/
Author: Васильева Н. Гаврилов В.
Tags: математика биологические науки в целом государство и право юридические науки история всеобщая история международные отношения история югославии
ISBN: 5-85589-063-5
Year: 2000
Text
Нина Васильева, Виктор Гаврилов
БАЛКАНСКИЙ
ТУПИК?..
Историческая судьба Югославии
в XX веке
CD
ИТЭРУМ
МОСКВА
2000
УДК 51.746(47+57)(091)
ББК 67.401.212
Б 48
Дизайн обложки
А. Манохин
Нина Васильева, Виктор Гаврилов
Б 48 Балканский тупик?.. (Историческая судьба
Югославии в XX веке). - М: Гея итэрум, 2000. - 480 с,
8 л. ил.
Авторы книги обращаются к исторической судьбе Югославии
на протяжении всего XX столетия. Интересные факты, малоизве-
стные документы российских архивов по-новому высвечивают уз-
ловые проблемы существования и безопасности Югославского го-
сударства. Большое место уделено драматическим событиям, свя-
занным с распадом Социалистической Федеративной Республики
Югославии; роли мирового сообщества и Российской Федерации в
урегулировании югославского кризиса, в том числе особенностям
проведения миротворческих операций.
Авторы книги — военные историки: Н.В. Васильева (главы
1-3) — специалист по новейшей истории балканских стран; В.А. Гав-
рилов (введение, глава 4, заключение) — специалист по пробле-
мам международной безопасности.
Книга рассчитана на широкую читательскую аудиторию.
УДК 51.746(47+57)(091)
ББК 67.401.212
Федеральная программа книгоиздания России
ISBN 5-85589-063-5 © Текст, оформление, разработка
серии ООО «Гея итэрум», 2000
Необъяснимая человеческая игра, име-
нуемая войной, приобретала все боль-
ший размах, распространялась и вов-
лекала в свой оборот все живое и не-
живое.
Иво Андрич. «Мост на Дрине»
К ЧИТАТЕЛЮ
Жестокий XX век, подводя итог самому себе, закончился
Югославской трагедией — иррациональным с точки зре-
ния современного просвещенного разума событием. Когда в
1995 году после подписания Дейтонских соглашений начина-
лась работа над этой книгой, свою цель авторы видели в том,
чтобы разобраться в истоках и сути кровавой развязки, кото-
рой сопровождался распад Социалистической Федеративной
Республики Югославии и на ее обломках возникали новые го-
сударства.
Казалось бы, война в Югославии закончилась. И после нее,
как это не раз происходило в XX веке, профессиональные ис-
торики, военные специалисты, социологи, политики, диплома-
ты, философы, писатели — каждый со своего угла зрения при-
нялись анализировать причины и обобщать уроки югославской
войны 1991—1995 годов, которая была отнесена к разряду «ло-
кальных конфликтов современности». Но не успели они сде-
лать еще первые выводы, как события в Косово в марте 1999 года
стали продолжением цепной реакции, начавшейся с распадом
СФРЮ. Последний ли это акт трагедии, мы не знаем. Однако
можем констатировать, что Бог или Дьявол выбрал Югосла-
вию, чтобы люди взглянули на эту «горячую точку» на нашей
планете и как в зеркале увидели в нем неразрешенные пробле-
мы, с которыми они встречают XXI век. Поэтому авторы этой
работы намеренно расширили круг своего исследования, вклю-
чив в него различные проблемы истории Югославии на протя-
жении всего XX века.
3
ШВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Наиболее сложным оказалось постижение глобального смыс-
ла Югославской трагедии последнего десятилетия уходящего
столетия. Не случайно поток исследований по данному вопросу
неуклонно нарастает, а число работ, в которых югославский
кризис трактуется с разных позиций мироустройства, уже ис-
числяется многими сотнями. Несомненно, трагедия Югославии
является символическим событием, завершающим определен-
ный виток Истории.
Как только ни называли Балканы: и «пороховым погребом»,
и «яблоком раздора», и «ящиком Пандоры», и т.п., а все потому,
что в этом регионе в миниатюре на маленьком участке планеты
переплелись многие земные проблемы. Этнонациональные, эт-
ноконфессиональные, территориальные противоречия и споры
между народами, населяющими Балканы, перекрещивались
здесь с долговременными геополитическими, геостратегически-
ми, национально-государственными интересами более крупных
соседних государств, а также великих держав XX века.
В 90-е годы в процессе югославского кризиса международ-
ное сообщество встретилось с рядом парадоксальных моментов,
свидетельствовавших, что общепринятые нормы международ-
ного права просто «не работали», а подчас являлись средством
углубления конфликта. Взять хотя бы принцип самоопределе-
ния Если данный принцип будет применяться каждый раз, когда
этническая или культурная группа начнет считать, что ей уг-
рожают, то список кандидатов на такие действия может стать
бесконечным, и за этим последует колоссальный хаос. Другой
пример: НАТО под руководством США для урегулирования
конфликта избрала приоритетным средством оказание силово-
го давления лишь на одну сторону — сербов. Это относится как
к методам урегулирования конфликта в Боснии и Герцеговине,
так и к косовским событиям 1999 года, когда под видом защиты
косовских албанцев была совершена агрессия против суверен-
ного государства — Союзной Республики Югославии, а факти-
чески достигались вполне определенные геополитические ин-
тересы. Если представить, что подобный способ «защиты» прав
человека будет применяться и далее в подобных ситуациях, то
надо бомбить Великобританию за ирландцев, Испанию за бас-
ков, Турцию за курдов, Россию за чеченцев и т.д. Но ведь в
этнополитическом конфликте как минимум «виноваты» две сто-
роны.
Возникает и такой вопрос: в каких случаях меньшинство
является нацией, имеющей право на самоопределение? Очень
тонкая грань отделяет права человека и право наций на само-
определение от проблемы защиты территориальной целостнос-
4
К читателю
ти и суверенитета государства. Нарушая одно, мы неминуемо
нарушаем и другое. В международном праве не закрыты кана-
лы для манипулирования этими понятиями. Так, албанцы в
Косово доказывали, что их права подавляются, и предприни-
мали действия в защиту своих прав, одновременно во многих
' случаях ущемляя права сербов и других народов в Косово и
ставя под угрозу суверенитет и целостность страны. Сербское
же правительство предпринимало действия не против албан-
цев как национального меньшинства, а с целью предотвратить
сепаратизм и отделение этого края от Югославии и тем самым
защитить права всех его жителей.
Параллели в данном случае напрашиваются в связи с дей-
ствиями Российской Федерации в Чечне. Что представляют со-
бой нынешние события в Чечне? Борьбу за национальное само-
определение чеченского народа и «святое дело ислама»? Контр-
террористическую операцию? Подавление антигосударственного
вооруженного мятежа? Или все-таки это борьба с банальным
бандитизмом, рядящимся, как это уже было не раз в истории, в
благородные одежды «борьбы за народное дело»?
Появление на Кавказе такого феномена, как впервые воз-
никшее в этом столетии «исламское государство Ичкерия», так
же, как Мусульмано-Хорватская Федерация в Боснии или стре-
мящиеся к своей государственности албанцы в Косово, еще боль-
ше политизировало узловые конфликты в регионах, превра-
щая их из региональных в международные. Несмотря на то,
что распространенное мнение, например, о поддержке чечен-
ских сепаратистов другими мусульманскими государствами не
находит подтверждения, есть основания полагать, что чечен-
ские мятежники будут и дальше пользоваться возрастающей
поддержкой как Саудовской Аравии, Пакистана и Турции, так
и мусульманских диаспор на Западе. В случае с Боснией и Гер-
цеговиной о многом говорит военная помощь США и некоторых
мусульманских стран армии боснийских мусульман, которых
целенаправленно готовят воевать с боснийскими сербами.
Совершенно очевидно, что присутствие России на Кавказе,
так же, как Сербии в Косово или в Боснии, исторически обус-
ловлено и имеет в своей основе не только геополитическую или
территориальную завершенность, но и геоцивилизационное оп-
равдание, историческую обоснованность. По образному выра-
жению Рамазана Абдулатипова, Кавказ и Россия — это «взаи-
модополняющие противоположности». «Кавказ стал частью
России, как и Россия стала частью Кавказа»1. А разве не то же
1 Абдулатипов Р. Авторитет разума.— М.: Славянский диалог,
1999.— С. 265.
5
ШЗасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
самое произошло с Косово и Сербией, которые стали неразрыв-
ными частями единого целого и в сербском, и в албанском нацио-
нальном сознании? И пытаться разорвать их — значит ничего
не понимать не только в истории балканских народов, но и с
легкостью необыкновенной относиться к неминуемым крова-
вым последствиям такого разрыва.
Если международное сообщество не определится в подоб-
ных вопросах, то его силовое вмешательство в аналогичные
конфликты будет сопровождаться дорогостоящими ошибками.
Это лишь малая доля проблем, поставленных Югославской тра-
гедией. Не разрешив их, мировое сообщество может вновь заб-
рести в балканский тупик с его запутанными узлами противо-
речий.
Очевидно и другое. Югославские события, особенно действия
НАТО и бессилие Совета Безопасности ООН и других между-
народных организаций, поставили на грань краха создававшу-
юся в течение всего послевоенного периода систему поддержа-
ния мира и безопасности, основанную на закрепленных Уста-
вом ООН и другими международными договорами обязатель-
ствах.
Выходит, «правы» те, кто видел и видит в военной силе глав-
ный инструмент достижения своих политических целей? Но тогда
в общепланетарном масштабе будет без конца нарушаться са-
мое основное право человека — право на жизнь. Каждый из нас
становится заложником в руках тех или иных сил, которые для
достижения своих целей используют социальные, классовые,
религиозные, межнациональные, территориальные и другие
споры для разжигания конфликтов и войн.
Авторы книги не предлагают, да, пожалуй, и не знают ка-
кой-то оптимальной модели разрешения конфликта, подобного
тому, который произошел на Балканах на рубеже веков. Как
побудить людей решать спорные вопросы не путем террора и
войн, а путем переговоров и сотрудничества? Как блокировать
силы зла, чтобы не ввергать людей в новые кровопролитные
катастрофы? Одно несомненно: без обращения к прошлому, без
честного исследования и осмысления ключевых вопросов
XX века невозможно представить, чтобы современное и буду-
щие поколения могли найти разумный и достойный выход из
ситуации, подобной «балканскому тупику».
Авторы видели свою задачу в том, чтобы на примере траги-
ческих судеб югославянских народов Балканского полуострова
в XX веке раскрыть зависимость безопасности и существова-
ния отдельного малого государства от внешних факторов, прежде
6
К читателю
всего от политики великих держав в наиболее острые периоды
военно-политических столкновений.
Читателю предоставляется возможность на основе ориги-
нального исторического материала, включая документы рос-
сийских архивов, проследить внутренние и внешние составляю-
щие кризисных ситуаций в балканском регионе и место Юго-
славии в этих конфликтах.
Значительное внимание в работе уделяется исследованию
роли России (СССР) — важного геостратегического фактора на
Балканах. На основе обширного документального материала,
представленного в книге, читатель может, с одной стороны, глуб-
же уяснить роль России на Балканах до революции, а с дру-
гой— понять, почему после 1917 года большевистская Россия
была вытеснена как фактор силы из Балканского региона. Это
существенно ослабило ее собственную безопасность и лишило
балканские народы традиционной опоры в лице «русского фак-
тора» как средства поддержания стабильности в регионе.
Приведенные в книге исторические данные позволят по-но-
вому взглянуть на ряд югославских и балканских проблем в
контексте внешнеполитической деятельности и соперничества
основных мировых держав накануне Второй мировой войны.
Показаны механизм и приемы, с помощью которых реваншист-
ские силы, прежде всего нацистская Германия и фашистская
Италия, использовали внутреннюю нестабильность в Югосла-
вии и этнополитическую ситуацию на Балканах для продвиже-
ния своих интересов и утверждения своего господства. Неодно-
значной была и роль СССР, а также Коминтерна в судьбе юго-
славского государства, о чем также говорится в книге.
Важное место в работе занимают проблемы послевоенной
истории Югославии. Они рассматриваются на фоне общемиро-
вых процессов становления «биполярного мира», когда главным
двигателем международных отношений становилось противо-
стояние двух общественных систем и военно-политических груп-
пировок в лице НАТО и Варшавского договора. В нарастающем
противостоянии СССР и западных держав ситуация в Балкан-
ском регионе и в Югославии с ее собственными национально-
государственными интересами имела подчиненное значение в
глобальной и региональной стратегии великих держав.
В этой системе координат рассматривается история совет-
ско-югославского конфликта 1948 года. Как повлиял разрыв со-
ветско-югославских отношений на всю дальнейшую историю
Югославии? Какие последствия этого конфликта явились кос-
венной причиной нынешних югославских событий? Готовили
7
КВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
ли СССР и соседние социалистические страны в то время воо-
руженное вторжение в Югославию? По всем этим вопросам
читатель может расширить свои познания. Многие аспекты дан-
ных проблем показаны через личностный фактор И.В. Сталина
и И. Броз Тито. Способствовала ли специфика последующего
развития Югославии, ее международное положение на пери-
ферии советского блока консолидации югославского общества
или же усиливала центробежные тенденции в отдельных юго-
славских республиках? Эти проблемы также предлагаются чи-
тателю для размышлений на базе фактов и документальных
материалов книги.
Самостоятельная глава посвящена вопросу о том, как на но-
вом витке истории, отмеченном крахом социализма в странах
Восточной Европы и распадом СССР, на Балканах сложилась
взрывоопасная ситуация, связанная с кризисом Югославской
Федерации.
Авторы стремились раскрыть внутренние причины граждан-
ской войны и этнополитического конфликта в Югославии, пока-
зать особенности их протекания в Словении, Хорватии, Боснии и
Герцеговине, место и роль внешнего фактора — мирового сооб-
щества, заметно влиявшего на югославские события 90-х годов.
В работе исследованы различные стороны проведения миро-
творческих операций на отдельных фазах развития конфликта,
включая участие российского воинского контингента.
Большое внимание уделено рассмотрению динамики дея-
тельности Российской Федерации на отдельных этапах кон-
фликта, а также определению целей и внешнеполитического
интереса России на Балканах, заключавшегося в достижении
стабильности в этом регионе. Особый смысл это приобретает на
фоне продвижения НАТО в Центральную и Восточную Европу,
когда все более отчетливо вырисовывается стремление запад-
ных держав вытеснить Россию из Балканского региона, осла-
бить российское влияние во всей южной части постсоветского
пространства.
Вместе с тем в книге показано, как по мере углубления кон-
фликта все явственнее проступала тенденция США и других
стран НАТО играть особую роль в его урегулировании и нара-
щивать силовой компонент давления на сербскую сторону в
обход Совета Безопасности ООН, взяв на себя тем самым роль
вселенского судьи, определяющего, кого казнить, а кого мило-
вать. Военная акция НАТО против Союзной Республики Юго-
славии в марте 1999 года под предлогом предотвращения гума-
нитарной катастрофы в Косово и Метохии поставила под со-
8
К читателю
мнение весь смысл миротворчества с точки зрения как между-
народного права, так и необходимых и допустимых пределов
применения военной силы.
Сейчас на Балканах относительно тихо. Но тишина и «уми-
ротворение» на Балканах, достигнутые ценой бомбовых ударов,
носят подозрительный и временный характер. Возможно, ка-
кое-то время Европа сможет спать спокойно: сербов в очеред-
ной раз «наказали» («согнули в бараний рог», по выражению
германского кайзера Вильгельма П). После столетия войн и жертв
Сербия вновь ужимается до границ, определенных в свое время
в 1878 году Берлинским конгрессом, который не решил старых,
но зато породил новые проблемы. А сербские и албанские дети
XXI века, глядя на разрушенные жилища и мосты на своей
родине, будут с грустью вспоминать как яростный пафос и не-
сгибаемую бескомпромиссность «борцов за национальное само-
определение Косово», так и «гуманность» натовских миротвор-
цев XX века.
Читатель, вероятно, еще острее почувствует весь трагизм
такого итога, вглядываясь в фотографии этой книги. И, воз-
можно, созвучными его настроению будут слова югославского
писателя Иво Андрича из его знаменитого романа «Мост на
Дрине»: «В один прекрасный день [мост] подняли взрывчаткой
в воздух, как будто это простая скала в горах, а не священный
дар, пожертвование и красота. Вот теперь и вышли наружу
истинные намерения и цели... На нерушимое и вечное осмели-
лись руку поднять, у Бога отнимают!»
Глава первая
ВЕЛИКИЕ ДЕРЖАВЫ И
ЮГОСЛАВЯНСКИЙ ВОПРОС НА
БАЛКАНАХ В НАЧАЛЕ XX ВЕКА
Каким-то магическим образом человечество, подойдя к ру-
бежу, отделяющему XX век от следующего столетия,
встретилось в определенном смысле с аналогичными мировыми
процессами, характерными для начала века, — разбалансиро-
ванием военно-политического равновесия в Европе и мире, рас-
падом «империй», образованием новых государств, вызвавши-
ми волну этнотерриториальных споров и межнациональных кон-
фликтов. И вновь военная сила выступила как наиболее эф-
фективное и радикальное средство для разрешения возникших
международных проблем. Появившиеся ныне малые «незави-
симые» и «суверенные» государства, громко заявляя о себе как
о субъектах мировой политики, в действительности, как и ра-
нее, становятся разменной картой в игре более могуществен-
ных государств. На пороге нового тысячелетия опять торже-
ствует принцип «разделяй и властвуй», иллюзорной становит-
ся долговременное существование системы коллективной безо-
пасности, построенной на балансе интересов великих и малых
стран.
Многие историки и политики с пессимизмом констатируют,
что малым странам уготована и в дальнейшем роль «смазочно-
го материала» в отношениях между великими державами. В
исключительных случаях сильные мира сего, возможно, позво-
лят им соблюдать «нейтралитет». Если будут себя «хорошо ве-
сти».
Балканы являются узлом коммуникаций, региональным
центром, где завязаны интересы многих держав. Конт-
роль над Балканами означает контроль над всем Среди-
земноморским и Черноморским бассейнами, в частности,
10
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
над Адриатическим, Эгейским морями и Черноморскими
проливами. Геостратегическое значение Эгейского моря
для России исторически определялось и определяется
тем, что через него проходит единственный водный
путь, связывающий ее на юге со Средиземным морем, дру-
гими морями, включая Адриатическое, омывающее бере-
га бывшей Югославии, а также с Мировым океаном. По-
казательно, что советская сторона в 1946 году зондиро-
вала вопрос о возможности аренды у Греции базы для
торговых кораблей на одном из Додеканезских островов
в Эгейском море.
Географическое положение Балкан как моста между Евро-
пой, Азией и Африкой предопределило их судьбу всегда быть
регионом, где сталкиваются геополитические, геостратегичес-
кие и прочие интересы более могущественных держав, вслед-
ствие чего любое нарушение статус-кво между ними на Евро-
пейском континенте неизбежно дестабилизирует ситуацию в
Балканском регионе. Весь XX век дал тому немало подтверж-
дений. Печальная слава Балканского полуострова как «порохо-
вого погреба» Европы дополняется и определением «балкани-
зация», подразумевающим наличие множества мелких госу-
дарств, между которыми постоянно существует напряженность
из-за взаимных территориальных претензий и этнополитичес-
ких проблем. Причиной тому стали многие исторические обсто-
ятельства. Среди них немаловажное место занимает внешний
фактор, в том числе военная политика великих держав.
На примере трагических судеб народов бывшей Югославии
в двадцатом веке можно проследить зависимость безопасности
малого государства как от перипетий большой политики, так и
от внешнего фактора, особенно от политики могущественных
Держав.
На первый взгляд, нет необходимости возвращаться к хоро-
шо известным историческим событиям в этой стране. Они впи-
сываются в общий ход мировых событий и служат подтвержде-
нием многих теоретических постулатов и выводов о взаимоза-
висимости и взаимосвязи явлений мировой истории, роли объек-
тивных и субъективных внутренних и внешних факторов в судь-
бе отдельных государств и пр.
Однако специфика исторической науки состоит в том, что ее
выводы основываются, с одной стороны, на точных фактах, под-
твержденных теми или иными источниками, с другой— эти
11
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
источники, особенно касающиеся государственной и военной
политики, составляют «государственную тайну». Поэтому тре-
буется определенная временная дистанция, чтобы в руках ис-
торика оказались те или иные доказательства, проливающие
дополнительный свет на уже известные события.
«Берлинский конгресс свел балканские
народы с ума...»
История образования «первой» Югославии как государства
югославянских народов Балканского полуострова связана
непосредственно с результатами Первой мировой войны. Но
известно, что предпосылки для его создания были заложены в
последней четверти XIX века. Главной проблемой того периода
для данного региона был вопрос об образовании национальных
независимых государств, связанный прежде всего с националь-
но-освободительным движением и борьбой югославянских на-
родов за освобождение из-под ига двух империй — Австро-Вен-
герской монархии и турецкого султана. Иностранное господ-
ство, различное культурное влияние накладывали особый от-
печаток на формирование наций и национального сознания. В
отличие от Западной Европы, где совместное заселение терри-
торий представителями нескольких национальностей истори-
чески было локализовано в пограничных зонах, для Балканско-
го полуострова характерно совместное заселение значительных
территорий несколькими нациями. Это сделало невозможным
четкое этническое разграничение между ними и явилось посто-
янным дестабилизирующим фактором, порождающим межэт-
нические конфликты.
В течение 500 лет Балканы оставались под гнетом им-
перии Оттоманов. Турки потратили большую часть
двух столетий, пытаясь завоевать их, а затем три
столетия теряли контроль над северной частью своей
империи.
Ко времени вторжения Оттоманов, сербы уже успели
выработать сильный национальный характер. Турец-
кое вторжение способствовало лишь усилению стремле-
ния сербов сохранить свою национальную сущность.
Этот национализм был усилен сербской Православной
12
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
Церковью, которая служила маяком для националисти-
ческих чувств сербов в течение столетий, тесно увязы-
вая проблемы религии и этнического происхождения.
Остальные национальные группы на Балканах пройти
через аналогичные условия.
Более чем четырехсотлетнее турецкое господство привело к
значительным этническим изменениям состава населения ряда
балканских районов. Не избежали народы культурного и рели-
гиозного влияния со стороны Турции Например, часть славян-
ского населения Боснии и Герцеговины ради собственного вы-
живания приняла ислам. Чтобы предотвратить антитурецкие
выступления на завоеванных землях, турки с XVI века пред-
принимали заселение южных районов Сербии— территории
Косово и Метохии, албанцами, исповедовавшими ислам. Спаса-
ясь от турецкого ига, часть сербского населения устремлялась
в Хорватию. Австрия использовала это в целях защиты соб-
ственной территории и стала создавать в приграничных райо-
нах военные поселения из сербов, которые славились как от-
личные воины. Так к XVII веку возникли территории с серб-
ским населением — Хорватская и Славонская Краины. Сербы
составили почти единственное население к югу от реки Уны, в
Славонской Крайне, Банате, Бачке.
Сербская нация формировалась в условиях, когда весь серб-
ский народ был разделен границами двух империй — Австрий-
ской монархии и Турции. В Хорватии возникли обширные рай-
оны со смешанным хорватско-сербским населением, а в Боснии
и Герцеговине с хорватско-мусульманско-сербским. Черногор-
цы в XIX веке считались сербами, а о боснийских мусульманах
говорилось как о части или сербского, или хорватского народов.
Однако несмотря на раздробленность сербского народа, серб-
ское самосознание сохранилось в образованной части населе-
ния с времен средневековой державы и его носителем была
сербская православная церковь. Понятие «сербство» и «право-
славие» составляли единое целое1.
«Пятивековая борьба с врагами сделала сербов гордецами,
отчего они терпеть не могли, если кто совал нос в их
дела, но и сами старались не заглядывать в чужую каст-
рюлю...»
Валентин Пикуль. «Честь имею»
Характерно, что на протяжении веков для сербов право-
13
НИасильева,ВЈГаврилов Балканский тупик?..
славная культура являлась средством защиты и сохранения
национальной самобытности, а сильная православная церковь
стала опорой возрождения сербской государственности. В соб-
ственно Сербии в течение турецкого господства ислам так и не
сумел обосноваться. Особенностью формирования хорватской и
словенской наций в составе Австрийской империи явилось то,
что они оказались под влиянием католического Запада.
Несмотря на то, что исторический процесс развивался по
линии формирования нескольких южнославянских наций, а
национальная дифференциация шла в зависимости и от рели-
гиозной принадлежности, тем не менее внешний фактор, зада-
чи национального освободительного движения, борьбы против
экономической и политической зависимости от Австро-Венгрии
и Турции выдвинули на первый план комплекс идей, которые
служили бы идеологической базой для решения задач нацио-
нального освобождения. Эти идеи получили воплощение в так
называемом «югославизме». Его основу составляли представле-
ния об общности происхождения и культурно-языкового род-
ства всех южных славян и необходимости их государственного
объединения. Генераторами этих идей были представители хор-
ватской, словенской и сербской интеллигенции — ученые, по-
литические деятели.
Для хорватского национального движения югославизм в его
первоначальной форме (30-е — 40-е годы XIX века) подразу-
мевал создание этнической общности из всего католического и
православного населения в Хорватии, Словении и Далмации.
Например, хорватский национальный идеолог Л. Гай пропове-
довал постепенное духовное и культурно-языковое сближение
и слияние сербов, хорватов и словенцев в единый «иллирий-
ский» народ (термин «иллир» появился в Австрии для населе-
ния, говорившего на штоковском диалекте в Хорватии). Были и
другие варианты подобных замыслов с целью создания Трие-
диного королевства с присоединением соседних областей Бос-
нии. В целом хорватские югослависты считали, что обеспечение
благоприятных условий для развития хорватской нации воз-
можно на основе объединения югославянского ареала. Только
это могло предотвратить, по их мнению, поглощение хорват-
ской нации Австро-Венгрией, спасти ее от ассимиляции. Таким
образом, югославизм для хорватов служил консолидирующей
идеей для сплочения и выживания нации. В то же время он
имел элементы великохорватской гегемонии.
Для сербов «югославизм» не имел такого значения, посколь-
ку сербское национальное самосознание развивалось, опережая
14
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
хорватское. В собственно Сербии хорватов не было, к тому же в
общеюгославском масштабе сербский народ был намного мно-
гочисленнее хорватского. Поэтому для сербских политиков ис-
пользование идей «иллиризма» не представляло интереса. В
отличие от хорватов югославизм в Сербии имел в большей сте-
пени внешнеполитический аспект, подразумевавший объеди-
нение сербской нации в едином государстве. Эти идеи наиболее
рельефно были сформулированы сербским министром И. Гара-
шанином в 1844 году. Выдвигалась задача постепенного рас-
пространения власти Сербии на различные части Балканского
полуострова, прежде всего на Боснию, где сербы составляли
более 40 процентов населения. Во внешнеполитическом и гео-
стратегическом плане ставилось целью обеспечить выход Сер-
бии к Адриатическому морю. Сербские политики считали глав-
ным препятствием для достижения этих целей Германию и
Австрию.
Прописная истина заключалась в том, что Югославия
населена близкородственными по крови и языку народа-
ми. Но история развела их в разные стороны. Сербы,
черногорцы, македонцы относятся к миру восточноев-
ропейскому, славянскому. Хорваты и словенцы, будучи
по языку и происхождению славянами, традиционно
тяготеют к Западу, к Германии. Славяне, перешедшие в
мусульманство, давно и прочно вошли в орбиту ислама.
Эти различия сказались на менталитете народов, от-
сюда — множество противоречий, не только экономи-
ческих и политических, порожденных обстановкой, но и
социально-психологических и культурных, отсюда —
склонность к отторжению.
Для части словенских земель, сплошь католических и
гомогенных по национальному составу, объединение в единое
государство имело лишь внешнеполитический аспект как сред-
ство предотвращения германизации и итальянизации словенс-
кой нации.
Идеи югославизма воплощались в самые различные про-
граммы создания государства. Но среди них преобладали два
варианта государственного устройства южных славян: как фе-
дерации равноправных народов и как унитарного государства.
Причем для хорватских и словенских югославистов было ха-
рактерно подчеркивание федеративного принципа объединения,
а Для сербов — унитарного государства. Среди различных про-
15
ШЗасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
грамм объединения имелись и крайне правые концепции. Так,
серб В. Караджич (основатель сербского литературного языка)
считал хорватов сербами из-за распространения в Хорватии
штоковского диалекта. Эту позицию оспаривал А. Старчевич.
Он ссылался на традиции исторического права хорватского го-
сударства раннего средневековья. Старчевич положил начало
движения, а позднее — «партии права» Хорватии («праваши»)2.
Эта концепция предусматривала включение в Хорватское го-
сударство всех южнославянских земель до границы с Македо-
нией. Кроме хорватов особым народом признавались лишь бол-
гары. Главными лозунгами этих двух взаимоисключающих кон-
цепций были: «сербы все и повсюду» и «хорваты все и всюду».
Таким образом, уже при самом своем возникновении югосла-
визму были присущи пансербские и панхорватские тенденции,
содержавшие конфликтность.
Суть всех споров между хорватскими и сербскими идеоло-
гами сводилась к тому, что сербы хотели видеть в Хорватии две
«государственные нации», а хорваты одну.
Национально-освободительное движение южнославянских
народов достигло кульминационного момента в период Восточ-
ного кризиса 70-х годов XIX века. В условиях обострения проти-
воречий между европейскими великими державами, для кото-
рых значение Балкан стало возрастать, становилось ясно, что
разрешение национального вопроса южнославянских народов
Балканского полуострова произойдет скорее всего насильствен-
ным путем— в ходе военных столкновений и политических
комбинаций.
Стремление России укрепить и расширить свое влияние на
Балканах и ослабить своего исторического противника — Тур-
цию побудило ее поддержать национально-освободительное
движение народов Балкан, начать весной 1877 года войну про-
тив Османской империи. Тем самым Россия выступила союзни-
ком южнославянских народов и сыграла прогрессивную роль.
Сан-Стефанский мирный договор от 3 марта 1878 года, кото-
рым завершилась русско-турецкая война 1877—1878 годов,
многие историки расценивают как наиболее благоприятное ре-
шение на тот период национальных проблем на Балканах. Од-
нако самым крупным государством в этом регионе по условиям
мира оказалась Болгария, границы которой простирались тогда
от Дуная до Эгейского моря и от Черного моря до Охридского
озера. Сербия, Черногория и Румыния обрели независимость.
Албания, Эпир, Фесалия, Босния и Герцеговина получили ав-
16
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
тономию. Следует обратить внимание на то, что уже тогда именно
сербское руководство было недовольно итогами войны. Ведь
Сербия по Сан-Стефанскому миру не получила тех земель, ко-
торые освобождались ее войсками, — долины рек Нишавы и
Южной Моравы.
Итоги войны и Сан-Стефанский мирный договор не удов-
летворял также и правящие круги ряда западноевропейских
государств, которые опасались укрепления позиций России на
Балканском полуострове в связи с созданием значительного
Болгарского княжества, а также усилением российского влия-
ния на Ближнем Востоке. Воспользовавшись ослаблением Рос-
сии после русско-турецкой войны, западные силы, в первую
очередь Англия и Австро-Венгрия, вынудили русскую дипло-
матию согласиться на ревизию Сан-Стефанского мирного дого-
вора. Кроме того, Сербия, добиваясь поддержки своих террито-
риальных претензий, заключила соглашение с Австро-Венгри-
ей с обязательствами построить железную дорогу Белград —
Ниш, начать переговоры о заключении таможенного и торгово-
го союза с Австрией. Берлинский договор (июль 1878 г.) изме-
нил условия Сан-Стефанского мира. Прежде всего к Сербии
были присоединены районы, на которые ранее претендовала
Болгария (Нишский, Пиротский, Вранский и Топлицкий). Пло-
щадь Сербского княжества увеличилась почти на 11 тыс. кв.
км, а население — на 300 тыс. человек. Но этот успех был куп-
лен дорогой ценой. Берлинский договор изменил условия Сан-
Стефанского договора в целом в ущерб народам Балканского
полуострова и России. Болгарское княжество резко сократи-
лось: в его состав теперь входила лишь Северная Болгария и
Софийский округ. Болгарские области на юге (Восточная Руме-
лия) оставались в границах Османской империи. Расчленение
болгарского государства мотивировалось тем, что эта страна
становилась-де «чересчур крупной» и тем самым нарушалось
«равенство» в пользу России. Македония, Адрианопольская
Фракия и Албания также остались в пределах Османской им-
перии. Румыния получила Среднюю и Северную Добруджу3.
Значительный выигрыш от Берлинского конгресса достался
Австро-Венгрии, которая получила право на 30-летнюю окку-
пацию Боснии и Герцеговины.
Остров Кипр перешел в английское владение.
Если коротко охарактеризовать ситуацию того перио-
да, то можно привести слова известного европейского
17
НЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
историка Карлтона Хайеса, который писал: «Если до
1878 года «восточный вопрос» касался только одного «боль-
ного», то после 1878 года он породил десяток маньяков,
потому что Берлинский конгресс положительно свел бал-
канские народы с ума».
Значительная часть исследователей бурных событий на Бал-
канах в последующий период усматривает их причины именно
в несправедливых решениях Берлинского конгресса. По сути
национальный принцип при образовании новых государств твор-
цами «равновесия сил» в регионе был отвергнут. Великие дер-
жавы закладывали основы своего миропорядка на базе собствен-
ных своекорыстных интересов, поддержания «статус-кво» и «зон
влияния».
Видные французские историки Э. Лависс и А. Рамбо еще в
начале XX века отмечали: «В истории редко встречались столь
странные, столь несправедливые постановления... Равновесие
на Балканах было нарушено. Теперь, по сути дела, Австрия
оказалась ближе к Средиземному морю и даже к Царьграду
(Константинополю), чем Россия. Сербский народ, надеявшийся
на восстановление целостности нации, оказался вопреки свое-
му законному желанию и ясно выраженной воле... разделен-
ным на три части, причем Австрия старалась всячески поме-
шать налаживанию любых связей между ними. Точно так же,
вразрез с волей народа, Болгария была расчленена на три час-
ти. Оставив Македонию снова под властью султана, поощряе-
мая Англией и Австрией, Европа совершила преступление про-
тив человечества. В Сан-Стефано Россия позаботилась об обес-
печении равноправия всем христианам. В Берлине не были при-
няты во внимание ни правда, ни воля народов, ни доводы здра-
вого смысла, ни общие интересы. Заключительный акт — это
памятник эгоизму, дело зависти, личной ненависти, дело нече-
стное и мерзкое, ибо вместо того, чтобы обеспечить мир надеж-
ными гарантиями, он создал многочисленные поводы для даль-
нейших конфликтов и войн»4.
Решения Берлинского конгресса противопоставили народы
Балканского полуострова Османской империи и Австро-Венг-
рии. Кроме того, были заложены основы напряженности и про-
тиворечий между самими странами Балканского полуострова.
В сложившейся обстановке усилилось освободительное движе-
ние народностей, оставшихся под властью Турции, а также
южных славян, находившихся под властью Австро-Венгрии. Это
делало неизбежными новые военные столкновения.
18
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
Балканы — перекресток соперничества
между «малыми» и «великими»
Начало XX века не принесло мира на Балканы. Напротив,
территория этого региона с богатыми природными ресур-
сами и выгодным стратегическим положением вновь приобрела
особое значение в борьбе между складывающимися военно-по-
литическими группировками. Активно шел процесс формиро-
вания новых военно-политических и экономических связей меж-
ду великими державами, проявившийся в создании блоков, ос-
нованных на финансово-политической, военной и экономичес-
кой взаимозависимости. Острое соперничество и борьба за сфе-
ры влияния, новые источники сырья, рынки сбыта и передел
колоний проецировались на малые страны. Это выразилось в
стремлении великих держав перетянуть их на свою сторону
при создании «пояса безопасности» на Балканах. На фоне этого
процесса молодые государства Балканского полуострова стре-
мились реализовать собственные внешнеполитические програм-
мы и прежде всего задачу национального освобождения. Одна-
ко решение проблем региона зависело целиком от военной по-
литики великих держав.
