ДЕЛО В ШЛЯПЕ
Т< нашем городе все знают Веселого Музыканта. Он играет на чем
хочешь: на гитаре и на мандолине, на баяне и на трубе, на
рояле и на дудочке. Он знает все веселые песни на свете и половину
грустных. А еще есть у него своя песенка, которую никто не знает,
только он.
Начинается она так:
Играют зайчики в траве,
И суслики резвятся.
Не злись, хороший человек,
Пускай плохие злятся.
Земля от солнышка светла
И от любви горячей.
И только добрые дела
Кончаются удачей. .
В один прекрасный день (это только так говорится в сказках: в
один прекрасный день, а на самом деле день был ужасно ветреный
3
и ненастный) Веселый Музыкант купил в универмаге шляпу. Он гор-
до шагал по улице, и ему казалось, что все прохожие смотрят на не-
го и думают: «Интересно и непонятно — где он взял такую чудесную
шляпу?»
— Ого! — сказал Веселый Музыкант и посмотрел в небо. — Ого!
Быть дождю!
И только он произнес эти слова, как налетел ветер.
Веселый Музыкант оглянулся и увидел, что его новая шляпа
летит по ’ воздуху. Он на всякий случай ощупал голову: шляпы не
было.
— Держи ее! — крикнул он и вприпрыжку понесся следом.
Шляпа приземлилась и колесом покатилась по тротуару. Музы-
кант приноровился было схватить ее, но тут она шмыгнула через
перекресток. И в тот же миг машина с длиннющими трубами на
двух прицепах перегородила дорогу. Она приостановилась, потом
дернулась вперед, снова притормозила, загудела, заурчала, заре-
4
вела и наконец проехала. За это время шляпа укатилась очень да-
леко.
Веселый Музыкант уже не бежал, а летел за ней, вытянув руки
вперед.
Редкие прохожие шарахались в стороны, собаки лаяли, а пе-
тухи кукарекали. Потому что это была уже окраина города, и Веселый
Музыкант гнался за своей шляпой целый час.
Темнело, когда он споткнулся о какую-то корягу и с размаху
шлепнулся в траву. «Лучше бы я купил кепку или берет», — подумал
он, открыл глаза и осмотрелся.
Молодые березы и осины стояли вокруг. Шляпа как ни в чем не
бывало висела на ветке. Он хотел достать ее, но не смог: так он устал.
И тогда он уснул.
А утром все началось сначала. Веселый Музыкант останавливал-
ся — останавливалась и шляпа. Он бежал — шляпа вперевалочку
катилась на три шага впереди.
5
— Все понятно! — сказал Веселый Музыкант. — Дело в шляпе:
она волшебная. Безобразие, торгуют волшебными шляпами. Обяза-
тельно обменяю на другую. И еще напишу жалобу в Книгу Жалоб.
Он расстроился, потому что два дня ничего не ел, а в городе о нем
беспокоились все дети и многие взрослые. Он снова лег, даже не
посмотрев вокруг. А посмотреть, между прочим, стоило.
Впопыхах Веселый Музыкант перескочил через неприметный
ручеек — Скрипичный Ключ. А ведь именно за Скрипичным Ключом
находится страна Бум-Бум.
В СТРАНЕ БУМ-БУМ
еселый Музыкант проснулся оттого, что на него кто-то смотрел.
— Здравствуйте, — сказал этот кто-то голосом девочки. — С доб-
рым утром. Это, наверное, ваша шляпа?
Веселый Музыкант приоткрыл один глаз и увидел сбоку собствен-
ный нос. Тогда он открыл другой глаз и обнаружил свою шляпу в чьих-
то тоненьких руках, а над ними —незнакомую любопытную рожицу.
— Держи ее покрепче. Может быть, она кусается, — сказал он оза-
боченно.	,
— Ах! — от растерянности девочка выронила шляпу.
Веселый Музыкант с неожиданным проворством вскочил и бросил-
ся на шляпу плашмя.
— Попалась! Теперь не уйдешь. Так тебе, так! — и он нахлобучил
шляпу на самые уши. — А теперь за дело. Где я нахожусь?
— В стране Бум-Бум.
— Бум-Бум? Что это еще за страна?
— Такой большой, а не знаете? Страна Бум-Бум расположена за
ручьем под названием Скрипичный Ключ, за скрипучими мостиками
7
и скрипучими лиственницами,
граничит со страной Турурум и
страной Турурурум. Страна Бум-
Бум — самая могучая в мире, а
наш король Дубль Бемоль...
— Постой, постой, хватит
тараторить! Какой король? Разве
короли еще водятся?
— Водятся еще. В сказках...
— сказала девочка и загрустила.
— Гм... А как тебя зовут?
— Дуоль.
— Дуоль? Какое музыкаль-
ное имя. Скажи, Дуоль, как бы
это... чего-нибудь поесть? Ужас-
но, понимаешь, проголодался.
— Что же вы сразу не сказа-
ли? — девочка достала деревян-
ную дудочку и заиграла какой-то
унылый напев, неизвестный Весе-
лому Музыканту. Ведь он знал
все веселые песни и только поло-
вину грустных, потому что мень-
ше их любил.
Девочка перестала играть и
спросила:
— Ну что, наелись?
Представляете, как рассер-
дился Веселый Музыкант!
— Гадкая девчонка! — за-
кричал он. — Ты, значит, так?
Издеваться над голодным челове-
ком?
Но тут Дуоль расплакалась,
да так горько, что Музыкант
смягчился:
— Ну-ну, не плачь! Мне ведь
тоже обидно. Разве ты не знаешь,
что соловья баснями не кормят?
Девочка отняла от глаз мок-
рые руки и посмотрела на него.
— А у нас говорят: «Соло-
вья песнями не кормят». Потому
что он своим пением сыт по гор-
8
лышко. Так у нас говорят. А че-
ловеку, чтобы жить, нужно хоть
немного песен.
— Вот как? — сказал Весе-
лый Музыкант. Вид у него был
несколько ошалелый. — Хоть не-
много песен?
— Ну, да. Разве вы не знаете!
Нас кормит музыка. На первое
мы любим что-нибудь напевное.
Слышите, у меня даже складно
получилось: «на первое — напев-
ное», и главное, совсем нечаянно!
Ну, так вот, на второе — ах, ка-
кие чудесные вальсы, мазурки,
полечки бывали раньше на вто-
рое! — а на третье самое подходя-
щее — как раз песенка, да позвон-
че, повеселей!
— Интересно, — сказал Весе-
лый Музыкант. — Значит, вас
кормит музыка. Вот так штука!
А меня ведь, пожалуй, тоже! Но
сейчас... Мне бы сейчас чего-ни-
будь поплотнее, а, Дуоль? Ну,
пойдем, поищем... Глядишь, и на-
бредем на что-нибудь съестное. А
ты рассказывай, рассказывай!
