наркомпроса, 1918
(цензурное разрешение от 15 ноября 1918 г.),
78 стр., ц. 1 р. 50 к. (В конце книги
(стр. 59—65) статья К. А. Тимирязева:
♦Жан Сабатье — основатель физиологии ра-
стений». Словарь нерусских слов, стр.
66—78).
---- Главнейшие успехи ботаники в начале
XX ст. Изд. Библиограф, инет. Гранат, М.,
1920, 49 стр.
---- Земледелие и физиология растений. Сбор-
ник общедоступных лекций (3 изд.). М.,
Гос. изд., 1920, VIII+352 стр. (1-е изд.
1893).
Изд. 4, М.—Л., Гос. изд., 1926.
VIII+ 289 стр. (попул.-научн. библ.).
250
При рода
1937
Тимирязев к. а. Борьба растения с за-
сухой М , Гос. изд., 1922, 45 стр. (попул.-
___”асолнцеГбжизнь и хлорофилл. М.—П.,
Гос. изд., 1923, 324 стр.
___ Жизнь растения. Изд. 10, М., Гос. изд.,
1924, 360 стр. (изд. 11, 1925). (Десять
общедоступных чтений. Вводная статья
акад. Е. Ф. Вотчала. Биограф, очерк проф.
С. А. Новикова. Под общим наблюд. проф.
А. К. Тимирязева. М.—Л., Сельхозгиз,
1936, 335 стр. + 7 илл. на вкл. листе,
ц. 6 р. 50 к. КЕ.
Укр. перев. под ред. А. Хильченко.
Харьк1в—Одесса, Дитвид-во, 1934,271 стр.
Русские классики морфологии растений. А. С.
Фаминцын, И. В. Баранецкий, И. Д. Чистя-
ков, И. Н. Горожанкин, В. И. Беляев,
С. Г. Навашин и И. И. Герасимов. Избран-
ные сочинения. Под ред. В. М. Арнольдт.
М,—П., Гос. изд., 1929, 156 стр., XII табл.,
ц. 1 р. 50 к. КЕ, кн. 12.
10. Зоология
Аристотель. О частях животных. Перев.
с греч., вступит, статья (Аристотель и его
научный метод, стр. И—28) и прим,
(стр. 175—210) В. П. Карпова. (М.), Био-
медгиз, 1937, 220 стр., ц. 2 р. 50 к. +
1 р. пер.
Гете, Вольфганг. Морфология живот-
ных (в книге: «Лихтенштадт, В. О. —
Гете. Борьба за реалистическое мировоз-
зрение»). Петербург, Гос. из .,1920, 500стр.,
(стр. 83—148).
Дарвин, Ч. Насекомоядные растения.
Перев. 3. и Ф. Крашенинниковых под ред.
проф. К. А. Тимирязева. (Образование
растительного слоя деятельности дожде-
вых червей и наблюдения над образом
жизни последних. Перев. под ред. М. А.
Мензбира. С прилож. статьи М. А. Менз-
бира «Теория наследственности».) (Т. IV,
ч. 2. Собр. соч. под ред. М. А. Мензбира),
Гос. изд., 1929, 473 стр., ц. 5 р. (в пер.).
--- Сочинения. Т. II. Зоологические работы.
Под ред. проф. Л. С. Берга. Дождевые
черви. Под. ред. проф. В. В. Станчинского.
Геологические, работы. Под ред. проф.
Н. С. Шатского. М., Биомедгиз, 1936,
682 стр., ц. 15 р.
11. Физиология
Леонардо да Винчи. А, т. I,
стр. 255—277.
--- Трактат о живописи. М., 1934 (подробно
см. «Физика»), Часть 3, «О различных
состояниях и движениях человека и о про-
порциях человеческого тела», стр. 156—230.
Гальвани, Л., и В о л ь т а, А. Избран-
ные работы о животном электричестве.
Перев., биограф, очерк (стр. 65—75) и прим,
(стр. 417—438) проф. Б. Э. Гольденберга.
Вступ. статья А. В. Лебединского (Роль
Гальвани и Вольта в истории физиологии,
стр. 7—63). М.—Л., Биомедгиз, 1937,
438 стр., ц. 6 р. в пер.
Дарвин, Ч. О выражениях ощущений
у человека и животных. Перев. под ред.
акад. А. О. Ковалевского. М., Гос. изд.,
1927, 243 стр. + 6 рис. в тексте, ц. 3 р.
