/
Author: Ошлаков М.Ю.
Tags: история история российского государства биографии политология великая отечественная война сталин
ISBN: 978-5-699-41250-1
Year: 2010
Text
МИХАИЛ ОШЛАКОВ
СТАЛИН-
ПОБЕДИТЕЛЬ
СВЯЩЕННАЯ ВОЙНА
ВОЖДЯ
ЭКСМО
МОСКВА
2010
(ЯУЗА
УДК 93/94
ББК 63.3(2)
0-96
Оформление серии С. Курбатова
Ошлаков М. Ю.
0-96 Сталин-Победитель. Священная война Вождя /
Михаил Ошлаков. — М. : Яуза : Эксмо, 2010. —
288 с. — (Сталинист).
ISBN 978-5-699-41250-1
«Из Великой Отечественной войны СССР вышел не «пер-
вым в мире государством рабочих и крестьян», а Российской
Империей, сцементированной железной волей ВКП(б). При-
чем Российская Империя сталинского образца в 1945 году до-
стигла такого уровня могущества, который никогда ни до, ни
после нельзя было даже вообразить. Вот итог Великой По-
беды - не торжество коммунизма, а торжество России. Дочь
Сталина Светлана в своей книге писала: «Отец полюбил Рос-
сию очень сильно и глубоко на всю жизнь. Я не знаю ни одного
грузина, который настолько бы забыл свои национальные
черты и настолько сильно полюбил бы все русское...» Сталин
дал каждому гражданину СССР чувство законной гордости за
свою страну, за Россию, чувство личного участия в Великой
Победе и строительстве Великой Державы. Неудивительно, что
культ личности Сталина после войны приобрел характер, близ-
кий к обожествлению. Его любил народ и боялся враг. Наши
враги и сегодня боятся Сталина - и пока в каждом из нас жи-
вет сила его духа, пока мы ощущаем гордость за свое прошлое
и верим в свои силы, мы непобедимы...»
УДК 93/94
ББК 63.3(2)
© Ошлаков М.Ю., 2010
© ООО * Издательство «Яуза», 2010
© ООО «Издательство «Эксмо», 2010
ISBN 978-5-699-41250-1
«В дождливое московское утро 24 июня 1945
года Маршал Жуков в надвинутой на глаза фу-
ражке сбросил плащ и, сверкая бриллиантами
звезд и крестов, с первым ударом курантов вые-
хал на брусчатку Красной площади. В исполнении
1400 музыкантов сводного оркестра грянул
«Славься Русский народ» Глинки. Навстречу Жу-
кову на вороном коне скакал Маршал Рокоссов-
ский. На Красной площади стояли сводные полки
фронтов Великой Отечественной со своими
славными командующими, на груди русских гвар-
дейцев сияли боевые ордена за Берлин, за Кениг-
сберг, за Порт-Артур, за Киев, за Севастополь,
за Сталинград, за Москву. Сколько же наших
людей не дожили до этой счастливой минуты,
не задумываясь, отдали за нее жизнь!
Лица солдат сек дождь, который никто не
замечал, а на трибуне мавзолея стоял Сталин, с
козырька его фуражки стекали струйки воды.
Это был не его триумф, это был триумф Рос-
сии...»
Суворов учил нас — сносить холод и голод,
если впереди была
Победа и Слава!
Вперед! С нами Бог!
Из х/ф «Кутузов», 1943 год.
Посвящается моим родителям
От автора
жакая бы действительность ни окружала нас и что
бы ни определяло наше сознание, оно неизменно об-
ращается к истории той страны и того народа, кото-
рые для нас являются родными. Казалось бы, тени и
призраки прошлого не могут воскреснуть и вмешаться
в наши нынешние дела, но мы сами мысленно и вслух
вызываем их чуть не ежечасно, а значит, нуждаемся в
их присутствии.
Россия — уникальное явление среди народов с вы-
сокой культурой — наша национальная самоиденти-
фикация основана не на том, чтобы с гордостью опи-
раться на опыт предков, а на том, чтобы постоянно
отрицать их достижения, выискивать в своей истории
черные пятна. Мы часто смотрим на наше прошлое
как на сплошную ошибку, утверждаясь в сознании
своей неполноценности.
Это неверно, неприемлемо для великого народа.
Для того чтобы вечно не заниматься самоуничиже-
нием, требуется оценивать исторические события по
их результатам, а не по тому, какие они у нас вызы-
вают сегодня эмоции. XX век — критическая точка
истории, тяжелое время для России. Это эпоха ве-
7
ликих трагедий и великих побед. В наших интересах
черпать в ней соответствующие уроки и опыт.
Наш разговор — о Сталине, человеке противоречи-
вом и сложном, отношение к которому колеблется от
обожествления до демонизации. Личность Сталина,
его влияние на судьбу России особенно концентри-
рованно проявились в годы Великой Отечественной
войны. Война показала цену многим событиям и пер-
сонажам, раскрыла суть долгих и сложных историче-
ских процессов, она является ключом к пониманию
России.
Какова роль Сталина в достижении Победы в Ве-
ликой Отечественной войне? Истинно ли выражение
«Сталин выиграл войну»? В чем ошибки Сталина и
повлияли ли они на ход войны, на ее итоги?
Чтобы это понять, Победу необходимо рассматри-
вать не только с точки зрения того, кто отогнал Гит-
лера от Москвы, но и того, каким СССР и наш народ
вышли из войны. Какие внутренние изменения на-
шего государства вызвали война и Победа, как они
повлияли на послевоенное положение нашего народа,
его сознание, международную обстановку.
Это знание нам необходимо не для поклонения
Сталину или проклятия его, а для понимания того,
кто мы есть такие? На что мы способны? Чем нам
гордиться? На чем воспитывать детей? Кто нам друг
и кто враг? В книге много говорится о нас, сегодняш-
них, именно потому, что адресована она не столько
памяти ушедшего поколения, сколько нуждам поко-
ления нынешнего.
В этой книге не будет разоблачений Сталина или
обвинений в его адрес. При этом считаю крайне
важным подчеркнуть, что не являюсь сторонником
сталинских методов руководства или большевиком-
марксистом по убеждениям. Мне, современному че-
ловеку, дороги гарантии и права личности, которые
8
Сталин редко принимал в расчет. Я отнюдь не рвусь
в советское прошлое и никого не призываю туда воз-
вращаться. Время Сталина, по счастью, стало исто-
рией, и хочется только еще раз поклониться нашим
дедам, принявшим его страшный удар на себя.
В самом деле, кому придет в голову жечь свои дет-
ские фотографии и проклинать себя, двухлетнего, за
испорченные штаны, сломанные игрушки и укоро-
ченную капризами жизнь родителей? Наше детство —
наша органичная часть, ошибки и опыты которого и
привели нас к нам, нынешним, сформировали и зака-
лили характер сильных и благородных, каковыми мы,
россияне, хочется верить, являемся.
С нулевой точки
Взял барашек
Карандашик,
Взял и написал:
«Я — Бебека,
Я — Мемека,
Я медведя
Забодал!»
Исггуталися зверюги,
Разбежалися в испуге.
К. И. Чуковский, «Бебека».
К началу Великой Отечественной войны вермахт
имел в своем составе на Восточном фронте 11 по-
левых рот пропаганды численностью около 3000 че-
ловек, к пропагандистской деятельности также были
привлечены органы СД и абвера, партийные структу-
ры НСДАП.
Фашистская Германия со свойственной немцам
педантичностью готовилась к идеологической схватке
с СССР. В расчет принималось все: настроения насе-
ления, экономические трудности, национальные от-
ношения, иные внутренние противоречия. Еще перед
войной в Германии только вопросами межнациональ-
ных отношений в СССР занимался целый институт
профессора Коха в Бреслау (позднее берлинский
«Ванзее-институт»).
Таким образом, все факторы внутренней жиз-
ни СССР учитывались для внесения раскола в наше
общество по социальному, религиозному или нацио-
нальному признакам. Германская пропаганда ставила
также задачу убеждения советских людей в ущербно-
1О
сти их государства, культурном и военном превосход-
стве Германии.
Небезынтересно отметить, что большинство из
упомянутых бойцов рот пропаганды после падения
фашистской Германии заняли ключевые посты в
основных и наиболее влиятельных средствах массовой
информации ФРГ.
Такая преемственность отнюдь не случайна, так как
американские и натовские спецслужбы после оконча-
ния Второй мировой войны с готовностью взяли на
вооружение теоретические и практические наработки
нацистских идеологов в отношении народов СССР.
С началом так называемой перестройки в нашей
стране на головы людей хлынул невиданный поток
грязи, чернящий все исторические достижения и успе-
хи нашего народа. Газеты и журналы, радио и телеви-
дение штамповали ложь о лучших сыновьях России —
Петре Великом, Жукове, Королеве, Гагарине.
В результате через пять-семь лет народ был издер-
ган, дезориентирован, потерял веру в себя, в истин-
ность своего исторического пути. В сознании наро-
да утвердилось ложное преклонение перед западным
образом жизни, идеализированное представление о
США и их роли в отношениях с Россией.
Народы СССР, делившие в трудные годы послед-
ний кусок, вместе бившиеся в окопах Сталинграда,
принялись остервенело резать друг друга, вспомнив
обиды времен Ноя. Случайно или нет, но такой сце-
нарий полностью воспроизвел мечты гитлеровских
бойцов идеологического фронта об участи народов
СССР и России.
К сожалению, и сегодня мы еще не полностью пре-
одолели засилье пропаганды подобного рода. Очевид-
но, что авторы многочисленных кино и литературных
страшилок о зверствах особых отделов на фронте, лжи
*1*1
о штрафных батальонах и им подобные льют воду не
на нашу с вами мельницу.
Грянувший в августе 2008 года конфликт между
Россией и режимом Саакашвили сбросил маску с за-
падной идеологической машины, в один миг запущен-
ной против нашей страны. Если мы полагаем, что до
и после указанного конфликта эта машина штампует
любовную лирику, мы глубоко заблуждаемся.
На мартовском Пленуме ЦК ВКП(б) 1937 года
Сталин сказал:
«Таков закон взаимоотношений между буржуазны-
ми государствами: Франция и Англия кишат немецкими
шпионами и диверсантами, в Германии в свою очередь
подвизаются англо-французские шпионы и диверсанты,
Америка кишит японскими шпионами и диверсантами,
Япония — американскими».
Это не коммунистическая паранойя, а горькая ре-
альность — еще Чингисхан засылал в земли, к кото-
рым подходили его войска, диверсантов и шпионов,
которые словом и делом подрывали обороноспособ-
ность противника.
Сегодня же, когда в мире налицо кризис откры-
той военной силы, а народы многих крупных держав,
воспитанные в духе индивидуализма и приученные к
комфорту и потреблению, не способны решать задач
на поле боя, внешнеполитическая экспансия прежде
всего принимает форму идеологической войны.
Мы все боимся сказать слово «враг», но любой, кто
желает нам зла, — враг. У каждого врага есть свои
веские причины не любить нас, однако эти причины,
как бы красиво они ни выглядели, не меняют сути
вопроса.
Жизнь великого народа — всегда борьба. Любой
ущерб, нанесенный нам, — победа врага, любая тре-
щина в нашем сознании — победа врага. Поэтому мы
*12
должны твердо понимать, что поношение России,
ее истории есть суть не ошибка, не откровение до-
брожелателей, а злостная вражеская пропаганда. Не
удивлюсь, если где-то уже готовится очередной лже-
пророк, который в нужный момент выползет на свет
Божий и примется кликушествовать о нашей дикости,
призывать надеть на русских намордник.
В свое время мне довелось принимать участие в
разработке проекта закона «Об альтернативной граж-
данской службе в РФ». Тогда в духе актуальных идей
к работе над законом была привлечена общественная
организация «За альтернативную гражданскую служ-
бу». Эти «общественники» пытались сделать все, чтобы
закон превратился в повод для массового уклонения
от военной службы. Каково же было мое удивление,
когда стало известно, что данная организация на 100%
финансируется Правительством Великобритании.
В своих буклетах и журналах они пропагандировали
среди молодежи отказ от воинской службы, пьянство
и разврат. Не надо много ума, чтобы понять, с какой
целью нам несут подобную «культуру».
Истина состоит в том, что в глобальном проти-
востоянии народов и государств не бывает ника-
ких мармеладно-пряничных исторических страниц.
И каждый великий народ должен обладать не только
мужеством совершать великие дела, но и твердостью
без самобичевания смотреть в прошлое.
Между тем дело сегодня дошло до того, что кое-кто
пытается поставить знак равенства между гитлеров-
ским режимом и СССР. От России требуют покаяться
за послевоенную «оккупацию» Европы!
Надо раз и навсегда принять к исполнению исти-
ну: ни в чем и никогда мы не должны ни перед кем
каяться или оправдываться. США не каются за 5 мил-
лионов убитых вьетнамцев или иракцев, англичане
13
молчат о своих кровавых преступлениях в колониях,
Израиль непреклонно жесток с арабами.
Качество бытия государства не является следстви-
ем способности или не способности народа устроить
гармоничное и эффективное общество. Качество бы-
тия государства определяется его способностью под-
чинять своим интересам иные народы и государства
или по крайней мере противостоять подчинению, ис-
ходящему извне.
Глобальная политика — арена борьбы народов за
выживание. Часто эта борьба принимала тотальный
характер. Нередко линия фронта проходила не только
по внешним границам стран, но и по живой ткани
народов.
При этом нашему народу нечего стыдиться в своем
прошлом и у нас нет причин оплевывать какие-либо
его страницы.
Честное слово, я бы не ограничивался чтением де-
тям вынесенного в эпиграф главы стихотворения Чу-
ковского, а ввел в школе курс, учащий отличать прав-
ду ото лжи или по крайней мере распознавать про-
паганду, направленную против нас. И первый урок я
бы посвятил тому, чтобы раз и навсегда вложить в
каждого россиянина сознание гордости за свою исто-
рию и сопричастности ее последствиям.
Поэтому я предлагаю Вам, читая эти страницы, за-
быть то, что Вам внушали относительно Сталина, и
обдумать еще раз давно известные факты. С нулевой
точки.
Что им двигало?
^^азмышляя о роли Сталина в войне, неизбежно
сталкиваешься с интересным феноменом — мы до сих
пор произносим его имя с великим почтением, хотя и
делаем это совершенно неосознанно. Мы уже забыли,
что народ не боялся Сталина, а любил его.
На патриаршем Соборе 9 марта 1953 года перед
панихидой по Сталину патриарх Московский и Всея
Руси Алексий, в частности, сказал:
«Великого Вождя нашего народа Иосифа Виссарио-
новича Сталина не стало. Упразднилась сила великая,
нравственная, общественная: сила, в которой народ
наш ощущал собственную силу, которой он руководился
в своих созидательных трудах и предприятиях, которой
он утешался в течение многих лет».
Наивно мотивы тысяч людей объяснять лишь стра-
хом — Сталину потоком шли письма, в которых люди
делились радостью рождения ребенка, беспокоились о
здоровье Сталина, дарили ему то немногое, что имели
сами.
Какая сила, кроме великой любви, может заставить
солдата шагнуть навстречу смерти с криком «За Ста-
лина!» — никто ведь не заставлял так кричать. В такой
момент, произнося имя Сталина, солдат обращался ко
всему светлому, что было в нашей жизни, к надежде
15
на будущее. Имя Сталина, овеянное ореолом побед,
давало новые силы, укрепляло дух.
Люди любили Сталина за то, что он, великий, был
прост с ними, внимателен к их нуждам, говорил с
ними конкретно и ясно, был строг к ротозеям и бес-
пощаден к врагам.
Конечно, «Сталин» — это во многом символ. Он
и сам это понимал, нередко употреблял псевдоним
«Сталин» в третьем лице, говорил о себе как о посто-
роннем человеке, не раз повторял Василию, своему
сыну: «Ты не Сталин, Сталин даже и не я! Сталин
это советская власть». Именно так — было три святых
вещи: покойный Ильич, партия, Сталин. Наверное,
не ошибусь, если скажу, что духовное образование
Сталина в немалой степени способствовало формиро-
ванию такого триединства.
Какое-то время назад было принято посмеивать-
ся над тем, как на портретах Сталина ретушировали
оспины. Дело тут, конечно, не в желании пожилого
и не очень симпатичного человека нравиться своему
народу, а в том, что Сталин был персонификацией
советской власти. Любовь к Сталину — любовь к со-
ветской власти, заслуги Сталина — заслуги народа.
Эту схему обусловила большая власть Сталина.
При всех режимах во все века самые неограниченные
деспоты и властители были вынуждены с чем-то счи-
таться: с аристократией, с гвардией, с общественным
мнением или оппозицией, с международным сообще-
ством, наконец. Сталин создал систему, при которой
он мог не считаться ни с чем и ни с кем и обладал,
безусловно, самой полной и неограниченной властью
в мировой истории. Другой вопрос — для чего Ста-
лин стремился к такой власти, как он ею пользовался,
ради чего он наказывал, сажал, репрессировал?
В России самый ничтожный начальник изобра-
жает барина. А неограниченный властитель Сталин
*16
обходился копеечным полувоенным костюмом, чаем
с лимоном, домашним вареньем, грузинским вином.
Жилье Сталина напоминало казарму. В кабинете, в
квартире и на даче висели дешевые репродукции кар-
тин, стояла скромная отечественная мебель. Сталин
не оставил своим детям ни акций, ни дворцов. Все его
имущество, дачи, вещи были казенными.
Когда описывали имущество Сталина после его
кончины, кроме маршальского мундира из носильных
вещей обнаружили пару простых костюмов, побитую
молью фуражку, подшитые валенки и крестьянский
тулуп. До конца жизни Сталин носил ботинки, сши-
тые еще до войны. Он никогда не имел даже спальни
и ложился отдохнуть под утро на ближайший диван.
Жуков вспоминал типичный обед у Сталина так:
«На первое — густой украинский борщ, на второе —
хорошо приготовленная гречневая каша и много от-
варного мяса, на третье — компот и фрукты». Все,
что нам рассказывают о сталинских пирах, — брехня.
Конечно, это не означает, что Кремлевский комби-
нат питания обходился двумя кастрюлями, а Сталин
всех, включая иностранных гостей, кормил вареным
горохом. Были, естественно, и приемы, и деликатесы.
Важно понимать, в чем заключалась индивидуальная
потребность Сталина, а где была необходимость про-
демонстрировать радушие хлебосольной России.
Мы говорим, заметьте, о человеке, выросшем в ни-
щете и никогда не имевшем своего собственного угла.
Тот руководитель, который хочет, чтобы его любили
как Сталина, чтобы его имя отождествляли с Россией,
должен идти на такую же самоотверженность.
Надо понимать, что власть, которую имел Сталин,
нельзя получить по наследству. Ее можно только заво-
евать. Но не репрессиями, для их осуществления уже
требуется непререкаемый авторитет, а непревзойден-
ной силой духа, искусством политика, оратора, стра-
17
тега и тактика, титаническим каждодневным трудом,
много лет доказывая элите огромной страны, что ты
есть лучший из лучших.
Воистину править СССР было все равно, что пра-
вить всем миром. И это без дорог, без связи, да и без
системы управления как таковой вообще! Сегодня мы
жалуемся на трудности, когда у нас сплошная грамот-
ность, и каждый третий имеет высшее образование.
Представьте же себе ситуацию, когда в стране не было
не только заводов, нефтяных скважин, кораблей, ав-
томобилей, но и школ, университетов, инженеров и
врачей.
Власть Сталина была закономерным следствием той
исторической ситуации, в которой находилась Россия.
Только на этой власти, на железной воле вождя стояла
Россия от революции до войны.
Прежде чем пойти дальше, вспомним — царскую
Россию разрушили не большевики, она рухнула под
тяжестью феодального режима, висевшего на Рос-
сии колодой и тянувшего ее в Средневековье. Россия
была разорена, голодна, раздроблена, унижена — она
стояла на пороге гибели и превращения в стопроцент-
ную колонию иностранной буржуазии. Прежде чем
пойти дальше, вспомним, что большевики оказались
единственной силой в стране, которая не скулила, не
оплакивала прошлое, не заседала и не митинговала, а
железной рукой восстанавливала государство. Одно-
значно высказался по этому поводу лидер Белого дви-
жения генерал А.И. Деникин:
«Когда повторяют на каждом шагу, что причиной
развала армии послужили большевики, я протестую.
Это неверно. Армию развалили другие.
Наш народ в течение многих веков того режима, ко-
торый не давал ему просвещения, свободного политиче-
ского и социального развития, — не сумел воспитать
18
в себе чувства государственности и НЕ МОГ создать
лучшего демократического правительства, чем то, ко-
торое говорило от его имени в дни революции».
Да и кто такие большевики? Что это за секта, ко-
торая за неделю установила свою власть во всей Рос-
сийской империи, разрушила аппарат класса эксплуа-
таторов и создала величайшее в истории государство?
Все это было под силу только объединившемуся наро-
ду — отделять его от большевиков в соответствующий
период нельзя.
Восстанавливали большевики и нравственность —
прежние духовные ценности ведь тоже растоптали не
они: массовый нигилизм, атеизм, мистицизм, сплош-
ное психическое расстройство — это все признаки ду-
ховной жизни нашего народа при последнем монар-
хе. Все прежние моральные ценности превратились
в блеф, люди не верили в Бога, люди не доверяли
Церкви. При большевиках же за короткий период мо-
ральный климат в обществе радикально изменился к
лучшему, укрепилась семья, подвергались порицанию
человеческие пороки. Это происходило не оттого, что
большевики были более нравственны, чем предыду-
щая власть, а оттого, что только морально здоровый
человек, полноценная семья могли обеспечить даль-
нейшее развитие государства.
Недавно пришлось услышать о XX веке из уст
одного представителя Православной церкви определе-
ние «семьдесят лет духовного мрака». Церковь должна
разделять с народом ответственность за то, что проис-
ходит в стране. Приходится напомнить, что Церковь
в 1917 году была несколько иным институтом, неже-
ли теперь, институтом такого рода, к которому народ
потерял доверие и уважение. Сегодня Русская право-
славная церковь имеет прогрессивное значение для
России, но не стоит ли искать причину такого пре-
19
ображения в длительном периоде гонений? В очище-
нии, которое требуется любому духовному движению?
Брать на себя роль совести нации, но не нести за это
никакой моральной ответственности — неблаговидная
попытка усидеть на двух стульях.
Кто же должен был поднимать Россию из пепла
войны, выводить из болота смуты? Помните булга-
ковского профессора Преображенского, который все
горевал по ковру на парадной лестнице и критиковал
большевиков за хоровое пение? Не видел профессор,
что рождается новая Россия, что стройки ее имеют
качественно иной размах. Ему и дела не было до того,
что в России нет вовсе докторов — ему довольно было
брать червонцы с нэпмана. Сегодня ряд представите-
лей интеллигенции обвиняют большевиков и Сталина
во всех грехах смертных, а тогда профессора сидели
по углам и ерничали на тему «что у них, необутых,
получится».
Большевики как умели, как понимали, но, не щадя
себя, тащили страну за волосы и за уши из ямы. Это
был громадный труд. Труд этот с середины 1920-х го-
дов возглавлял Сталин.
Можно без преувеличения сказать, что Сталин не-
посредственно руководил практически всеми сторо-
нами жизни колоссальной державы. Только вообра-
зите: Госплан, Наркомат обороны, Наркомат ВМФ,
Генштаб, сотни генералов, военные округа, военные
вузы, десятки КБ, сотни новых видов оружия, НКВД,
дюжина республиканских и больше ста областных
парторганизаций, тысячи огромных заводов, сельское
хозяйство, транспорт, авиация, Наркомат иностран-
ных дел, дипломатия, разведка, образование, наука,
культура. И это при размерах СССР! При амбициоз-
ности задач! Руководство каждой из перечисленных
сфер в такой стране требовало от человека исключи-
тельных качеств и нечеловеческой работоспособности.
20
Сталин же, по словам Н.К. Байбакова, бывшего нар-
кома и министра нефтяной промышленности СССР,
«всегда был настолько информирован о сути и деталях
каждого вопроса, что многие поражались до мистиче-
ской оторопи его осведомленности во всем».
Личная библиотека Сталина насчитывала более
20 тысяч книг. Это был могучий инструмент, которым
его хозяин пользовался с блеском, одинаково свобод-
но ориентируясь в различных аспектах самых слож-
ных проблем.
Так ради чего же Сталин, точно каторжный, напря-
гая весь интеллект, тянул вперед отсталую и разгра-
бленную смутой Россию? Ради удовлетворения сво-
их страстей и амбиций? По инерции? Для чего же он
стрелял и сажал? Выселял и раскулачивал?
Сталин много и эффективно работал сам, а бы-
стро добиться эффективной работы от сотен, тысяч
и миллионов исполнителей своей воли он знал один
способ — железную дисциплину. И наивно считать,
что был другой путь управлять страной, где из деся-
ти человек девять не могли расписаться. Если бы при
Сталине наш народ имел нынешний уровень культуры
и образования, мы бы сейчас на Марсе выращивали
бананы, и никаких репрессий для этого не понадо-
билось бы.
По выражению Сталина, Россия начала 30-х го-
дов отстала от Западной Европы на пятьдесят-сто лет,
и если бы мы не покончили с этим отставанием за
пять-десять лет, она бы погибла. Именно так стоял
вопрос. Именно так Сталин ставил вопрос перед со-
бой и своими сотрудникам, более того, поставив этот
вопрос, Сталин определил пути его решения и добил-
ся исполнения.
Слабых бьют. Не будем забывать, что военная ин-
тервенция в Россию уже однажды состоялась. Зачем в
1918—1921 годы к нам во Владивосток пришли аме-
2*1
риканцы и японцы, в Архангельск англичане и по-
ляки, в Одессу французы и итальянцы, на Украину
и на Кавказ немцы? Уж не восстанавливать ли про-
мышленность, не сажать ли хлеб, не освобождать ли
нас от большевиков? Нет! Интервенты в 1918 году и
не знали, кто такие большевики и с чем их едят, они
просто слетелись на запах падали, пришли грабить
нашу землю.
Может возникнуть иллюзия, что выбранный Стали-
ным и большевиками путь был следствием их извра-
щенных коммунистическими идеями представлений
о мире, что ликвидировать отсталость России, спасти
ее от порабощения можно было иными, демократиче-
скими методами. Это опасное заблуждение, которое
мы, россияне, не должны испытывать. Борьба — это
не балет! Нет и быть не может иного пути для преодо-
ления смуты, чем путь жесткий, силовой, ломающий
внутренние препятствия.
К 1930 году в СССР не производилось алюминия,
свинца, цинка, практически не выплавлялось меди.
Оборонной промышленности не существовало. Товар-
ность сельского хозяйства была на уровне Средневе-
ковья. По количеству танков СССР отставал даже от
Польши, устаревших иностранных самолетов в стра-
не было меньше тысячи, автомобилей около 20 тысяч
(против 20 миллионов в США). При НЭПе же рост
основных производственных фондов в СССР состав-
лял всего 1—2% в год, что не только не позволяло
догнать развитые страны, но и удовлетворить потреб-
ности растущего естественным образом внутреннего
потребления.
К 1925 году Россия по уровню экономического раз-
вития, образованию населения была сравнима с Ки-
таем. Обе страны не имели своей национальной про-
мышленности, были отягощены многочисленными
сословными, патриархальными, феодальными пере-
22
житками. Китай пошел по пути постепенных буржу-
азных реформ — ремонтируя только фасад империи,
суть ее оставалось неизменной. В результате Китай не
сумел консолидировать свое общество, разбудить твор-
ческий и патриотический потенциал народа, создать
промышленную базу и вооруженные силы. К чему это
привело? Это привело к тому, что Китай в конце 30-х
годов практически утратил национальную независи-
мость. По выражению Сталина, «Китай клевали все,
кому только не лень». Это могло привести вообще к
гибели китайской государственности, если бы в конце
концов страна не встала на путь радикальных реформ
под руководством Мао.
Да что там Китай! Государственная власть в США
в ряде периодов XX века напоминала полукриминаль-
ную диктатуру. Что происходило в 20-е и 30-е годы
в США? Сухой закон, выпил рюмку — сел в тюрь-
му! Массами арестовывались и высылались из США
участники рабочего движения, тысячи из них были
брошены за решетку, убиты. Затем наступила эпоха
маккартизма, «охоты на ведьм», антисоветская исте-
рия бушевала почище нашего 37-го года. Американ-
ская демократия — сказка для чрезмерно доверчивых:
кризисы, преступность, рабочее движение давно бы
демократические США разорвали на куски.
Аналогично складывалась ситуация в Италии.
Можно не любить Муссолини, но если бы он с начала
20-х годов железной рукой не выжег бы из Италии
средневековые пережитки, сегодня эта страна имела
бы уровень развития Албании, а возможно, и была бы
расчленена на более мелкие государства. Сами ита-
льянцы, между прочим, совершенно адекватно отно-
сятся к тому, что позитивного было сделано при дуче,
осознают, что решить внутренние проблемы Италии
иначе было нельзя.
23
Еще более яркий пример — Япония. К середине
XIX века Япония отстала от Европы, России и США
не на сто лет — на все триста! Что было бы с Япони-
ей, останься она в эпохе сегунов? Япония имела бы
судьбу Филиппин или Малайзии. Революция Мейдзи
была по сути своей буржуазной, повернула Японию
на капиталистический путь развития, но по форме это
была военно-националистическая диктатура, осно-
ванная на безжалостных репрессиях и подавлявшая
малейшее инакомыслие. В результате радикальной
ломки старого общества через 20—30 лет после рево-
люции Япония догнала по уровню экономического
развития Россию, создала армию и флот, захватила
Корею, Маньчжурию, половину Сахалина, одержала
победу в войне 1904—1905 годов. А в чем выражалась
эта ломка? Прежде всего это была ломка старой де-
ревни, поскольку любому промышленному подъему
требуются рабочие руки, трудовые ресурсы. Однако
японцы сегодня не ревут ревом по утраченной япон-
ской деревне, но гораздо бережнее, чем мы, относятся
к народным традициям.
К началу Второй мировой войны Япония имела
сильную промышленность, науку и технику, четы-
ре года один на один сражалась с мощными США,
расширила пределы империи до Австралии и Индии.
И все это время в Японии не было никаких признаков
демократии, плюрализма, гласности и т.п. Военно-
националистическая истерия, фанатизм поклонения
императору по своей силе в тысячи раз превосходили
культ личности Сталина и коммунистическую пропа-
ганду в СССР. И если у нас Сталин имел всего лишь
культ личности, то на тенно в Японии банально мо-
лились.
При этом национальный подъем в Японии не за-
вершился американской оккупацией и атомной бом-
бардировкой. Японцам даже в голову не пришло ло-
24
мать памятники Хирохито, охаивать премьера Тодзио,
маршала Ойаму, адмирала Ямомото. Японцы и сегод-
ня так же поклоняются своему императору и всем ге-
роям Японии от Того до камикадзе. Почему так про-
исходит? Потому что они понимают: поносить своих,
пусть у них и были ошибки, нельзя — это на руку
только врагам. Как только развесишь уши, раскроешь,
образно говоря, варежку, сожрут. И японцы стоят, как
частокол — попробуй сунься к ним с осуждением их
истории. Представьте, что будет, если те же Япония
и Китай сегодня отдадут вопросы идеологии на откуп
безответственным выскочкам, позволят навязать себе
западнодемократические догматы, эту экспортируе-
мую матрицу самоуничтожения. Представили? Вот,
собственно, и все.
Существует аксиома, незыблемая точно Вселен-
ная, — хороших и плохих, демократических и неде-
мократических государств не бывает. В современном
мире оперируют одинаково жестокие и безжалостные
субъекты борьбы за ресурсы. Если бы Запад был таким
хорошим, как мы считаем, а мы такими плохими —
русские сапоги давно растоптали бы все свободные
флаги, а американцы или европейцы гнули спину бы
на нас. Как вы знаете, подобного не происходит —
скорее наоборот. Так кто же более безжалостен, цини-
чен и зол в глобальной борьбе? Мы? Ой ли!
Давайте оглянемся на XX век. В этот период на
русскую землю входили враждебные войска Англии,
США, Франции, Италии, Румынии, Болгарии, Гер-
мании, Венгрии, Боснии и Герцеговины, Хорватии,
Австрии, Голландии, Финляндии, Испании, Турции,
Китая, Японии. Ни одна страна в истории в течение
столь краткого времени не подвергалась нашествию,
подобному тому, что пережила Россия от начала до
конца XX столетия. В XX веке различные силы, рвав-
шиеся к мировому господству, не единожды пытались
25
уничтожить нашу страну. И нам при этом не нравится
Сталин? Мы желали бы иметь другого вождя?
Да, сегодня методы Сталина кажутся жестокими.
Это неудивительно — всему свое время, или, как го-
ворится, у каждого времени свои законы. По мудрому
выражению Черчилля, «Сталин был личностью, наи-
более импонирующей нашему жестокому и изменчивому
веку — веку двадцатому».
Киевская Русь, феодальная раздробленность и
иностранное иго, Московия, Российская империя,
Советское государство, Российская Федерации — не-
смотря на космическую разницу, все это Россия. Кто
одобрит методы управления Святослава и Алексан-
дра Невского, Юрия Долгорукого и Ивана Калиты,
Ивана IV и Петра Великого, Екатерины и Сталина?
Но для нас они не крепостники, деспоты или комму-
нисты, а вожди России. Все это живая ткань нашей
истории, которую творили наши предки, как умели
и как разумели — нам следует лишь, оглядываясь на
их время, судить, насколько работа того или другого
органично и закономерно легла в великую историю
Великой России и привела к той исторической точке,
в которой мы находимся.
Великая Отечественная война — событие такого
исторического масштаба, такого гигантского размаха
и глубины, что она, естественно, вместила в себя фак-
ты самого различного свойства и окраски. В огромном
пласте военных статистических данных, воспомина-
ний и документов при желании можно отыскать под-
тверждения любой самой бредовой теории. Поэтому
мы с вами будем опираться не столько на указанные
виды данных, сколько на здравый смысл, свою исто-
рическую память, свою гражданскую позицию и со-
стоявшиеся, очевидные итоги и результаты войны.
В этой книге немного также и цифр. Время Стали-
на — это эпоха созидания, поэтому оно оставило нам
26
массу зримых свидетельств своего величия. В самом
деле, какое значение имеет количество выплавленно-
го за 1940 год чугуна, произведенных киловатт-часов
электроэнергии? Факт, что наша страна при Сталине
дважды поднималась из пепла, факт, что еще 50 лет
назад мы начали пилотируемые полеты в Космос, ко-
торые с тех пор повторили только США и Китай. Факт
в том, что мы любим искусство сталинской поры, что
мы испытываем чувство гордости оттого, что Сталин
был нашим Сталиным, оттого, что Сталина не было
ни у Англии, ни у США, ни у Франции, ни у Герма-
нии, ни у Японии, ни у Китая.
Почему так происходит? Потому, что в основе всех
устремлений Сталина лежало его глубоко осмыслен-
ное понимание блага СССР и России, их народов, а
методы использовались те, которых требовала ситуа-
ция в стране.
Репрессии в РККА
IPепрессии в РККА — одно из главных обвинений
против Сталина. Репрессии, мол, ослабили и обезгла-
вили армию перед войной. Маршал А.М. Василевский
в беседе с писателем К. Симоновым якобы и вовсе
заявил, что без репрессий в армии могло бы не быть
войны в 1941 году, не решился бы Гитлер напасть на
«ту» Красную Армию. Кинематограф с готовностью
растиражировал эту точку зрения и довел ее до статуса
окончательной истины.
А.М. Василевский, если такой разговор и имел ме-
сто, видимо, был неправ. Вторая мировая война, как
известно, имела системные причины, и количество
расстрелянных комбригов и комкоров ее решительно
не способно было предотвратить или отложить. Сам
Сталин уже после войны сказал об этом так:
«Было бы неправильно думать, что Вторая мировая
возникла случайно или в результате ошибок тех или
иных государственных деятелей, хотя ошибки, безуслов-
но, имели место, на самом деле война возникла как не-
избежный результат развития мировых экономических
и политических сил на базе современного монополисти-
ческого капитализма».
Не стоял вопрос, быть ли войне, а стоял вопрос, ка-
кой Россия, СССР вступит в эту войну. Стоял вопрос,
как уже говорилось, о том, быть России или нет.
28
Точных цифр, отражающих статистику репрессий
ЗО-х годов, не существует. В литературе называют-
ся цифры от 2 до 60 и даже до 80 миллионов чело-
век. Конечно, 60 и 80 миллионов — это «развесистая
клюква»: ясно, что половину населения СССР не мог
истребить никакой варварский режим.
Нам твердят о запуганности советских людей, их
подневольном положении, но какая же запуганность
и подавленность могут быть на фоне огромного под-
вига нашего народа, небывалой ранее в нашей исто-
рии инициативы, уровня культуры, осознанной само-
отверженности?
Ошибочно считать, что репрессии — характерный
признак советской власти или сталинского руковод-
ства вообще. Так, например, в 1933 году в системе ла-
герей СССР находилось не более 400 000 человек. Се-
годня в крупнейших странах, в том числе и в России,
эта цифра в два раза выше. Только в следственной си-
стеме (т.е без суда) в России сидят, по некоторым дан-
ным, до 200 000 человек. При этом население сталин-
ского СССР почти в два раза превышало население
Российской Федерации. Не следует также забывать,
что сталинский СССР только начал преодолевать по-
следствия Первой мировой и Гражданской войн.
Советское общество имело высокую степень вну-
тренней мобилизации, бдительности, однако эти ка-
чества были и есть присуши многим странам, разви-
вающимся в трудных условиях, — Японии, Китаю,
Южной Корее. Очень трудно провести границу между
политической взвинченностью общества и вакханали-
ей. Благодушие, моральное разложение царили в 30-е
годы во Франции, в результате чего французы во время
германской агрессии дошли до невиданного падения
национальной чести — пожертвовали независимостью
своей родины ради спокойствия и сытости. Гибель
29
Франции, причем не только военно-экономическая,
но и духовная, — прямое следствие развития этой
страны после Первой мировой войны в условиях бла-
годушия и скудности моральных ценностей.
Кто спорит, что демократия лучше, человечнее и
справедливее авторитаризма? Проблема в том, что
Россия не могла перепрыгнуть в демократию из фео-
дальной царской диктатуры. Причем некоторые окра-
ины Российской империи, такие как Бухара, Хива,
Коканд, Кавказ, к 1920 году находились еще в ста-
дии перехода от родоплеменного строя к феодализму,
а некоторые народы Севера или Урянхайского края
оставались в каменном веке.
Сегодня границы Российской империи кажутся нам
незыблемыми, однако на Дальнем Востоке, в Средней
Азии и Восточной Сибири русские флаги были под-
няты только в конце XIX века. При этом Россия сразу
же подверглась удару со стороны Японии, потерпела
унизительное поражение, потеряла часть своей тер-
ритории, а в последовавшей за тем Первой мировой
войне рухнула окончательно. Это показало насущную
потребность страны во внутренней консолидации и
полной трансформации, причем потребность эта не
имела никакого отношения к классовому вопросу.
Это было условием выживания народов России перед
лицом внешних угроз.
Вне жесткой власти, вне социалистической систе-
мы было бы невозможно выровнять уровни развития
различных народов России, и большинство из них ни-
когда бы не выбрались из тьмы невежества, болезней
и угнетения. Как сегодня, несмотря на все достиже-
ния прогресса, негры в Африке гибнут от смут, эпи-
демий и голода, так было бы и на наших, российских
окраинах.
Каких же методов руководства Россией мы хотим
30
от Сталина, если и через полвека после его смерти
оказались не готовы к той степени свободы, на кото-
рую замахнулись в начале 90-х годов XX века?
Революция — препятствие, вставшее на пути паде-
ния России в пропасть. В 1917 году это препятствие
спасло Россию от гибели, однако для того, чтобы
наша страна могла пойти дальше, его в дальнейшем
необходимо было убрать. Сталина можно было бы об-
винять в репрессиях, если бы в России существовали
хоть какие-то предпосылки для того, чтобы без них
обойтись. Если бы по воле истории в нашей стране
утвердилась в 1917 году буржуазная республика, то и
она неизбежно пришла бы к диктатуре и репрессиям.
В порядке информации для размышления следует
заметить, что к 1 апреля 1937 года в нашей стране
была досрочно выполнена Вторая пятилетка. Валовая
продукция промышленности, по сравнению с 1913 го-
дом, увеличилась в восемь раз, а 80% продукции дали
вновь построенные заводы. Только ненормальный
может думать, что такую махину — целую промыш-
ленную державу — можно построить подневольной
работой зэков. Нет, ее можно было создать только са-
моотверженным трудом и энтузиазмом народа. Отри-
цать это — значит отрицать способности нашего на-
рода, низводить его роль в создании Великой России
до роли рабочего скота.
Вдалбливая в сознание людей басню о том, что
промышленность России, уникальные открытия и об-
разцы техники были созданы подневольным трудом,
кое-кто пытается внушить нам мысль, что мы не име-
ем права на заводы и фабрики, построенные нашими
отцами и дедами.
Никто не отрицает, повторюсь, самого факта ре-
прессий. Мой прадед — участник Японской и инвалид
Первой мировой войны Василий Игнатьевич Ошла-
31
ков был раскулачен и умер в тюрьме, а его трое вну-
ков — мой отец с братьями стали крупным государ-
ственным чиновником, полковником стратегической
авиации, ученым-физиком. Это говорит о том, что
репрессии требуется рассматривать не как проявление
преступного сознания отдельных лиц или партий, а
как процессы, непосредственно связанные с развити-
ем и борьбой за существование России в XX веке.
Точных, фактических цифр нет также в части ре-
прессий в РККА. Отсутствует анализ, который бы
объяснил какую-либо систему репрессий, вскрыл их
истинные мотивы. Принято считать, что Сталин, на-
пуганный германской провокацией о заговоре Туха-
чевского, спасая свою власть, поставил к стенке чуть
ли не половину командиров и политработников Крас-
ной Армии, причем всех поголовно даже без признаков
вины. Это примитивный взгляд — «сапоги всмятку».
События 1937—1938 годов в силу своего размаха
и методичности не могли быть ни случайностью, ни
следствием чьего-либо нервного расстройства, а от-
ражали определенные процессы «взросления» нового
государства.
Ради чего же происходила эта чистка? Версия о
том, что репрессии были направлены на укрепление
личной власти Сталина, не выдерживает никакой
критики, ибо Сталин положил всего себя на алтарь
России, а его личная выгода и личные цели никогда
не существовали в отрыве от целей страны и народа.
Мы еще будем говорить о том, каким грузом лежала
на плечах Сталина власть, какой тяжкой ношей стала
она во время Великой Отечественной войны. Как раз
в период укрепления своей власти, своего авторитета,
то есть начиная с 1925 года, Сталин никого никуда не
сажал, а везде и всюду, мобилизуя все свое красно-
речие, убеждал, убеждал и убеждал. Когда начались
32
массовые репрессии в РККА, авторитет Сталина, его
руководящее положение во главе страны были уже
оформившимся фактом.
Главной чертой Сталина-политика был прагма-
тизм. В отличие от Троцкого или Бухарина, склонных
к фантасмагориям, черпавшим свои идеи из теорети-
ческих марксистских постулатов, проведших много
лет в эмиграции, не понимавших и не знавших Рос-
сии, Сталин опирался на практический опыт руковод-
ства страной. То, что в крестьянской, полуфеодаль-
ной стране произошла социалистическая революция,
вообще противоречило марксистской теории. Это
означало, что события в России — не этап мировой
революции, а новая форма существования нашего на-
ционального государства. И что бы там сам Сталин ни
говорил о национальном государстве, логика его на
деле была именно такова.
Логика борьбы — логика жизни. Это великий ру-
левой, который последовательного и умного человека
ведет вдоль линий судьбы, обеспечивая динамику его
взглядов и убеждений. Эта логика открыла перед Ста-
линым истину, что Россия не может постоянно нахо-
диться в состоянии плацдарма для мировой револю-
ции. Россия способна развиваться только как нацио-
нальное государство. Государство, опирающееся на
исторический опыт и славу предыдущих поколений.
В то же время РККА — Рабоче-Крестьянская Крас-
ная Армия совершенно не соответствовала российско-
му национальному государству, ибо рождена была во
имя водружения красного знамени труда над миром,
для разрушения старой России. Поэтому главными
основами РККА оставались партизанщина, фракци-
онность и местничество. Значительную часть команд-
ного состава составляли люди без твердой националь-
ной почвы или, как говорили при царском режиме,
33
«инородцы» (немцы, венгры, латыши, евреи, поляки),
перманентные революционеры, леваки и демагоги.
РККА образца 1935 года не смогла бы остановить
нашествия на Россию. Не для того она была предна-
значена, не для Отечественной войны, ибо само слово
«Отечество» в ней было ругательством.
И это не мутация революции, которая пожирает
своих детей, нет! Обратим внимание, что любая ар-
мия, сложившаяся в чрезвычайных условиях народной
войны, оказывалась в дальнейшем непригодной для
государства. Вспомним хотя бы Орлеанскую деву —
Жанну д’Арк, которая возглавила национально-осво-
бодительную войну, а после достижения победы вла-
стями и церковью по ложному обвинению была со-
жжена на костре. Не одна Жанна погибла — в армии
Франции была проведена полная чистка. Русскую ар-
мию — победительницу Наполеона, пришлось загнать
в военные поселения, а часть ее командиров выдала
натуральный заговор в виде восстания декабристов.
Вновь последовала чистка, которая привела армию в
соответствие с текущими потребностями Российской
империи. Подобных примеров масса.
В СССР объективным балластом, склонным к за-
говору, являлись люди без национальной почвы, слу-
чайные попутчики России — те самые пресловутые
троцкисты, ибо именно Троцкий выпестовал РККА,
которая громила Врангеля в 1920-м. Не надо думать,
что определение «троцкист» случайное, пустое и ниче-
го в себе не несет, что это пугало для малограмотных.
Сталин определял три основных признака троцкизма:
1. Троцкизм есть теория перманентной револю-
ции.
2. Троцкизм есть недоверие к большевистской пар-
тийности.
34
3. Троцкизм есть недоверие к лидерам больше-
визма.
Троцкисты занимали большинство руководящих
позиций в партийном и советском аппарате, НКВД и,
увы, в Красной Армии. Совершенно логично предпо-
лагать, что Троцкий, который долгое время возглавлял
РККА и имел огромную власть в ее структурах, сохра-
нил в войсках множество «своих» людей, собственных
выдвиженцев. Они через свои зарубежные контакты,
через органы закордонной разведки поддерживали
связь с находившимся в эмиграции Троцким, другими
антисоветскими силами. И чем больше Сталин по-
ворачивал в сторону национального государства, чем
больше он подчеркивал роль русского пролетариата,
чем более становилось наше общество демократич-
ным, тем сильнее эти люди были недовольны.
Тяжелое впечатление на троцкистов произвело
принятие новой Конституции СССР 1936 года. Сейчас
мы уже подзабыли, что именно Сталинская Консти-
туция ВПЕРВЫЕ в истории России установила пря-
мые всеобщие, равные и тайные выборы, которых не
было ни при царе, ни при большевиках. Сталинская
Конституция не содержала никаких намеков на руко-
водящую и направляющую роль ВКП(б) и являлась,
безусловно, наиболее демократическим основным за-
коном в мире.
Кое-кто смеется над Конституцией 1936 года, мол,
написано-то было правильно, да вот выполнялось ли?
А сможем ли мы назвать страну в мире, где многопар-
тийность, многополярность, подлинная демократия
были в ЗО-е годы XX столетия реальностью? В СССР,
как и в других развитых странах, существовали десят-
ки тысяч разного рода общественных, кооперативных
и иных объединений, являвшихся участниками по-
35
литической деятельности. Тот факт, что к реальной
власти в США, Англии и СССР имели доступ одни
и те же силы и партии — уже иной вопрос. Во всех
западных странах демократия заканчивалась, а изби-
рательное право превращалось в фикцию, как только
на подходе к власти появлялись левые силы.
Троцкисты считали предательством революции
реабилитацию Русской православной церкви, русской
истории, вступление СССР в Лигу Наций. Происхо-
дившие перемены лишали троцкистов доминирующе-
го положения в нашем обществе.
Троцкизм — явление не национальное. Враги Рос-
сии только и ждут, что мы начнем клеймить евреев.
Нет! Евреи — один из коренных народов России, и
при Сталине в дальнейшем как в руководстве, так
и в культуре и науке с успехом работало огромное
количество евреев. Евреи в XX веке вообще внесли
большой вклад в развитие нашей страны. Еще раз
подчеркнем: троцкисты — это не национальность, а
политико-социальная общественная ориентация, ми-
ровоззрение, враждебное укреплению нашего велико-
го государства.
Весь мир понимал, что без консолидации обще-
ства, устранения внутренних противоречий Россия
обречена. Джозеф Дэвис, бывший с 1936 по 1938 год
послом США в СССР, через несколько дней после на-
чала войны сказал о пятой колонне в СССР:
«У них нет таких, они их расстреляли... Неожиданно
передо мной встала такая картина, которую я должен
был ясно видеть еще тогда, когда был в России. Зна-
чительная часть всего мира считала, что знаменитые
процессы изменников и чистки 1935—1938 годов явля-
ются возмутительными примерами варварства, небла-
годарности и проявления истерии. Однако в настоящее
36
время стало очевидным, что они свидетельствовали о
поразительной дальновидности Сталина».
Эта консолидация происходила на фоне чудовищ-
ной гонки вооружений, охватившей Запад еще до на-
чала Первой мировой войны, милитаризации и фа-
шизации Европы, которая регулярно выбрасывала в
сторону нашей страны протуберанцы угроз, давления
и шантажа.
Помимо леваков и троцкистов, органы НКВД выяв-
ляли лиц, враждебных советскому социалистическому
строю. Нарком сельского хозяйства СССР И.А. Бене-
диктов позднее так определял это противостояние:
«Далеко не все, кто в результате Октябрьской рево-
люции потерял богатство и привилегии, возможность
жить за счет труда других, бежали за границу. Немало
этих людей, воспользовавшись сумятицей и неразбери-
хой первых послереволюционных лет, сумели пробраться
в государственный, партийный аппарат, даже в НКВД.
Тем более что образованных людей, специалистов не
хватало всюду. Потенциальной «пятой колонной» была
значительная часть дореволюционной интеллигенции,
утратившей ряд привилегий и льгот материального пла-
на и перешедшей на работу в советский аппарат «скре-
пя сердце», бывшие нэпманы, ненавидевшие советскую
власть кулаки. Опасность представляла деятельность
ушедших в подполье буржуазных, мелкобуржуазных, мо-
нархически настроенных групп и группировок, ряд ко-
торых поддерживал регулярные связи с эмигрантскими
кругами. Все это было не выдумкой Сталина или НКВД,
а самой что ни на есть прозаической реальностью».
Еще раз напомним: подавление инакомыслия — не
изобретение Сталина, а единственный путь консо-
лидации, по которому шли все крупные державы в
37
XX столетии: США, Британская империя, Франция,
Италия, Япония, Германия.
Нам, грешным делом, уже начинает казаться, что
любой военный, имевший анкетные отклонения от
национально-пролетарского шаблона, попадал под
подозрение. Отнюдь! Начальником Генштаба Крас-
ной Армии работал маршал Б.М. Шапошников —
бывший царский полковник, царскими офицерами
были также маршал А.М. Василевский, генерал армии
А.И. Антонов, а маршал Л.А. Говоров и вовсе служил
Колчаку. Помимо этих самых известных военачальни-
ков в нашей армии были сотни офицеров и десятки
генералов, носивших золотые погоны старой армии,
имевших «чуждое» происхождение.
Жуков считал, что большой потерей для нашей ар-
мии был М.Н. Тухачевский. Это, по мнению Жукова,
был гигант военной мысли и патриот России. Надо
сказать, что Георгию Константиновичу несколько из-
меняла объективность, когда речь шла об армейской
корпорации. Скорее всего, слова Жукова в защиту Ту-
хачевского следует понимать как его принципиальное
неприятие диктата со стороны партии и НКВД. Так
или иначе — нам не дано узнать, как показал бы себя
Тухачевский на полях Великой Отечественной. При
этом его участие в заговоре, скорее всего, факт. По
мнению П.А. Судоплатова, долгое время возглавляв-
шего военную разведку, материалы уголовного дела
Тухачевского не оставляют сомнений в том, что мар-
шал планировал свержение Сталина.
Лично мне так же трудно представить, что высту-
пления Тухачевского на суде, учитывая логику и глу-
бину признаний маршала, были неискренни и кем-то
написаны за него. Существование заговора в РККА —
реальность, причем заговор этот имел не освободи-
тельный характер для России, а реакционный.
38
В течение XX века в европейских странах неодно-
кратно приходили к власти фашистские режимы —
от Франко в Испании до Иоаннидеса в Греции. Во
всех этих случаях соответствующие страны попадали
в зависимость от иностранного финансового и поли-
тического диктата, практически утрачивали самостоя-
тельность, олигархия и коррупция расцветали буйным
цветом, а народ нищал и мучался.
Решимость заговорщиков в СССР подогревали
письма Троцкого, так называемые «бюллетени оппо-
зиции», изымавшиеся в СССР, в которых Троцкий
призывал свергнуть «кровавый термидорианский ре-
жим» Сталина.
Кстати, сам Сталин вовсе не ставил НКВД задачу
тотальной чистки РККА. Еще в июне 1937 года, сразу
после ареста Тухачевского, но до начала самых мас-
совых арестов в армии, на заседании Военного совета
при Наркомате обороны Сталин просил:
«Я думаю, что среди наших людей как по линии ко-
мандной, так и по линии политической есть такие
товарищи, которые случайно задеты. Рассказали ему
что-нибудь, хотели вовлечь, пугали, шантажом брали.
Хорошо внедрить такую практику, что если эти люди
придут и сами расскажут обо всем — простить их...
Простить надо, даем слово простить».
Применялись ли пытки в НКВД? Да, применялись,
и это было обусловлено определенными причинами.
Все они так или иначе являлись следствием Граждан-
ской войны, раскола общества, низкого культурного
уровня работников органов НКВД в середине 30-х го-
дов. Но, опять же, не надо думать, что за границей в
эти годы политических заключенных поили кефиром:
американцы вовсю натравливали и просто нанимали
39
гангстеров для борьбы с рабочим движением — коры-
то с цементом, и в Гудзон. Мы, русские, сами излечи-
лись от жестокости, этой болезни роста. Мы воспитали
интеллигентных, умных чекистов, осудили перегибы и
с середины 50-х годов эту страницу истории закры-
ли. А те же американцы с 1964 по 1973 год сброси-
ли на вьетнамские города 7,7 миллиона тонн бомб, в
1982 году обстреливали Бейрут из 406-миллиметровых
морских орудий своих линкоров, ну а последние со-
бытия уже все помнят — Югославия, Ирак. Вот по-
дозревал Сталин, допустим, Сидорова, чекисты взяли
того и трясут — оказался не виноват. А кое-кто запо-
дозрил страну с двадцатимиллионным населением в
хранении оружия массового уничтожения, разорил ее,
оккупировал и ничего — ошибка вышла, и только.
Есть еще такое место божье — Гуантанама, «масса
градусов Западной долготы». Сидят там «мальчишеч-
ки», которые по своим антропогенным особенностям
могли стать террористами. Превентивно так, сидят —
может, завтра выйдут, а может, и никогда. Двадцать
первый век — триуфм демократии.
Давайте представим ситуацию, что атомные бомбы
на Японию сбросил не Трумэн, а Сталин, в миг еди-
ный убив 250 000 мирных людей. А ведь в США по
поводу этого варварского акта никакого националь-
ного самобичивания нет — им не пахнет даже. Вооб-
разите себе, какой обструкции подвергли бы русских,
учини они такое!
Читатель может возразить — Запад жег, вешал и
морил голодом всяких там китайцев, вьетнамцев и не-
гров, словом — иностранцев. Сталин же — свой народ.
Правильное сомнение! Дело в том, что колониальные
и неоколониальные державы, в том числе США, су-
ществовали и продолжают существовать за счет других
народов и стран. Россия же, особенно в социалисти-
40
ческий период, развивалась исключительно за счет
внутренних ресурсов. Соответственно приложение по-
литической силы для Запада имело внешний характер,
для нас — характер внутренний. Это историческая за-
кономерность, крест России. Сталин — ни при чем.
