/
Text
т Л.А . НЕЧИПОРЕНКО БУРЖУАЗНАЯ ^социология КОНФЛИКТА* \\ АI?I 1пi
Ж!ftfI’.'Л Г, li'r J*i t ж МШЛИЦйа, ЯШЬЛМУ;. ФШЛЙ*#ШИ5»
Социальный прогресс и буржуазная философия ■г / Л. А. НЕЧИПОРЕНКО БУРЖУАЗНАЯ ^СОЦИОЛОГИЯ КОНФЛИКТА^ BF323397 Москва Издательство политической литературы 1982
0302020000—042 079(02)-82 Ul1-81 <g) ПОЛИТИЗДАТ, 1982
ВВЕДЕНИЕ Повышенное внимание, которое уделяется в последние десятилетия западной социологией пробле мам социального конфликта, связано с попытками опре деленной модернизации идейно-теоретического арсе нала буржуазии перед лицом политических и социаль ных перемен, происходящих в современном мире, перед лицом усиления классовых антагонизмов в капитали стическом обществе. Строго говоря, данные проблемы всегда так или иначе находились в поле зрения буржуазных социоло гов, что определяется самой классово антагонистической природой капитализма. Отражая прямую заинтересо ванность своего класса в поддержании и упрочении условий капиталистической эксплуатации, социологи стремились обосновать необходимость для общества и его прогресса «социального мира», «общественного по- р; дка» и «спокойствия». Но, будучи несовместимыми с реалиями эксплуататорского общества: отношениями господства и подчинения, классовой борьбой, войнами, экономическими кризисами и т. д.,— идеалы с о ц и а л ь ной гармонии оставались лишь мифами, выполняющи ми задачу идейной защиты капиталистического строя. Как показывает история развития буржуазной со циологии, ее апологетическая функция осуществлялась при помощи не только различных, но порой и внешне противоположных тактических приемов. Ярким приме ром тому служит факт определенной поляризации двух интересующих пас направлений буржуазных социоло гических исследований. Одно из этих направлений довольно хорошо известно и неоднократно подвергалось обстоятельной марксист ской критике. Это «равновесные» («эквилибрнумные») 3
и «интеграционные» модели общества, связанные с методологией структурно-функционального анализа, модели, согласно которым так называемый принцип «консенсуса» («единогласия», или «единодушия», всех членов общества) является необходимым условием ста бильности и нормальной жизнедеятельности обществен ной системы. Конфликт получает у представителей дан ного направления негативную оценку как социальная аномалия и отклонение общественных взаимоотноше ний от «нормы». Другое направление буржуазных социологических исследований сравнительно меньше изучено марксист ской критикой, хотя, как свидетельствует а н а л и з соот ветствующей литературы, за последние два десятиле тня оно заметно окрепло. Оно объединяет разнообраз ные теории н взгляды, которые в совокупности имену ются па Западе «социологией конфликта». В ее рамках разрабатывается так называемая «конфликтная модель общества», фокусирующая внимание на социальных противоречиях. Сторонники этих двух направлений нередко проти вопоставляют свои концепции, выступают со взаимными упреками в научной некорректности, в том, что пред лагаемые построения расходятся с процессами общест венной жизни. По всяческое подчеркивание различий между «равновесно-интеграционной» теорией и «социо логией конфликта», обычное у западных исследовате лей ', не может затушевать их общую мировоззренче скую и методологическую сущность, их внутреннее клас совое единство и социальную направленность. Значительное повышение интереса западных идео логов к проблеме социальных коллизий, активизация попыток разработать «социологию конфликта» в каче стве альтернативы марксистско-ленинскому учению обусловливают необходимость критически проанализи ровать методологические основы, теоретическое содер жание и ндейно-полнтпческую сущность соответствую щих буржуазных концепций, показать, как решаются в них острые общественные проблемы современности. 1 См., например: Spencer М. Foundations of Modern Socio logy. Prentice Hall (N. J.), 1976, p. 20—21; Fitzen D. In Conflict and Order: Understanding Society. Boston. 1978; Frederico /?. Sociology. Addison Weley Pablishing Company, 1979, p. 13. 4
В последнее оремя опубликовано несколько интерес ных работ советских и зарубежных авторов, в которых рассматриваются отдельные буржуазные концепции кон фликта и подвергаются марксистской критике различ ные их аспекты *. Вместе с тем очевидна потребность в обобщенном и обстоятельном исследовании наиболее влиятельных на Западе теорий социального конфликта, которое позволило бы критически оцепить в целом дан ное направление современной западной социологии. За дачами такого исследования и определена проблематика предлагаемой книги. 1 См., например: Петров И. И., Семенова Л. А. Проблема со циального конфликта в современной буржуазной социологии.— Философские науки, 1975, No 3; Ручка А. А., Таннер В. В. От идеологии «равновесия» к социологии конфликта. Критический анализ некоторых тенденций в современной буржуазной социо логии.— Социологические исследования, 1977, No 3; Грзал Л., Попов С. Критика современных буржуазных социологических теорий. М., 1976; Лёве Б. П. Классовая борьба или социальный конфликт? М., 1976.
Глава I АКТУАЛИЗАЦИЯ ПРОБЛЕМЫ КОНФЛИКТА В СОВРЕМЕННОЙ БУРЖУАЗНОЙ СОЦИОЛОГИИ 1. Постаповка вопроса Выдвижение концепции социального кон фликта на передние рубежи идеологической борьбы обусловлено рядом обстоятельств, различных по харак теру, ио в совокупности отражающих бурные события XX века, важные изменения в современном мире, ко ренной сдвиг в соотношении классовых сил в пользу социализма. На пынешпем этапе общего кризиса капитализма еще резче обозначились существенные черты этого кри зиса: усиление противоборства двух мировых социаль ных систем, охватившего все основные области жизни общества — экономику, политику, идеологию, культуру; сужение сферы влияния капиталистической системы и окончательная ликвидация колониальной системы импе риализма. За сравнительно короткий исторический пе риод произошли мощные национально-освободительные революции, которые привели к образованию десятков суверенных государств, в том числе стран, избравших путь социалистической ориентации. Обретя политиче скую независимость, народы молодых государств ведут упорную борьбу против всех проявлений неоколониа лизма, за экономическую самостоятельность и социаль ный прогресс своих стран. Настоящий этан общего кризиса капитализма отли чается та кже обострением всех его внутрепних и внеш них противоречий и прежде всего основного противоре чия капиталистического способа производства — между трудом п капиталом, что находит свое выражение в уси лении классовой борьбы трудящихся. Вторая половина 70-х годов ознаменовалась значительным обострением социально-политических противоречии в ведущих стра нах капитала, о чем свидетельствуют данные о забасто- 6
ночной борьбе в США, Канаде, Великобритании, Ита лии, Франции, ФРГ, Японии. В предыдущее десятиле тие число забастовщиков достигло, только по офици альным данным, 250 миллионов человек. При этом характерной чертой пашего времени является более теспое переплетение социально-экономических и поли тических требований, выдвигаемых трудящимися, укрепление единства их действий. Усиливающаяся монополизация и бюрократизация всех сфер общественной жизни в западных странах, ограничение демократических свобод, расширение влия ния военно-промышленного комплекса усиливают анти- кашпалистнческле настроения не только среди рабочего класса, но и в других слоях населения. Достаточно упо мянуть, например, национальные, антпвоенпые, моло дежные и другие демократические движения социаль ного протеста, подъем мелкобуржуазного радикализма и либерально-критических ппстроеппй в Соединенных Штатах и Западной Европе. Ныне «самые серьезные оговорки и сдержанность и оценках страны и ее инсти тутов,— писал американский социолог Д. Янкелович,— исходят не от меньшинства, как в 60-е годы, а от основ ной массы населения Америки. Именно широкая обще ственность, бывшее молчаливое большинство переходит от добродушного и автоматического признания наших институтов к беспокойпой критике» К Вполне естественно, что под натиском классовой борьбы и других социальных антагонизмов эта «беспо койная критика» побуждает идеологические круги З а пада усиленно искать новые средства исцеления ка пи талистического общества от свойственных ему недугов. Входящие в моду новейшие теории конфликта, несом ненно, также относятся к тем теориям, которые по своей идейно-политической направленности соответст вуют так называемой «стратегии выживания» — доми нирующей ориентации исследовательских усилий бур жуазной общественной пауки, исходящей из констата ции чрезвычайной серьезности нынешнего кризиса ка питалистической системы2. Две мировые войны, пережитые человечеством, « о - лодпая война», опасные кризисы в международных 1 Social Research, vol. 42, 1975, N 4, p. 760. 2 См.: Антонович И. И. Кризис общественного сознания о США и «стратегия выживания»,— Вопросы философии, 1977, NoИ,с.145. 7
отношениях и локальпые войны вызвали активное ис следование теоретических проблем международного конфликта, что также стимулировало интерес к разра ботке общесоциологической теории конфликта. И этот интерес не ослабевает, так как в результате происков сил реакции и милитаризма сохраняются очаги напря женности в отдельных районах земного шара, продол жается и нарастает, принимая все более опасные фор мы, гонка вооружений, не устранена реальная опасность новой мировой воины. В международной политике происходит интенсивная борьба, борьба двух направ лений: «с одной стороны, курс на обуздание гонки во оружений, укрепление мира и разрядки, на защиту суверенных прав и свободы народов. С другой стороны, курс на подрыв разрядки, взвинчивание гонки воору жений, политика угроз и вмешательства в чужие дела, подавления освободительной борьбы» К Научно-техническая революция в условиях ка пита листического строя не только не ликвидировала его прежние антагонизмы, но в определенных отношениях еще больше их обострила и породила новые: экологи ческий, валютный, энергетический и сырьевой кризис, рост «технологической безработицы», общее ухудшение «качества жизни» широких трудящихся масс. Эти и им подобные специфические для современного капитализ ма конфликтные ситуации вызывают мощное движение социального протеста. Попытки руководящих империалистических кругов приспособиться к новым историческим условиям не в состоянии остановить дальнейшее углубление кризиса капиталистической общественной системы. Причем, как подчеркнул Л. II. Брежнев, это «отнюдь не только эко номический, по та кже политический и моральный кри зис. Он все больше убеждает массы, что капитализм — общество, лишенное будущего, и тем самым умпожает число сторонников другого, социалистического пути. Этот кризис не остановить пи взбадриванием воеипо- политнческих блоков империалистов и гонкой вооруже ний, ни экономической интеграцией монополий, ни ви димостью социальных реформ, ни репрессиями»2. Госуда рст ве нио- моион ол не тнчес кое разви тие капита- лизма ведет лишь к дальнейшему обострению всех его антагонизмов. 1 Материалы XXVI съезда КПСС. М., 1981, с. 3 —4. ^ Бр ежпев J1. И. Ленинским курсом. М., 1978, т. Н, с. 49—50. Й
Глубина социальных конфликтов достигла такой сте пени, что даже известные своим консерватизмом бур жуазные идеологи не могут больше обходить их молча нием. Именно этим обстоятельством обусловлен кризис, переживаемый ныне структурно-функциональным ана лизом — одпим из основных направлений западной со циологии. Его представители, сохраняя приверженность так пазываемым «общим ценностям», «равновесию» и «устой чипости» социальной системы монополистиче ского капитализма, вынуждены теперь чаще говорить об «отклоняющемся поиедении» и «дисфункциях», о «дезорганизации» и «дозинтеграцпн» западпого обще- стпа. Налицо, следовательно, признание реальности общественных коллизий в капиталистическом мире, и зто признание, как свидетельствует сама терминология функционалистов, сочетается с пх явно отрицательной оценкой. Естественно, что в связи с банкротством откровенно апологетических мифов о «социальном мире» и «всеоб щей гармонии интересов» в западном обществе его гос подствующий класс испытывает усиливающуюся по требность в новых социальных теориях, которые лучше учитывали бы особенности современной эпохи, позво ляли реалистичнее осмысливать действительные антаго низмы буржуазного общества в целях совершенствова ния методов и форм социального управления. Кроме того, в обстановке обостряющегося идеологического противоборства двух мировых обществеппых систем буржуазия нуждается в таких социальных теориях, которые явились бы более гибкой и эффективной аль тернативой марксистской теории классов, классовой борьбы и социальной революции. Удовлетворить в какой-то степени эти идеологиче ские потребности империализма и призвана нынешняя «социология конфликта». Термин «социология конфликта» впервые ввел ве- мецкий философ и социолог Г. Зиммель (1858—1918), который назвал так одну из своих работ, изданную в начале нашего столетия. В современной западной социо логии выражение «социология конфликта» (или «кон фликтология») чаще всего употребляется кай собира тельный термин для обозначения особой области иссле дований, а также соответствующих теорий и методоло гических подходов (так называемые «конфликтный подход», «конфликтная перспектива» и т. д .) . По уров- 0
пн> обобщения и диапазону применимости концепции социального конфликта не поднимаются выше обычных в западной социологии теорий «среднего ранга». В то же время они выступают с претензиями на статус не ких общесоциологических теорий. Концентрация внимания на изучении отдельных явлеппй и сторон общественной жизни н п этой связи выделение соответствующих отраслей научного зпаиия представляют собой вполне понятный и естественный процесс. Теоретические проблемы социального кон фликта — несомненно важная, актуальная и весьма сложная тема современной общественной науки. Их разработка должна осуществляться на основе комп лексного исследования, требующего взаимодействия целою ряда научных дисциплин, таких, как философия, социология, социальная психология, этика, право, педа гогика, и других. Попытки же буржуазных ученых со здать «социологию конфликта» в качестве совершенно автономной, изолированной от других паук дисциплины методологически несостоятельны. Как бы ни был зна чителен масштаб и роль того или иного явления в обще ственной жизни, оно может быть правильно понято и оценено только в связи с прочими общее i вепиыми я вле ниями и существенными характеристиками общества, прежде всего с его социально-экономическим и поли тическим строем. Поэтому успешное специальное изу чение конфликта и конфликтных ситуаций необходимо предполагает использование соответствующей обще- соцпологическои теории, раскрывающей материальную основу п объективные законы функционирования и раз вития общества как единого органического целого. Неудивительно, что при отсутствии такой методо логической базы «социология конфликта»), как и нынеш няя буржуазная социология в целом, не представляет собой стройного учения. Она предстает в виде отдель ных более или менее целостных концепций. В числе последних панболыную известность получила на Западе концепция «позитивно-функционального конфликта» Л. Колера (США), «конфликтная модель общества» Р. Дарепдорфа (ФРГ) и «общая теория конфликта» К. Боулдинга (США). Среди современных специали стов в области социологической теории социального конфликта немало видных буржуазных ученых, как, например, Дж. Бернард, А. Ганопорт, Т. Шеллинг, Р. Макк, Р. Снайдер, Дж. Дыок (США), Т. Боттомор, Ю
Дж. Рекс (Англия). X. Крпсмански (ФРГ), Дж. Гал- туиг (11орвегия) и другие. Собсп’.еино, проблема социальных коллизий выделя лась и выделяется на Западе в качестве одного из ас пектов в исследованиях «специальных» социологий, таких, как индустриальная социология, социология ра совых и этнических отношений, социология брака и семьи н т. д. Но в них в отличие от «социологии кон фликта» коллизии, по-перпых, не составляют главного предмета изучения, а во-вторых, рассматриваются в основном в nei ат пвпом плане — как деструктпвпый, бо лезненный, асоциальный феномен. Поэтому в «специ альных» социологиях не ставится задача разработать общую методологию изучения конфликта. Их рекомен дации, как правило, носят узкоспециальный, «ведомст венный» характер. Напротив, представители современной «социологии конфликта» акцентируют впимание именно на острых обществеь 1ых противоречиях, сосредоточивают усилия на создании общей теории социального копфликта. Д ан ная разновидность буржуазной социологии к настоя щему времени за нята довольно широким кругом вопро сов. Это — определение самого понятия социального копфликта, раскрытие его природы ка к особого обще ственного явления, а также изучение условий возникно вения конфликтных ситуаций, их профилактики, конт роля и разрешения. Анализу подвергаются структура или «анатомия» конфликта как определенной системы, движущие силы развнтпя коллизий и даже оценива ется их «стоимость». В буржуазной литературе пред ставлен пекоторый опыт типологии и классификации конфликтов, делаются попытки выяснить их роль в жпзни общества, их связь с социальными изменения ми. Таким образом, разработка общих методологических вопросов пзучепия конфликтного феномена как тако вого составляет специфическую особенность «социоло гии конфликта» и может служить основанием для выде ления ее в качестве одного из направлений теоретиче ских исследований в нынешней буржуазной социологии1. В 70-е годы в буржуазной социологии все больше начинают обсуждаться такие вопросы, к ак генезис и идейная родословная теорий конфликта и в особенности их концептуальное отношение к марксизму; практиче ское, чисто прикладное значение теорий конфликта для объяспения и решения сложных ситуаций в обще- 11
ственпой жизпи капиталистических стран и на между народной арене; место и роль этих теорий среди прочих концепции в нденпом арсенале империализма. Легко понять, сколь острый идеологический характер прини мает трактовка подобных вопросов. Представляется целесообразным хотя бы вкратце остановиться на указанных и некоторых других общих вопросах, прежде чем рассматривать конкретные тео рии социального конфликта. 2. Эволюция теорий социального конфликта как отражение процесса углубления противоречий капитализма Критический анализ «социологии конф ликта» прежде всего должен исходить из ее историче ской обусловленности кризисной ситуацией, переживае мой капиталистическим миром. Вместе с тем следует учитывать и ее несомненную связь с ранними буржу азными теориями конфликта конца XIX — начала XX веков. Эти теории продолжают оказывать заметное воз д ей с т в и е на концепции социального конфликта в ны нешней западной социологии. Появление на рубеже веков так называемой «школы конфликта» было непосредственно сопряжено с кризи сом «органического» ( «оргапизмического») направле ния в буржуазной социологии, в основе которого ле ж а ли представления об обществе как биологическом орга низме, а классовая борьба и другие социальные колли зии расценивались как явная аномалия в общественных oi ношениях. Откровенно апологетическая направлен ность «органнзмнческих» теорий общества не спасала пх от критики со стороны самих буржуазных социо- Л(>1 ов. В свете усиливающихся антагонизмов наступавшей знохи империализма — роста классовой борьбы, обост рявшейся капиталистической конкуренции внутри госу дарств п их взаимного соперничества на международной арене, все более откровенной милитаризации и угрозы мировой войны — несостоятельность картины бесконф ликтного капиталистического общества становилась совершенно очевидной. Историческая обстановка на п о и гельно требовала иных социальных теорий, кото рые с классовых и методологических позиций буржу- 11
ази ой социологии более адекватпо отражали бы новую общественно-политическую реальность. В этих усло виях и получили распространение различные социоло гические теории конфликта, активизировалась так называемая «школа конфликта». Следует заметить, что история возникновения этих теорий нередко искажается западными исследователя ми. Во-перпых, непомерно растягивается во времени фактическая история их формирования, во-вторых, игнорируются исторические условия их возпикновения. Историю «социологии конфликта» возводят до самой античности. Так, духовным отцом буржуазных теорий конфликта иногда называют Гераклита, в соответствую щей литературе встречаются ссылки на Сократа и Пла тона. Часто идейным родоначальником данных теорий азывают Гоббса за его тезис о «войне всех против всех» и, конечпо, Гегеля с его учением о противоречиях и борьбе противоположностей. Однако если вопрос о возникновении современной «социологии конфликта» рассматривать только с точки зрения определенных попятий или идей, которые могли высказываться в разное время различными мыслите лями, то он становится чрезвычайно неопределенным. Известно, что понятия «борьба», «конфликт», «угроза» и «насилие» использовались многими авторами и в раз ные исторические эпохи. Но одно это еще не дает осно вания рассматривать их как идейных основоположни ков нынешних буржуазпых теорий конфликта. Духовными отцами современной западной «социоло гии копфликта» следует считать тех авторов, в концеп циях которых данные понятия обрели содержание, соот ветствующее особенностям классовых антагонизмов в период становлепия монополистического капитализма, ибо идейное содержание новейших буржуазных теорий конфликта определяют социально-экономические и по литические процессы, характерные для империализма. Вследствие этого к родоначальникам рассматриваемого социологического направления следует отнести прежде всего Г. Зиммеля, австрийских социологов JI. Гумпло- вича (1838—1909) и Г. Ратценгофера (1842— 1904), а также американских — У. Самнера (1840— 1910) и Л. Смолла (1854—1926). Исторически деятельность этих зачинателей современной западной «социологии конфликта» совпадает с эпохой вступления капитализ ма в стадию империализма. 13
Для эаиадиых исследователей характерно толкова ние причин появления социологических теорий конф ликта, по существу игнорирующее решающую роль материально-экономических и классовых условий в раз витии общественного сознания. Так, американский социолог Д. Мартиндейл объяс няет возникновение «социологии конфликта» необходи мостью и стремлением ее представителей преодолеть концептуальные недостатки «организмических» теорий Конта — Спенсера, акцептировавших внимание на рав новесии н оргапнческом строении социальных систем !. Другую причину он усматривает в постоянном интересе к проблемам общественной борьбы, традиционном для западноевропейской философской мысли и идущем от Гераклита, Гоббса и Гегеля2. Конечно, развитие социологических теорий имеет свою внутреннюю логику. Известная зависимость от накопленного мыслительного материала, историческая преемственность, традиции — все это важные факторы развития духовной жизни общества. «.. .Раз возникнув, всякая идеология,— писал Ф. Энгельс,— развивается в связи со всей совокупностью существующих представ лений, подвергая пх дальнейшей переработке»3. Но главным, определяющим в конечном счете фактором остаются изменения в экономическом базисе общества, объективное положение классов и социальных групп, их коренные жизненные интересы. Однако этот решаю щий фактор эволюции общественной мысли большей частью не учитывается ее буржуазными исследовате лями. Иг вдаваясь в подробное рассмотрение теорий от дельных представителей «школы конфликта», укажем т т ы . о па ca.Mi.ie характерные черты этих теорий. Пре жде всего это - понимание социальных коллизий как «борьбы за существование» между индивидами и обще ственными группами, обусловленной якобы некими извечно присущими человеческой природе инстинктами ai рс!тивпостн, стихийным стремлением люден к само сохранению п накоплению богатства. Отсюда делался вывод о «естественном» желании одних рас и народов 1 Мml Indu! г I). Social Life and Culture Shango. Princeton. Г.и;::. p. i Miirlltidnlc [). Tho Nature and Tipos of Sociological Theory. I’iii'ion. 19f>0, p. 1\ 7. 1 .1/ i/n.r A-., :)u,'e.ibc Ф. Соч., т. 21, с. 31Л. 1i
подчппить себе другие, господствовать пад пимн и та кое желание объявлялось «верховным законом общест венной эволюции». Эта социал-дарвинистская трактовка сочеталась с явпо гипертрофированной оценкой значе ния коллизий в жизни общества, в истории. В проти воположность идеям всеобщего социального мира и согласия у «органицистов», теоретики конфликта отводили решающую роль в историческом развитии человечества именпо коллизиям. Они полагали, что взаимные столкновения людей, в особенности войны, укрепляют социальные структуры, способствуют их совершенствованию и являются источником политиче ской власти, тогда как культура и торговля ослабляют обществеппые узы. Характерное для «школы конфликта» понимание 41 овеческой истории как взаимной борьбы рас и наро дов, оценка этой борьбы как движущей силы истори ческого прогресса представляет собой явное преувеличе ние, противоречит действительности и имеет очевидную антимарксистскую направленность. В самом деле, на ранних этапах истории человече ства биологические факторы — борьба за существова ние, естественный отбор,— несомненно, еще играли су щественную роль. В то же время именно совместный труд порождал чисто обществеппые интересы у форми ровавшихся людей, что в решающей степени способст вовало образовапию и дальнейшей консолидации обще ства. Развитие же материального производства ка к качественно новой естественной основы человеческого существования и прогресса общественной жизни все более ограничивало в ней возможности проявления био логических факторов и определяло господство собст венно социальных законов, в том числе и ваконов клас совой борьбы, которая с момента раскола общества на классы в антагонистических формациях становится действительным двигателем общественного развития. Однако в трудах теоретиков «школы конфликта» эта социальная закономерность в сущности подменена кон цепцией межрасовой борьбы, которая и рассматривается в качестве основы исторического процесса. В та кой ложной форме уже была намечена та идея, которая в современной западной социологии превратилась в уче ние о «позитивных функциях» социального конфликта и даже о его принципиальной неизбежности в общест венной жизни вообще. 15
В то же время следует заметить, что попытка пред ставить политическое насилие и социальные коллизии как подлинных творцов истории соседствует в трудих теоретиков конфликта с соображениями иного порядка. Например, Г. Ратценгофер подчеркивал и значение так называемой социализации — воспитания членов обще ства в духе господствующих ценностей, освященныч религией, буржуазной моралью и законами. Социализа ция, но его мнению, согласует интересы людей, что не обходимо для их совместной жизни и общественного порядка, хотя антагонистическая основа их взаимного противоборства продолжает сохраняться. Как отмечают западные исследователи, в своей концепции Г. Ратцеи- гофер уделял внимание вопросу о превращении конф ликта в процесс социализации, подчиняющий эгоистиче ские интересы благу группы, социальному интересу '. Следует также отметить, что у представителей «шко лы конфликта» в общем илаие уже намечается идея, которая в современной западной социологии стала цен тральной. Это идея регуляции («аккомодации») соци альных коллизий, частичного и временного, если не полного и окончательного, примирения враждебных классов и других общественных групп. Итак, поставив в центр своих исследований пробле му социального конфликта, буржуазные теоретики в то же время не считали средством его разрешения непри миримую борьбу враждующих сторон. Подобную роль они отводили процессу воспитания масс в духе господ ствующей идеологии, в результате чего якобы должны «сглаживаться», «сниматься» социальные противоре чия, ведущие к коллизиям. Бросающаяся в глаза непо следовательность теоретиков «школы конфликта», с одной сторон 1,1 подчеркивавших «функциональность» социальных столкновений, а с другой — изыскивавших бесконфликтные методы их урегулирования,— законо мерное проявление ограниченности буржуазной обще ственной пауки. Заметную роль в теоретической подготовке современ ной западной «социологии конфликта», как уже отмеча лось, сыграл Г. Зиммель. 10го работы называют «клас сическими» в данной области исследований. Высказан ные им идеи просматриваются во многих концепциях 1 ('.м.: Пснкср Г.. Носков А. Современная социологическая к-орил р. (*с щ нтмстиешин-ти и изменении. М., с. 27. 1»*
нынешних западных социологов, что, собственно, при знают и они сами К Г. Зиммель известен также как один и:* основателей так называемой «формальной школы» в буржуазной социологии. Отказавшись от познания сущности исторических процессов, он предложил в ка честве реальной задачи социологии как особой науки анализ «чистых форм» социального общения и взаимо действия. Зиммель утверждал, что можно вычленцть ряд таких относительно устойчивых форм взаимодейст вия, которые лежат в основе всего разнообразия обще ственных явлений. Такими формами, по его мнению, я в ляются конкуренция, конфликт, договор, авторитет, под чинение, сотрудничество и некоторые другие отношения. По логике предлагаемого им метода получается, что, скажем, категория конфликта, как «всеобщая форма со циальности», может охватывать и объяснять такие раз нородные по своей сущности и конкретно-историческим особенностям события, как, например, англо-бурская война и французская буржуазная революция, экономи ческая забастовка и рыцарский поединок. Анализ социальных форм при полном отрыве от их конкретного исторического содержания делает катего рии яиммелевской социологии крайне абстрактными, что отмечал В. И. Ленин в связи с критикой к н и г и П. Стру ве о пароднпчестве2. Например, капиталистическую конкуренцию и социалистическое соревнование можно в общем обозначить одной и той же категорией «сопер ничество» как «чистой формой социальности». Однако если конкуренция является «особенной формой сорев нования, свойственного капиталистическому обществу и состоящего в борьбе отдельных производителей за кусок хлеба и за влияние, за место на рынке»3, то социа листическое соревнование есть трудовое товарищеское соперничество свободных от эксплуатации людей, связанных отношениями сотрудничества и взаимо помощи. Влияние знммелевского формального метода на сов ременные западные теории социального конфликта про является в такой же абстрактпости предлагаемых ими концептуальных схем, претендующих на универсаль- 1 См., папримср: Gorowilz J. (ed.) . The New Sociology. Lon don, Oxford, New York, 1970, p. 33; Medley М., Conyers J. Socio logy of Seventies. N. Y., 1972, p. 220. 2 См.: Ленин В. И. Г1олн. собр. соч., т. 1, с. 431. *Тамже,т.3G,с.150. 2 Л. А. Псчипоренко 17
пость применения. Например, типичным для буржуаз ных определении попятия социального конфликта я в ляется игнорирование его конкретной общественно-эко номической, классовой сущности. Осповпой смысл данного понятия сводится к внешним, формальным при знакам конфликтных взаимоотношении: состоянию на пряженности, вражды, применению насилия и угроз ит.д. Общественно-исторические и классовые корпи «шко лы конфликта» очевидны. Ее теории явились идейным отражением эксплуататорской сущности капиталистиче ского общества с его классовой борьбой, рыпочио-кон- курентпымн схватками монополий как внутри государ ства, так и в международных отношениях. Представи тели названной «школы» придают противоречиям и конфликтам значение стимуляторов прогресса, факторов совершенствования социальных структур, обществеппых институтов и отношений. И это, конечно, отличает их устаповку от традиционной для буржуазных социологов негативной оцепки социальных коллизий. Идея о положительной роли противоречий и конф ликтов в истории присуща и марксизму. Но ее теорети ческое обоснование здесь принципиально отличается по своему содержанию н классовому характеру. В концеп циях представителей «школы конфликта» опа оказалась прочно связанной с истолкованием социальных проти воречий в духе «борьбы за существование», с поисками конечных причин общественных коллизий в извечно порочной природе человека, в присущих ему инстинктах вражды к другим людям, с абстрактно-формалистиче ским и внеклассовым подходом к пониманию антаго низмов, выхолащивающим их конкретно-историческое содержание. Идейное наследие представителей «школы конфликта» используется современными западными со циологами, которые пытаются применить их к условиям п потреСшостям идеологической борьбы сегодняшнего дин. Па протяжении первой половины XX столетия про блемы соцпа ibiioro конфликта в той или иной мере на ходили свое теоретическое выражение во многих на правлениях западной философии (персонализм, неото мизм, экзистенциализм, «общая», пли «популярная», се мантика), социологии (соцнал-дарвинпзм и расовые тео рии, геополитика, микросоциология, теории социальной ( гратификации) и социальной психологии (фрейдизм,
бихевиоризм). Собственно социологическая разработка проблем копфликта как особого предмета исследования возобновилась и была поднята на новую ступень только в последило десятилетия. Прежде л о м у препятствовал ряд обстоятельств. Й их числе характерный для эмпирического этапа раз вития западной социологии (30—50-е годы) уход в мел котемье, который диктовался потребностью монополий в практических рекомендациях по дальнейшей отладке сложного механизма капиталистической экономики. Под влиянием эмпиризма проблема социального конфликта рассматривалась главным образом в плане изучения конкретных конфликтных ситуаций па отдельных про мышленных предприятиях. Вследствие этого дело сводилось по существу к чи сто психологическому анализу всяческих «натяжений и напряжений», «психологических оппозиций» па уровне межличностных отношений в определенных коллекти вах, причем вне какой-либо существенной связи с соци альным контекстом. Точнее, последний рассматривался лишь в качестве того непосредственного окруже ния, не адекватное приспособление к которому и вызывает в конечном счете взаимные стычки между индивидами. Без проникновения в коренпые причины конфликтных ситуаций социологи-эмпирики, естественно, могли пред ложить лишь отдельные практические рекомендации. Установка эмпирической социологии на описательство общественных явлений вместо их объяснения методоло гически предопределяет невозможность предложить в ее рам к ах научное понимание и кардинальное решение в аж н ы х коллизий современности. Другой причиной, затормозившей развитие общей теории социального конфликта, явилось господство ^* струкгурно-функцнопалыюго анализа, установившееся в 50—СО -х годах в западной, особенно американской, социологии. При всех его претензиях на статус обще- социологической теории, фактически он весьма прене брежительно относился к изучению проблемы социаль ных коллизий. Хотя и в несколько видоизмененной фор ме, функционалисты придерживаются по существу «рав новесной», бесконфликтной модели общества. Согласно их взглядам, оно представляет собой «систему», единство («интеграция») и жизнедеятельность которой обеспечи ваются благодаря функциональному взаимодействию ео составных элементов. К последним же причисляются 19
государство, политические партии, капиталистические компании, профсоюзы, церковь, школа, семья и т. д. Сам по себе системный подход — один из общепри знанных методов в научном познании, так как для ис следования достаточно сложного объекта всегда необхо димо раскрыть его как определенную целостную сис тему. При этом выясняется также взаимосвязь и взаимодействие ее структурпых элемептов, вклад ка ж дого из них в функционирование рассматриваемой цело стности. Так, использование К. Марксом системного подхода с позиций диалектики и исторического материа лизма способствовало объективному анализу капитализ ма, позволило представить его «особым социальным ор ганизмом, имеющим особые законы своего зарождепил, функционирования и перехода в высшую форму, пре вращения в другой социальный организм» ’. Вместе с тем системпый подход может успешно при меняться лишь в комплексе с другими методами позна ния. Однако в трудах представителей структурного функционализма системный метод абсолютизируется и противопоставляется всем другим, а главное, сочетается с антипсторичностыо, внеклассовым характером анали за. Исходя из идеи «функционального единства обще ства» как предпосылки его «равновесия», «стабильно сти» и конечпого выживания, функционалисты посту лируют в качестве решающего средства его обеспечения наличие у всех членов общества единых «социокультур ных ценностей». Они, то есть правовые установления, нравственные нормы, религиозные заповеди и т. д., и составляют якобы основу 'жизни общества, обусловли вающую в конечном счете функционально-полезную для его сохранения практическую деятельность индивидов, различных социальных групп н организаций. Модель, созданная функционалистами, оказалась в столь очевидном несоответствии с обострением свойст венных капиталистическому мнру классовых противоре чий п конфликтов, что вызвала резкую критику в со циологических кругах Запада. Справедливо квалифици руя ее как «социологическое воображеппе» (Р. Миллс), «социальную утопию» (Р. Дарендорф), буржуазпые критики далеки, однако, от того, чтобы указать главпые методологические пороки структурно-функционалист ской модели. 1 Ленин В. 11, Поли. собр. соч., т. 1, с. 429. 20
Буржуазна я критика «равновесно-интеграционных» моделей в основном не выхоДит за рамки анализа их частных теоретических недостатков. Например, конф ликтологи упрекают структурный функционализм за од ностороннее увлечение лишь теми элементами и процес сами в жизни общества, которые обеспечивают ему равновесие и устойчивость. Такая ориентация, по спра ведливому мнению этих критиков, лишает функцио налистов способности не только разрабатывать, но даже попять значение теории конфликта. Попытки же модер низировать структурный функционализм с помощью понятия конфликта не меняют существа дела. В теории важно смысловое значение используемых понятий, идейно-методологическая основа, на которой они логически связываются. Можно допустить, что в результате «включения» в социологический анализ по нятия социального конфликта как структурного эле мента «социальной системы», в результате исследова ния его «позитивных функций» обогащаются эвристи ческие возможности этого анализа, повышается его «чувствительность» в отношении реальных кризисных ситуаций современного аападпого общества. Но в конеч ном итоге, как мы увидим дальше, буржуазные теории социального конфликта исходят из ограниченного и ис каженного представления о происходящих в нем про цессах. И поэтому хотя конфликтологические теории и вырабатываемые на их основе практические рекомен дации могут служить совершенствованию форм и мето дов государственно-монополистического контроля, тем не менее значение этих теорий и рекомендаций в целом не выходит за рамки известных концепций так называе мой «социальной пнженерии», предлагающих исключи тельно паллиативное, а отнюдь не радикальное решение острых социальных проблем современного капитализма. Сегодняшнее положение в буржуазной социологии напомипает ситуацию, которая сложилась в ней на ру беже XIX и XX веков, когда в связи с критикой «рав новесных» моделей общества в «организмических» тео риях образовалась «школа конфликта». Ныне, тоже в ответ на чрезмерное увлечение идеями об «общих цен ностях» и «интеграции» социальной системы, вновь выдвигаются концепции социального конфликта, в ко торых он оценивается как элемент общественной жизни, могущий играть в ней некоторую положительную роль. Разумеется, схожесть отмеченных ситуаций в исто 21
рии буржуазной социологии не может заслонить отли чительных особенностей нынешних концепций социаль ного конфликта. Теории «школы конфликта» выступали преимущественно в соцпал-дарвинистском и расистском варианте, были облечены в значительной мере в биоло гическую терминологию, что очевидно несовместимо с научным изучением общественных явлений, их специ фических противоречий и коллизий. По замечанию В. И. Ленина, «применение понятий «подбора», «асси миляции и дезассимиляции» энергии... к области обще ственных наук есть пустая фраза. На деле никакого ис следования общественных явлении, никакого уяснения метода общественных паук не льзя дать при помощи этих понятии. Пет пичего легче, как наклеить «энерге тический» или «биолого-социологическнй» ярлык на я в ления вроде кризисов, революции, борьбы классов и т. п., по нет и ничего бесплоднее, схоластичнее, мерт вее, чем это занятие» '. Как мы видели, почти все соци альные коллизии сводятся представителями названной «школы» к «борьбе за существование» между расами и этническими группами. Современные буржуазные конфликтологические концепции более свободны от биологизаторских тенден ций. По вместе с тем они непомерно психологизируют обществеппые противоречия. В качестве конфронтиру- ющпх сторон в основном анализируются классы и госу дарства, различные элемепты социальной структуры, политической организации и духовной сферы общества. Ныпешние концепции отличаются также большой раз работанностью категориального аппарата, многоаспект- ностыо исследования социального конфликта. Мысли об общественных последствиях, о регулировании конфликт ных процессов, лишь в самом общем плане выражен ные у теоретиков «школы конфликта», в современных концепциях получили развитие и конкретизацию, были дополнены новыми положениями и выводами. Не только несравненно более широкая и интенсивная разработка социологических проблем социального конфликта, но прежде всего более четкая ориентированность на реше ние задач государственно-монополистического урегули рования классовых столкновений является отличитель ной чертой новейших конфликтологических концепций. Большое внимание в них уделяется также историче 1 Ленин В. II. Полм. собр. соч., т. 18, с. 348. 22
скому противоборству двух мировых общественных сис тем. Рост интереса к проблемам социальных конфликтов, этапы развития современной буржуазной «социологии конфликта» могут быть проиллюстрированы следующи ми фактами. Еще в 1930 году президент Социологического обще ства США утверждал: «Социальный конфликт представ ляет социологически не исследоваппую область. Социо логия конфликта еще должна быть написана»'.В 1950 году появилась специальная статья Дж. Бернард «Где современная социология конфликта?», в которой содер жался упрек западным социологам в пренебрежении к проблемам социальных противоречий, разработка кото рых, по мнению автора, оказалась монополией комму нистов: «Когда коммунисты повернули на пас свою ба тарею копфликтологпческих концепций, мы не имели никакой теории для объяснения нынешних конфликт ных ситуаций» 2. Чтобы еще резче подчеркнуть настоя тельность серьезного обращения к теоретическим про блемам социального антагонизма, Дж. Бернард призна ла даже заслуги марксистов: «Они поставилп перед нау кой некоторые из наиболее важных вопросов нашего времени — о природе и технике конфликтов»3. Озабоченность по поводу неразработанности проблем социального конфликта в условиях его возрастающей злободневности выражали и другие буржуазные уче ные. Так, по словам американского социолога JI. Козе- ра, даже беглый взгляд на нынешние работы американ ских социологов яспо показывает, что конфликт как сфера исследования зачастую игнорируется, что безу словное осуждение данного феномена как якобы яекяю - читсльно негативного, разрушительного фактора в 'ж н з - ни общества стало традицией4. Наиболее значительные исследования социологиче ских проблем социальных коллизий начали предприни маться со второй половины 50-х годов. В 1957 году в Париже состоялось заседание социологической ассоциа ции при ЮНЕСКО, обсудившее эти проблемы. Мате риалы заседания были опубликованы в сборнике 1 Coser L. The Functions of Social Conflict. Glencoe, No56, p. 15 2 The American Journal of Sociology, 1950, vol. 56, No 1, p. 11. 3 Ibid., p. 13. * Coser L. The Functions of Social Conflict, p. 15. 23
«О природе конфликтов» '. В 1966 году в Ланкастерском университете (Англия) был проведен симпозиум по те ме «Конфликты в обществе» 2. Аналогичным проблемам посвящались социологические конференции в ряде дру гих западных стран. В Мичиганском университете* (СИГА) был учрежден Центр по исследованию конф ликтных ситуаций, который стал выпускать ежеквар тальный журнал «The Journal of Conflict Resolution» («Проблемы разрешения конфликтных ситуаций»). Сре ди организаций, специализирующихся на изучении зтих вопросов, можно назвать также Институт по исследова нию проблем мира в Осло с его периодическим журна лом «The Journal of Peace Research» («Исследование проблем обеспечения мира»), Международный институт мира в Вене и другие. В последние годы появляется все больше статей, мо нографий, коллективных трудов буржуазных социоло гов, пытающихся заполнить обнаружившийся вакуум в области изучения социальных коллизий. Среди пих наи более значительными являются труды американских ученых JT. Козера «Функции социального конфликта» и «Продолжение исследования социального конфликта», К. Ьоулднпга «Конфликт и оборона. Общая теория», А. Рапопорта «Ссоры, игры и дебаты», «Стратегия и совесть», Т. Шеллинга «Стратегия конфликта», Дж. Дьюка «Конфликт и власть в общественной жизпи», за падногерманского социолога Р. Дарендорфа «Классы и классовый конфликт в индустриальном обществе», «Очерки социальных исследований», «Конфликт и сво бода». Высокий накал социальных антагонизмов, их небы валое1 многообразие с особенной остротой поставили пе ред буржуазными социологами проблему управления конфликтами, их конкретными проявлениями в различ ных сферах общественной жизни. Уже одно перечисле ние анализируемых вопросов: причины возникновения, типы и альтернативные формы разрешения коллизий, методы регулирования протекания конфликтного про цесса, возможные общественные последствия конфлик та, отбор категорий, годных для его изучения, и т. д . — красноречиво свидетельствует о живом интересе запад ных социологов к данной проблеме и определенном про- 1 Do hi nature (Jos conflicts. P., 1057. 2 Нет к A., Knight J. (eds.) . Conflict in Society. L., 1966.
