Генрих
Семирадский
БЕЛЫЙ Щ ГОРОД
МОСКВА, 2001

Автор текста
Татьяна Кочемасова
Руководители проекта:
А. Астахов, К. Чеченев
Ответственный редактор
Н. Надольская
Редактор Н. Борисовская
Верстка: Е. Сыроквашина
Корректоры:
Ж. Борисова, А. Новгородова
Ретушь иллюстраций: О. Маленкова
В издании использованы материалы,
предоставленные М. Мезенцевым
ЛР № 064517
ISBN 5-7793-0333-9
УДК 75(470+571)
ББК 85.143(2)я6
С32
Отпечатано в Италии
Тираж 5000
Издательство «Белый город»
111399, Москва, ул. Металлургов, д. 56/2
тел. (095) 176-9109
Оптовые поставки - фирма «Паламед»
тел. (095) 176-6895, (812) 567-5054
Розничная продажа:
Торговый Дом «Библио-Глобус»
101861, Москва, ул. Мясницкая, д. 6
Торговый Дом книги «Москва»
103009, Москва, ул. Тверская, д. 8
По вопросам приобретения книги
по издательским ценам обращайтесь по адресу:
111399, Москва, ул. Металлургов, д. 56/2
тел. (095) 176-9109
e-mail: palamed@aha.ru
© Белый город

Двадцать четвертого октября 1843
года в семье Ипполита Семирад-
ского, жившей в селе Новобелгород
(ныне Печенеги), что близ Харькова,
был праздник. Его жена Михалина,
урожденная Прушинская, родила сы¬
на Генриха Гектора.
На свет появился еще один чело¬
век... и еще один знаменитый живо¬
писец.
Отец будущего художника,
окончив юнкерское училище в Вар¬
шаве, служил офицером драгунско¬
го полка царской армии в одном из
кавалерийских полков Харьков¬
ской губернии.
Фамилия художника чисто поль¬
ского происхождения. Своими
корнями она уходит в сердце
Польского королевства - Сандо-
мирскую землю, где неподалеку от
города Радома находилась деревня
Итальянский пейзаж
Львовская картинная галерея
Семирад. Именно там жили его да¬
лекие предки, именовавшие себя по
названию села. Во второй половине
XVIII века Семирадские постепен¬
но покидали Сандомирскую землю;
род разделился на две ветви, одна
из которых пошла в Галицию, а дру¬
гая - через Литву в Новогрудок.
К ней и принадлежал знаменитый
художник.
Ко времени его рождения Речь
Посполитая, потерявшая в конце
XVIII века свою независимость, до¬
говором Венского конгресса 1815
года была окончательно разделена
между Пруссией, Австрией и Рос¬
сией (и оставалась раздробленной
до 1918 года). Столица Варшава
и большая часть польских земель
отошли Российской империи.
Детство и юность маленького Ге¬
нриха прошли в Харьковской гу¬
бернии, где служил его отец. В сво¬
ем доме Семирадские старались
«воссоздать» Польшу: там бережно
хранили национальные обычаи,
религиозные традиции, говорили
о польской литературе и искусстве.
Именно поэтому Генрих с детства
ощущал свою принадлежность
к польской нации.
Шли дни, месяцы, годы. Маль¬
чик рос, и родители начинали заду¬
мываться о его будущем. Кем же он
станет - Генрих Гектор Семирад-
ский - ученым, врачом, юристом,
военным? Но судьбу не обмануть.
Уроки рисования в харьковской
гимназии вел украинский живопи¬
сец Дмитрий Безперчий, ученик
Карла Брюллова. Этот человек стал
главным и почти единственным
наставником Семирадского. Под
его влиянием формировались
пристрастия художника в искусст¬
ве и в жизни.
Годы учебы в гимназии пролете¬
ли незаметно. Отец непременно
желал видеть сына инженером или
ученым. Генрих поступил на фи¬
зико-математический факультет
Харьковского университета, но за¬
нятий у своего школьного препода¬
вателя не прекратил. Он-то знал,
что главным занятием его жизни
будет живопись.
Успешной защитой диссертации
Об инстинктах насекомых в 1864
году закончилась учеба в универси¬
тете. Исполнив долг перед родите¬
лями, он спешил теперь исполнить
задолженность перед самим собой.
Знания, полученные в университе¬
те, не исчезли. С математической
логикой Семирадский выстраивал
композицию своих полотен, а кра¬
сота и многообразие его палитры
были так же выразительны, как
4

Генрих Семирадский
Красота
и Любовь. 1894
Львовская
картинная галерея
5

г
Генрих Семирадский
труднейшие математические урав¬
нения. Так создавались формулы
его успеха.
Сразу же после окончания уни¬
верситета Семирадский принял
взрослое по своей значимости ре¬
шение - покинуть Харьков и отпра¬
виться в Петербург. В северной
столице он очень скоро определил¬
ся вольнослушателем в Академию
художеств.
Уже в январе 1866 года Семи¬
радский, набравшись смелости,
подал прошение в Совет Академии
о переводе его в ученики: «Окон¬
чивши курс в Харьковском уни¬
Ночь накануне Ивана Купалы. Фрагмент
верситете со степенью кандидата
и желая потом посвятить себя
специально живописи, я поступил
в Императорскую Академию худо¬
жеств, но, как согласно с правила¬
ми Академии, поступать учеником
можно только имея не свыше двад¬
цати лет - то я принужден был
определиться вольнослушающим...
По тем же правилам Академии -
вольнослушающий не пользуется
правами, доступными ученику,
например, он лишен права конку¬
рировать на Большую золотую
медаль...» Обстоятельное и аргу¬
ментированное объяснение удовле¬
творило Совет. По результатам
экзаменов Семирадский был опре¬
делен в натурный класс. Учителями
6

Генрих Семирадский
новоявленного академиста были
профессора Богдан Виллевальде
и Карл Вениг. В первый же год
своего обучения Семирадский по¬
лучил две серебряные медали, ма¬
лую - за рисунок и большую - за
этюд, и с тех пор ежегодно был
отличаем наградами.
О Семирадском профессор Вениг
вспоминал как о талантливом юно¬
ше, особенно отличавшемся успеха¬
ми в области композиции. Эскизы
были его стихией, причем он созда¬
вал их очень быстро. За время
учебы он получил шесть серебря¬
ных и три золотые медали. Молодой
Ночь накануне Ивана Купалы. 1880-е
Львовская картинная галерея
Сельская идиллия. 1886 (?)
Львовская картинная галерея
художник поражал товарищей по
Академии своими знаниями исто¬
рии древнего мира и истории искус¬
ства, естественных наук; восхищал
своим красноречием, четкостью
изложения мыслей и аргументов
в спорах.
В 1870 году завершилась его уче¬
ба: Семирадский получил звание
классного художника первой степе¬
ни и Большую золотую медаль за
конкурсную картину Доверие
Александра Македонского к вра¬
чу Филиппу. В картине еще мало
индивидуальности, больше акаде¬
мической школы, усвоенной на «от¬
лично». Уже здесь проявились
стремления художника к решению
картины в основном пластическими
средствами. Литературная драма¬
тургия и психологический анализ
уходили на второй план.
Высоко оцененная работа дала
художнику право на шестилетнюю
пенсионерскую поездку на средства
Академии. В 1871 году Семирадский
отправился в Мюнхен, один из круп¬
ных центров художественной куль¬
туры XIX века. Однако для молодого
художника Мюнхен - лишь этап
к достижению заветной цели: поезд¬
ки в Италию. Он провел там не¬
сколько месяцев, работая над пер¬
вой серьезной композицией вне стен
Академии - Римской оргией блес¬
тящих времен цезаризма, замысел
которой возник еще в Петербурге.
К тому времени Семирадский
уже ощущал себя достаточно
7