«К единению югославянских народов обязывала их исто-
рическая, этническая и языковая общность. Но создание
такого обширного государства славян (каким позже и
стала Югославия) не могли допустить ни султанская
Турция, ни кайзеровская Германия, ни далекая Англия,
ни близкая Австрия, ибо славянское возрождение обяза-
тельно станет союзно России, и царь не замедлит полу-
чить базы для своего флота в Адриатике».
Валентин Пикуль. «Честь имею»
На переломе веков в стратегии великих европейских дер-
жав Балканы становились объектом острого соперничества. По
мере того как в XIX веке завершался процесс экономического и
политического объединения Германии, рождалась и ее внешне-
политическая концепция, трактовавшая необходимость терри-
ториальных захватов. Один из ее теоретиков — Фридрих Лист —
выдвинул идею борьбы на два фронта — против Англии и Рос-
сии. Он обосновывал необходимость продвижения германского
империализма по пути: Юг России — Кавказ с выходом к Чер-
19
ШЗасильева, ВЈаврилов Балканский тупик?./
ному морю и с одновременным пресечением экспансии России
на Ближний Восток и на Балканы. Теоретические положения
«движения на Восток» («Дранг нах Остен») отражали интересы
немецкого капитала еще со времен Бисмарка. Эта концепция
стала неотъемлемой частью внешней политики Германии с на-
чала XX века. Германская экспансия на восток мыслилась в
двух направлениях: первый путь шел к юго-востоку через Бал-
каны и Турцию к берегам Евфрата, к Персии и Кавказу; вто-
рой — непосредственно на восток и частично северо-восток че-
рез Прибалтику, Польшу, Белоруссию, Украину и Кавказ5.
Кайзер Вильгельм II:
«Наша сила в том, что мы готовы начать войну без
предупреждения. И мы не откажемся от этого преиму-
щества, чтобы не дать врагам времени подготовиться к
войне с нами...»
Практическим шагом Германии на этом поприще явилась
борьба за Балканы. Начало века было отмечено активным про-
рывом немецкого капитала в Турцию. Это ухудшило англо-гер-
манские отношения. Кроме того, Германия обладала монополи-
ей в вооружении турецкой армии и имела концессию на строи-
тельство багдадской железной дороги, что усиливало ее эконо-
мическое влияние на Ближнем Востоке.
Российские позиции на Балканах после Берлинского кон-
гресса были поколеблены. Прежде всего, Сербия отошла от тра-
диционной дружбы с Российским государством, перейдя к по-
литике тесного союза с Австрией. Этот курс был избран динас-
тией Обреновичей, поощрявшей связи крупных торговцев и
земельных собственников с австро-венгерским рынком. Союз с
Австрией объяснялся также политической неустойчивостью ре-
жима. Без ведома скупщины и правительства Милан Обрено-
вич заключил летом 1881 года конвенцию с Австро-Венгрией,
по которой Сербия отказывалась от претензий на Боснию и
Герцеговину и Новипазарский санджак. За это Австро-Венгрия
обещала поддержать династию и оказать ей содействие при
провозглашении Сербского княжества королевством.
Это означало полное политическое подчинение Сербии Вене.
Австро-Венгрия успешно осуществляла и экономическое зака-
баление страны, прибрав к рукам такие отрасли хозяйства как
строительство и эксплуатацию железных дорог, разработку по-
лезных ископаемых, эксплуатацию и рубку леса и пр. Основ-
ным средством проникновения австрийского капитала в Сер-
20
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
бию стали займы и другие финансовые операции, а также не-
равноправные торговые договоры6.
Правящие круги России были обеспокоены усилением гер-
манских и австро-венгерских позиций в зоне традиционных
российских интересов на Балканах, особенно в районе проливов
Босфор и Дарданеллы. В условиях существования Тройствен-
ного союза, направленного против России и Франции, создава-
лась угроза южным границам Российской империи. Царское
правительство рассматривало Сербию как своего рода первый
бастион на пути возможного вторжения сил Тройственного со-
юза через Балканы и Румынию на юг России. Об этом говори-
лось в плане российского Генштаба на случай войны с Трой-
ственной коалицией, согласно которому Сербия в союзе с Бол-
гарией должны были стремиться к сдерживанию части австро-
венгерских сил7.
Что касается оценок балканской политики России в начале
века, то следует отметить, что на протяжении многих десяти-
летий этот вопрос был предметом острой научной полемики
среди видных российских историков. Он продолжает обсуж-
даться и ныне. Отправным моментом для дискуссий служит
тезис, выдвинутый в 20-е годы М.Н. Покровским об «агрессив-
ной политике русского царизма», и о его якобы извечной борьбе
за торговые пути, прежде всего за черноморские проливы, что,
по его мнению, явилось одной из главных причин Первой миро-
вой войны8. Эту же тему-развивали Е.А. Адамов, Я.М. Захер,
А.Л. Попов, В.М. Хвостов и др. Более поздние и детальные ис-
следования как российских, так и зарубежных историков под-
вергли сомнению данное утверждение и продемонстрировали
далеко не однозначный характер внешнеполитической деятель-
ности российских правящих кругов в Балканском регионе на
рубеже веков.
В этот период Балканский регион оставался важным на-
правлением внешней политики России. Но речь шла прежде
всего об установлении благоприятного для нее режима Черно-
морских проливов, необходимого с точки зрения экономических
и оборонных потребностей страны.
Начало XX века было ознаменовано развертыванием борь-
бы великих держав «за последние куски неподе ленного мира
или за передел кусков уже разделенных». Включилась в эту
борьбу и Россия. К тому времени она переместила центр тяже-
сти своей внешней политики на Дальний Восток, начав в 1891 го-
ду строительство Сибирского пути. В связи с этим, как отмечал
министр иностранных дел А.Б. Лобанов-Ростовский, Петербург
21
ШЗасильева, В.Гаврилов Балканский тупик?..
вынужден был «поставить Балканы под стеклянный колпак»,
пока не будут решены дальневосточные проблемы9.
Таким образом, обратив свое внимание на Дальний Восток,
царизм был заинтересован в мире на Балканах. В его планы не
входило решение вопроса о Проливах с помощью военной силы.
Многое в российской позиции, особенно в отношениях с Серби-
ей, определялось проавстрийской ориентацией правящей серб-
ской династии Обреновичей. Российская дипломатия прилагала
усилия для налаживания связей с сербскими радикалами, пред-
ставлявшими интересы сербской национальной буржуазии, за-
интересованной в самостоятельной политике страны и ее эко-
номических связях с Россией. Первым шагом на этом пути было
принятие Петербургом решения о назначении в 1901 году та-
лантливого русского дипломата Н.В. Чарыкова чрезвычайным
посланником и полномочным министром в Белград. Перед отъез-
дом ему была дана инструкция, в которой указывалось: «Обра-
щаем Ваше внимание на руководящую нашу мысль способ-
ствовать всеми зависящими от нас средствами к поддержанию
на Балканском полуострове мира и спокойствия»10.
Главным методом российской политики в Сербии были уси-
лия по ее освобождению от экономической зависимости от Ав-
стро-Венгрии. В этом направлении Россия нашла поддержку у
Франции, которая также не была заинтересована в усилении
германского и австрийского влияния в Сербии. Чарыкову было
дано указание поддерживать сербский проект строительства
железной дороги Ниш — Адриатическое море, который был
задуман в противовес австрийскому проекту железной дороги
Сараево — Нови-Пазар. Совместно с Францией Россия увели-
чила экспорт своих товаров в Сербию, согласованными действи-
ями две эти державы стремились к упорядочению финансового
положения страны.
Для оказания помощи сербской армии в подготовке офице-
ров высокой квалификации по указанию Николая II было ре-
шено с 1901 года принимать на обучение в ведущие военные
академии России от 10 до 14 сербских офицеров. Суть россий-
ских усилий в Сербии выразил Чарыков в письме от 30 января
1902 года: «Когда масса сербского населения увидит, что улуч-
шение его благополучия результат экономических и полити-
ческих связей с нами, тогда ее нынешнее стихийное располо-
жение к России станет еще большим, несомненно полезным
для нас»11.
Коренной поворот во внутриполитической жизни Сербии и
ее внешнеполитической ориентации был связан с деятельнос-
22
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
тью различных тайных обществ и организаций, которые оказа-
ли существенное влияние на судьбу этой страны. Следует от-
метить, что этот вопрос нередко ускользает из поля зрения
отечественных историков.
В начале века в Сербии возникла тайная офицерская орга-
низация, главной целью которой было свержение короля Алек-
сандра Обреновича. Основным действующим лицом этого заго-
вора был поручик Генерального штаба Сербии Драгутин Ди-
митриевич (1876—1917 гг.). Он имел характерный псевдоним —
Апис, означавший «священный бык». Офицеры установили связь
с представителями гражданских партий, а также внуком осно-
вателя сербского государства Петром Карагеоргиевичем, нахо-
дившимся в эмиграции в Вене. В ночь с 28 на 29 мая 1903 года
группа из 28 офицеров во главе с Петром Живковичем ворва-
лась во дворец. Заговорщики убили короля, королеву, а их тела
выбросили в окно. Убиты были и королевские приближенные,
среди которых — военный министр Д. Цинцар-Маркович. Вре-
менное правительство, созданное офицерами, созвало распу-
щенный королем Александром парламент, который избрал на
сербский престол Петра I Карагеоргиевича (1903—1921). Двор-
цовый переворот знаменовал полную победу радикальной партии
сербской национальной буржуазии. Она стала проводить про-
текционистскую политику, способствовавшую развитию нацио-
нальной промышленности и торговли.
Основным направлением внешней политики радикалов ста-
ло сотрудничество с Россией и Францией. Вполне естественно,
что такой курс вызвал недовольство Австро-Венгрии. Англия
также не была заинтересована в усилении российского влия-
ния в Сербии, даже потребовав казни убийц королевской семьи.
Успех майского переворота укрепил авторитет и влияние заго-
ворщиков в Сербии. Многие из них, как явствует из опублико-
ванных ныне данных, принадлежали к масонским организаци-
ям, которые получили большое распространение как в Сербии,
так и в Хорватии. Например, в числе участников заговора 1903 го-
да масонами были торговец Никола Хаджи Тома, адвокат Алекса
Новакович, поручик Божин Симич, капитаны С. Шапинац,
М. Милованович. За различными национальными ложами сто-
яли масонские центры за рубежом, которые через местные ложи
и их членов проводили свою политику. Однако из-за особой
законспирированности этих организаций и их членов, недоступ-
ности документов очень трудно установить, чью же волю ис-
полняли конкретные адепты этих лож.
Известно, что многие сербские ложи находились под покро-
23
^Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?,;
вительством французской ложи «Великий Восток». Часть уча-
стников дворцового переворота были членами ложи «Объеди-
нение», основанной в 1903 году в Белграде сербскими и фран-
цузскими «вольными каменщиками»12. Успех майского перево-
рота укрепил влияние и авторитет заговорщиков среди веду-
щих кругов сербской национальной буржуазии. Как бы то ни
было, масоны оказывали существенное влияние на идейную и
духовную жизнь югославских земель. Масон Любомир Йовано-
вич-Чупа через свою газету «Пьемонт» пропагандировал идеи
о том, что Сербия призвана играть роль «югославского Пьемон-
та» — центра объединения всех сербов.
Особенно активизировалась деятельность тайных организа-
ций после 1908 года. Этот год можно считать знаменательным
рубежом в европейской политике, повлекшим за собой новую
череду острых международных противоречий и конфликтов.
Прежде всего это было связано с действиями Австрии, направ-
ленными на закрепление своего присутствия в Боснии и Герце-
говине. В австрийском парламенте были озвучены планы стро-
ительства железной дороги от Увца до Косовской Митровицы.
Министр иностранных дел Алоиз фон Эренталь подчеркнул ее
геостратегическое значение как кратчайшего пути от Централь-
ной Европы к Египту и Индии, связывающего Берлин с Солу-
ном (Салониками). Идея получила одобрение в Берлине, ибо
шла в унисон с концепцией «пангерманизма»13.
В Петербурге стало известно о подготовке Австро-Венгрии
к аннексии Боснии и Герцеговины. Об этом свидетельствует
циркулярная директива российского министерства иностран-
ных дел, направленная своим посланникам во все европейские
столицы, включая Берлин, Лондон, Вену, Париж, Белград и др.
в конце сентября 1908 года. В ней сообщалось о том, что, по
имеющимся данным, Австро-Венгрия вскоре объявит о присое-
динении Боснии и Герцеговины.
И действительно, 5 октября того же года австрийский импе-
ратор подписал указ о расширении своего суверенитета на Бос-
нию и Герцеговину. Аннексия была расценена в Белграде как
тягчайший удар по национальным устремлениям югославов.
Правительства Сербии и Черногории, забыв о династических
распрях, заявили совместный протест против действий Габс-
бургской монархии. В Сербии прошли массовые митинги, а пра-
вительство начало мобилизацию армии. В ответ Австро-Венг-
рия сосредоточила на сербской границе миллионную армию. «Ан-
нексионный кризис» продлился до весны 1909 года, когда Сер-
бия и Россия балансировали на грани войны с Австро-Венгри-
24
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
ей. Воинственное настроение охватило сербскую и российскую
общественность. Сербия надеялась на поддержку Петербурга,
но Николай II и правительство советовали сербскому руковод-
ству решить спор мирным путем. Россия, ослабленная войной с
Японией, была не в состоянии оказывать Сербии какую-либо
военную поддержку. Российский министр иностранных дел
А.П. Извольский заявил главе сербского правительства Н. Па-
шичу: «Сербия должна мирно держаться. Россия стоит не за
войну и не будет воевать за Боснию...»14 «Аннексионный кри-
зис» закончился полным дипломатическим поражением России
и Сербии, после того как Германия направила в Петербург уль-
тиматум с требованием признать аннексию Австрией Боснии и
Герцеговины. Российское правительство, сознавая свое бесси-
лие, 24 марта 1909 года сделало требуемое заявление. Спустя
неделю то же самое вынуждена была сделать и Сербия, вре-
менно отказавшись от своих претензий на Боснию и Герцегови-
ну. Остальные европейские державы безмолвно приняли за-
хватнические действия Австро-Венгрии.
Следствием австрийской аннексии явилось новое наруше-
ние равновесия на Балканах, что рассматривалось в Петербур-
ге как прямая угроза интересам России. Примечательным в
российской политической жизни стало четкое размежевание
между теми, кто выступал за продолжение традиционной бал-
канской политики, и теми, кто считал необходимым отказаться
от «великой славянской идеи», прекратить борьбу за Черно-
морские проливы, против Германии и Австро-Венгрии и сосре-
доточить основные усилия в Азии. Среди последних заметную
роль играл Союз русского народа. Он выражал интересы круп-
ных землевладельцев, заинтересованных в экономических свя-
зях с Германией — главным покупателем российского зерна.
Другие партии, например, октябристы, кадеты, напротив, выс-
тупали за союз с Францией и Англией, видели в германской и
австрийской экспансии угрозу для России.
Суть долговременных российских интересов в Балканском
регионе хорошо выразил в 80-е годы XIX века военный ми-
нистр Д.А. Милютин. В Записке под названием «Мысль о воз-
можном решении восточного вопроса в случае окончательного
распадения Османской империи» он писал: «Для нас желатель-
но лишь одно, чтобы ни одна из европейских держав не присво-
ила себе преобладание на Балканском полуострове и в особен-
ности не захватила в свои руки входа в Черное море»15.
Для активизации балканской политики России помимо во-
енно-стратегических причин существенную роль играли эконо-
25
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
мические интересы. Примечательно, что с 1903 по 1912 год сто-
имость российского экспорта через Проливы возросла с 410 до
433 млн. рублей. Через проливы Босфор и Дарданеллы прохо-
дило более 37 процентов всего русского экспорта. С 1901 по
1910 год через них из России было вывезено 87,2 процента все-
го экспорта пшеницы16.
Поэтому после аннексии Австрией Боснии и Герцеговины в
обстановке активного экономического и военно-политического
проникновения Германии в Турцию главной внешнеполитичес-
кой задачей Российской империи стали попытки не допустить
захвата Проливов какой-либо другой державой и добиться из-
менения режима плавания для русских военных судов. Россий-
ская дипломатия безуспешно предпринимала усилия в этом на-
правлении в Париже и Лондоне. Российское руководство не рас-
считывало решить эту задачу с помощью военной силы. Для
защиты своих интересов в борьбе с австро-германской экспан-
сией в Юго-Восточной Европе оно стремилось опереться на
Англию и Францию. Страны же Антанты, с одной стороны, не
были заинтересованы в усилении Германии в Балканском ре-
гионе, но в то же время боялись укрепления позиций России.
Особенно не желала этого традиционная покровительница Тур-
ции — Англия, которая придерживалась позиции «невмеша-
тельства».
Глава Форин-офиса сэр Эдуард Грей отмежевался от за-
теянных его ведомством комбинаций: «Я всегда утвер-
ждал, что территориальное переустройство должно
быть делом самих балканских государств. Не мне в него
вмешиваться. Роль, которую мы сможем сыграть, све-
дется к финансовой поддержке конфедерации, когда она
будет создана».
Л. Картрайт. «Нерешительность, путаница и фиаско»
Англия и Франция скорее рассматривали Балканы с их слож-
ным переплетением национальных противоречий и противобор-
ством и соперничеством как удобный инструмент провоцирова-
ния мировой войны и втягивания в нее России.
Российско-германские противоречия особенно обострились
после 1911 года, после того как Турция, намереваясь осуще-
ствить реорганизацию своей армии, обратилась к Германии с
просьбой направить для этих целей своих военных специалис-
тов. Германская сторона назначила генерала Лимана фон Сан-
дерса на пост генерального инспектора в турецкой армии.
26
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
Российская дипломатия перешла к активной политике по
созданию союза балканских государств для борьбы против Тур-
ции. Эти действия вряд ли можно рассматривать как доказа-
тельство агрессивных намерений царизма, они носили оборони-
тельный характер в целях защиты национальных интересов
страны в условиях реальной угрозы перехода контроля за Про-
ливами в руки Германии, нарастающей военной опасности.
Более 40 лет Германия искала повод для того, чтобы
скрестить меч с Францией. Знаменитый план Шлиффе-
на предусматривал нанесение первого удара именно по
Франции. Столько же лет вынашивали французы идею
реванша за поражение 1870 года, Франция рвалась в бой
еще в 1912 году, и балканский предлог был для нее не
хуже всякого другого.
Россия, содействуя заключению Балканского союза, стре-
милась к созданию «пояса безопасности» в районе Балканского
полуострова и Проливов. Англия и Франция также рассчиты-
вали использовать объединение балканских государств в борь-
бе против проникновения Германии и Австро-Венгрии на Бал-
каны. Для Франции Австро-Венгрия являлась серьезным тор-
говым конкурентом в Сербии, особенно в смысле военных по-
ставок. Франция предоставила Сербии в 1911 году заем в раз-
мере 94,5 млн. франков. Во Франции был размещен сербский
заказ на производство пушек17.
В самой Сербии на французские и бельгийские средства были
построены холодильники и консервные заводы, вследствие чего
значительно возрос сербский экспорт консервированных мяс-
ных продуктов. Это явилось важным фактором длившейся еще
с 1906 года австро-сербской таможенной войны и нанесло удар
по экономическим интересам Австрии.
Болгария, Черногория, Сербия и Греция решали собствен-
ные задачи внешней политики. Главной для них оставалась
проблема национального освобождения от турецкого ига путем
военных действий. Кризис, охвативший Османскую империю, и
усиление завоевательных амбиций великих держав в отноше-
нии Балкан способствовали ускорению переговоров между бал-
канскими странами о войне против Турции. Инициатива в пе-
реговорах с Сербией осенью 1911 года принадлежала болгар-
ской дипломатии. Но уже с самого начала зарождения Балкан-
ского союза проявились болгаро-сербские территориальные про-
тиворечия, главным из которых был спор из-за Македонии.
27
Н.Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?,.
Сербско-болгарские переговоры проходили под патронажем
российской дипломатии, Николай II обязался вынести свое ар-
битражное решение по так называемой спорной зоне в Северо-
Западной Македонии18 . Подписанный 13 марта 1912 года Дого-
вор о дружбе и союзе между Царством Болгарии и Королев-
ством Сербии стал победой сербской дипломатии, т.к. Болгария
отступила от традиционной политики по македонскому вопросу
и согласилась на раздел Македонии на «спорную» и «бесспор-
ную» зоны после войны. Болгария признавала за Сербией пра-
ва на земли к северу и западу от Шар-Планины (Новипазар-
ский санджак, Косово и Метохия и другие земли). Сербия при-
знавала права Болгарии во Фракии (к востоку от Родопских гор
до реки Струмы).
Таким образом, был фактически намечен раздел Македо-
нии, хотя центральным лозунгом идеологической подготовки к<
войне была пропаганда автономии Македонии.
Согласно многим историческим источникам, в 1912 году в
Македонии болгары составляли большинство населения — 1 млн.
150 тыс. человек, на втором месте были турки — 400 тыс. Затем
шли албанцы, греки, евреи и лишь незначительное количество
сербов19. Сербская же буржуазия, принявшая программу тер-
риториального расширения Сербии, стала пропагандировать
идею о том, что население Македонии является не болгарским
и не сербским, а македонским. Историки и по сей день ведут
споры о складывании и развитии македонского народа. Боль-
шинство ученых склоняются к более позднему вычленению ма-
кедонского народа из болгарского этноса. Хотя вопрос этот до
сих пор продолжает оставаться дискуссионным20.
Македонский вопрос на протяжении всего XX века исполь-
зовался теми или иными политическими силами и великими
державами для решения собственных своекорыстных целей,
которые нередко шли вразрез с подлинными интересами насе-
ления Македонии.
Как бы то ни было, первым этапом подготовки к войне с
Турцией стало подписание союзного договора между Сербией и
Болгарией под патронажем России. Затем в мае 1912 года был
подписан Оборонительный союзнический договор между Бол-
гарией и Грецией, но главную роль при болгаро-греческом сбли-
жении сыграла Англия. При этом вопрос о границах в Македо-
нии не был затронут, поскольку стороны не смогли прийти к
соглашению.
Позднее всех к Балканскому союзу присоединилась Черно-
гория. Она заключила соглашение с Болгарией и Сербией.
28
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
Степень «освободительной миссии» каждой из участниц со-
юза зависела от ее притязаний на территориальную «компен-
сацию», которая, как правило, выходила за пределы решения
национальных задач. Сербия, например, претендовала не толь-
ко на Новипазарский санджак и Косово, но и на северные рай-
оны Албании и часть территории в так называемой спорной
зоне Македонии. На большей части этих земель сербское насе-
ление было в меньшинстве.
Греция не скрывала своих притязаний в отношении Южной
Албании, Южной Македонии и Западной Фракии, стремилась
к аннексии островов Эгейского моря и Эпира и в общей сложно-
сти хотела получить территорию размером в 50 тыс. кв. кило-
метров. Почти половина этих территорий была заселена албан-
цами, болгарами и валахами.
Болгария претендовала на 52 тыс. кв. километров террито-
рии Македонии и на 32 тыс. кв. километров территории Адриа-
нопольской Фракии. В общей сложности — на половину бал-
канских владений Османской империи.
Румыния хотела присоединить к себе часть Северо-Восточ-
ной Болгарии.
Тем не менее главная объединительная идея Балканского
союза заключалась в ликвидации турецкого гнета в европей-
ских владениях Османской империи и создании национальных
государств.
Первая Балканская война (октябрь 1912 — май 1913 гг.) на-
чалась с наступления войск Черногории. Неделей позже в вой-
ну вступили Сербия, Болгария и Греция. Самой многочислен-
ной была болгарская армия. При населении страны 4,5 млн.
человек ее армия насчитывала более 700 тыс. человек. Сербия с
населением 2,91 млн. человек мобилизовала 291 тыс. человек.
Греция с населением 2,63 млн. человек — 175 тысяч, а Черного-
рия — всего 30 тыс. человек.
В течение пяти-шести недель основные силы турецкой ар-
мии на Балканском полуострове были разбиты, за исключени-
ем трех осажденных крепостей. Болгарская армия подошла к
Константинополю.
Но характерно, что именно военные успехи балканских со-
юзников вызвали небывалую дипломатическую активность и
пристальное внимание со стороны европейских правительств.
Они стремились не упустить возможности воспользоваться бал-
канским кризисом и не опоздать использовать ситуацию для
°существления своих целей на Балканском полуострове. Оче-
видно, что после Берлинского конгресса вновь в этом районе
29
^Васильева, ВЈаврилов Балканский тупик?..
было нарушено статус-кво, и именно великие державы взяли
на себя миссию решения территориальных и пограничных про-
блем между малыми странами. Однако балканский кризис по-
казал, что великие державы вряд ли были в состоянии вырабо-
тать принципы справедливого решения возникших территори-
альных и межнациональных споров между балканскими стра-
нами и Турцией. Балканская война лишь со всей очевидностью
определила противоположные интересы двух военно-полити-
ческих группировок Антанты (Россия, Великобритания, Фран-
ция) и Тройственного союза (Германия, Австро-Венгрия, Ита-
лия).
16 декабря 1912 года в Лондоне начались мирные перегово-
ры между балканскими союзниками и Турцией. На другой день
там же открылась конференция послов великих держав Гер-
мании, Австро-Венгрии, Италии, России, Франции под предсе-
дательством министра иностранных дел Англии Э. Грея. Судь-
ба мирного договора в конечном счете зависела от решения
конференции послов.
Окрыленные успехами на полях сражений, правящие дина-
стии Болгарии, Греции, Сербии, Черногории добивались каж-
дая для себя в отдельности максимальных приращений за счет
побежденной Турции, а при случае и территорий пограничных
районов со смешанным населением.
Главной целью войны правящие круги Сербии считали обес-
печение выхода к морю — приобретение территории с портом
на Адриатике.
Против этого категорически возражали Австро-Венгрия и
Германия. Именно с конфликта между Веной и Белградом на-
чалась конференция послов. Представитель Австро-Венгрии
потребовал, чтобы занятые сербами порты на Адриатическом
море были включены в состав Албании, над которой австрийцы
намеревались установить свой протекторат. Обострение кон-
фликта привело к объявлению Веной с одобрения Берлина мо-
билизации австро-венгерских войск и сосредоточению их на гра-
нице с Сербией. Австрийская сторона мотивировала свое вме-
шательство следующим заявлением, сделанным послом Вены в
Петербурге графом Турн: «Австрия никоим образом не допус-
тит, чтобы в результате разрастания сербской территории ей
был отрезан путь на Салоники, и потому она не может прими-
риться с расширением Сербии вплоть до Адриатического моря»21.
В защиту Сербии выступила Россия, которая в качестве
покровителя Балканского союза также приступила к военным
30
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
приготовлениям. Грозившая войной ситуация вынудила вели-
кие силы искать компромиссную позицию. В итоге конферен-
ция послов пришла к соглашению о создании автономной Алба-
нии под контролем шести великих сил. Было принято решение
о предоставлении Сербии не территориального, а торгового вы-
хода к Адриатическому морю, и об интернационализации же-
лезнодорожной линии, ведущей к одному из адриатических
портов. Таким образом, все-таки сохранялись преимуществен-
ные позиции Австро-Венгрии. Германский и австрийский по-
слы стремились любой ценой ограничить территориальные при-
обретения Сербии и Черногории на албанских землях.
Не менее сложно проходила конференция турецких пред-
ставителей и балканских союзников. Еще до конференции дер-
жавы Антанты договорились ограничить европейские владения
Турции районом Константинополя, причем Салоники передать
Греции, а оказавшийся в результате осады болгарских войск
Адрианополь уступить Болгарии. Германия и Габсбургская мо-
нархия отвергли эти первоначальные предложения, причем пос-
ледняя не скрывала своих планов «обеспечить себе привилеги-
рованные хозяйственные» позиции на европейском Юго-Восто-
9?
ке .
Балканские союзники потребовали от Турции установления
границы во Фракии по линии Мидия—Энос (двух населенных
пунктов на побережье Черного и Эгейского морей), а также
Эгейских островов. Как уже отмечалось, Болгария претендова-
ла на 52 тыс. кв. километров территории Македонии и 32 тыс.
кв. километров в Адрианопольской Фракии. Но ее требования
были категорически отвергнуты как Сербией, так и Турцией.
Второй раунд переговоров между балканскими союзниками
и Османской империей начался в апреле 1913 года. Он явился
следствием возобновления Турцией военных действий, после
того как в январе 1913 года в Константинополе произошел пе-
реворот. К власти пришло ориентировавшееся на Германию
правительство «младотурок», которое не желало идти ни на
какие территориальные уступки. Но в конце марта болгарская
армия взяла Адрианополь в Восточной Фракии. Почти в то же
самое время черногорские и сербские войска захватили кре-
пость Шкодер в Албании, а греческая армия — крепость Яни-
на. В результате своих поражений турки запросили мира.
Однако в ходе второго раунда лондонских переговоров еще
больше проявились противоречия среди балканских союзни-
ков, вызванные как соперничеством между отдельными динас-
31
^Васильева, В.Гаврилов Балканский тупик?..
тиями, так и этнической и исторической сложностью нацио-
нально-территориальных проблем на Балканах.
«Нельзя объяснить превращение Балкан в горячую точ-
ку Европы только соперничеством здесь противоборству*-
ющих группировок держав... Этот печальный факт стал
возможен потому у что борьба держав сочеталась здесь с
соперничеством молодых национальных государству со
стремлением буржуазии отдельных стран достичь пре-
обладания на полуострове, занять первое место под бал-
канским солнцем, потеснить соседей».
«Международные отношения на Балканах. 1856-1878»
На первый план выдвинулись сербско-болгарские споры по
поводу Македонии. Сербский премьер-министр Н. Пашич в сво-
их контактах с Парижем и Петербургом стремился доказать
необходимость компенсировать отказ от выхода Сербии к Ад-
риатическому морю более крупными территориальными при-
ращениями в Македонии, что подрывало долговременность бол-
гаро-сербского союза. С другой стороны, между Болгарией и
Грецией возникли споры о принадлежности Салоник, а также
об установлении границы в Македонии. Греция настаивала на
оставлении за собой Халкидонского полуострова. В марте
1913 года между Сербией и Грецией была достигнута догово-
ренность о совместных действиях против Болгарии при дележе
территориального наследия Османской империи. В мае был под-
писан секретный протокол, согласно которому Сербия и Греция
обязывались заключить договор о дружбе и оборонительном
союзе, подкрепленный военной конвенцией.
Этим конфликтом тут же воспользовались страны Тройствен-
ного союза, поддержавшие бескомпромиссную позицию Болга-
рии в вопросе о передаче Болгарии районов Эгейской Македо-
нии. Интригам Вены и Берлина содействовали и националисти-
ческие силы в Сербии, особенно офицерство, члены тайных орга-
низаций, которые настаивали на пересмотре сербско-болгар-
ского соглашения о разделе Македонии.
Особую роль в инициировании воинственных настроений в
Сербии играла конспиративная организация «Объединение или
смерть», больше известная как «Черная рука». Ее лидером стал
уже имевший в 1909 году чин полковника Драгутин Димитрие-
вич (Апис). С 1913 года он возглавлял разведывательный отдел
генерального штаба сербской армии. В организацию входили
32
г
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
участники переворота 1903 года майоры Велимир Вемич и Во-
ислав Танкосич. Во главе союза стояла Верховная управа из
11 человек Организация имела мистическую атрибутику. Ее ря-
довые члены имели порядковый номер и должны были слепо
подчиняться Верховной управе. На печати организации были
изображены череп и кости, кинжал, бомба и сосуд с ядом. При
вступлении в союз в письменном виде давалась торжественная
клятва верности его идеям. Она подписывалась кровью. Нару-
шение обета каралось смертной казнью. Организация пропове-
довала тактику индивидуального террора. В проскрипционных
списках союза числились болгарский царь Фердинанд, король
Греции Константин, черногорский монарх Николай, австрий-
ский престолонаследник Франц Фердинанд.
Все славянские организации бойскаутов, гимнастические
общества «соколов», даже антиалкогольные братства
трезвенников — все эти невинные и легальные союзы на
самом деле были хорошо замаскированными ответвле-
ниями «Черной руки», раскинувшей свои невидимые сети
на Словению, Македонию, Боснию и Герцеговину.
Об этой организации было известно и в Петербурге. Россий-
ский военный атташе (резидент русской разведки в Белграде)
полковник В.А. Артамонов в своем донесении в Главное управ-
ление Генерального штаба от 9 ноября 1911 года сообщал свои
соображения о причинах создания «Черной руки»: «Разочаро-
вание армии в правительстве, которое оказалось неспособным
противостоять экспансии Австро-Венгрии; стремление военных
создать сильную власть, намерение офицерства вести более
решительную внешнюю политику, направленную на присоеди-
нение к Сербии «единоплеменных народов»23. По инициативе
Аписа тайный комитет действия был создан в Македонии. Не-
сомненно, что Апис имел сторонников в военных и политичес-
ких кругах Сербии, поддерживавших идею более радикальных
действий в решении сербских территориальных проблем.
К антиболгарскому союзу Сербию и Грецию подтолкнули
решения конференции послов о том, чтобы Черногория отказа-
лась от Шкодера, а Сербия — от выхода к Адриатическому
морю. Это дало дополнительный стимул для того, чтобы Сербия
потребовала компенсации в Македонии.
Затянувшиеся переговоры с Турцией под давлением вели-
ких держав были завершены подписанием 30 мая 1913 года
2-Балканский тупик?..
33
ШЗасильева, В.Гаврилов Балканский тупик?..
мирного договора. Линия Мидия—Энос была обозначена в нем
как граница между Европой и Османской империей. Великие
державы получили право определять границы Албанского го-
сударства и судьбу островов Эгейского моря. Крит отошел к
Греции. Однако проблема взаимных территориальных уступок
между членами Балканского союза так и не была решена. Не
был найден и путь к компромиссу на основе мирных договорен-
ностей.
1 июня 1913 года Греция и Сербия заключили в Салониках
договор, направленный против Болгарии, предложив и Румы-
нии присоединиться к нему. Стороны договорились об общей
границе в Македонии, основанной на принципе фактической
оккупации, что болезненно затронуло болгарские интересы в
Македонии.
Македония к концу войны оказалась оккупированной войс-
ками сразу трех государств — Сербии, Греции и Болгарии. Об-
ращение группы македонских эмигрантов в Петербурге в мар-
те 1913 года к конференции послов в Лондоне с требованием
создания независимой Македонии в рамках таможенного союза
балканских государств результатов не возымело.
К концу первой Балканской войны Болгария возбуждала
подозрения обеих военно-политических группировок. Страны
Антанты, в том числе и Россия, полагали, что Болгария ориен-
тируется на Тройственный союз. Подталкивая Болгарию к столк-
новению с Сербией, тот стремился развалить Балканский союз,
но тоже не был до конца уверен в Болгарии, а потому и не
намеревался оказывать ей иной помощи, кроме дипломатичес-
кой. Тем не менее главная стратегическая цель Германии и
Австро-Венгрии состояла в том, чтобы отколоть Болгарию от
Балканского союза и перевести ее на антироссийский курс, пе-
ретянув на сторону Тройственного союза. Болгария же всерьез
рассчитывала на его поддержку в межсоюзническом конфлик-
те, получив заверения в этом от Австро-Венгрии.
В Берлине были заинтересованы в конечном поражении
Болгарии, так как проигрыш ее в межсоюзнической войне из-
за Македонии, естественно, настроил бы Болгарию против Рос-
сии как покровительницы Сербии24. Кайзер Вильгельм II зая-
вил: «Если это балканское чудовище (Балканский союз. —Прим.
авт.) лопнет, то удар, нанесенный войной между балканскими
славянами по панславизму, будет чувствоваться еще долго»25.