Лишен логики и первоначальный посыл, лежащий
в основе критики чисток в РККА. Если кое-кто счи-
тает, что полководцы Гражданской войны были исча-
диями ада, травили крестьян газом, убили царя, ни за
что обижали офицеров и священников, то почему же
Сталин, очистивший от этого исчадия нашу армию,
плохой?!
Принято считать, что героев Гражданской войны
не хватало в Великую Отечественную войну. Думает-
ся, что это не верно. Никто из уцелевших в 30-е годы
полководцев Гражданской войны в Великую Отече-
ственную ничем себя не проявил — ни Ворошилов,
ни Буденный, ни Щаденко, ни Кулик. Эти люди не
смогли командовать даже армиями. Откуда же убеж-
денность, что Корк, Якир, Уборевич, Путна, Блюхер,
Дыбенко, Алафузов, Гамарник, Фельдман, Карахан,
Эйдеман защищали бы Россию лучше?
Откуда взялся военный талант Жукова? Нес небес
спустился — Жуков с 1915 года был в седле, унтер-
офицером несколько лет непосредственно командовал
солдатами, постигал их психологию, душу, имел два
Георгиевских креста. Жуков только полком командо-
вал 7 лет! Четыре года лучшей в Красной Армии ди-
визией! Он знал армейскую вертикаль досконально.
Часто говорят «предвидение Жукова», даже «гениаль-
ное предвидение Жукова». Откуда оно бралось? Оно
бралось оттого, что Жуков зримо представлял себе и
боевые, и бытовые возможности, предел любой ар-
мейской единицы, запах пороха и крови. Это знание
41
он мог соединить с военной теорией, безошибочно
находя требуемые решения.
Никто же из перечисленных выше военачальников
Гражданской не командовал регулярными войсками
вообще никогда. Весь их боевой опыт сводился к уча-
стию в Гражданской войне, где более ценились каче-
ства пропагандиста, чем военного вождя.
На примере Тухачевского Сталин хотел раз и на-
всегда отбить у военных охоту к играм в политику,
и это ему, надо сказать, удалось. Вот за это Сталину
надо сказать спасибо, поскольку, повторюсь, военно-
фашистская диктатура, гораздо более безжалостная,
нежели большевистская, для нас была вполне реальна,
учитывая отсутствие в стране демократии и граждан-
ского общества.
Конечно, в ходе репрессий многие люди, в том числе
военные, были осуждены без соответствующей вины.
Но, я полагаю, сам Сталин не подозревал — с какой
готовностью некоторые из нас кинутся стучать друг на
друга и сажать друг друга в тюрьмы. В этом вообще
проявилась НАША склонность к крайностям, Сталин
тут ни при чем. В самом деле, не под оккупантами же
мы жили! Сами себя секли, сами сажали. В разговоре с
авиаконструктором А. Яковлевым причины ареста не-
виновных людей Сталин объяснял так:
«Да, вот так бывает. Толковый человек, хорошо ра-
ботает, ему завидуют, под него подкапываются. А если
он к тому же человек смелый, говорит то, что думает,
вызывает недовольство и привлекает к себе внимание
подозрительных чекистов, которые сами дела не знают,
но охотно пользуются всякими слухами и сплетнями...»
Вспомните попытку исключения Жукова из пар-
тии в 1938 году. Какие были претензии у партактива
корпуса? «Жуков не выдвинул на должность», «зажи-
42
мает», «не пустил в академию», «наказал». Низкий,
грязный расчет — расквитаться с требовательным на-
чальником. Эта гнусная суть у некоторых людей не
при Сталине появилась и, что самое печальное, с ним
не исчезла.
Помимо этого, люди вообще подвержены массовой
истерии — они ловят ведьм, шпионов, инопланетян
совершенно искренне. Между прочим, мы с вами под
руководством Русской православной церкви никого
не сжигали на кострах в течение четырехсот лет, как
культурные европейцы под руководством папы рим-
ского.
В СССР также раздуванию шпиономании в
1937 году способствовал в целом невысокий еще куль-
турный уровень и уровень образования людей, кото-
рые привыкли зачастую мыслить шаблонами полити-
ческой пропаганды. Стал работать закон системы —
репрессии в существенной степени вышли из-под
контроля.
Поэтому давайте не будем валить все на Сталина,
демонизировать ЧК, а сходим к зеркалу и удостове-
римся, что на нас смотрит не завистник, не трус, не
предатель, не вор. Понятно, почему Хрущев — «удар-
ник» чисток на Украине и в Москве рвался свалить
всю вину на Сталина, а нам теперь это для чего?
И чем, собственно, те, кто сегодня огульно втапты-
вает в грязь Сталина, заслуги которого перед Россией
очевидны, лучше тех, кто кричал: «Я по глазам твоим
вижу, что ты враг народа»?
Между прочим, этот самодостаточный вал репрес-
сий, эту эпидемию оговоров и доносов остановила пе-
ред войной не западная демократия, не гуманисты, не
правозащитники и не Гитлер, а ЦК ВКП(б) во главе
с товарищем Сталиным. На январском Пленуме ЦК в
43
1938 году была принята резолюция, которая, в част-
ности, гласила:
«Требуем разоблачить искусно замаскированного вра-
га, старающегося криками о бдительности замаски-
ровать свою враждебность... стремящихся путем ре-
прессий перебить наши большевистские кадры, посеять
неуверенность и излишнюю подозрительность в наших
рядах».
Как видно, репрессии были предметом открытого
обсуждения в ЦК, а не то, что кто-то там кого-то по
ночам хватал. Январский Пленум только дал сигнал
партии, аппарату и НКВД к тому, чтобы прекратить
репрессии. Кроме постановлений, естественно, были
приняты необходимые кадровые и управленческие ре-
шения. Прежде всего повинные в репрессиях руково-
дители партии и НКВД были заменены молодой по-
рослью специалистов, не замешанных в карательных
акциях. На высшие партийные должности приходили
30-летние, в НКВД шел массовый призыв людей ко-
ренных национальностей СССР и рабочего проис-
хождения.
Если бы фактор репрессий действительно прини-
мался Гитлером в расчет при планировании агрессии
против СССР, Германии требовалось бы иметь доста-
точно полную информацию о размахе чисток в РККА.
На самом деле СССР, где граждане боялись иностран-
цев, как прокаженных, а засекречено было все — от
географических карт до производственных показателей
колхозов, — остался для Германии тайной, покрытой
мраком. Как показали дальнейшие события, немецкая
разведка вообще слабо представляла реальную ситуа-
цию в СССР, занимаясь в угоду Гитлеру откровенным
фантазированием. Бывший министр иностранных дел
44
Третьего рейха И. Риббентроп вспоминал в связи со
своим визитом в СССР в 1939 году:
«Многие годы мы враждебно противостояли Совет-
скому Союзу и вели друг с другом крайне острую миро-
воззренческую борьбу. Никто из нас никаких надежных
знаний о Советском Союзе и его руководящих лицах не
имел. Дипломатические сообщения из Москвы были бесц-
ветными. А Сталин в особенности казался нам мисти-
ческой личностью».
Подчас нам начинает казаться, что при Сталине все
были осуждены незаслуженно. Достаточно сказать,
что тот или иной человек был посажен в 1937 году,
и никому в голову не придет интересоваться — за что
и при каких обстоятельствах он был наказан. Ведь
сажали при Сталине и за убийства, и за расхищение
государственной собственности, и за другие вполне
реальные преступления. Достаточно осознать данный
факт, чтобы стереотип кровавого режима начал рас-
сыпаться.
Как известно читателю, в 1920-е годы в СССР на-
ходились десятки тысяч иностранных специалистов,
участвовавших в восстановлении и строительстве про-
мышленных предприятий. Как правило, это были
граждане государств, активно враждебных СССР
и России. Нет никакого сомнения в том, что пода-
вляющее большинство этих специалистов являлись
одновременно агентами чужих разведок. Разумеется,
большинство из них были агентами-информаторами и
ограничивались сбором различных сведений, однако
не приходится сомневаться, что другая часть актив-
но решала главную задачу разведки — создание шпи-
онских и диверсионных сетей. Данные сети в начале
1930-х годов находились в состоянии консервации.
45
однако в «особый» период должны были быть приве-
дены в действие. Особый период — это война.
Для вербовочной деятельности советская техни-
ческая интеллигенция и госаппарат, существовавшие
в 20-е годы, представляли собой хорошую почву. Не
секрет, что многие «старые специалисты», сотрудни-
ки государственного аппарата были не довольны со-
ветской властью. Процесс замены царских и револю-
ционных кадров новыми советскими специалистами,
который начал Сталин, угрожал благополучию могу-
щественной и многочисленной руководящей верхуш-
ки госаппарата, армии и ЧК. Безусловно, существова-
ли как отдельные лица, так и организованные группы,
которые для удержания своих позиций были готовы
на измену родине, саботаж, убийства.
К сожалению, шпионы — горькая реальность. Один
вражеский агент в руководстве страны или Генераль-
ном штабе способен росчерком пера нанести гигант-
ский вред — разрушить целые отрасли промышлен-
ности, спровоцировать эпидемии и межнациональные
конфликты, уничтожить передовые достижения нау-
ки, медицины, перспективные средства национальной
обороны.
В череде репрессий в РККА также часто упомина-
ется дело авиаторов как пример зверского уничтоже-
ния Сталиным руководства Военно-воздушных сил
РККА.
Действительно перед самой войной были аресто-
ваны и в начале войны расстреляны командующий
ВВС генерал П. Рычагов, генерал Я. Смушкевич, ге-
нерал А. Локтионов, командующий дальней авиацией
генерал И. Проскуров, начальник Военно-воздушной
академии генерал Ф. Арженухин, бригадный инженер
ВВС И. Сакриер и другие.
46
Что же произошло? Сталин в 1938 году сам при-
знавался, что любит авиаторов, никому не даст их в
обиду, и вдруг такая «охота на летчиков». Что это —
вредительство Сталина перед войной? Паранойя?
Мстительность? Да нет — как и во многих случаях,
были на то вполне реальные причины. Другое дело,
что зачастую логическая цепь, ведущая от этих при-
чин к аресту, скрыта от нас.
Дело авиаторов началось со скандала с генералом
Павлом Рычаговым. Тридцатилетний красавец, герой
испанского неба понравился Сталину и из командира
истребителя превратился в командующего ВВС РККА.
Рычагов стал Героем Советского Союза, перебрался
в огромную московскую квартиру, пересел в черный
американский лимузин, летал в войска на личном са-
молете, женился на красавице.
Но однажды молодой командующий на заседании
в Кремле, на вопрос Сталина о причинах высокой
аварийности в ВВС заявил: «А вы заставляете летать
на гробах!» Был ли генерал, как уверяют некоторые,
выпивши или нет, не меняет дела.
В 1930 году авиапрома в России вообще не суще-
ствовало. Сталин, партия и правительство совершили
невозможное, выведя за этот срок СССР в ряд веду-
щих авиационных держав. Советский народ носом
землю рыл, создавая авиапром, отдавал последнее на
займы ОСОАВИАХИМа. И вот этот юнец, которого
Сталин сотворил из ничего, выговаривает ему, вождю,
что-де самолеты не те! Конечно, фраза Рычагова про-
звучала оскорблением для Сталина, и это, по словам
присутствовавшего на совещании адмирала Исакова,
поняли все.
У Сталина не оставалось выбора — пропустить по-
добный выпад от подчиненного во все времена озна-
чает потерять авторитет, а Сталин никогда не был до-
47
брым дедушкой — это не про него. Походив несколь-
ко минут молча, Сталин тихо проговорил:
— Вы не должны были так сказать. Заседание за-
крывается.
И, не прощаясь, вышел из кабинета. Думаю, что
Сталину было даже жаль Рычагова.
Когда же стали разбираться в делах ВВС. ситуа-
ция там оказалась очень тяжелая: низкая дисциплина,
материальная часть содержалась безграмотно и неак-
куратно, высокая аварийность, авиачасти не были го-
товы выполнять задач по поддержке войск. Тактика,
связь и управление находились в удручающем состоя-
нии. Говоря без обиняков, советская власть летчиков
просто избаловала, превратив многих из них из вои-
нов в распустившихся паразитов. А завтра была война.
И полетели головы.
Авиация и на поверку оказалась самым слабым
звеном нашей армии. И, чего греха таить, «сбросили»
наши ВВС немцев с неба только в 1944 году, зачастую
имея существенное численное превосходство над про-
тивником. Причина этого, в частности, и в слабости
управления ВВС РККА перед войной.
Завершая рассказ о репрессиях в армии, замечу —
не будь в РККА событий 1937—1938 годов, по-иному
сложилась бы судьба Великой Отечественной войны,
да и нашей страны вообще.
Не было бы репрессий — не оказался бы в 1939 году
в Монголии Жуков. Скорее всего, не было бы блестя-
щей победы на Халхин-Голе, отбившей охоту у япон-
цев мериться силами с Дальневосточной Красной Ар-
мией, а значит, война с самураями в 1941 году могла
стать вполне реальной. А за самураями стояла поло-
вина Китая и Корея. Здесь-то, полагаю, даже у само-
го отъявленного либерала не повернется язык сказать,
48
что нашествие японцев принесло бы России свободу
от сталинизма.
Оценивая новые сталинские военные кадры, в
1945 году Геббельс в своем дневнике записал:
«Русские маршалы и генералы в среднем чрезвычайно
молоды, почти ни одного старше 50 лет. За плечами у
них богатая политико-революционная деятельность, все
они убежденные коммунисты, весьма энергичные люди,
по лицам их видно, что вырезаны они из хорошего народ-
ного дерева. В большинстве случаев речь идет о сыновьях
рабочих, сапожников, мелких крестьян. Короче говоря,
приходишь к досадному убеждению, что командная вер-
хушка СССР сформирована из класса получше, чем наша
собственная. Я рассказал фюреру о просмотренной мной
книге о советских маршалах и генералах и добавил: у
меня такое впечатление, что с таким подбором кадров
мы конкурировать не можем. Фюрер полностью со мной
согласился».
Кстати, Германия вынуждена была осуществить
чистку в армии уже по ходу войны. После покуше-
ния на Гитлера в Волчьем логове в 1944 году были
расстреляны более 5 тысяч офицеров армии, авиации
и флота, подозреваемых в заговоре. Жертвами этих
репрессий оказались фельдмаршалы Роммель, фон
Клюге, Клейст, адмирал Канарис. В концлагерь попал
будущий канцлер ФРГ К. Аденауэр. Цифра в 5 ты-
сяч человек вполне сопоставима с числом военных,
осужденных к высшей мере наказания перед войной
в СССР. Гитлер в конце войны с горечью признавал,
что Сталин, проведя военную реформу до войны, пе-
реиграл его и пользуется теперь плодами своей пред-
у с м отрите л ьн ости.
49
Обычно забывают, что чистка в армии была лишь
одним из элементов коренной реформы Вооружен-
ных сил, которая включала: полное перевооружение
на основе новых передовых образцов отечественной
техники, пересмотр тактических приемов, механиза-
цию и моторизацию армии, повышение культурного
и образовательного уровня военнослужащих, развитие
управления и связи с использованием новейших до-
стижений проводной и беспроводной связи, формиро-
вание стратегических соединений. Не будем забывать,
какой путь прошла Красная Армия при Сталине, если
в 1926 году в военных учебных заведениях красные
курсанты ходили вместо военной формы в крашеном
нижнем белье и «туфлях бульдог на 42 очка», как по
аналогии с модными английскими ботинками «буль-
дог» называли курсанты лапти в сорок две клетки.
Может возникнуть вопрос: почему автор то и дело
сравнивает ситуацию в СССР с ситуацией в Герма-
нии, сопоставляет политические решения, принятые
Сталиным и Гитлером. Очень важно нам понимать,
что эти параллели вызваны не схожестью режимов
СССР и Германии, как подчас пытаются представить
дело клеветники России. Данные сопоставления есть
фактор противостояния СССР и Германии, которые,
ведя между собой смертельную борьбу, стремились не
дать противнику преимущества, ни в чем не уступить
друг другу.
Мне возразят: «сам-то ты не хотел бы пасть жертвой
этих чисток, небось тогда заговорил бы по-другому».
Разумеется, не хотел бы! И хотя я лично не раз и не
два встречал людей, прошедших лагеря, но не поте-
рявших веру в свои идеалы, скажу вот о чем. Неумно
креститься на того, кто загнал Россию в смуту, и пи-
нать того, кто вытащил Россию из смуты. Если мы не
хотим заколотить всю историю досками, на нее надо
50
смотреть не как на мелодраму, а как на героическую
борьбу. Ибо только героическая история, которую
невозможно написать без жертв, творит великие на-
роды.
У моего отца был друг Владимир Никифорович
Шунько — пройдя лагеря, он не стал злобствовать,
не возненавидел Россию и ее народ, а до последних
своих дней стремился быть там, где кипит жизнь и
вершится судьба России, спешил передать нам ту веру
в будущее, с которой его поколение строило нашу
страну. Именно в этом состоит истинная гражданская
мудрость и сила духа.
И наконец. Чем командовали Жуков, Рокоссовский,
Горбатов, Москаленко, Чуйков, Баграмян, Катуков,
Богданов, Жадов в 1937-м? Полками, батальонами,
ротами. Именно они пришли в 1937—1938 годах на
смену комдивам и командармам Гражданской — Фель-
дману, Путне, Уборевичу, Якиру. Это и есть основной
результат репрессий в РККА применительно к Вели-
кой Отечественной войне — качественное изменение
ее структуры, командного состава, самой сути.
Наука, техника, кадры
Существует одна область, где решительно никто из
военных, да и политических деятелей не может сопер-
ничать со Сталиным. Это кадровая политика. «Кадры
решают все» — наверное, самый знаменитый и непре-
ложный сталинский принцип. Этот принцип Сталин
выдвинул на смену ленинскому лозунгу «техника ре-
шает все», когда проблема острой нехватки техники
уже была ликвидирована. Это еще раз показывает, на-
сколько сталинскому стилю руководства были чужды
догмы, как он был гибок и чуток к требованиям вре-
мени.
Сталинская кадровая политика отличалась адрес-
ностью, то есть ответственным работникам многое
давалось по сравнению с другими людьми, но с них и
многое спрашивалось персонально вплоть до расстре-
ла. Любой нарком мог поплатиться не только своим
креслом, но и свободой за перерасход или нецелевое
использование нескольких тысяч рублей. Что же удив-
ляться, что Сталин сегодня не нравится тем, в рабо-
те которых царят «обезличка» и безответственность, а
миллиарды рублей, выделяемые на федеральные целе-
вые программы, исчезают неизвестно куда!
Сталин работал в основном после обеда, вечером
и ночью. Это задавало практически круглосуточный
ритм работы наркоматов и других государственных
учреждений. Сталин ведь неспроста носил унифор-
52
му — френч, он был работягой, солдатом трудового
фронта. Точно так же Сталин относился ко всем сво-
им помощникам. Почему он должен был щадить ки-
норежиссера, работника наркомата, директора завода?
Чем лучше они были Жукова или Чуйкова, которые на
работе ходили по краю жизни? Чем лучше были они
многих и многих безымянных офицеров, отдававших
за Родину жизнь? Сталин считал себя вправе спросить
столь же строго с любого. Почему Сталин ограждался
от критики? Потому, что если на смерть посылал Ста-
лин, это означало — посылает народ, если приказал
Сталин — приказала страна.
Все, кто работал со Сталиным, отмечали, что фор-
мальные соображения или личные амбиции для него
мало значили, прежде всего в части расстановки ка-
дров. Сталин, как можно заметить, не страдал личным
пристрастием ни к одному из государственных, пар-
тийных, хозяйственных или военных деятелей. Обра-
щаясь в письме к Д. Бедному с критикой его произ-
ведений, Сталин писал: «Вы хотите, чтобы я молчал
из-за того, что Вы, оказывается, питаете ко мне «био-
графическую нежность»! Как Вы наивны и до чего Вы
мало знаете большевиков...» Что это значит? Если че-
ловек работал на общее дело — Сталин стоял за него
горой, если же человек, пусть и заслуженный, вста-
вал на путь «оппортунизма, соглашательства, капиту-
лянтства», переставал работать — Сталин безжалостно
убирал его с пути.
Принципиальность Сталина поражает: 26 мая
1943 года он отдал командующему ВВС Маршалу ави-
ации Новикову такой приказ:
«1. Немедленно снять с должности командира авиа-
ционного полка полковника В. И. Сталина и не давать
ему каких-либо командных постов впредь до моего рас-
поряжения.
53
2. Полку и бывшему командиру полка полковнику
Сталину объявить, что полковник Сталин снимается с
должности командира полка за пьянство и разгул и за
то, что он портит и развращает полк.
3. Исполнение донести».
Надо ли говорить, что существовал миллион и еще
один способ решить вопрос иначе, без приказа по
Красной Армии. Любой честный человек прекрасно
представляет стыд и позор Василия, но гораздо силь-
нее Сталин наказал себя, ведь ему, как любому отцу,
хотелось гордиться сыном. Сталин показал себя от-
цом не только Василию, но и сотням тысяч других
офицеров, которые не могли не оценить этот приказ
Верховного. Неудивительно, что смерть Сталина для
миллионов наших людей, знавших его по таким вот
поступкам, была хуже конца света. Василий же позд-
нее вернулся к активной работе, успешно командовал
дивизией и корпусом, не раз награждался.
Прощал Сталин не только своего сына, и не надо
думать, что единственной формой отставки при Ста-
лине была отправка в ГУЛАГ или лубянский подвал.
Во-первых, Сталин с людьми работал очень терпели-
во — учил их, прощал им ошибки, слабости. Быва-
ли случаи, когда Сталин прощал даже ложь. Весной
1935 года Сталин говорил:
«Можно ли сказать, что наши люди поняли и осо-
знали полностью великое значение этого нового лозунга ?
Я этого не сказал бы. В противном случае мы не имели
бы такого безобразного отношения к людям, к кадрам,
к работникам. Лозунг «кадры решают все» — требует,
чтобы руководители проявляли самое заботливое отно-
шение к нашим работникам, к «малым» и «большим»,
в какой области бы они ни работали, выращивали их
заботливо, помогали им, когда они нуждаются в под-
54
держке, поощряли их, а когда они показывают первые
успехи, выдвигали их вперед».
Сейчас появились многочисленные книжки, изо-
бражающие Сталина красным монархом, коммуни-
стом на троне и т.п. Обычно подобные теории разви-
вают иностранные «ученые», видевшие Россию только
по телевизору.
У Сталина не было ни придворных, ни слуг, ни
аристократии. Со Сталиным работали те, кто выдер-
живал его невероятные требования и ритм, те, кто
переставал выдерживать, — переставали работать. Ни-
какая близость к Сталину, никакие прошлые заслу-
ги, никакая мировая известность не могли оградить
человека от служебных требований вождя, позволить
«присосаться» к организму государства и паразитиро-
вать на нем.
Дети высших партийных и военных руководите-
лей, прежде всего сыновья, не избавлялись от жиз-
ненных трудностей и не воспитывались в качестве
преемников элиты. Каждому из них в индивидуаль-
ном порядке надлежало найти свое место в советском
обществе. За несколько лет до войны Сталин сказал
сыновьям Василию, Якову и Артему Сергееву: «На-
шей стране предстоит в будущем борьба не на жизнь,
а на смерть — выбирайте себе военные училища, вы
должны стать командирами Красной Армии». В годы
войны старший лейтенант артиллерии Яков Джугаш-
вили погиб в плену, Артем Сергеев прошел тяжелей-
ший путь простого строевого командира, не раз был
ранен, имел боевые награды. Начальству Артема даже
в голову не приходило, кто он такой. Что касается
Василия, то его быстрая военная карьера ничего в те
годы сверхъестественного собой не являла, особенно
в авиации. Например, наш знаменитый ас дважды Ге-
рой Советского Союза Кирилл Евстигнеев, бывший
55
беспризорник с образованием семь классов, в 27 лет
стал полковником.
Нет необходимости пояснять, что иначе не мог-
ли поступить уже и другие руководители государства.
Дрались на фронтах войны все сыновья руководи-
телей, достигшие призывного возраста: Тимошенко,
Хрущева, Щербакова и других.
Государственная служба — не место для симпатий
и антипатий, и Сталину не приходило в голову возна-
граждать кого-либо высокими постами. Служба при
Сталине была крестом, тяглом!
И.А. Бенедиктов, бывший нарком сельского хозяй-
ства СССР, писал:
«Как и многие мои сверстники, я знал, что если про-
явлю себя должным образом на деле, то мне не дадут
засидеться на месте, не позволят долгие годы «выслу-
живать» один чин за другим, растрачивая энергию и на-
пор молодости на перекладывание канцелярских бумаг, а
сразу же дадут дорогу, «двинут» через несколько ступе-
ней «наверх», туда, где действуют и решают».
Перед войной в СССР высшие посты в армии и
народном хозяйстве заняли молодые, энергичные
руководители. Наркомы вооружений Д.Ф. Усти-
нов, авиапрома А.И. Шахурин, сельского хозяйства
И.А. Бенедиктов, машиностроения В.А. Малышев
едва переступили тридцатилетний рубеж. Много было
молодых руководителей в партийных органах. Сталин
испытывал особое расположение и доверие к специа-
листам, получившим образование и воспитание после
революции.
Конечно, молодость — не единственное достоин-
ство, которым обладали сталинские наркомы, глав-
ное, что они имели, — железную убежденность, веру в
дело, которому служили.
56
При Сталине не устраивалось пустых, бессмыслен-
ных заседаний престарелых вельмож, вцепившихся в
свои кресла мертвой хваткой, ничего не знавших о
деле, всецело полагавшихся на аппарат, что во все
времена было бичом России. Достаточно вспомнить,
что до революции в высшем военном командовании
России более 30% генералов имели возраст от 70 до
85 лет.
Если военные лавры со Сталиным по праву делят
наши замечательные военачальники, то в деле строи-
тельства экономики, народного хозяйства ему не было
равных. Естественно, что львиную долю внимания
Сталина привлекала оборонная промышленность,, в
частности, вопросы создания и внедрения новых воо-
ружений. Поиск талантливых конструкторов, органи-
заторов производства — это был конек Сталина. Его
личная заслуга, что у нас работали такие руководите-
ли, как Вознесенский, Шахурин, Ванников, Устинов,
Хрулев, Бенедиктов, Малышев. Под особой опекой
Сталина находились конструкторы: Яковлев, Кош-
кин, Лавочкин, Ильюшин, Петляков, Туполев, Дегтя-
рев, Нудельман, Маханов, Горюнов, Шпагин, Грабин,
Поликарпов, Микоян и многие другие.
Кадровая работа не носила точечного характера,
что важно еще понимать, она охватывала миллионы
людей, всю страну. В 1940 году в СССР была соз-
дана система государственных трудовых резервов, и
уже первый выпуск фабрично-заводского обучения в
1941 году дал промышленности около 400 тысяч спе-
циалистов. К 1939 году в СССР только публичных би-
блиотек было 70 тысяч, театров — 800! Это, не станем
забывать, по всей стране — от Чукотки до Коканда,
где до советской власти, кроме балагана и лубков с
картинками Японской войны, ничего не видели даже
имущие классы. В том же 1937 году в СССР было по-
строено почти полторы тысячи сельских школ!
57
В 1938 году 107 тысяч специалистов получили выс-
шее образование, это не считая военных! Народное
хозяйство получило более 25 тысяч инженеров, 10 ты-
сяч специалистов-сельскохозяйственников, 13 ты-
сяч врачей. Можно представить себе такие цифры в
1913 году?
Вот с таким трудовым резервом можно было вое-
вать! И именно в таких вещах, а не в какой-то особен-
ной воинственности русских и кроется секрет нашей
Победы.
Сталин вникал в мельчайшие технические детали
разработок, во все без исключения вопросы техно-
логического, тактико-технического плана, выезжал
на полигоны, отстрелы, встречаясь с армейскими
офицерами-испытателями. Военную технику привози-
ли в Кремль — и танки, и стрелковое оружие. Сталин
не стеснялся ползать по полу своего кабинета с авто-
матом ППШ, проверяя — удобно ли будет стрелять
бойцу с лыж, из-за щита.
Особенно показательна история с принятием на
вооружение пушки Ф-22 калибром 76 мм конструк-
тора Грабина. Перед войной во многих армиях мира
обычная артиллерия считалась устаревшей, и предпо-
чтение отдавалось универсальным безоткатным (дина-
мореактивным) системам. В частности, за переход на
такие орудия ратовал маршал Тухачевский, который
убеждал Грабина переключиться с разработки пушек
на динамореактивное оружие. Сталин неоднократ-
но встречался и с Грабиным, разработавшим пушку
Ф-22, и с конструктором Махановым, который пред-
лагал динамореактивное орудие. Сталин присутство-
вал и на сравнительных отстрелах пушек, по завер-
шении которых неожиданно попросил конструкто-
ров покритиковать друг друга, а затем и самих себя.
На состоявшемся через несколько дней заседании в
Кремле Сталин вопреки мнению всех без исключения
58
военных и инженеров приказал принять к войсковым
испытаниям пушку Ф-22. Прошло несколько недель,
и Главное артиллерийское управление «забраковало»
пушку Грабина, доложив, что она прыгает, тяжелая и
т.п. Сталин тем не менее настоял на доработке орудия
и внеочередном запуске его в массовое производство.
В ходе войны безоткатные орудия Маханова ис-
пользовались исключительно в зенитной артиллерии,
а дивизионные пушки Ф-22 и их модификации, без
преувеличения, сломили хребет вермахту. Артилле-
рийские наступления, артиллерийские армии были
основаны на замечательных качествах наших пушек,
прежде всего Ф-22. Заслуга перед Родиной в этом
принадлежит Сталину.
Автор не склонен преувеличивать полководческие
дарования Сталина, его вклад в военное искусство, но
он, безусловно, является отцом нашей советской ар-
тиллерии. Сталин был убежден, что успех на поле боя
определяет прежде всего артиллерия. Именно Сталин
был автором идеи создания артиллерийских армий и
проведения артиллерийского наступления. Плотность
артиллерийских орудий на направлениях главного уда-
ра наших войск в наступлении была 200—300 орудий
на километр фронта. Однако преимущество русских
пушек заключалось не только в их количестве. Благо-
даря более высокой инженерной культуре, привлече-
нию к разработке врачей-физиологов наши орудийные
расчеты меньше уставали во время многочасовых арт-
подготовок, не снижали темпа огня. У наших пушек
практически никогда не случалось отказов, поломок
или осечек. Управление стрельбой к 1943—1944 годам
достигло совершенства, и наши артиллеристы гоняли
фашистов по полю боя, только маневрируя траекто-
риями огня. Сколько тысяч жизней солдат сберегла
забота Сталина об артиллерии!
59
Сталин принимал непосредственное участие в соз-
дании танков КВ, ИС, Т-34, самоходных артиллерий-
ских установок, противотанковых ружей, реактивной
артиллерии, самолетов МИГ, Як, Пе и Ил, винтовок
С ВТ и С ВС, автоматов ППШ. Сталин утверждал все
их мельчайшие модификации и усовершенствования.
Сталин знал по имени-отчеству и в лицо многих
директоров и ведущих инженеров крупных заводов,
парторгов, часто встречался с ними.
На небывалую высоту поднялась при Сталине фун-
даментальная наука: Иоффе, Ландау, Курчатов, Капи-
ца, Келдыш, Харитон, Тарле, Павлов, Мичурин, Ко-
ролев, Патон — это только некоторые громкие имена.
При Сталине под его опекой создавалась знаменитая
королевская «семерка» — ракета Р-7, которая через
четыре года после смерти вождя подняла в Космос
Спутник, но еще раньше обеспечила ядерный щит
России.
Наука при Сталине, в условиях острого дефици-
та средств, строжайшей экономии, была устремлена
в будущее и, что называется, дерзала. Сегодня, не-
смотря на то, что противостояние систем снято с по-
вестки дня мировой политики, крупнейшие державы
продолжают научный поиск в основном в военном
направлении. Космос не развивается, гуманитарные
науки деградируют, а престижные научные премии
получают американские профессора, выдумывающие
новые способы делания денег из воздуха.
Говорят, что мы создали ядерное оружие благодаря
добытым из-за границы чертежам и схемам. Что это
оружие собирали у нас чуть ли не по иностранной ин-
струкции. Надо понимать, что на голом месте нельзя
создать атомной отрасли — нужны специалисты — и
теоретики, и производственники, нужны мощно-
сти для строительства атомного реактора, развитая
60
промышленность, транспорт, цветная металлургия,
электротехника, химия, нужны конструкторы, кото-
рые могут создать боевое устройство, применить его к
имеющимся в армии средствам доставки, обеспечить
базирование, безопасность ядерных сил.
Конечно, такие факторы, как железная дисциплина
среди ученых, привлеченных к работе Особого коми-
тета по атомной энергии, помощь наших разведчиков,
способствовали быстрому созданию в СССР атомной
бомбы. Способствовали, но не более.
Так же как способствовали успеху и Сталинские
премии, которых с 1941 по 1952 год было выдано
ученым и руководителям предприятий ни много ни
мало — восемь с половиной тысяч. Тот же П. Капи-
ца, жаловавшийся Сталину на жесткость руководства
Берии, получил две сталинские премии, а это, между
прочим, не считая и без того высоких доходов ученых,
100 тысяч рублей.
Даже в военные годы сотни представителей нау-
ки получали именную поддержку от Государственно-
го Комитета Обороны. Для выдающихся ученых были
предусмотрены пайки по литерам А (на сумму 500 ру-
блей) и Б (на сумму 300 рублей) по государственным
ценам (килограмм красной икры стоил 18 рублей).
Кроме этой особой поддержки тысячи ученых,
деятелей искусства получали ежедневные бесплатные
обеды. Естественно, ученые, многие из которых име-
ли сбережения в десятки, сотни тысяч и даже мил-
лионы рублей, могли покупать продукты на рынке,
посещать рестораны. Московские рестораны, между
прочим, кормили ученых и деятелей культуры с трид-
цатипроцентной скидкой, а старших офицеров армии
и флота за полцены.
При этом рабочие оборонных заводов по карточ-
кам могли отоварить в 1942 году 600 граммов хлеба в
день, а в течение месяца купить кусок мыла, бутыл-
61
ку водки, четыре килограмма крупы, килограмм мяса
или яичный порошок. По всей стране кофе готовили
из желудей, пекли оладьи из картофельной кожуры,
где вместо муки были толченые березовые листья. Го-
лод был не только в блокадном Ленинграде, страш-
ная нужда опустилась над всей страной. Например,
в 1942 году гражданской продукции практически не
производилось, все работоспособные кадры были пе-
ремещены в военную промышленность или ушли на
фронт. Приходило в упадок коммунальное хозяйство,
невозможно было приобрести подчас самых необхо-
димых в быту вещей. Так жил народ.
Так, как наши ученые, не питались в войну даже
боевые летные экипажи. В 1946 году Сталин приказал
построить для ученых первый под Москвой дачный
поселок. Надо понимать, что означало в 1946 году
такое строительство в разоренной дотла, разрушен-
ной стране. Разве не вправе был Сталин перед лицом
смертельных вызовов Родине спросить с ученых отда-
чи? Потребовать от них служить народу и стране, как
служили ей герои-фронтовики?
Сталин прекрасно знал научную среду: склоки, на-
веты, группировки, кляузы. Терять на это время при
создании атомной бомбы было нельзя. Ученые были
мобилизованы. Они находились на казарменном по-
ложении. Цена вопроса была — 50 миллионов жизней
в случае войны с США. И войны удалось избежать.
Между прочим, ни до атомного проекта, ни после
него Сталин никогда не прибегал к похожим методам
руководства наукой. Более того, всегда старался быть
мягким с учеными. Атомный проект — это Сталинград
нашей науки, им необходимо гордиться, а не пугать
нынешнее поколение. Кстати, сейчас поносят Стали-
на как раз дети тех, кто получал премии и ел икру, а
отнюдь не те, чьи отцы и деды жевали суррогаты.
62
Конечно, в кадровой политике при Сталине были
и ошибки и перекосы, были подлецы и бездарности —
кто спорит? Это жизнь! В ней нет ничего абсолютно-
го, ничего идеального.
Однако СССР был несокрушим до тех пор, пока во
всех сферах — от завода до театра — сохранялись ста-
линские кадры, привыкшие к максимализму в работе,
стремлению к совершенству, высокой конкуренции,
ответстве н ности.
Чекисты и политработники
Говоря о войне, о Сталине, необходимо отдельно
упомянуть Л.П. Берию — шефа НКВД СССР, члена
Политбюро ЦК ВКП(б) и Государственного Комитета
Обороны. В сознании нашего народа Берия остался,
пожалуй, самой зловещей и малоприятной фигурой.
Даже на долю Н. Ежова выпало меньше ненависти.
Что мы должны сказать о Берии? Кое-кто сейчас
пытается представить его большим государственным
деятелем, незаменимым организатором. В действи-
тельности деловые качества Берии ничего сверхъесте-
ственного собой не представляли. Также, думаю, не
является реальностью и то, что Берия был прирож-
денным садистом, отлавливал на улице девушек, как
маньяк, и т.п.
Берия не был ни коммунистом, ни капиталистом
и вообще не имел никаких убеждений. Он был про-
сто карьеристом. Может возникнуть вопрос — поче-
му Сталин в таком случае терпел Берию, поднял его
так высоко? Причина в том, что свой Берия требу-
ется любой большой структуре. Кто сомневается, что
у государства, занимавшего одну шестую часть суши,
имелась какая-то часть неблагодарной, черной рабо-
ты? Ее выполнял Берия. Не следует думать, что так
просто было подобрать шефа НКВД! Сталину ну-
жен был во главе этого ведомства человек холодный,
умный, хитрый, как змей. Человек, способный исходя
64
из обстановки в стране, в руководстве самостоятельно
определить нужный градус репрессий, необходимый
их круг.
Берия был таким человеком. Пусть Берия не был
убежденным коммунистом, пусть он был приспосо-
бленцем — с работой он справлялся. И неверно пола-
гать, что Берия только пытал в подвалах невиновных,
НКВД СССР — это, между прочим, милиция, уго-
ловный розыск, система исполнения наказания, вну-
тренние войска, а во время войны еще и охрана тыла
армии. И сказать, что все это было придатком тира-
нии Сталина, может только неумный человек, потому,
что это служило интересам государства и в конечном
итоге интересам народа.
Мы, россияне, должны негативно относиться к лич-
ности Л.П. Берии, но это не значит, что следует позво-
лять кому-либо тыкать нам в нос нашей дикостью на
основании того, что у нас был такой деятель. В США
в этот же период был генерал Макартур, который тре-
бовал сбросить атомные бомбы на Северную Корею,
Китай и СССР. В США был Гарри Трумэн, сделавший
политическую карьеру под покровительством мафиоз-
ных кланов Чикаго и Канзас-Сити, утвердивший план
военного нападения на СССР, собираясь сбросить на
нашу страну 300 атомных бомб, и содержавший совет-
ником по СССР бывшего шефа гестапо Г. Мюллера.
Давайте честно признаемся себе, что противостоять
таким структурам, как СД или ЦРУ, имея во главе
НКВД, скажем, графа М.М. Сперанского, было бы
коллективным русским самоубийством.
Что касается работников органов безопасности
во время Великой Отечественной — здесь необходи-
мо прекращать истерию. Абверу, СД и гестапо, этим
сверхмощным структурам рейха, запугавшим и сло-
мившим волю всей Европы, свернули шею, переигра-
ли их именно наши органы госбезопасности. Только
65
враг мог требовать от нас вести эту борьбу в белых
перчатках, потому что это означало бы провалить ее!
НКВД СССР, НКГБ СССР, военная контрразвед-
ка СМЕРШ выполняли гигантский объем работы,
обезвреживая немецких агентов-диверсантов и шпио-
нов, паникеров и дезертиров, мародеров и вредителей,
бандитов и убийц. В то время как в Ленинграде люди
тысячами погибали от голода, дети погибали от голода
на руках матерей, работники НКВД, такие же голод-
ные, изымали на обысках у воров и расхитителей де-
сятки килограммов золота, серебра, тонны дефицит-
ного продовольствия.
Не кто иной, как наши чекисты сыграли решаю-
щую роль в создании подполья на оккупированных
территориях, развитии партизанского движения.
Сотни и тысячи работников НКВД, НКГБ, военной
контрразведки были заброшены в фашистский тыл,
организовали партизанские отряды. Тысячи чекистов
были замучены фашистами. Среди них славный сын
нашего народа Николай Кузнецов, легендарный Па-
уль Зиберт.
Нам сейчас пытаются внушить, что пытки, шан-
таж, провокации были единственным методом работы
НКВД—МГБ—КГБ. Еще раз возвращаю вас к тому,
что в истории глобального противостояния народов
не бывает компромиссов. Органы безопасности, раз-
ведка — это меч, который обнажен всегда, и в дни
мира, и в дни войны. В мирные дни, когда орудия
молчат, чекистам приходится вести бой, противостоя
тем, кто стремится нарушить нашу жизнь. Это жесто-
кая борьба с убитыми и ранеными, но это борьба за
наш мирный труд, за наших детей. Наши органы и се-
годня воспитывают молодых сотрудников в духе бди-
тельности и бескомпромиссности и совершенно спра-
ведливо не отказываются от своего любимого девиза:
«Враг не дремлет!»
66
Совершенно несправедливо приписывать жесткие
методы только советской контрразведке. Шпионов и
диверсантов не жалели нигде и никогда. Так, 30 марта
1904 года в тылу Маньчжурской армии России были
задержаны японские военнослужащие: подполковник
Юкока и капитан Оки. Они были переодеты в ки-
тайское платье, их заподозрили в намерении устроить
диверсию. Через неделю обоих офицеров по пригово-
ру полевого суда на основании Свода Военных Поста-
новлений Российской империи повесили.
У нас сегодня воспроизводится истерия 37-го, с той
лишь разницей, что роль врагов народа отводится че-
кистам. Еще в конце 80-х в СССР в один из масштаб-
ных военных фильмов был втиснут эпизод с пытками
в НКВД немецкого перебежчика, предупредившего
о выдвижении вермахта для нападения на СССР. На
самом деле ефрейтора Альфреда Лискова, тридцати-
летнего коммуниста-антифашиста, никто не пытал, а
сообщенные им сведения немедленно были доложены
УНКГБ Львовской области по команде.
Мы — россияне, и это наши органы безопасности,
это наши чекисты, наши люди. До каких пор чекисты
у нас будут изображаться моральными уродами, тре-
тирующими русского человека? Кому выгодно, чтобы
нам показывали этих уродов, а не Николая Кузнецова,
других честных и преданных людей? В нашей стране
работать в органах госбезопасности всегда было крайне
почетно — эта работа требовала огромной веры в свой
народ и свою страну, абсолютной честности, исклю-
чало связи с криминалом. Мы должны с уважением и
любовью относиться к своим органам госбезопасно-
сти, требовать от них принципиальности, сохранения
преемственности традициям чекистов-фронтовиков.
В те времена существовал термин «чекистское об-
служивание воинских частей». Этот термин отражает
67
суть контрразведывательной работы — не надзирать,
не пасти, а способствовать, помогать честным бойцам
и командирам выполнять боевые задачи, прикрывать
их спину.
Почему нам, россиянам, зазорно употреблять само
слово «чекист»? Оно должно быть возвращено в офи-
циальный оборот — это наша история, наше оружие.
О комиссарах же Великой Отечественной нужно
писать не отдельную главу — книгу! Роль политработ-
ников по ходу войны серьезно менялась, однако на
всем ее протяжении комиссары и политруки остава-
лись мощной силой. Силу эту направлял сам Сталин.
Наиболее одиозной личностью в политорганах счи-
тается начальник Главного политического управления
(ГЛАВПУР) РККА Л.З. Мехлис. Многие задаются
вопросом — что это был за человек? Жуков, Конев,
Черняховский, Тимошенко, Горбатов — все, кто стал-
кивались на фронте с Мехлисом, считали его чуть ли
не дьяволом. Мехлис всюду видел измену, ему ничего
не стоило застрелить командира. Часто вспоминают,
как Мехлис, приехав в одну из армий, застал в шта-
бе только начальника артиллерии генерала Гончаро-
ва, который в это время обедал. Вытащив генерала из
землянки, Мехлис с криком «Немцы наступают, а ты
пьянствуешь!» застрелил Гончарова.
В ходе войны Мехлис входил в военные советы де-
вяти фронтов. Именно его сегодня обвиняют в про-
вале Крымской операции в 1942 году, падении Кер-
чи и Севастополя. Безусловно, Сталин знал о темных
сторонах натуры Мехлиса, однако неизменно ценил
его полную, самозабвенную преданность, абсолютную
правдивость и бескомпромиссность. Сталин считал,
что огромная энергия и убежденность Мехлиса спо-
собны положительно воздействовать на целые фрон-
68
ты, именно в Мехлисе, полагаю, Сталин видел на
первом этапе войны идеал комиссара. Надо смотреть
правде в глаза: в то время, когда не хватало техники,
сил, а у военачальников не было достаточного опыта
командования, убежденность Мехлиса была тем аргу-
ментом, пренебрегать которым Сталин не мог.
Говорят, что после провала Мехлисом его миссии в
Крыму в 1942 году Сталин сказал комиссару: «Будьте
вы прокляты!» Между прочим, тот факт, что вождь
не расправился с Мехлисом, а лишь понизил его в
должности и звании, говорит исключительно о том,
что Сталин признал ответственность за деятельность
своего личного «кадра». Мужественное и мудрое ре-
шение со всех точек зрения.
Таким же, как Мехлис, был и член Военного совета
Юго-Западного фронта в начале войны дивизионный
комиссар Н.Н. Ватутин.
Командир 8-го мехкорпуса генерал Д.И. Рябышев,
комиссар корпуса Н.К. Попель в своих книгах вспо-
минали, как в первые дни войны к ним на КП в со-
провождении полевого трибунала и комендантского
взвода прибыл Вашугин. Схватив Рябышева за грудки,
комиссар закричал: «За сколько продался, Иуда? Тебя,
изменника, полевой суд слушать будет. Здесь, под со-
сной, выслушаем и у сосны расстреляем». Попытки
Рябышева объяснить, что войска корпуса в соответ-
ствии с планом сосредоточиваются для атаки, ни к
чему не привели. Вашугин потребовал тут же собрать
все силы, что были под руками, и бросить вперед под
командой комиссара корпуса Попеля. Попеля Вашу-
гин напутствовал словами: «Не возьмете Дубно — рас-
стреляем, возьмете — наградим!» В результате этого
решения группа Попеля оказалась окруженной в Дуб-
но и погибла.
Тот же Попель вспоминал, как Вашугин в хромо-
вых сапогах и легком полушубке шел впереди цепей
69
по льду залива на финские пулеметы в 1940 году. Это
был храбрый, честный человек. Его ошибка состояла
в том, что он не верил людям, понимал только силу
угроз и расстрела, а в Великой Отечественной войне
только такой подход был неприемлем. Поняв это,
Н.Н. Вашугин нашел в себе мужество застрелиться.
Однажды на службе ко мне обратился по какому-то
делу офицер и представился: «полковник Вашугин»,
это был внук Николая Николаевича Вашугина. И хотя
мой дед был одним из танкистов генерала Рябышева,
внуку комиссара Вашугина нет причины стыдиться
своего деда, который честно работал и честно погиб.
Позднее Сталин понял, что Мехлис и Вашугин —
не то, что необходимо в условиях войны. Поэтому
Мехлис бы замещен на посту начальника ГЛАВПУРа
Щербаковым, а комиссары, переименованные в зам-
политов, перестали вмешиваться в управление вой-
сками. Для заключительного периода войны характе-
рен случай, когда в 1-ю танковую армию в ходе сраже-
ния за Украину в 1943 году приехал Жуков. Узнав, что
с одной из бригад, которой после ранения командира
руководит замполит, потеряна связь, Маршал прика-
зал: «Комиссарить вздумал? Судить трибуналом!» (по
меньшей мере штрафбат. — М.О.).
Ситуация коренным образом изменилась — полит-
работники имели свой круг четко обозначенных задач.
Еще 4 октября 1941 года Нарком обороны СССР Ста-
лин подписал приказ № 391 о фактах подмены вос-
питательной работы в Красной Армии репрессиями.
Этот приказ, в частности, гласил:
«Необоснованные репрессии, незаконные расстрелы,
самоуправство и рукоприкладство со стороны команди-
ров и комиссаров являются проявлением безволия и без-
рукости, ведут к обратным результатам, способству-
ют падению воинской дисциплины».
70
Приказ, безусловно, требовал от политработников
сосредоточиться на воспитательной и разъяснитель-
ной работе и задал направление их дальнейшей дея-
тельности до окончания войны.
Это фашистская пропаганда уверяла, что наших
людей в бой гонят комиссары. В своих листовках
немцы писали: «Бей жида-политрука, рожа просит
кирпича», «Ваши жиды-комиссары понуждают вас к
бессмысленному сопротивлению» и т.п. Фашистский
расчет оболгать комиссаров при помощи дремучего
антисемитизма провалился. В этой войне идеологий,
мировоззрений, в войне, которая прежде всего шла за
умы и души людей, наши политорганы делом доказа-
ли свою эффективность.
Кстати, немцы только нашим солдатам твердили
о жидах-комиссарах, а сами-то очень быстро поня-
ли эффективность этого армейского института. Уже
с конца 1941 года немцы стали отказываться от авто-
матического уничтожения пленных политработников,
поскольку безусловные их расстрелы, по мнению Гит-
лера, только цементировали нашу армию. После взры-
ва в Волчьем логове в 1944 году, параллельно с мас-
совыми репрессиями в вермахте, Гитлер ввел в армии
должность офицера по национал-социалистическому
воспитанию личного состава. Однако копировать со-
ветский опыт в этой области оказалось столь же уто-
пичным, сколь воспроизводить Т-34 по внешнему
виду.
Политработники Красной Армии шли со взводами
и ротами, горели в танках и истребителях. Большин-
ство из них были настоящими комиссарами, вникав-
шими в судьбы и мысли солдат. Их опыт нельзя от-
рицать на основании того, что они собирали бойцов в
ленинских землянках. Суть политработников Великой
Отечественной была не столько коммунистической,
сколько патриотической. Красная Армия ведь не толь-
71
ко воевала, она освободила Европу, Китай. В том, что
наша армия прошла по этим странам не просто как
вооруженная сила, а как освободительница, — боль-
шая роль комиссаров. Отрицать роль политработни-
ков, изображать их идеологическими фанатиками,
оторванными от солдат, — продолжать дело Геббельса
и Гиммлера.
Нельзя недооценивать моральный фактор в борьбе.
Если бы мы сегодня один из новых атомных ракето-
носцев, например, назвали «Иосиф Сталин», некото-
рые зарвавшиеся деятели за границей поубавили бы
гневной риторики в отношении России.
Наши недоброжелатели прекрасно знали, чем силь-
на наша армия, навязав нам принципы, объявляющий
армию вне политики и не допускающие образования
в ней политических органов и вообще политической
деятельности. Сегодня ситуация требует присутствия
политорганов в армии еще больше, чем во время Ве-
ликой Отечественной, так как в будущем на вооруже-
нии вражеских идеологов в случае войны будет куда
более богатый арсенал средств пропаганды.
Верил ли Сталин Гитлеру?
IPаспространенным контраргументом утверждению
«Сталин выиграл войну» является «Сталин проспал
нападение немцев». Утвердилась легенда, согласно
которой Сталин игнорировал многочисленные пред-
упреждения о начале войны с фашистской Германи-
ей, не принимал достаточных мер для обеспечения
боеготовности Красной Армии. Звучат даже голоса о
том, что СССР якобы вообще проводил перед войной
агрессивную политику, вынашивал планы мирового
господства.
Внешняя политика — такой предмет, на который
каждая сторона смотрит со своей собственной коло-
кольни. Поэтому мы с англичанами или немцами ни-
когда не будем одинаково понимать историю внеш-
ней политики, никогда не будем иметь идентичных
ее оценок. К этому надо относиться нормально, это
данность. Ненормально иметь на внешнюю полити-
ку точку зрения, совпадающую с точкой зрения го-
сударств-конкурентов России.
Что представляла собой Европа в 30-е годы? Евро-
па была клокочущим котлом, где кипела адская смесь
непримиримых противоречий. Причем противоречия
эти носили не только межгосударственный, но и клас-
совый характер. Совершенно неправильно считать,
что призрак коммунизма был локализован в пределах
СССР — такие страны, как Италия, Болгария и Гер-
73
мания, взяли под контроль рабочее движение только
при помощи военно-националистических диктатур.
Так же неправильно изображать европейские компар-
тии придатками сталинского режима на содержании
Коминтерна. Рабочие движения в Европе были объек-
тивным отражением социально-политической ситуа-
ции в соответствующих странах. Многие европейские
компартии, кстати, не только пережили крушение
СССР, но и сегодня играют в своих странах суще-
ственную роль, а кое-где и находятся у власти.
Истоки Второй мировой войны восходят к ре-
зультатам Первой мировой. Первая мировая война
не привела к установлению справедливого порядка
в Европе, к созданию международных инструментов
безопасности. Сами англичане — творцы Версальско-
го мира, признавали, что этот мир есть источник бу-
дущей войны.
Кто в этом был виноват, кому такое положение
было выгодно? Это положение было выгодно Англии
и США, которые стремились сохранить противоречия
в континентальной Европе, отвлечь внимание фран-
цузов и немцев от иностранных владений Англии и
заставить их разбираться между собой в новой не-
избежной войне. Чем больше кризисов, чем «темнее
вода во облацех», тем авторам «Версаля» было лучше.
Был раньше такой термин — «поджигатели войны».
Что же, его выдумали на Старой площади? Если бы!
Когда в Германии к власти пришел Гитлер, Англия
долго заигрывала с ним, пошла на подписание с Гер-
манией Мюнхенского договора, позволила фашистам
оккупировать Чехословакию и Польшу. И только ког-
да немцы поставили на колени Францию, до англичан
дошло, что игры с Гитлером, попытки быть «ни па-
вой, ни вороной» могут их погубить. Образно говоря,
джинн фашизма, оказавшись выпущенным империа-
листами Европы для расправы с рабочим движением,
74
вышел из повиновения и бросился на своих хозяев.
Поэтому для Лондона задачей номер один, вопро-
сом жизни стало натравить Германию на Советский
Союз.
Англичане никогда не оставляли своих русофобских
лозунгов. Кто не помнит красноречивый пролетарский
кукиш на плакатах: «Наш ответ Чемберлену»? А ведь
в своей ноте 23 февраля 1927 года Чемберлен грозил
нам войной. Генри Детеринг, Лесли Уркварт, кото-
рые потеряли часть своих капиталов в России, другие
крупные английские промышленники финансировали
заговоры против СССР, разжигали в Европе антисо-
ветскую истерию. Единственное, что предотвратило в
конце 20-х годов поход против СССР, — это то, что
англичане, собиравшиеся, как всегда, воевать чужими
руками, не смогли подбить к войне Францию, Герма-
нию, Японию, Польшу. Противоречия между Россией
и Англией усиливал тот факт, разумеется, что СССР
был классовым антимиром Британской империи.
Попытки Сталина сблизить позиции с Англией
на основе противостояния общей фашистской угрозе
перед войной не привели к успеху. Англо-французы
и далее проводили политику, враждебную СССР, а в
ходе советско-финляндского конфликта призывали
к крестовому походу против большевизма, изгнали
СССР из Лиги Наций, в результате чего наша страна
оказалась перед угрозой внешнеполитической изоля-
ции. Мог ли Сталин доверять Англии при такой поли-
тике? Чем Англия в 1941 году была для СССР лучше,
чем Германия?
Вновь обращаясь к попытке исключения Г.К. Жу-
кова из партии, напомню одну из претензий к будуще-
му маршалу: «Принимал дома врага народа Убореви-
ча». Жуков на это резонно отвечал, что он принимал
не врага народа Уборевича, а командующего округом
Уборевича. Также СССР заключал соглашения, тор-
75
говал, сотрудничал не с фашистским режимом, а с за-
конным германским правительством.
