/
Author: Бакос Э.
Tags: психиатрия психопатология психические (душевные) болезни психозы психотерапия арт-терапия
ISBN: 978-617-550-141-2
Year: 2023
Similar
Text
ЭМИ БАКОС
Креативный подход к терапии
принятия и ответственности
АРТ-ТЕРАПИЯ
в ACT
Креативный подход к терапии
принятия и ответственности
ACT
ART THERAPY
Creative Approaches to Acceptance
and Commitment Therapy
Amy Backos
АРТ-ТЕРАПИЯ
в ACT
Креативный подход к терапии
принятия и ответственности
Эми Бакос
КиТв
Видавництво
“НАУКОВИЙ CBIT”
2023
УДК 616.895
Б19
Перевод с английского и редакция В.А. Белоковской
Научный консультант канд. психол. наук О.В. Гусева
Бако с, Э.
Б19 Арт-терапия в ACT. Креативный подход к терапии принятия
и ответственности/Эми Бакос; пер. с англ. В.А. Белоковской. —
Киев.: “Науковий Свгг”, 2023. — 274 с. :ил. — Парал. тит. англ.
ISBN 978-617-550-141-2 (укр.)
ISBN 978-1-78775-803-2 (англ.)
В этой книге представлено теоретическое и практическое руководство для
арт-терапевтов и других специалистов в области психического здоровья, что¬
бы помочь им понять ключевые концепции арт-терапии применительно к ACT
и реализовать интервенции арт-терапии на основе подхода терапии принятия
и ответственности. Речь здесь идет о креативности, которая связана со сферой
арт-терапии, а также о теоретических основах ACT. В книге есть все необходимое,
чтобы разработать осмысленный контекст для понимания того, как ACT и арт-те¬
рапия сочетаются в креативном достижении психологической гибкости самого
терапевта и его клиентов.
УДК 616.895
Все права защищены.
Никакая часть настоящего издания ни в каких целях не может быть воспроизведена в
какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, будь то электронные или
механические, включая фотокопирование и запись на магнитный носитель, если на это нет
письменного разрешения издательства Jessica Kingsley Publishers.
Copyright © Amy Backos 2023.
All rights reserved.
Authorized translation from the English language of the ACT Art Therapy. Creative Approaches
to Acceptance and Commitment Therapy (ISBN 978-1-78775-803-2), published by Jessica Kingsley
Publishers, an imprint of Hodder & Stoughton Ltd, an Hachette Company.
No part of this publication may be reproduced, stored in a retrieval system, or transmitted, in
any form or by any means without the prior written permission of the publisher, nor be otherwise
circulated in any form of binding or cover other than that in which it is published and without a
similar condition being imposed on the subsequent purchaser.
ISBN 978-617-550-141-2 (укр.)
ISBN 978-1-78775-803-2 (англ.)
© ООО “Науковий Свк”, перевод, 2023
© Amy Backos 2023
Оглавление
Благодарности 12
Введение 13
Глава 1. Что такое арт-терапия применительно к ACT 19
Глава 2. ACT и психологическая гибкость 35
Глава 3. Краткое введение в арт-терапию 65
Глава 4. Интеграиия ACT и арт-терапии 85
Глава 5. Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента 97
Глава 6. Креативные подходы к снижению избегания
и повышению принятия 125
Глава 7. Когнитивное разделение: новые отношения
со своими мыслями 153
Глава 8. Наблюдающее "я" в жизни каждого человека 175
Глава 9. Что важнее всего: знакомство с ценностями 199
Глава 10. Время поступков: ответственное действие 227
Глава 11. Арт-терапия в ACT: объединяя все вместе 241
Рекомендуемые источники 254
Список литературы 258
Содержание
Благодарности 12
Введение 13
ACT в действии 14
Чего вы можете ожидать 16
Глава 1. Что такое арт-терапия применительно к ACT 19
Истоки парадигмы ACT 21
Доказательная база ACT 22
Доказательная база арт-терапии 25
Результаты арт-терапии 26
Дополнительная арт-терапия 27
Почему теория в контексте имеет значение 28
Деколонизация 29
Интерсекциональность 31
Культурное смирение 32
Ценность интеграции арт-терапии в ACT 33
Резюме 34
Глава 2. ACT и психологическая гибкость 35
Основы ACT 36
Основные теории, поддерживающие ACT 40
Функциональный контекстуализм 40
Теория реляционных фреймов 42
Почему важна психологическая гибкость 43
Психологическая негибкость 45
Как окружающая среда поддерживает психологическую гибкость
или препятствует ей 49
Готовность 51
Гексафлекс 53
Контакт с текущим моментом 54
Принятие 54
Когнитивное слияние/разделение 55
6
Содержание
“Я” как контекст 56
Ценности 56
Ответственные действия 57
Чем ACT отличается от КПТ 58
Интеграция личной философии и профессиональной практики 62
Резюме 63
Глава 3. Краткое введение в арт-терапию 65
Искусство и психология 66
Искусство и права человека 68
Что такое профессия арт-терапевта 69
Как арт-терапия вызывает изменения 71
Роль арт-терапевтов 74
Арт-терапия и психологическая теория 76
Нейропсихологические свидетельства творчества 77
Сила проекций в искусстве 79
Предостережение для терапевтов 81
Резюме 83
Глава 4. Интеграция ACT и арт-терапии 85
Исследования 88
Майндфулнесс и искусство 89
Рисунок, отражающий дыхание 90
Всего одна линия 91
“Всего одна линия”: инструкции и вариации 94
Лучше наружу, чем внутрь! 95
Резюме 96
Глава 5. Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента 97
Упражнение “Текущий момент” 99
Определение осознания текущего момента 99
Счастье и текущий момент 101
Текущий момент в ACT 102
Культивирование осознанной позиции 103
Отсутствие суждений (непредвзятость) 104
Отсутствие стремления 104
Принятие 104
Способность отпускать 105
7
Содержание
“Разум новичка” 105
Терпение 105
Доверие 105
Благодарность и великодушие 106
Текущий момент и поток в арт-терапии 106
Искусство очищает мою голову от “мусора” 107
Вопросы, способствующие любознательному, непредвзятому
наблюдению за чувством 111
Интеграция осознанности и культурного смирения 113
Майндфулнесс при просмотре произведений искусства 116
Цифровая арт-терапия и майндфулнесс 117
Пример осознанной фотографии 121
Резюме 124
Глава 6. Креативные подходы к снижению избегания
и повышению принятия 125
Избегание против принятия 126
Принятие 127
Избегание 128
Принятие через экоискусство 129
От чего мы пытаемся убежать 131
На что похоже избегание 133
Процесс принятия 135
Осознанный план действий: художественное и письменное
вмешательство 136
Инструкции по использованию “Осознанного плана действий” 139
Материалы 140
Вариации 140
Принятие и вовлечение через фотографию 141
Пересечение арт-терапии в ACT и культурного смирения 147
Культурное смирение 148
Функциональный контекстуализм и культурное смирение 150
Резюме 152
Глава 7. Когнитивное разделение: новые отношения
со своими мыслями 153
Когнитивное слияние 154
Слияние с убеждениями 157
8
Содержание
Когнитивное разделение 158
Упражнение “Чистка обуви” 160
Арт-терапевтические вмешательства для разделения 162
Вмешательство, способствующее разделению 163
Этап 1. Определите мысль 164
Этап 2. Сделайте шаг в сторону от этой мысли 165
Этап 3. Создайте разделение с мыслью 166
Арт-терапевтическое вмешательство, способствующее
когнитивному разделению 167
Арт-терапевтическое вмешательство “Пассажиры (монстры)
в автобусе” 168
Инструкции к упражнению “Пассажиры (монстры) в автобусе” 169
Соображения о выполнении упражнения “Пассажиры
(монстры) в автобусе” 172
Резюме 173
Глава 8. Наблюдающее "я" в жизни каждого человека 175
Теория реляционных фреймов 176
Три способа понять себя 177
“Я” как содержание 177
“Я” как процесс 178
“Я” как контекст 179
“Я” как контекст в действии 180
Наблюдающее “я” 182
Упражнения для развития наблюдающего “я” 183
Кто я такой? 185
Почему метафоры? 186
Метафора в практике арт-терапии 187
“Я не могу представить себя кем-то другим,
если я не могу быть таким!” 189
Подождите, некоторые утверждения “Я есть” действительно верны! 193
Жизненный опыт человека, практикующего ACT 195
Резюме 197
Глава 9. Что важнее всего: знакомство с ценностями 199
Ценностные домены: за что вы ратуете? 201
Ценности против избегания 202
Ценности против целей 204
9
Содержание
Ценность культурного смирения 205
Интеграция культурного смирения, ACT и арт-терапии 206
Этика арт-терапии и ценности ACT 208
Независимость и автономность 211
Непричинение вреда 211
Благотворительность 212
Верность 213
Справедливость 213
Креативность 214
Итак... каковы ваши профессиональные ценности? 215
Упражнение: определение ценностей 216
Интеграция ценностей в интересах устойчивого развития 219
Упражнение по личной устойчивости 221
Ценность институциональной устойчивости 224
Когда двигаться дальше 225
Резюме 226
Глава 10. Время поступков: ответственное действие 227
Действуйте! 227
Что такое ответственное действие 229
Ответственность в вербальной терапии 230
Приверженность культурному смирению 234
Препятствия на пути к ответственным действиям 238
Резюме 239
Глава 11. Арт-терапия в ACT: объединяя все вместе 241
Что дальше 243
Личные действия 244
Клиническое применение 244
Академические исследования 245
Ответственные действия по интеграции ACT и арт-терапии 246
Рассказ об ACT для клиентов 247
ACT и параллельный художественный процесс для терапевтов 248
Резюме 252
Рекомендуемые источники 254
Список литературы 258
10
Для моих клиентов:
я так ценю моменты
нашего общения!
Благодарности
Спасибо моей замечательной команде поддержки, которая пита¬
ет и вдохновляет меня каждый день: Чарли, Оливеру и Уикету Роквуд
(Rockwood); Рональду, Марсии и Эрику Бакос (Backos); Мишель Джонс
(Jones), Ари Данбару (Dunbar), Саре Боуэн (Bowen), Шерри Хегис (Hegyes),
Терри Вонгу (Wong); студентам, преподавателям и выпускникам факульте¬
та психологии арт-терапии в Доминиканском университете Калифорнии.
Спасибо людям, которые поделились своим временем, идеями и исто¬
риями: Кэрри Мак-Кракен (McCracken), Габриэлю Алеману Мак-Кракену,
Дарси Кросману (Crosman), Джоселин Фицджеральд (Fitzgerald), Марии
Фустер (Fuster), Джордону Гонсалесу (Gonzalez), Сару Кремер (Kremer),
Клаудии Меццера (Mezzera), Корри Маццео (Mazzeo), Кайле Орманди
(Ormandy), Гвен Сандерс (Sanders), Кристин Ши (Shea), Джувьель Винлуан
(Vinluan), Шари Вайзер (Weiser), Камарии Уэллс (Wells), Мелани Уорстелл
(Worstell), Эрин Партридж (Partridge).
12
Введение
Я познакомилась с терапией принятия и ответственности (Acceptance and
Commitment Therapy — ACT), когда проходила интернатуру и резиденту¬
ру по клинической психологии в больнице Управления по делам ветеранов
Кливленда. В то время психологические тренинги были не единственной
моей задачей. Помимо них, происходило нечто еще более важное и сложное.
Всего за семь месяцев до поступления в госпиталь Кливленда я впервые стала
мамой. Мой муж поддерживал меня, но за эти семь месяцев мы столкнулись
с некоторыми серьезными проблемами. Через неделю после рождения наше¬
го сына поместили в отделение интенсивной терапии новорожденных, где
ему предстояла очень страшная неделя тестов и лечения. Вскоре после этого
умер мой свекор. Затем я узнала, что меня приняли на национальную ста¬
жировку по психологии в больницу, расположенную более чем в 2 тыс. миль
от дома. Итак, мы собрали вещи и поехали из Сан-Франциско в Кливленд с
нашим маленьким сыном. В начале стажировки я ощущала приятное вол¬
нение, но в целом была измучена и чувствовала себя буквально на грани.
Знакомство с ACT сыграло решающую роль в моей способности успешно
решать проблемы, с которыми я сталкивалась. Это связано с тем, что тера¬
певты ACT не только знакомят клиентов с принципами терапии принятия
и ответственности для повышения их благополучия, но и сами практикуют
эти принципы и живут по ним. ACT и столь необходимый фокус осознания
текущего момента, когнитивного разделения и ценностей появились как раз
вовремя, чтобы помочь мне с некоторыми важными изменениями в жизни
и дать возможность отточить свое мастерство как терапевта.
Итак, “Что привело вас в ACT?” Я приглашаю вас ответить на этот во¬
прос для себя. Как вы пришли к ACT? Что происходило в вашей жизни,
когда вы открыли для себя простоту и силу ACT? Как ACT поддерживала
вас и вашу работу? Если чтение этой книги является вашим введением в
ACT, я очень рада за вас и прошу сделать паузу и подумать над тем, что
происходит сейчас в вашей жизни. Продолжая читать, вы увидите и почув¬
ствуете, как концепции ACT могут способствовать вашему личному и про¬
фессиональному росту.
13
Введение
ACT в действии
Использование ACT требует от терапевта постоянных личных размыш¬
лений, осознанности и приверженности жизни, основанной на ценностях.
Арт-терапевты также признают ценность творчества, в том числе лично¬
го творчества и совместного использования творчества на благо других.
Прийти в ACT — означает согласиться жить этим и продолжать расти в
соответствии с принципами терапии как личность и как терапевт. В ACT
или арт-терапии нет никаких предписаний. В обоих случаях клиент и те¬
рапевт культивируют креативность и психологическую гибкость, отпуская
ограниченные, зажатые или привычные способы мышления и бытия. Это
заставляет человека думать, создавать, реагировать и вести себя так, как он
выбирает, привнося богатство и новый смысл в свою жизнь.
Работа со студентами факультета психологии арт-терапии в Домини¬
канском университете Калифорнии стала для меня привилегией и удо¬
вольствием, поскольку мы вместе изучаем арт-терапию в ACT. Концепции
ACT предоставляют мощные инструменты в моей работе со студентами
для размышлений о нашей профессии и их мотивации в учебе. Студенты
интегрировали ACT в свою клиническую работу по арт-терапии и квали¬
фикационные экзамены на уровне магистра, а также на докторские диссер¬
тации. В этой книге вы прочтете о некоторых работах по ACT моих коллег
и студентов.
Мы привносим клиентоориентированность в терапевтический кабинет,
что требует скромного и чуткого подхода. Когда я пришла в ACT, я смогла
легко интегрировать позицию и теоретический подход в свой предыдущий
опыт работы арт-терапевтом, практикующим с феминистской и антира-
систской точки зрения. Я использовала ACT, чтобы углубить свои знания
и понимание ценностей, и стала лучше понимать принципы как антира¬
сизма, так и феминизма, и то, как я могу более полно воплощать их в своем
жизненном опыте, предоставляя терапию.
Я считаю, что для терапевтов очень важно понимать и поддерживать
своих клиентов через их социальную призму и избегать воспроизведения
социальной несправедливости в общем терапевтическом пространстве.
Кроме того, одно из призваний профессии терапевта заключается в защи¬
те равного доступа к психическому здоровью независимо от расы, пола,
сексуальной ориентации, способностей, возраста, класса, религии, стра¬
14
Введение
ны происхождения и дохода. Терапевтические подходы не могут быть эф¬
фективными и вызывать изменения, если они предназначены и доступны
только для некоторых людей, в то время как другие сталкиваются с отчуж¬
дением или не могут получить доступ к службам охраны психического
здоровья. Возможности терапии исцеления и самореализации являются
хорошими идеями только тогда, когда они доступны физически и психо¬
логически для всех.
Когда я начала обучаться на АСТ-терапевта, у меня был почти десяти¬
летний опыт работы арт-терапевтом, который в своей работе руководство¬
вался феминизмом, экзистенциализмом и антирасизмом. Супервайзер в
госпитале Кливленда предложил мне прочитать и заполнить рабочую тет¬
радь для клиентов Стивена Хейса Get Out of Your Mind and Into Your Life
(Выберись из своего разума и погрузись в свою жизнь) [Hayes, & Smith,
2005]. Я начала читать и отвечать на вопросы, когда ехала на автобусе до¬
мой после работы, и у меня было ощущение, что я читаю поистине необ¬
ходимое руководство пользователя для понимания своего ума. По мере
того как я практиковала стратегии и применяла концепции, описанные в
книге, я испытала облегчение когнитивной дезинтеграции. Когнитивное
разделение является центральным компонентом ACT, который позволяет
человеку достичь психологической дистанции и отстраненно взглянуть
на свои мысли. Для меня это означало следующее: вместо того чтобы за¬
цикливаться на своих мыслях, я могла наблюдать за ними с повышенным
любопытством и меньшей критикой. Вместо того чтобы задерживаться на
негативных мыслях, таких как вина родителей или профессиональная не¬
уверенность, я научилась стратегиям, помогающим мне быстро переклю¬
читься с точки, где я считала свои мысли правдой, к простому замечанию
их и последующему решению, как я хочу поступить, чтобы действовать в
соответствии с моими ценностями. Интеграция феминизма и антирасиз¬
ма в мою систему ценностей ACT прошла без проблем, и эти две филосо¬
фии продолжают влиять на мою работу. Прежде чем я получила доступ к
функциональной полезности майндфулнесс через ACT, я культивировала
заинтересованную, наблюдательную позицию, находясь на природе, ис¬
пользовала медитацию и управляемые образы. Я испытала состояние по¬
тока в творчестве, физических упражнениях и академической работе. ACT
помогла мне развить этот опыт потока, погружения в процесс того, что я
делала, и предложила мне прагматические инструменты для управления
15
Введение
стрессом и создания перспективы, с которой я могла наблюдать за своими
мыслями и выбирать действия, соответствующие моим ценностям. Стра¬
тегии ACT сопровождают каждый аспект моей жизни, и я использую эти
инструменты в повседневности. Я сразу взялась за дизайнерскую арт-те¬
рапию, чтобы привлечь внимание к каждой из концепций ACT. Я подума¬
ла, что если могу так быстро извлечь выгоду из всего лишь нескольких
упражнений ACT и альбома для рисования, то хочу большего! И если я
смогла это сделать, то смогут и мои клиенты. Мы с коллегой Корри Маццео
решили создать группу арт-терапии в ACT [Howie, 2017]. В течение сле¬
дующих двух лет мы вели множество групп с ветеранами из разных эпох,
столкнувшихся с такими проблемами, как посттравматическое стрессовое
расстройство (ПТСР), расстройства, связанные со злоупотреблением пси¬
хоактивными веществами, депрессией и тревогой.
Я продолжаю развиваться в ACT, работая в наркологическом центре, за¬
нимаясь частной практикой и преподавая в университете. Я использую на¬
выки и акцент ACT на ценностях, чтобы управлять своим личным и про¬
фессиональным поведением. Использование ACT и арт-терапии в качестве
комбинированного подхода было моей личной и теоретической филосо¬
фией на протяжении более десяти лет, и я полна решимости продолжать
свой рост и понимание этого уникального подхода.
Чего вы можете ожидать
Цель этой книги по арт-терапии в ACT — предоставить теоретическое и
практическое руководство для арт-терапевтов и других специалистов в об¬
ласти психического здоровья, чтобы понять ключевые концепции арт-те¬
рапии применительно к ACT и реализовать интервенции арт-терапии на
основе подхода терапии принятия и ответственности. Я рада поделиться
концепциями ACT и арт-терапии, которые за последние несколько деся¬
тилетий, проведенных в качестве арт-терапевта и профессора, повлияли
на мою работу. В этой книге вы прочтете о креативности, которая связана
со сферой арт-терапии, а также о теоретических основах ACT. Я привожу
исторический контекст для понимания искусства как инструмента само¬
выражения и основы арт-терапии как способа исцеления отдельных лиц,
семей, групп и сообществ и достижения психического здоровья.
16
Введение
Я надеюсь, что вы разработаете осмысленный контекст для понимания
того, как ACT и арт-терапия сочетаются в креативном достижении психо¬
логической гибкости для вас и ваших клиентов. Эффективность АСТ-тера-
певтов и арт-терапевтов зависит как от их личного понимания, так и от их
практического применения этих принципов в своей собственной жизни.
Художественные интервенции в книге иллюстрируют концепции и суще¬
ствуют как самостоятельные вмешательства для повышения творческого
потенциала и осознанного внимания к текущему моменту.
Я ожидаю, что, закончив читать эту книгу, вы почувствуете уверенность
в том, что сможете вдумчиво и творчески интегрировать ACT и арт-те¬
рапию в свою клиническую практику. Я желаю вам, терапевту-читателю,
сначала попробовать все упражнения арт-терапии применительно к ACT
самостоятельно, а затем использовать наиболее полезные для ваших кли¬
ентов. ACT — это терапия, ориентированная на действие, и простое чтение
теории и описаний художественных вмешательств не дает достаточного
когнитивного понимания — вы должны действовать, чтобы испытать на
себе творческий и преобразующий характер этих двух подходов в своей
эмоциональной и профессиональной жизни. Я очень рада, что вы испыта¬
ете когнитивные, эмоциональные и духовные преимущества ACT и арт-те¬
рапии, и я надеюсь, что вы поделитесь со мной своим опытом того, что
привело вас в терапию принятия и ответственности.
17
ГЛАВА 1
Что такое арт-терапия
применительно к ACT
В этой главе арт-терапия в ACT будет представлена как творческий
терапевтический процесс, направленный на повышение психологиче¬
ской гибкости и уменьшение страданий самого терапевта и его кли¬
ентов. Арт-терапия в ACT, сочетающая самовыражение на основе ис¬
кусства и доказательную модальность, относящуюся к третьей волне
бихевиоризма, предлагает мощный инструмент для использования в те¬
рапевтическом процессе. При интеграции эти две модальности созда¬
ют синергетическое воздействие, которое основывается на действиях
и осознанности, способствующих изменениям. Искусство инициирует
творческий терапевтический процесс, который позволяет клиентам
глубже погрузиться в интеллектуальные концепции ACT и выразить
себя через визуальное искусство. Комбинация ACT и арт-терапии по¬
могает клиентам определить ценности и преобразовать поведение в
ответственные действия и осмысленную жизнь.
Терапевтическая работа на самом деле проистекает из радикального и
прагматичного оптимизма. Зачем иначе становиться терапевтом? Психоте¬
рапевты оптимистично строят свою карьеру на идее, что люди и общество
могут исцелиться и возвыситься за счет улучшения психического здоро¬
вья. Уменьшение внутренних и внешних страданий для себя и окружаю¬
щих возвышает человечество, что является достойной целью, необходи¬
мой и достижимой.
Несмотря на боль, которую испытывают и терапевты, и их клиенты,
у специалистов присутствует радикальное представление о том, что они
могут улучшить свою жизнь и жизнь других людей. Кроме того, у них —
у нас, терапевтов, — есть смелость действовать, полагая, что один человек,
несомненно, может помочь облегчить боль и страдания другого. Уменьшая
страдания свои и клиентов, терапевт повышает индивидуальную и коллек¬
тивную способность к значимым отношениям и гармонии в обществе.
19
Глава 1
Многих терапевтов привлекает изучение психологии из-за уверенности
в том, что стресс можно уменьшить и что психотерапия предлагает эффек¬
тивный способ исцеления [Нау, 2020]. Эта оптимистичная убежденность
напоминает терапевтам о важности помощи другим, особенно когда они
сталкиваются с трудностями в своей работе или чувствуют себя неуве¬
ренно. Точно так же многие художники изучают арт-терапию из-за своего
жизненного опыта использования искусства для самовыражения и лич¬
ностного роста. Арт-терапевты верят в грандиозную эффективность соз¬
дания искусства в терапии для облегчения душевной боли и взращивания
радости. Эти обнадеживающие убеждения в сочетании с личной ценно¬
стью служения закрепляют и направляют терапевтов в их работе по умень¬
шению индивидуальных и коллективных трудностей.
Арт-терапия предлагает невербальные средства самовыражения для
улучшения самочувствия и психического здоровья, в то время как ACT
предлагает лучшее из третьей волны поведенческой терапии и является ос¬
нованной на фактических данных практикой для различных расстройств.
Смешение двух подходов открывает возможности для использования
творческого процесса в терапии при поддержке доказательной поведенче¬
ской терапии.
Те, кто не знаком с принципами работы методов, ориентированных на
поведение, иногда говорят мне о своих опасениях относительно того, что
лечение будет формальным и академическим или не оставит места для
личности, творчества и построения отношений. Напротив, я обнаружила,
что поведенческий подход третьей волны ACT способствует аутентичным
и искренним отношениям. ACT обеспечивает необходимую структуру для
терапии и служит отличной основой для открытых и доверительных от¬
ношений с клиентами. Кроме того, арт-терапия обеспечивает креативные
и преобразующие процессы, помогающие клиентам выражать как жела¬
емые, так и нежелательные мысли, чувства и телесные ощущения. Рабо¬
тая вместе, ACT и арт-терапия обеспечивают психологическую гибкость
и креативное мышление. Арт-терапия воплощает в жизнь практические
действия, связанные с концепциями осознания текущего момента, вмеша¬
тельств, ориентированных на действие, а также экстернализации и разде¬
ления внутренних переживаний, присущих ACT. Сочетание ACT и арт-те¬
рапии предлагает уникальный и действительно впечатляющий терапевти¬
ческий подход.
20
Что такое арт-терапия применительно к ACT
Истоки парадигмы ACT
ACT была разработана в 1982 г. и, как упоминалось ранее, является ча¬
стью третьей волны поведенческой терапии. Для контекста может быть
полезно проследить ее развитие на протяжении первых двух волн. Первая
волна включает психоаналитический и гуманистический подходы. Вторая
волна охватывает бихевиоризм и когнитивные подходы. Последняя вол¬
на терапии приняла парадигму прагматизма или контекстуализма как не¬
обходимый компонент понимания поведения [Follette, & Callaghan, 2011].
Помимо ACT, другие подходы третьей волны включают диалектическую
поведенческую терапию (ДПТ; Dialectical Behavioral Therapy — DBT), функ¬
циональную аналитическую психотерапию, поведенческую активацию и
когнитивную терапию, основанную на осознанности [Follette, & Callaghan,
2011].
ACT рассматривает человека в его уникальном историческом контексте,
чтобы принять во внимание личность в целом, включая мысли, убежде¬
ния, воспоминания, опыт, а также личную и социальную историю [Follette,
& Callaghan, 2011; Hayes et al., 2012]. Это взаимодействие различного жиз¬
ненного опыта и ситуативных контекстов информирует о том, как человек
выражает себя через свое поведение [Gordon, & Borushok, 2017]. Поведение
обязательно происходит в контексте, и ACT исследует более широкий кон¬
текст, который составляет жизнь каждого человека.
Контекстуализм делает третью волну поведенческой терапии уникаль¬
ной; это проистекает из оценки как контекста поведения, так и прагматиз¬
ма, связанного с выбором поведения. Контекст включает в себя внутрен¬
ний, внешний опыт и полную историю каждого человека. Радикальный
бихевиоризм рассматривал поведение как выбор, который осуществляется
на основе всей истории [Follette, & Callaghan, 2011; Wilson et al., 2011]. Праг¬
матизм, по сути, делает различия релевантными только тогда, когда они
будут иметь ощутимое значение [Follette, & Callaghan, 2011]. Иными слова¬
ми, истинность и смысл для каждого человека определяются успешностью
их практического применения [Gordon, & Borushok, 2017]. В ACT каждый
человек создает свой собственный смысл в процессе терапии и применяет
свою индивидуальную истину способами, которые работают именно для
него. Поведение, как его первоначально концептуализировал Б. Ф. Скин¬
нер (Skinner), оценивается по тому, какое практическое значение оно может
21
Глава 1
иметь. Например, в случае с ACT человек задается вопросом, как какое-
либо определенное поведение приблизит его к его ценностям?
Другой способ понять прагматизм — изучить его противоположность,
онтологию. Онтология в науке предполагает, что истина и реальность ждут
своего открытия, как если бы терапевт или исследователь раскапывал по¬
веденческие истины, применимые ко всем [Follette, & Callaghan, 2011]. На¬
против, прагматизм полагается на создание значения и ценности на основе
контекста, а не на парадигму причины и следствия в онтологической струк¬
туре. Легко себе представить, какое влияние на терапию оказал переход от
онтологии к прагматизму. История, смысл, ценности и варианты поведе¬
ния сместились от теории к центральной точке — клиенту. Истина и смысл
возникают у клиента через исследование при поддержке терапевта. Без он¬
тологических рамок, позволяющих определить индивидуальное поведение
как здоровое или нездоровое, а культуру сообщества как ценную или незна¬
чительную, клиент свободен для создания собственного смысла вне поля
зрения или суждения терапевта, научного сообщества и общества в целом!
Разделяя аналогичное влияние поведенческой терапии, общие ценности
и социологический контекст, когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) и
ACT расходятся в своем подходе. ACT возникает из поведенческой аналити¬
ческой традиции в поведенческой терапии и усиливает ее своим интересом
к смыслу и цели [Wilson et al., 2011]. “ACT можно понимать как поведенче¬
ский аналитический ответ на когнитивную и экзистенциальную критику
традиционной поведенческой терапии” [Wilson et al., 2011, С. 281]. Однако
ACT отличается от традиционного поведенческого анализа своим прагма¬
тическим подходом, который включает два ключевых компонента: анализ
сложного человеческого поведения в теории реляционных фреймов и со¬
средоточение работы на таких областях, как эмоции, мысли, смысл, цель,
и ценности [Wilson et al., 2011].
Доказательная база ACT
ACT стала моей теоретической ориентацией, поскольку отвечает как по¬
требностям моих клиентов, так и моим пожеланиям как терапевта. Гомес
подчеркнул ее полезность, отметив, что “среди всех теорий третьего поко¬
ления. .. [ACT] является одним из наиболее эффективных и универсальных
методов лечения” [Gomez, 2020, С. 1]. Терапия принятия и ответственности с
22
Что такое арт-терапия применительно к ACT
ее мощной доказательной базой продемонстрировала успех и в уменьшении
симптомов, и в повышении психологической гибкости, чтобы помочь кли¬
ентам вести жизнь, основанную на ценностях. ACT возродила мою привер¬
женность терапии, помогая сосредоточиться на значении и цели моей рабо¬
ты, особенно в сложных ситуациях с клиентами. Прагматичная полезность
ACT позволяет клиентам вносить значимые изменения в поведение [Messer,
& Gurman, 2011]. Возможность быть самой собой на сеансе, используя твор¬
ческий подход и придерживаясь собственных ценностей, приносит большее
удовлетворение и увеличивает долговечность моего потенциала.
По состоянию на 2021 г. в рамках ACT было проведено более 600 ран¬
домизированных контролируемых испытаний [Hayes, 2021]. Три или бо¬
лее таких исследований с аналогичными результатами составляют лече¬
ние, основанное на доказательной базе [Darrell W. Krueger Library, 2021],
поэтому ACT имеет преимущество в исследованиях, демонстрирующих ее
эффективность. Рандомизированные контролируемые исследования пока¬
зывают, что ACT успешно лечит различные расстройства, включая депрес¬
сию [Ruiz et al., 2020] и тревогу [Swain et al., 2013]. Она позволяет сократить
стигматизацию [Gomez, 2020], повысить психологическую гибкость [Molavi
et al., 2020] и снизить уровень избегания [Thompson et al., 2013]. Результаты
ACT считаются эквивалентными или более эффективными, чем результа¬
ты традиционной КПТ [Twohig, & Levin, 2017]. ACT была особенно полез¬
на при лечении посттравматического стрессового расстройства и острых
травм. Таким образом, терапия принятия и ответственности считается
основанной на фактических данных практикой в больницах Соединенных
Штатов [ US Department of Veterans Affairs, 2021], и ее эффективность отме¬
чена во всем мире.
Участники, прошедшие АСТ-терапию, продемонстрировали захваты¬
вающие неврологические изменения. В рандомизированном контролируе¬
мом неврологическом исследовании сравнивались две группы участников
с клиническим перфекционизмом (N = 29): получавшие АСТ-терапию и
находящиеся в списке ожидания [Onget al., 2020]. Клинический перфекци¬
онизм включает в себя ухудшение решения задач из-за чрезмерного кон¬
троля и проблемы с эмоциональной регуляцией. Участники выполняли по¬
веденческие задания, предназначенные для выявления ошибок, в то время
как исследователи использовали спектроскопию ближнего инфракрасного
диапазона для изучения изменений мозга. Изменения при сканировании
23
Глава 1
головного мозга включали функцию гемодинамического ответа в дорсо¬
латеральной и дорсомедиальной префронтальной коре. Эти изменения со¬
гласовывались со сниженной нейронной активностью в этих областях. Это
позволяет предположить, что группа, получавшая ACT, показала большую
эффективность в своих когнитивных процессах.
В дополнение к неврологическим данным несколько метаанализов
продемонстрировали эффективность ACT в поддержании практического
чувства благополучия у клиентов. Изучив метаанализ нескольких иссле¬
дований результатов психологического лечения, можно понять влияние
ACT в различных условиях на различные группы населения. Метаанализ
И рандомизированных контролируемых исследований ACT критически
оценивал влияние терапии принятия и ответственности на самочувствие
(N = 1108): ACT улучшала трансдиагностические результаты (т.е. наблю¬
далось уменьшение симптомов при различных диагнозах) субъективно¬
го благополучия как в клинической, так и в неклинической популяции
[Stenhoffet al., 2020]. Благополучие связано с аффективной и когнитивной
оценкой своей жизни, включая настроение, удовлетворенность и отноше¬
ния, которые являются важными областями повседневной жизни каждого
человека. Исследования включали пять различных показателей субъектив¬
ного благополучия и участников с различными диагнозами психического
здоровья, а также неклинические группы населения. Оценки благополу¬
чия после лечения по различным показателям были значительно выше
в 10 из 11 исследований для клиентов ACT по сравнению с контрольными
группами. Большинство исследований показали умеренную эффектив¬
ность вмешательств ACT улучшать самочувствие человека как в клиниче¬
ской, так и в неклинической популяции.
Другой метаанализ включал 100 контролируемых измерений эффектив¬
ности из 133 исследований среди 12 477 участников [Gloster et al., 2020].
Исследователи обнаружили, что ACT эффективна для лечения тревоги, де¬
прессии, злоупотребления психоактивными веществами и боли, а также в
трансдиагностических группах в каждом исследовании. Кроме того, они
обнаружили, что эффективность ACT превосходит контрольную группу
из списка ожидания, плацебо и обычное лечение для каждого из этих це¬
левых симптомов. Единственным исключением из преобладающих резуль¬
татов эффективности ACT было сравнение с КПТ. Однако ACT оказалась
значительно более эффективной в 10 из 12 групп сравнения. Эти высокие
24
Что такое арт-терапия применительно к ACT
уровни успеха в лечении демонстрируют эффективность подхода и обе¬
спечивают доверие к нашей работе как терапевтов ACT. В конце концов,
специалистам нужно знать, эффективна ли их работа в уменьшении сим¬
птомов и проблем с психическим здоровьем и действительно ли их подход
помогает людям чувствовать себя лучше.
ACT свидетельствует о широкой применимости и оказывает положи¬
тельное влияние на расу, этническую принадлежность и пол [Hayes, не да¬
тировано]. Ученые, изучающие исследования ACT в странах по всему миру
на протяжении более десяти лет, пришли к заключению, что подход тера¬
пии принятия и ответственности является чрезвычайно эффективным и
успешным [Bahattab, & AlHadi, 2021; Cook, & Hayes, 2010; Lundgren et al.,
2006; Woidneck et al., 2012]. Бросая вызов упрощенному подходу к выбору
испытуемых (например, студентов колледжей), исследователи ACT изуча¬
ют, как стратегии применяются к различным группам населения в различ¬
ных условиях. Ассоциация контекстуальной поведенческой науки недав¬
но призвала к проведению дополнительных исследований ACT, которые
включают в себя как прагматизм, так и просоциальное воздействие, т.е. ис¬
следований, направленных на решение реальных проблем для повышения
социального благополучия [Hayes et al., 2021].
Было продемонстрировано, что интернализированное расовое угнете¬
ние оказывает глубокое влияние на психическое здоровье, и исследования
ACT противостоят этой контекстуальной проблеме. Было обнаружено, что
методы ACT уменьшают внутреннюю самостигматизацию и в конечном
итоге смягчают симптомы дистресса в группе чернокожих женщин [Hudson
Banks et al., 2021]. Исследователи особо отметили уменьшение стыда, вну¬
треннего расового угнетения и психологического стресса. ACT в сочета¬
нии с психообразованием по психологии расы смогла продемонстрировать
заметное уменьшение предубеждений и увеличение позитивных поведен¬
ческих намерений у молодых людей, превосходящее результаты от исполь¬
зования одного только психообразования [Lillis, & Hayes, 2007].
Доказательная база арт-терапии
Арт-терапевты понимают способность искусства раскрывать бессоз¬
нательный материал, обрабатывать расстраивающие и травмирующие пе¬
реживания, развивать подлинные отношения с собой и другими и само-
25
Глава 1
реализоваться. Арт-терапия эффективна в достижении целей терапии и
хорошо переносится клиентами в качестве метода лечения. Арт-терапия
может быть адаптирована для работы с потребностями и целями каждого
человека в контексте множества вмешательств.
Есть несколько направлений исследований, предлагающих, как лучше
всего использовать арт-терапию. Рандомизированные контролируемые
исследования показали, что арт-терапия улучшает уход за клиентами, ис¬
пользующими другие терапевтические подходы [Maujean et al., 2014]. Ка¬
чественные и количественные исследования показали, что арт-терапия
эффективна как самостоятельное лечение или разовое вмешательство для
уменьшения негативных состояний настроения [Slayton et al., 2010]. Нако¬
нец, арт-терапия в качестве дополнительной терапии улучшает лечение и
снижает истощение [Campbell et al., 2016; Decker et al., 2018]. В этом разделе
представлена лишь небольшая часть рецензируемых данных об использо¬
вании арт-терапии.
Результаты арт-терапии
Метаанализ 35 исследований арт-терапии показал, что этот подход эф¬
фективен как самостоятельное лечение для различных возрастных групп,
симптомов и расстройств [Slayton et al., 2010]. Авторы рассмотрели каче¬
ственные и количественные исследования различных групп населения,
в том числе взрослых с ограниченными возможностями обучения, ма¬
терей, девочек и женщин, подвергшихся сексуальному насилию, заклю¬
ченных-мужчин, людей с заболеваниями, горюющих людей, детей с рас¬
стройствами привязанности и многих других. Их результаты подчеркнули
значимое влияние арт-терапии на многие группы населения и призвали к
повторным исследованиям.
Небольшой метаанализ показал положительные результаты в 7 из 8 на¬
учно строгих и рандомизированных контролируемых исследований арт-те¬
рапии [Maujean et al., 2014]. Было обнаружено, что арт-терапия приносит
пользу целому ряду людей, демонстрирует заметный успех у людей, боль¬
ных раком, ветеранов войны и заключенных. Авторы пришли к выводу,
что арт-терапия оказывается наиболее эффективной, когда применяется
к конкретным качествам и эмоциональным состояниям, а не используется
для изменения глобального ощущения качества жизни. Другими словами,
26
Что такое арт-терапия применительно к ACT
больший успех был обнаружен в изменении эмоций, таких как уменьше¬
ние депрессии, страхов и беспокойства.
В другом рандомизированном исследовании изучались уровни трево¬
жности у участников, которые либо сами занимались искусством, либо
рассматривали произведения других [Bell, & Robbins, 2007]. Их результаты
продемонстрировали статистически значимое снижение тревожности у
людей, занимающихся рисованием, по сравнению с людьми, которые рас¬
сматривают картины и рисунки. Эти результаты согласуются с другими ис¬
следованиями, демонстрирующими, что занятия рисованием приводят к
резкому снижению негативных состояний настроения. Принимая во вни¬
мание, что просмотр произведений искусства, безусловно, оказывает на
человека глубокое влияние, это исследование выявило преимущества соз¬
дания произведений искусства по сравнению с простым их просмотром.
Дополнительная арт-терапия
Арт-терапия в сочетании с протоколами лечения травмы обеспечивает
качественно улучшенный опыт для клиентов, снижение усталости и уси¬
ление чувства контроля над страхами. Международное общество иссле¬
дований травматического стресса описывает арт-терапию как полезное
вспомогательное лечение для клиентов при психотерапии травматиче¬
ского стресса [Foa et al., 2000]. При добавлении к лечебным протоколам
арт-терапия предлагает уникальные способы помочь клиентам обработать
свой опыт во время участия в научно обоснованных протоколах, ориенти¬
рованных на травму. Рандомизированные контролируемые исследования
арт-терапии с использованием ее в качестве дополнительной терапии для
ветеранов показали, что клиенты лучше переносят терапию, ориентиро¬
ванную на травму, а арт-терапия связана с меньшим отсевом при лечении
[Campbell et al., 2016; Decker et al., 2018].
В ходе рандомизированного контролируемого исследования в Швеции
использовалась дополнительная арт-терапия в консультировании бере¬
менных женщин по уменьшению токофобии (страха перед родами). В то
время как исследование не имело статистической значимости при сравне¬
нии экспериментальной и контрольной групп, при трехмесячной последу¬
ющей качественной оценке женщины, прошедшие арт-терапию, сообща¬
ли, что чувствовали себя спокойнее и сильнее. Женщины сообщили, что
27
Глава 1
арт-терапия позволила им по-новому выразить свой страх родов и еще
больше открыться акушерке, что привело к повышению доверия. Некото¬
рые женщины сообщили, что арт-терапия повысила их уверенность в себе
и в своих силах во время родов.
Несмотря на то что существует множество исследований, рекламирую¬
щих клинический успех арт-терапии, создание произведений искусства в
неклинических условиях предлагает людям простые способы уменьшить
страхи и тревоги при столкновении со стрессом. Рандомизированное кон¬
трольное исследование студентов университетов показало, что акт рас¬
крашивания может уменьшить беспокойство, повысить внимательность и
улучшить показатели избирательного внимания и оригинального мышле¬
ния [Holt et al., 2019]. Другие исследования подтверждают, что раскрашива¬
ние, и в частности раскрашивание мандал, является способом уменьшить
негативное настроение [Babouchkina, & Robbins, 2015].
Почему теория в контексте имеет значение
Использование теории для руководства работой терапевта имеет реша¬
ющее значение для эффективной работы. Теория — это руль на лодке, маяк
в гавани и карта в долгом путешествии. Объединяющая теория с последо¬
вательным терапевтическим подходом помогает клиентам усвоить и ин¬
тегрировать изменения. Благодаря терапевтической последовательности
клиенты учатся идентифицировать и изменять свои внутренние диалоги
и поведенческие стратегии. Когда терапевты используют несколько теорий
или комбинируют те, которые могут принципиально противоречить друг
другу, у меня создается впечатление, что они упускают из виду, как направ¬
лять клиентов; они потенциально настроены на борьбу, когда сталкивают¬
ся с проблемой в терапии. Теория, которую предлагаю использовать я, если
она тщательно подобрана, гармонирует с представлениями о мире и о том,
как меняются люди.
Однако жизнь и поведение клиентов существуют в определенном кон¬
тексте. Каждый клиент имеет уникальную и ценную историю, в том чис¬
ле личную, семейную, культурную и поколенческую. Их сильные стороны
и ценности, а также нежелательные симптомы и поведение также суще¬
ствуют в рамках ряда обстоятельств и контекстов. Некоторые из внешних
контекстов включают семейную историю и культуру, сообщество, силы
28
Что такое арт-терапия применительно к ACT
доминирующего общества и пересекающиеся личностные идентичности
(например, раса, пол, сексуальная ориентация, способности, класс). Неко¬
торые внутренние контексты включают внутреннюю репрезентацию чело¬
веком своего прошлого опыта, например интернализированные убежде¬
ния родителей, других людей и общества, успехи и неудачи прошлого по¬
ведения, а также их мысли, чувства и телесные ощущения.
Обращение к различным контекстам, сообществам и пересекающимся
личностным идентичностям клиентов позволяет лучше видеть и расши¬
рять возможности терапевтических отношений [Backos, 2021]. Например,
взгляд сквозь призму феминизма или личностно-ориентированных уста¬
новок может улучшить опыт клиента, привлекая внимание к социальной
несправедливости или личным возможностям в связи с установками те¬
рапевта. Кроме того, использование интерсекциональной точки зрения
[Saad, 2020; Talwar, 2019] для того, чтобы по-настоящему узнать, понять
и оценить жизненный опыт клиента, может создать терапевтическое про¬
странство, сильно отличное от обстоятельств, которые в первую очередь
были связаны с проблемами или вызвали их появление.
Леколонизаиия
ACT отдает предпочтение психологической гибкости и жизни, осно¬
ванной на ценностях, а не патологии и симптоматике. Это снижение ак¬
цента на симптомах согласуется с моими ценностями оптимизма, упомя¬
нутыми ранее, а также с моим желанием привлечь внимание к тому, как
терапевты могут помочь своим клиентам и создать более справедливое
общество, работая над деколонизацией области психологии. Терапия де¬
колонизации влечет за собой изменение подхода с решения индивиду¬
альных проблем психического здоровья на содействие реальным соци¬
альным изменениям путем устранения враждебной среды, вызывающей
проблемы с психическим здоровьем [Backos, 2021; Talwar, 2019]. Предо¬
ставление помощи для уменьшения беспокойства и депрессии может
показаться клиентам порочным кругом, в то время как они продолжают
жить в тех же ситуациях, которые в первую очередь привели их к тера¬
пии. Опыт расизма, сексизма, эйджизма, эйблизма, гомофобии/транс-
фобии (и многих других) может привести к нарушению психического
здоровья. В частности, дискриминация и предубеждения оказывают
29
Глава 1
травмирующее воздействие на людей, подвергающихся постоянному уг¬
нетению и микроагрессии [Nadel, 2018].
Настоящие изменения в профессии терапевта происходят, когда он
впервые признает дискриминацию и предвзятость внутри себя и в тера¬
певтическом пространстве. Только предприняв этот шаг, он сможет дать
себе и своим клиентам возможность работать над социальными измене¬
ниями и устранять как симптомы, так и причины проблем с психическим
здоровьем. Другими словами, когда работа терапевта предлагает помощь
человеку, а также устранение воздействия гораздо более серьезных соци¬
альных условий, вызвавших эти симптомы, тогда специалист действитель¬
но предоставляет ориентированную на клиента помощь и долгосрочные
решения.
Одним из примеров искоренения причины расстройства является уда¬
ление гомосексуализма из Диагностического и статистического руковод¬
ства по психическим расстройствам (Diagnostic and Statistical Manual of
Mental Disorders — DSM-IV; [American Psychiatric Association, 2000]). Это
произошло, когда психологи осознали, что гомофобия — это социальная
проблема и существует континуум, связанный с сексуальной ориентаци¬
ей и выражением. Другой пример деколонизации иллюстрируется шагами,
предпринятыми активистами после того, как в 1970-х годах психологи¬
ческий термин синдром избитых женщин был использован для описания
женщин, которые искали поддержки в своих бедах, связанных с оскорби¬
тельными отношениями [Walker, 2009]. Фраза подразумевала беспомощ¬
ность, расстройство возникало, когда женщины чувствовали личную от¬
ветственность за неспособность защитить себя или разорвать отношения
[Ravichandran, 2019; Walker, 2009]. Массовая активность в последующие де¬
сятилетия привела к тому, что женщины поделились своим личным опытом
и работали над созданием законодательства, признающего и криминали¬
зирующего домашнее насилие и изнасилование в отношениях. В то время
как опыт межличностного насилия одинаков, независимо от расы, класса
и культуры, движение в то время в значительной степени игнорировало и
замалчивало опыт цветных женщин, трансженщин, а также представите¬
лей сообществ ЛГБТК+: лесбиянок, геев, бисексуалов, трансгендеров, кви-
ров или неопределившихся. Следующим необходимым шагом является
деколонизирующий подход, который избегает использования предписы¬
вающих программ межличностного насилия, созданных с использованием
30
Что такое арт-терапия применительно к ACT
доминирующего нарратива, и вместо этого фокусируется на “интерсекци-
ональном анализе, поскольку проблемы, стоящие перед женщинами, по¬
стоянно смещаются и изменяются” [Ravichandran, 2019, С. 147].
Интерсекииональность
Другой пример контекста в терапии включает интерсекциональность и
включение полной идентичности человека, такой как раса, и пол, и класс, и
сексуальная ориентация. Интерсекциональность предлагает всеобъемлю¬
щий подход к пониманию и оценке клиентов с использованием социаль¬
ных и культурных точек зрения в дополнение к обычному психологическо¬
му подходу терапевта [7h/wr, 2019]. В частности, этот подход предполагает
понимание того, как маргинальные идентичности “одновременно пересе¬
каются, создавая и усугубляя опыт угнетения” [Kuri, 2017, С. 1]. Например,
идентичность человека как женщины неразрывно связана с его идентич¬
ностью как цветного человека, в то время как ее статус и дискриминация,
с которой она сталкивается, усугубляются этими двумя пересекающимися
идентичностями.
Фрагментация личности клиентов путем исключения культурного и
социального понимания их опыта ведет к потере понимания и увекове¬
чивает угнетение и дискриминацию. Угнетение в первую очередь является
причинным критерием или фактором, способствующим возникновению
многих расстройств психического здоровья. Стремление понять других с
помощью интерсекциональной точки зрения в сочетании с саморефлекси-
ей создает атмосферу уважения и понимания. Часть этой работы включает
сосредоточение повествования о жизни клиента на всех аспектах, которые
он привносит, а не на том, что предлагает терапевт, используя терапевти¬
ческую точку зрения и процесс в рамках системы психического здоровья.
Как заметили Джексон и его соавторы, “Арт-терапевты, которые регулярно
практикуют позицию любопытства, любознательности, увлеченного ис¬
следования и принятия других, помогают продвигать эту область в поло¬
жительном направлении” [Jackson et al., 2018, С. 117]. Еще одним важным
компонентом этого подхода является процесс саморефлексии терапевта,
изучение личных, культурных и социальных парадигм, влияющих на него
самого и его клиентов. В частности, гегемония, т.е. культурное, социаль¬
ное, экономическое и идеологическое влияние доминирующей культуры
31
Глава 1
[Merriam-Webster, не датировано], должна быть частью саморефлексии
терапевта. Доминирующая культура влияет на отдельных людей, сообще¬
ства, агентства и институты, а также на терапевтический процесс.
В литературе по арт-терапии авторы призывают к деколонизации те¬
рапевтических подходов и использованию пересекающихся точек зре¬
ния в работе [АН, & Lee, 2019; Crenshaw, 1989; Jackson, 2020; Kuri, 2017;
Ravichandran, 2019; Talwar, 2010, 2019]. Специалисты обязаны учиться у
арт-терапевтов с жизненным опытом и критическим анализом в соответ¬
ствующих областях расизма, дискриминации, сексизма и гомофобии. Я на¬
стоятельно рекомендую вам прочитать работы этих авторов, чтобы лучше
понять необходимость деколонизации терапевтических подходов, исполь¬
зования интерсекциональности для поддержки клиентов и принятия мер
по изменению личных практик и систем, которые увековечивают угнете¬
ние и наносят ущерб клиентам и самим терапевтам.
Культурное смирение
Культурное смирение коренится в самоанализе и самокритике по по¬
воду дисбаланса сил [Hook, 2013; Jackson, 2020; Tervalon, & Murray-Garcia,
1998]. “Джексон описывает культурное смирение как способ развития ми¬
ровоззрения с целостностью и уважением к себе и тем, с кем работает”.
Культурное смирение придает “достоинство тем, кто чувствовал себя ли¬
шенным чувства собственного достоинства” и работает на усиление “голо¬
сов, которым было отказано в праве голоса” [Jackson, 2020, С. 19]. Культур¬
ное смирение помогает терапевтам не рассказывать другим людям, что с
ними не так (например, ставить диагноз и определять целью уменьшение
симптомов), прежде чем они спросят у клиента, что для него важно, и опи¬
раться на его сильные стороны, а также на семейные и культурные спосо¬
бы познания. Культурное смирение работает в тандеме с культурным со¬
знанием. “Культурное смирение не заменяет культурную компетентность,
и это не ситуация «или-или». И то, и другое необходимо для нашей работы
как терапевтов” [L. Jackson, в личном общении, 15 января 2021 г.]. Джексон
описал четыре основных принципа, которые определяют приверженность
терапевта культурному смирению [Jackson, 2020]:
1) приверженность самоанализу и критике на всю жизнь;
2) устранение дисбаланса власти в терапии и академических отношениях;
32
Что такое арт-терапия применительно к ACT
3) развитие долгосрочных и взаимовыгодных партнерских отношений
в сообществах, в которых он работает;
4) пропаганда институциональной подотчетности.
Эти руководящие концепции применимы к ACT и арт-терапии и помо¬
гают специалистам наладить терапевтические отношения, а также устра¬
нить причины психических расстройств и проблем с психическим здоро¬
вьем.
Ценность интеграции арт-терапии в ACT
Когда я полностью приняла ACT в качестве своей психологической тео¬
рии и взяла на себя обязательство стать мастером этой теории, моя клини¬
ческая работа стала более эффективной для клиентов, а также более легкой
и значимой для меня. Я чувствовала себя более квалифицированной и спо¬
собной помочь клиентам создать ведение своего будущего и способ думать
и понимать свое прошлое и настоящее поведение, а также делать будущие
поведенческие выборы. Самостоятельное изучение теории и использова¬
ние стратегий ACT в моей жизни оказались эффективными, поскольку я
могла последовательно формировать интервенции арт-терапии с объеди¬
няющей теорией, и клиенты, казалось, лучше интегрировали работу тера¬
пии в свою жизнь.
Кроме того, арт-терапия в ACT позиционирует подход, психологическое
лечение и творческий процесс как общий человеческий опыт. Это напря¬
мую разрушает некоторые структуры власти в терапевтическом кабинете,
потому что теория и методы ACT предназначены для терапевта и клиента.
Вместо лечения или подхода, применяемого к клиентам и их проблемам,
арт-терапия в ACT предлагает возможность двум людям — терапевту и
клиенту — действовать вместе здесь и сейчас как два склонных к ошибкам
человека. Пока терапевт поддерживает клиента и помогает ему с художе¬
ственными материалами и психологическими процессами, оба ищут спо¬
соб повысить их психологическую гибкость, стимулировать творческий
процесс и осознание текущего момента, чтобы уменьшить страдания.
33
Глава 1
Резюме
Арт-терапия в ACT предлагает творческий способ развития психологи¬
ческой гибкости и интеграции поведенческих изменений для построения
жизни, основанной на ценностях. Синергетический эффект от использо¬
вания ACT и арт-терапии возникает из-за того, что оба подхода основа¬
ны на действии и осознании, способствующих изменениям. Арт-терапия
упрощает и воплощает в жизнь интеллектуальные концепции ACT через
метафору, созданную клиентом. Объединение двух подходов создает мощ¬
ную стратегию, помогающую клиентам добиться устойчивых поведен¬
ческих изменений в своей жизни, даже при наличии симптоматики или
хронических заболеваний. В следующих нескольких главах будут освеще¬
ны теоретические основы и подходы как ACT, так и арт-терапии, описана
интеграция двух подходов и представлены практические вмешательства
арт-терапии.
34
ГЛАВА 2
ACT и психологическая
гибкость
В этой главе представлен обзор литературы о происхождении ACT, ее
теоретической основе и месте в третьей волне поведенческой терапии.
Также приводится исследование того, как ACT повышает психологи¬
ческую гибкость, предлагаются стратегии, которые можно использо¬
вать для создания жизни, основанной на ценностях. Описывается гек¬
сафлекс ACT, в том числе шесть основных процессов этого подхода,
ведущих к гибкости, обсуждаются преимущества творческого мышле¬
ния в ACT и то, как психологическая гибкость может освободить чело¬
века от негативных моделей мышления.
ACT является частью яркой третьей волны бихевиоризма, в которой
под поведением подразумеваются как внешние действия, так и внутрен¬
ние переживания и контексты: мысли, чувства и телесные ощущения.
Именно принятие во внимание внутреннего контекста является причиной
того, что ACT относят к третьей волне поведенческой терапии. Исчезли
представления о том, что поведение определяется как действие, наблюда¬
емое извне. Современный способ концептуализации поведения включает
рассмотрение внутренних переживаний и индивидуальных реакций. Эти
внутренние события, за которыми наблюдает только сам человек, состав¬
ляют динамичный и незаменимый контекст его жизни. Каждый человек
постоянно сталкивается с этими непубличными, скрытыми внутри, инди¬
видуальными мыслями, чувствами и телесными ощущениями.
Использование постоянных внутренних реакций на прошлый опыт
создает новые способы понимания и изменения поведения на основе
внутреннего стимула. Изучение внутреннего контекста с помощью ACT
в терапевтическом пространстве создает возможности для обращения к
мыслям, чувствам и соматическим переживаниям, связанным с культур¬
ным контекстом, травмами и прошлым детским опытом. ACT особенно
35
Глава 2
актуальна для людей, страдающих хроническими психическими или физи¬
ческими состояниями, навязчивыми мыслями, триггерами напоминаний о
травмах, хронической болью или внутренним дистрессом, который в свою
очередь создает проблемы в отношениях. ACT расширяет возможности
клиентов, помогая им оценить свой внутренний опыт и обучая инструмен¬
там, которые позволяют изменить отношение к имеющимся переживани¬
ям и симптомам.
В ACT неприятная/нежелательная мысль рассматривается как поведе¬
ние, и цель работы состоит в том, чтобы развить психологическую гиб¬
кость относительно реакций на эту мысль. Цель терапии заключается в
создании такого пространства, где клиент сможет реагировать на возника¬
ющие у него мысли в соответствии с его лично выбранными ценностями,
а не пытаться устранить эту мысль, изменить ее или заменить другой. Пси¬
хологическая гибкость поддерживается шестью основными концепциями
ACT: осознание текущего момента, принятие, когнитивное разделение, “я”
как контекст, ценности и ответственные действия. В этой главе я расскажу
об основах ACT, целях психологической гибкости и подробно представлю
каждую концепцию гексафлекса.
Основы ACT
Гуманизм и личностно-ориентированные подходы, возникшие в ответ
на радикальный бихевиоризм, потеряли популярность, когда в крупных
больницах и страховых компаниях вошли в моду “ручные” методы ле¬
чения, основанные на фактических данных. Гуманистические установки
удивительным образом согласуются с поведенческими подходами тре¬
тьей волны, которые объединяют личностно-ориентированную и целост¬
ную помощь в практику, основанную на фактических данных [McLaughlin,
2019]. Поскольку ACT является частью контекстуальной науки, в этом под¬
ходе существующее поведение рассматривается в контексте всех других
событий, происходящих одновременно с ним. Приверженцы доказатель¬
ной практики в психологии критически относятся к ограниченным спо¬
собам познания онтологической точки зрения. Понимание собственного
“я” в конкретном контексте целенаправленно бросает вызов этому огра¬
ничению, поскольку в терапевтическом пространстве также рассматрива¬
ют “духовную” сторону, запуская процесс незападных методов познания,
36
ACT и психологическая гибкость
включающих в себя духовность и креативность. Интеграция гуманисти¬
ческих и экзистенциальных традиций в позицию поведенческого анализа,
применяемую в ACT, является уникальным отличием третьего поколения
бихевиоризма.
Повышение психологической гибкости является главной целью ACT
[Harris, 2007]. Гибкость предполагает более полный контакт человека с
текущим моментом и внесение изменений в его поведение, чтобы он мог
жить в соответствии с выбранными ценностями. Установление контакта
с текущим моментом представляет собой внимательное осознание того,
что именно происходит в данную минуту, без попыток устранить каки¬
е-то мысли, чувства или телесные ощущения, изменить или избежать их.
Клиенты могут обращаться к терапевтам ACT за помощью, испытывая
сложности, связанные с психологической негибкостью, в том числе с та¬
кими формами поведения, как привычные реакции, чрезмерная зависи¬
мость от узкого круга копинговых стратегий (копинговые стратегии, или
стратегии преодоления стресса, — действия, предпринимаемые челове¬
ком, чтобы справиться со стрессом. — Примеч. перев.) и поведение, ос¬
нованное на страхе в ответ на напоминание о нежелательном травмати¬
ческом воспоминании. Когда кто-то пытается избежать внутренних или
внешних нежелательных переживаний либо изменить их, он как будто
“прячется” от текущего момента и ригидно реагирует на происходящее.
Харрис отметил важность принятия того факта, что боль является ча¬
стью осмысленной жизни: “Чем выше ваша психологическая гибкость,
тем лучше вы можете справляться с болезненными мыслями и чувства¬
ми, действуя эффективно, чтобы сделать свою жизнь насыщенной и зна¬
чимой” [Harris, 2007, С. 33].
Все люди пытаются избежать боли, и это проявляется в терапевтиче¬
ском пространстве. Клиенты могут хотеть прекратить испытывать нежела¬
тельные эмоции, чувство пустоты, нежелательные воспоминания или ощу¬
щения в ответ на травмирующие воспоминания, пытаться контролировать
их либо убежать от них. И терапевты, и клиенты применяют разные стили
поведения, чтобы избежать нежелательных чувств и разговоров во время
терапии. Клиент может избегать рассказа о травмирующем воспоминании,
а терапевт — сознательно или бессознательно избегать обращения к болез¬
ненному материалу клиента или незаметно побуждать подопечного избе¬
гать сложного содержания.
37
Глава 2
Вне терапии люди также стремятся избежать дискомфорта. Подумайте
о чувстве одиночества, в том числе о дискомфорте, который вызывают
ваши мысли и суждения об этом чувстве. Это универсальная человеческая
эмоция; однако большинство людей прилагают огромные усилия, чтобы
не чувствовать себя одинокими. Одиночество — это чувство, которое ча¬
сто вызывает грусть, ощущение потери, горе и страх. Избегание включает
в себя все усилия, которые человек прикладывает с целью изменить или
каким-то образом устранить существующее переживание одиночества,
в том числе чувство тяжести в животе, боль в сердце и нежелательные
мысли, такие как: “Со мной что-то не так”, “Я непривлекательный” или
даже что-то похуже. Стратегии избегания варьируются от в целом без¬
вредных до крайне неадаптивных. Более адаптивной реакцией избегания
для изменения своих переживаний может быть звонок другу, игра с соба¬
кой или прогулка. Хотя они являются просоциальными и представляют
собой полезные и исцеляющие стратегии, тем не менее это шаги, которые
человек предпринимает, чтобы избежать настоящего чувства одиноче¬
ства, не желая его испытывать в данный момент. Другие стратегии, ко¬
торые могут использоваться для избегания или попытки контролировать
нежелательные чувства, мысли и ощущения, связанные с одиночеством,
включают шопинг, просмотр социальных сетей, употребление алкоголя
или многочасовую работу. Существует и множество других стратегий,
которые могут прийти вам в голову и которые вы или ваши клиенты мо¬
жете использовать с разной степенью успеха, чтобы избежать нежелатель¬
ных ощущений. Эти стратегии избегания, как правило, сопровождаются
нежелательными последствиями, такими как чрезмерные траты, потеря
драгоценного времени, похмелье и упущенные возможности в общении с
друзьями и семьей.
Более тревожные реакции, направленные на попытки избежать или
контролировать нежелательные ответы на травматические воспоминания,
включают чрезмерное употребление алкоголя/наркотиков, зависимость
или рискованное поведение, такое как незащищенный секс или небезопас¬
ное вождение. Более экстремальные способы избегания включают в себя
словесное и физическое насилие или жестокое обращение с другими людь¬
ми. Такое навязчивое поведение усугубляет проблемы с психическим здо¬
ровьем и создает ощущение неудачи, даже если изначально оно может быть
попыткой почувствовать себя лучше. Последствия такого избегающего
38
ACT и психологическая гибкость
поведения, по сути, порождают более серьезные проблемы, и клиенты об¬
наруживают, что их жизнь вращается вокруг того самого, от чего они пы¬
таются убежать в первую очередь!
Традиционные стратегии когнитивно-поведенческой терапии могут
предлагать использование более адаптивных видов отвлечения и техник
остановки мыслей (например, рисование, вязание, звонок другу, выгулива¬
ние собаки). Однако, хотя эти попытки изменить свои чувства могут быть
успешными в краткосрочной перспективе, изменения остаются неустой¬
чивыми, поскольку они зависят от постоянного использования стратегий
избегания. Нежелательные мысли, чувства и ощущения неизбежно возвра¬
щаются.
Человек не в силах изгнать чувства и воспоминания из своего опыта,
а его разум запрограммирован на то, чтобы помнить и постоянно думать.
Употребление алкоголя, “угощение” новой покупкой или компульсивное
поведение могут помочь изменить переживания в конкретный момент;
однако без осознания и принятия текущего момента огорчающие чувства
возвращаются, и часто несут с собой нежелательные последствия. Никто
не в состоянии коренным образом изменить такие человеческие пережива¬
ния, как одиночество, травматические воспоминания или нежелательные
физические ощущения. Кажется, люди обречены повторять этот цикл сни¬
жения напряжения, пытаясь избежать, контролировать или существенно
изменить свои переживания, воспоминания и чувства в текущем моменте.
Как отмечалось ранее, поведенческий выбор начинает вращаться вокруг
нежелательных чувств и мыслей, что делает эти переживания все более
важным жизненным выбором.
Какова альтернатива? Как только человек готов сойти с “беговой до¬
рожки” стремления избежать текущего момента, он может существовать
в настоящем и принимать то, что происходит. Это, однако, представляет
собой позицию готовности принять опыт текущего момента, не прилагая
усилий к тому, чтобы отрицать свои внутренние личные переживания или
избегать их. Человеку может не нравиться то, что происходит сейчас; одна¬
ко принятие текущего момента является ключом к решению его глубоких
болезненных проблем и уменьшению страданий. Когда люди перестают
использовать стратегии избегания и контроля и вместо этого полностью
переживают свои внутренние личные ощущения, они находят новые спо¬
собы отношения к своим мыслям, что позволяет разорвать цикл. Развивая
39
Глава 2
свою собственную готовность культивировать позицию принятия, тера¬
певт может научить своих клиентов делать то же самое.
Избегание нежелательных чувств и мыслей кажется универсальным
стремлением, а на самом деле представляет собой основной симптом по¬
сттравматического стрессового расстройства. Избегание подпитывает
расстройства, связанные с употреблением психоактивных веществ, само-
повреждающее поведение, расстройства пищевого поведения, обсессив¬
но-компульсивное поведение и многие другие проблемы. Неудивительно,
что изменить такое поведение и принять действительность крайне сложно,
особенно для людей с диагнозами и стратегиями поведения, которые по¬
лагаются на избегание для управления внутренним конфликтом. Это воз¬
вращает нас к цели ACT: развитию психологической гибкости, т.е. способ¬
ности быть в полном контакте с текущим моментом, не пытаясь коренным
образом изменить его, в сочетании со способностью принимать или про¬
являть упорство в действиях, которые позволяют человеку преследовать
свои личные интересы и выбранные ценности.
Основные теории, поддерживающие ACT
В главе 1 я рассказала о важности рассмотрения контекста и основопо¬
лагающей парадигме прагматизма. Прагматизм предполагает, что смысл и
истина создаются каждым человеком индивидуально, а на поведение вли¬
яет широкий контекст. Психологические теории, поддерживающие ACT,
включают в себя функциональный контекстуализм и теорию реляционных
фреймов, которые обеспечивают основу для ACT и обоснование терапев¬
тических вмешательств. Эти теории помогут вам лучше понять, чем ACT
отличается от других когнитивно-поведенческих подходов.
Функииональный контекстуализм
ACT является частью контекстуальной науки, т.е. контекст конкретного
поведения необходим для прогнозирования этого поведения и в конечном
счете для его изменения. Понимание важности контекста предлагает об¬
новленный и современный подход к поведенческому анализу. В то время
как бихевиоризм рассматривает поведение, функциональный контексту¬
ализм рассматривает контекст, в котором происходит это поведение, и то,
насколько оно полезно в данном контексте. Таким образом, функциональ¬
40
ACT и психологическая гибкость
ный контекстуализм “приглашает” в терапевтический кабинет контекст
как способ исследовать и мотивировать человека попробовать новое по¬
ведение. Контекст для каждого человека связан с его возрастом, полом,
сексуальной ориентацией, классом, культурой, способностями, религией,
страной происхождения, семьей, друзьями, обществом и, что важно, его
личной и культурной историей, а также многими другими жизненными
аспектами. Прошлые и настоящие семейные, рабочие и социальные усло¬
вия являются частью контекста человека, помогая терапевтам и клиентам
понять функциональную полезность любого конкретного поведения.
Функциональный контекстуализм задает прагматичный вопрос: “Како¬
ва функция конкретного поведения в данном контексте?” Функция связа¬
на с тем, как работает поведение, а контекст — это определенная ситуация,
в которой оно работает [Gordon, & Borushok, 2017]. Рассмотрите любую си¬
туацию, в которой вы испытываете удовлетворение или чувствуете себя
успешным, и спросите себя: “Как мое поведение «работает» в этом кон¬
тексте?” По сути, функциональный контекстуализм помогает терапевтам
мыслить прагматично, фокусируясь на том, что позволяет спрогнозиро¬
вать события и повлиять на них посредством использования экспериенци-
ально обоснованных правил и концепций [Gordon, & Borushok, 2017]. Это
побуждает терапевтов и клиентов начать задаваться вопросом: “Как то, что
я думаю и делаю, приближает меня к моим ценностям и тому, чего я хочу
в этой ситуации?”
Практики ACT базируются на этой идее, чтобы задать вопрос: “Какова
функция мысли и как эта мысль и последующий поведенческий выбор по¬
могают человеку приблизиться к его ценностям?” Этот вопрос побуждает
клиентов определить, помогает ли их текущее отношение к своим мыслям
приблизиться к их конкретной цели. Мысли и поведение могут хорошо
функционировать в одном контексте и быть неадекватными в другом. На¬
пример, сверхбдительность и мысли, которые ее вдохновляют, выполняют
адаптивную функцию для солдата в условиях зоны боевых действий. Со¬
стояние повышенной готовности и чрезвычайной бдительности позволяет
солдату достичь самой главной цели — выживания. Однако эти мысли и
поведение могут стать совершенно неадекватными в контексте безопас¬
ности, например после окончания войны и возвращения домой. Мысли
и поведение, помогавшие человеку выжить в бою, приводят к ненужным
результатам (например, состоянию повышенной тревоги) и разногласиям
41
Глава 2
с членами семьи, которые не могут понять определенные нюансы поведе¬
ния (например, когда человек настаивает на том, чтобы сидеть спиной к
стене в ресторане, безрассудно водит машину и слишком часто проверяет,
все ли в безопасности). В то время как контекстуальная функция поведе¬
ния в бою была адаптивной и сохраняла человеку жизнь, дома и в мирное
время эти стратегии вредят.
Для функциональных контекстуалистов истинность конкретной мыс¬
ли или идеи основывается на ее полезности в жизни человека [Follette, &
Callaghan, 2011]. Служит мысль или поведение полезной цели в этом кон¬
тексте? Для клиента с посттравматическим стрессовым расстройством
ответ был бы двояким: сверхбдительность служила очень важной цели на
войне, тогда как дома она бесполезна. На самом деле это настолько вред¬
но, что приводит к поведению, которое в корне противоречит целям вете¬
рана — иметь крепкую семью, наслаждаться своим домом и испытывать
чувство общности. Прагматический подход к наблюдению за симптома¬
ми посттравматического стрессового расстройства состоит не в том, что¬
бы игнорировать их, а в том, чтобы переживать эти симптомы, повышая
психологическую гибкость в ответ на внутренний стимул, вызывающий
симптомы.