Российское правительство, не желая допустить распада Бал-
канского союза, стремилось к урегулированию назревавшего
34
2-2
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
конфликта мирным путем. Русская дипломатия выдвинула идею
созыва конференции премьер-министров стран Балканского
союза (Сербии, Болгарии, Греции и Черногории) при условии
посредничества и арбитража России. В то время как сербское
правительство и его премьер Н. Пашич колебались с приняти-
ем этого предложения, дворцовые круги Болгарии во главе с
Фердинандом, подталкиваемые австро-венгерской дипломати-
ей, отвергли предложение России о созыве конференции. Болгар-
ская правящая династия избрала военный путь решения тер-
риториального спора со своими бывшими союзниками.
17 (30 нового стиля) июня 1913 года болгарские войска без
объявления войны совершили нападение на сербские части в
Македонии в районе реки Брегалницы. Соотношение сил было
в пользу бывших болгарских союзников. Предпринятые насту-
пательные операции болгарских войск против сербских и гре-
ческих сил не принесли им желаемого результата. Болгарское
правительство, оказавшееся в международной изоляции, было
вынуждено представить начавшиеся боевые действия как по-
граничный инцидент и попыталось через своего представителя
в Афинах добиться их прекращения. Однако правительства Сер-
бии и Греции решили воспользоваться благоприятной ситуаци-
ей, объявили Болгарии войну, и их армии начали наступление.
К ним присоединилась Черногория. Под натиском сербских, гре-
ческих, черногорских войск болгарская армия отступила к сво-
ей старой границе. В это время в войну против Болгарии всту-
пили Румыния и Турция. Румынские войска оккупировали
Южную Добруджу, часть Северной Болгарии и продвигались к
Софии. Турецкие войска, перейдя линию Энос—Мидия, всту-
пили в Адрианополь, заняли Восточную Фракию и пересекли
старую болгарскую границу.
Болгария запросила мира. 31 июля 1913 года было заключе-
но перемирие.
Начавшая работу в Бухаресте мирная конференция приве-
ла к новому территориальному переделу. Он имел трагические
последствия для стабильности в Балканском регионе, привел к
изменению соотношения сил в этом регионе в пользу Трой-
ственного союза и ослаблению позиций России.
Мирная конференция превратилась в международный про-
цесс над Болгарией. Ее противники стремились лишить ее воз-
можности играть центральную роль на Балканском полуостро-
ву Каждая из великих держав пыталась до поры до времени
избежать глобального столкновения из-за небольшого государ-
2*
35
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
ства, волею судьбы оказавшегося между двумя военно-полити-
ческими группировками. Болгария была «наказана». 10 августа
1913 года в Бухаресте был подписан мирный договор.
К Сербии отошла Западная и Центральная (Вардарская) Ма-
кедония. Греция получила южную ее часть — Эгейскую Маке-
донию. У Болгарии осталась лишь Пиринская Македония. Бол-
гария потеряла и Южную Добруджу, отошедшую к Румынии.
По заключенному с Турцией мирному договору Болгария
потеряла также большую часть Восточной Фракии, отошед-
шую обратно к Османской империи.
Несмотря на то, что в результате балканских войн террито-
рии Сербии и Черногории значительно увеличились, в жертву
был принесен Балканский союз. Его разрушение ликвидирова-
ло один из барьеров на пути экспансии Австро-Венгрии и Гер-
мании на Балканах.
Вторая Балканская война окончательно изменила военно-
политические структуры в Европе, т.к. Болгария, не решив сво-
их территориальных проблем, переориентировалась в сторону
Германии и Австро-Венгрии. Россия не могла больше рассчи-
тывать на Балканский союз как противовес экспансионистским
планам этих двух держав. Потерпели неудачу российские пла-
ны создания «пояса безопасности» в этом регионе на основе
союза молодых балканских государств. Переход Болгарии в про-
тивоположный лагерь способствовал окончательной ориента-
ции России на Антанту. Главным ее звеном была Англия —
исторический противник России в Балканском регионе. Союз-
ники России по Антанте — Англия и Франция имели собствен-
ные геостратегические интересы на Балканах и в Средиземно-
морье. Их главной целью было не допустить как укрепления
позиций стран Тройственного союза, так и России.
Россия, пытавшаяся выступить арбитром в решении бал-
канских проблем, и другие великие европейские державы не
стремились к справедливому решению возникших между ма-
лыми государствами противоречий. Статс-секретарь по иност-
ранным делам Англии лорд Эдуард Грей писал в своих мемуа-
рах: «Положение, сложившееся в результате второй Балкан-
ской войны, зиждется не на справедливости, а на силе... Вели-
кие государства ничего не предприняли для подписания в Бу-
харесте справедливого договора. Их больше занимало то, как
бы не осложнить отношения между собой26.
Результаты Бухарестского мирного договора окончательно
превратили Балканы в «пороховой погреб Европы». Ровно че-
36
2-4
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
рез год после заключения мирного договора именно на Балка-
нах был зажжен фитиль, взорвавший мир.
«Теперь или никогда» — стереть Сербию в
порошок]
Литература, вышедшая по истории Первой мировой войны,
необозрима и ее количество продолжает нарастать. Только
в последнее десятилетие XX века на Западе открылись многие
(но далеко не все, относящиеся к ней) архивы. В России лишь в
последнее время ученые получили возможность работать над
документами, ранее хранившимися в тайне. Многие вопросы
этого далекого события и по сей день изучены недостаточно.
Хрестоматийным стал факт, что поводом для объявления
Австро-Венгрией войны Сербии было совершенное 28 июня
1914 года в Сараево убийство сербским террористом Таврило
Принципом австрийского эрцгерцога Франца-Фердинанда.
Зарубежными и отечественными учеными всесторонне рас-
крыты общие причины возникновения Первой мировой войны.
Они не вызывают сомнения.
В этот период все более обострялись англо-германские
противоречия. Германия ищет новые рынки, источники
сырья, старается расширить сферы влияния. В Герма-
нии с 1900 года реализуется программа военного корабле-
строения, Англия отказывается от политики изоляции
и сближается с Францией, а через нее с Россией. После-
дняя надеется установить через Англию и Францию свой
контроль над Черноморскими проливами. Значение про-
ливов для России в этот перџод сильно возросло. Россия
экспортирует еще больше хлеба. Через Босфор и Дарда-
неллы уходило 89 процентов российского хлеба. Герма-
ния же старалась не только подчинить экономику Ос-
манской империи, но и установить контроль над ее воо-
руженными силами.
Главными державами, определявшими в этот период судьбу
Европы, являлись Великобритания и Германия. Именно между
ними развернулась борьба за гегемонию на Европейском кон-
37
Н.Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
тиненте и новый передел сфер влияния. Другие страны (Рос-
сия, Франция, Италия, Австро-Венгрия, а также малые госу-
дарства) имели собственные геополитические, геостратегичес-
кие и другие интересы, но их вступление в войну было произ-
водным от исхода основного — германо-английского конфлик-
та. Англия по традиции действовала скрытно, первоначально
поставив под удар Россию и Францию. Германия, нацеленная
на решительную войну, имела свои далеко идущие цели, но
выдвинула на авансцену Австро-Венгрию, подтолкнув ее к на-
падению на Сербию, которая стала заложником противобор-
ства великих держав. У Сербии имелся собственный план —
план создания «Великой Сербии», объединителя всех югослав-
ских земель. Германия стремилась не допустить укрепления
военно-стратегических и экономических позиций России на Бал-
канах, экономического проникновения России в бассейн Среди-
земного моря и в Малую Азию. Стремительное развитие капи-
тализма в России, особенно в южной ее части, вызывало обес-
покоенность Германии.
Еще в 80-е годы XIX века креатура Бисмарка Э. Гартман
выступил с конкретным антироссийским проектом. Доказывая,
что все культурные и политические задачи России лежат не в
Европе, а в Азии, Гартман предлагал осуществить раздел Рос-
сии. По его плану, из российских территорий, расположенных к
западу от Москвы и прилегающих к Балтийскому морю, следо-
вало образовать «Балтийское королевство». Юго-Запад России
с Украиной и Крымом мыслился как «Киевское королевство». С
аналогичными предложениями выступила целая плеяда гер-
манских «ученых». За несколько лет до Первой мировой войны
в Германии вышла анонимная брошюра, в которой обсуждался
вопрос предстоящего в ближайшем будущем передела мира
между великими державами. На карте, приложенной к брошю-
ре, Россия обозначалась отброшенной за Волгу27. Архивные до-
кументы, обнаруженные в Государственном политическом ар-
хиве Бонна в 70-е — 80-е годы, подтверждают наличие планов
создания «Срединной Европы», расчленения России и присое-
динения ее частей к будущей «Великой германской империи»28.
Тем не менее и по сей день между учеными и политиками
ведутся споры, кто же непосредственно спровоцировал войну,
какие силы и какие персонально люди дирижировали сараев-
ским убийством? Ведь в 1910—1914 годах в Европе произошло
около 40 покушений на государственных и военных деятелей,
но ни одно из них не повлекло за собой таких последствий, как
убийство австрийского престолонаследника.
38
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
После второй Балканской войны Сербия становилась притя-
гательным центром для объединения югославянских народов.
Военные успехи активизировали силы, которые выступали за
решительные действия для осуществления этих целей. Особый
отклик эти идеи находили в молодежных кругах, объединен-
ных в различные тайные организации. Как уже отмечалось, в
Сербии все большее влияние приобретало экстремистски на-
строенное офицерство. Его организация «Черная рука» имела
тесные связи с тайными организациями в Боснии и Герцегови-
не. Самой крупной из них была «Млада Босна». Под влиянием
идей народничества, бакунинско-кропоткинского анархизма чле-
ны этой организации придерживались тактики индивидуаль-
ного террора. Они считали, что устранение высших сановников
Габсбургской монархии может привести к изменению ситуации
в аннексированной Австро-Венгрией Боснии и Герцеговине и к
революционному взрыву. В 1910—1914 гг. «Млада Босна» и род-
ственные ей организации осуществили ряд покушений: на ге-
нерал-губернатора Боснии и Герцеговины, министра финансов
Австро-Венгрии, королевского комиссара в Хорватии и др.
Особую ненависть членов организации, в которую помимо
сербов входили хорваты, словенцы и сербы, принявшие ислам
(мусульмане), вызывал австрийский эрцгерцог Франц-Ферди-
нанд, лидер австрийской военной партии. Именно он активнее
других настаивал на аннексии славянских земель на Балканах.
Роковые события были спровоцированы намеченными Авст-
ро-Венгрией на июнь 1914 года маневрами близ границы с Сер-
бией. О них стало известно заранее, как и о прибытии в Сараево
престолонаследника Франца-Фердинанда в день св. Вида —
28 июня29, когда сербы отмечали годовщину битвы на Косовом
поле. Назначение приезда эрцгерцога на этот день было сделано
преднамеренно, чтобы уязвить национальные чувства сербов.
Сербское правительство предостерегало Вену относительно по-
сещения Францем-Фердинандом Сараева, но тщетно.
За организацию покушения взялись Данило Илич, Таврило
Принцип и другие члены «Млады Босны». В 11 часов дня 28 июня
1914 года смертный приговор, вынесенный этой организацией
австрийскому престолонаследнику, был приведен в исполне-
ние.
По сей день из-за отсутствия достоверных источников оста-
ется неизвестными важные детали подготовки этого убийства.
За минувшие десятилетия накопилась масса версий этого со-
бытия. К сожалению, бесследно пропали протоколы судебного
процесса над участниками покушения, состоявшегося в Авст-
39
ИВасильева, ВХаврилов ЂшШи^
ро-Венгрии в октябре 1914 года. Не оставила после себя пись-
менных свидетельств и «Млада Босна». Как справедливо отме-
чал английский министр иностранных дел Э. Грей, «миру, веро-
ятно, никогда не будет сказано все о подлинной стороне убий-
ства эрцгерцога Франца-Фердинанда. Судя по всему, мы ни-
когда не будем иметь ни одного человека, который знал бы все,
что надо было знать»30.
Многие годы, особенно до Второй мировой войны, в Австро-
Венгрии, в Германии, да и в советской историографии (М.Н. Пок-
ровский, Н.П. Полетика) распространялась версия о соучастии
сербского и царского правительств в сараевском заговоре. Ав-
торы этих версий опирались на фальсифицированные сербские
документы, подготовленные оккупационными властями Четвер-
ного союза, захватившими в конце 1915 года территорию Сер-
бии и Черногории. Оккупанты похитили от 10 до 90 процентов
документов МИД Сербии за период с 1871 по 1914 год, вывезя
их в Вену и затем используя для доказательства «подрывной
деятельности Сербии против монархии Габсбургов». В австрий-
ской, венгерской прессе в 1916 году были опубликованы фаль-
шивые документы: «Секретное письмо Николая II Романова
сербскому королю Петру I Карагеоргиевичу», «Конфиденци-
альная рукопись русского посланника в Белграде Н.Г. Гартви-
га», а также серия материалов под названием «Тридцать лет
тайной дипломатии России на Балканах». К этим изданиям до-
бавились статьи бывшего министра внутренних дел Сербии
Л. Йовановича, у которого были свои личные счеты с сербским
премьер-министром Н. Пашичем. Все эти публикации были по-
священы «доказательствам» активной помощи сербского пра-
вительства заговорщикам. Подробным рассмотрением и опро-
вержением этих версий занимался российский историк-славист
Ю.А. Писарев31. Он же указывал, что научная общественность
была введена в заблуждение опубликованным в конце 20-х —
начале 30-х годов в Германии трехтомным сборником докумен-
тов, составленным М. Богичевичем, который не остановился
перед прямым извращением трофейных сербских документов.
Это было доказано министерством иностранных дел королев-
ской Югославии в 1929 году. По этому поводу оно направило
ноты в посольства Франции и Англии32.
В нацистской Германии не раз издавались материалы, обо-
сновывавшие версию об ответственности России и Сербии за
начало Первой мировой войны и доказывавшие необходимость
борьбы против «славянской опасности».
40
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
Ю.А. Писарев всесторонне, на базе сербских, российских и
других источников доказал отсутствие прямых связей между
сараевскими заговорщиками и официальным Белградом и Пе-
тербургом, их незаинтересованность в тот период в войне. Од-
нако он все же не смог опровергнуть версию, что руководитель
организации «Черная рука» Д. Димитриевич-Апис и ее члены
не имели отношения к подготовке заговора.
Достоверно известно, что один из лидеров организации «Чер-
ная рука» В. Танкосич обучал стрельбе группу Г. Принципа. Да
и сам Апис признал, что согласился с направлением в Боснию
группы боснийцев для организации покушения на Франца-Фер-
динанда, хотя и утверждал, что был уверен в надежной охране
престолонаследника и невозможности покушения. И лишь спу-
стя некоторое время он проанализировал возможные серьез-
ные последствия покушения и решил вернуть «младичей», но
было уже поздно33. Тем самым он не отрицал свою косвенную
вину за свершившееся в Сараеве.
Довольно противоречивыми являются и аргументы Писаре-
ва в защиту Аписа относительно рапорта последнего председа-
телю военного трибунала в Салониках во время процесса над
организацией «Черная рука» по обвинению ее в антигосудар-
ственной деятельности в 1916—1917 годах. Писарев на основа-
нии данных югославских исследователей доказывал, что при-
знание Аписа в том, что главные участники покушения находи-
лись у него на службе, было самооговором и результатом психич-
еского надлома после обвинения его в тайных сношениях с Ав-
стро-Венгрией34. Военный трибунал в Салониках приговорил
полковника Димитриевича (Аписа), майоров Л. Вуловича и Р. Ма-
лобабича к расстрелу, а остальных членов организации к раз-
личным срокам заключения. 26 июня 1917 года приговор был
приведен в исполнение.
По всей видимости, тайна организации заговорщиков и са-
раевского убийства ушла в могилу вместе с Димитриевичем. Не
дал ясности и повторный судебный процесс над «Черной ру-
кой», состоявшийся уже в Югославии. Он снял с Аписа и чле-
нов его организации обвинение в антигосударственной деятель-
ности.
Ведущий исследователь деятельности масонских организа-
ций в Югославии Зоран Ненезич доказывал принадлежность
многих членов организации «Черная рука» к масонам, находив-
шимся под покровительством французской ложи «Великий Во-
сток». В его работе35 приводятся факты о том, что заговорщики
41
Н.Васильева, В.Гаврилов Балканский тупик?..
покупали оружие у некоего «бельгийца». Достоверно установ-
лено, что редактор газеты «Пьемонт» Любомир Йованович-Чупа,
приятель Аписа, член организации М. Циганович и ряд других
вступили в масоны в Брюсселе. Первое обвинение масонов в
сараевском убийстве появилось в лондонской газете «Джон
Булль» («John Bull») 11 июля 1914 года, в которой указывалось,
что до покушения Гаврило Принцип был в Париже и получал
деньги от «Великого Востока»36. Зоран Ненезич приводит фак-
ты о связях Аписа с главой венгерского правительства Иштва-
ном Тиса и не исключает, что именно через масонов оказыва-
лось влияние на Аписа и его организацию в интересах Фран-
ции, Австрии, Венгрии и др.
Как бы то ни было, нельзя отрицать, что Д. Димитриевич и
его организация имела поддержку среди радикально настроен-
ных кругов сербских военных, которые могли пойти на экстре-
мистские действия и были готовы к втягиванию Сербии в войну
для реализации своих авантюрных замыслов по созданию «Ве-
ликой Сербии».
Не случайно российская агентура в Сербии, и прежде всего
полковник В.А. Артамонов, с обеспокоенностью сообщал в Пе-
тербург о попытках организации «Черная рука» установить с
ним контакт в 1912 году: «Не скрою, что «Черная рука» через
одного офицера сделала попытку войти в сношения со мной.
Конечно, я немедленно и решительно отклонил приглашение
переговорить с членами тайной организации, чтобы не дать им
возможности примешать при агитации имя России», — писал
Артамонов37. Военный министр Российской империи В. А. Сухо-
млинов проинформировал Николая II о тайной политической
организации в Сербии с участием в ней офицеров.
Царское правительство предостерегало сербского монарха
от авантюрной внешнеполитической деятельности этой органи-
зации с ее установкой на насильственные действия по присое-
динению к Сербии территорий с сербским населением, входя-
щих в Австро-Венгрию. Это могло спровоцировать войну, к ко-
торой Россия не была готова. Официальный Белград, во всяком
случае югославский премьер Н. Пашич, также был противни-
ком террора и заговоров, много раз указывал на опасность на-
сильственных внешнеполитических действий тайного союза38.
Сразу же после событий в Сараево министр иностранных дел
Российской империи С.Д. Сазонов посетил австро-венгерское
посольство и сделал в книге запись об осуждении «безумного
злодейства». Он уведомил временно исполняющего обязаннос-
42
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
ти посла о том, что императорское правительство осуждает тер-
роризм, но категорически опроверг версию Вены о том, что в
заговоре участвовало сербское правительство. «Непричастность
Сербии к сараевскому преступлению для нас очевидна», — за-
явил министре.
Официальный Белград не мог не осознавать, что Сербия
станет первой жертвой нападения в случае объявления Авст-
ро-Венгрией войны в ответ на сараевское покушение. Времен-
ный поверенный в делах России в Белграде В.Н. Штрандтман
информировал Петербург о полной неподготовленности Сербии
к военным действиям на июль 1914 года. «Сараево, — писал
он> — спутало все карты Сербии и поставило на очередь воз-
можность [военного] столкновения в самый неблагоприятный
для Сербии момент»40.
Рассчитывать на военную помощь России сербскому прави-
тельству также не приходилось, т.к. Н. Пашичу во время посе-
щения им и престолонаследником Александром в январе—фев-
рале 1914 года Петербурга, кроме общих заверений от Николая П
в поддержке Сербии, никаких конкретных предложений о во-
енной помощи не было сделано. Наоборот, 9 апреля 1914 года
сербской стороне было передано, что Россия не может поста-
вить Сербии запрошенное ею вооружение41.
В течение столетия история накопила множество примеров
провокаций и других способов, с помощью которых заинтересо-
ванные в военном конфликте любого масштаба силы начинали
кровавую бойню. Однако в случае сараевского убийства до сих
пор отсутствуют доказательства о существовании у заговор-
щиков каких-либо конкретных сценариев развития событий, и
прежде всего реакции со стороны Австро-Венгрии, Германии и
России. Несомненно одно: заговорщики стали игрушкой в ру-
ках тайных сил, которые четко просчитали все последствия
этого убийства для Европы.
Главное, что эти силы были нацелены на Россию, так как
понимали, что Балканы и Сербия являлись для российской по-
литики крайне болезненной точкой. Это исключало бездействие
со стороны России.
«Теперь или никогда!»
(Резолюция Вильгельма II на депеше германского посла в
Вене с сообщением об убийстве эрцгерцога Франца-Фер-
динанда).
43
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
23 июля 1914 года правительство Австро-Венгрии предъя-
вило ультиматум Сербии, который включал заведомо неприем-
лемые пункты. Обвиняя Белград в подрывной деятельности
против дунайской империи, монархия Габсбургов настаивала
на создании на территории Сербии филиала австрийской ох-
ранки, чистке государственных учреждений и армии от анти-
австрийских элементов, на судебном расследовании с участием
австрийских судов по делу о сараевском убийстве, роспуске
нелояльных по отношению к австрийской монархии обществен-
ных организаций. Позже к ноте была приложена декларация
под названием «Великосербская пропаганда», содержавшая
«данные» о так называемой славянской угрозе европейскому
миру и безопасности42.
■Характерно, что в 1941 году Гитлер использовал тот же те-
зис для обоснования фашистской агрессии против Югославии и
СССР, приводя доводы о геополитическом значении «славянс-
кой опасности».
Вслед за нотой версию о «славянской опасности» подхвати-
ли правящие круги Австро-Венгрии и Германии. Мысль о необ-
ходимости «разделаться с Сербией» была выдвинута в письме
австрийского императора Франца Иосифа I императору Герма-
нии Вильгельму II в письме от 4 июля 1914 года43. Германская
сторона заявила о своей безусловной поддержке военных пла-
нов Австро-Венгрии по нападению на Сербию, о чем свидетель-
ствовали австро-германские переговоры, состоявшиеся в июле
того же года. Первоначальный проект австрийского ультимату-
ма был оставлен Вильгельму II, а окончательный вариант был
одобрен заместителем статс-секретаря Германии по иностран-
ным делам А. Циммерманом, который заявил: «Требования Вены
настолько серьезны, что Сербия вряд ли сможет их принять.
Следствием этого будет война»44.
Он же сделал заявление австро-венгерскому послу в Бер-
лине, в котором была выражена официальная германская по-
зиция: «С открытым сердцем мы готовы дать нашей союзни-
це... заверение, что акция, которую она считает необходимой
предпринять против Сербии... встречает наше одобрение. При
этом мы хорошо понимаем, что в перспективе военные дей-
ствия Австро-Венгрии против Сербии могут привести к выс-
туплению России и вовлечь нас в войну в связи с нашими обя-
зательствами по договорам. Исходя из жизненных интересов
Австро-Венгрии, мы не можем не посоветовать нашей союзни-
це не уступать более, чтобы не потерять достоинство, и пообе-
44
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
щали прийти на помощь и в этих тяжелых условиях. В связи со
сказанным мы предоставляем ей свободу рук в отношении Сер-
бии»45.
«Россия едва ли позволит себе пассивно наблюдать за
любой военной акцией Австро-Венгрии против Сербии
без угрозы гигантской потери лица».
(Из письма германского рейхсканцлера Бетмана-Голъвега
министру иностранных дел Австро-Венгрии Берхтольду
10 февраля 1913 г.)
Хорошо известно, что еще в 1913 году начальник Большого
генерального штаба Германии генерал Мольтке завершил раз-
работку плана нападения на Францию и Россию. В том же году
рейхстаг вотировал декрет о миллиардном бюджете для гер-
манской армии. В августе того же года Вильгельм II подписал
секретную директиву министерства иностранных дел о пере-
ориентации внешней политики Германии на войну.
Россию, напротив, австро-венгерский ультиматум застигнул
врасплох, в самый неблагоприятный момент.
Именно поэтому Петербург советовал Сербии проявить ус-
тупчивость. 24 июля 1914 года в российской столице было при-
нято постановление Совета министров, которое рекомендовало
Сербии обратиться к общественному мнению Европы по поводу
незаконных действий Австро-Венгрии, предложено срочно со-
звать международную конференцию для рассмотрения причин
международного конфликта. Следуя этим рекомендациям, сер-
бское правительство из 10 требований австрийского ультима-
тума приняло 9 и отказалось лишь от одного: допустить пред-
ставителей Австро-Венгрии к расследованию на территории
Сербии обстоятельств покушения. Сербская сторона также пред-
ложила перенести спор в международный суд в Гааге46.
«Австро-Венгрия прекратит свое существование как
монархия и великая держава, если не воспользуется пред-
ставившейся благоприятной возможностью».
Виктор Науманн, влиятельный немецкий публицист,
июль 1914 года
Однако это не остановило Австро-Венгрию, которая уже
приняла решение и была заинтересована в срыве любых пере-
говоров. Дальнейшее известно. 28 июля Австро-Венгрия объя-
45
ШЗасильева, В.Гаврилов Балканский тупик?..
вила Сербии войну. В ответ на это в России началась всеобщая
мобилизация, после чего Германия объявила 1 августа войну
России. В тот же день царь подписал Манифест о войне с Гер-
манией.
Уже много десятилетий в научном мире бытует мнение, что
именно жесткая позиция России, объявленная царским прави-
тельством мобилизация подтолкнули Германию к войне. Дей-
ствительно, у России был выбор: отказаться от поддержки Сер-
бии и занять «нейтральную» позицию. Однако уже в то время
правящие круги ведущих мировых держав хорошо понимали,
что разгорающийся конфликт не может ограничиться лишь
войной между Сербией и Австро-Венгрией, а примет общеев-
ропейский характер. Министр иностранных дел России С.Д. Са-
зонов, например, сразу же после австрийского ультиматума за-
явил: «Это — общеевропейская война!» Действия Австро-Вен-
грии были направлены в сущности не столько против Сербии,
сколько против России47. Уже тогда была подмечена главная
суть международных процессов — глобализация военно-поли-
тических отношений и столкновение интересов военно-полити-
ческих группировок в наиболее конфликтных зонах, в данном
случае в Сербии и на Балканах.
Спорным является однозначный ответ на вопрос об «импе-
риалистическом характере войны» со стороны России. Вряд ли
верно утверждение о том, что России в той войне не нужно
было защищать свои «национальные интересы». Ранее над ис-
ториками довлело ленинское определение о том, что лишь со
стороны Сербии война носила справедливый характер и что
«национальный элемент» в борьбе Сербии и Черногории против
Австро-Венгрии имел совершенно подчиненное значение, не
меняя общего империалистического характера войны. Перед
советскими историками стояла идеологическая задача разоб-
лачения политики царизма.
«Согласно мнению сторонников теории «непредумыш-
ленного начала Первой мировой войны», война была пре-
допределена военной системой, существовавшей в Европе
в то время — системой взаимной увязки мобилизацион-
ных и оперативных планов, которые главный упор дела-
ли на быстрые наступательные операции, что прямо
вело к конфликту, который в противном случае можно
было бы избежать. Из-за сложного процесса мобилиза-
ции оперативные планы войны разрабатывались до мель-
46
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
чайших деталей, что жестко привязывало их к опреде-
ленным срокам и делало невозможным их подстройку к
меняющимся политическим обстоятельствам. При этом
сами политические соображения стояли на последнем
месте и приносились в жертву соображениям военно-тех-
нического порядка»
Марк Трахтенберг. «История и стратегия»
Подробное исследование этого вопроса должно быть само-
стоятельным предметом исследования. Здесь же стоит подчер-
кнуть, что главным противником в войне для России была не
Австро-Венгрия, а Германия. Вопрос в том, угрожала ли Гер-
мания в тот исторический момент жизненным интересам Рос-
сии, в том числе и на Балканах? Большой интерес в этой связи
представляет секретная записка на Высочайшее имя, состав-
ленная в отделе Морского генерального штаба в конце 1913 —
начале 1914 года. В ней говорилось: «Последние 15 лет Герма-
ния всеми силами стремилась поработить Россию экономичес-
ки и ослабить ее в политическом и военном отношении. Россий-
ский рынок переполнен немецкими товарами, международный
престиж страны сильно подорван, а ее военное могущество со-
крушено. Но возрождение России уже началось и идет быстры-
ми шагами вперед; в Германии пробуждаются вследствие этого
серьезные опасения за дальнейшее распространение своего вли-
яния, и немцы уже спешат принять меры»48.
Россия стала встречать препятствия со стороны германско-
го капитализма во всех сферах и во всех странах на Ближнем
Востоке и Балканах, через территорию которых Германия про-
кладывала железную дорогу Берлин—Белград—Константино-
поль—Багдад; в Скандинавских странах, в Центральной Евро-
пе и Средней Азии, на Балтике и в Средиземноморском бассей-
не. Берлин решил военными средствами воспрепятствовать Рос-
сии возродить свою военную, экономическую мощь, существен-
но подорванную после войны с Японией. Германия, поддержав
австро-венгерскую агрессию против Сербии, сознательно спро-
воцировала международную конфликтную ситуацию.
«Одним из главных факторов, влиявших на позицию Рос-
сии по вопросу австрийского ультиматума Сербии, было
отношение западных держав. А Великобритания вовсе
не была настроена начинать войну из-за неуступчивос-
ти Белграда. 25 июля 1914 года министр иностранных
47
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
дел России С.Д. Сазонов ссылался на то, что за исключе-
нием лондонской «Тайме» «почти вся британская пресса
была на стороне Австрии».
Марк Трахтенберг. «История стратегии»
Россия была втянута в войну логикой событий. Однако цар-
ское правительство начало войну, не подготовив страну в воен-
ном отношении.
Что касается оказания помощи Сербии в войне, то роль Рос-
сии, так же как и других государств Антанты, не была одно-
значной. Царское правительство, придавая большое значение
балканскому театру военных действий, все же отводило ему
второстепенную роль. Основной акцент был сделан на дипло-
матические усилия по восстановлению Балканского союза. Рос-
сия и другие государства Антанты стремились восстановить
сербско-болгарское сотрудничество. При этом царские дипло-
маты оказывали давление на Сербию, заставляя ее идти на
территориальные уступки в Македонии в пользу Болгарии. За
это Сербии был обещан выход к Адриатическому морю. Страны
Антанты ради присоединения к своей коалиции Италии доби-
лись от Сербии согласия на уступку Италии ряда югославян-
ских территорий Австро-Венгрии. Каждая из великих держав
действовала на свой страх и риск, по существу ведя торг с
малыми государствами по их участию в войне, обещая каждо-
му из них ту или иную территорию.
Чтобы закрепить союз с Россией и крепче привязать ее к
Франции и Англии, в Париже и Лондоне появились слухи о
намерении Германии попытаться начать переговоры с Россией.
Английский министр иностранных дел предложил заключить
соглашение с Петроградом о правах Российской империи на
преимущественное управление Черноморскими проливами и
Константинополем. Однако в итоге английских и французских
поправок это предложение приняло вид решения о совместном
трехстороннем управлении Константинополем и Проливами.
Общее управление всем этим районом предполагалось дать
в руки трех комиссаров — английского, французского и рос-
сийского49 . Таким образом, Англия и Франция ловко использо-
вали вопрос о Проливах и стремление России к осуществлению
«вековой мечты» самодержавия в качестве приманки для актив-
ного участия ее армии в боевых действиях на фронтах войны.
Западные союзники в ходе войны предпринимали попытки
взять под контроль балканские дела, манипулируя территори-
48
Гдава первая Великие державы и югославянский вопрос...
альными притязаниями балканских стран. Так, весной 1915 года
английская сторона без уведомления России начала перегово-
ры с Болгарией о ее присоединении к Антанте. На эту страну,
так же как и на Сербию, оказывалось давление без учета инте-
ресов России и ее отношений с этими странами. К тому же
английская дипломатия предпринимала хитроумные действия,
делая вид, что невыгодные предложения для Сербии, Болга-
рии, Румынии исходят от России, постоянно подчеркивая в пе-
реговорах с балканскими государствами, что Балканы являют-
ся сферой интересов России50.
Когда народы проливали кровь на фронтах войны, правя-
щие круги великих держав занимались перекройкой границ
балканских стран. В то же время малые балканские страны
вместо объединения усилий в отражении агрессии против Сер-
бии проявляли экспансионистские устремления, постоянно вы-
двигали требования о присоединении к себе тех или иных тер-
риторий. Так, румынский посланник в Лондоне заявил, что Ру-
мыния вступит в войну только в том случае, если державы
Антанты гарантируют ей передачу Баната и установление го-
сударственных границ до рек Прут, Тиса и Дунай. Однако в
дальнейшем эти требования были сужены до установления гра-
ниц только по Дунаю и Тисе. Положение Сербии осложнялось
тем, что Италия заняла непримиримую позицию, возражая
против уступок Сербии какой-либо австро-венгерской террито-
рии. Присоединившись к странам Антанты, Италия оставалась
скрытым врагом Сербии.
Посланник России в Сербии князь Г.Н. Трубецкой писал:
«Когда шел вопрос о территориальных компенсациях, наши
союзники быстро откинули громко ими провозглашенные прин-
ципы прав народностей. Они кроили земли как кусок полотна,
притом как плохие и расточительные портные, которые мало
заботятся о форме, выкройке и величине обрезков»51. Однако
вряд ли можно считать, что российское правительство было
безупречным и не отступало от соблюдения принципа «прав
народностей».
Крайне неоднозначным является и вопрос об оказании Рос-
сией военной и материально-технической помощи Сербии. Уже
с июля 1914 года Петроград предоставил Сербии значительный
Денежный кредит, приняв решение об ежемесячных ассигнова-
ниях от 3 до 5 млн. рублей. В 1915 году Россия выделила на
военные нужды Сербии и Черногории долгосрочные кредиты
На общую сумму 75,5 млн. рублей. Оказывалась и иная финансо-
49
Н.Васильева, В.Гаврилов Балканский тупик?..
вая помощь52. Однако значительные трудности возникли с по-
ставками в Сербию вооружения и боеприпасов. Россия, плохо
подготовленная к войне> сама испытывала острый дефицит в
вооружении, особенно в артиллерии. Другой трудностью была
территориальная отдаленность Сербии и Черногории от русского
фронта. Провозить вооружение приходилось через территории
Румынии, Болгарии и Греции, которые чинили всевозможные
препятствия. Путь через Босфор и Дарданеллы был фактичес-
ки закрыт Турцией. Оставался лишь путь по Дунаю, но и он
был не безопасным, так как по реке курсировали австро-вен-
герские военные мониторы. Румыния наотрез отказалась дать
согласие на использование Россией ее железных дорог. Под
давлением Германии и болгарское правительство стало чинить
препятствия русскому экспорту в Сербию. В то же время Болга-
рия и Румыния открыли широкую дорогу для транспортировки
военных материалов через свою территорию из Германии в Тур-
цию. В болгарских речных портах стали базироваться австро-
венгерские военные суда. Греция также лишила Россию возмож-
ности направлять через Салоники военные грузы. Все это сви-
детельствовало об антисербской позиции этих стран, их боязни
Германии, а также о колебаниях, к какому блоку великих дер-
жав присоединиться с наибольшей выгодой для себя.
Выжидательную позицию заняла Болгария, которая в пер-
вый период войны (1914 года) придерживалась нейтралитета.
Однако расплывчатые обещания со стороны Антанты в отно-
шении решения македонской проблемы создавали повод для
переориентации болгарских правящих кругов на союз с Герма-
нией и Австро-Венгрией.
Тем не менее России в 1914 году удалось поставить в Сер-
бию 26 артиллерийских орудий и 30 тыс. винтовок. В значи-
тельной степени это помогло сербским войскам перейти в контр-
наступление. В сражении на р. Колубаре 3—13 декабря 1914 года
сербы разбили австро-венгерские войска, которые потеряли
почти половину своего состава. В ходе боев сербские войска
полностью освободили территорию своей страны. На Балкан-
ском фронте наступило временное затишье.
