□ О Р И С житнов
ВЕСЕЛЫЙ КУПЕЦ
г. п. ь.
ЕЛЫИ НУПЕ
ц
РИСУНКИ ХУДОЖНИКА И. ТАМБИ
19 2 8
МОСКВА ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ЛЕНИНГРАД

Д, 21. Гиз № 26445/л
Ленинградский Областлит № 9664
IV4 л. Тираж 10000.
Н<ил-был моряк Антоний,
него был свой собствен-
1й двухмачтовый корабль.
1тоний был итальянец, и
рабль его ходил по всем
>рям. Корабли у других хо-
ев назывались важно. То
Святой Николай", то „Город
жуя" или „Король Филипп",
Антоний называл свой ко-
1бль „Не Горюй".
Бывало нет в море ветру,
оит корабль. Всем досадно,
чтений глянет на паруса и
<ажет весело:
— Стоит ,Не Горюй"!
Раз положило ветром ко-
1бль совсем боком, все пе-
эпугались, Антоний как
эикнет:
— Лежит „Не Горюй"!
У всех и страх прошел, и
^бежали матросы на мачты
5ирать паруса. И все гово'
чли:
Жил-был моряк Антоний.
У него был свой собствен-
ный двухмачтовый корабль.
Антоний был итальянец, и
корабль его ходил по всем
морям. Корабли у других хо-
зяев назывались важно. То
„Святой Николай14, то „Город
Генуя44 или „Король Филипп44,
а Антоний называл свой ко-
рабль „Не Горюй44.
Бывало нет в море ветру,
стоит корабль. Всем досадно.
Антоний глянет на паруса и
скажет весело:
— Стоит ,Не Горюй44!
Раз положило ветром ко-
рабль совсем боком, все пе-
репугались, Антоний как
крикнет:
i — Лежит „Не Горюй44!
У всех и страх прошел, и
побежали матросы на мачты
убирать паруса. И все гово-
рили:

— Разобьет нас о камни, все равно
капитан крикнет свое: Пропал „Не Го-
рюй"!
А надо сказать, что везло Антонию во
всем: стоят корабли в гавани, везти не-
чего, хозяева злые по берегу ходят. А
гляди—Антоний наберет всякой дребе-
дени и чуть не по самую палубу загрузит
корабль.
— Мне всегда счастье будет, —гово-
рил Антоний. — Имя у меня такое —все
Антонии счастливые. А которые несчаст-
ные Антонии, так это значит дураки.
Дурака как ни назови, все равно за борт
свалится.
Все к Антонию служить набивались.
Понятное дело: коли хозяину везет, зна-
чит и матросам больше перепадает. Да
и весело у веселого служить. Так все в
порту и звали Антония — Веселый Купец.
Стоял Антоний со своим кораблем в
речном порту. И, как на зло, уж вовсе
никакого грузу нельзя было достать.
Антоний по городу бегает — нечего вез-
ти. Пришел в порт, дымит трубочкой,
торопится по пристани. А с других ко-
4
раблей хозяева поглядывают, подмиги-
вают, локтем соседей подталкивают —
кивают на Антония.
— Кажись, невеселый идет.
Один и крикнул:
— Эй, Антоний! Грузу-то много ли?
Антоний стал, обернулся и крикнул,
чтобы всем было слыхать:
— Полон корабль, по самую палубу
загрузим. Завтра в море ухожу.
А ему рукой машут —врешь, значит,
хвастаешь.
А к вечеру едут в порт подводы одна
за другой, вереницей, еле лошади тянут.
И все к Антонию. Повыскакивали с ко-
раблей на берег люди, щупают на ходу,
что в мешках. Смешное какое-то: кру-
па не крупа. Один и ткнул ножом, —а из
мешка песок.
И все стали кричать:
— Песок! Песок! Вот дурак, с реки
песок в море возит!
Антоний только на матросов покрики-
вает:
— Грузи „Не Горюй“ под самую па-
лубу!