грессе, достигнутом в ее исследовании. Песомненпо их стремление к дифференцированному, разностороннему анализу феномена конфликта. Накоплен некоторый ана литический материал, связанпый с разработкой и уточ нением ряда понятий, а так же построением формаль ной модели этого феномена. Ныне «парадигма конфлик та» — «одна из господствующих парадигм социологиче ского теоретизирования» ', а теории конфликта часто упоминаются в буржуазной литературе наряду с теория ми структурного фупкционализма, социального бихе виоризма, теорией социальной стратификации. Более того, как уже отмечалось, сами теории конфликта ста новятся объектом специальных исследований и ожив ленных дискуссий, участники которых порой делают чрезмерно оптимистические оценки и далеко идущие выводы в отношении научно-эвристического и идейно- политического потенциала этих теорий. 3. Апологетическая функцпя и антикоммунистическая сущность «социологии конфликта» Отказ от традиционной негативной оценки общественных коллизий и постановка вопроса об их по зитивных функциях, обоснование проблемы социального конфликта в качестве серьезной и актуальной теорети ческой н практически-политической проблемы свиде тельствует о более реалнстичпом подходе западной со циологии к данной области зпапия. Правда, этот реа лизм, по существу, не идет дальше признания самого факта противоречивой действительности буржуазного общества и изыскания более эффективных средств кон троля над происходящими в нем социально-политиче скими столкновениями. Одно из основных положений «конфликтной модели общества» западногерманского социолога Р. Дарендорфа утверждает естественность, всеобщность и принципиальную неустранимость колли зий из общественной жизни. Хотя данпое положение, как будет показано дальше, имеет определенную анти марксистскую направленность, в то же время заключе ние о невозможности устранить коренные причины антагонизмов какими-либо мерами контроля и регули- 1 Turner J. The Structure of Sociological Theory. Illinois, University of California, 1974, p. VII. 25
ровання совершенно справедливо в отношении ка пита листического строя. Бесполезными находит Р. Дарен - дорф и всяческие меры пресечения, подавления конф ликта, могущие лишь загнать его в подполье, временпо отсрочить, задержать его неизбежный взрыв. Поэтому коллизии, по его мнению, должны получить официаль ное общественное п государственное признание и под вергнуться «институциализации», то есть регулирова нию и управлению со стороны специально созданной для этой цели системы узаконенных буржуазным пра вом учреждений. При всей своей классовой ограниченности, отмечает английский публицист Г. Френкель, призывы западных социологов к «пнституциализацип» и «терпимости» по отношению к социальным столкновениям могут ока заться полезными, напрнмер, «в США, где разрешение «индустриального» конфликта иногда представляет со бой долгую историю из-за трудного положения забастов щиков н их семей и где расовый конфликт, как известно каждому человеку, нередко полит кровью...» *. Несомнепио, внедрение так называемого «конфликт ного подхода», «конфликтной перспективы» в социоло гию способствует проникновению в эту отрасль буржу азной общественной науки данных об антагонизмах, присущих капиталистическому миру, расширяет воз можности их публичного обсуждения. Вместе с тем, как мы увидим, буржуазная трактовка самих социаль ных противоречий извращает их подлипное содержание, что в итоге вполне соответствует апологетической функции официальной буржуазной идеологии. Отмеченная выше многоаспектность исследовании проблем социальных коллизий способна в какой-то мере производить впечатление «научной объективности», «всесторонности». Однако внимательное знакомство с трудами западных конфликтологов неизменно убеждает в том, что классовый интерес диктует им совершенно определенный отбор аспектов названной проблемы. Т а кими аспектами, которым отдается безусловное пред почтение, являются вопросы контроля и разрешения конфликтных ситуаций. Это, собственно говоря, лейт мотив и основная цель современной «социологии конф ликта». 1 Frankel U. Capitalist Society and Modern Sociology, L., 1970, I>. G8 . 20
Все это достаточно я с н о ,у называет на то, что было бы ошибкой переоценивать идеологическое значепие по ворота западной социологии от структурного фупкцио нализма к «конфликтным моделям общества». Крптпка «равновеспо-иптеграционных» моделей и разработка теоретиками конфликта их собственных концепций, как свидетельствует анализ, ведется с тех политических и методологических позиций, которые отвечают интересам буржуазного общества. Особенно показательны в этом отпошении работы JI. Козера и Р. Дарепдорфа, выступивших с наиболее значительной критикой классических типов структур ного функционализма и предложивших своп альтерна тивы. Так, JI. Козер упрекает функционалистов за то, что они игнорируют коллизии как важную социологиче скую проблему и впдят лишь их «разрушительные, дис социирующие и дисфункциональные» последствия. Он замечает, что для Т. Парсонса социальный конфликт — это явление, «которого отчасти можно избежать, но ко торое отчасти и неизбежно, являясь «локальной» фор мой болезни общественного организма. Парсонса забо тят только терапевтические средства профилактики и лечения общества от коллизий» l. JI. Козер подвергает также критике Э. Мейо и школу «индустриальной со циологии» за их интерпретацию конфликта как «соци ального заболевания», за рекомендации всячески избе гать любых столкновений и содействовать установлению «равновесия» интересов или состояния «сотрудниче ства», определяемого как состояние «общественного здо ровья». «Когда конфликт вообще третируется,— замеча ет J1. Козер,— то с ппм обращаются как е патологическим явлением, которое лишь нарушает нормальное состоя ние социального равновесия»2. Известный представи~ тель западной социальной психологии К. Левин, посвя тивший проблемам социальных коллизий специальную работу, в которой признана их повсеместность (в меж дународных отношениях и внутри страны, в экономиче ской жизни, в расовых и религиозных группах), тем не мепее, по мнению Л. Козера, фокусирует свое вниманве только па их предотвращении с помощью механизма со циального управления или социальной инженерии. Однако справедливо отмечаемая Л. Козером тенден ция сосредоточивать внимание на проблемах профилак 1 Coser L. The Functions of Social Conflict, p. 23. 3 Ibid., p. 25. 27
тики конфликтов, а та кже коытроля над ыими, если они все же разражаются, характерна для всех буржуазных социологов, в том числе и для тех, кто ныне специали зируется в области теории социальных коллизий. Так что, хотя JI. Козер критикует различные школы запад ной социологии за их игнорирование «позитивности» социального конфликта и обосновывает необходимост:» включения этой проблемы в концептуальную модель общества, сам он понимает данный феномен преимуще ственно в духе структурного функционализма. У него тоже отсутствует конкретно-исторический подход к об щественным антагонизмам, а их роль сводится исклю чительно к «позитивным функциям» по отношению к существующей социальной системе капитализма. Под мена революционной классовой борьбы трудящихся за дачами приспособления индивидов и социальных групп к господствующим общественным порядкам в интересах их совершенствования, упрочения и составляет конеч ный смысл его концепции. Ее сходство с главными установками «равновесно- интеграционных» моделей общества оказалось столь очевидным, что было подмечено и подвергнуто критике некоторыми западными социологами, прежде всего I*. Дарендорфом. Он резонно заметил, что JI. Козер бо лее всего «занят тем, что он называет «позитивными» или «интеграционными» функциями конфликта» и что подобное сужение роли социальных столкновений остав ляет вне поля зрения большую их группу, в том числе и классовый конфликт, который «продолжал бы ка заться в таком случае скорее досадным неудобством, без которого социолог предпочел бы обходиться, раз он угрожает «основам социального согласия» '. Но, пред лагая более широкую концепцию социальных коллизий, Р. Дарендорф в свою очередь также не идет дальше не которой реформации «равновесно-интеграционных» мо делей. Исследуя идейно-политическую ситуацию, обусло вившую выход теорий копфликта на передний план буржуазной социологии, нельзя не отметить в качестве важнейшего компонента влияние марксизма. Это влия ние очевидно в концептуальных схемах буржуазных конфликтологов, его признают и они сами. 1 Dahrendorf R. Class and Class Conflict in Ind us trial So ciety. Slamlfoi(I, 106Г), p. 207. 28
Разумеется, их признания далеко не всегда сопря жены с правильным пониманием отношения теории марксизма к «социоло гии конфликта». Так, одним из распространенных приемов являются попытки произ вольно сблизить их, даже в какой-то мере вывести «со циологию копфликта» из теории классовой борьбы, а последнюю представить в качестве одной из разновид ностей «конфликтной модели общества »1. Например, американский социолог С. Коул утверждает, что «совре менные теории конфликта — прямой потомок марксиз ма» 2, а по мнению Г. Рочера, «нетрудно проследить происхождение социологии конфликта от Маркса и Эн гельса» 3. Сложился даже соответствующий стереотип вульгаризоваиного изложения материалистического по нимания истории, при котором оно фактически сводит ся к абстрактной «социологии конфликта»\ Отвергая подобные фальсификаторские представле ния западных социологов, следует вместе с тем учиты вать действительное влияние марксизма на буржуаз ную идеологию, и в частности на теории конфликта. Практически ни одна современная западная социоло гическая теория, претендующая на более или менее полный охват социальной реальности, не может прой ти мимо идейного наследия Маркса — Энгельса — Ле нина. В этом — знамение эпохи, свидетельство роста авторитета великого революционного учения. Уже обычными стали жесты признания теоретических за слуг марксизма со стороны буржуазных ученых. На пример, JI. Козер заявляет: «Карл Маркс является «классическим теоретиком конфликта»5. Составители «Социологической энциклопедии», изданной в США в 1974 году, приходят к выводу, что К. Маркс, «вероятно, все еще остается значительным теоретиком конфлик т а » 6. Буржуазные идеологи порой довольно пространг- но рассуждают о вкладе марксизма в «социологию кон фликта». Но, признавая на словах «плодотворный эври 1 Castles F. Politics and Social In s ight L., 1972, p. 62. 2 Cole S. The Sociological O rientation: Introduction to Socio logy. Chicago, 1975, p. 221. 3 Rocher G. General Introduction to Sociology. Ontario, f972, p. 408. 4 См.: Новые направления в социологической теорни. М., 1978, с. 15, 134—136. 5 Coser L. Continuites in the Stady of Social Conflict. N. Y., <967, p. 137. • Encyclopedia of Sociology. Guifford, 1974, p. 267, 29
стический принцип» марксистско-ленинской теории, они дружно отвергают ее научно-материалистическое содержание. Отмечая очевидный поворот к разработке проблем социального конфликта в западной социологии, не сле дует в то же время преувеличивать его масштабы п значепне. Наряду с теми социологами, кто подчеркива ет настоятельную необходимость не только присталь ного внимания к этим проблемам, по и их позитивпой разработки, есть еще немало тех, кто прямо отрицает такую необходимость. Это прежде всего сторонники «равновесно-интеграционных» моделей структурного функционализма. Хотя в последнее время функциона листы делают все больший акцент на «дисфункциях» и фактах «отклоняющегося поведения» в капиталисти ческой общественной системе, тем не менее сам харак тер данной терминологии выдает их прежнее, в целом отрицательное отношение к соцпальпым коллизиям. Резко негативное отношение к ним пронизывает и хорошо известную своей откровенной апологетичпостыо «индустриальную социологию», или доктрину «челове ческих отношений». Отрицательно относятся к социо логической разработке проблем конфликта представи тели и некоторых других течений западной социологии, например теорий социальной стратификации, неотех- нократпи п технологического детерминизма. Сторонники названных теорий пытаются попросту спять вопрос о социальных коллизиях как объект пауч- пого исследования. При ;>том дело, конечпо, не обхо дится без затушевывания классово антагонистической природы современного капитализма. Так, теоретики «постиндустриализма» считают,, что нынешнее запад ное общество полностью избавилось от социальных кон фликтен прошлого, и основное противоборство развер тывается теперь уже не между трудом и капиталом, а между знанием и некомпетентностью, между профес сионалами и учеными, с одной стороны, и дилетаптами, необразованными технократами и бюрократами — сдру- 1 oii Однако иллюзорность подобных взглядов признают и сами буржуазные ученые. Так, профессор социоло гии университета Ноттингем (СЛИЛ) 10. Голд, указы вая на неправомерность применения термипа «постип- 1 Touraine A. La skchMi* post-industriclle. P., 1969, p. 129,
дустриальный» к современному капитализму, резонно замечает: «Ведь прежние «индустриальные» силы в об ществе — корпоративный бизнес и организованный ра бочий класс — по-прежнему живы и сильны, способны сотрясать друг друга и общество в целом» Выдвижение «конфликтных моделей общества» па передние рубежи идейной борьбы отнюдь не означает вытеснепия или замены ими «равповесно-интеграцион- пых» моделей. При всем различии эти два типа социо логических моделей не исключают, а дополпяют друг друга, так же как концепции «конвергенции» и «дивер генции», «деидеологизации» п «реидеологизации», «по литизации» и «деполнтизации» и т. д. Как справедливо отмечает Н. М. Кейлоров, это «взаимодополнение дает определенный компенсирующий эффект, что выражает ся в активизации пропаганды одной из парных концеп ций в то время, когда влияние связанпой с ней доктри ны падает и ослабевает. Образовавшийся в результате кризиса одной буржуазной теорни вакуум заполняется концепцией, которая по форме может казаться антипо дом, а иг» самом деле является плоть от плоти буржу азного миропонимания» 2. Таким образом, отношение сосуществования и вза имного дополнения касается не только теорий «равно вес ия— интеграции» и «социального конфликта», но и прочих буржуазных идеологических концепций. Актуализация проблем социального конфликта в западной социологии выражает заинтересованность гос подствующего класса в том, чтобы «приручить» соци альные конфликты под предлогом «управления» ими, «интегрировать», «встроить» их в социально-экономиче скую и политическую структуру капитализма. Буржуазные конфликтологи пытаются изобразить классовую борьбу и другие социальные столкновения в виде обычного «выражения разногласия», которое мо жет поддаваться «институциалпзацпи», то есть офици альному признанию и регулированию посредством пра вовой регламентации. Цель таких попыток — по воз можности превратить социальпые коллизии в своего 1 Цит. по: Демепчонок Э. В. От «индустриализма» к «пост индустриализму»: эволюции технократических концепций.— Вопросы философии, 1979, No 1, с. 137. ’ Кейэеров Н. М. Социальпые противоречия капитализма и их отражение в современной буржуазной идеологии.— Во просы философии, 1975, No 3, с. 39. 3!
рода «естественный» компонент существования ц «нор мального» функционирования всей экономической и по литической системы государственно-монополистическо го капитализма. Что же касается антикоммунистической направлен ности «социологии конфликта», то она проявляется и различных формах. Это, во-первых, попытки перенести остроконфликтные отношения капитализма на социаль ную структуру и политическую организацию социали стических стран, стремление изобразить их внутреннюю жизнь полной всевозможных антагонизмов, объявить «утопией» коммунизм как общество без классовой борь бы и других социальных коллизий. Во-вторых, это искажспие политики коммунистиче ских и рабочих партий, обвинение их в поддержке «международного терроризма», в нарушении общест венного порядка, мира и спокойствия, в раздувании вс я ческих конфликтов по всей плапете. В то же время ком мунистам приписывается «противоестественное» ж е ла ние пресекать назревающие социальные столкновения в странах социализма, подавлять их там, где они воз никли. В-третьих, это нападки на материалистическую диа лектику, исторический материализм и особенно на тео рию классов п классовой борьбы как якобы односто роннюю и тендепцпозпую «философию и социологию конфликта». Буржуазные социологи искажают марк систско-ленинское учепне с целыо «позитивного за ме щения» его различными теориями «социального кон фликта». Разработка проблем конфликтных ситуаций, осу ществляемая рядом занадпых центров, имеет п р я м у ю антикоммунистическую направленность. Нередко эти центры тесно связаны с разведывательными организа циями, осуществляющими подрывную деятельность против стран социализма. Примером может служить созданный в 1970 году агентами ЦРУ Лондонский ин ститут по изучению конфликтов. Среди его основателей и активных членов есть известные антисоветчики: про фессор Л. Шапиро, бывший сотрудник Ф БР У. Салли- иеп, генерал У. Томпсон. Теоретические труды этого института обычно отличаются крайне реакционным со держанием. Так, перед парламентскими выборами 197'i года институт подготовил специальный доклад ((Источники конфликтов в британской промышленно-
с.тн», авторы которого утверждали, что в профсоюзах зреет «коммунистический заговор». В другом его докла де, по сообщению американского агептства ЮПИ, со держится предупреждение о том, что «Россия убаюки вает Запад и вызывает у него ложное ощущение безо пасности с целью систематически подрывать заиадные страны изнутри... а западные общества открывают воз можности перед могущественным врагом, который по святил себя их свержению» 1. Надо сказать, что антикоммунистические, и в осо бенности антисоветские, измышления — характерная черта почти всех концепций современной западной «со циологии конфликта», что является прямым выраже нием идейно-политической реакции буржуазии иа рост антагонистических противоречий империализма, на про должающееся ослабление его позиций в противоборст ве с мировым социализмом. Апологетичность буржуазных концепций социально го конфликта выражается п в том, что они активно вза имодействуют с другими направлениями и теориями за падной социологии. Конфликтологи широко используют концептуальные элементы и методологические подходы различных буржуазных социологических доктрин, а представители последних в свою очередь стремятся с помощью тех или иных положений «социологии кон фликта» совершенствовать собственные теории, придать ом, так сказать, второе дыхание. Так, принимая вслед за представителями теории «социального действия» в качестве объекта социологи ческого анализа взаимодействие людей или групп, тео ретики конфликта разделяют и свойственную ей психо- логизаторскую трактовку этого взаимодействия. У кон фликтологов такой же идеологический настрой на ко нечную стабилизацию социальной системы капитализма. Со своей стороны, под влияпием конфликтологиче ских концепций функционалисты идут на некоторую модификацию основных принципов, которых они при держиваются, «стремятся сформулировать более гибкоэ и реалистическое понятие социальной системы, призна вая роль конфликтов и социальных противоречий»2. 1 Цит. do: Литсфатурппя газета, 1973, 21 марта; см. также: Прапда, 1977, 29 январи. * Бакуркин Б. Ф., Комаров М. С. Фупкционализм вчера и сегодня: эволюция структурно-функциональной школы в аме- ракапскоп социологии.— Философские иаукв, 1977, No 4, с. 94. 3 J1. А. Иечииортко 33
Новейшие конфликтологические концепции в ходу п у представителей так называемой «критической со циологии» (Н. Бирпбаум, Э. Гоулднер, Р. Фридрихе, Л. Турен и другие). Пытаясь сочетать эти копцепции с марксистской терминологией, они претепдуют на соз дание некоего «критического радикализма». Но при этом «критические социологи» искажают марксизм с обычных буржуазных идейно-методологических пози ций, что выражается, например, в отрицании зпачения классовой борьбы как движущей силы развития антаго нистических формаций и ведущей роли пролетариата в революционном преобразовании капиталистического общества. В итоге «критические социологи» изобража ют антагопизмы этого общества как сугубо локальные, спорадические, «неясные и быстротечные», лишенные реалыю/о классового содержания конфликты Вслед за маркузианцами главными силами «радикализации» существующего строя «критические социологи» счита ют молодежь, этнические меньшинства, критически мыслящую интеллигенцию2. Фрагментарность современной западной «социоло гии копфликта», пестрота содержащихся в ней взгля дов и подходов еще больше усиливаются вследствие попыток буржуазных ученых строить типологические схемы конфликтологических концепций по многочис ленным, подчас формальным, основаниям. В качестве таких оснований берутся, например, сфера проявления и способы регулирования коллизий (в малых группах, коллективах, обществе в целом, на международной аре не и т. д .), применяемые методы исследования (струк турно-функциональный или системный анализ, соци ально-психологический, теоретико-игровой методы и другие). Соответственно западными исследователями выделяются (а то и прямо противопоставляются друг ЛРУ1Т ) многочисленные концепции «социологии конф ликта», такие, например, как концепции внутри- и меж личностного, группового, социетального (в масштабах 1 Him ban т N. Towards a Critical Sociology. N. Y., 1971, p. 102, 103. 2 Подробнее о спязп буржуазией конфликтологии с «кри тической социологией» см.: Ручка А. А., Танчер В. В. От идео логии «рапиовеспя» к социологии конфликта: Критический ана лиз некоторых тепдепций в современной буржуазной с о ц и о л о гии. — Социологические исследования, 1977, No 3. 34
всего общества в целом), международного конфликта, социально-психологическая, социологическая, теорети ко-игровая, функционалистская и даже «диалектиче ская» концепции, или «модели», конфликта '. Мпогоаспектность изучепия феномена конфликта, разнообразие используемых методов и подходов, а также оснований для типологии и классификации как самих общественных коллизий, так и соответствующих концеп ций, конечно, способствуют накоплению аналитического материала, в определенной мере полезного в научной разработке социологической теории. В то же время у ка занное разнообразие может создать обманчпвое пред ставление о неком идейном богатстве «социологии кон фликта» и вместе с тем затенить общие, существенные методологические и идейно-политические черты этих разноречивых концепций. Как уже говорилось, среди концепций социального конфлик. а, выдвинутых в последнее время на Западе, наиболее известны и влиятельны концепции Л. Козе ра, Р. Дарендорфа и К. Боулдинга. Да ипор обстоятель ство объясняется, видимо, тем, что в них особенно от четливо проявилось типичное для современного буржу азного сознания понимание общественных антагониз мов, более адекватно выражена потребность господству ющего класса в их урегулировании. Важно и то, что помимо традициопных для буржуазных исследований социального конфликта вопросов, вроде определения самого понятия социального конфликта, классификации коллизий, контроля за их протеканием и т. д., в назван ных концепциях нашли выражение стремление обосно вать «стабилизирующую» роль антагонизмов в капита листической системе, антикоммунизм и антимарксист ская тенденциозность, претензии авторов на универ сальную применимость своих концепций ко всем сфе рам общественной жизни. В свете вышеизложенного не случайно теории Л. Ко зера, Р. Дарендорфа и К. Боулдинга, сложившиеся в основном к концу 60-х годов, и поныне составляют свое го рода идейно-теоретический базис буржуазных иссле дований в области социального конфликта. Дело не 1 См., например: Bernard /. Some C urrent Conceptualizations in the Fild of Conflict— American Journal of Sociology, 1965, vol. 70, No 4—6; Brickman Ph. Social Conflict. L exington, 1974, p. 22; Turner / . The Structure of Sociological Theory, p. 92. 35
только в том, что работы упомянутых авторов регулярно переиздаются, перепечатываются в различных сборни ках, а данные ими формулировки важных концепту альных элементов теории конфликта стали буквально хрестоматийными, воспроизводятся в социологических учебниках, словарях, энциклопедиях. Главное в том, что многие пынешнне специалисты в этой сфере запад ной социологии продолжают комментировать, уточнять идеи Козера, Дарендорфа, Боулдинга, пытаются разра батывать их дальше. II надо сказать, что в теоретиче ском отношении самые последние западные социологи ческие исследования проблем социального конфликта пепамного отличаются от своих исходных концепций. Поэтому критический анализ современной буржуазной конфликтологии предполагает обстоятельный разбор именно данных концепций с учетом того резонанса, ко торый они вызвали в различных сферах идеологической и политической жизни капиталистического общества.