Генрих Семирадский
уверенно, чтобы работать самосто¬
ятельно, и учебе в мастерских дру¬
гих художников уделял не много
времени. Тем не менее он с интере¬
сом посещал польских живописцев,
которые жили многочисленной ко¬
лонией, студии мюнхенских знаме¬
нитостей, в частности Карла Пило¬
та, прославленного исторического
живописца. Считается, что живо¬
пись Семирадского обязана влия¬
нию Пилоти исторической досто¬
верностью событий и деталей.
Однако Станислав Левандовский,
польский скульптор и близкий друг
художника, полностью отрицая ка¬
кое-либо влияние Пилоти, утверж¬
дал, что «ошибочным является по¬
вторение того, что Семирадский
был учеником и подражателем Пи¬
лоти. Вовсе он им никогда не был.
Римская оргия блестящих времен
цезаризма. Фрагмент
Его талант, быть может, был родст¬
венным, но не подражательным.
Действительно, Пилоти играл веду¬
щую роль в исторической живопи¬
си того времени и, безусловно,
правда, что некоторые польские ху¬
дожники испытывали воздействие,
однако к ним абсолютно нельзя от¬
нести Семирадского, который соб¬
ственным могучим талантом уже
выбрал путь и направление своего
искусства».
Интересную деталь открывает
нам письмо художника к родите¬
лям, в котором он рассказывал, как
его нашел мюнхенский фотограф
для передачи весточки от родных:
«Это письмо дошло до меня ориги¬
нальным способом - не понимаю,
почему фотограф вообразил, что
я должен был быть одним из учени¬
ков Пилоти...»
Семирадский много и напряжен¬
но работал. Уже готовы были ри¬
сунки и картон Римской оргии, но
катастрофически не хватало нуж¬
ной натуры, что сильно огорчало
художника. Впервые ему пришлось
создавать многофигурное полотно,
однако справился он с задачей бле¬
стяще.
Принцип построения картины
как театральной сцены проявился
здесь особенно ярко. К слову,
театр, особенно оперный, был дав¬
ней юношеской страстью Семирад¬
ского. Римская оргия была написа¬
на в очень короткий срок, так как
уже в январе 1872 году художник
сообщал в Академию о ее отправке
на годичную выставку.
Это была первая удача, теперь
уже не ученика, а состоявшегося
мастера. Картина произвела силь¬
ное впечатление на публику
сначала в Мюнхене, а затем и в Пе¬
тербурге. Величественная архитек¬
тура погружена во мрак; в центре,
освещенные языками факелов,
неистово танцуют вакханки, а во¬
круг расположились танцовщицы
и пирующие в ярких костюмах.
Здесь наметился интерес художни¬
ка к эффектам освещения.
Римская оргия блестящих времен
цезаризма. 1872
Государственный Русский музей,
Санкт-Петербург
Уже с этого времени определи¬
лись вкусы Генриха Семирадского.
Он определенно испытывал влече¬
ние к блеску и роскоши античного
мира. Такие сюжеты давали воз¬
можность проявить искусство ком¬
позиции, показать красоту и коло¬
рит живописи. Отправив картину
8

Генрих Семирадский
Римская оргия, Семирадский 13
марта 1872 года писал конференц¬
секретарю Академии художеств
П.Ф. Исееву о своих материальных
затруднениях и планах дальнейших
работ: «В продолжение всего
времени работы на золотую медаль
и после, до выдачи мне пенсионер¬
ского содержания, я ничего ровно
не заработал и не имею никакого
другого источника доходов, кроме
собственного труда, я жил делая
долги, в надежде уплатить их день¬
гами, вырученными когда-нибудь за
картины...
Таким образом, оставляя Рос¬
сию, я не имел уже далеко тех
средств, которыми располагал
вначале любой пенсионер Акаде¬
мии, и только жизнь в Мюнхене
при ее дешевизне дала мне
возможность написать картину
Римляне цветущих времен цеза¬
ризма».
Покупка картины для Академии
художеств окончательно решила
финансовые затруднения. Семирад¬
ский был свободен как ветер.
Теперь он намеревался отправить¬
ся в долгожданную Италию.
В то время, когда страну посетил
художник, Италия уже не была за¬
конодательницей художественных
мод. Однако Рим, уступив пальму
первенства Парижу, по-прежнему
оставался сокровищницей мировой
9

Генрих Семирадский
культуры, храня величайшие па¬
мятники античного искусства. Они
были необходимой школой для мно¬
гих художников разных времен -
Вечный город посещали такие
«ученики», как Рубенс, Пуссен, Же¬
рико. Теперь к этой веренице блес¬
тящих имен присоединился Семи¬
радский.
Для него Рим значил гораздо
больше, чем все столицы мира. Этот
древний город был его юношеской
мечтой еще со времен занятий у Без-
перчего. Тот, будучи учеником
Брюллова, находился под сильным
влиянием великого русского роман¬
тика, воспевшего Италию. Семирад¬
ский, как и Сильвестр Щедрин, Карл
Брюллов, Александр Иванов, будет
жить в Италии и воспевать красоту
этой страны. Как и они, самые зна¬
менитые свои картины Семирадский
написал в Италии - в Риме.
В дороге художник строил увле¬
кательные маршруты своего путе¬
шествия: Флоренция - сердце Тос¬
каны, родина многих поколений
знаменитых живописцев, архитек¬
торов, скульпторов и поэтов; Вене¬
ция - полувосточный город на воде,
пленяющий своей поэтичной экзо¬
тикой, и, наконец, Рим - сплав ху¬
дожественных культур разных
эпох, представленных знамениты¬
ми на весь мир памятниками, от Ко¬
лизея и Форума до величественно¬
го Ватикана.
Молодой художник влюбился
в этот город со свойственной пыл¬
кой молодости страстью. Тогда он
твердо решил, что будет жить и ра¬
ботать только в этом городе. Как
вспоминала позже его дочь, для не¬
го все перестало существовать,
когда он увидел Вечный город. Се¬
мирадский снял небольшую мас¬
терскую в самом центре, на виа
Маргутта вблизи знаменитой Ис¬
панской лестницы, в квартале с ма¬
стерскими художников и скульпто¬
ров. Там шла оживленная торговля:
«Садовники из пригорода привози¬
ли массу цветов: гиацинтов, фре-
зий, ирисов и пармских фиалок.
Упоительный запах насыщал воз¬
дух, а под ярким римским солнцем
все это выглядело как сказка».
Была еще одна приятная особен¬
ность этого места: там, где живет так
много художников, всегда найдется
работа натурщикам. Их-то здесь бы¬
ло предостаточно. Нарядно одетые
девушки в вышитых яркими цветами
Оргия времен Тиберия на острове
Капри. 1881
Государственная Третьяковская галерея,
Москва
фартуках, разноцветных безрукав¬
ках, с большими золотыми серьгами
и молодые люди в разноцветных жи¬
летах, накидках и особой кожаной
обуви со шнурками до колен выгля¬
дели очень нарядно и красочно. Бо¬
гатый выбор моделей и достаточно
малая плата за них имели большое
значение для Семирадского. Натура
была нужна ему как воздух - для
многочисленных этюдов к картинам
и корректировки отдельных фраг¬
ментов уже написанных полотен.
ю

Генрих Семирадский
В Риме Семирадский встретил
многих знакомых по Академии,
завел дружбу с польскими худож¬
никами. Собираясь компанией,
друзья устраивали прогулки в Аль-
бано, Фраскатти, Тиволи и другие
окрестности Рима. Художник шаг
за шагом открывал для себя страну.
Впрочем, для этого не надо было
прилагать особых усилий. В Ита¬
лии искусство сплелось тесно
с жизнью и полным голосом заявля¬
ло о себе повсюду - во дворцах,
в церквах, на улицах. Италия во все
времена оправдывала статус музея
под открытым небом.
Приехавший в Рим Поленов
писал: «Тут живет товарищ по Ака¬
демии поляк Семирадский. Очень
любезный и обязательный гос¬
подин и интересный художник.
У него познакомился с нескольки¬
ми молодыми художниками. Они
пригласили меня участвовать в их
воскресных прогулках по окрест¬
ностям Рима».
В Риме Семирадский создал
свою первую известную картину
Грешница (1873). Она была напи¬
сана по заказу великого князя Вла¬
димира Александровича. Третий
сын императора Александра II,
герой русско-турецкой войны
1877-1878 годов, он с 1869 года
был также президентом Академии
художеств.
Творческие круги с интересом
обсуждали работу пенсионера.
Живописец Александр Риццони
11

Генрих Семиродский
Праздник Вакха. 1 890
Серпуховской историко-художественный
музей
Праздник Вакха. Фрагмент
в письме Павлу Михайловичу Треть¬
якову сообщал: «Здесь Семирадский,
который пишет картину библейского
содержания по заказу Владимира
Александровича. Картина величиной
метра в 3, обещает быть вещью вкус¬
ной». Задумав ее вначале в неболь¬
ших размерах, Семирадский затем
изменил решение и написал огром¬
ное полотно (5,5 х 3,5 м). В этом про¬
изведении впервые во всем блеске
раскрылся его талант. В картине, на¬
писанной на сюжет из поэмы графа
Алексея Толстого Грешница, пока¬
зана первая встреча Христа с Мари¬
ей Магдалиной:
На дерзкой деве самохвальной
Остановил Свой взор печальный
И в первый раз, гнушаясь зла,
Она в том взоре благодатном
И кару дням своим развратным,
И милосердие прочла.
И, чуя новое начало,
Еще страшась земных препон,
Она, колебляся, стояла...
И вдруг в тиши раздался звон
Из рук упавшего фиала.
Воссоздавая события Еванге¬
лия, в своей картине Семирадский
большое внимание уделил передаче
стихии палящего солнечного дня.
Мастерски написан южный пейзаж
с игрой света и тени, рефлексами
неба и зелени на мраморе домов
и земле. Прекрасный рисунок,
эффектный колорит, четкая компо¬
зиция производили сильное впе¬
чатление на зрителя, заслоняя
недостаточно глубокий подход ху¬
дожника к типажу и раскрытию
психологии, отмеченный критикой,
12