Люди над матросами смеются:
— Кашу варить будете? Или на муку
молоть повезете?
А матросы поплевывают:
— Дело хозяйское.
— Для форсу — решили моряки, — для
форсу грузится.
А Антоний хлопочет:
— Туда клади, сюда неси.
Под утро загрузили корабль —дальше
уж некуда. Потянул ветерок, и все виде-
ли, как вытянулся „Не Горюй“ на сере-
дину реки, поставил паруса и ушел в
море.
А Антоний и вправду не знал, куда с
этим песком деваться. Вышел в море
и не знает, куда курс держать.
„Эх, — думает Антоний, — есть одна
гавань, и город там богатый —давно там
не бывал я. Была —не была, пошел я
туда, а там видно будет11.
Набил трубочку, вышел на палубу. На-
дулись паруса пузырями, идет судно по-
путным ветром. Солнце с неба светит,
веселая вода за бортом плещется, и от
палубы смоляной горячий дух подни-
мается. Везет „Не Горюй“ полное брюхо
песку, тянет, везет, куда хозяин ведет.
Тяжело на волне переваливается. Матро-
сы в тень забрались и в карты шлепа-
ют. Один рулевой стоит и правит, куда
велел Антоний.
На утро стали подходить к берегу. Что
такое? Узнать Антоний не может: как
будто и тот город стоит, куда шел, да
берега не узнать: где раньше деревян-
ные сваи из воды забором торчали, чер-
ные как старые зубы, —тут уж стена
каменная стоит, загораживает гавань от
зыби. А на пристани народу —как му-
равьев, и натыкано чего-то, нагорожено.
Приказал Антоний отдать якорь. Не
вошел в гавань, а поставил судно перед
каменной стенкой.
— Спускай, —говорит,—ребята, шлюп-
ку: я на берег еду.
Гребут молодцы, наваливаются, Антоний
правит. Вот проход в стене оставлен.
Прошел в проход Антоний, гребут к при-
стани. Батюшки! Пристать некуда! Все
разворотили, всю пристань заново строят.
— Сюда! Сюда! —кричат с берега и
5
показывают, где есть удобное местечко.
Выскочил Антоний на берег —еле пройти,
протиснуться. Рабочих, каменщиков! Сту-
чат, камень тешут. Мастера бегают:
— Не спи, —кричат, — поторапливайся.
И все, как мукой, каменной пылью за-
сыпаны.
— Не ко времени, — говорят Анто-
нию,—не ко времени пришел, брат. Тут
у нас и стать негде. Видишь, что де-
лается. Ни одного корабля в гавани нет.
Иди дальше со своим судном.
И никто на Антония и глядеть не хочет.
„Ну, —думает Антоний—не стыдно
и уйти: нельзя никому здесь выгружать-
ся, не я один '.
И пошел в город.
„Куплю, — думает,— боченок вина, сам
выпью и ребят угощу. Все равно весело
будет".
Вдруг подходит к нему старик — тамош-
ний купец.
О, — говорит, — Антоний, Веселый
Купец. Здорово! Гляди —и тебе не по-
везло. А товар-то дорогой, должно?
Антоний рассмеялся:
6
— Да просто песок.
— Речной? — старик крикнул и присел
даже.
— С реки, — говорит Антоний.
— Да милый ты мой! Да хороший ты
мой! Песку-то тут и надо. К нам король
приезжает, нам три недели осталось, а
песку-то проклятого не хватает на по-
стройку. За сорок верст возим. Да не
шутишь ли?
— Да я знал, — говорит Антоний, — о
чем вы плачете, —вот и привез песку.
Цена-то вот только хороша ли?
А тут уж народ обступил, и все кри-
чат:
— Песок! Песок привез! Самолучший.
И наперебой гонят цену —крик под-
няли.
— Много ли?
— Полно судно!
Антоний и в город не успел схо-
дить.
— Гони, —кричат, — судно сюда, к са-
мой постройке.
Засмеялся Антоний, в землю плю-
нул.