Теория реляционных фреймов
Теория реляционных фреймов обеспечивает философское обоснование
ACT, объясняя функцию языка в человеческом опыте. Язык в этом кон¬
тексте включает в себя мысли, чувства и личный опыт, который человек
имеет до момента выбора поведения. Поведение пускающих слюни собак
Павлова понималось как реакция на колокольчик — звонок служил инди¬
катором того, что еда уже в пути, и поэтому у собак начиналось слюноот¬
деление. Однако предполагается, что люди сложнее собак. На человеческое
поведение влияет целый ряд раздражителей, которые не всегда очевидны
или легко воспринимаются сторонним наблюдателем [Gordon, & Borushok,
2017]. По сути, на человека влияют его мысли и то, как он разговаривает
сам с собой.
Теория реляционных фреймов рассматривает поведение как нечто
большее, чем просто то, что наблюдается двумя или более людьми, как гла¬
сит традиционное определение. Поведение включает мысли, чувства, язык
42
ACT и психологическая гибкость
и другие личные переживания [Hayes et al., 2001]. Этот внутренний личный
опыт помогает пролить свет на личные и социально сконструированные
аспекты поведения, которые люди привносят в каждую ситуацию, — вну¬
тренний контекст, влияющий на то, как каждый человек “видит” ситуацию
на основе своих внутренних стимулов и внутреннего языка. Эти внутрен¬
ние переживания включают в себя уникальное усвоенное/обусловленное
поведение с детства, а также более широкое понимание и историю обуче¬
ния, основанную на расе, культуре, этнической принадлежности, религии,
сексуальной ориентации, способностях и многих других источниках вли¬
яния. Рассмотрение всех этих пересекающихся идентичностей и внутрен¬
них переживаний человека как имеющих отношение к терапевтической
работе позволяет лучше понять функцию поведения в контексте, а также с
уважением и вниманием относиться к каждому клиенту в офисе терапевта.
Теория реляционных фреймов изучает функцию языка и то, как он влияет
на мысли и поведение человека.
В теории реляционных фреймов рассматривается, как внутренний язык
влияет на поведение. Вероятно, вы уже знаете о своем разговоре с самим
собой и о том, как он влияет на вас. Начните (или продолжите) осознан¬
ную практику наблюдения за любыми устаревшими, негативными и авто¬
матическими мыслями о себе. Каждый раз, когда вы говорите себе что-то
недоброе, просто обратите внимание на этот язык и изучите, каким обра¬
зом мысли влияют на ваш выбор поведения в данный момент. Посмотрите,
сможете ли вы выработать привычку предпринимать любые последующие
варианты действий в соответствии со своими ценностями, а не в ответ на
негативный внутренний диалог. Если вы воспринимаете необходимость
выполнения этого упражнения без воодушевления, то можете использо¬
вать мысль о тщетности перемен в качестве примера и вести себя на основе
ценностей в соответствии с личностным ростом, несмотря на эту негатив¬
ную мысль.
Почему важна психологическая гибкость
Психологическая гибкость возникает, когда человек последовательно
реагирует на текущий момент, а затем выбирает поведение, соответству¬
ющее его ценностям [Kashdan, & Rottenberg, 2010]. Гибкость помогает лю¬
дям развиваться и адаптироваться к постоянно меняющимся условиям
43
Глава 2
[Kashdan, & Rottenberg, 2010], а также избегать ограничивающих либо ри¬
гидных способов мышления или действий. Гибкость предполагает исполь¬
зование поведения для отражения того, чего человек больше всего желает
в той или иной ситуации. Это требует осознания и осмысленного внима¬
ния к личным ценностям, а затем согласования с ними своего поведения и
мыслей [Backos, 2021].
“В ACT не так уж важно, верна ли мысль” [Harris, 2007, С. 46]. Вместо
того чтобы рассматривать истинность мысли, нужно подумать, насколько
она полезна и является ли той самой мыслью, на которую хочется обра¬
тить внимание. После этого рассмотрения человек может сделать лучший
поведенческий выбор для себя и других, о которых он заботится, руковод¬
ствуясь своими лично выбранными ценностями. Вместо того чтобы оста¬
ваться сосредоточенными на своих мыслях, нужно обращать внимание на
свои ценности и внешнее поведение, которое приблизит к ним. Другими
словами, психологическая гибкость предполагает изначальное рассмотре¬
ние выбора и ценностей, а затем поведенческое реагирование на ситуации
с продуманным намерением. Таким образом, психологическая гибкость
включает в себя майндфулнесс и любопытство и позволяет человеку рас¬
смотреть каждую ситуацию на предмет того, насколько полезными могут
быть его мысли в любой момент времени, а затем продолжить или изме¬
нить свое поведение так, чтобы оно соответствовало его ценностям.
Хотите счастливой жизни с отношениями, которые будут вас удовлет¬
ворять? Исследования ACT демонстрируют, что психологическая гибкость
может помочь стать счастливее [Moradi, & Dehghani, 2018], получить боль¬
ше удовольствия от дома или семейной жизни [Hayes, 2016], уменьшить
количество проблем с психическим здоровьем [там же] и улучшить от¬
ношения [Peterson et al., 2009]. В ACT психологическая гибкость является
всеобъемлющей целью, и все стратегии данного подхода работают согла¬
сованно, чтобы поддержать этот уникальный опыт: дать человеку возмож¬
ность свободно выбирать поведение, соответствующее его ценностям, что¬
бы создать достойную, наполненную смыслом жизнь.
Знание того, что целью ACT является психологическая гибкость, помо¬
гает интегрировать каждый из шести основных процессов ACT: принятие,
майндфулнесс, разделение, “я” как контекст, ценности и ответственные
действия. Каждый из этих компонентов, поддерживающих психологиче¬
скую гибкость, будет подробно описан далее в этой главе.
44
ACT и психологическая гибкость
Более тысячи исследований в литературе по ACT демонстрируют связь
между психологической гибкостью и психическим здоровьем и то, как
негибкость позволяет прогнозировать, насколько серьезными и хрониче¬
скими станут проблемы [Hayes, 2016]. Психологическая гибкость актуаль¬
на всякий раз, когда человек использует свой разум, включая разговор с
самим собой и воспитание детей, а также моменты общения с близкими,
одноклассниками и коллегами. Психологическая гибкость определяет, как
человек проявляет себя в качестве работника, студента, любовника, роди¬
теля и гражданина. Она влияет на личное самочувствие, а также на то, как
он реагирует на социальную несправедливость и как ему удается выживать
в условиях пандемии.
Гибкость и пластичность играют решающую роль в том, как человек ре¬
агирует и как поступает в своих самых близких отношениях. Вот почему
психологическая гибкость связана с большей общей удовлетворенностью
и счастьем в отношениях. В метаанализе 174 исследований с участием
43 952 человек исследователи пришли к выводу, что осознанная гибкость
связана с вознаграждающими и удовлетворяющими отношениями и креп¬
кими семейными узами [Daks, & Rogge, 2020]. В частности, родители с более
высоким уровнем психологической гибкости использовали адаптивные
стратегии воспитания и демонстрировали менее негативные, жесткие или
мягкие стратегии воспитания. И наоборот, более низкие уровни психоло¬
гической гибкости были связаны с негативной семейной динамикой и кон¬
фликтами, а также с родительским стрессом и плохим функционировани¬
ем ребенка. В романтических отношениях люди с более низким уровнем
психологической гибкости демонстрировали неудовлетворенность собой,
своими партнерами и своей сексуальной жизнью. Те, у кого был более низ¬
кий уровень гибкости, также испытывали больше конфликтов, физиче¬
ской агрессии и беспокойства, связанного с привязанностью.
Психологическая негибкость
Напротив, психологическая негибкость подразумевает реакцию на вну¬
тренние переживания и внешние ситуации по мере их возникновения,
а не с учетом цели и ценностей. Психологическая негибкость возникает,
когда человек использует поведение избегания, чтобы контролировать
переживания настоящего момента или избегать их. Это включает в себя
45
Глава 2
веру в собственные мысли, как если бы они были истинным отражением
реальности [Harris, 2007]. Жесткое следование правилам, о которых чело¬
век может даже не знать или по крайней мере не изучить, для управления
собственными реакциями на мысли, чувства, ощущения и переживания,
ограничивает варианты поведения; по сути, он загоняет себя в угол с огра¬
ниченным выбором поведения. Внезапно он не может быть подлинным
и настоящим и вместо этого продолжает вести себя неэффективно, тем
самым вызывая больше проблем, чем решая (например, выпивка, покуп¬
ки, просмотр телевизора, социальные сети и/или еда). Если такой ответ
сработает, человек сможет использовать его снова и снова, даже если это
лишь краткосрочное решение, создающее новые проблемы. Когда кто-то
продолжает использовать одно и то же поведение в ответ на нежелатель¬
ные чувства, даже если ему не удается добиться успеха или если такое по¬
ведение вызывает еще больше проблем, это означает, что человек подвер¬
жен психологической негибкости. Когда кто-то лишает себя возможности
свободно выбирать варианты поведения в любой конкретный момент, его
поведение становится ригидным, неискренним, вынужденным и компуль¬
сивным.
Психологическая негибкость также возникает, когда кто-то использует
равнозначную реакцию каждый раз, когда сталкивается с любым нежела¬
тельным внутренним раздражителем. Примеры психологической негибко¬
сти можно увидеть у людей с диагнозом посттравматического стрессового
расстройства, когда они стремятся избежать напоминаний, воспоминаний
и нежелательных чувств, которые характеризуют навязчивый симптом по¬
сттравматического стрессового расстройства, и проявляют поведение, на¬
правленное на то, чтобы контролировать свои переживания в настоящий
момент или избегать их. Как следствие, некоторые люди могут проводить
значительное количество времени, избегая своих болезненных чувств и
воспоминаний, и, таким образом, теряют интерес и способность осмыс¬
ленно участвовать в своей жизни. Управление нежелательным чувством
и контроль над ним становится центром поведенческого выбора вместо
того, чтобы человек мог следовать за своими ценностями, помогающими
ему быть тем, кем он хочет быть.
46
ACT и психологическая гибкость
ПРИМЕР КЛИЕНТА
Давайте исследуем психологическую негибкость на примере клиента,
чтобы понять, как реагировать на травму напоминания и как можно кон¬
цептуализировать и обработать навязчивые мысли с помошью ACT и сокра¬
щения стратегий избегания. Зи, сорокалетней афроамериканке, диагности¬
ровали посттравматическое стрессовое расстройство после того, как она
подверглась сексуальному насилию со стороны незнакомца. Она столкнулась
с серьезными личными проблемами, вызванными симптомом избегания.
Зи избегала нежелательных чувств, мыслей и воспоминаний, связанных с
травмой, а также людей и ситуаций, которые напоминали ей о травме. Она
начала избегать самого места, где на нее напали, а затем это избегание по¬
степенно расширялось. Сначала она обнаружила, что избегает ресторана,
где на нее напали, и уволилась с работы. Затем Зи начала избегать улицы, а
впоследствии и всего района, а также людей, похожих на человека, который
напал на нее. Она начала чувствовать себя небезопасно в любом ресторане
и стала отказываться от приглашений на обед или ужин с друзьями и семьей.
Каждый раз, когда Зи отсутствовала дома, она испытывала нежелатель¬
ные чувства и напоминания о нападении, поэтому возвращалась домой как
можно быстрее. Ее стратегии избегания изначально работали, уменьшая тре¬
вогу и останавливая навязчивые воспоминания. Поскольку такая стратегия
"выхода" из ситуации была надежным способом почувствовать себя лучше,
Зи продолжала использовать ее, расширяя избегание. Отказ от социальных
приглашений в конечном итоге привел к проблемам с походом куда угодно:
в продуктовый магазин, на работу и на терапию. Она стала чаше оставаться
дома и начала выпивать бокал вина или жевательные конфеты с ТГК (одна из
разновидностей конфет, содержащая каннабис. — Примеч. перев.) в начале
дня, чтобы избежать нежелательных мыслей, чувств и напоминаний о травме.
Повторяющееся использование этой стратегии избегания ограничивало спо¬
собность Зи выходить из дома или передвигаться по своему району, и это ста¬
вило под угрозу ее радость от встречи с друзьями и любимыми людьми.
Избегание экспоненциально увеличило ее проблемы в категории психоло¬
гической негибкости. Симптом избегания, который первоначально помог Зи
чувствовать себя лучше и уменьшить ее тревогу в данный момент, привел к
значительным последствиям, включая одиночество, изоляцию, повышенную
тревогу и тревожное поведение, когда она находилась вне дома, а также ощу¬
щение неспособности управлять собственными чувствами. Опасаясь чего-то
большего, чем повторное нападение, Зи сообщила, что не чувствовала себя
в безопасности, куда бы ни пошла. В этом примере ее психологическая гиб¬
47
Глава 2
кость уменьшилась до такой степени, что у нее была только одна стратегия
справиться со своим дистрессом — пойти домой или вообще не выходить из
дома. Симптом избегания создал совершенно новый набор проблем, потому
что Зи не могла заниматься тем, что она ценила, и видеться с людьми, кото¬
рых любила. То, что начиналось как проблема наличия нежелательных мыслей,
чувств и воспоминаний, теперь стало проблемой, затрагивающей все аспекты
ее жизни: поведение, работу, отношения. Ее доминирующими чувствами были
страх, гнев и подозрительность. Вся жизнь Зи вращалась вокруг поведения,
которое она использовала, чтобы избежать чувств в текущий момент.
Именно тогда вмешалась семья, побудив ее поговорить со своим пасто¬
ром. Они надеялись, что Зи "справится с этим". Близкие молились за нее,
чаше навешали ее дома и в конце концов помогли ей найти психотерапевта.
При столкновении с дискомфортом от внутреннего переживания (воспоми¬
нания и телесные ошушения) или от внешнего напоминания (увидеть кого-то,
кто напомнил ей преступника), у Зи было два варианта. Первый вариант за¬
ключался в том, чтобы негибко реагировать повторяющимся поведением,
позволяющим избежать дискомфорта, контролировать или устранить его
(например, покинуть определенное место, выпить, прибегнуть к компуль¬
сивному поведению или разозлиться). Второй способ заключался в том, что¬
бы Зи рассмотрела все варианты своего поведения, используя инструменты,
позволяющие "заземлить" себя в текущем моменте, такие как глубокое ды¬
хание и приведение своего осознания к текущему моменту, чтобы понять,
что насилие, которое она пережила, произошло в прошлом, а не сейчас.
Это может выглядеть как замедление, спокойное дыхание, размышление и
принятие решения действовать здесь и сейчас, основываясь на своих ценно¬
стях. Распознав, что ее навязчивые мысли вращаются исключительно вокруг
события в прошлом (вместо того, чтобы воспринимать эти ошушения как
происходящие в настоящем), Зи смогла определить место своей травмы в
собственной жизненной истории как просто ее часть.
По опыту Зи, признание того, что ее мысли касались прошлого, а не насто¬
ящего, а также отказ от стратегий избегания облегчил процесс разрешения ее
диссоциации. Она начала использовать свои ценности, чтобы побудить себя
вернуться к жизни, которую любила и в которой чувствовала себя в большей
безопасности и комфорте. Все еше продолжая сталкиваться с воспоминани¬
ями и напоминаниями о травмах, она тем не менее обнаружила повышенную
психологическую гибкость в обшении со своей семьей и друзьями. Подчер¬
кивание ценности семьи, радости от встречи с сестрой, племянницей и ро¬
дителями, а также того факта, что она является частью своего сообщества,
побудило Зи участвовать в собственных отношениях с близкими.
48
ACT и психологическая гибкость
Как окружающая среда поддерживает
психологическую гибкость или препятствует ей
Условия окружающей среды в жизни человека создают поддержку или
препятствуют его здоровью и благополучию. Барьеры создают значитель¬
ные проблемы для клиентов, эффективно препятствуя их усилиям по по¬
вышению собственной психологической гибкости. Изучение слоев влия¬
ния на отдельных людей и семьи позволяет терапевту лучше понять своих
клиентов и барьеры, которые могут повлиять на их движение в терапии.
Теория экологических систем основывается на конвергенции литературы
по биологическим, психологическим и социальным наукам. Теория эколо¬
гических систем, разработанная Ури Бронфенбреннером (Bronfenbrenner)
в 1980-х годах, до сих пор широко используется, особенно в социальной
работе, для рассмотрения влияния окружающей среды на развитие и жиз¬
ненный опыт каждого человека [Crawford, 2020]. Влияние окружающей
среды включает в себя как жизненные условия человека в его непосред¬
ственной сфере обитания, так и более широкие сферы: культуру, общество,
экономику и политику [Soyer, 2019]. Развитие осознания этих факторов и
проксимальных систем, в которых они взаимодействуют, повышает навы¬
ки терапевта. Привлечение внимания к более широкой картине развития
и влияния на каждого человека способствует пониманию и сочувствию и,
что наиболее важно, помогает терапевту избежать патологизации клиен¬
тов на основе поведения, которое является адаптивным и происходит в от¬
вет на обстоятельства окружающей среды.
Микросистемы, такие как непосредственное окружение человека и
личные взаимодействия, могут включать семью, дом и социальную среду,
а также личный темперамент [Crawford, 2020]. Многие люди сталкиваются
с серьезными проблемами в среде, в которой их семье не хватает ресур¬
сов и присутствуют проблемы с психическим здоровьем и употреблением
психоактивных веществ. Более крупные сферы влияния, такие как экзоси¬
стемы, которые могут ограничивать психологическую гибкость, включают
негативные влияния родителей, средств массовой информации и культу¬
ры на убеждения о терапии и ценности личности в зависимости от расы,
пола, культуры, языка, страны происхождения, способностей и религии
[Crawford, 2020]. Недостаток финансовых ресурсов может ограничивать
возможности человека в плане доступа к медицинской помощи, а работа
49
Глава 2
в нескольких местах одновременно — создавать временные ограничения
и истощать энергию, которая может потребоваться для психотерапии. На¬
конец, хроносистемы включают экологические события, происходящие в
течение жизни, такие как война или террор, экономические условия и ус¬
ловия безопасности в регионе/стране, миграция, расизм, сексизм и гомо-
фобия/трансфобия, а также стандарты красоты и воспринимаемые соци¬
альные ценности [Crawford, 2020]. Эти условия, существующие во времени,
обладают длительным эффектом воздействия и оставляют травмы — как
индивидуальные, так и более глобальные, затрагивающие порой все обще¬
ство [Backos, 2021; Nadel, 2018].
Подобные состояния способны привести к адаптации, создающей пси¬
хологическую негибкость, которая может проявляться в определенном
поведении во время терапии и вне ее (например, в ригидном следовании
правилам, желании быть правым, низкой способности терпеть проявле¬
ния эмоций у себя и других, склонности к логическому мышлению и ис¬
ключению эмоционального осознания, отсутствию контакта с текущим
моментом, чрезмерной озабоченности мнениями других, отсутствию са¬
мосознания, чрезмерному акценту на безопасности и чрезмерной привя¬
занности к своему “я7эго). Без знания и понимания теории экологических
систем терапевты могут ошибочно использовать чрезмерно индивидуали¬
стическую модель для понимания клиентов. Такой подход может привести
к приписыванию патологии тому, что на самом деле является адаптивным
поведением или травматическими реакциями на давление окружающей
среды.
И наоборот, среда может оказывать клиенту поддержку и поощрение,
чтобы повысить его психологическую гибкость. Микросистема может
расширяться за счет включения в нее семьи и друзей, которые поощряют
рост и изменения клиентов. Терапевт может поощрять здоровую дружбу
и сам стимулировать клиентов к созданию расширенной поддерживающей
системы, включающей в себя тех людей из окружения клиентов, которые
их воодушевляют и на самом деле способны подставить плечо. Дополни¬
тельные факторы, поддерживающие психологическую гибкость, включают
в себя креативное мышление посредством художественного творчества
и поощрение творческих мыслительных процессов, позволяющих генери¬
ровать различные способы подхода к ситуации. Арт-терапия способствует
креативному мышлению и формирует среду, в которой психологическая
50
ACT и психологическая гибкость
гибкость может увеличиться за счет того, что клиенты идут на риск и про¬
буют новые материалы и способы познания посредством искусства.
Наконец, поддержка со стороны терапевта может положительно повли¬
ять на микросистемы и экзосистемы клиента. Терапевты преодолевают
многие системные барьеры, выступая за расширение доступа к медицин¬
ской помощи, приводя доводы в пользу ответственной нагрузки, голосуя,
переписываясь, разговаривая с друзьями и семьей, принимая законода¬
тельные меры, финансовые пожертвования или занимаясь волонтерством.
В клинической практике специалисты могут оказывать помощь историче¬
ски недостаточно охваченным группам населения, предоставлять услуги на
безвозмездной основе и контролировать других лиц, оказывающих подоб¬
ное содействие. Самое главное заключается в том, что мы должны занять
открытую, любознательную позицию культурного смирения, чтобы наша
работа с отдельными людьми, парами, семьями, группами и сообществами
была по-настоящему сострадательной и внимательной.
Готовность
“Готовность, — пишет Харрис, — это единственный способ эффективно
справляться с жизненными препятствиями” [Harris, 2007, С. 213]. Готов¬
ность является важным компонентом, помогающим терапевтам и их кли¬
ентам достичь более высокого уровня психологической гибкости. В этой
работе чрезвычайно важно, чтобы человек был готов чувствовать и пере¬
живать все, что происходит в текущий момент, независимо от того, что кон¬
кретно происходит [Harris, 2007]. Готовность, движимая выбором, — это
склонность принимать происходящее без сопротивления или “благосклон¬
но относиться” к нему [Merriam-Webster, не датировано, П. 1]. Это в корне
отличается от того, чтобы просто терпеть нежелательные чувства, мысли
и телесные ощущения до тех пор, пока они не исчезнут. Можно не любить
или даже ненавидеть то, что происходит, но оставаться готовым полно¬
стью прочувствовать настоящий момент и в конечном итоге двигаться в
желаемом направлении, основанном на ценностях. Люди регулярно де¬
монстрируют готовность отдать свои деньги бакалейщику в обмен на еду и
своему терапевту в обмен на поддержку. В настоящее время вы демонстри¬
руете, читая эту книгу, свою готовность продолжать изучать психологию
и арт-терапию во благо собственных ценностей. Можно демонстрировать
51
Глава 2
готовность, несмотря на дискомфорт и мысли, которые предлагают сдаться.
Термин синдром самозванца [Chandra et al., 2019; Feenstra et al., 2020] иногда
небрежно используется для описания чувства личного сомнения. Но это
конструкт может подорвать чувство собственного достоинства, поскольку
заставляет человека думать, что он попал в ту точку, где находится в дан¬
ный момент, исключительно благодаря удаче или ошибке. Это проявляет¬
ся в виде беспокойства по поводу того, что другие люди могут обнаружить
подлог и разоблачить такого “самозванца” на работе или в личных отно¬
шениях. Синдром самозванца может проявляться в виде сомнений в соб¬
ственной эффективности и/или знаниях в любой области жизни. На самом
деле это не синдром или диагноз, а обычные переживания, которые многие
люди могут испытать, сравнивая себя с другими. Во время использования
ACT с целью распаковать этот набор неприятных мыслей и чувств, кли¬
ент и терапевт демонстрируют готовность испытать синдром самозванца и
продолжать действовать в любом случае. Никому не нравится этот опыт, но
люди все еще продолжают ходить в школу и на работу.
Некоторые недавние исследования синдрома самозванца проливают
свет на новые способы отношения к подобным мыслям и чувствам и обра¬
щаются к социальным условиям и несправедливости [Feenstra et al., 2020].
Соотнесение этих мыслей, связанных с сомнениями, с какой-либо вну¬
тренней причиной, приводит человека к мысли о том, что он самозванец.
Однако можно относиться к этим мыслям по-разному, рассматривая более
широкий контекст. Хотя в литературе синдром самозванца часто связы¬
вают с исторически маргинализованными группами, тщательное рассмо¬
трение как внутреннего, так и внешнего контекста, который поддерживает
это чувство, позволяет терапевтам избежать патологизации клиентов. Со¬
гласно терминологии ACT необходимо рассматривать более широкий кон¬
текст, включающий в себя понимание того, каким образом этот опыт само¬
званца создается, усиливается и преувеличивается социальными барьера¬
ми и несправедливостью [Feenstra et al., 2020]. Другими словами, контекст
включает в себя опыт человека в своей семье, в обществе, а также явные
и скрытые средства, с помощью которых любому лицу, принадлежащему
к меньшинству, говорят, что он хуже других или просто недостаточно хо¬
рош. Видение того, как социальное окружение человека могло повлиять
на развитие у него синдрома самозванца, освобождает его от внутренней
боли, возникающей из-за веры в содержание подобных мыслей, и, по сути,
52
ACT и психологическая гибкость
избавляет от мыслей, связанных с синдромом самозванца. Такое освобо¬
ждение от подобных мыслей способствует готовности упорствовать даже
в присутствии нежелательных чувств. На этом примере, я надеюсь, вы ви¬
дите, как готовность играет ключевую роль в развитии психологической
гибкости.
Гексафлекс
Гексафлекс ACT (рис. 2.1) представляет собой схематическое изображе¬
ние шести основных концепций подхода, которые ведут к психологической
гибкости (от англ, “hex” — “шестиугольник”; “flexible” — “гибкость”. —
Примеч. перев.).
Пребывание
Ценности
Ответственные
действия
Я как контекст
(наблюдающее "я")
Рис. 2.1. Гексафлекс ACT
Примечание: гексафлекс показывает шесть основных процессов ACT: принятие,
контакт с текущим моментом, когнитивное разделение, “я” как контекст,
ценности и ответственные действия.
Воспроизводится с разрешения С. Хейса [Hayes, 2017]
На шести вершинах гексафлекса находятся шесть фундаментальных
областей, которые при интеграции приводят к повышению психологиче¬
ской гибкости: осознание текущего момента, принятие, разделение, “я”
как контекст, ценности и ответственные действия [Hayes, 2017]. Именно
53
Глава 2
объединение этих концепций создает волшебный ингредиент, делающий
терапию принятия и ответственности настолько эффективной. Линии на
диаграмме соединяют каждый компонент со всеми остальными. Внедре¬
ние каждой из концепций в клиническую практику постепенно приходит
вместе с пониманием, но терапевт должен изучать каждую концепцию по
отдельности, а затем интегрировать их в единую систему. Когда вы будете
читать о компонентах гексафлекса, попытайтесь подумать о том, как он мо¬
жет быть связан с каждым из других.
Контакт с текущим моментом
Контакт с текущим моментом относится к осознанию всего, что проис¬
ходит в настоящий момент, с определенным намерением, добротой и без
осуждения [Kabat-Zinn, 1990]. В ACT контакт с текущим моментом вклю¬
чает в себя открытость, принятие, контакт с моментом и со всеми личными
переживаниями, содержащимися в нем [Harris, 2007]. Содержание того, что
происходит в настоящий момент, отличается от осознания самого момента.
Другими словами, восприятие текущего момента отличается от осознания
его содержания (например, чтение этой книги, конкретные мысли, чувства
и телесные ощущения).
Один из способов “закрепиться” в текущем моменте — напомнить себе
о разнице между этими двумя явлениями и спросить себя, что происходит
в каждом из них по отдельности. Вы наблюдаете сам момент и наблюдаете
за тем, что происходит в данный момент. Кабат-Зинн говорит, что люди
могут подходить к каждому моменту с добротой по отношению к себе и
своим личным внутренним переживаниям, даже если содержание этого
внутреннего опыта нежелательно или не нравится.
Принятие
Этот основной принцип ACT означает готовность принять то, что про¬
исходит в настоящий момент, не пытаясь изменить или устранить эти со¬
бытия и ощущения [Harris, 2007]. Вместо того чтобы сжимать зубы и тер¬
петь боль нежелательных мыслей и чувств, принятие предполагает отказ
от борьбы с внутренними переживаниями и принятие того, что существу¬
ет внутри. Принятие означает, что человек учится признавать присутствие
нежелательных частей собственной личности, включая неуверенность,
54
ACT и психологическая гибкость
жестокие разговоры с самим собой и болезненные воспоминания и чув¬
ства. Принятие также включает умение ценить и даже любить эти части
себя (например, опыт, поведение, мысли и чувства, из-за которых человек
может стыдиться или смущаться). Поначалу это умение может показать¬
ся сложным, но тем не менее ACT предлагает принятие как способ мягко,
бережно и с любовью поддерживать ощущение собственного “я” и своих
переживаний.
Когнитивное слияние/разлеление
Процесс когнитивного слияния происходит, когда человек связывает
свою мысль с идеей, что она представляет собой истину. Процесс самого
возникновения мысли привязывается к ее содержанию, хотя на самом деле
они весьма различны [Harris, 2007]. Другими словами, когда человек слива¬
ется с мыслью, он путает ее с реальностью. Когда это происходит, он верит,
что мысли — это буквальная истина, и постепенно его вера в реальность
таких мыслей растет. Слияние включает в себя придание максимальной
силы вербальным процессам в уме (т.е. мыслям). Разум доминирует над
всей остальной доступной информацией, такой как контекст, регулирова¬
ние поведения и стремление к целям и ценностям [Pinto-Gouveia et al., 2020].
Напротив, когнитивное разделение происходит, когда человек спо¬
собен замечать мысли такими, какие они есть, — просто синаптически¬
ми импульсами в своем мозгу, которые однозначно воспринимаются как
просто мысли. Когнитивное разделение включает в себя признание того,
что мысли отличны от реальности и часто совершенно не связаны с ней.
Клиентка может полагать, что она непривлекательна, и эта мысль форми¬
рует ее поведение по отношению к себе и другим. Посредством процесса
разделения она осознает, что мысль “Я непривлекательна” представляет
собой лишь мысль, созданную в ее уме, а не реальность или истину. Когда
человек разделяет самого себя и веру в правдивость таких мыслей, он как
будто получает отсрочку от самоосуждения и ненависти к себе, и именно
поэтому процесс разделения часто приносит значительное облегчение. Это
открывает новые пути для взаимодействия с собой и другими людьми на
основе ценностей.
Слияние с мыслями затмевает любую другую доступную информа¬
цию, включая объективную реальность. Таким образом, не трудно понять,
55
Глава 2
почему разделение критически важно для психологической гибкости. Ког¬
да человек избавлен от своих мыслей, он может более объективно взгля¬
нуть на всю имеющуюся информацию. Использование мыслей как просто
информации и части текущего контекста освобождает человека от груза
болезненного внутреннего опыта. Следует отметить, что разделение от¬
личается от методов остановки мыслей в КПТ. Изменение отношения к
собственным мыслям, а не попытка изменить саму мысль, является отли¬
чительной чертой разделения.
"Я" как контекст
“Я” как контекст концептуализируется как расширение принципов май-
ндфулнесс, позволяющее “людям сосредоточиться на стабильном, обосно¬
ванном и устойчивом чувстве собственного достоинства, способном иметь
гибкую точку зрения” [Godbee, & Kangas, 2020, С. 917]. Рассматривая соб¬
ственное “я” как контекст того, что произошло в жизни, человек создает
пространство для объективного наблюдения за тем, что происходит сей¬
час. Представьте на мгновение, что вы видели весь свой жизненный опыт,
были свидетелем и пережили все свои лучшие и худшие дни, видели как
образцовое, так и постыдное поведение. Погружение в “себя” как контекст
означает вовлечение в ту часть себя, которая существует в настоящее вре¬
мя и которая существовала на протяжении всей жизни.
Несмотря на ограниченное количество доказательств того, что обраще¬
ние к “себе” как контексту эффективно в качестве самостоятельного спо¬
соба управления эмоциональным благополучием, оно прекрасно работает
в сочетании с остальными концепциями ACT для создания психологиче¬
ской гибкости [Godbee, & Kangas, 2020]. Следует помнить, что доказатель¬
ная практика включает в себя все концепции подхода; выбор лишь неко¬
торых концепций для использования в терапии является отклонением от
того, что клиенты и терапевты считают эффективным.
Ценности
Ценности — это уникальные, лично выбранные человеком принципы,
которые определяют его выбор и поведение. Они представляют чистосер¬
дечные, искренние желания относительно того, что человек хочет делать
со своей жизнью [Harris, 2009]. Возможно, в настоящее время человек дей¬
56
ACT и психологическая гибкость
ствует в соответствии с невысказанными ценностями, такими как забота
о своем ребенке или занятия спортом. Он заботится о своем ребенке, по¬
тому что ценит любовь к следующему поколению в своей семье. Вероят¬
но, кто-то занимается спортом, потому что ценит свое здоровье, является
терапевтом, ценя процесс оказания услуг и помощи, и проявляет доброту
к своему партнеру, дорожа любовными отношениями. Поведение, кото¬
рое человек совершает (например, обучение ребенка тому, как завязывать
шнурки, занятия спортом, проявление доброты к своему партнеру), отли¬
чается от его ценностей (быть любящим родителем, ценить свое тело и здо¬
ровье или любить и уважать своего партнера в романтических отношени¬
ях). Ценности отличаются от целей: это руководящие принципы, которые
помогают человеку ставить цели и достигать их [Backos, 2021].
Ответственные действия
Ответственные действия предполагают поведение, которое соответ¬
ствует ценностям конкретного человека [Backos, 2021; Hayes, 2016]. Дей¬
ствия, вдохновленные ценностями, делают жизнь наполненной смыслом и
приносят удовлетворение [Harris, 2009]. “Активная” часть ответственного
действия является поведенческим компонентом ACT. Для кого-то действие
может заключаться в том, чтобы провести время с любимым человеком,
потому что он ценит время, проведенное со своей семьей. Другим приме¬
ром может быть участие в профессиональном развитии, чтобы трудовая
жизнь соответствовала ценностям служения или профессионализма.
Ответственная часть действия, направленного к ценностям, настолько
значительна, что она включена в само название подхода — терапия приня¬
тия и ответственности. Ответственность исходит из личной привержен¬
ности своим ценностям, независимо от того, как человек себя чувствует в
любой день. Ответственные действия вдохновляют терапевтов и клиентов
верить в то, что они могут последовательно предпринимать шаги к тому,
что ценят, независимо от наличия симптомов психического здоровья или
нежелательных мыслей и чувств.
Таким образом, цель психологической гибкости достигается с помощью
шести основных процессов ACT, работающих в комбинации. Терапевты
могут использовать психообразование, чтобы донести до клиентов каждую
из концепций, а художественные вмешательства и словесные метафоры
57
Глава 2
применяются для достижения цели психологической гибкости. Интегра¬
ция аспектов гексафлекса в терапевтическую работу требует знания всех
шести концепций и понимания того, как определить ту из них, которая
будет наиболее эффективной для клиента в конкретный момент. Специа¬
листы также должны иметь четкое представление о том, как эти понятия
интегрируются. Например, установление контакта с текущим моментом
ведет к принятию и разделению. Они должны существовать вместе. Не¬
возможно быть в полном контакте с текущим моментом, если верить, что
содержание мыслей реально. Кроме того, разделение помогает в процессе
осознания “себя” как контекста и установления контакта с текущим мо¬
ментом. Ценности существуют, чтобы служить ориентиром и направлять
ответственные действия, которые могут существовать только при осозна¬
нии текущего момента и отношении принятия и т.д.
Чем ACT отличается от КПТ
ACT совершенно не похожа на другие поведенческие и когнитивные
теории по нескольким причинам. ACT считается частью третьей волны
бихевиоризма и делает упор на майндфулнесс и принятие для создания
поведенческих изменений второго порядка, а не на попытки изменить со¬
держание мыслей [Follette, & Callaghan, 2011; Ruiz, 2012]. Другими словами,
основное внимание уделяется жизни, основанной на ценностях, и повыше¬
нию психологической гибкости, а не попыткам уменьшить симптоматику
психического здоровья. В ACT уменьшение симптомов является результа¬
том психологической гибкости и ответственных действий, основанных на
ценностях. ACT, в отличие от других подходов, воздействует на симптомы
косвенно. Выражение симптомов опосредовано и снижено за счет психо¬
логической гибкости и ценностно-целеустремленных действий.
Кроме того, как часть традиции бихевиоризма, современный подход
ACT к лечению включает расширенное определение поведения. КПТ обыч¬
но рассматривает поведение как то, что могут наблюдать два человека —
например улыбку, слезы или реакцию страха (здесь под “двумя” подразу¬
меваются тот, кто в данный момент испытывает конкретное поведение,
и сторонний наблюдатель; т.е. поведение в КПТ — то, что можно заметить
со стороны. — Примеч. перев.). В отличие от этого более старого опреде¬
ления поведения, ACT рассматривает частные внутренние ощущения как
58
ACT и психологическая гибкость
поведение. Это внутреннее поведение наблюдает только один человек —
тот, который его испытывает. Расширение определения поведения пред¬
лагает средства обращения и изменения отношения к нежелательным
одиночным переживаниям, таким как мысли, чувства, воспоминания, те¬
лесные переживания и ощущения. Расширение того, что может рассматри¬
ваться как поведение, имеет решающее значение для того, чтобы психо¬
логия обрела определенную независимость от жестких рамок некоторых
определений. Использование ACT для помощи клиентам в определении их
собственных ценностей усиливает опыт клиента.
КПТ учит стратегиям остановки или изменения мыслей о травматиче¬
ском опыте, тогда как ACT учит новым способам обращения с воспомина¬
ниями о травме, которые включают в себя принятие и устранение. В ACT
убеждения и мысли не бывают правильными или неправильными, скорее
их можно описать с точки зрения их работоспособности. Терапевт может
спросить клиента, полезны ли его мысли, убеждения и поведение для про¬
движения к жизни, основанной на ценностях? Майндфулнесс учит, что че¬
ловек не может контролировать содержание мыслей, но способен контро¬
лировать реакцию на это содержание.
Клиентов ACT, которые ранее получали когнитивно-поведенческую те¬
рапию, обычно просят забыть о таких стратегиях, как остановка мыслей и
отвлечение внимания в качестве методов преодоления навязчивых мыс¬
лей. Вместо этого им предлагается признать и принять присутствие воспо¬
минаний как часть собственного важного прошлого опыта. ACT предла¬
гает клиентам отказаться от борьбы со своими мыслями и убеждениями и
побыть с собой и с тем, что происходит в конкретный момент. Вместо того
чтобы пытаться остановить воспоминания или изменить свой текущий
моментальный опыт с помощью неадекватных и неэффективных страте¬
гий избегания, клиентам предлагается проявлять любопытство к тому, что
происходит в их уме каждый раз, когда они сталкиваются с нежелательны¬
ми воспоминаниями или убеждениями. Затем клиенты могут решить, как
реагировать на мысли, которые мешают им действовать в соответствии с
их личными ценностями.
Управляемые образы часто используются в когнитивно-поведенче¬
ской терапии для изменения переживаний текущего момента, повыше¬
ния позитивного настроения и привлечения внимания к новым мыслям.
Цельуправляемого воображения аналогичнатрадиционнойкогнитивно-
59
Глава 2
поведенческой терапии: изменить свои мысли и чувства. В противовес
этому ACT использует медитацию майндфулнесс, в которой клиенты на¬
блюдают за своими мыслями, не пытаясь их изменить. Цель медитации
майндфулнесс аналогична цели ACT: наблюдать за мыслями и создавать
новые отношения с ними.
В отличие от когнитивно-поведенческой терапии, ACT представляет
собой контекстуальную теорию, означающую, что работа сосредоточена
вокруг клиента как контекста. ACT фокусируется на том, насколько вну¬
треннее и внешнее поведение может быть полезным в определенном кон¬
тексте или неадекватным в другом. Нужно помнить, что цель ACT состоит
в том, чтобы клиенты увеличили свою психологическую гибкость, разви¬
вая широкий спектр поведенческих реакций, из которых можно было бы
выбирать в любой конкретной ситуации, и осознанно следовать моделям
поведения, соответствующим их ценностям. Это достигается за счет новых
способов отношения к переживаниям — без попыток избежать, заменить
их другими или уйти от них. Контекстом поведенческой реакции может
быть стратегия выживания, которая является адаптивной в кризисной
ситуации: замирание, борьба или бегство. В контексте жестокого детства
может возникнуть любая из этих кризисных реакций. После травмы по¬
давление или избегание чувств может быть адаптивным средством выжи¬
вания. Для ребенка, выросшего в доме, где к нему проявляли жестокость,
эта стратегия означает возможность выжить, когда он не может уйти или
получить помощь. Продолжение использования этих стратегий выжива¬
ния из детства во взрослых отношениях отражает психологическую негиб¬
кость в новом контексте.
Чтобы определить разницу между ACT и традиционной КПТ с точки
зрения эффективности, во многих исследованиях сравнивали два подхода
[Collard, 2019; Niles et al., 2017; Ruiz, 2012]. Co временем исследования показа¬
ли, что ACT приносит равную пользу, а впоследствии превосходит резуль¬
тативность подходов КПТ. Например, в метаанализе, сравнивающем ACT
и традиционную когнитивно-поведенческую терапию, были рассмотрены
16 экспериенциальных исследований с акцентом на их эффективность в
отношении лечения тревоги, депрессии, зависимости, рака и хронической
боли с участием 954 человек [Ruiz, 2012]. ACT оказалась предпочтительнее,
чем КПТ, об этом свидетельствуют средние размеры эффекта (насколько
важны или велики различия), а также первичные результаты (наиболее
60
ACT и психологическая гибкость
важное изменение, искомое в исследовании). В частности, автор обнару¬
жил, что ACT превзошла когнитивно-поведенческую терапию в снижении
тревоги и депрессии и улучшении качества жизни. Другими словами, в этом
обзоре были обнаружены важные различия между исследованиями ACT и
КПТ, которые показали, что ACT эффективнее помогает людям улучшить
свое самочувствие. Согласно другим исследованиям ACT и КПТ дают
схожие результаты. В одном крупном рандомизированном исследовании
(N = 208) были обнаружены эквивалентные показатели успеха между ACT
и КПТ в течение одного года для групповой терапии, направленной на пре¬
кращение курения [Niles et al., 2017]. Исследователи определили, что ACT
аналогична или лучше для женщин-заключенных (N = 50) с зависимостями
и сопутствующими психическими расстройствами [Lanza et al., 2014].
Поскольку ACT проистекает из бихевиоризма, КПТ и терапия приня¬
тия и ответственности могут на практике сосуществовать в плане лечения.
Критика исследований ACT связана с частично совпадающими концепци¬
ями и неуверенностью в различиях между двумя подходами на практике
или в том, кто может извлечь выгоду из преобладания одного подхода над
другим. В частности, общие черты ACT и КПТ связаны с “имплицитны¬
ми и явными фокусами внимания в разных моделях” [Collard, 2019, С. 1],
а также с идиосинкразическим использованием языка между двумя под¬
ходами. Другими словами, некоторые концепции могут быть схожими на
практике, даже если философские подходы и теоретические основы весьма
различны. Основы ACT, заключающиеся в теории реляционных фреймов и
функционального контекстуализма, закладывают фундамент уникальных
исследовательских и терапевтических практик ACT. Контекстуализм име¬
ет решающее значение в ACT, поскольку он фокусирует внимание на мно¬
жестве перекрывающихся личностей и ситуаций, которые каждый клиент
привносит в терапию.
Таким образом, ACT фокусируется на изменении отношения человека к
мыслям, чувствам и телесным ощущениям без попыток изменить эти пере¬
живания, помогая клиентам принять дистресс как часть жизни, ведя себя в
соответствии с собственными ценностями. Контекст, внутренние поведен¬
ческие реакции и ценности обеспечивают уникальную точку зрения ACT.
В отличие от КПТ, цель ACT состоит не в том, чтобы изменить происходя¬
щее внутри, а в том, чтобы по-другому реагировать и сосредоточиться на
решениях, основанных на ценностях.
61
Глава 2
Интеграция личной философии
и профессиональной практики
ACT в сочетании с арт-терапией привносит прагматизм в терапию как
для терапевта, так и для клиента, и приведенная ниже цитата указывает
на силу вплетения личных убеждений в терапевтическую философию.
Обладая более чем десятилетним опытом работы в качестве фасилита¬
тора выразительного искусства для людей с приобретенными травмами
головного мозга, Шари Вайзер рассказывает, почему она выбрала ACT в
качестве своей теоретической ориентации. Вайзер получила степень ма¬
гистра в области арт-терапии и семейной терапии в Доминиканском уни¬
верситете. Во время пандемии работа Шари была сосредоточена на людях
с приобретенными травмами головного мозга, чьи психосоциальные про¬
блемы были осложнены и усугублены условиями, созданными пандемией
Covid-19. В ее недавнем исследовании Zoom Art Program with Adults Living
with Acquired Brain Injury: The Effect of Using Videoconferencing to Deliver ACT
Art Therapy Intervention (Программа Zoom Art для взрослых, живущих с
приобретенной травмой головного мозга: влияние видеоконференций для
проведения арт-терапевтического вмешательства с использованием ACT;
[Weiser, 2021]) изучалась эффективность групповых сеансов арт-терапии
ACT, проводимых во время Covid-19 посредством видеоконференций.
Вайзер использует ACT, чтобы поддержать свою веру в то, что навыки ре¬
шения проблем можно улучшить, исследуя потенциал и реальность, укре¬
пляя навыки общения и развивая связи с другими.
Я тяготела к концепциям ACT еще до того, как узнала о существовании
терапии принятия и ответственности. Будучи человеком, рожденным с замет¬
ным отличием от других, я всегда буду карликом. Я поняла, что если бы тра¬
тила все свое время на беспокойство о том, какой была бы жизнь, если бы я
была выше, я бы ничего не сделала. Я должна была понять, кто я, и развить
чувство мироощущения вокруг того, чтобы отличаться от других людей, чтобы
быть счастливой и процветающей в этом мире. Я должна была понять, чем я
хочу заниматься, и тратить свое время на это, зная, что было бы пустой тра¬
той времени мечтать об игре в баскетбол в лиге НБА. Только недавно, когда
я училась в магистратуре на арт-терапевта, я лучше осознала свой способ
решения этой проблемы; это то место, где я соприкоснулась с концепциями
ACT. Оказывается, моя внутренняя реальность — жить правдой ACT: практико¬
62
ACT и психологическая гибкость
вать навыки майндфулнесс, развивать самопринятие и укреплять психологи¬
ческую гибкость.
У людей, страдающих хроническими заболеваниями или неразрешимыми
личными травмами, таких как те, с кем я работаю, у кого были черепно-моз¬
говые травмы, всплывет “хлам”. Когда это происходит, это может быть дей¬
ствительно отвратительным, и некоторые части таких ощущений могут быть
неразрешимыми. Одни виды помощи полезны в этой ситуации, а другие нет.
Я, например, большой поклонник позитивного мышления, но оно не всег¬
да полезно, особенно когда нет способа устранить проблему. ACT признает
произошедшее. Этот подход предлагает полезный инструмент для решения
проблем, позволяя человеку, находящемуся в неизменном состоянии, пред¬
ставить себе жизнь за пределами этих реальных или воображаемых границ.
После того как я прожила всю жизнь в своем теле, принятие себя и гибкость
помогли мне процветать, и ACT обеспечивает структуру, позволяющую доне¬
сти эту философию до моих клиентов.
Резюме
Цель ACT — повысить психологическую гибкость, чтобы позволить че¬
ловеку жить жизнью, основанной на ценностях. Эта цель достигается пу¬
тем установления контакта с внимательным осознанием текущего момента,
а затем поддержания этого осознания без попыток избежать, изменить или
убрать свои переживания, мысли, чувства или телесные ощущения. Шесть
компонентов гексафлекса ACT (осознание текущего момента, принятие, ког¬
нитивное разделение, “я” как контекст, ценности и ответственные действия)
представляют собой переменные, которые должны быть реализованы в ле¬
чении, чтобы практика, основанная на доказательствах, была эффективной.
Ценности обеспечивают дорожную карту для направления и цели в жизни,
и одновременно являются инструментом для определения работоспособно¬
сти любого поведения, помогая решить, будет заданное поведение двигать
человека ближе к его ценностям или удалять от них. ACT является частью
третьей волны бихевиоризма и предлагает уникальный подход к изменению
отношений человека с его собственными мыслями, убеждениями, чувства¬
ми, воспоминаниями и телесными ощущениями, а также дает направление
для выбора поведения. ACT предполагает использование контекста в тера¬
певтическом пространстве, что вдохновляет на включение культурного сми¬
рения как жизненной необходимости в познании себя и других.
63
ГЛАВА 3
Краткое введение
в арт-терапию
Основываясь на художественных традициях, существующих во всех
культурах, арт-терапия предлагает уникальный терапевтический под¬
ход, помогающий клиентам в творчестве и подлинном самовыражении.
В этой главе рассматриваются исторический контекст искусства как
инструмента самовыражения и основы арт-терапии как области обе¬
спечения психического здоровья. Также приводятся некоторые гипо¬
тетические механизмы изменений в арт-терапии и то, как психология
и нейропсихология влияют на теорию и практику искусства. Будут рас¬
смотрены достижения в области арт-терапии за последнее десятиле¬
тие, в том числе ее доказательная база, а также культурно смиренный
и основанный на сильных сторонах личности подход к арт-терапии.
Человечество и цивилизации используют искусство, чтобы документи¬
ровать свое существование, выражать красоту, передавать мысли и чув¬
ства, определять свои духовные убеждения и делиться ими, рассказывать
истории, доказывать свою точку зрения, продавать товары и протестовать.
Более того, искусство преследует эволюционную цель и играет важную
роль в создании, определении и развитии цивилизаций [Dissanayake, 1992].
Установление норм, выражение убеждений и отношение к другим людям
или высшей силе стало возможным благодаря эстетике [Dissanayake, 1992].
Несмотря на то что невозможно указать точное время, когда искусство
стало инструментом самовыражения, самое раннее задокументированное
абстрактное искусство было создано с помощью охристого мелка на камне
примерно 73 тыс. лет назад в Южной Африке [Henshilwood et al., 2018]. Аб¬
страктное и фигуративное искусство, распространенное в Европе, Азии и
Африке около 40 тыс. лет назад, представляет то, что считается основным
визуальным показателем познания и поведения. Заштрихованные знаки,
найденные в Южной Африке, появились задолго до этих фигур и вызыва¬
ют интерес к тому, как люди начали создавать линии и изображения.
65
Глава 3
Стремление к самовыражению является биологическим и универсаль¬
ным. Подобно тем, кто 73 тыс. лет назад рисовал отметки на камнях, ма¬
ленькие дети с удовольствием рисуют карандашом по бумаге. Нанесение
штрихов на бумагу имеет первостепенное значение, тогда как то, что имен¬
но представляют собой эти штрихи (например, животное, человека), явля¬
ется второстепенным или не имеет значения. Подростки и молодые созда¬
тели граффити выражают сильное желание “оставить свой след” и увидеть
свое имя, символ или изображение на стене.
Постепенно искусство, отражающее дух общего эмоционального состо¬
яния человека, выходит за рамки духа времени и становится классическим
средством выражения в различных культурах. Древнегреческие худож¬
ники определяли свои отношения с богами таким образом, который мы
можем оценить и сегодня. В наше время газеты публикуют политические
комиксы, а протестные и мемориальные фрески постоянно появляются по
всему миру. Предприятия используют символы в искусстве, чтобы легко
передать сложную информацию для стимулирования продаж. Элегантный
дизайн спортивного логотипа или сайта социальной сети передает множе¬
ство идей всего одной линией или простой формой. Нет сомнений в том,
что искусство, вдохновленное окружающей жизнью, влияет на каждый
аспект человеческой культуры и повседневного опыта.
В этой главе я представлю краткое введение в арт-терапию и то, как она
использует стремление к самовыражению, превращая его в терапевтиче¬
скую модальность. Я включу краткий обзор арт-терапии, развитие теории
и механизмы изменений в ней, роли арт-терапевтов, а также неврологи¬
ческие данные, подтверждающие важную роль использования искусства в
терапии. Я буду вплетать ценности социальной справедливости в эту главу.
Искусство И ПСИХОЛОГИЯ
Искусство и наука объединились в начале 1900-х годов, что открыло
путь для слияния творчества и психологии. В салонах Вены художники
встретились с исследователями и врачами Венской школы медицины для
интеллектуальной стимуляции и вдохновения. Возникли новые идеи о
том, как человек воспринимает мир и как чувствует себя в ответ на то, что
происходит вокруг него. Художники и интеллектуалы, такие как Зигмунд
Фрейд (Freud), Артур Шницлер (Schnitzler), Эгон Шиле (Schiele), Густав
66
Краткое введение в арт-терапию
Климт (Klimt) и Оскар Кокошка (Kokoschka), часто посещали эти салоны,
делясь идеями и вдохновением [Kandel, 2012]. Связи между художниками
и врачами привели к значительным прорывам в искусстве и психологии
[Kandel, 2012]. Полученные в то время идеи заложили основу для науки о
мозге, что помогло открыть новые способы связи искусства и науки [King
et al., 2019]; при этом обе дисциплины стремятся к выражению внутренних
истин.
В прошлом веке психоаналитическая традиция вдохновляла многих
ранних арт-терапевтов, в том числе Маргарет Наумбург, которая считается
основоположницей арт-терапии в Соединенных Штатах [Naumburg, 1987].
Она подчеркивала использование искусства для поощрения свободных
ассоциаций и раскрытия бессознательного материала у своих пациентов
и называла свою работу динамически ориентированной арт-терапией
[Naumburgy 1987]. Многие внесли свой вклад в развитие и эволюцию про¬
фессии арт-терапии, в том числе терапевты других рас и национальностей:
Клифф Джозеф, Шарлотта Бостон, Шантель Лампкин, Шерил Доби-Коу-
пленд, Фиби Фаррис и Сангита Леви [Joseph, 2006; Boston, 2005; Lumpkin,
2006; Doby-Copeland, 2006b; Farris, 2006; Levy, 2006]. Часто цитируются и
другие, в том числе Сьюзен Лангер (Langer), Эдит Крамер (Kramer), Дорис
Аррингтон (Arrington), Джуди Рубин (Rubin), Харриет Уэйдсон (Wadeson)
[Carolan, & Stafford, 2018]. Арт-терапия зарождалась в то время, когда пси¬
хоанализ доминировал в области психологии, и с тех пор она эволюциони¬
ровала, включив в себя многогранные психологические подходы [Carolan,
& Stafford, 2018], глобальные проекты [Etherington-Reader, 2018], социаль¬
ную справедливость [Harrison, 2018; Jackson et al., 2018; Jackson, 2020; Talwar,
2019] и значительную доказательную базу [Chapman, 2014; Kinget al., 2019].
Ссылаясь на арт-терапевтов, Кэролан и Стаффорд отметили: “Нас
прельстило огромное влияние научного процесса как способа познания”
[Carolan, & Stafford, 2018, С. 19]. Удивительные новые идеи и разработки
в области психологии, нейропсихологии, генетики и медицины помогают
нам понять мозг и его функции [King, 2016]. Эти знания в сочетании с до¬
кументацией об эффективности лечения предоставляют более глубокое
понимание изучаемой темы, а часто еще и новые эффективные методы ле¬
чения. Однако арт-терапевты с помощью творческих методов продолжа¬
ли свои поиски знания [Allen, 1995; Carolan, & Stafford, 2018; Langer, 1942].
Традиционные материалы были дополнены цифровым искусством и видео
67
Глава 3
[Andrus, 2019]. Арт-терапевты по-прежнему стремятся повысить свою ос¬
ведомленность о культурно смиренных способах познания [Backos, 2021;
Jackson, 2020], а также исследовать традиционные и новые способы исполь¬
зования материалов.
Искусство и права человека
Всеобщее стремление к творческому самовыражению не только со-
храняется, но и закрепляется как право человека. Примерно в то же вре¬
мя, когда появилась арт-терапия, свобода и право на художественное и
творческое самовыражение были закреплены в Декларации прав челове¬
ка Организации Объединенных Наций, в которой говорилось: “Каждый
человек имеет право на свободу мнений и их свободное выражение; это
право включает свободу беспрепятственно придерживаться своих мнений
и свободу искать, получать и распространять информацию и идеи любы¬
ми средствами и независимо от государственных границ” [United Nations
Declaration of Human Rights, 1948, C. 5].
В связи с фундаментальным аспектом культурных прав право человека
на творчество включает в себя свободу “искать, получать и распростра¬
нять всякого рода информацию и идеи «в форме искусства»”, а также “пра¬
во пользоваться искусством и творчеством других” [United Nations, 2021,
П. 1]. Кроме того, Организация Объединенных Наций утверждает, что
государства обязаны уважать свободы, необходимые для творческой дея¬
тельности и действий [UnitedNations, 2021].
Организация Объединенных Наций подчеркивает свободу человека,
связанную с искусством, включая “право всех людей свободно испытывать
и вносить свой вклад в художественное самовыражение и творчество по¬
средством индивидуальной или совместной практики, иметь доступ к ис¬
кусству и пользоваться им, а также распространять их выражения и творе¬
ния” [United Nations, 2021, П. 3]. Фундаментальное право на творческое са¬
мовыражение сохраняется и оказывает влияние на работу арт-терапевтов.
Ценность, приданная в то время искусству Организацией Объединенных
Наций, а также понимание взаимосвязи между искусством и наукой созда¬
ли открытую среду, в которой могла возникнуть и процветать арт-терапия.
68
Краткое введение в арт-терапию
Что такое профессия арт-терапевта
Арт-терапия возникла как профессия спустя долгое время после того,
как искусство стало использоваться для оценки и улучшения состояния
психиатрических пациентов. Творческое искусство, также используемое в
больницах как форма отвлечения внимания, профессиональной деятель¬
ности и терапии, традиционно предлагало психиатрическим и медицин¬
ским пациентам возможность участвовать в просоциальной и продуктив¬
ной деятельности. Творческое самовыражение давало пациентам возмож¬
ность освоить новый навык, успокоить свой разум и заняться осознанной,
проницательной, веселой или отвлекающей деятельностью, чтобы углу¬
бить свою связь с собой и стабилизироваться, исцелиться и процветать.
Арт-терапия — это профессия в области психического здоровья, кото¬
рая “обогащает жизнь людей, семей и сообществ посредством активного
творчества, творческого процесса, прикладной психологической теории и
человеческого опыта в рамках психотерапевтических отношений” (Амери¬
канская ассоциация арт-терапии; [ААТА, 2017, П. 1]). Как писал Кинг и его
соавторы: “Арт-терапия — это профессия, а не вмешательство” [King, 2019,
С. 149]. Другими словами, арт-терапия — это отдельная профессия, специ¬
алисты которой обучены как арт-терапии, так и психологии. Вместо того
чтобы использовать искусство просто как диагностический инструмент,
арт-терапия предоставляет средства для изучения эмоций и поддержки
людей всех возрастов в решении широкого спектра проблем, расстройств
и инвалидности, а также в духовном и личностном росте [ААТА, 2017;
British Association of Art Therapists (BAAT), 2014].
Используя художественные материалы и творческое самовыражение в
качестве основных средств общения и личного самовыражения, практи¬
ка арт-терапии отличается от рекреационной терапии или занятий искус¬
ством [ВААТ, не датировано]. Хотя арт-терапия часто доставляет удоволь¬
ствие, она предлагает использовать невербальные средства лечения для
уменьшения психологических симптомов и укрепления психического здо¬
ровья. Помимо того, что доступно через вербальное выражение, процесс
вовлекает всю личность: разум, тело и дух [ВААТ, не датировано]. В част¬
ности, арт-терапия дает возможность отдельным лицам, парам, семьям,
группам и сообществам выражать свои ощущения и переживания и совер¬
шать позитивные внутренние и внешние преобразования.
69
Глава 3
Уходя от первоначального влияния психоанализа, область арт-терапии
значительно расширилась за последние более чем 50 лет, охватив множе¬
ство теорий, в том числе личностно-центрированную, феминистскую, ин-
терсекциональную, культурное смирение, семейные системы, экзистен¬
циальную, когнитивную и другие теории и философии. Арт-терапевты
работают с людьми всех возрастов и всех типов способностей, диагнозов
или проблем. Нейропсихологические исследования используются арт-те¬
рапией как средство демонстрации или документирования преимуществ
творческого процесса. Кроме того, арт-терапия развивалась, чтобы отра¬
жать культуру и ценности людей, занимающихся ею, особенно в нюансах
защиты социальной справедливости и доступа к психическому здоровью
[ВААТ, не датировано]. Этот “культурный поворот” в арт-терапии жизнен¬
но важен для понимания клиентов и предоставления услуг, учитывающих
культурные особенности и основанных на сильных сторонах сообщества и
отдельных лиц [Talwar, 2019, П. xii].
Профессия арт-терапевта не похожа ни на одну другую. Гораздо более
тонкая, чем уроки рисования, арт-терапия предоставляет клиентам инно¬
вационные способы раскопать и исследовать свои воспоминания, мысли,
чувства и нежелательные внутренние переживания. В то время как профес¬
сиональные терапевты в больницах и других учреждениях предлагают важ¬
ные занятия, в том числе уроки искусства, арт-терапевты проводят психо¬
логическое лечение, используя искусство в качестве основного метода.
Хотя цели арт-терапии аналогичны целям экспрессивной терапии, стоит
отметить различие между этими двумя модальностями. Они могут выгля¬
деть похожими с точки зрения средств выражения. Арт-терапия включает
в себя классические и современные изобразительные и тактильные виды
искусства, такие как живопись, скульптура, коллаж, рисунок, эстамп, фо¬
тография, граффити, карикатура, журнал, текстиль, мозаика, изготовление
гравюр, экоарт, цифровое искусство, а также другие культурные направ¬
ления, соответствующие художественным традициям, такие как оригами,
перешивка, создание костюмов и общественные художественные проекты.
Экспрессивные искусства используют различные творческие процессы,
включая музыку, поэзию, творческое письмо, изобразительное искусство,
театр, а также танец и другие движения. Однако в то время как арт-терапия
делает упор на визуальные, тактильные и лингвистические художествен¬
ные модальности в целях исцеления, экспрессивные терапевты вовлекают
70
Краткое введение в арт-терапию
клиентов в выразительное искусство с целью ускорения личностного роста,
а также развития сообщества (Международная ассоциация терапии экс¬
прессивными искусствами, [International Expressive Arts Therapies Association,
не датировано]). В арт-терапии создание произведений искусства для лич¬
ного самовыражения и инсайтов воплощает в себе основные средства, спо¬
собствующие исцелению от психических расстройств, а также личному,
парному, семейному, групповому и общественному исцелению. Арт-тера-
певты иногда используют другие области творчества, чтобы поддержать
клиентов и понять их уникальный визуальный художественный процесс.
Например, размышления над художественным процессом в арт-терапии
могут включать в себя творческое письмо, ведение дневника или внимание
к движению в творчестве, чтобы помочь клиентам полностью выразить
эмоции и мысли, возникающие в процессе создания визуального искусства.
Арт-терапевты имеют степень магистра или доктора в области арт-те¬
рапии и проходят значительную подготовку и супервизию в клинической
практике как до, так и после окончания учебы. Таким образом, легко по¬
нять, почему простого посещения занятий или семинаров недостаточно для
подготовки клиницистов, которые хотят продвигать себя в качестве арт-те-
рапевта. Многие терапевты используют художественные изображения и
игру на своих терапевтических сеансах. Тем не менее практика арт-терапии
и звание арт-терапевта зарезервированы для профессионалов, которые сле¬
дуют определенному набору этических руководств и принципов и специ¬
ально обучены использованию медиа и метафор [ВААТ, не датировано].
Как арт-терапия вызывает изменения
Предположения, лежащие в основе механизмов изменений в арт-тера¬
пии, относятся к интегративному неврологическому опыту визуального
ввода и кинестетической поведенческой реакции, а также к одновремен¬
ному использованию эмоций и мыслей в творческом опыте. Во-первых,
когнитивные, эмоциональные и поведенческие практики, которые исполь¬
зуются в арт-терапии, могут не только вызывать, но и поддерживать из¬
менения [King et al., 2019]. Спросите художников об их рабочем процессе,
и они назовут создание картины увлекательным, захватывающим, жиз¬
ненно важным и терапевтическим. Предложите детям художественные
материалы, и они часто будут полностью поглощены своим творческим
71
Глава 3
самовыражением. Одним из важных механизмов изменений в арт-тера¬
пии является ее уникальная способность открывать доступ к ранее недо¬
ступным внутренним и внешним переживаниям и экстернализировать их
через искусство и язык. Другими словами, доступ человека к своему вну¬
треннему миру и его выражение, созданное из личных историй и реакций,
по своей сути помогает “чувствовать себя лучше” или уменьшать нежела¬
тельные психологические симптомы. Существует множество литературы о
положительном эффекте арт-терапии, о котором сообщают сами пациен¬
ты, занимающиеся ею [Alexander, 2020; Backos, 2021, Chapman, 2014; Kinget
al., 2019].
Второй механизм изменений проявляется в успехе визуального спосо¬
ба выражения, когда язык недоступен. В частности, довербальные пере¬
живания могут быть выражены детьми и взрослыми с помощью визуаль¬
ных модальностей в арт-терапии [Backos, 2021; Chapman, 2014; King, 2016].
Довербальный опыт может возникнуть до того, как разовьется речь, что
особенно актуально в терапии в случаях пренебрежения или физического/
сексуального насилия в отношении очень маленьких детей или взрослых,
подвергшихся насилию в детстве. Травматический опыт также имеет не¬
вербальный компонент. Невербальный характер травматического опыта
имеет решающее значение в работе с подростками и взрослыми, пережив¬
шими межличностные и общественные травмы, а также природные или
техногенные катастрофы. Невербальные переживания являются результа¬
том неспособности мозга получить доступ к вербальным схемам, как это
происходит во время травматического опыта, когда лимбическая система,
поддерживающая эмоции и память, подавляет другие функции мозга, что¬
бы использовать бегство/борьбу/замирание для выживания [Backos, 2021;
Chapman, 2014; Hass-Cohen, & Carr, 2008; Spring, 2004].
Когда люди испытывают значительный страх и травму, лимбическая си¬
стема берет верх, и вербальные области мозга затормаживаются [Kinget al.,
2019]. Таким образом, необходимо создать вербальное описание и связное
повествование о травме, поскольку переживание в первую очередь закоди¬
ровано в чувственных ощущениях и визуальных образах, а не в вербаль¬
ном повествовании [Backos, 2021; Backos, & Mazzeo, 2017; Chapman, 2014;
Hass-Cohen, & Carr, 2008; King et al., 2019]. Другими словами, физические
ощущения, а также определенные звуки и образы, связанные с травмой,
ясно вспоминаются и даже переживаются заново. И наоборот, логическая
72
Краткое введение в арт-терапию
последовательность воспоминаний остается фрагментарной и нечеткой.
Отсутствие доступа к языку иллюстрируется пережившими травму людь¬
ми, которые сообщают о потере слов, чтобы описать то, что с ними прои¬
зошло [Backos, 2021; Chapman, 2014].
Благодаря своей клинической работе арт-терапевты знают, как часто у
людей бывает заторможена речь. Арт-терапия предлагает эффективный до¬
ступ к визуальным и кинестетическим аспектам памяти. Как заметил Хоуи,
“рука помнит то, что забыл разум” [Howie, 2017, С. 3]. Через кинестетиче¬
ский процесс арт-терапии клиенты получают поддержку в изучении соб¬
ственного разума и своих забытых чувств, мыслей и воспоминаний [Howie,
2017]. Воспоминания, особенно травматические, могут быть чувственными,
вербальными и визуальными. Доступ к внутренним переживаниям челове¬
ка, включая мысли, чувства, физические ощущения и телесные воспоми¬
нания — именно это делает арт-терапию настолько эффективной, помогая
людям преодолеть травматический стресс [Backos, 2021]. Третий механизм
изменений связан с концепцией потока и с тем, как разум концентрирует
внимание на задаче, когда эта задача увлекательна и достаточно сложна
[Csikszentmihalyi, 2008; Kapitan, 2013]. Художественное творчество предла¬
гает задачу, которая задействует эмоции, познание, а также тело, и эти за¬
дачи могут быть невероятно увлекательными. Арт-интервенции в терапии
обеспечивают особое внимание, чтобы помочь клиенту сосредоточиться на
своих уникальных потребностях, сильных сторонах и областях потенциаль¬
ного роста. Участие в мероприятиях, которые создают ощущение потока,
обеспечивает психологическую и эмоциональную пользу, а также удоволь¬
ствие. Художественное творчество предлагает практические навыки, ко¬
торые клиенты могут использовать между сеансами и на протяжении всей
своей жизни. Арт-терапия остается актуальной на протяжении всей жизни
без необходимости вспоминать навыки или когнитивные инструменты, по¬
лученные в терапии, а также планировать и оплачивать ее [Partridge, 2019].
Навыки создания произведений искусства в перерывах между сеанса¬
ми или после терапии позволяют клиентам поддерживать себя и брать на
себя ответственность за свои эмоциональные состояния и поведенческие
решения. Обучение исследованию своих внутренних чувств с помощью
искусства оказывается особенно эффективно для клиентов с травмами от¬
ношений, которые, расстраиваясь, могут перестать доверять другим. Соб¬
ственноручное создание клиентом арт-объекта помогает поддерживать
73
Глава 3
его отношения с самим собой, особенно во времена, когда насторожен¬
ность по отношению к окружающим может ограничить их предполагае¬
мые возможности поиска поддержки. Конечно, клиенты могут прибегать
ко многим другим формам копинговых стратегий, таким как прогулка
или участие в других приятных, основанных на ценностях занятиях, ко¬
торые предлагают способы самоуспокоения в одиночестве. Тем не менее
художественное творчество предлагает сосредоточить внимание и сфоку¬
сироваться на своих переживаниях и ощущениях, которые фиксируются
в деятельности майндфулнесс, с дополнительными преимуществами ки¬
нестетической вовлеченности, эстетического опыта и творчества, а также
экстернализации внутренних ощущений и инсайтов.
Роль арт-терапевтов
Ранее я писала о философских основах арт-терапии, которые включа¬
ют в себя роли целителя, художника и психотерапевта [Backos, 2018]. Эти
три пересекающиеся личности сливаются в роль, которую современные
арт-терапевты играют в своей работе не только в офисе, но и в сообще¬
стве. Как целители, арт-терапевты создают атмосферу и возможности для
отдельных лиц, семей и сообществ, чтобы выздороветь, измениться, расти
и процветать. Включение коллективного исцеления для устранения соци¬
альной несправедливости, например обеспечение доступа всех людей к
психическому здоровью и творческой терапии, расширяет идентичность
арт-терапевта как целителя.
Ван Лит отметил, что мы, арт-терапевты, “можем быть агентами пере¬
мен, которые в социальном и политическом плане преодолевают барьеры,
чтобы установить новые рубежи в усилиях по защите прав человека” [Van
Lith, 2020, С. 167]. Это необходимая экспансия работы терапевтов, которой
часто пренебрегают профессиональные организации, агентства и отдель¬
ные специалисты. Акцент на западном индивидуализме в создании пси¬
хологических теорий и в обучении терапевтов игнорирует силу сообще¬
ства в поддержке и лечении отдельных людей и, более того, игнорирует
возможности коллективного исцеления. Талвар и соавторы призвали к
“деколонизации арт-терапии, чтобы связать культурную компетентность
с рамками социальной справедливости и открыть пути для создания но¬
вых парадигм лечения, основанных на этическом принятии решений”
74
Краткое введение в арт-терапию
[Talwar, 2019, С. 11]. Этот коллективистский подход в арт-терапии бросает
вызов неолибералистским подходам [Gipson, 2017] и поощряет новые спо¬
собы работы, в том числе радикальную заботу о клиентах и сообществах —
заботу, которая делает социальную справедливость жизненно важной ча¬
стью работы арт-терапевта [Ravihandran, 2019].