Генрих Семирадский
публику очень большое впечатле¬
ние своим блестящим колоритом,
франтовскими своими красочными
пятнами».
«Картина Семирадского очень
блестящая картина, эффектно
и красиво исполненная, но легко¬
весная, альбомная вещь, хотя гро¬
мадная по размеру (аршин 9 и 5).
Шарлатан в рисунке, шарлатан
в колерах он, однако же с таким
уменьем воспользовался светоте
нью и блеском общего, что на пер¬
вый раз поразил», - писал Репин.
По определению прессы, картина
«произвела такой фурор, какого
у нас и не запомнят».
Картин, написанных на откры¬
том воздухе - пленэре, петербург¬
ская публика не видела прежде. Из
русских художников в то время од¬
ного Поленова интересовала про¬
блема передачи световоздушной
среды - в знаменитом Московском
дворике, показанном на Передвиж¬
ной выставке 1878 года, ощутимо
стремление передать поэзию сол¬
нечного света, воздух, цветные те¬
ни. В отличие от маленьких этюдов
Поленова, огромные монументаль¬
ные картины Семирадского, подоб¬
но грандиозным маринам Айвазов¬
ского, удивляли и восхищали
зрителя. Грешницу Семирадского
и Московский дворик разделяют
почти шесть лет. Для искусства это
большой срок. Так Семирадский на
некоторое время выступил в роли
новатора.
Художник был удостоен звания
академика, публика ждала новых
работ Семирадского. Среди страст¬
ных его поклонников оказалась
царствующая фамилия: картина
Грешница была приобретена на¬
следником цесаревичем.
Однако успех не вскружил
художнику голову. Генрих Семи¬
радский был человеком спокойным,
уравновешенным, скромным. Зна¬
менитому художнику были чужды
высокомерие и пафос; лести он не
терпел ни в каких проявлениях. Ин¬
теллигентность и артистизм сосед¬
ствовали в его характере с кротос¬
тью и простотой в общении.
Возможно, эти черты характера
Генриха Семирадского определили
еще одно событие в его жизни.
1873 год стал важным в его личной
жизни. Отправившись в Варшаву
навестить своих родителей, домой
в Рим Семирадский возвратился не
один, а с молоденькой женой. Из¬
бранницей стала его двоюродная
сестра - Мария Прушинская.
Мария внесла в семью заботу и лю¬
бовь, разделяя с любимым все
Талисман. 1 880-е
Нижегородский художественный музей
как за границей, так и в России.
Успех не заставил себя ждать. Да¬
же знаменитый художественный
критик Владимир Стасов, критико¬
вавший Семирадского как предста¬
вителя враждебного ему академи¬
ческого направления, считал эту
картину сильной в живописном
отношении. В статье Двадцать
пять лет русского искусства он
писал: «Картину Семирадского
Христос и грешница никак нельзя
примкнуть к картинам Ге и Крам¬
ского. Она так поверхностна по со¬
держанию, грешница в ней такая
современная парижская кокотка
Оффенбаха, Христос и апостолы до
того состоят из одного костюма,
что вовсе не след говорить о ней
как о серьезном историческом со¬
здании. Она произвела на нашу
13

Генрих Семирадский
Гречанка. 1 877
Львовская картинная галерея
счастливые и тягостные моменты
их жизни.
Семирадский успевал совмес¬
тить радости новой для него семей¬
ной жизни и живопись. Он писал
жанровые картины, иногда пейза¬
жи. Один из них - Дорога из Рима
в Альбано (1873). Сколько людей
проходило по этой дороге, скольких
видели эти статные деревья - импе¬
раторов и рабов, крестьян и воена¬
чальников, торговцев и философов,
гонцов и прокаженных. В сочном
пейзаже, ярко-синем небе, золотис¬
тых лучах солнца и темно-корич¬
невых, могучих ветвях скрыта
невероятная сила природы. Но она
у Семирадского никогда не враж¬
дебна человеку.
Однако художник рассматривал
свои пейзажные работы лишь в ка¬
честве подготовительных этюдов
к большим полотнам. Они были
вспомогательным инструментом
для главного дела - исторической
живописи.
Работа занимала почти все вре¬
мя. Желая отдохнуть, Семирадский
хотел поездить по Европе, посмот¬
реть ее красоты, вечная жажда
знаний влекла его в незнакомые
города и страны. Однако, едва на¬
чав путешествие, художник про¬
стился со всеми планами: Рим звал
его к себе, к новой работе. В письме
от 19 сентября 1873 года к Исееву
Семирадский писал: «Главной при¬
чиной, побудившей меня возвра¬
титься в Рим, было то обстоятель¬
ство, что я остановился на сюжете
из древнеримского мира для своей
будущей картины, а мыслимо ли
выполнение чего-либо подобного
где-нибудь, если не на самом месте
действия, среди неисчерпаемого
материала, какой представляют
здешние музеи, развалины и даже
народный тип, чрезвычайно близ¬
кий к древнеримскому, насколько
можно судить по бессчисленным
бюстам и статуям».
Цыганка. 1877
Львовская картинная галерея
Сюжетом картины послужил
эпизод из времен гонений на хрис¬
тиан при Нероне, описанный Све¬
тонием. Известный своими крово¬
жадными причудами, император
Нерон устраивал чудовищные теат¬
рализованные оргии. Один из таких
жутких спектаклей предстает пе¬
ред зрителем на картине Семирад¬
ского.
Огромная монументальная ком¬
позиция Светочи христианства
(1876) должна была стать заверше¬
нием пенсионерства в Риме. В сво¬
ей картине живописец умело под¬
черкнул красоту окружающего
мира и духовное уродство людей,
этот мир населяющих. Семирадско¬
го всегда восхищала материальная
красота мира; работая же с таким
сложным драматическим сюжетом,
У храма (Идиллия). 1881
Киевский музей русского искусства
14

Генрих Семирадский
15

Генрих Семирадский
художник чересчур увлекся созер¬
цанием прекрасного и отчасти упу¬
стил духовную драму христианских
мучеников. Это многие коллеги
ставили Семирадскому в вину. Но
колоссальная работа, красота жи¬
вописи, богатство колорита заслу¬
жили высокую оценку. «Видал кар¬
тину Семирадского Христианские
светочи, (о которой судить не
умею), а если бы и взялся, то, веро¬
ятно, был бы пристрастным и не¬
справедливым, скажу только, что
картина эта представляет наиболь¬
шую сумму его достоинств и наи¬
меньшую недостатков, а стало
быть, картина должна быть хоро¬
шая», - признавал один из главных
оппозиционеров Семирадского,
Иван Крамской.
Сначала Светочи были вы¬
ставлены в Академии Святого Луки
в Риме, а 13 марта 1877 года, в вос¬
кресенье, Семирадский представил
свою новую картину в Петербурге.
Газета Голос назвала Светочей
«главной приманкой» для публики
и сообщала, что автор ее вполне за¬
служил «лавровые венки, подне¬
сенные в Риме и Питере» (ученика¬
ми Академии Семирадскому был
торжественно поднесен венок).
«Да, такие картины не пишутся
подряд всяким и каждый год. Честь
ему и слава», - восклицал Федор
Бронников.
Павел Чистяков, сам мечтавший
написать картину Светочи хрис¬
тианства, сердито отзывался о по¬
лотне Семирадского: «Все-таки он
не совсем умный человек, а более
страстный и даровитый. Идея кар¬
тины, надпись на раме: “Свет во
тьме светит” и пр., все это хорошо,
но исполнение, прием - нехорош,
идея ее по черепу пришлась.
Знания нет, нет и нет. А талант
есть и есть! Талант симпатичный!
Не буду говорить, что взгляд на со¬
бытия ошибочный, но зато фанта¬
зия и обстановка хороши... Вообще
картина эта есть большой эскиз та¬
лантливого, но не глубоко плаваю¬
щего исполнителя».
Чистяков - авторитетный педа¬
гог Академии художеств; в вопро¬
сах профессионального мастерства
его авторитет был непререкаем.
Его отзыв о картине нелестен. Мне¬
ния разделились. Одни считали Се¬
мирадского гением, другие - вы¬
скочкой.
Весной 1877 года Совет петер¬
бургской Академии художеств удо¬
стоил живописца звания профессо¬
ра, выразив мнение, что «вся его
деятельность приносит честь Ака¬
демии и русскому искусству».
Картина экспонировалась на Все¬
мирной выставке в Париже, где ху¬
дожник получил Большую золотую
медаль и орден Почетного легиона
от французского правительства.
Академии изящных искусств Пари¬
жа, Берлина, Стокгольма и Рима из¬
брали Семирадского своим членом,
а флорентийская галерея Уффици
предложила художнику написать
свой автопортрет. Он становился
знаменитостью мирового масштаба.
Светочи христианства, при¬
несшие Семирадскому мировую
16