в пер. (Собр. соч., т. II, ч. 2).
Сеченов, И. М. Физиологические очерки.
Ч. II. Изд. 2 под ред. и с прим. проф.
М. Н. Шатерникова и акад. П. П. Лазарева.
М., Гос. изд., 1923, 296 стр.
---- Рефлексы головного мозга (с биогра-
фией И. М. Сеченова). Лгр., Прибой, 1926,
124 стр.
---- Избранные труды. М., изд. Всесоюзного
Института экспериментальной медицины
при СНК СССР, 1935, XXXIV+ 389 стр.,
ц. 18 р. (2 р. пер.) (XV Международный
Физиологический конгресс).
Шатерников, М. Биографический очерк,
стр. VII—XXXIV.
S е с е п о v, I. М. Selected Works. Ed.
by A. A. Subkow. M.—L., State publ. house
for biological and medical literature, 1935,
XXXVI+490 p.
Леб, Жак. Вынужденные движения, тро-
пизмы и поведение животных. Перев. В. М.
Боровского. М., Гос. изд. (1924), VIII +
+ 174 стр. (Современные проблемы есте-
ствознания, кн. 28.)
Леб, Джек. Организм как целое с физико-
химической точки зрения. Перев. с англ.
В. А. Дорфмана. Под ред. Б, М. Завадов-
ского. С прилож. очерка жизни и трудов
Ж. Леба. М,—Л., Гос. изд., 1926, XXX +
+ 290 стр. (Современные проблемы естество-
знания, кн. 33.)
Леб, Жак. Белки и теория коллоидных явле-
ний. Перев. Р. А. Дулицкой и И. Н. Пути-
ловой. С предисл. и вводной статьей С. М.
Липатова (О современных теориях кол-
лоидов). М., Гизлегпром, 1923, 255 стр.,
ц. 6 р. 40 к.
Леб, Ж. см. также «Биология».
Павлов, И. П. Лекции о работе главных
пищеварительных желез. 3 изд., Лгр., Гос.
изд., 1924, 220 стр., ц. 2 р. КЕ, кн. 2.
---- Лекции о работе больших полушарий
головного мозга. Изд. 2, М.—Л., Гос. изд.,
1927, 372 стр.
3-е провер. изд., М.—Л., Биомедгиз,
1937, 458 стр., ц. 6 р. 25 к. (предисловие
помечено ноябрем 1935 г.).
Pavlov, I. Р. Vorlesungen fiber die
Arbeit der Grosshirnhemispharen. Autori-
sierte Ubersetzung aus dem russischen von
Prof. Dr. G. Volborth. L., Medizinischer
Staatsverlag der RSFSR, 1932, VI11+480 S.
Павлов, И. П. Двадцатилетний опыт объ-
ективного изучения высшей нервной дея-
тельности (поведения) животных. Условные
рефлексы. Сборник статей, докладов, лек-
ций и речей. М. — П., Гос. изд., 1923,
244 стр.
2-е изд. (с доп. главами), Лгр. (1924),
383 стр., ц. 3 р.
3-е изд., М.—Л., 1925, 397 стр.
4-е изд., М.—Л., 1928, 388 стр.
5-е изд., провер. и доп., Лгр., Ленмед-
издат., 1932, 508 стр., ц. 12 р. + 1 р.
50 к. пер.
№ 10
Библиография
251
Павлов, И. П. Проба физиологического
понимания симптомологии истерии. Лгр.,
Изд. АН СССР, 1932, 36 стр., ц. 50 к.
--- Последние сообщения по физиологии
и патологии высшей нервной деятельности.
Ч. 1—2. Лгр., Изд. АН СССР, 1933.
Ч. 1, 39 стр., ц. 65 к. Ч. 2, 34 стр., ц.
60 к.
---Экспериментальная патология высшей
нервной деятельности. Лгр., Биомедгиз,
1935, 31 стр., ц. 45 к. (лекция, прочитан-
ная 10 мая 1934 г. в Институте усовершен-
ствования врачей в Ленинграде). Та же самая
брошюра в том же самом году издана Лгр.
отдел. Биомедгиза по-немецки (34 стр.),
по-французски (32 стр.) и по-английски
30 стр.).
12. Генетика
Дарвин, Ч. Изменения животных и
растений под влиянием одомашнивания.
