А.АВДОНИН


А. АВДОНИН
ПОД СЕНЬЮ язы ковских
МУЗ
Ульяновск 1991


ББК 85
А 18
Брошюра выпущена йа средства Ульяновского отделения Всероссийского фонда культуры.
Александр Михайлович Авдбнин, 1991
Оформление Александр Михайлович Байгушкин, 1991.


ОТ АВТОРА
В истории Симбирской губернии и Ульяновской области рабочему поселку Языково принадлежит особое место. Это бывшее имение Языковых — старинной дворянской семьи, из которой вышел известный русский поэт Н. М. Языков. Это также пушкинское место — одно из немногих в нашей области. Поэт приезжал сюда в 1833 году, чтобы встретиться со своим другом и собратом по перу.
О Языковых существует большая литература, а об их преемниках Степановых, к которым в конце XIX века перешло имение, известно мало. Между тем, это семейство также внесло свой вклад в развитие русской культуры. Поэтому основное место в книге уделено Степановым. Почти полное отсутствие архивных документов не позволяет подробно рассказать о последних владельцах языковского имения. Однако то, что удалось автору узнать, должно стать достоянием широкой общественности.
Автор выражает благодарность за помощь в подготовке настоящего издания сотрудникам Ульяновской областной библиотеки — Дворца книги име'ни В. И. Ленина — Нине Ивановне Никитиной, Ольге Емельяновне Коваленко, заведующему кафедрой Ульяновского педагогического института Сергею Львовичу Сытину, сотрудникам Ульяновского филиала института «Спецпро- ектреставрация» Михаилу Дмитриевичу Рябушкину и Юрию Васильевичу Козлову, директору Языковского текстильного комбик ната имени Калинина Морозову Юрию Николаевичу, сотрудникам областного краеведческого музея Елене Константиновне Беспаловой, Ирине Геннадьевне Еваристовой, Мире Мироновне Савич, Феликсу Александровичу Долгову, заместителю директора музея по науке Юрию Дмитриевичу Ефимову, заместителю председателя областного отделения Всероссийского фонда культуры Тамаре Леонидовне Ильясовой, а также Анатолию Петровичу Филатову и Наталье Михайловне Степановой.
з


Посвящается дорогим родственникам: Филатовым, Абрамычевым, Лоховым, Кузнецовым.
ЯЗЫКОВЫ
В семидесяти километрах к западу от Ульяновска, недалеко от автострады, находится рабочий поселок Языково.
Основателем Языкова считается симбирский житель Василий Языков В 1670 году он получил здесь около девяноста десятин земли 1. Из деревни Ел хи Мелеховского уезда Владимирской губернии сюда были переведены 28 крепостных крестьян: Краснобаевы, Таекины, Фыровы, Федорины, Крайновы, Благовы, Кузнеченковы, Маленкины, Сорокины, Яковлевы, Пахомовы. Деревня, раскинувшаяся на пригорке, первоначально состояла из двух-трех десятков крестьянских изб 2.
Правнук Василия Языкова Михаил Петрович Языков после недолгой военной службы ушел в отставку и занялся благоустройством оодовогс имения. В 1796 году началось строительство каменной церкви: иконы для нее заказали в Италии. Именно при Михаиле Петровиче была построена языковская усадьба — большой деревянный дом, разбиты в парке пруды, создана цветочная оранжерея 3.
После смерти М. П. Языкова владельцем имения стал его младший сын — поэт.
Николай Михайлович Языков родился в Симбирске 4 марта 1803 года. Первый симбирский период его жизни длился одиннадцать лет. В эти годы Николай начинает писать стихи.
Следующие семь лет он провел в Петербурге. Здесь Языков учился сначала в Горном кадетском корпусе, затем в Институте инженеров путей сообщения. Ни в одном из петербургских заведений он не проявил склонностей к точным наукам, которым явно предпочитал поэтическую музу.
Но особенно плодотворным в творческой жизни Н. М. Языкова был дерптский период (1823—1829 годы). В немецком городе Дерпте поэт учился на философском факультете университета.
В мае 1829 года, так и не закончив университет, Языков покидает Дерпт и приезжает в Москву. Здесь он знакомится 4


с семьей Киреевских. Через месяц поэт едет на родину, в Симбирск, где проводит зиму. Весной вновь приезжает в Москву и живет здесь до лета 1832 года. Братья Киреевские знакомят его с московскими литераторами: А. С. Хомяковым, М. П. Погодиным, М. А. Максимовичем, Н. А. Мельгуновым и др.
После возвращения из Германии Языков пишет ряд замечательных стихотворений. Среди них «Воспоминания об А. А. Воейковой», «Д. П. Ознобишину», «Пловец» («Нелюдимо наше море...»), ставшее одной из любимых песен демократической молодежи, и др. В 1835 году написано стихотворение «Д. В. Давыдову»:
Жизни баловень счастливый, Два венка ты заслужил, Знать, Суворов справедливо Грудь тебе перекрестил. Не ошибся он в дитяти, Вырос ты — и полетел, Полон всякой благодати, Под знамена русской рати, Горд, и радостен, и смел...4
По словам Гоголя, это стихотворение вызвало слезы у Пушкина 5.
Николай Михайлович так описывал родные места в стихах, обращенных к его золовке Наталье Алексеевне Языковой (в девичестве Наумовой):
Как хороша весна! Как я люблю ее
Здесь, в стороне моей родимой, Где льется мирно и незримо Мое привольное житье;
Где я могу таким покоем наслаждаться, Какого я не знал нигде и никогда,
И мыслить, и мечтать, и страстно забываться, Перед светильником труда;
Где, озарен его сияньем величавым, Поникнув на руку безоблачным челом, Я миру чужд, и радостям лукавым, И суетам, господствующим в нем;
И счастлив: не хочу ни в мраморны палаты,
’ ‘ Ни в шум блистательных пиров:
И вас зову сюда — под мой наследный кров, Уединением богатый,
В простор и тишь, на злачны скаты Моих березовых садов,
В лес и поляны за дорогой5.
5


И к речке, шепчущей под сумраком ракит, И к зыбким берегам, где аист красноногой
Беспечно бродит, цел и сыт; Зову на светлый пруд, туда, где тень густую
Склонил к водам нагорный сад, Туда — и на мостки, и в лодку удалую,
И весла дружно загремят!
Я вас зову гулять и прохлаждаться, Пить мед свободного и мирного житья,
Закатом солнца любоваться
И засыпать под трели соловья.6
Поэзия Языкова привлекает внимание А. С. Пушкина. В 1824 году А. Ф. Воейков передает Языкову поклон от ссыльного поэта: «Наш Бейрон восхищается вашими стихами и пророчествует вам мирты, розы, лилии и вечнозеленые лавры» 7.
Из михайловской ссылки Пушкин и сам обращается к собрату по перу:
Издревле сладостный союз Поэтов меж собой связует: Они жрецы единых муз; Единый пламень их волнует; Друг другу чужды по судьбе Они родня по вдохновенью Клянусь Овидиевой тенью Языков, близок я тебе...
Александр Сергеевич приглашает Языкова приехать в Михайловское:
Я жду тебя, тебя со мною Обнимет в сельском шалаше Мой брат по крови, по душе Шалун, замечанный тобою, И муз возвышенных пророк Наш Дельвиг...8
Но встретиться поэтам удалось лишь через два года. Детом 1826 года Языков гостил шесть недель в Тригорском, имении матери его дерптского товарища А. Н. Вульфа. Здесь он познакомился с жившим по соседству, в Михайловском, ссыльным Пушкиным, здесь началась дружба поэтов.
6


После своей поездки в Тригорское Языков так обратился в послании к новому другу:
О ты, чья дружба мне дороже Приветов лдскрррй молры, Милее девицы пригожей. Святее царской головы. Огнем стихов ознаменуй) Те достохвальные края И ту годину золотую, Где и когда мы —ты да я, Два сына Руси праэрсддэнРЙ, Два первенца полночных муз — Поставили своенравно Наш поэтический союз 9.
Стихи, посвященные Тригорскому, составляют особый цикл в творчестве Языкова, Поэтом воспеты Тригорское, Михайловское, река Сороть, близлежащие окрестности, то есть пушкинские места, как сказали бы сегодня. Можно с уверенностью утверждать, что, если бы даже Языков не написал ничего, кроме этого цикла, его имя было бы увековечено уже одними этими стихами.
Встречи двух поэтов в Тригорском были очень насыщенными и плодотворными, Здесь родился именно «поэтический союз», по меткому выражению Николая Языкова,
Что восхитительнее, краше Свободных, дружеских бесед, Когда за пенистою чдщрй С поэтом говорит поэт? Жрецы высокого искусства, Пророки воли божества! Как независимы их чувства, Как полновесны их слова!.. 10
Пушкин получил это послание в Михайловском и сразу отвечал: «Милый Николай Михайлович — сей час из Москвы, сейчас видел Ваше «Тригорское», Спешу обнять и поздравить Вас, Вы ничего лучшего не написали, но напишете много лучшего» и. Тут же поэт- изгнанник сообщает о скором выходе из печати «Бориса Годунова».
В декабре 1826 года Пушкин писал Языкову из Москвы: «Письмо ваше получил я во Пскове и хотел отвечать из Новагорода — вам, достойному певцу того и другого. Пишу однако ж из Москвы — куда привез я ваше «Тригорское»...» Далее сообщается: «Тригорское» ваше, с вашего позволения, напечатано будет во 2 № «Московского вестника»1-.
7


В 1833 году А. С. Пушкин приступил к сбору документов и материалов для давно задуманной им книги о Пугачеве. Стремясь полнее охватить тему, он отправился в Оренбургскую губернию, чтобы встретиться и побеседовать с участниками и очевидцами крестьянской войны. Эта поездка заняла почти полтора месяца.
По пути в Оренбург Пушкин заехал в Симбирск. Утром одиннадцатого сентября 1833 года, зайдя к Языковым и не застав там никого из братьев, он выехал в их имение. «...Пишу тебе из деревни поэта Языкова, к которому заехал и не нашел дома... — рассказывал поэт в письме к своей жене. — Здесь я нашел старшего брата Языкова, человека чрезвычайно замечательного и которого готов я полюбить, как люблю Плетнева или Нащокина. Я провел с ним вечер...» 13.
Побывав в Оренбурге и Уральске и собрав там значительный материал о пугачевском восстании, Пушкин через Симбирскую губернию отправился в Болдино. 29 сентября, не заезжая в Симбирск, он приехал в Языково. На этот раз дома оказались все три брата: Николай Михайлович (поэт), Петр Михайлович (геолог и историк-краевед) и Александр Михайлович (предводитель симбирского дворянства). Гость поделился с ними впечатлениями от поездки по Поволжью и Уралу, своими литературными планами. Петр Михайлович передал Пушкину рукопись П. И. Рычкова об осаде пугачевцами Оренбурга. Эта рукопись была впоследствии опубликована поэтом в качестве приложения к «Истории Пугачева».
Симбирские материалы были использованы и в пушкинском романе «Капитанская дочка». Главный герой романа Гринев — уроженец Симбирской губернии (здесь действительно жили его однофамильцы). Действие романа также разворачивается в Симбирской губернии.
Последнее из дошедших до нас пушкинских писем к Н. М. Языкову послано 14 апреля 1836 года из села Голубово. «Поклон вам от холмов Михайловского, от сеней Тригорского, от волн голубой Сороти...» 14 — писал Пушкин.
Таким образом, приезд Языкова в Псковскую губернию, первая встреча и начало дружбы двух замечательных русских поэтов остались в памяти обоих как события яркие и неизгладимые.
Еще в Москве у Языкова проявились признаки тяжелой болезни, которая усилилась в Симбирске. В 1838 году он уезжает на лечение за границу — в Австрию, Германию, Италию.
Из-за границы поэт вернулся в 1843 году. А через три года Н. М. Языков умер. Он был похоронен в Москве на погосте Свято-Данилова монастыря.
8