Генрих Семирадский
известность, не были куплены рус¬
ским царем. Говорили, слишком вы¬
сокой оказалась цена. Тогда худож¬
ник принес ее в дар Краковскому
музею. Поступок, сполна выразив¬
ший его сложные взаимоотноше¬
ния с Россией. Для Семирадского
много значил ее творческий мир;
одной из важнейших была для него
высокая оценка Академии, но вмес¬
те с тем он считал себя не русским,
а поляком, чувствуя, следователь¬
но, национальное ущемление. При¬
сылая регулярно свои работы на
академические выставки, он считал
себя скорее представителем евро¬
пейского академизма.
Наряду с восхищением Акаде¬
мии художеств, его творчество
подвергалось резкой критике пере¬
движников и демократически на¬
строенной творческой интеллиген¬
ции. Так, Павел Чистяков, сообщая
Третьякову римские художествен¬
ные новости, писал: «Картина
г. Семирадского (Светочи хри¬
стианства. - Т.К.) не продана.
Дорого просит - 40 000 р. За то,
Грешница. 1873
Государственный Русский музей,
Санкт-Петербург
что человек ловок, смел и талант¬
лив, 40 000 нельзя платить. Нужно
ценить честность в деле, умение
и выдержку, а талант Бог дает!
Ведь после смелости и ловкости
в живописи идет бессовестность
и способность репку срывать...
А какой он полячишко, так и гово¬
рить не стоит, многоуважаемый
Павел Михайлович! Цена-то ему,
17

Генрих Семирадский
Наяды. 1 880-е. Рязанский художественный музей
18

Генрих Семирадский
Дорога из Рима в Альбано. 1873 (?)
Тверская картинная галерея
как человеку, грош, по-моему. Из¬
вините, что ругаюсь».
Данное отношение было не еди¬
ничным случаем,и Семирадский не
мог этого не знать. Видимо, поэто¬
му уютнее он чувствовал себя за
пределами России.
Позже за Фраку Семирадского
казной было уплачено 15 000 руб¬
лей, а за Покорение Сибири Ерма¬
ком Василия Сурикова - 40 000.
Образцовый академист был оценен
дешевле, чем передвижник-бун¬
тарь. Русский художник, живший
и творивший в России, затрагивав¬
ший сугубо национальные темы,
в глазах общественности выглядел
более убедительно, чем поляк,
предпочитающий постоянно жить
в Риме, приезжающий в Россию на¬
ездами и запрашивающий басно¬
словные суммы за свои картины.
Конечно, была справедливая крити¬
ка реальных неудач художника.
Вряд ли она задевала Семирадско¬
го, но все остальное вызывало оби¬
ду, копившуюся изо дня в день.
В искусстве второй половины
XIX века Семирадский был одиоз¬
ной фигурой: гордостью акаде¬
мизма и примером, по мнению
Крамского и Стасова, «блестящих
и шумных игрушек», аморального
искусства, не несущего никакой
просветительской, прогрессивной
идеи. В этом сказался давний кон¬
фликт между Академией и пере¬
движниками. Для последних суще¬
ствовали назидательная трактовка
событий прошлого и современно¬
сти. Семирадский избирал сюжета¬
ми своих работ не историю России
и даже не Польши, а отвлеченные
ни к чему не обязывающие в глазах
реалистов сюжеты из истории
Портрет римлянки. 1 890
Региональный государственный фонд
поколений Ханты-Мансийского округа
античности и христианства, идя по
давно пройденному академическо¬
му пути.
За подобный «уход от современ¬
ности в историю» критиковала
«прогрессивная общественность»
известного польского писателя
Генрика Сенкевича, друга Семи¬
радского. «Не лучше ли, не здо¬
ровее ли вместо того, чтобы рисо¬
вать нынешнее состояние умов,
нынешних людей, их бедность, не¬
согласие с самим собою, тщетные
потуги и бессилие, - показать об¬
ществу, что были времена еще худ¬
шие, более страшные и отчаянные,
но, несмотря на это, наступило
возрождение и спасение. Первое
может окончательно расхолодить
и привести в отчаяние, второе -
19

Генрих Семирадский
прибавляет сил, питает надежду,
будит желание жить», - отвечал
Сенкевич своим оппонентам. Ду¬
мается, что это убеждение разде¬
лял и его близкий друг - Генрих
Семирадский.
Несмотря на то, что Семирад¬
ский почти не жил в России, он
с большим вдохновением принялся
за эскизы для памятника поистине
национального значения - храма
Христа Спасителя, строившегося
в память всем павшим в боях войны
1812 года. Строился храм почти пол¬
века и был освящен 25 мая 1883
года. Около сорока художников ра¬
ботало в храме Христа Спасителя,
среди них Василий Суриков, Федор
Бруни, Петр Басин, Иван Крамской,
Карл Вениг, Федор Бронников, Ва¬
силий Петрович Верещагин, Влади¬
мир Маковский, Фирс Журавлев,
Александр Литовченко, Илларион
Прянишников, Алексей Марков, Ти¬
мофей Неф и многие другие. Эти
художники представляли разные по¬
коления и художественные направ¬
ления XIX века. Одни мастера, как
Басин, Бруни, родились еще в XVIII
веке, другие появились на свет на
полвека позже. Мы видим здесь пе¬
редвижников Крамского, Литовчен¬
ко, Журавлева, Корзухина, Маков¬
ского, Сурикова, Прянишникова;
Журавлев во время работы в храме
состоял под полицейским надзором
«за политику». Другое направление
представляла академическая живо¬
пись Семирадского, Нефа, Вереща¬
гина, Маркова. Работали здесь
исторические живописцы, жанрис¬
ты, портретисты, баталисты. Из
крупных художников, работавших
в 1871-1879 годах, когда были вы¬
полнены почти все основные рабо¬
ты, лишь несколько не участвовали
в росписи храма. Мы не увидим
здесь Ге, Поленова и Репина. Таким
образом, группа художников храма
Христа Спасителя отразила рус¬
скую живопись того времени весьма
представительно.
После грандиозного успеха кар¬
тины Грешница художник при
поддержке Святейшего Синода по¬
лучил заказ на росписи хоров
придела северного крыла храма на
сюжеты из жития Святого Алек¬
сандра Невского. Эти монумен¬
тальные работы - одни из не¬
многих, созданных художником
в России.
20

Генрих Семирадский
Семирадский давно ждал работы
такого масштаба. Он трудился над
эскизами, подготавливая их в крат¬
чайшие сроки, желая скорее начать
росписи. Эскизы необходимо было
отсылать на утверждение в Москву.
В то время художник работал еще
и над завершением Светочей и на-
Отдых. 1 896
Львовская картинная галерея
ходился в состоянии крайнего пере¬
напряжения и нервного истощения.
21

Генрих Семирадский
Александр Невский принимает папских
легатов. 1876
Эскиз росписи для храма Христа
Спасителя в Москве
Государственный Русский музей,
Санкт-Петербург
Впервые он почувствовал, что не
поспевает к сроку. В какой-то мо¬
мент художник даже пожелал отка¬
заться от росписей. Но в Академии
ему пошли на уступки и продлили
срок исполнения эскизов. В февра¬
ле 1977 года Семирадский уже
просил архитектора Александра
Резанова, следившего за всеми
работами в храме, подготовить все
22

Генрих Семирадский
необходимое для начала росписей
стен храма. В это же время в Моск¬
ву были привезены картоны с рос¬
писями и уже утвержденные эски¬
зы. По ним Семирадский в течение
всего лета делал свои росписи.
Судьбе было угодно, чтобы его
творения в храме не сохранились.
Храм был взорван в 1931 году,
а вместе с ним исчезли замечатель¬
ные работы многих художников,
в том числе и Семирадского. Одна¬
ко по оставшимся эскизам все же
можно судить о его росписях.
Четыре композиции - Алек¬
сандр Невский в орде, Александр
Невский принимает папских ле¬
гатов, Кончина Александра Нев¬
ского и Погребение Александра
Невского были своего рода истори¬
ческой реконструкцией жизни, бы¬
та знаменитого защитника Руси.
Красочные сцены материального
мира, ярко выраженные признаки
станковой картины сыграли с рос¬
писями злую шутку: излишняя про¬
работка деталей и увлечение част¬
ностями привели к дробности форм.
Росписи требовали внимательного
разглядывания, что нарушало их
монументальную целостность. Вир¬
туозность воспроизведения истори¬
ческого события, словно происходя¬
щего на глазах зрителей, лишала
приходящих в храм ощущения чу¬
десного, божественного действа.
Однако эти тонкости не мешали ду¬
ховенству и публике восхищаться
проделанной работой - блестящей
и величественной.
В храме Христа Спасителя Се-
мирадскому принадлежали еще
три композиции - запрестольный
образ Тайная вечеря, а также
Крещение Господне и Въезд Ии¬
суса Христа в Иерусалим над ок¬
нами хоров храма. В этих двух
работах Семирадский более убеди¬
телен. Более сдержанные компози¬
ции лишены конкретности цикла
об Александре Невском. Так,
в Крещении художник создал эмо¬
циональное состояние «божест¬
венного нисхождения». Сгущаю¬
Александр Невский в орде. 1876
Эскиз росписи для храма Христа
Спасителя в Москве
Государственный Русский музей,
Санкт-Петербург
щиеся темные краски зла и боже¬
ственные светлые тона вступают
в вечную битву. Последние роспи¬
си явились продолжением колори¬
стических поисков художника, на¬
чатых еще в Грешнице. Сочетание
и контраст света и тьмы, яркая,
сочная палитра, как и в Светочах,
Погребение Александра Невского. 1876
Эскиз росписи для храма Христа
Спасителя в Москве
Государственный Русский музей,
Санкт-Петербург
23