— Тьфу ты,— говорит, — вот поди: да-
ром я Антоний, что ли?
Нагнали народу выгружать антониев
корабль. Песок горой на пристань высы-
пают, Антоний сидит да деньги считает.
Матросам боченок вина поставил. Сидят
выпивают и песни горланят.
Снялся утром Антоний, а куда —ма-
тросы не спрашивают. Так уж заведено
было: хоть к чорту на рога. А ведет
Антоний судно—значит не горюй. Капи-
тан знает!
Скрылся за кормой город —легкой по-
лоской лежит на горизонте берег — буд-
то прочиркнут легкой черточкой. Бежит
поводе „Не Горюй“—полощется белым
пузом — порожнем бежит. Прыгает, как
утка, на волне. Веселый ветер играет в
море. Надулись паруса, напружились
мачты. Антоний выколачивает трубочку
об борт. Кричит:
— Давай мне, ребята, кружку вина!
Пьет Антоний вино из ковшика и не-
сет в лицо свежую пену из-за борта.
Летняя погода — веселая. Синяя вода в
Средиземном море, синяя, будто синька
распущена. И зыбь завивается большими
гребешками, и средь зыбей белым лебе-
дем переваливается корабль на всех
парусах.
А в реке, в порту на кораблях послед-
ний табак докуривают. Стоят все кора-
бли хмурые, и голые мачты с реями торчат
как кресты на кладбище. Хозяева злые
ходят по пристани и уж друг на друга
глядеть не могут. И вдруг крикнул кто-то:
— Гляди — не Антоний ли?
Все глянули —и верно: валит в порт
„Не Горюй“ напротив воды, тужится
против теченья, раздулись как щеки па-
руса с натуги, и вечернее солнце уда-
рило в них красным пламенем.
Вышел на пристань Антоний.
— Что,— говорят,— на зубах не хру-
стит?
Антоний веселыми ногами в город спе-
шит, трубкой дымит, посмеивается.
— Тебя как звать? — спрашивает од-
ного.
— Филипп.
7
— Вот здесь и прилип! А тебя?
— Герасим.
— Погоди, завтра покрасим! А я Ан-
тоний—не горит, не тонет.
Пошли капитаны антониевых матросов
спрашивать: куда ходили, чего там хо-
зяин накуралесил?
А те все в одно слово:
— За морем были, весь товар сбыли.
На утро глядят капитаны — опять Весе-
лый Купец песок грузит.
Одни говорят:
— С ума сошел от форсу.
А другие продали последние веревки
и наняли подводы, чтоб им тоже песок
возили. Загрузился Антоний песком. Вы-
шел в море — оглянулся—три корабля
сзади.
И направил Антоний свой корабль
прямо в море. Глядит — и все три корабля
за ним повернули. Идут следом, как на
веревке привязанные.
А Антоний посмеивается:
— Иди, иди, по воде следу нету, дай
срок.
Стих ветер. Лежит море как скатерть
8
шелковая, и на нем три белых корабля,
а впереди четвертый, антониев. Вечер
упал. И прикрыло море черным небом —
только звезды на небе горят, колыхают-
ся. И тут задышал ветерок. Встрепенул-
ся „Не Горюй“, выпучились паруса, за-
шептал ветер в снастях, зажурчала вдоль
бортов вода.
Оттолкнул Антоний рулевого, сам взял-
ся за руль и повернул корабль, куда
надо.
— Так и веди, — сказал Антоний, — а
огня на судне —чтоб ни-ни, чтоб и труб-
ки на палубе не зажгли.
А три корабля все шли туда, вперед,
как повел их Антоний, — всю ночь шли.
На утро глянули —нет Антония. Ушел
„Не Горюй“ —и загоревали. Надул Ве-
селый Купец, удрал. А по воде следу
нету. Озлились и пошли назад. Дордгой
песок в море сыпали. Пропади он про-
падом !
В третий раз сходил Антоний, и уж
никто за ним не гнался.