Глава II МИФ О СОЦИАЛЬНЫХ КОНФЛИКТАХ КАК «СТАБИЛИЗАТОРАХ» КАПИТАЛИСТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ 1. Нонятпс социального конфликта: буржуазные интерпретации и марксизм Концепция Льюиса Козера, видного аме риканского социолога, в основном изложена в его кни гах «Функции социального конфликта» (1956) и «Продолжение исследования социального конфликта» (1967). Коротко ее содержание можно выразить сле дующим образом. В противоположность классическим теориям структурного функционализма, представители которого выносят конфликты за пределы социологиче ского анализа, как нечто чужеродное для социальной системы, Л. Козер пытается доказать, что коллизии есть продукт внутренней жизни общества, существующего о нем порядка вещей, самих отношений между отдель ными личностями и группами. Если функционалисты видят в конфликтах только проявление «расстройства» общества, то Л. Козер делает ударение на обосновании имепно позитивных функций коллизий, на раскрытии их интегрирующей и стабилизирующей роли в общест венной жизни. По его мнению, решение кардинальной для западной социологии проблемы «общественного по рядка» и обеспечения «устойчивости» существующей социальной системы не исключает, а, напротив, вполне допускает признание социальных столкновений, могу щих служить ее существенным потребностям. Разработка социологической копцепции социального конфликта и сочетание ее с «равновесно-интеграцион ной» теорией, ценностно-нормативной установкой и консенсусным (то есть осиованным иа согласии) прин ципом структурного фуикциопализма позволит, но мыс ли Козера, преодолеть недостатки последнего, подтвер дить его претензии па статус общесоциологической тео рии общества. Таков главный замысел американского J7
социолога, который он воплощает в своей копцепщш «позптивно-функцпональпого» конфликта. Логическая схема пазваипой концепции включает п себя определение самого понятия социального конфлик та, его типологию и классификацию п обоснование свойственных ему «позитивных фупкцин» в обществен ной жилии. Под социальным конфликтом Л. Козер предлагает понимать «борьбу за ценности и претензии на опреде ленный статус, класть и ресурсы, борьбу, в которой це лями противников являются нейтрализация, папесепне ущерба или уничтожение соперника» Следует отме тить, что это определение — одно из самых распростра ненных в западной литературе. Оно пошло во многие современные словари и энциклопедии по обществеппым наукам, от пего так или иначе исходят почти все бур жуазные ученые, обращающиеся к проблеме социаль ных коллизий. Популярность данного определения объясняется прежде всего тем, что оно типичпо для буржуазного со циологического мышления с его большей частью абст рактно-формальным, внеисторическпм и внеклассовым подходом к жизни общества. Метод социального анали за, выдвинутый «формальной школой» в буржуазной со циологии, повел ее нынешних представителен по пути выделения и описания формальных признаков кон фликта, отбираемых только на том основании, что они вообще могут сопровождать его внешние проявления. И результате специфическая сущность социального кон фликта как* особою общественного явления нередко нодмепяется простым набором подобных признаков. Иллюстрацией оказанного может служить, папри- мер, работа американских социологов Р. Макка и Р. Снайдера, обобщающая исследования в области со циальных коллизий. Перебирая различные попя т ил,в ы ражающие отношения конфликта,— антагонизм инте ресов и непримиримость целей, социальный раскол и напряженность взаимоотношений, агрессивность п вражда, конкуренция и соперпичество,— Р. Макк и Р. Снайдер были вынуждены признать, что пи одно из них по является синонимом попятпя копфликта. «Оче видно,— пишут они,— «конфликт» представляет собой большей частью резнноподобпое понятие, которое мож- ' Coscr L. The Functions of Social Conflict, p. 8. 38
но растягивать и полученное использовать в своих це лях» Неспособность дать научное определение исходного понятпя за падные социологи прикрывают ссылками на малую значимость «формальпых дефнпиций*>. Так, вы шеупомянутые авторы заявляют, что они не будут стре миться к подобным дефинициям, что «скорее серия свойств, которая будет предложена, составит в сумме модель для опознания (идентификации) и характери стики конфликтного феномепа>>2. Предлагаемая же ими «модель» конструируется из определения копфликта как «особого рода отношении взаимодействия между сторонами» и перечпя ряда его отличительных черт, т а ких, как* ограниченность общего объекта притязания сторон, манера поведения каждой стороны, рассчитан ная на то, чтобы разбить, причинить вред или взя ть под контроль другую сторону, дабы выигрыш какой-либо стороны был осуществлен за счет нроигрыша противо стоящей стороны. Нетрудно увидеть, что концентрация внимания па внешних признаках социального конфликта и наряду с этим произвольное игнорирование его реальной об- щественпо-экономической, классовой сущиости накла дывает отпечаток и на определения этой важной социо логической категории. Так, содержание определения, данного J1. Козером, сводится к указанию на преследуе мые противоборствующими сторонами цели, понимае мые к тому же до крайности узко, утплитарпо — как тот фактический материальный или моральный уроп, кото рый песет та или другая сторона в конфликте. Тем не менее та ка я трактовка социальных коллизий устраивает буржуазных социологов. Но их мнению, она «соответствует повседневному, обыденному употребле нию этого слова» 3. Не только «общая теория копфликта» или «социоло гия конфликта», но и многие другие «специальные» со циологии, разрабатывающие практические рекоменда ции по «профилактике» и «улаживанию» общественных столкновений, исходят из того, что в конечном счете 1 Smith С. (ed.). Conflict Resolution: C ontributions of Beha vioral Sciences. U niversity of Notre Dame Press. Indiana, 1972, p. 3. * Ibid., p. 8. 3 Oberscha.ll A. Social C onflict an d Social Movements. Engle* wood Cliffs (N. Y .), 1973, p. 30. 30
конфликты определяются сознанием людей. При этом в качестве причин, вызывающих конфликты, называю т ся несовпадение индивидуальных и общественных цен ностей, разлад между ожиданиями, практическими на мерениями и поступками лиц, непонимание людьми сво их действий по отношению друг к другу, всяческие не доразумения, логические ошибки и вообще семантиче ские трудности в процессе коммуникации, недостаток и некачественность информации и т. д. Таким образом, социальные столкновения толкуются как столкновения «конфликтующих сознаний», а их главпыми причинами объявляются несовершенство человеческой психики, не соответствие между реальной действительностью и представлениями о пей. Преувеличение роли сознапия, воли и эмоций людей в вопросе о происхождении кон фликтных ситуаций имеет своей оборотной стороной игнорирование объективной природы важнейших об щественных коллизий. Сказанное полностью относится и к анализируемой дефиниции социального конфликта, что становится оче видным, если рассматривать ее в контексте козеровскнх взглядов па общество. Американский социолог утверж дает: «Любая социальная система предполагает опреде ленное размещение власти, богатств и позиций статуса среди индивидов и общественных групп...» При этом «никогда не существует полного согласия или соответ ствия между тем, что отдельные лица или группы счи тают причитающимся им по справедливости, и тем, чем они фактически располагают, владеют вследствие су ществующей системы распределения. Конфликт про истекает из попыток различпых фрустрированных групп и индивидов увеличить их собственную долю воз награждения» Несмотря па абстрактпость приведенных рассужде ний, в них отразились чувство обездоленности и неудов летворенность своим общественным положением, ощу щение социального неравенства и несправедливости, ко торые испытывают широкие массы эксплуататорского общества, что поднимает их па борьбу в защиту своих жизненных ппторееов, социальных прав. Кроме того, очевидно стремление буржуазного учепого распрост ранить эти отвлечепные рассуждения на любую со циальную систему, любое общество. Тем самым яатуше- 1 Coser L. Conti unites in the Study of Social Sonflict, p. 30. 40
г.ываются настоящие, коренные причины бедственного положения народных масс и острых коллизий в усло виях эксплуататорского строя, обусловленные прежде всего частнособственническими производственными от ношениями. Понятие «группа» также употребляется J1. Коаером в типичном для нынешних западных социологов неоп ределенном смысле. Этим понятием обозначаются и важнейшие элементы социальной структуры, политиче ской организации общества, и самые различные образо вания, вроде учебной или профессиональной группы, научпого или спортивного общества и т. д. Если же при этом учесть свойственное буржуазным ученым игнори рование социально-экономической обусловленности об щественных отношений, то группа в любой ее форме, любого уровня оказывается по своей сущности психоло гической общностью людей, связанных исключительно межличностными отношениями. Но при такой трактов ке понятие социального конфликта утрачивает свою качественную определенность, становится беспредельно расплывчатым, охватывая собой всевозможные случаи «психологического противостояния» сторон безотноси тельно к тому, кто и почему является оппонентом. Таким образом, с психологизаторским подходом к яв лениям общественной жизни у западных социологов связано смешение в одном понятии самых различных по своей природе общественных коллизий, будь то клас совые бои, революции или столкновения людей в их ча стной жизни, взаимные стычки гапгстеров или детские ссоры. Не случайно JI. Козер ссылается на последние при обосновании «позитивных функций социального конфликта» *. То же можпо сказать и относительно толкования тер мина «социальное» в применении к таким понятиям, ка к «социальная ситуация», «социальная группа», «социаль ное насилие». Вышеупомянутый термин используется 1 Coser L. The Functions of Social Conflict, p. 122. Иллюстра цией краыпе расширительной трактовки понятия «социальный конфликт» может служить также его определение в «Социоло гическом словаре», изданном в ФРГ: «Парламентская дискус сия и гражданская война, мирные тарифные переговоры н за бастовка, легкое внутреннее напряжение вследствие известного несогласия между данным лицом и его профессией, психиче ское заболевание... все эти явления принадлежат к категории социальных конфликтов» (Worterbuch der Soziologie. Stuttgart, 1969, S. 1006). 41
буржуазными учеными для обозначения всякой формы взаимодействия между людьми, в том число и всевоз можных видов противоборства. Действительно, в широком смысле термип «социаль ное» обозначает все относящееся к человеческому об ществу: экономические и политические явления, фе но мены общественного сознания, демографические про цессы и т. д. Соответственно и понятием «социальный конфликт» в этом смысле можно обозначать вообще любые коллизии как по основным, так и по второстенен- пым интересам, разделяющим людей Произвольное смешение существенного и несущественного, за коно мерною и случайного в общественном взаимодействии при определении понятия «социальный конфликт» обусловливает крайнюю расплывчатость его интерпре тации. В узком же смысле термин «социальное» применяет ся обычио для обозначения процессов и отношений, имеющих место только в одной сфере общества, а имен но б его социальной структуре. Например, в указанном смысле данный термип употреблеп п знаменитой форму лировке К. Маркса: «Способ производства материальной ;кпзнн обусловливает социальный, политический и ду ховный процессы жизни вообще» 1. Таким образом, со циальные отпошепия в узком значении этого слова вы ступают в качестве особой разновидности общественных отношений и представляют собой отношения между классами и другими социальными группами непосредст венно в сфере социальной структуры общества. Следо вательно, в собственном смысле слова понятие «со циальный копфлнкт» обозначает характерное для эксплуататорского общества резкое обострение противо речий между отдельными элементами его социальной структуры. Поскольку общсствеппо-экоиомичсская формация представляет собой систему взаимосвязанных экономи ческих, социальных, политических, идеологических структур, то, естественно, социальный конфликт не остается строго локализованным рамками социальной структуры. В соответствии с качественной спецификой той или иной сферы общества он принимает форму эко номического, политического, идеологического, нацио нального, международного или иного конфликта. Поня- * Мирг.с К., Энгельс Ф. Соч., т. 13, с. 7. 42
тие «социальный конфликт» включает в себя та кж е взаимную борьбу целых обществ, общественно-экономи ческих формаций. В таком значении данное понятие употреблял, папрнмер, К. Маркс, раскрывая сущность борьбы между представителями прусской мопархии н Национальным собранием во время буржуазной револю ции 1848 года: «...это был конфликт между дву м я обще ствами, социальный конфликт, принявший политиче скую форму,— это была борьба старого феодально-бю рократического общества с современным буржуазным обществом...» 1 В марксистско-ленинской социологии под социаль ным конфликтом в условиях эксплуататорского строя понимают главным образом проявления антагонистиче ских противоречии — классовую борьбу, национально- освободительные движения, кризисы и военные кон фронтации в международных отношениях и т. п. В условия'* раскола общества па противоположные классы он приобретает особую остроту, непримиримо- враждебный характер, так как противоборство касается здесь фундаментальных форм общественных взаимоот ношений. Раскалывая общество на классы и вызывая классовую борьбу, эксплуататорский способ производст ва накладывает печать классового антагонизма и на все другие социальные отношения, на противоречия и кол лизии между различными социальными группами. Поэ тому вне классового подхода невозможно подлинно научное понимание социального конфликта. Таким образом, категория «социальный конфликт» обозначает лишь определенную разновидность, особый тип коллизии па почпе социального антагонизма. Она не включает в себя конфликты между всевозможными ма лыми группами, конфликты в межличностных отноше ниях, ординарные житейские ситуации. Характерные для этой области человеческих отношений конфликты обычно возникают но поводу текущих взаимных разпо- гласий, тех пли иных частных интересов и конкретных действий индивидов и групп. Буржуазной же социологии свойственна тенденция произвольно распространять особенности такого типа отпошеппй и конфликтов на отгтошепия и столкновения между классами, нациями, государствами и г. д., равио как и тенденция механи чески переносить типичные для капиталистического 1 Маркс /if., Энгельс Ф. Соч., т. 6, с. 267. 43
строя противоречия и конфликты на общественные отно шения при социализме. Конечно, социалистическому обществу, как и любо му обществу, присущи свои противоречия. Но они носят неантагопистнческий характер, что определяется гос подством общественной собственности па средст ва производства, отношениями товарищеского сотрудни чества и взаимопомощи свободных от эксплуатации и угпетепия людей. Развитое социалистическое общество состоит из дружественных классов и социальных групп, коренные интересы, цели и убеждепия которых совпа дают. Различные конфликтные ситуации — служебные, административно-правовые, хозяйственные, семейно-бы товые п т. д., с лучающиеся в отдельных областях обще ственной жизни, обусловлены не кореппой противопо ложностью социальною положения сторон, а расхож дением в оценках конкретных вопросов общественного развития, различным уровнем воспитания, сознатель ности, деловой квалификации и компетенции, жизнен ною опыта н т, д. Так, борьба против устаревших мето дов работы, косности, равподушия, бюрократизма может принимать довольно острые формы, по эта борьба не пе рерастает в социальпые конфликты, во враждебные столкновения одних социальных групп с другими. Кол лизии, возникающие из неантагонистических противо речий, сознательно регулируются и преодолеваются и интересах всего общества. Нисколько не умаляя апачения исследовании конфликтных ситуаций па микросоциальном уровне, необходимо подчеркнуть недопустимость свойственной буржуазным ученым абсолютизации действующих па этом уровне факторов, подмены или затугаевывапия важнейших социологических характеристик социально го конфликта, таких, как его классовая основа, полити ческие и идеологические параметры. Так, JI. Козер стремится избегать обвннепнй в пси хологизации общественных явлений. Он прямо высказы вается против объяспення социальных коллизий пекпм врожденным человеку «ипстипктом агрессивности», «импульсом враждебности» и т. д., резонно полагая, что в социологическом анализе «объективные основы со циального конфликта следует четко отграничивать от его субъективных элементов» '. Поведение отдельных 1 ('user I. Conflict: Social Aspects— International Encyclo pedia of Social Sciences, vol. 3. N. Y., t'JliS, p. 233. V»
лиц и социальных групп, по мнению JI. Козера, опреде ляе тся их «общественным окружением», «социальным пространством». Но фактически он отклоняет только наиболее откровенные, уже скомпрометированные пси хологические концепции. JI. Козер не затрудняет себя изучением коренных жизненных интересов участников социальных столкно вений, интересов, обусловленных реальным классовым положением’ людей, их местом в системе общественно- экономических отпошений. По своей природе «социаль ное пространство», пли «социальное поле», обусловли вающее поведение индивидов и групп, по мысли американского социолога, соткано из их собственных впечатлений, представлений о своем положении в обществе. То, как субъективно каждый человек воспри нимает свое место в нем и свое отношение к другим лю дям, группам, институтам, и составляет будто бы структурную клеточку «социального пространства». Поэтому сущность социального конфликта сводится к «напряженности между тем, что есть, и тем, что должно быть в соответствии с чувствами известных групп и индивидов» Итак, общество; взятое вне его действительной исто рии, как «любая социальная система» с фатально неиз бежным социальным неравенством, вечной психологиче ской неудовлетворенностью членов общества и происте кающей отсюда напряженностью между индивидами и группами, их чувственно-эмоциональной, психической расстроенпостыо, от случая к случаю разряжающейся в их взаимных коллизиях,— такова в общем социологиче ская копцепция конфликта JI. Козера. Несомненно, в ней нашли отражение некоторые реальности современного капиталистического общества, папример резкие имущественные контрасты, политиче ское бесправие народных масс, многообразные движе ния социального протеста. Определенная часть рабочих семей в США не обладает даже официальным прожиточ ным мипнмумом, в условиях бедности живут около двадцати миллионов человек2. Особеппо тяжело сказывается на положении трудя щихся пепрекращающаяся безработица. Среднемесяч- 1 Coser L. C onflict: Social Aspects, p. 235. 3 См.: Соврсмеппый капитализм в рабочий класс: критика аптимарксистских концепций. М., 1976, с. 225; США: экономика, политика, идеология, 1978, No 1, с. 7, 45
пая численность официально зарегистрированных в США полностью безработных в последние годы превышает семь миллиопов человек. Общеизвестно, что еще более бедственным является положение молодых рабочих и, в особенности, трудящихся из национальных меньшинств. Эти факты, а также политическая и расовая дискрими нация широких масс объясняют заметпое усиление и стране забастовочной борьбы рабочих и служащих, об щенациональных выступлений негритянского населении за равноправие и других демократических движений. Однако методологическая позиция J1. Козера только искажает истинный смысл остроконфликтных отноше ний в современном западном обществе. Поэтому отдель ные здравые констатации американского ученого, например о естественности перманентной борьбы и за конности претензий обездоленных, о восприятии «капн- таловладельцамн», «власть имущими» этой борьбы как* посягательства на саму социальную систему ', не имеют настоящей социально-политической остроты. В противоположность подобным представлениям марксистско-ленинская социология подчеркивает прежде всею объективную, материально-экономическую и классовую природу социального конфликта. Вся об щественно-политическая деятельность, в том числе по ведение людей и социальных групп, обусловлена р ко нечном счете их местом в системе общественного произ водства, их коренными экономическими интересами. В. И. Ленин писал, что «источником противоречивых стремлений является различие в положении п условии жизни тех классов, на которые каждое общество распа д а е т с я » 2, что «именно то позорное экономическое поло жение, в котором находится пролетариат, неудержимо толкает его вперед и заставляет бороться за свое конеч ное освобождение» 3. Несмотря на определенные социальные завоевания современного пролетариа та, его реальное общественное положение в капиталистических странах по существу не изменилось. Подчиненное положение класса, лишепного собственности на средства производства и подвергающе гося растущей эксплуатации, со все большей глубиной противопоставляет пролетариат всей системе государ ственно-монополистического капитализма, и это объек- 1 Coser L. Conlinuites in the Study of Social Conflict, p. 30. 8 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 26, с. 58. 8Тамже,т.2,с.9. 46
тивное антагонистическое противоречие является ко ренной причиной обостряющегося основного социально го конфликта буржуазного общества. «Попытки снизить накал классовой борьбы путем кое-каких социальных реформ...— отмстил JI. И. Брежнев в Отчетном докладе ЦК КПСС XXVI съезду партии,— не имеют успеха. Число участников забастовок выросло за десятилетие более чем на треть, достигнув, только по официальным данным, четверти миллиарда человек» !. Разумеется, как изучение любой формы социального взаимодействия, исследование социальных конфликтов предполагает внимание к чунствепно-омоциоиалыюму и волевому компоненту. Но именно учет определяющего значения материальных условий жизни людей, объек тивного характера противоречий как основы социаль ных столкновений и позволяет правильно оценить в них роль субъективного фактора. Имея конечным источни ком определенное объективное противоречие, достигшее предельного состояния, конфликт возникает непосредст венно как результат осознания противоборствующими сторонами данного противоречия в отношении к их осо бенным интересам. Поэтому он всегда представляет со бой более или менее сознательное противоборство обще ственных сил, отдельных групп или лиц, имеющее целыо преодоление, разрешение (или же отстаивание, сохранение) лежащего в его основе объективного проти воречия. Раскрывая характер борьбы между антагонистиче скими классами буржуазного общества, припявшей форму социального конфликта, К. Маркс отмечал, что в такой борьбе «не может быть мира... Их материала ные интересы и потребности вызывают борьбу между ними не па жизнь, а на смерть. Одно должно победить, другое должно потерпеть поражение. Это — единствен но возможпое примирепие между ними» 2. В современ ных же буржуазных концепциях серьезные социальпые коллизии превращепы в своего рода средство улажива ния классово антагонистических противоречий, в ин струмент «социальной интеграции» капиталистического общества. К подобным взглядам представителей запад ной социологии приводит сама используемая ими мето дология социального анализа. Выхолащивание социаль- 1 Материалы XXVI съезда КПСС, с. 20. 3 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 6, с. 269, 47
но-экономической и классовой сущности антагонисти ческих противоречий неизбежно сопровождается иллю зорными представлениями об их общественной роли в условиях нынешнего капиталистического строя, как это можно видеть, в частности, на примере социологической концепции JI. Козера. 2. «Позитивная функциональность» социальных конфликтов как идеологическая иллюзия Сторонники структурного функционализ ма считают функциональным все то, что идет на пользу общественной системе, способствует ее стабилизации, приспособляемости к изменяющимся условиям. Конф ликтологи, которые, как уже отмечалось, многое заим ствовали у них, под функциональностью социальных коллизий понимают лишь те их последствия, которые служат увеличению взаимной адаптации индивидов и групп, совершенствованию общественных отношений на основе и в рамках существующего социального строя '. Исходя из такого понимания функционального, JI. Козер и постулирует целый ряд «позитивных функ ций» социального конфликта в западном обществе. Одной из них, по его мнению, является функция раз рядки напряженности между антагонистами. On ут верждает: «Социально контролируемый конфликт очи щает воздух, которым дышат его участники, и позволяет возобновлять их взаимоотношения». И далее: «Без воз можности выхода взаимной враждебности друг к другу члены группы могут чувствовать себя совершенно по давленными, обеспечивая же свободный выход чувствам вражды, конфликты служат поддержанию и сохране нию взаимоотношений» 2. С помощью концепций, трактующих конфликты как 1 Поэтому некоторые западные исследователи не без оспо нация считают Л. Копира сторонником и даж е «ведущим тоо ретиком» функционализма (Cole S. The Sociological Orientation: Introduction to Sociology, p. 223). 2 Coser L. The Functions of Social Conflict, p. 42, 47. К. Боулдинг также полагает, что забастовка «освобождает ра нее накопившиеся элементы напряженности по взаимоотноше пнях противоборствующих сторон и делает их способными во зобновить нормальные взаимоотношения» (Boulding К. Conflict .-'•к! Defence: A General Theory. N. Y., 1963, p. 217).
«выхлопные клапаны» и «отводыые капалы», буржуаз ные идеологи рисуют идеализированную картину за падного общества, в котором социальные коллизии не только-де не опасны, но и выполняют позитивные ф унк ции по сохранению и упрочению капиталистического строя. Хотя сам JI. Козер, как отмечалось, и пытается отмежеваться от психологизма, но его собственное обос нование разрядки напряженности между враждующими сторонами в целях их примирепия и конечной интегра ции в существующую социальную систему, как легко заметить, типично психологического свойства. Запад ные социологи, сводящие сущность конфликта к «со стоянию напряженности», «чувствам несовместимости» противников и т. д., естественно, не видят тою, что любая «психологическая разрядка» антагонистических противоречий никак не затрагивает истинных социаль но-экономических причин, которые постоянно воспроиз водят эти противоречия. В числе позитивных функций социального конфлик та JI. Козер называет также «коммуникативно-пнфор- мациопную» и «связующую». Здесь подразумевается то, что в ходе и в результате взаимных столкновений люди могут «проверять», лучше «узнавать» друг друга и вследствие этого «сближаться» в рамках какой-либо общности. Американский социолог ссылается при этом на психологию детских взаимоотношении. Но и о со циальном конфликте, по его мнению, также можно го ворить как о способе «сближения» противников посред ством подобного «зондирования» и «узнавания», так что ранее «враждебное взаимодействие часто приводит к дружественному» *. Однако можно, по-видимому, допу стить и обратное: дополнительная информация может пролить новый свет на несовместимость позиций, еще сильнее обнажить непримиримость интересов, что при водит враждующие стороны к дальнейшей взаимной конфронтации, а отнюдь не к сближению и примире нию, не говоря уже о «дружественном взаимодействии». Методологическое требование конкретного анализа конкретной ситуации особенно актуально для исследо вания общественных противоречий. Социальная при рода конфликта, коренные интересы участвующих в нем сторон имеют первостепенное значение для сужде ния о перспективах развития их взаимоотношений. Ни 1 Coser L The Functions of Social Conflict, p. 122. 4 JI. А. Нечшюренко 49
какая новая информация сторон друг о друге не будет служить их сближению, а тем более «интеграции», если в основе противоборства лежит антагонизм их основ ных интересов, как, папример, в классовых битвах, на ционально-освободительных движениях. У Козера же все «позитивные функции социального конфликта» сво дятся к достижению «социальной интеграции» враж дующих общественных сил в условиях капиталистиче ского строя. Функцию созидания и структурирования обществен ных образований, выполняемую социальным конфлик том, американский социолог стремится показать в раз личных аспектах. Он утверждает, например, что проти воборство как с внешним, так и с внутренним врагом помогает поддерживать сплоченность группы. По скольку продолжительный конфликт оказывается функ ционально полезным условием вы ж ивания группы, его выгодно постоянно провоцировать. «Исчезновение пер воначальных врагов,— пишет JI. Козер,— ведет к по иску новых, чтобы группа могла быть все время в состоянии конфликта. Посредством этого и поддержи вается структура, которая оказалась бы в опасности, если бы больше не было врага» '. Интегрирующую роль играет, по его мнению, и борьба против внутренних врагов — всякого рода «отступников», «раскольников>> и т. д., ибо она способствует осознанию членами группы своих общих интересов и объединению усилий по само обороне, в результате чего онять-таки повышается спло ченность группы. Помимо неопределенности самого понятия «группа» в концепции J1. Козера совершенно уцускается из виду ее связь с существующим общественным строем. Поня тие интегрирующего «социального конфликта» та к же предельно абстрактно, вследствие чего остается в тепи его подлинная общественная природа и специф ический вид. К тому же психосоциологический подход амери канского социолога способствует непозволительному распространению характеристик межличностного и межгруппового конфликта на социально-политическую борьбу. При подобном механическом переходе с микро- социального уровня апализа конфликтных процессов на уровень анализа взаимодействия макросистем, борь бы между классами, нациями, государствами и т. д. 1 Coset L. The Functions of Social Conflict, p. 105. 50
отдельные интересные мысли J1. Козера по поводу функций общественных коллизий по существу утрачи вают свою значительность. Необходимая в научном исследовании формализа ция допустима лишь в определенных пределах. Должен быть также оговорен ряд ограничений, касающихся важнейших содержательных характеристик исследуе мого объекта (в данном случае — социального конф ликта), например его сущность, особеппый тип и мас штабы, связь с общественным строем, политикой и т. д. Вне указанных ограничений формализация приводит лишь к тощим абстракциям. Говоря о «позитивных функциях» социальных кол лизий, J1. Козер подчеркивает также значение послед них как стимуляторов и движущей силы социальных изменений. «Конфликт внутри групп и между ними... может помешать оскудению и расстройству творческих сил общественных порядков и... отношений,— пишет он.— Конфликт не только порождает новые нормы, но вые институты, он, можно сказать, является стимуля тором в экономическом и технологическом царствах... Группы или системы, которым не брошен вызов, более не способны к творческой реакция» '. В подтверждение своих мыслей JL Козер ссылается на Ж. Сореля н Д. Дьюи, но обходит молчанием К. Маркса, диалектический материализм с его учением о противоречиях как источнике развития, двигателе со циально-исторического прогресса. Однако «столкновение ценностей и интересов», о котором JI. Козер говорит как о сущности конфликтов, представляет собой в действи тельности столкновение буржуазных ценностей и инте ресов, и поэтому их «конфликт» не выходит за рамки буржуазного общества. Согласно JI. Козеру с его по существу структурно-функционалистским методом ана лиза, коллизии служат в конечном счете перманент ному «уравновешиванию» и «стабилизации» сущест вующей социальной системы. Остановимся на некоторых аргументах, приводимых J1. Козером в обоснование «позитивной функциональ ности» социального конфликта, тем бодее что они весьма наглядно демонстрируют общий теоретический уровень трудов буржуазных ученых в данной области « Coser L. Social Conflict and Theory of Social Change.— In: Kelly G., Brown C. (eds.) . Struggles in the State. N. Y., 1&70, p. 55, 58. 54
социологических исследований. Так, необходимое усло вие реализации «позитивной функциональности» кол лизий он усматривает в наличии отношений «функцио нальной взаимозависимости» между членами группы, самими группами, членами данного общества в целом, так что, чем выше степень этой взаимозависимости, тем успешнее они противодействуют социальным расколам и столкновениям. Однако еще Г. Зиммель утверждал обратное: чем прочнее и многостороннее социальная сцепленность, тем больше вероятность возпикповепия взаимных столкновений и выше их острота. Правда, абстрактный характер этого утверждения с не меньшей логичностью допускает и противоположное заключение: чем прочнее и многостороннее социальная сплоченность людей, тем, видимо, больше возможностей достичь гар моничного сочетания как интересов отдельных индиви дов, так и личных интересов с общественными. Двусмысленность утверждения немецкого социолога, конечно, не случайна. Б нем совершенно не затраги вается вопрос о фактической основе социальных струк тур, необходимо определяющей саму их сущность, сам характер социальной «взаимозависимости» и «сплочен ности». Между тем именпо от социально-экономической и классовой подоплеки общественных взаимоотноше ний, а отнюдь не от каких-то формальных признаков прежде всего зависит интенсивность и острота социаль ных антагонизмов. Используя высказанную Г. Зиммелем идею о пря мой зависимости интенсивности коллизий от степени взаимозависимости интересов людей, J1. Козер пытается гак «переформулировать» ее, чтобы она в общем отве чала установкам структурного функционализма. Как известно, его сторонники полагают, что уже само по себе «функциональное» разделение труда в обществе должно обеспечить «единодушие» его членов, их со циальную спаянпость и общественную «интеграцию» па основе ценностей, господствующих в условиях ка пи тализма. Но напрашивается вопрос: как все-таки быть, если люди, социальные группы да и целые государства, со стоящие в определенных отношениях взаимозависимо сти, вместе с тем находятся па взаимопротивоположных социально-экономических и идейно-политических пози циях, имеют антагонистические интересы и цели? JI. Козер выдвигает различие «между конфликтом и 52
антагонистическими отношениям», возникающими из соотносительных позиций лиц или групп внутри со циальной структуры. Роли рабочих и управляющих в капиталистическом обществе, интересы труда и управ ления, можно сказать, антагонистичны. Тем де менее конфликт между ними может только случайно харак теризовать их взаимоотношения. Подобным же образом в международном плане отдельные государства, имея противоположные интересы, вступают во взаимные кон фронтации только в определенные периоды» '. Но если все же, как это прямо призпает JI. Козер, острые столкновения между различными классами и го сударствами «периодически» происходят, то в чем их причина? Ссылаясь на так называемый «зиммелевский парадокс» 2, он усматривает ее прежде всего в неосве домленности соперников относительно действительной силы друг друга и реальных шансов на победу в воз можном поединке. В связи с довольно широким упо треблением названного «парадокса» в социологических кругах Запада и опасными для дела всеобщего мира выводами, к которым он может логически вести, есть смысл несколько подробнее остановиться на этом во просе. Иногда «зиммелевский парадокс» оправдывают тем, что коллизии в отличие от прочих форм социального взаимодействия всегда сопровождаются противоборст вом сил и что трудно оценить относительную мощь противников до того, как это противоборство произойдет на практике. Так, профессор социологии Мельбурнского университета Дж. Блейни считает войну широко при знанным способом» взаимной проверки и одновременно «мерой соотношения сил». «По иронии судьбы,— пишет он,— самой точной формулой измерения силы является результат войны. До тех пор, пока война представляет ценность с этой точки зрения, поиски более гуманного и действенного пути для измерения соотношения сил будут, видимо, бесплодными»3. Идея «зиммелевского 1 Coser L. The Functions of Social Conflict, p. 128. J Имеется в виду следующее изречение немецкого социо лога: «Наиболее эффективное средство сдерживания конфликта заключается в выяснении сравнительной силы сторон, которое возможно чаще всего только посредством самого фактического конфликта* (цит. по: Coser L. The Functions of Social Conflict, 1». 128). * Blciney /. The Causes of War. L., 1973, p. 148. 53
парадокса» повторяется и в рассуждениях других ав торов. Очевидно, что подобная переоценка фактора силы в развитии кризисных ситуаций освящает ее реальное применение. Если сравнительна я сила сторон неизвест на прежде, чем опа проявится в процессе противобор ства, то выходит, что оно вовсе пе выполняет приписы ваемой ему роли «наиболее эффективного средства сдерживания», [буржуазные идеологи и политики иног да пытаются приписывать конфликту значение «важ- пого балансирующего механизма» в жизии общества. Но сама жизнь убеждает в обратном. Так, применение силы в международных конфликтах лишь усугубляет их, приводит к взрывоопасным ситуациям, а нередко и к войнам. Вместе с тем исторический опыт и реальность наших дней выявляют совершенно иные, по-настоящему дей ственные средства предотвращения, сдерживания и уре гулирования международных конфликтов, состоящие отнюдь не в демонстрации «соотносительной силы» про тивоборствующих сторон. Как отмечалось на XXV съез де КПСС, «потребовались большие усилия, чтобы люди — и особенно те, кто руководит политикой госу дарств,— стали иривыкать к мысли, что естественным делом является но балапсировапие па грани войны, а переговоры по спорным вопросам, пе конфронтация, а мирное сотрудничество» *. Немало кризисных ситуации и вооруженных столк новений в различных райопах планеты было предотвра щено благодари настойчивым поискам конструктивных решений спорных вопросов. Г> атом огромная заслуга прежде всего миролюбивой г.пешней политики социа листических держав, а также рабочего и демократи ческого движения и странах капитала. Важиымн факторами укрепления мира является система соответ ствующих международных договоров и взаимных обя зательств, принятых иа себя государствами, широкое развитие между ними различпых форм взаимовыгод ного сотрудничества: торговли, производственной коопе рации, научно-технических связей, культурного обмена. Практическая реализация повых крупных мирпых ини циатив, с которыми выступил XXVI съезд пашей пар тии, так же способствовала бы уменьшению угрозы 1 Материалы XXV съезда КПСС. М., 197С, с. 1G.