Генрих Семирадский
придавали прелесть и магию по¬
лотнам Семирадского. «Когда мы
работали в Москве в храме Христа
Спасителя, - писал Вениг, - Се-
мирадскому надо было написать
громадное полотно Тайную вече¬
рю. Он написал его прямо по эски¬
зу ровно в 15 дней и получил за не¬
го 16 тысяч рублей».
24

Генрих Семирадский
К сожалению, еще при жизни
Семирадского Тайная вечеря,
исполненная маслом по штука¬
турке, начала разрушаться. Худож- Христос и самаритянка. 1890
1 пт Львовская картинная галерея
ник сам осмотрел роспись в 1901	к	у
году и предложил переписать ее
25

Генрих Семирадский
Крещение Господне. 1876
Эскиз росписи для храма Христа
Спасителя в Москве
Государственный Русский музей,
Санкт-Петербург
Христос у Марфы и Марии
Тульский художественный музей
собственноручно не на стене, а на
металлической поверхности. Но
не успел.
Работа, захватившая художника
целиком, завершилась летом 1879
года. В специальном отзыве экс¬
пертов было записано: «Картины
Вечери Тайные, Вход в Иерусалим
и Крещение Господне отличаются
хорошим сочинением, широким
приемом и блестящим колоритом
и освещением».
Почти постоянно проживая
в Риме, каждое лето художник про¬
водил в Польше. Когда гонорары
его стали возрастать и из бедного
художника он превратился в бога¬
того человека, Семирадский приоб¬
рел имение в Стршалкове. Отдох¬
нув и восстановившись на родной
земле, он, набравшись новых сил,
возвращался туда, где работалось
лучше всего - в Рим. Теперь вместо
скромной квартиры и небольшой
мастерской его ждали там апарта¬
менты, достойные короля.
Уже в начале 1880-х годов худож¬
ник решил построить в Риме свой
дом с мастерской. Для этого требо¬
валось немало средств, но большое
количество заказов с лихвой покры¬
ли расходы. В Риме, на Виа Гаэта,
было выстроено мраморное палаццо
в духе античной архитектуры. Дру¬
зей и посетителей восхищал удиви¬
тельный сад вокруг дома с диковин¬
ными деревьями, кустарниками
и цветами. Под тенью пальмовых
ветвей в огромных кадках росли са¬
мые изысканные сорта роз, которые
выращивал хозяин. В «каменном
26

Генрих Семирадский
Въезд Иисуса Христа в Иерусалим. 1 876
Эскиз росписи для храма Христа
Спасителя в Москве
Государственный Русский музей,
Санкт-Петербург
мешке» раскаленного Рима этот оа¬
зис особенно потрясал.
Не меньше восторга и восхище¬
ния вызывал интерьер дома. Его Се¬
мирадский проектировал сам. В до¬
ме была двухэтажная мастерская.
Парадная мастерская на первом
этаже служила для приема гостей.
Устланная дорогими персидскими
коврами, восточными тканями, тиг¬
ровыми и медвежьими шкурами,
освещенная дорогими старинными
люстрами и светильниками, обстав¬
ленная антикварной мебелью, при¬
емная завораживала. Оружие, из¬
делия из бронзы, мелкая пластика,
древнегреческие вазы, множество
картин - казалось, посетитель по¬
падал не в мастерскую художника,
а в волшебную сокровищницу из
восточной сказки.
Второй этаж мастерской был ра¬
бочим. Оба этажа имели сообще-
Тайная вечеря. 1876
Эскиз росписи для храма Христа
Спасителя в Москве
Государственный Русский музей,
Санкт-Петербург
ние. С помощью диковинного меха¬
низма (кстати,сконструированного
Семирадским) холсты очень боль¬
ших размеров могли перемещаться
вниз и вверх. Это был тот случай,
когда первое образование оказа¬
лось весьма полезным для худож¬
ника.
Вся обстановка дома говорила об
одном - Семирадский боготворил
27

Генрих Семирадский
Христос у Марфы и Марии. Фрагмент
красоту во всех ее проявлениях
и старался в жизни окружить себя
ею. Сколько требовалось любви
и терпения, кропотливого труда
и знаний, чтобы собрать уникаль¬
ную коллекцию, вырастить сад, не
уступавший лучшим оранжереям
мира. Из таких, на первый взгляд,
мелочей складывается характер,
индивидуальность каждого челове¬
ка. Разгадав тайну обители, можно
приблизиться к внутреннему миру
самого хозяина.
В течение многих лет польская
колония художников в Риме собира¬
лась в доме супругов Семирадских.
Гостеприимство и радушие хозяев
позволяло польским живописцам,
нередко чувствовавшим себя одино¬
ко на чужбине, ощутить тепло роди¬
ны. Многие знаменитости посещали
этот дом: общественные деятели,
художники, скульпторы, литерато¬
ры. Для молодых художников, жив¬
ших в Риме, Генрих Семирадский
был наставником и товарищем, по¬
могавшим и устраивавшим их дела.
В новой мастерской художник
создал все последующие компози¬
ции. Семирадский, как всегда, ра¬
ботал чрезвычайно активно. Его
привлекали самые разные темы -
история и сказочный вымысел,
античность и Восток, пасторали
и южные идиллии.
К середине 1880-х годов относит¬
ся еще один монументальный заказ:
две большие картины, написанные
Семирадским для московского Ис¬
торического музея. Семирадский,
постоянно проживая в Риме, умуд¬
рялся участвовать в самых интерес¬
ных проектах, развертывавшихся
28

Генрих Семирадский
в России. На этот раз он посвятил
свои композиции теме далекого
языческого прошлого. Для одной из
них взята тема из жизни древних
славян - Похороны русса на Вол¬
ге, близ города Булгар. Парная
к ней картина называется Ночные
жертвоприношения. Сюжет из
Христос у Марфы и Марии. 1 886
Государственный Русский музей,
Санкт-Петербург

Генрих Семирадский
хроники Льва Диакона изображает
сожжение павших воинов киевско¬
го князя Святослава, погибших под
крепостью Доростол в 971 году.
В жанровых картинах Семирад¬
ский давал себе отдых, ведь глав¬
ным своим делом он считал истори¬
ческую живопись. Между тем эти
незатейливые композиции стали
едва ли не самым драгоценным на¬
следием художника.
Небольших размеров камерные
работы, представлявшие античный
жанр, были популярны в середине
и во второй половине XIX века во
многих национальных художест¬
венных школах. Но Семирадский
«вдохнул» в подобные композиции
жизнь, очаровывая удивительным
многоцветьем природы.
С 1880-х годов пейзаж стал фо¬
ном почти всех картин Семирадско-
го. Постепенно исчезала завязка
сюжета: так, в картине По примеру
богов сюжетная линия только слег¬
ка намечена: влюбленная пара на
фоне южной природы, античной ар¬
хитектуры или водной глади.
Пейзаж начинал играть едва ли
не главную роль в работах Семирад-
ского. Однако пленэризм худож¬
ника полностью противоположен
методу его современников-импрес-
сионистов. Они стремились к пере¬
даче внешнего впечатления света,
тени, рефлексов на поверхности
предметов раздельными мазками чи¬
стых красок, что зрительно раство¬
ряло форму в окружающей свето¬
воздушной среде. Передача цветных
солнечных рефлексов и выявление
связи предметов с окружающей сре¬
дой также были близки и интересны
художнику, но, в отличие от импрес¬
сионистов, в картинах Семирад-
ского свет объединяет все состав¬
ляющие элементы композиции,
подчеркивая красоту и гармонию
природы.
В работе Танец среди мечей
(1881) воплотились грёзы художника
Рим. Деревня. 1880-е
Омский музей изобразительных искусства
30

Генрих Семирадский
31

Генрих Семирадский
о красоте - красоте итальянского
пейзажа, красоте и пластике женско¬
го обнаженного тела, красоте и экзо¬
тике восточного танца. Ощущением
молчаливого восторга проникнута
вся картина: тихая морская гладь,
возвышающаяся серебристо-розовая
гора, пепельно-голубое марево не¬
бес, благоухание южных цветов. Гля¬
дя на картину, мы будто слышим
плавную мелодию, звучащую словно
аккомпанемент этой идиллии.
Семирадский, как сказочник, за¬
ставляет зрителя буквально своей
кожей ощутить теплое дуновение
32