В 1939—1940 годах ни Сталин, ни кто-либо дру-
гой не знал и не мог знать, как далеко зайдет Гитлер
в развитии своих бредовых теорий. Концлагеря, то-
тальная война — все это проявилось позже. В Европе
Германия до поры не показывала разбойничьей сути,
тщательно маскировала свои человеконенавистниче-
ские устремления. Еще в 1940 году Сталин говорил,
что Гитлер — уникальная историческая личность, в
его действиях отсутствует единая целенаправленная
линия, политика постоянно перестраивается, часто
бывает диаметрально противоположной, в теоретиче-
ских положениях нацизма царит полная неразбериха.
Инсинуации же насчет пакта о ненападении, за-
ключенного 23 февраля 1939 года между СССР и
Германией, надо прекращать. Пакт обеспечил нашей
стране мир. Не будь пакта, мы бы воевали с Герма-
нией, но не за Родину, а за интересы англичан. Часто
упускают также из внимания то, что Сталин вынудил
Германию подписать с СССР пакт о ненападении без
согласования с Японией. Это в значительной степени
подорвало доверие между Германией и Японией, это
был большой внешнеполитический успех СССР.
Что касается подписания договора «О дружбе и
границе», этичности секретных протоколов, занятия
западных областей Белоруссии, Украины, Молдавии,
а также присоединения Прибалтики, то в условиях,
когда граница России теперь проходит восточнее Ви-
тебска, а на Севастополь претендует НАТО, полагаю,
лучше помолчать.
Нас призывают сокрушаться над судьбой прибал-
тов, которых мы «оккупировали» в 1940 году, а то, что
в Эстонии с 1934 года установилась военная диктатура
Пятса, в Латвии — Ульманиса, в Литве — Сметоны,
что эти фашистские режимы, состоявшие на содержа-
76
нии Запада, были крайне враждебны СССР, молчат.
Диктатуры Пятса, Ульманиса и Сметоны смела с исто-
рической сцены не злая воля Сталина, не стремление
русских к расширению империи, а антинародная по-
литика национального предательства, которую в угоду
иностранным державам проводили эти наполеончики.
В ходе войны зверство литовских и латышских карате-
лей из числа членов националистических организаций
шокировало даже немцев. В октябре 1941 года немец-
кий комиссар г. Слуцка в резкой форме жаловался ру-
ководству на действия 12-го литовского полицейско-
го батальона, «бойцы» которого, по его словам, при
проведении антиеврейской акции проявили массовый
животный садизм, разнесли и разграбили город. Ко-
миссар Слуцка требовал оградить город от этой литов-
ской «воинской» части.
Надо прямо сказать: вхождение в состав СССР —
самая лучшая, исторически оправданная и справед-
ливая участь, которую только могли иметь прибал-
тийские республики. У них не было ни одного шанса
остаться в стороне от мировой войны.
Нам очень важно понимать, что конечной, ис-
тинной целью, с которой Гитлер предложил СССР
подписание данных соглашений, было внести непре-
одолимый раскол в лагерь возможных противников
Германии, а именно Англии, США и России. После
подписания пакта о ненападении Гитлер принялся
втягивать СССР в орбиту Оси Рим—Берлин—Токио.
Причем решение о нападении на СССР уже было им
принято, и Гитлер стремился таким путем лишь ском-
прометировать нашу страну, оттолкнуть от нас потен-
циальных союзников. Даже если бы существовал не
пакт о ненападении, а полноценный договор о союзе,
он не остановил бы фашистов перед агрессией против
СССР. И мы, россияне, должны понимать, что имен-
но внешняя политика Сталина не допустила такого
77
развития событий, предотвратила изоляцию СССР.
В условиях, когда за пактом о ненападении не после-
довало иных выгодных Гитлеру соглашений и уступок
со стороны СССР, пакт в конечном итоге оказался
нашей внешнеполитической победой.
Сталин в 1939 году сформулировал следующие за-
дачи советской внешней политики:
«1. Проводить политику мира и укрепления деловых
связей со всеми странами.
2. Соблюдать осторожность и не давать втянуть в
конфликты нашу страну провокаторам войны, привык-
шим загребать жар чужими руками.
3. Всемерно укреплять боевую мощь Красной Армии и
Военно-Морского Красного Флота.
4. Крепить международные связи дружбы с трудящи-
мися всех стран, заинтересованными в мире и дружбе
между народами».
Вот именно в эту канву и укладывалась внешняя
политика СССР перед войной. Реализуя ее положе-
ния, во второй половине 30-х годов СССР заключил
договоры о взаимопомощи и договоры о ненападении
с Францией, Чехословакией, Китаем.
Заключив пакт, Сталин, естественно, не питал ил-
люзий относительно грядущего развития событий.
Было очевидно, что Германия встала на путь агрес-
сии и рано или поздно столкновение с ней неизбежно.
Еще в 20-е годы Гитлер сформулировал направление
устремлений Германии — движение на Восток. Анти-
коммунизм здесь ни при чем — это был банальный
разбой. Гитлер говорил:
«Это безобразие, что на Востоке Европы существу-
ет столь малонаселенное государство с таким богатым
запасом ресурсов», и далее: «Мотивировка перед миром
78
наших действий должна, следовательно, исходить из
тактических соображений. Но нам самим должно быть
совершенно ясно, что мы из этих областей никогда уже
не уйдем. Создание военной державы западнее Урала ни-
когда не должно встать на повестку дня, хотя бы для
этого пришлось воевать сто лет!»
Даже сегодня вызывает острейшее возмущение —
как мог кто-либо додуматься предлагать в своей про-
паганде раздать нам нашу же собственную землю!
* * *
Другой вопрос, что по предвоенным представлени-
ям, большой войне, а война Германии с СССР могла
быть только очень большой, предшествовало предъ-
явление взаимных претензий, какой-то кризис в отно-
шениях, хотя бы формальный повод. Большая война,
вне всякого сомнения, требовала от обеих сторон про-
ведения мобилизационных мероприятий в экономи-
ческой и военной сфере, серьезной подготовки.
ГИТЛЕР ЖЕ, ПО СУТИ, НЕ ПРОВОДИЛ ПОД-
ГОТОВКИ К НАПАДЕНИЮ НА СССР. Конечно,
отдельные мероприятия СССР наблюдал, но Гитлер
не создавал стратегических материальных запасов, не
проводил мобилизаций, не переводил промышлен-
ность на полную военную загрузку, не снимал из Ев-
ропы всех войск. На что он рассчитывал? Он рассчи-
тывал разбить СССР моментально.
А для этого решающим фактором становилась вне-
запность. Ради внезапности нападения Гитлер всяче-
ски подстегивал двустороннее сотрудничество, кото-
рое к 1941 году для обеих стран имело стратегическое
значение — Германия получала столь необходимые ей
металл и топливо, хлеб. СССР — товары производ-
ственного назначения, промышленное оборудование.
Германией был продан СССР недостроенный тяжелый
79
крейсер, что дало отечественным кораблестроителям
большой толчок в практике строительства крупных
кораблей, которой к тому времени в СССР не было.
Помимо этого, в Германии были заказаны орудия
главного калибра и ряд важнейших механизмов для
линейных кораблей проекта 23 «Советский Союз»,
тяжелых крейсеров проекта 69 «Кронштадт», которые
должны были составить главную ударную мощь совет-
ского океанского флота на ближайшие десятилетия.
Уровень двустороннего сотрудничества подтверж-
дал возможность сосуществования на каком-то этапе
стратегических интересов СССР и Германии. Такое
положение не было похоже на ситуацию, когда может
разразиться большая война, поскольку, повторюсь,
в понимании Сталина такая война требовала тща-
тельной подготовки по всем каналам — и диплома-
тическим, и военным, и экономическим. А Германия
только в апреле закончила кампанию на Балканах,
высадила корпус Роммеля в Африке.
Сталин, со своей стороны, не считал возможным,
чтобы Гитлер собирался разгромить СССР в ходе
молниеносного удара. Такое предположение Сталина
базировалось на знании истинной силы РККА, про-
мышленного потенциала страны, ее мобилизационных
возможностей, настроения советского народа. Сталин
знал возможности и вермахта, оружие, которым тот
был оснащен. Детально изученная перед войной (по
инициативе Германии, кстати) немецкая боевая техни-
ка — истребители «Мессершмитт», бомбардировщики
и штурмовики «Хейнкель» и «Юнкере», танки Т-3 и
Т-4 не произвели на Сталина и наших специалистов
большого впечатления, так как буквально ничем со-
ветскую технику не превосходили.
Сегодня уже является доказанным фактом, что в
основе плана «Барбаросса» лежало авантюрное реше-
80
ние Гитлера. Сталин же, безусловно, не мог в сво-
их рассуждениях допустить, что Гитлер и генералитет
вермахта будут руководствоваться авантюрными по-
зывами, ставить на битую карту судьбу своей страны.
На достижение внезапности, обман советского ру-
ководства были направлены и личные письма Гитле-
ра к Сталину, в которых Гитлер клялся честью главы
государства, что не нападет на СССР. Приведем текст
только одного из нескольких подобных писем:
«Уважаемый господин Сталин! Я пишу вам это пись-
мо в тот момент, когда я окончательно пришел к вы-
воду, что невозможно добиться прочного мира в Европе
ни для нас, ни для будущих поколений без окончательного
сокрушения Англии и уничтожении ее как государства.
Как вам известно, я давно принял решение на прове-
дение серии военных мероприятий для достижения этой
цели.
Однако чем ближе час приближающейся окончатель-
ной битвы, тем с большим количеством проблем я стал-
киваюсь. В немецкой народной массе непопулярна любая
война, война против Англии особенно, ибо немецкий на-
род считает англичан братским народом, а войну между
нами — трагическим событием. Не скрою, что я думаю
так же и уже неоднократно предлагал Англии мир на
условиях весьма гуманных, учитывая нынешнее положе-
ние англичан. Однако оскорбительные ответы на мои
мирные предложения и постоянное расширение англича-
нами географии военных действий с явным стремлени-
ем втянуть в эту войну весь мир убедили меня в том,
что нет другого выхода кроме вторжения на Английские
острова и окончательного сокрушения этой страны.
Поэтому оппозиция моему решению осуществить
вторжение на остров охватила многие слои немецкого
общества, включая и отдельных представителей высших
81
уровней государственного и военного руководства. Судя
по имеющейся у меня информации, подобные настроения
охватили и некоторых генералов моей армии, особенно
тех, у кого в Англии имеются знатные родственники,
происходящие из одного древнего дворянского корня. Эти
генералы, не понимая всю недопустимость подобных
взглядов, когда их стране навязана война, пытаются
сделать что угодно, чтобы сорвать планы вторжения
в Англию.
При формировании войск вторжения вдали от глаз и
авиации противника, а также в связи с недавними опе-
рациями на Балканах вдоль границы с Советским Союзом
скопилось большое количество моих войск, около 80 ди-
визий, что, возможно, и породило циркулирующие ныне
слухи о вероятном военном конфликте между нами.
Уверяю вас честью главы государства, что это не
так.
Со своей стороны я также с пониманием отношусь к
тому, что вы не можете полностью игнорировать эти
слухи и также сосредоточили на границе достаточное
количество войск.
Таким образом, без нашего желания, а исключительно
в силу сложившихся обстоятельств на наших границах
противостоят друг другу весьма крупные группировки
войск. Они противостоят в обстановке усиливающей-
ся напряженности слухов и домыслов, нагнетаемых ан-
глийскими источниками.
В подобной обстановке я совсем не исключаю возмож-
ность случайного возникновения конфликта, который в
условиях такой концентрации войск может принять
очень крупные размеры, когда трудно или просто невоз-
можно будет определить, что явилось первопричиной.
Не менее сложно будет этот конфликт и остановить.
Я хочу быть с вами предельно откровенным. Я опаса-
юсь, что кто-нибудь из моих генералов сознательно пой-
82
дет на подобный конфликт, чтобы спасти Англию от
ее судьбы и сорвать мои планы. Примерно 15—20 июня
я планирую начать массированную переброску войск на
запад с Вашей границы.
При этом убедительнейшим образом прошу вас не
поддаваться ни на какие провокации, которые могут
иметь место со стороны моих забывших долг генералов.
Если же провокации со стороны кого-нибудь из моих ге-
нералов не удастся избежать, прошу вас, проявите вы-
держку, не предпринимайте ответных действий и не-
медленно сообщите мне по известному вам каналу свя-
зи...
Искренне ваш, Адольф Гитлер. 14 мая 1941 года».
Гитлер ведь не случайно считается преступником
перед всем человечеством, включая немцев. Сталин
не представлял себе в тот момент, что Гитлер уже счи-
тает всех политических противников рабами или по-
койниками, с которыми нечего церемониться и при-
держиваться норм морали.
Не думаю, что Гитлеру удалось обмануть Стали-
на в вопросе десанта на Британские острова. Сталин
ведь был не так прост. То, что Гитлеру, высадившись
в Англии, пришлось бы вести войну на уничтожение
британской нации, — это факт. Факт, что для это-
го Гитлеру потребовалось бы переправить в Англию
сотни тысяч солдат с огромным количеством тяжелой
техники. Сталин и наш Генштаб прекрасно знали о
колоссальном превосходстве английского флота над
немецким. Кроме того, в Германии просто физически
не было не только достаточного количества военных
и десантных кораблей, но и вообще каких-либо плав-
средств, способных переправить армию в Британию.
Даже если бы Гитлер мобилизовал по всему рейху
медные тазики, операция «Морской лев» осталась бы
83
только на бумаге. Начиная с 1933 года Гитлер прак-
тически не предпринимал мер к созданию океанско-
го военно-морского флота, который был необходим,
если бы он всерьез собирался воевать с Англией.
Судите сами: в 1940 году соотношение морских сил
Германии и Англии с Францией по новейшим кора-
блям основных классов было следующее:
Класс корабля Англия без доминионов Франция Германия
Линкор 20 158 стволов кал. > 15" 8 40 стволов > 12" 2 16 стволов кал. >15"
Авианосец > 25 ок. 350 самолетов 2 75 самолетов 0
Эскортный ав-сец > 20 0 0
Тяжелый крейсер > 40 7 5
Крейсер 20 10 11
Кроме того, Англия могла выставить из воору-
женного резерва не меньшее количество кораблей
постройки 1910—1920 гг., имела огромный минный
флот и просто не поддающееся подсчету количество
различных вспомогательных судов, плавбатарей и мо-
ниторов и т.п.
Чего же ждал Сталин? Возможно, он ожидал, что
после захвата Крита, Югославии и Греции вермахт
займет Палестину, Египет, выйдет к Персидскому за-
ливу. Это, естественно, повлияло бы на политику та-
ких стран, как Турция, Иран, взорвало бы ситуацию
в Египте и Палестине, дало бы Гитлеру неисчерпае-
мый резерв нефти и вызвало бы смертельный паралич
британской промышленности. Единственный вывод,
84
который можно было сделать, — Гитлер блефует, ис-
пытывает нервы Советского правительства, пытается
обеспечить политическое прикрытие какой-то новой
операции.
Теперь судите сами — мог ли Сталин, зная, как об-
стоит дело в Европе, верить отрывочным и противоре-
чивым донесениям разведки о возможном нападении
Германии на СССР?
Конечно, если бы мы имели перед войной в Гер-
мании настоящую, боеспособную разведку, большой
опыт стратегического, экономического анализа, то,
возможно, СССР и удалось бы получить более досто-
верные сведения о готовящемся нападении.
Однако не следует забывать, что нашей разведке в
Германии противостояло Имперское управление безо-
пасности — СД и гестапо, конторы вполне серьезные.
Нельзя, конечно, сбрасывать со счетов и то, что наша
разведывательная сеть не успела еще вполне восстано-
виться после репрессий 37—38-го годов. В Германии
резиденты перед войной менялись несколько раз, что
приводило к тяжелым последствиям, вплоть до про-
вала и потери связи с важнейшей агентурой. Показа-
телен пример, когда в 1940 году гауптштурмфюрер СС
Вилли Леман прислал в посольство СССР письмо с
вопросом, по какой причине с ним прекращена аген-
турная связь. Связь же была прекращена по причине
отзыва и осуждения прежних кураторов гауптштурм-
фюрера. После восстановления связи Вилли Леман,
ведавший в IV Отделе РСХА охраной секретных объ-
ектов, был ценнейшим агентом СССР.
В разведке шел тот же процесс, что и в РККА. Из
большевистской ЧК советские спецслужбы превраща-
лись в органы госбезопасности, способные защищать
интересы государства Российского, пусть и облечен-
ного в советскую оболочку. У Сталина не было ни-
85
каких оснований доверять прежним агентам, нелега-
лам и сотрудникам резидентур, которые в прошлом
принадлежали к эсерам, анархистам и меньшевикам и
редко носили русские фамилии. Перед войной руко-
водители внешней разведки также менялись несколь-
ко раз: Артузов, Берман, Пассов, Шпигельглас, Фи-
тин. Не станем при этом считать, что большевики и
Сталин развалили разведку — при царе ее как таковой
не было вообще.
Так или иначе, систематической разведывательной
информации о состоянии дел в Германии, возможно-
сти ее подготовки к нападению на СССР не имелось.
Поступавшие сведения о нападении Германии, в том
числе от Рихарда Зорге и Вилли Лемана, не могли пе-
ревесить всей массы противоположных данных.
Между прочим, начальник ГРУ Генштаба Ф.И. Го-
ликов 20 марта 1941 года однозначно доложил Стали-
ну о том, что Германия может осуществить нападение
на СССР после победы над Англией (победы, но не
десанта!), о том, что слухи о возможном начале войны
с Германией инспирированы английской или герман-
ской разведкой. Доклад Генштаба — это не сплетни,
собранные разведчиками у подвыпивших болтунов, —
это комплексный анализ военно-стратегической об-
становки!
Сталин не мог, опираясь на слухи и домыслы, обо-
стрять отношения с Гитлером. Это означало бы без-
думно следовать в кильватере английской политики.
Такой образ действий в Первую мировую уже привел
Россию на грань национального краха.
При этом не будем забывать, что Сталин прила-
гал все усилия к повышению боеспособности армии
и был вправе требовать от нее отражения возможной
агрессии. Гитлер говорил, что если бы Германия не
напала на СССР, через несколько лет никто не смог
86
бы воевать с нашей страной — так немцы были по-
ражены экономикой СССР. Солдаты же таких стран,
как Италия и Румыния, вовсе впали в уныние, когда
увидели, куда они попали и с кем связались. Сам Гит-
лер заявлял, что «создание Красной Армии — гранди-
озное дело, а сам Сталин, без сомнения, — историче-
ская личность совершенно огромного масштаба».
Иными словами, политический курс и соответству-
ющие ошибки Сталина, даже если бы они и имели
место, не снимали с армии и военных ответственно-
сти за обороноспособность СССР. Ясно, почему наши
генералы с радостью ухватились за байку о том, что
Сталин мешал им готовиться к войне, — за боеспособ-
ность Красной Армии ведь отвечали они. Кто не давал
Жукову, Тимошенко, Василевскому совершенствовать
систему управления и связи, налаживать работу ре-
монтных и эвакуационных служб, учить командиров
и бойцов?
Когда началась война, наши командующие в один
голос Сталину твердили: «Вот внезапно Гитлер напал,
так не по правилам, вы нас не предупредили, вот если
бы не внезапно, а то внезапно...», какой, мол, с нас
спрос за 1941-й? Какой спрос за 1942-й? И там Ста-
лин напутал.
Это уже, знаете, не смешно, это уже из серии «если
в кране нет воды...», а еще точнее «Если бы Сталина
не существовало, его следовало бы придумать...».
Генералы действительно подталкивали Сталина к
более решительному проведению подготовительных
военных мероприятий. Василевский позднее писал:
«Хотя мы и были еще не совсем готовы к войне, но
если реально пришло время встретить ее, нужно было
смело перешагнуть порог. Сталин не решился на
это».
Да и что означало «смело перешагнуть»? Это озна-
чало провести мобилизацию, вывести войска в поле,
87
развернуть подпольные органы власти, эвакуировать
семьи военных, занять укрепрайоны. Например, в
феврале—марте 1941 года Тимошенко и Жуков бук-
вально вцепились в Сталина, требуя призвать в ар-
мию приписной состав стрелковых дивизий запад-
ных округов. Сталин вначале категорически отказал,
но под неослабевающим давлением военных в конце
марта санкционировал призыв в армию 500 тысяч ре-
зервистов. Однако главной проблемой боеготовно-
сти Красной Армии была не недостаточная числен-
ность, а слабая индивидуальная подготовка бойцов,
отставание управления и связи, некомплект команд-
ного состава. Дополнительный же призыв в армию
полумиллиона человек требовал по самой меньше
мере 10 тысяч командиров-строевиков, 2 тысячи
командиров-специалистов, большого количества по-
литработников, чекистов, вольнонаемных служащих,
вооружения, экипировки, которых у нас также не
было. То есть при большом политическом риске от
военно-подготовительных мероприятий непосред-
ственный эффект от них был крайне низок.
Еще неизвестно, как реагировали бы такие страны,
как Турция, Япония, Иран, а возможно, и Англия,
если бы СССР начал вовсю бряцать оружием и стра-
щать Германию.
То, что наша страна проводила политику мира,
привлекло к нашей борьбе симпатии всего мира, спо-
собствовало созданию Антигитлеровской коалиции.
Политика Сталина, нашей дипломатии была адек-
ватна ситуации, если и был возможен иной образ дей-
ствий, то он не привел бы к качественному улучшению
положения. Безосновательны и попытки представить
дело так, будто Сталин что-то потом пытался скрыть,
выдумывал какие-то оправдания, сочинял легенды.
В июльском радиообращении, приказах Верховного
Главнокомандующего, беседах с военными Сталин
88
все веши называл своими именами, настолько честно
и откровенно, насколько это возможно в политике.
Поэтому не надо искать в действиях СССР тайный
умысел. Примитивно и несправедливо говорить о том,
что ошибки Сталина привели к столкновению с Гер-
манией, что причиной поражений 1941 года стала вера
Сталина Гитлеру. У военной катастрофы 1941 года со-
вершенно иные причины, речь о которых ниже.
Верховный
Главнокомандующий
Сталин исполнял обязанности Верховного Главно-
командующего Вооруженными Силами СССР с 8 ав-
густа 1941 года по 4 сентября 1945 года. С 30 июня
1941 года он также являлся председателем Государ-
ственного Комитета Обороны, сосредоточившего в
своих руках всю полноту военной и гражданской вла-
сти в СССР. Помимо этого, Сталин занимал пост Се-
кретаря ЦК ВКП(б), Председателя Совета Народных
Комиссаров СССР, Наркома обороны СССР. Все эти
должности не были формальностью, цветистой пате-
тикой титулования, а единственно отражали суть того,
какую работу выполнял Сталин.
В битвах Древности, Средневековья и Нового вре-
мени быть военачальником означало являться воен-
ным вождем, водить полки буквально, обладать не
только, да и не столько стратегическим, тактическим
кругозором, сколько личными качествами: смело-
стью, физической силой. Такими полководцами были
Александр Великий, Цезарь, Святослав, Суворов. Од-
нако на рубеже XVI11—XIX веков на первый план вы-
двинулись полководцы нового типа — полководцы-
организаторы, полководцы-государственники. Та-
кими были Фридрих Великий и Наполеон. Оба они
имели немало талантливых генералов: Зейдлица, Мю-
рата, Нея, Даву. Однако все эти генералы действова-
ли, опираясь на созданные Фридрихом и Наполеоном
90
условия: моральный подъем нации, экономическое
развитие страны, успехи дипломатии.
Сталин явил собой высшее и, по-видимому, недо-
сягаемое проявление такого полководца-государст-
венника.
Как показали бы себя Жуков, Конев или Рокоссов-
ский при Верховном Главнокомандующем вроде Ни-
колая II? Не кто иной, как Сталин, дал нашим воена-
чальникам все средства борьбы: самое совершенное
в мире оружие, изобилие боеприпасов, стабильный
тыл, здоровый моральный климат в обществе, нацио-
нальное единство, внешнеполитическое прикрытие.
Именно эти факторы в итоге оказались решающими,
поскольку недостатка в способных генералах не было
и у немцев. Однако нацистское государство, Гитлер не
смогли создать армии условий для победы, а без них
вся немецкая тактика осталась, по выражению Напо-
леона, «фортификацией на песке». СССР был в годы
войны единым военным лагерем, который насквозь
пронзала воля Сталина. Сталин был полководцем, во-
енным вождем, лидером двухсотмиллионной армии
нашего народа. Ни один полководец в истории не
возглавлял такой армии с таким блестящим успехом.
Часто говорят также: «наш народ выиграл войну».
Однако Первую мировую войну российский народ
не смог выиграть. Можно также подумать, что речь
идет о превосходстве русских над немцами. Это не
так! Немцы вояки не хуже нас, да и работники, будем
справедливы, тоже. В чем же тогда дело?
Наша идеология, которую необходимо рассматри-
вать не как самодовлеющую коммунистическую, а
как сложную социально-патриотическую, оказалась
гораздо сильнее и гибче германского буржуазного на-
ционализма. В результате Сталин в течение войны
мог ставить народу самые различные идеологические
задачи — защиту Отечества, пролетарский интерна-
91
ционализм, демократическую освободительную мис-
сию, мирное сосуществование со странами Запада.
Нацизм же, вогнав германский народ в состояние
истерического транса, не сумел поднять его даже на
защиту фатерланда, поскольку довел грабеж и убий-
ство до уровня национальной идеи, несовместимой
с защитой родины. Немецким солдатам продолжали
твердить о славянских недочеловеках, даже когда их
стали жестоко бить, и каждому ефрейтору оказалось
очевидным превосходство советской военной техники
и духа.
Именно в моральном превосходстве и состоит вы-
ражение «наш народ выиграл войну», однако, если
учесть источник этого превосходства, фраза выглядит
кастрированной без добавления «под руководством
Сталина».
Когда мы говорим об уровне мобилизации страны,
мы, конечно, имеем в виду и те возможности, которые
в этом отношении давала социалистическая форма хо-
зяйства. Безусловно, это доказала сама жизнь, социа-
листическая экономика не совершенна и не способна
в полной мере удовлетворить потребности общества.
Однако применительно к Великой Отечественной
войне следует сказать, что иная форма хозяйства была
бы гибельна для страны. Как известно, в царской
России даже в военный период закупки вооружения и
интендантского имущества для армии осуществлялись
методом торгов. Причем и при царе заказы аккуратно
выполняли только казенные предприятия. Не было ни
одного случая, чтобы вооружение или имущество, за-
казанные за границей или на частных предприятиях
России, были выполнены в полном объеме и точно в
срок. Так, в ходе Первой мировой войны винтовки,
заказанные в США фирме «Ремингтон» и ряду дру-
гих, были поставлены только на 15%, несмотря на
предоплату золотом. Аналогичная ситуация сложи-
92
лась с закупкой гаубиц в Германии во время Русско-
японской войны.
Торги, проводившиеся в России даже в военное
время, неоднократно переносились «по причине неяв-
ки желающих торговаться», в результате чего снабже-
ние армии превращалось в настоящий балаган. Друго-
го слова не подберешь.
Генерал Куропаткин, командующий Маньчжур-
ской армией в 1904—1905 годах, доносил в Генштаб,
что из-за нехватки и безобразного качества обмунди-
рования солдаты вынуждены поголовно носить вместо
шинелей китайские ватные куртки, вместо фуражек —
китайские конические соломенные шляпы, вместо са-
пог — китайские улы. Граф А.А. Игнатьев с горечью
называл русскую армию «толпой оборванцев».
Безусловно, мобилизовать силы страны для отпора
нашествию 1941 года на базе такой экономики, такой
армии и такого снабжения было бы невозможно.
Только в социалистический период нашей исто-
рии, например, можно было осуществить такой ком-
плекс мероприятий, как строительство Беломорско-
Балтийского канала, освоение Северного морского
пути и создание Северного флота. В истории России
лишь Сталин и Петр Великий способны были так кру-
то преображать Россию. Ни стратегического атомного
флота, ни атомного ледокольного флота, ни перспек-
тив освоения богатств Севера, ни норильского нике-
ля — ничего не было бы без подвига нашего наро-
да в сталинский период. Так же как без подавления
стрелецкого бунта, демидовских концлагерей, адового
труда строителей Петербурга не было бы Российской
империи. Какое же мы, пользующиеся сегодня всем
этим богатством, имеем право осуждать поколения,
прошедшие за нас этот крестный путь?
Безусловно, к ошибкам Сталина можно отнести
закладку перед войной серии тяжелых кораблей, ко-
93
торые должны были составить ядро океанского флота
СССР. Однако заблуждением относительно роли тя-
желых артиллерийских кораблей в тот период стра-
дал еще весь мир, наращивая водоизмещение, воору-
жение и бронирование линкоров. Когда в 1940 году
произошли первые столкновения флотов Германии и
Англии, погибли «Бисмарк» и «Худ», советское руко-
водство поняло, что эпоха дредноутов отходит в про-
шлое, и работы по их строительству были останов-
лены.
Говоря о флоте, хочется еще раз подчеркнуть эф-
фективность советской власти как государственного
строя России той эпохи, сталинской кадровой поли-
тики. В русском флоте при царе продвижение офице-
ров по службе не было обусловлено личными успе-
хами, образованностью командиров, а производилось
исключительно по очереди. Изучение иностранных
новинок, самообразование считались опасной при-
дурью, граничащей с вольнодумием. В результате в
русском флоте в XIX—XX веках командные посты
занимали престарелые и невежественные адмиралы.
Исключения без труда можно перечесть по пальцам
одной руки.
Во время Великой Отечественной войны на всех
флотах СССР работали выдающиеся военачальники-
моряки: Н.Г. Кузнецов, Ф.С. Октябрьский, В.Ф. Три-
бун, И.С. Исаков, А.Г. Головко. При этом Наркому
ВМФ Кузнецову в 1941 году было 39 лет, командую-
щему Северным флотом Головко — 36 лет, командую-
щему Балтийским флотом Трибуцу — 40 лет.
Во время войны военные и государственные реше-
ния принимались без треска и помпы. Многие важ-
нейшие совещания высших органов власти, особенно
в начальный период войны, даже не протоколирова-
лись, ряд проблем решался в узком кругу лиц, один на
один, или в телефонном разговоре.
94
Письма, директивы, иные документы, продикто-
ванные или написанные Сталиным, тут же, не пере-
печатывая на машинке, передавали в соседнее поме-
щение — аппаратную особого узла связи. Диктовал
Сталин, как правило, руководителям, приглашенным
по конкретному вопросу. Это совместное творчество
с маршалами и наркомами, которые писали под дик-
товку Сталина, помогало избежать дальнейшего со-
гласования с ними и лишнего бюрократизма. Никакие
машинистки, стенографистки, помощники не присут-
ствовали, даже чай Сталин заваривал и наливал себе
сам.
Сегодня практически не существует фотографий
Сталина за период войны. «Сталин над картой», «Ста-
лин с военными». Все, что мы имеем, — несколько
снимков с конференций Антигитлеровской коалиции,
фото на трибуне Мавзолея во время Парада 7 ноября
1941 года и Парада Победы.
У Черчилля, например, военных фотографий сот-
ни: в самолете, в кабинете, в Кремле, на развалинах
Лондона, с офицерами, с дамами, с королем.
Объяснение простое — Сталину не до того было, а
также и еще раз подчеркивает его подлинное отноше-
ние к внешней, формальной стороне дела.
Влияние Сталина на ход войны раскрывает прежде
всего история боевых действий, качество работы тыла,
обеспечения армии военными материалами, оружием
и боеприпасами. Часто говорят — Сталин, Жуков, да
и вообще русские воевать не умеют, немцев завалили
трупами, армия у них азиатская и т.д. Судите всегда
по результату. Например, в начале 1942 года против
6,2 миллиона германских солдат мы имели 5,5 мил-
лиона в Красной Армии, а закончился 1942 год Ста-
линградским побоищем фашистов. Вывод, по-моему,
очевиден.
95
Детали работы Верховного помогают понять вос-
поминания советских военачальников, партийных и
хозяйственных руководителей, конструкторов воен-
ной техники, а также иностранных политиков, деяте-
лей науки и культуры. Они работали над мемуарами
в различных обстоятельствах, которые нередко дикто-
вали авторам определенные акценты. И тем не менее
хочется подчеркнуть одну общую для них деталь: все,
кто лично так или иначе сталкивался со Сталиным, а
это сотни, тысячи самых разных людей от К.И. Чу-
ковского до А.А. Громыко, не сомневались в вели-
чии Сталина и его огромном человеческом обаянии.
Даже Главный маршал авиации Голованов, бывший
во время войны одним из самых близких сотрудников
Сталина, а после войны уволенный со службы, пере-
бивавшийся случайными заработками и с трудом кор-
мивший семью, оставил о Сталине не просто добрые,
а восторженные воспоминания.
И напротив — те, кто оказался в стороне от вели-
ких свершений нашего народа, не знает настоящего
дела, чье мировоззрение сформировалось не в армей-
ских или трудовых коллективах, а в стерильной де-
кадентской атмосфере высшей школы, с готовностью
нападают на Сталина и его время.
Маршалы и генералы взялись за перо, когда Ге-
нералиссимуса вынесли из Мавзолея, а Хрущев дал
команду его развенчать. В результате ругать Стали-
на стало не просто хорошим тоном, а непременным
условием пропуска книги через фильтры Главного по-
литуправления Советской Армии.
Компетентные органы еще на стадии рукописи
вмешивались в работу авторов, не останавливаясь пе-
ред попытками негласной проверки текстов прослав-
ленных маршалов и генералов на предмет лояльности
новой власти.
96
Повальное увлечение военачальников мемуара-
ми были продиктовано немаловажным обстоятель-
ством — страсть власти к переписыванию истории
могла вычеркнуть из нее не только Сталина, но и лю-
бого из маршалов, так что они естественно стреми-
лись «застолбить» свое место в истории и закрепить за
собой свою долю славы.
Разумеется, самым главным источником о работе
Сталина должны были стать мемуары Г. К. Жукова,
который в 1941 — 1942 годах большинство стратегиче-
ских и оперативных вопросов решал со Сталиным тет-
а-тет. Однако Жуков, находясь в опале, вынужден был
практически не освещать роли Сталина в войне, огра-
ничившись в огромном труде двумя-тремя страница-
ми, посвященными Верховному. Перечисление всем
известных цифр и фактов занимает в «Воспоминани-
ях и размышлениях» в сотни раз больше места, чем
правдивый рассказ о совместной работе со Сталиным,
определившей судьбу войны. Отчасти этот недостаток
ликвидирован в отдельных интервью Жукова.
Трудно винить маршала за стремление выпустить
свою книгу, поскольку были желающие вообще вы-
черкнуть из истории Отечественной войны Жукова.
За это надо бы спросить с политических наследников
Сталина, глумившихся над Маршалом Победы.
И даже несмотря на такие условия, наши воена-
чальники донесли до нас правду, каждое слово ко-
торой давалось не легче укрепленного вражеского
рубежа, — правду о том, каким Сталин был Верхов-
ным Главнокомандующим в Великой Отечественной
войне.
Г. К. Жуков, четырежды Герой Советского Союза,
маршал Советского Союза, заместитель Верховного
Главнокомандующего: «Ум и талант позволяли Сталину
в ходе войны овладеть оперативным искусством на-
97
столько, что, вызывая к себе командующих фронтами
и разговаривая с ними на темы, связанные с прове-
дением операций, он проявлял себя как человек, раз-
биравшийся в этом не хуже, а порой и лучше своих
подчиненных. При этом в ряде случаев он находил и
подсказывал интересные оперативные решения».
К. К. Рокоссовский, маршал Советского Союза и мар-
шал Польши, дважды Герой Советского Союза: «Для
меня Сталин велик и недосягаем. Он для меня ис-
полин».
А. М. Василевский, дважды Герой Советского Союза,
начальник Генштаба: «По моему глубокому убежде-
нию, Сталин является самой сильной и колоритной
фигурой стратегического командования. Он успешно
осуществлял руководство фронтами и был способен
оказывать значительное влияние на руководящих по-
литических и военных деятелей союзных стран. Ста-
лин обладал не только огромным природным умом,
но и удивительно большими познаниями».
М. Е. Катуков, маршал бронетанковых войск, дважды
Герой Советского Союза, командующий 1-й Гвардейской
танковой армией: «Для нас, фронтовиков, имя Стали-
на было окружено безграничным уважением. С этим
именем связывалось все самое священное — Родина,
вера в победу, вера в мудрость и стойкость нашего на-
рода, в партию».
А.И. Покрышкин, трижды Герой Советского Союза,
маршал авиации: «Я выращен Сталиным и считаю,
что если бы во время войны нами руководили слабые
люди, мы бы войну проиграли. Только сила, ум Ста-
лина помогли в такой обстановке устоять».
Что касается многочисленных разговоров о лично-
сти Сталина, о его привычках, склонностях, характе-
ре, то раскрытие этого вопроса останется за рамками
книги. Слишком уж велика масса легенд, окружающих
98
Сталина. Говорят, например, что Сталин на самом
деле был сыном известного путешественника Прже-
вальского, а тот, в свою очередь, отпрыском кого-то
из великих князей или самого императора. Говорят,
что Сталин убил Ленина, Крупскую, свою жену На-
дежду Аллилуеву, своего друга Кирова, своего друга
Горького, Фрунзе, что Сталин был агентом царской
охранки, что имел сросшиеся пальцы ног. Теперь по
прошествии времени, когда поступки Сталина давно
обратились в свершения, все это уже не играет роли.
Конечно, Сталин имел человеческие недостатки:
вспыльчивость, подозрительность, нетерпимость к чу-
жому мнению. Иногда эти качества помогали ему в
работе, иногда наоборот. Да и возможно ли сохранять
полную беспристрастность, объективность, избегать
раздражения, сталкиваясь ежедневно с десятками са-
мых разных людей, с их мнениями, амбициями, темпе-
раментом, давлением? Можно подумать, что Сталина
всю жизнь окружали только лишь святые благочин-
ные отцы, безгрешные, безвинные и беззащитные.
Надо всегда помнить, что все исторические лич-
ности обладают человеческими качествами. Историю
творят люди. Иногда они вспыльчивы, несправедли-
вы, жестоки, пьяны, смешны, но, в конце концов, мы
судим их по делам. А наших исторических деятелей,
наших военачальников, наших вождей мы не только
судим по делам, но и должны любить, как строгих,
иногда невыносимых, но справедливых своих отцов.
От мира к войне
«3 июля 1941 года
Товарищи! Граждане!
Братья и сестры!
Бойцы нашей армии и флота!
К вам обращаюсь я, друзья мои!
/Вероломное военное нападение гитлеровской Германии
на нашу Родину, начатое 22 июня, продолжается. Не-
смотря на героическое сопротивление Красной Армии,
несмотря на то, что лучшие дивизии врага и лучшие
части его авиации уже разбиты и нашли себе могилу на
полях сражения, враг продолжает лезть вперед, бросая
на фронт новые силы. Гитлеровским войскам удалось за-
хватить Литву, значительную часть Латвии, Западную
часть Белоруссии, часть Западной Украины. Фашист-
ская авиация расширяет районы действия своих бом-
бардировщиков, подвергая бомбардировкам Мурманск,
Оршу, Могилев, Смоленск, Киев, Одессу, Севастополь.
Над нашей Родиной нависла серьезная опасность. Как
могло случиться, что наша славная Красная Армия сда-
ла фашистским войскам ряд наших городов и районов?
Неужели немецко-фашистские войска в самом деле яв-
ляются непобедимыми войсками, как об этом трубят
неустанно фашистские пропагандисты ?
Конечно, нет! История показывает, что непобедимых
армий нет и не бывало. Армию Наполеона считали не-
1ОО
победимой, но она была разбита попеременно русскими,
английскими и немецкими войсками. Немецкую армию
Вильгельма в период первой империалистической войны
тоже считали непобедимой армией, но она несколько
раз терпела поражения от русских и англо-французских
войск и наконец была разбита англо-французскими вой-
сками. То же самое нужно сказать о нынешней немецко-
фашистской армии Гитлера. Эта армия не встречала
еще серьезного сопротивления на континенте Европы.
Только на нашей территории встретила она серьезное
сопротивление. И если в результате этого сопротивле-
ния лучшие дивизии немецко-фашистской армии оказа-
лись разбитыми нашей Красной Армией, то это значит,
что гитлеровская фашистская армия также может
быть разбита и будет разбита, как были разбиты ар-
мии Наполеона и Вильгельма.
Что касается того, что часть нашей территории
оказалась все же захваченной немецко-фашистскими
войсками, то это объясняется главным образом тем,
что война фашистской Германии против СССР нача-
лась при выгодных условиях для немецких войск и не-
выгодных условиях для советских войск. Дело в том,
что войска Германии, как страны, ведущей войну, были
уже целиком отмобилизованы, и 170 дивизий, брошен-
ных Германией против СССР и придвинутых к грани-
цам СССР, находились в состоянии полной готовности,
ожидая лишь сигнала для выступления, тогда как со-
ветским войскам нужно было еще отмобилизоваться и
придвинуться к границам. Немалое значение имело здесь
и то обстоятельство, что фашистская Германия нео-
жиданно и вероломно нарушила пакт о ненападении, за-
ключенный в 1939 году между ней и СССР, не считаясь
с тем, что она будет признана всем миром стороной
нападающей. Понятно, что наша миролюбивая страна,
не желая брать на себя инициативу нарушения пакта,
не могла стать на путь вероломства.
1О1
Могут спросить: как могло случиться, что Совет-
ское правительство пошло на заключение пакта о не-
нападении с такими вероломными людьми и извергами,
как Гитлер и Риббентроп ? Не была ли здесь допущена со
стороны Советского правительства ошибка? Конечно,
нет! Пакт о ненападении есть пакт о мире между дву-
мя государствами. Именно такой пакт предложила нам
Германия в 1939 г. Могло ли Советское правительство
отказаться от такого предложения? Я думаю, что ни
одно миролюбивое государство не может отказаться от
мирного соглашения с соседней державой, если во главе
этой державы стоят даже такие изверги и людоеды,
как Гитлер и Риббентроп. И это, конечно, при одном
непременном условии — если мирное соглашение не заде-
вает ни прямо, ни косвенно территориальной целостно-
сти, независимости и чести миролюбивого государства.
Как известно, пакт о ненападении между Германией и
СССР является именно таким пактом.
Что выиграли мы, заключив с Германией пакт о не-
нападении? Мы обеспечили нашей стране мир в течение
полутора годов и возможность подготовки своих воо-
руженных сил для отпора, если фашистская Германия
рискнула бы напасть на нашу страну вопреки пакту.
Это определенный выигрыш для нас и проигрыш для фа-
шистской Германии.
Что выиграла и что проиграла фашистская Герма-
ния, вероломно разорвав пакт и совершив нападение на
СССР? Она добилась этим некоторого выигрышного
положения для своих войск в течение короткого срока,
но она проиграла политически, разоблачив себя в глазах
всего мира как кровавого агрессора. Не может быть со-
мнения, что этот непродолжительный военный выигрыш
для Германии является лишь эпизодом, а громадный по-
литический выигрыш для СССР является серьезным и
длительным фактором, на основе которого должны раз-
102
вернуться решительные военные успехи Красной Армии в
войне с фашистской Германией.
Вот почему вся наша доблестная армия, весь наш
доблестный военно-морской флот, все наши летчики-
соколы, все народы нашей страны, все лучшие люди Ев-
ропы, Америки и Азии, наконец все лучшие люди Гер-
мании — клеймят вероломные действия германских
фашистов и сочувственно относятся к Советскому
правительству, одобряют поведение Советского пра-
вительства и видят, что наше дело правое, что враг
будет разбит, что мы должны победить.
В силу навязанной нам войны наша страна вступила в
смертельную схватку со своим злейшим и коварным вра-
гом — германским фашизмом. Наши войска героически
сражаются с врагом, вооруженным до зубов танками и
авиацией. Красная Армия и Красный Флот, преодолевая
многочисленные трудности, самоотверженно бьются за
каждую пядь советской земли. В бой вступают главные
силы Красной Армии, вооруженные тысячами танков и
самолетов. Храбрость воинов Красной Армии — беспри-
мерна. Наш отпор врагу крепнет и растет. Вместе с
Красной Армией на защиту Родины подымается весь со-
ветский народ.
Что требуется для того, чтобы ликвидировать опас-
ность, нависшую над нашей Родиной, и какие меры нуж-
но принять для того, чтобы разгромить врага?
Прежде всего необходимо, чтобы наши люди, совет-
ские люди поняли всю глубину опасности, которая угро-
жает нашей стране, и отрешились от благодушия, от
беспечности, от настроений мирного строительства,
вполне понятных в довоенное время, но пагубных в на-
стоящее время, когда война коренным образом изменила
положение. Враг жесток и неумолим. Он ставит сво-
ей целью захват наших земель, политых нашим потом,
захват нашего хлеба и нашей нефти, добытых нашим
трудом. Он ставит своей целью восстановление власти
103
помещиков, восстановление царизма, разрушение на-
циональной культуры и национальной государственно-
сти русских, украинцев, белорусов, литовцев, латышей,
эстонцев, узбеков, татар, молдаван, грузин, армян,
азербайджанцев и других свободных народов Советского
Союза, их онемечивание, их превращение в рабов немец-
ких князей и баронов. Дело идет, таким образом, о жиз-
ни и смерти Советского государства, о жизни и смерти
народов СССР, о том, быть народам Советского Союза
свободными или впасть в порабощение. Нужно, чтобы
советские люди поняли это и перестали быть беззабот-
ными, чтобы они мобилизовали себя и перестроили всю
свою работу на новый, военный лад, не знающий пощады
врагу.
Войну с фашистской Германией нельзя считать вой-
ной обычной. Она является войной не только между дву-
мя армиями. Она является вместе с тем великой войной
всего советского народа против немецко-фашистских
войск. Целью этой всенародной Отечественной войны
против фашистских угнетателей является не только
ликвидация опасности, нависшей над нашей страной, но
и помощь всем народам Европы, стонущим под игом гер-
манского фашизма. В этой освободительной войне мы не
будем одинокими. В этой великой войне мы будем иметь
верных союзников в лице народов Европы и Америки, в
том числе в лице германского народа, порабощенного
гитлеровскими заправилами. Наша война за свободу на-
шего Отечества сольется с борьбой народов Европы и
Америки за их независимость, за демократические сво-
боды. Это будет единый фронт народов, стоящих за
свободу против порабощения со стороны фашистских
армий Гитлера. В этой связи историческое выступле-
ние премьера Великобритании г. Черчилля о помощи Со-
ветскому Союзу и декларация Правительства США о
готовности оказать помощь нашей стране, которые
могут вызвать лишь чувство благодарности в сердцах
104
народов Советского Союза, являются вполне понятными
и показательными.
Товарищи! Наши силы неисчислимы. Зазнавшийся враг
должен будет скоро убедиться в этом. Вместе с Крас-
ной Армией поднимаются многие тысячи рабочих, кол-
хозников, интеллигенции на войну с напавшим врагом.
Поднимаются миллионные массы нашего народа. Трудя-
щиеся Москвы и Ленинграда уже приступили к созда-
нию многотысячного народного ополчения на поддержку
Красной Армии. В каждом городе, которому угрожает
нашествие врага, мы должны создать такое народное
ополчение, поднять на борьбу всех трудящихся, чтобы
своей грудью защитить свою свободу, свою честь, свою
Родину — в нашей Отечественной войне с германским
фашизмом.
В целях быстрой мобилизации всех сил народов СССР,
для проведения отпора врагу, вероломно напавшему на
нашу Родину, создан Государственный Комитет Оборо-
ны, в руках которого теперь сосредоточена вся полно-
та власти в государстве. ГКО приступил к своей рабо-
те и призывает весь народ сплотиться вокруг партии
Ленина—Сталина, вокруг Советского правительства
для самоотверженной поддержки Красной Армии и
Красного Флота, для разгрома врага, для победы.
Все наши силы — на поддержку нашей героической
Красной Армии, нашего славного Красного Флота!
Все силы — на разгром врага!
Вперед, за нашу победу!»
В последнее время появились измышления, что
Сталин в начале войны был растерян и государствен-
ными делами не занимался. Это ложь. Г.К. Жуков пи-
сал: «Сталин был волевой человек и, как говорится,
не трусливого десятка. Несколько подавленным я его
видел только один раз — на рассвете 22 июня».
105
Сталину отдавал должное даже враг — Гитлер гово-
рил: «Сила русского народа состоит не в его числен-
ности или организованности, а в его способности по-
рождать личности масштаба Сталина. Наша задача —
раздробить русский народ так, чтобы люди масштаба
Сталина больше не появлялись».
Начиная с 22 июня Сталин принимал по 30 чело-
век в день. Любой руководитель знает, что принять
3 человек со своими вопросами и проблемами уже не-
легко.
Неумные люди вменяют Сталину в вину то, что он
не выступил по радио в первый день войны. Необхо-
димо обратить внимание, что Сталин, зная силу воз-
действия своего слова, вообще редко прибегал к вы-
ступлениям в неясной обстановке. Главной причиной
того, что 22 июня выступал по радио В.М. Молотов,
является надежда Сталина уладить еще дело миром,
поэтому он не хотел сжигать мостов к миру личным
выступлением. Ведь к германскому народу 22 июня
также обращался не Гитлер — Геббельс.
Как выяснилось, это было верное решение Стали-
на, поскольку представить себе 22 июня всю полноту
опасности и сказать народу все, что необходимо, было
невозможно.
Кто-то там услышал, что у Сталина во время чте-
ния речи зубы об стакан стучали. Так этим господам
я прямо скажу — мы, русские, пьем воду не из лужи,
из стакана. И в уборной у нас давно ватерклозет, а не
замерзшее очко, и еще много разного про себя можем
порассказать, да жаль, все это не по теме.
В течение трех недель Сталину и Советскому пра-
вительству пришлось провести огромную работу, пре-
жде чем удалось всесторонне оценить нависшую над
страной опасность, решить многие дипломатические,
мобилизационные и кадровые вопросы.
106
Именно по выполнении данных мероприятий Ста-
лин смог обратиться к народу и сказать ему правду,
призвать его к Отечественной войне. Выступление
Сталина произвело огромный эффект, как и все его
выступления в ходе войны, — полное горькой правды,
предельно конкретное, простое по форме.
Конечно, в первые недели войны Сталин времена-
ми принимал неверные решения, впадал в гнев. Од-
нако вся страна ошибалась, не справлялась, но стойко
противостояла врагу.
В наше время широкую известность получила ле-
генда о том, что Сталин после первых тяжелых по-
ражений на фронте, потери Минска заперся у себя на
даче, не появлялся на работе, пока члены Политбюро
не пришли уговаривать его вернуться. Эту байку, со-
чиненную Хрущевым, даже не надо опровергать — до-
статочно взглянуть на жизнь Сталина, которая была
полна смертельной борьбы и таких кризисов, по срав-
нению с которым потеря Минска — ерунда. Железно-
го Сталина, непреклонная воля которого создала ве-
ликий СССР, пришли уговаривать продолжить борь-
бу Берия, Микоян, Маленков и Коганович? Смешно
просто!
В первые дни войны текущие дела полностью за-
хлестнули Сталина, а от него требовалось не просто
принимать управленческие решения, а рассчитать
силы народа, определить средства для огромной дли-
тельной борьбы. Нельзя было заранее оказаться го-
товым к тому колоссальному бедствию, которое раз-
ворачивалось в те дни. Весь мир перевернулся — вся
расстановка политических сил изменилась, враги пре-
вратились в союзников, соседи — в смертельных вра-
гов. Сталину требовалось спокойно, без нервов обду-
мать исторический опыт нашей страны и наметить
пути выхода из кризиса. Безусловно, происходила пе-
107
реоценка многих ценностей, переосмысление многих
личных установок со стороны самого Сталина.
Относительно причин поражений на фронте ответ
также в основном содержится в выступлении Сталина.
В последнее время стало модно и даже нормально ис-
кать какие-то социальные причины, чуть ли не массо-
вое нежелание красноармейцев воевать и поголовное
неприятие советской власти. Это чушь!
Генерал-полковник Шмидт доносил в сентябре
1941 года Гитлеру: «Молодая интеллигенция из рабо-
чего класса мыслит по-коммунистически. Никто не
должен предполагать, что война приведет к револю-
ции в Советском Союзе». Собственно, нам-то данный
факт и без Гитлера известен — тем, кто подзабыл, на-
поминаем.
Мой дед — гвардии полковник М.П. Журавлев в
1941 году еще красноармейцем был и.о. начальника
связи батальона Тяжелотанковой бригады резерва ГК,
входившей в лучшую танковую дивизию Красной Ар-
мии — 34-ю ордена Ленина и ордена Красной Звезды,
из состава 8-го мехкорпуса Киевского Особого воен-
ного округа. Это был типичный советский парень —
окончил техникум, занимался спортом, считал совет-
скую власть своей властью. Так же думало огромное
большинство красноармейцев — это было поколение
советской молодежи, выросшей на коммунистических
идеалах. Уже в 1937 году 93,5% крестьянских хозяйств
входило в колхозы — о каких крестьянах в армии мож-
но говорить в 1941-м? Это были сельские пролетарии,
так же точно «обструганные» советской действитель-
ностью.
Поэтому говорить надо прежде всего о военном,
организационном и техническом превосходстве гер-
манской армии и недостатках Красной Армии, к чис-
лу которых относились следующие:
108
— план прикрытия государственной границы был
составлен без учета реальных планов вермахта и не
мог предусмотреть боевой обстановки в начале агрес-
сии;
— не был принят единый Мобилизационный план,
а фактический характер мобилизации эшелона при-
крытия был рассчитан на нереально длительный пе-
риод;
— дислокация частей и соединений Красной Ар-
мии, разбросанных по гарнизонам, не позволяла бы-
стро поднять и развернуть войска;
— театр военных действий не был в должной мере
подготовлен: сеть дорог была крайне неразвита, укре-
пленные районы не дооборудованы, а с началом войны
не обеспечены гарнизонами;
— боевые действия начались на земле Прибалтики,
Западной Украины и Западной Белоруссии, где име-
лось антисоветское подполье и разведывательная сеть
врага;
— Красная Армия не имела развернутых тылов,
обеспечения боеприпасами, топливом, питанием, че-
кистским обслуживанием;
— железнодорожный транспорт не был переведен
на режим работы военного времени, выполнял боль-
шой объем народно-хозяйственных перевозок;
— в Красной Армии действовали отпуска, проис-
ходил призыв молодых бойцов и увольнение в запас;
— в местах дислокации Красной Армии находилось
большое количество женщин и детей из состава семей
командиров;
— в моральном отношении советские военнослу-
жащие не считали районы Прибалтики, Западной Ук-
раины и Западной Белоруссии своей Родиной;
— красноармейцам были неясны характер и при-
чины начавшейся войны;
109
— в особых военных округах слабо действовала
авиация, система управления и взаимодействия авиа-
частей была неэффективна;
— механизированные корпуса (главная ударная
сила особых округов) и их командиры не имели опыта
совместного маневрирования и боевых операций, раз-
дутые штаты мехкорпусов не позволяли твердо ими
управлять;
— в мехчастях Красной Армии очень слабо работа-
ла служба техпомощи и эвакуации;
— не была установлена персональная ответствен-
ность за потерю боевой техники;
— совершенно недостаточное внимание уделялось
вопросам связи;
— уровень дисциплины не соответствовал военно-
му времени;
— рядовые бойцы не имели боевого опыта, а ко-
мандиры всех степеней — опыта руководства в усло-
виях войны.
Естественно возникает вопрос: откуда взялось ка-
чественное превосходство вермахта над другими ев-
ропейскими армиями и нашей армией? Дело здесь
не только в мобилизующей составляющей нацизма.
Немцам надо отдать должное — национальные черты
этого народа: упорство, организованность, храбрость
делают их самыми лучшими в Европе воинами. Гер-
мания имела лучшую армию и во время Первой миро-
вой войны. Это факт. Факт также и в том, что слабая,
размагниченная Россия германской армии противо-
стоять не могла. Нам всегда необходимо помнить, что
победа над Германией в поединке один на один могла
состояться только при полной, безусловной и безжа-
лостной мобилизации усилий СССР.