— Раньше мы жили весело и
всегда были сыты. А потом отку-
да ни возьмись — появился Дубль
Бемоль и говорит: «Эй вы, я ваш
король, и вы все должны меня
слушаться». И он запретил весе-
лые песни, потому что у него
больные уши, и он ничего такого
не переваривает. И заставил иг-
рать и слушать только самую за-
унывную музыку. На первое, на
второе и на третье. А у нас от нее
уши вянут... — И девочка всхлип-
нула от горя.
— Слушай, а вы так и пове-
рили этому... Дубль Бемолю?
9
— Как — поверили?
— Ну, он, по-твоему, не врет, что он король и все такое?
— А что значит «врет»?
«Не понимаю, — подумал Веселый Музыкант. — Что она не умеет
врать, это ясно. Но неужели здесь вообще не встречаются люди, кото-
рые говорят не совсем то или даже совсем не то?» Он хотел уже под-
робно расспросить об этом девочку, но тут новое обстоятельство заста-
вило его мигом забыть все вопросы.
— Картошка! — воскликнул Веселый Музыкант. — Честное сло-
во, картошка!
— Это такие цветочки, — сквозь слезы сказала Дуоль.
— Цветочки? Да-да, конечно, и цветочки тоже. Эх, знал бы — со-
ли захватил. Печеная картошка —это, брат, вещь! Так ты голодна,
бедняжка! А ну-ка, давай свою дудочку!
Костер трещал и сыпал разноцветными искрами, а Веселый Музы-
кант играл одну за другой свои самые знаменитые песенки.
— Спасибо! Никогда я так вкусно не обедала, — пропела Дуоль.
— А теперь и мне пора закусить, — посмеиваясь, сказал Веселый
Музыкант. Но едва он поднес картофелину ко рту, как раздался соба-
чий лай. Десять свирепых солдат вынырнули из-за кустов, и у каждого
на поводке была не менее злая собака.
— Это вы играли веселые песенки? — спросили они у Веселого
Музыканта.
— Ну, я.
— Шагом марш в тюрьму!
Собаки лаяли. Солдаты корчили злодейские рожи. Пришлось идти.
Хорошо еще, что Веселый Музыкант успел набрать полные карманы
печеной картошки.
Солдаты думали, что чужестранец очень уж торопится попасть
в тюрьму. А он спешил потому, что картошка обжигала его сквозь
одежду.
Дуоль плакала.
ИЗМЕНА
|-С оролевский двор — совсем не то, что все другие дворы. Во-первых,
х voh больше. Во-вторых, на нем стоят королевский дворец и королев-
ская тюрьма. И в-третьих, на королевском дворе главный — не двор-
ник, а сам король.
Королевский дворец в стране Бум-Бум был красив, как празднич-
ный торт. Королевская тюрьма, обнесенная глухой высокой стеной,
напоминала коробку из-под торта. Стену окружал глубокий ров, на
дне которого ползали три тысячи двести ядовитых змей. Когда кого-
нибудь по узкому мостику вели в тюрьму, змеи шипели, как сало на
сковородке.
Что касается дворца, то и он был не совсем обычным. Взять хотя
бы Главную Лестницу. Ее ступеньки были вроде клавиш, таких, как у
рояля или аккордеона, только гораздо больше. Когда кто-нибудь ста-
вил ногу на ступеньку, она опускалась немного вниз, и тогда золотой
молоток под лестницей ударял по медной струне, толстой, как три
удава. И над дворцом звучала низкая бархатная нота. Человек ставил
ногу на следующую ступеньку, и другой молоток бил в струну чуть
11
потоньше, и нота немного повыше гудела в тишине. Наверху совсем ма-
ленькие молоточки били по тонким серебряным струнам.
Ходить по этой лестнице было неудобно: как будто провалива-
ешься на каждом шагу. Зато король слышал, что к нему кто-то идет.
Ну, да нас это не касается, мы и без всякой лестницы можем по-
пасть в покои короля и послушать, о чем это он беседует со своим
толстым министром.
— Что бы еще придумать? — сказал Дубль Бемоль. — Министр!
— Ваше Величество?! — сказал Министр.
— Мы сегодня кошкам хвосты крутили?
— Крутили, Ваше Величество.
— Ворон считали?
— Считали, Ваше Величество.
— Баклуши били?
— Били, Baine Величество.
— Чем бы еще заняться... Да!
Что у нас сегодня на обед?
— Сегодня на обед, Ваше Ве-
личество, два похоронных марша,
три заунывные песенки, а на
сладкое — вой шакалов.
— Шакалов? Откуда ты их
взял?
— Из Долодолума, Ваше Ве-
личество.
— Из Долодолума? А разве
есть такая страна? — спросил ко-
роль с сомнением.

— Н-не знаю... Я не знаю, есть ли такая страна, но шакалы в ней
есть, за это я ручаюсь, Ваше Величество!
Хотите знать, как выглядели во время этого разговора король и
его первый Министр? Вот как. Министр был широкий, как платяной
шкаф, с крошечной головой и жидкими усиками. Он все время накло-
нялся вперед и вбок, так что фрак сзади торчал двумя черными хво-
стами.
А король был неправдоподобно высокий. И тонкий. И почему-то он
все время старался плотней запахнуть свою мантию, как будто хотел
казаться еще тоньше, чем был.
У короля были крохотные уши, тонкие губы, мрачно опущенные
к уголкам, лысина, уходящая далеко под корону, широко расставлен-
ные остренькие глаза. И еще — у него был длинный, острый и кривой
нос таких внушительных размеров, что лицо короля выглядело поч-
ти уродливым.
Конечно, можно было бы и не упоминать об этом. Не всем же быть
красавцами! Люди воспитанные не должны хихикать или потешаться
над недостатками чьей-то внешности. Но Дубль Бемоль сам виноват. Он
везде и всюду похвалялся своей красотой, он презирал и называл уро-
дами всех людей, кроме себя! Согласитесь, что это тоже не очень-то вос-
питанно.
А разговор все продолжался.
— Какие вести из-за границы?
— Жители страны Турурум, Ваше Величество, несмотря на все
предупреждения, продолжают кормиться не музыкой, а всякими —
простите — рисунками. Они всю свою страну превратили в цветник.
— Несмотря на все предупреждения?
— Несмотря!
15
— Чудесно, — сказал король, потирая пухлые бледные ручки. —
Будет война. Народ верит, что турурумцы — наши враги?
— Народ верит всему, Ваше Величество. Ведь он не знает Государ-
ственной Тайны.
— Ха-ха. Что бы еще ему такое наврать?
— Что прикажете, Ваше Величество!
— Ха-ха!
— Ха-ха, Ваше Величество!
— Что?!
— Хи-хи-хи, Ваше Величество!
— Ах, так? Смеешься над Государственной Тайной?!!
Неизвестно, чем бы кончился этот разговор, но тут заиграла Глав-
ная Лестница. Человек сперва шел по ней робко и медленно, потом
ускорил шаги, и ноты бухали одна за другой, а потом он начал переска-
кивать через ступеньки, и лестница зазвенела высоко и тревожно.