Перев., испр. и перераб. проф. М.А. Менз-
биром. М., Гос. изд., 1928. Ч. I —364 стр.,
ц. 4 р. (в пер.), ч. 2 — 364 стр., ц. 4 р.
(в пер.). Собр. соч., т. III, ч. 1—2).
Мендель. Грегор. Опыты над расти-
тельными гибридами. Перев. Л. И. Бре-
славец под ред. Н. К. Кольцова. С прилож.
юбилейной критической статьи К. Кор-
ренс и с прим. Е. Чермак. М. — П., Гос.
изд., 1923, 72 стр., ц. 50 к. КБ, кн. 10
(под заголовком — «Исследования над ра-
стительными гибридами», перевод той же
самой работы помещен в «Известиях СПб.
Биологической лаборатории», т. XII,
вып. 2/3). 1
Мендель, Г. Опыты над растительными
гибридами. Перев. проф. К. А. Фляксбер-
гера. Вводная статья и общ. ред. акад.
Н. И. Вавилова. М.— Л., Сельхозгиз, 1935,
111 стр., ц. .3 р.
Мендель, Грегор. Полное собрание
биологических работ. Перев. и вступ. статья
ученого специалиста К. А. Фляксбергера.
Лгр., изд. П. П. Сойкина, 1929, 47 + 2
ненум. стр., ц. 75 к. КМН.
С а ж р э, О., Н о д э н, Ш., и Мен-
дель, Г. Избранные работы о расти-
тельных гибридах. Вступительная статья
и комментарии А. Гайсиновича. М.—Л.,
Биомедгиз, 1935, 356 стр., ц. 6 р. 50 к.
Тимирязев, К. А. Дарвинизм и селек-
ция. Избранные статьи. Сборник с предисл.
и под ред. акад. В. Л. Комарова. М.—Л.,
Сельхозгиз, 1937, 157 стр. КЕ.
Фризде, Гуго. Избранные произведения.
Перев. А. Розовской. Под ред. и со вступ.
статьей В. Рыжкова. М., Госмедиздат,
1932, 147 стр., ц. 3 р. КЕ.
Бербанк, Лютер. Жатва жизни. Перев.
И. Боргмана. С предисл. акад. Н. И. Вави-
лова. М.—Л., Гос. изд., 1930 (16 вкл.
лист. илл. и портр.), 239стр., ц. 1 р. 80к.
(+ 60 к. пер.).
Автобиография Лютера Бербанка. Био-
графический очерк Вильбура Холла «Есте-
ствоиспытатель Лютер Бербанк».
Мичурин, И. В. Выведение из семян
новых культурных сортов плодовых де-
ревьев и кустарников. М., Гос.изд., ред.-изд.
коллегия Наркомзема, 1921, 46 стр.
--- Выведение новых улучшенных сортов пло-
довых и ягодных растений. Изд. 2, перераб.,
удешевл. и объедин. 2 тома труда: «Итоги
полувековых работ». (М.), Сельхозгиз, 1933,
383 стр.
То же по-укр.: Укргосиздат, 1936,
340 стр., ц. 5 р. (пер. 1 р. 50 к.).
Сборник статей И. В. Мичурина о развитии
плодоводства в северном и центральном
районах СССР. Под ред. В. А. Одинцова.
М., Сельхозгиз, 1934 (Научно-исследо-
вательский институт плодоводства им. Мичу-
рина), ПО сто., ц. 75 к.
Мичурин, И. В. Итоги полувековых ра-
бот (по выведению новых сортов плодово-
ягодных растений). Изд. 4, пересмотр,
и дополн. работами автора за 1934 г.
М., Сельхозгиз, 1936, LXIV + 491 стр.
(61 лист крас. илл. и портр.), ц. 25 р.
--- Итоги полувековых работ по выведению
новых сортов плодовых растений. Т. 2,
М.—Л., Сельхозгиз, 1932, 165 стр. с 112 рис.
и с 5 вкл. лист. крас, илл., ц. 8 + 2 р.
--- Итоги шестидесятилетних работ (по выве-
дению новых сортов плодовых растений.
Изд. 3, перераб. и объединяющее 2 тома
труда — «Итоги полувековых работ»). М.,
Сельхозгиз (1934), 366 + 2 стр. (Библио-
графия, стр. 357—359).
---Итоги моей 60-летней работы. Воронеж,
«Коммуна», 1934, 27 стр., ц. 25 к.