Обратим также внимание на то, что все страны,
которые подверглись нападению в ходе Второй миро-
110
вой войны, оказались неподготовленными к ней. Ни
США, ни Англия, а тем паче Франция, Чехословакия
или Польша ни в политическом, ни в экономическом,
ни в военном отношении не были готовы встретить
войну. В чем тут дело? Дело тут в том, что страна,
которая ни на кого не собирается нападать, а живет
нормальной мирной жизнью, НЕ ИМЕЕТ ФИЗИЧЕ-
СКОЙ ВОЗМОЖНОСТИ находиться постоянно в
состоянии боевой готовности. В 1940 году в общей
структуре промышленного производства СССР доля
военной продукции составляла около 23%, причем эта
цифра уже рассматривалась как экстренная. Если же
СССР пошел бы на перевод своей экономики на во-
енные рельсы, увеличил бы долю расходов на оборону
до 70—80% еще в мирное время, он перестал бы раз-
виваться и надорвался даже без иностранной агрес-
сии.
Как говорится, без личностей, заметим, что сегодня
ряд стран оказывается неготовым к противостоянию
не то что организованному тотальному нашествию, но
и к противодействию каким-то виртуальным сдвигам
на иностранных финансовых рынках.
Особо не вдаваясь в рискованную область, отмечу
также, что при сравнении мобилизационных возмож-
ностей СССР и Германии население СССР считается
все поголовно. Вместе с тем необходимо откровенно
сказать, что по боевым качествам представители раз-
личных республик Союза были далеко не равнознач-
ны. Невозможно было также задействовать в сложной
военной промышленности представителей ряда наро-
дов, культурный и образовательный уровень которых
не соответствовал еще требованиям времени.
Также обстоит дело и в чисто военном аспекте.
Держать войска в полной боевой готовности можно
неделю, ну месяц. Это значит, что в танки и самоле-
ты загружены полные и дополнительные комплекты
111
боеприпасов и топлива, выданы пайки, активно ис-
пользуются моторесурсы и т.д. и т.п. При этом мир-
ная жизнь в приграничной полосе практически ис-
ключается, поскольку огромная масса армии выходит
из городков и расположений, мобилизует транспорт,
«забирает» под себя линии связи, автомобильные и
железные дороги. Полная боевая готовность такой
стратегической массы войск, по сути всей армии, —
это пружина, которая, будучи взведена, должна быть
спущена, а это — война.
Красная Армия была сильна. Не надо думать, что
мы не умели воевать, были, как говорил Жуков, такие
простачки перед войной. Это неверно. Факт, что нем-
цы на тот момент были сильнее во всех компонентах,
во всех звеньях — Генштаб под руководством Галь-
дера и Йодля работал лучше Генштаба Жукова, груп-
пы «Центр» и «Юг» дрались под руководством Клюге
и фон Бока лучше, чем наши фронты под командой
Павлова и Кирпоноса. Гудериан и Клейст били танки
Рябышева и Карпезо, в воздухе какой-нибудь Брен-
дел ь или Киттель сбивали за день по пять наших ис-
требителей. Пока советские штабные работники пе-
чатали приказы, согласовывали с руководителями
служб, подписывали у начальства, немцы без всяких
указаний лезли вперед.
Конечно, известное влияние на начало Великой
Отечественной оказало своеобразие советской воен-
ной доктрины, которая не определяла четко нацио-
нальных интересов и приоритетов, широко пропаган-
дировала интернационализм. Это приводило к дезори-
ентации командиров и красноармейцев, не знавших,
с кем и за что им придется воевать в случае большой
войны. Хотя справедливости ради требуется заметить,
что формирование образа врага никогда не было ха-
рактерно для России. Так было и так будет — ибо в
основе такого мироощущения лежит не беспечность,
1*12
а подлинный интернационализм нашей нации, не пи-
тающей ненависти к иным.
В предвоенный период переоценивался опыт Граж-
данской войны как в области тактики, так и в клас-
совом вопросе. Ошибочно считалось, что основным
преимуществом Красной Армии является ее прогрес-
сивный пролетарский характер, отсутствие внутрен-
них противоречий, близость по духу любому против-
нику — иностранному рабочему и крестьянину в во-
енной форме.
Известно, что военная интервенция в 20-е годы
провалилась главным образом благодаря разлагаю-
щему действию большевистских идей, которыми мо-
ментально заразились в России экспедиционные силы
Антанты и оккупационные войска Германии. Изму-
ченная войной Европа в результате предпочла предо-
ставить Россию собственным заботам, чтобы не при-
шлось гасить классовый пожар у себя дома.
За прошедшее с 20-х годов время социальные про-
тиворечия в капиталистических странах не стали ме-
нее острыми. Более того, именно в 20—30-е годы на
Западе разразился знаменитый экономический кри-
зис — Великая депрессия, который даже аполитич-
ные США превратил в арену ожесточенной классовой
борьбы.
Иначе обстояло дело только с Германией. Совет-
ское руководство недооценило силы нацистской идеи
и не предусмотрело, что эта идеология на опреде-
ленном этапе так же жизнеспособна, как и комму-
нистическая. То есть интернационализм оказался той
самой плетью, которая не смогла перешибить обуха
национализма. В такой оценке проявилась вообще
свойственная большевизму и продиктованная логи-
кой выживания практика, когда идейное отклонение
от марксистско-ленинских догматов и линии партии
считалось ересью, а дискуссия контрреволюцией.
113
Помимо этого, очень важно понимать отличие лю-
бой воюющей армии от невоюющей. В армии воюю-
щей, какой был вермахт, все подчинено целям выпол-
нения боевой задачи, отлажена железная дисциплина,
проведена естественная селекция кадров. В армии
невоюющей, какой была Красная Армия, действу-
ют бюрократические законы: согласования и визи-
рования, многоступенчатые решения, имеется много
командиров-угодников, неспособных воевать.
Вспоминается эпизод, описанный командиром все
того же 8-го мехкорпуса генералом Рябышевым, ког-
да он одного из перетрусивших командиров танковых
полков в боевой обстановке не снимает с должности,
не отдает под суд, а предупреждает о неполном слу-
жебном соответствии.
Во время войны требуется действовать решительно,
не останавливаясь перед самыми крайними мерами,
но перейти этот порог от мирного управления к бое-
вому непросто. Так поступил комкор Рокоссовский,
взломавший окружные оружейные склады, буквально
реквизировавший автотранспорт и оружие.
Следует учесть, что операциям с применением
крупных маневренных механизированных соеди-
нений, каким был блицкриг, вообще невозможно
противопоставить пассивную оборону. Это доказали
операции Красной Армии на Днепре, в Белоруссии
и Польше. Тогда вермахт был силен, прекрасно готов
к боям, ожидал ударов, но все же ничего не мог по-
делать, когда операция переходила в стадию нарас-
тания. Платные наемники русофобов, всяческие пре-
датели, подвизающиеся на писательском поприще,
носятся со знаменитой запиской А.М. Василевского
об упреждающем ударе. Вот, мол, она, агрессивная
суть Москвы. Все здесь на самом деле просто, как
мычание коровы. Заместитель начальника Оператив-
ного управления Генштаба РККА генерал-майор Ва-
114
силевский просто не находил ИНОГО решения для
прикрытия границы — только наступление, превен-
тивный удар.
Чтобы убедиться в обоснованности такой точки
зрения, представим себе, каков был бы результат,
если бы 200 дивизий Красной Армии, 10 тысяч тан-
ков, 10 тысяч самолетов обрушились бы в один день
всей мощью на вермахт в январе—феврале 1941 года,
когда немецкие войска были еще разбросаны от Кри-
та до Нарвика.
Этими соображениями был обусловлен и принятый
фактически план прикрытия государственной грани-
цы. Кое-кто ерничает над задачей, которая ставилась
нашим войскам на 23—24 июня, — взять Люблин и
чуть ли не Варшаву. Иногда возникает ощущение,
что этот план был принят под влиянием бравурных
маршей полными военными профанами или являет-
ся следствием натурального вредительства. На самом
деле то был единственный путь — наступать, бить
влет, пока немец еще не развернул всех своих сил.
В противном случае оставалось занимать позицион-
ную оборону или отступать. И то и другое было бы
самоубийством.
Большую роль в первых неудачах сыграло и то, что
вновь созданные в Прибалтике, Западной Украине и
Белоруссии органы партийной, советской власти и
НКВД оказались не на высоте положения, практиче-
ски не оказав помощи армии, уходили на Восток.
Именно на такое начало войны были направлены
лживые письма Гитлера — типичная психология бан-
дита, который бьет сзади. Судите сами — даже в самой
благоприятной обстановке требуется несколько дней
для того, чтобы определить направления и силу уда-
ров противника, характер его группировок, возмож-
ность наращивать удар, требуется выявить все это при
помощи разведки, обработать, выработать решения,
115
передать их в войска! А противник в сутки отмахивает
по пятьдесят километров!
Напомню, что вторые эшелоны войск пригранич-
ных округов располагались по линии Псков—Минск—
Житомир—Винница, и, прежде чем они успели выдви-
нуться для отражения агрессии, немцы практически
разделались с войсками первого эшелона прикрытия.
В результате и образовалось то самое подавляющее
преимущество противника в силах и средствах. Да, на
бумаге численность войск Особых округов, количе-
ство танков и самолетов в них выглядело внушитель-
но, однако фактически наши войска вынуждены были
вступать в бой по частям.
Приведем пример. На Западном фронте части 4-й
армии и 14-го мехкорпуса Красной Армии, прикры-
вавшие границу в районе Бреста, 22 июня подверглись
удару 43, 12, 18, 53, 35-го армейских корпусов, 47, 24,
46-го механизированных корпусов немцев. КАЖДБ1Й
из немецких корпусов по численности и оснащению
был эквивалентен нашей 4-й армии. Разгромив вой-
ска 4-й армии еще на выходе из городков, блокировав
часть их в Бресте, немецкая группировка 26 июня по-
лучила контрудар одного нашего 17-го мехкорпуса и
сводной корпусной группировки из района Ганцеви-
чей. На следующий день в районе Столбцов немецкая
группировка отразила удар части 20-го мехкорпуса и
28 июня подошла к Минску. Практически пригра-
ничное сражение на Западном направлении было за-
вершено, и на всем его протяжении, как мы видим,
немцы имели почти десятикратное численное превос-
ходство над нашими войсками при безусловном каче-
ственном превосходстве. Не станем также забывать,
что наши части, выходившие из казарм, не имели ни
тыла, ни авиационной поддержки.
В годы советской власти слабая работа нашей авиа-
ции в начале войны, потеря большого количества са-
116
молетов объяснялись тотальным их уничтожением на
земле в результате внезапного удара люфтваффе. Не-
обходимо сказать, что по-настоящему неожиданный
первый удар не мог, конечно, лишить боеспособно-
сти 7-тысячную группировку советских ВВС эшелона
прикрытия.
Немецкие ВВС имели в своем составе против СССР
около 4,4 тысячи боевых самолетов и решали кроме
борьбы с нашей авиацией задачи разведки, пропаган-
ды, штурмовки войск, бомбардировок городов и объ-
ектов. Они физически не могли атаковать все совет-
ские аэродромы на гигантском фронте в один день.
Помимо этого, эффективность бомбометания и
штурмовки оставалась во время Второй мировой вой-
ны, особенно в начальный ее период, очень невысо-
ка. Это было связано со слабым еще развитием авиа-
боеприпасов, относительно неэффективными систе-
мами наведения на цель и прицеливания. На практике
в ходе войны для достижения каких-либо ощутимых
результатов на поле боя требовались многодневные,
а подчас и многомесячные методичные и тщательно
организованные авиаудары.
Сегодня находятся деятели, которые делают из
этого противоречия вывод, что, не будучи уничтожен-
ными на земле внезапным ударом, наши авиачасти,
наши летчики просто разбежались, бросив матчасть.
Это, конечно же, не верно.
В чем же дело?
Первое. Авиачасть не может существовать без тыла.
Это специфика авиации. Самолет во время боевых
действий требует ежедневных заправок, текущего ре-
монта после КАЖДОГО БОЕВОГО ВЫЛЕТА, обе-
спечения боеприпасами, замены испорченных систем
вооружения, регулярной проверки и пристрелки ору-
жия. Все эти виды обслуживания должны функциони-
117
ровать в условиях полевых аэродромов и бесперебой-
но пополняться.
Второе. Авиация — это тоже род войск, которому
также требуются разведка и управление. В боевой об-
становке в районе действия авиачасти должны быть
выброшены посты авиаразведки, наведения и коррек-
тировки, предупреждения ПВО, офицеры связи долж-
ны быть прикреплены к соответствующим полевым
частям, с которыми предстоит осуществлять взаимо-
действие. Только прочно встав на землю, командир
авиасоединения может вести сражение в воздухе.
Третье. Любое сражение, скажем Курская битва,
длившееся всего около месяца, выводит из строя не
меньше 50% летчиков и самолетов. Разумеется, в ходе
приграничного сражения 1941-го уровень боевых по-
терь был даже выше. При этом в ходе той же Курской
битвы с авиазаводов литерными поездами, часовая
задержка которых каралась отправкой в штрафной
батальон, потоком шли истребители, штурмовики и
бомбардировщики. В полевых условиях были развер-
нуты огромные мощности по обслуживанию и ремон-
ту самолетов, к которым по мобилизации привлекли
из авиапромышленности десятки тысяч высококвали-
фицированных специалистов. К воздушным соедине-
ниям действующей армии были прикреплены ПРО-
Сы (полки резерва офицерского состава), маршевые
части для пополнения рядового и младшего команд-
ного состава авиачастей. В результате самые катастро-
фические потери самолетов и летчиков восполнялись
Красной Армией в кратчайшие сроки, практически
на ходу.
Очевидно, что к началу войны иметь развернутой
систему, которая бы обеспечила тыл, управление и по-
полнение ВВС, не представлялось возможным. А пото-
му наша авиация, потеряв определенное число машин
118
на земле, в воздушных боях, из-за поломок и аварий и
других обозначенных факторов, просто РАСТАЯЛА.
Не единственной, но, безусловно, определяющей
коренной причиной разгрома авиации пригранич-
ных округов явился именно мирный режим службы
авиачастей, войскового тыла и нашего государства в
целом.
Германский блицкриг был основан на страхе. Без-
жалостным бомбардировкам подвергались прежде
всего населенные пункты. Агенты абвера — это не вы-
думка, а реальность. Так, при нападении Германии на
Польшу распространились слухи о жестокости обра-
щения немцев с местным населением; говорили, что
фашисты сбрасывают с самолета ядовитые конфеты,
отравляют воду и скот. Людям казалось, что вопло-
тилась казнь египетская. Слухи, соединенные с ревом
пикирующих на города «Юнкерсов-87», вызывали па-
нику у населения, дезорганизовывали работу властей,
провоцировали массовое бегство гражданских лиц,
потоки которых запруживали дороги и мосты, демора-
лизуя своим видом идущие к фронту войска, создавая
у них иллюзию неминуемой катастрофы.
В СССР толпы беженцев были полны немец-
ких агентов и диверсантов, которые уничтожали ли-
нии связи, сеяли панику, убивали командиров. Так,
22 июня 1941 года был убит командир 22-го мех-
корпуса Юго-Западного фронта генерал-майор А.И.
Кондрусев. Во главе корпуса, насчитывавшего толь-
ко танков 700 штук (!), оказался начальник штаба,
по званию полковник. Для примера: 5-я танковая ар-
мия, схватившаяся под Прохоровкой с фашистами в
1943 году, имела около 650 танков, на которых при-
ходилось 6—7 генералов! Неудивительно, что корпус
Кондрусева, потеряв единственного генерала, оказал-
ся неуправляемым. Вот оно, сталинское «кадры реша-
ют все» — это было с болью сказано, поскольку легче
119
оказалось наделать танков, чем вырастить команди-
ров, генерал — не взводный, генералов-то училища не
готовят! И дело тут нс в репрессиях, которые якобы
обезглавили армию. Военачальник рождается в сраже-
ниях, и только в сражениях, а войн-то не было! Кто на
июнь 1941 года у нас имел боевой опыт командования
соединениями? Жуков, Тимошенко, Павлов. Ну, вот
и все, пожалуй. Позднее, когда Красная Армия год от-
воевала, недостаток в командирах отпал сам собой.
Сейчас уже приучили народ считать, будто вся
довоенная наша боевая подготовка — это сплошное
шапкозакидательство, «двойным ударом на удар, ма-
лой кровью», «броня крепка, и танки наши быстры»
и т.п. Это совершенно неправильный, искаженный
подход. И Сталин, и военное руководство, и прави-
тельство делали все, чтобы армия соответствовала тре-
бованиям современной войны. Сам Сталин буквально
еженедельно выступал перед различными аудитория-
ми военных и подробно с ними беседовал. Вот только
некоторые из высказываний Сталина в адрес военных,
сделанных в 1940 году:
«...у нашего бойца не хватает инициативы. Индиви-
дуально он мало развит. Он плохо обучен, а когда человек
не знает дело, откуда он может проявить инициативу,
и поэтому он плохо дисциплинирован. Нам нужен новый
боец. Его нужно и можно создать: инициативного, ин-
дивидуально развитого, дисциплинированного».
«...не достаточно, что политработник на словах бу-
дет твердить «партия Ленина-Сталина», все равно,
что аллилуйя-аллилуйя. Он должен быть политиче-
ски стойким, политически образованным, культурным,
знать военное дело».
«...Гражданская война — это не настоящая война,
потому, что это война без артиллерии, без авиации, без
танков, без минометов... за все существование совет-
120
ской власти мы настоящей войны еще не вели. Мелкие
эпизоды в Маньчжурии, у озера Хасан или в Монголии —
это чепуха, это не война...».
«...армию надо изо дня в день совершенствовать.
Любой политик, любой деятель, допускающий чувство
самодовольства, может оказаться перед неожиданно-
стью, как оказалась Франция перед катастрофой».
«...надо признать, что пока у Германии лучшая ар-
мия в мире... Немецкие танки в массе превосходят наши
танки, но наши талантливые конструкторы создали
средний танк Т-34 и тяжелый танк КВ, которые пре-
восходят по своим боевым качествам аналогичные не-
мецкие танки. К сожалению, их еще мало. Надо при-
знать, что пока у немцев лучшая в мире авиация».
«...уроки Финской войны очень суровые. Надо при-
знать, что они показали — Красная Армия не подготов-
лена к ведению современной войны. Принимаются экс-
тренные меры в целях устранения серьезных недостат-
ков военной техники и боевой подготовки войск».
Более полно и адекватно, по-моему, ситуацию пе-
ред войной представлять было просто невозможно,
и Сталин ориентировал военных на решение совер-
шенно конкретных проблем, которые здесь все пере-
числять нет смысла. Больше ничего глава государства
делать не должен был и сделать и не мог!
Что же касается бравурных маршей и громких ло-
зунгов, то это не более чем контрпропаганда. Фаши-
сты стремились запугать противников слухами о своей
непобедимости, о германской военной машине, поэ-
тому советская пропаганда ставила обратную задачу —
поднять боевой дух, не бояться врага.
На тех участках фронта, где фашисты не могли
применить быстрые прорывы, дезорганизовать наш
тыл, выйти на оперативный простор, а где требова-
лось решить вопрос «кто кого?», как говорится, лицом
121
к лицу, преимущество вермахта над Красной Армией
не проявлялось в резкой форме. Не мог в силу геогра-
фического фактора сработать блицкриг на Севере, под
Одессой и Севастополем, под Таллином, — и немцы
терялись — не находили решения, а в районе Мур-
манска вообще не смогли перейти государственную
границу СССР.
Именно воздействие морального фактора сыграло
на начальном этапе войны роковую роль в развитии
событий. При этом колоссальное значение имел тот
факт, что расположения наших войск были полны се-
мей командиров. Психологически понятно, что в пер-
вые дни войны наши командиры в существенной сте-
пени были озабочены безопасностью близких. Имен-
но в защите детей и жен видели они свою задачу. Это
совершенно нормально и объяснимо, и, конечно, на
эту уязвимость наших воинов рассчитывал коварный
враг. Немецкие-то фрау и киндеры были далеко, а если
бы они погибали под бомбами и гусеницами танков,
метались по дорогам в поисках спасения, фашистам
было бы не до блицкрига. Разумеется, вывезти еще
до войны в глубь страны сотни тысяч членов семей
военнослужащих западных округов, а вместе с ними,
кстати, и членов семей партийных, государственных и
милицейских работников было абсолютно невозмож-
но. Такую точку зрения полностью подтверждает тот
факт, что после войны офицеры ГСВГ и других групп
Советских ВС в Европе не имели права привозить к
местам службы свои семьи.
Поэтому пинать наших командиров, переживших
страшные дни, потерявших своих родных, — престу-
пление. Трагедия 1941 года для нас источник справед-
ливого гнева и ненависти к тем, кто использует по-
добные методы войны.
Так, по-разбойничьи, Германия разгромила Фран-
цию и Польшу. Так она намеревалась разгромить и
122
СССР. Гитлер просчитался, полагая, что в СССР, как
в европейских странах, падет политический режим,
как только обозначатся результаты блицкрига.
Сегодня нередко проводятся параллели между
Великой Отечественной и Первой мировой война-
ми. Даже В.С. Пикуль в свое время вопрошал — как
же так, при царе русская армия не пустила врагов в
Россию, а при большевиках немцы дошли аж до Ста-
линграда. Не надо забывать, что в 1941 году не было
300 дивизий Антанты на реке Марне и Сомме, а на
Востоке немцы имели не 120 дивизий, а 270.
А второго фронта не было, в частности, оттого, что
первоклассная армия богатой Франции была разбита
вермахтом за неделю, армия Дании за полдня (убито
13 датских солдат), а Норвегии — за несколько часов.
В отношении же личной вины Сталина в пригра-
ничном поражении армии можно сказать, что в первые
недели войны он вообще не навязывал Тимошенко и
Жукову никаких решений оперативно-стратегического
свойства. Приграничное сражение вплоть до потери
Минска Тимошенко и Жуков провели самостоятель-
но, выбирая направления и силу контрударов и только
лишь информируя Сталина.
Кстати, Тимошенко до конца июля и формально
оставался главнокомандующим. И это, безусловно,
тоже не спонтанное решение Сталина, не попытка
уйти от ответственности в самый тяжкий момент, так
как самый тяжкий момент еще к тому времени не на-
стал.
Да, вермахт в приграничном сражении разгромил
наши войска. Но кто, кроме врага, будет виноватить
армию, которая, истекая кровью, защищает родную
землю?
Немцы очень любили изображать на своих листов-
ках пленных красноармейцев, «вырвавшихся из ком-
мунистического ада», пытаясь внушить каждому чест-
123
ному солдату, что он единственный, кто остался на
своем посту. Не эту ли цель преследуют те современ-
ные авторы, произведения которых тщатся убедить
нас, что Сталин испугался и искал мира, а наша армия
разбежалась, бросая все, впав в панику, сдавая без боя
города и радуясь освобождению от сталинизма?
Поэтому для нас твердить «виноват Сталин» — то
же, что в 1941-м было кричать «нас предали!». Мы,
россияне, имеем достаточно мужества, чтобы не ва-
лить вину на дядю, а сделать выводы из горького и
тяжелого урока 1941 года.
От Минска до Москвы
первые недели войны особое беспокойство Ста-
лина и военного командования вызывала обстановка
на Западном направлении. Здесь танки Гота и Гуде-
риана, окружив войска 10-й и 3-й армий Западного
фронта, 28 июня после упорных боев взяли Минск.
Обстановка на других фронтах тоже не радовала.
И все же на Северо-Западном направлении немцы к
1 июля еще не форсировали Западную Двину, а на
Юго-Западном продолжалось упорное сражение в
районе Луцк, Львов, Дрогобыч. Командующим Ф.И.
Кузнецову и М.П. Кирпоносу удавалось достаточ-
но твердо руководить войсками, отводить их в глубь
страны, усиливать за счет подкреплений.
Командующий же Западным фронтом Д.Г. Павлов
потерял управление войсками. Штаб Западного фрон-
та не знал местоположения целых армий, войсками
не управлял, приказы Павлова зачастую оставались
только на бумаге. Генштаб, в свою очередь, сутками
не имел связи с Западным фронтом и не мог получить
от Павлова доклада о происходящих событиях. Войска
Западного фронта в тяжелейшей обстановке были вы-
нуждены на свой страх и риск выполнять довоенный
план прикрытия Государственной границы, без связи,
без разведки, без тылового обеспечения, без авиаци-
онной поддержки.
125
Принято считать, что Сталин пытался свалить на
Павлова ответственность за приграничный разгром.
При этом на Киевском направлении, в Прибалтике
дела складывались тоже далеко не просто, тяжелая си-
туация была на Балтийском флоте в связи с потерей
баз в Прибалтике. Поэтому предание Павлова суду
ничего не объясняло и ответственность ни с кого не
снимало. Да и в речи Сталина нет ни слова о враж-
дебных элементах, саботажниках и тому подобном, а
неудачи объясняются совсем иными причинами.
Необходимо четко понимать, что Дмитрий Григо-
рьевич Павлов был осужден и расстрелян за то, КАК
он работал на посту командующего Западным фрон-
том. Правда состоит в том, что главной причиной
полного разгрома войск фронта, потери танковых и
авиационных частей, пленения большого числа наших
солдат стал полный паралич управления. При этом
считается, что Павлов сам просил Сталина назначить
его командующим округом с кабинетной должности
начальника Главного Автобронетанкового управления
Красной Армии.
Характерно несовпадение показаний на суде
Д.Г. Павлова и бывшего командующего 4-й армией
генерала А.А. Коробкова. Павлов утверждал, что в мае
1941 года направил генерала В.С. Попова к Короб-
кову с приказом до 15 мая вывести из Бреста четыре
дивизии 4-й армии. По словам Павлова, командарм
Коробков самовольно не выполнил этого приказа, в
результате чего войска оказались запертыми в Брест-
ской крепости и погибли. Трудно представить себе,
как Коробков мог не выполнить такого серьезного
приказа Павлова. Однако еще больше непонятно, как
Павлов мог не заметить того, что его приказ подобно-
го масштаба остался невыполненным. Данный эпи-
зод, по-моему, очень красочно раскрывает качество
*126
работы Павлова, которое иначе как халатностью на-
звать трудно.
Задумывался ли Сталин о злом умысле в действиях
Павлова? Я полагаю, что в дни после падения Минска
Сталин не мог не думать о поведении высшего гене-
ралитета. Это сегодня мысль о том, что Тимошенко
и Жуков в условиях начавшейся войны могли дого-
вориться с немцами, открыть фронт и установить в
СССР военно-фашистский режим, кажется бредовой.
Тогда же Сталину приходилось иметь в виду и такие
варианты, ибо политикой — искусством возможного
он владел в совершенстве.
Надо также сказать, что летом 1941-го как-то неза-
метно была выведена из войны Финляндия. Формаль-
но перемирие между нашими странами было заключе-
но только в 1944 году. Однако Сталин через англичан
намекнул финнам, что воевать с СССР — значит в
случае нашей победы потерять Финляндию как госу-
дарство. И Финляндия, несмотря на категорические
требования Гитлера, заняв потерянные ею в 1940 году
территории, с СССР почти не воевала. «Умиротворе-
ние» Финляндии было только одним звеном в цепи
побед советской дипломатии в 1941 году. 10 августа
1941 года Советское правительство сделало Заявление
об уважении территориальной целостности Турции,
поддержанное Англией. В этом документе две великие
державы крайне осторожным дипломатическим язы-
ком рекомендовали Турции ради собственной выго-
ды держаться в стороне от войны. Не удалось Гитлеру
также втянуть в войну с СССР и Японию. Благодаря
правильной политике советского руководства внешне-
политический фон германской агрессии складывался
совершенно не так, как рассчитывал Гитлер. Причем
надо понимать, что наши внешнеполитические успехи
возникли не на пустом месте, а стали естественным
127
продолжением и прямым следствием довоенной по-
литики СССР и Сталина.
Взяв Минск, германские войска устремились к
Смоленску — древнему русскому городу, издревле
считавшемуся ключом к Москве.
Собственно, определенная растерянность Сталина
проявлялась в непонимании, куда исчезают дивизии и
корпуса, тысячи танков и самолетов, которые он от-
правлял на фронт. Почему действия Красной Армии
так неэффективны? Ведь в Смоленском сражении
генералам уже сложно было объяснить неудачи вне-
запностью нападения. Пытаясь переломить ситуацию,
власти применяли пропаганду и партийный контроль
в возрастающих пропорциях.
До самой Москвы Сталин, мотивируя военных, на-
легал в основном на моральный фактор, часто менял
командующих фронтами и армиями, пока не убедился
в том, что причины наших поражений носят систем-
ный характер и для их устранения требуется методич-
ная работа. При этом у Сталина вызывали негодова-
ние попытки военных загородить надвигающуюся на
страну катастрофу забором из военных терминов и
под отступление подвести теоретическую базу.
Сталин считал крайне важным защищать Смоленск,
зная из истории значение города при иностранных
нашествиях, и выбил из Тимошенко заверение о том,
что Смоленск сдан не будет.
Смоленское сражение по протяженности фрон-
та было одним из крупнейших за время войны, оно
развернулось по всей ширине Белоруссии от Великих
Лук до Чернигова. При этом характер сражения на
Днепре был совершенно иным, чем на границе. Здесь
уже Западный фронт под командованием Тимошенко
показал определенный характер, правда, немцы, опья-
ненные победами, этого не заметили. Героически дра-
128
лись части генерала Романова из состава 13-й армии в
районе Могилева, постоянно атаковали врага, попав-
шие в окружение части 20-й и 16-й армий под Смо-
ленском, жестокие удары получили немцы от войск
оперативных групп генералов Качалова и Масленни-
кова, 62-го стрелкового корпуса генерала Петровско-
го. 14 июля реактивная батарея капитана Флерова на-
несла удар по Оршанскому железнодорожному узлу из
установок «БМ-13», легендарных наших «катюш».
Однако ни наше военное командование, ни Крас-
ная Армия в целом не могли еще добиться успеха в
столь крупном, сложном в смысле управления сра-
жении. Теперь главным фактором успеха гитлеровцев
стала не внезапность, а качественное превосходство
над нашей армией. Это факт, ничего с ним не поде-
лаешь. Кроме того, разумеется, сохранялось и суще-
ственное количественное превосходство противника,
особенно в танках и авиации.
Не будучи профессионалом в военном деле, Сталин,
я думаю, именно при потере Смоленска нутром по-
нял, что противопоставить тотальной истребительной
войне немцев можно только запредельную, скифскую
самоотверженность. Важно, что Сталин не сорвался
на репрессии, не стращал генералов беспрерывно рас-
стрелом, а становился все более человечным с ними.
И в те страшные дни Сталин не приказывал, а больше
просил. Звоня Жукову под Ельню, Сталин говорил:
«Очень прошу Вас согласиться отдать авиацию на Юг.
Я могу вам взамен дать полк Яков». Стиль работы Ста-
лина был деловой, без нервозности. Сталин, вопреки
установившемуся мнению, никогда не ругался матом.
Даже в самые критические минуты в личном общении
он не выходил из пределов корректности.
Однажды уже в 1943 году по вине промышленно-
сти фронту были поставлены несколько сотен истре-
129
бителей Як с дефектной обшивкой. Вот-вот должна
была начаться Курская битва, и Сталин был вне себя!
Он назвал Яковлева «гитлеровцем», но без крика,
мата. Через минуту Иосиф Виссарионович успокоил-
ся и перешел к вопросу устранения дефектов. Трудно
представить себе, чтобы Сталин кого-либо унижал,
материл, «накачивал».
У Сталина не было никакой капризной, дикта-
торской гневливости — наказания следовали, как
правило, за дело. Маршал артиллерии Н.Д. Яковлев
вспоминал, как однажды в годы войны во время со-
вещания в кабинет Сталина прибыл один из коман-
дармов, вызванный в Ставку. Когда генерал вошел,
присутствующие обомлели — он был мертвецки пьян,
шатаясь прошел к столу, ухватился за край.
«— Вы как будто не здоровы? — мягко спросил Ста-
лин.
— Да, — еле проговорил генерал.
— Ну, тогда мы с вами встретимся завтра, — ска-
зал Сталин и отпустил генерала.
Когда дверь закрылась, Сталин заметил, ни к кому,
собственно, не обращаясь:
— Товарищ сегодня получил орден за успешно про-
веденную операцию. Что будет вызван в Ставку, он,
естественно, не знал. Ну и отметил на радостях свою
награду. Так что особой вины в том, что он явился в
таком состоянии, считаю, нет...».
Как раз в эти дни от Минска до Москвы, когда
нервы у всех были на пределе, когда история отсчи-
тывала нам последние дни, когда ни Жуков, ни Тимо-
шенко, ни тем более Рокоссовский и Конев не могли
найти нужных ответов и решений, Сталин показал
себя, по выражению Рокоссовского, исполином. Спо-
130
койная мудрость, сила духа и вера Сталина были в те
горькие дни для наших людей решающим источником
силы для противостояния врагу.
И всякий раз, когда немцы добивались очередного
тактического успеха, перед ними вместо оперативно-
го простора возникал уже подготовленный Сталиным
новый стратегический эшелон обороны.
Смещение Жукова
С подачи кинематографистов широко стал известен
эпизод, когда Г.К. Жуков, докладывая Сталину о по-
ложении на фронтах, предложил нанести контрудар
под Ельней, а войска Юго-Западного фронта отвести
за Днепр, сдав Киев. Сталин взорвался и воскликнул:
«Какие еще контрудары? Что за чепуху вы мелете! Как
вы могли додуматься сдать врагу Киев?» Жуков, по
его собственным воспоминаниям, не сдержался, по-
требовал отставки и отправки на фронт хотя бы ко-
мандиром дивизии.
— Не горячитесь! — осадил его Сталин. — А впро-
чем, если так ставите вопрос, мы подумаем, куда вас
направить. Вы говорили про контрудар под Ельней —
вот и займитесь этим делом. Мы назначаем вас ко-
мандующим Резервным фронтом.
Этот пример часто приводят, если хотят показать
военную безграмотность Сталина, его стремление на-
вязать профессионалам дилетантскую точку зрения.
Изображают, будто бы Сталин снял Жукова в порыве
гнева, словно капризный ребенок. Это не так.
Неожиданное решение Сталина только выглядит
неожиданным. На самом деле Сталин — не тот чело-
век, который бы сводил счеты с Жуковым, когда нем-
цы рвались к Ленинграду и Киеву. Решение о замене
начальника Генштаба просто назрело.
132
Перед войной, в условиях мирного времени, Гене-
ральный штаб исполнял руководство войсками через
свои управления и отделы. Генштаб возглавлял армию
даже в большей степени, чем Наркомат обороны. И с
началом войны Жуков, естественно, понимал свою
задачу в должности Начгенштаба, как руководство
войсками. Вспомним, как Сталин в первые дни войны
отправил Жукова в штаб Юго-Западного фронта, а тот
спросил: «А кто же здесь будет УПРАВЛЯТЬ фронта-
ми?» «Мы здесь как-нибудь обойдемся», — проворчал
тогда Сталин.
Как показала практика приграничного сражения,
Генштаб был не тем учреждением, которое могло
управлять фронтами. Во главе всей вооруженной борь-
бы должен был стоять орган, который кроме фронтов
контролировал бы тыл, резервы, госбезопасность, обо-
ронную промышленность, транспорт, а также был бы
лишен большого неповоротливого аппарата. Только
такая централизация военной и гражданской власти
могла обеспечить эффективное управление.
Пока Жуков был начальником Генерального шта-
ба, командующие фронтами свои просьбы, пожела-
ния, планы вынуждены были доводить до Сталина
через бюрократические фильтры Генштаба. Позднее
же все вопросы управления войсками решались ко-
мандующими фронтами и армиями со Сталиным по
ВЧ или телеграфу немедленно. В случае необходимо-
сти Сталин открывал свои записи с данными о резер-
вах техники, личного состава или кадров и принимал
решение.
Главный орган новой системы управления назы-
вался — Государственный Комитет Обороны (ГКО),
авторство и основообразующее начало в котором при-
надлежит Сталину. Да и вообще, ГКО — это и есть
Сталин, это, если хотите, новый, соответствующий
времени и обстановке его псевдоним.
133
Генштаб же превращался в проводника воли ГКО,
призванного вести анализ, бухгалтерию войны. До са-
мой Победы Генштаб возглавляли чисто кабинетные
работники — Б.М. Шапошников, А.М. Василевский,
А.И. Антонов, Н.Ф. Ватутин, С.М. Штеменко, не
имевшие и сотой доли жуковских амбиций и энер-
гии.
Перераспределение власти в ГКО сделало пребыва-
ние Жукова на должности начальника Генштаба бес-
смысленным, да и лишать войска яркого и до предела
энергичного лидера было бы непростительно.
Может возникнуть другой вопрос — почему свое
решение Сталин обставил таким образом, что оно вы-
глядело чуть ли не как опала?
Во-первых, Жуков, как и вся Красная Армия в
этот период, больших успехов на посту начальника
Генерального штаба не достиг и похвал не заслужил.
Во-вторых, чтобы тот не зазнавался — Сталин знал,
что Жукова заносит, и решил встряхнуть строптивого
генерала перед отправкой на фронт. Таким образом
Сталин стремился сообщить Жукову необходимый
настрой, укрепить его дух. Аналогичная ситуация
была перед Халхин-Голом. По воспоминаниям самого
Георгия Константиновича, операция на Халхин-Голе
после попытки его исключения из партии, нанесшей
ему глубокую обиду, была шансом доказать свою про-
фессиональную состоятельность и верность делу. Жу-
ков на Халхин-Голе лез из кожи вон. Жуков, настро-
енный подобным образом, принимал для себя только
два исхода — погибнуть или победить. «Без щита»,
ссылаясь на тяжкие обстоятельства, Жуков вернуться
не мог.
Конечно, Сталин, много лет руководивший людь-
ми, не сидел и не выдумывал такую линию в отно-
шении Жукова — она пришла сама собой на основе
сталинского таланта руководителя и знания людей.
134
Также подспудно, но столь же безошибочно было
выбрано новое назначение Георгия Константинови-
ча — под Ельню. Сталин не бросил Жукова из каби-
нета Генштаба в Ленинград или на обреченный Юго-
Западный фронт, а направил его на Западный, где к
тому времени немцы прекратили наступление. Жуков
в относительно спокойной обстановке смог наладить
управление войсками, организовать взаимодействие
и блестяще провести Ельнинскую операцию. Трудно
переоценить этот опыт, эту возможность приобрести
уверенность, которая, убежден, в огромной степени
помогла Жукову не дрогнуть при обороне Москвы.
Прими Сталин другое решение, и кто знает —
может быть, в лесу под Киевом погиб бы вовсе не
М.П. Кирпонос? И что было бы тогда с Москвой?
И что было бы с Москвой, если бы Жуков в октябре
поехал в Малоярославец принимать разбитый Запад-
ный фронт из своего московского кабинета?
А как же Киев?
^Отправляясь на доклад к Сталину, Жуков, бесспор-
но, испытывал целую гамму чувств. Глубокий анализ
обстановки, долгие и мучительные размышления при-
вели Георгия Константиновича к печальному выводу
о необходимости отвода войск Юго-Западного фрон-
та за правый берег Днепра, что означало оставление
Киева.
Сегодня можно по-разному оценивать предложе-
ние Жукова, однако тогда, когда обстановка, меняясь
ежеминутно, была крайне запутанной, для его при-
нятия требовался весь огромный опыт Георгия Кон-
стантиновича, его аналитический взгляд, стратегиче-
ское предвидение. Наивно думать, что Жуков, гигант
военной мысли, мог не замечать очевидных отрица-
тельных последствий потери Киева. В этой неодно-
значной ситуации, когда Жуков сам еще не набрал
большого веса в Ставке, проще всего было утешиться
мыслью «Сталину виднее». Поэтому предложение по
Юго-Западному фронту — гражданский подвиг Жу-
кова.
В вопросе с Киевом существует два аспекта. С чи-
сто военной точки зрения поворот танковых групп
Гота и Гудериана во фланг нашего Юго-Западного
фронта через Гомель и Чернигов, удар группы армий
«Юг» из района Кременчуга создавали реальную угро-
зу невиданного окружения — 21, 5, 37, 26, 38-я армии,
136
полмиллиона наших солдат могло оказаться в коль-
це. С точки зрения вывода из-под удара войск Юго-
Западного фронта отход за Днепр был единственным
решением.
Однако в свете дальнейших событий такое решение
скорее всего было бы ошибочным. Дело в том, что
Гитлер повернул свои танки на юг с одной целью —
обеспечить фланг группы армий «Центр» для удара на
Москву, отбросив войска Юго-Западного фронта за
Днепр. Упорная оборона, бои в окружении, которые
вели войска Юго-Западного фронта, давали выигрыш
во времени, перемалывали ресурсы и силы врага. От-
вести войска за Днепр означало решить за немцев
стратегическую задачу и не нанести им потерь.
Второй аспект — моральный. Крайне важно, что
Сталин не отдал приказ сдать столицу Украины. Киев
мог быть потерян, но Киев не мог быть сдан. Отдай
Ставка приказ оставить Киев, в сознании народа,
красноармейцев, военачальников произошел бы над-
лом, и никакая сила не смогла бы заставить их на-
смерть стоять за Москву.
Могут возразить, мол, в 1812 году сдали Москву. Но
тогда ситуация была принципиально иная. В 1941 году
на первом плане была не задача сохранить армию, ко-
торую вермахт бил, а выиграть время для того, чтобы
провести эвакуацию заводов, наладить выпуск тан-
ков и самолетов, заменить негодных командиров, от-
менить отжившие наставления и правила. Это была
война экономик, война стратегических преимуществ
и ресурсов, война идеологий.
Поэтому проводить параллели с 1812 годом нет ни-
какого смысла — суть и форма той войны были аб-
солютно иными. Тогда армия действительно являлась
единственным достоянием России. Например, систе-
мы подготовки военных кадров как таковой вообще
137
не было, и потеря каждого артиллерийского или ин-
женерного офицера ослабляла армию. В 1941 году по-
сле потери кадрового командирского состава он был
успешно и быстро заменен выдвижением сержантов и
рядовых. В армии же Александра I на солдата, произ-
веденного в прапорщики, показывали пальцем.
Такой кадровый резерв — также результат работы
Сталина, изменений, произошедших в России после
революции. В 1812 году новобранцу требовалось объ-
яснять, где право, где лево, в 1914-м на роту прихо-
дилось трое грамотных, а в СССР были сотни тысяч
трактористов — готовых танкистов, сотни тысяч лю-
дей прошли через аэроклубы ОСОАВИАХИМа и были
почти готовыми летчиками, почти все молодые люди
сдали нормы ГТО, выполнили норматив на вороши-
ловского стрелка. Сейчас кажется, ну что такое ГТО?
А вы попробуйте-ка нынешних молодых россиян про-
верить на ГТО первой ступени — выйдет позор.
Далее. Города в Наполеоновскую эпоху не имели
такого значения, как в XX веке. Москва 1941 года
была не просто символом, но экономическим цен-
тром с 1500 промышленных предприятий, главным и
незаменимым узлом связи, транспортного сообщения,
хранения ценностей, секретных архивов, уникальных
научных и селекционных разработок, культурного
наследия. Аналогично обстояло дело с Киевом. Во
времена Наполеона в Москве проживали несколько
десятков тысяч человек, большинство из которых тог-
дашней властью числились холопами. В XX же веке в
Москве и Киеве проживали миллионы наших людей,
провести полную эвакуацию которых было невоз-
можно.
Именно по этим причинам Сталин категорически
настаивал на защите городов: Смоленска, Могилева,
Москвы, Киева, Одессы, Сталинграда.
138
Иногда говорят, что обороной Киева Сталин хотел
доказать союзникам жизнеспособность СССР. Ста-
лин, как мы уже убедились, держал в голове многие
соображения, однако в отношениях с союзниками
умел из любого положения извлечь выгоду и чем труд-
нее складывалась обстановка на Советско-германском
фронте, тем беззастенчивее он нажимал на Черчилля
с Рузвельтом.
Хотелось бы подчеркнуть, что Сталин принимал
решение об обороне Киева вопреки мнению многих
профессиональных, авторитетных военных и выдер-
жал с их стороны сильнейшее давление. Кто хоть раз
шел вразрез с мнением своей команды, хорошо знает
как это тяжело.
В результате упорной обороны Клева, подвига
войск генерала Кирпоноса вермахт более чем на ме-
сяц вынужден был задержать удар на Москву. Оставь
Сталин Киев, танковые колонны Гота и Гудериана
ринулись бы через Тулу и Малоярославец к Москве
уже в конце августа — начале сентября. Ни войск, ни
системы обороны перед Москвой мы тогда не име-
ли, до наступления холодов было еще два месяца, а с
позицией Японии ясности не было. Не будь упорной
обороны Киева, героической борьбы и трагедии Юго-
Западного фронта — немцы взяли бы Москву.
Не Сталина надо нам, русским и украинцам, про-
клинать за сотни тысяч жертв Киевского котла, а Гит-
лера и его банду, тех, кто призывает к разжиганию
войны.
Ленинград
IPешение Сталина послать Жукова в осажденный
Ленинград было не простым. Сталин уже тогда начал
верить в Победителя под Ельней. И раз Верховный
решил рискнуть Жуковым, значит, потерю Ленингра-
да считал равноценной поражению в войне. Действи-
тельно, падение Ленинграда в военном и психологиче-
ском аспектах было бы страшным ударом по России,
а группа армий «Север», нанося удар через Калинин,
могла ворваться в Москву. Кроме того, взятие Ленин-
града, скорее всего, означало бы изменение пассивной
позиции Финляндии, потерю Карелии, Мурманска и
прекращение связи с союзниками. По количеству на-
селения (3,5 миллиона человек), промышленному по-
тенциалу (36% общесоюзного) Ленинград был несо-
поставим с другими крупными городами.
Захватив Ленинград, немцы могли бы объявить его
столицей марионеточного государства с реакционным
правительством по типу вишистского правительства
Франции, что существенно затруднило бы борьбу со-
ветского народа.
Учитывая ситуацию, сложившуюся в Ленинграде
перед приездом Жукова, трудно ответить на вопрос:
на что рассчитывал Сталин, посылая Георгия Кон-
стантиновича в город на Неве, — ситуация на Ленин-
градском фронте выглядела безнадежной.
140
Войска Ленинградского фронта были разбиты,
оборонительных рубежей вокруг города не имелось,
резервов и ресурсов внутри города не было, с севера
угрожала многотысячная армия Финляндии.
Кроме того, Ленинград уже был практически отре-
зан, и просто попасть туда было проблемой. «Дуглас»
Жукова, который вели на Комендантский аэродром
Ленинграда девять «МИГ-3» из состава полка резерва
Главного командования, всю дорогу атаковали «мес-
сершмитты». Наши летчики, которым ценой своей
жизни было приказано довести «Дуглас» до Ленингра-
да, чудом отбили его у фашистов.
Полагаю, что, посылая Жукова в Ленинград, праг-
матичный Сталин тем не менее рассчитывал на чудо,
так как только воля, работоспособность и требователь-
ность Жукова могли спасти положение. Перед отлетом
Жуков объявил генералам Хозину и Федюнинскому,
другим командирам, сопровождавшим его: «Летим в
Ленинград. Мы должны или погибнуть, или отстоять
город. Кто согласен, проходите в самолет!»
Под Ленинградом были нужны не лозунги, а доско-
нальное знание возможностей каждого подразделения,
понимание боя не по карте, а по сути. Только такое
знание, основанное на многолетнем опыте командо-
вания, начиная с унтер-офицеров, позволило Жуко-
ву не запугать командиров Ленфронта и Балтфлота, а
пронзить весь город, все войска своей волей.
Проявлялась ли под Ленинградом жестокость со
стороны Сталина? Да, проявлялась. Так, 21 сентября
1941 года Сталин направил в Ленинград шифровку
следующего содержания:
«Согласно слухам, подлые немцы, наступающие на
Ленинград, посылают перед своими войсками стариков,
женщин и детей из оккупированных областей в качестве
141
делегатов к большевикам с просьбой сдать Ленинград и
заключить мир.
Говорят, что среди ленинградских большевиков есть
люди, которые считают неуместным применять ору-
жие в отношении такого рода посланцев.
Если такие люди вообще есть среди большевиков, то
их, по моему мнению, надо искоренить, поскольку они
опаснее фашистов. Я советую не сентиментальничать,
а бить врага и его помощников, будь то добровольцы или
нет.
Борьба идет жестокая. В первую очередь поражение
потерпит тот, в чьих рядах появится паника и нереши-
тельность. В падении Ленинграда будут виноваты те,
кто допустит в наших рядах нерешительность. Уни-
чтожайте немцев и их посланцев, поскольку они одно и
то же, что и немцы...»
«Борьба идет жестокая»... Кто осудит эту жесто-
кость? Только те, кто готов гнуть спину на иностран-
ного барина и называться «русише швайн». Шла то-
тальная война — фашисты засылали в наш тыл на
разведку голодных советских детей за кусок хлеба, за
жизнь матери, и Сталину, контрразведке, бойцам и
командирам приходилось противостоять и этому.
Пресекались малейшие признаки паникерства и на
фронте. Так, 2 декабря 1941 года были расстреляны
командир дивизии полковник Ф. и комиссар — пол-
ковой комиссар И. за то, что, получив задачу шта-
ба фронта на прорыв блокады на одном из участков
фронта, «к выполнению боевого приказа отнеслись
пораженчески, проявили трусость, а Ф. заявил, что не
верит в успешный исход операции».
При этом наивно думать, что воля одного Жукова
могла бы спасти Ленинград. Думать так — значит из-
вращать суть истории. Советский народ, ленинградцы
142
не были скотом, который можно было поднять на
борьбу только угрозой расстрела.
Решающую роль в том, что Ленинград устоял,
сыграл рабочий класс города. Как видно из данных
УНКВД по Ленинградской области, в среде интел-
лигенции было характерно брожение, рассуждения о
культурности немцев и общечеловеческих ценностях.
Проще говоря, интеллигенция оказалась гораздо ме-
нее стойкой к вражеской пропаганде. По счастью, Ле-
нинград был рабочим городом. Большую роль в орга-
низации города на борьбу сыграла партийная органи-
зация во главе со Ждановым и Кузнецовым.
Существенную работу по очистке прифронтового
города от пособников врага, шпионов и диверсантов
в экстремальных условиях осады выполнило Управ-
ление НКВД по Ленинградской области под руко-
водством П. Кубаткина. Только по делу «Бунтовщик»
о распространении рукописных листовок погромно-
повстанческого характера, помимо иных мероприя-
тий, было ради поимки одного человека проверено
путем сличения почерков более 100 000 личных дел
в отделах кадров и паспортных столах десятков пред-
приятий.
В свою очередь, органы абвера и СД регулярно
анализировали информацию о состоянии дел в Ле-
нинграде, в войсках Ленинградского фронта, на пред-
приятиях города. Эти данные и сила сопротивления
наших войск убедили фон Лееба и Гитлера в том, что
рассчитывать на дестабилизацию обстановки в Ленин-
граде не приходится, а для взятия города потребуется
штурм, новый Верден, на который у группы армий
«Север» не было ни сил, ни времени.
Спекулировать на трагедии Ленинграда, искать
злой умысел Сталина в страданиях ленинградцев —
опасный и вредный путь. Само географическое по-
143
ложение этого приграничного города предопределяло
его тяжкую судьбу в случае войны. Кстати, именно
благодаря Сталину западная граница перед войной
отодвинулась за Литву и Латвию, а северная грани-
ца — за Выборг. Именно благодаря внешней политике
Сталина Англия и США помогли предотвратить втор-
жение в Ленинград с севера финских войск.
Битва за Москву
Критическая фаза битвы за Москву началась в конце
октября, когда войска группы армий «Центр» серией
ударов окружили в районе Брянска и Вязьмы армии
Западного фронта генерала Конева и устремились к
Москве (операция вермахта «Тайфун»). Главная при-
чина вяземского котла — попытка противопоставить
вражеским ударам пассивную оборону. Трагедия 13,
3, 19, 20, 24 и 32-й армий под Брянском и Вязьмой
еще раз подтвердила, что любая подготовленная обо-
рона, носящая пассивный характер, будет врагом про-
рываться. В столице СССР было объявлено осадное
положение, из Ленинграда срочно вызван Жуков.
Момент был отчаянный — защищать Москву было
некому. Сталин страшно переживал разгром под Брян-
ском и Вязьмой. А.Е. Голованов, видевший Сталина
6 октября 1941 года, вспоминал, что он никогда ни до,
ни после не встречал человеческого лица с выражени-
ем такой душевной муки.
Единственное, ЧТО оставалось у Сталина, остава-
лось у нас, — Жуков.
Когда Жуков прибыл в Кремль, ситуация была та-
кова, что немцам не в переносном, а в самом прямом
смысле противостояла только воля Сталина. К этому
времени от Западного и Резервного фронтов остались
только штабы, с которыми не было связи. Если бы в
ночь приезда Жукова из Ленинграда фон Бок отпра-
145
вился в Москву в сопровождении батальона автомат-
чиков, ему бы не препятствовала никакая организо-
ванная сила до самых московских КПП. Вопрос стоял
так, что Сталину прошлось послать Жукова одного,
без охраны выяснять, что происходит под Москвой.
В эти дни перед советским правительством встал
вопрос об эвакуации. Формально из Москвы эвакуи-
ровали и правительство, и Генштаб, на деле же эва-
куация руководства не состоялась — управление стра-
ной осуществлялось из столицы. Решение Сталина не
покидать город было одним из тех, которые влияют
на исход войны. Оставь Сталин Москву, она бы пала.
«Сталин в Москве!» — эти слова заставляли мальчи-
шек подольских курсантов, танкистов полковников
Троицкого и Катукова, пехотинцев полковника По-
лосухина и генерала Панфилова пропускать немецкие
танки только через позиции, где не осталось ни одно-
го человека.
Много раз, проезжая в сторону Малоярославца,
я останавливался на берегу реки Протвы у поселка
Ильинское. На рассвете этот благословенный уго-
лок России с яркой зеленью перелесков, изумрудны-
ми полями выглядит настолько мирно, что я, как ни
старался, не мог представить себе, постигнуть — как
могли несколько сотен лопоухих, промерзших маль-
чишек остановить здесь огромную вражескую армию,
рвавшуюся к Москве. Такие же чувства испытываешь,
проезжая по Ленинградскому шоссе в сторону Ше-
реметьево, где памятником отмечено место наиболь-
шего продвижения фашистских войск, а ведь сегодня
оно практически в городской черте Москвы!
Такие ребята, как подольские курсанты, героями
не рождаются — их надо воспитывать. Правда, как это
сделать, отказавшись от патриотического воспитания,
отменив начальную военную подготовку и призывая
146
совершенно «сырой» контингент на один год действи-
тельной службы, я не знаю.
В 1941-м враг был очень близко от Москвы. Став-
ка, Сталин работали в боевых условиях — во дворе
Кремля падали бомбы, одна бомба упала на террито-
рии Ближней дачи, однако в ее корпусе охрана нашла
вместо исправного механизма привет от европейско-
го пролетариата — бумажку с надписью «Рот фронт».
Кстати, Сталин еще до войны лично проводил учения
Московской зоны ПВО. Победа нашей ПВО в москов-
ском небе достойна числиться еще одним крупным
выигранным в ходе войны сражением. Гитлер ставил
своим люфтваффе задачу уничтожения Москвы с воз-
духа. Однако на деле под непосредственным руковод-
ством Сталина был проведен комплекс мероприятий,
исключивших такую возможность. Например, немец-
кие летчики использовали в качестве ориентира при
налетах излучину Москвы-реки и Обводной канал. По
приказу Сталина эти объекты были закрыты фанер-
ными щитами, замаскированы также были Кремль,
ряд площадей и крупных зданий. На пустырях обору-
довалась ложная подсветка, имитировавшая промыш-
ленные объекты, которые фашисты с остервенением
бомбили. Добровольная армия городской ПВО пре-
вышала 600 тысяч человек, на московских аэродро-
мах готовые к перехвату стояли около 500 самолетов,
подмосковные леса были нашпигованы зенитными
орудиями. В результате проведения этих мер фашисты
не смогли нанести Москве серьезного урона с возду-
ха. Столица продолжала играть роль стратегического
транспортного узла, продукцию армии давали почти
1500 ее промышленных предприятий, даже когда вер-
махт стоял в тридцати километрах от города.