После смерти поэта имение перешло к его брату Петру Михайловичу (1798—1851).
П. М. Языков был многосторонне образованным и развитым человеком. Он написал более 30 научных трудов по геологии, составил карту почв Симбирской губернии, собрал палеонтологическую коллекцию, написал краткую историю городов Симбирской губернии. Совместно с П. В. Киреевским и Д. А. Валуевым Петр Михайлович участвовал в издании «Синбирского сборника» 15.
Как и его братья, П. М. Языков был опытным собирателем фольклора. Свои материалы он собирал в основном в селах Головине и Старой Ярыкле Сенгилеевского уезда. В Головине им записана песня о Пугачеве и графе Панине.
Судил тут граф Панин вора Пугачева: «Скажи, скажи, Пугаченька Емельян Иваныч, Много ли перевешал князей и боярей?» «Перевешал вашей братьи семьсот семи тысяч. Спасибо тебе, Панин, что ты не попался. Я бы чину-то прибавил, спину-то поправил, На твою-то бы на шею ворованны возжи, За твою-то бы услугу повыше подвесил!» Граф и Панин испугался, руками ошибался. «Вы берите, слуги верны, вора Пугачева, Поведите-повезите в Нижний городище В Нижнем объявите, в Москву покажите!»16
С 1851 по 1881 год Языково принадлежало племяннику поэта Василию Петровичу Языкову.
О его жизни и деятельности известно немногое. В 1853 году он построил в Языкове суконную фабрику, на которой работали крепостные крестьяне. В шестидесятые и семидесятые годы Языков — предводитель дворянства Симбирского уезда. Он также участвовал в работе губернского статистического комитета, дворянского земельного банка, был почетным членом Карамзинской общественной библиотеки.
Крестьяне В. П. Языкова при освобождении от крепостной зависимости получили на 400 ревизских душ около 1800 десятин надельной земли, кроме того, в 1875 году они прикупили у своего бывшего помещика еще 41 десятину 400 сажен пашни. *7
В 1869 году в Языкове открылась школа, а в 1875 году для нее было построено специальное помещение.
Накануне пятидесятилетия кончины поэта село посетил родственник Языковых В. Н. Поливанов вместе с Н. Ф. Беляковым, племянником Василия Петровича. Цель поездки состояла в 9


осмотре бывшего имения Языковых. Об увиденном и услышанном В. Н. Поливанов рассказал в своей публикации в «Историческом вестнике».
«В версте от большого московского тракта из Симбирска в Карсун... на берегу реки Уреня живописно раскинулось село Языково... Сохранившийся в малоизмененном виде барский деревянный дом красиво господствует над окружающею местностью, и с террасы его открывается обширный вид на соседние поля и перелески. Внешностью Языковский дом напоминает довольно общий времени его основания тип построек нынешнего столетия. В два этапа, он построен отцом поэта, Михаилом Петровичем, в форме «покоя» с коридорами и двумя просторными для служб и приезда гостей флигелями. Со стороны сада фасад украшен семью колоннами дорического стиля и каменной лестницею. Двор обнесен решеткою с каменными столбами и параллельно постройкам обсажен вязами, образующими внутри тенистую площадку... Из прихожей посетитель входит в довольно обширный зал, и направо из соседней комнаты дверь ведет в комнату, где останавливался Пушкин... Комната эта средней величины, с одним большим окном в сад, обставлена мебелью красного дерева, черного, деревянною кроватью и в углу типичным украшением камина в форме усеченной колонны. Единственные изменения, внесенные в этот священный уголок — это обращение камина в обыкновенную печь» 1й.
Еще при жизни В. П. Языкова, в 1877 году, суконная фабрика была куплена симбирским купцом Ф. С. Степановым. В 1881 году в его руки перешло все языковское имение.
ю


СТЕПАНОВЫ
Потомственный почетный гражданин Федор Степанович Степанов родился в 1828 году. Ему принадлежало 3600 десятин разных угодий, суконная фабрика, дом в Симбирске.
В январе 1869 года Ф. С. Степанов был избран в купеческие старосты и на должность казначея Симбирского сиротского суда. Через год он избирается гражданами Симбирска в члены ярмарочного комитета. С 1871 по 1875 год Степанов — гласный городской думы; в том же 1871 году его избирают на трехлетний срок гласным в Симбирское уездное земское собрание.
Трудно перечислить все обязанности (сейчас бы сказали — общественные нагрузки. — А. А.) этого человека, называем лишь основные.
С лета 1871 года он участвует в работе Комитета общества попечительного о тюрьмах, а на следующий год становится директором Симбирского губернского тюремного комитета.
В 1874 году Степанов получает благодарность от императрицы за пожертвования в пользу Симбирского общества христианского милосердия. Пожертвовал он немалую для того времени сумму — более 1000 рублей для Общества попечения о больных и раненых.
С марта 1875 года Федор Степанович становится почетным блюстителем Симбирской чувашской школы 19. В письме Николаю Ивановичу Ильминскому от 14 апреля 1876 года Иван Яковлевич Яковлев упоминает Ф. С. Степанова: «Податель сего письма — почетный блюститель нашей школы Федор Степанович Степанов, который в этом звании утвержден в начале настоящего года; покорнейше прошу Вас, Николай Иванович, удостоить его Вашего внимания...» *
В симбирском «Адрес-календаре» на 1879 год сказано: «Симбирский первой гильдии купец Ф. С. Степанов входит в учетный и ссудный комитет» 21. Вместе с известными в Симбирске людьми Никанором Александровичем Анненковым, Николаем Александровичем Языковым, Федором Афанасьевичем Беляковым 11


Степанов входил в Правление Симбирского общества взаимного кредита.
Сообщается в этой книге и о брате Степанова Кузьме Степановиче Степанове — секретаре Буинской земской управы 22.
Ф. С. Степанов и его жена Аграфена Гавриловна были обладателями довольно большого капитала, имели пятерых детей. В семье Степановых росли два сына и три дочери 23.
Самой старшей из детей была Варвара, за нею шла Александра, затем Павел, Михаил был четвертым ребенком в семье, и, наконец, Мария.
Во втором браке Ф. С. Степанов был женат на Надежде Михайловне Миклашевской.
14 июня 1890 года отец семейства был возведен в звание почетного гражданина города Симбирска. За «содействие успеху бывшей в 1882 году промышленной ярмарки» купец первой гильдии Степанов получил «золотую на Анненской ленте медаль». Как уже известно читателю, после смерти в 1881 году Василия Петровича Языкова Ф. С. Степанов купил родовое имение Языковых — 3645 десятин.
Не так уж много документов осталось о деятельности Ф. С. Степанова. Один из них, дошедший до нас, называется: «О притеснении рабочих на языковской суконной фабрике потомственного почетного гражданина Ф. С. Степанова». В документе говорится о произволе управляющего фабрикой Мангушева, о тяжелом положении рабочих. Им подолгу не платили деньги. Вместо этого выдавали провизию по завышенной цене. Например, за ржаную муку брали 50 копеек с пуда вместо базарной цены — 30 копеек24.
Приведенные характеристики Ф. С. Степанова могут показаться противоречивыми. Почетный гражданин, щедрый жертвователь, постоянный участник благотворительной деятельности — и притеснитель собственных рабочих, отнимающий у них последнюю копейку... Но надо учесть, что Федор Степанович Степанов — представитель своего времени и своего социального слоя, с их моралью и психологией. Он прежде всего купец, предприниматель, «хозяин жизни», и даже его немалые пожертвования в пользу неимущих и обездоленных, возможно были вызваны не столько высокими душевными порывами, сколько соображениями практической выгоды. Благотворительные акции вообще были распространенным явлением среди наиболее зажиточных купцов и приносили им, в дополнение к материальному богатству, еще и крупные моральные «дивиденты» — почет, уважение, славу «ревнителей общественного блага». Вместе с тем, объективно подобная деятельность была, безусловно, полезной и способствовала прогрессу общества.
12


Ф. С. Степанов умер в 1902 году. Но уже в 1898 году фабрика перешла к его младшему сыну Михаилу Федоровичу.
Документов, связанных с биографией М. Ф. Степанова, почти не сохранилось. Известно лишь, что он родился в 1868 году в Симбирске. Учился скорее всего в Германии, откуда привез жену, которую по-русски звали Мартой Антоновной.
Фабрика досталась сыну в таком виде: «...ежедневная переработка сырых материалов достигла не более 105 пудов, ежедневная выработка пряжи до 80 пудов, годовой оборот выражается в сумме 35 тысяч — 40 тысяч пудов, количество рабочих не превышает 350 человек, с 35 квартирами для рабочих и служащих. Медицинская помощь оказывается амбулаторно одним фельдшером, тяжело больных отправляют в земскую больницу за 15 верст (в Тагай. — А. А.) В октябре 1892 года сгорел главный корпус со всеми в нем машинами и выработка была временно перенесена в другие помещения. В 1899 году главный корпус выстроен новый, значительно прибавленный» 25.
Новый владелец имения развил активную хозяйственную и просветительскую деятельность.
В 1903 году в Языкове открылась фабричная начальная школа на 60 человек для детей рабочих. Постройка школьного здания обошлась в 6 тысяч рублей. На обстановку, учебные пособия и школьную библиотеку было израсходовано 15 тысяч рублей. Для фабричного и местного сельского населения в селе открыли «родильный приют» стоимостью в две с половиной тысячи рублей. На его содержание выделялось до тысячи рублей в год .
В это время фабричный поселок состоял из 30 дворов с населением в 500 человек. Симбирский краевед П. Л. Мартынов отмечал, что «положение фабричных рабочих обставлено здесь образцово... они работают в просторных помещениях» 27.
Еще в 1898 году в Языкове появился церковный хор из рабочих, в 1900 году был создан оркестр, а еще через год местные плотники принялись за строительство фабричного театра.
В 1901 году театр вместимостью до 800 человек был открыт. Спектакли давали артисты из числа языковских рабочих и служащих. Строительство помещения обошлось в семь с половиной тысяч рублей, оборудование, декорации — в тысячу рублей. А вскоре здание драматического театра стало одновременно и «синематографом» — кинозалом. Годичное содержание театра обходилось в шестьсот рублей.
Не забывал языковский фабрикант и о храме божьем. В 1905 году в церкви произвели ремонт, на что ушло десять тысяч рублей. Забегая вперед, скажем, что в 1913 году на ремонт церкви было израсходовано еще пять тысяч рублей.
13