Двери распахнулись настежь, и в королевские покои влетел При-
дворный Композитор, черный, растрепанный и потный. Его глаза вра-
щались в орбитах, как бильярдные шары.
— Там... Там... — он задыхался от ужаса. — Там веселятся. Там
поют... частушки!
Если бы гром грянул посреди дворца, король не удивился бы так.
В наступившей тишине отчетливо слышались далекие голоса, напевав-
шие если не частушки, то уж никак и не похоронный марш.
— Измена! — закричал король.
— Измена!! — прорыдал Министр.
— Измена... — пролепетал Придворный Композитор.
И все трое разом заорали:
— Караул!!!
Главная Лестница заиграла торопливо, фальшиво и громко. Это
спешил к королю Начальник Караула.
ОТКРОВЕННОСТЬ
ЗА ОТКРОВЕННОСТЬ,
ИЛИ КОРОЛЕВСКИЙ ШПИОН
РУГ ежду тем Веселый Музыкант с дудочкой, шляпой и печеной кар-
х тошкой и три стражника с широкими кривыми ножами и со зло-
вещими, а может быть, и кровожадными физиономиями все шли по
тюремным коридорам. Холодная вода капала с потолка за шиворот; в
полутьме мелькали юркие тени каких-то крысоподобных существ.
— До чего же мерзкие твари водятся в этой проклятущей тюрь-
ме! — пробормотал Веселый Музыкант. Три стражника тотчас кольну-
ли его ножами под лопатки.
— Какая богатая живность обитает в этой роскошной тюрьме это-
го чудесного королевства! — сказал тогда Веселый Музыкант. Страж-
ники промолчали и, проведя его еще несколько шагов, неожиданно
втолкнули в крохотную каморку, с шумом захлопнули снаружи
толстую металлическую дверь и ушли.
В камере было сыро, холодно и темно.
— Бр-р-р! — сказал Веселый Музыкант.
— Бр-р-р! — откликнулся кто-то за дверью.
— Кто там? — вздрогнув, спросил Веселый Музыкант.
17
—Это я, — раздался в ответ дре-
безжащий старческий голос.
— Кто «я»?
— Я, Королевский Шпион.
— Что вы здесь делаете?
— Я? Странный вопрос. Шпионю
за вами. Вы будете что-нибудь делать,
а я буду об этом доносить. Только мне
плохо видно. Бр-р-р! Собачья служба!
— Конечно, собачья, — согласил-
ся Веселый Музыкант. — И вам не
стыдно? Ра&ве хорошо шпионить,
ябедничать или фискалить?
— Хорошо, — сказал Шпион. —
Король говорит, что каждый должен
за кем-нибудь следить. А ему, вели-
кому Дубль Бемолю, труднее всех, по-
тому что он сам за собой шпионит и
сам на себя доносит. И он говорит, что
это прекрасно.
— Он врет, — сказал Веселый
Музыкант.
— Что такое «врет»? Никогда не
слышал такого странного слова. Надо
запомнить и донести, — сказал
Шпион.
Они помолчали. Мысли вихрем
проносились в голове Веселого Музы-
канта. «Первый раз вижу шпиона, ко-
торый сам сознался, что он шпион.
Ага, а Дуоль ведь тоже не могла по-
нять, что значит «врет». Неужели в
этой стране люди ничего не знают о
лжи? А... А кто-то этим вовсю поль-
зуется?»
— Скажите... А кроме меня, тут
есть кто-нибудь? — спросил он.
— Я не должен этого вам гово-
рить. Я совсем не должен говорить с
вами. Но я так долго молчал! — по-
жаловался Шпион.
«Нехорошо было бы обманывать
такого простодушного старичка, —
подумал Веселый Музыкант. — Да,
18
но ведь он шпион. И это будет совсем
не обман, а военная хитрость!»
— Откровенность за откровен-
ность, — сказал он. — Вы знаете, что
я могущественный волшебник?
— Д-да?
— Ия могу сжечь вас молнией?
— Д-д-да?..
— Или превратить в кусок льда?
— Н-не делайте этого!!
— Я еще подумаю, — важно ска-
зал Веселый Музыкант. — А пока
живо рассказывайте, что это за тюрь-
ма, кто в ней сидит и как отсюда вы-
браться. И говорите только правду.
— Правду? Какое странное сло-
во. Надо запомнить, — пробормотал
Шпион.
— Вы меня поняли?
— Д-да. Вы находитесь на самом
дне десятиэтажного подземелья. Вы-
браться наверх можно только с помо-
щью Волшебного круга. Никто, кроме
короля и Начальника Тюрьмы, не
знает, как заставить его подняться
или опуститься. А еще, — тут человек
за дверью понизил голос до шепота, —
есть потайной подземный ход во дво-
рец. Я только один раз прошел по не-
му, и то с завязанными глазами.
— Положеньице! — сказал Ве-
селый Музыкант. — А кроме меня,
здесь есть кто-нибудь?
— О, тут очень много народу. Да
что о других говорить, когда рядом с
вами, в соседней камере сидит ужас-
ный преступник. Во-первых, он са-
мый веселый человек в стране. Во-вто-
рых, он посмел влюбиться в певицу
Флейту, невесту короля, и научил ее
своим песням. И в-третьих, говорят,
он узнал Государственную Тайну.
— Государственную Тайну? Это
еще что такое?
19
— Тс-с! Во всем королевстве только Дубль Бемоль и его Министр
знают Государственную Тайну. Если кто-нибудь о ней проведает,
страна сразу погибнет. А этот бродяга из соседней камеры — его зовут
Кларнет, — кажется, что-то пронюхал!
— Ну ладно, — сказал Веселый Музыкант. — У вас тут есть
вода?
— Да... Целое подземное озеро.
— Так принесите мне хоть немного, я не пил целый день.
— Как... не пили?
— Фу ты, я и забыл, что вы и голод, и жажду утоляете музыкой.
Я, видите ли, хоть и музыкант, но устроен несколько иначе. Ко-
роче — принесите мне в чем-нибудь вашей подземной воды, да пос-
пешите, любезный!
Он достал из кармана картофелину и целиком отправил ее в рот.
Картошка была соленой!
— Конечно, страна тут сказочная, но чтобы картошка росла по-
соленной в самый раз — это чересчур... — пробормотал Веселый Му-
зыкант. — Вот так штука! А-а-а! Наверное, на картошку упали слезы
Дуоли... Бедная девочка, где-то она сейчас?
В это время в стену постучали. Веселый Музыкант прислушался.
Удары повторялись в четком ритме.
— Азбука Морзе? Оч-чень интересно! — от удивления Веселый
Музыкант даже не заметил, как проглотил вторую картофелину.
ДЕЛА ГОСУДАРСТВЕННОЙ
ВАЖНОСТИ
Г евероятный переполох царил в королевском дворце. Главная Ле-
А стница пела, гудела, басила и тренькала не переставая. Солдаты
бегали по двору, как испуганные тараканы.