Российский морской генеральный штаб предпринял ряд до-
полнительных мер для обеспечения доставки грузов в Сербию.
Экспедицией особого назначения, во главе которой стоял контр-
адмирал М.М. Веселкин, были организованы военные конвои,
сопровождавшие баржи и пароходы. В целях блокирования дей-
ствий австро-венгерских военных катеров по указанию Гене-
50
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
рального штаба и с согласия Сербии была минирована та часть
Дуная, которая проходила по австро-венгерской — сербской гра-
нице. Для этих целей были направлены три отряда: старшего
лейтенанта морской службы Ю.Ф. Волковицкого, который ми-
нировал реки Дунай и Сава близ г. Земуна, лейтенанта В.А. Гри-
горенко, инженерный отряд полковника П.И. Доброва, охраняв-
ший подступы к порту на Дунае у села Прахово. Минные за-
граждения предотвратили проникновение вражеских кораблей
в нижнее течение Дуная53.
Для российско-сербских отношений в начальный период вой-
ны важное значение имел так называемый югославянский воп-
рос. В конце 1914 года сербское правительство впервые офици-
ально сформулировало свои военные и политические цели. 7 де-
кабря 1914 года народная скупщина Сербии провозгласила
Нишскую декларацию, в которой выдвигались задачи освобож-
дения еще не освобожденных югославянских народов и их объе-
динение с Сербией, а 15 декабря принц-регент Александр выд-
винул задачу создания «Великой Сербии». Что же включалось
в это понятие? Шла ли речь лишь о присоединении к Сербии
земель, населенных сербами?
По свидетельству французского посла в России М. Палеоло-
га, в ноябре 1914 года Николай II в беседе с ним, говоря о Сер-
бии, подчеркнул необходимость присоединения к ней Боснии и
Герцеговины, Далмации и Северной Албании. Македония дол-
жна была быть поделена между Сербией и Болгарией, которую
предполагалось привлечь к участию в войне на стороне Антан-
ты54 . Имеются данные, что официальные круги в России скеп-
тически смотрели на планы общего югославянского объедине-
ния. Однако в российской печати в 1914 году широко обсужда-
лись варианты реорганизации многонациональной империи Габс-
бургов и образования на ее развалинах новых национальных
государств на принципах воссоединения «единоплеменных на-
родов». Так, газета «Русское слово» в статье от 4 сентября
1914 года выдвинула идею воссоединения вокруг Сербии, Бос-
нии и Герцеговины, Хорватии и Далмации, Баната и Буковины,
считая, что там проживают югославяне. Та же газета указыва-
ла, что возможны и другие варианты решения югославянского
вопроса. Одновременно выражалась уверенность в решающей
роли Сербии в объединительном процессе. В частности, указы-
валось: «Сквозь кровавый туман уже проглядывают контуры
будущей Европы, ее бастионами будут великая Сербия, объе-
диненная Румыния и свободная Чехия».
51
НЈВасилдева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
Российская социал-демократия в лице РСДРП поддержива-
ла идею сербских и болгарских социалистов о создании Бал-
канской республиканской федерации. Не была в стороне от
югославянского вопроса и российская дипломатия.
Официально Петроград никак не прореагировал на Ниш-
скую декларацию, прежде всего из-за того, что не желал ос-
ложнений с Англией и Францией, которые были против планов
создания Великой Сербии. Об этом заявил итальянский посол в
России А. Карлотти начальнику канцелярии МИД барону
М. Шиллингу в беседе 27 февраля 1915 года.
«Возникновение единой великой Сербии, или Сербо-хорва-
то-словенского государства, было бы самым удачным
решением югославянского вопроса, и в русских интере-
сах стремиться к тому, чтобы эта политическая ком-
бинация осуществилась»:
AM. Петряев, помощник министра иностранных дел
России в 1917 году
Наиболее рельефно позиция российской дипломатии в юго-
славянском вопросе раскрывается в записке A.M. Петряева,
опытного дипломата, специалиста по балканским и ближневос-
точным делам. В 1917 году он стал помощником министра ино-
странных дел. За два года до этого Петряев предсказывал, что
Австро-Венгрия потеряет в результате войны ряд национальных
районов, в том числе и югославянские земли, прежде всего Бос-
нию и Герцеговину. Так же, как и сербские политические дея-
тели, он считал, что Сербия могла бы сыграть роль «второго
Пьемонта», что соответствовало интересам России. По его мне-
нию, сильное славянское царство на берегах Адриатического
моря, интересы которого нигде не сталкиваются с русскими,
было бы «весьма желательным элементом в нашей будущей
западноевропейской политике»55. Но уже тогда Петряев видел
опасность насильственного присоединения к Сербии хорватов и
словенцев, указывал на необходимость проведения более осто-
рожной политики естественного объединения и на исключение
насильственного варианта присоединения хорватов к Сербии.
Он подчеркивал, что «небольшой народ в 5 миллионов [человек]
не может поглотить равный ему по численности другой, хотя и
родственный народ, но отличный по религии и культуре и про-
тивящийся такому поглощению»56. Российский дипломат делал
вывод о заинтересованности России в стремлении Сербии к на-
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
пиональному единству и о необходимости оказания ей мощной
поддержки в достижении этого идеала.
В Записке обращалось внимание на отношение Англии,
франции и Италии к югославянской проблеме. Указывалось,
что при проведении российской политики необходимо иметь в
виду, что Англия и Франция по своим политическим соображе-
ниям не будут поддерживать великосербские планы и способ-
ствовать образованию на берегах Адриатики большого славян-
ского государства, тяготеющего к России. «Они несомненно пред-
почтут создание независимого хорватского королевства, кото-
рое всецело подпадет под их влияние и будет служить им опо-
рой для усмирения итальянских империалистических притяза-
ний в Адриатике и Средиземном море»57. Главное состояло в
том, что в долговременные геополитические расчеты этих стран
не входило намерение способствовать усилению влияния Рос-
сии на Балканах. Это показала вся дальнейшая история как в
годы Первой мировой войны, так и в последующий период.
Одной из особенностей российско-сербских отношений в пе-
риод войны было то, что Россия уклонялась от заключения с
Сербией официального соглашения о военном союзе, подписать
которое предложил Н. Пашич в конце 1914 года. Позиция Сер-
бии в этом вопросе достаточно понятна. Сербский премьер-ми-
нистр после победы на р. Колубара добивался от держав Ан-
танты официального признания Сербии в качестве своего воен-
ного союзника. Это давало право Сербскому королевству после
войны сесть за стол мирных переговоров на равных, не дожи-
даясь милости из рук великих держав.
По мнению многих исследователей, для России заключение
такого соглашения в начале войны, когда ее собственное воен-
ное положение было крайне тяжелым, означало бы, что цар-
ское правительство давало определенные гарантии территори-
альным требованиям Сербии. Этого российское руководство сде-
лать не могло, так как страна в значительной степени сама
зависела от своих союзников по Антанте, особенно в 1915 году,
когда остро нуждалась во всесторонней помощи Англии и Фран-
ции.
Англия и Франция были крайне недовольны бездействием
сербской армии в конце 1914— начале 1915 годов на австро-
венгерском фронте, особенно после подписания странами Ан-
танты в апреле 1915 года Лондонского пакта с Италией.
Бездействие сербской армии откровенно объяснялось самим
премьер-министром Н. Пашичем, который заявил, что прави-
53
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
тельству будет трудно заставить войска воевать совместно с
Италией, не зная, какие территории она готова уступить Сер-
бии. Таким образом, отсутствие территориальных гарантий Сер-
бии стало главным препятствием для коалиционных действий
сербских вооруженных сил и Италии. Сербия не хотела воевать
за чуждые ей интересы.
Российское руководство было также обеспокоено неустой-
чивой позицией Болгарии, слухами о ее контактах с Австро-
Венгрией и Германией. К тому же Сербия в целях осуществле-
ния главной свой мечты — обеспечения выхода к морю, ввела
войска в Албанию, заняв города Эльбасан и Тирану, хотя ал-
банское правительство провозгласило нейтралитет. Такие дей-
ствия ослабили возможности сербской армии на австро-венгер-
ском фронте. Они встретили негативную реакцию в России, Ита-
лии, Греции, Турции58. Российский министр иностранных дел
С.Д. Сазонов в телеграмме посланнику в Сербии В.Н. Штрандт-
ману в июне 1915 года указывал на необходимость поставить в
известность Н. Пашича о крайней желательности с точки зре-
ния международной политики немедленного вывода сербских
войск из Албании59. Однако это не означало, что российское
правительство было против создания Великой Сербии. Наобо-
рот оно не поддерживало итальянских притязаний на Далма-
цию в ущерб жизненным интересам Сербии и в конечном счете
с определенным пониманием отнеслось к бездействию сербской
армии60.
Несогласованность действий между странами Антанты, их
давление на Сербию и Болгарию имели катастрофические для
Сербии последствия.
Сербская Голгофа: тернистый путь к
победе
Антантовская дипломатия заблудилась в 1914—1915 гг. в
хитросплетениях комбинаций и потерпела на юго-вос-
токе Европы полное поражение, но не по причине бездар-
ности, как полагает британский историк Л.Картрайт в
книге под красноречивым заголовком «Нерешительность,
путаница и фиаско», а в силу крайней сложности и про-
54
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
тиворечивости отношений между балканскими государ-
ствами. Этническая чересполосица на полуострове столь
велика, а история его столь сложна и трагична, что и
мудрости царя Соломона не хватило бы для улаживания
всех разногласий.
Коренной поворот в событиях на Балканах произошел после
неудачных действий дипломатии держав Антанты. 2 и 4 ав-
густа 1915 года Англия, Россия, Франция и Италия вручили
болгарским и сербским представителям ноты, в которых в рез-
кой форме потребовали решить македонский вопрос. Болгария
должна была отказаться от нейтралитета и немедленно присо-
единиться к Антанте, а Сербия передать Болгарии практичес-
ки всю территорию Македонии до р. Вардар. За это ей были в
общей форме даны обещания после окончания войны о присое-
динении Боснии и Герцеговины и «некоторых других террито-
рий». Ноты не встретили поддержки в Софии, которая вела
секретные переговоры с Берлином и Веной, обещавшими ей
значительно большие территориальные присоединения. А со
стороны Сербии были выдвинуты в ответ ряд контртребований,
главным из которых было официальное признание Антантой
Сербии в качестве союзной державы с правом участия ее пред-
ставителей при обсуждении территориальных вопросов на пос-
левоенной мирной конференции61. Только Россия пошла навстре-
чу Пашичу в вопросе признания Сербии «фактическим союз-
ником» Антанты, другие же государства отвергли сербские пред-
ложения62 .
Промахами дипломатии стран Антанты и их нежеланием
пожертвовать своими интересами ради спасения общей ситуа-
ции немедленно воспользовались в Берлине и Вене. 6 сентября
1915 года Германия и Австро-Венгрия подписали с Болгарией
три документа: Договор о дружбе и союзе, секретную конвен-
цию и военную конвенцию. В секретной конвенции определя-
лись границы Болгарии, в двух других документах шла речь о
совместных военных действиях против Сербии.
К первой декаде сентября 1915 года на Балканах была со-
здана мощная группировка вторжения под командованием ге-
нерал-фельдмаршала Августа фон Макензена. В эту группи-
ровку входили 11-я немецкая армия, сконцентрированная на
австрийском берегу Савы и Дуная, 3-я австро-венгерская ар-
^я в южном Банате, а также 1-я и 2-я болгарские армии на
болгаро-сербской границе. Германский император Вильгельм II
55
: ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?.«
поставил перед Макензеном задачу: в кратчайшие сроки раз-
громить Сербию: «Сербскую армию надо победить самым ре-
шительным образом и тем самым обеспечить связь через Бел-
град и Софию с Царьградом»63.
Осенью 1915 года, когда готовилось нападение стран Цент-
ральной коалиции на Сербию, она оказалась в изоляции. Рос-
сия в этот период сама находилась в критическом состоянии.
Германские войска, перейдя в наступление на восточном фрон-
те в мае 1915 года, заняли Царство Польское, почти всю Бело-
руссию и Прибалтику, значительную часть Украины. Общие
потери России с начала войны составили 3,5 млн. человек уби-
тыми, ранеными и пленными. В этих экстремальных условиях
Ставка не могла оказать непосредственной военной поддержки
Сербии. Но тем не менее российский штаб Ставки разработал
план коалиционных действий союзников. В этом случае Россия
брала на себя обязательства по нанесению удара по австро-
венгерским силам в Галиции и на Темишвар. Англия и Фран-
ция должны были вести наступательные операции на Салоник-
ском фронте. Морской генеральный штаб России также плани-
ровал поддержку Сербии. В Одессе, Кишиневе, в порте Рени на
Дунае началось сосредоточение военно-морского экспедицион-
ного корпуса. Планировалась отправка в Рени нескольких бое-
вых кораблей. Экспедиции особого назначения было поручено
участие в военных действиях. Она была передана в распоряже-
ние 7-й русской армии, которая должна была обеспечить конт-
роль над нижним течением Дуная. По распоряжению того же
ведомства, к отправке в Сербию были назначены Керченский
морской батальон и батальон Черноморского морского экипажа.
Однако другие страны—члены Антанты не поддержали этих
планов России.
Италия вообще отказалась помогать Сербии. Франция, на
словах поддерживая Сербию, противилась отправке на Бал-
канский театр военных действий своих войск, считая, что глав-
ная задача Франции состоит в удержании Проливов. Всю тя-
жесть по защите Сербии, по мнению главы французского пра-
вительства Р. Пуанкаре, должна была нести Россия, которая
имела «неистощимый запас человеческого материала»64. Имен-
но в этом заключалась суть «коалиционной» стратегии фран-
цузских и английских правящих кругов по использованию во-
енной силы России, которая должна была приносить в жертву
союзническим отношениям миллионы человеческих жизней.
Английское военное министерство не разрешило снять с
Галлиполийского полуострова ни одной дивизии для отправки
56
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
в Сербию. «Мы, — констатировал Д. Ллойд Джордж, — в самом
начале отказались поддержать Сербию, хотя мы тогда могли
спасти эту страну от разорения и превратить ее в базу для
союзных атак на Австрию»65.
Лишь 5 октября 1915 года за день до начала наступления
германо-австро-венгерских войск на сербском фронте Экспе-
диционный корпус союзников осуществил высадку в Салони-
ках. Однако десант этот (6 тыс. человек) был крайне малочис-
ленным, чтобы сыграть какую-либо роль в оказании помощи
Сербии. Напротив, в начале ноября англо-французские части
были отброшены болгарской армией, вступившей в войну на
стороне Центральной коалиции 14—16 октября. А 6 октября
1915 года австро-германская армия под командованием генера-
ла Макензена перешла в наступление против Сербии.
Форсировав Дунай и Саву, захватив Белград, войска про-
тивника начали теснить сербскую армию с севера и запада. В
это время неожиданно для Сербии с востока на нее напала бол-
гарская армия. Не получив своевременной помощи от находя-
щихся в Греции англо-французских войск, сербская армия, со-
провождаемая десятками тысяч беженцев, вынуждена была
отступать через Черногорию к Адриатическому морю. Путь
отступления через горы был устлан тысячами трупов. В тече-
ние декабря 1915 — января 1916 годов, пройдя около 500 кило-
метров, армия потеряла до 100 тыс. человек — почти половину
своего состава. Черногорским войскам из-за бегства короля Ни-
колая за границу не удалось уйти из страны: часть армии сда-
лась австрийцам, часть — разошлась по домам.
В течение января— февраля 1916 года войска Четверного
союза оккупировали Сербию и Черногорию. Это стало для сер-
бов национальной трагедией. Современники назвали ее образ-
но: Сербия на Голгофе. Беспримерное унижение целого наро-
да — такова была цена, которую заплатили сербы за Сараево.
Интересовала ли союзников в этот трагический период судьба
Сербии и ее армии? Пройдя с огромными потерями по горным
тропам и спустившись к морю в районе Шкодера и Сан-Джо-
ванни-ди-Медуа (Южная Албания), сербская армия и последо-
вавшие за ней тысячи беженцев оказались в тупике — обещан-
ных союзниками продовольственной помощи и кораблей для
эвакуации не было. В этих критических условиях Пашич на-
правил в союзнические столицы просьбу о помощи.
После присоединения Болгарии к Центральной коалиции
Сербия могла оставаться единственным форпостом России на
Балканах. Ее поражение и подчинение Австро-Венгрии и Герма-
57
ШВасильева, В.Гаврилов Балканский тупик?..
нии означало бы для царской России утрату ее позиций в стра-
тегически важном для нее регионе Европы.
Николай II лично обратился в Лондон и Париж с требо-
ванием, что если сербские войска не будут спасены, то
Россия выйдет из Антанты. Угроза подействовала.
В наиболее тяжелые для сербской армии дни министр ино-
странных дел России С.Д. Сазонов постоянно телеграфировал в
Париж, Лондон и Рим о срочной необходимости эвакуации серб-
ских и черногорских войск. Итальянские корабли стали перево-
зить остатки сербской армии на греческий остров Корфу, став-
ший резиденцией сербского правительства66.
Таким образом, Сербии удалось сохранить свою армию. Она
была использована в дальнейшем в боевых действиях на Сало-
никском фронте, который открыли страны Антанты летом
1916 года.
Примечательно, что после Брусиловского прорыва (1916 г.) в
замыслах русского командования особое внимание придавалось
юго-восточному направлению. Вновь приобрели актуальность
планы по захвату Константинополя и Проливов67. Однако в
царской Ставке и среди военного руководства Российской ар-
мии было много противников этого плана. Например, начальник
штаба царской Ставки генерал М.В. Алексеев считал планы
захвата Босфора и Дарданелл авантюрой. Он справедливо ут-
верждал, что союзники лишь посулили России Константино-
поль, чтобы заставить ее продолжать войну. По его мнению,
овладение Проливами было невозможно без выполнения глав-
ной задачи: сначала разбить Германию и Австро-Венгрию. Эту
же точку зрения разделяли и многие другие руководители ар-
мии и флота, в том числе генерал-лейтенант А.А. Брусилов.
Но среди военных кругов были и сторонники «босфорского
варианта». К ним принадлежали командующий Кавказским
фронтом великий князь Николай Николаевич, начальник моби-
лизационного отдела Ставки генерал С.К. Добровольский, гене-
рал В.И. Гурко и другие. Так же, как в русских правитель-
ственных верхах, в Ставке усиливались противоречия и интри-
ги, что отрицательно влияло на выработку военных планов. Не
лучшим образом на военную политику России оказало влияние
смещение с поста министра иностранных дел С.Д. Сазонова и
замена его на Б.В. Штюрмера, который не поддерживал плана
Алексеева об активизации военных действий против Австро-
58
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
Венгрии. На совещании представителей Верховного командова-
ния союзных армий держав Антанты летом 1916 года были при-
няты решения о начале наступления союзных войск на второ-
степенном Салоникском фронте, в котором должны были при-
нять участие лишь две армии— Восточная армия генерала
Саррайля и сербская армия, а также вступление Румынии в
войну. Тогда же союзники договорились, что Россия пошлет на
поддержку Румынии 50 тыс. человек. Таким образом Англия,
франция и Италия стремились всю тяжесть войны в Юго-Вос-
точной Европе переложить на Россию.
Летом 1916 года на Салоникский фронт были переброшены
из Франции две русские бригады — 2-я и 4-я общей численно-
стью 10 тыс. человек. В начавшемся осенью того же года на-
ступлении приняли участие 81 тыс. английских, 79 тыс. фран-
цузских, 10 тыс. русских и 160 тыс. сербских войск. Решающее
значение для сербской армии имели бои на горе Каймакчалан,
которая прикрывала подступы к Битолю, что открывало дорогу
в глубь Сербии. В боях за Битоль отличились 1-я сербская кон-
ная дивизия и 2-я русская пехотная бригада.
Память о Каймакчалане осталась в памяти сербов навечно.
30 сентября 1918 года, в день двухлетней годовщины этих боев,
на горе был воздвигнут монумент-часовня, а в память о погиб-
ших выгравированы слова из приказа верховного командую-
щего сербской армии Александра Карагеоргия: «Моим герои-
ческим, неустрашимым и верным воинам, тем, кто своей жиз-
нью открыл путь к свободе и остался здесь как вечная стража
на пороге отечества».
На окраинах Битоля нет ни одной могилы русским сол-
датам. Кости русских воинов разбросаны по всем Балка-
нам, но об их подвигах мало знают, так как в советское
время не принято было писать об участии русских войск
в военных действиях на Салоникском фронте.
Тем временем война обострила национальный вопрос, уси-
лила центробежные тенденции и процессы национального са-
моопределения народов, общую тенденцию к созданию нацио-
нальных государств.
Проявлением этого процесса в югославянских землях Авст-
Ро-Венгрии явилось создание в Лондоне (май 1915 года) так
называемого Югославянского комитета, который возглавил Анте
Трумбич — хорват из Далмации, разделявший точку зрения о
59
«ШВасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?,.
народном единстве сербов, хорватов, словенцев. Отношение серб-
ского правительства и его премьера Н. Пашича к идее создания
единого государства не было однозначным. Однако тот факт,
что неудачи Сербии на Салоникском фронте были использова-
ны Трумбичем для провозглашения лозунга о пересмотре Ниш-
ской декларации, чтобы сделать Хорватию центром объедине-
ния всех югославянских земель, вызвал обеспокоенность серб-
ского премьера. Тем более что Сербия не получила от великих
держав каких-либо гарантий своим территориальным претен-
зиям.
Главной «надеждой и опорой» Сербии по-прежнему остава-
лась Россия. В конце апреля 1916 года сербская правитель-
ственная делегация посетила Петроград, где Пашича принял
Николай II. Российская сторона в принципе высказалась в под-
держку Сербии на международной арене, однако документы
свидетельствуют, что часть сербских требований экономичес-
кого характера не вызвала одобрения в Петрограде. Особенно
это касалось провозглашения планов поглощения Сербией Ал-
бании. Прохладно были встречены и предложения о включении
в состав Сербского королевства Хорватии и Македонии. Сазо-
нов лишь заявил, что «Россия стоит... за то, чтобы объединение
двух элементов [Сербии и Хорватии] было достигнуто на путях
взаимного убеждения и компромисса»68.
Англия и Франция вообще советовали российской диплома-
тии не давать каких-либо обещаний Сербии по территориаль-
ным проблемам. А английский премьер-министр Ллойд Джордж
высказался за создание нескольких автономных государств в
составе монархии Австро-Венгрии после ее «демократизации»69.
Несмотря на все тяготы войны, Россия встретила 1917 г.
на вершине военного могущества: 202 дивизии находи-
лись на фронтах, под ружьем было 7 млн. человек, воен-
но-промышленный комплекс работал в полную силу.
Сербия по-прежнему рассчитывала на поддержку России в
реализации идеи создания «Великой Сербии». Возможно, так и
произошло бы, с учетом той роли, которую играли вооружен-
ные силы России в боевых действиях — она могла оказать се-
рьезную поддержку сербским требованиям на мирных перего-
ворах. Однако после краха в феврале—марте 1917 года царско-
го режима и наступившего вследствие этого внутриполитичес-
кого кризиса международные позиции Российского государства
60
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос,..
пошатнулись. К тому же в апреле 1917 года в войну на стороне
Антанты вступили США, что привело к новому витку в сопер-
ничестве великих держав за будущий передел мира и сфер
влияния Октябрьская революция и выход России из войны окон-
чательно вывели ее из «игры» в балканском деле. Сербское пра-
вительство утратило всякие надежды на российскую помощь в
реализации своих внешнеполитических замыслов.
Вероятно, события 1917 года в России подтолкнули сербское
правительство к тому, чтобы 20 июня 1917 года на острове Кор-
фу подписать с представителями Югославянского комитета
Корфскую декларацию, определившую условия создания еди-
ного государства. Между сербскими правящими кругами и дея-
телями данного комитета был достигнут компромисс о созда-
нии единого государства сербов, хорватов и словенцев. Новое
государство должно было стать конституционной монархией во
главе с сербской династией Карагеоргиевичей. В Декларации
говорилось о едином «трехименном» югославянском народе. Это
положение могло быть истолковано по-разному. С одной сторо-
ны, оно предполагало равенство всех трех народов. С другой —
являлось отступлением от принципа «самоопределения наро-
дов», который обычно выдвигался в международных отноше-
ниях как главное требование при образовании новых независи-
мых государств. Причем не только социал-демократами и но-
вым большевистским правительством, но и американскими и
европейскими политиками. Поскольку проблема «самоопреде-
ления народов» и «самоопределения наций» имеет длительную
историю и широчайший международно-правовой и философ-
ский аспекты, мы обращаемся к ней лишь в контексте вопроса
об образовании Югославского государства в результате Первой
мировой войны.
Чем руководствовалось сербское правительство, подписав
Корфскую декларацию? Ведь фактически это было отказом от
объединения всех сербов в «Великой Сербии»? Конечно, многое
тут зависело от союзников в лице великих держав. Не случайно
на заседании сербского комитета министров 14 июня 1917 года
констатировалось: «От успехов союзных войск зависит, смо-
жем ли мы выполнить три пункта нашей политической про-
граммы: 1) сохранить Сербию, 2) объединить все сербские зем-
ли, 3) объединить все югославянские земли70.
После краха царской России и провозглашения правитель-
ством советской России принципа «Мир без аннексий и контри-
буций» США в лице их президента Вудро Вильсона 8 января
61
ШЗасильева, В.Гаврилов Балканский тупик?..
1918 года предложили «четырнадцать пунктов» в качестве ос-
нов для мирного урегулирования и проекта нового мирового
порядка. Принципы «восстановления исторической справедли-
вости» и «право народов на национальное самоопределение»
составили моральный и политико-идеологический стержень этой
программы. Тем не менее 10-й пункт программы Вильсона, ка-
савшийся непосредственно судеб народов Австро-Венгрии, го-
ворил лишь о предоставлении «наиболее свободной и благопри-
ятной возможности для автономного развития». Это было выз-
вано крайней сложностью этнических и территориальных про-
блем народов, населявших Астро-Венгерскую монархию.
Сепаратный мир советской России со странами Четверного
союза и выход ее из войны привел к ликвидации ее статуса
великой державы среди бывших союзников, устранению Рос-
сии как субъекта международных отношений при решении пос-
левоенных территориальных проблем в Европе в целом и в
Балканском регионе в частности. Теперь их решение стало за-
висеть от Англии, Франции и США. В такой ситуации Сербии
не оставалось ничего иного, как заключить союз с другими юго-
славянскими народами. Правительство Пашича понимало, что
объединения всех сербов невозможно добиться в какой-либо
иной форме, кроме создания единого государства всех югосла-
вян. Хорваты, со своей стороны, опасались того, что в програм-
ме Вильсона предусматривалось сохранение Австро-Венгрии и
предоставление ее народам лишь автономии. К тому же соглас-
но секретному Лондонскому договору (1915 г.) создавалась уг-
роза оккупации Италией Далматинского побережья и других
районов Хорватии и Словении, обещанных странами Антанты
в качестве компенсации за итальянское участие в войне. Из-за
отсутствия у Хорватии собственных вооруженных сил у нее не
было никакой надежды на создание своего государства.
Военные победы стран Антанты в 1918 году, поражение ав-
стро-венгерских войск на фронтах привели к развалу воору-
женных сил Австро-Венгрии. В воинских соединениях вспыхи-
вали восстания. 14—15 сентября 1918 года войска Антанты про-
рвали Салоникский фронт. 29 сентября капитулировала Болга-
рия. 1 ноября сербская армия вступила в Белград. 13 ноября
между Сербией и Венгрией было заключено перемирие. Вос-
пользовавшись капитуляцией Австро-Венгрии, а затем и Гер-
мании, сербские войска к середине ноября 1918 года очистили
от австро-венгерских войск почти все югославянские земли.
62
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
Согласно документам, представленным на Версальской
мирной конференции, Югославия во время Первой миро-
вой войны потеряла умершими от всех причин 1.900.000
человек. Из числа 705.343 сербов, мобилизованных во вре-
мя войны, потери составили 369.815 убитыми и ране-
ными. Потери Черногории соответственно составили
около 63.000 человек, или примерно 25 % ее довоенного
населения.
29 октября 1918 года в условиях общего распада Австро-
Венгерской монархии и революционных выступлений Хорват-
ский сабор (парламент) в Загребе объявил об отделении всех
югославянских провинций от Австрии и о создании Государ-
ства словенцев, хорватов и сербов (СХС).
24 ноября того же года в Загребе Народное вече представи-
телей Словении, Хорватии и Боснии и Герцеговины вынесло
решение об объединении государства СХС с Сербским коро-
левством и Черногорией. 26 ноября того же года решение об
объединении с Сербией приняла Народная скупщина Черного-
рии, а 15 ноября — народная скупщина Воеводины. 1 декабря
1918 года делегаты загребского Народного вече вручили в Бел-
граде верноподданнический адрес сербскому принцу-регенту
Александру Карагеоргиевичу. В тот же день Карагеоргиевич
объявил'о создании Королевства сербов, хорватов и.словенцев
(Королевства СХС).
Таким образом, сторонники «независимого хорватского го-
сударства» потерпели поражение. В тех условиях государство
СХС с центром в Загребе было бы нежизнеспособно. Объедине-
ние с Сербией диктовалось внешними историческими обстоя-
тельствами. Во-первых, объединившись с Сербией, Хорватия и
Словения попали в лагерь победителей, что помогло им защи-
тить свои этнические границы. В ином варианте — в случае
независимости — территория Далмации по условиям договора
с союзниками (1915 г.) отошла бы к Италии. Во-вторых, сербы,
составлявшие в Хорватии более 20 процентов населения, вряд
ли смирились бы с таким решением.
Итак, интересы сохранения собственных наций требовали
от Загреба и Любляны объединения с Сербией в единое госу-
дарство. В определенном смысле решение о создании Королев-
ства СХС можно считать политическим самоопределением юго-
славянских народов, входивших в бывшую Австро-Венгерскую
Монархию. Внешний фактор стал решающим для государствен-
63
' ^Васильева, ВЈ^рилов "Балканский-тупике
ного союза Хорватии и Словении с Сербией и Черногорией, Бос-
нией и Герцеговиной.
Границы и территории королевства СХС, как и других
балканских стран, определялись на мирных конференциях по
воле великих держав, но уже без участия России. Тем самым
существенно нарушался общеевропейский баланс сил и инте-
ресов, сложившийся в определенной степени в Европе к началу
XX века, уравновешиваемый ранее царской Россией.
19 сентября 1918 года в Сен-Жермене (близ Парижа) был
подписан мирный договор с Австрией, в преамбуле которого
констатировалось, что Австро-Венгерская монархия прекрати-
ла существование и что союзники приняли в качестве незави-
симых и союзнических государств, возникшие на территории
бывшей Австро-Венгрии: Австрию, Венгрию, Чехословакию,
Королевство сербов, хорватов, словенцев. В районе Клагенфур-
та (Словенская Краина) предусматривался плебисцит, после
которого этот район в 1920 году был включен в состав Австрии.
Вопрос о границе между Италией и Королевством СХС оп-
ределялся Рапалльским договором (12 ноября 1920 г.). Италия
отказалась по нему от притязаний на Далмацию, но к ней ото-
шла почти вся Истрия с Триестом и Пулой, Опатия, полоса
побережья и порт Зара (Задар). 70 процентов населения отошед-
ших к Италии территорий было славянским. Так эта страна
была вознаграждена за свое участие в войне на стороне Антан-
ты, это породило новые югославо-итальянские противоречия.
По Нейискому мирному договору с Болгарией (27 ноября
1919 г.) к Королевству СХС отошли четыре района с городами
Цариброд, Босилеград и Струмица в Македонии, а также не-
сколько сел Кулского района. Вершители судеб народов совер-
шенно не вдавались в подробности болгаро-сербского спора об
этнической принадлежности славянского населения Македонии:
относится ли оно к болгарам, сербам, или выделилось в само-
стоятельную нацию. Интересы македонского населения вообще
никого из участников переговоров не беспокоили. Предложение
болгарской делегации, чтобы Македония в своих географичес-
ких границах превратилась в «независимое государство», оста-
лось без внимания. Вардарская Македония осталась в составе
королеЕства СХС. Таким образом, государства Антанты довольно
жестко поступили с Болгарией за ее отступничество в войне.
Сербия, несмотря на тяжелые испытания в период отступ-
ления своей армии и вражеской оккупации, в результате вой-
ны в основном добилась своих военно-политических целей. Ко-
64
2*
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
ролевство СХС, санкционированное Парижской мирной конфе-
ренцией, стало самым крупным по территории и населению
государством Балканского полуострова и главной составной
частью созданной великими державами Версальской системы.
Его территория составила 248 тыс. кв. километров с населением
12 миллионов человек. В него вошли Сербия, Черногория, Хор-
ватия, Далмация, Словения, Босния и Герцеговина, Воеводина,
Вардарская Македония.
Политическим следствием Первой мировой войны яви-
лось то, что большинство балканских стран восприня-
ло послевоенные мирные соглашения как навязанные си-
лой и несправедливые.
Система мирных договоров в рамках Парижской мирной
конференции 1919—1920 годов завершила начавшийся в конце
XIX века процесс «балканизации», т.е. искусственного проведе-
ния великими державами границ между государствами Бал-
канского полуострова. Появились новые государства: малень-
кая Албания с населением в неполный миллион человек и са-
мое крупное — Королевство СХС. Декларированные держава-
ми-победительницами принципы «восстановления исторической
справедливости» и репараций поставили Болгарию в ряд наи-
более униженных и наказанных государств, таких как Герма-
ния. Мирные договоры породили на Балканах новые террито-
риальные и этнические противоречия. Среди них для Королев-
ства СХС главными стали территориальные споры с Италией,
Болгарией, Австрией, Венгрией и Румынией.
Балканы, исторически являвшиеся зоной военно-стратеги-
ческих интересов и безопасности России, оказались вместе с
Проливами в сфере влияния двух держав-победительниц —
Великобритании и Франции. После октября 1917 года Россия,
единственная из стран Антанты, оказалась отстраненной от
решения как балканских проблем, так и формирования нового
миропорядка, заложенного в Лиге Наций. Большевистская Рос-
сия была вытеснена как фактор силы из Балканского региона в
результате перераспределения сфер влияния между ее исто-
рическими конкурентами — Англией и Францией.
Творцы Версальской системы созданием Лиги Наций пола-
гали, что они заложили правовые основы мира, надеясь с помо-
щью этой организации и провозглашенных мирных принципов
Решения международных споров предотвратить новые конф-
'-Балканский тупик?..
65
Н-Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
ликты и войны. Однако эти надежды были иллюзорными. Боль-
шевистское правительство России предложило человечеству
единственный, по его мнению, верный путь к ликвидации войн
и конфликтов — мировая революция и крушение капитализма,
опять же через «революционные войны» и «революционное на-
силие».
Библиография к главе первой
1 Подробнее см.: Лещиловская И.И. Возникновение и разви-
тие сербской нации (дискуссионные вопросы истории). // Наци-
ональный вопрос в Восточной Европе. Прошлое и настоящее.
М., 1995. С. 14-30.
2 Фрейдзоп В.И. Исторические корни и сущность югославиз-
ма XIX в. // Новая и новейшая история. 1997. № 3. С. 36.
3 Косатки Н. Причины, цели и подготовка первой Балканс-
кой войны 1912-1919 гг. // Revue Internationale d'Histoire Militaire.
1992. № 74. P. 8.
4 Цит. по: Revue Internationale d'Hictoire Militaire. 1992. № 74.
P. 11.
5 Сейдаметов Д., Шляпников H. Германо-австрийская раз-
ведка в царской России. М., 1939. С. 3-4.
6 Павлюченко О.В. Россия и Сербия. 1888-1903 (дипломати-
ческие отношения, общественные связи). Киев, 1987. С. 5, 13.