Сталин сам неоднократно выходил на улицу Горь-
кого, Якиманку, стараясь подбодрить москвичей. Под
147
Москвой Верховный поштучно распределял танки и
самолеты, выстрелы для РСов.
Именно в октябре 41-го было подписано соглаше-
ние с США и Англией о ленд-лизе, которое не толь-
ко обеспечило Красной Армии поставку ежемесячно
500 танков и 400 самолетов, но завершило процесс
формирования антигитлеровской коалиции. Прове-
дение этой работы потребовало от Госплана СССР,
ведущих наркоматов, Наркомата иностранных дел и
самого Сталина огромной работы. Личные предста-
вители Президента США и Премьера Великобрита-
нии Гопкинс и Гарриман, лорд Бивербрук прибыли
в Москву еще в конце июля. Тогда эти прожженные
политики, по собственному признанию, считали дни
СССР сочтенными и не были уверены в том, что с на-
шей страной можно и нужно строить долговременные
отношения. Убедил их в этом Сталин. А.А. Громы-
ко говорил, что когда работал Сталин, казалось, само
время замедляет свой бег. Такую исполинскую силу,
такую уверенность излучал этот человек, что Гопкинс,
Гарриман и Бивербрук бесповоротно прониклись уве-
ренностью в нашей победе.
Сталину часто вменяют в вину излишнюю жесто-
кость, в частности, попытку предать суду генерала Ко-
нева за провал оборонительной операции Западного
фронта в сентябре—октябре 41-го. Требуется пояс-
нить, что не только Сталин, но и Жуков не останав-
ливался перед снятием с должности и расстрелом лю-
бых командиров. Стиль руководства Жукова у многих
генералов и маршалов вызывал обиду, но это потом —
в 1944 и 1945 годах, когда они научились воевать, и
дело было на Одере и Висле. Когда же немцы спали в
Ясной Поляне и мочились на Бородинском поле, оби-
жаться на непреклонную жестокость Жукова и Стали-
на никому в голову не приходило.
148
17 ноября 1941 года Ставка издала знаменитый
приказ об уничтожении жилого фонда в прифронто-
вой полосе. Отряды добровольцев, которых Сталин
на дореволюционный манер называл «охотниками», а
также диверсантов отправились в немецкий тыл под-
жигать дома, конюшни и т.п. В ходе одной из таких
операций погибла 18-летняя комсомолка Зоя Космо-
демьянская.
Кое-кто пеняет Сталину за этот жестокий при-
каз — вот, мол, как ненавидел русский народ! «Борьба
идет жестокая» — не пустые слова. Фашисты были в
тридцати километрах от Красной площади! Стоял во-
прос «быть или не быть»! Проявить слабость означало
обречь русский народ на вечное рабство при немецких
баронах.
Говорят — «Сталин был жесток, Жуков был же-
сток»! Что это значит? Топать ногами по ковру? Крыть
матом? Бить по лицу? Это значит принимать такие
решения, как под Ленинградом, под Москвой, под
Сталинградом. Почему Сталин запрещал отступать,
требовал защищать нашу землю? Потому, что окку-
пированная территория — это уже территория врага.
Такова логика войны. Можно ли было обойтись без
бомбежек и артиллерийских обстрелов наших горо-
дов, занятых фашистами? Нет, нельзя. Приходилось
и бомбить, и обстреливать, и жечь дома, и подрывать
наши заводы и железные дороги.
Это не имеет ничего общего с безжалостностью.
Отдельные горе-гуманисты носятся все с приказом
№ 227, а, например, про приказ № 281 «О порядке
представления к правительственной награде военных
санитаров и носильщиков» молчат. А за 15 вынесен-
ных раненых санитар, между прочим, получал медаль
«За отвагу», а за 100 — звезду Героя! Это в 1941 году,
когда на человека с медалью прибегал смотреть весь
полк.
149
И в те тяжкие дни Сталин оставался самим собой,
то есть умел расположить к себе людей, поддержать
их, вдохнуть в них новые силы. Маршал Рокоссовский
вспоминал, что в самый критический момент битвы за
Москву, когда, казалось, еще немного, и немцы во-
рвутся в город, когда Жуков грозил ему расстрелом,
неожиданно позвонил Сталин и тихим голосом ска-
зал: «Очень прошу вас продержаться еще немного,
Константин Константинович. К вам идут подкрепле-
ния». Этот звонок буквально окрылил Рокоссовского.
Никем не оспаривается роль в спасении Москвы,
которую сыграли торжества по случаю годовщины
Октябрьской революции 7 ноября 1941 года и, в част-
ности, проведение военного парада на Красной пло-
щади. Русские полки под звуки «Прощанья славянки»
в исполнении оркестра под руководством военинтен-
данта первого ранга Агапкина, автора этого великого
марша, уходили прямо в дым сражения к бессмертию
и славе.
Парад на Красной площади в Москве сам по себе
явился демонстрацией духа нашего народа в истори-
ческом масштабе не только перед лицом германского
фашизма, но перед лицом любых испытаний в бу-
дущем. Парад произвел на весь мир впечатление, не
уступающее победе под Сталинградом, — Гитлер был
в бешенстве, немецкие солдаты и генералы растеряны
и напуганы силой духа русских, подкрепленной стой-
костью в боях. Именно парад на Красной площади,
полагаю, окончательно сломил волю немецких войск
под Москвой и убедил фон Бока в необходимости пе-
рехода к обороне.
Неоценимое воздействие парад имел на союзников,
которые воочию убедились в огромном потенциале
Советского Союза, уверовали в решимость советского
руководства довести борьбу до победы.
150
Даже спустя много лет одно лишь решение В.В.
Путина отмечать годовщину исторического Парада
1941 года парадом войск Российской Армии стало ис-
точником веры нашего народа в себя.
Именно Сталин в критический момент правильно
оценил позицию Японии и принял решение о пере-
броске войск с Дальнего Востока под Москву. Бытует
такое выражение: «наконец-то Сталин поверил Зор-
ге». Руководство государством и армией не имеет ни-
чего общего с «верю» и «не верю». Помимо стратеги-
ческих данных, переданных Рихардом Зорге, Сталин
опирался на сведения Генштаба о состоянии готов-
ности Квантунской армии Японии, ее флота, изве-
стия с Тихоокеанского театра, данные союзников и
т.д. Сознательное упрощение механизмов управления,
командования приводит к преуменьшению роли Ста-
лина, Жукова и тщится создать у нас впечатление, что
успехи нашего оружия и нашего народа были обуслов-
лены случайностями.
Сталин, несмотря на огромный соблазн бросить
дальневосточные дивизии навстречу наступающему
фон Боку, создал мощные резервные группировки,
решившие исход контрнаступления под Москвой.
В истории Битвы за Москву есть эпизод, переда-
ваемый народом из уст в уста. Речь идет о легенде,
согласно которой Сталин приказал в критический мо-
мент московской обороны провезти вокруг города на
самолете икону Владимирской Божьей Матери. Ну ка-
кому еще лидеру русский народ мог приписать такой
поступок? Только Сталину! Это не под силу никакой
пропаганде, подобные поступки наш народ приписы-
вает только легендарным своим героям.
Сталин внимательно следил за успехами отдель-
ных наших частей и даже в самые отчаянные момен-
ты продолжал поиск кадров и работу с ними. Вообще
151
Сталина отличало в работе то, что текущие мелочи не
отвлекали его от главных идей, никогда не сбивали с
пути. В октябре 1941 года Сталин принял выписавше-
гося из госпиталя генерала армии Тюленева и коман-
дировал его на Урал формировать резервные армии.
Несколько часов Сталин слушал рассказ генерала о
боях на Южном фронте и давал подробные настав-
ления по подготовке резервных войск, объясняя, как
и чему учить командиров и бойцов. Уезжая в войска,
Тюленев был убежден в том, что скоро фашистов по-
гонят от Москвы. А ведь эта встреча состоялась за три
дня до объявления в Москве осадного положения!
Под Смоленском и Москвой Сталин заметил и вы-
двинул генералов Руссиянова, Лелюшенко, Катукова,
Рокоссовского, Говорова. Так, Михаилу Катукову, ко-
мандиру 8-й танковой бригады, едва насчитывавшей
тридцать машин, после успеха под Мценском позво-
нил лично Сталин, а вскоре Катуков был вызван в
ставку и получил под командование механизирован-
ный корпус.
Под Смоленском и Москвой родилась новая рус-
ская гвардия. Первыми гвардейцами стали пехотинцы
генерала Руссиянова и танкисты генерала Катукова.
Решение о возрождении гвардии вызвало в войсках
подъем, который во многом уже забыт — воины и це-
лые части стремились стать гвардейцами, присужде-
ние этого звания было самой желанной наградой.
Немецкие генералы после войны соревновались в
остроумии и фантазии по поводу того, что помешало
им взять Москву — дикость русских, грязь, морозы.
Гудериан дописался до того, что температура воздуха
была —68 °C! Пусть они это рассказывают своим де-
тям, а мы должны рассказать, что Москву отстояли
наши люди, которые стояли за свои дома перед лицом
бандитов.
152
Собственно, удивляться тому, что немцы зимой
1941-го замерзли, не стоит. Наши люди на оккупи-
рованных территориях с недоумением глядели на по-
корителей Европы, одетых в тоненькие шинели из эр-
заца шерсти и хватавших в домах прежде всего теплые
вещи. Немецкие генералы так возмущались нашими
холодами, как будто бы мы пригласили их в гости, а
теплую одежду дать забыли. Только после того как не-
мецкие солдаты получили медали «За отмороженное
мясо», как они называли награду участникам Москов-
ской битвы, гитлеровское командование принялось за
разработку и изготовление специальных зимних ком-
плектов для армии. Однако никакие европейские но-
винки, суперткани и наполнители не смогли превзой-
ти полушубки и валенки. То, что вермахт, вторгшись
в Россию, оказался не готовым к зиме, ярче всего
свидетельствует о фактическом провале нацистского
похода на Восток уже к зиме 1941 года.
В битве за Москву, как ни в какой другой, оче-
видно проявилась невиданная в истории стойкость ее
воинов, невиданная в истории воля генерала Жукова
и невиданная в истории сила духа Верховного Главно-
командующего Сталина.
Летняя катастрофа 1942 года
По воспоминаниям современников, после зимних
успехов 1941 —1942-х годов под Москвой, Тихвином
и Ростовом Сталин пребывал в состоянии эйфории.
Именно легкомысленность Сталина, переоценившего
возможности Красной Армии и недооценившего вер-
махт, стали, по утвердившемуся мнению, причиной
катастрофы под Харьковом, в Крыму и выхода немцев
к Сталинграду и Кавказу.
Для того чтобы разобраться в этом вопросе, необ-
ходимо абстрагироваться от сегодняшнего знания си-
туации и встать на место Сталина и нашего военного
руководства.
Действительно, события зимы 1941-го, когда нем-
цы отступали, часто не оказывая сопротивления, соз-
дали у Сталина иллюзию морального надлома против-
ника. Вместе с тем Сталин прекрасно сознавал, что с
началом весны враг может возобновить наступление и
перехватить стратегическую инициативу.
Сталин правильно оценивал рост военно-промыш-
ленного потенциала Германии, его перевод на усло-
вия затяжной войны, назначение главой военного
производства Шпеера, мобилизацию ресурсов Евро-
пы, массовое применение рабского труда, труда во-
еннопленных.
Поэтому, по мнению Сталина, требовалось не да-
вать немцам передышки и продолжать наступление.
154
Тогда в нашей Ставке родилось понятие «массовое
наступление», которое предполагало одновременные
активные действия на всех стратегических направле-
ниях.
В 1942 году СССР произвел 25 тысяч самолетов,
24 тысячи танков, 57 тысяч орудий. СССР пере-
вел свою промышленность и управление на воен-
ные рельсы и был готов к затяжной и трудной войне.
В Германии, несмотря на все усилия, такой тотальной
мобилизации общества не получилось. Во-первых, не-
мецкие рабочие решительно не желали терять матери-
альные блага, приобретенные при нацистах, и никако-
го трудового подвига в тылу не совершали, во-вторых,
многие рабочие места фашистам пришлось заполнить
подневольными или полуподневольными рабочими из
захваченных стран или военнопленными, производи-
тельность труда у которых была невысока.
В Германии не могло идти речи о том, чтобы по-
ставить к станкам миллионы женщин и подростков,
чтобы они работали за продуктовые карточки по че-
тырнадцать и больше часов, жили в землянках и бара-
ках, да еще и отдавали свои сбережения в фонд обо-
роны.
Это был сознательный подвиг нашего народа —
этим он был силен. Когда во время войны Сталин
приказал срочно запустить в производство авиапушку
Нудельмана, этот конструктор и его помощники не-
сколько недель жили в тире, где проходил опытный
отстрел 37-миллиметровой авиапушки. Койки инже-
неров стояли в трех метрах от орудийного станка, на
спящих по очереди людей сыпались гильзы. Тем не
менее они позднее в один голос уверяли, что эти не-
дели в тире были самым светлым, самым радостным
временем в их жизни.
Сегодня нас пытаются уверить, что человек может
получать удовлетворение, только потребляя матери-
155
альные блага, объедаясь и бездельничая, а этот при-
мер показывает, насколько человека счастливым могут
сделать трудности, если они были преодолены на пути
к большой цели, исполнены сознания необходимости
своего труда.
Тем не менее планируя кампанию 1942-го, Сталин,
Ставка и Генштаб прежде всего пытались предугадать
намерения противника на лето 1942 года.
Данный анализ проводился в условиях крайнего
дефицита достоверных разведывательных данных, что
было связано со слабым еще развитием партизанско-
го движения в оккупированных районах, недостатком
опыта стратегического анализа у нашей военной раз-
ведки, умелыми действиями Германии по маскировке
своих намерений.
И здесь не надо думать, что только наши генералы
и Сталин были такими лопухами, что все свои на-
мерения немцы от них умело маскировали. В ходе
Второй мировой войны на всех ее театрах сторона,
владевшая стратегической инициативой, без труда
вводила противника в заблуждение, создавая иллюзию
подготовки удара на ложном направлении. Вспомним
Перл-Харбор, битву у атолла Мидуэй, высадку в Нор-
мандии, захват Крита, разгром Франции. Наша армия
также устроила немцам немало подобных сюрпризов,
о них разговор впереди.
Возросшая маневренность войск, возможности же-
лезных дорог, наличие авиации позволяли за день-два
перебросить силы с одного стратегического направ-
ления на другое и совершенно неожиданно нанести
противнику разящий удар.
Аналогичная ситуация сложилась и под Харьковом
в 1942 году. И Сталин, и наш генералитет прекрасно
понимали значение Харькова, Сталинграда и Кавказа
для страны и судьбы фронта. Однако исходя из имев-
156
шихся данных, анализа расположения германских
войск, главного удара там не ожидали.
Если и искать виновных в такой оценке, то ими
являются Б.М. Шапошников и Генеральный штаб,
которые через свои разведывательные и аналитиче-
ские органы не смогли выявить сосредоточение групп
войск Паулюса и Клейста в районе Харькова и Кра-
маторска, не вскрыли германской маскировки плана
«Блау», не установили количество войск Германии,
Италии, Венгрии, Румынии, переброшенных из Ев-
ропы. Генштаб также ошибся в определении потерь
вермахта в 1941 году и неверно оценивал его силы на
Восточном фронте в целом.
Другое дело, что альтернативы выбранному обра-
зу действий, видимо, просто не было. Проблема за-
ключалась в том, что немцы все еще превосходили
Красную Армию и качественно, и количественно. Это
превосходство проявилось и в Крыму, где небольшой
корпус Манштейна наголову разгромил наш Крым-
ский фронт, и под Москвой, где в районе Вязьмы
были окружены и уничтожены 33-я армия генерала
М.Г. Ефремова, 1-й гвардейский кавкорпус и 4-й кор-
пус ВДВ под Ленинградом, где провалились все по-
пытки прорвать кольцо блокады. Эти неудачи — не
следствие чьей-то ошибки, вины или злой воли, а
единственно — превосходства германской армии над
нашей, сохранявшегося в 1942 году.
Поэтому не имеет решающего значения — был на-
несен или нет удар войск Тимошенко на Харьков,
операция «Блау» — бросок на Кавказ состоялась бы
в любом случае. Даже год спустя, под Курском, точ-
но зная, где ожидать удар Манштейна, наши войска с
трудом смогли остановить его двумя танковыми арми-
ями и таким количеством противотанковых средств,
которого в 1942 году не было физически. Да и войска,
командиры в 43-м были другие.
157
Сомнительно, чтобы Ставка, отказавшись от уда-
ров под Харьковом, в Крыму и под Ленинградом и
сосредоточив все силы, скажем, под Москвой, разгро-
мила бы группу армий «Центр» летом в 1942 году.
От Ставки также требовалось решение в отношении
деблокирования Севастополя, для которого имелись
все предпосылки. Удар же Тимошенко под Харьковом
мог вместе с успехом в Крыму вылиться в стратегиче-
ское наступление Красной Армии на Украине.
В чем действительно виноват Сталин в данной
ситуации, это в том, что назначил Жукова своим за-
местителем после катастрофы на Юге, а не до нее.
Находясь на Западном фронте, Жуков не мог деталь-
но разобраться в ситуации под Харьковом, побы-
вать в войсках и оценить реальное положение. Надо
признать, Сталин также в этот момент переоценил в
какой-то мере свои личные полководческие способ-
ности.
Теоретизирование же некоторых современных ис-
следователей по поводу ошибок советского коман-
дования, запоздалые рекомендации по руководству
войсками просто несерьезны. Не стоит забывать, что
во главе наших армий стояли Жуков, Рокоссовский,
Шапошников, Василевский, в квалификации которых
нет сомнений. Они приняли решение на основе имев-
шейся информации и адекватное тем условиям, ко-
торые были на тот момент, тому состоянию Красной
Армии, с которым им приходилось иметь дело.
Стоять насмерть!
«Приказ №227
ISpae бросает на фронт все новые силы и, не считаясь
с большими для него потерями, рвется в глубь Совет-
ского Союза, захватывает новые районы, опустошает
и разоряет наши города и села, насилует, грабит и уби-
вает советское население. Бои идут в районе Воронежа,
на Дону, на юге у ворот Северного Кавказа. Немецкие
оккупанты рвутся к Сталинграду, к Волге и хотят лю-
бой ценой захватить Кубань, Северный Кавказ с их не-
фтяными и хлебными богатствами. Враг уже захватил
Ворошиловград, Староблевск, Россошь, Купянск, Валуй-
ки, Новочеркасск, Ростов-на-Дону, половину Вороне-
жа. Часть войск Южного фронта, идя за паникерами,
оставила Ростов и Новочеркасск без серьезного сопро-
тивления и без приказа Москвы, покрыв свои знамена
позором.
Население нашей страны, с любовью и уважением
относящееся к Красной Армии, начинает разочаровы-
ваться в ней, теряет веру в Красную Армию, а многие
из них проклинают Красную Армию за то, что она от-
дает наш народ под ярмо немецких угнетателей, а сама
утекает на восток.
Некоторые неумные люди на фронте утешают себя
разговорами о том, что мы можем и дальше отсту-
пать на восток, так как у нас много территории, много
159
земли, много населения и что хлеба у нас всегда будет
в избытке. Этим они хотят оправдать свое позорное
поведение на фронтах. Но такие разговоры являются
насквозь фальшивыми и лживыми, выгодными лишь на-
шим врагам.
Каждый командир, красноармеец и политработник
должны понять, что наши средства не безграничны.
Территория Советского Союза — это не пустыня, а
люди — рабочие, крестьяне, интеллигенция, наши отцы,
матери, жены, братья, дети. Территория СССР, ко-
торую захватил и стремится захватить враг, — это
хлеб и другие продукты для армии и тыла, металл и
топливо для промышленности, фабрики, заводы, снаб-
жающие армию вооружением и боеприпасами, железные
дороги. После потери Украины, Белоруссии, Прибалти-
ки, Донбасса и других областей у нас стало намного
меньше территории, стало быть стало намного меньше
людей, хлеба, металлов, заводов, фабрик. Мы потеряли
более 70 миллионов населения, более 800 миллионов пудов
хлеба в год и более 10 миллионов тонн металла в год.
У нас нет уже теперь преобладания над немцами ни в
людских резервах, ни в запасах хлеба. Отступать даль-
ше — значит загубить себя и загубить вместе с тем
нашу Родину. Каждый новый клочок оставленной нами
территории будет всемерно усиливать врага и всемерно
ослаблять нашу оборону, нашу Родину.
Поэтому надо в корне пресекать разговоры о том,
что у нас много территории, страна наша велика и бо-
гата, населения много, хлеба всегда будет в избытке.
Такие разговоры являются лживыми и вредными, они
ослабляют нас и усиливают врага, ибо, если не прекра-
тим отступления, останемся без хлеба, без топлива, без
металла, без сырья, без фабрик и заводов, без железных
дорог.
Из этого следует, что пора кончать отступление.
160
Ни шагу назад! Таким теперь должен быть наш глав-
ный призыв.
Надо упорно, до последней капли крови защищать
каждую позицию, каждый метр советской территории,
цепляться за каждый клочок советской земли и отста-
ивать его до последней возможности.
Наша Родина переживает тяжелые дни. Мы долж-
ны остановить, а затем разгромить и отбросить вра-
га, чего бы это нам ни стоило. Немцы не так сильны,
как это кажется паникерам. Они напрягают последние
силы. Выдержать их удар сейчас, в ближайшие несколь-
ко месяцев — это значит обеспечить за нами победу.
Можем ли выдержать удар, а потом и отбросить
врага на запад? Да, можем, ибо наши фабрики и заво-
ды в тылу теперь работают прекрасно и наш фронт
получает все больше самолетов, танков, артиллерии,
минометов.
Чего же у нас не хватает ?
Не хватает порядка и дисциплины в ротах, бата-
льонах, полках, дивизиях, в танковых частях, в авиа-
эскадрильях. В этом теперь наш главный недостаток.
Мы должны установить в нашей армии строжайший
порядок, дисциплину, если мы хотим спасти положение
и отстоять Родину.
Нельзя терпеть дальше командиров, комиссаров, по-
литработников, части и соединения которых самоволь-
но оставляют боевые позиции. Нельзя терпеть дальше,
когда командиры, комиссары, политработники допуска-
ют, чтобы несколько паникеров определяли положение
на поле боя, чтобы они увлекали в отступление других
бойцов и открывали фронт врагу.
Паникеры и трусы должны истребляться на месте.
Отныне железным законом дисциплины для каждого
командира, красноармейца, политработника должно яв-
ляться требование — ни шагу назад без приказа высшего
командования.
161
Командиры роты, батальона, полка, дивизии, соот-
ветствующие комиссары и политработники, отсту-
пающие с боевой позиции без приказа свыше, являются
предателями Родины. С такими командирами и полит-
работниками и поступать надо как с предателями Ро-
дины.
Таков призыв нашей Родины.
Выполнить этот приказ — значит отстоять нашу
землю, спасти Родину, истребить и победить ненавист-
ного врага.
После своего зимнего отступления под напором Крас-
ной Армии, когда в немецких войсках расшаталась дис-
циплина, немцы для восстановления дисциплины приняли
некоторые суровые меры, приведшие к неплохим резуль-
татам. Они сформировали более 100 штрафных рот
из бойцов, провинившихся в нарушении дисциплины по
трусости или неустойчивости, поставили их на опасные
участки фронта и приказали им искупить кровью свои
грехи. Они сформировали далее около десятка штрафных
батальонов из командиров, провинившихся в нарушении
дисциплины по трусости или неустойчивости, лишили
их орденов, поставили их на еще более опасные участки
фронта и приказали им искупить свои грехи. Они сфор-
мировали, наконец, специальные отряды заграждения,
поставили их позади неустойчивых дивизий и велели им
расстреливать на месте паникеров в случае попытки
сдачи в плен. Как известно, эти меры возымели свое
действие и теперь немецкие войска дерутся лучше, чем
зимой. И вот получается, что немецкие войска имеют
хорошую дисциплину, хотя у них нет возвышенной цели
защиты своей Родины, а есть лишь одна грабительская
цель — покорить чужую страну, а наши войска, имею-
щие возвышенную цель защиты своей поруганной Роди-
ны, не имеют такой дисциплины и терпят ввиду этого
поражение.
162
Не следует ли нам поучиться в этом деле у наших
врагов, как учились в прошлом наши предки у врагов и
одерживали потом над ними победу?
Я думаю, что следует. Верховное Главнокомандова-
ние Красной Армии приказывает.
1. Военным советам фронтов и прежде всего коман-
дующим фронтами:
а) безусловно ликвидировать отступательные на-
строения в войсках и железной рукой пресекать про-
паганду о том, что мы можем и должны якобы отсту-
пать дальше на восток, что от отступления не будет
якобы вреда;
б) безусловно снимать с поста и направлять в Ставку
для привлечения к военному суду командующих армиями,
допустивших самовольный отвод войск с занимаемых
позиций без приказа командования фронтом;
в) сформировать в пределах фронта от одного до
трех (смотря по обстановке) штрафных батальонов
(по 800 человек), куда направлять средних и старших
командиров и соответствующих политработников всех
родов войск, провинившихся в нарушении дисциплины по
трусости или неустойчивости, и поставить их на более
трудные участки фронта, чтобы дать им возможность
искупить кровью свои преступления перед Родиной.
2. Военным советам армий и прежде всего командую-
щим армиями:
а) безусловно снимать с постов командиров и комис-
саров корпусов и дивизий, допустивших самовольный от-
вод войск с занимаемых позиций без приказа командова-
ния армии и направлять их в военный совет фронта для
предания военному суду;
б) сформировать в пределах армии 3—5 хорошо во-
оруженных заградительных отрядов (по 200 человек в
каждом), поставить их в непосредственном тылу неу-
стойчивых дивизий и обязать их в случае паники и бес-
порядочного отхода частей дивизии расстреливать на
163
месте паникеров и трусов и тем помочь честным бой-
цам дивизий выполнить свой долг перед Родиной;
в) сформировать в пределах армии от пяти до деся-
ти (смотря по обстановке) штрафных рот (от 150 до
200 человек в каждой), куда направлять рядовых бойцов
и младших командиров, провинившихся в нарушении дис-
циплины по трусости или неустойчивости, и поставить
их на трудные участки армии, чтобы дать им возмож-
ность искупить кровью свои преступления перед Роди-
ной.
3. Командирам и комиссарам корпусов и дивизий:
а) безусловно снимать с постов командиров и комис-
саров полков и батальонов, допустивших самовольный
отход частей без приказа командира корпуса или диви-
зии, отбирать у них ордена и медали и направлять их в
военные советы фронта для предания военному суду;
б) оказывать всяческую помощь и поддержку загра-
дительным отрядам армии в деле укрепления порядка и
дисциплины в частях.
Приказ прочесть во всех ротах, эскадронах, батаре-
ях, эскадрильях, командах, штабах».
Армия — это дисциплина. Воюющая армия — не
место для досужего морализирования, а армия, вою-
ющая на своей земле, — армия смертников! Только
смерть может снять с россиянина ответственность за
Россию, гибнущих от рук врага стариков и старух,
женщин и детей.
В основе любой армии лежит беспрекословное ис-
полнение воли начальства. Прикажут убить — убей,
прикажут умереть — умри. Чем выше цена войны, тем
строже дисциплина.
Но как бы ни была строга дисциплина, как ни вы-
сока была бы сознательная жертвенность бойцов —
человек остается человеком, и предлагаемая войной
психология для него противоестественна. Поэтому
164
дисциплина не бывает без подавления личности и
страха наказания. Нельзя посылать миллионы в бой,
на смерть, используя только лишь убеждение и взывая
к совести.
Когда годами идет тотальная война, такая как Ве-
ликая Отечественная, возможность выжить гораздо
ниже, чем вероятность потерять жизнь. Что может в
таких условиях заставить человека день за днем идти
на верную смерть? Страх смерти неминуемой! Страх
смерти позорной — от рук своих товарищей.
Не следует думать, что заградотряды выдумал Ста-
лин, а до него в русской армии все веками держалось
на сознательности. Дезертиров и мародеров стреляли
везде и всегда, ибо в воюющей армии трус и измен-
ник — это одно и то же.
В вермахте за воинские преступления не толь-
ко расстреливали, но и вешали. Не глядя на звание,
на мясных крюках за ребра. В сталинградском котле
днем и ночью рыскали офицерские патрули с жан-
дармскими бляхами, от пуль которых погибли тысячи
германских же солдат, заподозренных в уклонении от
передовой или мародерстве. Комендант Кенигсберга
генерал Лаш за сдачу в плен был приговорен к пове-
шению в апреле 1945 года, в мае 1945 года СС вешал
стариков-фольксштурмовцев на фонарных столбах.
Расправы со своими военнослужащими в германской
армии были так же привычны, как утреннее построе-
ние. Сталин во время войны не раз повторял формулу
Энгельса о том, что «немецкие солдаты боятся своих
офицеров больше, чем врага». Так во все века ковалась
знаменитая немецкая дисциплина — беспрекословное
подчинение, выполнение приказа любой ценой. Ина-
че — смерть. С таким врагом мы имели дело.
«Ни шагу назад» — это не только Приказ № 227,
это девиз Отечественной войны. Для того чтобы сле-
довать этому девизу, многим нашим людям не ну-
165
жен был Приказ № 227. Давно замечено — Приказ
№ 227 был издан не для Гастелло, героев Бреста, тан-
кистов Катукова, гвардейцев Родимцева или моряков-
десантников.
У тотальной войны своя мораль, своя систем коор-
динат. Подходить к оценке событий такой войны, ее
действующих лиц с шаблоном травоядной «развитой
демократии» — просто глупо.
Обеспечение контрразведывательного обслужива-
ния действующей армии, охрана тыла и прифронтовой
полосы, военной промышленности — это важнейшая
задача любой войны. Выше уже говорилось о психоло-
гической составляющей блицкрига. Учитывая ее важ-
ность, трус, болтун, паникер, расхититель, вредитель,
дезертир, мародер были более опасны, чем фашист на
поле боя. Все они должны были уничтожаться без жа-
лости и колебаний.
Так было с первых дней войны — Приказ № 227
лишь закрепил систему, обязательную к неукосни-
тельному исполнению и не оставлявшую решение о
наказании на усмотрение того или иного начальни-
ка. Приказ № 227, уникальный по своей откровен-
ности и боли, звучащей в нем, документ, обращенный
властью к народу, армии, поэтому его текст приведен
выше полностью. Только слепой не заметит, что при-
каз прежде всего призывает как раз к сознательности
и совести человека и только в последнюю очередь ис-
пользует устрашение.
Из текста приказа хорошо видны его истоки и при-
чины появления. По тексту же можно понять, какую
роль он призван был сыграть в истории войны.
Сколько вранья сегодня идет вокруг штрафбатов!
Их изображают воплощенным большевистским адом,
где вершат расправу кровавые упыри — работники
особых отделов, оперативники «Смерш».
166
В штрафную часть никто не направлялся за нос не
той формы, за неправильное приветствие начальства,
за социальное происхождение. В штрафные части по
решению военных трибуналов направлялись ПРЕ-
СТУПНИКИ. Подделка продуктовых карточек, спе-
куляция, бегство с поля боя, кража казенного имуще-
ства, дезертирство, потеря оружия, трусость.
Какое наказание в русской армии было испокон
веков за эти преступления? Смерть. Петля! «Солдат,
прибывших на этап в рваных сапогах, — арестовать
и предать суду, подвергнув предварительно наказанию
розгами. Главнокомандующий Юго-Западного фронта
генерал-адъютант А.А. Брусилов. Февраль 1916 года».
Вот так — рваные сапоги — пятьдесят палок и в дис-
циплинарный батальон. И драли и расстреливали,
а порядка все равно не было, значит, дело-то не в
порке.
Сталин дал шанс штрафникам погибнуть не от
пули в затылок, покрыв свое имя, имя своей семьи
несмываемым позором, а в бою, с честью и славой.
Большие потери несли не только штрафники. 1-я
гвардейская танковая армия от Вислы до Берлина по-
теряла четырех из пяти своих командиров танковых
бригад, все они являлись Героями Советского Союза.
За несколько дней до Победы над Бреслау сгорел в са-
молете командир авиакорпуса, генерал-майор, дваж-
ды Герой Советского Союза Полбин. Это были не
штрафники — это была золотая элита нашей армии,
гвардия! Погибли командующие фронтами Черняхов-
ский, Кирпонос и Ватутин, командармы Ефремов,
Ершаков, Карпезо, Лизюков, Костенко и многие дру-
гие. Адмирал Исаков потерял ногу, маршалы Жуков и
Василевский получили тяжелые контузии.
Сталина часто обвиняют в больших потерях, в том,
что он не жалел солдат. Находятся даже деятели, кото-
рые сочиняют «сто первую рассказку» о том, что Ста-
167
лин где-то специально погубил дивизию или две. Это
ложь! Сознательная ложь!
Премьер-министр Великобритании Ллойд-Джордж
в своих воспоминаниях о Первой мировой войне пи-
сал:
«Военное снаряжение русской армии по части пушек,
винтовок, пулеметов, снарядов и транспортных средств
было хуже, чем у всех, и по этой причине русских били
более малочисленные противники, часто уступавшие
русским по боевым качествам; так убивали русских мил-
лионами, в то время как у них не было никакой возмож-
ности для защиты или возмездия».
Генерал-адъютант А.А. Брусилов в 1915 году по-
лучил от Главнокомандующего приказ, который по-
верг старого служаку в шок: вооружить вновь сфор-
мированные стрелковые полки ТОПОРАМИ из-за
отсутствия винтовок! Не выдайте, мол, солдатушки,
за престол и Отечество айда на пулеметы германские
с топориками, а я Богу за вас помолюсь и свечку в
рубль поставлю. Это ли значит «беречь солдат»?
Сталин дал Красной Армии лучшую в мире артил-
лерию, лучшие в мире танки, Сталин ежедневно твер-
дил военным:
«Война требует массовой артиллерии. В современной
войне артиллерия — это бог. Нужно дать 400—500 сна-
рядов, чтобы разбить тыл противника, передовой край
противника разбить...
Второе — авиация, массовая авиация, не сотни, ты-
сячи самолетов, нельзя экономить бомбы. ...побольше
бомб нужно давать противнику для того, чтобы оглу-
шить его, перевернуть вверх дном...
Третье, тоже решающее, нужны массовые танки —
не сотни, а тысячи.
168
Четвертое — минометы. ...НЕЖАЛЕТЬ МИН, ЖА-
ЛЕТЬ СВОИХ ЛЮДЕЙ... ЕСЛИ ХОТИТЕ, ЧТОБЫ
У НАС ВОЙНА БЫЛА С МАЛОЙ КРОВЬЮ, - НЕ
ЖАЛЕЙТЕ МИН!
НУЖНО ДАВАТЬ БОЛЬШЕ СНАРЯДОВ И ПАТРОН
ДЛЯ ПРОТИВНИКА, ЖАЛЕТЬ СВОИХ ЛЮДЕЙ, СО-
ХРАНЯТЬ СИЛЫ АРМИИ».
Это не пустая болтовня — Великая Отечествен-
ная — первая война в истории России, когда наша
армия сполна была обеспечена всем необходимым для
победы. Военные наши не дадут мне соврать — ста-
линские запасы снарядов и патронов мы еще до сих
пор не потратили! Вот где забота о людях!
За приказ «О топорах» Сталин поставил бы к стен-
ке, не посмотрев на погоны. Когда командующий 1-й
танковой армией М.Е. Катуков в дни фашистского
наступления на Курской дуге потерял за один день
два вновь сформированных танкосамоходных полка,
Сталин, не задумываясь, отдал этого одного из своих
любимых командиров, героя Москвы, под суд! Жуков
потом лично ползал по полю боя, убеждаясь в том,
что полки Катуков использовал правильно и с поль-
зой для дела.
Расследовались органами НКВД и все иные слу-
чаи неоправданных потерь личного состава и техни-
ки. Так, в августе 1941 года НКВД СССР расследовал
причины больших потерь 199-й стрелковой дивизии
Юго-Западного фронта, в результате чего командова-
ние дивизии пошло под военный суд.
Война есть война. В бою никакому командиру не
удается «беречь солдат». Задача одна — победить. Бе-
речь солдата, когда атакуют «тигры» и «мессеры», —
САМОУБИЙСТВО. Беречь солдата — значит научить
солдата воевать, вооружить, одеть, накормить, вдох-
нуть в него веру в победу и свои силы.
169
Ни Суворов, ни Багратион, ни Скобелев, ни Кон-
дратенко, ни Брусилов не позволяли себе «беречь
солдат» в бою. «Беречь солдат» — это либо вражеская
пропаганда, либо слюнтяйство, граничащее с враже-
ской пропагандой, поскольку это попытка убедить нас
в том, что мы, русские, не умеем воевать!
Нельзя верить тем, кто убеждает нас в нашем
стремлении победить любой ценой, ценой любых
жертв. Сегодня известно, например, как немцы трави-
ли газом наших моряков, пограничников и курсантов
в Аджимушкайских каменоломнях, партизан Украины
и Белоруссии. СССР также имел запас боевых отрав-
ляющих веществ и все необходимые средства достав-
ки, однако нигде не применял их, как бы ни была
трагична ситуация.
Всегда следует помнить, что помимо патриотизма
главным источником мотивации наших солдат было
поощрение, в том числе и материальное. Согласно
приказу Сталина, каждый военнослужащий на пере-
довой получал сто граммов водки в день, в масштабах
фронта это миллионы тонн спирта ежедневно.
Буквально за все в Красной Армии были установ-
лены солидные денежные премии. Так, за быстрый и
качественный ремонт танков личный состав ремонтно-
восстановительных служб получал 100—200 рублей за
каждую легкую машину, 500 рублей за «Т-34» и 350—
800 рублей за тяжелый «КВ». За эвакуацию танка с
поля боя полагалось: 5000 рублей за «КВ», 2000 ру-
блей за «Т-34», 500 рублей за легкий танк. Анало-
гичные премии существовали для работников служб
эвакуации за доставку танков и другой техники на ре-
монтные пункты.
За уничтоженный танк противника полагалась пре-
мия от 200 до 1500 рублей, сбитый немецкий самолет
«стоил» 5000 рублей.
170
Если боец или командир отказывался от табачного
довольствия, он получал взамен 200 граммов шокола-
да или 300 граммов сахара в месяц.
Боевые награды с 1941-го по 1945-й получили бо-
лее 7 миллионов человек, 10 900 орденов было вруче-
но воинским частям армии и флота.
Что касается особистов, то огульно чернить их,
изображать демонами на руку нашим врагам. Работ-
ники особых отделов, контрразведчики в штрафных
частях имели дело с преступниками. Имея дело с пре-
ступниками, осуществляя управление ими, конвой,
оперативную работу в их среде, не замараться нельзя.
Но эта работа проводилась не в интересах отвлечен-
ной чекистской идеи, а в интересах защиты Родины, в
интересах защиты мирных людей и честных бойцов.
Сталин был строг. На карте стояла жизнь России.
Поэтому каждый на своем месте головой должен был
отвечать за дисциплину и надлежащее выполнение
приказа. Н.К. Байбаков, бывший в 1942 году заме-
стителем наркома нефтяной промышленности, вспо-
минал:
«В разгар битвы за Кавказ в июле 1942 года Сталин
вызвал меня и сказал:
«Товарищ Байбаков! Гитлер рвется на Кавказ. Он
объявил, что если не захватит нефть Кавказа, то про-
играет войну. Нужно сделать все, чтобы ни одна капля
нефти не досталась немцам! Вы должны уничтожить
промыслы и имейте в виду: если вы оставите немцам
хоть одну тонну нефти, мы вас расстреляем. Но если
вы уничтожите промыслы преждевременно, а немец их
так и не захватит, и мы останемся без горючего, мы
вас тоже расстреляем».
Разумеется, мне и в голову не могло прийти обидеть-
ся, осудить за жестокость, не оставлявшую никакого
выбора, сталинских условий, тем более воспринимать их
171
как некую жестокость. Ведь речь шла о высокой военной
ответственности, о слишком тяжелой цене возможной
ошибки. Военное время сурово, потому что решается
судьба страны, народа. Как же не отвечать своей го-
ловой за ответственное дело? Нет, нужно не колеблясь
класть жизнь на алтарь спасения Родины».
Время требовало такого уровня сознательности от
каждого солдата.
Скулить же по жертвам заградотрядов вовсе не сле-
дует — это были дезертиры — честные солдаты по-
гибали в бою с врагом. При выражении «заградотряд»
в воображении могут встать одетые в коверкотовые
гимнастерки тыловые палачи, поедающие белый хлеб
с маслом. А что было на деле? «Заградительные от-
ряды укомплектовать лучшими отборными бойцами и
командирами из дальневосточных дивизий» — приказ по
войскам Сталинградского фронта, август 1942 года.
Вот наша с вами нынешняя мораль — сибирские
стрелки — палачи, а мародеры и дезертиры — невин-
ные жертвы.
«Дезертиры терроризируют колхозников, работаю-
щих на полях по уборке урожая, и пастухов, пасущих
колхозные стада. Пользуясь тем, что трудоспособные
колхозники, могущие оказать сопротивление, находятся
в поле, дезертиры заходят в населенные пункты с целью
грабежа, убивают стариков и детей».
Неужели станем мы жалеть дезертиров? Сплошным
потоком шли спецдонесения подобного содержания из
тыла действующей армии в 1941 — 1942 годах. Проти-
востояли этой беде чекисты. Так не пора ли нам заду-
маться об истинной роли в войне заградотрядов, кон-
трразведчиков и территориальных органов НКВД?
*172
Как известно, приказ № 227 появился, когда танки
Клейста и гренадеры Паулюса рвались к Сталинграду.
Оборона Сталинграда, города Сталина, оказалась по-
воротным моментом в истории войны. Сегодня ряд
историков предлагают считать начало подлинно Оте-
чественной войны именно с обороны Сталинграда.
В этом есть свой смысл — в самом деле, Красная Ар-
мия, сдавшая немцам сотни больших и малых городов,
включая Новгород, Псков, Смоленск, Киев, Минск,
Одессу, Севастополь, вдруг остановила на волжском
берегу огромную фашистскую орду.
Орду эту не мог остановить никакой приказ, ника-
кие расстрелы, штрафники или заградотряды. Что-то
произошло в сознании народном, наступил тот пре-
дел, когда люди грудью встали на защиту своей земли
и без всякой мистики оказались непобедимы.
Когда над разбомбленным Сталинградом плыли
облака кирпичной пыли, дым пожаров, когда пылало
трудом народным нажитое добро, чернели металло-
конструкции наших заводов — нашей гордости, ког-
да по нашему Сталинграду шли солдаты Паулюса и
фашистские танки; кто, какие заградотряды могли их
остановить? Не нуждались в заградотрядах гвардейцы
Родимцева, вступившие с правого берега Волги прямо
в огонь Сталинграда и оставшиеся там навсегда. Не
нуждались моряки-десантники, рабочие-ополченцы.
С 15 по 22 сентября 1942 года немецкая мотопехота
и танки штурмовали сталинградский элеватор. Когда
они, потеряв несколько сот человек, все-таки взяли
его, то обнаружили только трупы сорока морских пе-
хотинцев и одного тяжело раненного моряка без со-
знания. Ни одного особиста.
Каким же монстром должен был быть мифический
заградотряд, созданный воображением некоторых не-
чистых на руку авторов, если он в прямом смысле
173
удерживал от бегства с поля боя шестимиллионную
Красную Армию?!
Сталина обвиняют в том, что он запретил эвакуа-
цию жителей и промышленности Сталинграда. К тому
времени уже сложилась недобрая традиция отступле-
ния: сначала из города выезжали вагоны с заводским
оборудованием, затем черные эмки партийного и эн-
кавэдэшного начальства, после этого выходила пе-
страя толпа жителей, далее за ней понурая колонна
красноармейцев, потерявших всякий стимул к защите
брошенного города. А чуть погодя, в город, играя на
губных гармошках, въезжали немецкие панцергрена-
деры.
И отдай Сталин приказ об эвакуации Сталинграда,
схема эта сработана бы и здесь. В результате решения
Сталина наши солдаты, матросы и ополченцы защи-
щали не кирпичи, а работавший «Красный Октябрь»
и «Баррикады», женщин и детей, укрывшихся в город-
ских подвалах.
И именно сознание того, что они защищают живой
город — свой дом, очаг, родной завод, помогло нашим
солдатам победить.
Нам нужно понимать, что если наш народ в своем
сознании заменит принцип «Мертвые сраму не имут»
на «Своя рубашка ближе к телу», его ждут упадок, бес-
честие, а от славы его останутся только триумфальные
арки прошлых побед.
Освобождение
^£а несколько суток до начала контрнаступления под
Сталинградом Сталин вызвал с фронта генерала Ва-
силевского в Москву по неотложному делу. На воз-
ражения генерала о невозможности оставить войска
в такой период Сталин сказал, что дело не терпит от-
лагательства.
По прибытии в Ставку в кабинете Сталина Васи-
левский ознакомился с письмом на имя Верховного
от командира 4-го механизированного корпуса гене-
рала В.Т. Вольского. В письме генерал Вольский вы-
ражал сомнение в успехе контрнаступления и считал
необходимым его отменить.
Для Василевского подобное письмо оказалось пол-
ной неожиданностью, он не представлял, что побуди-
ло Вольского его написать. Вместе с тем Василевский
дал положительную оценку качествам Вольского-
командира и рекомендовал не смещать его с должно-
сти, разумеется, предварительно плотно побеседовав.
Сталин согласился с таким предложением и, тут же
позвонив генералу Вольскому, убедил его в правиль-
ности стратегического решения Ставки, попросив по-
стараться выполнить задачу.
В ходе боевых действий 4-й механизированный и
генерал Вольский дрались хорошо, во многом предо-
пределив успех наступления фронта.
Не дожидаясь окончания боевых действий, Ста-
175
лин справился у Василевского о действиях Вольско-
го и его корпуса и попросил немедленно, до Указа
Президиума Верховного Совета СССР о награждени-
ях, чем-либо наградить генерала от имени Сталина.
Василевский распорядился нанести на свой пистолет
«Вальтер» наградную надпись и в тот же день препод-
нес его Вольскому. Василевский писал: «Мы стояли с
Вольским, смотрели друг на друга, и с ним было такое
потрясение, что этот человек в моем присутствии за-
рыдал, как ребенок».
На этом примере видно, насколько лживыми яв-
ляются измышления о палочной дисциплине в Крас-
ной Армии, запуганности и безынициативности ее ко-
мандиров. На примере генерала Вольского видно, что
Сталин ценил и всячески поощрял людей думающих,
искренне переживающих за дело, не считаясь с со-
ображениями карьеры, людей, как принято говорить,
дерзновенных. Этот пример показывает, как тщатель-
но готовил Сталин и наши военачальники операцию
под Сталинградом.
Для понимания глубины сталинского руководства
операциями, его принципиальности, хватки, поисти-
не всепроникающей воли стоит не полениться про-
честь отрывок из переговоров по БОДО между пред-
ставителем Ставки А.М. Василевским, командующим
Юго-Западным фронтом Н.Ф. Ватутиным и Сталиным
27 ноября 1942 года относительно проведения опера-
ций «Сатурн» и «Кольцо».
СТАЛИН: Неразумно, не доделав одно дело, ки-
даться на другое.
Войска противника под Сталинградом окружены,
их надо ликвидировать, чтобы освободить наши 3 ар-
мии, а руководить этим делом некому, объединить
действия Донцова и Иванова некому. Михайлову (Ва-
силевскому) нужно создать маленький оперпункт че-
176
ловек в 10—15 где-либо около Ляпичева или западнее
этого пункта и оттуда конкретно руководить делом
ликвидации Сталинградской группы противника, все
более и более сжимая кольцо. Это очень важное дело,
более важное, чем операция «Сатурн». Михайлов дол-
жен сосредоточиться только на одном этом деле. То,
что касается подготовки операции «Сатурн», пусть
этим займутся Ватутин и Кузнецов. Москва будет им
помогать.
Далее. Я не понимаю: откуда у Лелюшенко взялось
8 стрелковых дивизий. И что это за выражение — ле-
вый фланг Лелюшенко и правый фланг Лелюшенко,
тогда как у него должна быть одна армия — первая
гвардейская. Если идти по вашим предложениям, то
что остается на правом фланге, какие силы?
ВАСИЛЕВСКИЙ: Я отлично понимаю, что ликви-
дация Сталинградской группировки противника явля-
ется в данный момент основной задачей. Беря на себя
руководство операцией «Сатурн», исходил из Ваших
указаний. С завтрашнего дня с большим удовлетворе-
нием возьмусь за объединение и конкретное руковод-
ство действиями Донцова (Рокоссовского) и Иванова
(Еременко), которое фактически прекратил в связи с
выездом на правый фланг Лелюшенко. Под правым
флангом Лелюшенко имел в виду его правофланговую
ударную группировку в составе 2 гвардейских корпу-
сов, танкового корпуса, частей усиления, под левым
флангом — его левофланговую группу из 8 стрелко-
вых дивизий, из которых 5 уже на месте и 3 намечаем
передать за счет Романенко. По этим вопросам у меня
все.
СТАЛИН: Какие у вас еще другие вопросы? Где вы
думаете устроить оперпункт для руководства действи-
ями Донцова и Иванова? Где останется Воронов — у
вас или пойдет в район «Сатурна»?
177
ВАСИЛЕВСКИЙ: Необходимо доложить обста-
новку на данный момент. Она такова: против левого
фланга Лелюшенко из района Боковская и севернее
третий день ведут наступление подошедшие немец-
кие дивизии: 62-я пехотная, 22-я танковая, а также
первая мотодивизия румын. Сегодня в районе Боков-
ская установлено также наступление 294-й пехотной
дивизии немцев. В результате этого наступления ча-
сти Лелюшенко потеснены на рубеж реки Кривая,
на направлении Астахов, Пронин немцы перешли
на восточный берег реки. Севернее этого участка в
направлении на Ягодный попытки наступления 7-й,
11-й и остатков 9-й пехотной дивизии румын отра-
жены нашими частями. Для отражения наступления
немецких дивизий и их уничтожения направляются
47-я гвардейская стрелковая дивизия и две танковые
бригады из района Пронин, мотоциклетный полк из
района Липовской, что юго-Западнее Перед азовской.
Эти части направляются на северо-восток для удара
во фланг немцам. Навстречу им с севера вдоль реки
Кривая будет наносить удар 226-я стрелковая диви-
зия Лелюшенко, поддержанная танками. Считаем не-
обходимым первый корпус Лелюшенко подтянуть на
рубеж реки Дон в район Еланская.
СТАЛИН: Мехкорпус можете подтянуть в район
Еланская и использовать его по обстановке и по усмо-
трению Ватутина. Говорите дальше.
ВАСИЛЕВСКИЙ: При подготовке операции «Са-
турн» иметь его наготове, тем более что предоставля-
ется возможность нанести сильные удары по флангам
и тылу наступающей немецкой группировки и ее раз-
громить. Обстановка может потребовать использова-
ния мехкорпуса для контрударов на выгодных направ-
лениях. Второе: по вопросу управления Донцовым и
Ивановым. Я готов хоть сейчас отправиться в район
178
Ляпичева, но считаю, что организовать управление
тем и другим отсюда будет исключительно трудно,
отсюда можно будет организовать непосредственное
управление лишь Калачовской группой войск, чтобы
не допустить прорыва противника из сталинградско-
го кольца в сторону Тормосина. Немедленное управ-
ление обоими фронтами можно организовать из КП
Донцова, где уже связь имеется и где я смогу быть зав-
тра же. Прошу ваших окончательных указаний, чтобы
мог приступить сейчас же к их осуществлению. Все.
СТАЛИН: Начет Воронова говорите!
ВАСИЛЕВСКИЙ: Товарищ Воронов сейчас здесь
со мной. Товарищ Ватутин просит разрешить Воро-
нову выехать на два дня с ним к Лелюшенко с тем,
чтобы помочь ему быстро организовать «Сатурн».
СТАЛИН: А где КП Донцова (Рокоссовского)?
ВАСИЛЕВСКИЙ: Отвечаю — на участке 24-й ар-
мии.
СТАЛИН: Хорошо. Езжайте немедля на КП Донцо-
ва, возьмите необходимых работников и организуйте
координацию действий Донцова и Иванова. Воронов
пусть поедет вместе с Ватутиным для подготовки опе-
рации «Сатурн». Лелюшенко можете поставить лицом
на запад для отражения активных действий немцев с
помощью восьми дивизий и других средств усиления.
Далее. Мне не ясно, кто будет командовать 1-й гвар-
дейской, имея в виду ударную группировку с гвардей-
скими корпусами?
ВАСИЛЕВСКИЙ: Хорошо, приступаем, разрешите
мне взять с собой...
СТАЛИН: Я спрашиваю, кто будет командовать 1-й
гвардейской армией, расположенной на правом флан-
ге, Лелюшенко, или Кузнецов, или кто-либо другой?
ВАСИЛЕВСКИЙ: Просим разрешить всю подго-
товку возложить сейчас на Кузнецова под непосред-
ственным руководством Ватутина, так как Лелюшен-
179
ко, будучи исключительно занят отражением насту-
пления немцев на своем левом фланге, одновременно
с той и другой задачей не справится. В этих условиях
командование группы войск приходится возложить на
Кузнецова или на Лелюшенко, а Кузнецова заставить
командовать 8 стрелковыми дивизиями.
СТАЛИН: А где будет штаб 1-й гвардейской? У Ле-
люшенко или у Кузнецова?
ВАСИЛЕВСКИЙ, ВАТУТИН: Штаб правой группы
уже организован в районе Красноселовка Воронеж-
ская, КП левой группы южнее Еланской...
Прошу разрешения взять с собой Новикова и Та-
лалеева (генералов авиации), прошу направить мне
человек 8 штабных работников, обязательно хорошего
связиста и тыловика.
СТАЛИН: Значит, кто же будет командовать пра-
вой группировкой — Кузнецов или Лелюшенко, дайте
ответ!
ВАСИЛЕВСКИЙ, ВАТУТИН: Если не будете воз-
ражать, разрешите, поступим так: Кузнецова сейчас
же посадим на левый фланг Лелюшенко для управ-
ления войсками по отражению атак немцев, он же
будет готовить операцию этой группы по «Сатурну»,
аппарат выделяем ему из штаба фронта, Лелюшенко
не позднее завтрашнего вечера направим на правый
фланг, который по существу и будет командовать 1-й
гвардейской армией.
СТАЛИН: Лелюшенко уже командует фронтом
против немцев — лучше оставить его в районе левой
группы, а Кузнецова направить на правую группу, в
этом случае Кузнецов получит возможность заняться
подготовкой «Сатурна». Согласны?
ВАСИЛЕВСКИЙ, ВАТУТИН: Хорошо, так и по-
ступим.
СТАЛИН: Теперь товарищу Василевскому. Прими-
те указания.
180
1. В существующей обстановке ваша задача состоит
в том, чтобы объединить действия Донцова и Иванова
по ликвидации окруженной группировки противника.
Прошу вас заняться только этим делом и не отвле-
каться ни на какие другие дела.
2. Вся авиация Донского и Сталинградского фрон-
тов вместе с Новиковым, а также поступающий на
Донской фронт корпус бомбардировщиков «Пе-2» бу-
дут находиться в вашем распоряжении. Задача авиа-
ции — сосредоточенно громить окруженную группи-
ровку противника и не давать ей передыху.
3. Можно послать в ваш резерв один танковый кор-
пус, который можете использовать по своему усмотре-
нию для усиления Донцова или Иванова. Если пона-
добятся вам еще резервы, донесите завтра.
4. Вы должны иметь прямую и непосредственную
связь со Ставкой и регулярно информировать ее о
всех событиях в районе Донцова и Иванова.
5. Завтра доложите, не следует ли передать 62-ю
армию в состав Донского фронта, завтра же доложите,
куда направить танковый корпус. Есть ли у вас вопро-
сы, все ли понятно?
ВАСИЛЕВСКИЙ: Все понятно, и все будет испол-
нено. Танковый корпус прошу направить с выгрузкой
его в районе Иловлинская.
СТАЛИН: Мне кажется, что было бы хорошо иметь
вам танковый корпус где-либо в районе стыка Ста-
линградского и Донского фронтов. Я имею в виду
район Калача или Кривой Музги.