ядерпой войны, сохранению мира на земле. «Не подго товка к войне,— подчеркнул в Отчетном докладе съезду JI. И. Брежнев,— обрекающая народы на бессмыслен ную растрату своих материальных и духовных богатств, а упрочение мира — вот путеводная нить в завтрашний день» '. «Парадокс Зиммеля» и особенно идеологическое со держание копцепцнй его нынешних последователей на За надо отражают реальную внешнеполитическую прак тику империалистических государств, не раз пускав шихся в опасные международные аваптюры с целыо «опробования» соотношения сил. В этой связи доста точно отметить нагнетание напряженности противни ками разрядки, подхлестывание ими гонки вооружений, которая может вступить в новый опасный этап. Но мнению J1. Козера, этот парадокс «содержат в себе элементы, имеющие огромное значение для теории конфликта ». Он подразумевает при этом одну его «по зитивную функцию») — функцию показателя соотноше ния сил соперников. Американский социолог утверж дает: «Если сила противников может быть оцеиепа до наступления фактического конфликта, антагонистиче ские интересы могут быть урегулированы бесконфликт ным образом. Но там, где нет никаких средств для ее предварительного измерения, там только действитель на я борьба позволит обрести точное знание сравнитель ной силы сторон» 2. С помощью подобного приема прин ципиальный вопрос о коренных причипах социальных столкновений подменяется совсем другой проблемой — проблемой измерения соотношения сил противостоящих сторон. Известно, что осповной смысл разряд ке междуна родной напряженности заключается в том, чтобы вс- ключ ить вмешательство во внутренние дела государств, применение силы или угрозы силой в межгосудар ственных отношениях и спорах. Однако разрядка пи в коей мере не означает замораживание или отмену объективных процессов и законов исторического раз вития. Она отнюдь не устраняет существующего клас сового антагонизма внутри капиталистических стран, между стремлением народов к независимости и инте ресами мирового империализма, между двумя общест- 1 Материалы XXVI съезда КПСС, с. 31. • C o s e r L . The Functions о! Social Conflict, p. 428. 56
венными системами, не снижает их идеологического противоборства. Несостоятельность представления о «позитивных функциях» социального конфликта как способа опре деления соотношения сил антагонистов очевидна и для самой практики классовой борьбы. Ведь забастовки происходят вне зависимости от соотношения сил (и знания о нем), которое в странах капитала всегда в пользу буржуазии, опирающейся па всю мощь своего классового государства. Тем не менее пролетариат смело и решительно вступает в забастовочную или иную классовую борьбу и добивается успеха. Ставя возникновение конфликта в зависимость от возможности пли невозможности определить соотно шение сил помимо него, JI. Козер фактически сводит к случайности классовую борьбу, войиы между госу дарствами, национально-освободительные революции и вообще социальный конфликт как таковой. Получает ся, что социальный конфликт можно предотвратить или даже совсем исключить из жизни современного обще ства, если поставить на должный уровень специальную службу информации, которая регулярно п своевремен но уведомляла бы соперников о «соотносительной си ле» каждого из них. Перед нами типичная социальная утопия: при помощи рационализированной системы управления (службы информации, контроля, регулиро вания) предупреждать и в конечном счете ликвидиро вать коллизии в капиталистическом обществе. И это при полном сохранении антагонистических противоре чий в нем! Еще одну позитивную функцию для стабилизации современного капиталистического строя, якобы выпол няемую социальным конфликтом, Л . Козер пытается обосновать ссылкой на такую черту общественной жиз ни, как одновременная принадлежность индивида сра му к нескольким разным организациям, например к производственному коллективу, профсоюзу, политиче ской партии, спортивному клубу и т. д. Отсюда он де лает вывод о соответствующем «рассредоточении» ж и з ненных интересов личности и о многообразии ее инте ресов и «полей сражений». Несомненная тенденциозность подобных выводов об наруживается со всей очевидностью, когда буржуаз ный социолог с их помощью стремится подвести чи тателя к мысли об «относительном отсутствии классо- 56
вой борьбы в США» *. Он пытается также с их помощью доказать «функциональную полезность» многообразия социальных коллизий в противоположность марксист скому представлению о классовом конфликте между пролетариатом и буржуазией, раскалывающем все об щество на два враждебных лагеря. Острые социальные противоречия капитализма JI. Козер изображает даже как факторы его устойчивого равновесия и прочности. Он утверждает: «Общество, которое находится под гос подством дюжины конфроптацпй по линиям, идущим в различном направлении, может быть в мепыпей опас ности оказаться разорвапиым насилием или распасть ся на куски, чем в случае единого раскола по единст венно# линии. Ибо каждое новое расхождение содей ствует сужепшо неблагоприятных трещин, так что можно сказать, что общество постоянпо сшивается во едино его внутренними конфликтами» 2. Антагонистические противоречия составляют суще ство капиталистического общественного строя, а его ос новное противоречие — неизбежное условие существо вания капиталистической формацпи. Поэтому вместе с преодолением ее противоречии исчезнет и сама данная общественная формация. Этот объективный факт, по- видимому, и находит своеобразное преломление в кон ц е п ц и и J1. Комера, идеализирующей социальные анта гонизмы капиталистического строя, в его попытка^ обосновать их позитивную функциональность». В оп ределенной мере, очевидно, к западному конфликтоло гу применима марксова характеристика мелкого бур жуа, который «обожествляет противоречие, потому чго противоречие есть основа его существа. Он сам — не что иное как воплощенное общественное противоречие. Он должен оправдать в теории то, чем он является пр практике...»3. В представлении буржуазного социолога все оказывается переверпутым с пог на голову: соци альные противоречия и конфликты, классовая борьба во всем ее многообразии не ведут к гибели капиталистиче ского общества, а, напротив, «сшивают его воедино», являются факторами его жизненности и стабилизации. Апология капитализма посредством оправдания его антагонизмов покажетс я еще менее парадоксальпым приемом, если иметь п виду понимание социального ' Coser L. The Functions of Social Conflict, p. 77. a Ibid., p. 76. 8 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 27, с. 412. Г>7
конфликта буржуазными социологами. Так, понятно социального конфликта у JI. Козера ограничено его «по зитивно-функциональным» содержанием по отношению к существующей, то есть капиталистической, системе. Вне этого аспекта конфликт объявляется «переалисти- ческим» и решительно отвергается. В связи с этим спе циального рассмотрения заслуживает типология и клас сиф икация коллизии в современной западной социоло гии. 3. О буржуазной типологии и классификации конфликтов Вопрос типологии и классификации — одип из узловых вопросов в западной социологии. Его актуальность обусловлена потребностью контролиро вать н регулировать общественные конфликты. Это об стоятельство и определяет идейно-политическую ориен тацию создаваемых классифнкационпых схем. Следует заметить, что классификации, представлен ные в буржуазной социологической литературе, не все гда достаточно обоснованы, а у их авторов пет единст ва даже в определении критериев выделепия разнород ных коллизий в особые типы. Например, предлагается классифицировать конфликты в зависимости от приме нения или пеприменсипя в них насилия, степени и остроты их интенсивности, состава и количества сторон, участвующих в противоборстве, от сферы его проявле ния в жизни общества и т. д. Вместе с тем перед бур жуазным социологом стоит задача конструировать модель совершенно определенного типа социального копфликта, а именно такого его типа, который впи сывался бы в общий порядок «нормального» функцио нирования системы государственно-монополистическо го капитализма. Разумеется, такое конструирование может быть успешным лпшь до тех иор, пока их авторы оперируют темн реально существующими в условиях современного западпого общества формами классовой борьбы, которые не затрагивают коренпых устоев этого общества, укладываются в систему его защит ных механизмов. При этом, естественно, предполага ется, что сконструированная модель призвана слу жить своеобразным эталоном приемлемого социально го копфликта, а все прочие его типы, представляющие No
потенциальную угрозу существующему строю, подле ж а т решительному осуждению. Таковы, собственно, объективные основапия и идейно-политические моти вы, которые предопределяют главный принцип п конеч ную цель буржуазной типологии и классификации кол лизий. JI. Козер, по крайней мере внешне, не склонен об лажать пдейпую подоплеку своей классификации. Ее разработку он мотивирует соображениями сугубо тео ретического порядка, в частности необходимостью «уточнить» зиммелевское понятие конфликта как функ ционального феномена общества. Оказываетс я, далеко не всякий конфликт может быть таковым. «Зиммелю,— пишет JI. Козер,— не удалось провести различие меж ду теми столкновениями, которые затрагивают саму основу общественных взаимоотношений, н теми, кото рые касаются менее центральных вопросов. Коллизии, возникающие внутри каких-то рамок согласия, вероят но, должпы иметь весьма отличающийся импульс на взаимоотношения по сравнению с темп коллизиями, что ставя т под вопрос согласие по основпым ценностям» '. Здесь очевидно стремление JI. Козера провести раз личие между социальными конфликтами, возникающи ми из антагонистических отношений капиталистическое го общества, и конфликтами па почве неантагонистиче ских противоречий, при наличии некоторой общпости интересов противоборствующих стороп. Включая попя тив конфликта в «равповесно-пптеграциоппую» модель общества, он подразумевает в качестве приемлемого отпюдь не любой его тип, а только тот, который характе ризуется, во-первых, тем, что, противостоящие индиви ды или группы разделяют фундаментальные прянцншл существующей социальной системы, и, во-вторых, тем, что конфликт способствует пе разрушению, а укрепле нию данной системы: «Конфликты, „которые не а та ку ют базпспый консенсус и действительно осуществляют ся па самой его основе, вероятно, должны вести к при способлению различпых сторон друг к другу, содей ствовать более тесной интеграции общества. Напротив, конфликты, которые паправлены против принятых принципов коллективного существования, диссоциируют и раскалывают общество на враждующие лагеря» 2. • Coser L. The Functions of Social Conflict, p. 73. 3 Coser L. Conflict: Social Aspects, p.. 233* 59
В этом разделении конфликтов на столкновения со «основным» и «неосновным» вопросам, а также в оцен ке первых как недопустимых, а вторых как допусти мых, находят свое отражение определенные социально- политические реалии современного западного обще ства. Так, известно, что некоторые виды трудовых конфликтов обычно «нормально» регулируются и раз решаются в процессе взаимоотношений представителей профсоюзов и корпораций в рамках каких-то правил и процедур. Но является ли подобная практика взаимо отношении труда и капитала выражением общности коренных классовых интересов пролетариата и буржу азии, фактором, который обеспечивает капиталистиче скому обществу действительное разрешение всех ею социальных антагонизмов, устраняет классовую борь бу и историческую неизбежность социалистической ре волюции, а в итоге гарантирует его конечную стабили зацию и выживание как социальной системы? Видимо, на этот счет у буржуазных социологов существуют свои иллюзии. Они не замечают или преуменьшают значение иных социально-политических явлений западного об щества, таких, как усугубляющиеся социально-эконо мические трудности, неуклонный подъем и обостренно классовой борьбы трудящихся, имеющей четко выра женную антимонополистическую, антикаииталистиче- скую направленность. Итак, социальный конфликт, который «рвет на ча сти» существующий общественный строй, не ведет к ин теграции буржуазного общества, поскольку осуществ ляется людьми, находящимися на противоположных социально-экономических и идеологических позициях, J1. Козер оставляет за бортом «интеграционной» модели общества. Таким образом, хотя американский социолог крити кует структурный функционализм за пренебрежение социальными коллизиями, тем ие менее он далек от по нимания подлинного значения этого фепомена. J1. Козер действительно сделал понятие социального конфликта вполне приемлемым для структурпого функционализ ма. Оно стало точно соответствовать фундаментально му положению «равновесно-интеграционной» модели, принципу «согласия», или «едиподушия», в отношении основных ценностей социальной системы. «Позитивно- функциопальный» конфликт оказывается лишь спосо- Сом пермаиентной регуляции «равновесия» социальной 60
системы и тем самым ее приспособления, «стабилиза ции», «консервации» и «выживания», как того и тре бует структурный функционализм. Таков же смысл и предлагаемого JI. Козером деле ния конфликтов на «реалистические» и «нереалистиче ские». К последним он относит те коллизии, которые движутся только враждебными чувствами их участни ков, стремящихс я к «непрактичным» целям. Подобные коллизии он называет «социальным конфликтом марк систского тппа» и противопоставляет ему «реалистиче ский» тип. По его мнению, «антагонистические действия со стороны рабочих против управляющих или наоборот, можно сказать, будут реалистическими, пока они яв ляются средством достижения результатов (более вы сокий статус, более высокая степень власти, экономи ческие выгоды). Если целью труда и управления явля ется достижение подобных результатов, а не просто распространение вражды, то наступление конфликта менее вероятно, так как альтернативные средства могут помочь достичь тех же целей» '. Иными словами, в основе разделения коллизий на «реалистические» и «нереалистические» леж ит различие между борьбой как средством достижения определен ных практических выгод и «борьбой tfaK самоцелью». Поэтому, несмотря на признание «позитивно-функцио нальной» роли «реалистических» конфликтов, по J1. Ко- зеру получается, что даже им в принципе лучше было бы не возникать, коль скоро можно выявить иные, со вершенно бесконфликтные пути обеспечения жизнен ных интересов отдельных лиц и социальных групп. От сюда может следовать лишь призыв к трудящимся отка заться от забастовок и других методов защиты своих пасущных интересов, ограничившись «мирными» не* реговорами с предпринимателями и прочими формами «делового», «взаимовыгодного сотрудничества». Перед пами еще одип «аргумент» буржуазного конфликтолога в пользу утверждения чисто случайной природы соци альных коллизий при капитализме. Иногда, и в общем справедливо, в делении общест венных коллизий на «реалистические» и «нереалисти ческие» усматривают направленность против психоло- гизаторских трактовок, свойственных, например, «ин дустриальным социологам» школы «человеческих отно- 1 Совет L. The Functions of Social Conflict, p. 50. Gt
шений». Они, по словам JI. Позера, видят причину эко номических столкновений в «чувствах и эмоциях, иска жающих взаимоотношения стороп, а не в природе этих взаимоотношений», «в центре их внимания не источни ки фрустраций, а действие на человека» Однако, не смотря на намерение искать источник конфликтов в «прпроде взаимоотношений», собственная классифика ция коллизий американского социолога имеет откро венно апологетический характер. Впрочем, это отмеча ют и сами западные исследователи. Так, редакторы опубликованного в США в 1974 году сборника «Теорни и парадигмы в современной социологии» прямо указы вают на идеологический подтекст противопоставления «реалистического» конфликта «нереалистическому», с которым «главпым образом имеет дело... Маркс» 2. При этом оии резопно замечают, что «реалистический» кон фликт ничем в сущности не отличается от обычпой кон куренции, осуществляющейся по известным согласован ным правилам и на базе общего ценностного консен суса. По выражению американского социолога Б. Стерн- шера, это «копфлпкт в рамках единодушия» 3. «Нереалистические конфликты» вызывают у буржу азных социологов понятную озабоченность, как особо опасные для существования капиталистической систе мы. Усматривая главный их источник в чувствах враж ды и ненависти, которые захватывают людей, J1. Ко зер в поисках факторов, свидетельствующих о том, что подобные чувства берут верх над «рационализмом» и «рассудочностью» индивидов, обращается к исследова нию общественной роли идеологии. Он правильно отмечает прямую зависимость интен сивности социального конфликта от присутствия в его структуре идеологического элемента: «Конфликты, в которых их участники сознают, что являются предста вителями определенных коллективов и групп, борющи мися пе просто ради себя лично, по исключительно за общие идеалы, вероятно, будут более радикальными и безжалостными, чем те столкновения, которые происхо дят из-за личных целей. Устранение личного элемента ведет к тому, что противоборство становится острее... 1 Coser L. George Simmel. Glencoe, 1965, p. 177. * Denisoff R., Callahan 0., Levine M. (eds.). Theories and Paradigms in the Contemporary Sociology. Lilinois, 1974, p. 301. 8 Sternsher B. Consensus, Conflict and American Historians. Bloomington, Indian a University Press, 1975, p. 358. 62
Современное марксистское рабочее движение иллюстри рует собой результаты идеологизированного конфлик та» Одпако, фактически признавая революционизи рующее значение марксизма-ленинизма для пролетар ского движения, буржуазный конфликтолог вместе с тем стремится «доказать» отрицательные последствия для рабочих «идеологизации» их классовой борьбы. Идеология, по мысли американского социолога, обезли чивает социальный конфликт, делает его невыгодным для личных интересов его участников, «нереалистиче ским». Обвиняя марксистов в том, что опп «превращают борьбу интересов в борьбу идей», J1. Козер исходит из обычпого буржуазно-реформистского противопоставле ния непосредственно «личных», «практических» инте ресов трудящихся их общеклассовым интересам. Он, по нятно, далек от того, чтобы объективно, беспристрастно разобраться в теории научного социализма, являющейся идеологическим выражением высших интересов проле тариата. Что же касается резко отрицательного отноше ния JI. Козера к идеологии как стимулятору «нереали стических» конфликтов, то его аргументация представ ляет собой лишь одну из многочисленных попыток бур жуазных теоретиков «обосновать» пресловутую доктри ну «цеидеологизации», направленную на идейное разо ружение борьбы пародов против империализма и реак ции, за демократию и социальный прогресс. Итак, концепция J1. Козера в общем и целом пс про тивостоит структурпому функционализму, она в прин ципе приемлема для его «равновесно-интеграционной» модели в целях хотя бы некоторого ослабления ее слиш ком откровенной статичности и консерватизма, повы шения ее внимания к динамике, противоречиям и кол лизиям общественной жизни. В этой роли понятие со циального конфликта фактически мало что меняет в структурно-функцпоналистской теории. «Позитивные функции» конфликта сводятся к перманентному восста новлению «равновесия» и «интеграции» социальной си стемы, что ведет в конечном счете к тому же самому ее «окостенению», предотвращению которого и призван был служить конфликт в концепции Л. Козера. В итоге вместо того, чтобы быть действительно «позитивным* и «функциональным» по своей общественной роли, кон- 1 Coser L. The F unctions of Social Conflict, p. 116. 63
фликт оказывается негативным и дисфункциональным фактором социальной системы в целом. Это противо речие в общем сводит па пет усилия J1. Козера по совершенствованию структурпо-функцпоиалыюго апа- лиза. Вместе с тем его работы, несомнеино, способствова ли заметному оживлению теоретического интереса в за падной социологии к социальным конфликтам, что вы разилось, в частности, в появлепии публикаций в духе концепции «позитпвно-функцнональпого» конфликта. Так, в неоднократно переиздававшейся работе извест ного американского социолога И. Горовица «Согласно, конфликт и сотрудничество» отвергается традиционное противопоставление этих феноменов и обосновывается их взаимосвязь с буржуазно-реформистским лозунгом классового сотрудничества. Конфликтологический вариант буржуазпых теорий социального изменения не без основания представляет ся отдельным социологам и более корректным отраже нием классовых отношений капиталистического обще ства, и более выигрышным в идеологическом илапо по сравнению с «консенсуспым» подходом. В этой связи И. Горовиц замечает: «Ставить конфликт за рамки со циальной структуры или, идя дальше, считать его не избежно деструктивным в обществеппом организме — значит со всей определенностью признавать, что об щество может изменяться посредством исключительно апокалиптических и стихийпых методов» Бесконфликтная модель буржуазного общества, ко торая игнорирует значение социальных коллизий, по мнению западных теоретиков, разделяющих точку зре ния II. Горовица, пе только упускает из виду этот об ширный н важный источник общественных изменений, по и подразумевает их сугубо негативную теоретиче скую оценку. Подобная методологическая позиция — и в этом один из главных источников их озабоченности — толI,ко способствует росту влияния марксистской кон цепции социальных конфликтов, утверждающей необ ходимость революционного преобразования капитали стического общества. На первый взгляд может показаться, что когда II. Горовиц заявляет, что «структура вполне может * Smith С. (cd ). Conflict Hesolution; Contributions of Beha vioral Sciences, p. 09. O'*
рассматриваться как динамическое равповесие дисгар монических компонентов и поэтому подвержена беско нечному изменении»» ', то он высказывает прямо проти воположный функционализму взгляд на общество и общественные изменения. Но если классический функ ционализм исходит из понимания равповесня как след ствия принятия людьми общих цепностей, то «кон фликтная модель» общества в вышеизложенной интер претации, очевидно, мало отличается от него: противо борствующие стороны в конечном счете поддерживают равновесно и стабильность существующих обществен ных порядков, ибо разделяют господствующие ценно сти буржуазного общества. Естественно, что при такой трактовке социального конфликта допускается возмож ность осуществления бесконечного множества социаль ных изменений, в рамках данпбго, то есть капитали стического, общества, что опять-таки вполне укладыва ется в обычные буржуазпо-реформпстскпе представ ления. Все зто красноречиво свидетельствует об апологе- тнчностн концепций «конфликта в рамках консенсу са». Даже западные исследователи *признают типично телеологической трактовку социальных конфликтов как якобы заранее предопределенных потребностью обще ственной системы поддерживать себя в неизменном состояпнп2. Главный же порок «позитивно-функцио нальных» концепций социальных конфликтов состоит в том, что они искажают истинную прпроду конфлик тов и их обществеппо-нсторпческое значение. В резуль тате антагоппзмы капиталистической системы рассмат риваются как призвапные выполнять несвойственную им роль по осуществлению «интеграции» и «стабилиза ции» этой системы. Но данная иллюзия лишь выражает стремлеппе выдать желаемое за действительное и пред ставляет собой очередпой вариант социальных утопий, которые так типичны для современной буржуазной пдеологни. Идеологическая направленность п, в особенности, родство подобных концепций структурно-функциональ ной теории столь очевидны, что они навлекают на себя 1 Smith С. (ed.). Conflict Resolution: Contributions of Beha vioral Sciences, p. 69. * Turner 1. The Structure of Sociological Theory, p. 119. 5 JI. А. Печипоренко 65
критику со сторопы тех западных социологов, которые занимают более радикальные позиции по отношению к пазванной теории. Однако, в свою очередь, они огра ничиваются тем, что выдвигают собственные варианты ее совершенствования с помощью концепций социаль ного конфликта. К числу папболее популярных концеп ций такого рода относится социологическая теория Р. Дарепдорфа.
Глава III ПОДЛИННЫЙ СМЫСЛ «КОНФЛИКТНОЙ МОДЕЛИ ОБЩЕСТВА» 1. Конфликтологическая концепция классов, или новейший вариант социальной стратификации Ральф Дарепдорф — один из активных пропагандистов концепции <•посткапиталистического» и «индустриального общества'), признанный критик и реформатор структурно-функционального анализа. Но особую популярность Р. Дарендорфу принесла его теория социального конфликта. Дело здесь не столько в разработке этой проблемы, сколько в отчетливой идейно-политической направлен ности дарепдорфовской теории, в ярко выраженном стремлении автора практически применить ее к клас совым отношениям современного капиталистического мира. Вместе с тем частые обращения к Марксу, от крытое заигрывание с великим революционным уче нием наряду с его фальсификацией дают повод пред ставлять теорию Р. Дарендорфа как некую «неомарк систскую» версию «социологии конфликта», утверж дать, будто оп «использовал» и даже «улучшил», «развил» применительно к современным условиям тео рию классов и классовой борьбы. В действительности же дарендорфовская концепция являет собой образчик типично буржуазной ревизии марксизма. Первая книга Р. Дарендорфа «Классы и классовый конфликт в индустриальном обществе» — вышла в свет в то время, когда в западной социологии господствовал структурный функционализм. В противоположность рассуждениям его представителей о всеобщей социаль ной гармонии и «аномальности» коллизий, их «благо душному консерватизму», допускающему лишь вре- 67
меиные «давления и напряжения» в общественном ор ганизме, западногерманский социолог настойчиво до казывал всеобщий и вечный характер социальных антагонизмов, их закономерность, неизбежность и не преодолимость. В последующих работах он пе раз подчеркивал антпфупкцпопалпстскую направлен поен» своей теории: «Л набросал эскиз конфликтной модели общества... очень кратко, но надеюсь, что в нем доста точно видна существенная разница между равновес ной моделью общества и конфликтной моделью» '. 1*. Дарепдорф и некоторые западные исследователи, например Р. Аппельбаум, следующим образом расце нивают упомянутые модели. «Равиовеспо-пптс! рационная» модель общества ис ходит из того, что: любое общество представляет собой относительно устойчивую конфигурацию элементов; любое общество есть хорошо интегрированная кон фигурация элементов; каждый элемент общества способствует его ф унк ционированию; любое1 общество опирается па единодушие своих членов. По сравнению с згой моделью, утверждает Р. Ап пел ьбаум, «конфликт пая модель общества» занимает совершенно прот иноположпые позиции: любое общество подвержено в каждый момент из менению, социальные изменения вездесущи; любое общество испытывает в каждый момент со циальный конфликт, социальный конфликт вездесущ; каждый элемент общества способствует его изме нению: любое общество опирается па принуждение неко торых его членов другими2. Итак, выдвинутая Р. Дарепдорфом «конфликтная ориентация», но господствующему в западной лию ра- туре мнению, находится в резкой конфронтации с «пн- теграционпстской ориептацией» структурного ф унк ционализма. Однако критический анализ обнаруживает, ч го эти «теории-крайности», «ориентации-антиподы» в 1 Dnhrc ndorj U. Ks^avs in the Theory of Society. Standford, l%8. p. VH. 2 /1i>[)clhtiii m R. Theories of Change. Chicago, 1970, p. 94; гм. также: Apler D. Introduction to Political Analysis. Cambridge, Г.177, p. iU8. G8
своей сущности сходятся. «Конфликтная модель обще ства» оказывается лишь подправленным (правда, более радикально, чем в концепции JI. Козера) вариаптом «равновесно-нитеграционной» модели функционалн- <сов. В атом нетрудно убедиться, если рассмотреть хотя бы в общих чертах ключевые понятия и положения социологической модели Р. Дарендорфа. Поскольку он разрабатывает свою модель в проти вовес некоторым постулатам структурно-функциона листской теории, то действительно может показаться, что его главная забота состоит в том, чтобы соединить интеграционную идею этой теории с идеей конфликта. Па самом деле реконструкция функционализма и соз дание «конфликтной модели общества» выдвигаются как вполне очевидная альтернатива историческому ма териализму, учению о классах, классовой борьбе и со циалистической революции. По мнению Р. Дарендорфа, марксистская теория классовой борьбы 'бессильна объяснить»» типичные для современного кл ни iализма коллизии ('вою основ ную цель он видит в том, чтобы «заново поставить проблему социального конфликта, дать ее социологи ческий анализ и представить некоторые элементы ре шения данной проблемы» 2. Вместе с тем в более ши роком плане «конфликтная модель общества» пред ставляет собой одни из новейших вариантов буржуаз ия х теорий социальной стратификации и социальных изменений, претендующий на создание динамичной картины общественной жизни посредством некоторой имитации диалектики социальных процессов. Основные положения «модели» ка жутся в общем реалистичными. Во-первых, Р. Дарендорф констати рует классовый характер социальной структуры совре менного капиталистического общества, его деление на противоположные и даже антагонистические по своему положению и интересам классы. Во-вторых, он делает отсюда вывод, что классовый конфликт есть законо мерный продукт социально-классовой структуры, и рас сматривает его в качестве движущей силы, «мотора» или «генератора» общественных изменений. В -третьих, он считает изменения неотъемлемым и всеобщим свой ством социальных структур. 1 Dahrendorf R. Class and Class Conflict in Indu strial So ciety. Standford, 1965, p. 60—61, 128. 2 Ibid., p. 27. 69
Следует сразу же заметить, что некоторая реали стичность исходных положений концепции Р. Дарен- дорфа имеет своим источником марксистскую теорию, чего он в общем-то и не скрывает. Однако это заимст вование осуществляется лишь в той мере, в какой оно позволяет «исправить» наиболее уязвимые места теорпп структурного функционализма. Р. Дарендорф отвергает понятия страт и слоев и отдает предпочтение марксистской категории класса и «классовой модели деления общества». Однако, при знав на словах «плодотворный эвристический принцип» марксистской концепции класса и классового конф ликта, он тут же решительно высказывается как раз против того, что составляет ее паучно-материалистиче- ское содержание. Главное, что не устраивает Р. Дарепдорфа в марк систском понятии класса,— это представление о де терминации класса его экономическим положением, представление о том, что отношение к средствам про изводства есть основной классообразующпй признак. Свою позицию он пытается аргументировать с помощью широко распространенного в буржуазно-реформистской литературе приема: отделение капитала-функции от капитала-собственности и образование внутри бурж уа зии особого слоя, занятого управлением капиталисти ческой собственностью,— слоя менеджеров выдается за абсолютное отделение собственности на средства про изводства от функций управления и контроля. Вслед ствие этого капиталисты, как собственники, утратив шие какое-либо влияние на производство, отходят куда-то на задпий план, как некий «анахронизм» и «пережиток», функции же по контролю п управлению производством переходят в руки менеджеров, не я в ляющихся собственниками. Что же касается рабочих, то, поскольку они также не являются собственниками, их социальное положение в этом смысле существенно сближается с положением управляющих. Единствен ное различие, которое подчеркивает Р. Дарендорф меж ду менеджерами и рабочими, заключается в том, что первые отдают приказы по управлению производст венными процессами, а последние их выполняют. Такая картина капиталистических производствен ных отношений трактуется буржуазным социологом как «разложение труда и капитала», в результате ко торого капнтализм-де уступил место ныне существую 70
щему в западном мире «посткапиталистпческому», или «индустриальному», обществу *. Действительно, в условиях научно-технической ре волюции функции по организации и управлению про цессом общественного производства все больше сосре доточиваются в руках численно возрастающего инже нерно-технического персонала. Но данный факт ничего не меняет в социальной природе капиталистического способа производства и в характере капиталистической собственности. Предпринимателям просто нет практи ческой надобности самим осваивать и осуществлять функции организации и управления производством, на что прямо указывал К. Маркс: «Само капиталистиче ское производство привело к тому, что труд по над зору, совершенно отделенный от собственности, на ка питал, всегда предлагается в избытке. Поэтому сдела лось необязательным, чтобы этот труд по надзору выполнялся капиталистом» 2. Тем не менее Р. Дарендорф пытается убедить чи тателей в том, что нынешнее буржуазное общество характеризуется наличием совершенно повых классов, которые не разделены той противоположностью, кото рая разделяла раньше труд и капитал. Отсюда запад ногерманский социолог делает вывод об «устарелости» марксистского толкования понятия «класс» как эконо мически обусловленной единицы социального расслое ния, о «неприменимости» марксистской концепции классов к современному капитализму. Но если не отношение к средствам производства, то что же тогда является основой деления людей на классы? Вслед за немецким социологом М. Вебером в качестве такой основы Р. Дарендорф выдвигает отно шения власти, участие или неучастие в осуществлении власти. Именно эти отношения, по его мнению, разде ляют менеджеров и рабочих на два противостоящих друг другу класса. Отношения господства и подчине ния являются основой образования и всех прочих «со циальных классов» в иных, непроизводственных сфе рах общества. Власть и структура власти логически предшествует структуре социальной стратификации, утверждает Дарендорф. Последняя «есть только след 1 Dahrendorf R. Class and Class Conflict in Ind u strial So* ciety, p. 66, 67. 2 Маркс К., Энгельс Ф. Con., т. 25, ч. I, с. 425. 7J
ствие структуры власти» Следовательно, основным критерием «классового» расслоения в его концепции оказывается позаимствованное им у структурного функционализма все то же различие социальных по зиции или ролей, с той лишь разницей, что это разли чие касается у ного структуры отношений господства и подчинения. В отличие от обычной функционалистской модели общества с оо акцентом па нормативном аспекте, на принципе «общих цеппостей», разделяемых всеми ин дивидами, Р. Дарендорф подчеркивает неравенство социальных позиции, занимаемых людьми по отноше нию к распределению власти, а отсюда якобы проис текают различия их интересов и устремлений, что и вызывает взаимные трения, антагонизмы, коллизии, а также как их результат структурные изменения самого общества. Свою «поправку» к теории функционализма при определении характера социальной структуры Р. Д а рендорф производит с помощью веберовского понятия «императивно координированной ассоциации». Этим понятием он обозначает любое имеющееся в обществе отношение управления, связывающее на своих полю сах противоположные группы людей — обладающих властью и повинующихся. В качестве «императивно координированных ассоциации» могут выступать го сударство, политические партии, профсоюзы, предприя тия, школа, семья и т. д. Отношепия управления, конт роля и подчинения, скажем отногаепия между адми нистрацией п рабочими, учителями и учениками, церковными сановниками и прихожанами, главарями преступных шаек- и их рядовыми участниками,— во обще любые отношения организации и управления рас сматриваются 1\ Дарендорфом как отношепия власти, отношения господства и подчинения со свойственными нм «социальными классами». В совокупности все имею щиеся в данном обществе разновидности «императивно координированных ассоциации» образуют его социаль ную структуру. Можно видеть, что такая концепция классовой структуры общества является одним из вариантов тео рии «социальной стратификации». Р. Дарендорф лишь употребляет выражение «социальный класс» вместо 1 Dahrendnrf R. Essays in the Theory of Society, p. 173. 72
слова «страта», но понятие власти у пего служит та ким же индикатором, как, скажем, доход, образование, стиль жизни и т. д. в теориях «стратификации». Бросается в глаза весьма произвольное обращение Р. Дарендорфа с понятием власти. Оно становится со вершенно неопределенным по смыслу. Буржуазный социолог отрицает классовую природу социальных от ношении господства и подчинения, толкует их как первичный, самодовлеющий, вечный, внеисторический феномен общественной жизни. Такое представление он фактически ничем не доказывает, а лишь постулирует неизбежное'] i. соцнальпого неравенства людей и про истекающие отсюда отношения господства п суборди нации как «необходимый элемент социальной струк туры любого человеческого общества вообще» 1, кото рый «мы просто должны принять за данное». Правда, иногда Р. Дарендорф все-таки пытается объяснить происхождение социального неравенства су ществованием определенных норм поведения, соблю дение которых вознаграждается обществом путем по вышения социального статуса человека. Идеалистиче ская п апологетическая подоплека такого «объяснения» очевидна: в тени оказывается материальный, основной источник общественного неравенства — различное от ношение людей к средствам производства. На передний же плап выдвигается регулирующая роль господствую щей идеологии: права, морали, религии и т. п. Западногерманский социолог постулирует отноше ния господства н подчинения в качестве вполне авто номного фактора и даже фактора, определяющего со циальную структуру в каждой сфере жизни общества. В итоге получается, что экономические отношения ни как не связаны с политической властью, а последняя совсем не влияет па первые. Очевпдпо, что изображе ние общества как некой совокупности независимых и обособленных «конституционных порядков» за туше вы вает нстипное соотношение экономики и политики, их органическую взаимосвязь, а в конечном счете служит маскировке фактического господства финансовой оли гархии в политической системе империалистического государства. Явно субъективистское толкование находят у Р. Дарепдорфа и социальные антагонизмы современ- ного ка п италистического общества. 1 Dahrendorj R. Essays in the Theory of Society, p. 152. 73