7 Там же. С. 7.
8 См.: Покровский М.Н. Империалистическая война. М., 1928;
Его же. Балканские войны // БСЭ. 1926. Т. 4. С. 504.
9 Цит. по: Георгиев В.А., Киияпииа Н.С., Паичеиков М.Т.,
Шеремет В.И. Восточный вопрос во внешней политике России,
конец XVIII — нач. XX в. М., 1978. С. 288.
10 Павлюченко О.В. Указ. соч. С. 42.
11 Центральный государственный военно-исторический ар-
хив (ЦГВИА). Ф. 401. Д. 456. Оп. 5. 1902 г. Л. 63.
12 Nenezid D. Masoni u Yugoslaviji (1764-1980). Beograd, 1984.
S. 250-299.
13 Поповић H. Србија и Царска Pycuja. Београд, 1994. S. 43-
48.
14 Цит. по: Жујовић Ј. Дневник. Београд, 1986. С. 160-161.
15 Цит. по: Киняпина Н. С. Балканская конфедерация в пла-
нах военного министра России Д.А. Милютина. // Отечествен-
ная история. 1996. № 3. С. 152.
16 Поповић Я. Указ. соч. С. 50.
17 История Югославии. Т. 1. М., 1963. С. 500.
18 Revue Internationale d'Histoire Militaire. № 74. 1992. P. 16.
19 Македонија. Hand book prepared under the Direction of
Historical Section of the Foreign Office. London, 1920. № 21.
3*
67
ШЗасильева, В.Гаврилов Балканский тупик?..
20 Подробнее см.: Македония: Проблемы истории и культу-
ры. М, 1999.
21 Жогов В.П. Дипломатия Германии и Австро-Венгрии и
Первая Балканская война 1912-1913. М., 1969. С. 162.
22 Дамянов С. България и балканските страни по време на
войните 1912-1918. София, 1986. С. 50.
23 Писарев ЮЛ. Тайны Первой мировой войны. Россия и
Сербия в 1914-1915 гг. М, 1990. С. 29-30.
24 Плохое Т. Отношения между България и Централните
сили по време на войната 1912-1918. София, 1957. С. 62-64.
25 Цит. по: Дамянов С. България и Балканските страни по
време на войните 1912-1918. София, 1986. С. 58.
26 Цит. по: Revue Internationale d'Histoire Militaire. 1992. № 72.
S. 115.
27 Сейдаметов Д. и Шляпников И. Германо-австрийская раз-
ведка в царской России. М., 1939. С. 4.
28 Греков Б.И. Восточная экспансия Германии 1900-1914. //
Советское славяноведение. 1985. № 1. С. 39-49; Fischer F. Bundnis
der Eliten: Zur Kontinuitat der Machtstruktur im Deutschland
1871-1945. Diisseldorf, 1971. S. 35-60.
29 В Видов день — 15 июня 1389 г. произошла битва сербов с
турками на Косовом поле. Этот день считался днем траура сер-
бов.
30 Grey of Falladon. Twenty life years 1892—1916. London,
1926. Vol. 2. P. 308.
31 Писарев ЮЛ. Тайны Первой мировой войны. Россия и
Сербия в 1914-1915 гг. М., 1990. С. 12.
32 Там же.
33 Поповић Ч. Организација «Уједињење или смрт» // Нова
Европа. Загреб. 1927. 11.VI.
34 Писарев ЮЛ. Указ. соч. С. 34-36.
35 Nenezid Z. Masoni u Jugoslavij (1764-1980). Beograd, 1984.
36 Ibid. S. 304, 326-330.
37 Цит. по: Писарев ЮЛ. Указ. соч. С. 30.
38 Там же.
39 Сазонов С.Д. Воспоминания. Берлин, 1927. С. 81.
40 Цит. по: Писарев ЮЛ. Указ. соч. С. 31.
41 Поповић Н. Србија и Царска Русија. Београд, 1994. С. 66.
Сербия просила поставить ей 120 тыс. ружей, а также орудия,
снаряды, патроны.
42 Ключников Ю.В., Сабанин А. Международная политика
новейшего времени в нотах, договорах и декларациях. М., 1926.
Ч. 2. С. 4-5.
43 Писарев ЮЛ. Указ. соч. С. 51.
68
3-4
Глава первая Великие державы и югославянский вопрос...
44 Deutschen Dokumente zum Kriegsausbruch. Berlin, 1927.
Bd. 4. № 2. S. 126-127.
45 Senton-Watson R.W. Sarajewo. Zagreb, 1925. S. 130-138.
46 Международные отношения в эпоху империализма. Доку-
менты из архивов царского и временного правительства. М.-Л.,
1931-1935. Сер. 3. Т. 5. № 19. С. 38-39.
47 Сазонов С.Д. Воспоминания. Берлин, 1927. С. 219.
48 Цит. по: Писарев ЮЛ. Указ. соч. С. 109-110.
49 Трубецкой Г.Н. Русская дипломатия 1914-1917 гг.: война
на Балканах. Монреаль, 1983. С. 127.
50 См.: Писарев ЮЛ. Указ. соч. С. 141.
51 Трубецкой Г.Н. Русская дипломатия 1914-1917 гг. С. 170.
52 ЦГИА. Ф. 1276. Оп. 10. Д. 920. Особый журнал министров.
1914. 30. XVI; 1915. 23. 31.1.
53 Писарев ЮЛ. Указ. соч. С. 151.
54 Палеолог М. Царская Россия во время Первой мировой
войны. М., 1991. С. 28-29.
55 Цит. по: Писарев ЮЛ. Указ. соч. С. 166.
56 Там же. С. 167.
57 Там же.
58 Международные отношения в эпоху империализма: Доку-
менты из архивов царского и временного правительств. Серия 3.
Т. 8. Ч. I. С. 127.
59 Там же. С. 144.
60 Писарев ЮЛ. Указ. соч. С. 162.
61 Там же. С. 191.
62 Международные отношения в эпоху империализма. Сер. 3.
Т. 7. Ч. 2. С. 51.
63 Цит. по: Писарев ЮЛ. Указ. соч. С. 182.
64 Цит. по: Исторические записки. 1965. Т. 75. С. 127.
65 Ллойд-Джордж Д. Военные мемуары. М., 1937. Т. 6. С. 101.
66 Версаль и новая Восточная Европа. М., 1996. С. 25.
67 Архив внешней политики Российской империи (АВП РИ).
Ф. ПА. Д. 3792. Л. 9-10, 27.
68 Цит. по: Писарев Ю.А. Сербия на Голгофе и политика ве-
ликих держав 1915-1916 гг. М., 1993. С. 54.
69 История Югославии. Т. 2. М., 1963. С. 16.
70 Версаль и новая Восточная Европа. М., 1996. С. 21.
^Васильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
Глава вторая
«ЮГОСЛАВСКИЙ УНИТАРИЗМ» В
КОНТЕКСТЕ ИНТЕРЕСОВ ВЕЛИКИХ
ДЕРЖАВ: ОТ ВЕРСАЛЯ ДО ПОТСДАМА
Тема, обозначенная в заголовке главы, многие десятилетия в
тех или иных вариантах является предметом пристального
внимания со стороны отечественных историков. Однако в со-
ветские времена преобладавший классовый подход к изучению
международных отношений не позволял применить принцип
системного анализа в конкретно-исторических исследованиях.
Даже в фундаментальных трудах, основанных на многочислен-
ных архивных материалах, включавших и зарубежные источ-
ники, неизменной оставалась общая линия, направленная на
разоблачение антисоветской политики западных держав. Юго-
славия однозначно рассматривалась как реакционное монархи-
ческое государство, входившее в состав антисоветского сани-
тарного кордона, состоявшего из мелких стран Центральной и
Юго-Восточной Европы с «монархо-фашистскими» режимами,
которые вели между собой нескончаемые споры по территори-
альным проблемам. Их противоречиями пользовались более
крупные империалистические державы для усиления своего
влияния в том или ином регионе. Внешняя политика Советского
Союза в такой системе координат неизменно трактовалась как
комплекс миролюбивых действий, направленных на предотв-
ращение войны и борьбу за мир между народами.
Новые возможности, появившиеся у российских истори-
ков в начале 90-х годов, позволили отойти от идеологи-
зированных подходов к оценке роли СССР в международ-
ных событиях как полностью «безгрешной стороны».
Был сделан совершенно справедливый вывод о том, что
Октябрьская революция в России в 1917 году, приход к
власти большевиков с их идеей мировой революции зало-
жили конфронтационные ориентиры во внешнеполити-
ческую деятельность Советского государства.
70
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
«Советский фактор» па Балканах и
Королевство Югославия (20-е годы)
Известно, что на протяжении всего периода существования
СССР главным принципом его внешней политики провоз-
глашался пролетарский, социалистический интернационализм.
Он подразумевал оказание советским государством помощи в
развитии революционного движения и революционной борьбы
«во всех без исключения странах» в самых разнообразных фор-
мах, включая и военные. По сути, за этими принципами стояли
идеи глобализма, «мессианства», подрывавшие традиционную
внешнеполитическую деятельность государства, направленную
на защиту своей национальной безопасности, суверенитета и
национальных интересов. Тезис о поддержке первым в мире
пролетарским государством борьбы пролетариата за сверже-
ние капиталистических режимов в других странах делал полем
гражданской войны весь земной шар. Естественно, что Запад
не мог не использовать «угрозу большевизма» в качестве фак-
тора, определявшего отношения с СССР. Идеологизация меж-
дународных отношений по линии «антикоммунизма» и «анти-
империализма» становилась дымовой завесой, которая в той
или иной мере скрывала более прагматические и реальные гео-
политические, стратегические, экономические и другие цели в
отноатениях между СССР и основными мировыми державами.
Тем ье менее взаимная вражда и формирование «образа врага»
шли на основе классового противостояния социализма и капи-
тализма. Не оставались в стороне от этого процесса малые стра-
ны, в том числе и государства Балканского региона.
«Никогда взаимоотношения балканских государств и
стран Дунайского бассейна не были такими запутанны-
ми, неясными и противоречивыми, как в период между
двумя мировыми войнами».
Владимир Волков. «Операция «Тевтонский меч»
Версальская система разделила страны Юго-Восточной Ев-
ропы на победителей (Королевство СХС, Румыния, Греция,
Чехословакия) и побежденных (Австрия, Венгрия, Болгария).
Из всех «версальских государств» королевство СХС пользова-
лось особой неприязнью со стороны соседей. Албания, Болга-
рия, Венгрия и Австрия имели к ней территориальные претен-
71
Ш&сильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
зии. Впрочем, в этом регионе не было двух соседних государств,
между которыми не существовало бы взаимных территориаль-
ных претензий и спорных пограничных вопросов. Это создава-
ло благоприятное поле деятельности для более крупных стран,
стремившихся использовать данную ситуацию в своих целях.
По существу, великие державы продолжали начатую в начале
века борьбу за гегемонию на Европейском континенте и на Бал-
канах, но существование СССР добавило к этой борьбе другие
оттенки, формы и методы. Что касается капиталистических
стран, таких как Франция, Англия, Италия и Германия, то на-
правление и основные черты их деятельности достаточно хоро-
шо исследованы и в целом верно оценены отечественными ис-
ториками. Так, до начала 30-х годов преобладающее влияние в
Юго-Восточной Европе имела Франция. Против ее политичес-
кой гегемонии выступала Италия, использовавшая в своих ин-
тересах недовольство побежденных государств Болгарии, Вен-
грии, Австрии, их желание «ревизовать» мирные договоры. Ита-
лия прилагала усилия для создания своего блока в составе Ав-
стрии, Венгрии, заигрывала с Болгарией, добивалась господ-
ства в Албании.
Деятельную роль в политической борьбе играла английская
дипломатия, имевшая свои интересы в зоне Проливов и в Вос-
точном Средиземноморье.
В определенном смысле изгоями в международных евро-
пейских делах оказались только две великие державы: Герма-
ния и Россия. Первая расплачивалась за свое поражение в Пер-
вой мировой войне, а советская Россия не признавала Версаль-
скую систему мирных договоров, рассматривая их исключи-
тельно как «империалистический, грабительский передел мира».
В разряд «империалистических» попали и малые государства,
в том числе Королевство сербов, хорватов, словенцев. Такая
переориентация означала, что балканские страны больше не
являлись зоной безопасности России с ее историческим покро-
вительством над близкими славянскими и православными на-
родами. Канули в лету и идеи «панславизма», составлявшие
стержень прежней российской политики в регионе.
В отличие от традиционной внешнеполитической дея-
тельности российского государства до 1917 года новое
советское руководство не рассматривало страны Бал-
канского региона как вероятных союзников, входивших в
«пояс безопасности» России на Юге. Причину этого сле-
72
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
дует искать в характере внешнеполитических задач, ре-
шавшихся новой властью у главной составляющей кото-
рых стала классовая направленность внешней полити-
ки, подмена реальных задач по защите национально-го-
сударственных интересов страны на международной
арене целью борьбы против капитализма в любой стра-
не, за победу диктатуры пролетариата.
Здесь не представляется возможным всесторонне рассмат-
ривать глубинные истоки внешнеполитических концепций со-
ветского руководства после Октября 1917 года. Тем более что и
по сей день дискуссионными являются вопросы о том, что было
первопричиной враждебности «большевистской» России к ок-
ружающим странам: синдром гражданской войны и иностран-
ной интервенции, попытка ответа «красным террором» на «бе-
лый террор» или мессианская идея «пролетарского интернаци-
онализма»...
Как бы то ни было, в 20-е годы решение внешнеполитичес-
ких задач по обеспечению международной безопасности совет-
ской России (СССР) ставилось в расчете на революции в сосед-
них странах, свержение в них правящих режимов и насиль-
ственное изменение политического строя.
На практике реализация данной утопической стратегии всту-
пала в противоречие с объективными условиями международ-
ной жизни, реальными геополитическими, стратегическими,
экономическими и прочими интересами как самого СССР, так и
других государств.
Известно, что в 20-е годы отношения Советской России (с
31 декабря 1922 года — СССР) и балканских стран — Королев-
ства СХС, Болгарии, Греции, а также Румынии, характеризо-
вались крайней враждебностью. С этими странами не было дип-
ломатических отношений, что позволяло многим исследовате-
лям сделать вывод об отсутствии у СССР балканского направ-
ления во внешней политике. Но так ли было на самом деле?
К началу 20-х годов в основном сформировались направле-
ния, формы и методы, а также организационные структуры, с
помощью которых советские руководители собирались вопло-
щать в жизнь задуманные идеи «мировой революции». Глав-
ным организационным центром такой деятельности стал Ко-
минтерн, который виделся Л.Д. Троцкому как своего рода поли-
тический и военный штаб революции. Тем самым гражданская
война переносилась за пределы СССР. Например, в манифесте
73
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
второго конгресса Коминтерна (июль—август 1920 года), про-
ект которого написал Троцкий, провозглашался тезис о все-
мирной гражданской войне1.
Балканы рассматривались Москвой как «слабое звено» в
Версальской системе в силу многочисленных противоре-
чий территориального характера между странами ре-
гиона и наличием серьезных социальных и национальных
проблем внутри них.
Среди балканских стран, кроме Королевства СХС, особое
место было отведено Болгарии как государству, потерпевшему
поражение, за счет которого в регионе отчасти был осуществ-
лен территориальный передел. Не ускользала из поля зрения и
Румыния из-за ее географического положения, близости к гра-
ницам СССР.
Другой причиной особого внимания советского государства к
Балканам было то, что Королевство СХС и Болгария стали ос-
новным прибежищем русской военной эмиграции после разгро-
ма красными Русской армии генерала П.Н. Врангеля в 1920 году
в Крыму. Поэтому данные страны рассматривались в Москве
как постоянный источник опасности, возможного военного втор-
жения сил контрреволюции на юге России. Всего в бывшей ар-
мии Врангеля насчитывалось около 56 тыс. военнослужащих, а
общее количество сил военной эмиграции доходило, по отдель-
ным данным, до 100 тыс. человек2.
Весной 1921 года генерал Врангель направил своего пред-
ставителя генерала П.Н. Шатилова в Болгарию и Сербию для
переговоров о размещении своих войск в этих странах. В Бол-
гарии Шатилов был принят царем Борисом и премьер-мини-
стром А. Стамболийским, в Королевстве СХС — королем Алек-
сандром. Результатом переговоров явилось их согласие на рас-
селение части беженцев в Болгарии и королевстве СХС. Пре-
бывание частей бывшей Русской армии в указанных странах
стало одной из причин конфронтационного характера их отно-
шений с СССР. Таким образом, «белое движение» из внутрипо-
литической российской проблемы превратилось в международ-
ный фактор.
Для балканских стран, включая Королевство CXCf поддер-
жка со стороны правительств организованной иностранной во-
енной силы на своей территории перевела международные от-
ношения с советской Россией в плоскость политического противо-
74
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
стояния, а «русский фактор», всегда игравший здесь позитив-
ную роль, становился дестабилизирующим моментом в отноше-
ниях с СССР и влиявшим на внутриполитическую жизнь в этих
странах.
Например, болгарское правительство А Стамболийского хотя
и заявляло 6 соблюдении нейтралитета и высказывалось про-
тив втягивания Болгарии в антисоветскую деятельность, зак-
рывало глаза на подготовку белоэмигрантских войск к вторже-
нию в советскую Россию. Советское правительство неоднократ-
но обращалось к болгарскому руководству с нотами протеста
против деятельности штаба генерала А.П. Кутепова по форми-
рованию и снаряжению воинских частей. Так, 22 марта 1922 года
народный комиссар иностранных дел Г.В. Чичерин в совмест-
ной ноте правительств РСФСР и УССР выразил протест по
поводу операций белогвардейских войск против советских рес-
публик и об оказании болгарской стороной «содействия рус-
ским генералам в борьбе с трудящимися массами России и Ук-
раины». Эти и другие факты определялись в ноте как самое
грубое нарушение нейтралитета со стороны болгарского прави-
тельства3 .
Известные ныне документы подтверждаюту что в те-
чение 1921—1922 годов генералом Врангелем и его сорат-
никами неоднократно обсуждались планы прямого воен-
ного вторжения в советскую Россию. Основными направ-
лениями считались три: крымское, бессарабское, поль-
ское. Всей этой деятельностью руководила Ставка рус-
ской армии во главе с генералом Врангелем, находившаяся
в Королевстве СХС в городе Сремски-Карловцы.
Королевское правительство с момента прибытия первых бе-
женцев в государство СХС дало им официальное название —
«русские избеглици», не признающие советской власти. В 1920 го-
ду в Королевстве была создана Государственная комиссия по
беженцам, в которую, кроме югославов, входили представители
русской эмиграции4. Российскую миссию в Белграде возглав-
лял царский дипломат В.Н. Штрандтман, входивший в так на-
зываемый Совет послов, созданный в Париже из состава быв-
Uutx дипломатов царской России.
Власти Королевства СХС разрешили создание различных
военных союзов, главным из которых стал образованный в
1924 году в Белграде Русский общевоинский союз (РОВС). Он
75
^Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
начал действовать под руководством великого князя Николая
Николаевича, объявившего себя командующим всеми российс-
кими формированиями за рубежом. Великий князь утвердил
председателем Союза генерала Врангеля. С 1927 года штаб
РОВСа находился в Париже, его отделения имелись во многих
странах Европы, США, Китае. Формально РОВС был зарегист-
рирован как гуманитарная организация для моральной и мате-
риальной поддержки военных белоэмигрантов. Фактически глав-
ной целью союза была борьба с большевизмом. К середине 30-х
годов в Королевстве насчитывалось 25 тыс. членов РОВС. Ядро
РОВС составляли «Союз галлиполийцев», «Союз первопроход-
цев», «Союз офицеров Генерального штаба». В Королевстве дей-
ствовал и ряд других союзов, обществ, объединений, например
«Земгор», «Русское народное ополчение», «Союз русской наци-
ональной молодежи», «Союз русских офицеров — участников
мировой войны»5.
Влияние русской военной эмиграции, составлявшей значи-
тельную часть общей русской колонии в Королевстве СХС, на-
считывавшей по отдельным данным до 40 тысяч беженцев из
советской России, было не однозначным. С одной стороны, не-
признание советской власти русскими военными эмигрантами
способствовало росту антикоммунистических настроений среди
части югославского общества. Например, 6 августа 1921 года
П.Н. Врангель накануне Генуэзской конференции поставил свою
подпись под «Обращением к народам мира», в котором говори-
лось: «Пока большевизм царит в Европе, политического и соци-
ального мира в Европе быть не может»6.
Присутствие белой эмиграции в Королевстве СХС, и без того
испытывавшей после войны крайние экономические трудности,
разруху, сотрясаемую революционными выступлениями, не
могло не влиять на достаточно бурную и нестабильную ситуа-
цию в стране. Король Александр, поддерживая крайне правые
белогвардейские монархические силы, их неприятие советской
России, взял жесткий курс на борьбу с коммунистической опас-
ностью внутри государства. Недаром некоторые эмигрантские
монархические силы даже вынашивали идею о возможной кан-
дидатуре Александра на российский престол. Очевидно, что
именно присутствие русской эмиграции влияло на позицию ко-
ролевского правительства, дольше всех других европейских го-
сударств не признававшего СССР7.
Покровительство русским эмигрантам со стороны пра-
вящих кругов Королевства СХС объяснялось не только
76
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
политическими мотивами, но и объективной выгодой.
Огромные людские потери в годы Первой мировой вой-
ны — 1 млн. 900 тыс. человек и весьма неспокойная об-
становка на границах с Италией, Румынией, Болгарией,
подъем революционного движения требовали квалифици-
рованных военных кадров, способных оказать помощь в
укреплении вооруженных сил страны. Нуждалось Коро-
левство и в научно-технических кадрах, работниках
административного аппарата и просвещения.
Существенную роль играла и материальная выгода. Вранге-
левцы располагали весьма крупными суммами, выданными в
виде кредитов и займов западными державами, значительны-
ми семейными драгоценностями; в их руки попали огромные
ценности бывшей петербургской ссудной кассы (ломбарда), ко-
торые были доставлены в июне 1920 года в приморский город
Херцегнови и поступили под контроль врангелевского командо-
вания. Оценивались они на сумму свыше 10 млн. американских
долларов8.
В стране массовой безграмотности русская эмиграция,
в составе которой были исключительно интеллигенты —
около 75 процентов имели среднее или высшее образова-
ние, — оставила заметный след в югославской науке и
культуре, народном хозяйстве.
В Королевстве СХС насчитывалось примерно 300 колоний
русских эмигрантов, большая часть которых была размещена в
Сербии. Таким образом, в лице русских страна получила ло-
яльно настроенные и квалифицированные кадры. Около 10 тыс.
русских осело в Белграде. Это были военные, профессора, ин-
женеры, врачи, топографы, педагоги, артисты, художники и пр.
На качественно более высокий уровень поднялось универси-
тетское образование, возникли научные институты. На службу
в военную и гражданскую авиацию были приняты русские лет-
чики, инструкторы и конструкторы. Например, общество офи-
церов Российского военно-воздушного флота в Королевстве СХС,
Центр которого размещался в Нови-Саде (Воеводина), возглав-
лял генерал-майор В.М. Ткачев, бывший командующий авиа-
цией при Генеральном штабе русской армии9.
Особое место в Государственной комиссии по русским бе-
женцам занимала деятельность по подготовке военных кадров
в военных заведениях — Русском кадетском корпусе, Донском
77
^Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
императора Александра III кадетском корпусе, Крымском ка-
детском корпусе. В городе Бела Црква существовало Никола-
евское кавалерийское училище. Фактически кадетские корпу-
са и училища подчинялись военному министерству в Королев-
стве. Однако руководил системой военных школ и курсов быв-
ший военный агент России в Сербии генерал В.А. Артамонов. В
30-е годы все три кадетских корпуса были объединены в Рус-
ский кадетский корпус в г. Бела Црква. Из 1336 кадетов в конце
30-х годов около 500 окончило Военную академию Королевства
Югославии10.
Трагедией многих представителей русской военной эмиг-
рации стало то, что ненависть к большевизму, лишив-
шему их Родины, привела их в годы Второй мировой вой-
ны к сотрудничеству с оккупантами, так как только с
помощью внешней интервенции часть эмигрантов наде-
ялась свергнуть правящий в СССР режим.
Вообще русское общество в эмиграции разделилось в основ-
ном на две группировки — «пораженцев» и «оборонцев» в воп-
росе о поддержке или не поддержке советской России в случае
нападения на нее другого государства. Среди «оборонцев» вы-
делялся «Союз младороссов» во главе с А.Л. Казем-Беком, ко-
торый считал, что какая бы власть ни была в России, но в
случае войны СССР с любой державой необходимо выступать в
защиту границ своей Родины. В идейно-политическом плане
для «младороссов» был характерен лозунг — «ни белые, ни
красные, но русские». Некоторые представители российской
эмиграции постоянно выступали с тезисом о «существенной
разнице между советской властью и русским народом, нахо-
дившимся в рабстве у чуждой силы»11.
Внутриполитическое положение в Королевстве СХС было
нестабильным не только в силу присутствия в нем значитель-
ного количества русской эмиграции. В Королевстве объедини-
лись хотя и близкие по языку народы: сербы, хорваты, словен-
цы, но они ранее никогда не жили вместе в одном государстве,
находились на различных уровнях экономического и культур-
ного развития, исповедовали разные религии, причем право-
славных было до 48 процентов (5.593.057), католиков — 37 про-
центов (4.708.657), мусульман — 11 процентов (1.345.275)12. Ос-
тальное население принадлежало к другим вероисповеданиям.
Такие национальные меньшинства как немцы, венгры, румыны
78
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
получили международную защиту по' мирным договорам, об
албанском и македонском населении вопрос на послевоенных
мирных конференциях не стоял.
Национальные проблемы в государстве обострялись тем,
что вне границ Королевства СХС остались тысячи хор-
ватов, сербов, словенцев, македонцев, которые жили на
территориях, включенных в состав Италии, Венгрии,
Австрии, Болгарии, Греции и Румынии.
Руководящую роль в новом государстве взяли на себя вели-
косербские монархические круги. В качестве официальной док-
трины была провозглашена теория «интегрального югославян-
ства», согласно которой сербы, хорваты и словенцы объявля-
лись единым трехименным народом. Эта концепция была на-
правлена против федерализма и автономии, которые, по мне-
нию правящих кругов, угрожали единству народов. Первым опы-
том парламентаризма и совместной жизни в едином государ-
стве стали выборы в Учредительное собрание, проходившие на
многопартийной основе в острой политической борьбе. Их нельзя
назвать антидемократическими, так как в них приняли участие
многочисленные политические партии и организации, в том числе
Компартия, Мусульманская народная партия, Сербская народ-
ная партия, Хорватская народная крестьянская партия. В ито-
ге на первое место вышла Демократическая партия, на втором
месте оказалась Радикальная партия во главе с бывшим серб-
ским премьером Н. Пашичем, выражавшая интересы сербских
монархических кругов. Третье место заняли коммунисты, а чет-
вертое — Хорватская народная крестьянская партия во главе с
С. Радичем13.
В политической жизни Королевства вскоре наметилось раз-
межевание политических сил по национальному принципу. Со-
здавались политические объединения и партии национальной
буржуазии, входившие в оппозицию по отношению к офици-
альному курсу партий, выражавших интересы, главным обра-
зом, сербской буржуазии. Хорватская буржуазия наиболее ак-
тивно реагировала на гегемонию сербских правящих кругов,
сгруппировавшихся вокруг династии Карагеоргиевичей.
Принятая в 1921 году конституция закрепила победу
сербской буржуазии. Государство было поделено на 33 об-
ласти по административному принципу, которое со-
79
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?,.
знателъно затрудняло развитие несербских националь-
ностей. Национальная политика сербской буржуазии
включала и попытки ассимиляции других народов и мень-
шинств. Македония рассматривалась как «Южная Сер-
бия» с насильственным введением сербского языка и ис-
ключительно сербской культуры. Албанцы, проживав-
шие помимо Косова и Метохии в части Македонии, на
границах между Черногорией и Албанией, вообще были
лишены права пользоваться родным языком: в школах и
учреждениях был введен сербский язык.
Но основная борьба разгорелась между сербской и хорватс-
кой буржуазией за лидерство в государстве, за те или иные
экономические позиции. Эта борьба охватывала и другие соци-
альные слои населения, а с учетом экономической отсталости,
обострения социальных противоречий, неразвитости политичес-
кой жизни в Королевстве конфликты и недовольство народных
масс своим положением выливались в противоречия на нацио-
нальной и религиозной почве.
Сербы составляли большинство офицерского корпуса в ар-
мии, на гражданской службе и в полиции, причем не только в
Сербии, но и в Боснии и Герцеговине, в районах Старой Грани-
цы, Крайны, в несколько меньшей степени в остальной Хорва-
тии, не говоря уже о Македонии, Косово. При этом они зачас-
тую грешили неуважением к национальным чувствам других
народов14.
Характерной чертой политической жизни в Королевстве в
20-е годы стало образование парламентской оппозиции — Хор-
ватского блока, куда входили все хорватские партии. Решаю-
щая роль в нем принадлежала Хорватской крестьянской партии
во главе со Степаном Радичем. Он выдвинул идею создания
Югославянской федерации, в состав которой должны были войти
на равных правах: Хорватия, Словения, Босния и Герцеговина,
а также Сербия с Черногорией и Воеводиной при сохранении
монархического строя. Но ни одна буржуазная партия, за ис-
ключением крайне правой националистической Хорватской
партии государственного права (франковцев), не требовала вы-
хода из состава государства. Большинство оппозиционных партий
выступали за реорганизацию Югославии на принципах феде-
рации или автономии.
Несколько слов следует сказать о так называемых «франко-
вцах». Основатель экстремистского течения в Хорватии в конце
80
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
XIX века хорватский еврей Иосип Франк «прославился» своей
деятельностью, направленной на разжигание антисербского шо-
винистического угара в целях дискредитации идеи создания еди-
ного государства. Он был связан с австро-венгерскими властями.
С их одобрения из крайних националистов был создан «Хорват-
ский легион» — вооруженные банды, совершавшие антисербские
погромы и терроризировавшие хорватских сторонников объеди-
нения с Сербией. После смерти Франка в 1911 году его имя проч-
но удерживалось за всеми его последователями.
Место Франка еще до Первой мировой войны занял Анте
Павелич, который заслужил печальную известность не только
в Королевстве, но и за его пределами. Еще студентом он прим-
кнул к крайне правому реакционному националистическому
течению в Хорватии, на базе которого в 1919 году и была созда-
на уже упоминавшаяся Хорватская партия государственного
права. Конечной целью эта партия выдвигала создание незави-
симого государства Хорватии, взяв, таким образом, курс на раз-
вал Королевства. Лозунг «Независимого государства Хорватии»
стал лейтмотивом деятельности Павелича и его сторонников.
Павелич и его окружение пытались придать хорватскому воп-
росу международный характер и стали искать поддержки за
рубежом. Следует отметить, что сепаратистские идеи франко-
вцев были отвергнуты в тот период хорватскими буржуазными
партиями, входившими в Хорватский блок. Не встретили они
поддержки и среди населения Хорватии15.
Однако хорватское экстремистское сепаратистское течение
не было единственной проблемой, вызывавшей обеспокоенность
королевских властей. В других национальных землях также
начался процесс консолидации сил на почве националистичес-
ких радикальных идей. В самой Сербии их носителями стала
основанная в 1921 году интеллектуалами и левыми радикалами
«Организация югославских националистов». Она провозгласила
своей целью борьбу как против коммунистов, так и против бур-
жуазной экономики. В начале 30-х годов была создана «Единая
борющаяся организация труда» — «Збор» во главе с Д. Лети-
чем с идеями национал-радикализма: «борьбы против капита-
ла, евреев, коммунистов»16.
Наиболее тревожная обстановка сложилась в Варварс-
кой Македонии во многом из-за колонизаторской деятель-
ности и политики ассимиляции, проводимых королевс-
кими властями. Стремясь укрепить свои позиции в Маке-
Si
^Васильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
доний, правительство Пашича стало переселять туда
зажиточных сербских крестьян, а также жандармов,
представителей русской эмиграции, врангелевцев. Пере-
селенцам предоставлялись льготные условия, их освобож-
дали от налогов, а у македонских крестьян отнимались
лучшие земли. Эта деятельность не могла не вызвать
акций протеста со стороны местного населения, кото-
рые жестоко подавлялись правительственными войска-
ми. Такая же политика проводилась в Косово и Метохии.
Стихийные выступления местного населения стремились
взять под контроль националистические организации. Наибо-
лее значительную роль играла Внутренняя македонская рево-
люционная организация (ВМРО). Она взяла на себя роль орга-
низатора национально-освободительной борьбы всего македон-
ского населения, разделенного между Болгарией, Грецией и
Королевством СХС. Но в рядах македонских националистов не
было единства, они ориентировались на различные политичес-
кие силы, как с центром в Болгарии, так и вне ее. Это обуслови-
ло превращение македонских организаций в важный фактор
межгосударственных отношений соответствующих стран. Осо-
бенно это касалось Королевства СХС и Болгарии, т.к. базой ма-
кедонского движения стала Пиринская Македония. Часть лиде-
ров македонского движения была категорически против присо-
единения Македонии к какой бы то ни было балканской держа-
ве, призывала к восстановлению единой и независимой Маке-
донии «в соответствующих ее географических границах». Од-
новременно они поставили перед собой задачу создать для на-
селяющих ее народов и для своих балканских собратьев форму
правления, созданную по образцу Швейцарской федеративной
республики»17. Это течение получило наименование «федера-
листов». Им противостояли и соперничали с ними так называе-
мые «автономисты», выступавшие за автономию македонского
населения в рамках Болгарии. Последние выделились в само-
стоятельную Внутреннюю македонскую революционную орга-
низацию (ВМРО), которую возглавили популярные македон-
ские лидеры Т. Александров и А. Протогеров.
Превратив постепенно Пиринскую Македонию в опорный
пункт своей деятельности, ВМРО (автономисты) приступила к
созданию местных организаций (комитетов) и вооруженных
чет — небольших отрядов. Организация создала достаточно
разветвленную сеть своих сторонников в Вардарской и Эгей-
ской Македонии, отошедших соответственно к Королевству СХС
82
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
и Греции. Особую активность автономисты развернули в Вар-
дарской Македонии, применяя тактику вооруженных рейдов и
индивидуального террора. Они опирались на местное населе-
ние, недовольное политикой сербизации, проводимой королев-
скими войсками.
Об огромном размахе деятельности организаций ВМРО, ко-
торые стремились придать ей общебалканский характер, сви-
детельствуют сообщения, постоянно поступавшие в начале 20-х
годов в министерство иностранных дел Королевства СХС от его
представителей и тайных агентов в соседних странах. Напри-
мер, согласно информации из Софии, в конце августа 1923 года
в Горной Шумадии проходила конференция «македонских ре-
волюционеров», на которой присутствовало около тридцати де-
легатов из Вардарской Македонии. На конференции было при-
нято решение о формировании вооруженных чет и направле-
нии их на македонскую территорию Королевства с целью на-
чать «энергичную борьбу с властями» и попытаться вызвать
восстание. Особое внимание в этом сообщении придавалось ог-
лашенному на конференции письму лидера ВМРО А. Протоге-
рова о связях организации с Италией, которая оказывала де-
нежную помощь комитету в организации антиправительствен-
ных выступлений в Македонии18. А в информации, поступив-
шей в МИД Королевства из Софии б сентября 1923 года, ука-
зывалось, что ВМРО имеет свои комитеты не только в Болга-
рии, но и в Албании и Боснии19.
Таким образом, деятельность ВМРО, опиравшаяся на ре-
альную вооруженную силу, представляла серьезную угрозу
стабильности в Королевстве СХС.