Более десяти лет, начиная с 1905 года, Михаил Федорович состоял церковным старостой.
Церковь была построена П. М. Языковым еще в 1810 году. А в сентябре 1905 года состоялось освящение обновленного храма. По этому поводу протоиерей И. Беликов писал в «Симбирских епархиальных ведомостях»: «В течение года Михаил Федорович переустроил храм: вместо одноярусного иконостаса поставлен пятиярусный вызолоченный с новыми искусной живописи иконами, стены во всем храме украшены новыми иконами в вызолоченных рамах и стенной живописью; места прежних престолов ограждены красивыми чугунными решетками с вызолоченными балдахинами; утварь и ризница значительно пополнены, приобретено много новых подсвечников изящной московской работы и паникадило в 36 свеч, устроены обширные хоры в трапезном отделе и проведено в храме электрическое освещение. В настоящее время храм села Языкова с уничтожением стены, разделявшей здание на холодный и теплый, и упразднением двух алтарей значительно расширился, и с переделкой и добавлением печей весь храм сделан теплым. Снаружи храм расширен выкладкою паперти, из которой устроены ходы на хоры и колокольню.
На 25 число сентября было назначено освящение поновленного храма... невзирая на грязь и топи, образовавшиеся по низким местам, к вечеру 24 сентября обширная сельская площадь наполнилась богомольцами из соседних сел, ждавшими с нетерпением звона ко всенощному бдению и жаждавшими усладиться наступающим богослужением. Ровно в 6 часов начался благовест, и вскоре храм наполнился молящимися, заняли свои места и почетные гости, а некоторые из них, как любители Церковного пения, направились на хоры, чтобы принять участие в пении. Священнослужители в составе двоих протоиереев, пяти священников и прочих дьяконов вышли к западным дверям, чтобы встретить Владыку...» 28
По окончании литургии 26 сентября была отправлена панихида в церкви и на могиле первой жены М. Ф. Степанова*—Марты Антоновны, скончавшейся в июне 1905 года и покоящейся в склепе около церкви.
Языково славилось сводим церковным хором. Но пели не только в церкви, пели всюду — дома и на улице, в праздники и будни. Не случайно братья Языковы еще в тридцатые годы минувшего века записали в родовом имении около полутора сотен диковинных русских песен. Среди них: «На степи-то, степи Саратовской», «У нас было на святой Русй», «Уж как по морю, морю синему», ^Кукушечка соловушку журила, бранила», «Не шуми ты, мать 14


зелена дубравушка!»^ «Похвалился вор французик Россию взять» и многие другие 29.
Когда М. Ф. Степанов пришел к мысли о создании оркестра из детей языковских рабочих^ он прежде всего пригласил для их обучения шесть опытных музыкантов-профессионалов. Те сразу же приступили, к занятиям с подростками. Были закуплены музыкальные инструменты, из Пензы приехал капельмейстер. Но Михаил Федорович не был удовлетворен его занятиями и через пять месяцев пригласил нового капельмейстера и преподавателя. Им стал Михаил Евгеньевич ЗелЬдин, уроженец Москвы, выпускник Московской консерватории. К моменту приезда в Языково он обладал уже немалым опытом: до этого служил военным капельмейстером, работал в придворном оркестре.
Языковский фабрикант предоставил Зельдину полную самостоятельность. Михаил Евгеньевич выписал комплект духовых инструментов на 35 человек. Уже через десять месяцев репертуар оркестра был настолько содержателен, что исполнялись, наряду с полковыми маршами, польками И вальсами, серьезные классические произведения, требующие иного мастерства. Ансамбль пополнился саксофонами и контрабасами, что делало его звучание более полным и внесло разнообразие в музыкальное исполнение.
Когда М. Е. Зельдин уехал, оркестр возглавил С. А. Логинов. При нем в ансамбле появились гобои. Кроме того, был создан оркестр балалаечников. За три года работы с. А. Логинова оркестр достиг новых успехов.
Под руководством Логинова языковские музыканты выступили со своим первым, концертом в Симбирске. Здесь участвовали оба оркестра. В концертную программу вошли отрывки из оперы Бойто «Мефистофель», увертюра Чайковского «1812 год», «Тореадор» и «Андалузка» Рубинштейна. Концерт прошел с большим успехом.
Но С. А. Логинов перешел на службу в Петербургский императорский театр и покинул Языково. С его отъездом дела оркестра пришли в упадок: руководители менялись без конца, занятий проходили нерегулярно. И тогда в Языково вновь приехал М. Ё. Зельдин. Ему потребовалось два года,чтобы вернуть оркестру былую славу. Мало того, оркестранты еще значительно продвинулись вперед в исполнительском мастерстве:
В газете «Русские ведомости» появилась статья под названием «Рабочий оркестр». В ней много лестных слов о языковских музыкантах. «...В оркестре этом было около 65 человек, исключительно рабочих и служащих на фабрике господина Степанова, последних всего 3—4 человека. Огромное большинство этих рабочих-музыкантов молодежь, дети старых рабочих, от 13 лет до призывного возраста. Занимаются они музыкой ежедневно 15


в рабочие часы, ближе к вечеру, причем время музыкальных занятий... засчитывается как рабочее время. Иной платы музыканты не получают, если не считать скромных праздничных подарков дважды в год. Оркестр состоит, кроме большого медного хора и ударных, из кларнетов и гобоев, фаготов и струнных контрабасов... Благодаря такому составу и вообще серьезной постановке всего дела оркестр господина Зельдина, кроме легкой музыки, исполняет и такие произведения, как увертюра к «Тангейзеру» Вагнера, фантазия «Дубинушка» Римского-Корсакова, симфоническая поэма «Пляска смерти» Сен-Санса... Оркестр играет во время спектаклей в фабричном театре; раза два с крупным успехом выступал он в Симбирске...» 3 .
Говоря о репертуаре оркестра, довольно обширном, к названным музыкальным произведениям добавим также: «Героический марш» Сен-Санса, Вторая рапсодия Листа, «Шествие царя Додона», из оперы Римского-Корсакова «Золотой петушок», увертюра к опере Бетховена «Фиделио», увертюра к опере Глинки «Руслан и Людмила», «Итальянское каприччио» Чайковского, «Анданте», из Первой симфонии Чайковского и др.
Занятия в музыкальном училище продолжались 2—3 часа в день. Здесь дети языковских рабочих изучали теорию музыки, биографии композиторов, обучались игре на музыкальных инструментах.
Языковские музыканты пользовались привилегиями на военной службе. Они зачислялись, как правило, в полковые оркестры. А некоторые по окончании службы оставались сверхсрочниками в военных оркестрах.
Языковский оркестр не раз выступал в Симбирске, экономическом и культурном центре одной из огромнейших поволжских губерний. Один из таких концертов состоялся 3 января 1910 года.
«Достаточно было обратить внимание во время концерта на благообразную видность мальчуганов и фабричных парней, на образцовый порядок, в котором все участники оркестра входили на эстраду, и на эту осмысленную сосредоточенность, с которой они, меняя каждый свою партию, следили за всевозможными оттенками в движении дирижерской палочки, чтобы составить представление о том, что можно достигнуть в деле воспитания от захолустной деревни, если только систематически и настойчиво добиваться осуществлением доброго намерения о духовном его развитии...» 31 — говорилось в газетной рецензии.
После одного из концертов в губернском центре в 1908 году инспектор местного кадетского корпуса написал М. Ф. Степанову письмо, в котором выразил искреннюю благодарность за «доставленное... эстетическое наслаждение Вашим чудным народным 16


оркестром, слушая который невольно начинаешь верить в недюжинный талант русского человека» 32.
С первого по двенадцатое мая 1911 года языковцы выступали на вечерах симфонической музыки в Нижнем Новгороде, Казани, Самаре, Саратове и Симбирске. Это был своеобразный смотр народного оркестра. Цель турне: «познакомить молодых рабочих-музыкантов с Волгой и жизнью ее прибрежных городов, имея в то же время возможность показать и достигнутые музыкальные результаты» 33.
Первый концерт состоялся в Нижнем Новгороде. «Были периоды, когда он (дирижер. — А. А.) отмечал лишь только «вершины», и оркестр играл сам, как загипнотизированный. Такого единства исполнения может достичь оркестр, состоящий только из первоклассных артистов. И в данном случае мы имеем дело с подростками и юношами — рабочими... Приходится изумляться и разводить руками», — заметил нижегородский журналист.34
3 мая прошел концерт в Казани. Жители этого города познакомились с увертюрой из вагнеровского «Тангейзера», «Дубинушкой» Римского-Корсакова, Второй венгерской рапсодией Листа, симфонической поэмой «Пляска смерти» Сен-Санса, увертюрой «1812 год» Чайковского. Все музыкальные номера были сыграны на «бис» 35\
Вместе с оркестром выступали певица В. Н. Петрова-Званцева и пианист Н. А. Миклашевский, известные музыкальные деятели своего времени.
Чем же все-таки необычен оркестр языковских рабочих?
В начале XX века таких духовых оркестров, каким стал «Степановский», в России было очень мало. И мог он конкурировать только с придворным симфоническим или с венными оркестрами.
Музыкальные ансамбли, в состав которых входили духовые, деревянные и медные инструменты, по большей части получили развитие в Западной Европе: Германии, Франции и Австрии. То есть языковский оркестр стал на один уровень с европейскими. Недаром товарищ министра внутренних дел А. Лакошин после прослушивания языковцев заявил: «С таким оркестром из простых фабричных рабочих не стыдно поехать на гастроли даже за границу» 36.
Фабричные оркестры появились и в других местах России, но там целиком или в значительной степени они состояли не из рабочих, а из наемных музыкантов. Да и по составу инструментов и репертуару они уступали языковскому.
В 1911 году в оркестре Языковской фабрики на флейтах играли В. Крайнов, А. Панферов, И. Порфиров; на гобое 17


и английском рожке — С. Красавцев, И. Куликов; кларнетами владели И. Столяров, Ф. Демин, кларнетами В — А. Фокеев, П. Фокеев, Н. Золин, В. Кулаков, П. Манагин, Ф. Ноев, Д. Волков, Н. Кузнеченков, В. Старостин, П. Фыров, И. Демидов. На бассетах играли М. Федорин, В. Гусев; на фаготах — А. Таскин, Г. Фролов; саксофонистами были М. Шамарин, С. Исаев, С. Шаров,
A. Романов, И. Фролов, С. Гусев, И. Старостин; на корнетах играли А. Антонов, Г. Богданов, Я. Володин, И. Богданов, на трубах — С. Кузнеченков, И. Зверев, С. Лобачев, В. Фокеев; альтгорнистами были И. Володин, Н. Разомастин, А. Гусев; на валторнах играли А. Демидов, И. Кушников, Н. Демидов, М. Нестеров, на тенорах — 3. Шашин, Ф. Кузнеченков, И. Сорокин, П. Кузнеченков; на баритонах — Я. Богданов, А. Кузнеченков, на тромбонах — Г. Алатырцев, Н. Павлов, Ф. Козлов, на басах — Н. Кузнецов, С. Федорин, Е. Краснобаев, Н. Куликов, на струнных контрабасах — И. Манакйн, И. Лобачев, на литаврах — Е. Шульгин, на ударных инструментах — И. Гусев, И. Шашин, С. Судаков,
B. Миронов.3/
Языковский рабочий оркестр — любимое детище его организатора и щедрого покровителя М. Ф. Степанова. «Имя Михаила Федоровича Степанова должно быть занесено в одну из почетных страниц истории русской музыки, — такую лестную оценку просветительской деятельности промышленника-мецената дала газета «Нижегородские музыкальные новости». — Где-то в селе Языкове Симбирской губернии громадный оркестр исполняет произведения Вагнера, Листа, Римского-Корсакова, Чайковского. И как исполняет!..
Побольше бы таких хороших людей, много бы света прибавилось тогда в окружающем нас предрассветном тумане» .
18


р. п. Языково. «Пушкинская» ель.
19


Н. М. Языков.
Дом Языковых (впоследствии — Степановых). Построен в 1827 г.
20


М. Ф. Степанов (второй справа) с родственниками.
Н. О. Степанова-Шевченко
21


Духовой оркестр Языковской фабрики. Основан в 1900 г.