ВАСИЛЕВСКИЙ: Правильно, но сюда легче всего
подать из района Иловлинской, так как при подаче
его в район Сталинграда вынуждены будем переправ-
лять его через Волгу, а это отнимает слишком много
времени.
СТАЛИН: Хорошо. К аппарату Ватутина. Примите
указания.
181
1. У вас сейчас двойная задача, одна задача — руко-
водить действиями Романенко и Лелюшенко от райо-
на от Нижне-Чирской до Нижне-Кривской, вторая
задача — готовить операцию «Сатурн».
2. Товарища Воронова оставить в распоряжении
Федорова для подготовки операции «Сатурн», а также
для помощи Лелюшенко.
3. Кроме первого смешанного авиакорпуса, кото-
рый остается в распоряжении Федорова, вы получите
на днях еще один смешанный авиакорпус с дивизией
истребителей и дивизией штурмовиков. Всей группой
авиации Федорова будет руководить Фалалеев, кото-
рый на днях направляется к вам.
4. Если 5-й мехкорпус поступает в распоряжение
Романенко, так ли это?
ВАТУТИН: Докладываю, что в настоящее время
целесообразно 5-й мехкорпус планировать для Рома-
ненко. В случае, если обстановка к моменту его при-
бытия изменится и потребует усилить Лелюшенко,
то это можно будет сделать безболезненно несколько
позже, а сейчас планировать для Романенко.
СТАЛИН: А в чье распоряжение поступает гвар-
дейский мехкорпус?
ВАТУТИН: Гвардейский мехкорпус остается у Ле-
люшенко на его левом фланге, где его необходимо
держать уже сейчас.
СТАЛИН: Повторяю: оба мехкорпуса и 5-й гвар-
дейский в случае необходимости можете использовать
в районе левой группы Лелюшенко или в районе Ро-
маненко, смотря по обстановке. Для операции «Са-
турн» на днях будут направлены к вам один мехкорпус
дополнительно и один танковый корпус также допол-
нительно. Это будет ваш резерв.
Немедля посадите Кузнецова в район правой груп-
пы Лелюшенко, т.е. на Первую гвардейскую армию, и
заставьте его усиленно готовить «Сатурн».
182
Действиями Филиппова и Федорова по операции
«Сатурн» будет руководить Москва, которую вы долж-
ны регулярно информировать о ходе подготовки «Са-
турна». Все ли понятно, есть ли вопросы?
ВАТУТИН: Все указания совершенно понятны и
немедленно, с полной энергией будут выполняться.
Есть один вопрос — ко мне до сих пор не прибыла
артиллерийская дивизия РГК и дивизия ПВО, и неиз-
вестно, отправлены ли они. Прошу девятую дивизию.
СТАЛИН: Артдивизия РГК и зенитная дивизия по-
гружены и скоро будут у вас.
ВАТУТИН: Понятно, прошу сообщить их номера.
У меня осталось всего три полка PC, остальные пере-
даны с 21-й армией. Прошу, если возможно, напра-
вить мне еще четыре полка.
СТАЛИН: Ваши требования по эрэсам и по другим
статьям пришлите в Ставку. Я имею возможность по-
слать теперь же к вам два полка эрэсов, я завтра же
направлю их к вам. Все.
Спасибо. До свидания.
Остается только напомнить, что кроме Юго-За-
падного, у Сталина было еще десять воюющих фрон-
тов, 3 морских флота, народное хозяйство и прочая,
и прочая. Нормальному человеку невозможно даже
представить себе объем вопросов, лежавших на ответ-
ственности Сталина. Взвалить на себя такую нагрузку
ради славы, почета, амбиций нельзя. Мелкий человек,
примитивный тиран не способен совершить такой
подвиг, такое самоотречение.
Может возникнуть ощущение, что Сталин где-то
там по карте посмотрел и ему пришли в голову гени-
альные идеи. Перед подобными разговорами Сталин
вызывал сотрудников Ставки и Генштаба и не генера-
лов, а майоров, подполковников, которые «вели» от-
дельные направления и соединения — часами(!) сидел
183
с ними, разбирал ситуацию на конкретном участке.
Поэтому, когда Сталин отдавал приказы командую-
щим фронтами, он знал, что делает.
Сталин не был божеством, а вся его гениальность
держалась на работоспособности и терпении. Сталин
так же точно сталкивался с недобросовестностью, оч-
ковтирательством и попытками некоторых подчинен-
ных «поддеть его на фуфу».
Маршал авиации А.Е. Голованов вспоминал, что
однажды командующий ВВС генерал П.Ф. Жигарев и
нарком авиапрома А.И. Шахурин заспорили в кабине-
те Сталина, почему с заводов ВВС не принимают ско-
пившиеся там 700 самолетов. Шахурин уверял, что это
происходит из-за отсутствия летчиков, т.е. виноваты
ВВС, Жигарев же прямо заявил: «Шахурин врет! Само-
леты забракованы военпредами из-за производствен-
ных дефектов — они негодные! Говорю ответствен-
но!» Речь шла об авиагруппировке стратегического
масштаба. Сталин тут же приказал заводам доложить
о количестве не принятых ВВС машин, а приглашен-
ный генерал ВВС Селезнев, которого не посвятили в
суть дела, считал. Наконец подсчеты были окончены,
и Селезнев доложил: «Семьсот два самолета». «Поче-
му не перегоняют?» — спросил Сталин. «Потому, что
нет экипажей!» — ответил Селезнев. «Ответ, а глав-
ное, его интонация не оставляли сомнений в том, что
отсутствие экипажей на заводах — вопрос давно из-
вестный...» — писал Голованов.
Далее он вспоминал: «Я взглянул на Сталина. Он
был бледен и смотрел широко открытыми глазами на
Жигарева, видимо, с трудом осмысливая произошед-
шее. Его ошеломило не то, почему такое огромное
количество самолетов находится до сих пор еще не
на фронте, а убежденность и уверенность, с которой
генерал говорил неправду. Сталин распрощался с Ша-
хуриным и Селезневым. Я хотел последовать их при-
184
меру, но Сталин жестом остановил меня. Он медлен-
но подошел к генералу. Рука его стала подниматься.
«Неужели ударит?» — мелькнула у меня мысль. «Под-
лец! — с выражением глубочайшего презрения сказал
Сталин и опустил руку. — Вон!»
Голованов был потрясен выдержкой и достоин-
ством Сталина. Кстати, если вы думаете, что Жига-
рева тут же скрутил Берия и утащил в кровавый под-
вал Лубянки, то ошибаетесь — П.Ф. Жигарев работал
на высших должностях в ВВС еще двадцать лет, а с
1946 года вновь занял пост главкома ВВС СССР.
Такая практика была не исключением, не «прихо-
тью диктатора», а системой во время войны. Судите
сами.
Маршал Г. Кулик — сорвал прорыв блокады Ле-
нинграда в 1941 году, развалил управление войсками
под Ростовом в 1942 году, что привело к прорыву нем-
цев на Кавказ.
Маршал С.К. Тимошенко, Н.С. Хрущев, генерал
И.Х. Баграмян — допустили разгром и окружение со-
ветских войск в районе Харькова и прорыв их к Ста-
линграду.
Генерал Д.Т. Козлов, Л.З. Мехлис — провалили ко-
мандование Крымским фронтом в 1942 году, в резуль-
тате чего были потеряны Крым и Севастополь.
Генерал Ф.И. Голиков — допустил потерю Харько-
ва весной 1943 года, создавшую условия для немецко-
го летнего наступления 1943 года.
Никто из указанных генералов не был репресси-
рован, все они получили возможность в дальнейшем,
после административного наказания, расти по служ-
бе. Так относились не только к высшим командирам,
но и к военнослужащим вообще: например, оператор,
прикрепленный в Генштабе к Харьковскому направ-
лению в 1942 году, которого Сталин прямо обвинил в
некомпетентности и неправдивости, отделался запре-
185
щением занимать должности в центральном аппарате
Наркомата обороны СССР, и только.
Какая же тут может быть запуганность? Одна звез-
дочка — это ведь не голова.
Просто в наше время кое-кому трудно поверить,
что так, как работали наши генералы, офицеры и сол-
даты, можно работать сознательно, не из-под палки.
Очень показательно в этом смысле развитие пар-
тизанского движения в оккупированных районах,
поскольку над партизанами, как правило, с палкой
никто не стоял. Партизанская война — отдельная
большая тема, однако при взгляде на нее в глаза сра-
зу бросаются два факта. Первое: по-настоящему мас-
совое сопротивление захватчикам, непримиримую
партизанскую войну вели против фашистов только
славянские или православные народы: греки, сербы,
поляки, украинцы, белорусы и русские. Европейские
народы — французы, бельгийцы, голландцы, датчане,
норвежцы зачастую законопослушно ждали, пока их
освободят.
Второе: во всех случаях — будь то Греция, Югос-
лавия или СССР — основным организатором, вдох-
новителем подполья и партизанской борьбы были
коммунистические или национальные социально-
прогрессивные силы. Это еще и еще раз подтверждает
тот факт, что политическая система, существовавшая
тогда в нашей стране, была полностью оправдана тре-
бованиями времени и чрезвычайностью стоящих пе-
ред страной угроз. Попрекать Сталина в том, что он
был при этом чужд буржуазно-демократической мора-
ли, по-моему, просто глупо.
Рабочие дни Сталина были наполнены решением
самых разнообразных вопросов. Он мог неожиданно
вызвать в Ставку генерала танковых войск Катукова
с Западного фронта и начать его агитировать за огонь
186
с ходу: «Скажите, товарищ Катуков, пожалуйста, во
время атаки бить по немецким батареям надо? Надо.
И кому в первую очередь? Конечно, танкистам, кото-
рым вражеские пушки мешают продвигаться вперед.
Пусть даже ваши снаряды не попадут прямо в пушки
противника, а рвутся неподалеку. Хуже будут стрелять
немцы? Вот это и нужно! Стреляйте с ходу, снаряды
дадим, теперь у нас будут снаряды». После этого в
войска направлялась соответствующая директива по-
трясающей детализации за подписью Сталина.
Тут же в разгар Сталинградской битвы Сталин на-
чал обсуждать с учеными перспективы освоения кос-
моса и атомного проекта, по рекомендации А. Иоффе
выдвинув на эту работу профессора И. Курчатова.
Нарком финансов СССР А.Г. Зверев вспоминал,
что однажды в 1943 году ему ночью позвонил Сталин
и заговорил о послевоенной денежной реформе. Было
видно, что Сталин много думал об этом. На следую-
щий день в ГКО состоялось совещание, на котором
были заложены принципы послевоенной денежной
реформы, обсуждались вопросы работы финансовой
системы страны. При этом доклад Зверева длился
больше 3 часов!
Требуется добавить, что лично Сталину подчиня-
лась Авиация дальнего действия, которой он сам ста-
вил задачи на бомбардировку Данцига, Кенигсберга и
Берлина, вникал в причины потери каждого самолета
и экипажа. Таких вопросов были тысячи и тысячи.
Есть эпизод, который хотелось бы отдельно упомя-
нуть в ходе операции Сталинградской эпопеи, — отко-
мандирование Жукова на Западный фронт. Здесь тоже
приложил руку наш кинематограф, осветив события
претенциозно, что в существенной степени повлияло
на их восприятие нами вообще.
Докладывая Сталину о готовности наступления
под Сталинградом, Жуков отметил, что немцами под-
187
готовка к наступлению не обнаружена и что в пери-
од наступления необходимо сковать войска группы
«Центр» отвлекающим ударом на Западной фронте.
Сталин тут же предложил Жукову заняться организа-
цией данного отвлекающего удара, получившего наи-
менование операция «Марс». Авторы фильма делают
вывод: Жуков был фактически отстранен от проведе-
ния подготовленной им наступательной операции под
Сталинградом.
Такой вывод неправилен и несправедлив. Во-пер-
вых, авторство контрнаступления советских войск под
Сталинградом невозможно приписать одному Жуко-
ву, оно по крайней мере должно быть разделено с Ва-
силевским.
Во-вторых, решение Сталина о направлении Жу-
кова на Западный фронт было элементом именно той
маскировки, которая, как говорилось выше, не раз ре-
шала исход войны. Не надо быть большим стратегом,
чтобы понять, какой вывод сделали в Цоссене и Вол-
чьем логове из появления Жукова под Москвой, где
Красная Армия имела огромную группировку. И если
маневр войсками группы «Центр» на юг, на помощь
окруженной группировки Паулюса не состоялся, то
именно потому, что против группы «Центр» был Жу-
ков.
Я думаю, что сам Георгий Константинович, несмо-
тря на большое желание быть под Сталинградом, с
пониманием относился к этому решению Сталина.
Кроме того, как мы видим, именно Сталин держал
в своих руках все нити операции, и вполне естествен-
но, что в решающий момент он послал своего заме-
стителя на второе по значимости направление. Было
бы странно, если бы и Верховный, и его заместитель
толкались бы, образно говоря, на одной «сталинград-
ской кухне», бросив московское направление на про-
извол судьбы.
188
К Сталинграду было приковано внимание всего
человечества. Битва под Сталинградом — самое из-
вестное сражение мировой истории, сравнимое по
масштабам и потерям с крупной войной. Рузвельт
позднее метко назвал победу под Сталинградом эпи-
ческой. Россия, о которой многие до сих пор судили
застарелыми шаблонами, выдвинулась в ряд мировых
супердержав.
Не убежден, стоит ли сегодня возвращать городу-
герою его историческое, овеянное славой имя, но то,
что оно было у него отнято, было ударом не по Ста-
лину и не по тоталитаризму, а по нашему народу, его
гордости и славе.
Для Сталина победа под Сталинградом, окруже-
ние 6-й немецкой армии и особенно пленение Пау-
люса были огромным личным праздником. 4 февраля
1943 года командующий Донским фронтом Рокоссов-
ский и представитель Ставки Воронов, руководившие
ликвидацией группировки Паулюса, были вызваны в
Москву. Рокоссовский вспоминал, как встретил их
Сталин:
«Сталин не поспешил, не зашагал, а побежал... Под-
бежав вплотную, Сталин схватил мою руку двумя рука-
ми, сжал ее и, улыбаясь, с кавказским акцентом сказал:
Харашо, харашо, замечательно у вас получилось!».
Десять Сталинских ударов
Было время, когда Десять Сталинских ударов наи-
зусть знал каждый школьник. Так назывался ряд со-
крушительных наступательных операций Красной Ар-
мии в 1944 году, приведших к изгнанию фашистов из
СССР.
После смерти Сталина, вытравливая из истории
войны его имя, Хрущев, а с его подачи и наши генера-
лы в своих мемуарах представили Десять Сталинских
ударов не как колоссальное, стратегическое наступле-
ние Красной Армии по всему фронту, единое по духу,
замыслу, состоящее из серии последовательных уда-
ров, а как ряд независимых друг от друга операций.
Такой взгляд лишил историю Великой Отечественной
войны стройности и логичности, изобразил ее побед-
ный этап бессвязным набором сражений.
Какие битвы 1944 года знает сегодня средний рос-
сиянин? Нам иногда кажется, что после Курской бит-
вы Красная Армия совершила разгром немцев в Бе-
лоруссии, рванулась через Польшу к Одеру и взяла
Берлин. Это далеко не так. После взятия Орла и Бел-
города предстояло освободить Украину, Прибалти-
ку, Заполярье, Молдавию. Германия была еще очень
сильна — на ее стороне воевали Норвегия, Финлян-
дия, Венгрия, Румыния, Австрия. На Германию ра-
ботали также Чехословакия, Болгария, Югославия,
Греция. Восточный фронт немцев был прочен, вполне
190
укомплектован войсками, техникой, средствами обе-
спечения. Против 6,3 миллиона солдат, матросов и
офицеров, 95 604 орудий и минометов, 5254 танков и
САУ, 10 200 самолетов Красной Армии вермахт имел
5 миллионов человек, 54 570 орудий и минометов,
5400 танков, 3073 самолета.
Гитлеру представлялось, что Красная Армия будет
наносить главный удар на каком-либо одном направ-
лении, что подвижность вермахта, его разведка позво-
лят маневрировать резервами по фронту, ликвидируя
угрозы. Это были не пустые прожекты — другая ар-
мия, не наша, могла топтаться перед Днепром или под
Киевом много месяцев. Те же немцы три года про-
сидели в скалах Муста-Тунтури в нескольких верстах
от Мурманска, который так и не смогли взять, англо-
американцы, имея подавляющее превосходство над
вермахтом, никак не могли перейти границу Герма-
нии в 1944 году, преодолеть «линию Зигфрида».
Не только Гитлер, но и Черчилль очень надеялся
на то, что русские будут «ковыряться» на Восточном
фронте еще несколько лет.
Однако на деле Красная Армия к 1944 году прошла
радикальное преображение. Стратегическое руковод-
ство нашими вооруженными силами стояло теперь на
качественно иной ступени, нежели германское руко-
водство. Достаточно сказать, что Сталин имел к нача-
лу 44-го года в резерве ГК 3 общевойсковые, 2 танко-
вые армии, войсковые управления для развертывания
2 общевойсковых и 1 воздушной армии, 6 танковых и
механизированных корпусов, воздушно-десантного и
авиадесантного корпуса. Гитлер же располагал при-
мерно 10 резервными дивизиями.
Что это означало? Это означало, что Сталин мог
доставать стратегические группировки практически
из рукава — экипажи получали танки еще на заводах,
штаб и тыл прибывали из резерва — и готово соеди-
191
нение. Вот она, сталинская работа. Вот она, наша,
русских, работа. Это значит, что немцев не трупами
завалили, а переиграли их, передумали, показали им,
как надо организовывать дело.
Гитлер же, да и его военачальники так и не поняли
этих перемен, того, что ситуация требовала не такти-
ческих решений, а изменения военно-политических
подходов.
Наши войска в течение 1944 года на всех страте-
гических направлениях попеременно разгромили вер-
махт, освободили территорию СССР, создав условия
для последнего рывка на главном направлении — на
Берлин. Вермахт получал нокауты неожиданно, в
различных местах, немецкие войска метались вдоль
фронта, но нигде не смогли отбить ни одного из Де-
сяти Сталинских ударов. Вспомним их:
Первый удар. Январь 1944 года. Ленинградский
фронт, снята блокада Ленинграда.
Второй удар. Февраль 1944 года. Украина, окруже-
ние фашистов под Корсунь-Шевченковском.
Третий удар. Апрель 1944 года. Освобождение
Одессы, Крыма, Севастополя.
Четвертый удар. Июнь 1944 года. Освобождение
Карелии и выход Финляндии из войны.
Пятый удар. Июнь—август 1944 года. Освобожде-
ние Белоруссии.
Шестой удар. Август 1944 года. Наступление на
Украине, форсирование Вислы, создание Сандомир-
ского и Магнушевского плацдармов для наступления
на Берлин.
Седьмой удар. Август 1944 года. Освобождение
Молдавии, вступление Болгарии в войну на стороне
антигитлеровской коалиции.
Восьмой удар. Осень 1944 года. Освобождение При-
балтики.
192
Девятый удар. Октябрь—декабрь 1944 года. Насту-
пление в Венгрии.
Десятый удар. Октябрь 1944 года. Разгром фаши-
стов в Заполярье и Норвегии.
Почему победы Красной Армии в 1944 году назва-
ли Десять Сталинских ударов? Верноподданнический
подход? Холуйство? Ничего похожего!
Каждый из десяти ударов не только наносил по-
ражение той или иной группе фашистских войск, но
и приводил к решению больших политических за-
дач — выход из войны Финляндии, Норвегии, Бол-
гарии, Венгрии. Германия сдавала не только боевые
позиции, но и политические. Требовалось как про-
гнать фашистов из СССР, так и решить массу задач
политического, дипломатического свойства для того,
чтобы закрепить последствия побед Красной Армии.
Это была целиком прерогатива Сталина.
В замечательном романе «В августе 44-го», основан-
ном, кстати, на совершенно реальных событиях, речь
идет о Восьмом Сталинском ударе — освобождении
Прибалтики. Сталин лично контролировал контрраз-
ведывательное обеспечение операции (и, конечно, не
только его), вникал в мельчайшие детали оперативной
работы военной контрразведки.
Еще в июле 1944 года Жуков и Василевский, на-
бравшие к этому времени большой вес в Ставке, на-
стаивали на том, чтобы, усилив 2-й Белорусский
фронт, прежде всего разгромить группу армий «Север»
в Восточной Пруссии. Сталин вопреки мнению во-
енных настоял на наступлении в Восточной Польше.
Это пример того, как профессионалы-военные, дей-
ствуя по логике военного искусства, упустили из вни-
мания факторы политики: гонку со временем, вопрос
освобождения Польши и т.д. Сталин, как и в случае с
обороной Киева в 1941 году, оказался прав — опера-
ции в Восточной Пруссии позднее проходили крайне
193
сложно и надолго могли задержать нашу армию у по-
рога Европы.
Да, роль Жукова и Василевского в достижении По-
беды огромна, наш народ в вечном долгу перед этими
людьми. Но во время войны они были исполнителями
воли Сталина. Находясь на отдельных участках фрон-
та, представители Ставки были глазами и ушами Вер-
ховного, только он один видел ситуацию на фронте во
всей совокупности и огромности. Только Сталин пла-
нировал операции, руководствуясь как глобальными
соображениями мировой политики, так и мельчайши-
ми деталями оперативно-тактического свойства.
Подготовка операций в рамках Десяти Сталинских
ударов требовала мобилизации усилий тыла, промыш-
ленности и транспорта на соответствующем направле-
нии, и эти вопросы также лежали на плечах Верхов-
ного.
В 1944 году на примере Десяти Сталинских ударов
проявился полководческий талант Сталина. Это был
талант полководца-политика, полководца-мыслителя
и организатора.
Только рассматривая операции 1944 года как Де-
сять Сталинских ударов, можно понять величие по-
беды нашей армии. Неудача любого из десяти ударов
сделала бы невозможным наступление на главном
направлении, берлинском. Неправильно думать, что
немцы в 1944 году бежали. Решалась судьба Герма-
нии, судьба Европы, и страшные по ожесточенности
бои шли на Украине, на Сандомирском плацдарме, в
скалах Заполярья, в Венгрии и Молдавии.
Поэтому не ради культа личности Сталина, а ради
понимания истории Великой Отечественной войны,
которое необходимо каждому россиянину, ради гор-
дости за русское оружие, следовало бы вернуться к
названию Десять Сталинских ударов применительно
к операциям Красной Армии в 1944 году.
Сталин и союзники
последнее время нашему народу, народам Европы
все чаще пытаются вбить в голову, что война с фа-
шистской Германией ничего экстраординарного со-
бой не представляла. В ряде стран, включая Украину
и Прибалтику, фашистов рвутся представить идейны-
ми борцами за независимость или освободителями от
коммунизма.
Не так давно автор по наивности поздравил 9 мая
с днем Победы одного знакомого англичанина. Тот
долго не мог понять, о чем идет речь. Я напомнил
своему собеседнику операции в Северной Африке
и в Сицилии, гибель «Принс оф Уэлс» и «Худа», а
главное, союзнические конвои — «русский дымок и
английский дымок». Не помогло освежить память и
упоминание фильма «Джон из Динки-джаза» — ан-
гличанин не помнил ничего, кроме факта того, что
когда-то давно его страна воевала с Германией. Раз-
ница в памяти объясняется разницей в оценке войны
и ее разном качестве для СССР и союзников. И не бу-
дем забывать, что у англичан и американцев не было
Великой Отечественной, а была World war two — Вто-
рая мировая война.
Еще не успели стихнуть последние залпы той
войны, как немецкие генералы и полковники, на-
чиная от Манштейна и заканчивая группенфюрером
СС Мюллером, бросились писать мемуары, пытаясь
195
представить свои преступления крестовым походом
народов Европы против коммунистической чумы. На-
товские идеологи с радостью подхватили этот бред и
до сих пор с ним носятся.
Однако в действительности 60 лет назад Европа
стояла перед лицом маньяков, одержимых бредом пре-
восходства германской нации, и в буквальном смысле
была на краю гибели. Если бы оккупация Польши или
Франции продлилась бы на год или два больше, нет
сомнений, что евреи и цыгане в Европе были бы ис-
треблены поголовно. На очереди за ними стояли по-
ляки, русские и так далее. Польша, Франция, Норве-
гия, Чехословакия, Югославия, Греция уже перестали
существовать как государства.
Нашествие на Европу фашизма — это «Война ми-
ров», Уэллс — марсианская безжалостность полно-
го уничтожения народов и государств. Только перед
лицом столь смертельной опасности мог состояться
союз непримиримых врагов — коммунистического
СССР, колониальной Британской империи и полу-
криминального американского империализма.
Сегодня существуют две крайности в оценке союза
с Англией и США, поставки военной техники и ма-
териалов по ленд-лизу — от полного отрицания роли
антигитлеровской коалиции до придания ей роли ре-
шающего фактора в общей победе.
В политике иногда вредно все усложнять. Англи-
чане и американцы всех стараются убедить, что и они
«пахали». Упростим, как в математике. Представьте
себе, что на дом напали враги, сожгут дом — пойдут
к соседям. Что делают соседи? Кидаются в бой? Нет!
Они бросают вам через забор банки с тушенкой, и
присоединяются к битве, когда последний враг уже
упал на землю и старается уползти. Причем каждая
следующая банка летит к вам только после оплаты
золотом, а сроки вступления союзника в бой пере-
196
носятся до турецкой пасхи и дальше. Мы, россияне,
люди гордые и великодушные, мы тыкать союзников
в их смелость не станем, но сами знать, что к чему,
обязаны.
С чисто практической, количественной точки зре-
ния материальная помощь союзников была суще-
ственна, но, разумеется, не могла повлиять на соот-
ношение сил вермахта и Красной Армии.
Говорят, например, что без «студебеккеров» и
«виллисов» наши войска потеряли бы подвижность
и ползли бы к Берлину на год дольше. Чушь! В на-
чале войны не было под Москвой и под Сталингра-
дом американских автомобилей, а фашистов били и
окружали. На Восточном фронте и танки-то не всегда
проходили: снега, непролазная грязь, болота. Гитле-
ровские вояки после войны скулили, что погода под
Москвой их остановила. А какая была грязь на Украи-
не весной 1943 года! Какие «виллисы»! Танки на руках
тащили — плакали, а тащили! Шли по деревням, баб
просили помочь, пацанов.
По боевым качествам боевая техника США и Ан-
глии стояла ниже отечественной, наши танкисты и
летчики предпочитали «Т-34» и «Лавочкины» «шерма-
нам» и «харрикейнам». Мой дед служил после ране-
ния в Казанском танковом училище, которое готовило
командиров машин для союзнических танков, он пел
песенку на мотив из кинокомедии «Вол га-Вол га»:
Как Америка России подарила «эм три эс»
(танк М ЗС)
Шуму много, толку мало и высокий до небес...
Качество изготовления поступавшей по ленд-лизу
техники также было различным. Судите сами: 30 мая
1942-го первый Герой Советского Союза на Севере
командир истребительного авиаполка, любимец фло-
197
та подполковник Б. Сафонов получил приказ на под-
держку с воздуха союзного конвоя. Однако из всего
полка, оснащенного истребителями «Р-40» «тамаг-
хоук», в воздух смогли подняться только четыре ма-
шины, остальные имели дефекты двигателя. Одна из
четырех взлетевших машин вскоре вынуждена была
вернуться также из-за неисправности мотора. Тройка
наших летчиков атаковала 45 «юнкерсов», прикрытых
истребителями. Б. Сафонов сбил три вражеских ма-
шины, когда и у его «Р-40» отказал мотор. Машина
Сафонова рухнула в море и взорвалась.
Сталин со свойственной ему прямотой говорил
Жукову: «Их «харрикейны» — дрянь, а Черчилль тор-
гуется из-за нескольких «харрикейнов».
Общая сумма поставок по ленд-лизу в 1941 —
1945 годах достигла 11 миллиардов 260 миллионов
344 долларов США — колоссальная цифра в масштабе
цен того времени. В то же время эта цифра составляет
не более 4% советского военного производства за тот
же период.
Уже говорилось о второстепенности цифр в по-
нимании Великой Отечественной, но здесь как раз
наглядно видно, какой экономический потенциал,
какую готовность к качественному рывку в будущее
набрал СССР перед войной. Наша страна за четыре
года только военной продукции произвела на суммы,
которые и при нынешнем масштабе цен, при нынеш-
нем развитии производительных сил кажутся фанта-
стикой.
Кстати, хотелось бы задать вопрос любителям по-
скулить о хрусте костей в первые пятилетки: чем бы
мы расплачивались за ленд-лиз с США и Англией,
если бы не Сталин? Откуда бы вы взяли золотой за-
пас, если царское правительство разбазарило его до
копейки? Сейчас стало нормой клеймить большеви-
ков за реквизированные церковные ценности и про-
198
данные за границу яйца Фаберже. Проблема только в
том, что яйца Фаберже не помогли бы построить за-
водов и фабрик, да и США с Англией за них не дали
бы потом и танка.
Хотелось бы спросить и у хнычущих по русской
деревне: чем мы кормили бы армию, если бы не кол-
лективизация? До коллективизации Россия не имела
государственного запаса хлеба! Во время Первой ми-
ровой на покупку хлеба для армии при российских от-
катах, взятках и бесхозяйственности не только улетел
весь золотой запас, но и образовались колоссальные
долги. Да и рассчитаться с долгами царского прави-
тельства можно было, только опираясь на экономи-
ку, построенную при советской власти. Наши соседи
в Украине носятся с голодомором, а факт состоит в
том, что без коллективизации голодомор повторял-
ся бы каждые несколько лет и любой неурожайный
год, любое стихийное бедствие ставило бы страну на
грань катастрофы. Современное промышленно разви-
тое государство может прокормиться, только обладая
высокоэффективным сельским хозяйством. Причем к
началу войны односторонняя «дойка» деревни уже за-
вершалась — к 1940 году промышленность дала дерев-
не более 600 тысяч тракторов и 170 тысяч комбайнов.
Скачкообразная урбанизация при промышленном
подъеме ни в одной стране мира не может происхо-
дить на фоне патриархального сельского хозяйства.
Если говорить о положительном воздействии анти-
гитлеровской коалиции в период до открытия Второ-
го фронта, оно прежде всего в том, что вдохнуло в
наш народ новые силы. В начале войны, в 1941 году,
поддержка со стороны англичан и американцев вы-
звала в народе большой подъем. Следует помнить,
что с Гражданской войны наши люди жили в усло-
виях враждебного окружения, привыкли к тому, что
мы одни, и вдруг у СССР появились могуществен-
199
ные союзники. Воодушевление народа в этой связи
подтверждают агентурные донесения НКВД по всем
слоям общества. Это значение союза и ленд-лиза не-
дооценивать нельзя.
Суть же антигитлеровской коалиции оставалась в
1941 — 1945 годах очень непростой, и кроме разгрома
фашизма внутри ее решалось будущее народов мира и
Европы, взгляды на которое у членов коалиции были
часто несовместимыми.
Выше уже говорилось о том, что СССР имел вме-
сто половины германской армии всю ее целиком на
Восточном фронте благодаря отсутствию фронта За-
падного. У нас, русских, добрая душа — мы считаем
антигитлеровскую коалицию святым союзом народов
против Гитлера. Черчилль же, Британия и до войны,
и во время войны делали многое для того, чтобы по-
ставить крест не только на Германии, но и на СССР.
А потому вопросов, касающихся действий союзников,
гораздо больше, чем ответов: зачем и для чего уле-
тел Гесс в Англию в 1941 году? Почему Гитлер напал
на СССР, не опасаясь Второго фронта? Почему до
1944 года без всякого объяснения Черчилль отклады-
вал высадку в Европе? Почему Черчилль в 1942 году
погубил конвой PQ-17, а затем всячески препятство-
вал нормализации военных поставок в СССР?
Вы никогда не задумывались над тем, что помеша-
ло Гитлеру перебросить в ливийскую пустыню две-три
дивизии СС и устроить там Черчиллю и Александеру
еще один Дюнкерк? Для вермахта образца 1942 года
раздавить опереточную, колониальную армию англи-
чан в Африке и в несколько недель дойти до Багда-
да было однова дыхнуть. Что касается армии США,
то даже англичане были удивлены низкой боеспо-
собностью американских сухопутных войск. Когда
в марте 1944 года одна из авиагрупп союзников при
налете на Нюрнберг потеряла из 97 бомбардировщи-
200
ков 20 (20,6%), английские и американские летчики
взбунтовались. Что, кроме нежелания, могло поме-
шать немцам разбить союзников? Что могло их оста-
новить, кроме явного или молчаливого соглашения с
Черчиллем относительно невмешательства Англии в
драку Германии с Россией?
Почему Сталин так настойчиво требовал откры-
тия Второго фронта в Европе? Ведь когда стало ясно,
что мы сами сможем расправиться с фашизмом, для
СССР казалось более выгодным самостоятельно осво-
бодить Европу, целиком оккупировать Германию.
По-видимому, Сталин считал, что при подобном раз-
витии событий англичане и американцы могут пойти
на сговор с Германией и ополчиться против СССР.
Установление влияния нашей страны на всем Евро-
пейском континенте было для Черчилля хуже сделки
с Гитлером. Еще в 1940 году Сталин говорил о войне
между Англией и Германией: «Воевать-то они там во-
юют, но война какая-то слабая: то ли воюют, то ли в
карты играют. Вдруг они возьмут и помирятся, что не
исключено».
Поэтому Сталин считал открытие масштабных бое-
вых действий против Гитлера войсками союзников в
Европе единственной надежной гарантией сохранить
единство в рядах коалиции.
В пользу такого суждения свидетельствует тот факт,
что, даже высадившись в Европе, англичане и амери-
канцы пошли-таки в марте 1945 года на сепаратные
переговоры с Вольфом в Швейцарии. Располагая по
поводу этих переговоров неопровержимыми фактами,
Сталин припер Черчилля к стенке фактами и заставил
его изворачиваться и оправдываться. Однако берн-
ский позор все же замарал имя британского премьера,
как он потом ни пытался представить себя идейным
борцом с фашизмом.
И все же сейчас мы не вспоминаем, что союзники
201
подписали-таки с фашистами одностороннее переми-
рие в Реймсе 7 мая 1945 года, и только безусловное
требование Сталина заставило их обратить это сепа-
ратное соглашение в безоговорочную капитуляцию.
Поступи так Сталин, американцы и англичане нас бы
по сию пору тыкали в такой договор, как тычут в пакт
Риббентропа—Молотова.
Почему Сталин требовал суда над главарями фа-
шистов? Потому, что он понимал — если агрессия не
будет осуждена, соответствующим образом оценена,
империалисты дело Гитлера тут же начнут поднимать
на щит. Именно поэтому СССР выступил инициато-
ром и главным обвинителем на Нюрнбергском про-
цессе, стремясь осудить не только немецких нацистов,
но и империалистическую вооруженную экспансию
вообще, поставить правовое препятствие ее распро-
странению в будущем.
Порядочность — это вообще главный недостаток
русских и внешней политики России. Сталин и го-
лодный СССР после войны несколько лет бесплатно
кормили Польшу, Германию, Австрию, Венгрию, Че-
хию, Болгарию и Румынию. Американцы за это наде-
ли бы на них такой хомут, что не распрячь вовек. Мы
же со своей широкой душой не только не потеряли
готовности подобным образом поступать и теперь, но
и стесняемся попрекнуть своей дружбой.
При всей своей азиатской хитрости Сталин в меж-
дународных отношениях был в какой-то степени иде-
алистом, веря слову и надеясь на разум оппонентов.
Например, Сталин внутренне не принимал оружие
массового поражения. Это касается и химического
оружия и, в особенности, атомного. Еще в конце 30-х
годов Сталину докладывали о возможности создания в
ближайшем будущем боевого заряда с использованием
энергии атомного ядра. Однако Сталин, этот «тиран и
деспот», считал работы в данном направлении людо-
202
едскими идеями и отвергая их. СССР развернул рабо-
ты по созданию атомной бомбы только тогда, когда
США начали угрожать применением ее против нашей
страны. Обзаведясь же атомной бомбой, Сталин не-
медленно выступил с инициативой о полном запре-
щении этого вида оружия.
Как иллюстрация нашей наивности и веры в до-
бро вспоминается рассказ командующего 1-й танко-
вой армией Катукова о том, как при штурме Берлина
его танкисты в одном из домов обнаружили несколько
ящиков с минеральной водой. Естественно, в горячке
смертельной схватки бойцы эту воду выпили, а через
несколько дней в штаб 1-й танковой пришел счет из
одного нейтрального европейского посольства, ко-
торому принадлежала эта злосчастная вода. Глубину
потрясения генерала Катукова невозможно передать
словами: у него не могло уложиться в голове — как
можно требовать оплаты нескольких бутылок воды у
людей, только что освободивших Европу от коричне-
вой чумы? Как можно не постесняться принести счет
на несколько франков в штаб армии, где оплакива-
ют героев-танкистов, прошедших с боями от Орла и
Мценска и погибших у стен Рейхстага?
Как о личном одолжении прошу всех своих сооте-
чественников, которые прочтут эти строки, никогда
не вести себя, как эти нейтралы. Рожденный ползать
летать не может. А мы, россияне, можем! Это надо
твердо знать.
Стремясь укрепить коалицию, Сталин еще в
1943 году передал Рузвельту, что после окончательной
победы над Германией СССР присоединится к войне
с Японией. Для Рузвельта тогда это имело огромное
значение, поскольку американские военные не имели
понятия о том, каким образом они будут захватывать
японские острова и Китай. Возможные потери армии
США при этом оценивались в 1 миллион человек. То
203
есть Сталин постарался заинтересовать Рузвельта и
США в войне с Германией до победы, обусловив это
дальнейшей помощью в вопросе с Японией.
Сейчас Запад внушает всему миру, что Сталин стре-
мился к оккупации Европы, советизации ее и т.п. На
самом деле ситуация совершенно иная. Судьбы наро-
дов лидерам западных демократий были гораздо более
безразличны, чем большевикам. Весьма показательно
в этом смысле решение союзниками вопроса о буду-
щем Балкан в октябре 1944 года в Москве.
У. Черчилль в своих воспоминаниях писал:
«...я заявил: «Давайте урегулируем наши дела на Бал-
канах. Ваши армии находятся в Румынии и Болгарии.
У нас там есть интересы, миссии, агенты. Не будем
ссориться из-за пустяков». Пока это переводилось, я
взял пол-листа бумаги и написал:
«Румыния
Россия — 90%
Другие — 10%,
Греция
Великобритания — 90%
Россия — 10%,
Югославия — 50—50%)
Венгрия — 50—50%>
Болгария
Россия —75%)
Другие — 25%о.
Я передал этот листок Сталину, который синим ка-
рандашом поставил на нем большую птичку. Исписан-
ный карандашом листок бумаги лежал в центре стола.
Наконец я сказал: «Не покажется ли вам несколько ци-
ничным, что мы решили эти вопросы, имеющие жиз-
ненно важное значение для миллионов людей, как бы
экспромтом? Давайте сожжем эту бумажку?» «Нет,
оставьте ее себе», — сказал Сталин».
204
Я уже не говорю о том, что Югославия и Греция
были почти полностью освобождены собственными
народами, но эти народы еще и на 99% поддерживали
коммунистов во главе с Тито и Захариадисом. Чем в
таком случае являлось предложение Черчилля, как не
навязыванием этим народам своей воли вопреки их
мнению и желанию?
Сталин прямо говорил — мы хотим видеть в этих
странах дружественные, демократические правитель-
ства, ориентированные на мирное развитие и добро-
соседство. Ну разве можно представить себе Сталина,
который, ерзая на стуле, предлагает Черчиллю замести
следы таким образом — «сожжем эту бумажку»!
Этот пример не для того, чтобы изобличить Чер-
чилля. Его поведение — типичный политический
торг, который совершается всегда, всеми и при любых
режимах. Однако такое поведение Черчилля не делает
его преступником в глазах англичан и не понуждает их
стыдливо пропускать страницы своей истории. И уж
конечно, не англичанам учить нас этике в междуна-
родных отношениях и демократии.
Сталин делал все, чтобы превратить антигитлеров-
скую коалицию в прообраз послевоенного сосущество-
вания наций. Он был предельно честен с союзниками,
честен настолько, что интриган Черчилль ничего не
мог этому противопоставить.
В то же время Сталин твердо отстаивал интересы
СССР, что особенно проявилось в решении польского
вопроса. Известно, что для Англии иметь в Польше
антисоветское, антирусское правительство было зада-
чей № 1 после разгрома фашизма. Во время войны
Польское эмигрантское правительство находилось в
Лондоне, а в Польше наряду с другими силами со-
противления действовали верные ему отряды Армии
Крайовой.
Англия пыталась применить испытанный принцип
205
«разделяй и властвуй» к отношениям СССР и Поль-
ши, настаивая в 1944 году на том, что СССР и Поль-
ша прежде определения совместной границы должны
заключить перемирие. Сталин решительно отверг эти
инсинуации Черчилля. Сталин не пошел на реставра-
цию в Польше эмигрантского правительства Мико-
лайчика, с которым, кстати, у СССР были разорваны
с подачи Черчилля в 1943 году дипотношения, а до-
бился установления демократической дружественной
СССР власти в Польше. Чего же хотел Черчилль?
Чтобы Сталин, положив между Вислой и Одером
600 тысяч русских солдат, отдал бы Польшу Англии?
Позволил бы натравить поляков на русских? Допустил
бы новый Версаль?
В вопросе с Польшей Черчилль перешел к откры-
той конфронтации, подтолкнув польское эмигрант-
ское правительство к организации Варшавского вос-
стания. Это типичная политическая логика англичан,
не стесняющихся стравить народы на почве внутрен-
них противоречий, ибо им было прекрасно известно,
что к штурму Варшавы готовятся части Войска Поль-
ского, возглавляемого членами Комитета националь-
ного возрождения.
Если бы не выдержка Сталина, несмотря на ульти-
матумы Черчилля, не ввязавшегося в авантюру с вос-
станием, Польша встала бы перед угрозой националь-
ной смуты и гражданской войны, что в тех условиях
было равноценно гибели нации. Хотелось бы дождать-
ся того момента, когда поляки научатся разбираться в
том, кто им друг, а кто враг.
Впоследствии сам Черчилль признавался:
«Без русских армий Польша была бы уничтожена или
низведена до рабского положения, а сама польская нация
стерта с лица земли. Никакие силы в мире кроме рус-
ской армии не смогли бы освободить Польшу».
206
Сегодня недостойную политику дестабилизации
Европы продолжают другие силы, которые всяче-
ски раскачивают ситуацию на континенте: расширя-
ют НАТО, мутят воду в Югославии, на юге России.
Американцы-то рассчитывают отсидеться в Северной
Америке, но народам Европы следует задуматься над
уроками истории, над тем, что новая война погубит
континент, и строже спрашивать со своих прави-
тельств за предательство национальных интересов.
Англичане и американцы требовали расчленения
Германии — им необходимо было убрать конкурента в
Европе. Сталин настоял на сохранении единой Герма-
нии, и тогда англо-американцы принялись устранять
Германию ковровыми бомбардировками. Они пресле-
довали цель уничтожения германского промышленно-
го потенциала, поскольку вермахт и так практически
на Западе уже не сопротивлялся. В дальнейшем имен-
но США кредитовали восстановление промышлен-
ности Западной Германии, загнав Германию в такую
долговую яму, из которой она до сих пор не может
вылезти. Да мыслимое ли дело — великая германская
нация уже шестьдесят лет живет в условиях иностран-
ной военной оккупации, которой не видно конца!
Авторитет Сталина в антигитлеровской коалиции
был непререкаем. Черчилль вспоминал, что, когда
Сталин входил в зал Ялтинской конференции, все
вставали, держа руки по швам. А.А. Громыко на той
же конференции заметил, что даже когда Сталин мол-
чал, а говорили другие, то все смотрели все равно на
Сталина, ожидая его реакции. И Черчилль, и Рузвельт,
и Трумэн, и Идэн, и Гарриман чувствовали силу Ста-
лина и безоговорочно отдавали ему лидерство.
Маршал авиации А.Е. Голованов вспоминал:
«Однажды в августе 1942 года британский пре-
мьер взял бутылку армянского коньяка и наполнил рюм-
207
ку Сталина. В ответ Сталин налил тот же коньяк
Черчиллю. Тосты следовали один за другим. Сталин и
Черчилль пили вровень. Я уже слышал, что Черчилль
способен поглощать большое количество горячительных
напитков, но таких способностей за Сталиным не во-
дилось. Что-то будет?
Почему и сам не знаю, мной овладела тревога. За
столом шла оживленная беседа, звучала русская и ан-
глийская речь. Я впервые увидел, что можно вести раз-
говор на разных языках, так, словно переводчика не су-
ществует. Черчилль на глазах пьянел, в поведении же
Сталина ничего не менялось. Видимо, по молодости я
слишком откровенно проявлял внимание к состоянию
двух политических деятелей: одного — коммунистиче-
ского, другого — капиталиста, и очень переживал, чем
все это кончится.
Распрощавшись, Черчилль покинул комнату, под-
держиваемый под руки. Остальные тоже стали рас-
ходиться, а я стоял как завороженный и смотрел на
Сталина. Конечно, он видел, что я все время наблюдал
за ним. Подошел ко мне и сказал: «Не бойся, Россию не
пропью. А вот Черчилль завтра будет метаться, когда
ему скажут, что он тут наболтал» — И твердой, не-
торопливой походкой вышел из комнаты».
Остается сожалеть, что подобная физическая и ду-
ховная стойкость не всегда была свойственна лидерам
России.
В личностном плане Сталин с ббльшим уважением
относился к Рузвельту, чем к Черчиллю, но никогда
не питал на их счет иллюзий. В беседе с югославскими
журналистами в 1945 году Сталин сказал: «В отличие
от Черчилля, готового вытянуть даже копейку из ва-
шего кармана, Рузвельт лезет в карман лишь за более
крупными монетами».
208
Наиболее известным высказыванием Черчилля о
Сталине являются слова из его речи, сказанной в Па-
лате обшин 21 декабря 1959 года. Собственно, для по-
нимания роли Сталина в Победе над фашизмом мож-
но было и ограничиться этой характеристикой. Ко-
нечно, Черчиллю очень хотелось остаться в истории
не благодаря Фултону или Берну, а благодаря Победе,
и тем не менее такое признание от самого ярого анти-
советчика, «черного кобеля, которого не отмоешь до
бела», по выражению Сталина, поучительно для нас.
«Большим счастьем было для России, что в годы тя-
желейших испытаний страну возглавил гений и непо-
колебимый полководец Сталин. Он был самой выдаю-
щейся личностью, импонировавшей нашему изменчивому
и жестокому времени... Сталин был человеком необы-
чайной энергии и несгибаемой воли, резким, жестоким,
беспощадным в беседе, которому даже я, воспитанный
здесь, в британском парламенте, не мог ничего противо-
поставить. Сталин произвел на нас величайшее впечат-
ление. Он обладал спокойной, лишенной всякой паники
мудростью. Он был непобедимым мастером находить в
самые критические моменты пути выхода из самого без-
выходного положения. Он был необычайно сложной лич-
ностью. Он создал и подчинил себе огромную империю.
Сталин был величайшим, не имеющим сравнения в мире
диктатором, который принял Россию с сохой, а оста-
вил ее с атомным оружием. История таких людей не
забывает».
Когда над миром нависла опасность порабощения,
а народы Европы столкнулись с перспективой физи-
ческого уничтожения, Сталин оказался единственным
лидером в мире, способным противостоять Гитлеру.
Союзники это отлично понимали. Они уповали на
Сталина, называли его гением, пели ему хором гимны
209
и славили, как только могли. Ныне же оказывается,
что Россия воевала не демократическими методами,
замаралась — гляди, и руки не подадут.
* * *
Сталин сказал в отношении США: «Президенты
приходят и уходят, а капиталисты остаются». Это зна-
чит, что, как только была устранена угроза фашизма,
противоречия между капиталистическими США и Ан-
глией и социалистическим СССР вышли на первый
план в международной политике.
Главным виновником обострения международных
отношений стали США, рвавшиеся к мировой геге-
монии. По утверждению Сталина, капиталистическая
система мирового хозяйства таит в себе элементы
общего кризиса и военных столкновений, поэтому
развитие мирового капитализма происходит не в виде
плавного и равномерного движения вперед, а через
кризисы и военные катастрофы. Именно эти качества
капиталистической системы вызвали к жизни холод-
ную войну, и именно их последствия мы наблюдаем
теперь в мировой экономике. А там, где государство
не смогло подчинить капитал национальным интере-
сам, буржуазия подмяла институты государства под
себя, превратив его в ненасытную империалистиче-
скую гидру.
В 1949 году США и страны Западной Европы в на-
рушение устава ООН создали агрессивный военный
блок НАТО, не сложивший оружия до сих пор. Если
кто-то полагает, что с уходом Горбачева и СССР с по-
литической арены НАТО повыбрасывал старые лозун-
ги и средства их реализации, тот заблуждается.
Для того чтобы соперничество России с США и
Англией сохраняло паритет, не превращалось со сто-
роны Запада в давление и диктат, а то и грабеж, мы
210
должны быть сильными и экономически, и политиче-
ски, а главное — духовно. Россия не должна идти за
Западом по пути развращения и разложения народа,
только так мы сможем сохранить тот дух, который по-
может выстоять в любых испытаниях.
Никакая техника, никакой военный бюджет не
помогут духовно слабому победить духовно сильно-
го. Совокупный военный бюджет Англии и Франции
в 1940 году во много раз превосходил военный бюд-
жет Германии, что не помешало Гитлеру раздавить
французскую армию и обратить в бегство англичан.
Голодная армия Северной Кореи два года успешно
сражалась с военной машиной дюжины мощнейших
держав, включая США.
Наконец, Вьетнам, который американцы варварски
бомбили и жгли напалмом с 1959 по 1975 год. В конце
концов американская военная мощь со всеми авиа-
носцами, стратегическими бомбардировщиками, ра-
кетами и спутниками оказалась бессильна, поскольку
исход войны требовалось решить на поле боя лицом
к лицу с противником. А ведь во Вьетнаме к середине
60-х годов США держали более 30% своей военной
техники и почти 70% морской пехоты! Однако для по-
беды требовалось еще и моральное превосходство.
* * *
По выражению Де Голля, Сталин отличался тем,
что не способен был почивать на лаврах, «наслаждать-
ся победами», поэтому после Победы он не сложил
оружия, а возглавил борьбу нашего народа против но-
вой угрозы — ядерного шантажа США.
Сталин понимал: жизнь народа, страны — это борь-
ба. Он был чужд статичных форм, догм, поэтому Ста-
лин не назначал преемника, не создавал никому те-
пличных условий. Сила власти Сталина заключалась в
211
том, что она была завоевана естественным путем, ни-
кто Сталина этой властью не наделял. Сам он не пре-
секал соперничества между своими соратниками для
того, чтобы в этой борьбе был определен новый лидер,
новый подлинный вождь партии и народа. Жертвами
этой борьбы пали руководители парторганизации Ле-
нинграда, заместитель Сталина в правительстве Воз-
несенский. Существование большой страны, великой
страны имеет свой непреложный закон — ее образует
внутренняя борьба. Как только внутри общества, вну-
три власти наступает застой, самодовольство — вели-
кая страна погибает. Власть — не игрушка, передавать
ее, повинуясь только лишь сомнительным иностран-
ным традициям, это, по выражению Ленина, «ребячья
игра в формальность».
Сталин прекрасно знал, что после его ухода СССР
ожидают перемены, что тенью Сталина государство
управляться не может, но в этих переменах должны
были родиться новые формы государственности, но-
вая система власти, новая страна, которая обеспечила
бы нашему народу движение вперед.
Пером и лирой
1Лскусство сталинской поры часто в шутку называ-
ют «репрессансом». Действительно, после эпохи не-
понятной и пугающей народ литературы и живописи,
царившей в начале века, сталинская эпоха напомина-
ет ренессанс.
Не зря говорят, что о вкусах не спорят. Конечно,
Бальмонт и Малевич, Демьян Бедный и Багрицкий,
футуристы и имажинисты имеют право на свое часто
весьма почетное место в искусстве. Однако предме-
том нашего рассмотрения являются факторы культу-
ры, прямо влиявшие на достижение победы в Великой
Отечественной войне.
Сталин не зря считался самым информированным
человеком, глубина познаний которого поражала при-
знанных интеллектуалов того времени. Сталин прочи-
тывал большинство выходивших в свет литературных
произведений, включая романы Шолохова, Полевого,
Фадеева, Катаева, Булгакова, Паустовского, Горько-
го, Степанова, Новикова-Прибоя, стихотворения Па-
стернака, Цветаевой, Твардовского, Есенина. Многим
литературным произведениям Сталин, как говорится,
дал путевку в жизнь. Он вел большую литературную
переписку с авторами, включая Горького и А. Тол-
стого.
Между прочим, заметим, что Сталин сам рабо-
тал с письмами граждан. Даже с началом войны в
213
1941 и 1942 годах Сталин собственноручно отвечал на
письма и телеграммы людей, передававших средства
в фонд обороны. Таких сталинских ответов многие
сотни. Представить сегодня, чтобы хотя бы министр
сам что-либо читал от начала до конца, вел перепи-
ску с литераторами просто невозможно. Подавляющее
большинство руководителей, даже самых ничтожных,
давно уже отгородились от мира секретариатами и по-
мощниками, и максимум, на что они способны, — это
поставить подпись, где покажут.
Говорят: «Сталин — отец народов». Что это значит?
В частности, то, что Сталин считал себя ответствен-
ным за мораль нашего общества, за наши души, за
наш художественный вкус. По счастью, личные при-
страстия Сталина в искусстве: классические формы,
лиризм и жизнеутверждение — были близки и понят-
ны нашему народу.
Тот же Гитлер, пытавшийся взять на себя роль ду-
ховного отца немцев, с треском провалил эту миссию.
Наш народ одержал победу не только военную, но и
духовную — ценности наши оказались истинными,
КУЛЬТУРА БОЛЕЕ ВЫСОКОЙ.
Во время войны Сталин уделял особое внимание
выходившим произведениям культуры, вникал в ра-
боту авторов, помогал раскрыть характеры, правильно
понимать события. Прочитав пьесу А.Н. Афиногенова
«Враги», Сталин писал автору:
«В описании врагов красок хватает, там есть логи-
ка, инициатива. Когда этих людей изображаете, у Вас
находится и аргумент, и все, что угодно, а когда наших
людей изображаете, то краски иссякают, наши люди
получаются какими-то замухрышками... Я бы предпо-
чел, чтобы наша литература показывала врагов не как
извергов, а как людей, враждебных нашему обществу, но
не лишенных некоторых человеческих черт...»
214
Аналогичным образом Сталин помогал А.Е. Кор-
нейчуку писать пьесу «Фронт», дописывал реплики,
целые куски. Пьеса «Фронт» был напечатана в «Прав-
де» в августе 1942 года и жестко критиковала воена-
чальников «старой школы» за нежелание учиться во-
евать по-новому. Пьеса «Фронт» — послание Стали-
на лихим рубакам, стремившимся и на втором году
войны закидать немцев шапками.
Может возникнуть ощущение, что автор преувели-
чивает вклад Сталина в искусство и культуру, впадает
в восхваление вождя в духе культа личности. Однако
куда же деваться от факта, что воспоминания о творче-
ском руководстве Сталина оставили все более или ме-
нее заметные деятели нашей культуры — от Лепешин-
ской и Козловского до Горького и Шолохова? Сталин
на деле был главным идеологом Советского Союза.
Во время войны на экраны страны вышли фильмы об
исторических героях России, художественным руково-
дителем этих картин был Сталин. Вот что писал Чер-
чилль Сталину после просмотра фильма «Кутузов»:
«Вчера вечером я второй раз смотрел фильм «Куту-
зов», который вы мне подарили. Должен Вам сказать,
что, по моему мнению, это один из самых блестящих
фильмов, которые я когда-либо видел. Никогда еще борь-
ба двух характеров не была показана с большей ясно-
стью. Никогда еще кинокадры не запечатлевали более
наглядно то, насколько важна преданность командиров
и рядовых. Никогда еще русские солдаты и русский народ
не были столь славно представлены британскому народу
этим видом искусства. Никогда я не видел лучшего вла-
дения искусством съемки».