Генрих Семирадский
легкого ветерка, вдохнуть аромат
благоухающих роз, услышать давно
забытую античную музыку.
«Только тот, кто собственными
глазами смотрел на окрестности
Рима и Неаполитанский залив, су¬
меет понять, сколько правды и ду¬
ши в этом пейзаже, в этой го¬
лубизне, в этом созвучии розовых
и голубых цветов и в этой прозрач¬
ности дали. Если бы эта картина
была только пейзажем, если бы ни
Танец среди мечей. 1 881
Государственная Третьяковская галерея,
Москва
33

Генрих Семирадский
Песня рабыни. 1884
Серпуховской историко-художественный
музей
одно человеческое существо не
оживляло тишину и покой, - даже
тогда она была бы шедевром», -
с этими словами Генрика Сенкеви¬
ча нельзя не согласиться.
Жанровые композиции - У храма
(Идиллия), Талисман (обе - 1881),
Погоня за мотыльком (1883),
Песня рабыни (1884), Римская
идиллия (1885) - принадлежат
к самому яркому десятилетию
творчества Семирадского. В это же
время художник создал образ
Воскресение Христово для одного
из варшавских католических ко¬
стелов, для протестантской церкви
в Кракове - образ Христос, укро¬
щающий бурю, для Исаакиевского
собора в Петербурге - образ еван¬
гелиста Луки (1886), Мучение Свя¬
того Тимофея и Святой Марфы,
расписал плафоны в особняках
у графа Завиши в Варшаве (Свет
и тьма) и в доме Нечаева-Мальцева
в Петербурге (Аврора). Помимо ис¬
торических и жанровых картин, Се¬
мирадский писал еще и портреты -
это наименее известная часть его
наследия.
Время от времени Семирадский
обращался к христианским сюже¬
там. В 1886 году на академической
выставке в Берлине художник вы¬
ставил свою новую работу на еван¬
гельский сюжет Христос в доме
Марии и Марфы, позже показанную
на Академической выставке 1887 го¬
да в Петербурге. Удивительная гар¬
мония и ясность пейзажного фона
выражает внутреннюю гармонию
персонажей. В это же время на вы¬
ставке передвижников давний зна¬
комый Семирадского - Поленов -
показал свою картину Христос
и грешница. Понимание Христа как
исторической личности закрыло для
обоих художников возможность со¬
здания высокой духовной атмосфе¬
ры. Глядя на картину Семирадского,
мы не найдем смелых эксперимен¬
тов с формой или колоритом, нет
здесь и драмы, тонкого психологиз¬
ма, философской концепции. Похва¬
лы рецензентов снова заслужил
пейзажный фон: «И стены, и ступе¬
ни, и серебристая маслина, и тихий
дворик представляют такой поэти¬
ческий пейзаж, какого тщетно мы
искали бы у специалистов по пей¬
зажной живописи на той же Акаде¬
мической выставке».
34

Генрих Семирадский
Пастушок, играющий на свирели. Частное собрание, Москва
Сцена у колодца. 1890. Львовская картинная галерея
35

Генрих Семирадский
Фигуры Христа и Марии будто со¬
зданы по образцам идеальных моде¬
лей, в них и грация античных богов,
и целомудрие истинных верующих.
Красота эта настолько совершенна,
что именно через нее ощутима одухо¬
творенность персонажей. Художник
предпочел отказаться от каких-либо
художественных экспериментов,
сделав работу как можно более гар¬
моничной. Возможно, в этом был се¬
крет его работ на библейские темы,
и поэтому ему отдали предпочтение
церковные иерархи, доверив рабо¬
тать в храме Христа Спасителя.
36

Генрих Семирадский
В последующей работе Христос
и самаритянка (1890) Семирад¬
ский фактически повторяет уже
найденные приемы. Персонажи рас¬
творены в очаровательном итальян¬
ском пейзаже, природа захватила
первенство и грозит оттеснить ге¬
роев на второй план. Сюжетом кар¬
тины Семирадского послужил один
из эпизодов Нового Завета о сама¬
ритянке, которая уверовала в боже¬
ственное происхождение Иисуса из
Опасный урок. 1880-е
Переяславский историко-художественный
музей
37

Генрих Семирадский
У водоема. 1895
Саратовский художественный музей
Назарета. «Мессия - это Я, который
говорю с тобой», - открывает ей Он.
Выбрав сцену встречи, худож¬
ник, как всегда, избежал накала
страстей, пылких эмоций.
Этими работами Семирадский
фактически завершил свой цикл
работ на библейские сюжеты. Зато
с античной темой предстоял долгий
захватывающий диалог.
Семирадский оставил крайне
мало работ, посвященных польской
истории, ее культуре и своим со¬
временникам. Еще большей редко¬
стью являются портреты художни¬
ка.Тем более ценна для нас эта
работа.
Вслед за успехом Христа в до¬
ме Марфы и Марии в Берлине
в 1887 года общее одобрение худо¬
жественной критики встретила кар¬
тина Шопен у князя Радзивилла.
В 1888 году она была выставлена
в Петербурге в Обществе поощре¬
ния художеств. На ней изображен
один из вечеров, проведенных
Шопеном в салоне князя Радзивил¬
ла в Берлине около 1829 года. На
картине Шопен изображен у рояля,
стоящего посреди обширной залы.
Вокруг молодого музыканта ху¬
дожник расположил множество вы¬
дающихся представителей аристо¬
кратии, науки и искусства того
времени. Выделяются хозяин дома
и его красавица-дочь Елизавета
в белом шелковом платье; рядом
с хозяйкой дома - Александр Гум¬
больдт.
Все персонажи многофигурной
картины были написаны Семирад-
ским по сохранившимся портретам -
в таких делах он не любил импрови¬
зации и передавал черты с предель¬
ной точностью. Единственное, чему
он позволял вторгаться в царство
точности, - это красота, ради кото¬
рой он, бывало, шел на компромисс,
изображая людей и вещи прекрас¬
ней, чем они были на самом деле.
Портрет знаменитого компози¬
тора в салоне знатного поляка Ан¬
тона Радзивилла - долгожданное
обращение к истории своей страны.
Вдохновенный облик, лучезарный
взгляд - таким изображен девят¬
надцатилетний Шопен, молодой
виртуоз, романтик, чья гениальная
музыка восхищала всю Европу,
и теперь продолжает волновать
38

Генрих Семирадский
У источника. 1898
Львовская картинная галерея
и очаровывать слушателей всего
мира.
Семирадский создал красочный
образ человека, которым был вос¬
хищен и кого выбрал из многих до¬
стойных поляков. Возможно, такой
выбор был не случайным. Если вду¬
маться, есть что-то общее в судьбе
этих людей: и Шопен, и Семирад¬
ский по воле судьбы жили в основ¬
ном за границей, один - во Фран¬
ции, другой - в Италии, оба были
достаточно замкнутыми людьми,
романтиками, безмерно любивши¬
ми свою родину, тосковавшими по
ней в долгой разлуке. Конечно, они
были разными, но, главное, оба бы¬
ли поляками.
С конца 1880-х годов произведе¬
ния Семирадского неизменно ста¬
новятся «гвоздем» академических
выставок. Основатели передвижни¬
чества чувствовали, что их время
уходит. «Лет через 30 или больше,
конечно, возникнет вновь народное
движение, а до тех пор спите и по¬
чивайте, соратники. Теперь же
иные времена и иные песни!
Неужели Вы не видите, что род жи¬
вописи Бакаловича, Семирадского
и прочих - теперь самый желан¬
ный. Его наиболее склонна призна¬
вать и печать», - писал Крамской
Стасову в 1886 году.
В 1880-е годы акцент во взглядах
критики и общества на искусство
переносится с содержания на про¬
блемы художественной формы.
Даже убежденные мастера крити¬
ческого реализма обратились к кра¬
сивым, изысканным образам. Так,
в 1883 году появилась Неизвест¬
ная Крамского, проникнутая по¬
этичной загадочностью.
Неизвестная создана в то же
десятилетие, что и Фрина на пра¬
зднике Посейдона Семирадского.
У источника. Фрагмент
39

Генрих Семирадский
ВШш.
%йр— ;г у'Х ■ щ
По примеру богов. 1 879
Львовская картинная галерея
Начиная работу над картиной, ху¬
дожник в письме к конференц-сек¬
ретарю Академии П.Ф. Исееву пи¬
сал: «Давно я мечтал о сюжете из
жизни греков, дающем возмож¬
ность вложить как можно больше
классической красоты в ее пред¬
ставление. В этом сюжете я нашел
громадный материал. Солнце, мо¬
ре, архитектура, женская красота
и немой восторг греков при виде
красивейшей женщины своего
40