С момента создания Королевства СХС национальная про-
блема в нем приобрела главное звучание в политической
жизни страны. Реализация идеи югославизма — «единого
трехименного народа», подразумевавшая по сути пре-
вращение трех национальностей в одну нацию, на прак-
тике встретила серьезное сопротивление со стороны
буржуазных элит в Хорватии и Словении, активизиро-
вала националистические силы в других национальных
землях и краях, особенно в Македонии, Косово и Мето-
хии.
Политика жесткого централизма и унитаризма, проводимая
правящей сербской династией короля Александра, отсутствие
стремления к компромиссу с оппозиционными партиями,
83
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
представлявшими интересы различных слоев буржуазии несерб-
ской национальности, нежелание учитывать их экономические
устремления и идти на те или иные политические уступки, при-
водили к постоянным политическим парламентским кризисам
в государстве. Все это проходило на фоне углубления социаль-
ных противоречий, обнищания основных масс населения, как
сербов, так и представителей других национальностей. Их недо-
вольство выливалось в массовые революционные выступления,
которые использовали коммунистические силы, в частности,
созданная в 1919 году Социалистическая рабочая партия (комму-
нистов) — с 1920 года — Коммунистическая партия Югославии
(КПЮ), присоединившаяся к III Интернационалу.
Революционные настроения усиливались под влиянием воз-
вратившихся из России бывших военнопленных, периода Пер-
вой мировой войны. «Возвращенцы» из советской России несли
в Королевство идеи Октябрьской революции, в которой уча-
ствовало на стороне большевиков до 35 тысяч югославян, моби-
лизованных в свое время в войска Австро-Венгрии и попавших
в русский плен. В начале 20-х годов именно эти выступления
воспринимались королевскими властями как серьезная угроза
стабильности в государстве. Министр внутренних дел М. Драш-
кович обвинил коммунистов в развале государства и примене-
нии насилия, деморализации армии, в антигосударственных свя-
зях с заграницей20.
Стремясь воспрепятствовать революционной подрывной де-
ятельности левых сил, правительство приняло «Декрет» («Об-
знана»), запрещавший коммунистическую пропаганду, вводив-
ший цензуру и ряд других мер, ограничивших свободу собра-
ний и демонстраций. Как отмечалось в декрете, эти меры дол-
жны были не допустить-, чтобы югославское государство после-
довало «русскому большевистскому примеру».
Две силы — националистические и революционные дви-
жения стали в королевстве СХС не только серьезной
внутренней проблемой, но и угрозой его существованию.
Казалось, что достаточно искры, чтобы разрушить это
государство.
В прежней литературе, выходившей в СССР и СФРЮ, как,
впрочем, и в других социалистических странах, все усилия ис-
следователей были направлены на «разоблачение» реакцион-
ной антинародной сущности монархического режима в Коро-
84
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
левстве СХС и показ прогрессивного характера деятельности
коммунистических и национальных сил, направленных на раз-
рушение «реакционного» государства. Под влиянием событий,
приведших в 90-х годах к распаду современного югославского
государства и кровопролитной войне, российские ученые, обра-
щавшиеся к истории Югославии в межвоенный период, в ос-
новном сосредоточивали внимание на критике безуспешных
попыток королевской власти сохранить единство Королевства
СХС, которые заключались в усилении централизма, консоли-
дации власти, унитаризме и ужесточении авторитарных форм
правления21. И это отчасти верно.
Другая сторона проблемы состоит в том, что внутренняя
политика королевского правительства тесно переплеталась с
внешнеполитическими целями, связанными с зашитой безопас-
ности государства и его территориальной целостности. Версаль-
ская система мирных договоров и создание Лиги Наций отнюдь
не давали каких-либо реальных гарантий защиты от враждеб-
ной деятельности со стороны реваншистских сил в соседних
государствах, потерпевших поражение в Первой мировой вой-
не. Националистические и ирредентистские движения рассмат-
ривались правящими кругами королевства как «пятая колон-
на» всех соседних государств, которые в той или иной степени
претендовали на часть территории королевства СХС.
Виновницей революционных беспорядков в стране правя-
щая династия, как, впрочем, и правящие круги в других госу-
дарствах, считала большевистскую Россию. В обстановке анти-
коммунистического «психоза», царившего в Европе в 20-х го-
дах, политической и экономической нестабильности, возникно-
вения крайне правых движений в лице фашистских сил и при-
хода их к власти легитимным путем в Италии, общей тенден-
цией в малых государствах, входивших в Версальскую систе-
му, стало развитие авторитарных форм правления. Не было
исключением в этом отношении и королевство СХС. Правящая
династия видела единственную возможность сохранить един-
ство страны путем установления диктатуры, которая бы поста-
вила барьер и национализму, и большевистской опасности.
С 1927 года в Королевстве постоянно происходили прави-
тельственные кризисы под влиянием активной деятельности
парламентской оппозиции, требовавшей перестройки и демок-
ратизации государственного устройства. В результате 44-х пра-
вительственных кризисов, а также под влиянием внешних ус-
ловий, особенно нарастания притязаний Муссолини на Далма-
85
^Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
цию и заключения между Италией и Албанией двух тиранских
пактов в 1926—1927 годах, правящая великосербская династия
решилась на крайние меры. Поводом для этого стало убийство
в скупщине лидера Крестьянской демократической коалиции
Степана Радича, осуществленное близким к правительствен-
ным кругам членом парламента П. Рачичем 20 июня 1928 года22.
Не видя выхода из разразившегося в стране политического
кризиса, король Александр 6 января 1929 года объявил об от-
мене конституции, роспуске парламента и переходе всей влас-
ти в его руки. Все политические партии были распущены. При-
зывая к государственному и национальному унитаризму, ко-
роль особым указом переименовал государство сербов, хорва-
тов и словенцев в Королевство Югославии. Было введено новое
административное деление, которое стирало даже в названии
областей упоминание отдельных народов. 9 новых бановин по-
лучили наименование по названиям рек. Разъединением Хор-
ватии на две бановины (Савскую и Приморскую) королевские
власти стремились ослабить основы для единого выступления
хорватов и их сепаратизм. А разделом Сербии на пять бановин
и присоединением частей территории с сербским населением к
другим бановинам создавалась основа для осуществления идеи
единого югославянства и великосербской доминации. Новые ба-
новины перекрывали границы прежних краев. Только словен-
цы оказались национально гомогенными в составе Дравской
бановины
Введением бановин как административно-территори-
альных единиц был ликвидирован принцип национально-
го унитаризма. Все национальные эмблемы — знамена,
геральдика, гимны и другие символы национального ис-
торического развития и государственного права были за-
прещены. Тем самым были затронуты глубинные стру-
ны национальной гордости и национального самосозна-
ния отдельных народов23.
Опорой такой политики стало назначенное королем прави-
тельство из лидеров великосербских партий и представителей
монархической военной организации «Белая рука». Правитель-
ство возглавил генерал Петар Живкович. Несомненно, что по
своему характеру этот режим был военной диктатурой велико-
сербской буржуазии. Ее попытки предотвратить сербско-хор-
ватские противоречия усилением государственной власти гро-
зили новыми конфликтами.
86
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
Политика «югославского унитаризма» не ограничилась по-
литическими мерами, она была распространена и на экономи-
ку. Главный удар был нанесен по хорватскому банковскому
капиталу, который к концу 20-х годов преобладал над промыш-
ленным. Государственная власть ликвидировала,, Первый хор-
ватский банк, в котором находилось 13 процентов всех капита-
лов страны. Средства банка были направлены в рентабельные
отрасли.производства и народного хозяйства — для развития
железных дорог, в химическое производство, рудное дело и пр.
Такая политика вызвала еще больший отход финансовых и про-
мышленных кругов хорватской буржуазии от поддержки коро-
ля Александра и создала почву для углубления «хорватского
вопроса»24.
Не имея возможности осуществить свои экономические
интересы в рамках югославского государства, часть хор-
ватской буржуазии начала искать вьАсод в создании сво-
его «национального» государства с помощью внешних сил,
тем самым «интернационализируя» хорватскую пробле-
му.
Этим в первую очередь воспользовались «франковцы», ко-
торые во главе со своим лидером А. Павеличем развернули
шовинистическую и сепаратистскую пропаганду. Сразу же после
установления диктатуры ими была создана «Повстанческая
хорватская революционная организация» с целью начать воо-
руженную борьбу против югославского государства. Конечной
целью организации было полное отделение Хорватии от Югосла-
вии и образование независимого хорватского государства. А. Па-
велич и его сторонники стали именовать себя усташами (по-
встанцами). Под этим названием члены организации стали из-
вестны мировой общественности. А. Павелич провозгласил себя
вождем — «поглавником» усташей с неограниченным правом
руководства членами организации.
Усташи для реализации своих далеко идущих планов стали
искать и нашли поддержку за рубежом в соседних государ-
ствах, заинтересованных в распаде Королевства Югославии.
Прибежищем усташей стала Италия, которая не только предо-
ставила им финансовую помощь, но и возможность создавать
лагеря на своей территории. Такие лагеря начали возникать с
1931 года в Апеннинских горах, в Фонтескье и Сан-Деметрио.
Базой усташей стал город Зара (Задар) на Адриатическом по-
бережье, находившемся в то время под итальянской властью.
87
ШВаснльева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Усташи установили в Болгарии связи с наиболее экстремистс-
ким крылом в ВМРО, которая проводила террористическую
деятельность на македонской территории Югославии, засылая
туда вооруженные группы. В подрывной деятельности против
Югославии активное участие через усташей стала принимать и
Венгрия. Так, в Янка-Пусте, неподалеку от югославско-венгер-
ской границы, разместился самый известный усташский лагерь
для подготовки террористов, заброски оружия и взрывчатки в
югославское королевство, а также пропагандистских материа-
лов антиюгославского содержания. Усташи установили тесные
связи с итальянской и венгерской разведками, а позднее, после
прихода к власти в Германии Гитлера — с немецкими разведы-
вательными службами и нацистской партией. Несколько ус-
ташских лагерей действовало в Австрии. Усташами была раз-
вернута невиданная по своей жестокости террористическая де-
ятельность по организации взрывов в поездах и на железных
дорогах. Первый такой взрыв произошел 30 июня 1930 года в
поезде, следовавшем из Австрии в Югославию. В 1930—1931
годах усташи организовали несколько десятков взрывов, а так-
же предприняли попытки рейдов вооруженных групп на Адри-
атическом побережье с целью поднять восстание25.
Сепаратистские экстремистские силы в Королевстве
Югославия становились серьезным средством в руках со-
седних государств для дестабилизации внутриполити-
ческой обстановки в стране и для осуществления своих
внешнеполитических целей по ее развалу.
Действиями этих сил были весьма обеспокоены многочис-
ленные государственные органы и структуры Королевства, на-
чиная с генерального штаба, министерства внутренних дел,
министерства иностранных дел до местной полиции и жандар-
мерии, пограничных и армейских частей в приграничных райо-
нах. О том, насколько серьезно воспринималась правящими
кругами Югославии угроза безопасности государству со сторо-
ны различных подрывных организаций, включая ВМРО, ал-
банских сепаратистов и усташей, свидетельствует обширный
доклад, направленный разведывательным отделом Генераль-
ного штаба в марте 1931 года королю, военному министру, гла-
вам министерств внутренних дел, иностранных дел, командую-
щим армейскими и пограничными войсками, жандармерией, а
также военным атташе в Болгарии, Греции, Венгрии, Австрии,
88
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
Румынии, Италии, Франции, Чехословакии и пр. В частности,
указывалось о широкой деятельности Павелича и его Помощ-
ников за рубежом, в таких странах как Австрия, Германия,
Бельгия, Венгрия. Сообщалось о том, что хорватский комитет в
Будапеште занимается организацией террористических акций
в Югославии. Во главе данного комитета стоял А. Перчец, близ-
кий к А. Павеличу. Причем деятельность усташских организа-
ций в Венгрии пользовалась широкой поддержкой венгерских
властей. В том же документе отмечалось, что хорватские эми-
гранты — сторонники А. Павелича объединились в Вене вокруг
хорватского комитета и готовы на любые действия для осуще-
ствления своих целей по созданию независимого хорватского
государства. Причем эти действия не ограничивались лишь
широкой пропагандистской работой против королевской власти
в самой Югославии и проведением террористических акций. По
тому же сообщению, в январе 1931 года на заседании в Вене
сторонники Павелича приняли решение развернуть через хор-
ватскую эмигрантскую печать в Нью-Йорке кампанию с целью
срыва предоставления Югославии американского займа. Хор-
ваты, проживавшие в Америке, должны были обратиться к бан-
кирам и предпринимателям с призывом не вкладывать сред-
ства в югославские банки26.
В документе содержался также обширный материал о дея-
тельности македонского центрального комитета ВМРО в Юго-
славии, Болгарии, в Албании. Несмотря на отмеченные юго-
славскими разведслужбами серьезные внутренние разногласия
в ВМРО между сторонниками А. Протогерова и Ванчо Михай-
лова, эта организация продолжала вести пропаганду за осво-
бождение Македонии и присоединение Царибродского и Босиль-
градского округов к Болгарии. Но главная сторона ее деятель-
ности по-прежнему состояла в подготовке террористических
актов. Например, сообщалось о намеченных на весну 1931 года
покушениях на видных государственных деятелей Югославии,
террористических акциях не только в Южной Сербии, но и в
остальных частях государства, особенно в Северной Сербии и
Хорватии. Среди намеченных для диверсий объектов упомина-
лись железнодорожный путь Ниш-Цариброд, действия воору-
женных чет с болгарской территории и из Албании. Причем
Указывалось, что руководство ВМРО избрало Албанию в каче-
стве будущего центра своей деятельности, поскольку из Болга-
рии стало трудно проводить террористические акции на юго-
славской территории27. Агенты ВМРО в Албании действовали
89
ШВасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
под покровительством албанского короля А. Зогу. В сообщении
обращалось внимание на создание в феврале того же года ко-
совского комитета в Албании с целью развертывания ирреден-
тистского движения среди албанского населения Косова. В него,
кроме видных албанцев, эмигрантов из Косова, вошли итальян-
ские офицеры из разведслужб и доверенное лицо Муссолини —
Пуни. Как отмечалось в сообщении, особая инициатива в созда-
нии комитета принадлежала Италии. За рубежом деятельность
косовского комитета была направлена на реализацию требова-
ния о пересмотре мирного договора, пропагандистские акции
против югославского правительства, его обвинение в наруше-
нии прав албанского меньшинства в Косово28.
Обращалось внимание на то, что между ВМРО и усташски-
ми организациями Павелича установлены связи, которые по-
ощряются со стороны Италии.
Таким образом, напряженной внутренней обстановкой в
Югославии воспользовались страны, которые были заинтере-
сованы в территориальной ревизии мирных договоров в Верса-
ле, дестабилизации международного положения в Балканском
регионе и усилении противоречий между малыми балканскими
государствами. Для Югославии такая опасность исходила прежде
всего от Италии, а с приходом к власти в Германии нацистов
основная угроза стала исходить от них. Король Александр, по
свидетельству хорошо знавшего его английского посла в Белг-
раде Н. Гендерсона, часто повторял: «Непосредственную угро-
зу для Югославии представляет Италия; после нее придет Гер-
мания; но последней и самой большой угрозой для всех будет
Россия»29. Что подразумевал король под «российской угрозой»?
Были ли это опасения «русской экспансии» или же имелась в
виду «большевистская» опасность? Скорее последнее, тем бо-
лее что в Югославии в межвоенный период практически отсут-
ствовали настроения «русофобии».
Многие зарубежные представители в 20-х годах отмеча-
ли царившие в стране «исключительно глубокие и все-
объемлющие нежные чувства» сербов к России, которые
были «традиционными и национальными, независимо от
того, была ли Россия «большевистская» или «царская».
Существовало убеждение, что если Россия останется
сильной, то Сербия никогда не будет страдать30.
В этой связи целесообразно обратиться к проблеме так на-
90
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
зываемого «советского фактора» в общем контексте политики
других великих держав в Балканском регионе, тем более что
данная проблема, с учетом ее последующей исторической пер-
спективы, недостаточно ясна.
Только в конце XX века приподнялась завеса тайны над
«изнанкой» внешнеполитической деятельности советского ру-
ководства и лидеров коминтерновского движения. И по сей день
еще нет исчерпывающего ответа на вопрос, почему и каким
образом советская внешнеполитическая деятельность, особен-
но в двадцатые годы, на рубеже тридцатых годов, по отноше-
нию к Королевству сербов, хорватов и словенцев по сути совпа-
дала с вектором враждебных действий фашистских и других
сил в соседних государствах, заинтересованных в разрушении
территориальной целостности Югославии? Какие глубинные по-
следствия коминтерновская линия имела для безопасности са-
мого Советского Союза, а также для еще непрочного междуна-
родного права, заложенного созданием Лиги Наций?
Нельзя не поразиться тому энтузиазму, огромным мас-
штабам замыслов и деятельности советской власти и
ее зарубежных сторонников, сгруппировавшихся вокруг
III Интернационала, по реализации идеи мировой рево-
люции.
В нищей стране, измученной революцией, гражданской вой-
ной и разрухой, Политбюро РКП(б) определило бюджет Ко-
минтерна на 1922 год в размере свыше 3 миллионов рублей
золотом31. Преданная ныне гласности структура Коминтерна и
его органов свидетельствует, что в 1921—1922 годах в состав
его Исполнительного комитета (ИККИ) входили представители
коммунистических партий почти всех стран мира и всех конти-
нентов, включая не только Европу, но и Азию, Африку, Авст-
ралию, Америку. Даже отдаленные от СССР океанами Южная
Африка и Уругвай имели в ИККИ своих представителей32.
«Осчастливить человечество» эта организация собиралась
отнюдь не мирным способом, а борьбой «всеми средствами, так-
же и с оружием в руках, за низвержение международной бур-
жуазии и создание международной Советской республики как
переходной ступени к полному уничтожению государства»33.
Российский историк Я.С. Драбкин назвал этот период Комин-
терна в истории большевистской России как «революционный
романтизм, грешивший авантюризмом»34. Но беда в том, что
91
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
коминтерновские лозунги становились принципами реальной
внешнеполитической деятельности Советского государства, рас-
пространялись на его отношения с зарубежными странами.
Хотя в силу исторической неизбежности преодоления
изоляции государства и развития экономических отно-
шений с другими странами советское руководство вы-
нуждено было публично отмежеваться от Коминтерна,
реализация поставленных задач по разрушению буржу-
азных государств и подрывной деятельности против них
была перенесена в плоскость тайной государственной по-
литики, которую проводили соответствующие органы
государственной власти СССР.
В 20-е годы на этой идее формировалась концепция безо-
пасности советского государства и его военная доктрина, кото-
рая была проникнута духом вражды к пацифизму как методу
разрешения международных конфликтов. Могут возразить, что
такая концепция формировалась под влиянием иностранной
военной интервенции и вполне реальных попыток зарубежных
государств уничтожить Советскую республику. Но, к сожале-
нию, принцип «революционной целесообразности», «революци-
онного права» был перенесен и на международные отношения,
что способствовало формированию в зарубежных странах «об-
раза врага» в лице СССР, русского народа и позволяло агрес-
сивным, империалистическим силам реализовывать свои внеш-
неполитические цели под предлогом борьбы против «угрозы боль-
шевизма».
В советской России органы, созданные первоначально для
защиты большевистского государства и борьбы с «контррево-
люцией», постепенно стали переносить свою деятельность за
пределы страны. К выполнению миссии «мировой революции»
стали приспосабливаться не только Коминтерн как ее штаб, но
и государственные ведомства — Народный комиссариат иност-
ранных дел (НКИД), Объединенное государственное полити-
ческое управление (ОГПУ), органы военной разведки, Нарко-
мата обороны и т.д.
С начала 20-х годов Балканский регион попадает в особое
поле зрения Москвы как зона наиболее острых национальных
и социальных противоречий и возможная база для революций.
Л.Д. Троцкий говорил о необходимости использовать «готовень-
кие революционные силы вне пролетариата». Одним из мето-
92
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
дов такой политики стало установление по различным каналам
связей с националистическими организациями в Македонии,
Хорватии, Словении, Албании, Бессарабии и др.
Поощряя сепаратистские тенденции, эмиссары Москвы
рассчитывали взорвать сложившуюся после Версаля под
эгидой Франции систему союзов, прежде всего Малую
Антанту в составе Югославии, Румынии и Чехослова-
кии, путем образования новых самостоятельных госу-
дарств с последующим их объединением в Балканскую
социалистическую республику. Для решения этих задач
значительная роль отводилась коммунистическим
партиям балканских стран.
15 января 1920 года в Софии состоялась конференция ком-
партий Болгарии, Югославии, Греции и Румынии, представи-
тели которых провозгласили объединение этих партий в Бал-
канскую коммунистическую федерацию (БКФ). В резолюции
конференции говорилось, что «только пролетарская революция
и диктатура пролетариата, через его организации — рабочие,
крестьянские и солдатские советы, — смогут освободить бал-
канские народы от всякого господства, дать им возможность
свободного самоопределения и объединения в Балканскую со-
циалистическую республику»35.
Центрами подготовки революции на Балканах провозгла-
шались Болгария и Сербия36.
С начала 20-х годов началась координация деятельности
между советскими спецслужбами и органами Коминтерна. Так,
в феврале 1922 года на базе созданной еще в 1917 году Советом
Народных комиссаров (СНК) в целях противодействия против-
никам советской власти Всероссийской Чрезвычайной комис-
сии (ВЧК) было образовано Государственное политическое уп-
равление (ГПУ) в составе НКВД РСФСР. Вскоре оно было пе-
реименовано в Объединенное государственное, управление
(ОГПУ). Одним из наиболее активных в его составе стал ино-
странный отдел ОГПУ (ИНО ОГПУ), в задачу которого офици-
ально входила борьба со шпионажем, контрреволюцией и бело-
гвардейскими организациями за рубежом37.
Свою деятельность ИНО ОГПУ осуществлял через ши-
рокую сеть резидентур под «крышей» советских пред-
ставительств в зарубежных странах. Тайный центр в
93
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Европе, который курировал и балканские страны, нахо-
дился в Берлине при советском дипломатическом пред-
ставительстве. Сюда стекалась информация от аген-
туры по наблюдению за деятельностью белогвардейских
организаций, политических партий в зарубежных стра-
нах, об их отношении к СССР, о внутриполитической
жизни в стране и пр.
Деятельность ИНО ОГПУ тесно координировалась с воен-
ной разведкой — Разведывательным управлением Штаба РККА.
Разведупр также имел широкую легальную резидентуру, ис-
пользовавшую возможности Наркоматов иностранных дел и
внешней торговли, а также нелегальную сеть. ОГПУ и Развед-
управление сотрудничали с органами Коминтерна, Профинтерна,
Крестинтерна, Международным обществом помощи революцио-
нерам (МОПР). В целом деятельность тайных служб руководи-
лась и определялась Политбюро ЦК РКП(б) — ВКП(б). Осуще-
ствление всех конспиративных связей ИККИ с коммунистичес-
кими партиями осуществлял секретный отдел (с 1921 года —
Отдел международных связей— ОМС). Уже в 1921—1922 го-
дах ОМС имел пункты связи в Берлине, Константинополе, в
Стокгольме, Вене. Этот отдел через свои пункты нелегально
переправлял людей и грузы, издавал периодическую печать,
агитационную литературу, занимался изготовлением фальши-
вых паспортов, организацией явочных квартир, внедрением «не-
легалов» в другие страны для проведения работы в политичес-
ких партиях под «крышей» торговцев, представителей фирм и
т.д.
Связь с балканскими странами осуществлялась через один
из самых оживленных пунктов— Константинополь, а также
через Вену. Конспиративная деятельность ОМС во многом спо-
собствовала укреплению связей с ГПУ—ОГПУ и Разведупром.
В апреле 1923 года заведующий ОМС ИККИ П. Вомпе и на-
чальник фельдъегерского корпуса ГПУ П. Митрофанов подпи-
сали соглашение «на предмет использования фельдъегерской
связи ГПУ для нужд Отдела международной связи». Иностран-
ный отдел ОГПУ во главе с М. Трилиссером запрашивал у ОМС
сведения о деятельности зарубежных партий. Оба отдела обес-
печивали друг друга разведывательной информацией и пр.38.
Для подготовки революций в балканских странах, а также в
Германии в декабре 1922 года при орготделе ИККИ была создана
постоянная комиссия по работе в армии. В нее входили В. Миц-
94
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
кевич-Капсукас, И. Уншлихт, являвшийся в то время замести-
телем начальника ГПУ. В тесном контакте с ней стала работать
созданная в том же году Постоянная нелегальная комиссия
ИККИ в составе М. Трилиссера, О. Пятницкого (И.А.Таршиса),
Г. Эберлейна, Э. Прухняка. В 1923 году в состав комиссии были
введены заместитель председателя ОГПУ И. Уншлихт, К. Ра-
дек (Собельсон) и начальник Политуправления РВС В. Анто-
нов-Овсеенко39 .
Иностранный отдел ОГПУ стал активно следить за деятель-
ностью Внутренней македонской революционной организации
(ВМРО), присылая в Москву сообщения с предложениями об
установлении контроля за этим движением. Руководство ВМРО
сосредоточилось фактически единолично в руках Т. Александ-
рова, исповедовавшего идею революционным путем добиться
автономии Македонии, что и обеспечивало ВМРО сравнительно
массовую поддержку. Реальным результатом такой политики
было постоянное нагнетание напряженности в болгаро-югослав-
ских отношениях, что намеревалось использовать советское
руководство. Неоднократно Югославия в ответ на очередную
вооруженную акцию ВМРО стягивала свои войска к границе с
Болгарией; угрожая вторжением.
26 декабря 1922 года Иностранный отдел ОГПУ сообщал
Л.Д. Троцкому, В.Р. Менжинскому, АХ. Артузову, Л.М. Карахану,
ИА. Пятницкому о положении в Болгарии по македонскому во-
просу: «Политика болгарского правительства в отношении ма-
кедонского вопроса, как в 1920 году, так и теперь — автономия
Македонии, причем оно считает необходимым действовать так,
чтобы эта последняя обратилась в независимую политическую
единицу.
Однако, связанная Бухарестским и Нейиским договором, Бол-
гария не предприняла ничего в пользу своей идеи...
Политика болгарского правительства в восточном вопросе:
хорошие отношения с Россией с целью обеспечить в удобный
момент возвращение Добруджи к Болгарии, избегание всякого
обострения и конфликта с Румынией, активные враждебные
акты к Греции для затруднения разрешения вопроса о Запад-
ной Фракии в нужном для нее смысле...
Выводы:
...2. Болгарское правительство активно стало на путь под-
держки четнического движения в стране.
3. Оценка общего положения показывает, что при незначи-
тельной работе движение может быть взято в наши руки»40.
95
НЈВасшљева, ВХаврилов Балканский ^HK?v,^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^S^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^t^^^^^^^^^^^^^^^^^^|
20 декабря 1922 года от советского резидента в Берлине в
Иностранный отдел ОГПУ поступило сообщение, в котором го-
ворилось:
«При македонской неразберихе более чем возможна угроза
захвата руководства революционным движением фашистами.
Москва должна сделать все, чтобы захватить это руководство в
свои руки. Болгарским коммунистам это сейчас не под силу.
Они ждут, когда «националистические пережитки» будут из-
житы македонцами, но этого придется ждать довольно долго.
Сейчас македонское революционное движение ярко нацио-
налистическое. Несомненно, что в случае выступления против
нас Сербии лучшим средством оттянуть часть ее военных сил
было бы восстание в Македонии с перспективой его перенесе-
ния в Черногорию, Албанию и Хорватию. Необходимо срочно
пригласить в Москву македонскую делегацию. Если в Москве
будет признана невозможной поддержка широкого восстания,
то во всяком случае тесная связь с македонским центром и
умеренное его субсидирование будут чрезвычайно полезны в
будущем. О возможности приема македонской делегации про-
сим срочно ответить»41.
Неизвестно, как ответила Москва на предложение о под-
держке восстания в Македонии и что означало предполо-
жение о «выступлении против нас Сербии». Во всяком
случае, судя по письму, советская сторона не была заин-
тересована в добрососедских отношениях между Болгари-
ей и Югославией и добивалась дестабилизации ситуации
в регионе.
Под влиянием ряда обстоятельств, в том числе усиления
левого течения в самой ВМРО, а также в поисках нового союза
ЦК этой организации в 1924 году пошел на контакты с комму-
нистами. В мае 1924 года был подписан так называемый Вен-
ский манифест, в котором ВМРО выражала готовность во имя
свободной Македонии бороться против балканской реакции и
сотрудничать с прогрессивными партиями и организациями
балканских народов42. Но вскоре члены ЦК ВМРО Т. Алексан-
дров и А. Протогеров отказались от своих подписей под Мани-
фестом. В сентябре 1924 года Т. Александров был убит. За этим
последовало кровавое столкновение сторонников разных тече-
ний ВМРО. В результате почти вся «левица» организации ока-
залась уничтоженной. В 1928 году был убит и А. Протогеров.
ВМРО возглавил крайне правый деятель В. Михайлов.
96
з*
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
Удобным инструментом для взрыва ситуации на Балканах,
в том числе в Югославии, советское руководство и лидеры Ко-
минтерна посчитали активное использование национальных
движений в интересах пролетарской революции. В этих целях
вновь был актуализирован туманный лозунг о праве наций на
самоопределение вплоть до отделения. После избрания В. Ко-
ларова на IV Конгрессе Коминтерна (1922 г.) генеральным сек-
ретарем ИККИ Балканскую коммунистическую федерацию
возглавил болгарский коммунист X. Кабакчиев. Оргбюро ЦК
РКП(б) приняло решение о командировании в распоряжение
Коминтерна Н.А. Милютина, который был направлен в Венское
бюро ИККИ для работы по Балканам. Туда же был командиро-
ван представитель бюджетной комиссии А. Абрамович (Альб-
рехт)43. Югославская компартия во главе с ее руководителем
С. Марковичем (Симич) подверглась критике за то, что высту-
пила за «национальное единство», за сохранение югославского
государства и конституционный путь решения национальных
проблем путем федеративного государственного устройства44.
Именно Милютин взялся за устранение подобных «ошибок» юго-
славских коммунистов и вплотную занялся югославскими де-
лами в связи с предстоящими в стране парламентскими выбо-
рами. В феврале 1923 года он извещал Президиум ИККИ: «Я
буду в выборной компании в Югославии настаивать на реши-
тельном выдвижении лозунга «право наций на самоопределе-
ние вплоть до отделения»45. На деле это было прямым вмеша-
тельством во внутреннюю политику иностранного государства.
Компартия, приняв коминтерновские установки, автоматичес-
ки ставила себя в один ряд с другими экстремистскими силами,
добивавшимися разрушения Югославии.
Усилия Милютина увенчались успехом: он добился того, что
на майской конференции КПЮ в 1923 году в резолюции было
вписано требование «о праве наций на самоопределение вплоть
до отделения»46.
Такая линия соответствовала и внешнеполитической дея-
тельности советского руководства на международной арене в
балканских делах. Так, в декабре 1923 года российско-украин-
ско-грузинская делегация, представлявшая на Лозаннской кон-
ференции черноморские республики, выступила со специаль-
ным Меморандумом, в котором выдвигалась идея о создании
Балкано-Дунайской конфедерации. В документе выражалось
несогласие с системой Версальских мирных договоров, в ре-
зультате которых «Македония, Черногория, Фракия, Добруд-
яса, территория и города Албании, Далмации, Хорватии были
^Балканский тупик?..
97
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
включены в состав других государств без опроса их населе-
ния... Вышедшая из революции Россия и другие союзные с ней
Советские республики отвергли эти договоры и ныне снова за-
являют, что они считают несуществующими все территориаль-
ные изменения, которые были осуществлены в нарушение са-
моопределения народов»47.
Реальные национально-государственные интересы отдель-
ных балканских народов мало интересовали как Коминтерн,
так и советское руководство. Это подтвердила VI Балканская
коммунистическая конференция, проведенная в Москве в нояб-
ре 1923 года. В ее материалах прозвучала мысль о необходимо-
сти использования крестьянских и национальных организаций
в революционных целях.
Коминтерн:
«КПЮ должна сделать национальный вопрос исходной
точкой всех последующих выступлений партии, т.к.
именно национальные конфликты и создают благопри-
ятную почву для революционного движения. Не отодви-
гать национальные конфликты на задний план, не зату-
шевывать их, а наоборот — подчеркивать и обострять
их, переносить их на классовую почву»48.
О Югославии говорилось не как о государстве, созданном в
силу объективных исторических условий, а как о стране, в кото-
рой нарушено право на самоопределение. Поскольку в Югосла-
вии уже проявил себя хорватско-словенский сепаратизм, КПЮ
должна была поддерживать его, причем из руководства нацио-
нальных организаций следовало как можно скорее вытеснить
буржуазные элементы Принятая резолюция обязывала КПЮ
поддерживать право народов, населяющих королевство, на са-
моопределение, вплоть до образования каждым из них самосто-
ятельного государства49. В этом направлении стали действовать
как представители местных коммунистических партий Балканс-
кого региона, так и советские спецслужбы.
В отечественной литературе уже не раз приводились мате-
риалы об участии советской стороны в подготовке сентябрьско-
го восстания 1923 года в Болгарии, о доставке на ее территорию
оружия, создании складов вооружения, направлении из СССР
военных специалистов, представителей спецслужб. Как извест-
но, сентябрьское восстание в Болгарии потерпело поражение.
Болгарские власти жестоко расправились с повстанцами. Было
убито не менее 5 тыс. коммунистов и «земледельцев», не менее
98
4-2
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
15 тыс. было арестовано и подвергнуто пыткадо, 3 тыс. коммуни-
стов и представителей демократических партий бежали за гра-
ницу, в основном, в Советский Союз50.
Интерес представляют документы о том, как болгарские со-
бытия воспринимались югославскими правительственными кру-
гами. Примечательны сообщения, поступавшие от югославских
дипломатов, находившихся в Болгарии. Так, в телеграмме от
посланника министерства иностранных дел Королевства М. Ра-
кича в Софии от 10 августа 1923 года говорилось о том, что в
ночь с 23 на 24 июля того же года в Болгарии арестованы все
явные агенты большевистской организации. Их было свыше 450
человек, направленных в Варну, где они ожидали прибытия
советского судна, которое должно было их переправить в Одес-
су. Этими арестами фактически был положен конец деятельно-
сти большевистских организаций: представительству советско-
го Красного Креста в Болгарии, а также Союзу возвращения на
родину. После этих арестов, — по мнению М. Ракича, в Софии
остались лишь отдельные агенты, которые не играли какой-
либо значительной роли в большевистских организациях51.
Далее указывалось, что в Болгарии все еще оставалась боль-
шевистская подпольная организация, возглавлявшаяся Пуки-
том52, присланным из Москвы. Говорилось, что из-за своей край-
ней засекреченности эта организация уцелела и продолжает
действовать. Сохранить организацию удалось при содействии
конспиративной немецкой организации, находившейся в Болга-
рии. Значительную роль в этом, как следовало из документа,
играл некий Хофман — майор германского генерального шта-
ба, который действовал «под крышей» инженера фирмы «Си-
менс — Шуккерт». Именно с ним Пукит постоянно поддержи-
вал связь. В организации большевистской пропаганды в Болга-
рии, по данным того же Ракича, большую роль играл советский
разведчик Алейников53, действовавший под крышей военного
представительства в Вене. Именно в Вене состоялась встреча
представителей Германии, СССР и Болгарии, где среди других
обсуждался вопрос о поддержке сепаратистских и террористи-
ческих групп в Македонии54. Такая информация, конечно, не
могла не вызывать обеспокоенности в Белграде и явно не слу-
жила установлению нормальных межгосударственных отноше-
ний СССР с югославским королевством. В телеграмме югослав-
ского посланника в Софии от 25 сентября 1923 года указыва-
лось, что «известные коммунистические вожди Коларов и Ди-
митров, которые с самого начала коммунистической акции скры-
вались в Софии, теперь находятся в населенных пунктах Вршац,
4*
99
ИВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?