— Куда ж ты возил? — спрашивают.
— А на мельницу, —говорит Антоний, —
на муку мололи. Приходи нон-
че ко мне блины есть.
Денег стало у Антония —
куча. И привязалось к нему
счастье —хоть поленом гони
И уж все на него сердиться
забыли. Придут капитаны по-
гостить на судно —Антоний
вина не жалеет.
Вот раз идет Антоний в мо-
ре и видит —дым идет из мо-
ря. Что за чудо? Не горит
ли корабль на воде? И на-
правил на дым. Добежать
бы скорей, спасти хоть лю-
дей.
Он к дыму, а дым от него.
Что за притча? Достал Ан-
тоний медную трубу и стал
в трубу глядеть. Матросы
сзади стояли—ждали, что ка-
питан увидит.
— Ничего не пойму, —ска--
зал Антоний, —кухня поморю
9
плывет. Черная труба торчит, а оттуда
дым валит.
И отдал матросам трубку. Все глядели.
И один сказал:
— Слыхал я про это. Это — пароход
— Сам знаю,— сказал Антоний, и пер-
вый раз капитан нахмурился и ушел в
каюту.
— А здорово прет проклятая пекарня,—
сказали матросы.
А ночью не было ветра. „Не Горюй“
стоял, и паруса отдыхали. Как усталые
повисли на реях. И вдруг мимо прошу-
мел пароход и махнул на корабль воню-
чим дымом. Прошел мимо корабля —и
слышно было в тихой ночи, как воро-
чается, урчит машина в утробе, ворчит,
наворачивает...
Выскочил Антоний на палубу, глянул
вслед пароходу:
— Как еще вода эту жаровню держит!—
и плюнул за борт: —на тебе на дорогу.
Старый матрос подошел к Антонию —
кивнул вслед пароходу:
— А ведь самый-то лучший груз они
подбирают.
— Плевал я, —засмеялся Антоний,—
пусть дураки везут им мешки да бочки.
Да на этой жаровне и ладан серой про-
воняет! А много ли их, пароходов-то?
— Да слыхал, что уж два их в нашем
море завелось.
Ушел старик спать. Антоний долго
глядел вслед пароходу и видел, как ухо-
дит вдаль огонек, все меньше, меньше
и вот уж совсем не стало.
— Ишь устилает, — сказал Антоний.—
Погоди! —и погрозил кулаком пароходу
вслед.
С полночи заиграл ветерок, скрипнули
мачты, проснулся „Не Горюй“ и пошел
полным ветром через море, на ту сто-
рону.
А на той стороне был город на море.
И прямо пройти к этому городу нельзя
было. Под водой лежала каменная гряда.
Каменные горы стеной стояли, острые
как пики, и только порожним кораблем
можно было проскользнуть поверх этих
пик, а груженые корабли делали крюк,
большой дугой обходили эти мели и камни.
Антоний не спал ночью, поджидал, ко-
гда надо свернуть и пойти вдоль страш-
ных каменьев.
— Волчьи зубы,—говорили моряки про
эти каменья.
Стало светать, и уж близко должны
быть Волчьи Зубы. Глядит Антоний впе-
ред—что за чудо? Будто вышел зуб
из воды и торчит черным пеньком. При-
смотрелся — что за дьявол? Никак паро-
ход стоит. Стоит как раз на зубах.
— Ребята! — крикнул Антоний: — попа-
ла кузница волку в зубы.
Все вскочили, все через борт глядят,
глаза со сна протирают.
— Верно! Сел пароход на каменья.
А на пароходе флаг на мачте и флаг
узлом завязан: просит пароход флагом
помощи.
Антоний направил корабль к пароходу,
а с парохода к нему шлюпка идет, гре-
бут гребцы изо всех сил. Приехал сам
капитан.
— Антоний, —говорит капитан,—будь,
Антоний, другом, спаси ты нас.
— А езжайте все ко мне, —говорит
Антоний, —я гостям всегда рад.