Остается сожалеть, что сегодня нам нечем пред-
ставить русский народ за рубежом, хотя такая задача
по-прежнему актуальна. Вместе с тем исторические
215
фильмы (в том числе и на государственные деньги)
сегодня снимаются до того искаженно и примитивно,
что, право, «Евгений Онегин», снятый киностудией
Папуа-Новой Гвинеи, смотрелся бы краше. Вообще
наивно думать, что идеология — публичная девка
коммунистического режима, а военно-политических
целей можно добиться, только крутя нефтегазовый
вентиль.
Так, например, прошедший в 2008 году военный
конфликт с режимом Саакашвили был отмечен се-
рьезной недооценкой идеологического обеспечения
военной операции со стороны России. На второй день
конфликта, когда наши войска, судя по сообщениям,
истекали кровью в Цхинвале, непосредственно по-
сле гневных обличений, сделанных диктором в адрес
США и Саакашвили, началась демонстрация фильма
о Джеймсе Бонде. Причем первые же кадры изобрази-
ли картину заснеженных гор, подписанную «где-то на
границе России», вслед за чем люди в военной форме,
похожей на российскую, бойко торговавшие россий-
ским оружием, были уничтожены доблестным натов-
ским спецназом.
Лично я испытал при этом огромное унижение, об-
ратно пропорциональное тому чувству, что испыты-
ваю, скажем, 9 мая. Такие «ляпы» разрушают нацию,
создают в ней дух неверия в будущее. Можно принять
массу программ по возвращению русских эмигрантов,
но одно такое оскорбление может оттолкнуть от Рос-
сии тысячи честных людей. В конце концов Россия —
не та страна, где регулировать вопросы национального
достоинства можно только бюджетной политикой.
Публичные средства массовой информации — иде-
ологическое оружие в руках государства и не имеют
права на подобные ошибки. При Сталине или при
Путине лица, допустившие такое глумление, должны
понести наказание.
216
Помнится, несколько лет назад, в канун 9 мая,
«Парламентская газета» поместила статью, посвящен-
ную профашистскому коллаборационизму в России,
оправдывающую предательство, подводившую под
него целую моральную платформу. Признаться, не-
смотря на всю идеологическую вакханалию в стра-
не, я был удивлен появлением подобного материала
в официальном издании высшего органа власти. Тем
более неожиданно и отрадно было для меня то, что
ближайшее пленарное заседание Совета Федерации
С.М. Миронов начал с принципиальной, крепкой
мужской оценки этой статейки. Председатель Совета
Федерации потребовал немедленно снять главного ре-
дактора «Парламентской газеты» с должности. То, что
сказано это было не «на публику», не ради раскрутки
и рейтинга, а в достаточно узком кругу, говорило об
искренности Сергея Михайловича и возвысило его в
моих глазах. Однако такие оргвыводы не должны от-
носиться к воле совести отдельных руководителей, а
обязаны стать системой.
Нам необходимо твердо, непоколебимо добиваться
не оболванивания, а воспитания своего народа. У на-
шей культуры должно быть не обрюзгшее, деградиру-
ющее лицо с отвисшей челюстью, а здоровое молодое
лицо, соответствующее развивающейся и устремлен-
ной в будущее нации.
До каких пор мы будем судить о нашей истории по
экзальтированным сочинениям вечно недовольной ни
Сталиным, ни Путиным псевдоинтеллигенции? Док-
тор А.П. Чехов еще в 1891 году безжалостно препари-
ровал ее бесхребетную сущность:
«Вы знаете, до какой степени масса, особенно ее
средний слой, верит в интеллигентность, университет-
скую образованность, в благородство манер и литера-
турность языка. Какую бы он ни сделал мерзость, все
217
верят, что это хорошо, что это так и быть должно,
?пак как он интеллигентный, либеральный и универси-
тетский человек.
Вот они каковы, макаки... Племя рабское, лукавое,
в десяти поколениях запуганное кнутом и кулаком; оно
трепещет, умиляется и курит фимиам только перед на-
силием, но впусти макаку в свободную область, где ее
некому брать за шиворот, там она развернется и даст
себя знать. Посмотри, как она смела на выставках,
в музеях и театрах или когда судит о науке: она то-
порщится, становится на дыбы, ругает, критикует...
И непременно критикует — РАБСКАЯ ЧЕРТА! ...Не
случается, чтобы раб протянул тебе руку и сказал ис-
кренне спасибо за то, что ты РАБОТАЕШЬ».
Смотреть на историю России через призму интел-
лигентской слезливости нельзя, ибо эта история кова-
лась железной рукой народа.
Нельзя недооценивать силу национальной культу-
ры. Еще древние воины использовали песни, танцы
как средство единения общины. Только самый ковар-
ный враг мог заставить древних славян вместо гордых
национальных песен перейти на дикие, примитивные,
чужестранные выкрики и телодвижения. Сегодня обя-
занность государства — защитить нашу национальную
культуру, не дать окончательно превратить ее в «жел-
тый дом». Чему бы ни учили нас иностранные добро-
желатели, мы, исходя из тысячелетнего опыта нашей
великой нации, должны поставить заслон тому, что
разлагает наш дух, нашу общность.
Почему А.Р. Кадыров не ждет, пока сверху при-
кажут защитить народные традиции и духовность, а
действует, не обращая внимания на выкрики из-за
рубежа? Неужели чеченский народ — единственный
наш народ, который сохранил дух и национальную
гордость?
218
До тех пор пока мы это не поймем — мы будем бес-
плодно искать русскую идею там, где ее нет.
На Отечественную войну поднялся не только народ,
но и наша культура: Шолохов, Твардовский, Фадеев,
Соболев, Симонов, Райкин, Русланова, Шульженко,
Утесов, Бернес, Алейников, Андреев, Лепешинская,
Эренбург, Полевой, Дейнеко, Пластов, Роман Кар-
мен.
Причем Сталин являлся их самым непосредствен-
ным наставником, вкусу которого поражались многие
художники. Автор песни «Народная война» и «Гимна
Советского Союза» руководитель Ансамбля красноар-
мейской песни и пляски А.В. Александров вспоми-
нал:
«При первом знакомстве Сталин сказал: «Вам нужно
пополнить свой репертуар народными песнями, вклю-
чайте в свой репертуар и классические произведения».
Позднее, прослушав в исполнении Ансамбля песню «Рас-
прягайте, хлопцы, коней», которая исполнялась в виде
марша, Сталин сказал: «Мне кажется, эту песню нуж-
но петь медленнее. Это же степная, широкая песня».
В августе 1943 года на выступлении Ансамбля крас-
ноармейской песни и пляски в честь первого салю-
та Сталин, прослушав «Гимн партии большевиков»
(который также был написан под его руководством),
попросил повторить исполнение, но помедленнее и
на полтона ниже. Один из баянистов ансамбля вспо-
минал, что после исполнения наступила тишина, все
были поражены новым звучанием музыки.
«Вот теперь это гимн Советского Союза», — сказал
Сталин.
Сталин лично подсказывал Ивану Козловскому,
другим артистам, как нужно петь арии из его люби-
219
мой оперы «Иван Сусанин». При этом Козловский за-
являл, что Сталин удивительно «понимал музыку».
Осенью 1941 года Большой театр серьезно постра-
дал от немецких бомбардировок. Сталин вызвал в
Кремль председателя Мосгорисполкома В.П. Прони-
на и первого секретаря МГК ВКП(б) А.С. Щербакова
и лично назвал состав реставрационной бригады, при-
казав через полтора года открыть театр оперой «Иван
Сусанин». Встреча эта произошла в те дни, когда нем-
цы были у ворот Москвы. Разумеется, Сталин приме-
нил бы репрессии, если бы Большой театр ремонтиро-
вали десять лет, причем деньги были бы неоднократно
разворованы. Разве это не правильно, не справедливо?
Разве это не являлось бы милосердием для тысяч лю-
дей, у которых украли совсем не лишние деньги?
Очень важно, что это был не эпизод или показуха.
А.Н. Пахмутова рассказывала, как ее, сталинградскую
школьницу, дочь обычного рабочего, в 1942 году на-
правили в Москву учиться музыке, на полное государ-
ственное обеспечение, на рабочую карточку, наравне с
труженниками военных заводов. Стоит ли удивляться,
что наш народ смог вырастить из Пахмутовой велико-
го композитора и гражданина, гордость России?
Кстати, оперу М.И. Глинки «Иван Сусанин» Ста-
лин обожал. Говорят, что он смотрел ее пятьдесят раз.
Сталин знал оперу наизусть и считал ее великим ис-
точником народной силы и патриотизма нашего на-
рода. Во время войны у нас появились произведения,
достойные «Ивана Сусанина», — «Героическая сим-
фония» Д. Шостаковича, «Народная война» Г. Алек-
сандрова.
Фильмы и песни военных лет имели силу оружия, а
многие из них золотыми нитями вплелись в нашу рус-
скую культуру и не могут быть вытравлены никакими
ухищрениями. Композиторам, писателям и поэтам,
невзирая на их происхождение, при Сталине было о
220
чем писать — их искусство наполнено силой добра,
веры в народ и его будущее.
Сталин, стремясь развить у культурной элиты на-
циональные чувства, патриотизм, говорил:
«У них (писателей) неоправданное преклонение перед
заграничной культурой. Все чувствуют себя еще несо-
вершеннолетними, нестопроцентными, привыкли счи-
тать себя на положении вечных учеников. Посмотрите,
как было трудно дышать, как было трудно работать
Ломоносову, например. Сначала немцы, потом францу-
зы, было преклонение перед иностранцами.
У таких людей не хватает достоинства, патрио-
тизма, понимания той роли, какую играет Россия».
Действительно, чего мы, русские, измеряем лите-
ратурный талант человека тем, дали ему Нобелевскую
премию или нет? Сегодня как никогда требуется на-
помнить слова Сталина о вреде низкопоклонства пе-
ред заграницей. Да и кому дают сегодня европейцы
престижные премии? Тем, кто в угоду им мутит воду
в своих странах.
Находятся деятели, которые обвиняют нашего ве-
ликого Шолохова в травле каких-то Сенявского и
Даниеля. А Сенявский и Даниель не стоят не только
Шолохова, а и сапог Григория Мелехова. Классика
мировой литературы, автора великой «Песни о соко-
ле» — Горького пытаются представить выжившим из
ума маразматиком, Фадеева — автора «Молодой гвар-
дии» — гимна русского духа, выставляют алкоголиком.
Если мы не выработаем иммунитет на подобного рода
ложь, она сделает то, что не смог сделать Гитлер, —
превратит нас в скотов.
Сам Сталин, кстати, был свободен от низкопоклон-
ства перед Западом. Выше приводились многочислен-
ные ссылки на высказывания иностранных деятелей в
221
отношении Сталина, сам же он так отозвался в «Прав-
де» на публикацию интервью с Черчиллем, полном
похвал в его адрес:
«У нас имеется теперь немало ответственных ра-
ботников, которые приходят в телячий восторг от по-
хвал со стороны Черчиллей, Трумэнов, Бирсов. Такие на-
строения я считаю опасными, так как они развивают
у нас угодничество перед иностранными фигурами. Со-
ветские лидеры не нуждаются в похвалах иностранных
лидеров. Что касается меня, то меня такие похвалы
только коробят».
Сталин не раз говорил, что угодничество перед За-
падом, преклонение перед его ценностями необходи-
мо изживать планомерно, год за годом, прославляя
успехи культуры народов России, науки, истории.
Да, Сталин исходил из того, что деятели культуры не
способны самостоятельно разобраться в исторических
потребностях народа и государства, если, конечно, их
не зовут Лев Толстой. В силу особенности таланта они
создают искусство в чистом виде, воспевают прекрас-
ное. К тому же «искусство в чистом виде» стремится
изображать крайние формы проявления характеров и
событий, а это использует враг.
Вместе с тем для государства, особенно в тяжкие
дни, пренебрегать силой искусства, позволять кому-то
из-за рубежа манипулировать сознанием людей, было
бы самоубийством.
Показателен в этом отношении пример с рома-
ном Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ». Талантливый
писатель, мужественный человек Солженицын ярко
изобразил ужасы лагерей, но не смог обратить свое
литературное детище на пользу России. Льстивым
заискиванием, престижными наградами Запад ото-
рвал Солженицына от родины, а «Архипелаг ГУЛАГ»
222
стал издаваться ЦРУ США. К сожалению, «жить не
по лжи», управляя Россией в XX веке, наивно, как
наивна была вера Солженицына в идеалистические и
примитивные проекты государственных реформ П.А.
Столыпина.
Писатель — это инженер человеческих душ. Ве-
ликий Чехов всегда стремился излечить душу одного
человека — своего читателя. Когда писатель пытается
лечить сразу всю Россию, все наше общество, одно-
сторонне, субъективно и в резких тонах, без кропот-
ливого анализа, описывая события колоссального
исторического масштаба, он поступает безответствен-
но. Им уже движет не гражданское мужество, не худо-
жественное начало, а мания величия.
Государственная идеология в таких случаях долж-
на помочь талантливому человеку найти правильные
акценты с тем, чтобы дать народу повод и заряд для
осмысления ошибок, а не повод врагам для злобство-
вания. При этом командовать талантливыми людьми,
как солдатами, невозможно. Такие люди, как Солже-
ницын, неспособны следовать воле серых чиновников
идеологических отделов. Людей масштаба Горького
и Шолохова должны очаровывать, вдохновлять и на-
правлять люди масштаба Сталина.
Власть, которая ленится кропотливо работать с та-
лантливыми людьми, а полагается на оболванивание
народа при помощи конъюнктурщиков, обречена —
ибо лучше иметь циничную идеологию, чем иметь
лживую идеологию.
Возвращаясь к военному периоду, не следует по-
лагать, что авторы ходили по лезвию, боясь не угодить
вождю, — Сталин много раз оставался недовольным
их работой, и это не имело решительно никаких по-
следствий. Так, в 1943 году Сталин запретил для пе-
чати пьесу А. Довженко «Украина в огне», обвинив
автора ни много ни мало в «националистических из-
223
вращениях» в оценке Б. Хмельницкого. Для Довженко
это не кончилось ни расстрелом, ни арестом.
Кое-кто из неумных людей любит говорить приме-
нительно к сталинской эпохе «придворный писатель»
или «не придворный писатель». Чушь! Иван Алексее-
вич Бунин, белоэмигрант, жестоко критиковавший
советскую власть, 8 августа 1943 года записал в днев-
нике:
«Русские взяли Курск, идут на Белгород!!! Нет, вы
подумайте до чего дошло — Сталин летит в Персию,
а я дрожу, чтобы с ним, не дай Бог, чего в дороге не
случилось!»
Трагедия народов
^1режде всего обратимся к тому неоспоримому фак-
ту, что именно советская власть, и как раз в сталин-
ские времена, ликвидировала присущие царской Рос-
сии ограничения для различных народов, начиная от
евреев и мусульман и заканчивая чукчами. Это, как
уже говорилось в начале книги, открыло народам но-
вые возможности для всестороннего развития в рам-
ках обновленной России.
С 30-х годов начался галопирующий рост самосо-
знания народов СССР, невиданного во всей истории
расцвета их национальной культуры. Возможности,
которые в этом отношении предоставлял народам
СССР, не были к моменту его распада использованы
и наполовину. Можно с уверенностью сказать, что об-
ретение в конце XX века независимости даже таки-
ми высококультурными республиками, как Литва или
Украина, привело к дегенерации их национальных
культур. Будучи оторванными от общей культуры с
Россией, они оказалась оскопленными, законсерви-
рованными и обслуживающими искусственные наци-
оналистические потребности новых государственных
образований. Никто не посмеет опровергать факт, что
СССР под руководством Сталина в 30-е годы впервые
в МИРЕ реализовал на практике идею полного равно-
правия народов в рамках одной державы. Ни США,
ни тем паче Британская империя или Франция ничего
225
подобного тогда не знали. Как ни раздувай тему «ре-
прессированных» народов, сталинская эпоха — выс-
шая точка содружества национальностей, входивших
в СССР.
Уже говорилось, что разобщение народов СССР,
натравливание их друг на друга являлось одной из
основных целей фашистской пропаганды. Поэтому со-
хранение национального единства, пресечение в корне
любых сепаратистских настроений и поползновений
являлось для нашего государства, всех его народов в
ходе войны вопросом жизни и смерти.
Война есть война. Не случайно в народной молве
есть поговорка — «только бы не было войны» — само-
го страшного, рушащего надежды и судьбы миллио-
нов события.
Необходимо сказать несколько слов о людях, стра-
дания которых происходили вдали от линии фронта и
часто не по их вине.
Сегодня нередко применительно к сталинским вре-
менам употребляется выражение «пострадавший на-
род», «репрессированный народ». При этом имеются в
виду некоторые кавказские народы — чеченцы, ингу-
ши, карачаевцы, а также крымские татары, калмыки,
немцы, финны.
Да, до войны НКВД вел учет лиц немецкой, фин-
ской и других некоренных для СССР национально-
стей, их количество, места проживания. Это было не
извращение коммунистического режима, а вековой
закон выживания государства. Так было везде и всег-
да, с началом войны еще турки сажали русского посла
в Семибашенный замок.
В первые дни и недели войны территориальные
органы НКВД СССР в областях и городах, предусмо-
тренных соответствующими решениями ГКО, начали
«изъятие» подучетного контингента немцев и финнов.
Кроме того, «изымались»: лица, неблагонадежные по
226
социальному происхождению, троцкисты, меньше-
вики, анархисты, подозреваемые в контрреволюции,
белобандиты, отбывшие срок за шпионаж, исключен-
ные из партии по политическим мотивам, католики,
сектанты, воры, проститутки и др.
При этом, например, из Ленинграда и Ленобласти
органами НКВД в 1941 году было выселено 88 700 нем-
цев, 6700 финнов и 2897 лиц других категорий ад-
министративно высланных. Согласитесь, в условиях
блокады немецкими войсками 90 000 немцев в го-
роде — непозволительная роскошь. В других городах
немцев проживало значительно меньше, из Москвы
выселили 8617 человек, из Ростовской области 21 400.
Эвакуируемые имели право взять с собой до 600 кг
груза на семью, в пути следования организовывалась
торговля продуктами питания, обеспечение кипятком,
прикрепление к эшелонам медицинских работников.
Безусловно, не везде и не всегда мероприятия по эва-
куации проходили гладко, да и вообще по сути были
далеки от образцов гуманности. Однако приходится
напомнить, что война иного выхода не оставляла. Тот
же Ленинград был полон тысячами русских, прибал-
тийских и белорусских беженцев, которые, не имея
работы, не будучи прикреплены к системе распределе-
ния продуктов питания, терпели страшные лишения.
Не стоит думать, что такая практика была прису-
ща исключительно НКВД. Немцы подобные вопросы
решали еще проще — поголовным расстрелом. Демо-
кратические США в 24 часа удалили со своей террито-
рии десятки тысяч японцев, а после войны принуди-
тельно выселили с островов Тихого океана миллионы
японцев вовсе без вещей и медицинских работников.
Еще в начале 20-х годов США сотрясали знаменитые
«Красные рейды», организованные министром юсти-
ции Р. Палмером, в результате которых из страны в
227
массовом порядке депортировались участники рабо-
чего движения, активисты профсоюзов.
Что творили в это время англичане на окраинах
своей империи, не стоит и говорить. Достаточно на-
помнить только, что уже в 1950-е годы на Кипре (в
европейской христианской стране!) англичане прово-
дили отселения деревень, массовые аресты, облавы,
конфискацию личного и общественного имущества,
брали заложников, вешали активистов движения за
независимость.
Кто же называет индусов, китайцев, киприотов,
кубинцев, кечуа, африканцев, другие нации и народы,
пострадавшие от империалистической экспансии, на-
родами репрессированными? Мы, россияне, кстати,
в отличие от англосаксов, хоть и не претендуем на
святость, а все народы принимали в свою семью на
равных началах.
Вместе с тем идея о неполноценности русских как
нации и России как общности народов и государства
досадно живуча в умах некоторых европейских деяте-
лей. Повторяемые ими год за годом мифы о России
ведут к подсознательному неприятию европейцами
нашей страны и формированию образа врага в лице
русского. Нам трудно даже представить себе подоб-
ную психологию — мы осознаем, безусловно, что со-
седи наши: китайцы и монголы, поляки и турки — все
разные, однако не мучаемся постоянным желанием
постричь их под свою гребенку и не навязываем им
своих ценностей.
Гитлеровские расовые теории не возникли на пу-
стом месте. Еще в начале века кайзер Вильгельм II
баловался рисованием патетических рисунков на тему
«Европа! Оберегай свои священные права!» Многолет-
няя обработка европейцев дала в итоге тип фашиста,
относившегося к народам СССР как к недочеловекам.
228
В книге фельдмаршала Манштейна «Утерянные побе-
ды» шокирует фраза, высказанная в связи с гибелью
его сына под Ленинградом. И такой этот Манштейн-
младший был хороший мальчик, кормил в детстве ко-
шек, любил маму, пользовался уважением коллекти-
ва, а эти проклятые дикари русские его убили. Я не
ожидал, конечно, чтобы отец называл своего сына,
пришедшего на чужую землю и убивавшего наших
женщин и детей, тем, кем тот на самом деле являлся.
Однако было бы по крайней мере логично поискать
виновников того, что его сын оказался в чужой стране
и погиб, не среди русских!
Фашистский воздушный разбойник Ганс Ульрих
Рудель в своих воспоминаниях характеризовал варвар-
скую агрессию Германии против нашей страны как
«войну с СССР, в которой молодые немцы и многие
другие европейцы, убежденные в своей правоте, отда-
ли свои жизни». Это чудовищное извращение понятий
воинской этики и чести неслучайно. Цель его — под-
держать идею того, что русские неправильные и к ним
неприменимы нормы общечеловеческой морали.
Как же мы можем делать подарки этой публике,
поливая помоями самих себя? Неужели мы не пони-
маем, что это создает моральную основу для давления
на Россию и, не исключено, даже военного реванша?
Россия — семья народов. В семье бывают споры, но
подпускать к их разрешению кого-либо извне нельзя.
Также и у народов-братьев. Свалить все на Сталина,
то есть вообше-то на русских, — мы не позволим.
Объявить какие-то народы предателями или неполно-
ценными — мы не дадим. Судить об отношениях на-
родов — членов семьи по имени Россия — нам, рос-
сиянам.
Выселению из Чечено-Ингушетии и Крыма при-
давалось стратегические значение как военной опера-
229
ции, что подчеркивает награждение проводивших их
генералов орденами Суворова. Стратегический статус
этих регионов определяли нефть Кавказа и военные
базы Крыма. Политическая стабильность здесь была
для страны вопросом выживания. Отрегулировать в
демократическом духе проблемы местного населения,
поддавшегося на провокации врага, в тех условиях не
представлялось возможным.
Решение о переселении значительного числа пред-
ставителей тех или иных народов жестоко и соответ-
ствует духу того трагического времени. Сегодня слиш-
ком свежа еще эта рана в сознании многих людей.
Поэтому изучение и правильная оценка переселения
народов — дело не слишком близкого будущего. Мы
же можем напомнить только одно: для победы над
Германией требовалось полное напряжение сил Со-
ветского Союза. Тотальное, запредельное. Никто не
имел права стоять в стороне. Твердость фронта обе-
спечивалась нечеловеческим напряжением тыла. Лю-
бая слабость тыла была чревата провалом на фронте и
гибелью всей нации.
При этом Л.П. Берия строжайше предупреждал ор-
ганы НКВД и НКГБ СССР о том, что при произ-
водстве выселения различных категорий лиц требует-
ся учесть, «что среди них могут оказаться отдельные
члены и кандидаты в члены ВКП(б), орденоносцы,
стахановцы, лица, члены семей которых находятся
на службе в армии, флоте, органах НКВД—НКГБ».
Предписывалось применять выселение в отноше-
нии членов семей названных выше лиц при наличии
ОСОБО СЕРЬЕЗНЫХ материалов, влекущих за собой
арест главы семьи. Не подлежали выселению вообще
мужчины и женщины старше 60 лет или больные.
Можно ли было в тех условиях оставаться гу-
маннее?
230
Среди нашей интеллигенции постоянно муссирует-
ся вопрос — был ли Сталин антисемитом всегда или
стал им только после войны? Убежден, что Сталин не
был антисемитом и не страдал иными формами ксе-
нофобии. Во всем цивилизованном мире высшей ка-
стой, белой костью, бастионом незыблемых традиций
является военный флот. В США «цветные» граждане
страны могли рассчитывать во флоте в лучшем случае
на мойку посуды и чистку гальюна до 70-х годов XX
века! Негров на американских кораблях не выпускали
на верхнюю палубу, да и другие малые национальности
были на таком же положении. Когда сын знаменитого
короля игорного бизнеса Меера Лански за огромные
деньги поступил в Вест-пойнт, он подвергался там та-
кой антисемитской травле, которую к нашей армии
нельзя было себе представить даже в бреду. Элитой
флот был и в СССР, но это не мешало иметь среди
русских кораблей крейсер «Лазарь Каганович» или эс-
минец «Урицкий». Что, слабо?
Сталин был прагматичным политиком, в мини-
мальной степени подверженным эмоциям и сен-
тиментальности. Почему появилось «дело врачей»,
осуждение «космополитов»? После войны США по-
пытались поднять в СССР еврейский вопрос, исполь-
зовать свои связи с советскими евреями против нашей
страны. Из-за океана подбросили С. Михоэлсу идею
организовать в Крыму еврейскую автономию, не кто
иной, как иностранные спецслужбы «подставили» и
жену В.М. Молотова П. Жемчужину, одну из лидеров
Еврейского антифашистского комитета. Раскрывая в
прессе детали частных бесед Г. Меер и П. Жемчужи-
ной, определенные силы прекрасно понимали, что это
спровоцирует Сталина на жесткую реакцию, возмож-
но, породит ему оппозицию в лице Молотова, вызовет
раскол в советском руководстве.
231
Сейчас подают трагическую гибель руководителя
Еврейского антифашистского комитета С. Михоэл-
са как доказанный факт тайного приговора Сталина.
Убийство в подворотне — это вообще не метод Стали-
на. Он не остановился перед арестом жены Молотова,
много лет представлявшего СССР во всем мире. Если
требовалось, арестовывали прославленных Героев Со-
ветского Союза, наркомов. Руководитель Камерного
театра С. Михоэлс никак не тянул на неприкосновен-
ную фигуру. Если и искать в деле Михоэлса следы
заговора, то надо смотреть, кому это было выгодно,
а выгодно это было тем, кто хотел вбить очередной
клин между народами нашей страны, оттолкнуть ев-
реев от России, задать антисоветский вектор внешней
политике Израиля.
Те, кто сегодня огульно и бездоказательно винит
Сталина в убийстве Михоэлса, тот винит Россию,
играет на руку ее врагам, поддерживая басню об ан-
тисемитизме русских. Это выгодно тем, кто хотел бы
скрыть отношение к евреям, скажем, со стороны Бри-
танской империи, которая в XX веке без всякого сму-
щения принимала антисемитские законы и пыталась
вытравить евреев из Палестины. Ничего похожего в
нашей стране при Сталине, естественно, не было и
быть не могло.
В чем заключается антисемитизм Сталина — в том,
что он не назвал Киев в честь наркома оборонной
промышленности товарища Рухимовича, или назвал
именем Кагановича только Московский метрополи-
тен, а не весь город?
Сталин считал одинаково опасным и великорус-
ский, и местный шовинизм и никому не позволял за-
бивать клин между народами нашей страны. Никто
никогда не посмел бы в СССР сказать дурного слова
о евреях, чеченцах, ингушах, крымских татарах или
232
о ком-либо еше. В СССР принадлежность к той или
иной национальности никогда не была причиной глас-
ного или негласного поражения в гражданских пра-
вах. За время войны Героями Советского Союза стали
представители более ста национальностей СССР.
Препятствия, которые стояли на его пути, Сталин
убирал вне зависимости от их национального, клас-
сового, полового происхождения, количества и иных
свойств. Поэтому говорить «пострадавший народ»,
«репрессированный народ» неправильно. Были ре-
прессированные люди — за дело, были репрессиро-
ванные люди — незаслуженно. Национальный вопрос
тут ни при чем.
Говорить о том, что в СССР репрессировали на-
роды, выгодно тем, кто хочет оттолкнуть от нас наши
братские народы, разрушить естественную общность
национальностей, считающих своей Родиной Россию.
При этом сами западные авторы теорий об угнетении
народов России со стороны русских именуют, в духе
Гитлера, неславянские народы нашей страны «кирги-
зами» и не имеют об их жизни и традициях ни пред-
ставления, ни разумения.
Помню в начале 90-х годов встречу с известным
американским советологом Джеймсом Пайпсом, кото-
рый вместе с 3. Бжезинским спал и видел, как загнать
нас, русских, в болота под Новгородом и обнести ко-
лючей проволокой. Пайпс тогда усиленно проповедо-
вал среди интеллигенции как раз идею национального
неравенства в СССР, угнетения народов со стороны
русских. Главными примерами засилья русских в его
агитации были наша армия и органы безопасности.
Этому русофобу, культурно именовавшемуся «совето-
логом», и в голову не приходило, что в России служить
в армии — не значит бомбить с самолетов-невидимок
мирные города, а значит — первыми подставлять грудь
под пули, защищая свою землю. От такой привилегии
233
русский народ, кстати, никогда не уклонялся. Конеч-
но, американцам хотелось бы, чтобы вместо русской
армии, вместо наших органов безопасности мы имели
разноязыкое персидское войско — неуправляемое и
бессмысленное, чтобы они нам без конца подкидыва-
ли «демократические» идеи, которые бы довели нас до
национального краха. Но нам это зачем?
Да, замена во всесоюзном государственном и пар-
тийном аппарате, армии и органах безопасности со-
трудников иных национальностей русскими — это,
как уже говорилось, реальность конца 30-х — нача-
ла 40-х годов. Реальность, отражавшая убежденность
Сталина в основообразующей, цементирующей роли
русского народа в СССР. Реальность, отражавшаяся в
элементарном количественном преимуществе русских
в России и, соответственно, количественного преиму-
щества русских в государственных структурах.
Действительно, Сталин не доверял иностранцам,
с большим подозрением и мнительностью относился
к людям с «заграничными» фамилиями (Берг, Эссен,
Шмидт и т.п.), не принадлежащими к народам СССР.
Сталин доверял людям с иностранными фамилиями
что-либо ответственное считаное число раз.
Показательно также, что после войны Сталин не
принимал никаких мер к тому, чтобы наказать румын,
болгар или венгров, которые во время войны были
заодно с фашистами. Хотя, быть может, дай тогда
Сталин урок болгарам, ощутившим братские чувства
к России, когда к их границе в 44-м подошли наши
победоносные войска во главе с Жуковым, София не
предоставила бы в 90-е НАТО аэродромы для бом-
бежек Югославии, остереглась бы предавать Россию
ради сиюминутной выгоды. Да и румынскому коро-
лю вместо ордена «Победа» следовало воздать совсем
иное, чтобы не было соблазна считать русских слиш-
ком добренькими.
234
Отдельная тема в этой главе — Катынь. Как извест-
но, в 1943 году Красной Армией в Катынском лесу под
Смоленском были обнаружены захоронения несколь-
ких тысяч польских военных. Чрезвычайная государ-
ственная комиссия СССР по расследованию зверств
фашистов установила, что расстрел поляков в Каты-
не совершен немцами в сентябре—декабре 1941 года.
Гитлер же, а вслед за ним польское эмигрантское пра-
вительство в Лондоне принялись уверять весь мир, что
катынский расстрел — дело рук НКВД 1940 года.
В связи с обвинениями, высказанными польским
эмигрантским правительством, Черчилль писал Ста-
лину:
«Германская пропаганда создала эту историю именно
для того, чтобы вызвать трещину в рядах Объединенных
Наций и придать некоторую видимость реальности ее
новым попыткам убедить мир в том, что интересы Ев-
ропы и малых наций защищаются Германией от внеев-
ропейских держав, а именно СССР, США и Британской
империи».
Уместно привести также цитату из дневника некой
Л. Осиповой, ярого врага советской власти, активно
сотрудничавшей с оккупационными властями, геста-
по и СД:
«От фашистов можно ожидать чего угодно. Больше-
вики все-таки не истребляют народ таким автомати-
ческим образом. Не могу сейчас найти правильной фор-
мулы, но чувствую, что у большевиков это не так...»
Массовые расстрелы без суда и следствия, тем
более расстрелы лиц по одному лишь национально-
му признаку, никогда не практиковались НКВД или
какими-либо иными структурами Советского государ-
235
ства. Как видно из данной главы, с началом войны
по всей стране шло выявление неблагонадежных лиц,
однако об их массовых расстрелах вопрос не ставился.
При этом среди антисоциальных элементов, подлежа-
щих всего лишь высылке из прифронтовой полосы,
были подозреваемые в таких тяжких преступлениях,
как вредительство, диверсия и террор, а также бело-
бандиты и бывшие царские офицеры.
В 1939—1941 годах СССР, приняв в свой состав
Латвию, Литву, Эстонию, западные районы Белорус-
сии, Молдавии, Украины, был вынужден демонтиро-
вать государственные институты этих стран, принад-
лежавших к иной социальной системе.
При этом определенное число граждан данных
районов, отнесенных органами НКВД к контррево-
люционным элементам, были репрессированы: лише-
ны свободы, высланы в административном порядке.
Однако никаких массовых арестов, расстрелов ни в
одном из указанных районов не было.
В аналогичном ключе, кстати, происходило уста-
новление демократических органов власти в странах
Восточной Европы после войны, когда госбезопас-
ность этих стран обезвреживала только наиболее ярых,
активных врагов диверсионно-террористической на-
правленности.
В отношении же польских военнослужащих, ока-
завшихся на территории занятой Красной Армией За-
падной Белоруссии и Украины, известно, что 180 ты-
сяч бывших польских солдат и 15 тысяч офицеров на-
ходились в ходе войны на территории СССР. Многие
из них вступили затем в армию Андерса, ушедшую
в Иран, а другие составили ядро возрожденного в
1944 году Войска Польского. Среди них, между про-
чим, один из будущих создателей государства Изра-
иль — Бегин, в 1943—1948 годы — руководитель ев-
236
рейского военно-террористического подполья в Пале-
стине.
Придется напомнить также, что Польша начиная с
1917 года в одностороннем порядке проявляла край-
нюю враждебность к России. Как известно, новое Со-
ветское государство не чинило никаких препятствий
возрождению Польши и не заслуживало, безуслов-
но, подобного отношения. Крайняя враждебность к
России оставалась доминирующей, можно сказать,
стержневой идеей польской внешней политики, ко-
торая никогда не снимала с повестки дня своих при-
тязаний на исконно русские земли вплоть до Смолен-
ска. Все попытки советского правительства нормали-
зовать взаимоотношения торпедировались польской
стороной. Какого же отношения можно было ожидать
к огромной массе польских военнослужащих, волей
судьбы оказавшихся на территории СССР в 1939 году?
Куда, если не в лагерь, их было девать?
Мы, россияне, не имеем никаких оснований при-
нимать катынский расстрел поляков на себя. Обвине-
ния в адрес России — не эхо выстрелов из прошлого,
а лязг затвора для нового выстрела. Лично я воспитан
на примерах боевого братства с поляками, с симпа-
тией отношусь к Польше, и мне горько писать эти
строки.
Еще раз напомню — разобщение народов Европы,
народов России, их натравливание друг на друга — это
цель наших врагов. И если бы у Горбачева хватило
воли в свое время расстрелять несколько десятков или
сотен мерзавцев—погромщиков в Тбилиси, Нагорном
Карабахе и Душанбе, народы только спасибо бы ему
сказали. Цена презренного, гнилого либерализма —
жизнь наших людей, страдания наших матерей, слезы
наших близких.
Да, Сталин был жесток! Сталин был безжалостным
азиатским вождем, все это правда. Но во много раз
237
опаснее для народов благообразные менеджеры от по-
литики с хорошими манерами, готовые, не меняясь в
лице, уничтожать людей, разрушать страны, обрекать
на страдания миллионы.
Для того чтобы трагедии народов, подобные ука-
занным выше, не повторялись, людям надо учиться не
поддаваться на лживые посулы из-за границы, а кре-
пить исконный союз братских народов. Людям надо
объяснять своим детям, что всякий, кто натравливает
чеченца на русского, русского на грузина, украинца
на татарина, — враг. Когда же народ поворачивается
спиной к своей истории, он затем сурово за это рас-
плачивается — и при Сталине, и сейчас, и в буду-
щем.
Предатели и изменники
Лучше быть вдовой героя, чем женой труса.
Долорес Ибаррури.
1^ак известно, Советский Союз не присоединился к
Гаагской и Женевской конвенциям о законах и обы-
чаях сухопутной войны, а также и другим договорам,
регламентировавшим порядок обращения с военно-
пленными, их обмена и возвращения на Родину.
Этот факт, знаменитое сталинское «у нас нет плен-
ных, есть только предатели Родины», является для
наших недоброжелателей красной тряпкой. В самом
деле трудно представить себе, когда «кровавый и бес-
человечный» сталинский режим столь явно сам рас-
крыл бы свою суть. Кроме того, уже не так виноват
культурный немецкий народ — ведь это изверг Сталин
обрек пленных на страдания.
Вопрос с пленными в Великой Отечественной сло-
жен и прост одновременно. Однако за последние годы
на него легли такие напластования лжи, что сегодня
он также требует рассмотрения с нулевой точки.
Что есть сдача в плен? Сдача в плен есть:
а) добровольное прекращение борьбы;
б) сдача на милость победителю.
Можно ли представить себе римский легион, фа-
лангитов Александра, защитников Трои или Рязани,
добровольно сдающихся в плен персам, монголо-
татарам или варварам?
В соответствии с Женевской конвенцией такие
пленные могли бы есть баланду во вражеском плену,
239
пока чужая армия грабит их страну, жжет их родной
город, убивает их семью. По окончании войны плен-
ные должны были попрощаться с гостеприимными
хозяевами, однако с какими лицами появились бы
они на родном пепелище?
Именно поэтому во все века пленных никто не
кормил и никуда не возвращал, ибо попадание в плен
означало полную потерю чести и человеческого досто-
инства. В результате пленный превращался в раба, то
есть к нему переставали относиться как к человеку.
Русская военная традиция всегда в принципе от-
вергала возможность сдачи в плен. В древние времена
такое поведение означало великое бесчестие и позор.
С появлением же военных уставов сдача в плен была
запрещена официально и каралась смертной казнью.
Неудивительно, что в русском языке даже нет эквива-
лента слову «капитуляция».
«Кто к неприятелю перебежит, того имя к виселице
прибито, и оный яко нарушитель присяги, шельмом и из-
менником публично объявлен имеет быть и пожитки его
взяты; и ежели он пойман будет, без всякой милости и
процессу повесить его надлежит.
Такоже когда кто умыслит к неприятелю пере-
бежать, и действительно того не учинит, оный та-
кож живота лишен будет». Морской Устав, Санкт-
Петербург, 1720 год».
Единственной причиной прекращения сопротивле-
ния у русских всегда считалась смерть. И в присяге
Красной Армии, между прочим, именно так и напи-
сано:
«...Я всегда готов по приказу Рабоче-Крестьянского
Правительства выступить на защиту моей Родины —
Союза Советских Социалистических Республик, и, как
воин Рабоче-Крестянской Красной Армии, я клянусь за-
щищать ее мужественно, умело, с достоинством и че-
240
стью, не щадя своей крови и самой жизни для достиже-
ния полной победы над врагом.
Если же по злому умыслу я нарушу эту мою тор-
жественную присягу, то пусть меня постигнет суровая
кара советского закона, всеобщая ненависть и презрение
трудящихся».
Ничего нет про плен — положено не щадить жизнь!
И это не коммунистический перекос, а обычная во-
инская честь и норма.
Что же с пленными Великой Отечественной? Нет
сомнений, что большинство из них оказались у вра-
га в силу обстоятельств: окружения, потери оружия и
т.п. И, тем не менее, они добровольно подняли руки,
спасая свою жизнь, а прекратить борьбу, спасая свою
жизнь, означало совершить воинское преступление —
измену Родине.
Безусловно, имелись исключения — в плен попа-
дали и Герои Советского Союза, и генералы. Многие
из них оказывались в плену в бессознательном состоя-
нии, другие продолжали патриотическую борьбу и в
неволе. В беспомощном состоянии попал к немцам
подполковник, Герой Советского Союза Н.И. Власов,
самолет которого сбили в бою. Мученическую смерть
в концлагере принял не сломленный врагом Герой
Советского Союза инженер-генерал Д.М. Карбышев.
Кстати, те военнопленные, которые и в концлагере
продолжали борьбу или, бежав из лагерей, присоеди-
нились к сопротивлению, партизанскому движению и
делом, кровью смыли позор сдачи в плен, избежали
дальнейшего преследования со стороны властей. По
официальным данным, в строй было возвращено до
70% военнослужащих, ранее бывших во вражеском
плену. Главный военный прокурор Красной Армии
Носов в «Разъяснении о порядке ареста дезертиров и
241
лиц, вернувшихся из плена», в частности, прямо ука-
зывал:
«Лица, вернувшиеся из плена, могут быть освобожде-
ны от ответственности лишь в том случае, если след-
ствием будет доказано, что они попали в плен, находясь
в беспомощном состоянии, и не могли оказать сопро-
тивления и что они из плена не были отпущены против-
ником, а бежали или были отбиты нашими войсками
(партизанами)».
Находившийся в плену писатель С.П. Злобин и во-
все был в 1950 году удостоен Сталинской премии за
роман «Степан Разин».
Вместе с тем трудно поверить, что два миллиона
красноармейцев, попавших в плен в 1941 году, нахо-
дились в бессознательном состоянии.
Часто количество пленных РККА связывают не
столько с военными причинами, сколько с массо-
вым исходом недовольных советской властью. Не-
редко также задают вопрос — почему в ходе Первой
мировой войны количество пленных в русской армии
было во много раз меньше. Естественно делается не-
правомерный вывод о том, что царская власть солда-
там очень нравилась, и они с удовольствием сидели
в окопах Первой мировой, а от Сталина миллионами
побежали к немцам.
Первая мировая война имела совсем другой ха-
рактер. Германия не ставила задачи порабощения
русского народа, более того, вообще не стремилась к
аннексиям русской территории. Германия воевала с
Антантой за колонии, рынки сбыта, Ближний Восток,
в крайнем случае Кавказ.
Нищая кайзеровская Германия, не видевшая сли-
вочного масла и поставившая на Первую мировую
последний пфенниг, была не в состоянии кормить
242
пленных, с трудом кормя рейхсвер. Поэтому русские
солдаты Первой мировой, которым надоедало воевать,
шли не на Запад, а на Восток! А.И. Деникин писал,
что еще начиная с 1916 года «в различных местностях
России толпы озлобленных, темных, а часто и одурма-
ненных спиртом людей грабили, совершали бесчинства,
насилия и убийства. Проходящие воинские части сме-
тали все, уничтожали посевы, скот, птицу, разбивали
казенные винные склады, напивались, поджигали дома,
громили не только помещичьи, но и крестьянские иму-
щества».
Другое дело — Великая Отечественная. Германия
поставила задачу порабощения Советского Союза,
русского народа. Фашисты сознавали, что вызвать
подобный произошедшему в Первую мировую исход
в тыл не удастся, а потому принимали невиданные
меры пропаганды на сдачу красноармейцев в плен.
Достаточно сказать, что тиражи листовок, распро-
страняемых на фронте, составляли сотни миллионов
экземпляров. Листовки по своему содержанию опи-
рались на разработанные германскими теоретиками
принципы, однако одинаково все были построены
на лжи и расчете на разложение бойцов. Вот типич-
ный пример текста пропуска, приложенного к одной
из листовок, распространявшейся на Ленинградском
фронте в 1941 году.
ПРОПУСК
Предъявитель сего, не желая бессмысленного крово-
пролития за интересы жидов и комиссаров, оставляет
побежденную Красную Армию и переходит на сторону
Германских Вооруженных Сил. Немецкие офицеры и сол-
даты окажут перешедшему хороший прием, накормят
его и устроят на работу.
243
Чем немцы накормят и на какую работу устроят,
где «хорошо примут» — в Дахау, Бухенвальде или
Майданеке, не уточнялось.
Однако этот немецкий текст вполне раскрыва-
ет моральное содержание сдачи в плен. Кроме того,
даже немцы напоминают: даром в плену кормить не
будут — надо работать, а работать на врага — это ли
не измена?
Так или иначе в 1941—1942 годах значительное чис-
ло красноармейцев пошло на поводу немецкой пропа-
ганды и сдалось «культурной» германской армии.
Однако герои Бреста, в кальсонах выбежавшие на
свои боевые позиции, дрались с немцами полтора
месяца. Чем их жизни были менее ценными жизней
тех, кто поднял руки вверх? Герои Бреста и миллионы
других воинов тоже хотели жить, но погибли, защи-
щая свои дома и семьи.
Мы до того наглотались бацилл самодовлеющей
толерантности, что уже ищем оправдания Власову,
мол, талантливый был генерал, в плен попал в силу
обстоятельств. Власов — предатель, имя его проклято
Россией.
Необходимо также осознавать, что немцы активно
«работали» с военнопленными, склоняя их к измене
родине. Пытками, голодом, а порой подачками и по-
сулами враг старался скомпрометировать пленных и
склонить их к сотрудничеству. Эта работа гестапо не
носила какого-то точечного или эпизодического ха-
рактера, а охватывала весь контингент военноплен-
ных.
В этих условиях относиться к пленным в рамках
предлагаемых Международным Красным Крестом
принципов буржуазного гуманизма означало погубить
свою землю. Буржуазные страны подписали Женев-
скую конвенцию по необходимости — солдаты Фран-
244
ции и Англии тоже ведь были не дураки и ложиться
на полях при новых Камбре и Вердене не рвались. Вот
они как раз имели полное моральное право переси-
деть в плену, пока их правительства дерутся за коло-
ниальную добычу. Советский Союз в 20-е и 30-е годы
не мог пойти на заключение таких конвенций — они
были противоестественны нашей военно-политичес-
кой доктрине. Невозможно было бы подписать эти
документы и позднее, когда началась Вторая мировая
война и стало ясно, что нам предстоит борьба не на
жизнь, а на смерть. И уж, конечно, было недопустимо
как-либо обсуждать вопрос пленных с фашистами по
ходу войны.
Гораздо важнее, на мой взгляд, понять, как СССР
относился к германским военнопленным. 1 июля
1941 года Совет Народных Комиссаров выпустил
«Специальное положение о военнопленных», которое,
в частности, строжайше воспрещало:
— оскорблять военнопленных, жестоко обращаться
с ними;
— применять к военнопленным меры принужде-
ния и угрозы с целью получения от них каких-либо
сведений;
— использовать военнопленных в качестве денщи-
ков;
— отбирать у них личные вещи и знаки отличия и
различия.
«Специальное положение» строжайше предписыва-
ло:
— обеспечивать военнопленных жильем, бельем,
одеждой, предметами первой необходимости, денеж-
ным довольствием;
— размещать отдельно офицерский состав, отдель-
но обеспечивать его довольствие;
— обеспечивать военнопленных медико-санитар-
245
ным обслуживанием НАРАВНЕ С ВОЕННОСЛУЖА-
ЩИМИ КРАСНОЙ АРМИИ;
— беспрепятственно допускать получение посы-
лок военнопленными из Германии или нейтральных
стран;
— пользоваться при направлении на работы СИ-
СТЕМОЙ ОХРАНЫ ТРУДА СССР, привлекать офи-
церов к работе только при условии их добровольного
согласия;
— о каждом случае осуждения военнопленного к
ВМН извещать письменно Исполком Союза обществ
Красного Креста и Красного Полумесяца.
Требуется пояснить, что в СССР законы, инструк-
ции и приказы выпускались не для статистики и не
для галочки, а для безусловного и беспрекословно-
го исполнения. Что происходило по другую сторону
фронта, известно. Министериальный советник Дорш
доносил 10 июля 1941 года рейхсляйтеру Розенбергу о
положении военнопленных в Минске: «В лагере раз-
мером с площадь Вильгельмплац находится 100 тыс.
военнопленных и 40 тыс. гражданских заключенных.
Заключенные, загнанные в тесное пространство, едва
могут шевелиться и вынуждены отправлять естествен-
ные потребности там, где стоят».
Это была не ошибка, это был не эпизод, но на-
глядная картина ГЕРМАНСКОГО отношения к РУС-
СКИМ военнопленным. 8 сентября 1941 года Гитлер
дал следующее конкретное указание об обращении с
советскими военнопленными:
«Большевизм является смертельным врагом национал-
социалистской Германии. Впервые перед немецким сол-
датом стоит противник, обученный не только в воен-
ном, но и в политическом смысле, в духе разрушающего
большевизма. Борьба с национал-социализмом у него в
246
крови. Он ведет ее всеми имеющимися в его распоряже-
нии средствами: диверсиями, разлагающей пропагандой,
поджогами, убийствами. Поэтому большевистский сол-
дат потерял всякое право претендовать на обращение
как с честным солдатом».
То есть русские перестали быть честными солдата-
ми, когда не сдались все поголовно в плен, а посмели
защищать свою землю от германских сверхчеловеков!
Как видно из приведенных выше советских до-
кументов, даже мы, русские, не додумались лишать
немцев-агрессоров права считаться честными солда-
тами.
Так кого же будем винить в несчастьях советских
военнопленных? Попытки свалить вину за их стра-
дания на Сталина растут, образно выражаясь, из фа-
шистских сапог.
Это как раз тот случай, когда Сталин взял на себя
колоссальную историческую ответственность, принял
буквально крест, определяя необходимый для России
путь. Думаете, Сталин не знал, что говорят за грани-
цей по поводу наших пленных? У Сталина хватило
силы духа отстоять непопулярный, но необходимый
путь действий.
И сегодня важно помнить, что если Россия будет
слепо идти за деградирующей Европой, без разбора
копировать иностранные ценности, когда своя шкура
и сытость ставятся выше свободы, выше чести, — Ев-
ропа утянет нас за собой в пропасть небытия.
Вот и весь вопрос — никакого демонизма.
Другое дело, что помимо соответствующего отно-
шения к сдаче в плен военнослужащих поражению
в правах подлежали и их семьи. В частности, были
предусмотрены ссылки, отправки на принудительные
работы и т.п.
247
Такая мера, конечно, была крайне несправедлива
по отношению к членам семей пленных красноармей-
цев. Лично мое мнение по данному вопросу таково,
что это была ошибочная политика, рассчитанная на
привычку к принуждению.
Требуется при этом пояснить, что репрессии к род-
ственникам применялись в случае, когда переход кор-
мильца к немцам был доказан, а не просто при про-
паже военнослужащего без вести.
Неправильно также полагать, что репрессии в от-
ношении изменников родины или их родственников
осуществляла какая-то темная, зловещая и неуправ-
ляемая сила. В отношении всех видов подозреваемых
и подследственных во время войны осуществлялся
полный комплекс предусмотренных законом процес-
суальных действий, включая следствие и суд. В те-
чение всей войны за деятельностью органов НКВД
осуществляли надзор Генеральная прокуратура СССР,
Главная военная прокуратура. Представлять правосу-
дие времен Великой Отечественной копией «чрезвы-
чайки» военного коммунизма — непростительное для
россиянина заблуждение.
Каждое дело об измене родине рассматривалось
следствием и Трибуналом индивидуально. В порядке
контроля за соблюдением законности и эффектив-
ности расследования Военная прокуратура Ленин-
градского фронта в декабре 1941 года разработала для
УНКВД по Ленинградской области «Методические
указания о расследовании дел об измене родине», ко-
торые, между прочим, требовали следующего:
«...каждое дело об измене родине должно быть рас-
следовано не только в самые сжатые сроки, но и с мак-
симальной полнотой. Быстрота расследования отнюдь
не должна отражаться на качестве следствия.
248
...следует помнить, что по делам об измене родине
репрессия применяется не только к самому изменнику,
но и членам его семьи, совместно с ним проживавшим
или находившимся на его иждивении, и если факт из-
мены установлен без надлежащей полноты и четкости,
можно допустить ошибку не только в отношении осуж-
денного, но и членов его семьи.
....в случае если по уходящему к врагу изменнику был
открыт огонь, командованию войск должны быть предъ-
явлены требования о тщательной проверке трупов, об-
наруженных поблизости от того места, чтобы не счесть
изменником убитого в бою за родину.
....следователь должен провести опрос очевидцев пе-
рехода, произвести осмотр места преступления, остав-
ленных преступником следов, брошенных им дорогой
предметов, которые требуется предъявить для опозна-
ния и приобщить к протоколу.
...следует обязательно проверить в процессе след-
ствия наличие надлежащих материально-бытовых усло-
вий для бойцов».
Закон суров, но это есть закон. Законы же войны
безжалостны. Скажем, у солдата в соседнем с фрон-
том, но оккупированном районе жена-инвалид и двое
маленьких детей. Вот он воткнул штык в землю и бе-
гом через лес за линию фронта. Можно его понять?
Разумеется! Можно простить? Нет! Иначе конец ар-
мии, конец России.
Почему же мы думаем, что прокуроры и особисты
по ночам подушки не кусали после осуждения таких
перебежчиков? Почему считаем, что прокуроры и осо-
бисты не плакали, не пили горькую? Это же были не
инопланетяне, а РУССКИЕ ОФИЦЕРЫ.
Повторюсь, именно поэтому война в молве народ-
ной самое страшное — не из-за бомб и снарядов, а
из-за того, что оправданными и логичными становят-
249
ся бесчеловечные вещи, а судьбы трещат как щепки.
Такова дикая суть тотальной войны. Поражение в
ней — смерть для всех, поэтому цена победы — жизнь
многих.
Фашистская пропаганда неустанно твердила нашим
бойцам: в ваших бедах, в несчастьях ваших родных
виноваты советская власть и Сталин, продукты съели
евреи, войну и смерть можно остановить, только сдав-
шись в плен германской армии.
Сегодня в России находятся такие, кто пытается
выкопать какую-то «новую» или «полную» правду о
войне, приписать страдания нашего народа жесто-
кости Сталина, грубости Жукова, преступному про-
мыслу НКВД или извращениям коммунизма. Такие
личности прямо продолжают пропагандистское дело
фашистов.
Государственная безопасность, борьба со шпиона-
жем, дисциплина в армии актуальны для России при
любой власти. Если при поступлении на службу в Фе-
деральную службу безопасности нынешней демокра-
тической России написать в анкете, что дед с 1941-го
по 1945-й был в плену, а бабка с 1941-го по 1944-й на
оккупированной территории, то службы не видать как
своих собственных ушей. Понятно, что Сталин, да и
вообще советская власть тут ни при чем.
Показательно, что в плену оказался и старший сын
Сталина Яков Иосифович Джугашвили. Якову при-
шлось пройти не только через муки и унижения, но
и через искушения, а своей героической смертью он
безусловно смыл позор плена, как и другие замучен-
ные фашистами наши люди. Вечная им память.
Взятие Берлина
За время войны ГКО принял более 10 000 постанов-
лений, половина из которых была написана или про-
диктована Сталиным. Постановления ГКО охватывали
вопросы проведения войсковых операций, отношений
с союзниками и нейтральными странами, конструи-
рования и выпуска военной продукции, транспорта,
кадров, госбезопасности, науки и культуры. Это были
также и вопросы послевоенного строительства. При
этом Сталин никогда не принимал бессмысленных
или расплывчатых, декларативных директив, с особой
тщательностью определял пути к безусловному их ис-
полнению.
К горькому сожалению, взятие Берлина обросло
огромным количеством мифов, призванных опоро-
чить и очернить всех подряд — от Сталина и Жуко-
ва до рядового солдата. Хочу лишь подчеркнуть, что
мифы эти на руку наследникам тех, кого громили в
Берлине наши войска.
Так, приходилось не раз слышать, что Сталин не
любил начальника Генерального штаба Антонова, а
потому тот не стал маршалом Советского Союза. Пол-
ная ахинея! Антонов никогда не командовал фронтом
и не мог получить маршальских погон по определе-
нию. Свое отношение же Сталин выразил к Антонову
тем, что тот единственный из генералов армии полу-
чил орден Победы.