Кроме того, чтобы быть целителем, арт-терапевту необходимо исследо¬
вать свои собственные травмы из прошлого, оставленные без внимания
или проигнорированные, а также изучить свои убеждения и предположе¬
ния о других. Собственная психотерапия арт-терапевта, художественный
процесс и поддерживающая среда жизненно важны для решения личных
и связанных с отношениями проблем самого специалиста. Здоровый це¬
литель вносит больший вклад в исцеляющее искусство терапии. Участие
в процессе практики культурного смирения и пересмотра ее стандартов
на протяжении всей жизни дает целителям возможность задуматься о
своих собственных знаниях, предубеждениях и предположениях [Gipson,
2017; Jackson, 2020; Talwar, 2019]. Это, в свою очередь, помогает создать бо¬
лее привлекательное общее пространство в терапевтическом кабинете для
всех клиентов.
Как художники, арт-терапевты проходят формальное обучение или
ученичество, чтобы выстроить и освоить свое ремесло, а затем применить
эти навыки в практике терапии [Backos, 2018]. Другими словами, арт-те-
рапевты — это художники, которые используют творческое мышление и
художественную практику как способ работы с клиентами, а также для по¬
нимания своего собственного контрпереноса и управления своей практи¬
кой. Мэри Хантун (Huntoon), работавшая арт-терапевтом в Соединенных
Штатах с 1930-х по 1950-е годы, сосредоточилась на развитии творческо¬
го и интуитивного процесса со своими клиентами, которых она называла
студентами [Wix, 2000]. Согласно Уиксу, Хантун придерживалась мнения,
что “все художники занимаются самотерапией. Они всегда осознавали
самотерапевтическуто силу своего ремесла” [Wix, 2000, С. 174]. Арт-тера¬
певты, занимающиеся самотерапией посредством творческого процес¬
са, — это именно то, что отличает арт-терапию от практики разговорных
терапевтов, использующих изобразительное искусство в терапевтическом
кабинете. Искусство является основным языком в работе арт-терапевтов.
Вместо того чтобы быть средством для достижения цели, искусство в этой
разновидности терапии ценится как язык, способ выражения и познания.
75
Глава 3
Что касается психотерапевтической составляющей, на профессию
арт-терапевта оказали влияние традиционные аспекты психотерапии
[Backos, 2018]. Прибегая к инструментам психотерапии, арт-терапевты
используют психологические теории и применяют наиболее актуальные
и подходящие вмешательства в терапии. Арт-терапия применяется через
теоретическую линзу, чтобы направлять процесс терапии и помогать лю¬
дям исцеляться и способствовать изменениям. Арт-терапевт выступает в
роли “союзника, который предоставляет клиентам возможности, поощ¬
ряющие чувство собственности, автономию и честность клиентов во всех
областях арт-терапевтической практики” [Van Lith, 2020, С. 167]. Несмо¬
тря на то что арт-терапевты практикуют в офисах, они расширяют рамки
традиционных психотерапевтических модальностей, включая такие раз¬
нообразные пространства, как музеи, сады, природа, городские тротуары,
общественные центры и жилищные соседства.
Арт-терапия и психологическая теория
Арт-терапия — это интегративная практика, в которой творческий про¬
цесс объединяется с психологической теорией, чтобы направлять работу
в терапии. Арт-терапия опирается на теории психологического развития
и их механизмы изменения, чтобы направлять подход и художественные
вмешательства. Каждый арт-терапевт должен определить наиболее подхо¬
дящую психологическую теорию к своему пониманию того, как человек,
семья, группа или сообщество растут и меняются.
Несмотря на то что предполагаемый механизм изменений происхо¬
дит в процессе визуального искусства, понимание того, как подходить к
вмешательству, зависит от применяемой психологической теории. Други¬
ми словами, арт-терапевт может использовать психоаналитическую арт-
терапию, арт-терапию ACT, КПТ-арт-терапию, экзистенциальную арт-те¬
рапию, арт-терапию Адлера или другие терапевтические подходы в соче¬
тании с арт-терапией. Каждое теоретическое направление, используемое
арт-терапевтом, приводит к различным целям и планам лечения, а также
к различным художественным и вербальным вмешательствам. План лече¬
ния, созданный АСТ-терапевтом, будет отличаться от плана, созданного
адлерианским арт-терапевтом, потому что фундаментальное понимание
того, как люди меняются, весьма дискретно. Другими словами, в то время
76
Краткое введение в арт-терапию
как два арт-терапевта могут использовать одинаковое художественное
вмешательство со своим клиентом, понимание, интерпретация и обсуж¬
дение будут подчеркиваться их фундаментально разными основополагаю¬
щими убеждениями.
Нейропсихологические свидетельства творчества
Кэролан и Хилл писали, что арт-терапия “должна иметь основу, полага¬
ющуюся на неврологию, и между двумя областями должна быть совмест¬
ная функция, при которой каждая из них улучшает понимание другой”
[Carolan, & Hill, 2018, С. 43]. Большая часть нашего современного понима¬
ния того, почему арт-терапия помогает людям измениться, проистекает из
нейропсихологических исследований и того, как мозг кодирует и обраба¬
тывает стимулы из окружающей среды. Более старые идеи включали объ¬
яснения “правого и левого” полушарий мозга, при этом творчество исхо¬
дило из правого полушария мозга, а логика — из левого. Эти более ранние
объяснения того, как части мозга активируются при творческом мышле¬
нии или почему одних людей больше привлекают символы и описания,
а другие предпочитают слова и логику, предлагали чрезмерно упрощенное
представление о мозге. Более свежие данные указывают на интегративное
функционирование мозга, при котором обе системы и полушария, а также
пластичность мозга используются для компенсации дефицита поврежде¬
ний [Carolan, & Hill, 2018; Lusebrink, & Hinz, 2016].
Такие данные показывают, что человеческий мозг действительно обла¬
дает двумя отдельными нейронными системами, которые можно разделить
на эмоциональные реакции и объективные оценки [Carolan, & Hill, 2018;
Lusebrink, & Hinz, 2016]. Несмотря на то что эти две системы мозга раз¬
личны, они связаны и интегрированы, и для простоты исследователи на¬
зывают их левым и правым полушариями. В частности, один аспект мозга
(левое полушарие) активируется, чтобы помочь человеку создать ощуще¬
ние собственного “я”, привязаться к другим людям и вовлечься в абстракт¬
ные понятия. Другая область (правое полушарие) помогает интегрировать
логические концепции посредством языка и объективных наблюдений
[Chapman, 2014; Gantt, & Tripp, 2016]. Исследования показывают, что искус¬
ство активирует мозг в различных нелокализованных областях [Belkofer,
& Nolan, 2016; King et al., 2019]. Другими словами, во время творческого
77
Глава 3
процесса оба полушария работают вместе или в тандеме, чтобы создать
интегрированное выражение, концептуализацию и опыт при создании и
просмотре произведений искусства.
Неврологические исследования информируют и направляют примене¬
ние арт-терапии. Одно из объяснений того, как творчество улучшает жизнь
человека и способствует выздоровлению в терапии, включает его двусто¬
ронние и многофункциональные процессы [King, 2016]. Кроме того, мето¬
дология и художественные материалы, используемые на сеансе арт-терапии,
могут помочь в саморегуляции посредством выражения эмоционального
материала контролируемым образом [Chapman, 2014; Hinz, 2020]. Наконец,
творческий процесс и художественный продукт предлагают вербальную и
невербальную коммуникацию как часть психологических вмешательств.
Другими словами, арт-терапия включает в себя создание арт-объекта с по¬
мощью кинестетического движения и его просмотр с использованием зри¬
тельных и перцептивных систем в мозгу [Kinget al., 2019].
Практическое применение нейробиологических исследований в арт-те¬
рапии включает в себя объяснение и нормализацию эмоциональных ре¬
акций человека, а также распознавание чувств, которые могут находиться
за пределами его непосредственного осознания. Принимая тот факт, что
у каждого человека есть части личности, которые ему незнакомы, можно
использовать искусство как способ раскрыть свои скрытые чувства и стать
аутентичными, эмоционально здоровыми и в конечном итоге преуспеть.
Люди могут установить связь с этими неизвестными эмоциональными со¬
стояниями отчасти потому, что внутренние эмоциональные переживания
обычно сопровождают изменения в поведении, такие как частота сердеч¬
ных сокращений, дыхание и другие телесные ощущения. В свою очередь,
эти эмоциональные и телесные изменения прямо или косвенно связаны
с формальными элементами искусства, включая цвет, метафору и символы
[Hinz, 2020; Kinget al., 2019].
Континуум экспрессивной терапии (Expressive Therapies Continuum —
ЕТС) предлагает объединяющую, неврологически обоснованную теорию
для понимания фаз творческого самовыражения [Hinz, 2020]. Континуум
экспрессивной терапии широко использовался с момента своего созда¬
ния в 1970-х годах, и прогресс в области нейробиологии и развития моз¬
га предлагает значительную поддержку этой модели [Hinz, 2020]. Конти¬
нуум экспрессивной терапии предлагает важную теоретическую модель
78
Краткое введение в арт-терапию
как для описания и оценки творческого функционирования клиента, так
и для помощи терапевтам в выборе средств искусства и вмешательств, со¬
ответствующих этому функционированию [Kagin, & Lusbrink, 1978]. Эта
транстеоретическая модель обеспечивает прагматическую полезность
для терапевтов, понимающих уровни экспрессии своих клиентов. Уров¬
ни в континууме экспрессивной терапии описывают три отдельных этапа
выражения и четвертый этап, который включает в себя предыдущие три
уровня. К ним относятся: кинестетический/сенсорный, перцептивно-аф¬
фективный, когнитивный/символический и интегративный этап творче¬
ства [Carolan, & НИЦ 2018]. Континуум экспрессивной терапии предлагает
схематическое представление неврологических механизмов, связанных с
различными медиа [Hinz, 2020; Kagin, & Lusbrink, 1978], и может исполь¬
зоваться для различных теоретических подходов [Carolan, & Hill, 2018].
Использование континуума экспрессивной терапии для руководства и
направления вмешательств позволяет арт-терапевтам предлагать художе¬
ственные материалы, соответствующие этапам терапевтического процес¬
са, а также уровню развития человека, создающего арт-объект.
Сила проекций в искусстве
Просмотр произведений искусства по своей сути вызывает эмоцио¬
нальные реакции, саморефлексию и связь с окружающими через общий
опыт, проживаемый и художником, и другими людьми. Эта связь с собой и
другими, установленная через созерцание арт-объектов, дает первое пред¬
ставление о том, как искусство создает смысл для людей и общества. Про¬
смотр и создание произведений искусства порождает личные события,
которые ACT называет поведением, воспринимаемым одним человеком:
мысли, чувства, воспоминания и телесные ощущения. Художник предла¬
гает свой отклик на что-то внутреннее или внешнее, и зритель, рассма¬
тривающий арт-объект, приглашается в эти переживания. Эти частные
переживания, вызванные просмотром произведений искусства, могут
включать в себя облегчение, передышку, чувство красоты или правдиво¬
сти, любовь, страх, отвращение и многое другое. Выявление реакции от¬
дельного человека на произведение искусства подчеркивает человеческую
общность, в конечном итоге связывая его по крайней мере с одним другим
человеком — художником. В этом случае он может быть уверен, что есть
79
Глава 3
как минимум еще один человек, который чувствует что-то похожее на то,
что чувствует он сам. Частные поведенческие события, возникающие при
взгляде на арт-объект, могут уменьшить изоляцию и помочь человеку най¬
ти новые способы поделиться собой с другими. Такие проекции — мощный
психический материал, проливающий свет на внутренние переживания и
убеждения конкретного человека. Проекция — это процесс, посредством
которого убеждения, мысли, суждения и чувства проецируются, как изо¬
бражение на экране, на что-то или кого-то, тем самым раскрывая личную
психологию. Человек может проецировать любовь и счастье или недоверие
и осуждение на кого-то, кого даже никогда не встречал, что часто приводит
к катастрофическим результатам. Кто-то может бояться другого человека,
просто основываясь на своих коллективных и личных суждениях о цвете
кожи, религии или стране происхождения. Проявление этих предрассуд¬
ков является следствием стереотипов и приводит к действиям, дискрими¬
нирующим, преследующим, дегуманизирующим и угнетающим маргина¬
лизированных людей. Как нация, люди могут проецировать свои худшие,
нежелательные части себя на другую страну, облегчая объективацию и не¬
нависть к ним, создание законов против них и ведение с ними войны. Как
можно увидеть, проекции — это сильные чувства, а отдельные люди и це¬
лые народы принимают важные, а иногда и катастрофические решения на
их основе.
Понимание проекций в искусстве предлагает позитивные возможно¬
сти для исследования собственного “я” в терапии, используя проекции как
инструмент для терапевтического роста. Изучение и использование про¬
екций может помочь человеку исправить его предвзятое поведение и до¬
стичь личностного понимания. Психологи использовали проекцию, чтобы
понять личности своих клиентов, представляя им неоднозначные образы
и спрашивая, что их клиент может представить или увидеть на изобра¬
жениях [Eyal, & Lindgren, 1977; Filho, 2020; Klumpp et al., 2020]. Проекции
помогают человеку понять свои арт-объекты и получить личные инсайты,
и этот компонент арт-терапии связан с несколькими концепциями ACT,
включая майндфулнесс и разделение. Рассматривая предметы искусства и
создавая их, клиенты получают возможность исследовать свое внутреннее
поведение, экстернализируя личные события (мысли, чувства, воспоми¬
нания и телесные ощущения). Через процесс искусства они могут прийти
к большему принятию себя и своего внутреннего опыта.
80
Краткое введение в арт-терапию
Предостережение для терапевтов
Несмотря на то что многие терапевты используют различные изображе¬
ния и арт-объекты в процессе терапии, арт-терапевты отличаются тем, что
имеют уникальную подготовку в области студийного опыта и медиа, а так¬
же терапевтического процесса. Быстрое появление внутренних пережива¬
ний в творческом процессе демонстрирует важную причину, по которой
арт-терапию должны проводить люди, специально обученные как арт-те¬
рапевты. Наблюдение и содействие художественному процессу, а также
изучение полученного арт-объекта предоставляют специалисту важные
подсказки о том, что может испытывать пациент. Арт-терапевты обучены
замечать тонкие изменения в использовании материалов, которые могут
сигнализировать о возможностях для роста в терапии или потребности
в усиленной поддержке. Хоуи привел множество примеров скрытых или
явных изменений в художественных работах пациентов, которые могли
предупредить арт-терапевтов о суицидальных намерениях подопечного
[Howie, 2017]. В случаях, отмеченных Хоуи, эти намерения были проигно¬
рированы либо вовсе не замечены медицинскими работниками. Хоуи смог
определить те едва заметные изменения в процессе создания арт-объек-
тов по сравнению с предыдущими работами, которые предшествовали су¬
ицидальным попыткам. Моменты, на которые стоит обратить внимание,
включают изменения уровня энергичности в работе, изменение используе¬
мых цветов с ярких на темные (или наоборот) и включение суицидальных
образов. Тематика арт-объектов и воздействие, которое они оказывают
на зрителя, включает в себя гнев, безнадежность, изоляцию и ненависть к
себе [Howie, 2017]. Хоуи подчеркнул важные различия между клиентами,
которые выражают себя, используя искусство как эмоциональный катар¬
сис, и клиентским искусством, демонстрирующим безнадежность и уны¬
ние, которые предполагают суицидальные мысли.
Многие психологи используют рисунки в терапии как часть набора ме¬
тодов психологической оценки: например, используя тест Роршаха “Чер¬
нильные пятна” [Filho, 2020], серию рисунков “Дом — дерево — человек”
[Eyal, & Lindgren, 1977], “Кинетический рисунок семьи” [Klumpp et al., 2020]
и другие подобные инструменты оценки. Тем не менее психотерапевты
могут также использовать изображения как инструмент для облегчения
изменений или понимания в случаях, когда специалист чувствует себя
81
Глава 3
застрявшим или когда ему не до конца ясно, как помочь клиенту. Такой
подход, не имеющий в своей основе терапевтической цели или намерения,
без обучения пониманию арт-объектов или процесса обсуждения срод¬
ни забрасыванию очень широкой сети с намерением поймать по крайней
мере хоть что-то. Несмотря на то что при таком подходе терапевт может
наткнуться на новый материал о клиенте, потенциально это может быть
вредным. Быстрое раскрытие клиентом своих внутренних переживаний
без необходимых наблюдений или обработки, которые может предоста¬
вить арт-терапевт, зачастую приводит к неконтролируемому чувству изо¬
ляции, дистресса, разочарования или скуки. Клиенту может показаться,
что он поделился чем-то очень личным, и, если терапевт проигнорировал
созданный арт-объект, неправильно его понял или спроецировал на него
свои собственные образы, клиент может почувствовать себя отвергнутым
или подавленным.
Я надеюсь, что клиницисты, которые заинтересованы в использовании
художественных вмешательств в работе с клиентами, продолжат подго¬
товку, будут лично использовать арт-терапию, соблюдать осторожность
и четкие планы лечения. В этой книге рассказывается, как терапевт мо¬
жет использовать арт-терапевтические вмешательства самостоятельно и
в работе с клиентами. Специалисты обязаны создавать арт-объекты сами
и опробовать каждое вмешательство с запланированными художествен¬
ными материалами, прежде чем использовать их с клиентами. Всегда не¬
обходимо практиковать арт-интервенции несколькими способами, пре¬
жде чем представить их клиентам, и рассматривать вмешательство с точки
зрения подопечных, а не собственной реакции и опыта. Студенты иногда
хотят изменить серию оценочных рисунков, потому что они решили, что
некоторые аспекты рисунков будут слишком сложными для их клиентов.
При дальнейшем размышлении они в конце концов понимают, что рису¬
нок, который кажется особенно сложным (или особенно приятным) для
них лично, раскрывает их психологическое состояние, а не состояние кли¬
ентов. Собственные реакции терапевта на художественное вмешательство
предоставляют лишь часть информации, необходимой ему для определе¬
ния того, что именно использовать в консультациях с клиентами. После
завершения художественной интервенции нужно сделать личные наблю¬
дения, объяснив свой арт-объект другому человеку и/или написав о нем и
своих идеях при создании. Опыт и ощущения терапевта будут отличаться
82
Краткое введение в арт-терапию
от опыта его клиентов, но этот шаг жизненно важен для успешного исполь¬
зования арт-терапии на сеансе.
Если вы клиницист, добавляющий художественные объекты в свою
работу с клиентами, я настоятельно рекомендую проконсультироваться
с арт-терапевтом при составлении плана лечения в каждом таком случае.
Предварительная консультация на тему того, как включить использование
художественных объектов в свои сеансы, позволит терапевту определить
план лечения и правильно поставить цели, которых он хочет добиться с
помощью таких вмешательств. Если попросить арт-терапевта “интерпре¬
тировать” рисунки после того, как они уже готовы, это, скорее всего, рас¬
строит его, поскольку даст мало информации. Арт-терапевт может помочь
клиницисту в создании вмешательств, способных выявить контекст и про¬
гресс, к которому стремится терапевт и его клиенты. Я часто консультиро¬
валась с клиницистами и арт-терапевтами, чтобы помочь в планировании
интервенций и концептуализации случаев, сделать этот совместный про¬
цесс плодотворным для клиентов.
Естественно, я призываю вас поработать с арт-терапевтом, чтобы рас¬
крыть собственный творческий процесс и неизвестные части себя! Вы
можете найти список зарегистрированных арт-терапевтов в крупных про¬
фессиональных ассоциациях арт-терапевтов по всему миру, а также в мест¬
ных ассоциациях арт-терапевтов. Убедитесь, что вы нашли арт-терапевта,
имеющего признанную подготовку и сертификаты, которые можно прове¬
рить через профессиональные организации или региональные сертифика¬
ционные органы. Список профессиональных организаций включен в раз¬
дел ресурсов этой главы. Наконец, если вы уже являетесь лицензирован¬
ным клиницистом и хотите зарегистрироваться в качестве арт-терапевта,
многие школы предлагают обучение после магистратуры для соответству¬
ющей подготовки.
Резюме
Арт-терапия предлагает уникальный терапевтический подход, помога¬
ющий клиентам в подлинном самовыражении, и опирается на традицию
создания, определения и развития цивилизаций, встречающуюся во всех
культурах [Dissanayake, 1992]. Творческий процесс в арт-терапии поддер¬
живает и исцеляет личности, семьи, группы и сообщества. Использование
83
Глава 3
искусства для доступа к мыслям, чувствам, воспоминаниям и телесным
ощущениям позволяет клиентам получить доступ к неявным основам их
переживаний, повышая их понимание самих себя.
Соединение арт-терапии с ACT позволяет невербально выражать мыс¬
ли и чувства. Искусство поддерживает разделение, помогая людям выра¬
жать ранее невысказанные истории и реакции. Художественное выраже¬
ние в терапии представляет собой нечто большее, чем просто часть набора
психологических тестов, оно дает возможность сбалансировать себя, нау¬
читься справляться с трудностями, повысить психологическую гибкость и
осмысленно установить связь со своими ценностями.
Опираясь на концепции арт-терапии и ACT из предыдущих глав, я про¬
должу рассказывать об этих концепциях и определю интервенции арт-те¬
рапии, которые поддерживают психологическую гибкость. В следующей
главе я сосредоточусь на интеграции концепций ACT и арт-терапии, что¬
бы помочь каждому специалисту, читающему эту книгу, улучшить его соб¬
ственную практику с помощью творчества, способствуя развитию психо¬
логической гибкости как у них самих, так и у их клиентов.
84
ГЛАВА 4
Интеграция ACT
и арт-терапии
Арт-терапия и ACT работают синергетически, создавая мощный тера¬
певтический подход, который опирается на креативность, изменение
поведения и множество способов, позволяющих клиенту лучше узнать
себя и измениться. В этой главе рассматриваются цели интеграции ACT
и арт-терапии в работе с отдельными людьми, группами, семьями и
сообществами. Результат, которого можно достичь с помощью комби¬
нации этих двух подходов, позволяет клиентам повысить психологиче¬
скую гибкость и креативность.
В предыдущих главах подчеркивалось: ACT, как часть третьей волны
бихевиоризма, ставит своей целью повышение психологической гибкости,
что включает в себя признание, принятие и приспособление к присутствию
боли в жизни каждого человека. Среди других подходов когнитивной те¬
рапии ACT имеет уникальную цель: вдохновлять клиентов на достойную
и осмысленную жизнь, даже если они живут со страданиями, которые со¬
провождают человеческое существование. ACT — нечто гораздо большее,
чем просто экзистенциально-философский подход, признающий жизнен¬
ные страдания. Терапия принятия и ответственности предлагает практи¬
ческие поведенческие вмешательства, повышающие способность человека
смотреть на жизнь, учитывая различные варианты поведения и отношения
к происходящему, что позволяет ему перестать усугублять свою боль чрез¬
мерными размышлениями и душевными страданиями. Шесть составля¬
ющих гексафлекса ACT (т.е. принятие, когнитивное разделение, контакт с
текущим моментом, “я” как контекст, ценности и ответственные действия)
поддерживают психологическую гибкость, помогая клиентам и терапевтам
несколькими способами. Во-первых, ACT помогает человеку развить готов¬
ность принимать то, что происходит на самом деле в каждый текущий мо¬
мент и оставаться сосредоточенным на здесь и сейчас. Во-вторых, терапия
85
Глава 4
принятия и ответственности предлагает способы, с помощью которых че¬
ловек может принять все части своего “я” — как желаемые, так и нежела¬
тельные внешние события — и свои внутренние, личные переживания. На¬
конец, ACT учит стратегиям взятия обязательств перед собственными цен¬
ностями и принятия поведенческих решений в соответствии с ними, чтобы
создать жизнь, ориентированную на смысл, а не на страдания и избегание.
Кроме того, ACT можно эффективно сочетать с арт-терапией, целью
которой является использование творческого самовыражения для пони¬
мания себя, других людей и человеческого сообщества в целом, усиления
положительных эмоций и поведения, снижения количества неприятных
симптомов, связанных с психическим здоровьем, а также создания и под¬
держки позитивных навыков и самовыражения на протяжении всей жиз¬
ни. Более того, творческое самовыражение ведет к самоактуализации.
Произведения искусства могут быть использованы для поддержки измене¬
ний в самом человеке и в окружающих, включая информирование других
о вопросах, связанных с социальной справедливостью. Чтобы обосновать
полезность ACT и арт-терапии, Розал отметила, что существует множество
доказательств в поддержку когнитивных подходов в арт-терапии, а также
комбинированного использования КПТ и арт-терапии [Rosal, 2018]. Это
важно, потому что когнитивная терапия опирается на скрупулезные ис¬
следования для создания, тестирования и уточнения протоколов лечения.
Основанные на фактических данных методы лечения, в частности ACT,
стали выделяться в области психологии как эффективные по времени и
действенные при различных расстройствах [Rosal, 2018], поэтому интегра¬
ция ACT и арт-терапии открывает широчайшие возможности.
Соединение ACT и арт-терапии дает клиентам возможность принять
участие в осмыслении и создании смыслов посредством самовыражения в
творческом процессе. Мощная доказательная база ACT в сочетании с уни¬
версальной, кросс-культурной и эволюционно поддерживаемой практи¬
кой создания арт-объектов формирует целостный подход к лечению с раз¬
личными процессами и результатами. ACT и арт-терапия синергетически
используют самореализацию, психологическую гибкость и осмысление
жизни, чтобы создать основанное на ценностях самовыражение отдельно
взятого человека. Сочетание этих двух подходов предлагает клиентоори¬
ентированную и творческую терапию с поведенческими стратегиями, на¬
правленными на создание жизни, основанной на ценностях.
86
Интеграция ACT и арт-терапии
Джоселин Фитцджеральд — зарегистрированный и сертифицирован¬
ный арт-терапевт, практикующий специалист по десенсибилизации движе¬
ний глаз (EMDR), работает с клиентами в Ванкувере (Канада), Вашингтоне
(США) и графстве Шир (Эфиопия). Она обучает учителей и общественных
руководителей использовать творческие практики в целях самоуспокое¬
ния и снижения стресса у детей. Фитцджеральд создала прекрасное аква¬
рельное изображение гексафлекса (рис. 4.1). Я приглашаю вас вернуться
к этому рисунку, когда вы узнаете больше о концепции каждого действия
на протяжении всей книги. Помните, что каждый аспект гексафлекса вза¬
имосвязан со всеми остальными. По мере изучения и понимания каждой
новой концепции вы будете лучше понимать, как психологическая гиб¬
кость зависит от целостности и интеграции всех шести областей.
Рис. 4.1. Гексафдекс в живописи
Автор: Джоселин Фитцджеральд, акварель
87
Глава 4
В остальных разделах этой главы рассказывается о том, как можно уста¬
новить связь между ACT и арт-терапией, а более полное представление
о том, как правильно их сочетать, будет представлено в главе 11. В этой
главе я хочу отойти от рассмотрения концепций гексафлекса по отдельно¬
сти и рассмотреть то, как каждая из них пересекается с другими.
Исследования
В то время как ACT считается научно обоснованной практикой лечения
различных расстройств из-за значительного объема исследований, про¬
веденных по ней [Gomez, 2020; Hayes, 2021; Stenhoffet al., 2020; Twohig, &
Levin, 2017], эффективность арт-терапии подкреплена множеством иссле¬
дований, подтверждающих ее способность уменьшать симптомы различ¬
ных расстройств у разных людей [Gantt, & Tripp, 2016; Hinz, 2020; King et
al., 2019]. Было доказано, что сочетание арт-терапии с другими подходами
эффективно помогает людям лучше понять самих себя. Однако существует
мало исследований по сочетанию этих двух подходов. На момент написа¬
ния данной книги об интеграции ACT и арт-терапии не было ни одной ста¬
тьи в таких журналах, как Journal of Creativity in Mental Health, Arts in Health:
An International Journal for Research, Policy and Practice и Art Therapy: Journal
of the American Art Therapy Association. Расширение поиска до исследова¬
тельских баз данных и консультация с библиотекарем моего университе¬
та выявили две журнальные статьи, найденные в базе данных Academic
Search Complete (EBSCO; EBSCOhost — оперативная интерактивная спра¬
вочно-библиографическая служба, предоставляющая доступ к базам дан¬
ных англоязычных периодических изданий, в нее включены как самые све¬
жие номера журналов, так и архив — для некоторых изданий вплоть до
1950-х гг. — Примеч. перев.).
В Великобритании тематическое исследование использования ACT в
сочетании с арт-терапией продемонстрировало улучшение показателей
благополучия и психологической гибкости, а также увеличение частоты
поведения, основанного на ценностях, в течение восьминедельного кур¬
са лечения подростка с расстройством аутистического спектра [Chapman,
& Evans, 2020]. В другом исследовании специалисты объединили ACT с
арт-терапией, используя транзакционную модель принятия, в работе
с 42 девочками-подростками в Индии, чтобы уменьшить их психологи¬
88
Интеграция ACT и арт-терапии
ческий стресс после смерти родителей [Davis, & Tungol, 2019]. Используя
смешанный исследовательски-последовательный метод, специалисты раз¬
работали собственную терапевтическую методику и оценили ее эффек¬
тивность. Они обнаружили статистически значимое снижение депрессии,
тревоги и горя в экспериментальной группе, восемь недель занимавшейся
ACT в сочетании с арт-терапией, по сравнению с контрольной группой,
состоящей в списке ожидания.
Принимая во внимание сказанное о ПТСР в книге Полы Хоуи Art Therapy
with Military Populations (Арт-терапия с военнослужащими) [Howie; 2017],
мы с Корри Маццео описали свою работу по организации групп арт-тера¬
пии в ACT с мужчинами и женщинами-ветеранами с хроническим ПТСР
в Кливлендской больнице по делам ветеранов. Мы сравнили показатели
ПТСР и депрессии до и после терапии. Статистически значимые результа¬
ты оценки восьминедельных групп в течение двухлетнего периода выявили
снижение симптомов депрессии и были описаны в книге Марии Розал Cog¬
nitive Behavioral Art Therapy: From Behaviorism to the Third Wave (Когнитив¬
но-поведенческая арт-терапия: от бихевиоризма к третьей волне) [Rosal,
2018]. Несмотря на то что изменения в симптомах ПТСР были незначи¬
тельными, качественная обратная связь показала, что участники группы
хорошо переносили арт-терапию, и некоторые ветераны продолжали за¬
ниматься ею после окончания групповой терапии, чтобы поддержать свое
выздоровление. Безусловно, необходимы дополнительные исследования,
чтобы лучше понять синергетическое воздействие ACT и арт-терапии.
Майндфулнесс и искусство
Использование своего разума для вовлечения в текущий момент пред¬
полагает применение древней мудрости в современной практике через ис¬
пользование ACT и арт-терапии. Выполнение практик, позволяющих по¬
грузиться в текущий момент, уменьшает беспокойство о будущем и печаль
о прошлом. Это привносит истинность в ощущения и опыт человека, напо¬
миная ему, что текущий момент — это все, что действительно существует.
Разум может обманом заставить человека путешествовать во времени —
он может вспоминать прошлое или сожалеть о нем, а также предвкушать
будущее с волнением или страхом [Hanh, 2010]. Однако в данный текущий
момент ничего из этого не происходит.
89
Глава 4
Случалось ли вам бывать в потрясающем настроении, а затем букваль¬
но в одно мгновение впасть в отчаяние или гнев, когда появлялись мысли
о прошлом? В обстоятельствах, окружающих вас, ничего не изменилось,
кроме ваших мыслей, настроения и реакции. Текущий момент был по¬
трачен на размышления, чувства и действия в связи с событием из про¬
шлого — таким образом, вы мысленно путешествовали во времени. Когда
человек не в состоянии оставаться в текущем моменте, он представляет
собою противоположность осознанности и может испытывать отсутствие
смысла, намерения, ясности или мотивации.
Чтобы вызвать осознание текущего момента, в ACT поощряют дей¬
ствия, которые вызывают осознанность в теле, такие как дыхание, дви¬
жение и действия с намерением достичь того, что наиболее ценно в лю¬
бой конкретный момент, например быть любящим, добрым и поддер¬
живающим. Художественное творчество предполагает внимательность
к физическим движениям и визуальной стимуляции, а также к личнос¬
тному самовыражению. Создание линий, форм и цветов позволяет со¬
средоточиться на текущем моменте. Далее приведены примеры упраж¬
нений, которые заключаются в создании всего одной линии и задей¬
ствуют осознание текущего момента и воображение. Ни для одного из
этих упражнений не нужны художественные навыки, и выгоду при их
выполнении можно извлечь уже из примитивных побуждений к твор¬
честву. Основная цель этих рисунков — самовыражение и физическое
движение. Форма, содержание и художественное мастерство становятся
неактуальными.
Рисунок, отражающий дыхание
Первичное, чувственное выражение искусства запечатлено в этой тех¬
нике, которая следует за дыханием. Мелани Уорстелл, зарегистрированный
арт-терапевт, получила степень магистра в области арт-терапии со специ¬
ализацией в консультировании в университете Сетон Хилл в Гринсбурге,
Пенсильвания. Она работает арт-терапевтом в отделении поведенческого
здоровья крупной больницы в штате Небраска, где ежедневно ведет груп¬
пы арт-терапии, основанной на ACT, в психиатрическом стационаре. Го¬
товность и любопытство Уорстелл побудили ее разработать художествен¬
ные интервенции для поддержки своих клиентов.
90
Интеграция ACT и арт-терапии
Сосредоточив внимание на майндфулнесс в своих терапевтических
группах, Уорстелл создала это упражнение под названием “Дыхание”. Для
его выполнения потребуется только квадратный лист бумаги и черные
чернила или фломастер. Каждое движение вверх представляет собой вдох,
а каждое движение вниз — выдох. Это изображение фиксирует и отсле¬
живает метафорическую форму, которую принимает дыхание, меняясь в
течение короткого промежутка времени (рис. 4.2).
Рис. 4.2. "Дыхание" в исполнении Мелани Уорстелл
Примечание: выполнение упражнения, тушь, бумага
Всего одна линия
Приведенный ниже штриховой рисунок — отличный способ общения с
клиентами, я использую его в работе и с клиентами, и со студентами. Я раз¬
работала эту идею, общаясь с клиенткой, чья депрессия проявилась в само¬
отверженности. Создание произведений искусства во время сеанса казалось
ей непреодолимой задачей, и мне нужно было создать интервенцию, требую¬
щую мало энергии и движений. Полагаясь на примитивные движения и экс¬
прессию и игнорируя форму и сложность, упражнение “Всего одна линия”
остается доступным, особенно когда клиенты ограничены в передвижении,
обеспокоены своими художественными навыками или, как в приведенном
ниже примере, их подавленное настроение затрудняет выполнение.
91
Глава 4
N.N. — 50-летняя белая психотерапевт, живушая в Калифорнии. Она со¬
общила, что любила свою профессию до пандемии Covid-19, но после шести
месяцев социального дистанцирования обнаружила, что все больше устает
жить одна и проводить телетерапию из дома. N.N. впала в уныние и начала
бояться встреч со своими клиентами, многие из которых разделяли ее опа¬
сения по поводу здоровья и безопасности во время пандемии. Она все еше
могла выражать свои ценности в оказании поддержки другим, но сообщила,
что испытывает чувство безнадежности из-за сомнений в том, что ей удается
оказывать хоть какое-либо влияние на своих клиентов. N.N. поддерживала
некоторые социальные отношения по телефону и Интернету, но одновре¬
менно с этим сообщила, что чувствовала себя изолированной от друзей и
семьи. Удовольствие от пеших прогулок и езды на велосипеде уменьшилось,
и она испытывала физическую боль и истощение. N.N. стала легко разо¬
чаровываться в клиентах и семье. Она казалась неуверенной, не знала, с
чего начать разговор, и выглядела апатичной, когда я предложила ей идею
создания рисунков. Исходя из перечисленного, я предложила начать всего
с одного росчерка, который N.N. могла бы сделать на листе бумаги, а затем
показать мне в Zoom. Она согласилась, а когда закончила, я попросила ее
дать название этой линии и описать ее (рис. 4.3). Как только N.N. провела эту
линию, наш разговор потек своим чередом, и она поделилась своими мыс¬
лями. N.N. смогла определить свои ценности (природа и поддержка своих
клиентов); однако сообщила, что чувствовала себя подавленной, когда речь
заходила о том, чтобы действовать в соответствии с этими ценностями.
Рис. 4.3. Взлеты и падения эмоционального выгорания
Почему даже просто провести линию кажется трудным делом? Наверное,
я бы назвала это взлетами и падениями эмоционального выгорания. В левой
части линия выглядит как временная шкала жизненных взлетов и падений,
а затем, после начала пандемии, линии становятся резкими и зазубренными.
Если бы мне нужно было описать эту линию, я бы сказала, что она дви¬
жется то вверх, то вниз, как и сама жизнь, а ее середина, похоже, окружена
сразу несколькими падениями. Если бы в этой линии заключалось послание
для меня, я бы сказала, что очень напряжена из-за происходящего в моей
жизни и пандемии, и мне нужно время, чтобы прийти в себя и оправиться от
92
Интеграция ACT и арт-терапии
сильного стресса и страха, длящихся на протяжении полугода. Правая часть
линии выглядит безумно. По правде сказать, я удивлена тому, что мой уро¬
вень стресса спроецирован на линию, которую я сама нарисовала на листе
бумаги! Это заставляет меня сделать вывод, что мой стресс всегда находится
где-то здесь, на поверхности. Если именно его я вижу в нарисованной линии,
значит, он, несомненно, присутствует. Я думаю, что это проявляется и в других
сферах моей жизни — дома и на работе, с друзьями и даже в одиночестве.
Например, иногда мне кажется, что трудно даже просто позаботиться о себе
или захотеть приготовить здоровую пищу
Трудно представить, что я могла бы сделать прямо сейчас, чтобы улучшить
ситуацию. Я потеряла интерес к таким приятным вещам, как прогулки на при¬
роде. Выход на улицу сейчас кажется навязчивой рутиной. Честно говоря, я
пытаюсь просто выживать и выполнять свою работу. Процветание сейчас ка¬
жется роскошью. Определенно, я могла бы позволить своему разуму немного
отдохнуть, чтобы лучше слушать своих клиентов. Я ценю свою работу и свои
отношения с клиентами. Иногда такие прогулки помогают напомнить себе об
этом, а в других случаях мне становится страшно оттого, что люди зависят от
меня, когда я чувствую себя такой подавленной и безнадежной.
N.N. смогла определить несколько моделей поведения, соответствую¬
щих ее ценностям, и мы поразмышляли над ними. Я поощряла ее за то, что
она хорошо справлялась: назначала встречи с клиентами и чувствовала,
что ее работа по-прежнему важна. Мы исследовали ее слияние с негатив¬
ными мыслями, такими как бесполезность ее работы и ее страхи по поводу
здоровья во время пандемии. Мы также обсудили ее упорство в преодо¬
лении взлетов и падений, которые она пережила до пандемии, и которые
были представлены в левой части статьи. Этот разговор напомнил N.N.
о ее сильных сторонах и о том, как она смогла преодолеть свои прошлые
трудности. Я также попыталась нормализовать тревогу, вызванную панде¬
мией, и то, как терапевты, службы экстренного реагирования и работни¬
ки госпиталей сталкиваются со значительным давлением из-за неопреде¬
ленности в отношении того, когда и как ситуация может улучшиться. По¬
следний пункт вызвал у N.N. энтузиазм, поскольку она смогла определить
способы, с помощью которых могла бы стать частью сообщества людей,
пытающихся помочь другим во время пандемии.
Читателям может показаться удивительным, каким количеством ин¬
формации N.N. поделилась, просто нарисовав одну-единственную линию.
Идея провести всего один росчерк на бумаге была уместна в то время, когда
93
Глава 4
она демонстрировала трудности с вербальным выражением и демонстри¬
ровала двойственное отношение к созданию целого произведения искус¬
ства. N.N. рассказала об одолевавших ее мыслях — т.е. о тех, с которыми
она попала в слияние (трудно представить, что она могла бы сделать прямо
сейчас, чтобы улучшить ситуацию); о своем поведении (оставаться дома
вместо того, чтобы быть на природе, есть недостаточно или употреблять
нездоровую пищу); а также о некоторых важных ценностях, которых она
придерживалась в своей профессии (ценность поддержки своих клиентов).
Это упражнение напомнило мне, насколько творческим становится разум
человека, когда он присутствует в текущем моменте и ему предоставляется
возможность использовать свои руки для самовыражения.
"Всего одна линия": инсгрукнии и вариании
Попробуйте это упражнение на себе, чтобы ощутить майндфулнесс и
проекцию. Все, что вам нужно, — это ручка или карандаш и лист бумаги
или компьютерный планшет. Сначала сделайте три глубоких вдоха и со¬
средоточьте свое внимание на том, что вы делаете. Обратите внимание на
ощущения в теле, звуки вокруг вас и мысли в голове — нет необходимости
пытаться игнорировать свое тело, заставлять “замолчать” окружающую
обстановку или останавливать свои мысли. Просто замечайте все, что про¬
исходит внутри и снаружи.
Нарисуйте одну-единственную линию на листке, вырванном из блок¬
нота, офисной бумаге, открытке для заметок или на планшете. Это может
быть любая линия, и возможностей для рисования предостаточно; одним
словом, что бы вы ни делали, это будет здорово. Вы можете выражать все,
что приходит к вам естественным образом. Не думайте слишком долго о
направлениях и не пытайтесь придать линии художественный вид или
превратить ее в какую-то картинку. Затем ответьте на приведенные ниже
вопросы и запишите их рядом со своей линией или на обратной стороне
листа. Избегайте соблазна прочитать вопросы и просто подумать над от¬
ветами. Акт письма действительно важен в этом упражнении. Обмен ва¬
шими ответами вслух с другим человеком работает так же хорошо, если он
в состоянии на самом деле слушать и проявлять любопытство. Примеры
приведены из ответов N.N. в качестве напоминания о том, что вы могли бы
написать по каждому вопросу.
94
Интеграция ACT и арт-терапии
1. Озаглавьте свою линию или дайте ей название. (Например: “Взлеты и
падения эмоционального выгорания”)
2. Опишите свой набросок в нескольких словах или предложениях.
(Например: на ней есть короткие подъемы, множество нисходящих
линий и несколько глубоких “ям”, которые, похоже, собираются в
средней части линии.)
3. О чем вам говорит эта линия? Какое сообщение вы можете получить
от нее? (Например: я испытываю сильный стресс из-за происходя¬
щего, и мне нужно время, чтобы прийти в себя и оправиться от всех
этих потрясений.)
4. Определите, какие темы, проблемы или ценности проявились в том,
что вы чувствовали или о чем писали в своем наброске. (Например:
я вижу свой текущий уровень стресса в линии, которую нарисовала
на листе бумаги! Если я вижу его всего лишь в одной линии, значит,
это действительно так. Я думаю, что этот стресс проявляется и в дру¬
гих ситуациях — дома и на работе, с друзьями и даже в одиночестве.)
Каким было это упражнение для вас? Как и я, вы можете удивиться, осоз¬
нав, сколько откровений может заключаться в одной-единственной линии.
Я предлагаю вам попробовать выполнить это упражнение еще несколько
раз в разные дни, прежде чем знакомить с ним клиентов. Всегда лучше сна¬
чала спросить клиентов, не хотят ли они попробовать упражнение, кото¬
рое, по вашему мнению, могло бы им помочь. Вы могли бы сказать что-то
вроде: “Вы не против сделать вместе со мной один росчерк на бумаге? Есть
любопытное упражнение, которое я счел полезным для себя, чтобы опре¬
делить, что у меня на уме и как я себя чувствую. Вам оно может показаться
упрощенным; тем не менее я сам использовал его несколько раз, и каждый
раз оно открывало мне что-то новое о моих мыслях, поведении и чувствах”.
Лучше наружу, чем внутрь!
Каждому человеку лучше всего справляться с мыслями и чувствами,
когда они находятся вне его, а не заперты внутри или бурлят под поверхно¬
стью. Когда я начинала свою карьеру арт-терапевта, я заметила, что очень
многие подростки в Кливлендском кризисном центре по борьбе с изна¬
силованиями чувствовали, что их переживания, мысли, воспоминания
95
Глава 4
и чувства уникальны. Многие почувствовали себя неправильно поняты¬
ми и решили, что чувства лучше скрывать от родителей, держать при себе
или полностью избегать. То, что казалось огромным и непреодолимым в
их головах, стало немного меньше и более управляемым, как только было
воплощено в художественное выражение и слова.
Художественное творчество дает возможность воплотить внутреннее
содержание, которому раньше не хватало языка. Это позволяет клиентам
арт-терапевта создавать связную, линейную историю своих переживаний,
воспоминаний, мыслей и чувств. В приведенном выше упражнении, где вы
провели линию и ответили на вопросы, я попросила вас записать свои от¬
веты или описать их другому человеку. Размышления о своих внутренних
переживаниях — это то, что каждый человек уже делает, и чтобы полно¬
стью воплотить их вовне, он должен создавать арт-объекты и говорить или
писать о них. Создание связного повествования о травме жизненно важ¬
но для исцеления, и это означает, что люди рассказывают историю искус¬
ством и словами [Chapman, 2014; Gantt, & Tinnin, 2009; Gantt, & Tripp, 2016].
Резюме
Действуя синергетически, ACT и арт-терапия предлагают терапевтиче¬
ский подход, основанный на самовыражении, с целью повышения психо¬
логической гибкости и осознанности, а также развитие жизни, основанной
на ценностях. Творческое и поведенческое выражение ценностей, прояв¬
ляющихся в арт-терапии в ACT, будет уникальным для каждого человека.
Сочетание этих подходов способствует творческой аутентичности и живо¬
му вовлечению в терапию.
Используя всего одну линию, вы можете ощутить, как искусство усили¬
вает осознанное внимание — например, к дыханию в упражнении Мелани
Уорстелл “Рисунок, отражающий дыхание” и к текущему моменту в моем
упражнении “Всего одна линия”. Эти мощные вмешательства усиливают и
продлевают внимательное осознание текущего момента и могут вызвать
состояние потока. Простое объяснение клиентам концепций осознанно¬
сти и силы текущего момента может быть встречено с неохотой. Однако
использование этих художественных вмешательств с клиентами для уси¬
ления майндфулнесс позволяет творчески проявить ощущения и пережи¬
вания в терапевтическом пространстве.
96
ГЛАВА 5
Быть здесь и сейчас:
осознание текущего момента
В этой главе исследуется переживание текущего момента, в том числе
описана история и современные воплощения практики майндфулнесс.
Осознание текущего момента используется в различных религиях, ду¬
ховных подходах и психологических теориях. В этой главе рассмотре¬
ны практические стратегии ACT и арт-терапии, включая конкретные
примеры и техники, помогающие клиентам прожить текущий момент и
уменьшить собственную тревогу. Кроме того, я расскажу об аспектах
практики майндфулнесс, имеющих к ней непосредственное отноше¬
ние: отсутствии суждений, принятии без стремления к успеху, способ¬
ности отпускать, "разуме новичка", терпении и доверии.
Находитесь ли вы в текущем моменте прямо сейчас? Откуда вы знаете,
так ли это? Пребывание в текущем моменте воспринимается иначе, чем
осознание фактического его содержания, на которое вы обращаете свое
внимание [Harris, 2007]. Прямо сейчас вы обнаруживаете, что читаете сло¬
ва на этой странице. Слова, идеи и ваша интерпретация — это то содержа¬
ние, на котором вы сосредоточены. Теперь у вас есть осознание того, что вы
читаете слова, впитываете идеи и устанавливаете синоптические связи для
интеграции полученной информации в вашу существующую базу знаний.
Поскольку текущий контент посвящен осознанности, вы вскоре можете за¬
метить, что сидите в удобной позе, дышите расслабленно и с любопытством
наслаждаетесь процессом обучения. Вы можете обнаружить, что ваш разум
намеренно блуждает по способам использования этой информации в жиз¬
ни или при работе с клиентами, которые, как вы знаете, могли бы извлечь
пользу из этой информации. Когда вы начинаете осознавать свое тело, свои
эмоции и новые мысли, эти признаки становятся текущим содержанием,
поскольку вы постоянно переключаете свое внимание на вездесущее, про¬
исходящее сейчас [Tolle, 2004]. Ваш разум и осознания быстро меняются.
97
Глава 5
Поскольку вы читаете это прямо сейчас, я предполагаю, что ваш клиент
находится в другом месте. Это означает, что вы осознаете себя и думаете
о своем клиенте. То, что вы делаете (т.е. читаете и думаете о клиенте), в
корне отличается от вашего осознания того, что вы делаете и как вы это
делаете.
Эти два различных процесса — содержание, о котором вы осведомле¬
ны, и ваше осознание настоящего момента — происходят одновременно.
Другими словами, вы можете осознавать как то, что вы делаете, так и то,
что вы это делаете. Другой способ провести различие между пережива¬
нием содержания ваших мыслей и осознанием в текущий момент — это
подумать о том, как терапевты обсуждают содержание групповой тера¬
пии в сравнении с ее процессом [Yalom, 1995]. Содержание групповой
терапии — это то, что обсуждается в группе, например выздоровление
от злоупотребления психоактивными веществами, неправильное пита¬
ние или история, произошедшая с кем-то из участников группы на про¬
шлой неделе. Это контрастирует с процессом, который показывает то, как
члены группы взаимодействуют друг с другом, например внимательно
слушают, склоняются друг к другу, предлагают поддержку, реагируют с
сочувствием, а также к ролям, которые члены группы могут играть в те¬
чение занятий. Процесс существует потому, что есть содержание, и он
возникает как результат содержания [Puskar et al., 2012].
Приведенные ниже упражнения по когнитивному разделению обеспе¬
чивают подготовку к тому, чтобы “отсоединиться” от содержания мыслей
и воспринимать их тем, чем они являются — просто мыслями. Несмотря
на то что это всего лишь мысли, человек часто оказывается погружен в
содержание текущего момента. Собственный разум побуждает его обра¬
щать внимание на мысли и чувства. Однако всегда нужно иметь в виду,
что “вы — это не ваш разум” [Tolle, 2004, С. 11]. По мере практики можно
приучить себя концентрироваться на процессе бытия человеком в теку¬
щий момент. Мысли и чувства — это только часть настоящего. Чем лучше
человек способен разделяться со своими мыслями, тем больше он может
присутствовать в текущем моменте, использовать психологическую гиб¬
кость и двигаться в направлении своих ценностей.
98
Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента
Упражнение "Текущий момент"
Все еще не уверены в том, находитесь ли вы в текущем моменте? По¬
пробуйте выполнить это упражнение, ответив вслух на приведенные ниже
вопросы. Отвечая на вопросы, действуйте медленно и по-настоящему на¬
слаждайтесь сенсорным восприятием. Это мощное упражнение, которое
поможет вам “заземлиться” в текущем моменте, так что не торопитесь.
Что вы видите? Что вы пробуете на вкус? Какой запах вы ощущаете? Что вы
слышите? Какие физические ощущения и прикосновения вы испытываете?
Возможно, вы использовали это упражнение с клиентами, когда замечали
диссоциацию или нарушение регуляции в их эмоциях. Тем не менее это
упражнение можно использовать часто, поскольку оно приносит легкость
осознания текущего момента, оценки и благодарности.
Прежде чем читать дальше, возьмите ручку и бумагу. Нарисуйте или на¬
царапайте свое осознание текущего момента. Оно обязательно меняется
и эволюционирует даже в тот момент, когда вы создаете его изображение.
Что появилось у вас в настоящем, пока вы рисовали? Пытались ли вы нари¬
совать предыдущий момент или вам удалось остаться в настоящем? Вы мо¬
жете экспериментировать с каракулями и набросками текущего момента в
течение дня, чтобы установить связь с настоящим. Чтобы улучшить свой
опыт и осознание своих чувств, попробуйте ответить на пять вышеприве¬
денных вопросов без слов — просто сосредоточьте свое внимание на ка¬
ждом из пяти чувств, не прибегая к привычному использованию языка для
вербальных описаний. Затем используйте ручку и бумагу, чтобы отразить
свое возросшее осознание.
Определение осознания текущего момента
Теперь, когда у вас появилось ощущение пребывания в текущем момен¬
те, вы, вероятно, заметили, как быстро разум может отвлечься и увести
обратно к содержанию мысли или чувства. Давайте рассмотрим опреде¬
ление осознания текущего момента и то, как оно вписывается в ACT и
арт-терапию.
Осознание происходящего здесь и сейчас возникает благодаря особому
вниманию к намеренному осознанию текущего момента с добротой по от¬
ношению к самому себе [Kabat-Zinn, 1990]. Осознание текущего момента
99
Глава 5
происходит, когда человек целенаправленно обращает внимание и удер¬
живает фокус на том, что происходит в настоящем, наблюдая и не осуждая
[Backos, 2021]. Если кто-то погружается в осуждающие мысли о самом себе,
он утрачивает аспект доброты. Например, если кто-то критикует себя за то,
что потерял представление о текущем моменте, то он таким образом отда¬
ляется от него еще сильнее, чем если бы просто заметил, что “выскользнул”
из текущего момента, и вернулся в него. На самом деле разум обычно отвле¬
кается на различные мысли, когда человек входит в осознание текущего мо¬
мента и выходит из него. Замечать момент отдаления от текущего момента
означает возвращаться в здесь и сейчас — акт наблюдения за блужданием
разума и есть момент майндфулнесс. Люди часто с осуждением ловят себя
на том, что их разум блуждает во время наблюдения за текущим моментом.
Вместо этого нужно праздновать возвращение в текущий момент!
Осознание текущего момента в конечном итоге включает в себя присут¬
ствие и в мыслях, и в моменте без осуждения. Стивен Хейс, один из основа¬
телей ACT, описывает присутствие как “способность гибко и добровольно
направлять внимание на внешние и внутренние события, происходящие
здесь и сейчас” [Hayes, 2011, П. 10]. Согласно Экхарту Толле, современно¬
му стороннику данной практики, текущий момент — это “вневременное
состояние интенсивного сознательного присутствия” [Tolle, 2004, С. 8].
Толле описывает аспект “я”, который осознает содержание мысли, как мыс¬
лителя, в то время как часть “я” которая осознает и следит за процессом,
является познающим. Мыслитель остается активно вовлеченным в мысли,
и в то же время познающий отключается от мыслей и остается в текущем
моменте, замечая настоящее и наблюдая за мыслительным процессом.
Тич Нат Хан, буддийский монах в изгнании, посвятивший себя обуче¬
нию майндфулнесс, описывает присутствие как свободу, а отдельный мо¬
мент — как место, в котором человек может по-настоящему быть живым
[Hanh, 2010]. Хан иллюстрирует работу разума, отмечая, что люди часто
теряются в своих мыслях и планах, когда обращают внимание на сожале¬
ния из прошлого, планы на будущее, а также на свои гнев и тревогу. Как и
Толле, в своем учении об осознании текущего момента, которое становит¬
ся скорее практикой, чем навыком, Хан ссылается на Будду. Крайне важная
для практикующих ACT терапевтов и клиентов приверженность практи¬
ке майндфулнесс и движению к ценностям создает психологическую гиб¬
кость и уменьшает страдания.
100
Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента
Толле, Хан, Хейс, а также многие другие называют деятельность ума по¬
стоянно колеблющейся между прошлым и будущим [Tolle, 2004; Hanh, 2010;
Hayes, 2011]. Кроме того, Хейс описал осознание текущего момента как при¬
сутствие при “внешних и внутренних событиях, а не автоматическое со¬
средоточение на прошлом или будущем” [Hayes, 2011, П. 10]. Цель состоит
в том, чтобы оставаться “заземленным” в текущем моменте с целью умень¬
шить страдания и быть по-настоящему живым. ACT использует эти идеи,
почерпнутые из буддизма и других философских концепций, как способ
помочь человеку отвлечься от болтовни своего разума и по-настоящему по¬
грузиться в текущий момент. ACT перекликается с некоторыми духовными
традициями и знаниями мудрецов, которые обучают практическим техни¬
кам управления напряженным, постоянно размышляющим разумом. Тера¬
певты могут использовать концепции майндфулнесс в ACT для поддержки
духовных аспектов своих клиентов; однако без какой-либо конкретной ре¬
лигиозной направленности концепции ACT привлекательны как для кли¬
ентов, придерживающихся определенной религии, так и для атеистов.
Счастье и текущий момент
Счастье требует осознания текущего момента. Блуждающий раз¬
ум способствует несчастью, а наши умы блуждают целых 47% времени
[Killingsworth, & Gilbert, 2010]. Это означает, что примерно половину вре¬
мени люди заняты своей жизнью, а остальное время тратят на то, чтобы
отвлечься от текущего момента и размышлять вне его. Исследования по¬
казывают, что, позволяя своему разуму блуждать, люди становятся очень
несчастными [Killingsworth, & Gilbert, 2010]. Киллингсворт изучал счастье и
обнаружил, что человек чувствует себя счастливее, когда погружен в насто¬
ящее, вместо того чтобы позволять своим мыслям блуждать. Пребывание
в текущем моменте создает пространство для счастья, даже когда человек
занят тем, что считает “скучным” или неинтересным занятием, таким как
сидение в пробке или выполнение домашних обязанностей. Люди просто
более удовлетворены, когда вступают в союз со здесь и сейчас [Backos, 2021;
Coget, 2021; Killingsworth, & Gilbert, 2010; Tolle, 2004].
Радость возникает от наслаждения моментом. Несмотря на то что, воз¬
можно, проще “нажать кнопку включения” осознания текущего момента
и счастья, когда человек делает что-то увлекательное или веселое, каждый
101
Глава 5
способен испытывать радость в конкретный момент в любое время, когда
решит находиться в состоянии здесь и сейчас [Pratt, 2016]. Скорее всего,
вы можете вспомнить захватывающие события, занимавшие вас в теку¬
щий момент, такие как выпускной, свадьба или воссоединение с друзь¬
ями после долгого отсутствия. Когда вы в последний раз оказывались в
состоянии здесь и сейчас во время мытья посуды, уборки пылесосом или
ожидания зеленого сигнала светофора? Пребывание в текущем моменте
требует практики, и немалой. Основополагающий принцип ACT включает
в себя участие в текущем моменте, и эта конкретная стратегия предлагает
важный инструмент для создания позитивного настроения и поддержания
постоянного счастья. Находитесь ли вы прямо сейчас в текущем моменте?
Текущий момент в ACT
ACT предлагает точное определение осознания текущего момента, кото¬
рое может послужить основой для терапевтической практики. Это приня¬
тие, открытый контакт с текущим моментом, освобожденный от мыслей,
в сочетании с личными внутренними переживаниями, происходящими в
этот конкретный момент [Harris, 2007]. В частности, осознание экспериен-
циально отличается от того, что человек замечает в данный момент [Harris,
2007]. Как упоминалось ранее, содержание того, что он замечает, отличает¬
ся от самого процесса замечания.
В ACT осознание текущего момента относится к постоянному контакту
с ним, причем этот контакт являет собой принятие, а не осуждение. Кроме
того, это понятие включает в себя контакт человека со своим собственным
психологическим состоянием, а также с окружающей средой. Наконец,
внимание человека может добровольно, плавно и гибко распределяться по
его собственному выбору [Harris, 2007]. Другими словами, пребывание в
контакте с текущим моментом имеет прагматическое преимущество, по¬
зволяющее человеку направлять свое внимание. Он может сосредоточить¬
ся на тех внутренних и внешних аспектах текущего момента, которые наи¬
более важны для него в данном конкретном контексте. Эта способность
выбирать контроль над своим вниманием помогает приблизиться к глав¬
ной цели ACT — психологической гибкости.
Обладая гибким вниманием, которое представляет собой способность
концентрироваться на том, что наиболее важно в контексте, можно на¬
102
Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента
чать использовать язык и мышление с большим когнитивным разделе¬
нием. Внимательное осознание дает человеку возможность свободно пе¬
ремещать свое внимание, оставаясь сосредоточенным на принятии того,
что находится внутри и снаружи него в данный момент. Оно позволяет
размышлять о своем разговоре с самим собой и языке общения с другими
людьми таким образом, чтобы сосредоточиться на процессе (возникнове¬
нии мысли), а не на содержании (предмете мысли). Таким образом внима¬
ние человека переключается, позволяя ему относиться к происходящему
с позиции любопытства, а не прибегать к помощи языка, чтобы судить и
предсказывать, что произойдет дальше.
Цель работы с клиентами состоит в том, чтобы помочь им установить
постоянный и гибкий контакт с текущим моментом (внешней средой и
внутренним психологическим опытом) без осуждения. Например, клиент
поделился своим переживанием тревоги и сразу же начал рассказывать о
своих разговорах с самим собой: “У меня не должно быть этого беспокой¬
ства” и “Мне нужно быть более эффективным, чтобы прекратить все эти
проволочки”. Я спросила: “Не хотели бы вы подключить любопытство и ис¬
следовать свою тревогу, чтобы мы могли понять ее вместе?” Когда он согла¬
сился, я попросила его сосредоточиться на чувстве тревоги и воздержаться
от суждений о ней и о том, что она значит для клиента, пока он будет объ¬
яснять свои ощущения. Я попросила его быстро описать чувство, которое
он испытывал в тот момент. Клиент продолжил описывать и делать все но¬
вые рисунки того, на что была похожа его тревога. Свобода быть в текущем
моменте без осуждения позволила ему открыться и искренне поделиться
своими переживаниями в данный момент, вместо того чтобы сообщать о
прошлых тревогах или суждениях.
Культивирование осознанной позиции
Есть семь установок, которые составляют позицию майндфулнесс: отсут¬
ствие суждений (непредвзятость), отсутствие стремления (к улучшению или
изменению. — Примеч. перев.), принятие, способность отпускать, “разум но¬
вичка”, терпение и доверие [Kabat-Zinn, 1990]. Здесь я рассмотрю каждое из
этих понятий и то, как их можно применять в терапии, чтобы повысить пси¬
хологическую гибкость клиентов и их способность оставаться в текущем мо¬
менте и выбирать действия, которые приближают их к выбранным ценностям.
103
Глава 5
Отсутствие суждений (непредвзятость)
Непредвзятое отношение к происходящему создает пространство, в ко¬
тором допускаются и приветствуются все внутренние личные пережива¬
ния, а также внешние ситуации. Отсутствие суждений достигается путем
воздержания от суждений и критики в адрес себя или других, чтобы пол¬
ностью принять все, что существует в текущий момент.
Отсутствие стремления
Стремление к тому, чтобы чувствовать себя лучше, или избегание на¬
стоящего момента — это противоположность майндфулнесс. Отсутствие
стремления означает отказ от попыток избежать, изменить или прекра¬
тить свои ощущения и переживания в данный момент. В этом заключается
принципиальное отличие ACT от КПТ, где клиентам помогают изменять
свои мысли и бросать им вызов.
Принятие
Принятие включает в себя активное участие в личных событиях без по¬
пыток их изменить. Принятие текущего момента является альтернативой
попыткам избежать его. Принятие нежелательных мыслей, чувств или те¬
лесных ощущений создает возможность для поиска потенциального по¬
дарка в конкретный момент. Исследователи описывают посттравматиче¬
ский рост как развитие жизни, намного более насыщенной после травмы,
чем та, которую можно было бы пережить без дистресса и травматическо¬
го опыта [Kabat-Zinn, 1990]. Например, человек, который способен защи¬
щать интересы женщин, возможно, мог стать таким сильным защитником,
потому что он подвергался дискриминации или домогательствам. Вот что
я имею в виду, когда говорю о поиске возможных подарков в виде нежела¬
тельных переживаний. В ACT принятие — это средство достижения цели.
Важно помнить, что цель терапии принятия и ответственности — жизнь,
основанная на ценностях, а принятие текущего момента дает простран¬
ство для изучения этих ценностей и принятия в текущий момент решения,
которое приблизит человека к тому, что для него ценно.
104
Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента
Способность отпускать
Снижение внимания и привязанности к своей эмоциональной или фи¬
зической боли порождает облегчение. Например, мужчина, испытывающий
хроническую боль, может смириться с наличием постоянных неприятных
ощущений и прекратить сопротивляться своей боли, чтобы жить полно¬
ценной жизнью со своей семьей. Способность отпускать включает в себя
распознавание и принятие боли, без добавления к ней собственных сужде¬
ний и дополнительных страданий. Боль остается; однако борьба рассеива¬
ется, оставляя место для выбора поведения, основанного на ценностях.
"Разум новичка"
Эта позиция позволяет привносить свежую точку зрения в каждый миг,
не перенося багаж прошлого опыта в текущий момент. Сюнрю Судзуки,
японский монах и учитель медитации, помог популяризировать дзен-буд-
дизм на Западе. Он основал первый дзен-буддийский монастырь за преде¬
лами Азии в центральной Калифорнии, а также дзен-центр в Сан-Фран¬
циско. В своей книге 1970 года Zen Mind, Beginner Mind (Разум дзен, разум
новичка) Судзуки описал, как культивировать свежий взгляд на каждый
момент: нужно развивать “разум новичка”. В сознании новичка существует
множество возможностей приблизиться к моменту, задаче или отношени¬
ям, в то время как разум эксперта видит меньше возможностей и часто
полон суждений и предвзятых идей [Suzuki, 2020].
Терпение
Приверженность практике майндфулнесс на протяжении всей жизни
требует большого терпения. Постоянная работа по осознанности требует
практики, настойчивости и эволюции.
Ловерие
Когда человек доверяет себе и процессу майндфулнесс, он может раз¬
вить уверенность в том, что его работа будет плодотворной и значимой.
Избавление от страхов и суждений оставляет место для доверия к процес¬
су майндфулнесс как способу облегчения страданий.
105
Глава 5
Благодарность и великодушие
Ежедневная практика записывать то, за что вы благодарны, воспитывает
оптимизм, наблюдательность, энтузиазм и энергию. Кроме того, практика
благодарности приводит к уменьшению нежелательных физических сим¬
птомов, а также к снижению стресса и облегчению симптомов депрессии.
Текущий момент и поток в арт-терапии
Случалось ли вам когда-нибудь быть настолько погруженным в свои
мысли, чтобы пропустить то, что вы только что прочитали, или то, что
кто-то сказал? Возможно, у вас был опыт общения с кем-то, кто, казалось,
не понял того, что вы говорили? Разговор, в котором отсутствует осозна¬
ние текущего момента, выглядит так, будто два человека просто ждут, ког¬
да другой замолчит, чтобы они могли что-то сказать. Это пример того, как
человек теряет текущий момент и становится поглощенным внутренними
мыслями, чувствами и реакциями.
Степень осознания текущего момента в художественном творчестве мо¬
жет прибывать и убывать по мере того, как специалисты или их клиенты
вовлекаются в какую-либо деятельность или остро осознают какое-то ка¬
чество окружающей среды. Как арт-терапевт, так и клиенты могут “усколь¬
знуть” из текущего момента, стать застенчивыми и критически оценивать
свое художественное мастерство, либо отвлечься на какую-то мысль или
чувство и потерять фокус на текущем моменте. Оставаться вовлеченным
и осознанным по отношению к искусству — это ваш выбор. Я видела, как
некоторые ученики работают настолько быстро, насколько это возможно,
чтобы закончить художественный проект в классе, а затем отвлекаются на
телефон, в то время как другие продолжают работать и с трудом останав¬
ливаются в конце часа. Студенты, которые продолжают заниматься, безус¬
ловно, получают больше удовольствия!
Поток — это ментальное состояние, включающее в себя полное погру¬
жение, полную вовлеченность, поглощенность, с энергичным фокусом, с
полным наслаждением процессом [Csikszentmihdlyi, 2008]. Несомненно,
у вас уже был опыт работы с потоком раньше. Возможно, вы испытыва¬
ли это состояние, когда занимались искусством, упражнялись или были
полностью вовлечены в хобби или рабочий проект. Многие художники
106
Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента
и арт-терапевты знакомы с концепцией потока, потому что создание про¬
изведений искусства расширяет способность осознавать текущий момент
и находиться в потоке [Backos, 2021; Rappaport, 2008,2013]. Когда осознание
текущего момента сочетается с увлекательным процессом или деятельно¬
стью, может наступить более глубокое состояние потока.
Михай Чиксентмихайи, который был заинтересован в понимании по¬
глощенности художников своим творческим процессом, ввел термин по¬
ток в 1975 г. [Csikszentmihalyi, 2008]. Концепция включает в себя взаимо¬
действие шести областей, одна из которых содержит осознание текущего
момента. В частности, поток возникает при наличии следующих составля¬
ющих: целенаправленная концентрация на текущем моменте, потеря реф¬
лексивного самосознания, слияние осознания с действием, чувство потери
личной свободы действий, измененное ощущение/потеря счета времени
и внутреннее чувство вознаграждения.
Искусство очищает мою голову от "мусора"
Как обсуждалось ранее, энергия искусства, направленная на повыше¬
ние проницательности и осознанности, проявляется через взаимодействие
с текущим моментом. Мария Елена Фустер (Fuster) — кубино-американ¬
ский терапевт по вопросам брака и семьи и сертифицированный арт-те-
рапевт, занимающаяся частной практикой в Южной Калифорнии. Будучи
докторантом по психологии арт-терапии в Доминиканском университете
Калифорнии, она сочетает свой обширный клинический и личный опыт
с исследованиями, касающимися латиноамериканских женщин и культур¬
ной интеграции. Мы говорили с ней о роли осознания текущего момента в
ее клинической работе и о том, как создание произведений искусства мо¬
жет привести к “правде и реальности”. В эссе, написанном Фустер для кни¬
ги Майндфулнесс в арт-терапии, она размышляет о выборе материалов и
контроле над ними, чтобы “раскрыть бессознательное” для клиента.
Осознание текущего момента, или майндфулнесс, определяется как со¬
знательное внимание к настоящему, с принятием и без вынесения суждений
[Kabat-Zinn, 1990]. Позволяя мыслям, чувствам, воспоминаниям и сома¬
тическим ощущениям приходить и уходить без необходимости взаимодей¬
ствовать с ними, человек способствует созданию ощущения собственного
“я”, отличного от содержания сознания [Hayes et al., 2012]. Исследования
107
Глава 5
показали, что осознанность улучшает чувство благополучия и уменьшает тре¬
вогу, негативные аффекты и депрессию [Brown, & Ryan, 2003; Campenni, &
Hartman, 2020]. Как арт-терапевт и художник, я считаю практику осознания
текущего момента, или майндфулнесс, неотъемлемой частью созидания и
исцеления.
Создание арт-объектов способствует расслаблению, подобному пребы¬
ванию в медитативном состоянии [Sandmire et al., 2012; van der Vennet, &
Serice, 2012]. Творческий процесс требует и поощряет такие аспекты май¬
ндфулнесс, как внимание и сосредоточенность [Edwards, & Hegerty, 2018].
Под руководством арт-терапевта как “свидетеля” клиент может заниматься
искусством таким образом, чтобы это побуждало его присутствовать в теку¬
щем моменте, со своими мыслями, эмоциями и телесными ощущениями.
Эта практика осознания в безопасной терапевтической среде способствует
разрядке напряженности и вовлечению в процесс принятия.