Иогансен (— Иоганнсен), Вильгельм
Людвиг. Элементы точного учения об
изменчивости и наследственности с основами
биологической вариационной статистики.
Авторизованный перевод 21 лекции (Учение
об изменчивости, 3 нем. перераб. издание)
Е. К. Эмме. С дополнит, главами по учету
полевого опыта Н. Ф. Деревицкого. М.—Л.,
Сельхозгиз., 1933, 410 стр., ц. 5 р. 75 к.
Иоганнсен, Вильгельм Люд-
fl и г. О наследовании в популяциях
и чистых линиях. Вводная статья, биогра-
фия и ред. перевода проф. М. А. Розановой.
Под общ. ред. акад. Н. И. Вавилова. М.—Л.,
Сельхозгиз, 1935, 78 стр., ц. 2 р. 25 к. КЕ.
13. Микробиология
Пастер, Луи. Избранные места глав-
нейших произведений. С биограф, и вступит,
статьей А. Садова. Лгр., Облиздат, 1931,
60 стр., ц. 50 к. КМН.
14. Медицина
Гиппократ. Избранные книги. Перев.
с греч. проф. В. И. Руднева. Ред., вступ.
статья и прим. проф. В. П. Карпова. М.,
Биомедгиз, 1937, 736 стр., ц. 10 р. в пер.
(Классики биологии и медицины). (Кар-
пов, Вл., проф. Гиппократ и Гиппократов
сборник, стр. 11—76, Библиография,
стр. 77—81.)
252
Природа
1937
Гарвей, Вильям. Анатомическое иссле-
дование о движении сердца и крови у живот-
ных. Перев. и прим. К. М. Быкова,
с предисл. акад. И. П. Павлова. М.—Л.,
Гос. изд., 1927, 113 стр., ц. 1 р. 20 к. КЕ,
кн. 16.
Мечников, И. И. Этюды о природе
человека. Изд. 6, М. — П., Гос. изд.,
1923, XXVIII + 237 + 3ненум.стр.(попул,-
научн. библ., № 26). Изд. 7, там же, 1925.
Мечников, И. И. Лекции о сравнительной
патологии воспалений. Под ред. А. А. Тара-
севича. Изд. 2, М.—П., Гос. изд., 1923,
168 4- 3 ненум. стр., ц. 1 р. 25 к. КЕ, кн. 1.
Укр. перев. I. Холодного — Харыав—
КиТв, Медвидав-во УССР, 132 стр.,
ц. 2 карб. 50 к.
Мечников, И. И. Пастер—Листер—Кох.
М.—Л., Гос. изд., 1925, 130 стр.
И. Я. Колубовский и М. С. Львович.
Председатель редакционной коллегии академик С. И. Вавилов.
И. о. ответственного редактора д-р б. н. В. П. Савич.
Члены редакционной коллегии:
Акад. С. Н. Бернштейн (ред. отд. математики), акад. А. А. Борисяк (ред. отд. палеонтологии), акад. Н. И.
Вавилов (ред. отд. генетики и растениеводства), акад. С. И. Вавилов (ред. отд..физики и астрономии), акад.
Н. П. Горбунов (ред. отд. географии), акад. И. В. Гребенщиков (ред. отд. техники), акад. И. М. Губкин
и акад. А. Е. Ферсман (ред. отд. природных ресурсов СССР), акад. В. Л. Комаров (ред. отд. ботаники),
акад. Н. С. Курнаков (ред. отд. общей химии), акад. В. А. Обручев (ред. отд. геологии), акад.
Л. А. Орбели (реД. отд. физиологии), проф. А. Д. Сперанский (ред. отд. медицины), акад. А. Н. Фрумкин
(ред. отд. физической химии), проф. /О. Ю. Шаксель (Prof. Dr, J. Schaxel) (ред. отд. общей биологии и зоологии).
Ответственный секретарь редакции М. С. Королицкий.
Технический редактор О. Г. Давидович. —Ученый корректор А. А. Мирошников.
Обложка работы А. Н. Лео.
Сдано в набор 22 сентября 1937 г. — Подписано к печати 20 декабря 1937 г.
Бум. 72ХПО см. — 1 бэ/4 печ. листов + 2 портрета -i- 1 карта.—24.46 уч.-авт. л.—69 550 тип. эн. вл.—
Тираж 10000.—Ленгорлит № 6111. — АНИ № 149. — Заказ № 1161.