Фердинанд вблизи^югославской границы с целью провозглаше-
ния Советской республики. Эта последняя коммунистическая
попытка особенно неприятна болгарскому правительству по двум
причинам: 1) Акция происходит вблизи нашей территории, по-
этому оно опасается, что коммунисты могут спровоцировать нашу
интервенцию и что в селах [они] поднимутся на борьбу, убеж-
дая, что Сербия с ними и что она им поможет...»55.
Если сопоставить эту телеграмму с приведенным выше со-
общением, поступившим 20 декабря 1922 года от советского
резидента с предложением об использовании восстания в Ма-
кедонии с целью распространения его на Югославию, то может
возникнуть мысль о существовании в Москве такого плана.
Активность коммунистов на Балканах вызывала озабочен-
ность в правящих кругах балканских стран, которые стреми-
лись объединить свои усилия в борьбе против коммунистичес-
кой опасности. Так, 9—10 мая 1925 года в Бухаресте состоялась
конференция Малой Антанты. При обсуждении вопроса о «боль-
шевистской пропаганде» собравшиеся министры иностранных
дел Малой Антанты обменялись материалами, которые дока-
зывали, что под покровительством III Интернационала разви-
вается широкая активность с целью «разжечь коммунистичес-
кую революцию не только в Болгарии, но и в Румынии. Один из
активнейших центров этого большого заговора, как отмечалось
на конференции, находился на границе Бессарабии — в «Мол-
давской Республике». Министр иностранных дел Румынии Дука
утверждал, что пропаганда эта ведется с большим упорством и
все больше получает почву по всей Бессарабии и даже среди
румынских войск. Конференция, по предложению Э. Бенеша,
постановила со всей жестокостью ликвидировать «большевист-
ские центры» внутри своих стран и с аналогичным предложе-
нием обратиться к великим державам»56.
Осенью 1925 года королевство СХС, Греция и Болгария за-
ключили между собой соглашение о совместной борьбе против
деятельности коммунистов в Македонии. Основные положения
этого соглашения сводились к следующему: по всей террито-
рии Македонии, во всех местах одновременно должны быть про-
изведены аресты известных коммунистов и лиц, подозревае-
мых в сочувствии коммунистам независимо от их происхожде-
ния и подданства.
Во всех пограничных областях сербской, болгарской и гре-
ческой Македонии организовывалась особая курьерская служ-
ба. Эти курьеры должны были пользоваться правом свободного
перехода государственной границы в Македонии. Они были обя-
100
4-4
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
заны следить за деятельностью каждого известного или подо-
зреваемого коммуниста или террориста, которые при аресте
должны передаваться ближайшим властям безразлично к ка-
кому государству они принадлежат57.
Югославские коммунисты стали заложниками комин-
терновской тактики, которая приспосабливалась совет-
ским руководством к задачам внешнеполитического курса
страны, базировавшегося в конце 20-х годов на тезисе об
угрозе «империалистической войны» и «необходимости
мобилизации европейского пролетариата для защиты
всемирного отечества трудящихся».
Декларированный советским руководством лозунг о «построе-
нии социализма в одной стране» и об «абсолютной независимо-
сти советской власти и Коминтерна» вовсе не означал отказа от
параллельной тайной коминтерновской стратегии. Такого рода
стратегия объективно мешала советскому руководству гибко
реагировать на изменения на международной арене и опреде-
лять союзников для обеспечения безопасности страны не по
«классовому» принципу, а исходя из реальной общности гео-
стратегических и геополитических интересов СССР с другими
государствами. Пресечь наступление фашизма советское руко-
водство вместе с Коминтерном планировали с помощью рево-
люций, рассматривая социал-демократическое движение как
пособника фашизма. Обстановка в югославском королевстве в
соответствии с этими установками трактовалась как революци-
онная. Сам И.В. Сталин на заседании комиссии ИККИ 30 марта
1925 года выступил с критикой «социал-демократической и оп-
портунистической позиции С. Марковича, рассматривавшего
национальный вопрос как конституционный в рамках буржу-
азного государства.
Эти же мысли были высказаны Сталиным с «византий-
ской» запутанностью в написанной им в июне того лее
года статье, в которой он указывал на опасность недо-
оценки внутренней потенциальной силы национальных
движений, например, хорватов, и требовал от югослав-
ских коммунистов «не превращать нынешние, сложив-
шиеся в результате войны и насилий, границы югослав-
ского государства в исходный пункт и законную базу
разрешения национального вопроса»58.
101
ШЗасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
На заседании руководства Балканской коммунистической
федерации от 18 июля 1925 года, на котором присутствовали
представители КПЮ Бошкович (настоящая фамилия Филипо-
вич Ф.), Владетич, Горкич М. (настоящая фамилия Чижин-
ский И.), рассматривалось отношение БКФ к действиям Хор-
ватской крестьянской партии во главе с С. Радичем в связи с
вхождением ее в кабинет правительства Н. Пашича. Подчерки-
валась необходимость организации разоблачающей кампании в
связи с таким шагом Ракича, который югославские коммунис-
ты считали «изменой» и отступлением от курса по превраще-
нию Хорватии в республику59.
Особое внимание в документах Коминтерна уделялось ра-
боте в армиях капиталистических государств с целью разложе-
ния их военной системы. «Такая работа является особенно не-
обходимой предпосылкой превращения империалистической
войны в гражданскую»60, — говорилось в одной из инструкций
ИККИ. Была создана специальная Военная комиссия, в состав
которой в 1926 году вошли начальник разведывательного уп-
равления штаба РККА Я.К. Берзин, знаменитый в будущем
Рихард Зорге, а также И. Уншлихт, Д.З. Мануильский, пред-
ставитель КПЮ М. Горкич, болгарский представитель Степа-
нов (настоящая фамилия Минев С.) и другие. На заседании 26 ок-
тября 1926 года рассматривались задачи компартий, вытекаю-
щие «из перспективы грядущих империалистической войн».
Указывалось на необходимость четко ставить вопрос о том, «что-
бы империалистическую войну могла бы предотвратить только
пролетарская революция» и «быть готовым к борьбе за превра-
щение империалистической войны в гражданскую»61.
Практическая деятельность данной Комиссии и по сей день
остается неизвестной. Примечательно, что в одном из сообще-
ний 2-го (разведывательного) отдела генерального штаба Фран-
ции от 1926 года указывалось, что «в целях проведения террорис-
тических акций на Балканах была создана военная секция Ко-
минтерна, которая имела тесную связь с советской разведкой»62.
Как бы то ни было, КПЮ и югославскому пролетариату пред-
писывалось в будущей империалистической войне против СССР
«бороться за поражение королевства СХС и победу Советской
власти». Шестой Конгресс Коминтерна в июле 1928 года вновь
подтвердил установки на разрушение версальской Югославии
как бастиона и аванпоста подготовки империалистической и ан-
тисоветской войны. Тогда же был подтвержден лозунг незави-
симой Хорватии и Македонии в рамках Балканской социалис-
тической федерации»63.
102
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
После установления январской диктатуры в Югославии КПЮ
выдвинула лозунг вооруженного восстания, что вызвало ответ-
ную волну террора со стороны королевского правительства.
Примечательно, что к этому времени будущий глава Коммуни-
стической партии Югославии (Союза коммунистов) Иосип Броз
Тито сидел в тюрьме, обвиненный на процессе в Загребе в 1928 го-
ду в коммунистической пропаганде, хранении гранат и огне-
стрельного оружия. Загребская газета «Новости» в номере от
15 ноября 1928 года писала: «Суд над коммунистами, более из-
вестный как суд над бомбометателями, окончился вчера, при-
чем в конце его Иосип Броз в который раз взял главный ак-
корд. После того как был зачитан приговор, он встал и, обер-
нувшись к присутствующим, ...трижды воскликнул: «Да здрав-
ствует Коммунистическая партия! Да здравствует Третий Ин-
тернационал! Да здравствует мировая революция!..»64 Тито про-
был в тюрьме до марта 1934 года.
Только с января 1929 года по сентябрь 1932 года было
проведено 82 судебных процесса над коммунистами и чле-
нами Союза коммунистической молодежи Югославии. На
девяти процессах было осуждено на каторгу 163 челове-
ка в общей сложности на 708 лет65. По какой-то горькой
иронии коммунисты, выступавшие против фашизма, «за
светлое будущее», оказывались в-тюрьмах вместе с ус-
ташами и македонскими национал-революционерами —
членами ВМРО. В глазах властей у них было общее — они
боролись против унитаризма, за дезинтеграцию коро-
левской Югославии. Через десять лет Иосип Броз Тито
по той же горькой иронии станет глазным поборником
единого югославского государства]
А тем временем генеральный штаб Королевства Югославии
2 июля 1930 года сообщал: «В начале этого года в Праге состо-
ялась широкая конференция советских представителей из Праги,
Берлина, Вены, Варшавы и Рима и руководителей коммунис-
тических партий Европы, на которой принят следующий план
дальнейшей работы на Балканах: коммунистическая деятель-
ность Коминтерна (Коммунистического Интернационала) сво-
дится сейчас к тому, чтобы обострить отношения между Болга-
рией и Югославией. В этих целях Коминтерн не будет жалеть
денег, чтобы подчинить своему влиянию революционную маке-
донскую организацию, чтобы таким образом усилить террорис-
тическую деятельность в Югославии и провоцировать ее на
103
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?.,
репрессивные меры, которые бы затрагивали болгарское досто-
инство.
В это же время Коминтерн желает развивать как можно
больше интриг между Францией и Югославией, с одной сторо-
ны, Италией и Болгарией — с другой. Югославо-болгарский
конфликт вызвал бы решительное вмешательство Италии на
стороне Болгарии, а Франции на стороне Югославии, и таким
образом дело могло бы дойти до войны Италии и Болгарии про-
тив Франции и Югославии. Коминтерн в этом случае рассчиты-
вает, что это будет один из благоприятных моментов для Сове-
тов осуществить наступление через Румынию. Это вызвало бы
коммунистические восстания и европейскую войну, которые, по
расчету Коминтерна, привели бы Европу и ее военные силы к
краху»66.
Вопрос о достоверности приведенных в этом документе фак-
тов в настоящее время не ясен. Тем не менее подобная инфор-
мация не могла не влиять на позицию королевского правитель-
ства Югославии в отношении СССР, хотя последний в офици-
альных заявлениях старался отмежеваться от деятельности
Коминтерна и выступал за создание системы «коллективной
безопасности».
«Балканский узел» в треугольнике интересов
(30-е годы)
Король Александр и его окружение угрозу «большевизма»,
особенно в качестве внешней опасности для Югославии,
воспринимали скорее гипотетически. Более реальной была край-
няя нестабильность военно-политической и экономической об-
становки в регионе, нарастание экономического кризиса, пре-
тензий со стороны Италии и других государств на те или иные
югославские территории, угроза разрушения установленной Вер-
салем системы статус-кво. Все это побуждало югославское ру-
ководство и правящие круги других малых государств Юго-
Восточной Европы к поиску средств обеспечения собственной
безопасности. Но не через систему гарантийных пактов со сто-
роны великих держав, а путем создания собственного союза
балканских стран. Среди балканских стран возродилась идея
создания Балканского союза на базе Малой Антанты (Югосла-
вия, Чехословакия, Румыния).
104
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
Инициатива созыва балканской конференции принадлежа-
ла бывшему премьер-министру Греции А. Папанастасиу, кото-
рый выступил с этой идеей весной 1929 года. Конференция дол-
жна была обсудить вопрос о создании организации, содействую-
щей примирению, солидарности и взаимопониманию балкан-
ских народов. Первая общебалканская конференция открылась
в Афинах 5 октября 1930 года. Она утвердила подготовленный
ранее организационный статус балканской конференции как
постоянной организации шести стран — Албании, Болгарии,
Греции, Румынии, Турции, Югославии. Конференция призвана
была содействовать сближению и сотрудничеству народов Бал-
кан в их экономических, социальных, культурных и политичес-
ких отношениях, чтобы направить это сближение к объедине-
нию балканских государств. Ей предстояло также выработать
неофициальные рекомендации для правительств в связи с про-
ектами создания Балканского союза.
В начале 30-х годов новую серьезную опасность для интере-
сов балканских государств стала представлять Германия. Еще
в период Веймарской республики она установила экономичес-
кие связи практически со всеми странами этого региона, что
должно было ослабить влияние Франции и подорвать создан-
ную под ее покровительством Малую Антанту67. Особую трево-
гу в балканских странах, и прежде всего в Югославии, вызвало
заключение австро-германского таможенного союза в марте
1931 года. Союз этот не только нарушал Сен-Жерменский мир-
ный договор и Женевский протокол от 4 октября 1922 года о
независимости Австрии, но и воскрешал пангерманские планы
о присоединении Австрии к Германии. В ответ на этот шаг в
декабре 1931 года в Праге собралась конференция начальников
генеральных штабов югославской, румынской и чехословацкой
армий, рассмотревшая оперативные планы на случай возник-
новения общеевропейской войны. Опасность усилилась и в свя-
зи с тем, что в 1932 году в Венгрии к власти пришли реванши-
стские круги, открыто поставившие вопрос о пересмотре мир-
ных договоров, солидаризируясь таким образом с Италией и
германскими национал-социалистами. Единое югославское го-
сударство на Балканах в складывающихся условиях станови-
лось важным противовесом этим устремлениям, фактором ста-
бильности и сохранения статус-кво совместно с другими стра-
нами Юго-Восточной Европы.
Советское руководство, маневрируя в отношениях с За-
падом и скованное догмами Коминтерна, упустило воз-
105
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
можность использовать стремление к объединению бал-
канских стран в интересах обеспечения региональной бе-
зопасности и предотвратить таким образом укрепле-
ние влияния реваншистских государству прежде всего Гер-
мании, в Балканском регионе — важной зоне безопаснос-
ти СССР на Юге.
Многие исследователи усматривают причины недоверия со-
ветской стороны к любым попыткам как малых государств, так
и представителей западных держав создавать региональные
союзы, в утвердившейся в СССР в середине 20-х годов сталин-
ской «концепции мирного сосуществования» с капиталистичес-
кими странами. Эта концепция базировалась на «нейтралите-
те» СССР и «нейтрализации» малых стран путем заключения с
ними пактов о ненападении. Это делалось с целью противодей-
ствовать угрозе со стороны капиталистического окружения —
путем раскола союзов капиталистических стран и усиления
противоречий между ними68.
Так, в резолюции XV съезда ВКП(б) указывалось: «"Объе-
динительные" попытки западных стран лишь прикрывали бе-
шеное соревнование империалистов за кулисами, борьбу за де-
ление колониальной добычи, непрерывную гонку вооружений,
заключение тайных и явных блоков, непосредственно подго-
товлявших новые империалистические войны»69.
Еще более определенно в документах Коминтерна давалась
отрицательная оценка инициативе созыва балканских конфе-
ренций. В частности, в декларации Балканской коммунисти-
ческой федерации от 20 сентября 1930 года в связи с открыти-
ем 5 октября 1930 года в Афинах уже упомянутой первой бал-
канской конференции говорилось: «Конференция организована
балканскими империалистами, палачами и эксплуататорами,
совместно с французскими и английскими империалистами не
для обеспечения мира, а в интересах общей и усиленной подго-
товки новой войны прежде всего против Советского Союза; не
за сближение балканских народов, а за сближение фашистских
диктаторских правительств и буржуазии, за общий поход про-
тив борющихся за хлеб, землю и свободу и за национальную
независимость трудящихся масс...» В декларации содержался
призыв: «Свержение господства буржуазии, свержение фаши-
стских диктаторских режимов на Балканах, провозглашение
Балканской федерации рабоче-крестьянских республик, про-
возглашение рабоче-крестьянских правительств во всех бал-
канских странах, создание Советских Балкан»70.
106
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
Можно возразить, что эти установки давались для Комин-
терна. Но тем не менее они олицетворяли уровень мышления и
общие подходы к оценке международных событий советским
руководством.
В частности, нарком иностранных дел СССР М.М. Литвинов
в те годы писал, что вхождение отдельных государств, в осо-
бенности маленьких, в федерацию (речь идет о французском
предложении в 1932 году по созданию Дунайской федерации. —
Прим. автора) означает для них потерю самостоятельности,
попадание под влияние французской политики и неизбежный
антагонизм со странами, не входящими в Федерацию71.
1931 год стал точкой отсчета, когда мир неукротимо
покатился к войне. В этом году Япония захватила Мань-
чжурию, тем самым продемонстрировав, что Версаль-
ско-Вашингтонская система и Лига Наций не представ-
ляют никакого реального препятствия для развязыва-
ния агрессии. Но самым черным днем в истории челове-
чества, как известно, стало 30 января 1933 года, когда
Адольф Гитлер легитимным путем занял пост рейхс-
канцлера Германии.
К этому времени национал-социалистическая партия уже
имела готовую программу установления мирового господства и
завоевания «жизненного пространства». «Поход на Восток»
(Drang nach Osten) не исключал и похода на Запад. «Нам нуж-
на, — писал Гитлер, — не западная и не восточная ориентация.
Нам нужна восточная политика, направленная на завоевание
новых земель для немецкого народа». Для этого необходимо
прежде всего «уничтожить стремление Франции к гегемонии в
Европе». В отношении Франции Германия должна перейти от
«пассивной защиты» к окончательному «активному расчету с
французами». Таким образом, ликвидация поддерживаемого
Францией статус-кво в Европе стала в программах нацистов
первоочередной задачей. С ее решением можно было подумать
о дальнейшей экспансии.
В планах создания германской «расовой империи», объеди-
няющей «немецкий избранный народ», славянам отводилось
незавидное место. Они должны были быть частично истребле-
ны, частично выселены; остальные превращены в батраков или
чернорабочих немецкой «расы господ». Весь «континентальный
План» завоевания Европы, как и его конечная цель — завоева-
ние мирового господства, были заимствованы из пангерманских
107
ШЗасильева, ВЈаврилов Балканский тупик?..
идей, распространявшихся еще до Первой мировой войны. Как
и тогда, для достижения этих целей и установления «нового
мирового порядка» подходило только одно средство — война.
Но прежде чем армии вступят в бой, по замыслу Гитлера, вра-
жеская нация должна быть деморализована. «Смятение чувств,
конфликты, нерешительность, паника» становились главным
оружием гитлеровских политиков на международной арене в
предвоенный период. «Наша стратегия, — заявлял Гитлер, —■
будет состоять в том, чтобы разрушить врага изнутри, заста-
вить его разбить самого себя своими руками»72.
В 1932 году в беседах со своим приближенным Г. Раушнин-
гом Гитлер делился своими методами «подрывной» диплома-
тии: «Я уже сейчас организую свою собственную дипломати-
ческую службу... Я приказал составить картотеку на всех вли-
ятельных людей мира, на которых будут получены необходи-
мые данные. Такой-то — принимает ли деньги? Каким иным
путем можно его купить? Горд ли он? Какие у него эротические
наклонности? Какой тип женщин он предпочитает? Не гомо-
сексуалист ли он? ...Скрывает ли он что-либо из своего про-
шлого? Поддается ли шантажу? ...Таким путем я провожу на-
стоящую политику, завоевываю людей, заставляю их работать
в каждой стране. Нужные мне политические успехи достигают-
ся путем систематической коррупции руководящих классов...
Плоды этой подпольной работы я соберу в будущей войне, ибо
никто не может противопоставить мне что-либо подобное»73.
Одной из целей тайной дипломатии фюрера стал подрыв
создаваемой Францией системы коллективной безопасности под
предлогом требования «равноправия» Германии, путем перетя-
гивания на свою сторону малых европейских стран, особенно за
посулы территориальных изменений.
Главным оружием и прикрытием для подготовки войны
становится борьба против «угрозы большевизма». Дру-
гим средством стало использование в своих интересах
этнических, национальных проблем, манипулирование
принципом «права наций на самоопределение» и требо-
ванием восстановления «исторической справедливости»
и ревизии существующих договоров и границ.
Франция предпринимала усилия по созданию системы со-
юзов в Европе, которые бы предотвратили натиск Германии. На
юге Европы таким союзом должен был стать общебалканский
блок.
108
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
Проводником этой идеи был французский министр иностран-
ных дел Л. Барту. В общебалканский блок, по его замыслу,
предполагалось включение, помимо Югославии и Румынии, так-
же Греции и Турции. Позднее была выдвинута идея вовлече-
ния в Балканскую Антанту Болгарии. Особенно активно реали-
зации этого плана содействовал министр иностранных дел Ру-
мынии Н. Титулеску. Условием включения Болгарии в этот блок
был ее отказ от территориальных притязаний и от ревизии
Нейиского мирного договора.
20 января 1934 года болгарское правительство заявило, что
Болгария не будет участвовать в Балканском союзе, т.к. она не
отказывается от ревизии договоров.
9 февраля 1934 года в Афинах состоялось подписание Бал-
канского пакта, который представлял собой военно-по-
литической союз Греции, Румынии, Югославии и Тур-
ции. Страны-участницы принимали на себя обязатель-
ство взаимно гарантировать целостность внутрибал-
канских границ, согласовывать политику в отношении
других балканских стран. Статья 3 дополнительного
протокола предполагала оказание помощи жертве агрес-
сии в случае нападения на нее какого-либо балканского
государства в союзе с небалканской державой74.
Позиция советского руководства в этот период была двой-
ственной. С одной стороны, опасаясь создания союза между
Германией, Японией и Польшей, оно усилило активность по
поддержанию французской идеи создания системы коллектив-
ной безопасности, подписало в 1932 году договор о ненападении
с Францией, восстановило дипломатические отношения с Бол-
гарией, Румынией, Чехословакией, высказывалось в поддерж-
ку создания «Восточного Локарно» — гарантийного пакта в со-
ставе СССР, Германии, Польши, Чехословакии. С другой сторо-
ны, советское правительство выразило сдержанное отношение
к Балканскому пакту с точки зрения обеспечения мира и безо-
пасности в Юго-Восточной Европе. Антисоветскую направлен-
ность пакта оно усматривало в укреплении позиций Румынии,
к которой у СССР были территориальные претензии в отноше-
нии Бессарабии. Балканский союз, по мнению советского руко-
водства, являлся орудием в руках западных империалистичес-
ких кругов75.
Судя по записи беседы полпреда СССР в Греции Давтяна с
Министром иностранных дел Греции Максимом от 14 февраля
109
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
1934 года, отношение советского правительства к пакту остава-
лось весьма скептическим. «Мы, — сказал Давтян, — продолжа-
ем расценивать пакт отрицательно с точки зрения интересов об-
щего мира и умиротворения Балкан»76. Между тем такая оценка
выглядит излишне категоричной. Следовало, видимо, учитывать,
что хотя указанный пакт был создан с ограниченными целями,
обеспечивая неприкосновенность только балканских границ, он
явно не отвечал интересам Германии на Балканах. В то же вре-
мя создание Балканской Антанты усиливало изоляцию Болга-
рии, которую гитлеровское руководство открыто стремилось втя-
нуть в орбиту своего влияния, чтобы с ее помощью разрушить
систему региональной солидарности, спекулируя на территори-
альных претензиях Болгарии к Югославии, Греции и Румынии.
На необходимость активизации советской политики на бал-
канском направлении в целях ослабления германского влияния
неоднократно указывал полномочный представитель СССР в
Болгарии Ф.Ф. Раскольников. Особенно примечательно его пись-
мо от 29 марта 1936 года, в котором он отмечал: «Я считал бы
необходимым более тесное координирование нашей работы на
Балканах с Турцией, Францией, Чехословакией и Румынией, а
если возможно, то и с Англией. Необходимо действовать совме-
стно с теми странами, с которыми у нас на Балканах общий
противник Германия. Противоречия между Францией и Герма-
нией, Англией и Германией, Малой Антантой и Германией —
бесспорный факт. Все перечисленные страны в большей или
меньшей степени относятся отрицательно к проникновению
Германии на Балканах. Но отсюда не следует вывод о тожде-
ственности политики этих стран. Несмотря на то, что все эти
страны считают Германию своим противником, их политика
далеко не тождественна. Но отсутствие тождественной полити-
ки вовсе не исключает в известных случаях, на определенном
этапе, координации действий.
Внешняя политика Советского Союза принципиально отли-
чается от политики буржуазных государств, но отсутствие тож-
дественной политики не мешает нам в отдельных случаях вы-
ступать совместно с буржуазными государствами, заинтересо-
ванными в сохранении мира. У нас нет на Балканах никаких
интересов, кроме борьбы за мир. Наш главный враг на Балка-
нах — национал-социалистическая Германия...
Для предотвращения германской экспансии на юго-восток
Европы нам как раз выгодно установить более тесный контакт
с другими странами, заинтересованными в сохранении мира»77.
В то время как в Москве не проявляли особой активности в
ПО
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
отношении балканских дел, Германия заметно усилила свою
работу в этом регионе.
Непоправимый удар французским планам по созданию
системы коллективной безопасности было нанесено убий-
ством 9 октября 1934 года в Марселе министра ино-
странных дел Франции Луи Барту и югославского коро-
ля Александра. Вокруг этого, так же как и сараевского
убийства, достаточно много загадок.
Несмотря на то, что имена непосредственного убийцы и дру-
гих участников покушения известны, тем не менее относитель-
но организаторов убийства имеется несколько версий. Смер-
тельное ранение нанес террорист — член македонской органи-
зации ВМРО Величко Георгиев (Владо Черноземский). Среди
организаторов заговора точно установлены главари усташей
А. Павелич и Э. Кватерник. У короля Александра было много
врагов в собственной стране. Югославским властям было давно
известно о подготовке убийства короля сторонниками правого
крыла ВМРО. Еще в 1931 году из Парижа в генеральный штаб
югославской армии поступила информация о попытках маке-
донского центра во французской столице завербовать для ис-
полнения покушения на короля некоего Александра Шолан-
ского, серба из Белграда, прибывшего во Францию на заработ-
ки. В сообщении указывалось, что группа, готовившая заговор,
работала на фабрике «Валтье е фис». Назывались и другие
адреса78.
В литературе упоминается причастность к убийству масон-
ских организаций, которые якобы приговорили короля Алек-
сандра к смерти. В частности, по воспоминаниям болгарского
царя Бориса, перед своей поездкой в Марсель Александр при
встрече сказал ему: «Мы оба, вероятно, будем убиты, но ты
первый». На что Борис спросил: «Скажи мне, ты масон?» —
«Нет, я не масон. Я когда-то посещал эту ложу, но с 20-х годов
не поддерживаю с ней связь», — ответил Александр. «Тогда ты
первый на очереди, — сказал Борис. — Ты скоро едешь в Па-
риж, берегись там»79. В других югославских источниках гово-
рится, что Александр с его политикой сближения с Францией
был неугоден Англии, которая в 1934 году шла на сближение с
Германией, намереваясь подписать «пакт четырех»80.
Наиболее аргументированная версия марсельского убийства
была выдвинута российским историком В.К. Волковым. На ос-
новании преданных гласности в конце 50-х годов немецких
111
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
документов он доказал, что инициаторами и организаторами
убийства были нацистские лидеры, включая Германа Геринга.
Непосредственным организатором операции под кодовым наи-
менованием «Тевтонский меч» был помощник германского во-
енного атташе в Париже в чине капитана Г. Шпейдель, став-
ший впоследствии гитлеровским генералом, а после войны —
главнокомандующим сухопутными силами НАТО в Европе.
Именно он установил связь с крайне правым лидером ВМРО
Ванчо Михайловым, который нашел убийцу — «Владо-шофе-
ра» и был связан с усташами, согласившимися на участие в
покушении на короля Александра.
Но главной целью заговора, по версии Волкова, было убий-
ство Л. Барту, осуществленное руками македонских террорис-
тов и хорватских усташей, чтобы замаскировать германский
след81. Такая точка зрения скорее всего соответствует истине.
Тем более что террористические акты стали составной частью
фашистской дипломатии: еще ранее — якобы своими полити-
ческими противниками — был убит защитник коллективной бе-
зопасности румынский премьер-министр Дука; в июле 1934 года,
готовя условия для аншлюса Австрии, гитлеровцы с помощью
австрийских фашистов организовали убийство австрийского кан-
цлера Дольфуса.
Все эти убийства в бурной череде европейских событий 30-х
годов ярко показывают, как по воле различных «закулисных»
сил сводились на нет усилия тех, кто стремился предотвратить
военную опасность. Убийство Л. Барту и короля Александра
существенно повлияло на развитие ситуации в Европе и на Бал-
канах. Во-первых, новый французский министр иностранных
дел П. Лаваль взял курс на сближение с Италией и Германией.
Результатом этого стало то, что французы «закрыли глаза» на
итальянскую агрессию в Абиссинии и постепенно начали ска-
тываться к политике «умиротворения» Германии. Известно, что
Луи Барту был сторонником тесного военного союза с СССР. А
подписанный в 1935 году, уже после его смерти, советско-фран-
цузский договор о взаимной помощи, по настоянию Франции,
имел ряд «ограничительных» статей.
Во-вторых, марсельское убийство преследовало далеко иду-
щие цели по подрыву блока балканских государств. С гибелью
Луи Барту Югославия и ее союзники по Балканскому пакту
потеряли в лице французской дипломатии четко ориентиро-
ванную антигерманскую поддержку со стороны одной из вели-
ких держав, заинтересованной в стабильности в Европе. Этим
сразу же воспользовалась Германия, стараясь установить тес-
112
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
ные связи с югославскими правящими кругами во главе с прин-
цем-регентом Павлом, утвержденным скупщиной до совершен-
нолетия сына Александра Петра П. Премьер-министр Б. Ефтич
на заседании скупщины огласил в качестве завещания послед-
ние слова, которые будто бы произнес умирающий Александр:
«Сохраните мне Югославию». Тем не менее внутриполитические
противоречия, связанные в основном с борьбой за лидерство
между сербской и хорватской буржуазией, делали внешнеполи-
тическую ориентацию югославского государства неустойчивой.
Югославия все больше превращалась в объект борьбы меж-
ду Англией, Францией, Италией и Германией, стремив-
шихся использовать ее внутриполитическую напряжен-
ность для собственных внешнеполитических целей.
В июле 1935 года в Белград по личному поручению Гитлера
прибыл Г. Геринг, имевший продолжительную беседу с прин-
цем-регентом Павлом и представителями правительства — его
главой Ефтичем, министром финансов М. Стоядиновичем и во-
енным министром П. Живковичем. Немецкий посланник в Бел-
граде в июле 1935 года после прихода к власти нового прави-
тельства во главе с М. Стоядиновичем указывал, что последний
является «убежденным сторонником экономического сотрудни-
чества между Югославией и Германией».
В сотрудничестве с Германией была заинтересована часть
югославской буржуазии, связанная с экспортом сырья и сель-
скохозяйственных продуктов. В то же время среди капиталис-
тических кругов было много тех, кто выступал за сближение с
Англией и за ориентацию на ее внешнеполитический курс82. Но
сама Англия вряд ли была настроена антигермански: в англий-
ских правящих кругах все более доминировали позиции «со-
глашательства» и «умиротворения», ставшие впоследствии ба-
зой для мюнхенского сговора.
В то время как правящие круги Югославии занимали двой-
ственную позицию, а Франция и Англия все отчетливее
теряли интерес к Юго-Восточной Европе, политика
третьего рейха на Балканах может быть охарактери-
зована как «тихая экспансия», осуществляемая главным
образом экономическими средствами.
В середине 30-х годов внешнеэкономические связи Герма-
нии с балканскими странами приобрели характер бума, их пока-
113
НВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
затели росли с небывалой быстротой. Прежде всего это каса-
лось Югославии, которая поставляла гитлеровской военной про-
мышленности необходимые ей металлы и сырье, и Румынии —
с ее большими запасами нефти. В свою очередь, и балканские
страны с готовностью использовали шанс увеличить объем сво-
ей внешней торговли, поскольку с географической точки зре-
ния Германия была гораздо ближе, чем рынки сбыта сырья во
Франции и Англии. С помощью многочисленных соглашений
Берлину удалось не только постепенно ослабить влияние запад-
ных держав на Балканах, но и проникнуть на тамошний рынок
ссудных капиталов83. Сохранение стабильности в этом регионе
должно было способствовать подготовке Германии к войне.
Одновременно нацистское руководство усиливало полити-
ко-дипломатический нажим на балканские страны, все более
втягивая их в орбиту своей политики.
В отечественной исторической литературе достаточно глу-
боко изучены перипетии и сложная мозаика взаимоотношений
больших и малых государств в Европе в середине 30-х годов,
предшествовавших Мюнхену. Все исследователи единодушно
отмечают крайнюю запутанность, изменчивость внешнеполити-
ческих пристрастий отдельных стран. На этом фоне со всей
определенностью был четко очерчен лишь милитаристский курс
Германии, готовившейся к большой войне, и Италии, стремив-
шейся к региональной гегемонии. Так же очевидно, что Англия
и Франция вовсе не отказывались от военного и экономическо-
го сотрудничества с Германией, поощряя ее военное производ-
ство. Достаточно напомнить общеизвестные факты о переходе
в марте 1935 года Саарской области к Германии, спокойную
реакцию Англии и Франции на германский отказ от военных
ограничений Версаля, англо-германское военно-морское согла-
шение от 18 июня 1935 года, предоставившее Германии право
строить подводные лодки и пр.
Конечно, у малых балканских государств была альтер-
натива курсу сближения с Германией — повернуться в
сторону традиционного исторического союзника в лице
новой России — СССР у как это сделала Чехословакия, за-
ключившая 16 мая 1935 года договор с Советским Союзом
о взаимной помощи. Но главным препятствием на та-
ком пути стали взаимные недоверие и страх, в основе
которых лежали причины идеологического, социально-по-
литического характера.
Несмотря на то, что СССР был принят в 1934 году в Лигу
114
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
Наций, он по-прежнему оставался в политической изоляции
со стороны западных государств, которые с недоверием отно-
сились к участию СССР ц создании системы коллективной бе-
зопасности, боясь укрепления международных позиций Со-
ветского государства как великой державы с иным социальным
строем.
В Югославии и Болгарии страх «большевизма» получил
широкое распространение среди подавляющего большинства
политических элит. Существенным препятствием для более тес-
ных военно-политических отношений с СССР было, с одной сто-
роны, присутствие в этих странах «белой» эмиграции, с дру-
гой — проводившаяся через местные компартии деятельность
Коминтерна.
Следует обратить внимание на то, что лишь после Лейпциг-
ского процесса 1933 года советское руководство и Коминтерн
стали серьезно относиться к фашистской опасности, сняв ло-
зунг о «мировой революции» и объявив тактику «единого анти-
фашистского народного фронта». Однако это не означало отка-
за от стратегического курса координации деятельности ком-
партий. Достаточно привести отрывки из шифротелеграммы По-
литкомиссии политсекретариата ИККИ в ЦК компартии Юго-
славии от 3 июля 1935 года накануне VII конгресса Коминтерна,
в которой ставилась задача «борьбы против великосербского
капиталистического и помещичьего режима». Единственное из-
менение касалось снятия ранее существовавшего лозунга «об
отделении» угнетенных народов, что означало сохранение це-
лостности Югославии и замены его лозунгом: «Народ должен
решать сам»84. Ставилась задача дальнейшей борьбы против
«нынешнего белградского режима» и предотвращение «сомни-
тельных компромиссов» между Хорватской крестьянской парти-
ей во главе с Мачеком и правительством85. В выступлении гла-
вы делегации КПЮ на VII конгрессе Коминтерна М. Горкича
8 августа 1935 года вновь подчеркивалась задача «борьбы про-
тив военно-фашистской диктатуры в Югославии», за прави-
тельство «антифашистского единого фронта».
Отмечалось, что в Югославии созревают элементы «рево-
люционного кризиса», и обращалось внимание на значение стра-
ны «с точки зрения маршрута революции на Балканах, в Сред-
ней Европе и с точки зрения опасности войны»86. В то же время
справедливо указывалось на суть политики югославских пра-
вящих кругов, стремившихся «лавировать между политикой
союза с Францией и политикой дружеских отношений с гитле-
ровской Германией»87.