Как арт-терапевт и терапевт по вопросам брака и семьи, я рассматри¬
ваю творческий процесс клиента на сеансе как важный инструмент оценки,
информирующий меня о проблемах, с которыми клиент может столкнуться
в вопросах когнитивного слияния и психологической гибкости. В кабинете
арт-терапии есть священное пространство, которое позволяет клиенту погру¬
зиться в осознание текущего момента по мере того, как он раскрывает свои
истории в поисках исцеления. Художественные материалы привлекают кли¬
ента и дают ему свободу выбора того, что ему нужно в данный момент. Этот
выбор материалов также информирует меня о том, как клиент хотел бы вы¬
разить себя: например, при помощи более жидких средств, требующих мень¬
шего контроля и позволяющих проявить больше эмоций, таких как акварель,
или карандаша и маркера, требующих большего контроля. Язык тела и то,
как клиент расставляет свои художественные материалы, также информиру¬
ют меня о его состоянии: чувствует он себя комфортно или дискомфортно. По
мере того как разворачивается творческий процесс и клиент начинает зани¬
маться созданием арт-объекта, возникает пространство для того, чтобы он
мог осознать мысли, эмоции и ощущения в теле. Только клиент решает, как
именно манипулировать и управлять мультимедийными материалами или,
напротив, полностью отпустить контроль, извлекая образы из глубины созна¬
ния и размышляя над тем, что раскрывается перед ним.
Пока клиент работает, я наблюдаю, как он сливается воедино с рисун¬
ком и погружается в поток ощущений. Я прислушиваюсь к своим внутрен¬
ним ощущениям, наблюдаю за процессом и размышляю о том, что знаю,
чувствую интуитивно и что вызывает мое любопытство в работе и создавае¬
мых изображениях. Кроме того, я прислушиваюсь к тому, что “говорит” мне
108
Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента
рисунок с помощью нанесенных на него точек-“уколов”, взмахов, стертых
линий и “швов”, соединяющих детали изображения. Движения могут расска¬
зать другую историю, поскольку сенсорная и соматическая составляющие
сливаются воедино, вплетая память и эмоции в повествование и придавая
смысл тому, чем клиент делится со мной. Когда трансформация и озарение
начинают формулироваться и конкретизироваться, происходит нечто алхи¬
мическое. В этом процессе нет вербальной составляющей, только знание,
поиск, попытка сформулировать то, что не имеет словесного выражения. Ис¬
кусство становится приглашенным гостем в комнате, и клиент делится своим
опытом.
Создание арт-объекгов может послужить катализатором перемен, посколь¬
ку оно заставляет клиента присутствовать в моменте создания, замедляя его
и побуждая замечать сенсорные переживания по мере взаимодействия с
материалами. Это позволяет осознавать слияние, наблюдать за мыслями,
которые хотят овладеть клиентом, и оттачивать умение отстраненно наблю¬
дать, как мысли возникают и рассеиваются. Процесс создания произведе¬
ний искусства также может помочь клиенту установить более тесную связь
с самим собой и принять себя. Он усиливает развитие навыков замечать
и фокусироваться, наряду с использованием мультимедийных материалов,
что способствует высвобождению бессознательного материала и соматиче¬
ских ощущений. Кроме того, создание арт-объектов действует как “зазем¬
ляющий” механизм, удерживающий клиента от нарушения регуляции. Этот
процесс также может выявить правду и реальность любой конкретной си¬
туации, в разрешении которой клиент, возможно, проявлял настойчивость,
обеспечивая появление психологической гибкости.
Искусство в терапии предполагает способ познания, выходящий за рамки
разговоров и позволяющий достичь ощущения целостности [Langer, 1942].
Сюзанна Лангер считала, что искусство — это язык эмоций, используемый
главным образом для выражения интуитивного знания художником челове¬
ческих чувств. Это подтверждает наши интуитивные предположения о том,
что искусство может многое рассказать арт-терапевтам — не только о том, что
чувствуют клиенты, но и о том, как они видят жизнь и мир: понять их уникаль¬
ное перетекание одного чувства в другое и глубинную структуру, лежащую в
основе этого потока чувств.
“Искусство предоставляет различные способы познания в областях, ко¬
торые включают в себя познание терапевтом клиента, познание клиентом
самого себя и познание человеческого разума и опыта” [Carolan, & Stafford,
2018, С. 19]. Оно задействует целый ряд способов познания через опыт, чув¬
ственные ощущения, интуицию, эмоции и воображение. Этот способ позна-
109
Глава 5
ния может активизировать разум и тело и помочь интегрировать в процесс
открытия всю личность в полном объеме [Carolan, & Stafford, 2018].
В моей собственной работе в качестве художника (рис. 5.1) создание
арт-объектов — это форма медитации, поскольку я работаю интуитивно, об¬
ращая внимание на мысли и чувства по мере их прилива и отлива в теку¬
щий момент. Для меня этот процесс, как правило, начинается с материалов,
которые “говорят” со мной и побуждают меня творить, чтобы добиться по¬
нимания. Использование текстиля, найденных предметов и других тактиль¬
ных материалов позволяет создавать образы и истории. Искусство укрепляет
меня и позволяет оставаться в настоящем; оно замедляет меня и очища¬
ет мою голову от “мусора”. Искусство позволяет мне замечать внутренние
чувства, которые не поддаются описанию, и копать вглубь до тех пор, пока
искусство не раскроет правду, не даст мне ясности. Эта практика искусства
майндфулнесс укрепляет мою осознанность, позволяет мне доверять своему
интуитивному “я” и является основой, которая учит меня, как присутствовать
при общении с моими клиентами, когда я веду их по их собственному пути
самосознания и самопринятия.
Рис. 5.1. Эль Боске от Марии Фустер
Примечание: смешанная техника, 120x90 см
110
Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента
Вопросы, способствующие любознательному,
непредвзятому наблюдению за чувством
Когда вы замечаете, что у клиента есть суждения о чувстве или психо¬
логическом симптоме, которые усугубляют переживание, вы можете ис¬
пользовать данное вмешательство, чтобы способствовать формированию
открытой и принимающей психологической позиции. Приведенные ниже
вопросы дают возможность исследовать нежелательные чувства в текущий
момент. Это упражнение помогает клиентам оставаться в настоящем, на¬
поминая им о необходимости создавать арт-объекты и отвечать на вопро¬
сы, относящиеся к состоянию здесь и сейчас.
Материалы: 10-12 листов бумаги разного формата, масляная пастель/
мелки, клей-карандаш, ножницы, степлер, скотч.
Дополнительно: формочки для печенья, которые клиент может обвести
на бумаге, и таблица ощущений со списком, включающим как можно боль¬
ше вариантов различных чувств.
Вы можете попросить своего клиента быстро отреагировать на приве¬
денные ниже инструкции во время консультации или выделить ему вре¬
мя для выполнения их в качестве домашнего задания между сеансами.
Не стесняйтесь изменять инструкции, чтобы адаптировать их к конкрет¬
ным потребностям вашего клиента.
1. Какие эмоциональные и физические ощущения вы испытываете
прямо сейчас? Где они проявляются в вашем теле? Опишите любое
из мест в теле, где вы их чувствуете. Сделайте быстрый рисунок тела
и покажите свои чувства с помощью линий, форм и цвета. Фигурки
из палочек — это прекрасно, но фигура большего размера придаст
больше выразительности. (Совет терапевту: вы можете взять фи¬
гурку человечка из набора формочек для печенья, чтобы клиент мог
обвести ее.)
2. На новом листе бумаги увеличьте масштаб линий и форм, которые
вы нарисовали в п. 1, и постарайтесь отобразить внутреннее пережи¬
вание чувств в теле. Обратите внимание на цвет, размер и текстуру,
а также на то, как они выражают ваши чувства. Укажите на те детали
чувств, изображенных в арт-объекте, которые связаны с осуждением
111
Глава 5
или болью, возникающей из-за попыток избежать чувств, контроли¬
ровать их или убежать от них.
3. На новом листе бумаги или на том же самом создайте изображение,
используя линии, формы и цвета, чтобы показать, что изменилось
или могло бы измениться в ощущениях, если бы вы исключили су¬
ждения и стратегии контроля. Что меняется в изображении, когда
отбрасываются суждения? Сосредоточьтесь именно на принятии и
отсутствии осуждения, которые помогают отражать ваши чувства
такими, какие они есть.
4. На новом листе бумаги или на том же самом создайте изображение,
используя линии, формы и цвета, чтобы показать, что изменилось в
ощущениях, когда вы убрали свои стратегии избегания, контроля или
бегства от этого чувства (например, выпивка, шоппинг, нанесение себе
порезов, крик, чрезмерный контроль). Сосредоточьтесь конкретно на
проблеме, боли или чувствах — без каких-либо суждений о них.
5. Назовите чувство, которое вы испытываете прямо сейчас, в этот мо¬
мент. (Совет терапевту: предоставьте клиенту список слов, обозна¬
чающих чувства, в качестве подсказки.) Сосредоточьтесь конкретно
на текущем моменте. Каково вам прямо сейчас делиться своими чув¬
ствами с помощью слов и рисунков?
6. Насколько сильно это чувство сейчас по шкале от 0 до 10, где 1 — это
очень слабое, а 10 — экстремально сильное и интенсивное чувство?
7. Пригласите свое “я” как контекст понаблюдать за происходящим. Ка¬
ково это — говорить о своих чувствах и создавать рисунок о них пря¬
мо сейчас? (Совет терапевту: предоставьте клиенту список слов,
обозначающих чувства, в качестве подсказки.) Этот вопрос вызыва¬
ет осознанность, знание и разделенное наблюдение за чувствами, а
не за их содержанием.
8. Есть ли какие-либо другие ощущения, которые возникли во время это¬
го упражнения? О чем еще вы знаете прямо сейчас?
9. Исследуйте различия между внутренним нежелательным пережи¬
ванием, проживаемым с осуждением, и тем, каково это пережива¬
ние без дополнительных самоосуждений. Опишите словами, что вы
могли бы сделать, чтобы принять эти чувства, когда испытаете их в
112
Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента
следующий раз. Как мысли о чувствах, с которыми вы испытываете
сложности, усугубляют переживания о них? Чем полезен новый спо¬
соб отношения к чувствам и мыслям?
10. Изготовьте новый трехмерный арт-объект, объединяющий все иллю¬
страции, созданные в этом упражнении. Вырежьте, скомкайте, сложи¬
те, согните либо скрутите свои рисунки и прикрепите их с помощью
клея или скотча друг к другу или на новый лист бумаги. Это нужно для
того, чтобы изменить ваше отношение к чувствам таким же образом,
как разделение с мыслями меняет ваши отношения с ними. Как этот
новый способ отношения к своим мыслям и чувствам может помочь
вам принять текущий момент и осознать его?
Попробуйте сами воспользоваться этим руководством, чтобы исследо¬
вать одно из ваших собственных нежелательных чувств, прежде чем про¬
водить такое вмешательство со своим клиентом. Вы можете использовать
это упражнение для развития гибкого внимания и любознательности, что¬
бы создать менее субъективный способ восприятия мыслей, чувств и дру¬
гих личных событий. Добавьте детали к своему рисунку или возьмите но¬
вый лист бумаги, чтобы отразить ответы на приведенные выше вопросы.
Возможно, вы обнаружите несколько фантастических вариаций, которые
помогут вам сделать это упражнение более адаптированным для ваших
клиентов. Может быть, вам захочется составить список всех подсказок, ко¬
торые вы возьмете с собой на сеанс и сможете изменить их в соответствии
с требованиями и потребностями клиента.
Интеграция осознанности и культурного смирения
Джувьель Винлуан — студентка магистратуры по психологии арт-тера¬
пии в Доминиканском университете в районе залива Сан-Франциско. Когда
ей было пять лет, она и ее семья иммигрировали в Соединенные Штаты с
Филиппин. Личный опыт вдохновил ее на то, чтобы стать психотерапевтом
и работать с иммигрантами. В своем диссертационном исследовании Вин¬
луан оказывала поддержку недавним беженцам, спасающимся от полити¬
ческого насилия в Никарагуа, используя измененные книги и онлайн-плат¬
форму (измененные книги, или altered books, — это форма произведения
искусства в смешанной технике, которая изменяет исходную форму книги
113
Глава 5
на другую, придавая ей новый внешний вид и/или значение. Часто для это¬
го используют техники коллажирования и вырезания. — Примеч. перев.).
Я попросила ее поделиться тем, что было самым важным для нее как ис¬
следователя и арт-терапевта. Джувьель написала приведенное ниже эссе
Культурное смирение и майндфулнесс в арт-терапии, обращаясь к осознан¬
ности, “я” как контексту, культурному смирению, а также своим ценностям
и ответственным действиям. Ее эссе демонстрирует, как взаимосвязаны ка¬
ждая из областей гексафлекса (автопортрет Джувьель показан на рис. 5.2).
Иммигрировав в другую страну, я поняла, что общение с другими людьми
является одним из основных ресурсов выживания. С пяти лет, с тех пор как
я переехала в США, я постоянно пыталась адаптироваться в новой среде,
меняя свой язык или еду, которую приносила на обед в школу. Самым при¬
ятным воспоминанием о том, как я приехала из аэропорта, было то, что я
увидела огромные апартаменты в Лос-Анджелесе, думая, что это особняки.
Я не привыкла ездить в машине по автостраде, потому что мы с мамой либо
ходили пешком, либо ездили на джипни или трехколесных велосипедах до
места назначения. Везде, куда бы я ни пошла, меня ждал культурный шок.
Иммиграция — это не просто государственная политика; она затрагивает по¬
коления семей и основные права человека.
Будучи ребенком-иммигрантом, я чувствовала давление всего мира на
свое плечи, потому что у меня не было никакой связи с тем, кем я была и
куда направлялась в жизни. На протяжении многих лет это давление приво¬
дило к тому, что я задавалась вопросом о том, кем я хотела быть и почему
делала то, что делала. Я попала в слияние с представлением моих родителей
обо мне, оставаясь при этом любопытной к новому миру, в котором оказа¬
лась. Это привело к замешательству в отношении того, кто я такая и каковы
мои планы на будущее.
У меня была возможность поработать с никарагуанскими беженцами,
ищущими убежища в Коста-Рике, во время работы над моей магистерской
диссертацией по арт-терапии в Университете Нотр-Дам-де-Намюр и Доми¬
никанском университете Калифорнии. Через неправительственную орга¬
низацию Viva Nicaragua Abroad (Вива Никарагуа за рубежом) я несколько
месяцев встречалась с беженцами онлайн, рассуждая на тему трех основ¬
ных вопросов: “Кто вы? Как до нынешнего времени складывалось ваше
путешествие? Чего вы с нетерпением ждете в будущем?” Использование
принципов культурного смирения в процессе арт-терапии создало открытое
пространство для свободного сотрудничества участников в художестве и дис¬
куссиях. Культурное смирение помогает осознать важность понимания сво¬
114
Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента
ей культуры без ее неправильного толкования или изменения. Оно помогло
посеять в жизни этих беженцев семена размышлений, принятия и понима¬
ния того, что в данный момент происходит в их жизни.
Как исследователь, я практиковала принципы культурного смирения, уча¬
ствуя в непредубежденных дискуссиях о расе, идентичности и правах чело¬
века. Это помогло мне задуматься о причинах предубеждений и предполо¬
жений. Создание арт-объекгов вместе с участниками вызвало множество
эмоций, над которыми мне пришлось размышлять в рамках параллельного
процесса. Измененные книги, которые мы все создали индивидуально, как
группа, подняли вопросы о моих намерениях как защитника социальной
справедливости и как человека. Я поняла, что моя личность постоянно, каж¬
дый день меняется благодаря разговорам, которые мы ведем друг с другом,
убеждениям, которых мы придерживаемся, и окружению, в котором нам вы¬
пала честь находиться. За эти годы я аккультурировалась как американка,
но это не меняет моих культурных ценностей как филиппинки. Иммиграция
создает эти ярлыки и зависимость от основных прав человека, которые про¬
сто должны быть предоставлены нам по умолчанию.
Рис. 5.2. Автопортрет в исполнении Джувьель Винлуан
Примечание: бумага, уголь
115
Глава 5
Майндфулнесс при просмотре произведений
искусства
Просмотр произведений искусства может быть инструментом самоу¬
спокоения, личностного роста и средством нахождения баланса в жизни
[de Botton, & Armstrong, 2013]. Даже те, кто считает, что у них нет склон¬
ности к рисованию, могут внимательно и подолгу рассматривать картины
и рисунки, чтобы развить творческое мышление. Де Боттон и Армстронг
утверждали, что просмотр произведений искусства помогает преодолеть
то, что беспокоит человека [de Botton, & Armstrong, 2013]. Вместо того что¬
бы пытаться определить, какие работы актуальны с точки зрения интел¬
лектуального и исторического контекста, они предложили переосмыслить
то, как используется искусство. Прагматичный подход побуждает человека
рассматривать картины, чтобы успокоить эмоции, помочь поразмыслить
и найти решение сложных эмоциональных проблем в жизни.
Слова де Боттона и Армстронга находят отклик во мне, и каждый день
я трачу минутку, позволяя своему разуму погрузиться в картину, кото¬
рая висит над моим столом. Это акварельный городской пейзаж, который
раньше висел в доме моих родителей. Когда я была ребенком, эта картина
вдохновила мое воображение, и я задумалась, куда бы я могла отправиться
в этой городской среде и что люди могли бы делать в многоэтажных квар¬
тирах, изображенных на заднем плане. Поразмыслив, я пришла к выводу,
что городской пейзаж, который я видела в детстве на стене, идеально соче¬
тался с пасторальным пейзажем, который я наблюдала, когда смотрела из
окна на леса и наш сад. Вероятно, у вас был подобный опыт. Де Боттон и
Армстронг рекомендовали намеренно использовать картины для установ¬
ления баланса в жизни человека, делая паузу и размышляя над тем, что он
видит.
Однако посещение музеев и знакомство с классическим искусством —
это только один из способов извлечь пользу из просмотра картин. На самом
деле поиск неизвестных художников приносит людям огромную эмоцио¬
нальную пользу [Bennington et al., 2016]. Многие группы людей не имеют
возможности показать свои картины и стать широко почитаемыми в кни¬
гах по истории искусств или музеях, потому что они маргинализированы
из-за расизма и классового неравенства, а также других форм социального
угнетения. К счастью, у всех нас теперь есть возможность искать способы
116
Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента
онлайн-просмотра произведений искусства, созданных прежде или в наше
время группами людей, лишенных каких-либо прав, что поможет нам по¬
нять широту человеческих жизненных обстоятельств и увидеть отражение
наших чувств в искусстве. Подумайте, какие произведения искусства есть
у вас дома и в терапевтическом пространстве. Как это обеспечивает баланс
для вас и ваших клиентов?
Созерцание картин открывает возможности для обретения баланса и
эмоционального осмысления, но насколько важнее наблюдать за своим
собственным искусством как средством познания себя и способов исце¬
ления? Исследование актуальности, скрытых смыслов и проекций своего
собственного искусства открывает перед человеком новые возможности.
Занятия рисованием с арт-терапевтом предоставляют упомянутые ранее
возможности для саморефлексии, выявления эмоций и решения проблем.
Кроме того, клиенты, проходящие терапию, могут использовать свое твор¬
чество для общения с собой, выработки собственных решений и принятия
ответственности за собственное исцеление. Другими словами, это искус¬
ство позволяет клиентам создавать позитивные отношения с самими собой
и брать на себя ответственность за свое исцеление и развитие. Просмотр
произведений искусства способствует разделению с мыслями и открывает
более широкий взгляд. Следующее упражнение развивает идею рассмотре¬
ния искусства как инструмента для понимания и включает в себя осознан¬
ное создание цифровых фотографий.
Цифровая арт-терапия и майндфулнесс
Сара Кремер (Kremer) страстно верит в силу искусства и намеренных
взаимоотношений для исцеления и развития в любом возрасте. Кремер по¬
лучила степень бакалавра в области визуального искусства, степень маги¬
стра в области арт-терапии в Художественном институте Чикаго и степень
доктора в области психологии арт-терапии в Университете Нотр-Дам-де-
Намюр. Она работает преподавателем арт-терапии в Доминиканском уни¬
верситете Калифорнии и координирует их программу непрерывного обра¬
зования. Кремер является опытным фасилитатором SoulCollage® и входит
в Консультативный совет First Exposures, некоммерческой молодежной
программы наставничества в области фотографии в Сан-Франциско. Она
предоставляет непосредственные услуги, надзор, поддержку, преподавание
117
Глава 5
и тренинги, основанные на воспитании жизнестойкости у молодых людей
и окружающих их взрослых. С помощью фотографии и терапевтических
подходов к исцелению она решает проблемы травм, психического здо¬
ровья и семейных конфликтов, а также укрепляет жизнестойкость. Сара
способствует творческому росту подростков в психиатрических учрежде¬
ниях, общественных центрах психического здоровья, программах дневно¬
го лечения наркомании, альтернативных школах, танцевальных лагерях,
учреждениях пробации для несовершеннолетних и агентствах по под¬
бору персонала. В приведенном ниже эссе и упражнении по осознанной
фотографии цифровое искусство используется как средство повышения
осознания текущего момента, разделения с мыслями и психологической
гибкости.
Осознанная фотография
Осознанность и создание фотографий естественным образом взаимос¬
вязаны; и то, и другое дает возможность находиться в текущем моменте и
избирательно фокусировать свое внимание. Это упражнение на майндфул-
несс, основанное на фотографии, было вдохновлено коллегой по арт-терапии
Крисом Чиочиосом (Chiochios) и адаптировано из медитации “Расслабиться,
разрешить, наблюдать” Алексиса Сантоса [Santos, не датировано] из прило¬
жения Ten Percent Happier (На десять процентов счастливее).
Это фотографическое вмешательство, первоначально созданное для
арт-терапевтов, было адаптировано для использования аспирантами и док¬
торантами, другими клиницистами и наставниками по фотографии. Цель
состоит в том, чтобы укрепить способность находиться в текущем моменте
посредством распознавания мыслей, задействования чувств и создания фо¬
тографий. Последующее размышление о пережитом повышает осведомлен¬
ность о мыслительных и сенсорных переживаниях.
Некоторые люди, пережившие травму, могут испытывать дискомфорт
или повторную травматизацию, когда их просят обратить внимание на свое
внутреннее “я”. Для врачей крайне важно знать, как наилучшим образом
поддержать клиентов с помощью модифицированного процесса медитации
по мере необходимости. Вы можете внести изменения, попросив клиентов
держать глаза открытыми и добавив такие “заземляющие” вмешательства,
как привлечение их внимания к предметам в комнате, звукам, которые они
слышат, и т.д. Обязательно несколько раз попрактикуйтесь в этой медитации
самостоятельно, прежде чем знакомить с ней клиентов.
118
Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента
Медитация
Сделайте голосовую запись того, как вы читаете эту медитацию, делая па¬
узы на несколько вдохов между каждым абзацем. Найдите удобное место, а
затем воспроизведите ее для себя, полностью прочувствовав медитацию.
Примите удобное положение: сидя или лежа. Обратите внимание на свое
дыхание, замечая вдох через нос или рот и выдох из них. После нескольких
таких циклов сосредоточьтесь на дыхании и позвольте ему вернуться к есте¬
ственному ритму.
Расслабиться означает устроиться поудобнее, зная, что быть именно та¬
ким, какой вы есть, даже если у вас не все получается правильно, — это нор¬
мально. Можете ли вы расслабиться в этот момент, чувствуя себя нормально
оттого, что вы именно такой, какой есть?
Разрешение переживаний в майндфулнесс означает, что вы позволяете
моменту быть именно таким, какой он есть, не пытаясь изменить его или
не желая, чтобы он был другим. Это позволение означает замечать, что все
происходящее уже происходит, и это относится к вашему дыханию, уму, телу
и эмоциям. Можете ли вы признать, что все сейчас происходит без сопротив¬
ления?
Наблюдение за тем, что происходит, просто осознавая это, является по¬
следним шагом этой медитации. Майндфулнесс позволяет осознавать и под¬
мечать текущий момент, каждое мгновение. Когда человек слышит звуки, он
слышит звуки; что бы он ни видел, он просто видит. Майндфулнесс помогает
усилить это качество, привнося больше осознанности в повседневные мо¬
менты. Можете ли вы расслабиться, погрузившись в чистое наблюдение за
текущим моментом, не привнося никаких суждений в свои ощущения?
Верните свое внимание к дыханию, отмечая его особенности на вдохе и
выдохе. После нескольких циклов дыхания верните осознание к пребыванию
в своем теле и в окружающем вас физическом пространстве.
После медитации совершите десяти минутную прогулку в любом направ¬
лении без фотоаппарата, но с намерением открыться предстающим перед
вами образам, которые притягивают взгляд и внимание. Во время этой про¬
гулки оставайтесь в текущем моменте, погружаясь в процесс и замечая лю¬
бые попытки избегания или “соскальзывания” в прошлое или будущее. Избе¬
гайте самоосуждения по поводу происходящего процесса или собственных
ощущений. Через десять минут вернитесь на свое место и ненадолго сосре¬
доточьтесь на дыхании, сделав пять-десять полных вдохов и выдохов.
Затем совершите вторую прогулку, сделав с помощью камеры телефона
десять снимков тех предметов и явлений, которые привлекли ваше внимание
119
Глава 5
во время первой прогулки. При использовании цифровых устройств может
возникнуть соблазн создавать больше. Однако ограничение поддерживает
майндфулнесс в отношении качества того, что вы видите, разрешаете и на¬
блюдаете.
Создав десять фотоизображений на своем телефоне, потратьте время на
то, чтобы ответить на приведенные ниже вопросы, содержащие подсказки
для размышления, а затем запишите свои ответы либо поделитесь ими с дру¬
гим человеком.
■ Что вы чувствуете, когда смотрите на изображения?
■ Что они говорят о том, кто вы такой?
■ Как они выражают ваше состояние здоровья (физическое, эмоцио¬
нальное, ментальное и духовное)?
■ Насколько они близки или далеки от того, как вы представляете себя
остальному миру?
В зависимости от структуры группы участники могут поделиться своими
ощущениями и фотографиями с окружающими, разделившись на пары или
небольшие группы, а затем с большим количеством людей. Это упражнение
может выполняться как при индивидуальной, так и при групповой работе, и его
можно повторять для усиления навыка привнесения майндфулнесс в каждый
момент и для размышлений о других способах стать осознанным. Резюмируя
ответы предыдущих участников, можно сказать, что они включают в себя ощу¬
щение изменения намерений и побуждений “проявить творческий подход”
или продолжать делать фотографии в своем обычном стиле. Вместо этого кли¬
енты чувствуют себя расслабленными и свободными замечать больше.
Люди, имеющие больше опыта в создании фотографий, могут осознать,
что они видят окружающую обстановку по-новому, создавая изображения,
которые совсем не похожи на их обычные работы. Профессиональный фо¬
тограф, который в своей работе специализируется на “уличной фотографии”
и городских сценах, обнаружил, что в этом упражнении его стиль был совер¬
шенно другим. Фотограф выполнил это упражнение в рамках своей волонтер¬
ской работы в качестве наставника молодежи. Он был удивлен, обнаружив,
что в ходе выполнения упражнения не заметил и не сфотографировал ничего
уличного. Этот опыт открыл его разум для другого видения, которое фотограф
ассоциировал с новым взглядом на своего молодого подопечного и их взаи¬
моотношения.
120
Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента
Пример осознанной фотографии
Оливер Роквуд — 13-летний европеец, учащийся государственной сред¬
ней школы в Сан-Франциско. Он практиковал майндфулнесс в течение
нескольких лет, делая акцент на благодарность и осознание текущего мо¬
мента. Оливер выполнял упражнение “Осознанная фотография” за неделю
до того, как вернулся в школу после полутора лет виртуального обучения
из-за пандемии. Среди его хобби числятся видеоигры, чтение, создание
арт-объектов и игры с собакой. Ниже Оливер описывает свои фотографии
и отвечает на вопросы во время медитации майндфулнесс после прогулки
по академическому центру.
Это было весело! Некоторые из сделанных мной снимков забавные, неко¬
торые счастливые, а некоторые грустные. Я сфотографировал карту кампу¬
са. Полагаю, это для того, чтобы сказать вам, куда идти. Возможно, вы може¬
те рассматривать это изображение как карту вас самого. Там есть спортив¬
ная площадка и теннисный корт — это может быть ваше спортивное "я". На
карте изображена небольшая парковка — чтобы освободить место для того,
что вы изучаете, и сложить там веши. Здесь есть средняя школа, начальная
и центр раннего обучения — это о том, как вы учитесь. Есть жилые помеще¬
ния — возможно, это место, где вы храните свои хорошие воспоминания,
которые не хотите забывать. Вот где мы находимся — "там, где мы есть".
Я полагаю, что с фотографиями огнетушителей связана какая-то история
(рис. 5.3). Может быть, там был пожар или что-то в этом роде, и работники
городка израсходовали все свои огнетушители и должны были достать еше
на случай нового пожара. Возможно, водитель грузовика на другой фото¬
графии, которую я сделал, вышел из машины, чтобы пообедать, и пропал,
поэтому детективу пришлось отправиться на его поиски. Я думаю, забавно,
что я сделал эти снимки довольно далеко друг от друга, в противоположных
концах кампуса. Возможно, это имеет отношение к карте — огнетушители
стояли рядом с домами, где вы храните свои воспоминания, которые не хо¬
тите забывать. Мы должны потушить огонь забвения!
На фотографии, изображенной на рис. 5.4, написано о равенстве обра¬
зовательных возможностей — получили ли их студенты? Я часто вижу упо¬
минания об этом, и мне кажется, что студенты спрашивают: "Можем ли мы
получить образовательное равенство?" На фотографии есть столбы, под¬
держивающие плакат с надписью. Думаю, эти столбы символизируют чувства
таких студентов.
121
Глава 5
Рис. 5.3. Хорошие огнетушители
Примечание: осознанная фотография, автор — Оливер Роквуд
Рис. 5.4. Равенство образовательных возможностей
Примечание: осознанная фотография, автор — Оливер Роквуд
122
Быть здесь и сейчас: осознание текущего момента
Я думаю, что я открыт в отношении большинства вешей. Если мне что-то
не нравится, я говорю, что мне это не нравится. Если мы пойдем куда-нибудь
в крутое место, как на моей картине, где я играл, я наверняка скажу, что
хотел бы вернуться туда, потому что там было весело. Я сфотографировал
таксофон рядом с тем местом, где я раньше играл, потому что он выглядит
крутым и старым (рис. 5.5). Я даже не знаю, работает ли он, но в него все
еше можно бросать монеты. Под таксофоном есть коробка — я не знаю,
для чего она предназначена. Телефон просто висит там — можно позвонить
кому-то из города и разговаривать пять минут за 1 долл., а на междугородние
звонки дается две минуты за 1 долл. Это может означать, что чем ближе вы к
человеку, тем легче с ним связаться.
Я помню то, что мы делали много раз — например, ходили в бассейн
(рис. 5.6). Но я также помню и то, что мы делали только однажды. Среди
таких событий тоже бывало что-то интересное! Иногда случается нечто пе¬
чальное — например, я сфотографировал то место, где раньше был бассейн.
Он заполнен, но не водой. Мне нравилось ходить в бассейн, а потом его за¬
лили, и никто больше не может им пользоваться. Там только стулья и бетон.
Раздевалки все еше на месте. Печально, что бассейн закрыт. Но все равно
можно найти интересные места, где есть чем заняться и на что посмотреть.
Вы все еше можете быть счастливы после того, как случится что-то плохое.
Рис. 5.5. Таксофон
Примечание: осознанная фотография, автор — Оливер Роквуд
123
Глава 5
Рис. 5.6. Закрытый бассейн
Примечание: осознанная фотография, автор — Оливер Роквуд
Резюме
Майндфулнесс проистекает из древней мудрости как способ достиже¬
ния душевного покоя, отрешенности от мирских забот и даже достижения
радости и просветления. Концепции майндфулнесс, применяемые как ин¬
струмент для уменьшения негативных симптомов, связанных с психиче¬
ским здоровьем, в контексте исцеляющих терапевтических отношений
становятся инструментом как для терапевта, так и для клиента. ACT под¬
черкивает осознание текущего момента как неотъемлемую часть терапев¬
тического процесса, требуя, чтобы и терапевт, и клиент присутствовали
при работе. Художники и арт-терапевты уже давно знакомы с концепцией
потока, художественным эквивалентом осознания текущего момента. Ис¬
пользование изображений и картин в качестве объекта проекции способ¬
ствует осознанию текущего момента и внутреннего состояния.
124
ГЛАВА 6
Креативные подходы
к снижению избегания
и повышению принятия
В этой главе исследуется концепция принятия в ACT и ее применение в
таких подходах, как духовность, майндфулнесс и 12-шаговая работа для
людей, выздоравливающих от злоупотребления психоактивными веще¬
ствами и других зависимостей. Принятие включает в себя: 1) осознание
проблемы (ситуации, поведения); 2) принятие ее наличия; и 3) личное
содействие для того, чтобы обеспечить рост и облегчить управление
своим проживанием проблемы. Концепции принятия применимы
к личным, семейным, групповым и глобальным ситуациям (здесь при¬
ведены практические и клинические примеры). Психологические под¬
ходы и творческая арт-терапия закладывают основу для использования
принятия, и в них включены конкретные арт-терапевтические вмеша¬
тельства. Некоторые примеры представляют способы решить индиви¬
дуальные проблемы и контекстуализировать личный опыт, чтобы по¬
нять, как на людей влияют системные проблемы в сфере образования,
управления и доступа к ресурсам.
“Я больше не хочу! Меня тошнит от этого!” Все мы так зачастую реа¬
гируем, вспоминая затруднительные ситуации. Вполне логично: люди пы¬
таются избавиться от того, что им не нравится или кажется надоедливым,
и это достаточно легко сделать во многих аспектах повседневной жизни.
Когда кому-то надоедает телешоу, он переключает канал. Когда человеку
холодно, он надевает свитер, а многие могут еще и включить обогреватель.
Голодный человек способен найти что-нибудь для перекуса.
По большей части при умеренном использовании стратегии контроля
обеспечивают приемлемый способ справиться с дистрессом [Harris, 2007].
Даже умея вносить практические изменения и контролировать внешнее
окружение, люди часто сталкиваются с серьезными проблемами и послед¬
125
Глава 6
ствиями, пытаясь контролировать свои чувства и мысли. Не только ваши
клиенты пытаются избегать, контролировать или уходить от нежелатель¬
ных чувств, связанных с психическим здоровьем, — все люди используют
стратегии контроля в попытке управлять трудными чувствами, уклонять¬
ся от них или изменять их.
Веселые и полезные для здоровья занятия могут стать нездоровыми
стратегиями избегания, если использовать их слишком часто. Помните,
что в целом психологические защиты универсальны и обеспечивают чув¬
ство безопасности и контроля в данный момент; они патологичны только
при чрезмерном использовании или когда кто-то всегда полагается лишь
на одну стратегию, чтобы справиться с ситуацией. Например, вы можете
потянуться за печеньем, когда испытываете беспокойство. Это нормально
в умеренных количествах. Однако чрезмерное употребление сахара чрева¬
то серьезными последствиями для здоровья. Вы могли бы ежедневно за¬
ниматься спортом, чтобы почувствовать себя счастливым и снять стресс.
Опять же, это будет на самом деле полезно для вас только в том случае,
если вы не переусердствуете (спровоцировав травму или компульсивное
поведение) или это не станет вашей единственной копинговой стратегией.
Некоторые люди смотрят телевизор или выпивают, чтобы расслабиться.
Это может быть уместно в небольших количествах или когда у них есть до¬
статочно свободного времени. Однако, если делать это из-за стресса перед
важным мероприятием или трудным днем, можно в конечном итоге по¬
чувствовать себя хуже, потеряв время, необходимое для подготовки, или
почувствовав утром туман в голове из-за алкоголя или недостатка сна.
Избегание против принятия
Две противоречивые концепции — избегания и принятия — дают пред¬
ставление о том, как терапевты и их клиенты могли бы измениться. Пси¬
хологическая гибкость повышается за счет поведенческих решений о при¬
нятии и отказе от стратегий избегания. Понимание функции избегания
и ценности принятия способствует психологической гибкости. Каждая из
концепций обсуждается в приведенном ниже тексте, за которым следует
прекрасный пример использования арт-терапевтических вмешательств
для принятия.
126
Креативные подходы к снижению избегания и повышению принятия
Принятие
Принятие означает готовность принять то, что происходит в настоящий
момент, без попыток изменить это [Harris, 2007]. Принятие — это постоян¬
ная практика, включающая в себя отказ от отрицания и борьбы с внутрен¬
ними переживаниями. Оно включает в себя подтверждение присутствия
нежелательных сторон собственного “я” и в конечном счете — признание
и даже любовь к этим аспектам самого себя. Принятие в ACT — это способ
мягко поддерживать собственное самоощущение и переживания с любо¬
вью и умиротворением [Harris, 2006]. Когда человек добровольно вступает
в контакт с личными событиями и переживаниями, он способен вести себя
более эффективно и достигать желаемых результатов [Moran, & Ming, 2020].
Все люди сталкиваются с личными событиями, которые могут быть
восприняты как стрессовые. Реакция человека на триггеры, вызывающие
напоминания о прошлых травмах, хронические микроагрессии и жизнь в
условиях экзистенциальной угрозы пандемии обычно воспринимается как
нечто невероятно дискомфортное. Личные моменты могут стать клиниче¬
ски значимыми, когда психическое здоровье человека находится под угро¬
зой. К счастью, принятие — это навык, которому можно научиться [Moran,
& Ming, 2020].
Принятие порождается поощрением открытости к психологическим со¬
бытиям и их признанием [Larmar et al., 2014]. Оказывая влияние на людей,
чтобы они успешно регулировали поведение в условиях личных событий,
которые могут восприниматься как стрессовые, принятие однозначно спо¬
собствует достижению цели ACT — психологической гибкости [Hayes et al.,
1996; Moran, &Ming, 2020]. В отличие от многих западных концептуальных
психологических моделей, которые рассматривают людей как фундамен¬
тально здоровых, ACT исходит из предположения, что для большинства
людей психологические процессы могут быть весьма разрушительными
[Harris, 2006; Larmar et al., 2014]. Более того, ACT предполагает, что боль яв¬
ляется необходимой частью человеческого состояния. Например, КПТ фо¬
кусируется на изменении неадаптивных мыслей, в то время как ACT — на
том, чтобы просто замечать, принимать и в итоге присваивать и призна¬
вать личные переживания как часть себя. Основная цель ACT — “побудить
людей конструктивно реагировать на ситуации, одновременно обсуждая
и принимая сложные когнитивные события и соответствующие чувства,
127
Глава 6
а не заменяя их” [Larmar et al., 2014, С. 217]. Умение замечать мысли и чув¬
ства поддерживает психологическую гибкость. Это позволяет людям со¬
средоточиться на том, что ACT считает ключевым: участии в поведении,
необходимом для достижения желаемых результатов [Bach, & Hayes, 2002;
Harris, 2006]. Другими словами, основная цель — принять все свои пси¬
хологические переживания, будь то нежелательные или желаемые, а затем
сделать конструктивный поведенческий выбор в соответствии с личными
ценностями.
Избегание
Избегание — это враг, с которым борются все терапевты. Некоторые
ветераны, с которыми я работала, называли своими врагами травму, во¬
енных или диагноз “ПТСР”. Используя концепции ACT, мы реконфигури¬
ровали реального врага: им стала стратегия, используемая для того, чтобы
избежать существенной боли, которая присутствует из-за травмирующего
опыта службы в армии.
Каким бы заманчивым ни было искушение поддаться автоматическому
импульсу избежать боли, эти попытки в конечном счете тщетны, а послед¬
ствия значительны. Когда человек сталкивается с кризисом, последствия¬
ми травматического опыта или стресса, происходят личные события, вы¬
зывающие отвращение, включая как обусловленный, так и необусловлен¬
ный страх, печаль и беспокойство (т.е. чувства). Кроме того, развивается
неблагоприятное личное вербальное поведение (т.е. мысли), а затем мысли
и чувства усиливают друг друга в замкнутом цикле [Harris, 2007; Moran,
& Ming, 2020]. Избегание негативных мыслей и чувств является индиви¬
дуально желаемой и социально подкрепляемой приемлемой копинговой
стратегией. Однако исследования показывают, что использование страте¬
гий избегания для контроля над личными переживаниями или бегства от
них приводит к неэффективному поведению, которое потенциально мо¬
жет усугубить клинически значимое поведение [Moran, & Ming, 2020].
Скрытое избегание в терапии может включать в себя переход терапевта
или клиента к другой теме — подальше от травмы либо другого неприятного
материала — или использование интеллектуального подхода при разговоре
о чувствах. Например, некоторым клиентам приходится покидать группу и
идти в туалет каждый раз, когда они чувствуют дискомфорт, или регулярно
128
Креативные подходы к снижению избегания и повышению принятия
излагать содержание нового кризиса в ущерб достижениям целей психоло¬
гической гибкости и поведения, основанного на ценностях. Я бы избегала
употреблять слово “сопротивление” когда описываю клиентов и то, как они
проявляют себя в терапии. Учтите, что стратегии избегания не означают,
что клиент сопротивляется вам или лечению. Такие стратегии — модели
поведения, которые специалист стремится уменьшить в ходе терапии.
Принятие через экоискусство
Кэрри Мак-Кракен (McCracken) — мать, активистка движения за со¬
циальную справедливость и адвокат, в настоящее время проживает в Ко¬
ста-Рике. Кэрри получила степень в области социологии и культурной ге¬
ографии Латинской Америки и создала VN! Abroad (Да здравствует Ни¬
карагуа! За границей), организацию по обучению за рубежом, которая
стремится продвигать социальную справедливость и культурное смирение
посредством общественной работы, основанной на потребностях. Буду¬
чи родом из района залива Сан-Франциско в Калифорнии, Мак-Кракен в
1998 г. переехала в Коста-Рику, а в 2001 г. — в Никарагуа, где основала Viva
Nicaragua! В 2018 г. Кэрри и ее девятилетний сын вместе со многими дру¬
гими гражданами страны были вынуждены покинуть Никарагуа после об¬
щественно-политических волнений. Кэрри вернулась в Коста-Рику и про¬
должила работу в сфере глобального образования и адвокации уязвимых
групп населения, включая мигрантов, лиц, ищущих убежища, и беженцев.
Мак-Кракен сотрудничала со мной и Гвен Сандерс (Sanders), чтобы
привезти студентов в области арт-терапии в Никарагуа и Коста-Рику. Бла¬
годаря своему опыту Кэрри оказала нам неоценимую помощь, позволив
использовать арт-терапию для построения сообщества, культурного сми¬
рения и работ по достижению социальной справедливости. Пандемия вы¬
нудила VN! Abroad приостановить программы и найти виртуальные про¬
странства для общения с сообществом. За это время Мак-Кракен и ее сын
приступили к многонедельному проекту экоарта, чтобы погрузиться в те¬
кущий момент и трансформировать свою изоляцию и страхи в понимание
и преображение. В приведенном ниже эссе, озаглавленном Заземление и
обретение покоя с помощью экоарта, она описывает свое постепенное по¬
гружение в принятие и то, как это изменило ее отношение к мыслям и вос¬
приятию пандемии.
129
Глава 6
Коллективное понимание потерь и боли в течение первого года пандемии
дало мне чувство поддержки. Несмотря на расстояние и изоляцию, мы зна¬
ли, что “все мы в этом горе вместе". Мир ощутил потерю, изоляцию, страх и
неуверенность.
Когда вакцины стали доступны, появилась надежда. Мои друзья и семья
в Соединенных Штатах имели доступ к вакцинам, в то время как вакцины
в Коста-Рике и других странах были недоступны. Эти переживания больше
не были общими. Другие люди были вакцинированы и говорили о свете в
конце туннеля. Не имея доступа к вакцинам, я не видела этого света. Их ощу¬
щения также больше не были общими для всех.
Я была счастлива потому, что моя семья, друзья и многие знакомые были
защищены. И все же я внезапно почувствовала себя еще более изолирован¬
ной и одинокой. Я окружила себя негативом и сосредоточилась только на про¬
блемах, с которыми столкнулась из-за пандемии. Тревога, депрессия и нега¬
тивизм овладели мной.
Когда ко мне обратились с просьбой внести свой вклад в эту книгу, я при¬
сматривала за домом на пляже. Я жила на тропическом пляже, но не позво¬
ляла себе наслаждаться этим местом или временем, проведенным с моим
сыном. Я позволила тревоге, вызванной пандемией, завладеть всеми моими
мыслями и эмоциями. Я не могла оценить ни плеск волн, ни забавных обе¬
зьян, ни послеполуденные игры с сыном на пляже, ни великолепные закаты.
Я не позволяла себе насладиться моментом и этим местом.
Я решила использовать искусство, чтобы заземлиться, сосредоточиться
на своем окружении и остановить негатив, который поглощал меня и мои
мысли. Мы с сыном создали коллаж, чтобы отразить это время и то, как мы
проводили наши дни. На пляже у нас не было с собой моих принадлежностей
для рисования, поэтому мы использовали простые и натуральные материалы
из того, что было вокруг. Каждый день мы гуляли по пляжу и лесу и подбирали
по крайней мере три предмета, которые привлекали наше внимание. Затем
мы случайным образом приклеивали объекты к картонному фону и говорили
о том, что нам понравилось в объекте, о месте, где мы нашли те или иные ма¬
териалы, или о том, что мы делали, когда собирали их. Коллаж соединил нас с
этим местом и текущим моментом. Каждый день я начинала смотреть на мир
по-новому: как на кусочки для моего коллажа и как на частички этого места и
той красоты, которые меня окружали.
Создание коллажа было процессом, над которым мы работали в течение
нескольких недель. Со временем некоторые листья и цветы засохли. Мы за¬
менили то, что больше не функционировало в коллаже, новыми объектами.
С каждым объектом, который я заменяла, я находила новую красоту и созда¬
130
Креативные подходы к снижению избегания и повышению принятия
вала связь с новыми моментами. Однажды на коллаж приземлилась птица и
начала собирать кусочки кокоса, чтобы соорудить себе гнездо. Я не остано¬
вила ее, позволив использовать кокос для новой цели и заменив его новым
объектом и новыми воспоминаниями.
Каждый день я собирала, создавала и устанавливала все более прочную
связь с настоящим. Ежедневно я находила красоту в том месте, где была, и во
всем прекрасном, что меня окружало. Я ценила это место, природу, процесс
и время, проведенное с моим сыном. Создание коллажа помогло мне пере¬
стать думать только о пандемии, будто я могла контролировать или изменить
эту ситуацию. Я обрела ощущение радости и покоя от жизни и всего, что меня
окружало (рис. 6.1).
Рис* 6.1. Коллаж из природных материалов
Примечание: работа Кэрри Мак-Кракен и ее сына, картон
От чего мы пытаемся убежать
Все люди стремятся избегать нежелательных чувств и мыслей или ис¬
пользуют стратегии, позволяющие освоить и контролировать то, что до¬
ставляет дискомфорт. Однако присутствие обширных экзистенциаль¬
ных проблем — это часть жизни. Экзистенциальные страхи связаны с
собственным самочувствием, здоровьем или болезнью близких, смертью
131
Глава 6
и утратами. Неизбежная реальность смерти приводит к экзистенциаль¬
ной тревоге, и для человека вполне естественно стремиться использовать
стратегии, позволяющие избежать этих тревог. Страхи и тревоги проявля¬
ются более интенсивно в контексте природных или антропогенных ката¬
строф, изменения климата, бедности, отсутствия прав человека, пандемии
Covid-19, травмирующих межличностных событий и страхов, связанных
с ущербом, причиняемым ненавистью и угнетением, которое имеет целый
ряд форм, таких как расизм, сексизм, гомофобия, ксенофобия и бедность.
Эти вездесущие тревоги в сочетании с личными трудностями, такими как
проблемы в отношениях, расстройства психического или физического здо¬
ровья, социальное неравенство и реакции на травмы, создают личную и
общественную среду, в которой человек нуждается в помощи и созревает
для применения стратегий избегания.
Последователи ACT признают присутствие боли в жизни человека и
постулируют, что все люди прилагают множество усилий, чтобы избежать
своих нежелательных мыслей, чувств и телесных ощущений. Они пыта¬
ются избежать чувства дискомфорта, страха, неадекватности, некомпе¬
тентности, стыда и плохого самочувствия. Люди предпринимают попытки
контролировать мысли о том, что они недостаточно хороши, никчемны и
глупы. Они стараются остановить печальные или ужасные воспоминания
о том, что сделали они сами или что было сделано с ними. Люди созда¬
ют сложные и изощренные стратегии поведения, чтобы остановить теле¬
сные ощущения, ограничивая то, куда они ходят, что делают, что едят и как
относятся к другим. Каждого человека могут захлестнуть нежелательные
чувства, связанные с его физическим и психическим здоровьем, заботами
семьи и общества, а также такими непрекращающимися экзистенциаль¬
ными проблемами, как изменение климата, бедность и расизм.
Желание человека чувствовать себя лучше, когда ему грустно или он
не чувствует себя счастливым — это нормально. Однако избегание ос¬
новной проблемы и попытка устранить только ее симптом означают, что
проблема остается. Если у человека болит зуб и он принимает обезболива¬
ющее, боль временно проходит, но если он хочет устранить проблему, ему
нужно обратиться к стоматологу. Замалчивание проблемы и укрывание ее
под попытками уменьшить симптомы только усугубляет саму проблему.
Например, если кого-то преследуют мысли и чувства собственной непол¬
ноценности, то новая работа, наряд или партнер дают лишь кратковре-
132
Креативные подходы к снижению избегания и повышению принятия
менный прилив счастья и ощущения адекватности. Проблема ощущения
неполноценности сохраняется, и человек постоянно использует новые
стратегии, чтобы это чувство не вышло из-под контроля.
На что похоже избегание
Избегание играет важную роль в жизни терапевтов и их клиентов во
многих отношениях — как индивидуально, так и коллективно. Напри¬
мер, многие люди чрезмерно употребляют алкоголь или наркотики, что¬
бы избавиться от нежелательных воспоминаний и неприятных ощущений.
Примерно 164,8 млн чел. в США борются с расстройствами, связанными с
употреблением психоактивных веществ [Substance Abuse and Mental Health
Services Administration, 2019], и последствия такого поведения могут ва¬
рьироваться от потери работы, денег и времени до потери друзей, членов
семьи и дома. Среди других способов избежать мыслей, воспоминаний и
чувств часто встречается переутомление. Люди, которые чрезмерно много
работают, пренебрегают физическим и психическим здоровьем и жертву¬
ют душевным покоем, а также временем, проведенным с семьей и друзья¬
ми. Сильные нежелательные чувства приводят к тому, что человек тратит
значительное количество времени и денег, избегая чувств и дискомфорта,
жертвуя при этом своими ценностями и счастьем. Сейчас многие могут
наблюдать широкомасштабное уклонение от ответственности со стороны
корпораций и правительств, которые игнорируют необходимость соци¬
альной справедливости и экологические проблемы.
Несмотря на то что личные стратегии избегания могут казаться менее
разрушительными или незначительными по сравнению с теми, которые
происходят на глобальном уровне и уже привели к катастрофическим ре¬
зультатам, индивидуальные попытки избежать чувств могут привести к
потере, чувству пустоты, неудовлетворенности и постоянному поиску но¬
вых стратегий избегания. Сосредоточение внимания на своем здоровье и
диете, очистка дома от нежелательных и безрадостных предметов или чте¬
ние книг по самопомощи могут быть позитивными шагами на пути к более
простой и счастливой жизни — или же они могут быть просто стратегия¬
ми избегания мыслей и чувств, связанных с неудовлетворенностью самим
собой. Человек может быть более или менее успешным в похудении, наве¬
дении порядка в шкафах или изменении своих привычек на определенный
133
Глава 6
период времени. Тем не менее он будет испытывать трудности с сохранени¬
ем этих изменений, если единственная их цель — избежать нежелательных
мыслей и чувств и наложить пластырь на то, что вызывает дискомфорт.
Шаг в сторону с этой беговой дорожки стратегий избегания — это первый
шаг к принятию себя и того, что существует внутри человека или в мире.
Помните: принятие относится к признанию того, что существует. От вас
не требуется, чтобы вам нравилось то, что вы принимаете. Одна моя кли¬
ентка изо всех сил пыталась смириться с физическим насилием со стороны
значимого партнера. Сначала она отрицала тот факт, что над ней издева¬
лись, заявив, что это было “одноразовое” мероприятие. Она оправдывала
его гнев, указывая на то, каким трудным может быть ее поведение, и со¬
средоточилась на будущем и своей вере в то, что насилие никогда больше
не повторится. Эти стратегии избегания создавали барьеры для принятия
решений, которые могли бы ей помочь. Мы исследовали избегание в дру¬
гих сферах ее жизни и обсудили, что принятие не имеет ничего общего с
симпатией к ситуации и что оно помогает создавать реальный план дей¬
ствий по воплощению собственных ценностей. У клиентки был момент
“озарения”, когда она поняла, что избегание собственных чувств при по¬
мощи оправдания партнера сильно подрывает ее шансы на перемены. Как
только она заметила, что принятие проблемы его поведения было для нее
способом ясно увидеть, что происходит, женщина начала менять свое по¬
ведение, чтобы делать выбор, соответствующий ее ценностям.
Люди, сталкивающиеся с тревогой, склонны чрезмерно полагаться на
стратегии контроля, чтобы уменьшить ее, что обычно усугубляет тревогу и
ситуацию. Если вы чувствуете беспокойство на вечеринке, вы можете сде¬
лать несколько глубоких вдохов и найти кого-нибудь, с кем можно погово¬
рить, предложить помощь хозяйке, выпить алкоголь, посмотреть, есть ли в
доме собака, с которой можно поиграть, заглянуть в телефон, спрятаться в
ванной или уйти. Любой из этих способов может быть прекрасным и при¬
емлемым для вас. Эти подходы могут сработать в данный момент, или же в
конечном итоге вы можете почувствовать себя хуже.
Если кто-то с тревогой продолжает избегать социальных ситуаций, что¬
бы избежать дискомфорта от общения с незнакомцами, такое поведение
становится компульсивным, как стратегия, которая “работает” на облег¬
чение дистресса. Если уход помогает людям чувствовать себя лучше, они
склонны попробовать эту стратегию снова или даже вообще начать пропу-
134
Креативные подходы к снижению избегания и повышению принятия
скать общественные мероприятия. Я работала с клиентами, которые стали
полагаться на копинговую стратегию ухода, исключая другие подходы. Им
становилось все труднее выходить из дома, чтобы повидаться с друзьями
и семьей. В конце концов выходить из дома по необходимым делам, таким
как поход за продуктами или к врачу, стало серьезной проблемой.
Многократное использование стратегий контроля приводит к меньшей
психологической гибкости в выборе того, как реагировать на происходя¬
щее внутри или вовне. Другими словами, человек может стать сосредо¬
точенным и даже зацикленным на использовании стратегий, которые по¬
могают избежать дискомфорта. В конечном счете эти стратегии создают
жизнь, в которой все сводится к избеганию чувств, что достигается ценой
пренебрежения наиболее ценными и значимыми аспектами. Альтернатива
состоит в том, чтобы смириться с неизбежными жизненными неудобства¬
ми и выбрать из множества здоровых копинговых стратегий те, которые
продвигают человека к его ценностям.
Процесс принятия
Научившись быть осознанными, вы сможете уменьшать свои страда¬
ния [Hanh, 2010]. Буддийские корни ACT подчеркивают неоспоримую боль
жизни и учат человека создавать внутренний покой, независимо от лич¬
ных внутренних или внешних страданий. Хотя люди не в состоянии изме¬
нить существующую боль, они могут научиться изменять свое отношение
к личным событиям. Таким образом, вместо того чтобы учить способам
изменения мыслей, чувств и телесных ощущений, ACT учит новым страте¬
гиям взаимодействия с ними. Поскольку ACT исходит из предпосылки, что
человек не способен успешно использовать стратегии контроля для фун¬
даментального изменения своих внутренних переживаний, последователи
терапии принятия и ответственности предлагают стратегии, позволяющие
человеку принять присутствие личных событий и изящно реагировать на
них теми способами, которые он сам выбирает.
Принятие включает в себя непрерывный процесс, который происходит
в каждый момент и с каждым поведенческим выбором. Отказ от стратегий
избегания и постоянное возвращение к настоящему ведет к принятию. На¬
пример, для многих людей написание длинной статьи или отчета потенци¬
ально сопряжено с некоторыми неприятностями — это требует времени,
135
Глава 6
сосредоточенности, исследований, размышлений и терпения. Трудности
часто перерастают в страдания из-за прокрастинации и избегания, кото¬
рые могут возникнуть из-за неспособности выделить достаточно времени
для завершения проекта или жалоб на него. Другие стратегии избегания
могут быть полезны для человека, но вредны для завершения проекта; на¬
пример, уборка дома, физические упражнения или звонок другу представ¬
ляют собой здоровое поведение, если выполняются в другое время. В кон¬
тексте приближающегося дедлайна такое поведение усиливает страдания
и приводит к потенциальным пагубным последствиям в виде усиления
стресса и нехватки времени для завершения отчета. Дополнительное избе¬
гающее поведение еще больше усугубляет страдания. Например, выпивка
вечером, чтобы расслабиться, вместо того чтобы начинать проект, или за¬
теянная ссора с другом, чтобы выплеснуть тревогу вовне, могут привести
к усилению страданий. Перефразируя Тич Нат Хана, принятие поставлен¬
ной задачи и осознанность, проявленная к ней, создают меньше страданий
при завершении проекта.
Осознанный план действий: художественное
и письменное вмешательство
Принятие нежелательных чувств требует подготовки и плана реагиро¬
вания. Осознанный план действий предлагает контрольный список в фор¬
ме предложений, которые клиенты могут использовать, чтобы помочь себе
выработать стратегию в конкретный момент [Morgan, & Ming, 2020]. Мор¬
ган и Минг используют следующее предложение, чтобы направить клиен¬
тов в текущий момент, помочь принять их личные события, отвлечься от
мыслей и двигаться к своим ценностям: “Я здесь и сейчас, принимаю свои
чувства и замечаю свои мысли, делая то, что мне небезразлично” [Morgan,
& Ming, 2020, С. 1]. Соединение когнитивного аспекта этого упражнения с
арт-терапией создает всестороннее вмешательство, которое помогает кли¬
ентам обосновать свои мысли и чувства в текущем моменте с помощью
творчества и кинестетического опыта создания арт-объекта.
Предложения из осознанного плана действий можно выучить, назна¬
чить в качестве домашнего задания и регулярно использовать на сеансах
терапии, чтобы клиенты были готовы задействовать их в моменты, кото¬
рые они воспринимают как стрессовые. Этот план можно легко приме¬
136
Креативные подходы к снижению избегания и повышению принятия
нять как к желаемым, так и к нежелательным острым внешним событиям
(например, собеседование при приеме на работу, дискуссия с любимым
человеком, разногласия) или текущим ситуациям (например, любовные
отношения, хроническая боль, расставание, пандемия). Кроме того, он
одинаково хорошо работает и с личными событиями, склонными вызы¬
вать избегающее поведение (например, такие чувства, как страх, печаль).
Морган и Минг предлагают бесплатный рабочий лист, которым вы можете
поделиться с клиентами, чтобы конкретизировать их уникальные планы
по майндфулнесс. Стратегия предназначена для того, чтобы привнести в
ситуацию свое “я” как контекст, установить контакт с текущим моментом,
принять и разрядить обстановку и в конечном счете вести себя в соответ¬
ствии с собственными ценностями. Прежде чем знакомить с этим списком
клиентов, попробуйте сами использовать его четыре-пять раз в нейтраль¬
ных ситуациях и в кажущихся стрессовыми.
Я есть. Это утверждение рассматривается как приглашение заметить
влияние любых бесполезных мыслей о самом себе.
Злесь и сейчас. Предложение предполагает осознание того, что вы
делаете в настоящий момент, с целью отпустить аспекты ситуации, на¬
ходящиеся вне вашего контроля, и сосредоточить внимание исключи¬
тельно на компонентах, имеющих отношение к вашему поведению и по¬
лезным действиям.
Принятие того, что я чувствую. Этот шаг предполагает принятие
любых эмоций, которые присутствуют, без попыток изменить или кон¬
тролировать их. Он включает в себя готовность испытывать любые чув¬
ства, которые вы могли бы испытывать по мере продвижения к поведе¬
нию, основанному на ценностях.
Замечаю свои мысли. Здесь нужно заметить любые возникающие
мысли и приготовиться дистанцироваться от тех из них, которые отвле¬
кают вас, пока вы осознанно продвигаетесь вперед.
Лействие. То, что вы делаете/намереваетесь делать прямо сейчас.
Что меня волнует. Личные ценности, которые мотивируют ваше те¬
кущее поведение и определяют цели поведения, основанного на ценно¬
стях.
137
Глава 6
Вот пример, который я написала во время перерыва в преподавании ис¬
следовательского курса.
Сейчас я нахожусь здесь, в своем доме в Сан-Франциско, преподаю и
узнаю о писательстве и арт-терапии. Я осознаю себя как контекст для этого
опыта. Я принимаю свои чувства беспокойства за своих учеников во вре¬
мя пандемии. Я замечаю, что в настоящее время у меня возникают мысли
о будущем — о сегодняшнем вечере, следующей неделе и следующем годе.
То, что я делаю и хочу сделать, — это помочь моим студентам максимально
раскрыть писательский потенциал и отточить их ценности как арт-терапевтов.
Эта работа поддерживает то, что меня глубоко волнует: служение другим и
привнесение искусства и креативности в терапию.
Я пригласила арт-терапевта и писательницу Джоселин Фитцджеральд
письменно ответить на вопросы “Осознанного плана действий” и совме¬
стить их с арт-вмешательством (рис. 6.2).
Рис. 6.2. "Осознанный план действий"
Автор: Джоселин Фицджеральд, акварель и тушь
Сейчас я нахожусь здесь, в своем доме в Ванкувере, штат Вашингтон, и
собираюсь начать прием клиентов. Меня очень радует создание арт-объекгов
вместе с коллегами. Я принимаю то, что чувствую, — возбуждение и нервоз¬
138
Креативные подходы к снижению избегания и повышению принятия
ность. Моя книга продвигается хорошо, и адреналин бьет ключом. Я заме¬
чаю, что мысли в основном крутятся вокруг того, чтобы попытаться сосре¬
доточиться на чем-то одном за раз и не забегать вперед, поскольку я хочу
создавать искусство, сфокусированное на настоящем. Что я делаю? Смотрю
на свое произведение искусства и думаю о том, как добавить в него вырезки
из журналов. Что меня волнует, так это создание арт-объектов и раскрытие
своего бессознательного с помощью искусства. Связь с духом и душой через
искусство и цвета.
Предложение “Осознанного плана действий” можно креативно напи¬
сать на бумаге или холсте и повесить в терапевтическом кабинете в каче¬
стве напоминания клиентам о необходимости интеграции компонентов
гексафлекса ACT. Вы можете взять за правило регулярно обращаться к ним
на сеансах и определять каждую область, рассматривая ее во время кон¬
сультации. Например, если клиент испытывает сложности с принятием,
что отражается в выставлении оценок своим чувствам или поведению, вы
можете направить его к соответствующему пункту плана и спросить, что
он замечает в своих мыслях в данный момент. Такой плакат с “Осознанным
планом действий” становится для клиентов способом интегрировать кон¬
цепции гексафлекса в свою повседневную жизнь и может стать ежеднев¬
ной практикой при выполнении домашних заданий.
Инструкции по использованию "Осознанного
плана действий"
После того как вы изучите план и будете использовать его в терапии,
предложите клиенту создать в качестве творческого отклика рисунок или
плакат, который он сможет использовать как напоминание у себя дома. Ис¬
пользование слов в художественном проекте часто воспринимается хоро¬
шо, особенно теми клиентами, которые неохотно или с опаской относятся к
творческому процессу. Этот проект лучше всего подходит для выполнения
в течение двух сеансов, чтобы картина могла высохнуть перед нанесением
второго слоя. Данное вмешательство также можно было бы назначить в
качестве домашнего задания.
139
Глава 6
Материалы
Акварельная бумага средней или толстой плотности (формата АЗ или
А4), акварельные или разбавленные акриловые краски, кисти среднего
размера, вода, пульверизатор с водой, бумажные полотенца, натуральные
губки, перманентные маркеры (например, торговой марки Sharpie). Допол¬
нительно: металлическая прямая кромка, наклейки с буквами, дырокол,
пряжа.
Предоставьте клиентам небольшие кусочки акварельной бумаги, чтобы
они могли попрактиковаться в использовании акварельных техник, и по¬
кажите им различные подходы к нанесению краски. Начните с увлажнения
бумаги с помощью пульверизатора. Смочите кисть большим количеством
воды и нанесите краски на бумагу. Использование большого количества
воды позволит краскам перетекать друг в друга, создавая интересные цве¬
та и узоры. Используйте бумажные полотенца и губку, чтобы удалить из¬
лишки воды. С их помощью также можно создать интересную текстуру.
Если бумага излишне пропитается водой, возможно, вам захочется дать
ей высохнуть в течение нескольких минут, прежде чем продолжить. Пред¬
ложите клиенту заполнить цветом весь лист — или, возможно, несколько
листов.
Дайте бумаге полностью высохнуть, прежде чем использовать маркеры
для записи. Если бумага сильно пропитана водой, возможно, придется по¬
дождать до следующего сеанса. Предоставьте клиенту “Осознанный план
действий” для копирования или предложите ему составить свои собствен¬
ные предложения, напоминающие последовательность шагов. “Сейчас я
здесь, принимаю свои чувства и обращаю внимание на свои мысли, делая
то, что мне небезразлично”.
Вариаиии
Используя любые дополнительные рисунки и наброски, созданные им
самим, клиент может создавать закладки или открытки, содержащие пред¬
ложения из “Осознанного плана действий” либо другие значимые цитаты.
Разрывая прижатую к столу прямой металлической кромкой акварельную
бумагу резким рывком, клиент добавляет в процесс физическое движе¬
ние и создает красивый рельефный край. Можно использовать дырокол и
140
Креативные подходы к снижению избегания и повышению принятия
скользящим узлом прикрепить пряжу для книжных маркеров или закре¬
пить ее в углу плаката и подвешивать маркеры на нее.
Можно создать знаки, символизирующие “Осознанный план действий”,
на различных носителях, используя цветные карандаши, коллажи и т.п.
Если клиенту не хватает сноровки, помогите ему в написании или предо¬
ставьте наклейки в форме букв, с помощью которых клиенты будут соз¬
давать слова. Попросите клиента приобрести небольшой чистый журнал
или сами предоставьте его. Ежедневное домашнее задание может включать
в себя письменное изложение плана, за которым следует художественный
ответ. В левой части страницы попросите клиентов заполнить письменный
ответ на “Осознанный план действий”, указав как можно больше деталей.
В правой части страницы попросите клиентов изобразить художествен¬
ный ответ на то, что они написали. Это можно сделать любыми материала¬
ми, включая карандаш, фломастеры, акварель, или в виде коллажа.
Принятие и вовлечение через фотографию
Избегание создает людям множество дополнительных проблем. Од¬
нако терапевты должны реалистично относиться к ограничениям самих
себя и своих клиентов и находить способы придерживаться собственных
ценностей, даже когда испытывают нежелательные чувства или нехватку
художественных принадлежностей либо физически не могут заниматься
тем, что кажется значимым. Профилактика рецидивов в терапии предо¬
ставляет клиентам возможность прогнозировать будущие проблемы или
триггеры и определять стратегии самопомощи, когда они чувствуют себя
подавленными или находятся под внешним давлением.
Кристин Ши (Shea), арт-терапевт и фотограф, является докторантом по
психологии арт-терапии в Доминиканском университете в районе зали¬
ва Сан-Франциско. Она получила степень магистра в области семейной и
арт-терапии в Университете Нотр-Дам-де-Намюр. Недавнее исследование
д-ра Ши сосредоточено на фотографии как терапии, помогающей снизить
стресс у женщин, испытывающих перегрузку своими обязанностями. Кри¬
стин специализируется на терапии женщин, девочек-подростков, ветера¬
нов и исторически обездоленной молодежи. Она также работает амбула¬
торным терапевтом, руководя взрослыми группами частичной госпитали¬
зации.
141
Глава 6
Ши занимается активистским искусством со страстью к социальной
справедливости и терапевтической фотографии, любит графические рома¬
ны и комиксы и пишет их. Я спросила ее, как она использует фототерапию,
и Кристин поделилась приведенной ниже историей о том, как фотосъемка
в помещении приносит облегчение и передышку. Ее эссе Сила терапев¬
тической фотографии в помещении: видение незнакомого в знакомом было
вдохновлено цитатой Анселя Адамса: “Вы не фотографируете, вы создаете”
[Xplore, не датировано].
Использование фотографии набирает обороты в мире арт-терапии, по¬
скольку камера быстро стала одним из самых доступных творческих инстру¬
ментов, имеющихся в распоряжении клиентов [Wheeler, 2013]. Куда бы че¬
ловек ни пошел, его сопровождают фотографии; он видит их на улице, в по¬
мещении, в печати и на экранах. Люди держат фотографии в руках, носят их с
собой, создают альбомы, получают доступ к ним на телефонах и часто делятся
снимками лично или в социальных сетях. Семейные фотографии, красивые
пейзажи, домашние животные, пережитые приключения, потерянные друзья
и чувства из прошлого — все это говорит о том, как конкретный человек вос¬
принимает мир [Weiser, 1993]. Несмотря на то что эти фотографии могут быть
артефактами прошлого, люди реагируют на них в настоящем [Krauss, 1983].
Фотография дает человеку возможность увидеть мир и свое окружение с
новой точки зрения; она позволяет по-новому изучать окружающую среду,
взаимодействовать с ней и воспринимать ее, своих близких и самого себя
[Cra/g, 2009]. Акт фотографирования позволяет человеку запечатлеть то, что
существует во внешнем мире, и дает возможность поразмышлять об этом
внутри себя [Martin, 1997]. Возможно, самое главное заключается в том, что
это способствует принятию момента, в котором человек находится, предо¬
ставляя личное повествование или метафору о том, кто он есть, что он чув¬
ствует, его системах убеждений и том, что для него важно [Gibson, 2018].
Когда люди думают о фотографии, и в частности о терапевтической фото¬
графии, они часто предполагают, что это будет происходить на улице, будь то
изучение пейзажа, посещение мероприятия или поиск предметов для фоку¬
сировки, которые покажутся им интересными. Прогулки на свежем воздухе
могут дать поистине много с точки зрения майндфулнесс, исцеления, зазем¬
ления и размышлений. Но что, если есть обстоятельства, которые не позволя¬
ют выходить на улицу? Изучая то, как люди относятся к съемкам в помеще¬
нии и оценивают их, можно сделать вывод, что такая фотография все равно
позволяет успешно участвовать в акте "видения через другой объектив”. Как
арт-терапевты, мы все еще можем предложить клиенту способы выявления
142
Креативные подходы к снижению избегания и повышению принятия
эмоций, регулирования настроения и участия в осознанных успокаивающих
занятиях, во многом схожих с выходом на улицу.
Есть ряд причин, по которым люди, возможно, не хотят или не могут поки¬
нуть пространство, в котором находятся. Например, они могут чувствовать
себя слишком встревоженными или подавленными, чтобы выходить из дома,
у них может не быть времени на прогулку, они могут жить в небезопасном
районе или, возможно, не иметь физической возможности выйти из дома.
Другими причинами может быть то, что человек находится в клиническом уч¬
реждении, таком как кабинет терапевта, интернат или больница. Либо, как в
случае моей бывшей клиентки — девочки подросткового возраста, которой
строгая мама не разрешала выходить из дома после школы или по выход¬
ным. Когда я пишу это, все мы переживаем пандемию, во время которой
нам рекомендуется “оставаться дома”. Большинство людей из дому и не мо¬
гут ощутить состояние спокойствия и расслабленности на открытом воздухе.