ЖЕНА МЕЦЕНАТА — ПЕВИЦА
В городе Луганске Екатеринославской губернии жила семья Шевченко. Осип Шевченко работал на железной дороге, а его жена была домохозяйкой. 4 сентября 1879 года у них родилась дочь Наташа.
Отец попал в аварию и вскоре умер. После его смерти маленькая Наташа стала жить с бабушкой в селе Рашковке. А ее мать устроилась поварихой в Луганске и лишь иногда приезжала навестить своих близких. Через некоторое время Наташа вместе с бабушкой переехала в Митякинскую станицу, что в 15 верстах от Луганска. Здесь в основном прошли ее детство и отрочество. Когда умер один из родственников матери, то оставил по завещанию домик с садом. На вырученные от продажи дома деньги мать устроила Наташу учиться на портниху в Ростове. А вскоре девушка осталась круглой сиротой.
Закончив курс кройки и шитья, Наташа попадает в дом певца Феррари, где она должна была обшивать чету Феррари и детей. Глава семейства относился к портнихе почтительно и часто называл ее «мадемуазель Натали».
В Ростове началась песенная карьера Наталии Осиповны Шевченко. Правда, по отчеству ее стали называть несколько позже. А в то время Наташе очень повезло на добрых людей, впрочем, так было в течение зсей ее жизни.
Однажды Феррари обратил внимание на пение домашней портнихи. Ему понравился ее голос. Господин Феррари приступил к занятиям с Наташей. Первым музыкальным произведением, которое научилась исполнять молодая певунья, была русская песня «Ты не плачь, не тоскуй»:
Ты не плачь, не тоскуй,
Под окном не сиди, На дорогу не гляди, Из далекия сторонки Друга милого не жди.
23


Слышишь — трубы звучат... Пыль клубится вдали. Из чужбины притекли Со знаменами отчизны Вой русский земли.
Их сверкают щиты, Также знамя шумит.
Что же грудь твоя дрожит? Ах, под знаменем кровавым Милый друг твой не стоит.
Сокрушили его
Вражьи копья, мечи!
Пред иконою в ночи Ты не жги до бела утра Воску ярого свечи.
Ты не плачь, не тоскуй, Под окном не сиди,
На дорогу не гляди, Из далекия сторонки Друга милого не жди!
Нелегко было исполнять швейцарское эхо с вариациями. Но и эта мелодия стала получаться у Наташи.
Соловей мой, соловей, Голосистый соловей! Ты куда, куда летишь, Где всю ночку пропоешь?..
Кто не слышал этой популярной русской песни? Песни о разлуке, о несчастной любви. Когда господин Феррари слушал ее в Наташином исполнении, ему казадось, что это действительно поет соловушка. Певица брала верхнее ре и держала его легко и долго.
Вместе с Феррари Наташа разучила дуэт из оперы «Трубадур» — «В милые горы мы возвратимся».
Начинающая певица совершенно не знала нотной грамоты, а пела все по слуху. «Я самоучка. И жизнь моя так осложнилась и так захлестнула меня, что я не успела выучиться, не смогла стать грамотной в полном смысле этого слова», — писала Шевченко. Что ж, дай бог многим нашим образованным современницам достичь такого профессионального мастерства, какого достигла певица Степа нова-Шевченко.
24


«Нельзя зарывать талант в землю», — любил повторять господин Феррари. И он не только говорил, а устроил концерт Наталии Шевченко.
На гастроли в Ростов-на-Дону приехала труппа театра оперетты Шарля Омона. Наташа познакомилась с артистами оперетты: Северской, Раисовой, Монаховым. Комик Глумин взял девушку под свою опеку, а вскоре она была принята в труппу.
«С грустью расставалась я с Феррари, который был и моим отцом и моим другом, который так много сделал для меня и устроил мою судьбу» 39, — вспоминала певица.
Наташе запомнился первый концерт в оперетте. Ее выступление понравилось, и публика вызвала молодую актрису на «бис». «Извините, я больше не могу», — сказала певица, убежала за сцену и расплакалась. Ее выручил конферансье, заявив, что зрители еще не раз увидят на сцене Шевченко. Эти слова оказались пророческими. Два десятилетия певица дарила слушателям свое чудесное исполнение народных песен и арий из опер.
Первая сценическая роль Наташи Шевченко — роль Арины в оперетте Штрауса «Цыганский барон».
Когда закончился театральный сезон, певицу пригласили в Петербург, в оперетту Троицкой.
«В труппе были Шпильман, Бети-Стоян, Штейнбергер и другие, — вспоминала Наталия Осиповна. — Сезон прошел для меня успешно. По окончании сезона оперетта должна была ехать в Сибирь в г. Тюмень. Пригласили и меня. Всех в этой труппе я не помню. Но назову тех, кто сохранился в моей памяти: Руджери, Раисова, Глумин, Зброшек, Пашковская, антреприза Неметти, концертмейстер Соколова Полина Альбертовна, бывшая артистка Московского театра Ф. А. Корша» 40.
В новом сезоне певица вновь вернулась в Москву, в театр Омона. Весной 1905 года ее пригласили в Нижегородскую оперетту, на ярмарку. Здесь ей здорово помогала «тетя Поля» — Полина Альбертовна Соколова.
В нижнем Новгороде в жизни певицы произошло важное событие. Она познакомилась с Михаилом Федоровичем Степановым.
«Однажды мне представили Степанова, который спустя некоторое время после нашего знакомства предложил мне быть его незаконной женой. Он только недавно овдовел и до конца траура оставалось еще четыре месяца, а жениться можно было только по прошествии годового срока...
После объяснений с господином Степановым решила пока совершить обручение, а по окончании траура уже повенчаться. Степанов вызвал в Нижний Новгород своих родных и пышно отпраздновал наше обручение. Мой будущий муж поставил мне 25


условием обязательно музыкальное образование для оперы, но не здесь, а за границей. Тетя Поля одобрила этот план. Я, конечно, согласилась, тем более, что Степанов обещал обставить мою жизнь хорошо. Можно было пригласить в поездку за границу и тетю Полю, с которой я должна буду жить вместе в одной квартире. Итак, вскоре после обручения я должна была проститься с опереттой...» 41
Последним опереточным спектаклем перед отъездом для певицы стала «Гейша», в которой она исполняла партию Мимозы.
Так закончился первый этап в жизни Н. О. Шевченко. Кончились девичья жизнь, работа в оперетте. Когда певица вышла замуж, ей исполнилось 26 лет. Жених был старше на 11 лет.
В 1898 году в Петербурге состоялись гастроли сборной оперной труппы под управлением Г. Рихтера. В ее составе, наряду с немецкими артистами, находились русские, в том числе выдающаяся певица конца прошлого—начала нынешнего века Ф. В. Литвин. Михаил Федорович познакомились с Фелией Литвин и позже обратился к ней за помощью в устройстве своей жены за границей.
...«Я родилась в Санкт-Петербурге в 1863 году, — вспоминала впоследствии Ф. Литвин. — Мой отец был русский, мать канадка, но выйдя в 1893 году замуж за француза, я стала француженкой. При рождении мне дали имя Француиза-Жанна, но в семье звали просто Фанни, именем, которое я никогда не любила. Фелией окрестил меня мой первый руководитель, артист Виктор Морель, и хотя он сделал это не спрося моего совета, имя настолько мне понравилось, что я так и осталась Фелией» 42.
Ф. Литвин вышла замуж за французского врача Эммануэля Депу, лечащего врача писателя Альфонса Доде. Вместе с мужем она побывала в гостях у великого писателя. Спела для него и его жены несколько отрывков из «Тристана» и арию Нормы, которую Доде очень любил 43.
Случилось так, что муж запретил ей выступать на сцене и встречаться с сестрой Селиной... Литвин бежала из дома, укрылась у друзей и с помощью влиятельных знакомых добилась развода.
Фелия Литвин пела в театрах Франции, Италии, Бельгии, Испании на русском, французском, итальянском и немецком языках. «Литвин обладала феноменальным голосом, превышавшим две с половиной октавы, позволявшим ей исполнять партии лирического, драматического сопрано и меццо-сопрано. Вокальных трудностей для нее не существовало. Звучность и сила голоса была такова, что она свободно перекрывала тутти вагнеровского оркестра»,44 — писал о ней один из искусствоведов.
26


Певица выступала с дирижерами Э. Направником, А. Тосканини, Г. Рихтером, К. Сен-Сансом. Ей аккомпанировали А. Гречанинов, Антон и Артур Рубинштейны, К. Сен-Санс, С. Танеев, А. Зилоти.
Прежде всего Ф. Литвин прославилась исполнением партий в вагнеровских операх. Но пела она и в русских операх, например, исполняла партию Юдифи в одноименной опере Серова, Наталки в опере Даргомыжского «Русалка».
Младшая сестра певицы Селина (Элена) вышла замуж за Эдуарда де Решке. Этими семейными связями и воспользовался Михаил Федорович Степанов. Литвин договорилась с Жаном де Решке, что он будет обучать Н. О. Степанову-Шевченко пению.
«Когда муж привез меня к ней {Литвин. — А. А.), она, прослушав мое пение, сама лично повезла меня к Решке. Я спела ему несколько арий из оперетты «Цыганский барон», из «Гейши»,45 —вспоминала Наталия Осиповна.
При прослушивании Решке заявил: «Да ей и учиться надо не больше трех месяцев». Педагог был чрезвычайно удивлен, когда узнал, что ученица совершенно не знает нотной грамоты. Хорошо, что Решке понимал по-русски: сам он был родом из Варшавы и не раз приезжал в Россию.
Разговаривала певица со своим педагогом по-русски, а пела по- русски и по-французски. Все же языковые трудности давали себя знать. «Ву зет либр, месье кошон?» (Вы свободны, господин свинья?»), — обратилась как-то парижская гостья к извозчику, ошибочно употребив слово «кошон». Но недаром говорят, на ошибках учатся. Постепенно Степанова-Шевченко стала неплохо владеть французским.
В свое время Эдуард де Решке был одним из известнейших певцов в мире. Петь он начинал баритоном, но вскоре выяснилось, что настоящий его голос — тенор. С 1885 по 1890 год артист выступал в Парижской опере. Специально для него композитор Массне написал своего «Сида».
Последнюю треть жизни (а умер певец в 1925 году) он отдал преподавательской деятельности 46. К такому прославленному артисту и педагогу попала Н. О. Степанова-Шевченко.
«И вот начались мои новые мучения. Надо было учить ноты, знать хоть немного музыку, счет, ритм, дирижировать рукой, отбивать такт, петь и в то же время знать, в каком месте взять дыхание. Мне все это казалось ужасно трудным, к тому же я уже готовилась стать матерью» 4/, — вспоминала впоследствии певица.
В классе ее прозвали «солнышком». Назвали ее так за яркое исполнение русской народной песни «Матушка, голубушка».
27