Прежде всего при помощи категории конфликта он «уточняет» само понятие класса. Но его мнению, люди, находящиеся на противоположных полюсах отношений власти, сначала не составляют классов, а представляют собой так называемые «квазигруппы», то есть группы со специфическими, по еще не осознанными интере сами. II только вступая в межгрунповую борьбу, в ходе ее члены «квазигрупп» осознают свои интересы и в меру этого осознания превращаются уже в «группы интересов» — в социальные классы. Отсюда оконча тельное определение классов как* «конфликтующих со циальных группировок» или «групп социального кон фликта», основанных па участии или неучастии в от правлении власти в «императивно координированных ассоциациях» '. В защиту своей концепции образования социальных классов из «квазигрупп» посредством конфликта бур жуазный социолог выискивает аналогии у К. Маркса. Так, анализ положения французского парцелльного крестьянства, проделанный К. Марксом в книге «Во семнадцатое брюмера Луи Бонапарта», и особенно со держащееся там замечание об отсутствии у этою кре стьянства какой-либо политической организации ис пользуются Р. Дарендорфом для того, чтобы приписать К. Марксу понимание данного класса как типичной «квазигруппы». С той же целью он пытается опереть ся II па известный марксистский тезис о превращении пролетариата с ростом его сознательности в ходе борь бы из «класса в себе» в «класс для себя». Однако подобные «аналогии» совершенно безосно вательны. Для Маркса п французское парцелльное крестьянство, н пролетариат как «класс в себе», и вообще любой другой социальный класс независимо от уровня сознательности и организованности его членов представляет собой именно класс, объективно суще ствующий в силу его особого места в системе общест венного производства. Для Дарендорфа же «социаль ный класс» ecu. нечто производное от сознания его членов. Он явно смешивает классы с политическими партиями: «Группы интересов являются группами в строгом смысле социологического термина, и они суть реальные агенты группового конфликта. Они имеют 1 Dahrendorf Н. Class and Cla?s Conflict in Industrial So* ciely, p. 138. 74
структуру, форму организации, программу или цели, персонал членства» '. Но классы п партии, как извест но, далеко не одно н то же. Классы — объективный продукт даппого способа производства в определенных фазах его исторического развития, а партии — резуль тат субъективной деятельности людей по объединению в различные организации. Гносеологический корень подобного смешения — методологическая позиция, иг норирующая решающую роль производственных отно шений в общественно!! жизни и абсолютизирующая значение сознательно-волевых действий. Неудивитель но, чго Дарендорф путает собственно социальную структуру общества с его политической организацией. 13 отношении дарепдорфской концепции социаль ного класса можно сделать два вывода. Во-первых, вто субъективно-пдеалистнческая концепция, ибо, соглас но ей, стаповлепие класса как особой общественной группы в конечном счете определяет сознание, степень его развития. Р. Дарендорф категорически настаивает на том, что лишь «освобождение* понятия класса от связи с экономическими условиями превратит ого в «полезный инструмент» социального анализа. Социаль ны!] класс в «копфликтпой модели общества» есть в сущности не материальный, а только психический и даже, как утверждает сам Р. Дарендорф, «теоретиче ский феномен, то есть едппица, сконструированная для обьлспепия проблем социального конфликта»2. При всем желании отгородиться от психологической трак товки общественной жизни он в сущности остается на ее позициях. Во-вторых, понятие класса для Р. Дарендорфа пе является элементом социальной структуры: ffКласс всегда является категорией в целях анализа динамики социального конфликта и его структурных корней, и как таковой он должен быть строго отделеп от слоя как категории в целях описания иерархических систем на данном отрезке времепи»3. Обращает на себя вни мание то, что во взглядах на структуру общества авто 1 Dahrendorf R. Class and Class Conflict in Industrial So ciety, p. 180. 2 Ibidem. 3 Цит. по: Семенов В. С. Капитализм и классы. М., 19G9, с. 63. В. С. Семепов правильно усматривает в подобных пред ставлениях «безнадежную попытку «ликвидировать» класс как центральный элемент социальной структуры капиталистиче ского общества». 75
ру так и не удается превзойти критикуемые им теории «социальной стратификации» и что его высказывание выдержано в духе типично позитивистского противо поставления «аналитического» и «дескриптивного» («описательного») подхода. В действительности же обе категории — и «класс» и «слои» — служат инструмен том ка],' описания, так и анализа. Упомянутое противо поставление понадобилось Р. Дарендорфу для того, чтобы подчеркнуть субъективно-формальный, услов ный характер категории «класс» и «слой», по сути дела, лишить эти важные социологические понятия объек тивно-познавательного значения. Само употребление понятия «класс» в работах Р. Дарендорфа пе составляет какого-то исключения в западной социологии. На фоне господствующих теорий «социальной стратификации», открыто осуждающих данное понятие как якобы устаревшее, все заметнее использование его в последние годы. Вместе с тем оно наполняется совершенно чуждым ему содержанием и используется в целях апологии капиталистического строя. Так, американский социолог А. Обершелл, с одпой стороны, превозносит эту категорию как «полез нейший инструмент исследования» и утверждает, что социальные классы — это сама объективная реальность наших дней, а с другой — он же сводит ее содержание к малозначительным, порой чисто субъективным мо ментам (например, психическое состояние членов тон или иной группы) Подобные концепции искажают картину социаль ной структуры и антагонизмов западного мира. В этом можно убедиться, обратившись, в частности, к коллек тивной монографии «Классы и конфликты в американ ском обществе», написанной с концептуальных пози ций Р. Дарендорфа и JI. Козера. В ней отмечаются резкие социальные контрасты американского общест ва, наличие классового и расового неравенства, острых противоречий, учащающихся столкновений между иму щими и неимущими в стране «всеобщего равенства перед законом и равных возможностей для каждого» 2. В то же время смещение вппмапня с кардинальных 1 Oberschall A. Social Conflict and Social Movements, p. 184, 185. 2 Lejeune R. (ed.). Class and Conflict in American Society. Chicago, 1973, p. 2. 7<i
проблем па второстепенные вопросы (шансы граждан на получение медицинской помощи, образования, хо роших жилищных условий, на успешную карьеру) делает содержащиеся в книге описания современной общественной структуры и коллизий США выдержан ными в духе теории «социальной стратификации». Ав торы сборника утверждают, что угнетенные «классы» озабочены пе столько тем, чтобы бросить вызов суще^ ствующей классовой системе, сколько стремлением самим продвинуться вперед, улучшить собственное по ложение в рамках этой системы. Ревблюцпонные воз можности признаются только за «незначительными группами артистов и интеллектуалов», которые изо бражаются в качестве единственной силы в стране, стоящей в оппозиции существующему строю 1. Таким образом, игнорирование действительного социально- экономического содержания категорий «класс» и «клас- с< ”ый конфликт» приводит к идеологически тенден циозным представлениям, не имеющим ничего общего с научным пониманием природы современного ка пи тализма н его реальных противоречий, в центре кото рых находится борьба рабочего класса, всех трудящих ся против монополий. Как же Р. Дарендорф объясняет причину социаль ных конфликтов и цели, которые преследуют противо борствующие стороны? Эту причину он усматривает в неравенстве положе ния, занимаемого людьми в «императивно координиро ванных ассоциациях». Одни в них наделены «автори тетом», в силу чего управляют н командуют, другие же, напротив, лишены «авторитета» и поэтому вынуж дены подчиняться н выполнять приказы. Р. Дарендорф считает, что конфликты происходят по вопросам вла сти. Господствующий в данной «ассоциации» «социаль ный класс» противостоит притязаниям на его власть со стороны подчиненного ему в этой «ассоциации» «класса». Таким образом, отношения управления и ор ганизации, регулирующие деятельность «ассоциаций», и объявляются коренной причиной социального нера венства людей, разделяющей их па «социальные клас сы», на тех, кто командует, управляет, и тех, кто по винуется, исполняет. Общественное разделение труда 1 Lejeune R . (ed.) . Class and Conflict in American Society, p. 243. 77-
возводится в рапг главной причины превращения «классов» в «конфликтные группы», организующиеся в целях осуществления «классового конфликта» вокруг власти в данной «ассоциации». Каких бы отношений управления ни касался Р. Д а рендорф в своей «модели», они рассматриваются нм вне связи с производственно-экономическими отношения ми, которые в действительности обусловливают все другие общественные отношения и процессы. Поэтому отношения власти и подчинения, отношения управле ния н связанные с ними так называемые «социальные классы», их взаимные «антагонизмы» оказываются и его концепции безжизненными абстракциями, что и определяет несостоятельность представления Дарен- дорфа о причинах и сущности классовых конфликтов. Тем не менее отождествление всяких отношений управления и организации с их антагонистической формой, а также иревратпое понимание природы клас сового конфликта используется западногерманским со циологом в двух целях. Во-первых, для оправдания классовых антагонизмов капиталистического общества как «естественного порядка вещей ) (вонь никто же не станет отрицать необходимость разделения распоряди тельных и исполнительских функций в общественных организациях). Во-вторых, для утверждения, что отно шения господства и подчинения, а также возникающие на их почве классовые столкновения равно характерны и для социалистических стран. Так, Р. Дарендорф ут верждает: «В капиталистическом, как и в посткаппта- листнческом, обществе, в Советском Союзе, как и в Соединенных Штатах, промышленное предприятие представляет собой систему отношений господства н подчинения. Везде она предполагает такие условия су ществования социальной структуры, которые ведут к социальному конфликту в терминах теории классов» II наконец, он объявляет «социологической бессмысли цей» п «утопией» марксистский идеал коммунизма как бесклассового общества, не знающего антагонизмов между людьми. Однако практика социалистического и коммунисти ческого строительства опровергает подобные измыш ления. Она красноречиво свидетельствует, что вместе 1 Dahrendorj R. Class and Class Conflict in Industrial So ciety, p. 249. 78
с ликвидацией частной собственности и эксплуатации общественное разделение труда утрачивает свой преж ний антагонистический характер. Выполнение же уп равленческих функций перестает быть монополией одних классов в ущерб интересам других, делом приви легированного меньшинства менеджеров и технократов. В условиях социалистического строя субъекток управ ления выступает весь народ в целом, все о б щ е с т в j£49h стоящее из дружественных классов и социальных групв. Управлеппе здесь является средством решения важ нейших проблем коммунистического строительства для обеспечения «полного благосостояния и свободного все стороннего развития всех членов общества>>1. Д ея тельность органов управления сочетается с развитием социалистической демократии. Трудящиеся массы нри- пимают активное участие в работе выборных органов иародпого контроля, постоянных производственных со- вен тннй п т. д. В СССР 9,9 миллионов тружеников работают в выборных органах народного контроля, следят за деятельностью различных звеньев управле ния, борются с проявлениями бюрократизма п недобро совестности. Статья 8 Конституции СССР гласит: «Трудовые коллективы участвуют в обсуждении а ре шении государственных и общественных дел, в плани ровании производства и социального развития, в под* готовке и расстановке кадров, в обсуждении и решении вопросов управления предприятиями и учреждениями, улучшения условии труда и быта, использования средств, предназначенных для развития производства, а также на социально-культурные мероприятия и мате риальное поощрение». Абстрактные рассуждения Р. Дарендорфа обавЬеч- иом разделении человеческого рода, отдельных обще-: ственных групп и коллективов на «верхид и «низы», о неустранимости вражды между ними как источнике всевозможных социальных конфликтов находятся и противоречии с действительной историей освободитель ной борьбы трудящихся, опровергаются практикой развития реального социализма. Тем не менее внеклас совый подход и антимарксистская подоплека этих рас- суждений делают их сегодня одним из ходких приемов апологии эксплуататорского строя и клеветы на социа листическое общество, извращения социально-экономи- 1 Ленин В. Я. Поли. собр. соч., т. 6, с. 232. 70
ческого и политического содержания демократических и революционных движений. Другой важный тезнс, на котором строится «копф- ликтная модель общества» Р. Дарендорфа, состоит в утверждении, что распределение позиций и ролей в «системах господства и подчинения» не абсолютно, а относительно и имеет свой смысл только в пределах определенных «ассоциаций». Другими словами, по Дарендорфу, лица, занимающие в данной «ассоциации» определенные позиции господства или подчинения и находящиеся, следовательно, во взаимном конфликте, в других «ассоциациях» вовсе не обязательно должны занимать те же пози ц и и и противоборствовать между собой в том же качестве. За пределами данной «ассо циации» они могут вообще не встречаться друг с дру гом. «Почему существует конфликт между предприни мателями и рабочими... являются ли они непримири мыми врагами?» — спрашивает Дарендорф и отвечает: «Рабочие и предприниматели являются носителями двух типов ролей, которые определяются, помимо всею прочего, противоречащими друг другу ролевыми ож и даниями. Конфликт между двумя типами ролей яв ляется структуральным, то есть в сущности он неза висим от чувств и взглядов самих действующих лиц, играющих свои роли. Конфликт существует только до тех пор и постольку, пока и поскольку мистеры А, В, С являются носителями позиции «предприниматель», а мистеры У, X, Z — носителями позиции «рабочий». В других же позициях, например в качестве членов футбольного клуба, Л, В, С могут быть добрыми друзья ми«V,X,Z» ». Таким образом, у Р. Дарендорфа выходит, что вне производственной сферы капиталисты (или, по его терминологии, менеджеры) п рабочие уже не являют ся но отношению друг к другу теми же господствую щим п подчиненным классами. Там опи будто бы всту пают в принципиально иные отношения, так что члепы класса, господствующего в экономике, в других сферах общественной жизни — в политике, в областп культу ры, в спорте и т. д . — могут войти в состав подчиненных «классов», стать, скажем, рядовыми членами партий, простыми прихожанами церковных общин, в то время как рабочие могут составить «господствующие классы» 1 Dahrendorf R. Essays in the Theory of Society, p. 72—73. 80
в лице партийных лидеров, наставников каких-нибудь обществ, тренеров спортивных команд, членов правле ния различных клубов и т. д. Тот тривиальный факт, что люди могут входить од новременно в различные коллективы, представляется Р. Дарендорфу, как и другим буржуазным социологам, достаточным основанием для того, чтобы отвергнуть тезис марксизма о двух основных классах капитали стического общества п их взаимной борьбе как главном социальном конфликте этого общества. Получается, что, входя одновременно в несколько «ассоциаций» и занимая в них разные позиции (в одной «ассоциации» господствующие, а в другой — подчиненные), каждый человек будто бы участвует сразу в нескольких, совер шенно независимых друг от друга социальных конф ликтах, преследуя в них прямо противоположные цели (в одном — отстаивая позпцпп власти, в другом — до биваясь их) н не концентрируя всех свопх интересов ни на одном из них. Отсюда следует заключение о «плюрализме» коллизий в западном обществе и предот вращении вследствие этого так называемого «наложен ного», или «аккумулированного», социального конф ликта, когда сталкиваются между собой стороны, к а ж дая из которых воплощает либо только господствующее, либо только подчиненное положение по. всем имеющим ся в обществе позициям. Скажем, если рабочие во всех «ассоцпацпях», а не только на предприятиях, где опи работают, неизменно занимают подчиненные познцнп, а капиталисты — ис ключительно господствующие, тогда члены различных «ассоциаций» приходят в глобальное столкновение друг с другом. Такого рода коллизии западногерманский социолог называет «конфликтом марксистского типа» и пытается уверить читателей в том, что его в «пост- каниталистическом обществе» нет. Люди, занимающие господствующие позиции в одной «ассоциации», в дру гой находятся в подчиненном положении, и наоборот. В результате в обществе постоянно происходит множе ство не накладывающихся друг на друга и взаимно не усиливающихся социальных конфликтов. В каждом из них, дескать, участвует не вся личность, а только определенная ее часть — соответственно той роли, ко торую эта личность играет в данной «ассоциации». В результате современное западное общество пред стает в виде неопределенного множества так называе- б J1. А. Нечипоренко 81
мых «ымнеративио координированных ассоциации*) со своими специфическими «конфликтными группами», занятыми борьбой за изменение или сохранение дан ного распределения ролей в структуре власти «ассо циации». Марксистское представление о глобальном расколе буржуазного общества на классы-антагонисты подменяется безобидной концепцией о «плюрализме» конфликтов, мелких и частных. Отчетливая идеологическая подоплека дарендорфов- ской концепции встречает сочувствие и поддержку в буржуазных социологических кругах. Так, М. Аткин сон объявляет «конфликтную модель общества) «но вым подходом к классовой ситуации н классовым ин тересам», а ее п он ят и я — «более гибкими по сравнению с грубыми понятиями марксизма). Он усматривает эту «гибкость» как раз в том, что, по модели Р. Дарендор фа, «может существовать множество социальны'- групп, а не только две или три» Г. Рочер оценивает «кон фликтную модель общества» как удачный образец борь бы против марксизма с его же теоретических позиций. Он изображает дело таким образом, будто ее автору удалось «позитивно заместить» теорию классов и клас совой борьбы более «широкой и эластичной» плюрали стической концепцией группового копфликта, «руко водствуясь учением Маркса о структурных источниках коллизий» 2. В действительности же, как мы видели, социологи ческая концепция Р. Дарендорфа глубоко чужда марк сизму. Для К. Маркса социальные столкновения в условиях капиталистического общества являются за кономерным следствием его классово антагонистиче ской природы, они обусловлены его экономическим строем, отношениями эксплуатации. По Дарендорфу же конечным источником «социальных конфликтов» является самосознание индивидов, их субъективное восприятие отношений субординации, в которых они состоят в рамках всевозможных «ассоциаций». Истори чески определенные для каждой общественной форма ции матерпально-производственпые отношения запад ногерманский социолог «замещает» (в качестве «струк турного источника» социальных коллизий) волевой деятельностью, составляющей процесс социального 1 Atkinson М. Critical Interpretation о! Sociology of Half Dahrendorf. U niversity of Birmingam, 1969, p. 10, It. 2 Rocher G. General Introduction to Sociology, p. 412. 82
управления. В итоге решающая основа социальных ан тагонизмов оказывается идеалистически завуалирован ной, а их трактовка в «конфликтной модели» получает отвлеченный, внеисторический характер. Наряду с мнением о «теоретико-генетической» и «концептуальной» близости, якобы существующей меж ду марксизмом и «конфликтной моделью общества», среди западных социологов наблюдается и противопр- ложние стремление оспаривать наличие какого-либо «марксистского привкуса> в нынешних конфликтоло гических концепциях. lldi лядным выражением подобного настроения яв ляю им, н час Iпости, рабсны американского социолога Дж. Дьюка. В них немало страниц, возвеличивающих заслуги Г. Зиммеля и М. Вебера и вместе с тем вся чески принижающих значение марксизма для научного познания социальных противоречий капитализма. Дж . Дьюк выступает против попыток приписать «кон фликт о в моде.in общества > какую-либо идейную бли зость с марксне u 1>пм учением. Он правильно замечает, что всякий, кто отказывается принять тезис об антаго нистическом характере противоречий между основными классами буржуазного общества, отвергает всю марк систскую теорию классов и классовой борьбы 1. Идея «плюрализма) конфликтов имеет своим тео ретическим источником веберовское членение общест ва на три независимые друг от друга «сферы»: эко номику, политику II культуру — со своими особыми «классами». Но Р. Дарендорф идет дальше. Игнорируя определяющую роль способа производства в жизни общества, он дробит его на бесчисленное множество автономных организаций с их специфическими груп повыми интересами. Соответственно и «классовые Столкновения» приобретают характер кактг:-то внутри ведомственных трепий, локализованы ; :м м н своих «ассоциаций». Р. Дарендорф намеренно затушевыв; г общую со циально-экономическую почву, на которой возникают конфликты в различных сферах буржуазного общест ва — экономической, политической, идеологической. По Дарендорфу получается, что, скажем, трудовые конфликты между рабочими и предпринимателями ни как не влияют на политическую жизнь общества, а по 1 Duke J. Conflict and Power in the Social Life, p. .147. 83
литическая и идеологическая борьба происходит изо лированно от существующих производственных отно шений, от экономической борьбы. Однако практика классовых боев нашего времени убедительно показы вает тесное переплетение всех форм борьбы трудящих ся против капиталистической эксплуатации, против антинародной политики монополий. Достаточно вспом нить, например, такие события, как мощные забастовки английского пролетариата против антирабочего законо дательства консерваторов в 1970— 1974 годах, перио дические демонстрации американских фермеров у Б е лого дома в знак протеста против грабительской поли тики сельскохозяйственных монополий, массовые вы ступления западногерманских трудящихся против политической дискриминации граждан в форме «запре та на профессии» и т. д., чтобы увидеть несостоятель ность представлении об изолированности различных, в том числе экономических и политических, конфлик тов в современном капиталистическом обществе. Концепция социальной структуры и классовых кон фликтов Дарендорфа представляет собой разновид ность модных на Западе «плюралистических теорий», подвергнутых обстоятельной марксистской критике Лапример, последователи концепции «постиндустриаль ного общества» (Д. Белл, 3. Бжезинский н другие) гоже разделяют общество на изолированные друг от друга «институциональные порядки»: технико-экономи- ческий, политику и культуру. Разобщение основных сфер общественной жизни призвано «обосновать» вы вод о «плюрализме» противоборствующих частных ин тересов. Д. Белл выражает полное согласие с социо логической теорией Р. Дарендорфа, заменившей дейст вительные классы с их непримиримой борьбой на кон фликтные группировки (управляющие — управляемые) в структуре кгеиозможных «ассоциаций»2. В своей книге «Культурные противоречия капитализма» аме риканский социолог, исходя из тезиса о «разобщенно сти сфер», также пытается доказать «институциональ ную изолированность» социальных столкновений, про исходящих в западном обществе, и тем самым замас- 1 См., например: Комаров А. Монизм и плюрализм в идео логии и политике. М., 1976; Шкуринов П. Современный фило софский плюрализм и антикоммунизм. М„ 1974. 2 Bell D, The Post-Industrial Society.— Survey. L., 1971, p. 164, 165. 84
пировать их действительные социально-экономические корни. В частности, он утверждает, что «принципы экономической сферы и принципы культуры ведут ныне люден в противоположных направлениях» К Вскрывая социально-классовый смысл этого тезиса, Ю. А. Красин пишет: «Имманентным конфликтам капитализма при дается внешний и притом общесоциологический ха ра к тер. Тем самым с повестки дня снимается критика капиталистического строя. В сущности, становится бессмысленной сама постановка вопроса о разрешении противоречий капитализма, ибо последпие изобража ю т ся и качестве атрибута общества «вообще» 2. 2. «Институциалмзация классового конфликта» и ее идейно-политический смысл Положение о множественности «группо вых конфликтов», вполне безопасных для капитали стического строя и даже в известных условиях играю щих некоторую положительную роль, понадобилось Р. Дарепдорфу не только для сокрытия реальных ан тагонизмов :>того строя. С его помощью он думает опровергнуть марксистский вывод о неизбежности ги бели капитализма вследствие присущих ему внутрен них противоречий. По мнению западногерманского со циолога, «послекапиталистическое», «индустриальное» общество доказывает свою способность справиться с этими противоречиями. Однако, каков бы ни был чисто пропагандистский смысл того или иного апологетического мифа, острые противоречия остаются непреложным фактом современ ной капиталистической действительности, и поэтому проблема их регулирования в интересах господствую щего класса так или иначе оказывается в поле внима ния его идеологов. Концепция Р. Дарендорфа весьма показательна в плане подхода западных социологов is проблемам социального конфликта, его профилактики, обеспечения контроля за его протеканием и его урегу лирования. 1 Bell D. Cultural Contraductions of Capitalism. N. Y., 1976, p. 15. * Цит. по: Красин Ю. А. В поисках утраченных ценностей.— Вопросы философии , 1976, No 8, с. 111, 85
С одной стороны, западногерманский социолог ка тегорически отрицает всякую возможность действенно го влияния на причины конфликтов (они вечны и в припципе неустранимы) и считает, что регулирование коллизий касается лишь внешних форм их проявле ния, их интенсивности. С другой же стороны, он обру шивается на тех, кто отождествляет социальныii ап- тагонизм как таковой с крайними, именно насильст венными формами его выражения. По словам Р. Да- репдорфа, фактически существует целый коптинуум форм социального конфликта — от столкновений в шахматном клубе до забастовок и революций, заби рающих всю энергию нх участников. «Насильственные классовые бон и воины представляют только один пупкт на шкале ) этого континуума '. Р. Дарендорф старается убедить читателей, что дело случая — изберет ли противоборство мирную форму дискуссий и переговоров илп выльется в боевую заба стовку либо революцию. Все зависит в конечном счете от искусства управления со стороны руководителей противостоящих сторон — профсоюзных лидеров, адми нистрации фирм, правительства. В предлагаемых нм рекомендациях по управлению конфликтным процес сом главный акцепт делается па необходимости при знания обеими сторонами «правоты своего оппонента по существу дела» и «общности интересов сторон». Важное условие эффективного регулирования со циального конфликта Р. Дарендорф усматривает в со гласии сторон взаимно принять «определенные прави ла игры, составляющие рамки нх взаимоотношений». Под «правилами» понимаются «процедурные пормы» поведения борющихся сторон: где и как их предста вителям провести встречу для переговоров, с чего на чинать, каким образом продвигаться к соглашению, какие санкции применять в случае несоблюдения со глашений и как изменять самп эти правила. Для регулирования конфликтных ситуаций и для контроля над ними должпы учреждаться специальные институ ты, обеспечивающие правовую оспову для проведепия дискуссий и принятия решений, что и будет, по Да- репдорфу, означать «иистнтуцнализацию классового конфликта». 1 Dahrendorf R. Class aod Cla?9 Conflict in Industrial So ciety, p. 211—212. 86
Термин «институциалиэация» западногерманский социолог позаимствовал у своего соотечественника Т. Гайгера, довольно откровенно сформулировавшего его суть: «Методы, орудия и техника классовой борьбы официально признаны и законодательно оформлены обществом и благодаря этому поставлены под конт роль. Борьба протекает по определенным правилам игры. Поэтому классовая борьба утратила свое острие, превратилась в узаконенное напряжение между сила ми, которые уравновешивают друг друга. Капитал и труд... заключают взаимные компромиссы, ведут пере говоры о разрешении споров и таким образом опреде ляю! уровень зарплаты, продолжительность рабочего дня и прочие условия труда>>'. Нетрудно заметить, что вся идея «институциализа- ции» представляет собой идеологическое отражение буржуазно-реформистской практики предотвращения, регулирования и сглаживания текущих трудовых кон фликтов. Речь идет о существующих в ФРГ, США и д рутх западных странах слецпальных институтах — учреждениях промышленною арбитража, посредниче ства и «примирения». Вся история деятельности этого огромного бюрократического аппарата разоблачает его как средство, призванное подчинить профсоюзы бур жуазному государству, как орудие монополий против забастовок п средство их наступления на жизненные права трудящихся. Государство определяет правила организации рабочих в профсоюзы, вводит принуди тельный арбитраж, устанавливает процедуру заклю чения коллективных договоров с предпринимателями, контролирует методы и формы борьбы трудящихся, накладывая запрет на некоторые виды забастовок, пи кетов и бойкотов, жестко лимитирует политическую активность рабочих организаций и т. д. Таким образом, идея «институцнализации классо вого конфликта» между трудом и капиталом на деле означает бюрократизацию пролетарского движения и выражает стремление буржуазии направить его в спо койное, безопасное для нее русло, превратить его в элемент капиталистической системы. Поэтому Р. Да- рендорф рекламирует «ппстнтуциализацию» как «орга низацию» и «законность», предотвращающую «постоян 1 Цит. по: Dahrendorf R. Class and Class CoofUct in Indu strial Society, p. 63. 87
ную угрозу партизанской войны», то есть не ограничен ной буржуазным правом классовой борьбы трудящих ся. «Институциализнрованный конфликт,— заключает оп, — очень далек от беспощадной и абсолютной борьбы в представлении Маркса» '. Откровенно антимарксистский смысл, апологетиче ская и буржуазно-реформистская сущность концепции «пнституциалпзации конфликта» снискали ей довольно широкое распространение в западной социологии. Ее сторонники не жалеют сил на изыскание новых до стоинств модели «социального конфликта» и его регу лирования. Хвалят такую ее черту, как ориентирован ность па неопределенную продолжительность противо борства, на взаимосвязь н взаимозависимость сторон, па необходимость проявления доброй волн к соглаше нию и отказа от насилия, па сочетание конфликта с сотрудничеством, на постепенное и частичное разре шение спорных вопросов и т. д . 2. Одним словом, концепция «институциализации» описывает некоторые политические и иные условия осуществления того, что у Л. Козера именуется «пози тивно-функциональным», «реалистическим» конфлик том. Ратуя за максимальное обеспечение указанных условий, некоторые западные социологи склонны про являть чрезмерный оптимизм относительно возможно сти управле ния ходом классовой борьбы. «Трудно от казаться ог убеждения,— заявляют, например, Р. Макк и Р. Снайдер,— что разрешение социальных коллизии и контроль над ними в конечном счете зависят от ха рактера и степени институциализации» 3. Если в концепции Р. Дарендорфа идея «ииститу- циализацпи» еще находится в стадии теоретической разработки и благих пожеланий, то в трудах некоторых его последователей она приобретает чисто пропаган дистский характер. Так, американский профессор по литической социологии Т. Гертцель заявляет: «Клас совые конфликты в современном развитом капитали стическом обществе признаны законом, урегулированы и являются составной частью существующей социаль 1 Dohrendorf Н. Class and Class Conflict in Industrial Society, ]>. fit». * Smith (\ (ed.). Conflict Resolution: Contributions of J.Vlia- vioial Sciences, p. .'JU, 41 . 3 1hid., p. ijl,
ной системы» *. Известпо, каким образом это достига ется на практике: полицейский произвол, слежка и подслушивание телефонных разговоров граждан, ста новящиеся неотъемлемым компонентом самого образа жизни, разветвленная сеть платных осведомителей, досье, заведенные на миллионы людей, целая система антидемократических законов, усиление репрессивного аппарата под предлогом борьбы против терроризма. Конечно, «пнституцнализации классового конфликта», арбитраж и прочие институты правового регулирования взаимоотношений труда и капитала могут предотвра тит» отдельную забастовку, отдельное массовое вы ступление трудящихся, но они не затрагивают корен ных причин классовой борьбы. Поэтому в современном капиталистическом мире она набирает силу, вовлекая все новые слои трудящихся, выступающих против экс плуатации и угнетения. Конфликты между трудящимися п предпринимате лями но поводу размеров и методов установления зара ботной платы, классификации работ, определения п изменения норм выработки и т. д. обычно разрешаются путем переговоров представителей профсоюзов и ком пании и заключения соответствующего коллективного договора, принятия предложения посредника или ар битра, компромиссного соглашения сторон и т. д . 2 Однако решающее слово в обеспечении жизненных интересов людей труда принадлежит отнюдь не ис кусе т у переговоров, не соблюдению приняты х «правил игры» и не достижению «взаимопонимания» конфлик тующих сторон. Успех в защите всех социальных за воеваний рабочего класса определяется в конечном счете мощыо его классовых организаций, его готовно стью к бескомпромиссной борьбе с капиталом, измене нием классовых сил в пользу социализма и его благо творным влиянием па мировой революционный про цесс. Коренные проблемы освобождения труда, как учит исторический опыт, могут быть разрешены только на путях социалистического переустройства общества. Пытаясь опровергнуть марксистское учение о клас совой борьбе как движущей силе развития антагони стических формации и исторической неизбежности со циалистической революции, Р. Дарендорф оказался в ' C.oertzel Т. Political Society. Chicago, 1976, p. 17. 2 См.: Киселев II. Я. Коллективные трудовые конфликты,— Рабочий класс и современный мир, 1976, No о, с. 84. 89
явпом противоречии даже с исходными посылками сво ей социологической теории. С одной стороны, он ре зонно считает бесполезными попытки ликвидировать глубинные причины социальных антагонизмов и до пускает возможность влиять лишь на «изменение спе цифического течения специфического конфликта» '. Но с другой стороны, абсолютизируя такую возмож ность, западногерманский социолог полагает, что она открывает перед современным западным обществом совершенно иную историческую перспективу, чем предсказывал капитализму К. Маркс,— не революцион ных переворотов, а эволюционных изменений. «Посред ством эффективного регулирования,— заявляет Р. Да- рендорф,— классовый конфликт может стать элементом закономерности в постоянно изменяющемся мире» 2. Ирм всей необходимости решительного и последо- вател ыюго разоблачения буржуазно-реформистского смысла концепции «инстнтуцнализации» нельзя также не учитывать возможность использовать соответствую щую правовую систему, институты посредничества и арбитража в классовой борьбе трудящихся, особенно в трудных ситуациях. Такие ситуации, как известно, возникают вследствие происков реакции, под давлени ем монополий на правительство, когда принимаются антирабочие законы, вводятся государственные запре ты на забастовку и другие правовые препятствия, когда отменяются элементарные нрава и свободы, запре щается организованное выражение социального про теста. В какой-то море проповедники концепции «инсти- туцпалпзации» способствуют укреплению правовой основы, на которую могут опереться трудящиеся в своей борьбе. Так, американский социолог А. Обер- шелл, рассматривая условия перерастания обществен ных движений в острые классовые бои и ссылаясь на концепцию «институциализации конфликта», рекомен дует придерживаться более осторожной н гибкой так тики по отношению к оппозиционным силам. Главное, по мнению А. Обершелла, чтобы господствующий класс, правительство проявляли готовность к переговорам с оппозиционным движением и положительно решали вопрос о его законности. Данное требование он расце 1 Dahrendorf R. Class and Class Conflict in Industrial So ciety, p. 224. 2 Ibid., p. 230.