Многим медработникам, возможно, придется самоизолироваться.
Рассматривая внутреннее убранство помещения, в котором находится
клиент, можно начать с того, чтобы скромно обратить внимание на некоторые
вещи, которые можно было бы считать само собой разумеющимися. Напри¬
мер, что кажется безопасным местом? Где можно расслабиться и сделать пе¬
рерыв? Съемка этих помещений на фото развивает сознание и физическое
присутствие в пространстве, которое клиент характеризует и которому прида¬
ет ценность; в результате этого процесса он начинает видеть такое простран¬
ство по-новому. Рассматривая другой терапевтический фокус, можно глубже
задуматься о своем личном пространстве и найти в нем возможности для
осознанной и заземляющей практики. Какие текстуры вы раньше не замеча¬
ли? Что успокаивает вас, когда вы расстроены? Какими цветами, заставляю¬
щими вас хорошо себя чувствовать, вы окружаете себя? Все это — способы
развивать техники заземления и участвовать в их выполнении, к ним можно
прибегать снова и снова, когда вы чувствуете себя подавленным, будьте рас¬
сматривание самих фотографий или присутствие в пространстве, которое вы
определили как успокаивающее, безмятежное, радостное или безопасное.
Существует также сила вовлечения в метафору. Как вы можете передать свое
настроение с помощью света и тени? Что вы видите перед собой такого, что
могло бы охарактеризовать ваши чувства? Есть ли в пространстве предметы,
которые олицетворяют значимый момент? Сделайте автопортрет из предме¬
тов в доме или в вашей сумочке. Как это пространство рассказывает историю
вашего опыта? Изучение того, почему фотография имеет значение, и поиск
возможности вовлечь клиента в понимание и принятие этой значимости, дает
мощную возможность для размышлений.
143
Глава 6
Мария начала проходить со мной терапию, когда ей было 15 лет. У нее
были неприятности в школе, и из-за этого ей пришлось обратиться за консуль¬
тацией в рамках своего стремления учиться лучше. Мария никогда раньше
не консультировалась и не хотела этого, но она знала, что находится в де¬
прессии, испытывает гнев и принимает не самые лучшие решения. Устано¬
вив взаимопонимание, подтвердив ее чувства и выяснив, что произошло на
самом деле, я обнаружила, что ее действия в конечном счете были способом
добиться внимания со стороны семьи. Мать Марии работала с утра до ночи,
и девушка должна была заботиться о своем младшем брате, заниматься до¬
машними делами и готовить после школы. Мать Марии также установила ка¬
меры снаружи дома после того, как дочь попала в неприятности, чтобы убе¬
диться, что она остается в доме, как от нее теперь ожидали. Эмоции моей
клиентки по поводу этого сценария колебались от гнева и тревоги до грусти,
чувства загнанности в ловушку и недоверия. Она часто взрывалась гневом
по отношению к своей матери.
Мария любила заниматься творчеством, но у нее не было доступа к худо¬
жественным материалам, особенно дома. Она любила фотографировать, но
бросила это занятие, потому что застряла в закрытом помещении. Мы опре¬
делили телефон Марии как способ самовыражения и начали использовать его
для внутреннего отражения и обработки ее чувств. Взаимодействуя со своей
знакомой обстановкой по-новому, Мария смогла заземлиться и определить
аспекты дома, которые отражали спектр ее эмоций в том виде, в каком она
их испытывала. Примеры некоторых ее фотографий (воссозданных на усло¬
виях анонимности), сделанных в собственном доме, выражают ее негатив¬
ные чувства, такие как “Печаль” (рис. 6.3) и “Стресс” (рис. 6.4). Затем Мария
уравновесила эти эмоции тем, что заставляло ее чувствовать себя “умиро¬
творенной” (рис. 6.5) и что сделало ее “счастливой” (рис. 6.6). Совместный
просмотр фотографий во время терапии дал Марии возможность поразмыс¬
лить, получить понимание, принять ситуацию и найти убежище в своем доме,
который когда-то заставлял ее только чувствовать себя загнанной в ловушку и
злиться. Девушка смогла лучше понять себя и то, как справляться со своими
ощущениями, и, в свою очередь, смогла увидеть точку зрения своей матери.
Благодаря терапии мать и дочь смогли работать вместе над созданием более
доверительных и приносящих удовлетворение отношений друг с другом.
Когда собственный внутренний мир кажется человеку перегруженным,
особенно когда он находится в пространстве, кажущемся маленьким, пе¬
реполненным, обыденным, разочаровывающим или слишком знакомым,
фотография может создать ощущение простора, предоставляя возможность
заземляться, размышлять, расти, быть осознанным, принимать и творить.
144
Креативные подходы к снижению избегания и повышению принятия
Использование простых подсказок, которые объединяют уникальные аспекты
возможностей фотографии, такие как увеличение или уменьшение масшта¬
ба, игра с силой света и тени и использование эффектов редактирования,
может стать мощным способом ощутить творческий поток. Фотографирова¬
ние абстрактных цветов, текстур и узоров может быть отличным способом
заземлиться и быть осознанными к себе в контексте своего окружения. Со¬
здание метафоры путем фотографирования символов, создания натюрморта
со значимыми объектами, разработки повествования или истории, или про¬
сто обмена фотографиями друзей, семьи, воспоминаний и того, что вызывает
вдохновение, может послужить невероятно мощным способом вовлечения
в саморефлексию и помочь клиенту выработать будущие цели [Ziller, 1990].
Использование фотографии в терапии доказало свою эффективность, в том
числе ее уникальную способность, позволяющую проводить арт-терапию
в самых сложных обстоятельствах.
Рис. 6.3. Печаль
Фото: Кристин Ши
145
Глава 6
Рис. 6.4. Стресс
Фото: Кристин Ши
Рис. 6.5. Умиротворение
Фото: Кристин Ши
146
Креативные подходы к снижению избегания и повышению принятия
Рис. 6.6. Счастье
Фото: Кристин Ши
Пересечение арт-терапии в ACT и культурного
смирения
Принятие может помочь терапевтам стать более культурно смиренны¬
ми практиками, учеными, исследователями и учителями. Принятие своих
внутренних переживаний (например, мыслей, чувств и телесных ощуще¬
ний), связанных с расой, классом, культурой, страной происхождения,
размером тела, религией и сексуальной ориентацией, создает первый шаг
к культурному смирению. Признание своих предположений и убеждений
о других людях создает возможность расти в области собственных ценно¬
стей. Честный личный анализ позволяет человеку решить, какие из своих
убеждений он хочет развивать дальше, а от каких ему нужно отказаться,
чтобы жить в соответствии со своими личными и профессиональными
ценностями.
147
Глава 6
Терапевты могут опираться на это и использовать принятие для рас¬
познавания пересекающихся личностей своих клиентов. Хочу напомнить,
что ACT — это контекстуальная практика и что понимание всего опыта
человека — как личных, так и внешних событий — имеет решающее значе¬
ние для работы. Признание и оценка личности во всех ее пересекающихся
идентичностях происходят, когда клиент и терапевт открыты и принима¬
ют (а не отрицают или избегают) свои психологические и внешние/окру-
жающие события [Larmar et al., 2014].
Использование контекстуальной модели создает возможности видеть
других такими, какие они есть на самом деле, не игнорируя и не недооце¬
нивая важные для них аспекты жизненного опыта (например, связанные
с расой, полом, сексуальной ориентацией); терапевт может изначально
не видеть эти аспекты, потому что они кажутся неподходящими или на¬
ходятся за пределами его понимания и представлений. В этом разделе рас¬
сматривается культурное смирение и его связь с основами функциональ¬
ного контекстуализма в ACT.
Культурное смирение
Культурное смирение создает “способ развития мировоззрения с це¬
лостностью и уважением к себе и тем, с кем работаешь” [Jackson, 2020,
С. 19]. Культурное смирение имеет большое значение для принципов ACT,
поскольку расширяет контекстуальное представление терапевта о себе и
своих клиентах. Концепция была придумана Тервалоном и Мюрреем Гар¬
сией, чтобы расширить способы обучения медицинских работников и сде¬
лать переживания, опыт и компетентность клиента/пациента ключевыми
аспектами [Tervalon, & Murray Garcia, 1998].
Культурное смирение предполагает: 1) приверженность критическому
самоанализу на протяжении всей жизни; 2) пересмотр дисбаланса вла¬
сти между пациентом и поставщиком медицинских услуг; 3) развитие
взаимовыгодных партнерских отношений с сообществами; и 4) решение
проблемы институциональной подотчетности [Jackson, 2020]. Это первые
шаги в познании самих себя и стратегии, позволяющие терапевту проя¬
вить себя с лучшей стороны в своей работе, используя подходы, которые
действительно идут на пользу его клиентам. Культурное смирение помо¬
гает специалистам отказаться от стратегий, которые основаны на приоб-
148
Креативные подходы к снижению избегания и повышению принятия
ретении знаний и овладении навыками культурной компетентности —
эти стратегии слишком часто реализуются в ущерб развитию культурной
осознанности.
Идея культурной компетентности предполагает, что с помощью обуче¬
ния (т.е. академического обучения) один человек (поставщик услуг) может
стать опытным в понимании переживаний и культурных нюансов друго¬
го человека (пациента). Однако существуют значительные ограничения,
когда культурная компетентность является единственной моделью для
обучения тому, как заботиться о других. Прежде всего, невозможно стать
“компетентным” в какой-либо культуре из-за огромных различий между
людьми в любой группе. Более того, люди по-разному воспринимают свою
жизнь, и, следовательно, культура или статус идентичности влияют на лю¬
дей по-разному в зависимости от множества переменных, таких как место
рождения, доступность ресурсов, образование и многие другие пересекаю¬
щиеся идентичности, которые включают пол, возраст, расу, класс, способ¬
ности, иммиграционный статус и место в сексуальном континууме.
Культурная компетентность как модель недостаточна из-за того, что
знания практикующего превалируют над жизненным опытом клиента.
Как отметили Робер и де Хен, подчеркивая культурные различия между
терапевтом и клиентом, а также знания, которыми терапевт может обла¬
дать о конкретной культуре, модель культурной компетентности “может
недооценивать важность социальных аспектов затрагиваемых проблем.
Более того, подчеркивание культурных различий может затуманить об¬
щую человечность, присутствующую в транскультурном окружении”
[Rober, and De Наепе, 2014, С. 1]. Компетентность без смирения может при¬
вести к тому, что клиент лишится опыта и переживаний, которыми он об¬
ладает в своей жизни, и передаст право определять, что реально и истин¬
но, в руки терапевта. Несмотря на то что очень важно стремиться понять
культурную историю и традиции своих клиентов, первый шаг к познанию
других заключается в изучении самого себя и того, как собственная куль¬
тура терапевта влияет на него. Ограничения культурной компетентности
в обучении арт-терапии, существовавшие в прошлом, можно оспорить с
помощью “личной рефлексии, погружения в практику социальной спра¬
ведливости путем обозначения различий, утверждения противоположных
нарративов и следования руководству людей, пострадавших от системного
насилия” [Gipson, 2015, С. 1].
149
Глава 6
Культурное смирение является противоядием от устаревших идей, где
терапевты рассматривались как эксперты в области культуры клиентов
[Gipson, 2015; Rober,&De Наепе, 2014]. Оно позволяет отойти от идеи о том,
что терапевт обладает знаниями и компетентностью в отношении своих
клиентов, и помогает специалисту избежать предположений, основанных
на ограниченной информации или внешнем виде. Однако поставщикам
медицинских услуг необходимы и культурное смирение, и культурная ком¬
петентность [Jackson, 2020]. Культурное смирение служит как дополнение
к профессиональной подготовке и знаниям, необходимым терапевту для
работы с различными людьми. Эти концепции вписываются в рамки ACT,
в основе которой лежит функциональный контекстуализм, изложенный в
приведенном ниже тексте.
Функциональный контекстуализм и культурное
смирение
Культурное смирение соответствует фундаментальному функциональ¬
ному контекстуализму ACT. Редукционистский подход, который фокуси¬
руется исключительно на понимании дисфункционального поведения или
патологии, отвергается функциональным контекстуализмом [Hayes, 2004;
Larmar et al., 2014]. Вместо этого ACT исследует общие поведенческие ре¬
акции в рамках исторической и контекстуальной позиции [Hayes, 2004;
Larmar et al., 2014]. Терапия принятия и ответственности и культурное
смирение фокусируются на внутренних и внешних событиях и оценивают
их как имеющие отношение к опыту человека и контексту.
Функциональный контекстуализм включает в себя: 1) сосредоточение
внимания на событии в целом по мере его возникновения; 2) чувстви¬
тельность к тому, как контекст влияет на природу и функции события;
3) сосредоточенность на прагматической правде; и 4) оценку правды с уче¬
том конкретной цели [Hayes, 2004]. В этом случае прагматическая истина
сравнивается с внутренней реакцией человека и с тем, насколько полез¬
ны внутренние события для поведенческих действий. ACT использует эти
встроенные контекстуальные функции, чтобы охватить пересекающиеся
идентичности клиентов, оценивая психологическое событие в целом и
его контекст по мере его возникновения. Способность терапевта пони¬
мать более широкий контекст мыслей, чувств и поведения клиента может
150
Креативные подходы к снижению избегания и повышению принятия
быть существенно ограничена “слепыми пятнами” и предубеждениями в
отношении расы, культуры, класса, эйблизма, гетеросексизма, санизма и
многих других (ментализм, или санизм, — дискриминация лиц, страдаю¬
щих психическими расстройствами, негативное отношение к людям и на¬
рушение их прав на основании наличия у них психического расстройства
или психиатрического диагноза. — Примеч. перев.). Как и любой другой
психологический или образовательный подход, ACT выигрывает от при¬
менения терапевтом культурного смирения. Этот процесс включает в себя
использование терапевтами культурного смирения для участия в крити¬
ческой саморефлексии, а также для изучения ценностей, сильных сторон
и ограничений своей собственной культуры и культуры своих клиентов.
ACT призывает практикующих врачей и клиентов учитывать весь
контекст, чтобы помочь клиенту осмыслить, понять и принять свой вну¬
тренний опыт и сделать поведенческий выбор в соответствии со свои¬
ми ценностями. Психотерапевты ACT должны использовать культурное
смирение, чтобы понять пересекающиеся личности клиента, а также бо¬
лее широкий контекст, в котором тот существует. Если терапевт понимает
чувства, мысли и поведение клиента исключительно как интрапсихиче-
ский феномен, он упускает из виду влияние его семьи, сообщества и об¬
щества в целом. Каждый человек развивается в контексте своего личного
опыта, накопленного сообществом и обществом в целом, а также интер¬
претаций этих событий. Отрицание монументального влияния общества
на личность в терапевтическом пространстве приводит к тому, что специ¬
алист упускает из виду культурное смирение и функциональный контек-
стуализм. Например, пренебрегать влиянием общества на личные собы¬
тия человека с другим цветом кожи означало бы отрицать правду о расиз¬
ме и ограничивать способы, с помощью которых терапевт может понять
этого клиента, его контекст и его “правду жизни”. Аналогичным образом,
игнорирование влияния сексизма на женщин заставляет терапевта упу¬
скать важный контекст и зачастую — возможности для большего пони¬
мания и исцеления. Внимание к тому, как общество влияет на клиентов и
на самих терапевтов, придает богатство и глубину пониманию контекста.
К сожалению, пренебрежение более широким воздействием было обыч¬
ной практикой в психологических теориях и западных индивидуалисти¬
ческих способах познания людей.
151
Глава 6
Резюме
Стратегии избегания, контроля или бегства от своих чувств существу¬
ют постоянно. Все люди используют стратегии, позволяющие мягко изме¬
нить свое настроение или отвлечься от него, сосредоточившись на внеш¬
нем (например, на чистоте в доме, новой одежде) или остановив свои
мысли (например, при просмотре фильма, употреблении алкоголя, фаст¬
фуда). Чем сильнее дискомфорт, тем больше человек пытается избежать
этих мыслей и чувств. Воспоминания о значительной потере, навязчивые
симптомы ПТСР или мысли, возникающие в результате депрессии, вызы¬
вают дистресс и повышают усилия по контролю. Чрезмерные усилия по
предотвращению дискомфортных ощущений снижают психологическую
гибкость и приводят к большей ригидности в выборе поведения.
Внутреннее принятие предполагает принятие текущего момента без по¬
пыток убежать, заменить на другое или коренным образом изменить пере¬
живание. Внешнее принятие предполагает видение других и принятие их
такими, какие они есть в данный момент, без попыток изменить их опыт
в соответствии с собственной историей или недооценить то, что для них
ценно.
Таким образом, принятие требует, чтобы каждый человек знал себя,
свою культуру и свои ценности. Функциональный контекстуализм связан
с культурным смирением, чтобы помочь терапевту и клиенту понять весь
контекст. Культурное смирение помогает замечать, признавать и исправ¬
лять ситуацию, когда человек не в состоянии принять правду контекста
или проецирует свою собственную неуверенность или неуверенность об¬
щества на других. Когда кто-то проявляет недоброе, предвзятое или дис¬
кредитирующее поведение по отношению к себе или другим в попытке
избежать или изменить свои собственные переживания, культурное сми¬
рение помогает распознать это и исправить.
152
ГЛАВА 7
Когнитивное разделение:
новые отношения
со своими мыслями
В этой главе будет рассмотрена роль когнитивного слияния в обостре¬
нии проблем. Далее подчеркивается цель разделения — отделение
самооценки человека и принимаемых им решений от автоматических
мыслей. Концепции бихевиоризма содержат примеры, иллюстрирую¬
щие, как с помощью ACT можно использовать новые способы связи
с мыслями. Будут представлены арт-терапевтические вмешательства
и поведенческие стратегии, которые помогут выработать функцио¬
нальный и здоровый способ отношения к своим мыслям — просто как
к мыслям, а не как к буквальной истине. Также представлены психо¬
логические и творческие арт-терапевтические вмешательства, кото¬
рые предлагают привлекательные способы поддержания разделения
и уменьшения слияния с мыслями.
Независимо от предмета и содержания терапии, мы имеем дело с мыс¬
лями, и, к счастью, их можно изменить [Нау, 2020]. Реальность, с которой
люди вынуждены смириться, но которая одновременно приносит огромное
облегчение, заключается в том, что никто не в состоянии создать истину;
люди могут создавать только мысли. Поскольку человек обычно постоянно
прокручивает в голове одни и те же мысли на протяжении большей части
своей жизни, он начинает в них верить. Однако поиск истины в этих раз¬
мышлениях может увести его в сторону от собственных ценностей, вызвав
страдания, недопонимание и упущенные возможности. Недавно я увидела
наклейку на бампере с надписью “Не верь всему, что ты думаешь”, которая
прекрасно передает дух когнитивного разделения.
Как обсуждалось ранее, целью ACT является повышение психологиче¬
ской гибкости — установление контакта с текущим моментом, чтобы че¬
ловек мог выбирать из широкого спектра вариантов поведения, которые
153
Глава 7
помогут ему жить жизнью, основанной на ценностях. В этой главе я сосре¬
доточусь на роли когнитивного слияния в усугублении дистресса. Разделе¬
ние — это функциональный инструмент для повышения психологической
гибкости за счет изменения того, как человек относится к своим мыслям.
Вместо того чтобы пытаться изменить содержание мыслей, уменьшить ча¬
стоту их появления или снизить чувствительность к ситуациям, в которых
такие мысли возникают, цель состоит в том, чтобы изменить отношения че¬
ловека со своими мыслями и их нежелательными функциями [Harris, 2007].
Когда человек испытывает когнитивное слияние со своими мыслями,
он начинает верить в них как в истинные и реальные, а не воспринимать
их как продукт собственного разума. С большой вероятностью он долгое
время переживал одни и те же мыслительные паттерны, и чем больше по¬
вторял про себя содержащиеся в них сообщения, тем больше вероятность
того, что он воспринимает как истину содержание мысли. Когнитивное
разделение включает в себя способность взглянуть на мысли с другой точ¬
ки зрения и осознать процесс мышления [Harris, 2007]. Этот метакогни-
тивный опыт включает в себя видение мыслей такими, какие они есть, —
просто мыслями. Повышение психологической гибкости — основная цель
ACT — напрямую связано с разделением с собственными мыслями, пото¬
му что это дает человеку свободу выбора из множества возможных пове¬
денческих реакций в любом данном контексте, и этот выбор не зависит от
его текущих, привычных мыслей. В следующем разделе рассматриваются
когнитивное слияние и разделение с некоторыми практическими приме¬
рами, которые помогут вам практиковать разделение — важнейший аспект
гексафлекса.
Когнитивное слияние
Рассмотрим, как работает человеческий разум и как сложно с помощью
мыслей управлять своим поведением. Когнитивное слияние (уникальное
определение, встречающееся в ACT) происходит, когда человек относится
к своим мыслям так, как если бы они были правдой в буквальном смысле,
а не просто продуктом его разума [Gordon, & Borushok, 2017]. Более того,
когнитивное слияние — это “доминирование вербальных процессов над
регуляцией поведения в ущерб чувствительности к контекстуальным об¬
стоятельствам и достижению значимых жизненных целей” [Pinto-Gouveia
154
Когнитивное разделение: новые отношения со своими мыслями
et al., 2020, С. 1]. Говоря другими словами, слияние, по сути, опирается на
вербально выраженные мысли, чтобы сообщить человеку практические
истины, пренебрегая контекстом. Эта чрезмерная зависимость от соб¬
ственных мыслей при определении истины удерживает человека от по¬
ведения, основанного на ценностях. Например, мысли вроде “Я не могу с
этим справиться” могут начать казаться правдой и привести к поведению,
подтверждающему эту мысль, такому как уход с вечеринки, употребление
большего количества алкоголя, чем предполагалось, уход из школы или
прекращение важных отношений. Это поведение может быть сосредоточе¬
но вокруг мыслей, подобных “Я не могу с этим справиться”, или являться
прямой реакцией на них. Конечно, на поведение человека влияют многие
другие контекстуальные факторы, такие как прошлый опыт, страхи или
предвосхищающая тревога. В этом примере именно вера в истинность
мысли (когнитивное слияние с ней) снижает психологическую гибкость
и ограничивает поведенческий выбор в конкретный момент скудным диа¬
пазоном вариантов обращения с мыслями.
Слияние с собственными мыслями связано с избеганием переживаний:
два этих процесса работают в тандеме и создают беспокойство и стресс.
Экспериенциалъное избегание включает в себя “нежелание оставаться
в контакте с неприятными внутренними переживаниями наряду с <...>
попытками контролировать или избегать их” [Hayes-Skelton, & Eustis, 2020,
С. 115]. Избегание переживаний связано с прокрастинацией, страхом не¬
гативных оценок, беспокойством о значении своих мыслей, беспокойством
по поводу соматических переживаний и страхами перед травмирующими
событиями [Hayes-Skelton, & Eustis, 2020]. Попытки контролировать соб¬
ственные внутренние переживания только усиливают дистресс, тревогу,
страх и ограничивают поведение и осознание его возможных вариантов.
Осуждающие и негативные мысли, а также переживания, связанные с по¬
пытками подавить тревогу (в подавляющем большинстве случаев неудач¬
ными), усиливают экспериенциальное избегание.
Как в клинических, так и в неклинических популяциях исследования вы¬
явили двунаправленную связь между слиянием с мыслями и избеганием пе¬
реживаний [Cookson et al., 2020]. По сути, когнитивное слияние и избегание
внутренних переживаний приводят к беспокойству и дистрессу [Cookson
et al., 2020]. Для тех, кто страдает тревогой и депрессией, подход, исполь¬
зуемый на ранних стадиях терапии, зависит от тяжести этих состояний
155
Глава 7
[Cookson et al., 2020]. Клиенты, страдающие клиническими проявлениями
депрессии и тревоги, могут воспользоваться двусторонним подходом на
ранних стадиях лечения, направленным как на когнитивное слияние, так
и на экспериенциальное избегание. Однако клиенты с субклинической тре¬
вогой и депрессией больше всего выигрывают от ранних вмешательств, на¬
правленных исключительно на улучшение когнитивных функций. Куксон
и его соавторы пришли к выводу, что людям с высоким уровнем избегания
переживаний можно помочь, если клиницист сосредоточится на разделе¬
нии, в то время как клиентам с высоким уровнем когнитивного слияния в
первую очередь лучше уделить внимание принятию [Cookson et al., 2020].
Пример
Ду была тихой студенткой, которая редко высказывалась на занятиях в
колледже. Даже зная ответ, она испытывала беспокойство каждый раз, когда
учитель задавал вопрос. Ду часто хотела поднять руку и внести свой вклад
в обсуждение в классе, но останавливала себя из-за учащенно бьющегося
сердца и мыслей о том, что "Все будут смеяться над моим ответом" и "Меня
достаточно унижали в жизни. Не хочу, чтобы меня унижали еще и на заня¬
тиях". Она попала в слияние с этими мыслями, полагая, что действительно
будет унижена, если выступит в классе. Лу знала: оставаясь молчаливой на
уроке, она упускает возможность набрать баллы за участие, что усугубляло
ее беспокойство. Чем дольше она ничего не говорила, тем больше верила,
что ее стратегии избегания (молчание, сидение на задних рядах, избегание
зрительного контакта) помогут ей избежать унижения.
В то время как Лу удавалось избежать унижения, прибегая к экспериении-
альному избеганию и храня молчание на уроке, ее тревога возрастала по мере
того, как она все больше и больше сосредоточивалась на том, чтобы избежать
воображаемого унижения. Она обнаружила, что упускает из виду то, что учи¬
тель или другие ученики говорили на уроке. Однажды Лу была так поглощена
борьбой со своим беспокойством, что пропустила указание учителя разде¬
литься на небольшие группы для обсуждения. Она осталась сидеть одна, в то
время как остальная часть класса начала разделяться на группы. Сокурсница
окликнула ее: "Проснись, мечтательница! Ты должна быть в нашей группе".
Поскольку Лу находилась в настолько сильном слиянии со своими мыслями
о том, что ее могут унизить, она в конечном итоге почувствовала себя унижен¬
ной именно из-за своих усилий избежать чувства дискомфорта. И вдобавок
к своему унижению, она получила ноль баллов за участие и почувствовала
156
Когнитивное разделение: новые отношения со своими мыслями
себя еше более обескураженной, когда поняла, что получила бы "пятерку"
на этом занятии, если бы заработала хотя бы половину возможных баллов
за участие. Эти проблемы присутствовали и во многих других сферах ее
жизни, включая личные отношения и работу. Для Лу этот опыт в классе стал
переломным моментом, когда она обратилась к психотерапевту.
Лу была одновременно погружена в слияние со своими мыслями и вовле¬
чена в избегание переживаний; следовательно, ей нужен был двусторонний
подход, направленный на разделение и принятие. Мы использовали упражне¬
ние "Чистка обуви", инструкции к которому будут приведены ниже, и арт-те-
рапевтические вмешательства для развития майндфулнесс и принятия. Мы
ставили небольшие цели, чтобы уменьшить избегание, начиная с разговора с
одноклассником перед уроком и посещения учителя в рабочее время.
ACT работает одновременно в нескольких областях, поскольку все области
гексафлекса интегрированы друг с другом. Изменение одной области также
приводит к изменению других областей. Например, вмешательство, направ¬
ленное на избегание разговора с одноклассником, является одновременно
свидетельством того, чего можно добиться путем разделения с мыслями.
Слияние с убеждениями
Мысли, с которыми человек сливается, одновременно коварны и прав¬
доподобны и требуют особого внимания, чтобы суметь заметить их.
Лу не знала, что унижение было ключом к пониманию ее противоречивых
мыслей, когда она впервые пришла на терапию. Начав воспринимать мыс¬
ли такими, какие они есть на самом деле (просто мыслями), человек смо¬
жет начать относиться к ним как к мыслям, а не как к истине. Это похоже
на то, как сдергивают маску, чтобы показать самозванца — мысли, маски¬
ровавшиеся под реальность. Вспомните: великий и могущественный Оз из
Волшебника страны Оз на самом деле — просто человек за занавесом. Не¬
смотря на то что мысли могут казаться такими же правдивыми, уверенны¬
ми и реальными, как волшебник страны Оз, реальность такова, что мысли
человека — это всего лишь мысли в его голове.
Часто бывает легче выявить когнитивное слияние у других людей, на¬
пример у пациента, который использует негативные разговоры с самим
собой о своей ценности как личности. Некоторые люди с постоянными
мыслями о самооценке склонны относиться к себе как к недостойным,
никчемным и непривлекательным. Они принимают отношения к ним
157
Глава 7
других людей, которые подтверждают это убеждение, и могут оказаться
в партнерских отношениях, в которых их недооценивают или где они не¬
способны удовлетворить свои потребности. Например, многие клиенты,
подвергшиеся сексуальному или физическому насилию в детстве, часто
придерживаются мнения, что они “испорчены” или “недостойны любви”,
и эти убеждения заставляют их относиться к себе как к таковым и ожидать
того же от других. Я, как психотерапевт, убежден, что они достойны люб¬
ви со стороны самих себя и других. Тем не менее их когнитивное слияние
приводит к тому, что они верят в эти мысли как в истину. Бывает душе¬
раздирающе тяжело слышать о мыслях клиента, содержащих отвращение
к самому себе. Терапевты тоже могут подвергаться когнитивному слиянию
с негативными мыслями о себе и собственными представлениями о мире.
Таким образом, специалисты также могут извлечь выгоду из методов раз¬
деления.
Открытие того, что мысли — это всего лишь мысли, а не реальность или
буквальная истина, коренным образом меняет то, как человек восприни¬
мает свои мысли, относится к ним и реагирует на них. Ощутите свободу,
узнав, что только вы сами отвечаете за то, как относиться к своим мыслям
и что с ними делать. Концепция проста, однако практика продолжается.
Подобно йоге, медитации, вязанию, рисованию, раскрашиванию, гончар¬
ному делу, воспитанию детей или любому другому стоящему занятию, это
требует практики на протяжении всей жизни.
Когнитивное разделение
Когнитивное разделение с мыслями означает способность видеть мыс¬
ли такими, какие они есть, — просто фразами и активацией нейронов в
мозгу. Проявление любопытства к мыслям вместо веры в их содержание
как в правду о собственной жизни приводит к психологической гибкости и
свободе выбора из любого числа вариантов поведения. Это освобождение
от тирании своего собственного разума предоставляет человеку свободу
обдумывать любое количество действий, которые продвигают его к соб¬
ственным ценностям и той жизни, которую он хочет вести.
Разделение — это процесс когнитивной фокусировки сознания челове¬
ка на его личных переживаниях (например, мыслях, чувствах, воспомина¬
ниях, телесных ощущениях), его реакции на них и последствиях этой ре¬
158
Когнитивное разделение: новые отношения со своими мыслями
акции. Гордон и Борушок отметили: “Разделение создает пространство для
того, чтобы сделать паузу и заметить эффективность реакции на личные
переживания, вместо того чтобы реагировать автоматически или пытать¬
ся устранить либо избежать их, получая плохие результаты” [Gordon, &
Borushok, 2017, С. 12]. Дистанцирование от мыслей дает человеку возмож¬
ность рассмотреть множество других мыслей и реакций, а затем выбрать
те варианты реагирования, которые в наибольшей степени соответствуют
его ценностям и приближают его к ним. В поведенческих терминах разде¬
ление — это “уменьшение трансформации функции стимула, которое про¬
исходит посредством вербальных отношений... Разделение направлено на
то, чтобы свести к минимуму влияние вербальных отношений, таких как
мысли, на поведение, когда это приводит к адаптивному поведению и цен¬
ной жизни” [Assaz et al., 2018, С. 405].
Цель разделения состоит, в частности, в том, чтобы помочь клиентам
развить точное понимание своих мыслей и эмоций [Larmar et al., 2014]; об¬
щая цель — повышение психологической гибкости для принятия поведен¬
ческих решений в соответствии с ценностями [Assaz et al., 2018]. В то время
как КПТ бросает вызов мыслям и поощряет клиентов оспаривать когни¬
тивные искажения с помощью доказательств, ACT не использует ни одну
из этих стратегий изменения мыслей или контроля над ними. Вместо этого
клиентов просят изменить их отношение к своим мыслям: любому типу
мыслей или чувств разрешается просто существовать наряду со свободно
выбранным поведением, основанным на ценностях. Нет необходимости
контролировать мысли, чтобы двигаться к своим ценностям. Например,
клиент, у которого были хронические навязчивые воспоминания о его во¬
енной травме, изменил свое отношение к этим воспоминаниям, используя
методы разделения ACT. Вместо того чтобы бороться с воспоминаниями
и изменять свое поведение, контролируя мысли каждый раз, когда у него
всплывали воспоминания, он изменил свое отношение к ним. Он начал
освобождаться от мыслей и воспоминаний, видя их тем, чем они были —
просто мыслями и воспоминаниями. Изменение отношения позволило
моему клиенту сосредоточиться на том, что он хотел делать, основываясь
на своих ценностях (например, веселиться с детьми, заботиться о семье,
получать удовольствие от работы), вместо того чтобы предпринимать дей¬
ствия, вдохновляемые реакциями на его мысли и чувства (например, фи¬
зически покидать ситуацию, драться, употреблять алкоголь).
159
Глава 7
Упражнение "Чистка обуви"
Освоение концепции когнитивного разделения можно осуществить за
две минуты или даже меньше. Упражнение “Чистка обуви” (в оригинале
Shoe Shoe Shoe. — Примеч. nepee.) было вдохновлено вмешательством, опи¬
санным в книге Get Out of Your Mind and Into Your Life (Выберись из своего
разума и погрузись в свою жизнь) [Hayes, & Smith, 2005]. Помогая клиентам
ощутить языковые ограничения в разговоре с самим собой, вы помогае¬
те им разделиться с этими мыслями. Хейс и его соавторы писали: “Язык
предоставляет очень ограниченную способность понимать и расшифро¬
вывать личные переживания; однако с детства нас учат, что это великий
инструмент для развития самопонимания” [Hayes et al., 2012, С. 246]. Твор¬
ческое применение языка может продемонстрировать, насколько ограни¬
чивающим он может быть, когда используется в разговоре с самим собой.
Принцип работы заключается в том, что вы выбираете любое слово и
произносите его снова и снова, пока осознание значения слова или того, что
оно символизирует, не исчезнет, и его заменят только звуки, исходящие из
вашего рта. Лучше всего начать с нейтрального слова, такого как бот, хлеб,
луч (в оригинале “shoe, apple, mug” — ботинок, яблоко, кружка. — Примеч.
перев.), и повторять его не менее минуты или до тех пор, пока все полное
осознание не будет сосредоточено только на звуке, а не значении слова или
восприятии того, что оно означает. После нейтрального слова нужно пе¬
рейти к эмоционально заряженному слову, связанному с нежелательными
личными событиями. Установите таймер на две минуты и попробуйте пря¬
мо сейчас. Повторяйте слово “бот” до тех пор, пока не зазвонит таймер.
Что вы заметили относительно этого слова после того, как повторяли его
в течение двух минут? Возможно, вы заметили, что слово утратило свое
буквальное значение и звук стал центром вашего осознания. Вы испытали
разделение в полном смысле этого слова.
Затем выберите одно слово, связанное со сложными мыслями. Это мо¬
жет быть любое слово, которое часто повторяется в вашем сознании; оно
может быть связано с самоосуждением или словом, основанным на страхе.
Повторяйте это эмоционально заряженное слово до тех пор, пока ваше со¬
знание полностью не сосредоточится на звуке и весь смысл слова не рас¬
сеется. Установите таймер на две минуты и попробуйте прямо сейчас. Что
вы заметили на этот раз? Вариации могут улучшить процесс: попробуйте
160
Когнитивное разделение: новые отношения со своими мыслями
повторить слово забавным голосом или пропеть его нараспев, чтобы еще
больше разделиться со смыслом и, возможно, привнести в процесс некото¬
рую беззаботность.
Упражнение “Чистка обуви” предназначено для того, чтобы дистанци¬
роваться от нежелательных мыслей, вырабатывая новый способ их пере¬
живания [Hayes et al., 2012]. Эта техника воздействия может быть исполь¬
зована в терапии после установления раппорта и введения понятий слия¬
ния и разделения. Упражнение “Чистка обуви” может быть полезным на
протяжении всего терапевтического процесса по мере того, как появляется
осознание новых мыслей, с которыми клиент попал в слияние. Помните,
что нужно всегда пробовать выполнить упражнение несколько раз само¬
стоятельно, прежде чем знакомить с ним клиентов. Вы можете практико¬
вать это упражнение с друзьями и семьей, или превратить его в забавную
игру с детьми. Всегда спрашивайте своих клиентов, готовы ли они выпол¬
нить упражнение по разделению, прежде чем начать. Позаботьтесь о том,
чтобы клиент чувствовал себя в безопасности, прежде чем обращаться к
болезненным словам в упражнении по разделению, чтобы он мог довести
выполнение до конца и не останавливаться, все еще осознавая смысл сло¬
ва. Помогите клиенту довести дело до конца, пока его внимание не сосре¬
доточится на звуке, а не на значении.
Наконец, добавьте творческие техники, чтобы углубить переживание
клиентами разделения во время сеанса и позволить им начать применять
эту технику in vivo, т.е. заставить их практиковать ее в своей жизни вне те¬
рапии. Добавление движения или положения тела для выражения слова
привносит больше осознанности в личное переживание слова и мыслей.
Перед выполнением упражнения вы можете попросить клиентов располо¬
жить свое тело (т.е. принять позу) таким образом, чтобы оно отражало вы¬
бранное слово. После того как клиент повторит слово в течение двух минут,
помогите ему осознать произошедший процесс и попросите расположить
свое тело таким образом, чтобы оно отражало отношение к слову после за¬
вершения упражнения. Вы можете предложить клиентам выполнять повто¬
ряющееся рисование линий до тех пор, пока их внимание не переключится с
формы на цвет и движение. Фотография также может способствовать про¬
цессу разделения, в котором объектив камеры становится новым способом
отношения к увиденному и сфотографированному. Как всегда, попробуйте
каждую из этих идей несколько раз, прежде чем предлагать ее клиентам.
161
Глава 7
Арт-терапевтические вмешательства
для разделения
Мелани Уорстелл использует материал для коллажей, чтобы проиллю¬
стрировать разделение в своих группах арт-терапии в ACT. Используя все¬
го одну фотографию из журнала, она предлагает своим клиентам разрезать
страницу на десять или более частей, а затем переставить их, чтобы создать
новое изображение. На рис. 7.1 Уорстелл выбрала из журнала изображение
пустыни во всю страницу, разрезала ее на кусочки, а затем приклеила фраг¬
менты на чистый лист бумаги, чтобы создать новое красивое изображение.
Это вмешательство подкрепляет идею ACT об изменении отношения к
собственным мыслям, вместо попыток изменить их содержание или вооб¬
ще остановить их поток. Упражнение служит подкреплением для клиен¬
тов, которые не уверены в том, что смогут как-то иначе взаимодействовать
со своими мыслями, или которым интересно, как изменение точки зрения
может им помочь. Такие клиенты могут задаваться вопросом, как измене¬
ние их точки зрения могло бы улучшить отношения с окружающими или
бросить вызов их восприятию себя как жертвы обстоятельств. Возможно,
Рис. 7.1. Пустыня в движении
Примечание: пример арт-терапевтического вмешательства
для практики разделения, работа Мелани Уорстелл
162
Когнитивное разделение: новые отношения со своими мыслями
вы захотите сначала выбрать картинку с изображением природы или ту,
которая связана с содержанием задачи. Пейзажи или другие эмоциональ¬
но позитивные фотографии лучше всего подойдут для первоначального
коллажа. Во втором коллаже можно было бы использовать более эмоцио¬
нально насыщенное изображение из журнала. Например, клиент, который
борется с негативным образом тела, может использовать изображение тела
в своем втором коллаже. Помните, что коллаж и художественное оформ¬
ление могут быстро погрузить клиентов в их эмоции, поэтому, начиная с
позитивного или нейтрального изображения, можно проиллюстрировать
идею разделения, прежде чем выбирать изображение, которое с большей
вероятностью вызовет эмоциональный отклик. Не забудьте попробовать
выполнить упражнение несколько раз самостоятельно, прежде чем пред¬
лагать его своим клиентам.
Материалы, необходимые для этого художественного проекта по соз¬
данию коллажей: предварительно вырезанные изображения из журнала
на всю страницу, ножницы, клей-карандаш, чистая бумага и маркеры. Вы¬
режьте из журналов изображения во всю страницу и предложите клиенту
множество таких страниц на выбор, включая пейзажи, абстрактные изо¬
бражения и соответствующие изображения, связанные с содержанием его
мыслей. Я предлагаю подготовить 20-30 или более изображений, из кото¬
рых клиент может выбрать. Для групповых занятий необходимо больше
изображений. Попросите клиентов выбрать изображение и по-настояще¬
му внимательно изучить его, прежде чем разрезать на десять частей. Дайте
им достаточно времени, чтобы создать привлекательную композицию из
полученных фрагментов. Предложите попробовать разные аранжировки,
прежде чем принимать решение об окончательном варианте и склеивать
кусочки. После того как клиенты закончат, попросите их взглянуть на но¬
вое изображение и заметить, что в нем изменилось. Попросите дать ма¬
териалу название и описать его тремя словами или фразами. Предложите
клиентам описать свои арт-объекты как можно подробнее.
Вмешательство, способствующее разделению
По мнению Хейса и соавторов: “Фундаментальная задача быть челове¬
ком заключается в том, чтобы научиться различать, когда следовать тому,
что говорит разум, а когда просто осознавать присутствие разума, уделяя
163
Глава 7
внимание происходящему здесь и сейчас” [Hayes et al., 2012, С. 243]. Пони¬
мание того, когда следует обратить внимание на содержание своих мыс¬
лей и рассматривать их серьезно, а когда не замечать их, требует навыка
разделения с мыслями. Эта стратегия связана с принятием и осознанием
текущего момента. В литературе по ACT существует множество методов
разделения, и один, который я особенно ценю, требует бесстрастного на¬
блюдения за негативной мыслью и повторения этой идентифицированной
и сформулированной мысли вслух до тех пор, пока “жалящее” содержа¬
ние слов не станет привычным и единственной воспринимаемой реакцией
будет их звучание [Hayes et al., 2012]. К этим мыслям можно относиться
творчески и описывать их как внешний объект, придавая им форму, цвет,
очертания, скорость или размер. Другие вмешательства включают в себя
благодарность своему разуму за то, что он производит такие интересные,
хотя и бесполезные мысли, или дистанцирование от них путем повышения
осознанности, как упоминалось ранее. Например, вы можете научить кли¬
ентов говорить: “Спасибо тебе, мозг, за эту очень интересную мысль. Пря¬
мо сейчас я занимаюсь другими делами, поэтому не могу отреагировать на
то, что ты предлагаешь”.
Другой инструмент для создания психологической дистанции от соб¬
ственных мыслей включает в себя смещение внимания с содержания мыс¬
ли на процесс мышления. Фокусирование внимания на процессе мышления
(осознание мысли), а не содержании (о чем эта мысль), предлагает новый
способ отношения к мыслям и повышает психологическую гибкость. Пом¬
ните, что слияние — это “слияние вербальных/когнитивных процессов и
непосредственных переживаний таким образом, что индивид не может
провести различие между ними” [Hayes et al., 2012, С. 244]. Например, как
только клиент идентифицирует нежелательную мысль, вы можете научить
его переключать свое внимание с содержания мысли на процесс мышле¬
ния. Я сама использую приведенную ниже стратегию и часто прошу клиен¬
тов включиться в процесс. Все, что вам нужно, — это лист бумаги и ручка.
Этап 1. Определите мысль
Попросите клиента определить особенно неприятную нежелательную
мысль, с которой он попадает в слияние. Вы можете попробовать проделать
это с любой мыслью, и позже в ходе терапии помогать клиентам определять
164
Когнитивное разделение: новые отношения со своими мыслями
основную мысль, с которой они попадают в слияние, попросив их исследо¬
вать убеждения, лежащие в основе часто возникающих мыслей. Например,
если клиент делится мыслью о том, что “я не могу решить, что делать”, мо¬
жете спросить, что это значит для него. Такое заданное направление ис¬
следования может выявить мысль о самом себе, например: “Я не способен
принимать важные решения” или “Я не в состоянии позаботиться о себе”.
Попросите клиента записать свою мысль внизу листа бумаги (рис. 7.2).
( Я не способен \
I позаботиться о себе J
О)
Рис. 7.2. Слияние с мыслью
Этап 2. Сделайте шаг в сторону от этой мысли
Попросите клиента сделать глубокий вдох и на выдохе представить, что
он отстраняется от этой мысли и наблюдает за ней с расстояния 3-5 футов.
Попросите его написать в середине листа: “У меня возникла мысль, что...”,
а затем переписать утверждение, с которым он попал в слияние. Напри¬
мер, предложение в середине страницы будет гласить: “У меня возникает
мысль, что я не в состоянии позаботиться о себе” (рис. 7.3).
Рис. 7.3. Наличие мысли
165
Глава 7
Этап 3. Создайте разделение с мыслью
Попросите клиента сделать еще один глубокий вдох, а на выдохе пред¬
ставить, что он отдаляется от мысли еще дальше и наблюдает за ней с рас¬
стояния 3...6 м. Попросите его написать вверху листа: “Я осознаю, что у
меня возникла мысль...” а затем переписать мысль из нижней части стра¬
ницы. Например, предложение, написанное сейчас на самом верху листа,
будет гласить: “Я осознаю, что у меня возникает мысль, будто я не в состо¬
янии позаботиться о себе” (рис. 7.4).
Рис. 7.4. Осознание наличия мысли
Попросите клиента изучить различия между утверждением, с кото¬
рым он попал в слияние, записанным внизу страницы, и той же мыслью,
написанной в смягченном виде в верхнем предложении. Верхняя строка
по-прежнему содержит первоначальную, нежелательную и неудобную
мысль. Вводится новый способ отношения к ней, включающий осознание
наличия этой мысли. Эта стратегия создания когнитивного разделения
может быть назначена для выполнения в качестве домашнего задания, ко¬
торое нужно повторять один раз в день в течение недели или месяца. По¬
ощряйте своего клиента использовать эту технику каждый раз, когда он
замечает мысли, с которыми попадает в слияние. Более глубокое исследо¬
вание могло бы включать изучение мыслей, чувств и воспоминаний, кото¬
рые исторически появлялись при возникновении этой мысли. Не забудьте
166
Когнитивное разделение: новые отношения со своими мыслями
попрактиковаться в этом упражнении самостоятельно, прежде чем знако¬
мить с ним своих клиентов. Я предлагаю вам выполнять это упражнение
один раз в день в течение по крайней мере недели или дольше, чтобы ощу¬
тить его преимущества. Как только вы испытаете разделение с помощью
этой техники, поделитесь ею с клиентами.
Это же упражнение можно использовать для изучения чувств, прибе¬
гая к рисованию вместо слов. С помощью линий, форм и цвета изобразите
чувство внизу страницы и назовите его, например, “беспокойство”. В се¬
редине страницы создайте разделение, написав: “Я осознаю, что ощущаю
беспокойство”, и используйте линии, формы и цвета, чтобы изобразить
его. Наконец, вверху страницы напишите: “Я осознаю, что у меня есть ощу¬
щение, будто я испытываю чувство беспокойства” и используйте линии,
формы и цвета, чтобы описать этот новый уровень разделенного осозна¬
ния. Опять же, попробуйте выполнить это упражнение самостоятельно,
прежде чем предлагать клиентам.
Арт-терапевтическое вмешательство,
способствующее когнитивному разделению
Арт-терапия предоставляет уникальный способ исследовать нежела¬
тельные (бесполезные) мысли и избавиться от них. Хейс и его соавторы
писали: “Еще один способ разделения с языком — это его объективиза¬
ция” [Hayes et al., 2012, С. 250]. Искусство — отличный инструмент для
воплощения и объективизации мыслей. Использование художественных
материалов и получающийся в результате арт-объект обеспечивают еще
большую психологическую дистанцию от мыслей, а выполняемое после
этого упражнение “Пассажиры (монстры) в автобусе” обеспечивает твор¬
ческий способ объективизации мыслей. Для меня самой и моих клиентов
воплощение мыслей и чувств через искусство оказывает гораздо большее
влияние, чем просто разговоры, участие в диалоге или описание особен¬
ностей мысли. Внешний продукт создает визуальное разделение с мыслью,
и оба — автор рисунка и терапевт — могут смотреть на мысль с большим
любопытством и меньшим осуждением. Кроме того, обсуждение арт-объ-
екта может повысить объективность, связанную с правдивостью и функ¬
циональной полезностью мысли.
167
Глава 7
Арт-терапевтическое вмешательство "Пассажиры
(монстры) в автобусе"
Корри Маццео и я создали это вмешательство, чтобы творчески способ¬
ствовать разделению с мыслями у наших клиентов-ветеранов. Наша цель
состояла в том, чтобы разработать интервенцию, которая стала бы интерес¬
ным способом понаблюдать за навязчивыми мыслями и убеждениями, ме¬
шающими жить, и создать движение к выбору, основанному на ценностях.
Концепция монстров в автобусе возникла из метафоры ACT под названием
“пассажиры автобуса”, предназначенной для отказа от борьбы с негативны¬
ми и ограничивающими мыслями, чтобы принимать основанные на цен¬
ностях решения, несмотря на эти мысли [Hayes et al., 2012, С. 250]. Вместо
того чтобы пытаться изменить нежелательные мысли и чувства, что никог¬
да не является целью ACT, задача этого вмешательства состоит в том, чтобы
наблюдать за мыслями беззаботно и с любопытством. В идеале упражнение
создает возможности для выбора, который нравится клиенту, вместо того
чтобы руководствоваться нежелательными мыслями, чувствами, симпто¬
мами психического здоровья или телесными ощущениями.
Обоснование этого вмешательства основано на концепции разделения
для повышения психологической гибкости [Hayes et al., 2012].
В частности, оно опирается на идею о том, что мысли, чувства и симпто¬
мы, скорее всего, сохранятся, но человек при этом все еще может двигаться
к желаемому опыту и отношениям. Терапевты не поощряют своих клиентов
изменять их внутренние переживания. Если бы было возможно изменить
нежелательные мысли, то я, вы сами и наши клиенты уже сделали бы это!
Однако, как правило, терапевт обнаруживает, что симптомы уменьшаются
или рассеиваются, потому что он помогает клиентам изменить их отноше¬
ния со своими мыслями, вместо того чтобы пытаться изменить сами мыс¬
ли. Цель этого упражнения по разделению — помочь клиентам по-другому
относиться к своим мыслям. Выполнять его можно столько раз, сколько
будет интересно клиенту; до тех пор, пока он продолжит извлекать из него
пользу, испытывая потребность в разделении.
При планировании терапии упражнение “Пассажиры (монстры) в ав¬
тобусе” может быть использовано для достижения разделения и привле¬
чения внимания клиента к мышлению и переживаниям как непрерыв¬
ному поведенческому процессу. Поскольку мысли постоянно меняются,
168
Когнитивное разделение: новые отношения со своими мыслями
можно рассматривать их как непрерывный процесс, а не как то, чем люди
обычно их воспринимают: как причинный, онтологический способ бы¬
тия. Цель состоит в том, чтобы воспринимать мысли такими, какие они
есть (просто мысли), вместо того чтобы сосредоточиваться на их содер¬
жании. Другими словами, мысли, связанные с заботой о безопасности,
коренным образом отличаются от реального переживания пребывания в
небезопасной ситуации.
“Пассажиры (монстры) в автобусе” идеально подходит в случаях, ког¬
да, к примеру, клиент испытывает недостаток психологической гибкости
и ограничивает свой выбор поведения в ситуациях, где у него возникают
мысли, связанные со страхом и травмой. Это вмешательство также прино¬
сит пользу, если у клиента возникают трудности с убеждениями о незави-
симости/автономии или он испытывает страх перед суждениями других.
Это упражнение подходит для детей и взрослых, а языковая составляющая
может быть изменена в соответствии с потребностями клиентов. Опреде¬
лите, восприимчив ли клиент к технике разделения с помощью арт-про-
цесса, спросив его об этом: “Кажется, какие-то конкретные мысли мешают
вам двигаться к ценностям и делать то, что хотите делать. Согласны по¬
пробовать художественное вмешательство, чтобы исследовать некоторые
мысли и посмотреть, как можно относиться к ним по-другому, чтобы они
перестали мешать тому, что вы хотите делать?” Как только вы и клиент
решите, что техника разделения будет подходящей, и клиент согласится ее
выполнить, можно попробовать описанное ниже вмешательство.
Инструкиии к упражнению "Пассажиры (монстры)
в автобусе"
■ Представьте, что вы работаете водителем автобуса и вам поручено
прокладывать маршрут и подбирать пассажиров по пути. У вас есть
определенный маршрут, по которому вы движетесь, чтобы добраться
до своей цели на автовокзале. Ваш автобусный маршрут/карта отра¬
жает ваши ценности и то, каким вы хотите быть: любящим и терпе¬
ливым родителем, трезвым, заботливым партнером, верным другом и
т.д. Пассажиры, которых вы подбираете по пути, представляют ваши
нежелательные личные переживания (например, мысли, чувства, те¬
лесные ощущения) или старую негативную историю. Вы по-прежнему
169
Глава 7
должны двигаться по своему маршруту, независимо от того, какие
пассажиры сядут в автобус.
■ Представьте свои внутренние, нежелательные переживания, которые
проникают в “автобус”, когда вы работаете над своими ценностями.
Например, вы можете работать над тем, чтобы стать любящим и вер¬
ным партнером, и у вас возникают старые мысли, такие как: “Я никому
не могу доверять” или “Я собираюсь испортить эти отношения”, либо
вы испытываете чувства стыда, тревоги и страха. Это может привести
к тому, что вы начнете демонстрировать недоверие, например ревно¬
вать партнера или кричать. Другой вариант может заключаться в том,
что при работе над такими родительскими ценностями, как терпение
и любовь, у вас всплывают нежелательные воспоминания о стыде из
детства, вызывающие необъяснимый гнев на ребенка. Возможно, ра¬
ботая над собственной ценностью здоровья и начиная заниматься фи¬
зическими упражнениями, вы можете произносить негативные, беспо¬
лезные утверждения, которые отталкивают вас от занятий спортом и
приводят к нездоровому выбору. Такого рода разговор с самим собой
может включать в себя: “Я никогда не добьюсь успеха в похудении” или
“Какой в этом смысл — в прошлом это никогда не срабатывало?”
■ Определите нежелательные чувства, истории, мысли или телесные
ощущения, которые мешают вам двигаться к ценностям. Их можно
записать или обсудить в ходе терапии. Выберите три из них для ис¬
пользования в арт-терапевтическом вмешательстве.
■ Изобразите каждую из этих мыслей, чувств или телесных ощущений в
виде пассажиров/монстров, которые собираются сесть в автобус, пока
вы едете навстречу своим ценностям. Представьте, что это неуправля¬
емые пассажиры, которые кричат на вас или шепчут вам на ухо неже¬
лательные мысли и чувства. Они действительно затрудняют вождение
и требуют повернуть направо, когда по маршруту следует повернуть
налево. Это мысли, которые действительно мешают вам. Например,
монстр может подтолкнуть водителя пойти в бар, когда на самом деле
водитель планирует оставаться трезвым. Вы можете создавать мон¬
стров, используя практически любые мультимедийные материалы и
инструменты: рисунок, раскрашивание, глину, цифровой рисунок,
коллаж, плетение из пряжи или работу с мелкими предметами.
170
Когнитивное разделение: новые отношения со своими мыслями
■ После создания образов трех пассажиров (монстров) для демонстра¬
ции нежелательных мыслей и чувств наступает время поговорить о
них. Ниже приведены вопросы, которые вы можете использовать,
чтобы помочь клиенту рассказать историю пассажиров-монстров.
Вы можете придумать свою собственную предысторию и добавить
больше деталей. Как зовут монстра? Что он говорит? Сколько ему
лет? Как долго монстр был с вами? Когда он появляется в вашей жиз¬
ни? Кто лучшие друзья монстра? Когда ему нужно успокоиться? Что,
по мнению монстра, должно произойти, чтобы он появился? Чего бо¬
ится это чудовище? Когда монстр помогает вам?
На рис. 7.5 изображено чудовище из упражнения “Пассажиры (мон¬
стры) в автобусе”, нарисованное жидкой акриловой краской, выдуваемой
через соломинку. Образ усилен с помощью мелков и блесток. Я создала этот
образ вместе со своей группой клиентов в стационаре для лиц, злоупотре-
Рис. 7.5. Монстр в автобусе
Примечание: “Монстр в автобусе” в исполнении Эми Бакос;
акриловая краска, масляная пастель Cray-Pas, глиттер
171
Глава 7
бляющих психоактивными веществами. Создание арт-объектов вместе с
клиентами преследовало несколько целей: показать пример искусства, не¬
обычно использовать краску и раскрыть общечеловеческий компонент те¬
рапии. Делясь с клиентами своими уже изученными примерами монстров
и договорившись о плане действий, терапевт в значительной степени укре¬
пляет взаимопонимание и помогает им увидеть, что сложности с некото¬
рыми мыслями универсальны для всех людей. Если вы способны создавать
произведения искусства вместе с клиентами, оставаясь сосредоточенными
на них и не теряясь в процессе, это может быть полезным вмешательством
и способом поделиться процессом создания арт-объектов.
Соображения о выполнении упражнения "Пассажиры
(монстры) в автобусе"
Прежде чем приступить к этому вмешательству, не забудьте попрактико¬
ваться в нем самостоятельно, чтобы знать, чего ожидать. Заранее подумай¬
те, обладает ли клиент достаточно сильным эго, чтобы справиться с иссле¬
дованием нежелательных сторон своего “я” при изучении того, что мешает
ему жить в соответствии с собственными ценностями. Это вмешательство
невероятно понравилось клиентам и студентам; однако я работала с одним
молодым человеком, который в детстве испытал такое количество жесто¬
кого обращения и бессилия, что спутанные мысли привели его к уверен¬
ности: он монстр, а не водитель автобуса. Мы сделали паузу, чтобы вернуть
его внимание к текущему моменту и более активно провести разделение
с его новыми мыслями о том, что он монстр, прежде чем он решит про¬
должить заниматься арт-терапевтическими интервенциями. Несмотря на
то что терапевту бывает полезно подумать, кто из его клиентов извлек бы
наибольшую пользу из этого вмешательства, воплощение негативных мыс¬
лей в персонажей с помощью арт-терапии позволяет большинству людей
играть со своими негативными историями. Мне нравится использовать
наклеенные объемные “глазки” и показывать примеры своим клиентам,
чтобы продемонстрировать, как они могут дурачиться и получать удоволь¬
ствие от искусства. Для клиентов, которые очень погружены в свои мысли
и кажутся терапевту не способными в игровой форме взаимодействовать
с искусством, может оказаться полезной смена образов: с монстров на пас¬
сажиров. Я всегда жду, когда клиенты продемонстрируют свою готовность
172
Когнитивное разделение: новые отношения со своими мыслями
получать удовольствие от этого вмешательства, и следую их примеру в том,
насколько это серьезно или глупо для них.
В ACT терапевты избегают того, чтобы просить клиентов попытаться
помешать монстру сесть в автобус. Вместо этого нужно просить их по-дру¬
гому относиться к монстрам, когда они попадают в автобус, что, в свою
очередь, позволяет клиентам следовать собственным ценностям независи¬
мо от того, какие мысли, чувства и ощущения возникают у них самих. По¬
думайте о других способах творческого воплощения мыслей — возможно,
с помощью игры, создания персонажей из глины или изготовления кукол,
олицетворяющих пассажиров. В качестве вариации в ходе выполнения
этого упражнения можно использовать переносную песочницу и созда¬
вать образы пассажиров (монстров) на песке. Помните: цель состоит в том,
чтобы разделиться с мыслями, воплотив их вовне. Это позволяет частично
устранить остроту мыслей и помогает клиентам повысить свою психоло¬
гическую гибкость, изменяя их отношение к собственным мыслям.
Резюме
Методы когнитивного разделения на сеансе терапии используются для
изменения нежелательных результатов или функций мыслей и внутренних
личных переживаний [Harris, 2007]. В отличие от традиционной КПТ, где
цель состоит в том, чтобы изменить или уменьшить частоту мыслей, цель
ACT состоит в том, чтобы изменить отношение человека к своим мыслям
и, таким образом, изменить функцию, которой они служат. Как только че¬
ловек становится способен увидеть мысли такими, какие они есть (просто
мыслями), разделение обычно приводит к изменению привязанности к
ним и уменьшению веры в то, что эти мысли помогут ему приблизиться
к своим ценностям. В результате человек может взвесить поведенческую
полезность мысли (“Полезна ли эта мысль прямо сейчас? Какое поведение
я выберу?”) вместо того, чтобы немедленно реагировать на содержание
мысли (например, “Я буду унижен”), как если бы это было правдой. Мыс¬
ли зависят от контекста: некоторые мысли могут быть полезны в данный
момент или в конкретном контексте, а в другое время они бесполезны. Раз¬
деление позволяет человеку осознать полезность мысли, а также контекст,
прежде чем делать сознательный поведенческий выбор, основанный на
этом осознании.
173
ГЛАВА 8
Наблюдающее "я" в жизни
каждого человека
В этой главе определяются и рассматриваются духовные аспекты ACT
и арт-терапии, которые, как правило, упускают из виду в других подхо¬
дах. Кониепиия наблюдающего "я" предлагает терапевтам и клиентам
инструменты для раскрытия своего внутреннего "я", и эти аспекты мо¬
гут быть использованы для поддержки личностного роста и углубления
творческого самовыражения. Взгляд на самих себя повышает осозна¬
ние текущего момента и расширяет способность сохранять психологи¬
ческую гибкость.
Кто вы такой в контексте Вселенной? Как бы вы описали свой транс¬
цендентный, духовный опыт? Кто вы по своей сути? Несмотря на то что
эти вопросы могут возникать в процессе терапии, если терапевт или кли¬
ент любопытны и интересуются своим духовным “я”, в большинстве пси¬
хологических теорий их упускают из виду. Когда я училась в школе, один
профессор с грустью заметил, что религия большинства психологов — это
психология. Конечно, в религиозном консультировании и многих альтер¬
нативных практиках исцеления обращают внимание на духовные аспекты
личности, однако в психологии эти концепции часто остаются без вни¬
мания или используются недостаточно широко. Буддистские принципы
психологического совершенствования отражены в понятии майндфулнесс
когнитивно-поведенческой терапии и других терапевтических методиках,
основанных на осознанности, а некоторые из этих концепций также при¬
сутствуют в ACT.
ACT использует подходы к майндфулнесс из дзен-буддизма и явно за¬
действует духовное “я” в процесс терапии. В дополнение к вовлечению ког¬
нитивного, эмоционального и контекстуального “я” в терапию, ACT по¬
ощряет исследование наблюдающего “я” для гораздо более масштабного,
фундаментального духовного опыта. ACT использует различные подходы,
175
Глава 8
чтобы облегчить понимание “я” в контексте большой и целостной Вселен¬
ной, пробуждая любопытство к трансцендентным аспектам “я”. Это изуче¬
ние основано на силе и позитиве. Вместо того чтобы фокусироваться толь¬
ко на патологии клиентов и изменении поведения, этот аспект гексафлекса
способствует психологической гибкости путем установления связи с той
частью “я”, которая является общей для всех людей. Кроме того, обраще¬
ние к наблюдающему “я” привносит в терапевтическое пространство лич¬
ностно и культурно значимые способы познания.
Теория реляционных фреймов
Теория реляционных фреймов обеспечивает “функциональную кон¬
текстуальную теорию человеческого языка и познания” [Hayes et al., 2012,
С. 39] и помогает понять идеи, связанные с концепцией наблюдающего “я”.
Анализ языка можно найти во многих дисциплинах, и в нем исследуется,
как люди используют символы языка эволюционно полезными способами.
Теория реляционных фреймов проводит различие между вербальными и
когнитивными событиями, а также другими психологическими событи¬
ями; в основе ее определений находится точка зрения, согласно которой
язык лежит в основе человеческих достижений, а также человеческих стра¬
даний [Hayes et al., 2012].
Реляционный фрейминг — это поведение, при котором в сознании чело¬
века возникают ассоциации и сравнения, связывающие между собой язык,
объекты, поведение и реакции [Hayes et al., 2012]. Легкость, с которой ассо¬
циации и сравнения возникают в сознании, может быть проблематичной,
поскольку люди могут с готовностью реагировать на эти идеи или мыслен¬
ные стимулы, как если бы они были реальностью, на которую они должны
реагировать. В некоторых случаях, например, реакция на такие стимулы
может вызвать горе, потому что мысль, связанная с травматическими вос¬
поминаниями, склонна провоцировать поведение избегания. И наоборот,
человек может использовать предпочтения своего разума для сравнений,
чтобы углубить свои отношения с самим собой или с высшей силой либо
универсальным источником. Такие идеи, как “здесь и там” или “я и ты”, ис¬
пользуются для исследования духовных аспектов человеческого существо¬
вания путем сравнения себя с высшей силой. Недуалъностъ — это буддист¬
ская концепция взаимосвязанности между всеми людьми [Hanh, 2010],
176
Наблюдающее "я" в жизни каждого человека
и она может быть применима к тому, как специалисты работают с клиен¬
тами в терапии. Язык позиционирует “я” по отношению к “другому”, и для
многих людей этот “другой” уже включает в себя Бога или высшую силу.
Привнесение этого аспекта божественного “я” в терапевтический кабинет
с непосредственным применением теории и эмпирически подтвержден¬
ных подходов придает достоверность идее духовного опыта в психологии.
Другими словами, ACT включает в психологическую практику целостное
“я” и все его части, тем самым позволяя делать гораздо больше, чем просто
задавать вопросы о религии как культурной переменной. Те, кто практику¬
ют ACT, приветствуют культурные представления о религии и духовности
в своем кабинете и делают эти убеждения и практики важной частью кон¬
текстуального исследования личности в процессе терапии.
Три способа понять себя
Теория реляционных фреймов включает в себя три способа понима¬
ния “я”: “я” как содержание; “я” как процесс; и наблюдающее “я” (“я” как
контекст) [ACT With Compassion, не датировано]. Процесс относится к пе¬
реживаниям “я” в любой данный момент, тогда как содержание относится
к суждениям о “себе”.
"Я" как содержание
Понятие “я” как содержания относится к тому, как человек мог бы опи¬
сать себя и создать концептуализированное “я” [ACT With Compassion,
не датировано]. “Концептуализированное «я» является прямым побоч¬
ным продуктом обучения именованию, категоризации и оценке” [Hayes et
al., 2012, С. 81]. Тот же самый процесс можно было бы использовать для
описания какого-либо объекта. Однако, несмотря на то что описания объ¬
екта могут быть точным способом его концептуализации в мире, человек
относится к своим описаниям себя так, как если бы они также были ис¬
тинными и неизменяемыми. Это мысли о собственном “я”, с которыми
он попадает в слияние. Другими словами, люди сильно привязаны к этим
описаниям и мыслям о себе. Примерами подобных случаев могут служить
описания и суждения, относящиеся к внешности (например, высокий, низ¬
кий, привлекательный, уродливый). “Я” как содержание также включает
177
Глава 8
в себя внутренние суждения о личности, ценности/самоценности и такие
характеристики, как “добрый”, “жестокий”, “привлекательный”, “непривле¬
кательный”. Попадая в слияние с таким содержанием своего “я”, клиенты
фокусируются на своей воспринимаемой идентичности или суждениях о
себе. Вы можете соприкоснуться с представлением о “я” как содержании,
описав свою внешность, личность, работу, а также роли, которые вы игра¬
ете и которые считаете важными.
Доминирующие описания “я” как содержания являются “жесткими,
оценочными и вызывающими воспоминания” [Hayes et al., 2012, С. 111].
Концептуализированное “я” имеет тенденцию подавлять другие аспекты
“я”. Примерами того, где можно наблюдать такое подавление, являются
чувство необходимости быть правым, склонность изо всех сил защищать
историю, которую человек рассказывает о себе, или сосредоточение вни¬
мания на истоках собственных страданий и привязанность к ним. Соглас¬
но Хейсу и его соавторам, “ACT рассматривает эту форму самопознания
не только как крайне ущербную, но и как серьезную угрозу жизнестойко¬
сти клиента” [Hayes et al., 2012, С. Ill], ACT помогает терапевтам и клиен¬
там переключить внимание на другие аспекты собственного “я”.
"Я" как проиесс
Этот аспект относится к постоянному осознанию человеком своих пе¬
реживаний в каждый момент [ACT With Compassion, не датировано]. Осоз¬
нание себя в данном случае относится как к самому переживанию в теку¬
щий момент, так и к описанию человеком своих мыслей, чувств, поведения
и телесных ощущений. “Здоровый образ жизни требует непрерывного и
гибкого вербального самопознания текущего момента” [Hayes et al., 2012,
С. 223]. По сути, “я” как процесс — это осознание и наблюдение за собой
без осуждения. В терапии принятия и ответственности специалисты по¬
ощряют клиентов “видеть то, что они видят, таким, каким они это видят,
без излишнего осуждения или оправдания того, что есть на самом деле”
[Hayes et al., 2012, С. 223]. Например, вы можете взглянуть на себя как на
непрерывный процесс, переживая при этом постоянно меняющиеся мыс¬
ли, чувства, поведение и физические ощущения.
“Я” как процесс включает в себя использование языка в непринуж¬
денной и непредвзятой манере для обозначения мыслей, чувств и любых
178
Наблюдающее "я" в жизни каждого человека
других внутренних переживаний. Такая позиция позволяет человеку раз¬
личать свои внутренние и внешние переживания и помогает установить
контакт с текущим моментом [Gordon, & Borushok, 2017]. Вы можете войти
в контакт со своим “я” как процессом в этот момент, спросив себя: “Какие
мысли, чувства и телесные ощущения я осознаю прямо сейчас?”
"Я" как контекст
Этот аспект описывает динамичную позицию соединения с “чувством
личной целостности, трансцендентности, взаимосвязанности и присут¬
ствия” [Hayes et al., 2012, С. 224]. Концепция наблюдающего “я” (“я” как
контекста) подразумевает, что сам человек является контекстом для всего
того, что он пережил и переживает. Это отличается от “я” как процесса или
“я” как содержания. Наблюдающее “я” позволяет взглянуть на самого себя
с точки зрения, отличной от той, с которой человек наблюдает за тем, что
происходит и как это происходит [ACT With Compassion, не датировано].
Наблюдающее “я” включает в себя гибко меняющиеся точки зрения или
такие, которые зависят от ситуации. “Взгляд с позиции «Я здесь сейчас» —
это акт восприятия ситуации, потому что не существует статичной мен¬
тальной позиции, с которой предоставляется перспектива” [Hayes et al.,
2012, С. 223 224]. Видение себя как контекста для всего, что происходит и
уже случалось в этой жизни, позволяет проявляться таким эмоциям, как
сострадание и сопереживание. “Я” как контекст или наблюдающее “я” мо¬
гут помочь клиентам установить связь с высшей силой либо своим транс¬
цендентным “я”.
Для тех, кто интересуется духовностью или религией, наблюдающее “я”
предлагает зрелое содержание для обсуждения взаимоотношений с выс¬
шей силой/трансцендентным “я” как способа полного понимания своего
личного контекста. Наблюдающее “я” служит продолжением майндфул-
несс, потому что идея состоит в том, чтобы предложить клиентам осоз¬
нанно воспринимать себя как контекст всего, что произошло в их жизни.