Типография Академии Наук СССР. Ленинград, В. О., 9 линия 12.
Цена 2 р. 50 к.
---- ---
I
ИЗДАТЕЛЬСТВО АКАДЕМИИ НАУК СССР
ОТКРЫТА ПОДПИСКА НА 1938 год
НА ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ПОПУЛЯРНЫЙ ЕСТЕСТВЕННО-ИСТОРИ-
ЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ, ИЗДАВАЕМЫЙ АКАДЕМИЕЙ НАУК СССР
27-й год издания
„ПРИРОД А“
27-й год издания
Председатель редакционной коллегии акад. С. И. Вавилов
И. о. ответственного редактора д-р б. н. В. П. Савич |
Члены редакционной коллегии: акад. С. Н. Бернштейн (ред. отд. математики), акад. А. А-
Борисяк (ред отд. п-леонтологии), акад. Н. И, Вавилов (р д. отд. генетики и растениеводства),
акад. С И. Вавилов (ред. отд. физики и астрономии), ах ад Н. П. Горбунов (ред. отд. географии),
акад. И. В. Гребенщиков (р< д. >тд. техники), акад. И, М. Губкин и акад. А. Е. Ферсман (ред.
отд. природных ресурсе i СССР), акад. В. Л. Комаров (ред. отд. ботаники), акад. Н. С. Курнаков
(ред. отд. общей химии), акад. В. А. Обручев (ред. отд. геологии), акад. Л. А. Орбели 'ред. j
отд. физиологии), проф. .4. Д. Сперанский (ред. отд. медицины), акад. А. Н. Фрумкиг (ред.
отд. физической химии), проф. Ю. Ю. [Пиксель (Prof. Dr. J. Schaxel) (ред. отд. общей биоло-
гии и зоологии).
Ответственный секретарь редакции М. С. Королицкий.
Журнал популяризирует достижения в области естествознания в СССР и за гра-
ницей, наиболее общие >опрось- техники и медицины и освешае г их связь с социалистиче-
ским строительством. Информируя читателей о новых данных в области конкретного
знания, журнтл вместе с тем освещает общие проблемы < стественных наук.
В журнал- представлены в :е основные отделы естественных наук, организованы также
отделы: естественные науки и строительство СССР, география, природные ресурсы СССР,
история и философия естествознания, новости науки, научные съезды и конференции, жизнь
институтов и лабораторий, юбилеи и даты, потери науки, критика и библиография.
Журнал рассчитан на научных работников и аспиранток: естественников и общественников,
на преподавателей естествознания высших и средних школ. Журнал стремится удовлетворить за-
просы всех, кто интересуется современным состоянием естественных наук, в частности широкие
круги работников прикладного знания, сотрудников отраслевых институтов: физиков, химиков,
растениеводов, животноводов, инженерно-технических, медицинских работников и т. д.
.Природа4 дает читателю широкую информацию о жизни советских и иностранных научно-
исследовательских учреждений. На своих страницах „Природа" реферирует иностранную есте-
ственно-научную литературу. В помощь научному работнику редакция „Природы" в каждом
номере помещает обзоры всех наиболее значительных естественно-научных журналов советских
и заграничных и дает библиографию естественно-научных публикаций на русском и ино-
странных языках.
ПОДПИСНАЯ ЦЕНА:
На год за 12 №№
На >/2 года за 6 №№ .
30 руб.
15 руб.
ПОДПИСКУ И ДЕНЬГИ НАПРАВЛЯТЬ:
1. Москва 9, Проезд Художественного театра, 2. Отделу распространения Издатель-
ства Академии Наук СССР.
2. Для Ленинграда и Ленинградской области, Автономной Карельской Советской
Социалистической Республики и Северного края: Ленинград 104, пр. Володар-
ского, д. 53-а, Отделу распространения Ленинградского Отделения Издатель-
ства ХН СССР.
3. Подписка также принимается доверенными Издательства, снабженными спец, удо-
стоверениями, магазинами и подписными пунктами Издательства в Киеве, Харь-
кове, Ростове н/Д, Минске, Свердловске, Одессе, отделениями КОГИЗа, отделе-
ниями Союзпечати и повсеместно на почте и письмоносцами
На корешке переводного бланка указывайте обязательно назначение пере-
вода.
Редакция: Ленинград 164, В. О., Менделеевская лнния/1, тел. 592-62