В воротах показался Начальник Караула. Он тащил за руку за-
плаканную Дуоль. Следом катились два коротышки, поменьше и по-
больше, оба круглые, что в высоту, что в ширину; двадцать солдат
подталкивали их сзади. На лестнице эти двое стали вырываться, а
маленький даже укусил солдата за руку. Такого немузыкального шу-
ма и трезвона в стране Бум-Бум еще никогда не бывало.
Наконец всем троим связали руки и поставили их перед коро-
лем.
— Как вас зовут? — спросил Дубль Бемоль и втянул в себя воз-
дух так сильно, что в зале поднялся ветер.
— Я — Барабанчик, — сообщил маленький.
— Я — Барабан, — прогудел его товарищ.
— А меня зовут Дуоль, — звонко сказала Дуоль.
Король зажал уши. Он терпеть не мог такие вот голоса.
21

— Как вы посмели распевать свои мерзкие песни? — закричал
тогда Министр, поглядывая на короля.
— Они не мерзкие! — сказал Барабанчик.
— Они такие веселые! — радостно сказала Дуоль.
— Мы накормили полгорода! — добавил Барабан.
— От-вра-тительные песни, — процедил сквозь зубы король.
— Вот! Слышали, что сказали Его Величество? — сказал Ми-
нистр и снова взглянул на Дубль Бемоля искоса и подобострастно.
— А он... А они... не врут? — простодушно спросила Дуоль.
Король и Министр так и подскочили.
— Что?!! — заорал король. — Что значит «врут»?? Откуда ты
знаешь это слово?
— Так говорил чужестранец, Веселый Музыкант. Он научил
меня песенкам, которые пели мы с друзьями...
— С друзьями! — кричал король. — Сколько раз я приказывал
запретить дружбу! Когда человек один, с ним легче справиться!
— Мы думали... — начал было Барабан.
— Думали! Я запрещаю моим подданным думать. А вдруг кто-
нибудь додумается... Караул!! Отправить их в тюрьму. А завтра утром
казнить всех троих.
— Вы этого не сделаете!
Удивительно красивая девушка стояла у входа.
— Певица Флейта! — сказал король недовольно. — Хоть вы и
моя невеста, но я не позволю вам вмешиваться в дела государственной
важности.
— Не-дела, не-государственной, не-важности, — дерзко ответила
певица. — Идем со мной, девочка.
— Я не могу, — печально проговорила Дуоль. — Они казнят моих
добрых друзей.
— А мы их возьмем с собой. И пусть кто-нибудь посмеет к ним
прикоснуться. Я всем — слышите, всем! — расскажу тогда вашу про-
тивную тайну!
Король моргал глазами. Министр схватился за сердце, испуган-
но поглядывая при этом на короля. Начальник Караула сделал на
караул. А друзья гордо потопали вслед за певицей Флейтой.
Король перестал моргать и уставился в одну точку.
— Война! — прошептал он. — Нужно объявить войну, не то народ
взбунтуется или узнает тайну. Но ведь у нас нет генерала...
Министр поклонился. Начальник Караула выпятил живот. Ко-
роль задумался.
ТОЧИЛЬЩИК КЛАРНЕТ
Ч ри дня и три ночи сидел Веселый Музыкант в подземелье. Он
привык к темноте настолько, что уже мог разглядеть нос Шпио-
на в замочной скважине.
Целыми часами он перестукивался со своим соседом Кларнетом.
Он узнал, что Кларнет не бродяга, а знаменитый точильщик. С утра
он ходит по дворам, взвалив на плечи точильное колесо, и, конечно,
поет песенку:
Я веселым делом занят,
Я с прохожими шучу.
Даже сам король не знает,
На кого я нож точу.
Хорошо шагать по свету.
Я счастливей королей:
У меня короны нету,
Да зато полно друзей!
— Э-ге-гей! — кричат Кларнету плотники. — Поточи топоры!
— Давай сюда! — зовет его сапожник. — Нож затупился...
25
— Кларнет, милый! Поднови-ка нам ножницы! — просят порт-
нихи.
И Кларнет точит топоры и лопаты, ножи и ножницы.
Стража схватила Кларнета, когда он выходил из покоев певицы
Флейты. Говорят, что там он просто точил лясы... А сейчас юноша
очень тосковал, потому что он полюбил певицу Флейту. К тому же на-
верху его ждала уйма дел. Ведь он узнал от певицы Флейты Государ-
ственную Тайну. Сейчас ему не терпелось кое-что сообщить своим дру-
зьям — а друзей у него было больше, чем семечек в арбузе.
Обо всем этом и узнал Веселый Музыкант, когда начал пересту-
киваться со своим соседом. «Н-а-д-о б-е-ж-а-ть», — простучал он в сте-
ну. «Б-е-с-п-о-л-е-з-н-о», — раздалось в ответ. Веселый Музыкант загру-
стил, потому что в тюрьме даже самым веселым людям становится
грустно.
А наутро к нему снова пришел Шпион.
Веселый Музыкант так устал сидеть в темнице, что был рад лю-
бому обществу. К тому же его сосед молчал три часа подряд.
— Что новенького? — спросил Веселый Музыкант.
— Скоро начнется война, — свистящим шепотом ответил Шпион.
— Война? Какая еще война? С кем?
26
— С турурумцами.
— Постойте, постойте-ка. А
зачем с ними воевать?
— Как — зачем? Они любят
рисовать, а не петь, смотреть, а не
слушать. Они и нас хотят заста-
вить все делать по-своему.
— Это они вам сказали?
— Нет — но это говорит ко-
роль! Война начнется вот-вот. Да-
же тюремные стражники точат
ножи. Вашему соседу повезло: он
ведь точильщик. Его вывели из
камеры и заставили работать у
Волшебного круга. Да, а между
прочим, собак... Вы ведь знаете —
тюрьму охраняют злые собаки —
так вот, их приказано не кормить
целых три дня. Это чтобы они ста-
ли еще злее.
— Ну и что? — сказал Весе-
лый Музыкант.
—Да так, ничего, — замялся
Шпион. — Просто я подумал, не
хотите ли вы поесть. И выпросил
у собачьего повара кое-что. Ле-
пешку, немного печенки, баранью
косточку...
— Что ж вы сразу не сказа-
ли! — воскликнул Веселый Музы-
кант. — Давайте все сюда, и спа-
сибо, простите — не ожидал...
Шпион просунул еду в за-
мочную скважину (она была ог-
ромной, под стать тяжеленному
ключу) и долго слушал, как хру-
стят косточки на зубах Веселого
Музыканта. Потом он вздохнул и
пошел восвояси: ясно было, что
Веселый Музыкант заговорит не
скоро.
Прошло несколько минут, и в
двери соседней камеры звякнул
ключ.
27
— У вас что, память отшибло? — произнес кто-то насмешливо и
звучно. У Веселого Музыканта сжалось сердце: таким он и представ-
лял голос соседа. А тот продолжал:
— Вы что, не видите, что это камера чужестранца? Нет уж, за-
прите меня туда, откуда увели.