В идеале осознание себя как контекста позволяет человеку сосредоточить¬
ся на “стабильном, обоснованном и непреходящем ощущении себя, спо¬
собного иметь гибкую точку зрения” [Godbee, & Kangas, 2020, С. 1].
179
Глава 8
"Я" как контекст в действии
Кайла Орманди (Ormandy), профессиональный семейный и арт-тера-
певт, работает в районе залива Сан-Франциско в клинике управления бо¬
лью, используя ACT для поддержки своих клиентов (управление болью —
это аспект медицины и здравоохранения, включающий в себя обезболива¬
ние, облегчение или контроль разных видов боли, от острой и простой до
хронической и сложной. — Примеч. перев.). Я попросила ее поразмышлять
о наблюдающем “я” и о том, как она понимает эту концепцию и применяет
ее в своей жизни и работе. В своем эссе под названием Мудрые инструмен¬
ты Кайла говорит о себе как о процессе, содержании и контексте.
Я стада думать о мозге и теле как об интеллектуальных, изначальных,
врожденно мудрых инструментах, которые снабжают меня информацией о
том, что я испытываю. Мое тонко настроенное тело помогает мне чувство¬
вать эмоции через желудок, сердце, горло и конечности. Мой нежный мозг
эволюционировал таким образом, чтобы обрабатывать информацию с неве¬
роятной скоростью. Эти два инструмента помогают мне взаимодействовать
с миром и осмысливать свой опыт, но они не являются тем, кто я есть.
Мозг, на мой взгляд, — это всего лишь еще один орган. Легкие доставля¬
ют кислород, печень отфильтровывает токсины, а мозг обдумывает мысли.
Просто так получилось, что мы, люди, более остро осознаем свои мысли, чем
содержимое вдоха, поэтому нас легко убедить в том, что то, что мы думаем,
и есть то, кто мы есть. Вместо этого мысли являются просто представлением
информации. Они представляют собой информацию о текущем опыте, осно¬
ваны на предыдущем опыте и обеспечивают понимание, исходя из которого
мы можем реагировать.
У меня все еще есть “я”, которое я концептуализировала. Я определенного
роста, у меня определенный цвет волос, я выросла в определенных обстоя¬
тельствах и у меня есть определенные хобби. Однако, практикуя наблюдаю¬
щее "я”, я стала относиться к этой идее о том, кто я есть, более легкомыслен¬
но. Например, я могу быть человеком, который красит волосы, или тем, кто
пробует новое хобби. Это пространство дает мне возможность перестраивать
свое мировоззрение по мере того, как я учусь и расту. Было время, когда я
верила, что должна быть умнее всех, чтобы быть достойной дружбы. С тех пор
я приобрела новые образцы для подражания и совершенно иной опыт, кото¬
рые позволили мне отказаться от этой концепции. Теперь я стремлюсь быть
сострадательной и проявлять чувство юмора в своих дружеских отношениях,
зная при этом, что я по своей сути уже достойна дружбы.
180
Наблюдающее "я" в жизни каждого человека
Когда я работаю с клиентами, чтобы помочь им лучше осознавать мысли,
я говорю о человеческом организме, как об автомобиле. Я езжу на машине
по самым разным местам. Бывали дни, когда я проводила больше времени в
машине, чем с людьми! Но я никогда не идентифицировала себя как машину.
В этой метафоре тело — машина, на которой мы ездим каждый день нашей
жизни. Она нуждается в питании, настройках и заменах комплектующих и
расходных материалов. Иногда она попадает в мелкие аварии, отделываясь
царапинами на бампере, и больше никогда не ездит по прежней дороге. Тем
не менее тело постоянно остается священным средством, которое оживляет
нас, позволяя нам физически взаимодействовать с миром для достижения
целей. Оно позволяет нам взаимодействовать с миром и получать информа¬
цию, но это не то, кто мы есть.
Точно так же на протяжении многих лет в моей машине было много пасса¬
жиров. Некоторые сидели сзади, некоторые предпочитали садиться на перед¬
нее сиденье, и иногда все места были заняты. Моя машина перевозила людей,
животных, коробки и художественные принадлежности. Было много случаев,
когда пассажиры мяукали, шипели или давали указания. Иногда они хотели,
чтобы я сменила музыку, сделала пит-стоп, или просто громко разговаривали
между собой. Но я никогда не идентифицировала себя как своих пассажиров.
Эти пассажиры в наших автомобилях — метафора для обозначения мыслей,
которые изобретает мозг. Он отвлекается на проходящих мимо коров, или на
идею остановиться перекусить, или расстраивается из-за перепадов давления
и укачивания в машине. Наши мысли тоже меняются в течение дня. Наши
мысли — это информация о возможных способах интерпретации событий и о
том, что нам, возможно, потребуется сделать в ответ, чтобы чувствовать себя в
безопасности. Иногда эти мысли задерживаются в прошлом и смотрят в зер¬
кало заднего вида, или устремляются в будущее и начинают беспокоиться, что
мы еще не там. Мысли — это постоянный поток информации из нашего мозга.
Прием, которому меня научили разные учителя, заключается в том, что¬
бы смотреть на мысли с нежной добротой, как если бы ребенок клал мне на
ладонь цветок. Вот несколько фраз, которые я использую, чтобы относиться
к своим мыслям так же легко как к цветку: “Разве это не интересно, что мне
снова пришла в голову эта мысль?”, “Как любопытно!” и “Я такая глупая”.
Это помогает прислушиваться к мыслям как будто с небольшой дистанции,
одновременно принимая факт возникновения мысли, а затем выбирая, что
делать с этой информацией. “Мне нужно заехать в этот ресторан быстрого
питания или я могу поужинать дома?” “Входят ли эти брюки за 500 долл, в
мой бюджет?” “У меня на самом деле избыточный вес?” “Что важнее в моих
отношениях — быть правой или быть доброй?”
181
Глава 8
Как и большинство людей, я шла по жизни, веря своим мыслям и отож¬
дествляя себя со своими эмоциями. Это превратилось в самоограничение,
когда я поверила таким мыслям, как “Я не принадлежу себе” или “Я недо¬
статочно хороша”. (От каких действий удержали меня подобные мысли?) Так
было до тех пор, пока я не начала практиковать более любящий подход к себе.
Одна из главных практик наблюдающего “я” состоит в том, чтобы видеть себя
целостным, достойным любви и принадлежности и защищенным от причине¬
ния вреда. Обозначенное заглавной буквой “Я” может засвидетельствовать
сложные убеждения, не “обручаясь” с ними, может испытывать сложные эмо¬
ции и не быть запятнанным, и становится тем “Я”, которое является Домом.
Я все еще практикуюсь в этом, зная, что ни у кого это не получается идеально.
Наблюдающее “я” становится возможным благодаря майндфулнесс — че¬
рез осознание своих мыслей, проявление самосострадания, чтобы прини¬
мать свои мысли и эмоции как преходящую информацию, и посредством по¬
стоянной практики. Я обнаружила, что для укрепления способности действо¬
вать с позиции наблюдающего “я” наиболее полезно присутствие терпеливых
учителей: добрых людей, которые постоянно, снова и снова, возвращают мое
внимание к истине о том, кто я есть на самом деле. И из этого пространства,
рассматривая себя как контекст, я могу вести более полноценную жизнь, на¬
полненную большим количеством прав и возможностей.
Наблюдающее "я"
Место, с которого вы наблюдаете за своими личными переживаниями
мыслей, чувств и телесных ощущений, — это ваше наблюдающее “я”. Его
можно назвать “чистым осознанием, потому что это все, чем оно являет¬
ся — осознанностью” [Harris, 2007, С. 159]. Ваше наблюдающее “я” фунда¬
ментально отличается от мыслей, чувств и телесных ощущений. Оно яв¬
ляется осознанием этих аспектов своего “я”. Без наблюдающего “я” у вас
не было бы никакого самосознания.
Люди постоянно меняются. Ощущения мыслей и чувств сменяют друг
друга, постоянно эволюционируя. Внимание человека переключается с од¬
ного проекта или опыта на другой. Тело постоянно меняется, превращаясь
из младенца, карапуза, подростка, юноши, взрослого, среднего возраста,
пожилого человека в старого. Тело создает новые клетки, и у всех людей
каждый день растут новые волосы и ногти. Роли человека меняются по
мере того, как он растет, и они даже меняются в течение дня: дочь/сын,
182
Наблюдающее "я" в жизни каждого человека
партнер, родитель, тетя/дядя, бабушка с дедушкой, студент, рабочий. Не¬
смотря на все это, точка зрения наблюдающего “я” остается неизменной.
Это та часть личности человека, которая видела все в его жизни. Наблю¬
дающее “я” следило за тем, как он переживал свои худшие дни, и видело,
как он проживал свои самые счастливые моменты. Оно всегда рядом как
источник человеческого осознания.
Наблюдающее “я” — это по определению совершенное принятие. “Его
все равно нельзя улучшить; следовательно, оно совершенно” [Harris, 2010,
С. 161]. Эта часть личности видит человека и то, что происходит, таким,
какое оно есть на самом деле, и не выносит суждений. Такие понятия, как
“хорошо” или “плохо”, не существуют с точки зрения наблюдающего “я”.
Наблюдающее “я” без каких-либо суждений осознает мысли, чувства, те¬
лесные ощущения человека и происходящие события. Как только разум
начинает судить, он отдаляется от наблюдающего “я”. Наблюдающее “я”
не поддается совершенствованию и находится в безопасности от вреда
[Harris, 2010]. Безопасность существует здесь потому, что это всего лишь
наблюдение, без осуждения или изменений. Даже когда человек не осозна¬
ет наблюдающего “я” или чувствует себя оторванным от этой части себя,
она все равно существует.
Каким облегчением является осознание того, что в каждом человеке
есть часть, которая совершенна, все принимает и не осуждает. Для кли¬
ентов, которые имеют отношение к религии или духовности, этот аспект
может быть связан с душой или универсальной частью “я”. Используя ACT,
можно задействовать эту часть самого себя, чтобы повысить психологиче¬
скую гибкость. Соединение с этой частью “я” создает облегчение от страда¬
ний и реакций на происходящее. Терапевт может помочь своим клиентам
подключиться к этому источнику, даже если они чувствуют отчуждение от
самих себя или ощущают, что этой части каким-то образом не хватает. Ис¬
пользуя свое наблюдающее “я”, можно испытать передышку от страданий.
Упражнения для развития наблюдающего "я"
Пребывание в состоянии наблюдающего “я” требует внимания и прак¬
тики. Мысли человека обычно теснятся в его сознании, борясь за то, что¬
бы их заметили и сочли актуальными. Телесные ощущения или планы и
беспокойство о будущем также конкурируют за внимание. Практикуйтесь
183
Глава 8
замечать работу своего разума так часто, как только сможете. Хан предла¬
гает на первый взгляд простой, но на практике часто трудный инструмент
для доступа к наблюдающему “я” [Hanh, 2010]. Он учит осознавать себя
с помощью двух предложений: “Вдыхая, я знаю, что я вдыхаю. Выдыхая,
я знаю, что выдыхаю” [Hanh, 2010, С. 1].
Попробуйте выполнять приведенное ниже упражнение самостоятель¬
но три-пять раз в день в течение недели, а затем познакомьте с ним своих
клиентов.
Закройте глаза и дышите в своем обычном ритме. Нет необходимости
изменять темп дыхания. Когда вы делаете вдох, скажите вслух: “Вдыхая,
я знаю, что я вдыхаю” На выдохе скажите вслух: “Выдыхая, я знаю, что я
выдыхаю” На следующем вдохе повторите предложения шепотом. После
этого проговаривайте предложения про себя, в то время как ваше внима¬
ние сосредоточено исключительно на дыхании.
Мысли и другие осознания неизбежно будут проникать в ваш разум.
Когда это происходит, вы можете сказать: “Вдыхая, я осознаю свои мысли”
или “Выдыхая, я осознаю, что чувствует мое тело” Вам может показаться,
что наблюдающее “я” уходит, когда внимание привлекает какая-то мысль
или чувство. Однако вы можете верить, что наблюдающее “я” вездесуще,
совершенно в своем принятии, непредвзятости и осознанности. Просто
вернитесь к своему дыханию. Вдыхайте, повторяя: “Вдыхая, я знаю, что
вдыхаю” Когда вы выдыхаете, скажите: “Выдыхая, я знаю, что я выдыхаю”
Вы можете создать свою собственную осознанную медитацию майнд¬
фулнесс, записав на свой телефон эти два предложения и воспроизводя их
несколько раз в день, чтобы лучше познакомиться со своим наблюдающим
“я”. Вы также можете записать, как вы читаете два абзаца, приведенные
выше, в медленном темпе, и прослушать их утром и перед сном. Другие
варианты включают в себя создание художественного знака, который гла¬
сит: “Вдыхая, я знаю, что вдыхаю. Выдыхая, я знаю, что выдыхаю” Создав
такой знак, вы можете отдать должное Тич Нат Хану за то, что он предо¬
ставил фразу на плакате-напоминании. Можете повесить такой плакат в
своем офисе и предложить клиентам создать их собственный, чтобы пове¬
сить дома.
184
Наблюдающее "я" в жизни каждого человека
Кто я такой?
Количество творческих метафор, которые арт-терапевты могут исполь¬
зовать, чтобы помочь клиентам войти в контакт со своим наблюдающим
“я” и начать воспринимать себя как контекст, безгранично. Вот художе¬
ственный прием, который вы можете использовать, чтобы установить
связь со своим наблюдающим “я”. Прежде чем читать дальше, найдите на
своем телефоне фотографию картины, которую вам нравится рассматри¬
вать. Например, вам могут понравиться картины Фриды Кало (Kahlo) или
Жан-Мишеля Баския (Basquiat), художников, чьи работы я нахожу краси¬
выми и значимыми.
Спросите себя: “Если бы я был этой картиной, какую роль я бы сыграл?”
Может быть, это фигура с картины Баския? Самый красочный фрагмент?
Самый текстурированный? Возможно, вы имеете отношение к самой кра¬
ске? Может быть, вам больше всего нравится одно из животных на картине
Кало? Или вы отождествляете себя с человеком на автопортрете?
Что, если бы для целей этого упражнения вы могли идентифицировать
себя как холст? Гипс, краска, загуститель, пыль и все остальное, что вы до¬
бавляете или что само попадает на холст, отражает ваш опыт, ситуации,
роли и убеждения. Материалы на холсте принципиально отличаются от
самого холста — он является основой, а слои, выполненные с помощью
гипса и краски, представляют собой части картины. Каждый материал или
слой дополняет целое, но в целом холст остается нетронутым, поддержи¬
вая слои краски. Представьте, что вы — холст, на котором держится карти¬
на. Ваше наблюдающее “я” — это сам холст. Каждый человек отличается от
других и уникален своим прошлым, ролями, которые он играет, работой,
которая у него есть, и собственными представлениями о себе и других. Вы
и ваш контекст — это холст, в то время как краски и все остальное на хол¬
сте — это ваш опыт, роли и убеждения.
Возможно, вы предпочли бы назвать себя создателем картины, и вы все
равно были бы правы. Картина может храниться в музее или у вас дома,
вы можете чувствовать свою причастность к ней. Если вы верите в выс¬
шую силу, можете видеть ее в мастере, который изготовил подрамник,
поддерживающий холст, или же само здание, где хранится картина, может
быть вашей высшей силой. Каким бы образом вы ни решили относиться к
картине — как к холсту или как к создавшему ее художнику — вы будете
185
Глава 8
правы. Суть в том, чтобы перестать отождествлять себя с гипсом, краской,
загустителем и прочими слоями на холсте, а вместо этого отождествлять
себя с контекстом, на который опирается краска, — с холстом, подрамни¬
ком или художником. Какие еще метафоры вы можете придумать, чтобы
представить себя в контексте своей жизни?
Почему метафоры?
Метафоры в терапии предлагают клиентам способ понять абстрактные
или сложные концепции [Blenkiron, 2005]. Кроме того, использование исто¬
рий и метафор во время консультации помогает клиенту сделать свои соб¬
ственные выводы, что позволяет в большей степени использовать его мыс¬
лительный процесс в терапевтическом кабинете [Monestes, & Villatte, не да¬
тировано]. Когда концепции интегрируются в терапевтическом кабинете,
материал и идеи лучше запоминаются. Метафоры в ACT считаются важным
инструментом, поскольку они способствуют согласованности концепций и
содержания [Monestes, & Villatte, не датировано]. Например, вам, вероятно,
будет легче вспомнить концепции, связанные с наблюдающим “я”, после того
как вы выполнили упражнение по рассматриванию произведения искусства
и представления себя, состоящим из красок и холста. Вы можете забыть, что
это называется “наблюдающее «я»”, но подозреваю, что вы сможете вспом¬
нить эту метафору, когда захотите дистанцироваться от содержания своей
жизни, чтобы сосредоточиться на своем трансцендентном “я”.
Метафоры являются центральной частью ACT на практике именно по¬
тому, что могут проиллюстрировать многие тупиковые концепции в тера¬
пии и помочь клиентам обрести психологическую гибкость [Stoddard, &
Afari, 2014]. Несмотря на то что метафоры иногда используются в КПТ,
они являются важным инструментом для АСТ-терапевтов, помогающим
клиентам бросить вызов своему ограниченному правилами поведению и
чрезмерно сфокусированному вниманию к своим симптомам. Например,
у меня были клиенты, которые определяли себя по содержанию, говоря о
том, что они сломлены, больны, недомогают. Они чрезмерно отождествля¬
ли себя с такими расстройствами, как ПТСР, депрессия, хроническая боль
или тревога, исключая другие аспекты своей жизни — работу и отношения
с партнерами, детьми и друзьями. Метафоры, привносящие осознание на¬
блюдающего “я”, были невероятно полезны для клиентов. Контекстуализа-
186
Наблюдающее "я" в жизни каждого человека
ция их медицинского или психиатрического расстройства как части того,
кем они были, создала новое пространство для выбора, наслаждения, удо¬
вольствий, гордости и повысила способность к построению отношений.
Я работала с одним ветераном, который каждый день продолжал носить
свою полную форму даже спустя долгое время после того, как был уволен
со службы. Люди вокруг него реагировали на военную униформу и предпо¬
лагали, что он “на дежурстве”, а не ветеран, который ходит по магазинам за
продуктами или приходит в больницу на прием. Мы работали вместе, чтобы
исследовать его концептуализированное “я” и приблизиться к наблюдающе¬
му “я”. Он пришел к пониманию того, что чрезмерная идентификация с тем,
кем он был в армии (концептуализированное “я”), затмила его самооценку.
До нашей совместной работы он мог видеть себя только в этом свете. Чем
больше мы работали с наблюдающим “я”, тем более гибким он становился
в этой области, пока однажды не пришел на сессию в новой повседневной
одежде. Мы обсудили, как эта драматическая перемена в его одежде сиг¬
нализировала о готовности жить здесь и сейчас и отпустить свое прошлое
концептуализированное “я”. Другие медицинские работники в больнице за¬
метили это, и он обнаружил, что люди стали относиться к нему по-другому,
открывая для него возможности по-другому относиться к себе и другим.
Метафора в практике арт-терапии
Гвен Сандерс (Sanders) получила награду выдающегося клинициста
Американской ассоциации арт-терапии (American Art Therapy Association
Distinguished Clinician Award) в 2019 г. и студенческую номинацию Премии
Джорджа М. Келлера (George М. Keller Award) за выдающиеся педагогиче¬
ские достижения в 2016 г. Она является директором клинической практи¬
ки в Доминиканском университете Калифорнии и более 20 лет преподает
на факультете психологии арт-терапию для выпускников. Гвен является
почетным пожизненным членом и в прошлом президентом Ассоциации
арт-терапии Северной Калифорнии. Сандерс имеет обширный опыт рабо¬
ты в области травм, включая работу за границей в качестве консультанта
по семейной жизни военнослужащих армии США в Европе, в Германии
и Италии, а также в Никарагуа и Коста-Рике, работая с представителя¬
ми нескольких поколений, пережившими военную травму. Она работает
консультантом в различных агентствах, представляет на национальном
187
Глава 8
уровне свою клиническую практику, проводит исследования и участвует
в международных поездках, а недавно стала автором главы под названием
Emerging paradigms in art therapy: The use of art therapy (Новые парадигмы в
арт-терапии: использование арт-терапии) в книге Emerging Perspectives in
Art Therapy (Новые перспективы в арт-терапии) [Carolan, & Backos, 2018].
Мы с Гвен обсуждали использование метафор, например, как худож¬
ник может проиллюстрировать абстрактную концепцию или клиент, про¬
ходящий терапию, может понять новую идею. Каждое лето она проводит
занятия под названием “Метафоры психопатологии у детей”, и поэтому я
попросила ее поделиться своими идеями о том, как клиенты ее частной
практики использовали метафоры для иллюстрации эмоций, мыслей, из¬
менений, желаемых перемен и нового направления в терапии во время
пандемии Covid-19. Ее эссе Принадлежность как метафора места, ти¬
шина изолированного существования иллюстрирует, как воспоминания и
чувства могут быть преобразованы в искусство и истории.
Арт-терапевты интуитивно используют метафоры и символы, которые
согласуются с вербальными повествованиями, чтобы уловить суть визуаль¬
ных конструкций, соединяя внутренний мир клиента с универсальным язы¬
ком эмоций. Моя клиническая работа со взрослыми во время пандемии
Covid-19 укрепила нашу связь благодаря использованию их слов как искус¬
ства для умелого общения через виртуальный экран. Метафоры жизни кли¬
ентов сегодня изобилуют эмоциональными образами, касающимися любви,
действия, бездействия, беспокойства, утраты, депрессии и тревожности, свя¬
занных с тем, что пандемия изолировала их. Эти чувства затмевают, подоб¬
но туману, темноту, одиночество, удушье и пустоту, отягощенные тишиной.
Отсутствие связи с другими членами сообщества не создает чувства принад¬
лежности. Сенсорная депривация из-за отсутствия регулярного физического
контакта с другими людьми за пределами семьи не удовлетворяет потребно¬
стям единения. Плоский экран — это соединение.
Эти метафоры страдания выкристаллизовались во время глобальной пан¬
демии, чтобы жить в исторической изоляции, что равносильно изолированно¬
му “я” в экзистенциальной тоске. Одинокое “я” часто использует слова “я, мне,
самому себе” как признак незначительности, неспособности прикоснуться к
другим или протянуть руку помощи. Этот эгоцентризм излучает созданную са¬
мим собой депривацию, которая возникает из-за чувства обделенности, пре¬
возмогания, омраченности. Привычное, даваемое обществом отражение,
которое часто изображает людей любимыми, творческими, связанными друг
188
Наблюдающее "я" в жизни каждого человека
с другом, было утрачено. Таким образом, повысилась вероятность процве¬
тания саморазрушительных негативных метафор. Изолированное существо¬
вание опорочено самоуничижительными историями, такими как “Я не знаю,
как общаться с другими, и не хочу этого”, “Я не чувствую себя любимым”,
“Никому нет дела до того, что со мной происходит”, “Я должен исчезнуть; ни¬
кто не заметит”, “Я нежелателен” и т.д., и т.п. Принадлежность — это человече¬
ское состояние, когда у него есть “место за столом”, которое включает в себя
стремление к любви и обладание голосом, который уважают. Это ограничен¬
ное существование метафорически отражено в движении Black Lives Matter,
направленном на то, чтобы пролить свет на превосходство белых, которое
заставило замолчать многих цветных людей в мировом сообществе.
Это настоящая работа — искусство, голоса, глаза, слова и символы хра¬
нят истории чьего-то жизненного опыта, побуждая к действиям и переменам.
Движение терапии помогает набирать обороты в направлении трансформа¬
ции, медленное воссоздание историй из жизни становится частью нашего
жизненного повествования; оно глубоко и неизгладимо повлияло на всех нас,
на каждого по-разному.
Наша работа как арт-терапевтов заключается в том, чтобы открывать диа¬
логи и двери, несущие надежду, поощрять язык возможностей и сопричастно¬
сти, помогать клиентам обрести голос. Совершение действия поощряет дви¬
жение и вовлеченность, требующие энергии и целенаправленного намере¬
ния. Искусство и слова помогают эволюционировать от изоляции и отчаяния к
почитанию жизнестойкости как адаптивного средства приспособления к миру
в качестве учеников на протяжении всей жизни. Изменяя наши истории, мы
создаем новые, которые называем своими собственными.
"Я не могу представить себя кем-то другим,
если я не могу быть таким!"
Проводя семинар по арт-терапии для Ассоциации арт-терапии Север¬
ной Калифорнии в 2019 г., я излагала концепции арт-терапии в ACT, и наи¬
большая энергия и волнение в зале были вызваны тем, что мы все работали
над избавлением от привязанности к своему восприятию самих себя как
содержания. Это упражнение было разработано для выработки психоло¬
гической гибкости путем создания дистанции между реальным “я” и соб¬
ственными мыслями и убеждениями о самих себе [Backos, 2021].
Выполнение начинается с личного “Я есть” — нужно составить три
утверждения о своей идентичности, начиная от временных состояний,
189
Глава 8
таких как “Я сижу», и заканчивая более постоянными/продолжающими-
ся ролями, такими как “Я родитель”. Затем необходимо ранжировать эти
утверждения по степени привязанности к собственному концептуализи¬
рованному “я”.
Вот примеры трех моих утверждений, которые начинаются с “Я есть”,
и порядок возрастания их привязанности к моей личности. Давайте раз¬
берем каждое из этих утверждений, и вы сможете увидеть, насколько я
привязана к каждой из этих “прописных истин” как к части моей лично¬
сти. Первое ощущается как низкоуровневая привязанность. Я чувствую
себя более привязанной ко второму и особенно к третьему утверждениям
“Я есть”, от которых сложно дистанцироваться.
Я сижу на улице.
Я психолог и арт-терапевт.
Я мать.
Идентичность низкого уровня: “Я сижу”. Было легко признать, что моя
личность отличается от моего физического положения, когда я сижу на
улице. В конце концов я встану и войду в помещение, и эта часть моей
нынешней личности изменится. Я все еще буду собой, когда войду внутрь.
Идентичность среднего уровня: “Я психолог и арт-терапевт”. Это кажет¬
ся неотъемлемой частью моей личности и моей предполагаемой цели —
делиться арт-терапией с другими, чтобы помочь улучшить мир. Я вижу
себя человеком, преданным служению, и это занимает центральное ме¬
сто в моем представлении о себе и содержании моей идентичности. Мне
нравится эта часть моей личности, и я провожу много дней в этой роли.
Однако однажды я уйду на пенсию, и при этом все равно останусь собой.
Итак, хотя мне кажется, что моя профессия невероятно важна для того,
как я провожу свое время, я все равно буду существовать после того, как
эта роль закончится.
Идентичность высокого уровня: “Я мать”. Это заявление описывает мою
роль, и она очень важна для меня и моей семьи. Я стремлюсь воспитывать
детей как можно лучше, я много думаю об этом и живу со своим ребен¬
ком. Однако у меня есть другие роли, которые в любой момент могут иметь
приоритет над этой. Например, когда мой сын в школе, а я на работе, я
190
Наблюдающее "я" в жизни каждого человека
выполняю другие функции, помимо родительских. Однажды он вырастет
и уедет, и моя роль матери будет выглядеть совершенно по-другому, несмо¬
тря на то что она останется постоянной в моей жизни. Однако я все еще
существую, когда занимаюсь чем-то помимо воспитания детей, и я буду
существовать, когда мой сын вырастет и уедет из дома.
Вот еще несколько примеров от студентов, клиентов, коллег и друзей.
Вы можете обнаружить: то, что некоторые люди оценивают как низкое
утверждение об идентичности, кажется неотъемлемым для вашей иден¬
тичности, и наоборот. Посмотрите, с какими из них вы себя отождествля¬
ете, и оцените их для себя как низкие, средние или высокие показатели
идентичности. Утверждение низкого уровня идентичности мало влияет на
самоидентификацию — ситуация может измениться, и самоощущение лег¬
ко останется нетронутым. Утверждение среднего уровня содержит больше
привязанности, но вы можете представить, что эти аспекты изменятся, и
вы будете двигаться дальше без них. Утверждение высокого уровня иден¬
тичности отражает привязанности, которые кажутся неотъемлемыми от
самоощущения и потенциально разрушительными, когда вы представляе¬
те себя без этой идентичности. Возможно, вам неудобно или даже угрожа¬
юще для самоощущения представлять себя без этой высокоинтенсивной
части вашего концептуализированного “я”. Примеры низкой, умеренной и
высокой идентичности приведены в табл. 8.1.
Таблица 8.1. Примеры низкой, умеренной и высокой идентичности
Низкая илентичность
Умеренная илентичность
Высокая илентичность
Я стою
Мой рост 180 см
Я латиноамериканец
Я пью кофе
Я скейтбордист
Я нахожусь в этом мире
Я одет в синюю одежду
Я графический художник
Я представитель АГБТК+
Я хочу спать
У меня все хорошо
Надо мной продолжают
издеваться
Я голоден
Я студент
Я мужчина
Я пишу
Я...
Я религиозный человек
Я...
Я...
191
Глава 8
Напишите три утверждения “Я есть” о себе, которые являются утвер¬
ждениями о низкой, умеренной и высокой самоидентификации.
1. Низкая идентичность: я есть
2. Умеренная идентичность: я есть
3. Высокая идентичность: я есть
Попробуйте представить, что вы немного дистанцируетесь от утвержде¬
ния высокой степени идентичности точно так же, как вы находитесь на не¬
котором расстоянии от утверждения низкой степени идентичности. Возь¬
мите ручку и ответьте на следующие вопросы.
■ Каково это — перестать отождествлять себя с утверждением высокой
степени самоидентификации?
■ Кто вы такой, если не можете быть таким?
■ Кто останется?
■ Если бы какая-либо из частей, которые вы определили как “Я есть”,
исчезла, что бы осталось?
Каверзные вопросы! Ваши ответы на утверждения “Я есть” относятся
к вашей концептуализированной идентичности “я”/личности/эго. Ваши
ответы на вопросы о том, что остается, если вы не в состоянии быть са¬
мим собой, дают вам некоторые подсказки относительно вашей сущности
и той части личности, которая является контекстом всего вашего жиз¬
ненного опыта. Если бы те части, которые вы определили выше, исчезли,
что бы осталось? Вы определили свою душу? Вашу сущность? Свой дух?
Возможно, вы определили свой образ бытия в случаях, когда вам не хвата¬
ет привязанности к тому, каким вы “должны” быть или каким вам нравит¬
ся быть? Что остается, так это “я” как контекст для всего вашего жизнен¬
ного опыта.
Наблюдающее “я” — это та часть вас, которая видела и прожила все ваши
переживания, та часть вас, которая существовала задолго до настоящего мо¬
мента, существует сейчас и будет продолжать существовать после того, как
этот момент пройдет. Наблюдающее “я” не осуждает и всегда присутствует
с вами, даже когда вы не осознаете этого. Если вам неудобно размышлять о
своем “я” как о контексте, я призываю вас продолжать искать — у каждого
есть это основное “я”. Не забудьте убедиться, что клиент обладает достаточ¬
192
Наблюдаюшее "я" в жизни каждого человека
ной силой эго, чтобы справиться с иногда разочаровывающими аспектами
снятия слоев самоидентификации и раскрыть себя как контекст.
Наблюдающее “я” отсылает к концепциям разделения, о которых я гово¬
рила выше. Если вы готовы создать пространство между собой и некоторыми
из ваших основных концепций идентичности, не могли бы вы также рассмо¬
треть возможность создания еще большей дистанции между вами и вашими
мыслями? Возможно, вы захотите ознакомиться с концепциями разделения,
чтобы углубить свой опыт избавления от жестких или бесполезных систем
убеждений и понять, как наблюдающее “я” связано с разделением.
Помните, что цель ACT — повысить психологическую гибкость мыш¬
ления. Продолжительная практика позволит вам обнаружить другие мыс¬
ли и аспекты вашего концептуализированного “я”, от которых вы готовы
дистанцироваться. Быть психологически гибким в любой момент означает
осознавать мысли и чувства, не пытаясь избегать их или контролировать,
не веря в них как в факт и не используя их в качестве обоснования своего
поведения. Когда человек входит в контакт со своим наблюдающим “я” и
начинает отпускать концептуализированное “я”, занять позицию психо¬
логической гибкости становится легче. Когда люди не привязаны к идеям
о самих себе, у них меньше необходимости защищать свое концептуализи¬
рованное “я”, и они могут просто быть в текущем моменте.
Подождите, некоторые утверждения "Я есть"
действительно верны!
Некоторые утверждения типа “Я есть” помогают безопасно ориентиро¬
ваться в мире. Например, кто-то, говорящий: “У меня аллергия на арахис”,
дает сам себе рекомендации относительно того, что ему можно безопасно
есть. Это утверждение “Я есть” является хорошим примером мысли, ко¬
торая важна, истинна и в которую следует верить. Однако большинству
утверждений “Я есть” не хватает такой ясности. Давайте немного углубим¬
ся и исследуем, почему привязанность к таким утверждениям об идентич¬
ности может ограничивать психологическую гибкость.
Давайте вернемся к утверждению: “Я родитель”. Многим родителям ка¬
жется сложным изменить это утверждение, и оно остается тем, с которым
я испытываю больше всего трудностей. Я вижу себя как маму. Однако,
если я остаюсь привязанной к этой идентичности, я ограничиваю себя,
193
Глава 8
сокращая количество возможных психологических и поведенческих вари¬
антов в любой конкретный момент. Создание психологической дистанции
от этой идентичности может дать перспективу и гибкость для того, чтобы
действовать свободно, выбирая различные варианты поведения в любой
данный момент. Роль мамы остается важной, и моя приверженность ро¬
дительству остается сильной — это будет продолжаться, даже когда я буду
находиться на некотором психологическом расстоянии от мысли о том, что
“я мама”. Мне было бы лучше изменить утверждение с “Я мама” на “Одна
из моих самых важных ролей — быть родителем”.
Зачем создавать дистанцию? Отстранение от мыслей о той или иной
роли, которую человек играет, приносит свободу. Это свобода выбирать,
сколько внимания он уделяет своим возникающим мыслям. Я предполагаю,
что у многих родителей могут возникнуть мысли о сомнениях в воспита¬
нии, такие как: “Я плохая/ой мама/папа” или “Я все делаю неправильно”.
Дистанцирование от мыслей дает свободу выбора из широкого спектра по¬
веденческих реакций в любой данный момент. Таким образом, несмотря на
то что моя приверженность родительству остается сильной, мой выбор рас¬
ширяется, когда у меня появляется психологическое пространство, чтобы
избавиться от своей привязанности к этой роли. У меня может возникнуть
мысль: “Я делаю это неправильно”, и, соблюдая психологическую дистан¬
цию, я смогу сохранить все варианты поведения, касающиеся того, как хочу
отреагировать в данный момент. В моей жизни было время до того, как я
стала матерью, поэтому я знаю, что существую и существовала до того, как
взяла на себя эту роль. Бывают моменты, когда я занимаюсь другими дела¬
ми, помимо того, что являюсь матерью — я бываю психотерапевтом, доче¬
рью, женой, соседкой, художницей. Если я буду вести себя так, как если бы
я была мамой, когда преподаю, прохожу терапию или разговариваю со сво¬
им партнером, у меня могут возникнуть серьезные трудности в успешном
общении! Моя роль остается важной, но у меня есть психологическая гиб¬
кость, чтобы брать на себя другие роли, и то, кто я на самом деле, не име¬
ет ничего общего с теми ролями, которые у меня есть. Суть в том, чтобы
создать некоторую дистанцию между вами и вашими ролями/“я”-концеп-
цией, чтобы вы могли четко мыслить и реагировать с точки зрения выбран¬
ного вами способа. Вы можете применить те же самые концепции к любой
роли или концептуализированному “я”, к которому вы чувствуете наиболь¬
шую привязанность из составленного вами списка.
194
Наблюдающее "я" в жизни каждого человека
Осознание этого как части вашей идентичности естественным образом
побуждает задуматься о том, как другие люди и общество в целом относят¬
ся к вам.
Вероятно, вы сильно привязаны к своей расе и культуре, семейной иден¬
тичности, сексуальной ориентации, работе, телу и т.п. Общество усиливает
ценность определенных рас, телосложений, культур, полов и профессий.
Когда вы начинаете входить в контакт со своим наблюдающим “я”, вы даже
можете более четко видеть ожидания и суждения общества. Скорее всего,
вы даже почувствуете себя более вовлеченным в важные для вас движения,
связанные с идентичностью — сможете заниматься активизмом и адвока¬
цией из более глубокого места внутри себя. Отстраненность от собственно¬
го “я” как содержания означает, что роли, которые человек играет, и иден¬
тичности, которые он принимает, позиционируются как внешние, а его “я”
возвышается до контекста всей его жизни. Такой человек освобождается от
атрибутов и ограничений ролей и ярлыков как со стороны общества, так и
со стороны самого себя. Клиенты могут начать освобождаться от тирании
бесполезных мыслей, а также общественных и личных суждений.
Жизненный опыт человека, практикующего ACT
Корри Маццео обладает обширным опытом работы в больнице
Вирджинии с использованием ACT. В течение нескольких лет мы совмест¬
но руководили там группами арт-терапии ACT [Backos, & Mazzeo, 2017].
В настоящее время Маццео работает экспертом-консультантом по КПТ в
технологических компаниях. Она пишет контент для приложений, способ¬
ствующих благополучию, в области психологии здоровья. Здесь Корри раз¬
мышляет о важности интеграции концепций ACT как в процессе терапии,
так и в личной жизни терапевта. Более того, она подчеркивает проблемы,
присущие “я” как компонентам концепции ACT, поскольку она и ее клиен¬
ты с юмором подбирают метафоры для этой бестолковой концепции.
Одна из самых сложных концепций ACT для меня и многих терапевтов в
работе — это наблюдающее “я”. Когда я впервые начала использовать ACT
в качестве основного подхода к работе с клиентами, я только что закончила
обучение и действительно старалась продвигать каждую концепцию отдель¬
но в рамках определенной сессии, следуя протоколу по учебнику. Что я об¬
наружила со временем, так это то, что такой подход не сработал ни у меня,
195
Глава 8
ни у клиентов. Это выглядело неловко и вынужденно, как будто я была робо¬
том-терапевтом, навязывающим клиенту повествование и пытающимся за¬
ставить его принять этот рассказ. Весь этот процесс выглядел неестественно,
и мы с клиентами чувствовали это. Я помню один сеанс, когда я попробова¬
ла метафору шахматной доски для наблюдающего “я” на своей маленькой
бумажной шахматной доске ручной работы. К счастью, у нас были прочные
терапевтические отношения, и клиент сказал мне, смеясь: "Это странно”.
Мы вместе посмеялись над провалом интервенции. Этот опыт помог мне
осознать, что наблюдающее “я” — не просто концепция или теория, которые
специалисты представляют в терапии. Мы всегда должны привносить эти по¬
нятия в сеанс из подлинного, обжитого пространства. В конечном счете ACT
наиболее успешна, когда ее понимают не просто как стандартизированный те¬
рапевтический подход, а как опыт, взгляд на жизнь, философию. Я использую
ACT не только в профессиональной сфере, но и в своих дружеских отношениях,
взаимоотношениях с семьей и в отношениях с самой собой. Теперь я пони¬
маю, что одна из лучших черт ACT заключается в том, что она по-настоящему
динамична. Моя связь с ней продолжает расти и меняться с течением време¬
ни, поскольку я вижу, как ACT используется в самых разных жизненных ситуаци¬
ях и переживаниях. В этом должны жить как терапевт, так и клиент. Это не про¬
сто рабочие листы и специально разработанные идеальные вмешательства.
Концепции ACT могут быть привнесены в работу самыми разными способами,
плавно и органично переплетаясь с жизнью на сеансах и вне консультаций.
Я верю, что для тех людей, кто, возможно, не привязан к организованной
религии или даже является атеистом, эти концепции поддерживают духовную
связь с самими собой и другими людьми. Человек может использовать кон¬
цепции этого подхода, чтобы определить, что он ценит в себе, что важно в
том, кем он хочет быть в мире и в своих различных жизненных ролях, чтобы
подходить к себе и другим с состраданием и непредвзятостью, видеть себя и
других существами вне своих мыслей, эмоций и действий. В конечном счете
я нахожу, что лично “преподаю” концепцию наблюдающего “я” большинству
клиентов посредством естественного развития отношений, которые мы раз¬
деляем с ними. Я помогаю им осознать, что их прошлый опыт, мысли, эмоции
и действия — это не те факторы, по которым я сужу о них. Я, скорее, вижу их та¬
кими, какие они есть в глубине души. Разве это не одна из величайших заслуг
такой работы — то, что терапевты могут видеть людей, по-настоящему видеть
их такими, какие они есть, создавать для них пространство и относиться к ним
с безусловным принятием и теплотой? Так что на самом деле готовность тера¬
певтов видеть и принимать клиентов именно такими, какие они есть по своей
сути, дает им возможность ощутить свое наблюдающее “я”.
196
Наблюдаюшее "я" в жизни каждого человека
Один случай, который запомнился мне как, вероятно, самая чистая
связь, которая у меня когда-либо была с человеком. Я слушала рассказ кли¬
ента о худшем поступке, который он когда-либо совершал. И несмотря на
то что этот поступок был действительно одной из самых отвратительных
вещей, о которых я когда-либо слышала за всю свою жизнь, я не испыты¬
вала ни осуждения, ни отвращения, только сострадание к этому человеку,
стоявшему передо мной; это никоим образом ничего не меняло в том, кем
я его видела. Этот клиент был готов показать мне все, ничего не скрывая,
и верил, что я вижу, кто он такой, независимо от того, что он сделал. Это
говорит мне о том, что наблюдающее “я” может быть самой важной кон¬
цепцией, которую я когда-либо показывала клиенту, а также о том, что она
гораздо более действенна, если показывать ее через собственные действия,
подход, подлинную связь и пережитый опыт, чем через тщательно изготов¬
ленную бумажную шахматную доску.
Резюме
Отношение человека к самому себе может проявляться в форме содер¬
жания, процесса или контекста. Осознание взаимосвязей между своим
внутренним содержанием (мыслями, чувствами и телесными ощущения¬
ми) и концептуализированным “я” (управляемыми эго представлениями
о себе, социальными установками и самоописаниями) позволяет человеку
исследовать сам процесс и то, как работает его разум. Можно сделать шаг
назад, чтобы рассматривать самого себя как контекст для всего своего пре¬
дыдущего жизненного опыта, что усиливает контакт с текущим моментом
и повышает психологическую гибкость в выборе поведения, соответству¬
ющего собственным ценностям. Наблюдающее “я” приводит душу/дух в
терапевтический кабинет, и это осознание облегчает то, как человек может
распределять свое внимание и поведение в любой момент. Переход от кон¬
цептуализированного “я” (“я”-концепции, управляемой эго) к более духов¬
ной “я”-концепции (наблюдающему “я”) дает человеку свободу реагировать
способами, которые он выбирает, и руководствоваться своими ценностями
вместо того, чтобы реагировать на то, что происходит вокруг него.
197
ГЛАВА 9
Что важнее всего: знакомство
с ценностями
Определение ценностей способствует обретению направления, ясности
и позитивным поведенческим действиям. Утверждения, основанные на
ценностях, описывают индивидуальные, лично выбранные принципы,
которыми человек руководствуется при принятии жизненных решений
и которые вдохновляют его на определенное повседневное поведение.
В этой главе будут рассмотрены области ценностей, где особое внима¬
ние уделяется вмешательствам, направленным на выявление личных,
ориентированных на себя ценностей и кодексов поведения, а также
обших ценностей, таких как профессиональная этика, культурное сми¬
рение и служение. Рассказывается о нескольких сферах ценностей с
использованием вербальных и художественных вмешательств, которые
помогут терапевтам и клиентам продвигаться к своим индивидуальным
и обшим ценностям.
Надеетесь ли вы выражать свои ценности и действовать в соответствии
с ними? Хотите ли вы проводить больше времени осмысленно? Хотите ли
вы продолжить изучение и актуализацию того, что для вас наиболее важ¬
но, и полностью погрузиться в свою жизнь? Большинство людей хотят это¬
го, и это можно сделать, выявив, поняв и выразив свой уникальный набор
ценностей.
Ценности — это глубинные стремления человека к тому, чего он хочет
придерживаться и что он хочет делать в течение своего короткого пребыва¬
ния на земле [Harris, 2009]. Ценности включают в себя людей и вещи, которые
наиболее важны для человека, в сочетании с выбранными им лично прин¬
ципами и стандартами [Gordon, & Borushok, 2017]. Ценности как руководя¬
щие принципы воплощаются в ответственных действиях, которые свободно
выбираются в любой данный момент. Ценности — это убеждения, которые
определяют поведение, и активный выбор личных ценностей дает жизненно
важную информацию для принятия решения о том, как себя вести.
199
Глава 9
Чем лучше человек сможет привести свое поведение в соответствие со
своими ценностями, тем больше удовлетворения, жизненной силы и радо¬
сти будет приносить его жизнь [Harris, 2007; Hayes et al., 2012]. У каждого
человека есть уникальный набор ценностей, которые важны и отличаются
от его представления о том, чего хотят другие. Руководствуясь ценностя¬
ми, люди приближаются к значимым отношениям, счастливой семейной
жизни или чувству легкости и целеустремленности в жизни. Невозможно
отметить какую-либо ценность галочкой в списке дел. Вместо этого цен¬
ности служат указателем, путеводителем или маяком, который указыва¬
ет путь туда, куда человек больше всего хочет попасть. Вы каждый день
движетесь к своим ценностям, совершая действия, которые соответствуют
тому, что для вас наиболее важно. Действие, основанное на ценностях, на¬
зывается ответственным действием, и я более подробно расскажу о том,
как заставить ценности работать на вас и ваших клиентов, в главе 10.
Без четкого понимания того, что лично ценит человек, он начинает
думать, что ценит то, что другие хотят, чтобы он считал ценным. Кто-то
может принять ценности, которые выбрали для него его родители. Либо
человек может следовать ценностям, которыми, по его мнению, он должен
обладать, чтобы быть хорошим членом общества. К счастью, в жизни всег¬
да есть время отказаться от ценностей, предписанных обществом, и опре¬
делить свои личные, чтобы начать жить осмысленной и приносящей удов¬
летворение жизнью! Независимо от возраста или каких-либо сожалений,
которые вы испытываете по поводу того, как прожили свою жизнь, сейчас
самое подходящее время начать формировать достойный и подлинный на¬
бор ценностей, который может быть похож или не похож на то, что ценит
семья или общество.
Что и кого вы сейчас больше всего цените, о чем или о ком больше всего
заботитесь в своей жизни? Какие основные принципы лежат в основе ва¬
шей работы и увлечений? Например, почему вы читаете эту книгу прямо
сейчас? Возможно, вы хотите узнать больше, чтобы помочь себе и своим
клиентам. Копните глубже и, вероятно, обнаружите, что цените достоин¬
ство и неприкосновенность себя и клиентов, вам важен доступ к психиа¬
трической помощи, вы хотите поддержать конкретное сообщество, а также
выступаете за социальную справедливость и равенство. Возможно, у вас
или у кого-то, кого вы любите, проблемы с психическим здоровьем, и вы
хотите “отдать им должное”. Может быть, вам нравится находиться среди
200
Что важнее всего: знакомство с ценностями
людей, и арт-терапия является естественным продолжением вашей любви
к искусству. Возможно, вы хотите поделиться с другими прекрасными чув¬
ствами, которые испытываете, играя или создавая арт-объект. Или же чув¬
ствуете призвание быть психотерапевтом либо арт-терапевтом и хотите
полностью реализовать свой потенциал, зарабатывая при этом на жизнь.
Все это важные ценности в области карьеры, семьи, социальной справед¬
ливости и образования.
Помните, ACT учит важности установления непредвзятого контакта с са¬
мими собой и миром, чтобы человек мог распределять внимание и поведе¬
ние по своему выбору [Gordon, & Borushok, 2017]. Все люди стремятся к вы¬
живанию, и большая часть их ответственного поведения направлена на то,
чтобы обеспечить удовлетворение таких потребностей, как безопасность,
принадлежность и связь. Однако, как только их потребности в выживании
удовлетворены, они вольны выбирать жизненные приоритеты. Ценности
определяют направление, в котором человек хочет двигаться, и указывают,
как он хочет установить контакт с настоящим моментом. Помогая восста¬
новить или поддерживать контроль над своим поведением, ценности помо¬
гают справиться с зачастую сложными аспектами терапии — внедрением
поведения, основанного на ценностях [Hayes et al., 2012]. Ценности взаимо¬
действуют со всеми другими ранее упомянутыми концепциями гексафлек¬
са, чтобы предоставить человеку четкое обоснование выбора и руководить
его реакциями на все, что происходит в любой данный момент. Ценности
подталкивают людей к более активному участию в собственной жизни.
Ценностные домены: за что вы ратуете?
“Процесс установления тесного экспериенциального контакта со свои¬
ми ценностями является одним из самых интенсивных интимных клини¬
ческих переживаний в ACT” [Hayes et al., 2012, С. 308]. Ценностные сферы
включают в себя категории жизни, которые являются наиболее значимы¬
ми для каждого человека. Хейс и его соавторы отметили: люди “интуи¬
тивно знают”, что их волнует больше всего [Hayes et al., 2012, С. 308]. Это
области, в которых они взаимодействуют или действуют. Полезность кате¬
горий заключается в том, чтобы пробудить идеи и помочь вам определить
ваши собственные заветные области, представляющие ценность. Помни¬
те, что ценности помогают выбирать поведение из множества альтернатив,
201
Глава 9
и в конечном счете ваши ценности могут повлиять на ваш выбор. В табл. 9.1
приведены некоторые примеры ценностных доменов. Вы, безусловно, мо¬
жете добавить больше, соответствующих вашим запросам и потребностям
клиентов.
Таблица 9.1. Области потенциальных ценностей
Семья
Социальная
справедливость
Творчество
Здоровье
Романтические
отношения
Духовность
Образование
Родительство
Друзья
Работа/отдых
Сообщество
Окружающая среда
Ценности против избегания
Ценности отличаются от чувств [Hayes et al., 2012]. Человек может чув¬
ствовать, что ценит свои отношения с друзьями или семьей. Однако ощу¬
щение, что он ценит их, может означать лишь то, что в момент возникно¬
вения этого чувства он взаимодействует с ними позитивно. В то же время
этот человек может взаимодействовать с близкими негативно, испытывая
сложности в общении или не соглашаясь с ними. Ценить — значит пред¬
принимать действия, соответствующие собственным ценностям, незави¬
симо от того, что человек чувствует в тот или иной момент [Hayes et al.,
2012]. Например, если кто-то ценит свою креативность, то действовать
в соответствии с ней означает, что он часто участвует в творческом про¬
цессе, независимо от того, как себя чувствует. Некоторые люди, похоже,
придают большое значение своему присутствию в социальных сетях, упо¬
треблению алкоголя, онлайн-покупкам, зарабатыванию либо сбережению
денег или физическим упражнениям. Судя по тому, сколько времени они
проводят, занимаясь этими видами деятельности, они, по-видимому, высо¬
ко их ценят и считают конечной точкой своей ценностной жизни. Однако
такое поведение ради кратковременного поднятия настроения или избега¬
ния нежелательных чувств оставляет людей хронически опустошенными и
вынуждает искать еще более выраженные вовне способы чувствовать себя
хорошо и избегать чувств. Хотя ни одно из этих поведений по своей сути
не наносит вреда ни самому человеку, ни окружающим, если оно совер-
202
Что важнее всего: знакомство с ценностями
шается в умеренных количествах, многие из них могут быть навязчивыми
и уводить от истинных ценностей. Слишком много времени люди тратят
на просмотр социальных сетей, выпивку или работу, часто оставляя мало
времени для своих близких, увлечений и хобби. Перерасход средств может
привести к финансовым трудностям или нехватке денег для поддержки
истинных ценностей. Чрезмерные физические нагрузки могут привести к
травмам или послужить маскировкой негативного представления о себе.
И наоборот, любое из этих поведений может быть поведением, основан¬
ным на ценностях, когда это делается сознательно и преднамеренно. Чело¬
век может заботиться о своем бизнесе и использовать социальные сети для
общения с клиентами. Он может ценить своих друзей и встречаться с ними
после работы, чтобы приятно провести время в пабе. Любовь к моде и ис¬
кусству может включать в себя тщательный выбор красивой одежды. Фи¬
зическая подготовка и физические упражнения необходимы для здоровья,
долголетия и выживания. Без тщательного рассмотрения того, что важно,
можно легко впасть в бездумное, краткосрочное гедонистическое поведе¬
ние, приводящее в конечном счете к неудовлетворенности и страданиям.
Ощущение связи с собственными ценностями приносит чувство само¬
реализации и удовлетворение. Такая связь облегчает переживание фру¬
страции и тщетности за счет того, что человек перестраивается в соответ¬
ствии с собственными целями и намерениями. Например, зачем вы ходите
на работу? Если вы терапевт, учитель или занимаетесь аналогичной дея¬
тельностью в сфере обслуживания, то, скорее всего, искренне заботитесь о
других и хотите сделать мир лучше и счастливее, вдохновляя окружающих.
Кроме того, вы работаете, чтобы оплачивать аренду/ипотеку, покупать еду
и иным образом обеспечивать себя. Обращение к ценностям повышает
осознание цели в жизни и создает более значимые способы взаимодей¬
ствия с окружающими.
Вспомните трех или четырех человек, которыми вы восхищаетесь; это
могут быть ваши знакомые или знаменитости, живые или умершие. Что
вас в них восхищает? Возможно, вы восхищаетесь политическими лидера¬
ми или борцами за гражданские права, которые работают над внесением
изменений в законодательство, направленных на дальнейшее равенство и
перемены. Вы можете восхищаться другом или родственником за предан¬
ность своей семье, религии, волонтерской службе либо сообществу. Или
отдаете должное своим родителям или родителям друга за то, что они так
203
Глава 9
хорошо заботятся о своих детях. Возможно, вы восхищаетесь волонтерами
за их самоотверженность. Среди блестящих качеств, которые вы имеете в
виду, когда думаете о том, почему вы восхищаетесь именно этими людьми,
скорее всего, не встречаются такие, как проведение большого количества
времени в социальных сетях, чрезмерные физические нагрузки, употре¬
бление алкоголя или многочасовая работа.
Люди восхищаются теми, кто регулярно придерживается своих ценно¬
стей и всего, что для них ценно. Они посвящают себя тому, что для них
важно — писательству, спорту, семье, заботе о детях или установлению
справедливости в обществе. Ценности людей, которыми вы восхищаетесь,
могут сильно отличаться от ваших собственных, но вас постоянно вдох¬
новляет их упорный труд, самоотверженность и поведение, служащее их
ценностям. Например, выступление спортсмена на Олимпийских играх
вызывает коллективное восхищение, даже если кто-то не разделяет цен¬
ности этого спортсмена. Люди вдохновляются и ценят, когда кто-то при¬
держивается своих ценностей. Хорошая новость заключается в том, что и
я, и вы можем быть так же преданы тому, что считаем наиболее важным
в своей жизни, и действовать соответственно.
Ценности против целей
Цели конкретны и достижимы, и вы знаете, когда их достигнете. Цель
может состоять в том, чтобы пробежать милю за определенное время. Как
только вы достигнете этой цели, вы можете вычеркнуть ее из своего спи¬
ска. Цели помогают добиться желаемого, разбив процесс на более мелкие,
управляемые действия, которые можно легко идентифицировать. Дости¬
жение конкретной цели укрепляет человека и помогает перейти к следую¬
щей цели. Это приятное чувство — достигать поставленной цели.
Когда цели связаны с ценностями, люди обретают смысл, целеустрем¬
ленность и мотивацию для своих действий. Несмотря на то что способ¬
ность пробежать милю быстрее, чем раньше, безусловно, приносит удов¬
летворение сама по себе, эта цель также может быть связана с ощущением
себя здоровым и сильным благодаря связанной со скоростью цели — ис¬
следованию пределов своей выносливости и скорости. Спортсменам зна¬
комо волнение от достижения новых физических целей, и у них может воз¬
никнуть экзистенциальный кризис идентичности, когда их карьера в кол¬
204
Что важнее всего: знакомство с ценностями
ледже или профессиональном спорте подходит к концу, если их мотивы и
поведение не связаны с ценностями. Это верно для многих людей, которые
достигают важной цели в своей карьере, а затем удивляются, почему чув¬
ствуют разочарование или опустошенность вместо счастья и приподнято¬
го настроения.
В отличие от целей, ценности указывают правильное направление и по¬
могают определить и поставить перед собой цели. “Для того чтобы ценно¬
сти проявлялись, крайне важно, чтобы их не путали с решениями и сужде¬
ниями — вместо этого ценности должны быть выбором” [Hayes et al., 2012,
С. 300]. Время действовать в соответствии со своими ценностями настало
сейчас, пока вы работаете над своими целями. Возможно, у вас есть кон¬
кретные цели, которых вы пытаетесь достичь, и процесс может быть го¬
раздо более значимым и полезным, если он связан с вашими ценностями.
Поведение, основанное на ценностях, а не на целях, предлагает смысл, це¬
леустремленность и мотивацию. Пока вы работаете над своими конкрет¬
ными долгосрочными целями, такими как вступление в брак, воспитание
детей, покупка дома, окончание учебы или физическое здоровье, вы можете
каждый день руководствоваться своими ценностями. Каждая из этих це¬
лей связана с ценностями, что помогает справляться с трудностями в от¬
ношениях, проявлять терпение по отношению к детям, упорно учиться или
придерживаться того, чего вы пытаетесь достичь. Например, поддержание
психического и физического здоровья отнимает много времени и, как лю¬
бая стоящая цель, является сложной задачей. Переносить взлеты и падения,
связанные со здоровьем, легче, если ежедневно осознанно соприкасаться с
такими ценностями, как физическая сила или долголетие, чтобы увидеть
своих внуков. Выбор поведения в соответствии со своими ценностями
(например, здоровое питание, ежедневные физические упражнения) созда¬
ет ценность ежедневного внутреннего удовлетворения, независимо от того,
насколько быстро или медленно достигается каждая конкретная цель.
Ценность культурного смирения
Подобно акценту ACT на ценностях, культурное смирение включает в
себя пожизненное стремление к содержательности и значимости в том, как
человек относится к себе и другим. Таким образом, культурное смирение
предлагает “не дискретную конечную точку, а приверженность и активное
205
Глава 9
вовлечение в пожизненный процесс, в который люди вступают с пациен¬
тами, сообществами, коллегами и самими собой на постоянной основе”
[Tervalon, & Murray Garcia, 1998, С. 118].
Главной ценностью терапевтов является уважение к своим пациентам
и отношение к ним с достоинством. Такой стандарт (ценность) призывает
терапевтов демонстрировать эти убеждения (ответственные действия) по¬
средством честности с самим собой, клиентами, сообществом и социумом
в целом, изучая и практикуя культурное смирение. Определив источники
ваших нынешних установок и убеждений, а также новой информации, вы
можете обнаружить некоторые аспекты практики, заложенные в культуре
[Doby-Copeland et al., 2013; Sue, & Sue, 1999].
Изучая свои ценности, вы сможете освободиться от собственных
убеждений, наблюдать за ними с любопытством и принятием, а затем осоз¬
нанно вносить изменения в свои знания и навыки. При отсутствии личных
суждений (т.е. в состоянии осознанности и принятия) о каждом из теку¬
щих состояний культурной инкапсуляции или смирения важно, чтобы вы
уже сейчас предприняли шаги по постоянной критике установок, убежде¬
ний, навыков и источников информации, чтобы повысить свое культурное
смирение [Jackson, 2020].
Интеграция культурного смирения,
ACT и арт-терапии
Клаудия Меццера (Mezzera) проводит арт-терапию и дает экспертные
заключения для исторически маргинализированной молодежи в Северной
Калифорнии. Ее прошлые исследования включают в себя архетипическое
искусство с латиноамериканцами для развития и применения сильных
сторон для роста, прозрения и перемен. Меццера активно работает в обла¬
сти культурного смирения и культурной сонастройки, обучая и руководя
исследованиями магистрантов и докторантов в Доминиканском универси¬
тете Калифорнии. В своем эссе Культурное смирение и терапия принятия
и ответственности в арт-терапии она размышляет о том, как культур¬
ное смирение обязательно пересекается и в конечном счете усиливает ак¬
терскую и арт-терапию.
206
Что важнее всего: знакомство с ценностями
Культурное смирение, или “способность сохранять межличностную пози¬
цию, ориентированную на других (или открытую для другого) в отношении
аспектов культурной идентичности, которые наиболее важны для [человека]”
[Hook, 2013, С. 2], является важным компонентом, необходимым для эффек¬
тивной работы с мультикультурным населением при использовании ACT в
арт-терапии. Клиницисты, которые содействуют терапевтическим практикам,
побуждающим клиентов принимать и выражать свои мысли и чувства, а так¬
же свои истории, культурные символы и предания, позволяют клиентам ак¬
тивно использовать их для собственного исцеления. Клиенты и сообщества,
которые черпают мудрость непосредственно из своих культурных ценностей,
убеждений, опыта и принципов, могут восстановить чувство коллективной
гармонии и жизнестойкости [Aponte, & Bracco, 2000; de Young, 1998; Lefley,
2002; Ling, & Vasquez, 2000; Sue, & Sue, 1999]. Арт-терапия в сочетании с
ACT обеспечивает утилитарный подход, помогающий клиентам осознать при¬
сущую им мудрость в установлении новых связей, а также интегрировать боль¬
шую гибкость и адаптивность посредством принятия, внимания и изучения
символических и художественных посланий, которые имеют историческое и
личное значение. Таким образом, культурные символы могут стать терапев¬
тическими инструментами личностного роста, которые служат для перевода
языка и познания историй клиентов и их сердец в их собственное наследие
самозащиты, возрождения и исцеления.
“Кросс-культурная работа требует понимания символов и мифов при рабо¬
те с отдельными людьми и группами” [McNiff, & Barlow, 2009, С. 100]. Содер¬
жание исторических изображений и историй предков может дать клиентам и
терапевтам более глубокое понимание самих себя, других людей и условий,
которые способствуют выздоровлению и вдохновляют на пропаганду и му¬
жество, обогащающие жизнь. Клиенты, перенесшие в прошлом культурную
травму, могут извлечь пользу из того, что научатся уважать свои убеждения и
ценности и восстанавливать их. Терапевты могут поощрять клиентов активно
использовать свои обычаи и традиции в качестве инструментов лечения, ос¬
нованных на силе. Интеграция и упрощение культурно значимых директив по
искусству может обеспечить клиентам целительную связь с их евгеническим
и символическим языками. Этого можно добиться, предоставив материалы,
соответствующие культурным особенностям, и позволив клиентам создавать
образы, соответствующие их наследию. Однако при этом крайне важно, что¬
бы терапевты оставались осторожными и не подавляли другие культуры, на¬
вязывая свою собственную культурную идеологию, а вместо этого уважали
культурные ценности клиентов, независимо от того, полностью ли они пони¬
мают их либо согласны с ними или нет.
207
Глава 9
Исследователи и клиницисты должны тщательно осознавать, как их личные
предубеждения, прогнозы, культурный опыт и основные ценности зависят от
их образования и профессиональной подготовки через призму западной те¬
ории. Это требует постоянной профессиональной и личной приверженности
сохранению осознанности и наблюдательности в отношении того, как их об¬
разование, системные подходы и предубеждения проявляются во взаимоот¬
ношениях с другими культурами и внутри них [McNiff, 1984]. “Достижение
культурной компетентности — это непрерывный процесс, требующий постоян¬
ного самосознания и изучения, чтобы лучше понять, как наши предубежде¬
ния, ценности и культурные обычаи влияют на взаимодействие с различны¬
ми в культурном отношении группами населения” [Doby-Copeland, 2006b,
С. 177]. Терапия принятия и ответственности, учитывающая культурные осо¬
бенности, в сочетании с арт-терапией может послужить средством прозрения
и исцеления. Арт-терапия и ACT могут сыграть важную роль в оказании помо¬
щи травмированным клиентам в формировании целостной оценки их куль¬
турных достоинств и ценностей таким образом, чтобы дать им возможность
извлекать смысл из своего жизненного опыта.
Этика арт-терапии и ценности ACT
Обсуждение ценностей было бы неполным без изучения личных и про¬
фессиональных этических стандартов терапевтов. В этом разделе вы мо¬
жете начать использовать этические принципы арт-терапии в качестве ин¬
струмента для понимания своих профессиональных ценностей. Вы можете
начать или продолжить изучение профессиональных ценностей, исполь¬
зуя эти примеры, которые помогут конкретизировать их. Обратите особое
внимание на те области, к которым вы уже ощущаете приверженность, и
на те, к которым чувствуете меньший интерес или считаете, что этот стан¬
дарт менее важен для вашей практики. Это те области, где вы можете вы¬
расти и стать более сильным, более скромным в культурном отношении
терапевтом, ученым и исследователем.
Амбициозные этические принципы профессиональных организаций по
арт-терапии и групп по интересам совпадают с определением ценностей
ACT. В данном случае ценности формируют профессиональное поведение
и принятие решений при взаимодействии с клиентами. Сюда включены че¬
тыре примера профессиональной этики для терапевтов, арт-терапевтов и
творческих арт-терапевтов, и я надеюсь вдохновить вас на создание ваше-
208
Что важнее всего: знакомство с ценностями
го собственного индивидуального набора профессиональных ценностей,
превосходящих те, которые диктует ваша профессиональная организация.
Определение значимых личных ценностей в сочетании с этикой вашей
профессии определяет направление поведенческого выбора в области цен¬
ностей вашей работы/профессии.
Этические принципы арт-терапевтов от Американской ассоциации
арт-терапевтов [ААТА, 2013] включают автономность, непричинение вре¬
да, благотворительность, верность, справедливость и креативность. В пре¬
амбуле утверждается, что “арт-терапевты руководствуются при принятии
решений основными ценностями, которые подтверждают основные права
человека” [ААТА, 2013, П. 1].
В справочнике Art Therapy Multicultural Diversity Competencies (Компе¬
тенции арт-терапии в области мультикультурного разнообразия [ААТА,
2011]) предлагается более точное направление для консультирования в со¬
временном мире. Конкретные области включают осведомленность о лич¬
ных ценностях, предубеждениях, предположениях; знание мировоззрения
клиента; навыки разработки и внедрения соответствующих вмешательств,
учитывающих язык, религию и бикультурализм. Эти компетенции пред¬
лагают четкие стандарты осведомленности, знаний и навыков в каждой
области.
Кодекс Code of Ethics and Principles of Professional Practice for Art Therapists
(Кодекс этики и принципов профессиональной практики для арт-тера¬
певтов) [ВААТ, 2014] требует соблюдения высочайших этических стандар¬
тов в области компетентности, добросовестности, безопасности, справед¬
ливости и подотчетности. Они включают в себя понимание сферы своей
деятельности и культурную компетентность, в том числе знание сообще¬
ства и культурной практики в области искусства, а также предоставление
выбора и автономии клиентам. Кодекс ВААТ также содержит стандарты
безопасной, эффективной и надлежащей практики для поддержки арт-те¬
рапевтов и для информирования и защиты их клиентов [ВААТ, 2014].
Согласно положению Австралийской, Новозеландской и Азиатской
ассоциации арт-терапии творческое самовыражение является правом че¬
ловека [Australian, New Zealand and Asian Creative Arts Therapy Association
(ANZACATA); 2021]. В частности, там говорится: “Терапевты, занимаю¬
щиеся творческими искусствами, стремятся к абсолютному благополу¬
чию своих клиентов и сохранению их человеческих прав и привилегий”
209
Глава 9
[ANZACATA, 2021, П. 2]. Кроме того, представители ассоциации опреде¬
ляют дополнительные ценности профессиональной организации, в том
числе центральное значение искусства в терапии, ценность исследований,
основанных на искусстве, признание разнообразия, развитие человеческо¬
го потенциала и благополучия, а также следование этическим принципам
и стандартам безопасности. В сборнике Standards ofProfessional Practice and
Code of Ethics (Стандарты профессиональной практики и этический кодекс
[ANZACATA, 2018]) выделяют три области, включая профессиональную
ответственность, конфиденциальность и ответственность перед коллега¬
ми по терапии творческими искусствами.
Эти стремления и цели этической практики составляют часть личных
ценностей терапевтов, связанных с их работой. Вероятно, у вас есть более
личные и близкие сердцу ценности, которые вдохновляют вас на работу, та¬
кие как сострадание, креативность и служение. Включение этических норм
в заявление о профессиональных ценностях обеспечивает целостность и
связь с общими ценностями профессии терапевта. Такие принципы необ¬
ходимы в этой профессии не только для того, чтобы сохранить авторитет,
они предлагают арт-терапевтам гораздо больше, чем просто правила, ко¬
торым нужно следовать, чтобы защитить клиентов и самих себя. Они дают
рекомендации о том, как наилучшим образом помочь клиентам за счет
действий, вдохновленных этими ценностями. При должном использова¬
нии эти профессиональные принципы помогают арт-терапевтам прини¬
мать оптимальные поведенческие решения в своей работе.
Поскольку этические принципы являются прекрасным примером про¬
фессиональных ценностей ACT, я хочу рассмотреть шесть основных кон¬
цепций с акцентом на то, как принципы вдохновляют на выбор поведения,
основанного на ценностях, и культурное смирение. Помните, что ценно¬
сти — это желаемое направление, в котором человек движется, когда вы¬
бирает свое поведение в любой данный момент. Они помогают направлять
каждый поведенческий выбор. Более того, эти ценности применимы ко
всем аспектам работы терапевта, включая саморефлексию, заботу о кли¬
ентах, взаимодействие с коллегами и другие профессиональные качества:
образование, исследования и вовлечение сообщества. Когда терапевт свя¬
зывает свое поведение с профессиональными ценностями, его выбор ста¬
новится более осмысленным, а работа — более эффективной. Специалист
может информировать своих клиентов о выбранных им личных и профес¬
210
Что важнее всего: знакомство с ценностями
сиональных ценностях, а его живой пример предоставляет возможности
для углубления опыта взаимоотношений в терапевтическом пространстве.
Шесть ценностей арт-терапии подробно рассматриваются в приведенном
ниже тексте. Я надеюсь, что это подробное исследование общих професси¬
ональных ценностей вдохновит вас на работу в соответствии с каждой из
ваших ценностей и, в свою очередь, поддержит вашу работу с клиентами
по мере того, как они будут изучать свои ценности.
Независимость и автономность
Этот этический принцип относится к тому, как терапевты поддержива¬
ют своих клиентов в принятии ими собственных решений относительно
“направления жизни, целей лечения и возможных вариантов” [ААТА, 2013,
П. 1]. Терапевты обязаны помогать клиентам в получении информации,
чтобы они могли сделать “осознанный выбор, способствующий достиже¬
нию их жизненных целей и подтверждающий права других на автономию”
[ААТА, 2013, П. 1]. Арт-терапевты “помогают клиентам понять их возмож¬
ности при принятии собственных решений и будут уважать выбор, кото¬
рый они делают” [ВААТ, 2014, С. 2-3]. Эти ценности диктуют, что терапев¬
ты будут помогать клиентам делать их собственный выбор, даже если сами
приняли бы совершенно иное решение.
Выбор поведения, основанный на автономии, включает в себя инфор¬
мированное согласие и информацию об услугах, а также получение посто¬
янного согласия и оказание помощи клиентам в получении информации
или личных размышлений, необходимых им для продвижения к жизнен¬
ным целям. То, как терапевт демонстрирует свою приверженность делу,
включает в себя явные действия, такие как оформление первоначальных
документов и другие обязательства, а также выбор слов, тон голоса и не¬
вербальные сигналы, чтобы показать, что он поддерживает своих клиентов
в их праве свободно выбирать свои действия.