Матушка, голубушка,
Солнышко мое!
Пожалей, родимая,
Я — дитя твое!
Словно змея лютая Так грудь и сосет, И целую ноченьку Мне спать не 'дает.
Все мне что-то грезится,
Будто наяву,
Уж когда ложуся я, Молитву творю.
То залетной пташечки Песенка слышна: Сердце замирает, Так сладка она!..
В напряженной учебе пролетели три года. Каждое лето певица уезжала на каникулы в Россию. «...Честно сознаюсь, что, как ни хорошо было в Париже, а у нас на Родине лучше! Подъезжая к себе на Родину, на русскую землю, я всегда бросала из окошка сладости в узелочках — детям» 48.
Во время одной из таких поездок Наталия Осиповна привезла кормилицу своему маленькому Мише. Звали ее Еленой. Она очень не любила Париж из-за отсутствия привычной еды — черного хлеба и соленых огурцов. Когда в Париж приезжал Михаил Федорович, он всегда привозил кормилице из России черные сухари.
В 1910 году певица, завершив музыкальное образование, вернулась в Россию. Несколько месяцев она прожила в Языкове.
Весной 1909 года Степанова-Шевченко держала экзамен в оперу Зимина. Она спела несколько арий по-русски и по- итальянски. После окончания экзамена Сергей Иванович Зимин пригласил певицу в служебный кабинет и предложил подписать договор на три года. В нем оговаривалось, что в первый год певица будет получать по 500 рублей в месяц, во второй год — по 800 рублей, в третий — по 1000 рублей.
О Сергее Ивановиче Зимине стоит рассказать подробнее. Это один из крупнейших деятелей русской музыкальной культуры. Он создал в Москве великолепный оперный театр, куда привлек лучших певцов, художников, музыкантов; постоянно заботился о притоке молодых талантов.
«Родился я в Москве в 1876 году, — писал С. И. Зимин в своей «Автобиографии». — Образование получил в Московском коммерческом училище среднее и с детства увлекался театром. По окончании училища я начал заниматься пением у известного в то 28


время певца Николая Павловича Миллера; там же мы устраивали ряд ученических вечеров, на которых я выступал в качестве исполнителя. Посещая в это время оперу Саввы Ивановича Мамонтова, на которой я и учился, я твердо решил заняться и посвятить себя театральному делу, а когда случился крах этого прекрасного дела, то план создания своего уже созрел» 49.
В сезон 1904/1905 годов Зимин открывает свою оперу, арендуя для этого сначала «Аквариум», потом Никитский, Солодовников- ский театры. Наталия Осиповна Степанова-Шевченко работала в опере Зимина в те годы (1910—1916), когда тот снимал Солодовниковский театр.
«Весь интерес к театру в работе сосредотачивался для меня в постоянном живом и созидательном участии, которое выразилось в том, что ни одна репетиция, спектакль и проба голосов не обходились без меня, сам я бывал на монтировке декораций и сам в содружестве с режиссером устанавливал свет и его переходы для спектаклей. Конечно, приходилось много времени уделять и административной части. Я смело могу сказать, что приходил первый и уходил последний...» 50 — писал Зимин.
В труппу С. И. Зимина вошли артисты Мамонтовской оперы, а также товарищества, возглавлявшегося композитором Ипполитовым-Ивановым. Среди последних были В. Петрова-Званцева, Е. Цветкова, Н. Веков, Н. Сперанский, М. Бочаров.
Одним из самых талантливых певцов оперы Зимина стал тенор В. Дамаев — несравненный исполнитель партий Садко, Андрея, Левко, Самозванца.
«С. И. Зимин отзывался на все благотворительные сборы и давал больше всех. Любил своих артистов, гордился ими, ненавидел никакие ссоры и дрязги, пресекал интригу и мы жили дружно» 51, — вспоминала Н. О. Степанова-Шевченко.
У Зимина певица дебютировала в опере Чайковского «Мазепа» в бенефис главного режиссера театра Петра Сергеевича Оленина. Последний пел арию Кочубея.
«Мне дали петь партию Марии в опере «Мазепа». Был бенефис главного режиссера Петра Сергеевича Оленина. Он пел партию Кочубея и прекрасно исполнял ее. Он начал со мной работать, работал очень много. Он предоставил мне полную свободу действий во время работы, говоря:
— Поите, переживайте, творите на сцене, создавайте образ, следите за своими жестами и движениями, все делайте сами, — а я буду следить за вами, наблюдать: что плохо — уберу, что хорошо — оставлю...
Кое-что поправляя, он давал мне волю в трактовке образа. Это был человек высокой культуры.
29


До того времени, я оперы «Мазепа» не видела и не слышала, — а если и видела, то плохо помнила.
Конечно, по чувству переживания я давала что-то свое. И мне было легко и понятно. Первую репетицию вел дирижер Арий Моисеевич Пазовский. Присутствовал сам Зимин.Слушал он меня внимательно» 52.
Выступление прошло успешно. В антрактах артистам дарили много цветов. Неожиданно из оркестра Степановой-Шевченко передали маленький букетик с запиской: «Как бы я был рад петь с вами и держать ваши руки в своих». Под запиской стояла подпись: Немов. Это был электротехник зиминского театра.
О желании Немова петь узнал владелец оперы. А некоторое время спустя Немов исполнял перед Зиминым русскую народную песню «Вниз по Волге-реке». У него оказался прекрасный драматический тенор. Вскоре Степанова-Шевченко пела вместе с Немовым. Она поднесла ему корзину цветов с надписью на ленте: «Моему первому поклоннику пения в опере «Мазепа». В дальнейшем Немов уехал в Барселону (Испания) и не вернулся оттуда в Россию53.
На благотворительных вечерах вместе с Наталией Осиповной выступали певицы, исполнявшие одинаковые партии (сопрано): Турчанинова, Закревская, Люце, Сабонеева. Несмотря на это, ссор при распределении ролей не было. Все любили и уважали друг друга.
В 1912 году Степанову-Шевченко пригласили в труппу С. П. Дягилева, которой предстояли гастроли в столицах Италии, Франции и Англии. В этой зарубежной поездке участвовали певцы Запорожец, Исаченко, Петренко. Также был приглашен весь петербургский балет: Карсавина, Нежинская, Фокин и другие артисты.
Наталия Осиповна пела в римском театре Констанции, в парижском Шатле, в Лондонском Ковентгардене. «Лондонский театр Ковентгарден поразил меня своей внутренней величиной, когда я в первый раз пришла туда на репетицию, я просто оробела, подумав, что у меня не хватит голоса, не хватит звука,, чтобы его заполнить, такой он большой 54, — писала певица.
Вместе с Наталией Осиповной в Лондон приехали Михаил Федорович и ее аккомпаниатор.
Вскоре певица ненадолго вернулась в Россию. Здесь, в петербургском Суворинском театре, она пела вместе с Л. В. Собиновым в операх «Манон», «Фауст», «Риголетто».
... Новым оперным спектаклем театра Зимина был «Пророк» Мейербера. Премьера состоялась 15 сентября 1915 года.
Заглавную партию Иоанна пел В. П. Дамаев. Критика зо


отмечала в его исполнении недостаток певческой культуры. Зато отмечалась молодая солистка театра Н. О. Степанова-Шевченко, исполнявшая партию Берты — невесты Иоанна 55. Как известно, большинство партий в произведениях Мейербера требует мощи голоса и'виртуозности певческой техники.
Со многими выдающимися певцами довелось встретиться Наталии Осиповне. Очень памятны для нее были встречи с Федором Ивановичем Шаляпиным.
Гениальный певец приехал из Петербурга в Москву, где участвовал в двенадцати оперных постановках «Фауста» Гуно. У певца был большой выбор партнерш. Но после прослушивания певиц он остановил свой выбор на Н. О. Степановой-Шевченко.
Первое представление состоялось 30 ноября 1915 года. Роль Мефистофеля исполнял Шаляпин, партию Маргариты — Степанова-Шевченко; другие артисты: Зибель — Васенкова, Марта — Евгеньева, Фауст — Павлинов, Валентин — Бочаров, Вагнер — Горелов.56
«Иногда он просил нас, участников «Фауста», приехать к нему на квартиру, где мы проходили с ним некоторые сцены, писала .Наталия Осиповна. — Его жена Виола Игнатьевна встречала нас любезно и всегда угощала чаем. Мы бывали у него два раза. Его особняк был на Новинском бульваре... Огромный зал, одна из дверей веда в его кабинет, рядом гостиная, обставленная мягкой мебелью, на стенах много картин. В зале стояло изображение Мефистофеля, работа Антокольского М. М.
...Когда мы бывали у него на квартире, он всегда нервничал, всегда говорил, что у него нет голоса, что голос у него не звучит. Он подавал только реплики. А иной раз увлекался и подаст фразу полным голосом, да с таким чувством, что тебя всю в дрожь ударит!..’
. А когда во время выступлений по окончании акта Ф. И. Шаляпин шел на поклоны под гром аплодисментов, я всегда убегала: мне было стыдно, так как овации относились только к нему, а не ко мне!
А он, бывало, схватит меня за руку и выведет на поклон, и не только ласково это сделает, но еще и с почтением!
.— Федор Иванович, — говорю ему, — ведь эти аплодисменты принадлежат Вам и только Вам. Ведь Вас публика так любит!..
Но он даже как будто обиделся на меня... и сказал:
— Я в эту любовь не верю! Завтра буду не в голосе, спою плохо, и мне никаких хлопков не будет, а то и освистать могут!» 57
Во время одного из выступлений Шаляпина в опере «Фауст» у него умер сын. Шел спектакль, подходил к концу третий акт. Шаляпин из-за долгого отсутствия жены понял, что произошла трагедия.
31


К певцу вызвали дежурного врача, а публике объявили, что спектакль продолжаться не будет.
По окончании гастролей Ф. И. Шаляпин подарил Наталии Осиповне на память две своих фотографии. Певице надолго запомнилась встреча с Шаляпиным, его скромность, отзывчивость.
Степанова-Шевченко участвовала в поездке на фабрику Саввы Морозова в Орехово-Зуеве. Туда же были приглашены известные оперные певцы Большого театра. Наталия Осиповна пела арию Маргариты из «Фауста» и арию Татьяны из «Евгения Онегина». После отъезда оперного состава певица еще восемь дней пела на фабрике Морозова под киноленту «Кирпичики» (кино тогда еще было немое) 58.
В 1914 году Н. О. Степанова-Шевченко получила приглашение приехать в Кисловодск. Там ее ждал Лео Слезак. Кроме него, в труппу входили артисты: Тартаков, Смирнов, Еловцов. Наталия Осиповна исполняла по-итальянски партию Дездемоны. Вместе со Смирновым она пела в «Травиате», «Риголетто», «Манон».
Когда началась первая мировая война, у артистов пропала возможность представлять русское музыкальное искусство за рубежом. В военные годы Наталия Осиповна часто выступала в концертах, например, в Купеческом доме, где пела для раненых . Однажды певицу пригласили в Петербург для участия в сборном концерте. После концерта в столице появились положительные отзывы в газетах о ее выступлении.
Наталия Осиповна получила приглашение выступать в Мариинском театре. Она дала согласие, но воспротивился Михаил Федорович, уЗнав об этом. По своим коммерческим делам он часто приезжал в Москву, а§ Петербурге бывал редко и не хотел надолго расставаться с женой.
32