нивает как «условие-минимум институциализации» социального конфликта, условие, предотвращающее его эскалацию, способствующее переводу классовой борьбы в мирное, безопасное для существующих общественных порядков русло. В противном случае, по словам А. Обер- шелла, «оппозиция будет стремиться к тому, чтобы свергнуть правительство или силой заставить его пойти на переговоры» Аргументы, которые приводит А. Обершелл, сви детельствуют о том, что они подсказаны йеудачами и поражениями сил реакции и империализма как внутри страны, так и на международной арепе. В частности, оп ссылается на отрицательные последствия длитель ного и упорного нежелания правящих кругов США признать законность Фронта национального освобож дения Южного Вьетнама, отсутствия реализма по от ношению к движению негритянского населения в за щиту его социальных прав, упоминает «негибкую» и «неконструктивную>> тактику американских предпри нимателей в отношении требовании профсоюзов. Вместе с тем надо еще раз подчеркнуть, что хотя на практике «институцнализация конфликтов» и предоставляет некоторые правовые основания для классовой борьбы трудящихся, но в то же время эти основания являются рамкамп, жестко ее ограничиваю щими. В западных странах в последнее время разра ботана целая система юридических хитросплетений, связывающих рабочим руки в осуществлении пх права на забастовку. Так, введешгые в ФРГ «чрезвычайные законы» в народных массах метко окрестили «чрезвы чайными наручниками». Таким образом, «интегрируя» определенные со циальные конфликты в государственно-монополистиче скую систему капитализма, «институциализация» ■ юридически и практически объявляет «незаконной» классовую борьбу трудящихся в ее полном объеме, а тем более в особо опасных для существующего строя формах (политические забастовки, стачки солидарно сти, различные формы массовых боевых выступлений трудящихся и т. д.). Более того, вопреки буржуазво- реформистским иллюзиям и пропагандистской шумихе «институциализация классового конфликта» становит ся прежде всего орудием наступления монополий на 1 Oberschall A . Social Conflict and Social Movements, p. 245. St
жизненный уровень народа, орудием обеспечения ка питалистической црибылн. Например, в 1976 году предприниматели ФРГ смогли навязать трудящимся увеличение тарифных ставок, что привело к снижению реальной заработной платы. В то же время Союз пред принимателей, правительство и официальная пресса страны назвали подписанные тарифные соглашения «вкладом партнеров по переговорам в восстановление стабильности» '. «Институциализация конфликта» не способна при вести к установлению классового мира в буржуазном обществе. Наоборот, само государственное регулирова ние отношений между трудом и капиталом все более становится объектом острых классовых схваток. Пра вящий класс стремится придать этому регулированию максимально антирабочий характер, чтобы использо вать его для охраны прибылей монополий, сокращения забастовочного движения, подрыва пролетарских орга низаций. Со своей стороны, рабочий класс, прогрессив ные силы выступают за демократизацию назваппой системы регулирования, за обуздание произвола моно полий, за твердые гарантии прав профсоюзов, в том числе н права на забастовку. Многое в этой борьбе зависит от соотношения классовых сил, от уровня ор ганизованности, тактики борьбы, упорства п решимо сти рабочего класса, от того, насколько удастся пре одолеть соглашательскую политику реформистских лидеров. Итак, конечная цель концепции «нпстнтуциализа- ции классового конфликта», преследуемая буржуазно- реформистскими идеологами и политиками, достаточно ясна: ввести классовую борьбу в «законные» рамки «порядка», определяемые государственным правом, «иптегрировать» рабочее движение в государственно- монополистическую систему. Эта концепция, как и про чие буржуазно-реформистские теории типа «социаль ного партнерства» и «классового мира», преследует цель вызвать в сознании трудящихся иллюзию, «будто рабочий класс может добиться осуществления своих чаяний па путях соглашений с предпринимателями, без революционного преобразования общества, в рамках капиталистического строя» 2. 1 Рабочий класс и совремепный мир, 1977, No 5, с. 93. 2 Брежнев Л. И. Ленинским курсом. М., 1973, т. 2, с. 380. 92
Нельзя недооценивать возможности социальной по* литнки современного капитализма. «Капитализм, ко нечно, не застыл в своем развитии» *,— указывал на XXVI съезде КПСС JI. И. Брежнев. В то же время неуклонный рост забастовочного движения, усиливаю щаяся политизация экономической борьбы трудящих ся, укрепление общенародного антимонополистического фронта красноречиво говорят о тщетности буржуазно- реформистских усилий предотвратить и подавить к а с совые боевые выступления в современном капитали» стическом обществе. 3. Псевдодиалектика буржуазных концепций социального процесса В противоположность характерным для структурного функционализма статическим категориям анализа («равновесие», «стабильность», «адаптация! и т. д .), Р. Дарендорф пытается оперировать динами ческими понятиями «антагонизм», «конфликт», «со циальное изменение» и другими. Разрабатывая и обос новывая свою «конфликтную модель общества», он передко ссылается на диалектические идеи Гераклита, Гегеля, Маркса. Это и дает повод западным авторам считать Дарендорфа представителем «диалектической теории конфликта», «диалектико-конфликтной пер спективы» в социологических исследованиях и т. д .2 Но, отвергая материалистическое понимание исто рии, марксистскую диалектику, которую Р. Дарендорф отождествляет со схематизмом гегелевской триады, он достигает на деле лишь вульгарной подделки под диа лектику, имитации диалектической теории обществен* ного развития. Об этом свидетельствует не только про извольное, субъективистское толкование действитель ных социальных противоположностей, их борьбы, но и искусственный характер всей логической конструкции его «модели». «Власть всегда подразумевает безвластие и поэто му — сопротивление. Диалектика власти и сопротивле ния есть движущая сила истории... Власть порождает конфликт... Диалектика власти и сопротивления опре 1 Материалы XXVI съезда КПСС, с. 20. 2 См., например: Turner /, The Structure of Sociological Theory, p. 92—95. 93
деляет темп и направление изменений» Внешне перед нами как будто диалектический взгляд на общество: оно живет, движется и изменяется согласно логике собственных противоречии, па основе борьбы противо положных сил и тенденций. Но если конкретно рас смотреть те связи и взаимоотношения, которые при званы олицетворять «диалектику власти и сопротивле ния» и «конфликтной модели общества», то нетрудно убедиться, что она пе в состоянии достаточно глубоко отобразить реальности и проблемы современного капи талистического общества. Постулат о неизбежном сопротивлении повиную щихся вызвап к жпзнп определепнымп реальностями нынешнего кризисного развития капитализма. В част ности, можно указать на высокую степень поляризации интересов основной массы населения и господствующе го класса, па рост сопротивления народных масс все властию монополии, па обострение разногласий между различными группировками внутри самого правящего класса вокруг вопросов тактики защиты существую щего строя и т. д. Так, порой даже ретивые сторонники методов «сильной власти» оказывают противодействие тенденциям к ее ужесточению, понимая, что подобные тенденции могут лишь ускорить процесс осознания трудящимися классового характера власти и тем самым подорвать способность политической системы совре менного капитализма защищать интересы буржуазии. Что же касается самой идеи о неизбежности со противления всякой власти вообще, то даже буржуаз ные критики дарендорфовской концепции, охотно под держивающие многие ее — особенно антикоммунисти ческие — аспекты, резонно отмечают искусственность подобной идеи. Р. Дарендорфа критикуют за то, что он сводит любые общественные отношении к отноше ниям господства и подчинения, к тому же совершенно не раскрывая условий превращения одного в другое2. М. А ткинсон замечает, что структура власти может и пе вызывать взаимных столкновений людей, так как они в состоянии признать и согласиться с тем, что «те, кто обладают властью, используют ее надлежащим об разом, ц считать, что властители выражают их иытере- 1 Dahrendorf R. Essays in the Theory of Society, p. 135, 227. 2 Boskoff A. The Mosaic of Sociological Theory. N. Y., 1972, p. 83, No
сы и цели»Г. Рочер упрекает Р. Дяренд<ВД>а за упро щенный взгляд на взаимоотношения господства и под чинения, с излишней ревностью противопоставляющий их друг другу, так как вместо прямой борьбы против существующих порядков может иметь место обмен мне ниями и обсуждение предложений по их модифика ции 2. Таким образом, западные социологи выступают против универсализации отношений господства и под чинения в качестве источника социальных коллизий в буржуазном обществе. Они чувствуют, что подобные «крайности» идеологически нежелательны п даже по литически опасны в условиях все более явпого господ ства финансовой олигархии, усиливающегося контроля монополий над всеми сторонами жизни западного мира. Идея неизбежного сопротивления всякой власти как таковой противоречит научной теории организации и управления. К. Маркс указывал, что необходимость управления в оГмцеотве вытекает прежде всего из сов местного характера труда3. Деятельность люден в лю бой сфере общественной жпзпп нуждается в координа ции, согласованноети, которые и обеспечиваются про цессом управления. А оно, в свою очередь, невозможно без авторитета, проявления власти, без соответствен ных позпцнй подчпнеппя и исполнения. Следовательно, «руководство» и «подчинение» представляют собой необходимые моменты любого управляемого процесса общественной жизнедеятельности. Познцпп подчине ния и связанпые с ними исполнительские функции люди могут принимать совершенно добровольно в соот ветствии с требованиями технологии производственных процессов, в соответствии с различиями в квалифика ции, образовании, в силу естественной социальной су бординации, существующей между сложным и простым трудом. Псевдодиалектичность социологической теории Р. Дарендорфа проявляется не только в произвольной интерпретации содержания социального конфликта как извечного антагонизма «власти и сопротивления», но и в трактовке его функции в жизни общества как 1 Atkinson М, Critical Interpretation of Sociology of Ralf Dahrendorf, p. 17—18. 2 Rocher G. General Introduction to Sociology, p. 21, 8 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т, 23, с. 342. 95>
«генератора» «структурных социальных изменений» К Образцом подобного конфликта он считает двухпартий ную политическую систему, существующую в некото рых капиталистических странах, в условиях которой победившая на выборах партия формирует правитель ство, а потерпевшая поражение паходнтся в оппозиции. Однако хорошо известно, что сама по себе периодиче ская сменяемость партий у кормила государственной власти или же смена конкурирующих группировок па руководящих постах в самих этих партиях в сущности ничего не меняют, да и не могут изменить, в классо вом характере буржуазного государства. Что же касается хозяйственно-экономической сферы (то есть, по терминологии Р. Дарендорфа, производст венных «ассоциаций»), то здесь смена «верхов» и «ни зов» вообще исключается в силу оиять-таки самого классового характера управленческих отиошеппн на капиталистических предприятиях. Отпошепие к сред ствам производства, с одной стороны, менеджеров-тех- нократов, входящих в состав буржуазии, а с другой — пролетариев определяет и их роль «в общественной ор ганизации труда» 2. При всей профессиональпой специализации «ассо циации» в «сфере индустрии» весь персонал групп, на деленных «авторитетом», и групп, лишенных его, со ставляет в целом два особых социально-экономических класса — буржуазию и рабочий класс. В основе же их взаимной борьбы лежит отнюдь не технологическое противоречие между «управляющими» и «управляемы ми», а основное противоречие социальной системы к а питализма — противоречие между общественным ха рактером производства и частной формой присвоения, между трудом и капиталом, между эксплуатируемыми и эксплуататорами. «Социальны© структурные изменения», якобы «ге нерируемые», согласно концепции Дарендорфа, «клас совыми конфликтами», оказываются либо несущест венными, либо невозможными в условиях буржуазного социально-экономического и политического строя. Оче видно также, что подобные «структурные изменения» ничего общего не имеют с диалектикой общественного развития, с подлинно революционными переменами 1 Dahrendorf R. Class and Class Conflict in Industrial So ciety, p. 210. 2 Ленин В. И, Пола. собр. соч., т. 39, с. 15, 99
в мире, что, впрочем, откровенно признает и сам автор «конфликтной модели общества»: «Если... я ссылаюсь на структурные изменения, я... не имею в виду револю ции. Если говорю о классовом конфликте, то не под разумеваю, что он подвержен «неизбежному» процессу интенсификации вплоть до революционного взрыва» Очевидная иллюзорность и реальное классовое со держание дарендорфовской концепции «социальных из менений» в общем правильно раскрывается в книге «Новая криминология», наппсапной английскими уче ными, в которой, в частпости, критически оцеппвается возможность применения теории конфликта в юриспру денции. По логике Р. Дарендорфа, необходимым усло вием социальных изменений является регулярное до стижение общественными классами — «верхами» и «ни зами» — определенных взаимовыгодных соглашений и компромиссов. Однако, как отмечают авторы «Новой криминологии», ;пи «классы», будь то хозяева и рабо чие или тюремщики и заключенные, всегда не равны ДРУГ ДРУ1'У 11 поэтому не могут извлекать одинаковые выгоды от возможных изменений в обществе. До тех пор, пока господствующие классы находятся у власти и не проявляют желапия ее уступить, предполагаемые Р. Дарендорфом «процессы приспособления» и соответ ствующие перемены п общественной жизни всегда бу дут осуществляться не иначе как методами репрессий, а в условиях капитализма выступать в форме классо вого господства буржуазии2. Итак, в своем стремлении к реформации «равновес но-интеграционной» модели функционалистов Р. Д а рендорф пытается преодолеть ее прямолинейный ста- тизм и антиисторпзм с помощью таких концептуальных элементов, как «конфликт», «социальные структурные изменения». Однако рассматриваемые вне материаль но-экономической основы общества и конфликты, и со циальные изменения в его концепции предстают слу чайными, не подчиняющимися объективной закономер ности и, следовательно, происходящими вне действи тельной истории. Хотя западногерманский социолог стремится найти путь, который позволил бы овладеть анализом общественных противоречий, и обращается 1 Dahrendorf R. Class and Class Conflict in Industrial So ciety, p. 132. * Taylor Walton P., Joung 0. The New Criminology. London and Boston, 1973, p. 252. 7 JI. А. Нечипоренко 97
для этого к некоторым категориям диалектики, объек тивно он не идет дальше ее имитации, йоскольку ис пользуемые им термины не отражают реальных анта гонизмов современного буржуазного общества и поэто му являются бессодержательными, безжизненными аб стракциями, под стать всей конструкции «конфликтной модели общества». Ее конечная цель достаточно оче видна: дискредитировать в глазах трудящихся саму идею социального конфликта и исторического прогрес са, лишить ее революционного содержания и тем самым показать полную бесперспективность и тщетность их освободительной борьбы. Выступая решительным противником революцион ных методов преобразования общества, конфликтов «марксистского типа», Р. Дарендорф в то же время рез ко осуждает близорукость правителей западпого мира по отношению к социальным антагонизмам. Он усмат ривает в ней угрозу капиталистическому строю. В своей книге «Общество и демократия в Германии» буржуаз ный социолог утверждает: «За последние сто лет исто рии Германпп все взрывные перемены в политической системе являлись исключительно результатом непра вильного отношения к копфликтам как в области по литики, так и в других сферах жизни общества» *. Ав тор ратует за «рациональное, либеральное» отношение к социальным коллизиям, советует господствующему классу не подавлять их грубо и неосмотрительно. По давленный конфликт он сравнивает с «опаснейшей злокачественной опухолью» в теле общественного ор ганизма. Апализ основного теоретического содержания «кон фликтной модели общества» со всей очевидностью вы являет ее апологетическую сущность, враждебность по отношению к социализму и марксистско-ленинской идеологии. Но особенно паглядно ндейно-политическая направленность этой модели проявляется при рассмот рении характера практической деятельности, которая проводится на ее основе, по обеспечению «стабильно сти» системы государственно-монополистического ка питализма. В условиях, когда обострение социальных антаго низмов значительно поколебало «кредитоспособность» 1 Dahrendorf R, Society and Democracy in Germany, N, Y,t 1969, p. MO. 98
всевозможных теорий «гармонизации интересов труда п капитала», «классового мира» и «социального парт нерства», в глазах западногерманской буржуазии за метно повысились «акции» социологической теории конфликта Р. Дарендорфа. Президент одной пз круп нейших предпринимательских организаций в стране, Германского конгресса промышленности и торговли, Э. ПТнапдер в свое время заявил: «Мне нет вугцде^рсо- бенно подчеркивать, что я не выступаю за возрождение или ла сохранение классовой борьбы, если утверждаю* что вся эта гармонизация u интеграция противоречия становится вредной для крупного предприятия и для пашего общества в целом. Один известный социолог недавно указал, какие опасности возникнут, если, у нас не будет мужества признать роль конфликтов решках пашей общественной системы» 1. По убеждению Р. Дарендорфа, если его социологи ческая теория будет принята правящими кругами За падной Германии, опи обретут в ней идейное средство, позволяющее вывести страну из состояния кризиса на путь таких «социальных структурных изменепий», ко торые обеспечат ей «либерально-демократическое» бу дущее. Одним из основных признаков такого общества он считает «рациональное» отношение к с о ц ш и ш м коллизиям. Вместе с тем его острые критические заме чания в адрес системы политического правления в ФРГ никогда не касаются классовой природы этой системы, а относятся лишь к методам правления, в особенности к методам регулирования коллизий. Абсолютизируя социальный конфликт как способ общественной жизни вообще* Р. Дареадорф ечвтает, что общества отличаются друг от друга не в м я я м ы или отсутствием данного феномена, а только раалдо* пым отношением к нему со стороны власти. Поеком^ в «обществе либеральной демократии» коллизии также будут иметь место, но «рациональные» методы регули рования сделают их невзрывоопасными. Из факторов подрыва социальной системы капитализма конфликты, по идее буржуазного социолога, превратятся благодаря искусству управления ими в факторы стабилизации этой системы. «Тот, кто умеет справиться с конфлик тами путем их признания и регулирования, тот берет под свой контроль ритм истории,— пишет он. — Тот, кто 1 Der Volkgwirt, 1968, No 42, S. 41. 9»
упускает такую возможность, получает этот ритм себе в противники» Итак, объявив, и не без основания, «равновесно-ин теграционную» модель структурпого фупкционализма «социальной утопией», Р. Дарендорф предложил вза мен собственный вариант общественной утопии. Свою «конфликтную модель общества» Р. Дарен дорф пытается распространить п па страны мировой социалистической системы. При этом реальные общест венные отпошения в этих странах изображаются им крайне искаженно и используются в качестве «факто логического доказательства» истинности «открытого» им «социологического закона»: «Где бы пи существо вала общественная жизнь, везде есть конфликт» 2. Конкретное изучепне социальной структуры реального социалистического общества, показывающее принци пиально ипую природу классов, общественных групп и отношений, существующих в нем, он подменяет от влеченными рассуждениями о том, что там, «где есть классы, там существует п конфликт», что «социальные классы и классовые конфликты — категории, неразрыв но между собой связанные» и т. п. 3 Тщетно пытаясь втиснуть социалистическую дейст вительность в абстрактные схемы своей «модели», за падногермански й социолог вынужден искажать ее. Используя антикоммунистические измышления реви зионистов М. Дж пласа, У. Фишера, Р. Хавемана и дру гих, он голословно утверждает, что общественному строю СССР, ГДР и других социалистических стран присущи антагонистические противоречия. При этом он высказывает сожаление по поводу отсутствия «свободы конфликта» в условиях социализма, но поводу «подав ления его» там и т. д. Подобные сетовапия характерны для западных конфликтологов, и к ним можно в пол ной мере отнести слова, сказанные Л. II. Брежневым ио адресу буржуазных критиков Советской Конститу ции: «...с точки зрения наших классовых противников, гражданам СССР следовало бы, видимо, предоставить одно-едппственное «право» — на радость империализму 1 Dahrendorf R. Society and Democracy in Germany, p. 139-140. 2 Ibid., p. 138. 3 Dahrendorf ft. Class and Class Conflict in Industrial So- <iely, p. 13'j, 136. 1U0
бороться против Советского государства, против социа листического строя. Но мы должны разочаровать таких «критиков» нашей Конституции: навстречу их поже ланиям советский народ не пойдет никогда!» 1 Чего стоят разглагольствования буржуазных идео логов о «свободах человека», в том числе и о «свободе на конфликт» в западном мире, красноречиво показал сам Р. Дарендорф в лекциях, прочитанных им при вступлении на пост директора Лондонской школы эко номических и политических наук. Касаясь проблем кризисного состояния капиталистического общества, он предложил в качестве пути к их решению так называ емую политику «новой свободы». Ее содержание опре деляется нм как политика «регулируемого конфликта при обеспечении социально-экономических условий максимального расширения жизненных возможностей индивидов»2. Дальнейшее разъяснение Р. Дарендор- ф ом атой «политики» показывает, что своим острием она направлена против профсоюзов и иных прогрессив ных организаций, отвергающих диктат монополий и буржуазного государства. Прикрываясь звонкими при зывами бороться с «неконтролируемой властью част ных организаций» и высокопарными фразами о «но вой свободе», о «максимизации фундаментальных сво бод личности», буржуазный идеолог недвусмысленно выступает за решительное обуздание растущего влия ния профсоюзов, других боевых организаций трудя щихся, против проведения ими самостоятельной клас совой политики. Недостатки, свойственные концепциям JI. Козера п Р. Дарендорфа, еще более усиливаются в работах их последователей. В качестве примера подобной литера туры может быть названа книга уже упоминавшегося американского социолога Дж. Дьюка «Конфликт и власть в общественной жизни», вышедшая в свет в 1976 году. Логика Дж. Дьюка предельно проста. Путь к объе динению «равновесной» и «конфликтной» моделей об щества, а также к уменьшению социальных столкнове ний он видит в выработке надлежащей идеологической доктрины. По его мнению, это должна быть совершен 1 Брежнев J1. И. Ленинским курсом. М., 1978, т. 6, с. 532. 1 Dahrendorf R. The New Liberty. Standford, California, 1975, p. 6. 101
но повая «теория господства», которая столь убедитель но доказывала бы законность структуры власти, су ществующей в данном обществе, чтобы массы поверили в справедливость распределения всех ценностей, в том числе и позиций власти. Сама по себе законность, а точ нее, иллюзия законности существующих порядков дол жна якобы привести народ к убеждению, что «с рас пределением позиций власти и экономических благ в обществе все обстоит справедливо и прекрасно», и тем самым «замаскировать» (именно так и выражается ав- тор) существующие социальные противоречия, что, дес кать, внесет успокоение в массы и настроит их на ми ролюбивый лад *. Наивность рассуждений буржуазного ученого вполне адекватно отражают идеологические и пропагандист ские каноны западного мира. Ведь хорошо известно, что действующие в этом мире конституции действительно маскируют фактическую власть буржуазии, ее эконо мическое и политическое господство. Они большей частью не содержат никаких положений о соцпальпо- экономической структуре западного общества, о клас совой сущности его политической организации, а граж данские права и свободы, которые в них провозглаша ются, на деле вуалируют их существенные ограниче ния в действительной жизни. Дж. Дыок вполне серьезно полагает, что, хотя гос подство немногих и эксплуатация большинства, неспра ведливое распределение общественных ценностей оста ются объективным фактом, общество, члены которого будут верить в законность структуры власти, сможет поддерживать порядок н согласие2. Теория конфликта, включающая в себя в качестве центрального пункта предлагаемую им доктрину господства, станет, по его убеждению, такой теорией социальной организации и стабильности, которая наконец решит задачу объедине ния «равновесной» н «конфликтной» моделей в единую общесоциологпческую теорию общества. Предпринятая Л. Козером, Р. Дарендорфом и их по следователями реформация структурного функциона лизма в известной степени приблизила буржуазную со циологическую теорию конфликта к политическим и 1 Duke ]. Conflict and Power in Social Life, p. 60. 2 Ibid., p. 69, 71, 160, 2'i8. 102
идеологическим реальностям капиталистического мира. Вместе с тем новый терминологический наряд, «диалек- ти^ация» ее отдельных концептуальных элементов не в состоя пни преодолеть консерватизм мышления, свойст венный ее адептам. Совершенно независимо от того, на сколько успешно различные концепции конфликта по служат своеобразным мостом между «равновесно-инте- грационной» и «конфликтной» моделями, будет лд когда-нибудь достигнут их синтез, вся западная конф ликтология рельефно обнаруживает характерную для нынешней буржуазной идеологии ставку на реализацию чисто пропагандистского эффекта. Пудучн бессильной предложить реальную альтерна тиву обществу эксплуатации, раздираемому неразре шимыми на его собственной основе антагонистическими противоречиями, «социология конфликта» лишь выдви гает те или иные социальные утопии, которые исполь зуются как средство манипулирования созпапием и по ведением трудящихся масс. Вместе с тем буржуазные конфликтологи вносят свою лепту в поиск путей и методов укрепления поли тической власти монополий. При этом они и не пыта ются скрывать классовую суть этой проблемы и связан ные с ее решением надежды. Это надежды на то, что «порядок и интеграция», «стабилизация» западного об щества будут достигнуты прежде всего посредством пря мого подавления освободительной борьбы трудящихся или ее буржуазно-реформистского регулирования. Вот такие надежды и расчеты и облекаются в теоретические конструкции, направленные против марксизма, раскры вающего подлинную природу современного капита лизма и революционные пути преодоления его противо речий. О тщетности подобных надежд и расчетов, несостоя тельности связанных с ними социологических построе ний буржуазных теоретиков конфликта, а с другой сто роны, о неуклонном росте влияния марксистско-ленин ских идей на освободительную борьбу трудящихся убе дительно свидетельствует дальнейший подъем и накал классовых битв в странах капитала. В 70-х годах еще более возросла мощь и организованность пролетарского движения. Как отмечалось на XXVI съезде КПСС, ком мунистические партии продолжали расширять свои ряды, укреплять свое влияние в массах. 103
Перед лицом исторической действительности обнару живается теоретическая несостоятельность всевозмож ных буржуазно-реформистских концепций «социального партнерства» и «классового мира», «инстнтуциализа- ции» и «гармонизации» антагонистических противоре чий и конфликтов буржуазного общества. В то же вре мя их постоянное нарастание и обострение со всей оче видностью подтверждают историческую правоту вели кого революционного учения.
Глава IV «ОБЩАЯ ТЕОРИЯ КОНФЛИКТА»! ПРЕТЕНЗИИ И РЕАЛЬНОСТЬ 1. Схематизм «статической» и «динамической» моделей социального конфликта Проблемы мира и войны являются в на стоящее время ареной острой идеологической борьбы. На Западе в последние годы появилось немало различ ных концепций, касающихся исследования междуна родных отношений. Одним из модных течений буржу азной общественной мысли в данной области стала так называемая «наука о мире», которая нередко рассмат ривается ее сторонниками чуть ли не как решающее средство предотвращения международных конфликтов. Концептуальные схемы, проекты и рекомендации по регулированию международных отношений, разрабаты ваемые «наукой о мире», игнорирующей действитель ные закономерности и движущие силы исторических процессов, настоящие причины войн в пашу эпоху, носят явно утопический характер. Так, авторы издан ной в Копенгагене книги «Контроль и разрешение кон фликтов» 1 выражают надежду на возможность созда ния некоего «термостата», регистрирующего любое «по вышение температуры» в международных отношениях, опасное развитие противоречий и кризисных ситуаций. В сборнике статей, вышедшем в Лондоне под общим заголовком «Мир, война и математика» 2, международ ные столкновения трактуются в бихевиористском духе (возникновение конфликтных ситуаций понимается ка к результат «ответных реакций» на агрессивность) или с позиции теории «равновесия сил», ставящей развитие межгосударственных отношений в зависимость от неко- 1 Hoglund В., Ulbrich J. (eds.) . Conflict Control and Conflict resolution. Copenhagen, 1972. 2 Russet B. (od.) . Peace, War and Number. L., 1972. 105
торых «полюсов сил», образующихся вокруг лидирую щих в военном отношении держав Среди концепций, в той или иной степени связан ны^ с «наукой о мире» и претендующих на универсаль ное ррименение как к внутренней жизни общества, так и международным отношениям, выделяется «общая теория конфликта» известного американского социолога и экономиста Кеннета Боулдинга, изложенная в основ ном в его книге «Конфликт и защита. Общая теория» 2. В отличие от концепций Л. Козера и Р. Дарендорфа, возникших непосредственно из попыток преодолеть «слабости» структурного функционализма, «общая тео рия конфликта» К. Боулдинга создавалась вне указан ной связи. Автор выступил с заявлением о том, что ми ролюбивым силам недостает научной теории, которая помогала бы им в их справедливой борьбе. Потребность в подобной теории и ее значение он прямо связывает с особенностями современной эпохи: «Мы живем в такое время, когда конфликт, особенно международный, уг рожает вырваться пз-под контроля и уничтожить нас. Поэтому теория конфликта имеет практическое и даже жизненное значение» 3. Под об по другим западным идеологам, К. Боулдинг начинает с утверждения о неотделимости конфликтов от общественной жизни, о естественности конфликтно го поведепия людей вообще. Но его мнению, стремле ние к постоянной вражде и борьбе с себе подобными, к эскалации насилия лежит в самой природе человека. Объявляя социальные коллизии неизбежным следст вием общественной жизни людей, американский социо лог тем не менее решительно выступает за пх преодоле ние или ио крайней мере существенное ограничение. При этом главные надежды он возлагает на разум и нравственное совершенствование личности, а также на создание такой теории, которая сама по себе стала бы решающим фактором практического устранения острых общественных противоречий. 1 Критику буржуазных теорий мира и международного конфликта см., нанример, в кн.: Международные конфликты. М., 1972; Современные буржуазные теории международных от ношений. М., 1976, и др. 2 Воillding К. Conflict and Defence: A General Theory. N. Y ., 1963. Отдельные аспекты «общей теории конфликта» см.: Bonlding К. Ecodynamics: A New Theory of Social Evolution,’ L.. 1978. 3 Boulding Conflict and Defence, p. 305. m
А1ежду тем, как заявляет К. Боулдинг, наши знания о динамике развития п механизме управления конф ликтной ситуацией еще весьма примитивны. Для вос полнения этого пробела он и предлагает «общую тео рию», составной частью которой, по его словам, ииляет- гя «концепция войны, мира и международных отноше ний». Автор расценивает свою теорию как вклад в изу- чепие динамики кризиспых ситуаций и коллизий, овла дение которой обеспечивает «возможность контроля над конфликтами и, может быть, самого выживания челове чества» *, При этом К. Боулдинг убежден в том, что «все конфликты имеют общие элемепты п общпе образцы развития и что именно изучение этих общих элементов может представить феномен конфликта в любом его спе цифическом проявлении» 2. Отсюда следует типичная для буржуазной конфликтологии постановка задачи: сформулировать такие универсальные принципы, кото рые подходили бы ко всем или к большинству конфликт ных процессов совершенно независимо от их особенно стей. Абсолютизация конфликтологии и ее значения для практического устранения всевозможных социальных, в том числе и международных, антагонизмов показатель на не только для К. Боулдинга. Так, редакторы амери канского журнала по проблемам конфликтных ситуаций и их разрешения ставят задачу на оспове соответствую щих исследований «изобрести пптеллектуальный двига тель или рычаг достаточной мощности для управления величайшим делом пашего времепп — предотвращением войн. Тот же рычаг подвинет нас к большему знанию и власти на всех аренах социальных столкновееий — в жи зни личности и семьи, в индустриальных отиегввнжях и т. д . » 3. Дж. Дьюк ставит «социологию конфликта» выше всех других «специальных» социологий на том ос новании, что она, по его мнению, может гораздо больше сообщить о причинах и следствиях человеческого пове дения, так как занимается интересами и желаниями людей, целями, которые они преследуют, и путя ми их достижения4. ' 1 Bouldtng К. Conflict and Defence, p. 328. 2 Ibidem. 3 The Journal of Conflict Resolution. Ann Arbor, 1957, vol. 1, N1,p.2. 4 Duke J. Conflict and Power in Social Life, p. 2, 10?