Непричинение вреда
Этический принцип ненасилия означает, что поведение арт-терапевта
позволяет избежать причинения вреда отдельным лицам, семьям, группам
и сообществам. Вред может быть преднамеренным или основываться на
небрежности и невежестве. Культурное смирение играет важную роль в
211
Глава 9
отсутствии вреда, поскольку предположения, основанные на культуре, а
также неисследованные предубеждения наносят значительный вред кли¬
ентам, студентам и коллегам-терапевтам. Использование устаревших и
предвзятых подходов или опора на свои неисследованные предубеждения
сводит на нет возможность выбора.
Микроагрессии терапевтов причиняют боль цветным людям, предста¬
вителям сообщества ЛГБТК+, женщинам и другим исторически недопред¬
ставленным людям в терапевтическом пространстве [Nadel, 2018]. Кроме
того, аспекты психологических теорий и образования могут быть вред¬
ны для клиентов из числа меньшинств и студентов. Например, диагноз
“депрессия”, поставленный женщине, которая всю жизнь сталкивалась с
сексизмом и расизмом, подразумевает, что проблема кроется внутри лич¬
ности, а не является результатом системы, увековечивающей превосход¬
ство белых мужчин. Кроме того, терапевты обязаны избегать неправиль¬
ного использования результатов клинических исследований [ВААТ, 2014].
Неправильное использование результатов исследований — серьезная про¬
блема, которая увековечивает системы расизма и превосходства белых в
области психологии и арт-терапии. Эти проблемы затрагивают каждого
терапевта и клиента.
Чтобы поддержать обязательство не причинять вреда в арт-терапии,
можно обратиться к принципам культурного смирения [Jackson, 2020] и
мультикультурной этики [ААТА, 2011], обсуждавшимся ранее. Ответ¬
ственные действия включают в себя участие в критической саморефлексии
на протяжении всей жизни, устранение дисбаланса сил в терапевтическом
пространстве, создание взаимовыгодных партнерских отношений с сооб¬
ществами, в которых работают терапевты, и пропаганду институциональ¬
ной подотчетности [Jackson, 2020]. Эти стратегии поддерживают работу по
предотвращению вредного поведения по отношению к клиентам.
Благотворительность
Этический принцип благотворительности включает в себя содействие
благополучию отдельных лиц, семей, групп и сообществ [ААТА, 2011,2013;
ANZACATA, 2018]. Это та ценность, которая привлекает многих к профес¬
сии психолога — терапевты хотят помочь другим людям улучшить их поло¬
жение. Арт-терапевты повышают благосостояние, выявляя практики, под¬
212
Что важнее всего: знакомство с ценностями
ходы, установки и институты, которые активно приносят пользу другим.
Культурное смирение также поддерживает ценность благотворительности
для арт-терапевта. Учитывая, что терапевты могут избежать причинения
вреда, заняв культурно скромную позицию, такой подход становится эти¬
ческим обязательством по обеспечению благополучия клиентов и сооб¬
ществ [Jackson, 2020].
Верность
Этический принцип верности касается обязанности специалистов при¬
нимать свою роль арт-терапевтов, ведя себя ответственно и добросовест¬
но по отношению к клиентам, студентам, коллегам и терапевтическому
сообществу [ААТА, 2013; ANZACATA, 2018; ВААТ, 2014]. Кроме того, вер¬
ность означает, что терапевт работает честно и добросовестно, чтобы быть
верным своим обещаниям в отношении арт-терапии. Ценность верности
включает в себя работу в рамках терапевтической практики и недопуще¬
ние чрезмерного использования своего опыта. Терапевты обязаны рабо¬
тать с клиентами, используя методы и информацию, полученные в ходе
профессионального обучения, а не предлагать информацию или советы,
почерпнутые из новостей, профессий, не связанных с терапией, популяр¬
ной культуры или личного опыта. Предполагать, что вы можете предло¬
жить помощь клиентам, основываясь только на своем опыте, — это прояв¬
ление высокомерия. Например, у терапевта в жизни мог случиться развод,
выкидыш, аборт, рождение детей или же он получал пользу от определен¬
ной диеты, физических упражнений либо растительных/безрецептурных
лекарств, однако один только личный опыт не дает ему права консульти¬
ровать клиентов в этих областях. Терапевты обязаны добиваться обучения
и супервизии в областях, входящих в сферу их практики, в которых они
будут предлагать вмешательства.
Справелливость
Этический принцип справедливости учит арт-терапевтов брать на себя
обязательство относиться к каждому человеку справедливо [ААТА, 2011,
2013; ANZACATA, 2018; ВААТ, 2014]. Арт-терапевты следят за тем, чтобы
клиенты имели равный доступ к услугам. Принципы культурного смире¬
ния включают в себя пропаганду институциональной подотчетности, что
213
Глава 9
означает работу внутри агентств по созданию безопасных и поддержива¬
ющих практик, доступных для всех, путем устранения барьеров и откры¬
тости к обучению тому, как выявлять и отвергать репрессивные подходы
и методы [Jackson, 2020]. Феминистская этика побуждает арт-терапевтов
снижать акцент на “более личной направленности своей работы, чтобы
уделять больше внимания политическим аспектам, тем самым занимаясь
политически ориентированной практикой как способом преобразовать
жизнь и повлиять на социальные изменения” [ Wright, & Wright, 2013, С. 2].
Этот переход к системному пониманию того, как общество влияет на
людей и их психическое здоровье, привносит справедливость в работу
терапевта посредством критического анализа причин проблем с психиче¬
ским здоровьем, стигматизации и барьеров на пути оказания медицинской
помощи. Многие работают над деколонизацией терапии и арт-терапии,
исследуя и постепенно устраняя области, в которых психология основы¬
вается на предвзятых предположениях, превосходстве белых, капитализ¬
ме и индивидуализме [ЛАТА, 2021; Talwar, 2019]. Критический анализ те¬
орий, на которых основана терапевтическая практика, обеспечивает боль¬
шую безопасность в терапевтическом кабинете; специалисты создают эту
безопасность, используя идеи, которые действительно приветствуются и
применимы к сильным сторонам клиентов и сообществ. Ответственные
действия терапевтов в области справедливости включают постоянное об¬
учение и саморефлексию, а также тренинги и внедрение теорий, которые
подчеркивают социальные аспекты терапии.
Креативность
Креативность, отличительный этический принцип арт-терапевтов,
предоставляет инструменты для “развития воображения для дальнейше¬
го понимания себя, других людей и мира” [ААТА, 2013, П. 1]. В частности,
арт-терапевты используют творческое мышление и художественное само¬
выражение, чтобы помочь клиентам в укреплении психического здоровья,
решении проблем и придании смысла их опыту [ААТА, 2011; ANZACATA,
2018; ВААТ, 2014]. Учитывая концепцию ценностей в ACT, креативность
и творческое самовыражение имеют первостепенное значение в работе
арт-терапевтов. Я считаю, что арт-терапевты обязаны поддерживать твор¬
ческий и артистический процесс для поддержки своей профессиональной
214
Что важнее всего: знакомство с ценностями
практики. Вдохновляющий этический принцип креативности легко пере¬
ходит в поддержание собственной художественной практики. Избегание
чрезмерно клинической позиции в арт-терапии требует от специалистов
постоянного следования данной ценности и ответственных действий по
созданию арт-объектов. Терапевту жизненно важно оставаться вовлечен¬
ным в свою личную художественную практику для устойчивости и жизне¬
способности в области арт-терапии. Личное творчество приносит пользу в
профессиональной деятельности как необходимый инструмент для пони¬
мания самих себя и своей работы. Кроме того, художественное творчество
предлагает важную стратегию в критическом саморефлексивном процессе
культурного смирения [Jackson, 2020].
Итак... каковы ваши профессиональные ценности?
В дополнение к общим ценностям и этическим принципам арт-тера-
певтов [ААТА, 2011, 2013; ANZACATA, 2018; ВААТ, 2014] у каждого специ¬
алиста есть уникальный набор ценностей, которыми он руководствуется
в своей работе. Рассматривая вышеприведенные этические стандарты
ААТА, ВААТ, ANZACATA, а также феминистскую и мультикультурную
этику, каждый арт-терапевт может начать разрабатывать свои собствен¬
ные руководящие принципы в области ценностей своей сферы деятельно¬
сти. Студенты и начинающие терапевты сначала изучают законы и этику, а
также то, как применять их в клинической практике. Изучив то, что было
предложено профессиональными организациями и лидерами в этой об¬
ласти, можно лучше разобраться в личных ценностях. Вот мое заявление
о ценностях в области профессиональной деятельности.
Я ценю достоинство и святость каждого человека, с которым работаю. До¬
брота, культурное смирение и благодарность наполняют мою повседневную
практику. Я придерживаюсь этики своей профессии и феминистских стандар¬
тов, предлагая творческую, поддерживающую и эффективную помощь сво¬
им клиентам, студентам и сообществу арт-терапевтов. Я ценю помощь лю¬
дям в самореализации, ответственность за свои действия, а также признание
и устранение дисбаланса сил в системах, в которых работаю. Любопытство и
стремление к обучению руководят мной в таких областях, как арт-терапия,
психология, искусство, исследования, саморазвитие и профессиональные
стандарты.
215
Глава 9
Используя то, что вы прочитали ранее об этических принципах, а так¬
же те правила и рекомендации, которые выдвинуты вашими конкретными
государственными или региональными и профессиональными советами,
начните составлять заявление о ваших ценностях как терапевта. Возмож¬
но, вы захотите включить конкретные стандарты, упомянутые ранее, кото¬
рые имеют для вас особое значение или вдохновляют вас (например, права
человека, креативность, культурное смирение, феминистские принципы),
а затем, опираясь на них, включить свои собственные уникальные стан¬
дарты. Я надеюсь, что это упражнение вдохновит вас вернуться к этиче¬
ским нормам вашей профессии новым, более живым способом, и прийти к
большему осознанию ваших личных ценностей.
Упражнение: определение ценностей
Теперь, когда вы сформулировали свое собственное заявление о ценно¬
стях вашей профессиональной деятельности, это упражнение даст возмож¬
ность изучить остальные ваши ценности. После того как вы подготовите
свои собственные заявления о ценностях и рисунки, вы сможете расска¬
зать своим клиентам о ценностях и адаптировать упражнение в соответ¬
ствии с их потребностями. Для завершения может понадобиться время,
и я рекомендую вам распределить процесс написания на несколько дней,
чтобы дать себе возможность для размышлений и творческого процесса.
Ваши ценности — это живое выражение того, что важно для вас, они могут
и должны изменяться по мере того, как вы растете и меняетесь.
1. Составьте список всех ваших ценностных доменов. Они могут вклю¬
чать семью, романтические отношения, друзей, духовность, творче¬
ство, образование, сообщество, психическое и эмоциональное здо¬
ровье, физическое здоровье, воспитание детей. Начните с того, что
кажется вам наиболее актуальным. В каждой из категорий составьте
список из стольких желательных слов, сколько сможете придумать,
чтобы описать, что для вас важно и чего вы хотите в каждой ценност¬
ной области. Например, в области семьи вы могли бы перечислить
любовь, доверие, защиту, подлинность, умение делиться, поддержку,
смех, заботу, веселье и определение “на всю жизнь”. Это то, к чему вы
стремитесь сейчас и в будущем, что может быть связано, а может
216
Что важнее всего: знакомство с ценностями
и не относиться к тому, что вы испытывали в прошлом. Пропусти¬
те идеи и слова, которые, по вашему мнению, вы должны ценить, ос¬
новываясь на том, чему вас научила ваша семья или общество. Этот
список предназначен только для вас, и он должен отражать ваши
убеждения, независимо от того, что могут подумать другие. Есте¬
ственно, ценности человека могут совпадать с тем, чему его учили;
однако смысл этого упражнения в том, чтобы определить те, которые
действительно кажутся вам подлинными прямо сейчас. Если не уве¬
рены, спросите себя: “Кто еще разделяет эту ценность?” и “Насколько
важна эта ценность для меня по шкале от 0 до 100?”
2. После того как вы составили свой список, пришло время уточнить
его с помощью записи — используйте компьютер, дневник, ватман
или смартфон. Установите таймер на 5 мин. и займитесь написанием
свободного письма. Напишите все, что придет в голову, чтобы отве¬
тить на эти два вопроса: что вы цените в каждой сфере ценностей?
Как вы будете демонстрировать эту ценность в своем поведении? На¬
пример, ценностный домен “семья” связан с четырьмя пунктами.
А. Аутентичность. Я ценю спокойную и счастливую семейную жизнь,
где мы все можем чувствовать себя свободно и комфортно, быть
самими собой в нашей квартире. Я по-настоящему раскрываюсь
во взаимодействии со своей семьей.
Б. Смех и веселье. Веселье и смех важны для меня, чувство юмора
выручает в напряженных ситуациях.
В. Доверие. Я ценю надежную и предсказуемую семейную жизнь, в
которой оказываю поддержку и проявляю заботу, и моя семья мо¬
жет ожидать от меня действий, достойных доверия.
Г. Забота, участие и защита. Для меня важно, чтобы все наши голоса
были услышаны, учтены и оценены по достоинству. Я вниматель¬
но прислушиваюсь к близким, и у меня есть четкие показатели,
чтобы убедиться, что мой голос услышан.
3. В каждой ценностной области создайте ценностное утверждение,
разрабатывая и модифицируя их таким образом, чтобы они каза¬
лись вам подлинными и уникально аутентичными. Нет правильных
или неправильных способов описать ваши ценности — они просто
217
Глава 9
должны быть точным описанием того, что вы цените прямо сейчас
и будете ценить в ближайшем будущем. Например, используя приве¬
денный выше список слов (любовь, доверие, защита, аутентичность,
умение делиться, поддержка, чувство юмора, забота, веселье, “на всю
жизнь”), сформулируйте утверждение, характеризующее то, каким
вы хотите быть в своей семье. “Я ценю поддерживающие и довери¬
тельные отношения со своей семьей, которые основаны на заботе,
чувстве юмора и любви”.
4. Наконец, отточите ценности, используя художественные материалы.
Коллаж — отличный вариант для начала работы, используйте сло¬
ва и картинки из журналов для создания изображений, отражающих
каждую ценность. Я также помогала клиентам создавать визуальное
представление об их областях ценностей, изготавливая мобильные
игровые карточки. Вообще, смартфон — идеальная метафора для ра¬
боты с ценностями, поскольку работа с одной из них обычно влияет
на другие ценности таким же образом, как выбор одной пиктограм¬
мы на экране мобильного устройства приводит в движение осталь¬
ные. Кроме того, ценности меняются с течением времени, поэтому
созданный арт-объект следует рассматривать как насущный доку¬
мент о том, что вас волнует больше всего в данный момент.
Поначалу это упражнение может показаться довольно сложным как для
вас, так и для ваших клиентов. Помните, что работа с ценностями считает¬
ся наиболее интенсивным и интимным аспектом ACT [Hayes et al., 2012]. Вы
можете беспокоиться о том, что другие посмотрят свысока на то, что для
вас ценно, и это может показаться постыдным; возможно, такие опасения
даже мешали вам формулировать свои ценности и действовать в соответ¬
ствии с ними в прошлом. Или, возможно, вы чувствуете себя неуверенно
по поводу истинных, аутентичных ценностей, быстро усвоив ценности ва¬
шей семьи или общества без особой поддержки в изучении того, что важ¬
нее всего для вас на самом деле. Некоторые люди растут в условиях, когда
их потребности и пожелания игнорируются, поэтому формулировать свои
ценности и пожелания кажется чуждым. Многие другие, возможно, нахо¬
дились в таких стрессовых жизненных обстоятельствах, что выживание
было превыше всего, и такое созерцание кажется роскошью, которую они
вряд ли могли себе позволить.
218
Что важнее всего: знакомство с ценностями
Некоторые клиенты сообщали, что неохотно формулируют ценность
из-за страха быть связанными с ней навечно. Напоминайте клиентам, что
ценности — это живое, дышащее, гибкое утверждение, которое помогает
человеку ориентироваться прямо сейчас и в обозримом будущем. Одна¬
ко заявления могут быть изменены по мере роста клиентов и получения
большей ясности в отношении их ценностей. Помогите клиентам опре¬
делить, что они ценят, описав случаи, когда вы наблюдали их ценности в
действии. Например, подчеркните их ценность и действия, направленные
на укрепление психического здоровья, когда они решили работать с вами.
Помогите им вспомнить об их ценностях как друга, родителя или партне¬
ра, основываясь на том, над чем вы работали во время терапии. Если кли¬
енты остаются в тупике, изучите области когнитивного слияния, которые
мешают им формулировать свои ценности. Это можно сделать с помощью
разговора или быстрых выразительных штриховых изображений, караку¬
лей или рисунков, где для рисования используются сразу обе руки.
Интеграция ценностей в интересах устойчивого
развития
Когда специалист следует профессиональным ценностям вдохновлен¬
ного, этичного, доброжелательного и преданного своему делу терапевта,
не полностью конкретизируя, что требуется для того, чтобы быть целите¬
лем, он в конечном итоге может почувствовать себя истощенным, лишен¬
ным вдохновения и даже перегоревшим. Восстановление и восполнение
того, что терапевт отдает в своей работе, требует отдыха, релаксации, ве¬
селья, творческого самовыражения и взаимоотношений, а также личного
исцеления и роста. Без этого проявлять свои лучшие профессиональные
качества терапевта будет невозможно, и есть риск стать истощенным, не¬
счастным и неэффективным.
Устойчивость основанной на ценностях и увлекательной жизни дей¬
ствительно возможна, когда человек ценит свое психическое здоровье и
объединяет свои личные потребности для процветания со своими ценно¬
стями. Цель ACT — психологическая гибкость — включает в себя внесение
корректив, когда меняется окружающая среда и когда человек начинает
замечать, как пересекаются все его ценности. В следующем разделе приве¬
дены примеры и упражнение по интеграции профессиональных ценностей
219
Глава 9
терапевта и ценностей социальной справедливости с потребностями
и стандартами, касающимися его собственного психического здоровья.
Я надеюсь вдохновить терапевтов переосмыслить традиционную мо¬
дель трудовой этики, которая предполагает: для того чтобы быть эффек¬
тивными, ценными и успешными, они должны работать сверхурочно, при¬
нимать больше клиентов, чем могут по-настоящему обслужить, предлагать
бесплатные услуги по запросу и заниматься другими неустойчивыми вида¬
ми деятельности. Как правило, эти стратегии включают в себя принесение
в жертву собственного творческого потенциала и жизненной силы, а так¬
же физического и психического здоровья. Находясь в истощенном состоя¬
нии, специалист не в состоянии выполнять работу наилучшим образом и
не может быть здоровым примером для своих клиентов. Если вы оказались
в таком состоянии или хотите проявить инициативу в предотвращении
эмоционального выгорания, сосредоточьтесь на своих ценностях, которые
помогут вам жить и работать устойчиво.
Многим бизнес-моделям и ожиданиям от работы в некоммерческих ор¬
ганизациях, больницах и частной практике не хватает устойчивости, по¬
скольку они в значительной степени зависят от терапевтов, берущих низ¬
кооплачиваемую работу с неуправляемой нагрузкой. Ожидание того, что
терапевты должны настолько отдавать себя, что приходят к выгоранию,
представляет собой плохую бизнес-модель и разрушительно действует на
терапевтов и клиентов и в конечном счете на финансовую стабильность
агентства. Пропущенные рабочие дни, снижение производительности,
текучесть кадров, а также обучение новых сотрудников истощают финан¬
совые и человеческие ресурсы любого агентства. Традиционная модель
в сочетании с капиталистической и пуританской трудовой этикой часто
оставляет терапевтов безрадостными и лишенными вдохновения, когда
они сталкиваются с растущей бумажной волокитой, обязательствами по
грантам и рабочей нагрузкой в виде чрезмерного количества клиентов в
сочетании с потерей самостоятельности в отношении рабочей практики
и свободного времени.
Пришло время нам, терапевтам, прекратить традицию истощать себя
ради служения другим! Если истощение и дефицит соответствуют вашей
трудовой этике и бизнес-модели, вы можете подойти к переменам двумя
способами. Первая стратегия включает в себя принятие личных, основан¬
ных на ценностях решений и принятие мер на их основе, а вторая заклю-
220
Что важнее всего: знакомство с ценностями
чается в решении институциональных проблем, которые увековечивают
эмоциональное выгорание.
Например, я хочу работать в такой сфере, где смогу проводить арт-те¬
рапию и психологию с клиентами в надежде разрешить их травмы и улуч¬
шить их жизнь, а также жизнь их семей и сообществ. Для этого мне нужно
следующее: непрерывное образование, личностный рост, крепкое психи¬
ческое и физическое здоровье, креативность, сопереживание и страсть.
Для образования и личностного роста мне нужен доступ к постоянным
занятиям по повышению квалификации, которые стимулируют интеллект
и имеют отношение к моей работе. Для крепкого психического здоровья
нужен собственный психотерапевт, полноценная пища, восемь-девять ча¬
сов сна, здоровые и наполняющие меня отношения и физические упраж¬
нения. Чтобы поддерживать свою креативность, сопереживание и страсть,
мне нужно много времени и возможностей для творчества, отдыха и меч¬
таний наяву, понимания собственной психологии, а также действий и мыс¬
лей, которые стимулируют радость и возбуждение. Чтобы терапевт мог
выполнять свою работу наилучшим образом, он должен верить, что эти
элементы необходимы для поддержания его работы. Более того, он дол¬
жен верить, что заслуживает этого основополагающего личного внимания.
Многие терапевты признаются, что им легко научить клиентов заботить¬
ся о себе, однако сами они чувствуют себя недостойными элементарного
ухода. Однако, как вы видите из приведенного выше примера, моя работа
качественна и устойчива только тогда, когда я на высоте своих возможно¬
стей. Считаете ли вы, что такой тип личного баланса необходим вашим
клиентам? Верите ли вы, что это верно и для вас самих? Обнаружив, что
сталкиваетесь с эмоциональным выгоранием или косвенной травмой, свя¬
занной с вашей работой, поищите дополнительную информацию об этих
состояниях и займитесь целительными практиками отдыха, творчества и
личной терапии. И вы сами, и ваши клиенты выиграете от этих действий.
Упражнение по личной устойчивости
Возьмите ручку, бумагу и какие-нибудь художественные принадлежности.
Потратьте на это упражнение 30-90 мин., чтобы узнать, что вам требуется
для устойчивой профессиональной практики. Существует художественное
вмешательство “до”, письменное задание, художественное вмешательство
221
Глава 9
“после” и письменный ответ. Найдите немного времени и устройтесь поу¬
добнее, чтобы дать волю своему творчеству, представляя, как сохранить
свои ценности и ответственные действия в сфере работы/карьеры.
Рисунок 1. Создайте арт-объект, используя линии, формы и цвета, от¬
ражающие ваше текущее состояние эмоциональной, физической и пси¬
хологической устойчивости. Работайте быстро и интуитивно, не задумы¬
ваясь. Озаглавьте свой рисунок и напишите три слова или фразы, чтобы
описать его.
Письменное залание 1. Поразмышляйте в течение нескольких минут
о наиболее важных аспектах вашей карьеры, включая то, что привлекло
вас в вашей работе. Ответьте на каждый из вопросов письменно с помо¬
щью ручки или карандаша. Избегайте того, чтобы просто обдумывать от¬
веты — они должны быть записаны.
1. Что вы цените в своей карьере и что вас в ней привлекло?
2. Как вы хотите чувствовать себя, выполняя свою работу?
3. Какое поведение вы в настоящее время используете, которое демон¬
стрирует эту ценность и эмоциональное состояние?
4. Какие элементы требуются от вас для поддержания этих ценностей в
долгосрочной перспективе (например, сон, физические упражнения,
питание, личностный рост и исцеление, духовная связь, образование,
взаимоотношения)? Опишите подробно и то, каким был бы идеаль¬
ный вариант этих элементов.
5. Посмотрите на свои ответы в вопросе 4. Оцените себя по шкале
от 1 до 10 по каждой из перечисленных вами практик устойчивого
развития.
А. Оценка 0 означает, что вы вообще не занимаетесь этим видом дея¬
тельности.
Б. Оценка 5 означает, что вы участвуете в деятельности, но этот уро¬
вень недостаточен для того, чтобы действительно поддерживать
вашу работу.
В. Оценка 10 означает, что вы активно работаете над этим элементом
на уровне, который поддерживает вас и вашу работу.
222
Что важнее всего: знакомство с ценностями
6. Что произойдет, если вы проигнорируете методы устойчивого раз¬
вития, о которых вы писали в вопросе 4? Другими словами, каковы
личные и профессиональные последствия непринятия мер по обе¬
спечению устойчивого развития?
7. Какие новые ответственные действия требуются от вас для поддер¬
жания рабочих ценностей? Опишите их конкретно (например, спать
по восемь-девять часов в сутки, соблюдать регулярный график сна).
8. Над каким из этих действий вы обязуетесь поработать в первую оче¬
редь? Расположите их в том порядке, с которого вы начнете. Запиши¬
те конкретно, что будете делать, когда и где. Как узнаете, успешно ли
выполнили данное обязательство? Кому расскажете о своем новом
обязательстве в области устойчивого развития? Что будете делать,
если пропустите день?
Рисунок 2. Создайте второй арт-объект, используя линии, формы и
цвета, изображающие ваше идеальное состояние эмоциональной, физиче¬
ской и психологической устойчивости. Работайте быстро и интуитивно,
не вдаваясь в подробности. Озаглавьте свой рисунок и напишите три слова
или фразы, чтобы описать его.
Письменное задание 2. Поразмышляйте о своих наблюдениях за ва¬
шим рисованием и писательской деятельностью. Каково это — иметь план
действий и конкретные шаги, чтобы сделать свою карьеру более устойчи¬
вой эмоционально, физически и психологически? Наверное, здорово!
Реализуйте свой план прямо сейчас, начиная с сегодняшнего дня. Сде¬
лайте первый шаг, и мотивация возникнет сама собой. Когда вы думаете об
отдыхе и стабильности для себя, это нормально — испытывать чувство со¬
мнения, вины или волнения, а также мысли, связанные с тщетностью или
личной нехваткой времени. Общество предложило вам несколько приме¬
ров того, как можно гордиться своей работой, используя границы для за¬
щиты себя, своих близких и клиентов. Обратите внимание на эти мысли,
избавьтесь от них и сразу переходите к действиям, взяв на себя обязатель¬
ство в течение 28 дней следить за своим поведением.
Фиксируйте свой прогресс на пути к устойчивой и сбалансированной
практике работы каждый день в своем ежедневнике. Этот шаг жизненно
важен для вашего успеха. Например, у меня есть небольшой ежедневник
223
Глава 9
моего любимого цвета, который я держу на своем рабочем столе. Этот
блокнот призван привлечь меня к ответственности за то, что я пишу:
единственное, что я записываю в нем, — это количество времени, которое
трачу на написание каждый день. Написание личных и профессиональных
статей — одно из моих текущих обязательных действий, и документиро¬
вание времени, потраченного на это, делает меня ответственной и демон¬
стрирует целеустремленность. Каждый раз, когда я записываю число, я
получаю дофаминовое вознаграждение, поэтому чувствую себя обязанной
продолжать. Используйте свой ежедневник для записи совершенных вами
действий, связанных с целью устойчивого развития: например, количество
часов сна или время, которое вы тратите на физические упражнения либо
создание арт-объектов. После демонстрации вашего решительного дей¬
ствия и документирования его в течение 28 дней выберите следующее дей¬
ствие и продолжайте развивать план устойчивого развития. Если вы сами
убедились в успехе, ознакомьте клиентов с концепцией, художественным
оформлением и письменными подсказками, помогите им определить наи¬
более важный приоритет в любой области ценностей и создайте четкий
план действий и стратегию документирования.
Ценность институциональной устойчивости
Бизнес-модель агентства включает в себя финансовую устойчивость в
качестве цели, а надлежащая деловая практика требует стратегий, обеспе¬
чивающих поддержку и баланс сотрудников внутри агентства. После того
как вы использовали стратегии, описанные ранее, для создания своих лич¬
ных ответственных действий, направленных на обеспечение собственного
долголетия на работе, пришло время изучить свое рабочее место, чтобы
поддержать культуру эмоциональной устойчивости, удовлетворенности и
выносливости для вас и ваших коллег. Один человек вполне способен осу¬
ществить культурные изменения на работе. Возможно, какое-то время вы
будете действовать в одиночку; однако люди, которые хотят процветать
так же, как и вы, в конечном итоге присоединятся к вам. Выберите область,
в которой можете совершать ответственные действия, и приступайте к
ним, приглашая своих коллег. Если у вас принято обедать за рабочим сто¬
лом, отнесите ланч в комнату отдыха и пригласите коллегу присоединиться
к вам. Если во второй половине дня наступает усталость из-за того, что
224
Что важнее всего: знакомство с ценностями
никто не делает перерывов, совершите короткую прогулку и пригласите
друга. Не забывайте вести календарь и отмечать дни, когда завершаете
обязательное действие. Помните, что ваши ответственные действия сто¬
ят того, и вы можете документировать то, чего достигли сами, независимо
от того, как реагируют ваши коллеги. Даже если никто не присоединит¬
ся к вам за обедом, вы будете уделять больше внимания своим ценностям
и своей жизненной силе! После таких изменений, как совместный обед с
коллегами или прогулка, реализуйте дополнительные действия в иных зна¬
чимых областях.
Когда вы сталкиваетесь с практикой ведения бизнеса, которую в своей
работе считаете изнурительной и неуправляемой, образование и инфор¬
мационно-пропагандистская деятельность становятся необходимыми.
Пропаганда может включать в себя просьбу об увеличении отпуска, над¬
бавке к зарплате, согласование лимитов на количество клиентов, которых
руководство вам назначает, и реалистичную постановку целей в отно¬
шении оформления документов и отчетов. Такого рода изменения могут
показаться непреодолимыми при работе в агентствах, в которых государ¬
ственное финансирование зависит от количества часов общения с клиен¬
тами. Однако перемены должны с чего-то начинаться, и, конечно, они мо¬
гут начаться с вас и адвокации. Подумайте о своей удовлетворенности как
сотрудника, исследуя как наполняющие, так и истощающие вас аспекты
вашей работы. Разработайте стратегию относительно того, что вам требу¬
ется, чтобы чувствовать себя удовлетворенным, продуктивным и наделен¬
ным полномочиями на своей работе, и представьте свое идеальное рабочее
место. Обсудите с коллегами идеи по улучшению рабочего места и баланса
между работой и личной жизнью. Посмотрите, чувствуют ли другие то же
самое, и привлеките коллег к адвокации. Составьте список конкретных
требований, аналогичных упомянутым в разделе “Личная устойчивость”.
Когда двигаться дальше
Если обнаружите, что вас утомили длительные усилия по адвокации,
а ваши личные рабочие ценности поставлены под угрозу из-за требова¬
тельных бизнес-моделей, неустойчивых практик и опыта расизма, сексиз¬
ма, гомофобии, эйджизма, эйблизма, дискриминации или домогательств,
уходите. Вы не обязаны оставаться, работая над исцелением и поддержкой
225
Глава 9
отдельных лиц и сообществ, если перегораете или ваше физическое и пси¬
хическое здоровье приносится в жертву “работе”. Если вы сталкиваетесь
с притеснениями на работе, эта модель, скорее всего, будет неустойчивой
для вас, коллег и клиентов. Возможно, вы захотите заняться другими на¬
правлениями и сможете уйти без чувства вины. Может быть, вам будет
трудно найти другую работу из-за финансов, страховки, местоположения
и эмоциональных связей с коллегами и клиентами. Подумайте, не при¬
шло ли время заручиться поддержкой, которая поможет вам рассмотреть
возможные варианты, включая терапию, помощь юрисконсульта, програм¬
мы помощи сотрудникам или совет других людей и организаций, знающих
предмет обсуждения. Вы заслуживаете того, чтобы работать в месте, кото¬
рое соответствует вашим ценностям.
Резюме
Выбранные человеком ценности определяют направление его поведе¬
ния, чтобы он мог вести себя осознанно и ответственно в отношении само¬
го себя, семьи, сообщества, собственной духовности и работы. Ценности
являются вдохновляющими и побуждают к ответственным действиям.
Определение собственных ценностей способствует направлению, яс¬
ности и позитивным изменениям в поведении, которые вдохновляют на
полноценную жизнь. Ежедневный выбор поведения определяется ценно¬
стями человека, и поведение, которое не соответствует ценностям, стано¬
вится менее важным и менее распространенным. Использование языка и
искусства для определения собственных ценностей дает четкую карту той
жизни, которой человек хочет жить. Профессиональная этика может стать
основой профессиональных ценностей и вдохновить терапевтов на опре¬
деление устойчивой практики работы и места трудоустройства.
226
ГЛАВА 1 О
Время поступков:
ответственное действие
Создание творческой жизни, основанной на ценностях, предполагает
совершение поступков, соответствующих личным ценностям человека,
и действий, направленных на то, что для него наиболее важно. Стра¬
тегии действий поддерживают клиентов в их стремлении создать бо¬
лее удовлетворяющую жизнь, даже если есть внешние проблемы или
симптомы проблем с психическим здоровьем. ACT дает возможность
вести осмысленную, основанную на ценностях жизнь, продолжая рабо¬
тать над проблемами психического здоровья.
Теперь пришло время действовать! Приверженность ценностям и сле¬
дование им до конца означает, что вы проявляете психологическую гиб¬
кость, позволяющую делать то, что хотите и любите, независимо от того,
что еще происходит внутри или вокруг вас. Действовать — значит делать
ежедневный выбор, чтобы оставаться гибким и поддерживать постоянное
движение к своим ценностям. На этом заключительном этапе внедрения
гексафлекса ACT терапевт может, наконец, наблюдать устойчивые измене¬
ния в своем поведении и поведении клиентов. Ответственные действия оз¬
начают поступки, соответствующие тому, что вы считаете самым важным
в своей жизни. В этой области гексафлекса ACT вы живете своей жизнью,
основанной на ценностях, с энтузиазмом и жизненной энергией.
Действуйте!
Вероятно, вы уже решили действовать в соответствии со многими из
своих ценностей — быть преданным своему делу терапевтом, родителем,
другом, художником, работником, соседом, братом или сестрой, спортсме¬
ном, ценителем природы или т.п. Полностью отдаваться ответственным
действиям означает замечать и продолжать делать то, что вы делаете, служа
227
Глава 10
ценностям, и брать на себя обязательство актуализировать остальные
ценности. Говоря более конкретно, используя ответственное действие,
вы обнаружите, что психологическая гибкость проявляется в изменении
поведения. Эти новые модели поведения отражают уникальное движение
каждого человека к своим ценностям. В ACT “конечная цель состоит в соз¬
дании моделей поведения, которые работают на клиента, и ничто меньшее
не будет считаться успехом” [Hayes et al., 2012, С. 327].
Чтобы освободить пространство для проявления ценностей, нужно от¬
казаться от выборов и вариантов поведения, которые отражают ценности
других людей. Сначала человек изучает ценности тех, кто его окружает
(например, родителей, общества, культуры и религии). Большинство лю¬
дей находят собственные ценности по крайней мере в некоторых из при¬
витых им извне (см. главу 9). Далее человек работает над тем, чтобы рас¬
познать и обязаться признавать установки, мысли и поведение, которые
он бессознательно перенял у общества, такие как безжалостные стандарты
работы, общепринятые стандарты красоты, расизм, сексизм или гомофо¬
бия. Наконец, он совершает ежедневные поведенческие действия в соот¬
ветствии с собственными ценностями.
Иногда следование ценностям других людей важно для сохранения се¬
мьи и семейной гармонии. В других случаях это может вызвать сильную
неудовлетворенность и страдания. Например, когда кто-то сосредоточен
на том, чтобы соответствовать ценностям своих родителей — быть “хо¬
рошим” — он может в конечном итоге лишь условно принять себя как до¬
стойного человека. Выполнение желаний семьи и друзей выйти замуж за
“правильного” человека означает, что женщина может найти отличного
партнера или, наоборот, упустит отношения с тем, кого любит. Следование
традиции поколений работать в семейном бизнесе может принести удов¬
летворение и гордость. Либо же кто-то выберет карьеру, не соответству¬
ющую его индивидуальности и интересам. Только вы можете определить
наиболее важные для вас ценности и действия в любой данный момент,
и то, как вы проявляете свои ценности в поведенческих действиях, будет
меняться по мере вашего роста и старения.
228
Время поступков: ответственное действие
Что такое ответственное действие
Напомним, что ACT — это “жесткая форма поведенческой терапии”
[Hayes et al., 2012, С. 327], поскольку она основана на поведенческих прин¬
ципах и успешность результатов терапии измеряется в поведенческих тер¬
минах. Другими словами, все аспекты гексафлекса (т.е. осознание текущего
момента, принятие, разделение, “я” как контекст, контакт с ценностями и
ответственные действия) поддерживают цель обретения психологической
гибкости и результат в виде ответственных поведенческих действий, кото¬
рые укрепляют и отражают ценности.
Хейс и его соавторы отметили, что “ответственное действие — это выбор
вести себя определенным образом намеренно” [Hayes et al., 2012, С. 330].
Поступки выражают ценности человека в каждый данный момент, и ответ¬
ственное действие может быть внутренней мыслительной операцией или
внешним, наблюдаемым поведением. Авторы добавляют: “Ответственное
действие — это действие, основанное на ценностях, которое происходит в
определенный момент времени и намеренно связано с созданием модели
действия, служащей ценности” [Hayes et al., 2012, С. 328]. Например, вы
можете взять на себя обязательство любить своего партнера, и это обяза¬
тельство проявляется внешне и внутренне. Вы можете наблюдать за своим
обязательством внутренне, а другие могут наблюдать за ним внешне. От¬
ветственное действие отличается от самой ценности. В то время как цен¬
ности предполагают “свободно выбранные, вербально сконструирован¬
ные качества продолжающегося действия”, действия, основанные на них,
“воплощают определенную ценность и внутренне подкрепляются” [Hayes
et al., 2012, С. 328]. Другими словами, человек чувствует себя лучше всего,
когда последовательно действует в соответствии со своими ценностями!
Иногда люди винят себя или других за свой выбор и выносят суждения
своему прошлому поведению, которое воспринимают как “плохое”. В тера¬
пии принятия и ответственности терапевты и клиенты избегают обвине¬
ний и суждений о способах поведения. Вместо этого основное внимание
уделяется тому, чтобы помочь клиентам увидеть доступные им варианты
выбора, а затем заметить мощную связь поведенческого выбора с ценно¬
стями. Ответственное действие, связанное с ценностями, относится к вы¬
бору в настоящий момент и отличается от будущих целей.
229
Глава 10
Цели, ориентированные на будущее, предполагают, что человек может
пожинать счастье или удовлетворение благодаря своим достижениям, и
такие состояния неизбежно наступят в будущем [Hayes et al., 2012]. Сосре¬
доточенность на целях означает, что счастье зависит от последовательных
достижений, и это убеждение не оставляет места для удовлетворения и ра¬
дости в данный момент. Сосредоточение только на целях означает жизнь
на беговой дорожке стремления к внешнему удовлетворению, которое по¬
тенциально можно получить от подходящего человека, рабочей ситуации,
места или объекта. Как только человек достигает цели, возбуждение бы¬
стро проходит, и он начинает все сначала с новой целью, ища удовольствия
в будущем и вовне [Coget, 2020]. И наоборот, ответственное действие осно¬
вывается на действиях в настоящий момент, которые приносят удовлетво¬
рение и жизненную силу; счастье и удовлетворенность всегда находятся в
пределах досягаемости, поскольку существуют в настоящем.
Создание арт-объектов существует в пространстве ответственного дей¬
ствия, потому что процесс созидания и самовыражение человека связаны
с множеством ценностей. Творческое самовыражение — это воплощение и
продукт ценности творчества. Другими словами, с помощью ответственно¬
го действия акт художественного творчества превращается в воплощение
ценности. Сама ценность выражается в моментах рисования, раскраски,
ваяния или фотографирования. Цель создания арт-объекта отличается от
того, чтобы находиться в текущем моменте и действовать в соответствии
со своими ценностями, делая осознанный ситуативный выбор в каждый
конкретный момент.
Ответственность в вербальной терапии
Доведение до конца намеченных действий и регулярное обсуждение сво¬
ей приверженности ценностям в ходе терапии задействуют позитивные пси¬
хологические стратегии для достижения успеха. Когда клиенты пропускают
домашнее задание по обязательному действию, в обсуждении необходимо
выявить то, что им помешало, включая амбивалентность, употребление
психоактивных веществ, усталость, апатию или “забывание” о домашнем
задании. Нужно уделять внимание и достижениям, и неудачам клиентов:
это помогает им выявлять барьеры и разрабатывать новые стратегии. Кро¬
ме того, это повышает мотивацию и готовность к поведению, основанному
230
Время поступков: ответственное действие
на ценностях. Терапевты могут корректировать стратегии, чтобы гаранти¬
ровать: клиенты будут совершать действительно значимые ответственные
действия без чрезмерного давления со стороны специалиста.
Просьба о совершении ответственного действия в конце каждой сессии
помогает клиентам конкретно продвигаться к своим ценностям. Клиенты
начинают полагаться на мой вопрос в конце каждой сессии и осознавать
необходимость ответственных действий для того, чтобы жить жизнью, со¬
ответствующей их ценностям. Планирование действий, возможно, похоже
на технику планирования поведения в КПТ. Цель для клиента включает в
себя ориентацию на одну ценность, выбор поведения, отвечающего этой
ценности, и определение конкретных действий в поддержку этой ценно¬
сти. Здесь я облегчаю беседу, чтобы выявить:
1) ценность;
2) целевое поведение;
3) препятствия на пути к успеху;
4) стратегии, обеспечивающие успех.
Ниже приведен пример того, как это может выглядеть на сеансе.
Терапевт. Поскольку сеанс подходит к концу, на какой ценности вы наме¬
рены сосредоточиться на этой неделе?
Клиент. У меня есть несколько тем, на которых я хочу сосредоточить¬
ся, — семья, работа, здоровье.
Терапевт. Вы можете поработать над всеми — выберите одну для домаш¬
ней работы на этой неделе, чтобы у нас был конкретный пример
для обсуждения при следующей встрече.
Клиент. Думаю, я сосредоточусь на семье. Я хочу провести немного вре¬
мени со своими детьми. (Ценность.)
Терапевт. Отлично! Что вы цените в том, чтобы проводить время со свои¬
ми детьми, и как вы хотите им это показать?
Клиент. Я ценю то, что стараюсь уделять им время — они пробудут дома
всего несколько лет и затем упорхнут. Я хочу насладиться обще¬
нием и дать понять, что они всегда могут обратиться ко мне или
жене с любыми проблемами, которые у них могут возникнуть.
(Ценность.)
231
Глава 10
Терапевт. Как вы можете продемонстрировать это детям? На что это будет
похоже?
Клиент. Я думаю, что можно было бы просто прогуляться без необходи¬
мости посещать какие-то мероприятия — просто найти время,
чтобы поговорить. Я мог бы сводить их в парк и погонять фут¬
больный мяч или полакомиться мороженым. Я думаю, не сто¬
ит придумывать ничего особенного вроде того, чтобы пойти на
матч за суперкубок или в планетарий — в общем, просто поту¬
соваться. (Идеи ответственных действий.)
Терапевт. Это будет развлечением для всех вас. Чем из этого вы хотели бы
заняться на следующей неделе? И когда вы это сделаете?
Клиент. Я думаю, можно пойти в парк и погонять футбольный мяч. По¬
жалуй, в это воскресенье утром. (Ответственное действие.)
Терапевт. И как вы будете демонстрировать свои ценности, общаясь с
детьми?
Клиент. Мне, вероятно, нужно оставить дома телефон на время нашей
поездки. Или не вытаскивать его из кармана, когда мы будем в
парке. (Пауза.) Думаю, нужно оставить его дома! (Препятствия
на пути к действию.)
Терапевт. Что еще нужно сделать, чтобы побыть со своими детьми в вос¬
кресенье утром?
Клиент. Убедиться, что я достаточно бодр, чтобы быть терпеливым с
ними. Я думаю, мне нужно не пить ничего накануне вечером и
лечь спать достаточно рано. (Определение барьеров.) Ладно, по¬
дождите, я знаю ваш следующий вопрос. Я лягу спать в 10 часов
накануне вечером. (Ответственное действие.)
Терапевт. Отлично! Вы знаете процедуру выбора своих ценностей и ответ¬
ственных действий! Каков же тогда план?
Клиент. Думаю, да! Итак, в субботу я ложусь спать в 10, в тот вечер ника¬
ких напитков. В воскресенье утром, около 9 или 10 часов, я веду
детей в парк с футбольным мячом и оставляю телефон дома. Уви¬
димся на следующей неделе, и я расскажу вам, как прошел футбол!
232
Время поступков: ответственное действие
Вот еще один пример выявления ответственных действий в терапии.
Пример
М.М., белая мать-одиночка, сообшила, что она высоко ценит свою семью
и дочь-подростка, но ей трудно выразить это своей дочери словами или дей¬
ствиями. М.М. заявила, что они с дочерью сблизились после ухода мужа, с
которым она прожила 15 лет, но теперь она скучает по общению со своей
"маленькой девочкой" и чувствует грусть и "отстраненность" от жизни своей
дочери с тех пор, как той исполнилось двенадцать. М.М. сообшила о значи¬
тельной потере личной поддержки с тех пор, как дочь переключила свое вни¬
мание на школьных друзей. Когда я попросила М.М. прояснить ее ценности
как родителя, она определила: "Нужно быть уверенной, что у дочери есть все
необходимое, приходить к ней, когда ей это нужно, и проводить время вме¬
сте, занимаясь интересными делами".
Я спросила М.М., что мешало ей продемонстрировать эти ценности своей
дочери. "Мне кажется, что она не хочет проводить вместе так много време¬
ни, как раньше, и разговаривать с ней стало сложно и неприятно, потому
что ей, кажется, очень скучно со мной. Я почти перестала обращаться к ней,
потому что она с гораздо большим удовольствием общается со своими друзь¬
ями. Я уделяю приоритетное внимание обшению со своими друзьями после
того, как ухожу с работы, и это здорово — пообщаться с ними. Я не знаю,
может быть, я придаю этому слишком большое значение. В детстве я ценила
свою независимость, так что, возможно, ей просто нужно пространство, что¬
бы разобраться в себе и совершать собственные ошибки".
Затем я попросила М.М. составить список из трех поступков, которые она
могла бы совершить в течение следующих двух недель, чтобы продемонстри¬
ровать на деле свои ценности и приверженность дочери. Она рассказала о
совместном ужине, посещении спортивного мероприятия своей дочери и ро¬
дительском собрании. Я спросила о том, когда они с дочерью в последний раз
ужинали вместе. М.М. сказала, что это было "неловко, ужин прошел в тишине,
и дочь несколько раз вскакивала из-за стола, когда слышала свой телефон".
Мы обсуждали установление лимитов по телефону во время ужина.
Беседа помогла определить ценности М.М., ее ответственные действия и
препятствия для этих действий в отношении дочери-подростка.
Личные ценности: "Быть любящей, приходить к ней, когда ей это нужно,
проводить время вместе и делать что-то веселое".
Культурные ценности: "Давать дочери независимость и свободу".
233
Глава 10
Ответственное действие: "Обеспечивать ее материально, вместе ужи¬
нать, посещать спортивные мероприятия и родительские собрания".
Психологические барьеры на пути к ответственным действиям: М.М.
пыталась отговорить себя от изменения своего поведения, говоря, что это
выгодно для нее и подчеркивая ценность, общую для тех, кто вырос в инди¬
видуалистических культурах, — независимость. "Я уделяю приоритетное вни¬
мание общению со своими друзьями после того, как ухожу с работы, и это
здорово — встретиться с ними. Я действительно ценила свою собственную
независимость, когда росла, так что, возможно, ей нужно пространство, что¬
бы разобраться в себе и совершать ошибки".
В данном примере ясно, что между личными ценностями М.М. и куль¬
турными ценностями может существовать некоторый конфликт. Важно
определить культурные ценности и распознать возможные барьеры, кото¬
рые могут помешать ответственным действиям. Этот конфликт возника¬
ет, когда культурные и личные ценности не согласуются друг с другом. По
аналогичным причинам терапевты должны определить свои собственные
личные и культурные ценности, чтобы быть уверенными, что они спо¬
собны четко отличать их от ценностей клиентов. Это также указывает на
важность постоянной приверженности культурному смирению. Когда те¬
рапевт не желает исследовать аспекты идентичности, связанные с пересе¬
кающимися идентичностями расы и культуры, он рискует привнести ри¬
гидность в свой подход или, что еще хуже, лишить своих клиентов власти.
Приверженность культурному смирению
Как я уже говорила на протяжении всей этой книги, культурное смире¬
ние дает каждому терапевту возможность узнать о себе больше и вырасти,
чтобы создать совместный, любящий и принимающий подход к терапии.
Когда специалисты берут на себя внутреннее обязательство, а затем уча¬
ствуют в действиях, демонстрирующих культурное смирение, они вопло¬
щают свою личную ценность.
Камария Уэллс (Wells) делится своими ценностями и ответственными
действиями в контексте межрасовой дружбы в расово сложном обществе.
Она является членом исследовательского комитета ААТА, и ее исследова¬
тельская и клиническая работа сосредоточена на излечении от расовых
234
Время поступков: ответственное действие
травм, особенно в том, что касается традиционной учебной программы.
Путь Уэллс к арт-терапии включал в себя рост и открытия в области об¬
разования, социальных услуг, психического здоровья, организации сооб¬
ществ, профессиональной реабилитации, политической и юридической
сферах. Во время этого разнообразного опыта она познакомилась с ис¬
кусством и открыла для себя терапевтическую природу искусства через
личный процесс. Ее эссе Социальная справедливость и социальные круги:
культурное смирение на практике было вдохновлено ее опытом и установ¬
лением дружеских отношений с множеством людей на протяжении всего
путешествия по различным регионам Соединенных Штатов и времени,
проведенного за границей.
Детство, проведенное в преимущественно “белых” пространствах, позво¬
лило мне приобрести социальные навыки, необходимые для адаптации к доми¬
нирующей культуре, когда это было необходимо. Это был необходимый навык
выживания для того, чтобы избежать стереотипов и ограничивающих рамок,
которые в противном случае могли бы наказать меня за то, что я чернокожая
женщина. Это также дало мне возможность завести различные знакомства
в рамках дружеских отношений с совершенно разными людьми. Мне всегда
нравилось разнообразие в моих дружеских отношениях; вращаясь в разных
кругах в средней и старшей школе, я была одной из немногих учеников, кото¬
рые никогда не заводили себе постоянную компанию. Мне посчастливилось
участвовать в Рамадане, зажигать Минору и отмечать ряд других религиозных
и культурных фестивалей и праздников, которых у меня не было бы, если бы
я не выбрала разнообразие и инклюзивность в своей общественной жизни.
Помогло то, что у моих родителей всегда были разнообразные друзья. Суще¬
ствует значительное количество литературы в поддержку движения за укре¬
пление межрасовой дружбы среди молодежи в целях борьбы с расизмом, но
соответствующей литературы для их родителей не хватает.
Дружба с людьми того же этнического или расового происхождения может
стать преобразующим и просветляющим опытом, когда в ней присутствует
элемент света, способствующий личностному росту. Подлинное товарище¬
ство может преобразить чей-то мир. Вот почему крайне важно, особенно
для терапевтов, поддерживать глубокие и разнообразные отношения. Хотя я
вовсе не предлагаю вам пойти и найти друга, который “заполнит пробел”,
чтобы поставить галочку, я призываю вас внимательно присмотреться к ва¬
шему ближайшему и старейшему кругу дружбы. Насколько он разнообразен?
Насколько комфортно вы чувствуете себя в группах, отличающихся от вашей
235
Глава 10
собственной? Сколькими задушевными беседами о расизме вы поделились с
друзьями — представителями разных рас? Значительное количество исследо¬
ваний показывает, что межрасовая дружба позволит вам улучшить восприя¬
тие других групп, а также в конечном счете повлияет на скрытую предвзятость
и снизит тревожность [Korol, 2017; Page-Gould, 2004; Page-Gould et al., 2008].
Тревожный симптом является ключевым, потому что именно по этой при¬
чине так много людей избегают межрасовых отношений: страх сделать что-то
не так и непреднамеренно обидеть кого-то [Daniel Tatum, 1997]. Дэниел Та¬
тум описывает рассказ белой женщины, которая была напугана расовым ди¬
алогом в классе, потому что “цветные” студенты говорили об этом красноре¬
чиво и членораздельно, в то время как она спотыкалась и путалась в словах
[Daniel Tatum, 1997]. У белой студентки, испытывавшей дискомфорт, не было
критического сознания, не было той легкости, с которой “цветные” студенты
смогли четко сформулировать свои случаи столкновения с расизмом, вырос¬
шие из практики. Проведение таких диалогов с семьей, друзьями и любимы¬
ми, начиная с детства, подготовило их к этому разговору в академической
среде. “Беседа” для чернокожих детей в возрасте трех-четырех лет включает
в себя объяснение плохого обращения, с которым мы столкнемся в большин¬
стве мест на протяжении всей нашей жизни, потому что мы не белые. Мне
показалось особенно интересным, что в классе сверстники будут спотыкаться
друг о друга, чтобы выразить соболезнования члену семьи или другу, страда¬
ющему психическим заболеванием, зависимостью или столкнувшемуся со
смертью. Интересно, что сообщения о столкновениях с расизмом встреча¬
ют с одобрением. Это оглушительная тишина, которая сигнализирует о беде.
Если будущие терапевты не могут вести диалог о расизме на занятиях, как
они могут поддержать “цветных” клиентов, которые ежедневно сталкиваются
с расизмом?
К сожалению, проблемы никогда просто так не исчезают; мы должны ра¬
ботать с ними и преодолевать их, и для этого требуются обсуждения. Есте¬
ственно, проблемы могут быть сложными и неудобными для обсуждения;
тем не менее их можно решить только с помощью неловких и некомфорт¬
ных бесед. Расизм и его последствия могут стать предметом эмоционально
насыщенного диалога. Остается вопрос: если терапевт вращается только в
однородных социальных кругах, как он может обладать культурным смирени¬
ем, необходимым для ведения дискуссий о расе и взаимосвязанных ролях,
которые она играет в жизни специалистов и их клиентов?
В 2014 г. Институт исследования общественных религий (Public Religion
Research Institute — PRRI) определил, что 75% белых американцев в США при¬
надлежат к однородным социальным группам. Все остальные этнические и
236
Время поступков: ответственное действие
расовые группы в среднем имеют межрасовые дружеские отношения [Page-
Gould, 2004]. В 2019 г. работники PRRI обнаружили, что 62% американцев
заявили: разнообразие укрепляет страну. Эти статистические данные чрезвы¬
чайно интересны и красноречивы. Многие люди заявляют, что поддерживают
такие движения, как Black Lives Matter; однако данные и социально-полити¬
ческий климат дают основания предполагать, что многое из этого может быть
перформативным.
Представьте себе социальную справедливость и социальные круги в виде
диаграммы Венна, потому что так оно и есть (диаграмма Венна — схематич¬
ное изображение всех возможных отношений нескольких подмножеств уни¬
версального множества. — Примеч. перев.). Культурное смирение, которое
является обязательным условием качественной терапии, также приводит к
процветанию социальных связей в личной жизни. Культурное смирение было
определено как проявление справедливости в отношении другого человека
и сосредоточенность на другом, а не на себе [Hook et al., 2013]; это принцип
качественной дружбы, который также потенциально может способствовать
профессиональному взаимодействию. Дружба — это безопасное простран¬
ство для проведения трудных и сбивающих с толку бесед на такие сложные
темы, как межрасовые отношения. Все совершают ошибки; речь идет скорее
о том, как справиться с ошибкой, и о последующих действиях человека. Прео¬
доление страхов сделать что-то не так необходимо для торжества социальной
справедливости.
У меня было пятеро белых друзей, с которыми мне посчастливилось разде¬
лить пространство неудобного диалога о расовых системах. Эти беседы спо¬
собствовали исцелению и примирению с нашей общей межпоколенческой
травмой прошлого, и я глубоко благодарна за них. Самое главное, эти друзья
посвящают свое время, энергию и ресурсы поддержке “цветных” сообществ.
В этих отношениях нет ничего поверхностного или перформативного. Они
мои сподвижники и настоящие люди, которых я люблю. Мое произведение
искусства, трехмерное произведение в смешанной технике, созданное путем
лепки из бумаги и последующей раскраски, олицетворяет собой деконструк¬
цию и последующую реконструкцию, которые художественно и метафори¬
чески соотносятся с процессом роста в рамках преобразующих отношений
(рис. 10.1). Оттенки золота в синем море иллюстрируют трансцендентность
бытия и познания. Уроки, которые мы извлекаем из нашей личной жизни,
несомненно, влияют на нашу профессиональную жизнь, особенно в арт-те¬
рапии. Крайне важно, чтобы терапевты постоянно и усердно практиковали
культурное смирение, выходя за пределы своих зон комфорта для постоянно¬
го роста в человечности и сострадании.
237
Глава 10
Рис. 10.1. Процесс роста в трансформирующих отношениях
Препятствия на пути к ответственным действиям
Профилактика рецидивов в ACT включает в себя изучение барьеров для
каждого из компонентов гексафлекса [Hayes et al., 2012]. Предложение кли¬
ентам заранее спланировать, как они будут реагировать на барьеры, сомне¬
ния и неуверенность в своих обязательствах, является хорошей практикой
и дает им инструменты, необходимые для решения будущих задач. Соглас¬
но транстеоретической модели изменений [Prochaska et al., 1993], объяс¬
няющей процесс изменений, рецидив является частью любого изменения
привычек, которое человек может совершить в жизни. Подготовленный
терапевт помогает клиентам использовать для обучения любой рецидив,
связанный с выполнением их обязательств по поведению, основанному на
ценностях. Профилактика рецидивов избавляет клиентов от лишних стра¬
даний.
Что заставляет человека останавливаться на пути к мечте или делать
свою повседневную жизнь счастливее? Что происходит, когда кто-то рас¬
сматривает возможность пойти на риск в соответствии со своими ценно¬
стями? ACT решает эти вопросы с помощью гексафлекса. Человек может
резко остановиться из-за слияния со своими мыслями, избегания, отсут¬
ствия контакта с текущим моментом, неприятия, чрезмерной сосредото¬
ченности на “я” как содержании и потери осознания “я” как контекста
238
Время поступков: ответственное действие
и личных ценностей [Hayes et al., 2012]. Иногда действия в соответствии со
своими ценностями вступают в противоречие с тем, чего хотят от челове¬
ка окружающие. Стремясь к карьере своей мечты или меняя профессию,
люди могут испытывать трудности с установлением баланса между своими
профессиональными ценностями и тем, что, по мнению семьи и друзей,
они должны делать. Кроме того, внутренний дискомфорт и страхи по по¬
воду перемен могут создать значительный барьер на пути к жизненному
выбору, основанному на ценностях.
Помощь клиентам в устранении их барьеров начинается с повторного
изучения каждой области гексафлекса. Повторное изучение “разделения”
позволит клиентам распознавать мысли, приводящие к сомнениям в себе,
как просто мысли и поддерживать движение вперед независимо от этих
мыслей. Анализ принятия и присутствие при собственных внутренних со¬
бытиях, включая негативный разговор с самим собой, помогает принять
дискомфорт и неловкость как часть перемен. Возвращение к этим областям
гексафлекса может избавить от угрызений совести, новой неуверенности и
потери уверенности в себе. Пересмотр ценностей и внимание к действиям,
которые поддерживают эти ценности, — это процесс, длящийся на протя¬
жении всей жизни. Помощь в разрешении любых очевидных конфликтов
в вопросах ценностей уменьшает страдания клиентов и позволяет им за¬
ниматься обязательными действиями. Помните, что ACT эффективна при
коморбидных расстройствах, и клиенты по-прежнему могут выбирать по¬
ведение, основанное на ценностях, даже испытывая внутренние/внешние
или хронические проблемы с психическим здоровьем.
Резюме
Ответственные действия — это заключительный, интегративный аспект
АСТ-терапии. Суть ACT заключается в том, чтобы помочь людям сориен¬
тировать свою жизнь на основе выбранных ими лично ценностей и совер¬
шать ответственные действия, воплощающие эти ценности. Руководству¬
ясь ценностями, человек создает уникальную и приносящую удовлетворе¬
ние жизнь, занимаясь тем, что для него наиболее важно. Ответственные
действия могут существовать даже тогда, когда люди осознают нежелатель¬
ные чувства, мысли и воспоминания или сталкиваются с хроническими
психическими либо физическими расстройствами. Использование лично
239
Глава 10
выбранных ценностей в качестве ориентира для собственного поведения
приносит удовлетворение, потому что человек сосредоточивается на том,
что для него наиболее важно, вместо того, чтобы действовать в ответ на
свои нежелательные чувства, мысли или воспоминания либо пытаться из¬
бегать, контролировать их либо избавляться от них.
Участие в творческом процессе арт-терапии помогает клиентам и тера¬
певтам изучить каждый шаг гексафлекса. Кроме того, искусство становит¬
ся ориентированным на действие поведенческим выбором, когда клиен¬
ты и терапевты берут на себя обязательство участвовать в самовыражении
и творческом процессе как части выражения своих ценностей.
240
ГЛАВА 1 1
Арт-терапия в ACT:
объединяя все вместе
В этой главе будет кратко рассказано о том, как интеграция ACT
и арт-терапии способствует психологической гибкости и жизни, осно¬
ванной на ценностях. Рассмотрим вопрос о том, как развить креатив¬
ную практику арт-терапии в ACT, используя художественные примеры
и кейсы, чтобы проиллюстрировать, как арт-терапия в ACT становится
частью образа жизни терапевта и призмой, через которую он смотрит
на жизнь и терапию.
Интеграция научно обоснованной практики ACT и творческого само¬
выражения, облегчаемого с помощью арт-терапии, формирует мощный
подход к исцелению и трансформации. Как вы узнали из предыдущих глав,
два подхода — ACT и арт-терапия — прекрасно дополняют друг друга.
Я надеюсь, что теперь вы рассматриваете эти два стиля как единый подход,
помогающий терапевтам и клиентам жить творческой жизнью, основан¬
ной на ценностях. Преимущества ответственных действий по созданию
осмысленной жизни достигаются с помощью творческих, когнитивных,
эмоциональных и поведенческих процессов, направленных на повыше¬
ние психологической гибкости. Конкретные стратегии ACT в рамках этого
подхода включают создание арт-объектов, способствующих:
1) осознанному участию в текущем моменте;
2) принятию того, что происходит, без попыток избежать, контролиро¬
вать или ускользнуть от личных переживаний;
3) разделению с мыслями;
4) рассмотрению самого себя и своего “я” как контекста своей жизни;
5) определению ценностей и того, что волнует человека;
6) жизни с оглядкой на ценности, соответствующие тому, что наиболее
важно для создания осмысленной жизни.
241
Глава 11
Практика арт-терапии основана на убеждении, что доступ к творчеству
помогает человеку познать самого себя, других, и сообщества, в которых
он живет [Allen, 1995], и что творческое самовыражение имеет эволюцион¬
ные преимущества [Dissanayake, 1992].
Подходы ACT и арт-терапии опираются на многовековую мудрость,
включая осознание и принятие текущего момента [Hanh, 2010; Tolle, 2004],
а также создание арт-объектов для рассказывания историй и самовыраже¬
ния [Dissanayake, 1992]. Опираясь на мудрость поколений о том, как люди
могут построить осмысленную жизнь и улучшить себя и свои семьи, ACT
и арт-терапия синергетически продвигают аутентичное поведение, по¬
могая клиентам исцеляться и двигаться к тому, что они считают ценным.
Эти стратегии помогают освободиться от нежелательных или бесполезных
мыслей и старых историй, которые больше не приносят пользу. Более того,
позитивный и оптимистичный подход к жизни, основанной на ценностях,
может вдохновлять терапевтов и клиентов и предлагать им способы праг¬
матичных действий для поддержания энтузиазма и удовлетворения.
Еще одним прекрасным качеством этого комбинированного подхода
является то, что каждый может извлечь выгоду и двигаться в направлении
своих ценностей, даже испытывая симптомы психического расстройства
или вспоминая травмирующее прошлое. ACT и арт-терапия обеспечивают
истинно ориентированные на действие вмешательства, направленные на
немедленное начало перемен — в кабинете терапевта и в жизни человека.
Творческое самовыражение предлагает ориентированные на действие воз¬
можности для исцеления посредством изучения и генерирования новых
чувств, мыслей и историй. Не существует никаких предварительных усло¬
вий для того, чтобы клиенты, занимаясь арт-терапией, начинали чувство¬
вать себя лучше. С помощью этого подхода можно одновременно лечить
несколько диагнозов.
ACT делает акцент на действиях, которые помогают клиентам прекра¬
тить борьбу с симптомами психического расстройства, принимая их и в
то же время придерживаясь поведения, основанного на ценностях. Навы¬
ки, приобретенные в ACT и арт-терапии, легко переносятся во все сферы
жизни. Например, умение принимать приносит пользу самому человеку,
а также его семье и романтическим отношениям, потому что отказ от ожи¬
даний и навык разделения с мыслями помогает самому клиенту, непосред¬
ственно использующему инструменты, а также окружающим его людям.
242
Арт-терапия в ACT: объединяя все вместе
Способности к когнитивному разделению действуют универсально, не¬
зависимо от содержания мыслей. Снимая напряженность, возникающую
из-за ожиданий, прогнозирующих мыслей и повествований о проблемах
из прошлого (в том числе довольно далекого), методы разделения ослабля¬
ют внутреннее противостояние, например синдром самозванца и страхи
перед публичными выступлениями, а также снижают влияние внешних
стрессоров.
Выбор терапевтом психологической теории вытекает из его личной фи¬
лософии, а также понимания механизмов изменений в его собственной
жизни и жизни его клиентов. Интеграция теории в клиническую практику
и мировоззрение терапевта развиваются на протяжении его карьеры. Ког¬
да специалист только начинает применять теорию ACT или, если уж на то
пошло, любую другую теорию, это может показаться неудобным, линей¬
ным, фрагментированным и даже разочаровывающим как для него самого,
так и для клиентов. Однако достижение мастерства в одной теории прино¬
сит много преимуществ терапевту и его подопечным.
Несмотря на то что у терапевта может возникнуть соблазн интегриро¬
вать другие теоретические подходы, когда он испытывает замешательство
или разочарование перед лицом клинических проблем, которые заставля¬
ют его чувствовать себя некомпетентным или раздраженным, сохранение
теоретического понимания обеспечивает безопасность и поддержку ему
самому и его клиентам. Метания “вокруг да около” и использование дру¬
гих теорий могут свести на нет предыдущую работу с подопечным. С дру¬
гой стороны, создание последовательных вмешательств и повествований,
рефлексия, самоисследование, консультации и супервизия — это способы
сохранить целостность терапевтического подхода.
Что дальше
Ранее были рассмотрены философские основы комплексного подхода
ACT и арт-терапии, а также их практическое применение в клинических
условиях. Следующий раздел включает идеи для личных действий, клини¬
ческого применения и текущих академических исследований.
243
Глава 11
Личные действия
Изучив гексафлекс ACT и принципы арт-терапии, вы готовы внедрить
арт-терапию и ACT в свою практику. Несмотря на то что в этой книге при¬
водится введение в основные концепции, я настоятельно рекомендую вам
следовать рекомендациям по текущему обучению, содержащимся в ка¬
ждой главе. Какие ответственные действия вы предпримете, чтобы расши¬
рить свое понимание глубины и широты применения этих двух подходов?
Помните, что ACT — это поведенческий подход, и успех оценивается по
степени изменения поведения в результате ответственных действий, свя¬
занных с ценностями, что в конечном итоге приводит к психологической
гибкости. Среди вариантов идей для ответственных действий в качестве
АСТ-терапевта можно отметить усиление вашей приверженности практи¬
ке осознанности или ежедневный вопрос самому себе: “Какую истину я
могу принять сегодня?” Гексафлекс и творческий процесс работают только
тогда, когда человек действует в соответствии с ними, а не просто думает
о них.
Клиническое применение
Внимание к человеку в целом, с его уникальным контекстом и ценно¬
стями, является существенной силой ACT и арт-терапии. Эти два подхо¬
да обеспечивают пристальное внимание к уникальности каждого челове¬
ка, его “я” как контексту и личному самовыражению. Арт-терапия в ACT
предлагает уникальный вклад в науку о поведении. Функциональная инте¬
грация концепций ACT создает психологическую гибкость и в конечном
счете меняет поведение [Callaghan et al., 2004]. Плавное перемещение по
гексафлексу с использованием художественных материалов раскрывает
личность в целом во всех ее сложностях и освещает творческие пути повы¬
шения психологической гибкости.
Значительное количество литературы по ACT и арт-терапии существу¬
ет отдельно друг от друга. Необходимы клинически ориентированные ис¬
следования, чтобы выяснить, как комплексный подход влияет на клиентов
и способствует их изменениям. Первоначальные примеры случаев могут
дать представление о том, как проявляются эти два подхода вместе в кли¬
нической практике. Более тщательные исследования могли бы начаться
244
Арт-терапия в ACT: объединяя все вместе
с арт-терапии в качестве дополнительной терапии, чтобы понять, каким
образом такое добавление может улучшить существующие протоколы и
подходы ACT. Наконец, комплексный подход к арт-терапии в ACT необхо¬
димо сравнивать с другими подходами и с ACT в отдельности. Несмотря
на то что существует множество литературы по арт-терапии, связанной
с майндфулнесс [Rappaport, 2008, 2013] и потоком в творческом процес¬
се [Csikszentmihdlyi, 2008], большее количество доказательств связи май¬
ндфулнесс и психологической гибкости в ACT с творческим мышлением
принесло бы пользу клиницистам и клиентам.
Академические исследования
В то время как литература по ACT и арт-терапии достаточно обширна с
точки зрения демонстрации их эффективности при раздельном примене¬
нии, необходимы дополнительные исследования комбинированного под¬
хода, чтобы связать творческое мышление, необходимое для психологи¬
ческой гибкости и творческого процесса в создании арт-объектов. В част¬
ности, было бы плодотворным более глубокое понимание конкретных
механизмов изменений, наиболее важных для уменьшения симптоматики
проблем с психическим здоровьем и повышения психологической гибко¬
сти. Онлайн-ресурсы Ассоциации контекстуальных поведенческих наук
(Association for Contextual Behavioral Science — ACBS) предлагают множе¬
ство инструментов оценки и терапии, исследовательских статей, тренингов
и общественной поддержки для студентов и профессиональных исследова¬
телей. В “белой книге” за 2021 г. целевая группа ACBS согласилась с тем, что
исследования ACT должны быть многоуровневыми, основанными на про¬
цессах, многомерными, просоциапъными и прагматичными, и предложила
рекомендации исследователям ACT для достижения этих целей [Hayes et
al., 2021]. (“Белая книга” — официальное сообщение в письменном виде,
обычно этот термин применяется в США, Великобритании, Ирландии и
других англоговорящих странах. — Примеч. перев.) Призыв ACBS к про¬
ведению просоциальных и прагматичных исследований предполагает, что
появятся более многообещающие исследования, которые позволят решить
проблемы на благо общества, включая расширение доступа к школам и во¬
просы исторически недостаточно обслуживаемых сообществ.