«СТЕПАНОВСКАЯ* ОПЕРА
Шли годы. Росла известность М. Ф. Степанова, увеличивались и его доходы. Кроме Языковской, Степанову принадлежала и Кезминская фабрика, о чем свидетельствуют два документа. Один из них — заявление Михаила Федоровича старшему фабричному инспектору, подписанное М. Крайновым.
«Покорнейше прошу Ваше Высокоблагородие выдать мне удостоверение о том, что на фабриках моих при селе Языково и в селе Кезмине может быть выработано в течение года серошинельного 700 000 — и защитного 300 000 аршин сукна. При этом присовокупляю, что за прошлый отчетный год фабриками переработано в пряжу шерсти 96 230... Из остатков 26 300 пудов, пряжи переработано в суровье 90 005 пудов, из суровья отделано бобриков 74 0631 аршин, сукон разных армейских и цветных 80 1203 аршина» 60. Это отношение написано 11 октября 1911 года. А из другого документа мы узнаем, что Кезминская фабрика закрыта, а «рабочие частью рассчитаны, предупрежденные об этом в срок, другие же — по их желанию переведены на Языковскую фабрику:бГ
18 декабря 1914 года на фабрике случился пожар. Он принес владельцу убытков на 805 тысяч рублей, несмотря на то, что была получена страховка на 693 тысячи, а также спасено имущество на 25 тысяч. Предстояло многое восстанавливать заново. . До этого фабрика горела в апреле 1911 года.
Во время первой мировой войны потребность в продукции суконной промышленности постоянно увеличивалась. Росло и производство сукна на Языковской фабрике. Если в октябре 1914 года здесь изготовлялось 75 тысяч аршин серошинельного сукна, то в январе 1915 года — уже 100 тысяч аршин.
Фабрикант М. Ф. Степанов открыл несколько торговых отделений и складов в российских городах. Так, в Симбирске действовали контора и склад, мануфактурный магазин с числом служащих в двадцать человек и годовым оборотом в 200 Тысяч зд


рублей, в Самаре в мануфактурном магазине и на складе при нем работали 30 служащих. А оборот этот магазин давал в два раза больше симбирского. Склад товаров действовал и в Ростове.-Плюс к этому была организована ежегодная торговля мануфактурой на Нижегородской ярмарке. 63
Накануне революции фабрика находилась в следующем состоянии: «...рабочих до 1000 человек, ежедневная выработка сырого материала до 400 пудов, годовой оборот до 2 миллионов рублей. Вырабатываются сукна армейские, трико, драп, ковры, бобрики, сукно для поставки в казну. Для служащих и рабочих фабрики имеется до 200 квартир, из коих 12 представляют из себя отдельные дома в две половины, то есть каждый на две семьи» 64.
С весны 1910 года в Языковской фабричной амбулатории рабочим оказывалась врачом медицинская помощь. Как было сказано выше, еще в начале века в селе открылись больница на двенадцать коек и «родильный приют» на шесть коек. Кроме того, здесь появилось изолированное помещение стоимостью 1200 рублей для больных заразными болезнями. В 1913 году начала действовать фабричная касса.
Хозяйственные заботы поглощали немало времени, но это не мешало Михаилу Федоровичу с прежней страстью отдаваться своим любимым увлечениям и интересам. В этот период меценат- меломан поставил на ноги оперный театр в Казани.
«Театральная жизнь Казани, — писал корреспондент журнала «Рампа и жизнь»,—за последние годы явила грустную картину неуклонного упадка, угрожавшего окончательно свесть Казань, как один из театральных центров провинции, до уровня города совершенно второразрядного в театральном отношении...
И в то же время в Казани совершается большой театральный переворот...» 65
Дело в том, что неугомонный Степанов взял в аренду, сроком на шесть лет, один из трех казанских театров, так называемый городской.
Открытие нового театра состоялось 20 сентября 1916 года. В этот день казанцы познакомились с постановкой оперы «Аида» Верди. Первые спектакли сопровождал шумный, головокружительный успех. Был обеспечен аншлаг, билеты раскупались за неделю до представления.
Одним из условий договора, заключенного Степановым с городской думой Казани в 1915 году, было то, что «сумма дохода, от которой отказывается город, поступает целиком на улучшение постановки в городском театре дела». Городская дума приветствовала аплодисментами собственное решение и горячо поздравила нового антрепренера. «Большие средства Степанова, его любовь 34


к искусству и его солидное коммерческое имя служат безусловным ручательством того, что нашему городскому театру обеспечено теперь необходимое благоустройство и хорошая постановка дела», — сообщалось в заметке театрального репортера 66.
Большая заслуга в налаживании театрального процесса принадлежала главному администратору, известному в то время в театральном мире деятелю Е. К. Шувалову. Именно ему при поддержке печати удалось убедить театральную коллегию отказаться от доходов театра в пользу города. Е. К. Шувалов был известен в Казани как неплохой администратор, набивший руку на преодолении бюрократических преград.
Прежде чем поставить первую оперу, надо было провести большую подготовительную работу. В начале июля 1916 года начали работать хоровые и балетные классы, в театре произвели ремонт, реставрировали старый занавес работы академика Бочарова. И всем этим руководил уполномоченный нового антрепренера Е. К. Шувалов.
В состав оперной труппы городского театра вошли: Степанова- Шевченко, Гусева, Машир, Ковалькова-Коломейцева, Евгеньева, Сазонцева, Данилов, Карлашев, Хохлов, Емельский, Долинин, Ганф, Преображенский, Магскйй, Гагаенко, Кузнецов и другие артисты. Режиссерскую часть возглавили Гецевич и Шастан.
Как уже упоминалось, первой оперой в театре Степанова была «Аида». Второй постановкой стал спектакль «Фауст». «Интерес этого спектакля сосредоточился на госпоже Степановой-Шевченко (Маргарита), блиставшей своим красивым голосом. И в сценическом отношении госпожа Степанова-Шевченко показала себя отличной артисткой. Эта оценка в полной мере приложима и к следующим выступлениям госпожи Степановой-Шевченко — Виолетта в «Травиате» и Татьяна в «Евгении Онегине» Ь/.
Но не одна Степанова-Шевченко блистала перед казанской публикой своим искусством в первый театральный сезон. Зрители и театральные критики отмечали высокий уровень исполнения Кар- лашевым партии Мефистофеля, Даниловым — партии Фауста.
За первый же месяц в театральную кассу поступило сорок тысяч рублей от продажи билетов. И это в то время, когда в Казани существовали еще два театра: драматический и оперетты.
В сезон 1916—1917 годов были поставлены две новых оперы: «Оле из Нордланда» Ипполитова-Иванова и «Флорентийская трагедия» Яновского. «С большим художественным успехом выступила в партии Таис госпожа Степанова-Шевченко»68, — заметил журналист. В бенефисе Е. К. Шувалова была представлена опера «Садко» с исполнителем главной роли — Ганфом.
Первый «степановский» сезон закончился 12 февраля 1917 года 35


постановкой «Аиды» Верди. Итог сезона в деньгах составил 179 820 рублей (без военного налога), а всего — 250 тысяч рублей. Чистая прибыль составила 40 тысяч рублей.
Но главное в том, что казанские меломаны познакомились с замечательными спектаклями,
К сезону 1917—1918 годов наметился следующий состав труппы. Сопрано—Верховская, Гусева, Коломийцева, Машир, Сазонцева, Степанова-Шевченко, Павлова, Галеева; меццо- сопрано — Евгеньева, Ковелькова, Лубанская, Покровская, Полозова, Харитонова; тенора — Ганф, Данилов, Долинин, Кузнецов, Преображенский, Черненко, Чернов; баритоны — Власов, Гаврилов, Дмитриев, Рязанцев, Смельский, Хохлов; басы — Гагаенко, Данилевский, Карлашев, Магский, Федоров. Дирижеры — Васильев, Меттер, Позен. Заведующий художественной частью — Гецевич. Режиссеры — Шастан и Чарушин. Уполномоченный и главный администратор — Шувалов. Хор состоял из 50 человек, оркестр — из 40, балет — из 18 артистов. Летом 1917 года вновь был произведен ремонт театра 69. Следует отметить, что в течение оперного сезона состав труппы менялся.
Новый театральный сезон открылся постановкой оперы «Демон». В первую половину сезона были поставлены оперы «Мадам Баттерфляй», «Травиата», «Евгений Онегин», «Фауст», «Сказки Гофмана», «Таис», «Богема», «Манон». «Успех «Манон» в значительной степени создан прекрасной исполнительницей центральной партии госпожой Степановой-Шевченко» 70, — говорилось в театральной заметке.
Только за первые три месяца сбор составил около 200 тысяч рублей (без военного налога). Один спектакль в среднем собирал по 2500 рублей. А бюджет театра достиг 68 тысяч рублей в месяц.
Сообщалось, что в театре готовились постановки опер «Вертер», «Гамлет», будет возобновлена постановка оперы «Трубадур». Однако 1918 год был последним для детища Степанова. Несмотря на успехи, частную оперу пришлось закрыть. Михаил Федорович безвозмездно уступил свой театр со всем имуществом оперному товариществу.
36


ПОСЛЕ РЕВОЛЮЦИИ
После того как совершилась революция и была отменена частная собственность, М. Ф. Степанов оказался не удел. Фабрики он передал государству. В 1919 году супруги Степановы выехали в Екатеринбург (Свердловск). Здесь Наталия Осиповна пела с тенорами Матвеевым, Словцовым, Комиссаржевским.
17 марта состоялся первый выход Н. О. Степановой-Шевченко на екатеринбургской сцене — в роли Виолетты из оперы Верди «Травиата». 29 апреля в бенефисе дирижера А. Г. Симциса шла опера Массне «Таис» с участием певицы. Она исполняла партию Таис. А 10 мая состоялся бенефис самой Наталии Осиповны. Она блистательно исполнила партию Виолетты. Сезон закрылся 19 мая бенефисом И. С. Архиповой. Был дан сборный спектакль, в программу которого вошла и ария из первого акта оперы «Травиата» в исполнении Н. О. Степановой-Шевченко.71
В том же году певица оказалась уже в Иркутске. 20 августа 1919 года состоялся концерт-спектакль труппы «Русская опера» 72 при участии Н. О. Степановой-Шевченко. А к осени 1920 года на базе коллектива «Русской оперы» была создана «Симфоопера». В составе этой труппы было 16 солистов, 16 исполнителей вторых партий, хор из 34 человек под управлением М. И. Лифшица, оркестр из 36 человек 73. Особой любовью иркутян пользовались солистки оперы Н. О. Степанова-Шевченко, Н. П. Малиновская.
После Иркутска какое-то время Степановы жили в Омске, а затем возвратились в Казань.
Сезон 1922 года Наталия Осиповна пела в Казани на сцене Красноармейского театра. Но это был уже не прежний голос. Однажды во время поездки из Казани в Москву певица подверглась нападению грабителей, была усыплена хлороформом и обкра- дена. Это и привело к потере голоса. Во время ее выступлений в Харькове в театральных рецензиях упоминается уже не «госпожа Степанова» и не «товарищ Степанова», а «гражданка Степанова». «Маргарита — Степанова-Шевченко среднего качества; голос
37