Генрих Семирадский
времени - восторг народа-художни-
ка, ни в чем не похожий на современ¬
ный цинизм обожателей кокоток».
По свидетельству греческого
писателя Афинея Навкратийского,
в IV веке до н. э. в в древнегречес¬
ком городе Мегары жила молодая
женщина по имени Фрина (в пере¬
воде с греческого «белокожая»),
своей красотой напоминающая бо¬
гиню. Пракситель - ее возлюблен¬
ный - изваял с нее Афродиту
Книдскую, а живописец Апеллес
написал Афродиту Анадиомену.
Возгордившись, Фрина решила
бросить вызов самой богине любви
и красоты - Афродите. В день
Элевсинских празднований краса¬
вица пришла к берегу моря. Со¬
гласно греческому мифу, на тот бе¬
рег вышла из вод сама богиня,
рожденная из пены морской. Когда
процессия двинулась из святилища
Посейдона к морю, Фрина сброси¬
ла с себя одежду, представ перед
замершим в восторге народом. За
это ее обвинили в «оскорблении
богов».
Художника, однако, не интере¬
совали гражданские страсти
и психологические характеристи¬
ки. Он стремился воплотить в кра¬
сках образ идеальной красоты.
Подобно Пигмалиону, он влюбил¬
ся в свою Галатею - Фрину, оста¬
вив все назидательные сравнения
за рамой огромного полотна. Лег¬
кий эротизм, словно воздух, на¬
полняет картину. Его присутствие
ощущается во многих работах
Семирадского, лишенных при
этом и намека на вульгарность.
Мастер словно шел по лезвию,
разделяющему две грани мира -
христианское благочестие и плот¬
ские утехи язычества. Они сталки¬
вались в его Грешнице, Светочах
христианства, Искушении Свя¬
того Иеронима.
Фрина появилась на свет, когда
искусство после эпохи морального
самобичевания вспомнило о чувст¬
венности, соблазнительности и гре¬
ховной красоте женской природы.
Но женский образ, созданный Се-
мирадским, величественен и споко¬
ен, Фрина буквально излучает бла¬
городство, и в ее поступке не
ощущается ничего предосудитель¬
ного. Фрина - один из самых вос¬
торженных гимнов женской красо¬
те, когда-либо исполненных.
Впервые эта картина была пред¬
ставлена в 1889 году в Петербурге
41

Генрих Семирадский
Шопен в салоне князя Антона Радзивилла
в Берлине в 1 829 году.
Эскиз. 1887
Государственный Русский музей,
Санкт-Петербург
на персональной Академической
выставке. Выставка имела огром¬
ный успех, ее посетили тысячи зри¬
телей. Правительственный вест¬
ник посвятил этому культурному
событию отдельный выпуск. Часть
сбора с выставки художник по¬
жертвовал «на благотворительные
цели». В благодарность Совет Ака¬
демии сделал его своим внештат¬
ным членом.
В свою собственность Фрину
и По примеру богов приобрел им¬
ператор Александр III. По условию
покупки Фрина отправилась в дли¬
тельное турне по Европе, чтобы
в очередной раз прославить своего
автора.
Любимыми композициями Се-
мирадского по-прежнему остава¬
лись жанровые сцены, все большее
место в которых в 1890-е годы стал
занимать пейзаж.
Череда картин с уже знакомыми
названиями по-прежнему очаровы¬
вала и трогала зрителей: Идиллия,
Уговоры, Сцена у колодца, От¬
дых. Работы художника при всей
незамысловатости полны искрен¬
ности и чистоты.
Но Семирадский обращался
и к другим темам. Театр, любовь
его юности, по-прежнему значил
для него очень много. Композиции
становились более динамичными,
по-театральному зрелищными. Кар¬
тины Праздник Вакха (1890),
Суд Париса (1892) задумывались
художником как декоративные, мо¬
нументальные композиции, кото¬
рые легко могли бы стать театраль¬
ным занавесом. Влияние стиля
модерн с его монументально-деко¬
ративными тенденциями не мино¬
вало художника, но все же Семи¬
радский оставался верен идеалам
академизма. Вечные духовные цен¬
ности: Любовь, Доброта, Красота,
Гармония и классическая компози¬
ция - вот на что он опирался.
В 1905 году, после событий пер¬
вой русской революции, потрясшей
умы многих, появилась статья
Александра Бенуа Художествен¬
ные ереси: «Красота есть послед¬
няя путеводительная звезда в тех
сумерках, в которых пребывает
42

Генрих Семирадский
душа современного человечества.
Расшатаны религии, философские
системы разбиваются друг о друга,
и в этом чудовищном смятении ос¬
тается один абсолют, одно безус¬
ловное откровение - это красота.
Она должна вывести человечество
к свету, она не должна дать ему по¬
гибнуть». Здесь была впервые
сформулирована программа худо¬
жественного направления, которо¬
му еще предстояло родиться, - нео¬
академизму, или неоклассицизму.
С этим направлением связаны
попытки возрождения Академии
художеств как общегосударст¬
венного художественного центра.
В названии и программе журнала
неоклассицистов - Аполлон -
просматривалось явное влияние
работы Фридриха Ницше Рожде¬
ние трагедии из духа музыки.
Аполлон и Дионис, написанной
в 1872 году. Для философа Апол¬
лон - одно из начал греческого ис¬
кусства, олицетворение иллюзии,
артистизма, правил, покровитель
пластических искусств и эпи¬
ческой поэзии. Иные качества -
безумие, волнение, сверх меры
превосходящее норму, покрови¬
тельство музыке и лирической по¬
эзии - воплощены в Дионисе. В ос¬
нове неоклассицизма лежало
убеждение в существовании гармо¬
нии «между всеми живыми сущест¬
вами и неодушевленными предме¬
тами», гармонии между красотой
жизни и красотой искусства, кото¬
Римский нищий. 1876 (?)
Львовская картинная галерея
рую «часто не замечают современ¬
ники, но которую ясно видят потом¬
ки». Семирадский как раз замечал
Орфей в подземном царстве.
Конец 1880-х
Львовская картинная галерея
43

Генрих Семирадский
Фрина на празднике Посейдона
в Элевсине. Фрагмент
и создавал гармонию искусства
и жизни. Однако всевидящие по¬
томки на это не обратили должно¬
го внимания. Из всех художников
второй половины XIX века именно
он был самым ярким предвестни¬
ком новых представлений об иде¬
альной красоте.
Интересен широкий диапазон
названий, представляющих свое¬
образную борьбу «аполлоничес-
кой» и «дионисийской» тем - от
Отдыха до Праздника Вакха, от
Сельской идиллии до Притона
морских разбойников, от Танца
среди мечей до Оргии времен Ти¬
берия на острове Капри. Идилли¬
ческие сюжеты перемежаются ро¬
мантической драматургией. В этом
художник близок Айвазовскому,
который любил работать на кон¬
трасте двух природных начал -
грозной бури, непогоды и покоя
лунной ночи, сладкой неги закат¬
ного часа.
В девяностых годах XIX века
Семирадский писал в основном
монументальные композиции, деко¬
ративные панно с многочисленны¬
ми мифологическими персонажами
и аллегорическими образами. В эти
годы созданы занавесы для театра
в Кракове (1894) и во Львове (1900)
и декоративные панно для только
что отстроенной Варшавской
филармонии (1901). Сказочная
роскошь этих полотен и новшество
того времени - электрическое осве¬
щение пленяли восторженную пуб¬
лику. Атмосферой праздника, ска¬
зочной феерии было проникнуто
ожидание спектакля в зрительном
зале, оформленном Семирадским.
Начинался XX век. Многочис¬
ленные художественные направле¬
ния сменяли друг друга, новые тех¬
нические возможности сулили
человеку невероятные открытия,
а грядущие войны обещали быть
страшнее и масштабнее всех тех,
что пережило человечество в тече¬
ние прошлых тысячелетий.
44

Генрих Семирадский
Менялась и жизнь художника.
Семирадский реже радовал своих
зрителей работами. Теперь мастер
быстро утомлялся, исчезла его бы¬
лая работоспособность, мучитель¬
ные боли становились все сильнее.
Жизнь клонилась к закату.
Семирадский умирал тяжело.
Последние годы он тщетно боролся
с редкой мучительной болезнью -
раком языка.
Генрих Семирадский умер
в 1902 году в своем имении
Стршалкове близ города Новоро-
домска. Первоначально художни¬
ка похоронили рядом с могилами
отца и матери на варшавском
кладбище, а спустя год было
принято решение перезахоронить
прах выдающегося поляка в кра¬
ковском костеле «На Скалке»
в некрополе знаменитых поляков.
«Ступени катафалка утопали
в цветах, лаврах и венках для бес¬
смертного творца Факелов Неро¬
на и основателя Национального
музея искусств», - вспоминал Ле-
вандовский. Под музыку великого
Шопена с Семирадским проща¬
лась вся Варшава.
Огромное количество откликов
в печати на смерть Семирадского
лишний раз подчеркнуло значение
этой фигуры. Органично воспри¬
нятая академическая школа,
совершенная, как грани драго¬
ценных камней, техника, отличав¬
шая мастера, стали уникальным
Фрина на празднике Посейдона
в Элевсине. 1 889
Государственный Русский музей,
Санкт-Петербург
45