245
Глава 11
Ответственные действия по интеграции ACT
и арт-терапии
Рассмотрим подробнее вашу роль в использовании ACT и арт-тера¬
пии. Стратегия клинической работы с использованием ACT и арт-терапии
требует практики, терпения и постоянной приверженности личностному
росту и образованию. Подготовка арт-терапевта включает в себя обшир¬
ный опыт работы в студии, а также научную и клиническую подготовку.
Обучение ACT включает в себя клинические и экспериенциальные знания
стратегий, изложенных в гексафлексе, с последующей практикой и внедре¬
нием этих концепций. Как вы помните из предыдущего обсуждения, при¬
нятие — это непрерывный процесс, как и внедрение теории в клиническую
практику. Без постоянного внимания к развитию собственных навыков
использования теории терапевт рискует отойти от практики, основанной
на фактических данных, и перейти к использованию гибрида подходов, ос¬
нованных на фактических данных, в сочетании с другими теориями, кни¬
гами по самопомощи и личными интересами. Если специалист почивает
на лаврах и продолжает использовать одни и те же подходы, не развиваясь,
ему, естественно, становится скучно, и он начинает менять свой подход и
стратегии. Нет никаких доказательств того, что сочетание научно обосно¬
ванной практики, других теорий и самопомощи эффективны в оказании
помощи клиентам. На самом деле сочетание подходов вряд ли приведет к
тем изменениям, к которым стремятся ваши клиенты.
Профессиональная ценность терапевта — стремление быть наилучшим
специалистом, каким он только может быть — означает, что он посвящает
себя непрерывному образованию осмысленно, лично и заинтересованно.
Ответственные действия, направленные на личностный рост в качестве
арт-терапевтов ACT, требуют практики майндфулнесс, собственной тера¬
пии, использования стратегий гексафлекса для повышения собственной
психологической гибкости и жизни, основанной на ценностях. Кроме того,
терапевт должен посвятить себя личному творчеству, выходящему за рам¬
ки того, что он мог бы создать в классе или в процессе работы с клиентами.
Чтобы соответствовать вашим терапевтическим ценностям, рекомендую
выработать стратегию трех конкретных способов, чтобы продолжать за¬
ниматься арт-терапией в ACT. Это включает в себя принятие ответствен¬
ных действий по наращиванию клинических и экспериенциальных знаний
246
Арт-терапия в ACT: объединяя все вместе
с помощью книг, семинаров, онлайн-тренингов и художественного твор¬
чества. Ежедневные обязательства поддерживают вашу роль в качестве
конгруэнтного и последовательного образца для подражания перед кли¬
ентами.
Рассказ об ACT для клиентов
Делясь своими клиническими знаниями с клиентами, терапевт разру¬
шает устаревшие структуры власти, которые часто существуют в терапев¬
тическом пространстве. Информирование об ACT, целях психологической
гибкости и концепциях, изложенных в гексафлексе, является важной ча¬
стью построения заботливых, прозрачных и равноправных отношений.
Кроме того, это позволяет клиентам продолжать учиться на ресурсах ACT
в перерывах между сеансами и, как надеется большинство терапевтов,
после окончания терапии. Обеспечить образование и обосновать прово¬
димые вмешательства означает устранить “тайну” из процесса терапии и
предоставить клиентам возможность самим распоряжаться своим психи¬
ческим здоровьем.
Одним из способов, которыми терапевт расширяет возможности кли¬
ентов, является подлинное обеспечение того, чтобы они предоставили ин¬
формированное согласие на процесс терапии. Попросить клиентов пройти
предварительную оценку и получить от них информированное согласие —
это только начало. Крайне важно, чтобы терапевт рассмотрел с клиентами
информацию, представленную в форме согласия, и объяснил предстоящий
процесс терапии. Помимо ориентации клиентов на терапию, такое объяс¬
нение должно включать в себя информацию о том, что они могут ожидать
от терапии с точки зрения результатов, как поступать, если они хотят от¬
менить сеанс, стоимость отмененного сеанса и что нужно делать, если у
них возникают мысли причинить себе вред.
Процесс информированного согласия может содержать предоставле¬
ние клиенту четкой ориентации относительно теоретического направле¬
ния и стратегий, которые будет использовать терапевт, а также признание
врожденной разницы в силе между тем, кто приходит просить о помощи, и
человеком, предлагающим помощь. Клиенты будут иметь разный уровень
развития и разное понимание терапевтического подхода, и поэтому язык
и описания должны быть адаптированы к каждому из них индивидуаль¬
247
Глава 11
но. Терапевт должен обязательно найти время, чтобы ответить на вопро¬
сы клиента. Возможно, специалист просматривал эту анкету тысячи раз;
однако его клиент впервые услышит представленную в ней информацию
именно от терапевта. Получение постоянного согласия поддерживает кли¬
ентов в их свободе выбора и изменения своего мнения.
Детям может понравиться метафора о том, что терапевт надевает затем¬
ненные очки, чтобы подумать о трудностях в терапии, и вы можете пред¬
ложить им “примерить” метафорические терапевтические очки, чтобы
взглянуть на проблемы по-новому. Взрослые тоже по-разному понимают
терапию, поэтому тонированные очки являются хорошей метафорой и
для них. Работая со взрослыми и детьми, я знакомлю их с условиями ACT
и обучаю новым понятиям и терминам на каждом занятии. Многие кли¬
енты заметили, что изучение терапии у психотерапевта является новым
подходом и что изучение вмешательств было полезно для восстановления
чувства контроля над собственным разумом и психическим здоровьем.
По мере того как клиенты начинают замечать прогресс в своей психологи¬
ческой гибкости, они могут заинтересоваться подходом ACT, разительно
отличающимся от тех способов, с которыми они сталкивались в терапии
раньше. Я часто спрашиваю, было бы им интересно узнать больше об ACT,
и рекомендую книги и онлайн-видео, которые могли бы помочь моим кли¬
ентам узнать больше об ACT и применить полученные знания за предела¬
ми терапевтического кабинета.
ACT и параллельный художественный процесс
для терапевтов
Джордан Энтони Гонсалес (Gonzales), художник и арт-терапевт из рай¬
она залива Сан-Франциско, работает над психологической устойчивостью
подростков и их семей в интернатном учреждении. Гонсалес получил сте¬
пень бакалавра студийного искусства в Государственном университете
Сан-Хосе и степень магистра в области брака и семейной терапии и арт-те¬
рапии в Университете Нотр-Дам-де-Намюр, с клинической подготовкой
в ACT. Обладая страстью к истории искусства и творческому процессу,
Гонсалес регулярно включает эти аспекты в свою терапевтическую работу.
Кроме того, он использует линзу диалектической поведенческой терапии,
полагающуюся на феминистские теории и теории, основанные на силе.
248
Арт-терапия в ACT: объединяя все вместе
Гонсалес занимается широким спектром художественных работ, включая
живопись, графику, керамику и фотографию, и активно использует искус¬
ство как способ обучения и познания. Его творческий процесс отражен в
приведенном ниже эссе, которое озаглавлено Навигационные карты: как
акварель научила меня терапии принятия и ответственности.
На протяжении большей части моей ранней творческой карьеры я выби¬
рал акрил. Мои ранние картины были абстрактными — необузданное выра¬
жение энергии, которую могла подпитывать только юность. По мере того как я
осваивал художественные курсы в студии колледжа, в моих работах стали про¬
падать страстные порывы, которые были характерны для ранних картин, — их
заменили формальное мышление и рассчитанные движения. Я обуздал свои
естественные склонности к живописи и контролировал каждое решение, де¬
лая все возможное, чтобы вписать творческий процесс в доминирующее по¬
вествование об изобразительном искусстве. Это было когнитивно изнуритель¬
но и эмоционально удушающе. Неудивительно, что я перестал рисовать после
получения степени бакалавра студийного искусства. О, какая ирония судьбы!
Полтора года спустя, после многих безуспешных попыток возродить свой
интерес к живописи, я начал проходить практику в аспирантуре и открыл для
себя ACT. Я почувствовал себя отдохнувшим, когда узнал об универсальности
концепций ACT и о том, как их можно применять к различным ситуациям,
включая те, с которыми клиент может столкнуться в будущем. Жизнь, осно¬
ванная на ценностях, перекликалась с моим собственным жизненным опы¬
том, выбором профессии и будущими амбициями. Несмотря на мое перво¬
начальное влечение к ACT, полностью понять и использовать эту терапию с
клиентами было, мягко говоря, непросто. Я потратил много месяцев на изу¬
чение книг по ACT, видео, подкастов и веб-страниц, пытаясь понять теорию и
применить ее к своей работе.
В то же время, когда я изучал ACT, я экспериментировал с акварелью.
С точки зрения живописи акварель — противоположность акриловым кра¬
скам, и я обнаружил, что одновременно заинтригован и напуган. Я попытал¬
ся влезть в шкуру арт-терапевта и сделать акварельные рисунки для себя; и
все же искусствовед во мне громко и настойчиво комментировал каждый
мазок кисти. Я боролся между своей привычной потребностью проявлять кон¬
троль и врожденным стремлением акварели быть свободной.
Мой прорыв с акварелью произошел не в студии, а в библиотеке. Я углу¬
бленно читал о принятии, пытаясь составить план лечения, ориентированный
на действия. ACT учит, что принятие — это демонстрация готовности и приня¬
тие переживаний, а не попытки осуществлять психологический контроль над
249
Глава 11
ними. Меня осенило, что работать с акварелью — значит по сути своей рабо¬
тать с принятием. Акварелью никто не управляет, она идет туда, куда хочет,
смешивается так, как считает нужным, и высыхает по-своему. Самые кра¬
сивые акварельные работы получились благодаря способности художников
мириться с автономией акварели, воплощая в материале свое собственное
видение.
Вскоре после этого осознания я обнаружил, что применяю многие кон¬
цепции ACT к своему собственному творческому пути. Наиболее очевидным
было когнитивное слияние, которое я испытывал, когда рисовал, — слияние
с внутренним критиком, имеющим очень специфическое определение пре¬
красного художника и демонстрирующим неумолимую решимость напоми¬
нать мне об этом. Как учит ACT, такое когнитивное слияние вырывало меня
из текущего момента, когда я рисовал. Решение проблемы когнитивного сли¬
яния начинается с обучения людей тому, как повысить гибкость, практикуя
полное пребывание в текущем моменте.
Один из моих первых актов когнитивного разделения для создания арт-объ-
ектов уже произошел благодаря моему выбору физической среды. Повторное
знакомство с рисованием акварелью, по сути, было решением отказаться
от идей и ограничений, которые были связаны с моими работами акрилом.
Более того, сам факт моего участия в процессе создания произведений искус¬
ства, не говоря уже о том, что я изучал клинические концепции посредством
этого создания, продемонстрировал мою собственную приверженность вы¬
бранным ценностям.
Мне стало ясно, что сформировался параллельный процесс; ACT связала
мой художественный и клинический рост, и каждый из них информировал¬
ся и усиливался другим. Как арт-терапевты, мы верим в силу искусства, но,
несмотря на это, бывает легко погрузиться в когнитивное мышление ака¬
демической и психологической теории. Творческий процесс должен быть
не противоположностью такого мышления, а равноправным партнером. Мои
акварельные работы были средством для полного усвоения и применения
на практике принципов ACT и, безусловно, единственным наиболее эффек¬
тивным инструментом. Только за второй семестр практики я нарисовал около
150 акварельных работ, большинство из которых были размером всего 4^6
и 5x7 дюймов и были быстро завершены в перерывах между учебой и рабо¬
той. С каждой картиной я как будто получал вознаграждение, поскольку мое
понимание ACT становилось немного яснее, а связь с искусством укрепля¬
лась. Конечно, не случайно, что в такой экстремальный период когнитивного
и художественного роста все мои акварельные работы напоминали навига¬
ционные карты (рис. 11.1 и 11.2).
250
Арт-терапия в ACT: объединяя все вместе
Рис. 11.1. Акварельный рисунок в исполнении Джордана Гонсалеса
Рис. 11.2. Коллекция акварелей в исполнении Джордана Гонсалеса
251
Глава 11
Резюме
Арт-терапия в ACT показала себя как захватывающая интеграция ли¬
нейного и абстрактного, конкретного и метафорического. Интеграция
арт-терапии и ACT создает синергетическую стратегию для укрепления
психического здоровья и подлинного творческого самовыражения. Соче¬
тание поведенческой доказательной базы ACT, значимых и проницатель¬
ных аспектов художественного творчества обеспечивает практичную и
приятную структуру для полноценного участия в собственной жизни.
Художественное творчество обеспечивает эмоциональный и экспери-
енциальный компоненты терапии и проливает свет на несколько концеп¬
ций ACT, связанных с работой мозга. Ценить психологическую гибкость
и стремиться к ней означает в частности занимать позитивную позицию
в отношении того, чтобы жить своей жизнью со смыслом и целью. Осоз¬
нанное следование выбранным ценностям и обязательство действовать во
имя этих ценностей подтверждают, что жизнь человека может быть напол¬
нена смыслом и целью. На самом деле смысл и цель могут существовать
наряду с хроническими медицинскими и психологическими состояниями.
Сохранение интереса к собственным ценностям и жизни придает че¬
ловеку жизненную силу, несмотря на боль, а иногда и страдание, которое
существует внутри него и в мире. Вовлеченную жизнь можно создать,
следуя стратегиям, изложенным в гексафлексе ACT: осознанно жить в те¬
кущем моменте; принимать то, что происходит на самом деле; использо¬
вать разделение с мыслями; рассматривать себя как контекст своей жиз¬
ни; определять собственные ценности и то, что волнует самого человека; и
жить в соответствии с тем, что на самом деле является наиболее важным
(рис. 11.3). Как напоминает Лори Стевик-Раст [Stevic-Rust, 2013], все люди
могут быть жадными до жизни и позволить себе в полной мере ощутить
то, что они больше всего ценят в своей жизни. Арт-терапия в ACT воздей¬
ствует не только на практическое поведение, но и на эмоциональную ре¬
акцию на то, чтобы жить той жизнью, которую каждый человек хочет для
себя. Я искренне надеюсь, что благодаря информации и вдохновляющим
иллюстрациям, содержащимся в этой книге, вы продолжите изучать ACT
и арт-терапию, чтобы осмысленно следовать своим ценностям и поддер¬
живать своих клиентов в том же.
252
Арт-терапия в ACT: объединяя все вместе
Рис. 11.3. Гексафлекс
Автор: Джоселин Фицджеральд, акварель
253
Рекомендуемые источники
Глава 1
1. Для обзора арт-терапии и множества способов ее применения: Carolan, R. &
Backos, A. (Eds) (2018). Emerging Perspectives in Art Therapy: Trends, Movements
and Developments. London: Routledge.
2. Рабочая тетрадь, которая помогла мне интегрировать экспериенциальное по¬
нимание ACT и интеллектуальные концепции: Hayes, S. С. & Smith, S. (2005).
Get Out of Your Mind and Into Your Life: The New Acceptance and Commitment Ther¬
apy. Oakland, CA: New Harbinger Publications.
Глава 2
1. Association for Contextual Behavioral Science, всемирное исследователь¬
ское сообщество no ACT, реляционной теории фреймов и контекстуаль¬
ной поведенческой науке, занимающееся онлайн-обучением: https://
contextualscience.org.
2. В этом выступлении на TED-X соучредитель ACT Стивен Хейс подробно опи¬
сывает, как повышение психологической гибкости улучшает психическое здо¬
ровье: www.youtube.сот/watch?v=o7 9_gmO5ppg.
Глава 3
1. Art Therapy Alliance: документы об ассоциациях арт-терапии по всему миру:
www.arttherapyalliance.org/GlobalArtTherapyResources.
html
2. Арт-терапевты с другим цветом кожи (“цветные”). Несмотря на то что много
литературы по теме написано “белыми” арт-терапевтами и о них, долг каждого
специалиста — следить за тем, чтобы узнавать и отдавать должное терапев¬
там с другим цветом кожи. По этой ссылке в открытом доступе представлены
статьи с точками зрения шести таких терапевтов: Клиффа Джозефа [Joseph,
2006], Шарлотты Бостон [Boston, 2005], Шантель Лампкин [Lumpkin, 2006],
Шерил Доби-Коупленд [Doby-Copeland, 2006а], Фиби Фаррис [Farris, 2006] и
Сангита Леви [Levy, 2006]. https : //multibriefs . com/briefs/aata/
open020118.pdf.
3. Британская ассоциация арт-терапии. Эта членская организация продвигает
арт-терапию и оказывает профессиональную поддержку своим членам. ВААТ
издает рецензируемый журнал The International Journal of Art Therapy, доступ¬
ный по ссылке www. baat. org.
254
Рекомендуемые источники
4. Американская ассоциация арт-терапии. Основанная в 1969 г., эта некоммерче¬
ская образовательная и профессиональная членская организация занимается
развитием профессии арт-терапевта. ААТА издает рецензируемый журнал Art
Therapy: Journal of the American Art Therapy Association, доступный по ссылке
https://arttherapy.org.
5. Международная ассоциация экспрессивной арт-терапии: эта организация, ос¬
нованная в 1994 г., была создана для поощрения творческого духа и поддержки
арт-терапевтов, художников, педагогов и консультантов, которые используют
мультимодальные художественные процессы для общественного и индивиду¬
ального роста: www. ieata. org.
Глава 4
Стивен Хейс, один из создателей ACT, рассказывает о важности психологиче¬
ской гибкости в выступлении на TEDx в Университете Невады. Psychological
flexibility: How love turnspain into purpose (Психологическая гибкость: как любовь
превращает боль в цель) www. youtube . сот/watch?v=o7 9_gmO5ppg.
Глава 5
1. В книге Zen Mind, Beginner Mind (Разум дзен, разум новичка: информацион¬
ные беседы о медитации и практике) автор предлагает простые для понима¬
ния идеи, связанные с дзен-концепцией “разума новичка”, а также с тем, как и
зачем медитировать: Suzuki, S. (2020). Zen Mind, Beginner Mind: Informal Talks on
Meditation and Practice. Boulder, CO: Shambhala.
2. Книга You Are Here (Вы здесь: откройте для себя магию текущего момента)
предлагает простые истины о том, как человек может быть настоящим с самим
собой и другими: Hanh, T.N. (2010). You Are Here: Discovering the Magic of the
Present Moment. Boulder, CO: Shambhala.
Глава 6
1. Jackson, L. (2020). Cultural Humility in Art Therapy: Applications for Practice, Research,
Social Justice, Self-Care, and Pedagogy. London: Jessica Kingsley Publishers.
2. Hayes, S.C. & Smith, S. (2005). Get Out of Your Mind and Into Your Life: The New
Acceptance and Commitment Therapy. Oakland, CA: New Harbinger Publications.
Глава 7
Эти мультфильмы длятся менее 5 мин. и изображают метафору ACT. Вы може¬
те подготовиться к художественному вмешательству, просмотрев эти видеороли¬
ки и предложив их клиентам.
■ www.youtube.com/watch?v=Z2 9ptSuoWRc
■ www.youtube.com/watch?v=NdaCE04WtDU
255
Рекомендуемые источники
Глава 8
В книге The Big Book of ACT Metaphors предлагаются истории и идеи, которые
могут стать отличным источником вдохновения в создании арт-вмешательств
с учетом личных особенностей клиентов: Stoddard, J.A. & Afari, N. (2014). The Big
Book of ACT Metaphors: A Practitioners Guide to Experiential Exercises and Metaphors
in Acceptance and Commitment Therapy. Oakland, CA: New Harbinger Publications.
(Стоддард Дж.А., Афари H. Метафоры в терапии принятия и ответствен¬
ности. Практическое руководство. — Диалектика, 2021 г. — 272 с.)
Глава 9
1. Пересмотр этических принципов профессиональных организаций арт-тера-
певтов помогает оставаться на связи с профессиональными ценностями и из¬
бегать отхода от основных принципов работы. Ниже приведены четыре стан¬
дарта, рассмотренные в этой главе.
2. Чтобы еще больше утвердиться в своих профессиональных ценностях и опре¬
делиться, как и где вы хотите работать, прочтите книгу Эйми Когет Find your
Blissful Calling (Найди свое счастливое призвание) [Coget, 2020]. Эта рабочая те¬
традь позволит вам найти работу, которая вам нравится, для построения новой
или развития текущей карьеры, чтобы превратить ее в ваше блаженное при¬
звание. Заполните рабочую тетрадь, которая станет полезным ресурсом и для
клиентов, www.amazon.com/Blissful-Calling-Ph-D-Aymee-Coget/
dp /В 0 8 6Y4 SH 6Q. Вы можете прочитать больше об Эйми Когет по адресу www.
happinessforhumankind.com.
3. Чтобы понять разницу между ценностями и целями, посмотрите это четырех¬
минутное анимационное видео от лидера ACT Расса Харриса: www. youtube .
com/watch?v=T-lRbuy4XtA.
4. С кодексом Code of Ethics and Principles of Professional Practice for Art Therapists
(Кодекс этики и принципов профессиональной практики арт-терапевтов)
из ВААТ можно ознакомиться здесь: www.baat.org/Assets/Docs/
General/BAAT%2000DE%200F%20ETHICS%202014.pdf.
5. С этическими принципами Ethical Principles for Art Therapists (Этические
принципы арт-терапевтов) из ААТА можно ознакомиться здесь: https: / /
arttherapy.org/wp-content/uploads/2017/06/Ethical-Principles-
for-Art-Therapists.pdf.
6. С компетенциями Art Therapy Multicultural Diversity Competencies (Компе¬
тенции арт-терапии в области мультикультурного разнообразия) от ААТА
можно ознакомиться здесь: https://arttherapy.org/wp-content/
uploads/2017/06/Multicultural-Competencies.pdf.
7. Стандарты Standards of Professional Practice and Code of Ethics of the Australian,
New Zealand and Asian Creative Arts Therapy Association (Стандарты професси¬
256
Рекомендуемые источники
ональной практики и этический кодекс Австралийской, Новозеландской и
Азиатской ассоциации терапии творческими искусствами) размещены здесь:
www.anzacata.org/ethics-and-standards.
Глава 10
1. Десятиминутное видео Неша Николича (Nikolic) учит ответственным дей¬
ствиям: www.youtube.com/watch?v=qlISW4JrErU.
2. В двухминутном анимационном видеоролике Управления здравоохранения
ветеранов в США (Veterans Health Administration) используется метафора лод¬
ки во время шторма для описания ответственного действия. Это видео благо¬
даря простой графике и описанию — отличный ролик, которым можно поде¬
литься с клиентами: www. youtube . com/watch?v=yoVmoOn j scM.
Глава 11
Развивайте свои навыки ACT самостоятельно и с сообществом профессио¬
налов в области ACT. Помните, что терапия принятия и ответственности пре¬
доставляет возможность на протяжении всей жизни расти как личности и как
врачу. Стремление к постоянному обучению жизненно важно для роста и успеха
терапии.
1. Для академического понимания прочитайте основополагающий текст по ACT:
Hayes, S., Strosahl, K.D., & Wilson, K.W. (2012). Acceptance and Commitment Therapy:
The Process and Practice of Mindful Change (2nd ed.). New York, NY: Guilford Press.
(Хейс C.C., Штросаль К.Д., Уилсон К.Г. Терапия принятия и ответственности.
Процессы и практика осознанных изменений. — Диалектика, 2021 г. — 544 с.)
2. Для практического обучения заполните рабочую тетрадь: Hayes, S.C. & Smith, S.
(2005). Get Out of Your Mind and Into Your life: The New Acceptance and Commit¬
ment. Oakland, CA: New Harbinger Publications. Как только вы заполните это
учебное пособие, найдите индивидуальный семинар для комплексного прак¬
тического обучения.
3. Чтобы интегрировать все свои знания и наладить контакт с другими людьми,
обратитесь в Ассоциацию контекстуальной науки о поведении (Association
for Contextual Behavioral Science) за рекомендациями по обучению, семина¬
рам, исследовательским статьям, отчетам и поддержке. Подумайте о вступле¬
нии в члены клуба и участии в жизни сообщества. Очное обучение улучшает
ваше понимание и повышает вашу способность интегрировать весь материал:
https://contextualscience.org/list_of_resources_for_
learning_act.
257
Список литературы
1. ACT With Compassion. (He датировано.) Use of I/you perspective taking with
highly self-critical and shame prone clients, www.actwithcompassion.
com/use_of_i_you_perspective_taking.
2. Alexander, A. (2020). The artopia program: An examination of art therapy’s effect
on veterans moods. Art Therapy: Journal of the American Art Therapy Association,
37(2), 156-161.
3. Ali, S. & Lee, C.C. (2019). Using creativity to explore intersectionality in coun¬
seling. Journal of Creativity in Mental Health, 14(4), 510-518. doi : 10.108 0/
15401383.2 019.1632767.
4. Allen, P.B. (1995). Art is a Way of Knowing: A Guide to Self-Knowledge and Spiritual
Fulfillment through Creativity. Boulder, CO: Shambhala.
5. American Art Therapy Association. (2011). Art Therapy Multicultural Diver¬
sity Competencies. https://arttherapy.org/wp-content/up-
loads/2017/06/Multicultural-Competencies.pdf.
6. American Art Therapy Association. (2013). Ethical Principles for Art Therapists.
https://arttherapy.org/wp-content/uploads/2017/06/Eth-
ical-Principles-for-Art-Therapists.pdf.
7. American Art Therapy Association. (2017). About Art Therapy, https : / /art¬
therapy. org/about-art-therapy.
8. American Art Therapy Association. (2021). Statement from the AATA diversi¬
ty, equity, and inclusion committee: Revisiting our values during the coronavirus
pandemic. Получено 23 февраля 2022 г. с https://arttherapy.org/
about-art-therapy.
9. American Psychiatric Association. (2000). Diagnostic and Statistical Manual of
Mental Disorders (4th ed., text rev.). Washington, DC: Author.
10. Aponte, J.F. & Braccco, H.F. (2000). Community Approaches with Ethnic Popula¬
tions. In J.F. Aponte & Wohl (eds), Psychological Intervention and Cultural Diversity
(pp.131-148). Boston, MA: Allyn & Bacon.
11. Assaz, D.A., Roche, B., Kanter, J.W, 8c Oshiro, C.K. (2018). Cognitive defusion
in acceptance and commitment therapy: What are the basic processes of change?
The Psychological Record, 68(4), 405-418. https://doi.org/10.1007/
s40732-017-0254-z.
12. Association for Contextual Behavioral Science. (He датировано). Домашняя
страница веб-сайта, https : //contextualscience . org/# .
13. Australian, New Zealand and Asian Creative Arts Therapies Association (AN¬
ZACATA). (2018). Standards of Professional Practice and Code of Ethics of the Aus¬
258
Список литературы
tralian, New Zealand and Asian Creative Arts Therapy Association, www. anzaca-
ta.org/ethics-and-standards.
14. Australian, New Zealand and Asian Creative Arts Therapy Association. (ANZAC A-
TA) (2021). About ANZACATA. www.anzacata. org/About-ANZACATA.
15. Babouchkina, A. & Robbins, S.J. (2015). Reducing negative mood through manda¬
la creation: A randomized controlled trial. Art Therapy: Journal of the American Art
Therapy Association, 32(1), 34-39.
16. Bach, P. & Hayes, S. (2002). The use of acceptance and commitment therapy to
prevent the rehospitalization of psychotic patients: A randomized controlled trial.
Journal of Consulting and Clinical Psychology, 70,1129-1139. http: / /dx. doi .
org/10.1037/0022-006Х.70.5.1129.
17. Backos, A. (2018). Philosophical Foundations of Art Therapy. In R. Carolan &
A. Backos (eds), Emerging Perspective in Art Therapy: Trends, Movements & Devel¬
opments (pp.3-16). London: Routledge.
18. Backos, A. (2021). Post-Traumatic Stress Disorder and Art Therapy. London: Jessica
Kingsley Publishers.
19. Backos, A. & Mazzeo, C. (2017). Group Therapy and PTSD: Acceptance and Com¬
mitment Therapy Groups with Vietnam Veterans with PTSD. In P. Howie (ed.), Art
Therapy with Military Populations: History, Innovations and Applications (pp.165-
176). London: Routledge.
20. Bahattab, M. & AlHadi, A.N. (2021). Acceptance and commitment group ther¬
apy among Saudi Muslim females with mental health disorders. Journal of Con¬
textual Behavioral Science, 19, 86-91. https://doi.Org/10.1016/j.
jcbs.2021.01.005.
21. Belkofer, C.M. & Nolan, E. (2016). Practical Applications of Neuroscience in Art
Therapy: A Holistic Approach to Treating Trauma in Children. In J. King (ed.),
Art Therapy, Trauma and Neuroscience: Theoretical and Practical Perspectives
(pp.157-172). London: Routledge.
22. Bell, C.E. & Robbins, S.J. (2007). Effect of art production on negative mood: A ran¬
domized, controlled trial. Art Therapy: Journal of the American Art Therapy Associ¬
ation, 24(2), 71-75. doi: 10.1080/07421656.2 007.1012 958 9.
23. Bennington, R., Backos, A., Harrison, J., Etherington-Reader, A., & Carolan, R.
(2016). Art therapy in art museums: Promoting social connectedness and psycho¬
logical well-being of older adults. Arts in Psychotherapy, 49, 34-43. https: //
doi.org/10.1016/j.aip.2016.05.013.
24. Blenkiron, P. (2005). Stories and analogies in cognitive behaviour therapy: A clini¬
cal review. Behavioural and Cognitive Psychotherapy, 22,45-59.
25. Boston, C. (2005). Life story of an art therapist of color. Art Therapy: Journal of
the American Art Therapy Association, 22,189-192. www. tandfonline. com/
doi/abs/1 0.1080/07421656.2005.10129519.
259
Список литературы
26. British Association of Art Therapists (BAAT). (2014). Code of Ethics and Principles
of Professional Practice for Art Therapists. www.baat.org/Assets/Docs/
General/BAAT%20CODE%200F%20ETHICS%202014.pdf.
IT. Brown, W.K. & Ryan, R.M. (2003). The benefits of being present: Mindfulness and
its role in psychological well-being. Journal of Personality and Social Psychology,
84(4), 822-848. doi : 10.1037/0022-3514.84.4.822.
28. Callaghan, G.M., Gregg, J.A., Marx, B.P., Kohlenberg, B.S., & Gifford, E. (2004).
FACT: The utility of an integration of functional analytic psychotherapy and accep¬
tance and commitment therapy to alleviate human suffering. Psychotherapy: Theo¬
ry Research, Practice, Training, 41(3), 195-207.
29. Campbell, M., Decker, K.P., Kruk, K., & Deaver, S.P. (2016). Art therapy and cog¬
nitive processing therapy for combat-related PTSD: A randomized controlled tri¬
al. Art Therapy: Journal of the American Art Therapy Association, 33(4), 169-177.
doi:10. 1080/07421656.2016.1226643.
30. Campenni, C.E. & Hartman, A. (2020). The effects of completing mandalas on mood,
anxiety, and state mindfulness. Art Therapy: Journal of the American Art Therapy As¬
sociation, 37(1),25-33. doi: 10.1080/07421656.2019.1669980.
31. Carolan, R. & Backos, A. (2018). Emerging Perspectives in Art Therapy: Trends,
Movements and Developments. London: Routledge.
32. Carolan, R. & Hill, A. (2018). Art Therapy and Neuropsychology. In R. Carolan
& A. Backos (eds), Emerging Perspectives in Art Therapy: Trends, Movements and
Developments (pp. 33-47). London: Routledge.
33. Carolan, R. & Stafford, K. (2018). Theory and Art Therapy. In R. Carolan &
A. Backos (eds), Emerging Perspective in Art Therapy: Trends, Movements and De¬
velopments (pp. 17-32). London: Routledge.
34. Chandra, S, Huebert, C.S., Crowley, E., & Das, A.M. (2019). Impostor syndrome:
Could it be holding you or your mentees back? Chest, 156(1), 26-32.
35. Chapman, L. (2014). Neurobiologically Informed Trauma Therapy with Children
and Adolescents: Understanding Mechanisms of Change. New York, NY: W.W. Nor¬
ton & Company.
36. Chapman, R. & Evans, B. (2020). Using art-based acceptance and commitment
therapy (ACT) for an adolescent with anxiety and autism. Clinical Case Studies,
19(6), 438-455. https : //doi . org/10.1177/1534 65012 0950527 .
37. Craig, C. (2009). Exploring the Self Through Photography: Activities for Use in Group
Work. London: Jessica Kingsley Publishers.
38. Crenshaw, K. W. (1989). Demarginalizing the intersection of race and sex: A black femi¬
nist critique of antidiscrimination doctrine, feminist theory and antiracist politics. Uni¬
versity of Chicago Legal Forum, 1(8), 138-167. doi: 10.4324/9780429500480-5.
39. Csikszentmihalyi, M. (2008). Flow: The Psychology of Optimal Experience. New
York, NY: Harper Perennial.
260
Список литературы
(Чиксентмихайи, М. Поток, Психология оптимального переживания. — Аль¬
пина Паблишер, 2014 г. — 324 с.)
40. Coget, А. (2020). Find Your Blissful Calling. San Francisco: Happiness for Human¬
kind.
41. Coget, A. (2021). Happiness for Humankind Playbook: Sustainable Happiness in Five
Steps. San Francisco: Happiness for Humankind.
42. Collard, J.J. (2019). ACT vs CBT: An exercise in idiosyncratic language. Journal
of Cognitive Therapy, 12, 126-145. https : //doi . org/10.1007/s41811-
019-00043-9.
43. Cook, D. & Hayes, S.C. (2010). Acceptance-based coping and the psychological
adjustment of Asian and Caucasian Americans. International Journal of Behavioral
Consultation and Therapy, 6,186-197.
44. Cookson, C., Luzon, O., Newland, J., & Kingston, J. (2020). Examining the role
of cognitive fusion and experiential avoidance in predicting anxiety and depres¬
sion. Psychological Psychotherapy: Theory, Research & Practice, 93(3), 456-473.
https://doi.org/10.1111/papt.12233.
45. Crawford, M. (2020). Ecological systems theory: Exploring the development
of the theoretical framework as conceived by Bronfenbrenner. Journal of Pub¬
lic Health Issues and Practices, 4(2), 170. https://doi.org/10.337 90/
jphipll00170.
46. Daks, J.S. & Rogge, R.D. (2020). Examining the correlates of psychological flexibil¬
ity in romantic relationship and family dynamics: A meta-analysis. Journal of Con¬
textual Behavioral Science, 18, 214-238. https://doi.org/10.1016Zj.
jcbs.2020.09.010 .
47. Daniel Tatum, B. (1997). Why are All the Black Kids Sitting Together in the Cafete¬
ria? New York, NY: Basic Books.
48. Darrell W. Krueger Library, Winona State University. (2021). Research Hub: Evi¬
dence Based Practice Toolkit: Levels of Evidence, https : //libguides . wino-
na.edu/c.php?g=11614&p=61584.
49. Davis, S. & Tungol, J. (2019). Efficacy of the transactional model of acceptance art
therapy program on psychological distress among parentally bereaved female ado¬
lescents. Indian Journal of Health & Wellbeing, 10(10-12), 301-307.
50. De Botton, A. & Armstrong, J. (2013). Art as Therapy. New York, NY: Phaidon Press.
51. Decker, K.P., Deaver, S.P., Abbey, V., Campbell, M., & Turpin, C. (2018). Quantita¬
tively improved treatment outcomes for combat-associated PTSD with adjunctive art
therapy: Randomized controlled trial. Art Therapy, Journal of the American Art Ther¬
apy Association, 35(4), 184-194. doi: 10.1080/07421656.2018.1540822.
52. De Young, M. (1998). Collective Trauma: Insights From a Research Errand, www.
aaets.org/traumatic-stress-library/collect!ve-trau¬
ma-insight s-from-a-research-errand
261
Список литературы
53. Dissanayake, Е. (1992). Homo Aestheticus: Where Art Comes From and Why. New
York, NY: Free Press.
54. Doby-Copeland, C. (2006a). Things come to me: Reflections from an art therapist
of color. Art Therapy: Journal of the American Art Therapy Association, 23(2), 81-85.
www.tandfonline.com/doi/abs/10.1080/07421656.2006.10129646.
55. Doby-Copeland, C. (2006b). Cultural diversity curriculum design: An art thera¬
pists perspective. Art Therapy, 23(4), 172-180.
56. Doby-Copeland, C., Talwar, S., Vance, L., & Potash, J.S. (2013). Art Thera¬
py Ethical Practice and Multicultural/Diversity Competence. 44 ежегодная
конференция Американской ассоциации арт-терапии. Creative Commons: At¬
tribution 3.0 Hong Kong License, Seattle, WA, 26-30. http: //hdl. handle.
net/10722/187371/.
57. Edwards, C. 8c Hegerty, S. (2018). Where its cool to be Kitty: An art therapy group
for young people with mental health issues using origami and mindfulness. Social
Work with Groups, 41(1-2), 151-164.
58. Etherington-Reader, A. (2018). Global Art Therapy. In R. Carolan 8c A. Backos
(eds), Emerging Perspective in Art Therapy: Trends, Movements and Developments
(pp. 134-154). London: Routledge.
59. Eyal, C. 8c Lindgren, H.C. (1977). The house-tree-person test as a measure of intelli¬
gence and creativity. Perceptual and Motor Skills, 44(2), 359-362. doi:10.2466/
pms.1977.44.2.359.
60. Farris, P. (2006). Mentors of diversity: A tribute. Art Therapy: Journal of the American
Art Therapy Association, 23(2), 86-88. www.tandfonline.com/doi/abs/
10.1080/07421656.2006.10129645.
61. Feenstra, S., Begeny, C.T., Ryan, M.K., Rink, F.A., Stoker, J.I., 8c Jordan, J. (2020).
Contextualizing the impostor “syndrome.” Frontiers in Psychology, https://
doi.org/10.3389/fpsyg.2020.575024.
62. Filho, R.V.T. (2020). Hermann Rorschach from klecksography to psychiatry. Demen¬
tia e Neuropsychologia, 14(1), 80-82. doi : 10.1590/1980-57642020dnl4-
010013.
63. Foa, E.B., Keane, T.M., 8c Friedman, MJ. (eds). (2000). Effective Treatments for
PTSD. New York, NY: Guilford Press.
(Под редакцией Фоа, Э. Б., Кина, Т. М., Фридмана, М. Дж. Эффективная те¬
рапия посттравматического стрессового расстройства. — Когито-Центр,
2005 г. — 467 с.)
64. Follette, W.C. 8с Callaghan, G.M. (2011). Behavior Therapy: Functional-Contextual
Approaches. In A.S. Gurman 8c S.B. Messer (eds), Essential Psychotherapies: Theory
and Practice (3rd ed., pp.1-37). New York, NY: Guilford Press.
65. Gantt, L. 8c Tinnin, L. (2009). Support of a neurobiological view of trauma with
implications for art therapy. The Arts in Psychotherapy, 36,148-153.
262
Список литературы
66. Gantt, L. & Tripp, L. (2016). The Image Comes First: Treating Preverbal Trauma
with Art Therapy. In J. King (ed.), Art Therapy, Trauma, and Neuroscience: Theoret¬
ical and Practical Perspectives (pp.67-99). London: Routledge.
67. Gibson, N. (2018). Therapeutic Photography: Enhancing Self-Esteem, Self-Efficacy
and Resilience. London: Jessica Kingsley Publishers.
68. Gipson, L. (2015). Is cultural competence enough? Deepening social justice ped¬
agogy in art therapy. Journal of the American Art Therapy Association, 32(3), 142-
145.https://doi.org/10.1080/07421656.2015.1060835.
69. Gipson, L. (2017). Challenging neoliberalism and multicultural love in art thera¬
py. Art Therapy: Journal of the American Art Therapy Association, 34(3), 112-117.
https://doi.org/10.1080/07421656.2017.1353326.
70. Gloster, A.T., Walder, N., Levin, M.E., Twohig, M.P., & Karekla, M. (2020). The
empirical status of acceptance and commitment therapy: A review of meta-anal¬
yses. Journal of Contextual Behavioral Science, 18, 181-192. https ://doi.
org/10.1016/j.jcbs.2020.09.009
71. Godbee, M. & Kangas, M. (2020). The relationship between flexible perspective
taking and emotional well-being: A systematic review of the “self-as-context” com¬
ponent of acceptance and commitment therapy. Behavior Therapy, 51(6), 917-932.
72. Gomez, N.N. (2020). Acceptance and commitment therapy for stigma: A systemat¬
ic review. Revista Argentina de Clinica Psicologica, 29(3), 40-46.
73. Gordon, T. & Borushok, J. (2017). The ACT Approach: A Comprehensive Guide for
Acceptance and Commitment Therapy. Eau Claire, WI: PESI Publishing.
74. Hanh, TN. (2010). You Are Here: Discovering the Magic of the Present Moment.
Boulder, CO: Shambhala.
75. Harris, R. (2006). Embracing your demons: An overview of acceptance and com¬
mitment therapy. Psychotherapy in Australia, 12, 2-8.
76. Harris, R. (2007). The Happiness Trap: How to Stop Struggling and Start Living.
Boulder, CO: Trumpeter Books.
(Хэррис, P. Ловушка счастья — перестаем переживать, начинаем жить. —
Эксмо-Пресс, 2014 г. — 480 с.)
77. Harris, R. (2009). ACT with Love: Stop Struggling, Reconcile Differences, and
Strengthen your Relationship with Acceptance and Commitment Therapy. Oakland,
CA: New Harbinger Publications.
(Хэррис, P. Осознанная любовь. Как улучшить отношения с помощью тера¬
пии принятия и ответственности. — Манн, Иванов и Фербер, 2023 г. —
272 с.)
78. Harrison, J. (2018). Art Therapy and Social Change. In R. Carolan 8c A. Backos
(eds), Emerging Perspectives in Art Therapy: Trends, Movements and Developments
(pp. 123-133). London: Routledge.
79. Hass-Cohen, N. & Carr, R. (2008). Art Therapy and Clinical Neuroscience. London:
Jessica Kingsley Publishers.
263
Список литературы
80. Hay, L. (2020). You Can Heal Your Life. Carlsbad, CA: Hay House Inc.
(Хей, Л. Исцели свою жизнь. — Эксмо-Пресс, 2022 г. — 224 с.)
81. Hayes, S.C. (Не датировано.) Does ACT Work for Minorities or the Poor?
https://contextualscience.org/does_act_work_for_mi-
norities_or_the_poor#.
82. Hayes, S.C. (2004). Acceptance and commitment therapy, relational frame theory,
and the third wave of behavioral and cognitive therapies. Behavior Therapy, 35,
639-665. http: //dx. doi . org/10.1016/30005-7894(04) 80013-3.
83. Hayes, S.C. (2011). Mindfulness and Acceptance in Evidence-Based Psychotherapy.
https://stevenchayes.com/mindfulness-and-acceptance-
in-evidence-based-psychotherapy.
84. Hayes, S.C. (2016). Psychological Flexibility: How Love Turns Pain into Purpose.
TEDx University of Nevada, www.youtube.com/watch?v=o79_gm05p-
pg.
85. Hayes, S.C. (2017). Using the Hexaflex in Publications—Copyright, https://
contextual-science.org/using_the_hexaflex_in_publica-
tions_copyright.
86. Hayes, S.C. (2021). Acceptance and Commitment Therapy Exceeds 600 Randomized
Controlled Trials! https://contextualscience.org/news/accep-
tance_and_commitment_therapy_exceeds_600_randomized_
controlled—trials.
87. Hayes, S.C., Barnes-Holmes, D., & Roche, B. (eds) (2001). Relational Frame Theo¬
ry: A Post-Skinnerian Account of Human Language and Cognition. New York, NY:
Plenum.
88. Hayes, S.C., Merwin, R.M., McHugh, L., Sandoz, E.K., et al. (2021). Report of the
ACBS Task Force on the strategies and tactics of contextual behavioral science re¬
search. Journal of Contextual Behavioral Science, 20, 172-183. https : / /doi .
org/10.1016/j.jobs.2021.03.007.
89. Hayes, S.C. & Smith, S. (2005). Get Out of Your Mind and Into Your Life: The New
Acceptance and Commitment Therapy. Oakland, CA: New Harbinger Publications.
90. Hayes, S.C., Strosahl, K.D., & Wilson, K.W. (2012). Acceptance and Commitment
Therapy: The Process and Practice of Mindful Change (2nd ed.). New York, NY: Guil¬
ford Press.
(Хейс, C.C., Штросаль, К.Д., Уилсон, К.Г. Терапия принятия и ответ¬
ственности. Процессы и практика осознанных изменений. — Диалектика,
2021 г. — 544 с.)
91. Hayes, S.C., Wilson, K.G., Gifford, E.V., Follette, V.M., & Strosahl, К. (1996). Ex¬
perimental avoidance and behavioral disorders: A functional dimensional ap¬
proach to diagnosis and treatment. Journal of Consulting Clinical Psychology, 64(6),
1152-1168. www. ncbi . nlm. nih. gov/pubmed/8991302 .
264
Список литературы
92. Hayes-Skelton, S.A. & Eustis, E.H. (2020). Experiential Avoidance. In J.S. Abramow-
itz & S.M. Blakey (eds), Clinical Handbook of Fear and Anxiety: Maintenance Pro¬
cesses and Treatment Mechanisms (pp.115-131). Washington, DC: American Psy¬
chological Association, https : //doi . org/10.1037/0000150-007 .
93. Henshilwood, C.S., d’Errico, E, van Niekerk, K.L., Dayet, L., Queffelec, A., & Pol-
larolo, L. (2018). An abstract drawing from the 73,000-year-old levels at Blombos
Cave, South Africa. Nature, 562, 115-118. https://doi.org/10.1038/
S41586-018-0514-3.
94. Hinz, L. (2020). Expressive Therapies Continuum: A Framework for Using Art Ther¬
apy (2nd ed.). London: Routledge.
95. Holt, N.J., Furbert. L., & Sweetingham, E. (2019). Cognitive and affective benefits of
coloring: Two randomized controlled crossover studies. Art Therapy: Journal of the
American Art Therapy Association, 36(4), 200-208. https://doi.org/10.
1080/07421656.2019.1645498.
96. Hook, J. (2013). Cultural humility: Measuring openness to culturally diverse Lati-
nas. Journal of Counseling Psychology, 60(3), 353-366.
97. Hook, J.N., Davis, D.E., Owen, J., Worthington Jr., E.L., & Utsey, S. (2013). Cultural
humility: Measuring openness to culturally diverse clients. Journal of Counseling
Psychology, 60(3), 353-366. doi:10.1037/a0032595.
98. Howie, P. (2017). Art Therapy with Military Populations: History, Innovation & Ap¬
plication. London: Routledge.
99. Hudson Banks, K., Goswami, S., Goodwin, D., Petty, J., Bell, V., & Musa, I. (2021).
Interrupting internalized racial oppression: A community based ACT inter¬
vention. Journal of Contextual Behavioral Science, 20, 89-93. https: / /doi.
org/10.1016/j.jobs.2021.02.006.
100. International Expressive Arts Therapies Association. (He датировано.) Who we
are. www. ieata. org/who-we-are
101. Jackson, L. (2020). Cultural Humility in Art Therapy: Applications for Practice, Re¬
search, Social Justice, Self-Care, and Pedagogy. London: Jessica Kingsley Publishers.
102. Jackson, L. Mezzera, C., & Satterberg, M. (2018). Wisdom Through Diversity in Art
Therapy. In R. Carolan & A. Backos (eds), Emerging Perspectives in Art Therapy:
Trends, Movements and Developments (pp.105-122). London: Routledge.
103. Joseph, C. (2006). Creative alliance: The healing power of art therapy. Art Therapy:
Journal of the American Art Therapy Association, 23(1), 30-33. www. tandf on¬
line . com/doi/abs/10 .1080/07421656 . 2006 .10129531.
104. Kabat-Zinn J. (1990). Full Catastrophe Living: Using the Wisdom of Your Body and
Mind to Face Stress, Pain and Illness. New York, NY: Delacorte.
105. Kagin, S.L. & Lusebrink, V.B. (1978). The expressive therapies continuum. Art
Psychotherapy, 5(4), 171-180. https://doi.org/10.1016/0090-
9092 (78) 90031-5.
265
Список литературы
106. Kandel, E.R. (2012). The Age of Insight: The Quest to Understand the Unconscious
in Arty Mind, and Brain, from Vienna 1900 to the Present. New York, NY: Random
House.
107. Kapitan, L. (2013). Art therapy’s sweet spot between art, anxiety, and the flow expe¬
rience. Art Therapy: Journal of the American Art Therapy Association, 30(2), 54-55.
https://doi.org/10.1080/07421656.2013.789761.
108. Kashdan, T.B. & Rottenberg, J. (2010). Psychological flexibility as a fundamental as¬
pect of health. Clinical Psychology Review, 30(7), pp.865-878, doi :10.1016/j .
cpr. 2010.03.001.
109. Killingsworth M.A. & Gilbert D.T. (2010). A wandering mind is an unhappy
mind — supporting online material. Science, 330(6006), 932. https: / /doi.
org/10.1126/science.1192439.
110. King, J.L. Kaimal, G., Konopka, L. Belkofer, C., & Strang, C.E. (2019). Practical ap¬
plications of neuroscience-informed art therapy. Art Therapy: Journal of the Amer¬
ican Art Therapy Association, 36(3), 149-156.
111. King, J.L. (2016). Art Therapy, Trauma and Neuroscience: Theoretical and Practical
Perspectives. London: Routledge.
112. Klumpp, C.F.B., Villar, M., Pereria, M., & de Andrade, M.S. (2020). Reliability stud¬
ies for the kinetics family drawing. Avaliacao Psicologica, 19(1), 48-55.
113. Korol, L.D. (2017). Is the association between multicultural personality and eth¬
nic tolerance explained by cross-group friendship? Journal of General Psychology,
144(4), 264-282.
114. Krauss, D.A. (1983). The Visual Metaphor: Some Underlying Assumptions of
Phototherapy. In D.A. Krauss & J.L. Fryrear (eds), Phototherapy in Mental Health
(pp. 59-68). Springfield, IL: Charles C Thomas Publisher.
115. Kuri, E. (2017). Toward an ethical application of intersectionality in art therapy.
Art Therapy: Journal of the American Art Therapy Association, 34(3), 118-122.
https://doi.org/10.1080/07421656.2017.1358023.
116. Langer, K.S. (1942). Philosophy in a New Key: A Study in the Symbolism of Reason,
Rite, and Art. Cambridge, MA: Harvard University Press.
117. Lanza, P.V, Garcia, P.F., Lamelas, F.R., & Gonzalez-Menendez, A. (2014). Accep¬
tance and commitment therapy versus cognitive behavioral therapy in the treat¬
ment of substance use disorder with incarcerated women. Journal of Clinical Psy¬
chology, 70(7), 644-657. https : //doi . org/10.1002/j clp. 22060 .
118. Larmar, S., Wiatrowski, S., & Lewis-Driver, S. (2014). Acceptance & commit¬
ment therapy: An overview of techniques and applications. Journal of Service
Science and Management, 7(3), 216-221. http://dx.doi.org/10.4236/
jssm.2014.73019.
119. Lefley, H.P. (2002). Ethical Issues in Mental Health Services for Culturally Di¬
verse Communities. In P. Backlar & D.L. Cutler (eds), Ethics in Community Mental
266
Список литературы
Health Care: Commonplace Concerns (pp. 3-22). New York, NY: Kluwer Academic/
Plenum Publishers.
120. Levy, S. (2006). Your daddy is the boogeyman. Art Therapy: Journal of the American
Art Therapy Association, 23(1), 136-138. www. tandfonline . com/doi/abs/
10.1080/07421656.2006.10129622.
121. Lillis, J. & Hayes, S.C. (2007). Applying acceptance, mindfulness, and values to the
reduction of prejudice: A pilot study. Behavior Modification, 31, 389-411.
122. Ling Han, A. & Vasquez, M.J.T. (2000). Group Intervention and Treatment with
Ethnic Minorities. In J.F. Aponte & J. Wohl (eds), Psychological Intervention and
Cultural Diversity (pp.110-130). Boston, MA: Allyn & Bacon.
123. Lumpkin, C.L. (2006). Relating cultural identity and identity as art therapist. Art
Therapy: Journal of the American Art Therapy Association, 23(1), 34-38. www.
tandfonline.com/doi/abs/10.1080/07421656.2006.10129529.
124. Lundgren, A.T., Dahl, J., Melin, L., & Kees, B. (2006). Evaluation of acceptance and
commitment therapy for drug refractory epilepsy: A randomized controlled trial in
South Africa. Epilepsia, 47, 2173-2179.
125. Lusebrink, V.B. & Hinz, L.D. (2016). The Expressive Therapies Continuum as a
Framework in the Treatment of Trauma In J. King (ed.), Art Therapy, Trauma and
Neuroscience: Theoretical and Practical Perspectives (pp. 42-66). London: Rout¬
ledge.
126. Martin, R. (1997). Looking and Reflecting: Returning the Gaze, Re-Enacting Mem¬
ories and Imagining the Future Through Phototherapy. In S. Hogan (ed.), Feminist
Approaches to Art Therapy (pp.150-176). London: Routledge.
127. Maujean, A., Pepping, C.A., & Kendall, E. (2014). A systematic review of random¬
ized controlled studies of art therapy. Art Therapy: Journal of the American Art Ther¬
apy Association, 31(1), 37-44. https://doi.org/10.1080/07421656.
2014.873696.
128. McLaughlin, J.E. (2019). Humanisms revival in third-wave behaviorism. The Jour¬
nal of Humanistic Counseling, 58(1), 2-16. https://doi.org/10.1002/
johc.12086.
129. McNiff, S. (1984). Cross-cultural psychotherapy and art. Art Therapy: Journal of the
American Art Therapy, 1(3), 125-131. https : //doi . org/10.1080/07421
656.1984.10758765.
130. McNiff, S. & Barlow, G. (2009). Cross-cultural psychotherapy and art. Art Therapy
Journal of the American Art Therapy Association, 26(3), 100-106.
131. Merriam-Webster. (He датировано.) Hegemony, www.merriam-webster.
com/dictionary/hegemony.
132. Merriam-Webster. (He датировано.) Willing, www. merriam-webster. com/
dictionary/willing.
133. Messer, S.B. & Gurman, A.S. (eds) (2011). Essential Psychotherapies: Theory and
Practice (3rd ed.). New York, NY: Guilford Press.
267
Список литературы
134. Molavi, Р., Pourabdol, S., & Azarkolah, A. (2020). The effectiveness of acceptance
and commitment therapy on posttraumatic cognitions and psychological inflexi¬
bility among students with trauma exposure. Archives of Trauma Research, 9(2), 69.
https://doi.org/10.4103/atr.atr_100_19.
135. Monestes, J.L. & Villatte, M. (He датировано). Metaphors in ACT: Understanding
how they work, using them and creating your own. ACT Digest: Echos from Accep¬
tance and Commitment Therapy, 2. https: //contextualscience.org/
files/ACT_Digest_Special_Issue_nA°2 .pdf.
136. Moradi, K. & Dehghani, A. (2018). Effectiveness of acceptance and commitment
on happiness and social desirability of women in seminary. Women and Family
Cultural Education, 12(42), 113-126. www. sid. ir/еп/journal/ViewPa-
per.aspx?id=603731.
137. Moran, D.J. & Ming, S. (2020). The mindful action plan: Using the MAP to ap¬
ply acceptance and commitment therapy to productivity and self-compassion
for behavior analysts. Behavior Analysis Practice, 15, 330-338. https : / /doi .
org/10.1007/s40617-020-00441-y.
138. Nadel, K. (2018). Microaggressions and Traumatic Stress. Washington, DC: Ameri¬
can Psychological Association.
139. Naumburg, M. (1987). Dynamically Oriented Art Therapy: Its Principles and Prac¬
tice. Chicago, IL: Magnolia Street.
140. Niles, A.N. Wolitzky-Taylor, K.B., Arch, JJ., & Craske, M.G. (2017). Applying a
novel statistical method to advance the personalized treatment of anxiety disor¬
ders: A composite moderator of comparative drop-out from CBT and ACT. Be¬
haviour Research and Therapy, 91, 13-23. https : //doi . org/10.1016/j .
brat.2017.01.001.
141. Ong, C.W., Hancock, A.S., Barrett, T.S., Lee, E.B., et al. (2020). A preliminary inves¬
tigation of the effect of acceptance and commitment therapy on neural activation
in clinical perfectionism. Journal of Contextual Behavioral Science, 18, 152-161.
https://doi.Org/10.1016/j.jcbs.2020.09.007.
142. Page-Gould, E. (1 июля 2004 г.). Research on Cross-Race Relationships: An Annotated
Bibliography, https: //greatergood.berkeley.edu/article/item/
cross-race_relationships_an_annotated_bibliography.
143. Page-Gould, E., Mendoza-Denton, R., & Tropp, L.R. (2008). With a little help from
my cross-group friend: Reducing anxiety in intergroup contexts through cross¬
group friendship. Journal of Personality and Social Psychology, 1080-1094.
144. Partridge, E. (2019). Art Therapy with Older Adults. London: Jessica Kingsley Pub¬
lishers.
145. Peterson, B.D., Eifert, G.H., Feingold, T., & Davidson, S. (2009). Using accep¬
tance and commitment therapy to treat distressed couples: A case study with two
couples. Cognitive and Behavioral Practice, 16(4), 430-442. https://doi.
org/10.1016/j.cbpra.2008.12.009.
268
Список литературы
146. Pinto-Gouveia, J., Dinis, A., Gregorio, S., & Pinto, A.M. (2020). Concurrent ef¬
fects of different psychological processes in the prediction of depressive symptoms:
The role of cognitive fusion. Current Psychology, 39, 528-539. https : //doi.
org/10.1007/sl2144-017-9767-5.
147. Prochaska, J.O., Diclemente, C.C., & Norcross, J.C. (1993). In search of how people
change: Applications to addictive behaviors. Journal of Addictions Nursing, 5(1),
2-16.
148. Pratt, K. (2016). Living in the Present Moment = More Happiness? https: //
healthypsych.com/living-in-the-present-moment-more¬
happiness .
149. Puskar, K.R., Mazza, G., Slivka, C., Westcott, M., Campbell, E, & Giannone McFad¬
den, T. (2012). Understanding content and process: Guidelines for group leaders.
Perspectives in Psychiatric Care, 48, 225-229. https : / /doi . org/10.1111/
j.1744-6163.2012.00343.x.
150. Rappaport, L. (2008). Focusing-Oriented Art Therapy: Accessing the Bodys Wisdom
and Creative Intelligence. London: Jessica Kingsley Publishers.
151. Rappaport, L. (2013). Mindfulness and the Arts Therapies: Theory and Practice. Lon¬
don: Jessica Kingsley Publishers.
152. Ravichandran, S. (2019). Radical Caring and Art Therapy. In S. Talwar (ed.), Art
Therapy for Social Justice (pp.144-160). London: Routledge.
153. Rober, P. & De Haene, L. (2014). Intercultural therapy and the limitations of a cul¬
tural competency framework: About cultural differences, universalities and the un-
resolvable tensions between them. Culture and therapy. Journal of Family Therapy,
36, 3-20. https: //doi. org/10.1111/14 67-6427.12009.
154. Rosal, M.L. (2018). Cognitive Behavioral Art Therapy: From Behaviorism to the
Third Wave. London: Routledge.
155. Ruiz, F.J. (2012). Acceptance and commitment therapy versus traditional cognitive
behavioral therapy: A systematic review and meta-analysis of current empirical evi¬
dence. International Journal of Psychology and Psychological Therapy, 12(3), 333-357.
156. Ruiz, FJ., Pena-Vargas, A., Ramirez, E., Suarez-Falcon, J.C., et al. (2020). Efficacy
of a two-session repetitive negative thinking-focused acceptance and commitment
therapy (ACT) protocol for depression and generalized anxiety disorder: A ran¬
domized waitlist control trial. Psychotherapy, 57(3), 444-456. https: / /doi.
org/10.1037/pst0000273.
157. Saad, L.F. (2020). Me and White Supremacy: Combat Racism, Change the World,
and Become a Good Ancestor. Naperville, IL: Sourcebooks.
158. Sandmire, D.A., Gorham, S.R., Rankin, N.E., & Grimm, D.R. (2012). The influence
of art making on anxiety: A pilot study. Art Therapy: Journal of the American Art
Therapy Association, 29(2), 68-73. do i: 10.1080/07421656.2012.683748.
159. Santos, A. (He датировано). Mindfulness meditation courses with Dan Harris and
Joseph Goldstein. Ten Percent Happier, www .tenpercent.com
269
Список литературы
160. Slayton, S.C., D’Archer, J., & Kaplan, E (2010). Outcome studies on the efficacy of
art therapy: A review of findings. Art Therapy: Journal of the American Art Therapy
Association, 27(3), 108-118. https://doi.org/10.1080/07421656.20
10.10129660.
161. Soyer, G.E (2019). Urie Bronfenbrenner: The ecology of human development book
review. Journal of Culture and Values in Education, 2(2), 77-80. do i : 10.46303/
j eve .02.02.6.
162. Spring, D. (2004). Thirty-year study links neuroscience, specific trauma, PTSD, im¬
age conversion, and language translation. Art Therapy: Journal of the American
Art Therapy Association, 21(4), 200-209.
163. Stenhoff, D.A., Steadman, D.L., Nevitt, D.S., Benson, M.L., & White, D.R. (2020).
Acceptance and commitment therapy and subjective wellbeing: A systematic re¬
view and meta-analyses of randomized controlled trials in adults. Journal of Con¬
textual Behavioral Science, 18, 256-272. https://doi.Org/10.1016/j.
jobs.2020.08.008
164. Stevic-Rust, L. (2013). Greedy for Life: A Memoir on Aging with Gratitude. Cleve¬
land, Ohio: Integrated Health Publishing.
165. Stoddard, J.A. & Afari, N. (2014). The Big Book of ACT Metaphors: A Practitioners
Guide to Experiential Exercises and Metaphors in Acceptance and Commitment
Therapy. Oakland, CA: New Harbinger Publications.
(Стоддард Дж.А., Афари H. Метафоры в терапии принятия и ответствен¬
ности. Практическое руководство. — Диалектика, 2021 г. — 272 с.)
166. Substance Abuse and Mental Health Services Administration. (2019). Key Sub¬
stance Use and Mental Health Indicators in the United States: Results from the 2018
National Survey on Drug Use and Health (HHS Publication No. PEP 19-5068, NS-
DUH Series H-54). Rockville, MD: Center for Behavioral Health Statistics and
Quality, Substance Abuse and Mental Health Services Administration, www. sam-
hsa.gov/data.
167. Sue, D.W. & Sue, D. (1999). Counseling the Culturally Different: Theory and Practice.
New York, NY: John Wiley & Sons.
168. Suzuki, S. (2020). Zen Mind, Beginner Mind: Informal Talks on Meditation and
Practice. Boulder, CO: Shambhala.
169. Swain, J., Hancock, K., Hainsworth, C., & Bowman, J. (2013). Acceptance and
commitment therapy in the treatment of anxiety: A systematic review. Clini¬
cal Psychology Review, 33(8), 965-978. https://doi.0rg/lO.lOl6/j.
cpr.2013.07.002.
170. Talwar, S. (2010). An intersectional framework for race, class, gender, and sexuality
in art therapy. Art Therapy: Journal of the American Art Therapy Association, 27(1),
11-17. https://doi.org/10.1080/0742165 6.2 010.101295 67.
171. Talwar, S. (2019). Art Therapy and Social Justice: Radical Intersections. London:
Routledge.
270
Список литературы
172. Tervalon, М. & Murray Garcia, J. (1998). Cultural humility verses cultural compe¬
tence: A critical distinction in defining physician training outcomes in multicultur¬
al education. Journal of Health Care for the Poor and Underserved, 9(2), 117-125.
173. Thompson, B.L., Luoma, J.B., & Lejeune, J. (2013). Using acceptance and commit¬
ment therapy to guide exposure-based interventions for posttraumatic stress dis¬
order. Journal of Contemporary Psychotherapy, 43(3), 133-140. https : //doi.
org/10.1007/sl0879-013-9233-0.
174. Tolle, E. (2004). The Power of Now: A Guide to Spiritual Enlightenment. Novato, CA:
New World Library.
(Толле, Э. Сила настоящего. Руководство к духовному пробуждению. — Со¬
фия, 2014 г. — 256 с.)
175. Twohig, М.Р. & Levin, М.Е. (2017). Acceptance and commitment therapy as a
treatment for anxiety and depression: A Review. Psychiatric Clinics of North Amer¬
ica, 40, 751-770.
176. United Nations. (1948). Universal Declaration of Human Rights, https : //www.
ohchr.org/EN/UDHR/Documents/UDHR_Translations/eng.pdf.
177. United Nations. (2021). Artistic Freedom, https://www.ohchr.org/en/
issues/culturalrights/pages/artistiefreedom.aspx.
178. US Department of Veterans Affairs (2021). Evidence-Based Therapy. Получено
21 февраля 2022 г. с www.mentalhealth.va.gov/get-help/treat-
ment/ebt.asp.
179. Van der Vennet, R. & Serice, S. (2012). Can coloring mandalas reduce anxiety?
A replication study. Art Therapy: Journal of the American Art Therapy Association,
29(2), 87-92. doi : 10.1080/07421656.2012.680047.
180. Van Lith, T. (2020). Fostering client voice and choice through art therapy. Art Ther¬
apy: Journal of the American Art Therapy Association, 37(4), 167-168.
181. Walker, L.E. (2009). Battered women syndrome. Psychiatric Times, 26(7). www.
psychiatrictimes.com/trauma-and-violence/battered-wom-
an-syndrome/page/0/1.
182. Weiser, J. (1993). Phototherapy Techniques: Exploring the Secrets of Personal Snap¬
shots and Family Albums. San Francisco, CA: Jossey-Bass.
(Вайзер, Д. Техники Фототерапии. Исследование секретов личных фотогра¬
фий и семейных фотоальбомов. — Генезис, 2017 г. — 424 с.)
183. Weiser, S. (2021). Zoom Art Program with Adults Living with Acquired Brain Inju¬
ry: The Effect of Using Videoconferencing to Deliver Act Art Therapy Intervention.
Неопубликованная магистерская диссертация, Доминиканский университет
Калифорнии.
184. Wheeler, М. (2013). Fotos, Fones, & Fantasies. In D. Loewenthal (ed.), Photother¬
apy and Therapeutic Photography in a Digital Age (pp.40-52). London: Routledge.
185. Wilson, K.G., Bordieri, M., Flynn, M.K., Lucas, N., & Slater, R. (2011). Understand¬
ing Acceptance and Commitment Therapy in Context: A History of Similarities and
271
Список литературы
Differences with Other Cognitive Behavior Therapies. In J. Herbert & E. Forman
(eds), Acceptance and Mindfulness in Cognitive Behavior Therapy (pp.277-306).
New York, NY: Wiley.
186. Wix, L. (2000). Looking for what’s lost: The artistic roots of art therapy: Mary
Huntoon. Art Therapy: Journal of the American Art Therapy Association, 17(3),
168-176. https://doi.org/10.108 0/07 42165 6.2000.1012 9699.
187. Woidneck, M.R., Pratt, K.M., Gundy, J.M., Nelson, C.R., & Twohig, M.P. (2012).
Exploring cultural competence in acceptance and commitment therapy outcomes.
Professional Psychology: Research and Practice, 43(3), 227-233. https : //doi .
org/10.1037/a0026235.
188. Wright, T. & Wright, K. (2013). Art for women’s sake: Understanding feminist art
therapy as didactic practice re-orientation. International Practice Development
Journal, 3(5). www.fons.org/Resources/Documents/Journal/Vol-
3SupplZlPDJ_03suppl_05.pdf.
189. Xplore. (He датировано.) Ansel Adams Quotes, www.brainyquote.com/
quotes/ansel_adams_100072
190. Yalom, I.D. (1995). The Theory and Practice of Group Psychotherapy. New York, NY:
Basic Books.
(Ялом, И. Групповая психотерапия. Теория и практика. — Изд-во Института
психотерапии, 2010 г. — 576 с.)
191. Ziller, R.C. (1990). Photographing the Self: Methods for Observing Personal Orienta¬
tions. Newbury Park, CA: Sage.
272
У щй книз! представлено теоретичне та практичне кер!вництво для арт-те-
рапевт!в та шших фах!вц!в у галуз! псих!чного здоров'я, щоб допомогти !’м зро-
зум!ти ключов! концепцп арт-терапп стосовно ACT та реал!зувати штервен-
цп арт-терапп на основ! шдходу терапп прийняття та вщповщальность Арт-
терашя та ACT схож! на те, що в них немае жодних жорстких правил. В обох
випадках кл!ент i терапевт разом культивують креатившсть та психолопчну
гнучюсть, вщпускаючи обмежеш, стисл! або звичн! способи мислення та бут-
тя. Це змушуе людину думати, творити, реагувати та поводитися за особистим
вибором, привносячи багатство й новий сенс у свое життя. Йдеться тут про
креатившсть, яка повязана з! сферою арт-терапп, а також про теоретичш за¬
сади ACT У книз! е все необхщне, щоб розробити осмислений контекст для
розумшня того, як ACT та арт-терашя поеднуються у креативному досягненш
психолопчно!’ гнучкост! самого терапевта та його кл!ент!в.
Науково-популярне видання
Бакос, Ем!
Арт-терапы в ACT
Креативний шдх1д до терапп прийняття та вщповщальност!
(Рос. мовою)
ГПдписано до друку 27.07.2023. Формат 60x90/16
Ум. друк. арк. 17,0. Обл.-вид. арк. 15,3
Видавець TOB “Науковий Св1т”
03164, м. Кшв, вул. Генерала Наумова, буд. 23-Б.
Свщоцтво суб’екта видавничо!’ справи ДК № 7881 вщ 06.07.2023
Для заметок
"Незаменимая книга для всех терапевтов! Первая в своем роде".
— Джоселин Фитцджеральд, лицензированный брачный и семейный психотерапевт
(LMFT), профессионально сертифицированный зарегистрированный арт-терапевт
(ATR-BC), соавтор книг Colorful Place и EMDR and Creative Arts Therapies
"Бакос щедро одаривает мудростью и поддержкой тех, кто
находится на пути к здоровью, надежде и исцелению".
— Клаудия Меццера, д-р философии, лицензированный семейный психотерапевт
(LMFT), зарегистрированный арт-терапевт (ATR)
"Блестящее описание доказательной базы и арт-терапии из
личного и профессионального опыта".
— Лувения Джексон, д-р философии, семейный психотерапевт (МFT),
профессионально сертифицированный зарегистрированный арт-терапевт
(ATR-ВС), автор книги Cultural Humility in Art Therapy
Как терапия принятия и ответственности (ACT), так и арт-терапия
предоставляют мощные инструменты для достижения наполненности
и обновления смысла жизни человека. Успех в интеграции этих
терапевтических подходов зависит от того, в какой мере клиент и терапевт
откажутся от ограниченных или привычных способов мышления и посвятят
себя изменению поведения, основанному на ценностях.
Улучшите свою клиническую работу, сочетая доказательную практику ACT
с творческим самовыражением, которому способствует арт-терапия. Авторы
разработали руководство и для арт-терапевтов, и для тех, кто практикует ACT,
дают советы по рисованию и письму, готовые к использованию протоколы,
а также рекомендации по ресурсам для использования с вашими клиентами.
Эми Бакос, д-р философии, профессионально сертифицированный
зарегистрированный арт-терапевт с более чем 25-летним опытом. Она
является основателем Центра арт-терапии в Сан-Франциско, автором
книги Post-Traumatic Stress Disorder and Art Therapy и соредактором Emerging
Perspectives in Art Therapy.
Видавництво
“НАУКОВИЙ CBIT”