— Нет,— говорит капитан, — нет, Анто-
ний. Дай ты мне один свой парус. У ме-
ня дырка в боку. Я твой парус подведу,
растяну за четыре угла, и он мне как
пластырем дыру мою залепит. Дойду как-
нибудь до порта.
— Тебе пластырь надо?—говорит Ан-
тоний.— У меня не аптека!
— Антоний, —взмолился капитан, —ви-
дишь стоит мой пароход, а ты мимо
идешь...
— Я тоже стоял, а ты мимо шел,—
смеется Антоний, —я ж не плакал.
— Так ведь потонет пароход!— закри-
чал капитан.
— А зачем кузнице по морю плавать?—
сказал Антоний.—Бросай свой утюг, вези
всех людей сюда. А не хочешь — я даль-
ше пошел. Решай: раз и два.
Озлился капитан, чуть не заплакал.
Однако поехал назад и всех людей пе-
ревез к Антонию на корабль.
— Пошел „Не Горюй11! — крикнул Анто-
ний и пустил корабль в обход вдоль Зубов.
А капитан стоял на борту и все гля-
дел, как тонул его пароход.
11
— Все равно другой остался,— шепнул
старик Антонию в ухо.
А на другом пароходе был ловкий ка-
питан. Осторожный моряк, изворотливый.
Бегал, рыскал его пароход по всем пор-
там. Только Антоний сунется за това-
ром, —глядь— уж пароход перехватил и
увез, куда надо.
Товарищи капитаны смеются:
— Что, — говорят, —вози песок, Весе-
лый Купец.
— Всему время будет,— говорит Ан-
тоний.—Чего вы пароходом пугаете? Да
плевал я на это чучело, коли я Антоний!
Чем пароход грузится?
— Да не для тебя это,— говорят капи-
таны. — Маслом прованским грузится —
новое масло, брат, а за морем его нет.
Сейчас какую хочешь там цену дадут —
приди только вперед парохода. А уж
опоздаешь — никто и бочки одной не
возьмет. Повезешь домой.
— Плевал я, — сказал Антоний, и побе-
жал в город. Накупил масла на все день-
12
ги, что были. На пароход бочки катают,
спешат, а на антониев корабль и того
хлеще: вся команда в поту. И закаты-
вают, закатывают, как орехи в мешок
сыпят.
Управился Антоний раньше парохода.
Скорей ставь паруса, пошел в море.
Как двинул ветер с берега—еле мачты
держат, зыбь в корму шлепает, подго-
няет.
— Не горюй! — кричит Антоний. —А
что, ребята, не Антоний я?
Уж вот-вот он, берег. Еще немного.
Спадать тут стал ветер, не дотянул. Ах,
чуть-чуть бы —вон и город видать, рукой
подать. Оглянулся Антоний и видит: ды-
мит сзади пароход. Вот уж видать, как
торчит черной папиросой труба из моря,
а вот и весь пароход видно стало. А у
Антония нет ветру в парусах, нет совсем,
хоть сам дуй. Совсем нагоняет Антония
черный пароход, и черным змеем далеко-
далеко уходит дым, виснет над морем.
Прошумел мимо пароход и первый
пришег в порт.
Все матросы оглянулись на Антония.

Гос.
ублична*
Б-г<а
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО МОСКВА — ЛЕНИНГРАД			
Читатель,	вы читали? а другие книжки Б. И Т К О В A D Вот они:			
БЕСПРИЗОРНАЯ КОШКА и Цена 10 коп.		ВОЗДУШНЫЙ ШАР Цена 10 коп.	
ДЕВЧОНКИ Цена 25 коп.	ДЯДЕНЬКА Цена 12 коп.		ОДЕНЬ МЕНЯ Цена 25 коп.	i
ПРОДАЮТСЯ ВО ВСЕХ МАГАЗИНАХ И КИОСКАХ ГОСИЗДАТА			

БОРИС Ж И Т Н О
ВЕСЕЛЫЙ КУПЕ