Веселый Музыкант перестал жевать и увидел, как огромный ключ
вошел в замочную скважину — ту самую, в которой обычно торчал
нос шпиона. Дверь отворилась. Грубый голос стражника произнес:
— Не хочешь точить ножи — торчи здесь!
Дверь захлопнулась, ключ повернулся два раза. Незнакомец,
которого втолкнули в камеру, переждал, когда стихнут шаги страж-
ников, и спросил:
— Это вы?
— Это я, — сказал Веселый Музыкант. — А вы — это тоже вы?
— Ну да, — сказал незнакомец. Они расхохотались и стали хло-
пать друг друга по плечам, и тузить в бока, и даже приплясывать по-
пробовали от радости, но в камере было слишком тесно.
— Вы знаете Государственную Тайну? — спросил Кларнет, когда
они успокоились.
— Знаю, — сказал Веселый Музыкант.
И он пропел на ухо Кларнету:
Мне жаль того, кто много врет,
Ведь он живет наоборот,
А жить совсем наоборот
Не очень-то приятно.
Ах, как мне жаль
Того, кто врет:
Идет он задом наперед, —
Он думает шагнуть вперед,
А сам идет обратно!
— Надо рассказать всем, — сказал Кларнет.
Они пожали друг другу руки и замолчали: в замочной скважи-
не появился любопытный нос Шпиона.
„ОТПРАВЬТЕ НАС
В ТЮРЬМУ"
ороль сидел на троне, скучный и мрачный. Министр стоял подле
него, очень скучный и мрачный. Начальник Караула застыл у
дверей, очень-очень скучный и мрачный.
— Я самый несчастный король на свете, — сказал король. — Это
ужасно: править в стране уродов.
Министр и Начальник Караула виновато потупились.
— Нелегко быть высоким и стройным среди таких коротышек, —
продолжал король, плотнее запахивая мантию, и поглядел на поддан-
ных сверху вниз. — Министр! Догадывается ли здешний народ о своем
уродстве?
— Так точно, Ваше Величество, — сказал Министр. — По ва-
шему приказанию мы разъяснили всем и каждому, что ваше лицо —
идеал мужской красоты, а ваш рост должен вызывать восхищение. О
вашей красоте за умеренное вознаграждение слагаются песни и ле-
генды...
И вдруг в зал вошли Барабанчик, Барабан и Дуоль. А позади шла
грустная певица Флейта.
29
— Ваше Величество! — сказа-
ли Дуоль, Барабан и Барабан-
чик.— Отправьте нас в тюрьму!
Король вопросительно по-
смотрел на певицу.
— Они мне надоели. Ах, не
спрашивайте меня, делайте, что
хотите!
Даже Начальник Караула,
который не удивлялся ни разу в
жизни, удивился. Министр оторо-
пел, а король страшно обрадовал-
ся. Он даже захлопал от восторга
в ладоши:
— Ура! В тюрьму их! В кан-
далы! Они у меня попляшут!
И друзья заплясали. Они
приплясывали всю дорогу, как
будто их вели не в тюрьму, а на
концерт Очень Веселой Музыки.
Они дружно показали язык ядо-
витым змеям, и серьезными ста-
ли только тогда, когда встали на
Волшебный круг и он медленно и
плавно начал опускаться.
30
— Ты взяла пластырь? — спросил Барабанчик.
— Весь, какой только был в королевской аптеке, — ответила
Дуоль.
— Ну, держитесь, — прогудел Барабан.
Волшебный круг опустился в подземелье и со скрипом остановил-
ся. Стражники не успели моргнуть, как Барабанчик ловко дал под-
ножку одному, а Барабан так толкнул другого, что тот полетел вверх
тормашками. Что тут началось! Солдаты подбегали со всех сторон.
Они таращили глаза и размахивали ножами. Два Барабана молотили
направо и налево кулаками, очень похожими на барабанные палоч-
ки.
Вдруг здоровенный стражник с самым кривым ножом замахнул-
ся на Дуоль. Барабанчик вскрикнул и бросился ему под ноги. Здоро-
венный стражник — а это был Начальник Тюрьмы — грохнулся на
пол и расквасил себе нос.
Откуда ни возьмись появились поджарые злые собаки.
— Ату их! — крикнул Барабан, указывая собакам на стражни-
ков.
— Нет, это их ату! — кричали стражники, показывая на трех
друзей.
Собаки растерялись: кого кусать?
Друзья ринулись вперед. Но тут Барабанчика ударили ножом в
грудь. Барабанчик, как все Барабаны на свете, был наполнен возду-
хом. Дуоль подскочила к нему и заклеила его рану пластырем.
Ужасный крик раздался в это время позади. Собаки, которых не
31

кормили целых три дня, все-таки выбрали стражников и как раз в
этот миг набросились на них.
— Бежим! — крикнул Барабанчик. Все трое понеслись что было
сил по узкому коридору.
Когда вопли и собачий лай затихли где-то вдали. Барабан вдруг
остановился и стал падать.
— Что с тобой? — вскрикнула Дуоль.
— Пустяки.
— Хорошенькие пустяки! Ты ужасно похудел! Из тебя вышел
весь воздух... Восемь ран! И ты молчал, бессовестный!
И Дуоль стала сердито заклеивать пластырем следы солдатских
ножей.
— Здравствуйте! — вдруг сказал кто-то за их спиной.
— Здравствуйте... А кто вы?
— Я Королевский Шпион. Я слежу за чужестранцем по имени Ве-
селый Музыкант.
— Веселый Музыкант? Он-то нам и нужен. Веди нас к нему!
— Но я...
— Живо, живо веди!
— Но он...
— Что тебе сказано!
— Дайте же договорить! — плаксиво сказал Шпион. — Он нахо-
дится за этой дверью, на которую навалился уважаемый Барабан, ко-
торого заклеивает эта уважаемая девочка!
— Ключ! — сказала Дуоль. — Барабанчик, ты не потерял ключ?
— Вот он! Разве можно потерять ключ певицы Флейты? — пропи-
щал Барабанчик.
Шпион остолбенел. Он видел, как Дуоль подняла и вставила в
скважину ключ, как Барабан помог ей повернуть его, как из камеры
выбежали Веселый Музыкант и Кларнет, и как они начали обнимать-
ся со своими освободителями.
Шпион опомнился, когда Барабан крикнул: «Бежим к потайному
ходу!»
♦Надо подсмотреть и донести», — привычно подумал Шпион.
Спрятав ключ, оставленный беглецами, он засеменил следом.
Он видел, как друзья примчались к подводному озеру, сели в мо-
торную лодку и поплыли к другому берегу по светящейся воде. Он по-
спешил за ними — вплавь. Лодка причалила к большой скале, в кото-
рой начинался темный и узкий туннель. Беглецы выскочили из
лодки и скрылись в черном провале.
Шпион переплыл озеро и, выплевывая воду, тоже побежал по
туннелю.