К. Боулдинг конструирует две модели социального конфликта — «статическую» и «динамическую», считан при этом, что обе ониг как и вся его «общая теория», достаточно универсальны, чтобы быть применимы к большинству, если не к любым конфликтным ситуа циям. «Статическая модель», рассматривающая конфликт как специфическую систему, вычленяет в нем ряд со ставляющих его элементов. В качестве первого такого элемента выделяются отдельные индивиды и группы, животные пли искусственные объекты, теории и т. д., именующиеся «сторонами» конфликта. Другой струк турный элемент конфликта — сами отношения между противоборствующими сторонами. Чтобы раскрыть осо бенности конфликтного поведения, К. Боулдинг вводит понятие конкуренции, считая его ключевым для пони мания коллизии. Конкуренция определяется им как та кое отношеппе сторон, «когда их любые потенциальные позиции взаимно несовместимы». Данное понятие, но его мнеппю, шпре понятия копфликта, ибо далеко не все случаи конкуренции связаны с фепоменом конфлик та. В итоге К. Боулдинг определяет конфликт как «кон курентную ситуацию, в которой стороны сознают несов местимость своих иозицпй п ка ждая сторона стремится запять позицию, несовместимую с желанием другой сто роны» 1. Главное отличие конфликта от конкуренции амери канский социолог видит в осозпаппи соперниками соб ственных целей и несовместимости их интересов. К аж дый может, пишет он, представить себе условия конку ренции, которая не переходит в конфликт потому, что у сторон нет какой-либо осведомленпостн о самом факте их соперничества. «В подлинной конфликтной ситуации должны непременно присутствовать н осведомленность сторон, и несовместимость их желаний» 2. Разумеется, конкуренты могут и пе зпать друг о дру ге, не представлять себе масштабов конкурентной борь бы и вообще не сознавать даже самого факта конкурен ции и своего участия в пей. «Вступая в общение,— от мечал В. II. Ленин,— люди во всех сколько-ппбудь слож ных общественных формациях — и особепно в капита листической общественной формации — не сознают того, 1 liaiilding К. Conflict and Defence, p. 4. 4 Ibid., p. 0. 108
какие общественные отношения при этом складываются, по каким законам они развиваются и т. д. Например, крестьянин, продавая хлеб, вступает в «общение» с ми ровыми производителями хлеба на всемирном рынке, но он не сознает этого, не сознает и того, какие обществен ные отношения складываются из обмена» 1. Верно и то, что конфликты всегда являются таким видом социального взаимодействия, при котором сторо ны осознают ка к само противоборство, та к и свое отно шение к нему. Они вполне сознательно организуются, разрабатывают стратегию н тактику борьбы, добывают какую-то информацию о своих противниках и т. д. Но правомерно ли на этом основании противопоставлять конкуренцию как совершенно стихийный и неуправляе мый процесс сознательно регулируемому процессу соци ального взаимодействия? Конкуренция в условиях западного общества возни кает стихийно в силу объективных законов функциони рования капиталистического способа производства. Но сами конкуренты достаточно четко представляют свои интересы и цели, определяют методы и средства их обе спечения. Причем конкуренция между крупными капи талистическими компаниями в наше время, как извест но, характеризуется все большим использованием и вне рыночных форм борьбы, непосредственно не связанных с производством и реализацией товаров, таких, как про мышленный шпионаж, подкуп с целью получения вы годных заказов, борьба за влияние на правительствен ные органы и законодательство и т. д. Поэтому на прак тике капиталистическая конкуренция в сущности ничем не отличается от «подлинных конфликтных ситу аций», а является одной из основных разновидностей социальных конфликтов, присущих западному миру. Сознательно-волевой и вообще субъективный фак тор усложняет протекание конфликта, но не является решающим в его возникновении. Рассматривая этот фактор, К. Боулдинг ограничивается типично позитиви стскими сентенциями. Он заявляет, что понятдя «созна ние» и «желание» «начинены философским динамитом» и что их «природа затемнена», а это, как ему кажется, позволяет довольно произвольно толковать роль и зна чение сознательно-волевого компонента. Однако и сам автор «общей теории» не смог избежать психологиза- 1 Ленин В, И, Полы. собр. соч., т. 18, с. 343. 109
цпи общественных явлений, и в частности конфликтных ситуаций. Так, К. Боулдинг заметно преувеличивает в них роль интересов, совершенно обходя молчанием вопрос об их материальной основе. Интересы как побудительные силы в конфликтном поведении людей рассматривают ся им с индетермшшстскнх позиций, а мотивирует он это ссылкой па сложность человеческой психики. Анализ роли интересов в конфликтном поведении от носится уже к «динамической модели» социального конфликта, которую К. Боулдинг конструирует, осно вываясь на принципах бихевиоризма. В соответствии с механистической сутью бихевиоризма он определяет ди намику конфликта как «реактивный процесс», то есть как процесс, складывающийся из совокупности реакций противоборствующих сторон на внешние стимулы. К. Боулдинг пишет: «Это процесс, в котором двпжепне одной стороны так изменяет область расположения дру гой стороны, что вызывает у последней движение, кото рое, в свою очередь, изменяет область расположения первой стороны, вызвавшей движение второй стороны, ит.д.»'. Исходя из убеждения, что «все коллизии имеют об щие элемепты п одинаковые пути развития», буржуаз ный социолог распространяет реактологическое понима ние динамики конфликта на все без исключения обще ственные столкновения, прибегая при этом к внешним аналогиям. Так, он заявляет: «Мы находим те же самые процессы (основанные на соответствии реакций стиму лам. — Л. // .) на всех уровнях конфликтных отноше ний — между профсоюзом и менеджментом, администра цией учебного факультета и его рядовым составом, пре подавателем и студентом и даже в животном царстве между хищником и жертвой...» 2 К. Боулдинг полагает даже, что «явление зарождения и нарастания любви совершенно аналогично явлению гонки вооружений», которая, как и война, является «реактивным процес сом». Сам того не замечая, подобными высказываниями американский социолог наглядно демонстрирует лишь несостоятельность бихевиористского подхода к общест венным процессам, в том числе и к коллизиям. Столь 1 Boulding К. Conflict and Defence, p. 2J>. * Ibidem. Ш
упрощенный подход к человеческому поведению во только упускает из виду сложную природу социальных взаимоотношений людей, но, отождествляя психические явления с физиологическими реакциями организма, при ходит в противоречие с подлинно научной психологи ей *. Идеологическая подоплека «общей теории» К. Во- улдпнга достаточно ясна. Если сущность социального конфликта усматривать в неких стереотипных реакци ях человека, то всякий конфликт можно пытаться пре одолевать и разрешать, соответствующим образом мани пулируя раздражителями путем изменения реакций, ценностей и влечений индивидов, не прибегая к ради кальному измепению самого общественного строя. С методологических позиций бихевиоризма написаны многие социологические и социально-психологические исследования на Западе, в том числе и в области изуче ния общественных противоречий. Примером может слу* жить, в частности, коллективная монография «Пробле* ма разрешения конфликтов: вклад бихевиористских наук», изданная в США в 1972 году. Бихевиоризм и свя занный с ним так называемый «интеракционпстский подход» (при котором поведение конфронтирующих сто рон понимается прежде всего как их ответная реакция на взаимные действия в процессе противоборства) легко распознаются в книге А. Обершелла «Социальный конф ликт и общественные движения». Не случайно ее автор ссылается на методологию К. Боулдинга, перенимая у него также и крайнюю абстрактность рассуждений. Главное содержание любой революционной борьбы А. Обершелл сводит к некой «игре противостоящих сил», которую вызывает извечная оппозиция «некоторых со циальных групп» «устаревшим» и просто «правящим режимам», «диктатурам» и т. д. Общие тенденции сов ременной общественной жизни он выражает с помощью весьма отвлеченных понятий, например «либерализм», «элитаризм», «конформизм», «экстремизм» и т. д. В итоге действительный характер нашей эпохи, сущ ность мирового революционного процесса оказываются искаженными. Общее представление о «статической» и «динамиче ской» моделях конфликтного процесса К, Боулдинг конкретизирует дальнейшим исследованием структур- х См.: Ярошефский М. Г, Психология в XX столетии. М., 1974. Ш
ных компонентов этого процесса. Вначале он ставит пе ред собой задачу изучить «стороны» конфликта, а так же факторы, определяющие поведение последних. По скольку в качестве противоборствующих «сторон» могут выступать отдельные личности, организации, любые группы (этнические, религиозные, профессиональные, возрастпые п т. д .), то, соответственно, и коллизии под разделяются Боулдпнгом на личностные, организацион ные и групповые. Сугубо формальная типология конфликтов и вся ме тодология социологического исследования, с помощью которой К. Боулдипг пытается раскрыть их структуру и динамику, предопределяют соответствующий характер положений и выводов «общей теории». Так, он пемало рассуждает о поведении человека в обществе, которое, но его мнению, в основном определяется столкновением противоположно действующих внешних сил, привлека ющих н отталкивающих данную личность. «Когда лич ность находится в положении равповесня по отношению к воздействующим па нее силам в той части пространст ва, которая является в некотором смысле оптимальной для нее, говорят, что личность пребывает в состоянии конфликта» Малейшее колебание субъе кта в ту или иную сторону уже предопределяет, какой выход он из берет, ибо при этом возрастает притягательная сила со ответствующего места в пространстве. Это положение Боулдипг иллюстрирует известным примером с бури дановым ослом, которого поместили между двумя куч а ми сена па одинаковом расстоянии от каждой. Осел, по ясняет он, не погибнет от голодной смерти, так и не сде лав выбора между равновеликими силами, тяпущими его в противоположные стороны. Первое же небольшое физическое колебание осла в направлении той или ипой кучи усиливает запах и привлекательность этой кучи. Использование примера с буридановым ослом и дру гих аналогичных примеров, а также наблюдений за по ведением собак, лабораторных крыс и т. д. в целях уста новления каких-то параметров и закономерностей про текания социального конфликта типично для бихеви ористского и бпологизаторского подходов 2. Д ля некото рых буржуазных социологов характерно крайне расши рительное понимание самого феномена конфликта. Сло 1 Boulding К. Conflict and Defence, p. 90— 97. 2 См., папример: Bricman Ph. Social Conflict, p. 37—48; Rapoporl A . Fights, Games and Debates. N. Y., 1961. 112
во «конфликт» происходит от латинского conflictus, что значит «столкновение». В соответствии с этим любое столкновение в живой и пежпвой природе истолковыва ется как конфликт. Так, К. Райт утверждает: «Конф ликт — термин широкого значепия с применением в фи зическом, биологическом, философском и соцпальпом мире» *. Ссылаясь па «бесконечную войну моря против суши и одпих форм земной породы против других форм», К. Боулдинг заключает, что природа даже в ее неживой части изобилует острыми конфликтами2. Но, к а к пзвестпо, этимология слова далеко не всегда совпадает с фактическим содержанием понятия. Пони мание, скажем, борьбы за существование, как и любых других столкновений в природе, пе будет глубже и пол исе, если ее подвести под категорию конфликта. При родные противоречия могут проходить различные фазы, но среди них пе бывает фазы конфликта3. Специфика социального конфликта вскрывается посредством вычле нения его объективной и субъективной сторон, которые в своей совокуппостп п определяют его качественную природу. Но если марксизм подчеркивает решающее зпачепие материально-экономической основы социаль ного конфликта, то западные социологи склонны абсо лютизировать роль чисто субъективных моментов. Это обнаруживается особенно явственно, когда они пытаются выделить отличительные признаки общест венных конфликтов. Ход их рассуждений сводится к тому, что если па жпвотпом уровне возможности пове дения в конфликтной ситуации ограничены некоторым числом стереотипов, то природа человека столь пластич на, что допускает весьма богатые вариации действий. У людей место грубой физической схватки занимают дискуссии, увещевания, осмеяние, тяжбы и манипули рование паличными обстоятельствами. К. Боулдинг выводит специфику общественных кон фликтов из того обстоятельства, что человек в своем сознапии оперирует «символическими образами», «пред ставлениями», «картипами», дающими ему знание о впешпем мире, о себе и о других. «Символический об раз,— пишет он,— имеет огромное значение в понима нии человеческих конфликтов... Даже те из них, кото 1 The Journal of Conflict Resolution, 1957, vol. 1, No 1, p. 3. 2 Boulding K. Conflict and Defence, p. 1. 3 См.: Штракс Г. М. Социальное противоречие. М., 1977, с. 26. 8 JI. А. Нечипоретттсо 113
рые па первый взгляд кажутся происходящими просто по материальным причинам, например из-за земельной собственности, на деле всегда связаны с символическими элементами вроде престижа, уважения личности ит.д.» Разумеется, любые социальные коллизии всегда представляют собой противоборство сознательно дейст вующих групп п лпчпостей, п совершенно естественно, что они происходят, между прочим, и в форме противо борства определеппых взглядов, установок, идеологиче ских доктрин. Таким образом, те или иные символы могут играть в коллизиях большую, но отнюдь не опреде ляющую роль, ибо символы в конечпом счете лишь отра жают материальные условия жизни людей. Но эта глу бинная оспова социальных столкновеппй пе учитывает ся К. Боулдппгом, п оп сосредоточивает вппмаппе лишь па отражающей ее символике, которая и принимается за главный источник столкновений. «Для того чтобы символ стал источником коллизий,— поясняет он,— должпа существовать неопределенность его значения, а также двусмыслеппость относительно того, что именно оп собой представляет. Это вещи, которые мы можем любить п ненавидеть одновременно» 2. Вопрос, еще не получивший одиозпачпого решеппя, остается открытым для дискуссий, для различпых, под час взаимоисключающих, мнеппй, и в этом смысле не определенность спмвола (понятия, положения п т. д.) действительно вызывает борьбу взглядов. Однако вд ап- ном случае К. Боулдинг слишком произвольно подго няет под понятие конфликта любой спор, дискуссию и т. д. Одностороннее раздувание такпх характеристик конфликта, как психологическая несовместимость про тивоборствующих сторон, зиачеппя их воли, желаний, стремлений свойственно многим буржуазным социоло гам. Копечпо, отношение несовместимости может быть призпаком определенного противоречия, которое лежит в основе любого копфликта. Но вместе с тем далеко не всякое проявление подобпого отпошеппя свидетельству ет о палпчпн копфликта. В самом деле, если конфликт — это предельное обострение противоречия, то в принци пе противоречия могут преодолеваться, пе обостряясь 1 Boulding К. Conflict and Defence, p. 97. 2 Ibid., p. 38. m
обязательно до конфликта. Все зависит от степени ра з вития самого противоречия, а также от его специфиче ского характера, конкретной социальной природы и про чих обстоятельств. Так, различные житейские, семейно бытовые разногласия, научные дискуссии, спортивные соревнования и т. д. могут преодолеваться бесконфликт но. В условиях социалистического общества обществен ные противоречия разрешаются, не перерастая в анта гонистические социальные конфликты. Напротив, про тиворечия эксплуататорских формаций имеют объектив ную тенденцию обостряться до степени социального конфликта, разрешаться в его самых острых формах. Итак, конкретный анализ реальных конфликтных ситуаций, их социально-экономической и политической природы — вот что должно находиться в центре внима ния подлинно научного подхода к явлениям обществен ной жизни. Помимо неопределенности и двузначности «симво лики* К. Боулдипг указывает на такое ее свойство, как неустойчивость, которое, по его мнению, имеет весьма важное значение в истории. Причину этой неустойчиво сти он видит в разделении сознания человека на два элемента — «явный, открытый элемент, который он осоз нает по отношению к себе и к миру, и скрытый элемент, который прячет. Этот последний, возможно, также под разделяется на две части: ту, которую индивид прячет от других людей, или сознательно скрываемую, и ту, ко торая прячется индивидом даже от себя, пли бессозна тельно скрываемую часть сознания» Приняв фрейди стскую копцепцию психики и поведения человека, аме риканский социолог вводит иррациональный моменте понимание источника коллизий, социально-историче ских движений и перемен. Вследствие того, утверждает он, что <vоткрытые п скрытые элементы сознания у от дельных личностей следуют своими собственными д и а лектическими путями... всегда существует возможность драматических переворотов или революций, посредст вом которых прежде скрытое в сознанин людей стано вится открытым, а прежде открытое — скрытым» 2. Справедливо указывая на конформизм буржуазного сознания, па двойственный, лицемерный характер мо рально-этических норм, господствующих в капиталисти 1 Doulding К . Conflict and Dcfence, p. 101, 2 Ibidem. 115
ческом обществе, К. Боулдинг в то же время стремится доказать, что главный источник конфликтов, ведущих к социальным переменам, коренится именно в указан ной выше раздвоенности человеческого сознания, в подавлении официальной системой символики неофици альной, оппозиционной системы символики. Он доказы вает читателю, что всякая общественная борьба — наци онально-освободительные движения, социальные рево люции и т. д . — это всего лишь проявление противоречий в сфере сознания и бессознательного. А в результате ре волюций одна система символики уступает место другой системе символов. Что же касается государства, или, по выражению Боулдинга, «режима власти», то его роль сводится только к защите господствующей системы сим волов. Поэтому любая революция устанавливает новую государственную власть, иовый политический режим опять-таки исключительно в интересах господства новой системы символов. Свою социологическую теорию К. Боулдинг развива ет в осповном в русле методологии структурного функ ционализма. Но он подчеркивает реальность социально го копфликта, пытается выяснить условия и причины его возникновения, пути разрешепня. В числе условий, в которых протекает копфлпкт между «организациями» (этот термин он использует чрезвычайно широко, обоз начая им любые «организованные группы», в том числе классы, нации, государства, политические партии, проф союзы, фирмы, объедипения промышленников, церковь, спортивные команды и т. д .), называются их взаимная осведомленность друг о друге, отрицательные последст вия решений и практических действий одпой «организа ции» для положения дел в другой К Нетрудно увидеть, что констатируемые здесь усло вия взаимной борьбы «организации» носят в общем сугу бо формальпый характер, пе касаются действительной основы общественных антагонизмов — основы, которая должна найти свое отражение. Кроме того, сама произ вольно выбранная и произвольно толкуемая терминоло гия — «организации» и «организационный конфликт» — только затемняет и извращает подлинный смысл реальных социальных противоречий и классовых столкновений современного капиталистического обще ства. 1 Boulding К . Conflict and Defcnce, p. 151—152. 110
По мнению К. Боулдинга, дапные термины одинако во применимы и к важпым элементам социальной струк туры, политической системы общества, и к мпожеству более или мепее организованных групп, таких, как учеб ный или научный коллектив, рабочая бригада, музы кальный кружок, общество любителей рыбной ловли и т. д. Объективно, независимо от воли и сознания людей складывающиеся общности (классы, нации и т. д.) сме шиваются в «общей теории конфликта» с организация ми, сознательно создаваемыми для тех или иных целей. В результате непримиримые социальные столкновения на почве капиталистического строя растворяются в мас се так называемых «межорганпзацпонпых конфликтов», всевозможпых коллизий между группами н организаци ями по самым различным вопросам общественной жиз ни — основным и неосновным, существенные и несу* щественным. Классическая структурно-функционалистская мо дель общества, как отмечалось, предлагает некую гар моничную бесконфликтную целостпость как норму су ществования социальной системы. К . Боулдипг несколь ко модифицирует эту модель. Он признаёт, что в нор мальном состоянии «организация» может раздираться «частными интересами», но в то же время считает, что наличие «общего врага» и общей опасности способству ет консолидации членов данной организации в интере сах ее выживания. Автор ссылается, в частности, па об разование антигитлеровской коалиции в годы второй мировой войны. Однако сама по себе угроза извне, внешние противоречия как таковые отнюдь не снимают проблемы внутренних конфликтов, поскольку остается в силе их глубинная основа. Кроме того, характерная для западных социологов абсолютизация внешних про тиворечий объективно может служить вполне ясным по литическим целям — обоснованию необходимости при определенных обстоятельствах открывать выходной клапан для снижения внутренней социально-политиче ской напряженности посредством развязывания войны на международной арене. Истории хорошо известны по добные попытки тушить пожар «большой войны» — классовой борьбы трудящихся, надвигающейся социаль ной революции — путем победы в «маленькой войне». Буржуазия весьма склонна к тому, чтобы в ходе войн, которые опа ведет в своих интересах, добиваться прекра щения «внутренних беспорядков», установления «наци-
опальпой консолидации», «единства нации», «классово гомира»ит.д. Один из способов разрешения «межорганизацпонно- го конфликта» К. Боулдинг усматривает в том, чтобы вызвать перемены в характере действий противостоя щей стороны. Эти перемены могут быть связаны, в част ности, с борьбой за власть различных фракции внутри «организации», с пораял'еппем одних фракций и выдви жением других на «высокие роли», а также с приобре тением «новых идей». Изменеппе качественной природы одпой из «организаций» может иметь следствием умень шение или сведение на нет прежнего антагонизма меж ду «организациями». Таким образом, данный прием разрешения «межорганпзационных» столкновений со стоит в «попытках одной организации изменить приро ду другой в желаемом направлении» 1. Он используется в контрреволюционной п неоколониалистской политике для изменения прогрессивных общественных порядков и насаждения реакционных режимов в странах, ставших па путь национально-освободительной борьбы, па путь демократического, некапиталистического развития. От меченный «элемент» в «общей теории копфликта» пред ставляет собой также известное обоспование модпых па Западе методов идеологических диверсий, различных концепций «наведепия мостов», «эрозии» и «размягче ния» общественного строя и идеологии в социалистиче ских странах. Подытоживая исследовапие «межорганизациопного копфликта» и сравнивая его с межличностным, К. Боул- дипг констатирует то общее, что, как он считает, пере крывает различия между ними. Это — самосознание ин дивидов и групп («организаций»), которое, по мнепию американского социолога, как раз и определяет в конеч- пом счете возншшовеппе и сам характер любых столк новений. «Ключ к природе любой копфлпктпой ситуации паходится в самосознании сторон» 2. Газлпчие же между названными типами конфликтов он видит только в ко личественной характеристике самосозпапия, в большей или меньшей сложности цепи, по которой передаются «образы». Так, в случае борьбы между «организациями» па формирование «образов» и вообще самосоэнапия сто рон существенное влияние оказывает личное мнение лю- 1 Boulding К. Conflict and Defence, p. 164. * Ibid., p. 165. 118
дей, ван имающих доминирующее положение во враж дующих группах. К. Боулдинг сводит общественное соз нание к индивидуальному, ибо для него понятие «обще ственное» в любом его применении — к «созданию», «группе», «отношениям» и т. д . — не предполагает и.чу- чепия общества как исторически определенной форма ции, социально-экономической и классовой природы об щественного сознания («самосознания организаций»). При характеристике «организаций» он ограничивается перечнем хотя и важных, но внешних параметров. Это «размер организаций» (занимаемая ими территория, численный состав, доходы и т. д .), степень их мощности, степень враждебности и дружелюбия, даже возможная тождественность «организаций» друг другу. В итоге под нятый буржуазным социологом вопрос о роли информа ции в процессе противоборства сводится к второстепен ным моментам. Социальное бытие, классовое положение индивидов и различных групп, материальные условия их жизни как основа обществе ипого сознания совершенно не учитываются им при анализе конфликтных процес сов. Рассмотренные выше «общие принципы» объявля ются К. Боулдпнгом «абстрактной моделью конфликт ной ситуации или конфликтного процесса». Она, по его 8амыслу, и является чем-то вроде методологического ядра всей «общей теории», которая должна развиваться и обогащать свое содержание по мере применения «мо дели» ко всем случаям жизни. К. Боулдинг утверждает, что его «модель», лишь с некоторыми модификациями, равно применима к анализу «промышленных конфлик- тов и забастовок, международных конфликтов и войн, се мейных конфликтов и разводов, правовых конфликтов и приговоров, расовых конфликтов и восстаний, политиче ских конфликтов и выборов» 1. Однако как раз опробо вание его «модели» па реальных примерах классовой борьбы обнаруживает ее научную несостоятельность. * 1 Boulding К. Conflict and Defence, p. 189. 119
2. Классовая борьба в кривом зеркале буржуазной конфликтологии К. Боулдинг последовательно рассматри вает основные разновидности современного социального конфликта: экономического, политического и идеологи ческого. Посмотрим же, как па практике «работает» «об щая теория» и к каким выводам приходит ее автор. Одип из «общих элементов и принципов» концепции К. Боулдинга можно сформулировать так: универсаль ный источник коллизий состоит в несовместимости пре тензий сторон при ограниченности возможностей их удовлетворения. Американскому социологу кажется, что в свете данного положения убедительное объяснение получает вся сложная проблема экономического конф ликта в любых его проявлениях: п торговые войпы, и капиталистическая конкуренция (в том числе борьба за источники сырья и рынки сбыта), и вообще любая борь ба «бедных с богатыми за большую долю материальных благ», включая и экономическую борьбу пролетариата. Он пишет: «Как бы пп был велпк пирог, его распределе ние пе удовлетворяет потребностей всех желающих, и тогда неизбежен конфликт. Один получает больше, дру гой — меньше. Если бы моглп быть удовлетворены пот ребности всех, то никаких коллизий не происходило бы» *. К. Боулдипг обходит самую суть проблемы, а имен но общественно-экономическую, политическую природу социальных противоречий. Дефицит материальных благ, острую нехватку средств к существованию он объявля ет главным корнем всех экономических конфликтов. Легко распозпать здесь давний социал-дарвпнистскнй мотив. Чуть ли не всеобщим закопом социологической тео рии американский социолог считает следующий свой тезис: «Чем беднее общество и дефицитнее предметы потребления, тем интенсивнее будут его конфликты» 2. Не утруждая себя ни изучением истории, пи фактами современности, он заявляет, будто именно в бедных об ществах чаще всего возникают классовые столкновения, которые порой выливаются в насильственные револю ции. И лишь в обществе изобилия, но его мнению, эко 1 Boulding К. Conflict and Defence, p. 190, 2 Ibid., p. 191. 120
номическая борьба исчезает. Таким обществом, разуме ется, благодаря научно-техническому прогрессу стано вятся современные западные страны. Хотя он признает, что здесь наблюдаются еще имущественные контрасты и классовые антагонизмы, но, пытаясь затушевать дей ствительное положение вещей, утверждает, что почва для экономических конфликтов существует в западном обществе только в том смысле, что одни богатеют быст рее, чем другие. Объективный смысл этих рассуждений тот же, что и у всех сторонников так называемой «докт рины отсталости»,— отрицание исторической неизбеж ности социалистической революции в развитых капита листических странах Следует заметить,что принцип «скэрсити» (scarcity), то есть ограниченности, дефицита, пехватки каких-ли бо ресурсов и благ, материальных или духовных, вклю чая и позиции социального престижа, власти во всех ее видах, пеизменно фигурирует в буржуазных теориях при определении u обосновании причин и сущности социального конфликта. Поскольку-де жизненных цен ностей, в особенности продовольствия и позиций вла сти, всегда количественно меньше, чем желающих ими обладать, то отсюда «естественно в неизбежно» проис текают всевозможные трения и коллизии между инди видами и социальными группами 2. Бесспорно, недостаток средств к существованию, а также дискриминация трудящихся в социальных и по литических правах толкают их па борьбу с господст вующим порядком вещей, в защиту своих кровных ин тересов. Но в чем конечный источник дефицита жизненных благ п позиций «социального статуса» в за падном обществе? Существует ли он от века и останет ся ли всегда, пока будет существовать человеческое общество, или он обусловлен его конкретной историче ской формой? Подобными вопросами буржуазные конф ликтологи обычно пе задаются, а просто постулируют этот дефицит, эту несправедливость капиталистической общественной системы как тот «эмпирический факт», от которого надо исходить при объяснении причин и со держания социальных коллизий. 1 См. критику упомянутой буржуазной доктрины^ в кн.: Красин Ю. А. Революцией устрашенные. Критический очерк буржуазных концепций социальной революции. М., 1975. 2 См., папример: Fitzen D. In Conflict and Order; Understan ding Society. Boston, 1978, p. 51, 57, 121
Используя терминологию теории игр, К. Боулдинг называет классовые столкновения «играми с положи тельной суммой, смесью конфликта и сотрудничества» в отличие от «игр с отрицательной суммой», представ ляющих собой бескомпромиссную борьбу, «чистый конфликт». Надо заметить, что использование теории игр для осмысления социальных противоречий совре менности наблюдается у многих буржуазных ученых. Хотя порой ими высказываются критические замечания в адрес теоретико-игрового подхода к общественным проблемам, тем не менее они касаются в основном вто ростепенных моментов. Главный же недостаток подоб ной методологии заключается в стремлении возвести одип из математических, формально-логических, дедук тивных методов исследования в ранг всеобъемлющей и универсальной социологической схемы, такой схемы, которая пе только объясняла бы всевозможные проти воречия капиталистического общества, но и указывала пути их преодоления. Хотя теория игр в определенной мере имитирует не которые особенности жизненных кофликтных ситуаций (наличие «рационального» момента, реалистического расчета в поведении сторон, разработка определенного плана действий, «стратегии конфликта» и т. д .) , она в то же время упрощает подобные ситуации, искусствен но абстрагируясь ог многих существенных факторов. Упускаются из виду такие решающие параметры со циального конфликта, как его общественпо-экономиче- ская и политическая природа, классовый характер ко ренных интересов п целей противоборствующих сторон и т. д. Несостоятельна и опасна для дела мира абсолю тизация теоретико-игровых методов применительно к области международных отношений *. Опираясь на теорию игр, буржуазные социологи вы деляют класс конфликтов «нестрогого соперничества», предполагающих всевозможные компромиссы и взаим ные уступки противостоящих сторон, чтобы таким путем сгладить остроту социальных антагонизмов современ ною капиталистического общества. В западном мире, уверяет своих читателей К. Боулдинг, наблюдается со трудничество в труде для увеличения размеров «нацио нальною пирога» и конкуренция в области его распре- 1 См.: Современные буржуазные теории международных отношении. М., 1970, о, 49—56, 361—371, 122
деления. И если каждый, дескать, получит именно ту долю, которую он заслужил ли^йым сотрудничеством, то элемент конфликта снимается. Однако хотя в принципе конфликтные ситуации ти па «нестрогого соперничества» допускают определен ные формы «сотрудничества», тем не менее Вопрос о его практической реализации, очевидно, находится вне компетенции самой теории игр и решается в каждом конкретном случае исходя из совсем иных обстоя тельств. Кроме того, К. Боулдипг не хочет видеть того, что сама эксплуататорская природа капиталистического способа производства не предполагает при росте нацио нального дохода автоматического увеличения доли, до стающейся трудящимся. Рост заработной платы, как правило, достигается за счет увеличения сренени луатации рабочей еилы. Весь исторический оныт кэЙЙб- совой борьбы свидетельствует о том, что повышение уровня жизни отдельных слоев трудящихся, как и мно гие другие их социальпые завоевания, в странах капи тала сопровождается усплеппем эксплуатации людей труда. К. Боулдипг на свой лад пытается обосновать до статочно обанкротившийся буржуазно-реформистский миф о «классовом сотрудничестве» и «социальном парт нерстве». Не случайпо его попытка встречает сочувст вие и поддержку в социологических кругах Запада. Там прямо ставят в заслугу американскому социологу его стремление затушевать классовую сущность борьбы трудящихся в защ иту своих жизненных пптересов, «со образовать» э т у б ор ь б у с приемлемой для капитализма моделью «экономического конфликта», предполагающей «элементы и сотрудничества и соперничества» 1. Обострение противоречий капиталистического строя побуждает буржуазных идеологов заняться их исследо ванием, но они осуществляют его с определенных клас совых позиций. Такова подоплека, например, резких возражений западных социологов против проведения «жесткой дихотомии между гармонией и противоречи ем, сотрудничеством и конфликтом» 2. Американский социолог М. Дойч довольно откровенно формулирует эту позицию: «Вопрос состоит не в том, чтобы устра нить или даже предупредить конфликт... а в том, как 1 Brickman Ph. Social Conflict, p. 135. 3 Sm ith C. (cd.). Conflict Resolution: Contributions of Beha vioral Sciences, p. 30. 123
сделать его полезным или, по крайней мере, не дать ему сделаться разрушительным. Я имею в виду не односто ронний, а взаимный выигрыш от конфликта, взаимное удовлетворение борющихся сторон» *. В книгах К. Боулдпнга — тот же буржуазно-клас совый подход, те же методы социального исследования и те же результаты. Оп тоже пытается создать впечат ление, будто паличпые антагонизмы пе имеют корней в самой капиталистической спстеме, а потому, мол, опаспы пе сами по себе копфлпкты, а неправильное от ношение к ппм, п в частности педооценка их социоло гического значения как теоретической проблемы. Отсю да следует обычный для конфликтологов вывод: примут ли коллпзпп разрушительный для западного общества характер шит станут факторами регулпроваппя проти воречий и гармонизации общества, в основном зависит от успехов теоретической разработки проблем социаль ного конфликта, от того, как будет реалпзовап па прак тике его «познтпвпо-функцпональпый» элемент. Уста новка оставить всякие попытки «устранения пли преду преждения конфликта и найти способ сделать его продуктивным»2 весьма характерна для буржуазных социологов. Она достаточно определенно свидетельст вует о растущем в их среде признании нового этапа в развитии классовой борьбы, когда все очевиднее стано вится банкротство прежних методов ее идейного и по литического подавления. Вообще можно заметить, что «признание» буржуаз ными учеными реальности и даже «законности» соци альных конфликтов в жпзни западных страп по своему характеру очень сходно с тактикой буржуазных прави тельств по отношепию к коммунистическим партиям, идущим в первых рядах рабочего движения в этих странах. «Подчас коммунистам буржуазных страп те перь сулят «признать» нх «право па место в общест ве»,— отметил JI. И. Брежнев. — А взамен требуют... «пустяк»: чтобы опп отказались от борьбы против вла сти капитала, за социализм, от интернациональной классовой солидарности. Но коммунисты давпо уже за воевали свое место в обществе. Завоевали именно своей революционной борьбой. Их роль в обществе признана 1 Smith С. (ed.). Conflict Resolution: Contributions of Beha vioral Scienccs, p. 38. 2 Deutsch M. The Resolution of Conflict: C onstructive and Destructive Processes. New Haven, 1973, p. 17, 124