251
Между прочим, сам Сталин был крайне щепетилен
в подобных вопросах: получив звание Героя Советско-
го Союза, он категорически отказался носить Золотую
звезду, заявив, что эту награду получают те, кто совер-
шил подвиг на поле боя. До конца жизни Сталина его
звезда Героя хранилась в наградном отделе Аппарата
Верховного Совета СССР. Строгость Сталина к себе,
к сыновьям, к генералам и наркомам, приверженность
традициям и закону порождали у нашего народа до-
верие к власти, нерушимую веру в Россию. Вспомните
возмущение простого московского парнишки В. Вы-
соцкого по поводу присвоения Хрущевым звания Ге-
роя Советского Союза президенту Египта Насеру:
Потеряю истинную веру,
До чего дошел СССР!
Отберите орден у Насера —
Не подходит к ордену Насер.
Вот и потеряли люди веру, когда наследники Ста-
лина превратили ее в фикцию.
Болтают, будто бы Сталин сам хотел принимать
Парад Победы, но упал с лошади, а потом не мог про-
стить триумфа Жукову. Жалкие измышления! Военные
парады, начиная с 1918 года, проводились в Москве
трижды в год и во всех случаях командовали парадами
и принимали парады наши военачальники.
Между прочим, если на Параде Победы и был во-
прос с лошадью, то что помешало Сталину принимать
в Берлине безоговорочную капитуляцию Германии,
исторический эффект которой для всего мира был,
конечно же, выше, чем Парад Победы? Ответ один:
Сталину было некогда, у Сталина были дела: стра-
на лежала в руинах, внешнеполитическая ситуация
усложнялась с каждым днем. А в Берлине требовалось
выполнять представительские функции, праздновать.
252
Когда капитуляция была подписана и немецкую де-
легацию удалили из зала, Жуков приказал привести
гармониста и так принялся отплясывать «русскую»,
что американцы с англичанами смотрели на него ква-
дратными глазами.
О каких обидах, о какой зависти мы говорим?!
Конечно, когда титанов вроде Жукова или Сталина
берутся судить по своей мерке ничтожества, нищие
духом, то и оценки все получаются у них убогие.
Бытует мнение, что Сталин перед Берлинской опе-
рацией ликвидировал институт представителей Ставки
для того, чтобы все лавры великого полководца при-
своить себе. Получалось так, что Жуков вместо коор-
динации действий 1-го, 2-го Белорусских фронтов и
1-го Украинского фронта переводился на командную
работу, рокируясь с Рокоссовским. В результате Жу-
ков оказался командующим 1-м Белорусским фрон-
том, нацеленным на Берлин, а Рокоссовский — 2-м,
нацеленным в Восточную Пруссию.
— За что же такая немилость? — спросил обижен-
ный К.К. Рокоссовский у Сталина. Однако нам-то
с вами понятно, что Жуков больше других заслужил
честь брать Берлин. Кроме того, вести русскую армию
на Берлин должен был русский, ибо русский народ
тоже заслужил это право.
Представители Ставки действительно больше не
требовались — поскольку ранее координировали дей-
ствия группы фронтов на одном стратегическом на-
правлении, а перед штурмом Берлина стратегическое
направление одно и осталось. И, возможно, Сталин
отказался бы от использования представителей Став-
ки еще раньше, еще раньше поставил бы Жукова на
главное направление, если политические приоритеты
не требовали бы иметь там командующим во время
освобождения Польши поляка К.К. Рокоссовского.
253
Поэтому слава победителей Берлина досталась за-
служившему ее великому тандему — Верховному глав-
нокомандующему Сталину и командующему 1-м Бе-
лорусским фронтом Жукову. Представители Ставки не
требовались более и по той причине, что командую-
щие фронтами не нуждались более в опеке — они на-
брали достаточно опыта, причем не только военного,
но и политического. По воспоминаниям И.С. Конева,
достаточно Сталину было постучать трубкой по карте
Силезии и сказать: «Это золото», чтобы Конев при-
нял к исполнению приказ сохранить для СССР пред-
приятия Силезского промышленного района.
На примере Берлинской операции Сталина ча-
сто обвиняют в необоснованном давлении на воена-
чальников, стремлении решить те или иные задачи к
«красным датам», любой ценой и т.д. Чуть ли не уко-
ренившимся является мнение о том, что Берлин-де
можно было вообще не штурмовать — война заканчи-
валась и т.п.
Такая трактовка является насквозь гнилой. Война —
это политика, политика — это война. Воевать, не
преследуя политических целей, — обрекать себя на
поражение. Поэтому любому главнокомандующему
приходилось приносить в жертву солдат, добиваясь
политических результатов. Тем более что в 1945 году,
как уже говорилось, союзники воевали не только, а
англичане и не столько с фашистами, сколько с во-
просом, каким быть миру и Европе после войны.
Именно определяя послевоенные позиции СССР
и США, Трумэн отдал приказ бомбить Японию атом-
ными бомбами.
Любое промедление с взятием Берлина могло при-
вести к тому, что Берлин был бы занят союзниками, и
в этом случае дальнейшие события предсказать очень
трудно. 1 апреля 1945 года Черчилль писал Рузвельту:
254
«Русские армии, несомненно, захватят всю Австрию
и войдут в Вену. Если они захватят также Берлин,
то не создастся ли у них слишком преувеличенное пред-
ставление о том, будто они внесли подавляющий вклад
в нашу общую победу? Поэтому я считаю, что с по-
литической точки зрения нам следует продвигаться в
Германии как можно дальше на восток, и в том случае,
если Берлин окажется в пределах досягаемости, мы, не-
сомненно, должны его взять».
При этом вермахт практически перестал уже со-
противляться на Западном фронте, зато на Восточ-
ном фронте оказывал яростное, я бы сказал, тоталь-
ное сопротивление. Обвиняя Черчилля и Рузвельта в
ведении сепаратных переговоров с группой Вольфа в
Швейцарии, Сталин, в частности, писал Рузвельту:
«...Немцы продолжают драться с русскими за какую-
то малоизвестную станцию Земляницу в Чехословакии,
которая им столько же нужна, как мертвому припарки,
но без всякого сопротивления сдают такие важные го-
рода в центре Германии, как Оснабрюк, Мангейм, Кас-
сель. Согласитесь, что такое поведение немцев является
более чем странным и непонятным».
Одновременно со штурмом Берлина войска 2-го
и 3-го Белорусских фронтов и 1-го Прибалтийского
фронта вели тяжелейшие бои за «Восточный бастион
рейха» — Восточную Пруссию.
По приказу Жукова для каждой армии фронта был
изготовлен огромный натурный макет Берлина, на ко-
тором воспроизводилось каждое здание, развалины и
т.п. Все офицеры фронта до комбата включительно
прошли занятие на макете и знали свой маневр с за-
крытыми глазами.
255
За спиной каждого общевойскового и танкового
командарма стоял командующий воздушной армией
или штурмовым авиакорпусом, который немедленно
давал команду самолетам на подавление всех встре-
чающихся на пути препятствий.
Техническая оснащенность Красной Армии была
такова, что в общевойсковой 8-й гвардейской армии
Чуйкова на один километр фронта приходилось 42 (!)
танка, а во втором эшелоне им на пятки наступали
еще 900 танков и самоходок танковой армии Кату-
кова.
Берлин был укреплен неприступно. Город при-
крывала с востока местность с обилием каналов, рек,
озер, пригородов с каменными постройками. Глубина
сплошной обороны перед городом составляла 70 ки-
лометров. Сама столица рейха была превращена в кре-
пость с единой системой огня и управления, десятка-
ми железобетонных бункеров колоссального размера,
тысячами бетонированных и бронированных огневых
точек, зарытых танков и т.п.
Однако кроме огромной технической мощи и иде-
альной организации наша армия имела совершенно
иного, чем в 1941 году, солдата. Так, во время штурма
Берлина наши войска наткнулись на особо укреплен-
ный узел из старинных зданий, которые из-за тесноты
улиц не могли быть обстреляны артиллерией большой
мощности, а штурмовые авиаудары не помогали. Пока
наши генералы искали решение, солдаты разобрали
установку «БМ-13», «катюшу», по одной втащили на-
правляющие на верхний этаж соседнего дома, из под-
ручных средств соорудили запал и дали залп. Кто еще,
кроме русских солдат, на это способен?
Сегодняшнему поколению наших людей пытаются
внушить, что у наших солдат перед штурмом Берлина
не было других помыслов кроме как спасти свою шку-
ру. Это ложь. Перед штурмом Берлина из госпиталей
256
началось повальное бегство солдат и офицеров, одер-
жимых одной идеей — во что бы то ни стало добить
гитлеровскую банду в Берлине. Эти люди прошли по
разрушенной, разграбленной, измученной России,
Украине и Белоруссии и знали — за что идут в послед-
ний бой. Так ушел из госпиталя 23-летний гвардии
майор Герой Советского Союза В.А. Жуков, возгла-
вивший вскоре десант на берлинский аэродром Тем-
пельхоф. Майор Жуков потерял на войне двух родных
братьев и сам погиб в последние дни войны.
В последние часы войны командарму Катукову при-
шлось бросить в бой последний резерв — роту охра-
ны штаба армии. Рота состояла из усатых ветеранов,
с многочисленными нашивками за ранения и ордена-
ми. Построив роту, Катуков предложил добровольцам
принять участие в штурме сильно укрепленной рейх-
сканцелярии. Требовалось лишь сто человек, но рота
шагнула вперед целиком. Генерал Попель вспоминал:
«— Коммунисты — два шага вперед! — Командует
Катуков.
Как один человек, рота снова шагнула к нам. Членов
и кандидатов партии здесь было не больше трети.
— Вы же комсомолец, товарищ Кирсанов?
— Так точно, хочу идти в бой коммунистом.
— Комсомольцы, три шага вперед!
Тем же четким шагом вся рота выступила вперед.
— Какой же вы комсомолец, папаша?
— Товарищ командующий, разрешите мне идти в
бой...
— Ладно, братцы! Чтобы никому не было обидно, на
первый-второй рассчитайсь! Четные номера, четыре
шага вперед!
Нарушив прямой приказ, вышли вперед и четные и не-
четные номера. Пришлось сто автоматчиков отобрать
индивидуально».
257
Конечно, найдутся те, что станут утверждать, буд-
то подобные факты — советская пропаганда. Однако
лично я, если речь идет о храбрости, чести и долге,
предпочитаю верить словам Жукова и Катукова, не-
жели слушать камлания новоявленных «знатоков» во-
енного дела и русской истории. Лично я предпочитаю
верить «пропаганде» героев, но не «правде» трусов и
приспособленцев.
Весной 1945-го погибали лучшие из лучших — Ге-
рои Советского Союза, прославленные командиры,
испытанные в боях солдаты. Наши лучшие люди гиб-
ли в майские дни, в последние часы войны. Уже при
подходе к Рейхстагу погиб командир 1-й гвардейской
Чертковской дважды ордена Ленина, Краснознамен-
ной, орденов Суворова, Кутузова, Богдана Хмельниц-
кого танковой бригады Герой Советского Союза пол-
ковник Абрам Темник. Когда танки Темника остались
без прикрытия автоматчиков, он приказал офицерам
своего штаба надеть ордена, взять автоматы и очищать
дома от фашистов. До конца войны оставались мину-
ты, а у Темника впереди была блестящая карьера и
вся жизнь, однако Победа была важнее всего осталь-
ного. Так рассуждали наши солдаты, штурмовавшие
Берлин.
Как не хватало нам таких людей после войны! Как
не хватает их теперь!
5 июля 1945 года началась демобилизация воинов
Красной Армии. Домой возвращались около 4 милли-
онов военнослужащих. 23 июня 1945 года Верховный
Совет СССР принял Закон о демобилизации личного
состава Действующей армии. Все убывающие из ар-
мии обеспечивались бесплатным проездом домой, пи-
танием в пути следования, новым обмундированием
за казенный счет. Солдаты получали единовременное
денежное вознаграждение в размере годового оклада
за каждый год службы, офицеры — от двухмесячно-
258
го до пятимесячного оклада. Органы государственной
власти были обязаны в месячный срок предоставить
каждому работу с учетом воинской специальности и
опыта, в должности не ниже, чем они занимали до
войны. Всем демобилизованным предоставлялось жи-
лье, Всесоюзный банк финансирования коммуналь-
ного и жилищного строительства обязывался предо-
ставить уволенным со службы ссуды на строительство
домов и заведение хозяйства.
Если бы подобное решение было принято в
1917 году Временным правительством, никакой про-
летарской революции никогда бы не состоялось. Ге-
нерал А.А. Брусилов вспоминал, что, прибыв в Ставку
в 1917 году принимать Верховное командование, он
застал там своего предшественника — замечательного
генерала Алексеева плачущим. «Пошляки, — говорил
Алексеев о Временном правительстве, — рассчита-
ли, как прислугу». Даже если казна была пуста, царь,
буржуазия и Церковь имели достаточно ресурсов для
того, чтобы снять социальный кризис в стране.
Мы же должны еще и еще раз в ноги поклониться
нашим воинам-победителям, которые не только раз-
давили фашизм, но своим подвигом обеспечили ува-
жение к безопасности и интересам нашей Родины на
послевоенный период. Наш долг памяти перед подви-
гом наших дедов — наших славных гвардейцев в том,
чтобы не позволить сегодня никому тянуть грязные
руки к Великой Победе и чернить имена наших ге-
роев.
Конец позора 1905-го
^русско-японская война 1904—1905 года была, как
никакая другая, полна самоотверженных подвигов
народа. Именно Русско-японская война стала круп-
нейшей войной России на море за всю ее историю и,
несмотря на полное поражение, во многом сформиро-
вала несгибаемый дух русских военных моряков.
Вспомним гордый «Варяг» и не сломленный врагом
крейсер «Рюрик», погибший с 800 членами команды.
Вспомним броненосцы Цусимы: «Ослябя», «Князь
Суворов», «Бородино», «Император Александр III»,
«Адмирал Ушаков», погибшие вместе со всеми ко-
мандами, но не помыслившие о сдаче в плен. Вспом-
ним героический крейсер «Новик», «Стерегущий» и
«Страшный», последний бой «Цесаревича» и «Сева-
стополя», трагическую гибель «Петропавловска» с ад-
миралом Макаровым.
Вспомним несгибаемую оборону Порт-Артура,
долгие месяцы удерживаемого в минных галереях и
фортах измученным, больным цингой гарнизоном.
Вспомним сопки и гаолян Маньчжурии, завален-
ные десятками тысяч людей в белых рубахах-гимнас-
терках, наших, русских людей. Сегодня не принято
говорить о них — видимо, эти сыновья России, в от-
личие от Тухачевского и Мейерхольда, были людьми
второго сорта.
Однако в русском народе трагедия Русско-японской
260
войны, унесшая 400 тысяч человеческих жизней, по-
губившая труд миллионов людей, строивших Порт-
Артур, Дальний, КВЖД, невиданный позор Портсмут-
ского мира, оставили неизгладимый след.
Знаем ли мы хоть одну песню о Первой мировой
войне?
А о Русско-японской войне народ пел и будет петь
«Врагу не сдается наш гордый Варяг», «Бьется с не-
равною силой», «Раскинулось море широко», «На
сопках Маньчжурии». В вальсе-реквиеме «На сопках
Маньчжурии» есть такие слова:
... Так спите же сыны — вы погибли за Русь,
за Отчизну!
Поверьте, за вас мы еще отомстим и справим
кровавую тризну!
Это была клятва русского народа, клятва сотням
тысяч русских могил, оставленных с позором на мань-
чжурских полях.
Еще до окончания войны с Германией в ходе Ял-
тинской конференции Сталин сформулировал усло-
вия вступления СССР в войну с Японией. Среди про-
чих главным и непременным являлось восстановление
прав русских, утраченных в 1905 году, а именно:
7. Возвращение Южного Сахалина и прилегающих к
нему островов.
2. Интернационализация торгового порта Дайрен
(Дальний) при гарантировании преобладающих инте-
ресов СССР, возобновление использования на арендной
основе Порт-Артура в качестве советской военно-
морской базы.
3. Совместная эксплуатация советско-китайской
компанией Китайско-Восточной железной дороги и
Южно-Маньчжурской железной дороги, обеспечиваю-
261
щих выход к Дайрену, при условии, что преобладающие
интересы СССР будут гарантированы и что Китай со-
хранит полностью суверенитет над Маньчжурией.
4. Передача СССР Курильских островов.
На август 1945 года Квантунская армия Японии
имела в своем составе около 1 миллиона солдат и
офицеров, 1155 танков, 5360 орудий, 1800 самолетов,
а также около 200 тысяч солдат и офицеров из со-
става войск Внутренней Монголии и Маньчжоу-Го.
Эта группировка опиралась на много лет создавав-
шуюся систему оборонительных сооружений. Вдоль
Советско-китайской и Советско-монгольской грани-
цы был воздвигнут сплошной пояс из десятков укре-
пленных районов, каждый из которых имел в длину до
200 километров, в глубину до 70 километров, включал
в себя многочисленные опорные пункты, имевшие ог-
невую связь. Опорные пункты состояли из ДОТов с
толщиной бетонных стен 1,5 метра и более, несколь-
кими линиями проволочных заграждений, противо-
танковых надолбов, минных полей, 5—6 полосами
траншей.
К границе СССР были подведены железные, шос-
сейные и грунтовые дороги, оборудованы рокады,
аэродромы, склады и т.п.
Кампания, проведенная Красной Армией под ко-
мандованием маршала Василевского против Квантун-
ской армии Японии, окончательно сломила самурай-
ский дух и привела к полной и окончательной капи-
туляции Японии. На Большом Хингане танкисты 6-й
гвардейской танковой армии, моряки-десантники в
Порт-Артуре и Пхеньяне, так же как и под Берлином,
кому надо наглядно показали мощь нашей армии.
Молниеносная победа в Китае предотвратила плани-
ровавшуюся высадку американских и чанкайшистских
десантов в Порт-Артуре и Пекине.
262
Колоссальная стратегическая операция по разгро-
му Квантунской армии стала вершиной советского во-
енного искусства. Сейчас кое-кто пытается преумень-
шить значение этой победы ссылками на то, что к
сентябрю 1945 года Япония практически не воевала
уже с США. Однако это отнюдь не распространялось
на войну с СССР. Между нашими странами был ста-
рый счет. Японцы дрались с Красной Армией за по-
слевоенный облик Китая, за Сахалин и Порт-Артур,
за Корею, за Курилы. В Маньчжурии, на Сахалине
и Курильских островах японцы в течение нескольких
десятилетий создавали оборонительные рубежи.
Те же американцы, высадив десант на небольшом
острове Бугенвиль в середине 1943 года, не смогли
взять его до конца войны, а ведь японцы владели Бу-
генвилем менее 2 лет! Таких образцов позиционной
войны на тихоокеанских островах было множество.
Прежде чем начать десант на Окинаву, американцы
70 (!) дней бомбили остров стратегическими сила-
ми, а непосредственно для десанта выделили более
1500 боевых кораблей, 59 (!!!) авианосцев, 22 линко-
ра, 36 крейсеров, полмиллиона солдат. Навалившись
на семидесятитысячный японский гарнизон всей этой
циклопической мощью, американцы два месяца не
могли пробиться к ОСНОВНОМУ оборонительно-
му рубежу противника, а затем еще полтора месяца
его преодолевали. Бесславная Корейская кампания
1946 года окончательно убеждает нас в том, что США
не имели никаких шансов разделаться с миллионной
Квантунской армией в Китае и войсками японской
метрополии без участия в войне СССР.
Секрет нашей победы над Японией заключался в
подавляющем моральном, материальном, а главное,
качественном превосходстве нашей армии над япон-
ской армией.
263
Победа СССР над Японией создала предпосылки
для укрепления позиций китайских коммунистов, ко-
торые вскоре пришли к власти в этой стране. Уста-
новление в Китае коммунистического режима Мао
Цзэдуна на долгие годы обеспечило хотя и не безоб-
лачные, но предсказуемые и управляемые отношения
с Китаем. Если китайский сценарий развивался бы по
германскому или японскому образцу и в этой стране
были установлены различные зоны иностранного вли-
яния, СССР было бы значительно труднее контроли-
ровать угрозы, исходящие от дальневосточного соседа.
Если же к власти в Китае пришел бы Чан Кайши,
заокеанские хозяева непременно натравили бы его на
нас, и война с Китаем была бы неизбежна.
Военную операцию на Дальнем Востоке венчало
триумфальное вступление моряков-тихоокеанцев в
Порт-Артур. Герои Севастополя и Сталинграда воз-
ложили к памятнику героям 1904 года венок с крас-
норечивой надписью «Спите спокойно, отцы. Отныне
ваш покой в надежных руках».
Одновременно с морскими и воздушными десанта-
ми, конно-механизированная группа Забайкальского
фронта под командованием героя битвы за Москву ге-
нерала Плиева, разгромив противостоявшие ей японо-
маньчжурские войска, миновала Великую китайскую
стену и открыла дорогу на Пекин.
2 сентября 1945 года в связи с окончанием войны
Сталин обратился к советскому народу. В своем об-
ращении он, в частности, сказал:
«...У нас есть особый счет к Японии. Свою агрессию
против нашей страны Япония начала еще в 1904 году, во
время Русско-японской войны. Как известно, в феврале
1904 года, когда переговоры между Японией и Россией
еще продолжались, Япония неожиданно и вероломно без
264
объявления войны напала на НАШУ страну и атаковала
русскую эскадру в Порт-Артуре, выведя из строя три
первоклассных корабля России.
...Поражение русских войск в 1904 году в период
Русско-японской войны оставило в сознании народа тя-
желые воспоминания. Оно легло на нашу страну черным
пятном. Наш народ верил и ждал, что наступит день,
когда Япония будет разбита и пятно будет ликвидиро-
вано. Сорок лет ждали мы, люди старшего поколения,
этого дня. И вот этот день наступил».
С началом войны Сталин обращался к гражданам
СССР крайне редко, только в наиболее важных, пере-
ломных ситуациях. Каждая речь Сталина стала исто-
рической, превратилась в веху на пути к Победе.
Слова Сталина о победе над Японией не были про-
диктованы ни пропагандистскими, ни коммунистиче-
скими устремлениями, а лишь сопричастностью исто-
рической миссии, историческому пути нашего народа.
По своей искренности и глубине эта речь Сталина не
имеет аналогов в нашей истории. Ни одни слова, ни
одного вождя никогда не звучали настолько в унисон
с чаяниями народа. Эти слова были сказаны не гру-
зином, не коммунистом и не диктатором, а истинным
отцом нашей нации, носителем ее совести, историче-
ской памяти и нравственности.
Именно такие слова Сталина, как и Парад Победы,
салют победоносным фронтам, формировали нашу
нацию, общность людей, считающей своей родиной
Россию.
Великая метаморфоза
Сталин — единственный из исторических деятелей,
который стоял у истоков разрушения одной империи,
провел ее через смуту, железной рукой выжег эту сму-
ту и создал новое государство. Никакому диктатору
это не под силу!
Причем побудительным мотивом Сталина-револю-
ционера в отличие от многих большевиков, меньшеви-
ков и эсеров было стремление не к мировой револю-
ции, а к освобождению России от губившего ее царско-
помещичьего режима. В создании СССР, в том, что все
земли Российской империи были собраны воедино,
большая заслуга Сталина. Начиная с 1917 года Ста-
лин принимал активные меры к тому, чтобы включить
в состав СССР и Польшу с Финляндией, агитировал
коммунистов этих стран за новый добровольный союз
с Россией. Сталину в тридцать лет уже было понятно,
что тесный союз, общность интересов — единствен-
ная гарантия взаимной безопасности России и ее за-
падных соседей.
Вся дальнейшая жизнь и работа Сталина не имели
никакого отношения к мировой революции, а были
направлены на возрождение и усиление государства
Российского, полноценное развитие его народов на
основе социальной справедливости.
Да, Россия была беременна революцией, как она
позднее была больна большевизмом. Ни одному са-
266
мому левому революционеру — даже Пол Поту не
пришло бы в голову причислить эпоху военного ком-
мунизма к светлой идее, ради которой шла револю-
ционная борьба. В этом смысле большевизм и его дея-
тели были стихией разрушения. В самом деле, царская
Россия образца 1916 года не устраивала никого кроме
Н.А. Романова и его ближайших родственников, чис-
ливших себя «хозяевами земли Русской».
Главным отличием большевизма от иных револю-
ционных течений был полный разрыв со старым ми-
ром, его национальными, традиционными или куль-
турными сантиментами. В противном случае никакого
разрушения царской, полуфеодальной России просто
не состоялось бы. Гражданская война и революция —
отдельные темы для разговора, однако так или иначе
большевизм, утвердившись в России на долгое время,
доказал свою историческую закономерность.
В главе, посвященной репрессиям в РККА, гово-
рилось, что Красная Армия была армией революци-
онных масс, армией разрушения, не приспособлен-
ной для грядущей Отечественной войны. Так же и вся
большевистская система не была приспособлена для
созидания, строительства национального государства,
а несла в себе неистребимый заряд разрушения. Вы-
травить этот заряд можно было только вместе с его
носителями, и именно поэтому первыми жертвами ре-
прессий стали старые большевики и аппарат.
Ленин определял большевизм как применение ре-
волюционного марксизма к особым условиям эпохи.
Наступила иная эпоха, и она предъявила иные особые
условия, то есть потребовала иного подхода, отлично-
го от большевизма. И эту историческую потребность
осознал в полной мере тоже только Сталин. В резуль-
тате к концу 30-х годов большевизм прекратил суще-
ствование, полностью выполнив свою историческую
миссию — до основания разрушить старую Россию,
267
отсечь от русского общества, культуры, повседневно-
го обихода все то, что мешало возрождению сильно-
го, централизованного великого государства Россий-
ского.
Вспоминается удивление И. фон Риббентропа, ко-
торый, прибыв на переговоры в Кремль, на лестни-
це увидел огромный портрет императора Александра
И, окруженного освобожденными крестьянами. На-
цистский политикан был немало растерян, посколь-
ку Гитлер-то готовил его к идеологической схватке с
«кремлевской шайкой сионистов».
Преображение большевистской России началось с
реабилитации буквально всех деятелей русской исто-
рии. Еще до войны Сталин лично редактировал но-
вые учебники истории, разработанные взамен тех, что
появились после революции и изображали Россию до
1917 года царством сплошного мракобесия и упадка.
С 1940 по 1945 год были экранизированы биогра-
фии Ушакова, Суворова, Александра Невского, Куту-
зова, Минина и Пожарского, Ивана Грозного, Петра
Великого, подвиг «Варяга», Нахимова. Причем в ука-
занных кинолентах героями стали не только полко-
водцы, но и государи-созидатели — Петр, Екатерина,
Иван Грозный, государственные деятели, такие как
Потемкин.
Кодовые названия военных операций — «Полково-
дец Румянцев», «Багратион» придумывал сам Сталин.
Эти названия, между прочим, не несли никакой про-
пагандистской нагрузки, поскольку были строго се-
кретными.
В ходе войны были учреждены ордена и медали
Суворова, Кутузова, Александра Невского, Ушакова,
Нахимова, Богдана Хмельницкого — царских генера-
лов, вельмож и князей, далеких от демократических
воззрений. Был введен орден Славы в котором только
слепой не узнал бы Георгиевский крест.
268
Кстати, не всем известно, что Сталин был награж-
ден тремя орденами Ленина и тремя орденами Крас-
ного Знамени. При этом он никогда не носил наград,
полученных за Гражданскую войну, а орден Суворова
носил с гордостью.
Сама Красная Армия превратилась в Советскую
Армию, командный состав получил звания «офицер»
и погоны. Когда же сам вождь мирового пролетариа-
та сменил аскетичный, похожий на робу комиссар-
ский френч на шитый золотом маршальский мундир
с бриллиантовыми звездами, преображение стало пол-
ным. Сталину было присвоено звание Генералисси-
муса. Кстати, сам Сталин к этому званию относился
скептически: Франко — генералиссимус, Чан Кай-
ши — генералиссимус, а Сталин — вождь мирового
рабочего класса, властелин огромной империи и тоже
всего-навсего генералиссимус.
Генерал-лейтенант Игнатьев, успевший послужить
и пажом императрицы, и сталинским военным ат-
таше во Франции, отмечал в своих воспоминаниях,
что после войны советские офицеры с удовольствием
воспринимали и возрождали традиции русского офи-
церства — от игр в карты и дуэлей до одевания своих
супруг в меха и бриллианты.
Новая советская офицерская форма не отличалась
от образца, принятого в русской армии с 1914 года.
Рассказывают, что Сталин, выбирая форму для офи-
церов, спросил: «Какая форма была до революции?
Как она изменилась с прошлого века?» Ему ответи-
ли, что на офицерском кителе за 50 лет изменилось
только количество пуговиц. «Если за 50 лет придумали
только одну пуговицу, то нам тоже не стоит ломать
голову — пусть будет такая же форма!»
Практически полностью была восстановлена дей-
ствовавшая при царе система охраны общественного
порядка, а милиционеры были одеты в точную копию
269
мундиров николаевских городовых, включая даже
шашку, что, конечно, во второй половине XX столе-
тия выглядело как 100%-ный символ.
Таким же символом было введение в школах гимна-
зических мундиров, шинелей и фуражек, воспроизве-
дения гимназических кокард. Учреждение суворовских
и нахимовских училищ было также данью исконной
русской традиции. Новые училища не только повто-
ряли форму одежды, но и возрождали дух кадетских и
пажеского корпусов. Как и при царе, советские офи-
церы из всех наград больше всего гордились значком
об окончании Суворовского училища — «крабом», на-
зывали друг друга на «ты», независимо от званий.
В вицмундиры после войны нарядились чиновники
почти всех ведомств — от железнодорожников до ди-
пломатов. На золотое шитье не скупились.
Кстати, на парадных шашках артиллерийских рас-
четов при Сталине красовалась надпись «За Веру,
Царя и Отечество». А ведь в те времена случайностей
в области идеологии не допускалось.
Еще ранее в 30-х годах были восстановлены каза-
чьи части, которые, как теперь многие не помнят, для
народа были все равно, что войска СС.
В СССР из эмиграции возвращались тысячи лю-
дей. Сейчас кое-кто пытается изобразить, что варвар-
ский сталинский режим этих людей тут же пожирал.
Конечно, не все оказались довольны — это и есте-
ственно, но никакой охоты на репатриантов не было,
а А. Вертинский получил даже Сталинскую премию.
В советской культуре стал главенствовать велико-
державный стиль, далекий от большевистского аске-
тизма. Отныне никто больше не призывал народ от-
давать обручальные кольца для строительства заводов
и фабрик, в моду стремительно входили роскошь, теа-
тры, танцы, рестораны.
270
В период Великой Отечественной войны произо-
шла окончательная реабилитация Русской православ-
ной церкви. Вновь открылись многие приходы, а по-
сле известной встречи руководителей духовенства со
Сталиным в 1943 году и духовные учебные заведения.
Причем интересно, что святые отцы приветствовали
Сталина титулом «Богоданный вождь», что делало его
сходство с русским императором полным.
Еще в ноябре 1939 года за подписью Сталина вы-
шло постановление Политбюро ЦК ВКП(б) об отно-
шении к религии, служителям русской Православной
церкви и православноверующим, в котором отменял-
ся Указ Ленина от 1 мая 1919 года «О борьбе с по-
пами и религией», давалось указание органам НКВД
не преследовать верующих и воздерживаться от аре-
ста священников, а также прекратить содержание под
стражей уже арестованных по делам, связанным с бо-
гослужебной деятельностью, лиц.
Известен факт, что Сталин долгое время тайком
посыпал денежные переводы отцу Василевского, свя-
щеннику, с которым маршал вынужден был порвать
отношения в 20-е годы. Во время войны Сталин на-
стоял на том, чтобы Василевский побывал у отца и
восстановил с ним отношения.
Требуется учесть, что все это, начиная от коло-
кольного звона и заканчивая офицерскими мунди-
рами, являлось не просто ископаемыми экспонатами
прошлого, а неотъемлемыми атрибутами той власти,
того государства, которое большевики объявили пре-
ступным. Сталин, возвращая к жизни эти атрибуты,
подчеркивал свою внутреннюю приверженность тра-
дициям России, неразрывную преемственность ее
истории. Сейчас некоторые «историки» говорят, что
Сталин осуществлял все эти мероприятия вынужден-
но, под давлением обстоятельств. Брехня! Сталин ХО-
271
ТЕЛ надеть русскую генеральскую форму, МЕЧТАЛ,
чтобы наши полки шли под марши русских гвардей-
ских полков, НЕ МЫСЛИЛ России без Православной
веры! Почему так было? С.П. Королев после первой
встречи со Сталиным записал в дневнике одно пред-
ложение: «Сталин очень любит Россию».
До революции Церковь ведь была неотъемлемым
институтом феодального государства, она препят-
ствовала не только социалистическим переменам, но
и буржуазным. Сталин в то время отвергал не духов-
ную составляющую церкви, а политическую. Когда же
Церковь оказалась готовой сотрудничать с новым го-
сударством, поддерживать его, и произошла реабили-
тация. И, разумеется, не следует осуждать наше свя-
щенство за сотрудничество со Сталиным, поскольку в
те годы не быть рядом со Сталиным означало не быть
рядом с народом.
Православная церковь, несмотря на очень труд-
ное положение, в котором она находилась до войны в
СССР, вместе с народом поднялась на Великую Оте-
чественную войну. Гитлер ненавидел и христианство
вообще, и Православную веру в особенности. Он го-
ворил:
«Церковь — это всегда государственная объедини-
тельная идея. В наших же интересах лучше всего было
бы, если бы в каждой русской деревне была бы своя соб-
ственная секта со своим собственным представлением о
Боге. Если у них там начнут возникать всякие колдов-
ские или сатанинские культы, как у негров или индей-
цев, то это будет заслуживать всяческой поддержки.
Чем больше моментов, разрывающих СССР на части,
тем лучше».
Писано точно про сегодняшний день, не прав-
да ли?
272
Без особой рекламы в 1942 году Сталин распустил
Коминтерн. Причем сделано это было в тот период,
когда популярность коммунистов и социалистов во
всей Европе была колоссальной. Так, во Франции,
Италии, Греции коммунисты, возглавлявшие движе-
ние Сопротивления, не были допущены к власти по-
сле войны только титаническими усилиями тех, кого
раньше принято было называть «международной ре-
акцией».
И все же Сталин пошел на роспуск Коминтерна,
то есть официально Советский Союз снял с себя мес-
сианство в части экспорта революции по всему миру.
Зачем это было сделано? Сталин понимал, что актив-
но провоцировать революционные движения в Европе
и Америке — значит разжигать новую войну. Если бы
распространение коммунистических идей со сторо-
ны СССР было бы реальностью, а не выдумкой ЦРУ,
нападение США на СССР состоялось бы не позднее
1949 года.
Вместе с Коминтерном отошел в историю и боль-
шевистский гимн «Интернационал». На смену ему
был сочинен «Гимн Советского Союза», который с
легкой руки товарища Сталина и благодаря мудрости
В.В. Путина мы с гордостью поем по сию пору.
В ходе Отечественной войны Великая метаморфо-
за завершилась, и из войны СССР вышел не первым
в мире государством рабочих и крестьян, а Россий-
ской империей, сцементированной железной волей
ВКП(б). Причем Российская империя сталинского
образца в 1945 году достигла такого уровня могуще-
ства, который никогда ни до того, ни после нельзя
было даже представить.
Если бы это преображение, этот триумф могли
предвидеть русские люди в 1918-м! Большинство чест-
ных русских офицеров не только не подняли бы меч
273
войны против власти, но и оказались бы в первых ря-
дах строителей новой России и новой армии.
Неудивительно, что культ личности Сталина после
войны приобрел характер, близкий к обожествлению,
что вообще-то и свойственно монархиям имперского
склада.
По итогам войны Сталин стремился обеспечить не
только сиюминутные интересы страны, но и реали-
зовать исторические, я бы даже сказал, генетические,
установки России.
Так, присоединение Восточной Пруссии и Кениг-
сберга служило удовлетворением вековой потребности
РУССКОГО народа, восточного славянства в ликви-
дации плацдарма германской агрессии. Сталин, при-
соединив Восточную Пруссию, выразил свою при-
верженность, сопричастность державным, народным,
историческим корням России. В своей речи ко Дню
Победы Сталин так и сказал: «...вековая борьба сла-
вянских народов за свое существование и свою независи-
мость окончилась победой над немецкими захватчиками
и немецкой тиранией». Вот итог Великой Победы, пло-
ды, взращенные Сталиным, — не торжество комму-
низма, а торжество России. Дочь Сталина Светлана в
своей книге писала:
«Отец полюбил Россию очень сильно и глубоко на всю
жизнь. Я не знаю ни одного грузина, который настолько
бы забыл свои национальные черты и настолько силь-
но полюбил бы все русское. Еще в Сибири отец полюбил
Россию по-настоящему: и людей, и язык, и природу».
Никто из иностранных лидеров и деятелей куль-
туры никогда не числил Сталина грузином. Нацио-
нальность Сталина была — советский человек, хотя по
духу ему ближе всего была Россия. Сам он определял
нацию как «исторически сложившуюся, устойчивую
274
общность людей, возникшую на базе общности языка,
территории, экономической жизни и психического
склада, проявляющегося в общности культуры». Этим
признакам отвечал народ СССР, отвечает народ Рос-
сии.
Новая западная граница, «Сталинская граница»,
впервые в истории России была безопасной. Впервые
за тысячу лет мы не имели на Западе ни одного враж-
дебного государства. Пояс дружественных держав,
безопасность которых гарантировали группы Совет-
ских войск, исключали внезапное нападение на СССР
с запада не только сухопутных сил, но и ракетных.
На Востоке СССР имел безопасную границу с дру-
жественным Китаем, а Япония была надолго обезвре-
жена.
Теперь с этого триумфального Эвереста, с этого
Эльбруса славы России следует оглянуться всего на
двадцать лет назад, в 1925 год, когда Ильич только что
почил в бозе, великий Сталин еще был молодым Ко-
бой, а грифельные карандаши покупали в Америке.
Почему произошла такая метаморфоза? Произо-
шла она потому, что Россия восстановилась после
смуты — спасла свою экономику, культуру, отбила
внешние посягательства. Все это позволило от чрез-
вычайной формы управления, свойственной 20 и 30-м
годам, вернуться к естественной для нашей страны
и нашего менталитета формы государственности —
твердой, централизованной, авторитетной, духовно
сильной власти.
Поэтому жестокость 30-х годов следует рассматри-
вать не как следствие органического порока Сталина,
а как антикризисный период — тяжелый, горький, но
необходимый. Период жертв, лишений оставался для
нашего народа в прошлом вместе с разрухой, тяжким
моральным наследием феодализма, войны, смуты.
Единственный путь для нас — не повторить 20-е и
275
30-е, это не начинать жизнь с самого начала каждые
пятьдесят лет, внушая друг другу, что «неправильным»
среди нас был только Сталин.
Некоторые «голоса» твердят нам о том, что наш
народ стал со стороны коммунистов, Сталина жертвой
эксперимента, насилия. Надо знать, что это ложь! Как
определял советский строй сам Сталин? Как наиболее
отвечавшую российским условиям форму организа-
ции общества. Это значит, что не Россия была для со-
циализма, а социализм для России. Социализм и его
главный творец в России, Сталин, доказали делом —
Великая Победа прежде всего об этом свидетельству-
ет, — что они были не ошибкой России, не были
ошибкой русского народа, а являлись закономерной
и абсолютно правильной в тех условиях политикой и
формой существования. Именно эта форма существо-
вания предотвратила исчезновение России в XX веке.
Когда нам пытаются внушить, что весь наш огром-
ный многонациональный народ, русский народ весь
XX век блуждал неизвестно где, что в его развитии
заложена какая-то фатальная ошибка, эти суждения
не просто неправильны, они враждебны нашему са-
мосознанию и нашей национальной гордости. Такие
теории для нашей нации являются неприемлемыми!
Каша в голове мешает нам адекватно оценивать се-
годняшний день, отдавать себе отчет в том, что 90-е
годы ушедшего столетия, как и период большевизма,
во многом были временем разрушения. Держаться
вечно за принципы, атрибуты и кадры 90-х годов —
значит рухнуть с ними в пропасть. Мы и не заметим,
как под демократическую болтовню с нас снимут по-
следние порты, наложат лапу на свободу нашей вели-
кой страны.
Преображение России большевистской в Новую
Великую Россию являлось процессом огромного исто-
рического значения, который продолжается и до сих
276
пор, который будет продолжаться, меняя облик, но
оставляя неизменной суть России. Нельзя стоять на
пути этого процесса с догмами западной демократии,
этого мракобесия, забравшегося выше совести, чести,
да и элементарной логики жизни общества.
Мало кто из умных людей не отдает себе отчет в
том, что мы до сих пор живем в государстве, построен-
ном Сталиным, опираясь на его аппарат и атрибуты.
И происходит это не случайно и не в силу нашей
неспособности создать что-либо новое, а в силу того,
как точно Сталин уловил потребность России в мо-
дернизации национальной государственности.
Триумф
Чуть седой, как серебряный тополь,
Он стоит, принимая парад,
Сколько стоил ему Севастополь,
Сколько стоил ему Сталинград...
... Тот же взгляд,
Те же речи простые
Так же скупы и мудры слова,
Над военною картой России
Поседела его голова.
А.Н. Вертинский
Спросят: не стыдно ли мне восхвалять Сталина сло-
вами Вертинского и своими собственными? Нет, не
стыдно! Мне стыдно было бы хулить и поносить про-
шлое моей Родины и дело жизни своего отца и деда.
Мне стыдно было бы отречься от славы нашей стра-
ны, от гордости, с которой над измученной, голодной,
исстрадавшейся страной звучало:
«Сегодня столица нашей Родины Москва от имени
Родины салютует доблестным войскам Красной Армии,
кораблям и частям Военно-морского флота...
Вечная слава героям, павшим в борьбе за свободу и
независимость нашей Родины...»
Эти слова, впервые услышанные нашим народом
после взятия Орла и Белгорода и служившие аккомпа-
нементом дальнейшим победам, стали частью нашей
национальной сути, самосознания народа. 347 раз гре-
мели над Москвой залпы салюта в честь победонос -
278
ной армии Великой страны, созданной волей Велико-
го народа. Автором этих слов, идеи салюта, идеи и
слов торжественных приказов Верховного Главноко-
мандующего является Сталин.
Особенным событием в ходе войны, событием, не
имеющим себе равных по торжественности и силе
своего воздействия, в истории России является Па-
рад Победы 1945 года. Это был праздник Победы не
только в Великой Отечественной войне! Это было
торжество не сломленного смутой, нищетой, лише-
ниями и войнами XX столетия духа России и ее брат-
ских народов. Это была великая клятва хранить Рос-
сию, клятва перед лицом овеянных славой, пробитых
в боях знамен, перед памятью павших товарищей. Это
было предупреждение тем, кто продолжает носиться с
идеями о неполноценности славян и зариться на нашу
землю.
На Красной площади стояли не просто победите-
ли Гитлера, но освободители Европы. Ценой жизни
миллионов своих сынов Россия спасла от наваждения
фашизма Германию, Венгрию, Болгарию, Австрию,
Румынию, избавила от тотального истребления наро-
дов Польшу, Югославию, Чехословакию, да и иные
страны континента.
Высшее счастье и удовлетворение для патриотов
России, ее подлинной элиты, никогда не заключалось
в окружении себя роскошью и богатством. Россия
никогда, в силу различных причин, не могла обеспе-
чить людям, служившим ей, высокое материальное
положение. Поэтому для русских всегда определяю-
щим фактором отношения к власти являлась ее спо-
собность обеспечить национальные интересы России,
наполнять сердца людей чувством гордости за стра-
ну и чувством своей личной сопричастности ее сла-
ве. Ради славы России, ее блага русские люди готовы
279
были и готовы теперь сносить любые материальные
лишения. Вот чего наш народ не выносит, никому не
прощает — это глумления над своей национальной
гордостью, попрание славы русской и проведение
политики национального предательства, по пути ко-
торого то и дело пытаются устремиться те или иные
личности.
Сталин дал каждому гражданину СССР чувство за-
конной гордости за свою страну, за Россию, чувство
личного участия в Великой Победе и строительстве
Великой державы. Вот за это Сталина люди и лю-
били.
Почему же сегодня так не угоден стал Сталин мно-
гим праволиберальным деятелям и иностранным го-
сударствам? Потому, что Сталин посмел подвергнуть
сомнению справедливость буржуазного общества и
обоснованность капиталистической эксплуатации.
Если бы Сталин не просто сажал, а вешал и четвер-
товал в интересах капитала, то сегодня наша интел-
лигенция захлебывалась от восторга, славя великого
Отца народов.
Как же могут любить они человека, сказавшего:
«последний советский гражданин стоит головой выше
любого зарубежного высокопоставленного чинуши» ?
В дождливое московское утро 24 июня 1945 года,
Маршал Жуков в надвинутой на глаза фуражке сбро-
сил плащ и, сверкая бриллиантами звезд и крестов, с
первым ударом курантов выехал на брусчатку Крас-
ной площади. В исполнении 1400 музыкантов сводно-
го оркестра грянул над Красной площадью «Славься
русский народ» Глинки. Навстречу Жукову на воро-
ном коне скакал Маршал Рокоссовский. На Красной
площади стояли сводные полки фронтов Великой
Отечественной со своими славными командующими,
на груди русских гвардейцев были боевые ордена за
280
Берлин, за Кенигсберг, за Киев, за Севастополь, за
Сталинград, за Москву!
Сколько же наших людей не дожили до этой счаст-
ливой минуты, не задумываясь, отдали за нее жизнь!
Лица солдат сек дождь, которого никто не замечал,
а на трибуне Мавзолея стоял Сталин, с козырька его
фуражки стекали струйки воды. Это был не его три-
умф, это был триумф России.
Послесловие
При Сталине наша страна достигла невиданного
могущества и уверенно шла по пути роста благосо-
стояния народа, благодаря тому, что выбрала свой,
глубоко осмысленный путь исторического развития и
обусловленную им форму государственного управле-
ния.
Французский писатель Анри Барбюс сказал о Ста-
лине:
«История его жизни — это непрерывный ряд побед
над непрерывным рядом чудовищных трудностей».
Свою жизнь Сталин прожил вместе со страной. Его
победы — наши победы, отрицать величие Сталина —
значит отрицать величие нашего народа, России.
«В Россию нужно просто верить» — простая и ис-
черпывающая формула Тютчева. Иногда верить в Рос-
сию очень трудно, иногда верить в Россию не модно
или опасно. Но верить в нее, несмотря ни на что, —
наш долг.
В начале книги был вопрос — что двигало Стали-
ным? Сталиным двигали две вещи: любовь к Родине и
безграничная вера в идеалы социальной справедливо-
сти. Еще при Сталине начался закат эпохи марксист-
ского социализма, а Сталин учил нас не держаться за
догмы. Вне зависимости от эпохи нельзя, стремясь в
будущее, поворачивать назад. Однако это не значит,
что в России должна утвердиться уродливая модель
282
финансово-монополистического капитализма, обла-
ченного в кожуру западной демократии. Это не значит,
что наши люди: рабочие и крестьяне, предпринимате-
ли и интеллигенция, военные и ученые, артисты и ху-
дожники должны прекратить вековечное стремление
России к справедливому устройству и переключить
весь свой творческий потенциал на потребление.
Урок Сталина в том, чтобы Россия сегодня име-
ла собственные идеалы, ценности и цели, сверяла их
по своей великой истории и не позволяла навязывать
себе чужую волю. Тогда никто не собьет нас с пути.
Мы можем и должны черпать в истории, в том чис-
ле в эпохе Сталина, в его личном опыте, особенно
ярко проявившемся во время войны, силу и мудрость,
утверждаясь в величии России и ее народа.
В 1946 году группа ученых представила Сталину
текст его официальной биографии, Сталин ученых от-
ругал:
«Вы что эсеровщиной занимаетесь? Народ, пар-
тия — ничто? Сталин — все? Сталин стар. Сталин
скоро умрет. Хотите, чтобы народ в панику впал — раз
все делал он, то без него конец ?»
Сталин хотел, чтобы любовь к Родине, гордость
за нее, взаимное уважение наших народов, их вера в
свои силы и верность исторического пути жили всегда
и после него. За это наш народ под его руководством
воевал с фашизмом.
В заключение напомню, что роль Сталина в Ве-
ликой Победе считали решающей Жуков и Василев-
ский, Рокоссовский и Конев, Покрышкин и Кузне-
цов, Черчилль и Рузвельт, Джавахарлал Неру и Мао
Цзэдун, Пабло Неруда и Константин Симонов, Ми-
хаил Шолохов и Сергей Михалков, Александр Ромм
и Сергей Эйзенштейн, Ромен Роллан и Иван Бунин,
Чарли Чаплин и Алексей Толстой, Сергей Ильюшин
и Александр Яковлев, Александр Александров и Дми-
283
трий Шостакович, Галина Уланова и Николай Чер-
касов, Иван Пырьев и Любовь Орлова, Эйзенхауэр и
Монтгомери.
Его любил народ и боялся враг. Наши враги и се-
годня боятся Сталина — и пока в каждом из нас живет
сила его духа, пока мы ощущаем гордость за свое про-
шлое и верим в свои силы, мы непобедимы.
Библиография
Андреевский В.Г. Москва в сталинскую эпоху в 1930—1940-е гг.
М., 2003.
Атлас офицера Советской Армии. М., 1979.
Баграмян И.Х. Так начиналась война. М., 1977.
Байбаков Н.К. От Сталина до Ельцина. М., 1998.
Бог войны. Сборник. Составитель Латухин А.Н. М., 1979.
Большой энциклопедический словарь. М. 1950.
Боевая техника и оружие 1939—1945. М., 2001.
Василевский А.М. Дело всей жизни. М., 2003.
Васильев А., Морин А. Суперлинкоры Сталина. М., 2008.
Видер И. Сталинградская трагедия. М., 2006.
Геббельс Й. Последние записи. М., 2000.
Голованов А.Е. Дальняя бомбардировочная. М., 2004.
Грабин В.Г. Оружие победы. М., 2000.
Драбкин А. Я дрался на Т-34. М., 2006.
Дуглас Г. Шеф гестапо Г. Мюллер. Дневники. М., 2000.
Емельянов Ю.В. Сталин генералиссимус Великой Победы. М.,
2008.
Журавлев М.П. Омичи в годы войны. Омск., 2000.
Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. М.,1969.
Игнатьев А.А. 50 лет в строю. Петрозаводск., 1963.
Катуков М.Е. На острие главного удара. М., 2003.
Ковалев Б.Н. Нацистская оккупация и коллаборационизм в
России, 1941-1944. М.2004.
Летчики. Сборник / Сост. Митрошенков. М. 1978.
Ломагин Н.А. Неизвестная блокада. Спб., 2004.
Медведев Д.М. Это было под Ровно. М., 1968.
Начало. Сборник документов НКВД—МТБ СССР за 1941 год.
М., 2006.
285
От Барбароссы до Терминала. Сборник статей. М., 1984.
От Советского Информбюро. Сборник статей. М., 1982.
Пещерский В. «Красная капелла». Советская разведка против
абвера и гестапо. М., 2000.
Попелъ Н.К. В тяжкую пору. М., 2002.
Попелъ Н.К. Танки повернули на запад. М., 2000.
Попелъ Н.К. Впереди Берлин. М., 2002.
Риббентроп И. Тайная дипломатия Третьего рейха. М., 2003.
Рокоссовский К.К. Солдатский долг. М. 1972.
Руделъ Г.У. Пилот «Штуки». М., 2003.
Сталинград 1942—1943. Сталинградская битва в документах.
М., 1995.
Сталин И.В. Вопросы Ленинизма. М., 1952.
Сталин И.В. Отчетный доклад XVII съезду партии о работе
ЦК ВКП(б).
Суходеев В.В. Сталин. 2008.
Судоплатов П. Спецоперации. Лубянка и Кремль 1930—
1950 годы. М.,1999.
Устав Морской. Спб., 1720.
Сульянов А.К. Маршал Жуков. Слава, забвение, бессмертие.
Минск, 2004.
Черчилль У.С. Триумф и трагедия. М., 2004.
Яковлев А. С. Записки авиаконструктора. М., 1970.
Яковлев А. С. Цель жизни. М., 1967.
Яковлев Н.Н. ЦРУ против СССР. М., 1983.
Jane’s fighting ships of WWII., London, 1996.
Содержание
От автора.......................................7
С нулевой точки................................10
Что им двигало?................................15
Репрессии в РККА...............................28
Наука, техника, кадры..........................52
Чекисты и политработники.......................64
Верил ли Сталин Гитлеру?.......................73
Верховный Главнокомандующий....................90
От мира к войне...............................100
От Минска до Москвы...........................125
Смещение Жукова...............................132
А как же Киев?................................136
Ленинград.....................................140
Битва за Москву...............................145
Летняя катастрофа 1942 года...................154
Стоять насмерть!..............................159
Освобождение..................................175
Десять Сталинских ударов......................190
Сталин и союзники.............................195
Пером и лирой.................................213
Трагедия народов..............................225
Предатели и изменники.........................239
Взятие Берлина................................251
Конец позора 1905-го..........................260
Великая метаморфоза...........................266
Триумф........................................278
Послесловие...................................282
Библио! рафия.................................285
Научно-популярное издание
СТАЛИНИСТ
Ошлаков Михаил Юрьевич
СТАЛИН-ПОБЕДИТЕЛЬ
Священная война Вождя
Издано в авторской редакции
Ответственный редактор Л. Незвинская
Художественный редактор С. Курбатов
Технический редактор В. Кулагина
Компьютерная верстка Г. Ражикова
Корректор С. Горшкова
ООО «Издательство «Яуза»
109507, Москва, Самаркандский б-р, 15
Для корреспонденции:
127299, Москва, ул. Клары Цеткин, 18/5
Тел.: (495) 745-58-23
ООО «Издательство «Эксмо»
127299, Москва, ул. Клары Цеткин, д. 18/5. Тел. 411-68-86, 956-39-21.
Home раде: www.eksmo.ru E-mail: info@eksmo.ru
Оптовая торговля книгами «Эксмо»:
ООО «ТД «Эксмо». 142702, Московская обл., Ленинский р-н, г. Видное,
Белокаменное ш., д. 1, многоканальный тел. 411-50-74.
E-mail: receptionOeksmo-sale.ru
По вопросам приобретения книг «Эксмо» зарубежными оптовыми
покупателями обращаться в отдел зарубежных продаж ТД «Эксмо»
E-mail: lnternatlonalOeksmo-sale.ru
International Sales: International wholesale customers should contact
Foreign Sales Department of Trading House «Eksmo» fortheirorders.
intemationalOeksmo-sale.ru
По вопросам заказа книг корпоративным клиентам, в том числе в специальном
оформлении, обращаться по тел. 411 -68-59доб. 2115,2117,2118.
E-mail: vlpzakazOeksmo.ru
Подписано в печать 25.02.2010.
Формат 84хЮ81/32. Гарнитура «Ньютон». Печать офсетная.
Усл. печ. л. 15,12.
Тираж 4000 экз. Заказ 21717.
Отпечатано по технологии CtP
в ОАО «Печатный двор» им. А. М. Горького.
197110, Санкт-Петербург, Чкаловский пр., 15.
ISBN 978-5-699-41250-1
IIIHIIIIill
9 785699М12501
«Для меня Сталин велик и недосягаем. Он для
меня исполин».
К.К. Рокоссовский
«Я выращен Сталиным и считаю, что, если бы во
время войны нами руководили слабые люди, мы бы
войну проиграли. Только сила, ум Сталина помогли
в такой обстановке устоять».
А.И. Покрышкин
«Для нас, фронтовиков, имя Сталина было
окружено безграничным уважением. С этим име-
нем связывалось все самое священное - Родина,
вера в победу, вера в мудрость и стойкость наше-
го народа».
М.Е. Катуков
«Ум и талант позволяли Сталину в ходе войны
овладеть оперативным искусством настолько, что,
вызывая к себе командующих фронтами и разгова-
ривая с ними на темы, связанные с проведением
операций, он проявлял себя как человек, разби-
равшийся в этом не хуже, а порой и лучше своих
подчиненных».
Г.К. Жуков
«Сталин принял Россию с сохой, а оставил с атом-
ной бомбой».
У. Черчилль
«Сила русского народа состоит не в его числен-
ности или организованности, а в его способности
порождать личности масштаба Сталина. Наша за-
дача - раздробить русский народ так, чтобы люди