Потайной ход петлял, взбираясь все выше. Шпион, задыхаясь,
несся по нему как угорелый.
Странный шум раздался в это время впереди. Он прижался к
стене и увидел, что сверху по туннелю несется поток светящейся воды.
Беглецы тоже заметили воду и повернули обратно. Шпион слы-
шал, как кто-то из них крикнул:
— Они хотят затопить потайной ход!
Беглецы неслись прямо на Шпиона. Он прижался к стене и про-
пустил их. Вода все прибывала. Она доставала ему уже до груди. Он
слышал, как на озере затарахтел лодочный мотор. Вода заливала
подбородок. Шпион поплыл.
— Тону-у! — тоненько и неуверенно закричал он. И, уже теряя
сознание, почувствовал, как чьи-то сильные руки подхватили его.
— Ишь ты! Мой шпион, — сказал Веселый Музыкант. — А все-
таки человек. Бросать негоже. Держись за меня! Вот так.
И он крикнул громко:
— Бегите! Да не теряйте же времени, я не пропаду. Бегите!
СОБАЧИЙ ВАЛЬС
И ДРУГИЕ СОБЫТИЯ
Л я-то считал, что я недурной пловец», — подумал Веселый Му-
л зыкант, пересекая вплавь озеро. Он был несправедлив к себе:
мало того, что он плыл в одежде, — ему, кроме того, приходилось
тащить обмякшего и ставшего очень тяжелым Шпиона!
Нужно ли удивляться, что, выволакивая спасенного на берег. Ве-
селый Музыкант пошатывался от усталости. Он еще сделал Шпиону ис-
кусственное дыхание, и, когда старик открыл глаза, а щеки его поро-
зовели и грудь стала мерно вздыматься, музыкант уснул мертвым
сном.
Неизвестно, сколько времени он проспал, но он мог бы спать и
гораздо больше. Его растолкал Шпион.
— Я понял! — говорил он, спеша, словно в горячке. — Я понял,
чужестранец: что-то тут не так! Ты спас мне жизнь, и мне почему-то
не хочется доносить на тебя королю. А если бы доносить было хоро-
шо — как это говорит король — мне бы, конечно, хотелось донести на
тебя!
— Все это прекрасно, но неужели вы меня ради этого разбуди-
35
ли? — спросил Веселый Музыкант. — Может быть, побеседуем поз-
же? — и он перевернулся было на другой бок.
— О нет! — сказал Шпион. — Нас окружают стражники. Сейчас
они схватят вас. Пусть и меня хватают — все равно я не согласен боль-
ше шпионить за вами!
— Схватят? Как бы не так! — Веселый Музыкант вскочил на но-
ги так стремительно, будто и не думал спать. — Где же дудочка?
Надеюсь, она не слишком пострадала от воды...
Наконец он нашарил за пазухой дудочку Дуоли, достал ее, по-
дул тихонечко. Дудочка откликнулась звуком негромким и неж-
ным...
А враги приближались. Они ухмылялись, потому что видели: чу-
жестранец беззащитен. Они не сомневались в победе.
— Так что же наконец — музыкант я или не музыкант? — сказал
Веселый Музыкант и подмигнул Шпиону. Старик закрыл руками гла-
за: ему не хотелось видеть, как набросятся на его спасителя страж-
ники. И вдруг...
Тихая-тихая, ласковая, усыпляющая мелодия зазвучала рядом.
Старик увидел, как на лицах стражников расплылись блаженные
улыбки, потом почувствовал, как сладкая дремота охватывает его, оту-
манивает глаза...
— Вставайте! Да проснитесь же вы! — Веселый Музыкант изо
всех сил тряс его за плечи. — Бежим, пока они не очнулись!
Стражники, убаюканные колыбельной, лежали вповалку, при-
чмокивали во сне губами и посапывали. Осторожно переступая через
спящих, Веселый Музыкант и Шпион . добрались до толстой двери, за
которой начинались тюремные коридоры.
— Бежим! — крикнул Шпион. Здесь он чувствовал себя уверенно.
37

Они почти достигли Волшебного
круга, когда из-за поворота навстречу
им вырвалась злобная свора собак.
Псы летели неудержимо, глаза их го-
рели яростью...
В этот миг зазвучала дудочка, и
собаки встали как вкопанные.
Через секунду они уже танцева-
ли под звуки «Собачьего вальса», —
да, в стране Бум-Бум даже свирепые
подземные псы оказались на удивле-
ние музыкальными!
Веселый Музыкант, увлекая за
собой своего спутника, взбежал на
Волшебный круг. Никто не помешал
им: видимо, все стражники были за-
няты погоней.
— Поднимемся, как на лифте, —
говорил Веселый Музыкант. — Дуоль
говорила: здесь должна быть такая
кнопочка... Да где ж она?
— Скорей! Вот они! Мы погиб-
ли... — сказал старик. Но не успел он
договорить этих слов, как Волшебный
круг стремительно взмыл вверх —
прямо из-под носа у подоспевших со-
бак и стражников!
— Молчите! — шепнул Шпион,
когда круг остановился. — Здесь буду
говорить я!
Они спокойно перешли голую ка-
менную площадь и оказались у ворот
тюрьмы.
— Именем короля, пропустите!
— сказал старик дрожащим голо-
сом.
— Именем короля? — подозри-
тельно переспросил усатый страж-
ник.
— А кто, кроме короля, разрешил
бы нам подняться на Волшебном кру-
ге? — сказал Шпион.
Стражник не нашелся что отве-
тить и медленно, нехотя отворил
39
ворота. Вот они идут по узкому мостику... Три тысячи двести ядови-
тых змей шипят внизу, как велосипед на мокром асфальте.
— Не выпускать их! — раздался сзади чей-то истошный вопль.
И тут мостик как бы переломился пополам, и Веселый Музыкант
и Шпион полетели в ров. Дудочка! Веселый Музыкант крепко сжал
ее в руке. Змеи отпрянули, когда сверху неожиданно свалились эти
двое, а в следующий миг Веселый Музыкант уже играл индийскую ме-
лодию : говорили, что с ее помощью можно укротить любую змею.
И правда — чудо из чудес — змеи подняли головы, словно прислу-
шиваясь, и начали странный диковинный танец. Они изгибались, пока-
чивались как зачарованные, все эти кобры и гадюки, медянки и грему-
чие змеи. И только одна маленькая и злобная змейка не поддавалась.
— Что такое? — пробормотал Шпион. — Неужели... Не может
быть... Ну, да. Какой ужас! Эта змея — глухая!
Змейка подползала все ближе к Веселому Музыканту. Вот-вот
она молнией кинется к нему!
И тогда робкий и вежливый Королевский Шпион, пройдя мимо
сотни извивающихся гадов, схватил желтую змейку за хвост! Она тут
же ужалила его в руку.
— Пока я не умер — вперед! — крикнул старик. — Только иг-
райте! Прошу вас, играйте! Я знаю место, где стены рва совсем обва-
лились. На них никто не обращал внимания, потому что стражники по-
лагались на змей!