звучит в общем недурно, но невыразительно и монотонно» 74, — заметил критик.
Критически была оценена и постановка в целом. «Фауст — типичная опера старого склада, опера той эпохи, когда господствовал принцип угождения публике. Только желанием угодить, прийтись по вкусу буржуазной публике «Большой оперы» можно объяснить ту крайнюю бесцеремонность, с которой господа либреттисты обкарнали и опошлили трагедию Гете, низведя ее на степень кисло-сладкого лимонада, рассчитанного на дешевый вкус потребителя» '5.
В 1923 году Степановы переехали в Москву. Их сын Михаил поступил в Камерный театр к А. Я. Таирову, а потом в киноакадемию. Наталия Осиповна устраивается в Московскую эстраду. Помимо работы в столице певица часто выезжала на гастроли по стране. Пела под аккомпанемент рояля, баяна, аккордеона. «Пела арии из опер, из оперетт, пела русские песни и песни других народностёй: украинские, еврейские, польские, итальянские, татарские» 76.
Но, повторяем, это был уже не тот голос, что раньше. Высота голоса понизилась, изменился его регистр. Наталия Осиповна давала уроки пения на дому. Кандидат медицинских наук Н. И. Малиновская вспоминала: «С Наталией Осиповной я познакомилась в 1940 году, когда мы переехали в Москву. По окончании мной института, она должна была давать мне уроки пения; у меня находили певческие данные. Жила Наталия Осиповна в маленькой квартире, материально плохо. На жизнь зарабатывала уроками пения и шитьем платьев. (Вот когда пригодилось ей швейное мастерство! — А. А.) Иногда ей давал деньги мой дядя М. С. Малиновский. Ведь Наталия Осиповна по дяде М. Ф. Степанову была теткой его первой жены Варламовой Марии Николаевны (она же певица М. Н. Малиновская. — А. А.)»77.
Это было тяжелое для певицы время. ГУЛАГ поглотил ее мужа и сына. О занятиях Михаила Федоровича в послереволюционный период нам пока не удалось узнать. Биография сына певицы известна. Он родился в Нижнем Новгороде в 1906 году. В 1922 году в Казани закончил школу второй ступени. В 1924 году в Москве окончил театральную школу. Работал актером на 3-й фабрике Госкино, преподавал.
В 1930-м Михаил Михайлович перешел на первую кинофабрику Союзкино ассистентом-режиссером* преподавал в Государственном институте кинематографии. Он был режиссером фильмов «Аноха», «Пышка», «Город по ударом». В начале 1934 года Степанов выпустил детскую кинокартину «Самый грязный» 78. Сын певицы обладал большими способностями: свободно владел 38


английским и французским языками, неплохо — немецким. Но Михаилу Михайловичу не удалось в полной мере проявить себя. Как и отец, он погиб в сталинских застенках. Наталия Осиповна по доносу соседки оказалась в ссылке на станции Торбеево в Мордовии.
В Центральном государственном архиве Мордовской АССР хранится список работников Театра оперы и балета, представленных к награждению медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941 —1945 годов», в котором есть и имя Наталии Осиповны. В краткой характеристике сказано, что она работала педагогом по вокалу с 1943 по 1948 годы. Медаль была вручена артистке 8 июня 1948 года. В этом же году театр был ликвидирован.
Когда Н. О. Степанову-Шевченко реабилитировали, она вернулась в Москву. Но квартира была занята другими людьми, ее приютила племянница покойного мужа, проживавшая в Ленинграде. Два года Наталия Осиповна оставалась у нее. А последние пятнадцать лет она жила в Доме ветеранов сцены на Петровском острове, куда ее пригласили артисты Ксения Ивановна Суханова и Андрей Андреевич Голубев. Здесь можно было проводить время в кругу близких людей, по-настоящему любящих и ценящих искусство.
В 1959 году Наталии Осиповне исполнилось 80 лет. Ее день рождения отмечался в кругу друзей. «Эта моложавая для своего возраста женщина с волнением принимала поздравления товарищей, ее живые темные глаза блестели. Может быть, она вспоминала себя босоногой девчонкой на берегу Донца, запевалой в стайке казачьей ребятни. И тот случай, который в былые годы играл решающую роль в актерской судьбе...
И вот она слышит молодой голос, исполняющий арию Снегурочки. Губы ее шевелятся, руки складываются в характерном жесте, кажется, сейчас она встанет, сбросит бремя лет, и мы услышим арию уже не в грамзаписи... но время необратимо...» 79 — вспоминала одна из участниц этого вечера В. Н. Львова- Климова.
Наталия Осиповна умерла в Ленинграде 28 июля 1963 года. Ее похоронили на Серафимовском кладбище (участок Дома ветеранов сцены).
Творчество певцов не уходит бесследно. Остается жить их голос, запечатленный на пластинках и магнитных *лентах. о /'и-х годах несколько граммофонных пластинок с голосом Н. О. Степановой-Шевченко хранились у ленинградского коллекционера-меломана Юрия Борисовича Перепелкина. У внучки певицы, д^;тора историчссмл шел. Н. М. ('гш ишпой, 39


хранятся магнитофонные записи с ее голосом. Наша задача — собрать и сохранить эти записи, помочь выпуску новых пластинок. Пусть голос певицы живет с нами!


СВЯЗЬ ВРЕМЕН
Собирая материал по истории села Языково, местный краевед Михаил Сергеевич Сударев встречался в Ленинграде с Н. О. Степановой-Шевченко. Когда он сказал, что ее помнят в Языкове, бывшая певица удивилась и несказанно обрадовалась.
В 1986 году на родину своего деда в Ульяновск приезжала внучка — Наталья Михайловна Степанова. Она выступила по областному радио с рассказом о бабушке-певице. Гостья посетила также Языково, где подарила музею несколько фотографий дома Степановых.
Внучка Степановых услышала рассказ о судьбе языковцев в советское время. А сложилась последняя таким образом.
В ноябре 1917 года в Языкове была провозглашена Советская власть. На фабрике организовали заводоуправление, в которое вошли избранные рабочими Федор Михайлович Демидов, Никифор Агафонович Фаллунин, Александр Емельянович Блинков и другие. Комиссаром фабрики стал Василий Андриянович Сорокин. В гражданскую войну предприятие насчитывало 500 рабочих и работало в одну смену.80.
В 1924 году фабрике было присвоено имя М. И. Калинина.
В 1941 году в Языково из Киева эвакуировалась швейная фабрика имени Тинякова. На базе двух фабрик — швейной и суконной — был образован комбинат.
В бывшем доме Языковых находился детский дом. А осенью двадцать второго года здание было уничтожено огнем. Невольным свидетелем того пожара стал А. А. Пластов. «Я тогда возвращался из Москвы, — рассказывал он. — С поезда сошел на станции Майна и пошел к себе в Прислониху. Сумерки были, а путь неблизкий, иду, а все темнее и темнее становится, да дорога через лес. Но вот и лес миновал, к вдруг я вижу зарево в нашей стороне. Испугался тогда — думал, Прислониха горит, и наддал ходу что есть мочи, чтобы быстрее дойти. А когда поднялся на гору — увидел, что пожар-то не у нас, а в Языкове. Вот тогда и сгорел 41


Языковский дом. Тогда его называли Степановским домом, так как его хозяином до революции был языковский фабрикант Степанов, наследник того Степанова, который в свое время купил это имение у Языковых»81.
А. А. Пластов был тогда сотрудником Симбирского губернского музея. В Ульяновском областном архиве имеется документ, относящийся к тому времени.
«Художнику Пластову.
Секция по делам музеев и охраны памятников искусства и старины просит Вас навести справки в конторе... Степанова в с. Языково о том, какие и куда отправлены вещи из дома (мебель, вышивки и т. д.). Если есть стихи, то их желательно переписать и прислать в секцию.
Заведующий секцией Архангельский Секретарь Рысин» 82
, Аркадий Александрович успел побывать в имении еще до пожара, но ни стихов, ни мебели, ни каких-либо других вещей, принадлежавших старым хозяевам, не обнаружил. Правда, ему удалось все-таки выяснить, куда отправлены мебель и некоторые вещи.
До войны в языковской больнице работал врач Федор Михайлович Михайлов (1898-1942), ставший впоследствии организатором советского подполья в немецком тылу — городе Славутиче на Украине. Посмертно ему присвоено звание Героя Советского Союза.83 Именем Михайлова названа улица в Заволжском районе Ульяновска.
В Языкове установлен памятник-обелиск 453 землякам, погибшим в Великой Отечественной войне.
В июне 1949 года в поселке Языково состоялась районная читательская конференция, посвященная стопятидесятилетию со дня рождения А. С. Пушкина. На конференции выступил народный художник СССР А. А. Пластов. «В наше советское время,— сказал он, — особенно много уделяется внимания художественным иллюстрациям бессмертных пушкинских произведений. Хорошая иллюстрация делает книгу более доходчивой».
Аркадий Александрович сделал иллюстрации к пушкинским произведениям «Полтава», «Руслан и Людмила», «Капитанская дочка», к книге «Пушкин в Болдине».
В Языковской профсоюзной библиотеке есть Пушкинская комната, открытая в 1986 году. Здесь собраны книги о великом русском поэте. Много книг с дарственными надписями: П. Проскурина, С. Михалкова, С. С. Гейченко и других известных людей. Представлены тут и старинные вещи: зеркало, подаренное местной 42


учительницей Е. К. Михайловой, столик, подаренный М. В. Гусевой, стул, вешалки, подсвечник... В коридоре библиотеки развешаны фотографии пушкинских мест.
В Пушкинской комнате проводятся Дни знаний, отмечаются дни рождения и памяти А. С. Пушкина, а также его друга Н. М. Языкова.
В 1972 году в Языкове был открыт народный историкоэтнографический музей, ставший теперь филиалом Ульяновского областного краеведческого музея. Многое для его создания сделали кандидат медицинских наук Надежда Михайловна Демидова; секретарь парткома Тамара Васильевна Алексеева, журналист Михаил Сергеевич Сударев.
10 февраля 1990 года языковцы отметили девяностолетие создания оркестра. В Доме культуры собралось много музыкантов — и ветеранов, и начинающих. Поистине виртуозную технику исполнения продемонстрировали В. Глухов (тромбон), В. Слепухин (кларнет), М. Морозов (флейта) и В. Слепухин (труба), исполнившие сольные номера.
За годы существования оркестра сотни языковских парней выучились играть на духовых инструментах. Более 30 лет играют в оркестре Владимир и Анатолий Макаровы, свыше 40 лет — Виктор Куликов и Виктор Крючков, а Владимир Алексеевич Трофимов, несмотря на тяжелое ранение в годы войны, связан с оркестром вот уже более полувека. Немало музыкантов стали профессионалами. Так, Виктор Глухов, Михаил Морозов, Владимир Слепухин давно играют в военном оркестре.
Многие языковские артисты, окончив высшие и средние учебные заведения, разъехались по стране. На их место приходят школьники, молодежь.
Трудно представить Языково без духового оркестра. Ни один праздник не проходит без его участия.
В 1971 году языковцы участвовали во Всесоюзном смотре духовых оркестров в г. Горьком, в 1973 году выступали на фестивале сельской художественной самодеятельности в г. Куйбышеве. Оба выступления были удостоены дипломов 1 степени. Многое для развития оркестра сделали его руководители С. А. Назаров, В. В. Крутов и возглавивший коллектив в 1973 году Н. И. Кобянин.84
Сегодня поселок Языково занимает около 850 гектаров. В нем имеются 10 магазинов, детские учреждения, средняя школа. В 1974 году в поселке открылась новая больница. По вечерам, в праздники к услугам языковцев Дом культуры. И, конечно, знаменитый языковский парк, в котором с 1969 года проводятся музыкально-поэтические праздники. В июне 1973 года в парке были 43