Генрих Семирадский
Две фигуры у статуи сфинкса. 1870-е
Этюд к картине Факелы Нерона (?)
Региональный государственный фонд
поколений Ханты-Мансийского округа
примером в истории русского ис¬
кусства.
Красота и любовь (1894) - на¬
звание этой работы как нельзя луч¬
ше выразило суть почти всех поло¬
тен Генриха Семирадского.
Множество противоречивых
мнений лишний раз подчеркивает
отсутствие равнодушия в вос¬
приятии творчества мастера. Это
свидетельствует об одном - о не¬
скончаемом интересе к живописи
знаменитого художника.
Врубель из всей русской школы
к числу подлинных художников
относил только Иванова, Куинджи,
Семирадского и, с оговорками,
Репина. На заре создания «Мира
искусства» Лев Бакст читал своим
друзьям лекции по русской живо¬
писи, в качестве первых тем вы¬
брав творчество Семирадского,
Юлия Клевера и Константина Ма¬
ковского. Молодому поколению
были близки принципы Семирад¬
ского, побуждавшие зрителя вос¬
принять эстетическую красоту ми¬
ра. Напротив, Крамской и Стасов
находили его живопись отврати¬
тельной и даже опасной для моло¬
дого поколения.
Александр Бенуа, знаменитый
художник, историк искусства и ху¬
дожественный критик, высоко
оценил Семирадского, говоря, что
«в известных отношениях этот ху¬
дожник мог бы сойти за новатора.
Блеск его красок, верная передача
солнечных эффектов, местами кра¬
сивая, живописная техника была
для поколения русских художни¬
ков 1870-1880-х годов настоящим
откровением», и тут же ругал за
«мертвые натуры», «безжизнен¬
ные и скучные фигуры», «недоста¬
ток драматического таланта»,
«бедность воображения». Навер¬
ное, Бенуа по-своему прав. Творче¬
ство Семирадского невероятно
многообразно. Успехи чередо¬
вались с неудачами,порой в одной
и той же картине; жанры сменяли
друг друга.
Одни считали художника рус¬
ским живописцем, поляком по на¬
циональности, другие - польским
мастером, родившимся в России.
Друзья вспоминали о Семирадском
как об умном, порядочном челове¬
ке. Недруги в один голос твердили
о заносчивости, высокомерии, тще¬
славии.
Во всем этом нет ничего стран¬
ного. Как говорится, сколько лю¬
дей, столько мнений. А истина
остается одна - множество замеча¬
тельных полотен, оставшихся в ми¬
ровой сокровищнице.
46

Хроника жизни Генриха Семирадского
1843,
24 октября
1850-е
1860
1864
1866
1868
1869
1870
1871
1872
1873
1876
1877
1878
1879
1883
1886
1889
1894
1900
1901
1902
23 августа
В селе Новобелгород (ныне Печенеги) близ Харькова в семье офицера драгунского полка Ипполита
Семирадского, выходца из Королевства Польского, и Михалины, урожденной Прушинской, родился
сын Генрих Гектор.
Учится в Харьковской гимназии, где берет уроки рисования у украинского живописца Д.И. Безперчего.
Поступает в Харьковский университет на физико-математический факультет по разряду естественных
наук.
Заканчивает университет со званием кандидата физико-математических наук, защитив диссертацию
Об инстинктах насекомых.
Становится вольнослушателем петербургской Академии художеств.
Переведен из вольнослушателей в ученики.
Большая серебряная медаль за этюд с натуры.
Малая золотая медаль за программу Диоген, разбивающий чашу.
Награжден денежной премией за эскиз Разрушение Содома и Гоморры.
Заканчивает Академию художеств с Большой золотой медалью за конкурсную картину Доверие
Александра Македонского к врачу Филиппу и правом на шестилетнее пенсионерство за границей.
В Мюнхене начинает работу над своей первой картиной Римская оргия блестящих времен цезаризма.
Академия приобретает Римскую оргию.
Прибывает во Флоренцию, а затем переезжает в Рим.
Грешница.
Женитьба на своей кузине Марии Прушинской.
Золотая медаль на Всемирной филадельфийской выставке за картину Продажа амулетов.
Светочи христианства.
Заказ на росписи храма Христа Спасителя.
Получает звание профессора Академии художеств.
На Всемирной выставке в Париже за картины Светочи христианства и Трудный выбор получает
Большую золотую медаль и орден Почетного легиона.
Завершение росписей в храме Христа Спасителя.
Закончил строительство собственного дома в Риме.
Похороны русса на Волге близ города Булгар и Тризна дружинников Святослава после боя под
Доростолом для Исторического музея в Москве.
Христос в доме Марии и Марфы.
Персональная Академическая выставка в Петербурге.
Фрина на празднике Посейдона в Элевсине.
Совет Академии делает Семирадского своим внештатным членом.
На международной выставке в Мельбурне картине Изаврийские пираты, продающие добычу
присуждена золотая медаль.
Занавес для театра в Кракове.
Занавес для театра во Львове.
Декоративные панно для Варшавской филармонии.
Генрих Семирадский умирает от рака языка в своем имении Стршалково под Новородомском
близ Ченстохова.
47

Указатель произведений Г. Семирадского
Александр Невский в орде. Эскиз росписи для
храма Христа Спасителя в Москве. 1 876 - 23
Александр Невский принимает папских легатов.
Эскиз росписи для храма Христа Спасителя
в Москве. 1876 - 22
Въезд Иисуса Христа в Иерусалим. Эскиз
росписи для храма Христа Спасителя
в Москве. 1876 - 27
Гречанка. 1877 - 14
Грешница. 1873 - 16-17
Две фигуры у статуи сфинкса. Этюд к картине
Факелы Нерона (?). 1870-е - 46
Дорога из Рима в Альбано. 1 873 (?) - 19
Итальянский пейзаж - 4
Красота и Любовь. 1 894 - 5
Крещение Господне. Эскиз росписи для храма
Христа Спасителя в Москве. 1876 - 26
Наяды. 1880-е - 18
Ночь накануне Ивана Купалы. 1880-е - 6-7
Ночь накануне Ивана Купалы. Фрагмент - 6
Опасный урок. 1880-е - 36-37
Оргия времен Тиберия на острове
Капри. 1881 - 10-11
Орфей в подземном царстве. Конец 1 880-х - 43
Отдых. 1896 - 20-21
Пастушок, играющий на свирели - 35
Песня рабыни. 1884 - 34
По примеру богов. 1879 - 40-41
Погребение Александра Невского. Эскиз росписи
для храма Христа Спасителя в Москве. 1 876 - 23
Портрет римлянки. 1 890 - 19
Праздник Вакха. 1890- 12-13
Праздник Вакха. Фрагмент - 12
Рим. Деревня. 1880-е - 30-31
Римская оргия блестящих времен
цезаризма. 1872 - 8-9
Римская оргия блестящих времен цезаризма.
Фрагмент - 8
Римский нищий. 1 876 (?) - 43
Сельская идиллия. 1 886 (?) - 7
Сцена у колодца. 1 890 - 35
Тайная вечеря. Эскиз росписи для храма Христа
Спасителя в Москве. 1 876 - 27
Талисман. 1880-е - 13
Танец среди мечей. 1881 -32-33
У водоема. 1895 - 38
У источника. 1898 - 39
У источника. Фрагмент - 39
У храма (Идиллия). 1881 - 15
Фрина на празднике Посейдона
в Элевсине. 1889 - 44-45
Фрина на празднике Посейдона в Элевсине.
Фрагмент - 44
Христос и самаритянка. 1890 - 24-25
Христос у Марфы и Марии - 26
Христос у Марфы и Марии. 1886 - 28-29
Христос у Марфы и Марии. Фрагмент - 28
Цыганка. 1 877 - 14
Шопен в салоне князя Антона Радзивилла в Берлине
в 1829 году. Эскиз. 1887 - 42

Электронный вариант книги
Скан, обработка, формат: manjakl961

•	Крамской
•	Васнецов В.
•Левитан
•	Врубель
•	Нестеров
•Айвазовский
•	Куинджи
•	Саврасов
•	Репин
•Суриков
•	Богаевский
•	Шишкин
•Верещагин В.
•	Брюллов
•	Поленов
•Федотов
•Серов
•	Васильев Ф.
•	Кипренский
Мастера живописи
•	Венецианов
•	Васнецов А.
•	Юон
•	Крымов
•	Левицкий
•	Борисов-Мусатов
•Ге
•	Серебрякова
•	Семирадский
•	Коровин
Грабарь
Боровиковский
Щедрин Сильвестр
Тропинин
Жуковский С.
Петров-Водкин
Рокотов
Кустодиев
Сомов
•	Ренуар
•	Рафаэль
•	Рембрандт
•Леонардо да Винчи
•	Босх
•	Моне
•	Шагал
•	Ван Гог
•	Боттичелли
•	Климт
•	Веласкес
•	Пикассо
•	Микеланджело
•	Гоген
•Тициан
•	Мане
•	Сезанн
•Тулуз-Лотрек
•	Бернини
ISBN 5-7793-0333-9
9 785779 303330 >
белый город	Семирадский