...Светило солнце. Веселый Музыкант давно уже перевязал руку
старика жгутом и даже отсосал яд из ранки.
— Ну, как? Вы ничего не чувствуете? — с тревогой спрашивал он.
— Чув... Апчхи!... ствую, — сказал Шпион. — Как вы думаете,
змеи болеют гриппом?
— Не знаю... — Веселый Музыкант с сомнением покачал головой.
— По-моему, она заразила меня гриппом. А может быть, грип-
позные змеи не так ядовиты? — сказал бывший Шпион и улыбнулся...
КАЗНЬ
Черные знамена развевались на королевском дворе. Трубы труби-
ли похоронный марш. Солдаты точили ножи о голенища своих
сапог. Все готовились к войне.
Король ликовал. Кларнет, два Барабана и Дуоль стояли перед ним.
Начальник Тюрьмы докладывал:
— Мы затопили потайной ход, и они приплыли прямо к нам в руки.
А Веселый Музыкант, наверно, утонул. Туда ему и дорога. Ха-ха-ха!
Король милостиво улыбнулся. Но вдруг он помрачнел:
— Кто дал им ключи от тюрьмы, кто рассказал про потайной ход?
— Я! — произнес серебристый голос. И все сразу узнали певицу
Флейту.
— Связать ее! — приказал король.
— Связать ее! — дрогнувшим голосом сказал Министр.
— Связать ее? — спросил Начальник Караула. Он удивился вто-
рой раз в жизни и тут же подумал, что неприлично в его положении
так часто удивляться. «Да-да, решено, — подумал он, — больше я ни-
чему не удивляюсь, дудки!»
41
— Начнем'казнь, — сказал король и сильно втянул в себя воздух.
Он кивнул в сторону Барабанов. — Сперва поговорим с этими. Дать им
по две тысячи палок! Пусть помучаются...
— Две тысячи палок! — крикнул Министр.
Два палача молча подошли к Барабанам и в первый раз огрели
их огромными палками.
— Ту-ру-ру! — ударилась палка о тело Барабанчика.
— Бум-бум! — зазвучал Барабан.
Палачи работали на совесть. Перед королевским дворцом толпи-
лись ткачи и плотники, сапожники и каменщики, певцы и портные.
Весь народ собрался и слушал: из дворца доносился отчаянный бара-
банный бой.
— Что здесь происходит? — спросил, подходя, Веселый Музыкант.
Люди молча переминались с ноги на ногу, снизу вверх погляды-
вая на незнакомца.
Наконец, в толпе раздался робкий голос:
— Там казнят изменников и негодяев.
— А кто же эти негодяи и изменники?
— Кажется, там Барабаны, — сказал тот же голос.
— И точильщик Кларнет, — сказал другой.
— И Дуоль, моя Дуоль, — с тоской выкрикнула простоволосая
женщина и зарыдала в голос.
— И вы верите, что они изменники? — тихо спросил Веселый Му-
зыкант.
— Так сказал король, — ответил человек, стоявший рядом, и за-
тосковал от своих собственных слов.
— И ты веришь? — еще тише спросил Веселый Музыкант, отыскав
глазами мать Дуоли.
Женщина молчала. И вдруг...
— Нет! — крикнула она. — Не-ет, слышите вы, нет!!
43
— Ваш король — злобный обманщик, — твердо сказал Веселый Му-
зыкант толпе. — Идите за мной.
Он стал подниматься по Главной Лестнице. Но за спиной его было
тихо. Обернувшись, он увидел, что только мать Дуоли подошла к пер-
вой ступеньке. Остальные медлили в нерешительности. «Их так долго
обманывали с помощью слов, что сейчас слова не помогут. Во всяком
случае, нужны не только слова», — подумал Веселый Музыкант. И
произошло невероятное.
Веселый Музыкант хлопнул себя по лбу. Потом он начал носиться
по лестнице, то стремительно взбегая вверх, то прыгая вниз сразу на
несколько ступенек, внезапно застывая на одном месте и снова совер-
шая головокружительные прыжки. При взгляде на него можно было
подумать, что Веселый Музыкант не в своем уме. Но люди не столько
смотрели на него, сколько слушали. Главная Лестница пела, как никог-
да раньше; вольная, неслыханно радостная музыка разносилась во-
круг. Веселый Музыкант играл на самом большом и необыкновенном
инструменте. Взмокший от напряжения, от волнения и тревоги, он сно-
ва остановился на нижней ступеньке.
44
—Ну! — сказал он. — Верите
вы мне? Так идемте со мной!
И вот музыкальные ступень-
ки стали гудеть вразнобой, все ча-
ще и громче, звуки наплывали
один на другой, ступени прогиба-
лись от тяжести, и шорох ног,
непрестанный гул струн слива-
лись в едином, грозном ритме.
Веселый Музыкант вошел в
зал в тот момент, когда нож пала-
ча описывал широкую дугу, чтобы
вонзиться в грудь Кларнета. В
два прыжка Веселый Музыкант
оказался рядом и отчаянным уда-
ром выбил нож из руки палача.
Но Начальнику Караула до-
статочно было шевельнуть паль-
I
цем, и Веселого Музыканта, связанного, бросили к остальным плен-
никам. Люди, столпившиеся у дверей, разом вздрогнули.
— Так, — гнусаво сказал король. — Это тот самый преступный
чужестранец! И с ним наш Королевский Шпион. Отвечай, негодяй, по-
чему ты ничего не доносишь?
— Ваше королевское Величество, — отвечал Шпион, — я...
А-а-апчхи! Я просту... апчхи... дился!
Король рассвирепел:
— Ты просто мерза-а... апчхи!
Да-да. И король чихнул. Сперва один раз. Потом другой. Потом
три раза подряд. Он чихал не переставая, пытался что-то сказать и не
мог. Наконец прерывающимся голосом он приказал:
— Казнить... их... всех!
И тут прямо на середину зала выбежала заплаканная простоволо-
сая женщина:
— Мою дочь хотят убить за то, что ей понравились песни чужест-
ранца. Так послушаем их!
— Молчать! — взвизгнул король.
Но тут кто-то у дверей сказал:
— Послушаем эти песни! — и Веселый Музыкант узнал голос быв-
шего Королевского Шпиона.
Толпа начала раскачиваться грозно и порывисто — так рас-
качиваются в бурю уличные фонари. И все громче раздавалось в
зале:
— Послушаем их, послушаем их!
47
Даже стражники с ножами, даже палачи побледнели и стали от-
ступать к стене.
И тогда мать Дуоли на глазах у всех подошла к Веселому Музы-
канту и развязала ему руки. Он вынул дудочку Дуоли и заиграл. И ду-
дочка повторила прежний веселый смех Дуоли. И дальше играл Весе-
лый Музыкант, и голоса птиц, звон капели, радость и печаль сменя-
ли друг друга в этой песне. И когда умолк последний, чистый и про-
тяжный звук, мать Дуоли утерла слезы и сказала:
— ’Ты говорил все так, как есть, добрый чужестранец. Этот ко-
роль — негодяй.