торжественно открыты две мемориальные доски с одинаковым текстом: «Зд^сь, в бывшем имении Н. М. Языкова, в сентябре 1833 г. был дважды А. С. Пушкин. Здесь неоднократно бывал поэт и партизан Д. В. Давыдов».
В настоящее время готовится проект реставрации Языковского парка. Заметно похорошел, развивается поселок. Но, к сожалению, не только хорошее хранит наша память. Если перелистать недавнюю историю, можно найти в ней немало печальных и трагичных страниц. До последнего времени мы плохо заботились о культурном наследии прошлого, не берегли его, и многое пропало безвозвратно.
В годы руководства страной Н. С. Хрущева в Языкове была уничтожена церковь. Ее ломали, зацепив двумя бульдозерами. «Стены по кирпичам не разлетались, так целые глыбы и свезли для строительства моста», — рассказывал один из языковцев.86
«Иконы из церкви св. Сергия... в первые годы после революции активисты местные во главе с Конновым рубили топором на щепу. Оклады ободрали, но часть икон могла уцелеть, так как люди уносили их домой», — писала в областной газете Л. Гусева. 87
А вот поистине поразительный факт нравственной глухоты и неблагодарности потомков. О нем поведал инженер-геодезист А. Службин 88.
«Еще в 1972 году в восточной части парка в зарослях кустов при изыскательских работах под проект реконструкции был найден памятник из черного гранита. Он отлично сохранился и на нем были надписи: «Михаил Петрович Языков родился 5 ноября 1767 г. скончался 12 октября 1819 г. Петр Михайлович Языков родился 3 июля 1798 г. скончался 17 июля 1853 г.»...
Это отец и брат поэта Николая Михайловича Языкова, сами по себе люди замечательные и уважаемые симбирским обществом.
...«В том же году после нашей беседы в поселковом Совете памятник исчез. Но мы его разыскали в фундаменте одного «хозяйственного» мужичка. С помощью администрации комбината имени Калинина памятник был извлечен. А два года назад я его обнаружил, к сожалению, уже расколотым пополам...»
Разве могло такое произойти, скажем, при Федоре Степановиче или Михаиле Федоровиче Степановых? Могли они допустить, чтобы сначала была разграблена и разрушена церковь, а затем варварски уничтожен памятник отцу и брату великого поэта? Конечно, нет.
Не лучше обстоит дело и с отношением к природе. Языковский житель И. Фокин рассказывал в областной газете о ручье Соловей, что протекает вблизи рабочего поселка. «Его питают многочисленные родники, которые выбиваются из Карлинских гор. Ручей 44


не случайно носит такое название, здесь действительно когда-то было соловьиное царство. Ныне он запушен, растущая по его берегам черемуха весной безжалостно обламывается. Многие родники, питающие ручей, затоптаны скотом, и он мелеет...» 89
Да, немало предстоит сделать, чтобы восстановить утраченное, возродить поруганные святыни. И эта работа уже началась. Хочется верить, что время духовной спячки нашего общества, подмены нравственных понятий кончилось навсегда.
Многие языковцы живут в других городах Советского Союза. Но и тем из них, что остались в Языкове, и тем, что покинули свой родной поселок, он одинаково дорог. Дорог своей историей, природой, дорог памятью о Языковых, Пушкине, Степановых, о не вернувшихся с войны земляках. И эта неиссякающая память, являясь связующей нитью времен, есть живой залог того,’ что славные традиции прошлого будут продолжены и приумножены новыми поколениями языковцев.


ПРИМЕЧАНИЯ
1 'Мартынов П. Селения Симбирского уезда. Симбирск, 1903, с. 69.
2 Алексеева Т. Яркие страницы летописи. — Коммунистическая новь, 1984, 4 октября.
3 (2м.: Еэдохиццев Д. Н- И жизни след оставили своей.., Саратов, |985, с. 93.
4 Языков Н. М. Стихотворения и поэмы- Л-, 1988, с, 293-
5 См.: Сахаров В. Под сенью дружных муз. М., 1984, с. 87.
6 Языков Н. М. Стихотворения и поэмы, с. 303—304.
7 Сахаров В, Под сенью дружных муз, с. 87.
8 Пушкин А. С- Сочинения в 3-к т., т. 1, М., 1985, с. 310.
9 Языков Н. М. Стихотворения и поэмы, с, 183.
10 Там же, с. |94.
11 Пушкин А- С- Поли- србр. срч., т- |0. Л-, 1979, с- 168.
12 Там же, с. 173.
13 Там же, с. 347.
14 Там же, с. 446.
15 Собрание народных песен П; В; Киреевского, т. 1. Л., 1977, с. 35т
16 Там же, с. 122.
17 Мартынов П- Селения Симбирского уезда, с, 69.
13 Поливанов В. Н. Село Языково. — Исторический веетник, 1896, № 10, с, 988.
,9 Государственный архив Ульяновской области (ГАУО), ф. 187, on. 1, д. 1, л. 54 об,—57,
20 Яковлев И, Я- Письма--Чебоксары, 1985, с. 59.
21 Адрес-календарь Симбирской губернии на 1879. Симбирсж, 188Q, с. 69.
22 Там же, е. 62.
23 ГАУО, ф. 143, on. I, д. 66.
24 ГАУО, ф. 1Q8, оп- 27, д. 15, л- 4—4 об.
25 ГАУО, ф. 195, on. 1, д. 59.
26 Там же.
27 Мартынов П. Селения Симбирского уезда, с. 70.
28 Целиков И. Торжества освящения поновленного храма в селе Языково Сймбирскогр уезда. — Симбирские епархиальные ведомости, 1905, № 23, с. 610,
29 Собрание народных песен П- В. Киреевского, с, 255-
39 	Оркестровая капелла. М., 1912, с, 11.
31 Там же, с. 15.
32 Там же, с. 16.
33 Там же, с. 21.
34 Нижегородские музыкальные новости, 1911, № 24.
35 Казань, 1911, № 201.
36 Оркестровая капелла, с. 16—17.
37 Там же, с. 22—23.
46


30 	Нижегородские музыкальные новости, 1911, №24.
39 Степанова-Шевченко Н. О. Мемуары. УКМ, 43598, с. 24.
40 Там же, с. 29.
41 Там же, с. 3?—33.
42 Литвин Фелия. Моя жизнь, мое искусство. Л., 1967, с. 29.
43 Там же, с. 60—61.
Гозенпуд А. Русский оперный театр между двумя революциями. 1905— 1917.. д., 1975,, с. 8.
45 Степацова-Щевчецко Ц О. Мемуары, с. 35.
Жизнь искусства, 1925, № 16, с. 21.
47 Степанова-Шевченко Н. О. Мемуары, с. 35-
48 Там же, с. 36.
49 Зимин С. И. Автобиография. ЦГАЛИ, ф. 764, on. 1, д. 1, л. 1.
50 Там же.
Степанова-Шевченко Н. О. Мемуары, с. 39.
52 Там же, с. 40.
53 Там же, с. 43.
54 ТрМ Ж£, С.
55 Боровский В,. Московская опера С. И. Зимина. М., 1977, с. 1§2.
50 Летопись жизни и творчества Ф. И. Шаляпина, т. 2. Л., 1989, с. 113.
57 СтепановатШевченко Н. О. Мемуары, с. 45—46.
58 Там эке, с. 70.
59 Т?м же, с 61.
60 ГДУО, ф. 195, оп. д. 59, л. 11.
61 Там же.
62 Там же, л. 16.
63 Там же, д. 2 об.
64 Там же, д, 1.
65 Юрьев М- Письмо из Казани. — Рампа и жизнь, 1916, №29, с. 12.
66 Юрьев М. Письмо из Казани. — Рампа и жизнь, 1915, №22, с. 15.
67 Театр и искусство, 1916, №44, с. 895.
68 Юрьев М. Письмо из Казани. — Рампа и жизнь, 1917, №9, с. 14.
69 Л-ов. Письмо из Казани. — Рампа и жизнь, 1917, №40, с. 14.
70 Л-ов. Письмо из Казани. — Рампа и жизнь, 1918, №4, с. 14.
71 Государственный архив Свердловской области, ф. 240-Р, oq. 1, д. 2, лл. 21—23.
72 Харкеевич И. Ю. Музыкадьная культура Иркутска. Иркутск, 19$7, с. ]7-
73 Там же, с. 173.
74 Яновский Б. Госопера «Фауст». — Художественная жизнь. Харьков, 1922, №2чс.7.
',г’ Там же.
" Скнанова-Шевченко Н. О. Мемуары, с. 71.
Письмо Н. И. Малиновской автору книги от 2 ноября 1990 f.
7Н ЦГАЛИ, ф. 1966, on. 1, д. 6, л. 71—74 об.
79 Львова-Климова В. Н. Дом ветеранов сцены. Л., 1971, с. 54.
80 Коннов Н. От истоков до наших дней. — Коммунистическая навь, 1986, № 149.
81 Ульяновская правда, 1989, 14 мая. в
82 ГАУО, ф. 966, on. 1, д. 1Q, л. 29.
83 Край Ильича. Саратов, 1985, с. 187.
84 См.: Козлова И. и др. Языковскому духовому —90 лет. — Коммунистическая новь, 1990, 17 февраля.
85 Блохинцев А. Н. И жизнр след оставили сроен, с. 98.
86 См.: Ронжина О. Торжество на развалинах. — Слово молодежи, 1990, 9 июня.
47


87 Гусева Л. Языковцы. — Ульяновская правда, 1988, 14 августа.
88 См.: Службин А. Судьба памятника. — Ульяновская правда, 1988, 13 октября.
89 Фокин И. Почему умолкли соловьи. — Ульяновская правда, 1982, 14 апреля.


СОДЕРЖАНИЕ
От автора 3
Языковы 4
Степановы 11
Жена мецената — певица 23
«Степановская» опера 33
После революции 37
Связь времен 41
Примечания 46


Александр Михайлович Авдонин
ПОД СЕНЬЮ ЯЗЫКОВСКИХ МУЗ
Редактор Н. Б. Шарыгина
Художественный редактор А. М. Байгушкин
Технический редактор М. В. Моисеева
Корректор М. В. Загорская
Сдано в набор 24.05.9i г. Подписано в печать 19.07.91 г. Формат 60 X 84/16. Бумага офсетная. Гарнитура литературная. Печать офсетная. Усл. печ. л. 3,03. Уч.-изд. л. 2,28. Усл. кр.-отт. 3,49. Тираж 3500. Заказ 2950. Цена 1 р. 50 к.
Малое предприятие «Печатный двор». 432061, г. Ульяновск, ул. Пушкарева, 13.
50


1 р. 50 к.