народами, и отнять ее пе дано никому» К В известном смысле высказанная JI. И. Брежневым мысль примени ма и к проблеме социальных конфликтов в условиях капитализма. Совершенно независимо от признания или непризнания реальности таких конфликтов и от по пыток буржуазных идеологов представить их в безобид ном виде, классовая борьба трудящихся и ев антика- питалистпческая направленность неизбежны в силу самого социально-экономического строя западного обще ства. Стремясь в какой-то степени конкретизировать слпгаком абстрактный характер рассуждений об «эко номическом конфликте в самом широком смысле сло ва», К. Боулдинг выделяет в качестве его особого типа собственно «классовый конфликт». Однако и последний оп понимает весьма абстрактно — как «конфликт бога тых и бедных, привилегированных и непривилегиро ванных или господствующих и подчиненных» 2. Применительно к сфере экономической борьбы тру дящихся он употребляет термин «индустриальный конф ликт», широко распространенный в западной литерату ре. В противоположность марксистскому понятию эко номической борьбы, точно и конкретно указывающему не только область, но п цели данной формы борьбы ра бочего класса, термин «индустриальный конфликт» фиксирует лишь сферу общественной жизни, где оп имеет место. Более того, эта сфера явно эау/кена таким термином, пбо экономическая борьба трудящихся про тив капиталистических монополий отнюдь не ограничи вается промышленностью, а охватывает и сельское хо зяйство, и транспорт, и торговлю, и культуру, проникая во все важные сферы жизни современного буржуазного общества. Определение же самого понятия индустриального копфликта К. Боулдинг дает крайне формальное, отме чая только столкновение между «работодателем и ра ботником, тем, кто нанимает, и тем, кого нанимают. К а ж д а я из этих сторон может быть отдельной лично стью, группой или организацией». В истолковании природы «индустриального конфликта». К . Боулдинг не учитывает его социально-экономическую и классовую природу, сосредоточивая внимание на юридически-пра- 1 Брежнев Л. И. Ленинским курсом, т. 6, С, 593, 2 Boulding К. Conflict and Defence, p. 206. 125
вовой стороне борьбы. «Ключ к пониманию индустри ального конфликта — в исследовании договора или са- мой сделки по заработной плате» заявляет он. Таким образом, корни борьбы рабочих против капита листических порядков американский социолог ищет в области права и в значительной мере —■психологии. Хотя он указывает на вещественную, именно товарно- денежную, сторону взаимоотношений рабочих и пред принимателей, тем не менее источник их экономическо го противоборства, по его мнению, находится не столь ко в ней, сколько в противоположности идейно-психо логических, Нравственно-этических установок труда и капитала. Вот как иллюстрируется в книге К. Боулдинга не совместимость этих установок в «индустриальном конф ликте». Для капиталиста покупаемая им рабочая сила, или «труд рабочего»,— такой же предмет производст венного потребления, как инструменты, сырье и т. д. «Наниматель,— пишет К. Боулдинг,— не понимает то го, что значит быть человеком, продающим свой труд, свою жпзпь за деньги, за то, чтобы иметь пищу и услу ги». Зато данный собственно «человеческий аспект» дела, заслоняемый для капиталиста чисто коммерче ским, производственно-техническим интересом, очень хорошо понимает рабочий. Именно эта противополож ность нравственно-психологических установок, соответ ствующих «символов», «образов» и служит якобы при чиной возникновения «индустриального конфликта» во всей его специфичности. Здесь мы имеем дело, с точки зрения К. Боулдинга, не только с обычным экономиче ским конфликтом по поводу обмепа, по и с фактом вза имного непонимания того, что имеппо обменивается2. Для капиталиста труд рабочего пмеет сугубо вещест венную, утилитарную ценность, для рабочего же про дажа своей рабочей силы затрагивает его личное досто инство, его престиж и общественное положение. Следо вательно, по Боулдипгу выходит, что пролетариат и буржуазию разделяет не противоположность их корен ных экономических интересов, а лишь «плотная стена непонимания в области культуры». Отсюда нетрудно предугадать, какие «пути» преодо ления «индустриального конфликта» предлагает аме- 1 Moulding К. Conflict and Defence, p. 208, 200, 2 Ibid., p. 210, 211, 120
риканский социолог. Поскольку он изображается как антагонизм культурных ценностей, то путь к его разре шению — в нравственном совершенствовании противо борствующих сторон, в установлении их взаимопони мания. Этот по сути своей «культурный конфликт >>пре одолевается по мере того, как капиталист проникается уважением к личному достоинству рабочего, а тот в свою очередь связывает собственный престиж и благо получие с финансовыми успехами предпринимателя. Рекомендации, предлагаемые К. Боулдингом, по пре дупреждению экономической борьбы трудящихся дале-» ки от оригинальности и не составляют какого-либо от* крытия для буржуазной науки. С такими же рекоменда циями уже более 30 лет выступают пропагандисты «человеческих отношений» — доктрины, тоже абсолюти зирующей социально-психологические факторы как оп ределяющие во взаимоотношениях рабочих и предпри нимателей. Марксистский анализ названной доктрины убедительно разоблачил ее антинаучный, реакционно- утопический характер. Что же касается К. Боулдинга, то он в данном случав лишь по-своему, с позиций «об щей теории конфликта», пытается предложить допол нительный аргумент в пользу этой доктрины. Особое внимание автор «общей теория» уделяет ее применению к анализу международных конфликтов. За исходный пункт анализа проблемы международных кол лизий К. Боулдинг берет положение о том, что «приро да конфликта, как правило, зависит от природы проти воборствующих сторон». В самом деле, характер между народных конфликтов и Boiiu зависит от соцпальпо-эко- номической природы участвующих в них государств, от сущности их внутренней и внешней политики. Однако апализ противоборствующих сторон и их взаимпой конфронтации на мировой арене ограничива ется у него фиксацией хотя и важных в других отноше ниях, но для существа данного вопроса внешних, второ степенных факторов, вроде размеров территории, зани маемой противостоящими сторонами, их сравнительной материальной мощи и т. д. Поэтому подобная классифи кация международных конфликтов сугубо формальная. При помощи сложных графиков и таблиц делается вы вод о равных шансах на победу в борьбе равных сторон и о неравных шансах в противном случае. Американ ский социолог абсолютизирует некоторые весьма отно сительные истины, вроде того, что сила воюющей сто- 427
ропы определяется размерами ее территории, что исход войны — фупкция территорий сторон и т. д. Несмотря па то что «общая теория» замышлялась ее автором как методология исследования международных конфликтов и кризисных ситуаций, практически она мало что мо жет предложить для этой цели ’. К. Боулдинг справедливо выделяет идеологический конфликт как особый вид социальных конфликтов, ука зывал на его специфический характер и отличие от эко номического и международного конфликтов. Это выделе ние оп мотивирует также тем, что идеологический копф- ликт является будто бы подоплекой всех прочих кол лизий, в том числе и столкновений между личностями, группами и «организациями», которые он пазывает «ча стными конфликтами'). Эти последпие, по словам аме риканского социолога, «внедрены в матрицу более об щего конфликта — великой битвы этических, религиоз ных, научных и идеологических систем за верноподдан ность людей» 2. Но правильно ли считать идеологическое противоборство общим моментом в столкповеппях лич ностей, групп и «организаций» на том основании, что они якобы имеют единый «идеологический обертон»? Разумеется, идеологический конфликт всегда связан и с экономическими, и с международными, да и с некоторы ми другими, например политическими, национальными, коллизиями. По так называемые частные конфликты отнюдь не всегда являются одновременно идеологиче скими. Так, острые столкновения между отдельными лицами и группами могут происходить в условиях иде ологического единства противоборствующих сторон пли вообще совершенно независимо от их идеологической приверженности. Примером могут служить, скажем, схватки капиталистических монополий, взаимная враж да гангстеров и т. д. Рассуждения К. Поулдинга о сущности идеологии, о ее роли в социальных коллизиях, а также его трактов ка идеологического конфликта как такового весьма ха рактерны для современной буржуазной науки. «Идеоло гии,— утверждает американский социолог,— есть взгляд 1 Критический анализ некоторых пзглядов К. Поулдинга па проблему международного конфликта см. в кн .: Социологиче ские проблемы междупародпых отношений. М., 1970, с. 9—11; Современные буржуазные теории международных отношений. М., 1970, с. ЗГ)Г»-301. 2 lioulding К, Conflict and Defence, p. 277, 123
на мир. Она должна дать ипдивиду понимание смысла жизненной драмы, в которой он действует, и роли, кото рую он должен в ней играть. Она должна разрешить его сомнения, путаницу мыслей, объяснить сообщения, ко торые с очевидностью противоречат идеологическим принципам» *. Действительно, по самому своему при- звапию, как теоретически разработанная и логически связанная система взглядов, идеология способна расши рить кругозор, прояснить сознание личности. Верно и то, что она должна давать людям понимание смысла со циальных событий современности, помогать им осознать свое место и роль в общественной борьбе. Но в чем со стоит глубинный источник активности идеологии? Что в конечном счете сообщает ей притягательную силу и влияние в широких массах, обеспечивает победу над другими идеологиями? Боулдинг полагает, что силу иде ологии составляют два фактора: «интенсивность и об ращение». Под интенсивностью идеологии он понимает ее способность воздействовать на чувства людей и вы зывать у них прилип энергии. А под обращением иде ологии — шпроту слоев общества, у которых она воз буждает соответствующие чувства и энергию и которыо принимают эту идеологию. Конечно, сила идеологии проявляется в ее способно сти пробуждать практическую энергию масс, получать массовую поддержку. Но история классовой, в том чис ле и идеологической, борьбы убедительно свидетельст вует, что в борьбе идеологий в конечном счете одержи вает верх та, которая выражает интересы передовых общественных сил, отвечает задачам прогрессивного развития человечества. Именно такие идеологии соот ветствовали действительности, полнее выражали ее. Неспособность выразить историческую правду, дать правильный ответ на вопросы, которые ставит жизнь, обусловливает кризис современной буржуазной идеоло гии. Напротив, сила марксистско-ленинской идеоло гии — в ее верности исторической правде, что и находит свое подтверждение в том, что марксизм-ленинизм стал властителем дум миллионов людей во всем мире. К. Боулдинг также ставит вопрос об источнике силы идеологии, но, по его мнению, все дело в «выдвижении харизматического лидера»2, то есть человека, в глазах 1 Boulding К. Conflict and Defence, p. 280. 2 Ibid., p. 283. JI. Л. Нечипоренко 129
некоторого круга людей наделенного выдающимися или даже сверхъестественными личными качествами. Ино го, сколько-нибудь рационального объяснения настоя щего источника силы идеологии и ее воздействия на мас сы мы не находим в «общей теории конфликта». В ней лишь обнаруживается обычная для западных социоло гов склонность к чрезмерному преувеличению значения идеологии, когда она рассматривается в качестве реша ющей причины социальных противоречий и конфликтов. Проблема возможных исходов идейных битв совре менности ставится в «общей теории» достаточно акту ально — в плане идеологической копфронтации мировых общественных систем — социализма и капитализма. В паше время, когда все очевиднее становится кризис буржуазного мировоззрения, усиление влияния марксиз- ма-леншшзма, К. Боулдпнг пе решается говорить даже об абстрактной возможности поражения великой рево люционной теорпп. Наиболее вероятпым исходом гло бального противоборства буржуазной и марксистско-ле - пипской идеологий он считает их постепенную конвер генцию, а в конечном счете — образование в результате их сиптеза некой новой идеологии, в которой элементы обеих прежних «становятся почти неразличимыми или, по крайней мере, могут сосуществовать без явного конфликта» *. К. Боулдпнг приводит различпые, но столь же не состоятельные аргументы в пользу теории конверген ции, как п аргументы прочих сторопппков этой концеп ции. Так, оп ссылается па диалектическое положение о превращении идей в свою противоположность, пытается спекулировать па связи марксистской диалектики с диа лектикой Гегеля. Прогноз о копвергепцпальпых тенден циях п идеологической борьбе двух мировых обществен ных систем оп пытается подкрепить также ссылками на введепие прогрессивного подоходного налога, которым облагаются прибыли мопополий, па меры по социально му и пепспоппому обеспечению и т. д. В них оп усмат ривает признак демократизации и считает подобные факты результатом «социалистической критики чисто рыночпой экономики». В то же время, искажая смысл мероприятий КПСС по ликвидации культа личности и его последствий, К. Боулдипг стремится выдать их за какую-то «либерализацию» советского общества в ре- зультате восприятия им элементов западной демокра- 1 Boulding К. Conflict and Defence, p. 283, 130
тии. Подобные соображения распространяются многи ми буржуазными идеологами. Они обстоятельно разоб лачены марксистской критикой и опровергнуты самой жизнью. Мирное сосуществование государств с различным со циальным строем, как известно, не отменяет идеологи ческой борьбы. Напротив, она становится все более ост рой, охватывает всю планету, касается самых общих философских принципов и конкретных вопросов разви тия хозяйства, общественных отношений, науки и куль туры в условиях капитализма и социализма. Империа* листы пытаю тся обновить свой идейный арсенал, прибе гают ко все более изощренным, коварным фальсифика циям и идеологическим диверсиям. Запад, как отмеча лось на XXVI съезде КПСС, «пускает в ход целую систему средств, рассчитанных на подрыв социалисти ческого мира, его разрыхление. Империалисты и их пособники систематически проводят враждебные кампа нии против социалистических стран. Они чернят и из вращают все, что происходит в этих странах. Для них самое главное — отвратить людей от социализма» 1. Сам К. Боулдинг не питает особых иллюзий отно сите льпо практической осуществимости конвергенции. Он пишет: «Никто, разумеется, не ждет, что оба обще ства покончат со своим экономическим и политическим строем... Нам не следует предполагать, что модель взаи- моконвергептиой модификации идеологий универсаль на» 2. Непреодолимое препятствие для конвергенции оп видит в том, что будто бы в марксизме «идея врага яв ляется основным фокусом мышления и действия. Без врага вся динамика и цель идеологии я организации здесь теряются» 3. Стремление представить социалистический строй и его идеологию ориентированными главным образом на борьбу с «врагом» — распространенный прием в реак ционных кругах Запада. Среди его активных пропаган дистов следует прежде всего назвать Р. Страуса-Хюпе, В. Киитнера, Дж. Догерти п некоторых других сотруд ников Научпо-псследовательского института внешней политики прп университете штата Пенсильвания (США) как представителей крайне правого крыла американ ской политической науки. Что же касается К. Боулдин- 1 Материалы XXVI съезда КПСС, с. 9. 2 Boulding К. C onflict and Defcnce, p. 284. 3 Ibid., p. 285. 131
га, то он лишь пытается использовать этот миф в инте ресах собственной теории, приписывая коммунистам не кую «идеологию конфликта», которая, дескать, «изобре тает врагов там, где их пет, и изображает события в терминах борьбы, тогда как они могли быть лучше опи саны в терминах взаимного сотрудничества» 1. Марксизм не скрывает своего классового подхода к общественным явлениям, своей непримиримости к эк сплуататорскому строю п его защитникам. Сводя все со держание марксистской идеологии к теории классовой борьбы, ее фальсификаторы замалчивают конкретно-ис торический характер этой части марксистской теории, замалчивают ее, далее, как науку о законах построения бесклассового общества — общества, свободного от соци альных антагонизмов. К тому же идеология вообще как сфера общественного сознаппя появилась в условиях раскола общества па противоположные классы, и, сле довательно, пока опп существуют, она всегда будет вы ражением интересов определенных классов. В условиях развитого социалистического общества н общенародного государства в СССР марксизм-лени низм является ведущей идеологией всех классов и соци альных групп общества. Буржуазная же идеология и ныне выражает интересы империализма в борьбе пе только против мировой социалистической системы и ре волюционного движения рабочего класса, но и против всего антимонополистического, демократического фрон та трудящихся, против национально-освободительного движения, против всемирного движения народов за мир и безопасность. Уместно здесь отметить, что «общая теория конф ликтов» К. Боулдипга поддерживает типичное для за- падпой соцпологин суждение, будто марксизм-ленинизм отождествляет любые общественные коллизии с классо вой борьбой. Буржуазные ученые рекламируют в каче стве своей теоретической заслуги обнаружение «иных», кроме столкновений классов, форм социального конф ликта, выдвижение «более широких дефиниций» данно го феномена, которые, дескать, охватывают всевозмож ные общественные противоречия, включая и «чисто пси хические треиия и напряжения» 2. 1 Boulding К. Conflict and Dcfence, p. 286. 2 См., папрпмер: Denisoff R., Callahan О., Levine M. (eds.) . Theories and Paradigm s in Contemporary Sociology, p, 301; Duke J. Conflict and Power in Social Life, p. 145—146, 132
Классовый подход вовсе не предполагает механиче ского сведения любых общественных коллизий к борьбе между классами, как таковой он есть требование мето дологии социального анализа. Суть этого требования вы ражена В. И. Лениным так: «Люди всегда были и всег да будут глупенькими жертвами обмана и самообмана в политике, пока они не научатся за любыми нравствен ными, религиозными, политическими, социальными фра зами, заявлениями, обещаниями разыскивать интересы тех или иных классов» 1. Пока в обществе существуют классы и объективный ход его развития складывается из взаимоотношений классов, пх отношения к тем или иным историческим задачам, из борьбы между ними вокруг этих задач, классовый подход остается синони мом подлинно научного подхода. Используя этот метод познания, К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин дали клас сические образцы глубокого проникновения в природу социальных антагонизмов. В противоположность отвле- ченпым рассужденпям буржуазных идеологов о «чело веческих конфликтах», классики маркснзма-ленипизма показали, что имеппо классовая борьба лежит в основе и определяет сущность важнейших столкновений меж ду людьми в антагопистических формациях. Ликвидация социальных коллизий, как уже отме чалось, составляет узловую проблему «социологии конф ликта». Подход К. Боулдинга к этой проблеме весьма типичен для буржуазных социологов. С одной стороны, он констатирует вездесущпость конфликтов, оценивает их как одип из основных источников драматизма чело веческой ж изпи , без чего она превратилась бы в скуч ное, невыразительное существование. Поэтому, утверж дает американский социолог, чтобы сделать жизнь инте реснее, люди при нехватке естественных коллизий стре мятся создавать искусственные и между отдельными лицами (шахматы, бридж), и между группами (баскет бол, футбол и прочие состязания).Он ссылается па «ди алектиков — Гегеля и Маркса,— отстаивающих копф- ликт как необходимый инструмент изменении и прогрес са», на Г. Зпммеля и Л. Козера, защищающих даппый феномен в качестве орудия социальной интеграции2. С другой же стороны, К. Боулдпнг высказывает в общем отрицательное суждение о коллизиях, в принципе осуж 1 Ленин В. П. Поли. собр. соч., т. 23, с. 47. 2 Boulding К. Conflict and Defence, p. 307. 133
дающее их: «Копфликт есть разлад, и противоположно стью конфликта является гармония» *. С позиций принципиального осуждения социального конфликта как такового западные социологи и подходят к проблеме ликвидации его реальных проявлений в сов ременном буржуазном обществе. К. Боулдппг отмечает, что социальный копфликт нельзя рассматривать пп как стихийный, ни как авто матический процесс, и указывает па необходимость его сознательного регулирования. В этой связи он исследует различные методы разрешения копфликта. Самый обыч ный и наиболее распространенный метод — это метод его «избегания». Конечно, уход от хозяина, с которым работник не может сработаться, эмиграция из страны, в которой люди пе могут ужпться, семейпо-брачный развод и про чие примеры как будто говорят в пользу эффективно сти «избегапия» как метода ликвидации плп окончания копфликта. Но «избегание» конфликта далеко не всегда означает его фактическое разрешение. К . Боулдинг до пускает очевидную путаницу в понятиях по вопросу о методах регулирования коллпзпй. Оп явно смешивает разрешение конфликтов с их окопчапием или ликвида цией. То, что буржуазные учепые пазывают «избегани ем» копфликта, часто может означать лишь известную фазу в его развитии, за которой совсем не обязательно последует его окончательная ликвидация. Осповой копфликта является определенное объек тивное противоречие между сторонами, обострение ко торого в конце концов п приводит к столкновению. По этому HCTiimioQ разрешение конфликта всегда предпо лагает действительное преодолепне породившего его противоречия. Так, разъединение арабских п израиль ских войск в 1974 году и заключение сепаратного еги петско-израильского «мпрпого» договора весной 1979 го да положило конец вооруженным столкновениям между двумя странами. Но означали эти дипломатические ак ции разрешение противоречий, породивших данный острейший международный конфликт? Разумеется, нет, поскольку онп пе удовлетворили пи одного из насущных и справедливых требований арабских народов, обходят главпые проблемы, лежащие в основе ближневосточного копфликта, оставляя тем самым почву для пового и 1 Boulding К . ConiJict and Defence, p. 308. 134
опасного усиления конфронтации и гонка вооружении в этом районе. Ничего общего с диалектическим разрешением коллизий не имеет и другой метод, который Боулдинг считает самым крайним. Это — «покорение или завоева ние, посредством чего одна сторона удаляется в беско нечность или же уходит вообще со сцены, оставляя по бедителю в его полное владение свою территорию» *. Но и в данном случае противоречие, лежащее в основе про тивоборства, лишь получит иные формы выражения. Так, с накоплением сил и решимости противостоять аг рессору, добиться своего освобождения сторона, ранее уступившая свою территорию захватчику, вновь может пойти на открытую борьбу с ним. Следовательно, здесь, как и в случае применения метода «избегания», конф ликт не разрешается, а только откладывается. Не менее иллюзорен и третпй метод урегулирования коллизий, рекомендуемый буржуазными социологами, причем как наиболее желательный и благоприятный. Э то — «примирение» противостоящих стороп, ведущее к их конвергенции. К . Боулдинг считает, что данный ме тод должен быть использован и применительно к глав ному социальному конфликту нашей эпоХи. Замалчи вая социально-экономическую и политическую проти воположность капиталистической и социалистической систем, лежащую в основе их исторического противо борства, он усматривает единственное существенное пре пятствие к их примирению в идеологических различиях, «жесткости образов, ценностных структур». Так оп пы тается подвести читателя к пресловутой концепции «де- идеологнзации», тоже предлагающей свой путь конвер генции двух мировых социальных систем. Ссылаясь на научно-технический прогресс, сторон ники названной концепции призывают «покончить» с взаимными идеологическими расхождениями и тем са мым сделать возможным «слияние» капиталистической и социалистической системы в некую единую «индуст риальную цивилизацию», этакое депдеолоптированное экономическое п социальное объединение в планетарном масштабе. Марксистская критика обстоятельно вскрыла несостоятельность копцепцни «деидеологизации», рас считанной на идейное разоружение трудящихся масс, 1 Boulding К. Conflict and Defcnce, p. 308, 135
на подготовку идеологических диверсий в странах соци ализма и мировом коммунистическом движении. Идеологические расхождения, идейная борьба между капиталистической и социалистической системами яв ляются отражением в духовной жизни человечества ис торического перехода к социализму и коммунизму. В этом процессе мировому революционному движению приходится преодолевать растущее сопротивление сил империализма п реакции. Вполне понятно также, что главный исторический конфликт нашей эпохи захваты вает все сферы жизнп общества, в том числе и сферу общественного сознания. Поэтому не «идеологическое перемирие» пли «мпр», не копвергепцпя в том или ином варианте, а дальнейшее углубление и обостреппе взаим- пого противоборства буржуазного п марксистского миро воззрений, двух мировых социально-политических сис тем — такова подтверждаемая жпзныо объективно-зако номерная тенденция. Именно в противоборстве будет разрешено антагонистическое противоречие между ка питализмом и коммунизмом, конечная победа которого предопределена самой историей, законами ее прогрес сивного развития. Вместе с тем само по себе существование противопо ложных мировых социальных систем пе предполагает автоматически ни их взапмпого военного противостоя ния, ни вообще международной напряженности, кото рые являются следствием агрессивного внешнеполити ческого курса империализма. Напротив, социализм не сет народам новые, равноправные отношепня, взаимовы годное сотрудничество и мир. Как подлинные носители высоких идеалов гуманизма и социальной справедливо сти, коммунисты решительно отвергают войпы, как бес человечный способ решения международных проблем, в том числе и исторического спора между социализмом и капитализмом. Считая слабостью всемирного двнжепия за мпр от сутствие научной теории конфликта, К. Боулдпнг вы ступил с претензией па ее создание. Несмотря па от дельные заслуживающие внимания вопросы, затронутые в ходе разработки социологических проблем копфлик- га, его «общая теория» вследствие порочности своих ме тодологических основ, эклектичности пе идет дальше самых общих и нередко схоластических рассуждений. Несостоятельность или в лучшем случае половинча тый характер предложенных К. Боулдппгом методов 136
разрешения социальных конфликтов непосредственно обусловлены тем, что автор игнорирует лежащие в их основе объективные противоречия. Такое игнорирова ние представляет собой характерный методологический недостаток всей западной социологии. Ее концепции, как можно было видеть, строятся вне связи с теорией диалектического противоречия. Известно, что конф ликт — важный момент социального противоречия, ост рая форма его проявления. Поэтому анализ любой конф ликтной ситуации обязательно предполагает выявление соответствующего объективного противоречия, исследо вание ого конкретной социальной природы. Однако буржуазные социологи подобного исследования пе про водят. В нх трактовке общественный конфликт пред стает лишь как проявление неких отношений «несов местимости» и «взаимоисключения», которыми и под меняются собственно диалектические противоречия. Хотя отношепия «несовместимости» и «взаимоис ключения» как определенное выражение борьбы проти воположностей и являются существенным признаком противоречия, по последнее практически пе существует без другого своего признака и аспекта — единства про тивоположностей. Вне этого едппства отношения «не совместимости» и «взаимоисключения» не выражают действительного противоречия, ибо в таком случае его стороны лишаются пеобходнмой объективно-закономер ной связи, а поэтому предстают внешними и случайны ми, как, впрочем, и основывающиеся на них конфликты. Таким образом, речь идет не только о методологической иозпцнп авторов западных конфликтологических кон цепций, по и j 6 апологетической подоплеке этих кон цепций. Поскольку, папрнмер, пролетариат и буржуа зия не рассматриваются в качестве взаимосвязанных сторон единого целого — системы производственных от- пошеппй, соцпальпой структуры капитализма,— то классовая борьба между нпми п другие свойственные капиталистическому обществу коллизии трактуются в этих концепциях как случайные столкновения случай- пых индивидов или групп. А в итоге источник социаль ных конфликтов, коренящийся в самой природе экс плуататорского строя, затушевывается или переносит ся в ппую область, сканцем отыскивается в природе че ловеческой психики пли в других второстепенных фак торах п обстоятельствах. Подлинно научной базой классовой борьбы трудя- 137
щнкся, движения народов за прочный мир и социаль ный прогресс является марксизм-ленинизм. Эта великая революционная теория раскрывает глубокие причины классовых столкновений, войн, всех антагонизмов на шей эпохи, дает ясную перспективу борьбы против соци ального зла и несправедливости, показывает пути и ус ловия создания на земле общества, в котором навсегда утвердятся братство людей, всеобщий мир и дружба между народами,
ЗАКЛЮЧЕНИЕ Буржуазные теорпп социального конфликта вызваны к жизпп насущной потребностью господствую щего класса капиталпстпческого общества поставить под контроль, подчинить своему управлению противоречия и антагопнзмы этого общества. Уже в 1967 году Л. Ко зер по читал возможпым заявить о «значительном вкла де в создапие социологии конфликта» внесенном за падными теоретиками. В то же время пекоторые вид ные буржуазные ученые не разделяют подобного опти мизма, продолжают критически оценивать исследования и теорпп, появившиеся в этой области социологического анализа. «В настоящее время мы пока еще очень далеки от обладания социологической теорией конфлпкта» 2,— считает президент М еждупародпой социологической ас социации Т. Боттомор. Скептически оценивает саму воз можность создания «общей теории соцпальпого конф ликта» 3 известный американский ученый А. Рапопорт. Действительно, хотя в последние годы буржуазные исследования проблем социальных коллизий значитель но активизировались и уже появилось немало специаль ных работ и концепций, количественная сторона дела далеко пе совпадает с его качественным уровнем. В от дельных случаях буржуазными учепыми ставятся воп росы, имеющие положительное зпачепие для изучения конфликтных ситуаций, по в целом «социология конф ликта» в ее наличных теориях и концепциях является несостоятельной. Показательны в этом отношении бе зуспешные попытки ее представителей определить само 1 Coser L. Continuites in the Study of Social Conflict, p. 1. 2 Bottomor T. Sociological Theory and Study of Social Con flict. — Theoretical Sociology. N. Y., 1970, p. 138. * Rap opотt A. Conflict in Man-Made Environment N. Y., p. 8. *39
понятие социального конфликта — центральной катего рии их теорий. «Определение понятия копфликта пред ставляет, пожалуй, самый запутанный вопрос социоло гической теории» — к такому выводу приходят, напри мер, редакторы сборника «Теории и парадигмы в совре менной социологии» 1. При этом западные исследователи обычно ссылают ся на второстепенные причины. Они отмечают, скажем, узость необходимой эмпирической базы, сложность и за путанность изучаемых проблем, различные препятствия на пути познания и т. д. В действительности же именно классовая ограниченность, антикоммунистические пози ции определяют прежде всего научную несостоятель ность теоретических построений буржуазных социоло гов, их неспособность объективно исследовать острей шие социальные проблемы современности. Специальные методы управления общественными коллизиями, которые разрабатывают буржуазные соци ологи, на деле нередко оказываются только изощренны ми приемами социальной демагогии. Копцепцип соци ального конфликта, с помощью которых буржуазия об новляет ныне свои идейно-политический арсенал, ниче го не меняют в классовом характере западной идеоло гии. Как и прежде, ее важнейшим компонентом являет ся утверждение незыблемости эксплуататорского строя, стремление к сохранению капиталистических общест венных отношений, к камуфлированию противоречий и конфликтов, к преуменьшению размаха и значимости классовой борьбы. Разумеется, конфликты и конфликтные ситуации, как и любые социальные процессы, могут эффективно контролироваться и управляться людьми, коллектива ми, обществом в целом. Но это возможно только в опре деленных условиях, прежде всего при наличии такого социально-экономического и политического строя обще ства, который обеспечивает его членам господство над основными социальными процессами. Только социализм и марксистско-ленинское мировоззрение предоставля ют людям возможность сознательно и действенно управ лять своими общественными взаимоотношениями, в том числе возникающими противоречиями и конфликтными ситуациями. Творчески применяя маркспстско-лепин- 1 Denisoff R., Callahan О., Levine М. (eds.) . Theories and Paradigms in Contemporary Sociology, p. 301, 110
ское учение, коммунистические и рабочие партии капи талистических и развивающихся стран успешно руко водят классовой борьбой пролетариата и трудящихся масс, борьбой народов эа мир. Важнейшей стороной практической деятельности КПСС является глубокий марксистский анализ противоречий общественного раз вития и принимаемые на этой основе меры по умелому и своевременному их разрешению. Вместе с тем предстоит еще много сделать, чтобы полнее раскрыть динамический механизм возникнове ния, регулирования и разрешения неантагонистических противоречий, возникающих в жизни социалистического общества. Успешное решение данных проблем будет способствовать улучшению научного управления его развитием. Позитивная разработка теоретических проб лем социального конфликта имеет значение также для разоблачения соответствующих буржуазных концепций, для острой н действенной пх критики.
СОДЕРЖАНИЕ Введение . . . .............................................................• 3 Глава 1. Актуализация проблемы конфликта в совре менной буржуазной социологии .... в 1. Постановка в о п р о с а ................................... •— 2. Эволюция теорий социального кон фликта как отражение процесса углуб ления противоречий капитализма . , 12 3. Апологетическая функция и антиком мунистическая сущность «социологии к о п ф л и к т а » .................................................... 25 Глава II. Миф о социальных конфликтах как «стаби- лизаторах» капиталистической системы 37 1. Попятпе социального конфликта: бур жуазные пптерпретацпи и марксизм •- 2. «Позитивная функциональность» со циальных конфликтов как идеологиче с к а я и л л ю з и я ......................................... 48 3. О буржуазной типологии и классифика* ции к о нф ли к т о в .......................................... 58 Глава III. Подлинный смысл «конфликтной модели об ществам ............................................................... 67 1. Конфликтологическая концепция клас сов, нлп повеншнн варнапт социальной с т р а т и ф и к а ц и и ............................................. — 2. «Институциализации классового кон фликта» нее идепио-политическпй с м ы с л .............................................................. 85 3. Псевдодиалектика буржуазных кон цепции социального процесса .... 93 Глава IV. «Общая теория конфликта»: претензии и р е а л ь н о с т ь ......................................................... 105 1. Схематизм «статической» п «динамиче ской') моделей социального конфликта — 2. К .массовая борьба в кривом зеркало буржуазной конфликтологии .... 120 Заклю чение .............................................................................. 130
Нечппорепко JI. А. 1159 Буржуазная «социология конфликта».— М.: Политиздат, 1982.— 142 с. — (Социал. прогресс и буржуаз. философия). В последние десятилетия на Западе оживились попытки соадапия пекой «социология конфликта» как особой науки. Они вызваны осознанием того, что теории классовой} мира л обще ственной гармонии, господствовавшие в буржуазной социоло гии, не соответствуют реальностям современного капиталисти ческого мира. Они выражают также стремление господствую щего класса поставить под свой контроль борьбу трудящихся эа свои права. Автор книги кандидат философских наук Л. А. Нечипо- ренко впервые в нашей литературе дает обстоятельный анализ влиятельных в западпой социологии теорий конфликта. Издание рассчитапо па читателей, интересующихся проблемами совре менной буржуаалой философии н социология, 0302020000—042 079(02)—82 141-81 87.3в02 1ФБ
Лев Александрович Нечппоренко БУРЖУАЗНАЯ «СОЦИОЛОГИЯ КОНФЛИКТА» Заведующая редакцией Р. К . Медведева Редакторы М. М. Беляев и В. И. Хмелевский Младшие редакторы Ж. ГГ. Крючкова и Е. С. Молчанова Художественный редактор Г. Ф. Семиречепко Технический редактор И. А. Золотарева ИБ No 1007 Сдано d набор 04.09.81. Подписано в печать 17.11.81. Формат 84х108'/м. Бумага типографская К я 1. Гарнитура «Обыкновенная новая». Печать высокая. Услоин. печ . л. 7,56. Условн. кр.-отт . 7,77. Учстио-изд. л . 7,85. Тираж 50 тыс. экз. Заказ М» 1553. Цена 25 коп. Политиздат. 125811, ГСП, Москва. А-47, Миусская пл., 7, Ордена Ленина типография «Красный пролетарий», 103473, Москва, И-473, Краснопролетарская, 16,