— Я говорил правду! — сказал Веселый Музыкант.
— Он говорил правду! — подхватили сотни голосов.
И тогда мать Дуоли обернулась к королю:
— А ты говорил и делал все наоборот.
— Он лгал и обманывал вас, — сказал Веселый Музыкант.
— Он говорил неправду! — в один голос подхватили люди.
— За-мол-чи-те! — завизжал король. Он затопал ногами, вернее,
хотел затопать и... вдруг с грохотом свалился на пол.
Мантия распахнулась, и тут все увидели под ней... обыкновенные
ходули. Теперь-то стало ясно, почему король всегда так старательно
закутывался в свою мантию! С ужасом смотрели люди на тельце отвра-
тительного карлика, дрыгавшего на полу тонкими ножками. Странная
перемена произошла и с Министром: его щеки обвисли, а живот
опал, как будто прокололи воздушный шар.
Только Начальник Караула невозмутимо ждал дальнейших при-
казаний : ведь он решил ничему не удивляться. Стражники подходили
к карлику, презрительно смотрели на него и швыряли рядом свои но-
жи.
Народ пел песни и качал Веселого Музыканта. Голова его кружи-
лась от счастья и от голода. Над страной гремел барабанный бой, пото-
му что Барабанчик и Барабан хлопали себя от радости по бокам. Дуоль
боялась даже на секунду отпустить руку матери. Счастливая и гордая,
она то плакала, то смеялась.
Было так шумно, что никто не услышал, как точильщик Кларнет
поцеловал певицу Флейту.
ВОЗВРАЩЕНИЕ
J I убль Бемоль, всеми забытый, бродил по дворцу и бормотал себе
г1 под нос самые черные проклятия. На третий день его нашли в
каком-то темном углу лежащим без движения. Послали за доктором.
И вот пришел доктор. Это был самый знаменитый врач Ухо-Горло-
Нос. Он взглянул на карлика и сказал:
— Конечно, у него был насморк. Но не в этом суть. Нет, не в этом.
И тогда он осмотрел уши короля и сказал:
— Он оглох от собственных проклятий! Но это еще не все...
И доктор опустился возле карлика на колени, что-то еще изучил
и сказал:
— Кроме того, он отравился своей собственной злобой! Против это-
го яда медицина бессильна.
Так бесславно окончились дни злого и лживого короля.
Что же касается Министра и Придворного Композитора, то они
как сквозь землю провалились!
Так оно и было.
Когда ткачи и портные пришли на экскурсию в бывшую королев-
49
скую тюрьму, они нашли в подземелье одну толстую дверь, запертую
изнутри. Пробовали открыть — не поддается! И вдруг из-за двери раз-
дался визгливый голос Министра:
— Мы вам ни за что не откроем!
Министр и Придворный Композитор, запершись в тюрьме, наслаж-
дались своей унылой музыкой.
Люди пожали плечами и заторопились туда, где светило солнце и
пели птицы. Все спешили: их ждал замечательный праздник.
И вот он настал.
Музыка играла туш. Все жители страны Бум-Бум пришли на
свадьбу точильщика Кларнета и певицы Флейты. И тогда поднялся Ве-
селый Музыкант, чтобы угостить людей самыми добрыми песенками.
И он пел:
Когда друзьям невесело,
Я запеваю песенку,
Я сочиняю песенку
Про солнце и луну.
А если людям весело,
И все дружно подхватывали слова, которые знала теперь вся стра
на:
Мне жаль того,
Кто много врет:
Ведь он живет наоборот,
А жить совсем наоборот
Не очень-то приятно.
Ах, как мне жаль того, кто врет,
Живет он задом наперед,—
Он думает шагнуть вперед,
А сам идет обратно!
И все кричали «ура» и танцевали.
А когда кончился праздник и друзья остались одни, Веселый Му-
зыкант сказал:
— Ой, как я соскучился по дому! И по моим тамошним прияте-
лям, маленьким и большим. И по котлетам, жареной картошке, по яич-

нице с ветчиной и клюквенному
варенью! Только как же я оты-
щу теперь обратную дорогу?
И тогда Дуоль спросила:
— А как вы к нам попали?
И Веселый Музыкант
вспомнил о своей шляпе и ска-
зал:
— У меня слетела шляпа.
Она катилась все вперед и впе-
ред, и я бежал за ней.
— А куда дул ветер? —
спросил Барабан.
— В сторону тюрьмы, где
сидят сейчас Министр и При-
дворный Композитор и слуша-
ют свои похоронные марши.
— Сегодня ветер дует как
раз в обратную сторону, — ска-
зал Кларнет.
— А что, если вы опять
уроните шляпу и пойдете за
ней? — предложил Барабанчик.
— Гм... В этом что-то есть.
Была не была, попробую! — ска-
зал Веселый Музыкант.
Он обнял своих друзей и
попрощался с ними. А потом он
вышел за ворота, помахал им
рукой, надел шляпу на самую
макушку и стал ждать...
Подул ветер. Шляпа слете-
ла и покатилась по земле.
Три дня шел, спешил за ней
Веселый Музыкант. Под конец
он, можно сказать, летел за
своей шляпой, вытянув руки
вперед. Редкие прохожие шара-
хались в стороны, собаки лаяли,
а петухи кукарекали, потому
что это была уже окраина го-
рода, и Веселый Музыкант воз-
вратился домой.
И, увидев это, Веселый Му-
53
зыкант обрадовался и удивился. Он поймал свою шляпу, разгладил
ее, сдул с нее пылинки.
И запел песенку, которую знал только он:
Играют зайчики в траве,
И суслики резвятся.
Не злись, хороший человек.
Пускай плохие злятся.
Земля от солнышйа светла
И от любви горячей.
И только добрые дела
Кончаются удачей.
Умей, дружок, на свете жить —
Смеяться до упаду.
Умей любить, умей дружить
И людям песенку сложить,
А надо голову сложить.
Сложи ее как надо!
Сдано в
ГД-70 г.
Уел. печ.
набор 14/V-70 г. Подписано к печати
Формат бум. Н4 х 108|16. Фж». new. л. М-
л. 5.68. Уч.-над л. 4,71. Изд. ммд. ЛД-208.
Тираж 150 000 за». Цена 82 кои. Бум. М 2. 7-6-2.
278-70. Зак. 1046. Издательство «Советская Россия*
Москва, проезд Сапунова. 18'15. Фабрика офсетной
печати К* 2 Росглавполигрпфпрома Комитета по
печати при Совете Министров РСФСР, г. Дмитров
Московской области. Московская. 3.
Редактор А. И. Ст рой л о.
Художественный редактор М. В. Т а и р о в а.
Технический редактор В. А. Преображенская
Корректор Н
Для детей младшего школьного .о трас гл
Роальд Григорьевич Доброаеиский
ЗА СКРИПИЧНЫМ КЛЮЧОМ
32 коп.