Трудно было предположить, что в такой ситуации могла идти
115
ШЗасильева, ВДћа|*јј|и^
речь о каких-либо серьезных военно-политических контактах
между югославским правительством М. Стоядиновича и СССР
на государственном уровне.
Взаимное недоверие характеризовало и советско-болгарские
отношения. В 1935 году советское правительство не ответило на
зондаж болгарского военного атташе по вопросу закупки ору-
жия в СССР. Вопрос о продаже оружия неоднократно возникал
в беседах между советскими дипломатами и болгарскими госу-
дарственными и военными деятелями. При этом полномочный
представитель СССР в Софии Ф.Ф. Раскольников был сторон-
ником советских поставок вооружения в Болгарию. Так, в пись-
ме от 27 марта 1935 года он писал заместителю наркоминдела
Н.Н. Крестинскому следующее: «Я считал бы неправильным
полный отказ от оружия. Этим мы сделали бы подарок Герма-
нии. Поскольку другие страны, в том числе Франция и Чехосло-
вакия, принимают участие в продаже оружия, мы тоже не име-
ем основания стоять в стороне. Но предварительно нужно дого-
вориться с Турцией, так как мы не можем ради Болгарии рис-
ковать своими отношениями с Турцией. Конечно, мы не можем
полностью удовлетворить желания болгар, но, вероятно, можно
было бы продать им тракторы, грузовые автомобили, самолеты,
небольшое количество артиллерии.
Если вопрос принципиально будет решен Вами в положи-
тельном смысле, то надлежит уточнить коммерческую сторону
сделки...
Но прежде необходимо решить основной вопрос — заинте-
ресованы ли мы политически в продаже военного имущества
Болгарии? Я думаю, что это укрепит наши позиции на Балка-
нах, привлечет к нам симпатии военных кругов, играющих роль
крупного политического фактора, рассеет распространенное
здесь представление о враждебности СССР к славянским стра-
нам и поможет изменить теперешний курс болгарского прави-
тельства.
Продажа нами Болгарии зенитных и горных орудий создала
бы ее зависимость от нас в деле снабжения снарядами. В слу-
чае нашего отказа, Болгария без труда приобретет нужное ей
военное имущество в Германии. Придавая крупное политичес-
кое значение экспорту оружия, Германия собирается создать
специальный консорциум военных заводов для планомерной
организации этого дела»88.
В письме секретаря советского полпредства в Софии М.В. Бу-
равцева от 28 декабря 1935 года, подводившего итоги полити-
ческих, экономических и культурных отношений СССР с Бол-
116
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
гарией, с сожалением констатировалось, что советская сторона
по разным соображениям ни в одном из торгов на поставку не
принимала участия. Буравцев высказал мнение о том, что «ка-
ково бы ни было болгарское правительство, его политика в от-
ношении СССР будет постоянно коррегироваться в большей или
меньшей степени теми великими державами, которые распро-
страняют свое влияние на Болгарию, в первую голову Германи-
ей и Англией, т.е. странами, больше всего противодействующи-
ми расширению политических и экономических отношений меж-
ду СССР и Болгарией и, стало быть, усилению нашего влияния
в этой стране. В случае возникновения общеевропейской войны
Болгария, плывущая в настоящее время в фарватере германо-
польской политики, при данной ситуации может оказаться в
лагере наших противников»89.
Образовавшимся вакуумом в отношениях между СССР и
балканскими странами воспользовалась Германия. Нельзя ска-
зать, что в СССР не видели этого опасного для него усиления
зависимости стран Балканского региона от Германии. Сообще-
ния о размещении в Германии военных заказов ряда малых
стран регулярно поступали в Народный комиссариат обороны
СССР из разведывательного управления. Так, 21 июля 1937 года
начальник разведывательного управления РККА Я.К. Берзин
докладывал маршалу К.Е. Ворошилову, что Болгария, наряду с
другими малыми странами, не обладая собственной достаточно
развитой промышленностью, способной обеспечить нужды ар-
мии, вынуждена размещать свои военные заказы в других стра-
нах. В 1936 году Болгария заказала в Германии 40 самолетов,
из которых было получено 12 бомбардировщиков и 18 истреби-
телей «Хейнкель». В октябре 1936 года заводом «Феномен-Вер-
ке» в Циттау был выполнен заказ на поставку 500 автомобилей
для Болгарии. Велись переговоры о закупке в Германии под-
водных лодок. Берзин подчеркивал, что приведенные факты
свидетельствуют о том, что Германия за последнее время доби-
лась значительных успехов в деле внедрения своей военной
продукции в малые европейские государства, такие как Тур-
ция, Иран, Румыния, Греция, Болгария, а также Югославия.
Как сообщалось в докладе, на территории Югославии про-
ектировалась постройка и оборудование военно-металлургичес-
кого завода в Зенице. Для этой цели в конце 1936 года директор
завода Круппа посетил Югославию. Из Эссена ожидалось 14 ты-
сяч вагонов оборудования и материалов для строительства в
Зенице. В сентябре 1936 года германские фирмы вели перего-
воры о постройке в Югославии автозаводов и о налаживании
117
НВасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
производства алюминия из бокситов. Указьшалось, что ожида-
ется размещение в Германии заказов на железнодорожные ма-
териалы на сумму около 400 миллионов динаров.
Естественно, что намерения Германии далеко выходили за
рамки рядовых военно-политических отношений и вряд ли
объяснялись «заботой» об укреплении безопасности малых стран.
По меньшей мере речь шла о превращении этих стран в своих
потенциальных союзников в будущей войне.
Я.К. Берзин:
«Считал бы целесообразным принятие с нашей стороны
необходимых мер противодействия попыткам Герма-
нии внедрить свое оружие в указанные государства и
таким путем поставить их в зависимость от герман-
ских поставок (огнеприпасы, моторы, зап. части). Од-
ной из таких мер были бы поставки нами в эти страны
нашего оружия»90.
Однако со стороны высшего советского руководства на эти
предложения не было никакой реакции.
Между тем обстановка в мире, в том числе и на Балканах,
становилась все более напряженной. Введение в Германии все-
общей воинской повинности вызвало у реваншистских сил в
странах Юго-Восточной Европы надежду на скорый крах вер-
сальской системы. Рухнули проекты обеспечения региональной
безопасности на Балканах путем создания Дунайского и Вос-
точного пактов. Причем активную роль в разжигании антаго-
низма между странами региона сыграла Германия, особенно
заинтересованная в конфронтации между Венгрией и Италией,
Италией и Югославией. Внутренние противоречия между госу-
дарствами — членами Малой и Балканской Антанты, а также
их взаимоотношения с великими державами вызвали кризис
этих организаций.
Гитлер к 1937 году отбросил псевдомиролюбивые деклара-
ции и взял курс на реализацию программы завоевания «жиз-
ненного пространства». На так называемом «хоссбаховском»
совещании 5 ноября 1937 года он изложил перед германским
военно-политическим руководством планы решения экономи-
ческих проблем Германии.
А. Гитлер:
«Единственный и, вероятно, кажущийся несбыточным
способ устранить наши трудности лежит в завоевании
более обширного жизненного пространства»91.
118
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
Целями завоевания жизненного пространства были захват
«полезных ископаемых» и «плодородных земель» для обеспе-
чения сохранения нации. Центральная роль в этих планах от-
водилась «жизненному пространству на Востоке», т.е. в России.
Но для достижения конечной цели основными поставщиками
сырья и продовольствия должны были стать страны Юго-Вос-
точной Европы.
Главное место среди них занимала Югославия. После аншлю-
са Австрии в марте 1938 года в своих разговорах с ближайшим
окружением Гитлер неоднократно заявлял, что германским сол-
датам уже третий раз в истории придется захватывать Бел-
град, который должен теперь навсегда остаться у них92. Было
придумано и новое название югославской столицы — «Евге-
ниа» (Eugenia) в качестве напоминания о габсбургском рыцаре
Евгении Савойском, который в 1717 году захватил Белград.
Идея создания «имперской крепости Белград» была сфор-
мулирована в проектах, связанных с германской поли-
тикой в Балкано-Дунайском регионе в 1939—1941 годах В
этих проектах отмечалось чрезвычайное геополитичес-
кое и стратегическое значение Белграда — «лить тот
господствует над Железными Воротами и Веной... кто
удерживает в своих руках Белград».
В так называемом меморандуме статс-секретаря германского
министерства внутренних дел В. Штуккарта, составленного уже
после оккупации Югославии в апреле 1941 года, указывалось:
«Обладание районом Белграда имеет для германского рейха
решающее значение... Находясь в немецких руках, Белград
будет охранять рейх от нашествия азиатских и славянских на-
родов... Оттеснение сербов от Дуная и, следовательно, от Бел-
града привело бы к ликвидации их политического значения и
помешало бы образованию очагов заговора против нового евро-
пейского порядка... Чтобы раз и навсегда обеспечить господ-
ство рейха в Дунайском бассейне и тем самым... устранить лю-
бую опасность для народа и рейха, Белград вместе с предмес-
тьями должен отныне перейти к рейху как имперская крепость
с немецким гарнизоном... Таким способом была бы обеспечена
германская политическая, военная и транспортная позиция на
Дунае, а также позиция в отношении Сербии, Хорватии, Венг-
рии, Румынии и Болгарии»93.
119
ШЗасильева, ВЈаврилов Балканский тупик?:.
Крах доверия после Мюнхена: в поисках
спасения
На сегодняшний день достаточно хорошо исследованы все
стороны политики западных стран периода Мюнхена, преж-
де всего Англии и Франции, методы, с помощью которых Гер-
мания утверждала свою роль вершительницы судеб малых стран
Восточной Европы. Эти страны, в свою очередь, с одной сторо-
ны, следовали в фарватере мюнхенской политики «миротвор-
цев» Запада, с другой — с помощью Германии стремились дос-
тичь тех или иных «выгод», реализовать собственные геополи-
тические интересы за счет своих соседей. В то же время авто-
ритарные режимы в малых странах в той ситуации не видели
для себя иного выхода, кроме сохранения лояльности по отно-
шению к Германии. В свою очередь, Германия активно навязы-
вала им убежденность, что только от ее воли будет зависеть
дальнейшее развитие конфликтных ситуаций на Балканах и
возможность «выживания» малых стран.
Малоизвестной страницей в истории предвоенных между-
народных отношений в Балканском регионе являются действия
советской стороны. Становятся достоянием гласности новые
факты, показывающие, как советское руководство стремилось
помешать развитию ситуации в нежелательном для него на-
правлении, например, изменить прогерманскую политику юго-
славского правительства Стоядиновича. Так, бывший началь-
ник IV управления НКВД—КГБ П.А. Судоплатов в своих вос-
поминаниях сообщил о многих ранее неизвестных деталях та-
кого рода деятельности.
Э. Бенеш предложил Сталину, чтобы Советский Союз
субсидировал в 1938 году переворот с целью свержения
правительства Стоядиновича для того, чтобы устано-
вить в Югославии военный режим и ослабить таким об-
разом германское давление на Чехословакию.
Осуществить операцию по передаче денег югославским за-
говорщикам — сербским офицерам, должен был советский ре-
зидент в Праге Петр Зубов. Однако операция не состоялась.
Зубов, прибыв в Белград, убедился в ненадежности подобран-
ных чешской разведкой для осуществления акции сербских
заговорщиков и не передал им денег — 200 тысяч долларов.
Сам Зубов вскоре после возвращения в Прагу с деньгами и
120
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
доклада в Центр о сложившейся ситуации по приказу Сталина
был арестован за срыв задания94. Все это свидетельствует как о
сотрудничестве чешской и советской разведок, так и об «осо-
бых», доверительных отношениях Сталина и Бенеша. Однако
эти отношения не изменили судьбу Чехословакии. В период
Мюнхена правительство Стоядиновича предало своего союзни-
ка по Малой и Балканской Антанте, объявив судетско-немец-
кий вопрос «внутренним делом» Чехословакии.
Таким образом, позиция Югославии накануне войны стави-
лась в прямую зависимость от политики умиротворения запад-
ных держав, которые рекомендовали чехословацкому прави-
тельству передать Судетскую область Германии95.
Сразу же после обнародования 30 сентября 1938 года Мюн-
хенского соглашения правительства Югославии и Румынии по-
ставили друг друга в известность, что Малая Антанта из-за
изменения международного статуса Чехословакии прекратила
существование. Так рухнула еще одна преграда на пути к ус-
тановлению германской гегемонии на Балканах.
Несмотря на отдельные нюансы, среди большинства исто-
риков существует единодушие в оценках Мюнхена как краха
попыток создания системы коллективной безопасности в Евро-
пе. Мюнхенский сговор разрушил последние остатки Версаль-
ской системы и явился со стороны Англии и Франции «пригла-
шением» Германии к дальнейшей агрессии, главным образом
на Востоке.
Следствием Мюнхена был подрыв веры малых стран в
союзническую надежность западных держав в защите
от агрессии. В обстановке полной непредсказуемости
международной ситуации малые государства Балканского
региона стали отказываться от любых коллективных
действий, стремились остаться «подальше от конфлик-
тов великих держав», стали придерживаться политики
лавирования и «нейтрального» курса между фашистскими
государствами и западными державами.
Столь же очевидно, что союз великих держав — СССР,
Франции, Великобритании — мог бы стать альтернативой по-
литике, проводимой Н. Чембер леном и Э. Да ладье.
Многие десятилетия историки стараются понять, почему
западные страны и СССР, казалось бы, совместно стремивши-
еся к миру, не смогли достичь компромисса и объединить уси-
лия для предотвращения действий агрессивных государств —
Германии, Италии, Японии?
121
^Васильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
Когда стало известно о существовании секретного приложе-
ния к советско-германскому договору о ненападении от 23 ав-
густа 1939 года, многие историки начали выстраивать версии о
том, что Сталин использовал Гитлера в качестве своего орудия
в интересах долгосрочной советской стратегии, направленной
на превращение военного столкновения между двумя империа-
листическими группировками в «войну революционную».
Наиболее видными сторонниками этой концепции на Западе
в 70—80-е годы стали Роберт Такер и Андреас Хильгрубер.
Они считали, что политика коллективной безопасности СССР
представляется двойственной, ориентирующейся как на Гер-
манию, так и на западные державы. Хильгрубер полагал, что
пакт между Гитлером и Сталиным со стороны последнего дол-
жен был не предотвратить войну, а косвенно вызвать ее с по-
мощью Гитлера как главного действующего лица, которое обес-
печит развязывание войны96.
Диаметрально противоположной является версия событий
1939—1940 годов, согласно которой западные державы пыта-
лись вовлечь Германию и Советский Союз в войну друг против
друга, их позиция поставила Сталина в безвыходное положе-
ние, оказавшись в котором он и заключил с Гитлером пакт о
ненападении с целью предотвратить агрессию Германии про-
тив СССР и выиграть время. Близко к этой версии стоит кон-
цепция о том, что заключение с Гитлером пакта о ненападении
было продиктовано интересами безопасности Советского Союза.
Свою роль сыграли как страх перед Германией, так и угроза
соглашения между западными державами и Германией против
Советского Союза, а также опасения в связи с политикой Япо-
нии на Дальнем Востоке. Территориальные приобретения СССР
в результате пакта объяснялись советскими стратегическими
интересами, стремлением расширить зону своей безопасности
за счет соседних стран.
В России в 90-е годы столкновение этих концепций выли-
лось в основном в полемику между российским перебежчиком-
эмигрантом Виктором Суворовым (В. Резуном) и израильским
ученым Габриэлем Городецким, книги которых получили ши-
рокое распространение. Первый на уже известных и опублико-
ванных материалах выстраивал гипотезу об «использовании
Сталиным Гитлера в качестве Ледокола Революции» и о подго-
товке советской стороной превентивного удара по Германии97-
Городецкий, напротив, для опровержения Суворова получил до-
ступ ко многим, до сих пор закрытым для рядовых историков
документам российских архивов98. В его работах имеются до-
122
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
статочно интересные новые материалы по Балканам периода
1939—1941 годов.
Но вернемся к Югославии. Развал Малой Антанты практи-
чески лишил ее союзников. Последствия такого положения про-
явились сразу же во вновь оживших претензиях Венгрии и
Болгарии на отдельные части югославской территории. Паде-
ние влияния Англии и Франции толкало правящие круги Юго-
славии к сближению с Германией, хотя они и понимали, что
нерешенность хорватского вопроса может использоваться как
Германией, так и Италией для раскола Югославии.
После Мюнхена в стране стала складываться «пятая колон-
на». Как и в других странах Юго-Восточной Европы, в Югосла-
вии началось создание единой политической организации, охва-
тывающей все немецкое национальное меньшинство, — «Куль-
турбунда» под прямым руководством Берлина. Другим методом
дестабилизирующего воздействия на ситуацию в стране была
поддержка Германией фашистских и сепаратистских движе-
ний в качестве средства оказания давления на правящие круги
Югославии. Германские спецслужбы — абвер, гестапо и СД ус-
танавливали связи с этими движениями.
Мюнхенский сговор значительно усилил экстремистские
хорватские течения, среди которых на крайнем правом фланге
выступали усташи-франковцы, деятельность которых была в
Югославии запрещена. Крайне правые и националистические
силы в Хорватии распространяли пропагандистские материа-
лы о необходимости создания самостоятельного хорватского го-
сударства на всей его исторической территории с присоедине-
нием Боснии и Герцеговины. Вдохновленные нацистскими ра-
совыми теориями, они популяризировали среди хорватского
населения идеи, отрицавшие принадлежность хорватов к сла-
вянам, утверждавшие родство хорватов с готами". Сепаратист-
ские настроения получили распространение среди городской, в
первую очередь загребской интеллигенции, и у отдельной час-
ти молодежи. Ареной экстремистских выступлений стал За-
гребский университет.
Активизировались националистические настроения и среди
неславянских национальных меньшинств, составлявших до
12 процентов югославского населения. Так, в Косово и Метохии,
где проживало албанское меньшинство, было велико влияние
мусульманского духовенства. Оно также вело националисти-
ческую пропаганду среди албанского населения в пользу сосед-
ней Албании100.
123
НЛасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
Сепаратистские силы являлись в основном агентурой в
руках нацистской Германии и фашистской Италии, а
также соседних государств, заинтересованных в развале
Югославии.
В обстановке нарастания внешней военной опасности в Юго-
славии сложилась парадоксальная ситуация: с одной стороны,
угроза со стороны фашистских государств требовала укрепле-
ния унитаристских принципов, что означало сохранение «вели-
косербской» гегемонии, с другой — внутриполитическая ситуа-
ция, обострение национальных разногласий заставляли вели-
косербскую династию идти на уступки хорватской буржуазии.
К тому же на парламентских выборах в декабре 1938 года боль-
шинство населения проголосовало против правительства М. Сто-
ядиновича, потребовав решения национального вопроса и улуч-
шения экономического положения. В надежде стабилизировать
ситуацию в стране правящие круги пошли на смену правитель-
ственного кабинета, который 4 февраля 1939 года возглавил
сербский политик Д. Цветкович. Перед ним была поставлена
задача достичь соглашения с хорватской буржуазией.
По инициативе князя Павла, 26 августа 1939 года прави-
тельство Цветковича заключило соглашение («Споразум») с
лидером Хорватской крестьянской партии В. Мачеком, на осно-
ве которого была образована бановина Хорватия во главе с гу-
бернатором (баном) Иваном Шубашичем. Мачек стал замести-
телем Д. Цветковича, несколько представителей ХПК вошли в
королевское правительство. В Хорватскую бановину вошла юго-
западная часть Боснии и Герцеговины, остальная часть Боснии
осталась под властью Белграда.
Это соглашение, таким образом, было произведено за счет
Боснии и Герцеговины, что вызвало недовольство мусульман-
ской части населения. «Споразум» последовал уже после того
как 15 марта 1939 года Германия без сопротивления Запада
оккупировала Чехословакию, а в апреле последовало вторже-
ние Муссолини в Албанию. Югославия могла оказаться следую-
щей в этом списке. Поэтому правящие круги сербской династии
во главе с князем Павлом отступили от принципа югославизма:
«одно государство — единый народ». Во внешнеполитическом
плане правительство Цветковича—Мачека намеревалось про-
должать политику лавирования между основными военно-по-
литическими группировками.
Рассмотрение предвоенной обстановки на Балканах не-
124
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
возможно без учета роли СССР и его воздействия на об-
щее развитие военно-политической ситуации. Несмот-
ря на появление за последнее десятилетие XX века неиз-
вестных ранее документов и материалов, по-прежнему
выяснение истинных намерений советского руководства
остается «уравнением со многими неизвестными» прежде
всего из-за авторитарных методов выработки решений
в крайне узком кругу и «византийской» хитрости Ста-
лина, который стремился не оставлять «узелков» для
разгадки целей своих действий.
Небольшой отрезок времени от Мюнхена до августа 1939 го-
да, т.е. до советско-германского пакта о ненападении, был озна-
менован отходом сталинской политики от принципов коллек-
тивной безопасности с западными державами. Это явилось след-
ствием мюнхенского сговора, породившего у советского руко-
водства сомнения в возможности достижения с Западом дого-
воренностей о совместных коллективных действиях против аг-
рессора.
С другой стороны, Сталину, так же как и советскому руко-
водству в целом, была хорошо известна главная цель Гитлера,
состоявшая в захвате жизненного пространства на Востоке.
Характерно, что в двух речах в рейхстаге перед своими сорат-
никами по партии в 1937 и 1938 годах Гитлер публично объя-
вил себя сторонником безжалостной борьбы с «жидовско-ин-
тернационалистским московским большевизмом», который он
характеризовал как «воплощение человеческой мании разру-
шения»101.
Ныне известно, что 11 января 1939 года Гитлер в беседе с
комиссаром «вольного города Данцига» под управлением Лиги
Наций заявил, что решит вопрос о Данциге с помощью военной
акции против Польши; но его все же раздражало то, что Фран-
ция и Великобритания встали ему поперек дороги.
А. Гитлер:
«Все, что я предпринимаю, направлено против России, и
если Запад настолько глуп и слеп, что не понимает и не
видит этого, я буду вынужден договориться с русскими
разбить Запад, а потом после его поражения всеми мои-
ми объединенными силами обрушиться на Советский
Союз. Мне нужна Украина, чтобы нас нельзя было взять
измором, как это было в последней войне»102.
Главной целью Гитлера был захват богатейших ресурсов
125
ШЗасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
Советского Союза. Никакие компромиссы не могли поколебать
его стремление достичь этого любой ценой.
Была ли у Сталина иная альтернатива, чем советско-гер-
манское соглашение? Вот хронология основных событий, пред-
шествовавших пакту Молотова—Риббентропа.
10 марта 1939 года Сталин в речи на XVIII съезде ВКП(б)
разоблачил политику «невмешательства» и заявил, что не со-
бирается «таскать каштаны для других из огня», имея в виду
Англию и Францию, и указал на их попытки спровоцировать
конфликт СССР с Германией «без видимых на то оснований».
Было заявлено о целях внешней политики СССР — «не дать
втянуть в конфликты нашу страну провокаторам войны, при-
выкшим загребать жар чужими руками»103. Большинство исто-
риков расценивают это выступление Сталина как сигнал к по-
литике сближения с Германией.
После отказа Польши согласиться с присоединением Дан-
цига к Германии, западные миротворцы поняли, что их полити-
ка зашла слишком далеко. 31 марта 1939 года Н. Чемберлен
заявил о гарантиях Польше со стороны Англии, а 6 апреля в
парламенте объявил о англо-польском соглашении о взаимной
помощи.
Односторонние английские гарантии Польше стали ре-
тающей вехой на пути к советско-германскому пакту,
что, по расчетам Сталина, давало возможность остать-
ся в стороне от войны104. Политики того времени руко-
водствовались отнюдь не моральными принципами, но
скорее соображениями жесткой политической целесооб-
разности, а зачастую и просто стремлением выжить.
Ныне ни для кого не секрет, что во многом благодаря амери-
канскому капиталу была создана германская военная машина.
Посол США в Германии писал американскому президенту
Ф. Рузвельту из Берлина: «В настоящее время более сотни аме-
риканских корпораций имеют здесь дочерние компании или со-
глашения о совместной деятельности. Дюпоны имеют своих со-
юзников в Германии, работающих в военном бизнесе... Стан-
дард Ойл... направила сюда в декабре 1933 года 2 000 000 дол-
ларов и сделала 500 000 долларов за год, помогая немцам про-
изводить эрзац (заменитель) бензина... для военных целей..-
Даже наши люди, связанные с авиацией, имеют негласные до-
говоренности с Круппами. General Motors Company и Форд де-
лают здесь колоссальный бизнес через свои дочерние компа-
нии и не вывозят никакой прибыли». Даже после вторжения
126
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
Германии в Австрию в марте 1938 года военное министерство
США не возражало против сделки между германской ИГ Фар-
бен Индустри и компаниями Дженерал Моторс и Стандард
Ойл105. Участие американских бизнесменов в создании военной
мощи Германии происходило с ведома и полного одобрения пре-
зидента Рузвельта, а также влиятельных кругов США, кото-
рые не могли не понимать, что результатом экономической под-
держки нацизма будет война.
Поэтому «хитроумное» решение Сталина в 1939 году об уста-
новлении договорных отношений с Германией, которые, по его
расчетам, помогли бы реализации тех или иных советских во-
енно-политических и стратегических замыслов, по своему ци-
низму практически не отличались от действий западных поли-
тиков.
11 апреля 1939 года германское руководство утвердило план
войны против Польши под кодовым наименованием «Вайс».
Английские «гарантии» Польше рассматривались в Берлине в
рамках мюнхенской политики как очередной «блеф» Запада.
В этот период в советской внешнеполитической деятельнос-
ти Балканы, естественно, занимали второстепенное место. Со-
бытия в этом регионе рассматривались в Москве в контексте
отношений с Германией и ее союзником Италией, их борьбы с
Францией и Англией за влияние над малыми странами.
Тем не менее этот регион ив 1939 году не выпадал из поля
зрения советских политиков. Например, по болгарским источ-
никам известно, что уже в мае советская сторона использовала
болгарских дипломатов в Берлине в качестве посредников в
советско-германских контактах и для зондажа по поводу нача-
ла переговоров с Германией. В мае 1939 года посол Болгарии в
Берлине П. Драганов сообщил находившемуся там временному
поверенному в делах СССР в Германии Г.А. Астахову, что в
верховном командовании вермахта одобрено германское сотруд-
ничество с Советским Союзом. К тому же статс-секретарь МИД
Германии Э. Вайцзеккер просил его передать, что Германия
готова к политическим и экономическим переговорам с Совет-
ским Союзом106.
14 июня 1939 года Астахов изложил перед Драгановым по-
зицию СССР о возможных изменениях внешнеполитического
курса СССР для передачи германскому правительству. 15 июня
Драганов в министерстве иностранных дел Германии сообщил
заместителю статс-секретаря Э. Верману следующее: «Совет-
ский представитель, с которым я никогда не имел дружеских
отношений, вчера побывал у меня без видимой причины и оста-
вался Два часа. Долгий разговор, во время которого нельзя было
127
ЕШасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
с точностью понять, высказывались ли личные намерения г-на
Астахова или намерения советского правительства, позволил
сделать выводы: Советский Союз по отношению к обстановке в
мире в данный момент находится в нерешительности. Он ко-
леблется между тремя возможностями — заключением пакта с
Англией и Францией, дальнейшим нерешительным поведени-
ем относительно переговоров о заключении пакта и сближени-
ем с Германией. По-видимому, Советский Союз склоняется ближе
всего к последней возможности, при этом вопросы мировоззре-
ния не будут играть роли». Драганов сообщил также немецкому
представителю, что «Советский Союз не признает румынское
владение Бессарабией. Но препятствием является опасность на-
падения со стороны Германии, балтийских государств или Ру-
мынии... Если Германия сделает заявление, что не собирается
нападать на Советский Союз или заключит с ним пакт о нена-
падении, то Советский Союз, конечно, воздержится от заклю-
чения договора с Англией»107.
27 июля 1939 года, как известно, между СССР и Германией
начались переговоры о заключении экономического соглаше-
ния. Поворот во внешнеполитическом курсе СССР был обозна-
чен еще раньше. Он был ознаменован отставкой 3 мая 1939 года
М.М. Литвинова с поста Народного комиссара иностранных дел
Дальнейшая внешнеполитическая деятельность СССР осуще-
ствлялась новым руководством советской дипломатии во главе
с В.М. Молотовым.
19 августа 1939 года Сталин получил информацию о бли-
жайших целях Германии — во что бы то ни стало ре-
шить польскую проблему, что означало войну108. Это
стало для него последним сигналом к заключению 23 ав-
густа 1939 года договора о ненападении между Германией
и Советским Союзом. Вступил в действие принцип раз-
дела сфер влияния между двумя диктаторами. Секрет-
ный протокол лишь косвенно касался Балкан, но четко
обозначил советские интересы в Бессарабии.
Пункт 3-й советско-германского договора содержал доста-
точно интересную фразу, которая, вероятно, во многом может
служить ключом к объяснению ряда последующих действий
СССР в этом регионе вплоть до 22 июня 1941 года: «Касательно
юго-востока Европы с советской стороны подчеркивается инте-
рес СССР к Бессарабии. С германской стороны заявляется о ее
полной политической незаинтересованности в этих областях»109-
Очевидно, здесь речь идет о «политической незаинтересован-
128
4*
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
ности» Германии на Юго-Востоке, что могло означать ее согла-
сие на какие-то политические переустройства, связанные с рас-
ширением советской зоны влияния на Балканах.
В духе советско-германского договора была переориентиро-
вана вся деятельность Коминтерна, полностью подчиненная
теперь целям и военно-политическим планам советского руко-
водства: избегать военного столкновения с Германией и исполь-
зовать ситуацию для восстановления прежних государствен-
ных границ, утраченных в 20-е годы. Одновременно предпола-
галось при возможности расширить «зоны безопасности» СССР
путем присоединения новых территорий и установления там
«коммунистических порядков».
На состоявшейся 7 сентября того же года встрече, где кроме
Г. Димитрова присутствовали В.М. Молотов и А.А. Жданов, Ста-
лин сказал, что начавшаяся война ведется между двумя груп-
пами капиталистических стран («бедными» и «богатыми») — за
колонии, сырье и т.п. Он подчеркнул, что если накануне войны
противопоставлять демократический режим сјзашизму было пра-
вильно, то во время войны между империалистическими стра-
нами деление капиталистических государств на фашистские и
демократические потеряло смысл. Вождь настаивал, чтобы был
снят лозунг о едином народном фронте.
И.В. Сталин:
«Что плохого, если в результате разгрома Польши мы
распространим социалистическую систему на новые
территории и население?»ио.
Указания Сталина были тут же реализованы в директиве
секретариата ИККИ от 8 сентября 1939 года, в которой подчер-
кивался империалистический и несправедливый характер на-
чавшейся войны со стороны всех воюющих держав. В директи-
ве содержались указания о тактике компартий на данном этапе
войны, заключавшейся в разоблачении ее империалистическо-
го характера и переходе в решительное наступление против
предательской политики социал-демократии111.
В воззвании ИККИ «Империалистическая война и Балка-
ны» от 28 сентября 1939 года ничего не говорилось о сопротив-
лении фашистским государствам и агрессорам. Но зато подчер-
кивалось, что единственный путь положить конец войне и из-
бавить народ от капиталистической кабалы и гнета — «это низ-
вержение империалистических правительств». Поэтому компар-
тии должны приступить к разъяснению массам революцион-
нь»гх задач, поскольку в условиях нарастания угрозы фашист-
Балканский тупик?..
129
ИВасильева, ВЈаврилов Балканский тупик?.
ской агрессии лишь «установление рабоче-крестьянского пра-
вительства и присоединение к Советскому Союзу на основе рав-
ноправия и взаимности обеспечит мир трудящимся»112.
Несмотря на появление все новых и новых документов, при-
открывающих завесу тайны над замыслами Кремля в началь-
ный период Второй мировой войны, многие стороны этой дея-
тельности в Балканском регионе по-прежнему остаются непро-
ясненными.
Например, сразу же после подписания советско-германско-
го пакта о ненападении советская сторона стала оказывать силь-
ное давление на болгарское правительство с целью заключения
с ним пакта о взаимной помощи. Об этом свидетельствовала
беседа болгарского посланника в Москве Н. Антонова с Молото-
вым 20 сентября 1939 года, Молотов в этой беседе поставил
перед болгарским правительством категорический вопрос о том,
«хочет ли оно помощи СССР, а если да, то в какой форме?
Может быть, в виде пакта о взаимопомощи или чего-либо дру-
гого?». Антонов обещал запросить свое правительство и дать
ответ113.
В то время как Англия готовилась к открытию антигерман-
ского фронта в Греции по опыту Первой мировой войны, а так-
же предпринимала усилия по созданию на Балканах блока ней-
тральных государств с привлечением Болгарии, СССР, как вы-
ясняется из документов, не был заинтересован в усилении по-
зиций Великобритании в регионе, что объективно отвечало гер-
манским интересам.
Напротив, советская сторона на начавшихся в сентябре
1939 года переговорах с Турцией вновь явно продемонстриро-
вала свои антианглийские позиции и опасения в связи с воз-
можным захватом Англией Черноморских проливов. Поэтому
советское правительство выдвинуло условия пересмотра кон-
венции о режиме Проливов, по которой Турция в случае войны
не допустит в них военные корабли нечерноморских государств.
Кроме того, по утверждению некоторых исследователей, СССР
хотел включить в советско-турецкий договор пункт, согласно
которому англо-турецкий пакт ) взаимной помощи не действо-
вал бы в случае войны между СССР и Англией114.
В ходе переговоров выяснилось, что турецкая сторона уже
парафировала англо-франко-ту оецкий договор и тем самым
отошла от политики нейтралитета. Советско-турецкие перего-
воры были сорваны.
Из приказа Народного комиссара обороны СССР № 199 от
7 ноября 1939 года:
130
5-2
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
«Европейская война, в которой Англия и Франция выс-
тупают как ее зачинщики и усердные продолжатели,
еще не разгорелась в бушующее пожарище, но англо-фран-
цузские агрессоры, не проявляя воли к миру, все делают
для усиления войны, для распространения ее на другие
страны»115.
В свете этих установок СССР негативно отнесся к планам
создания антигитлеровского блока балканских стран в составе
Румынии, Турции, Югославии, Болгарии, Венгрии, о чем свиде-
тельствовала беседа Молотова с турецким послом 11 ноября
1939 года. По мнению последнего, «блок должен явиться гаран-
тией против германской экспансии на Балканы и в Адриатику».
На что Молотов ответил, что уже поздно, так как обстановка
изменилась — началась война116.
Более того, стремясь противостоять Великобритании на Бал-
канах, советская сторона подробно информировала германско-
го дипломатического представителя о планах создания Балкан-
ского блока. Так, в записи беседы Молотова с германским по-
слом в Москве Ф. Шуленбургом 17 ноября 1939 года указыва-
лось: «Недавняя информация т. Молотова на основании сооб-
щения турецкого посла Актая о намерениях Румынии создать
балканский блок... доложена германскому правительству... Но
так как вопрос еще не изучен, то подробная информация об
отношении Германии к плану создания балканского блока бу-
дет сделана дополнительно»117.
22 ноября 1939 года Шуленбург сообщил советской стороне
мнение германского руководства по поводу намерения Румы-
нии создать нейтральный блок балканских государств: «Герма-
ния заинтересована исключительно в том, чтобы все юго-вос-
точные европейские государства в настоящей войне соблюдали
строжайший нейтралитет и не шли, как это сделала Турция,
путем заключения пакта 19 октября его да на услужение Анг-
лии и Франции... Мы тем не менее хотели бы, чтобы советское
правительство также заняло по отношению к этому проекту
отрицательное положение, тем более что советское правитель-
ство не может быть заинтересовано в осуществлении пакта,
который может привести к дальнейшему усилению английского
и французского влияния в бассейне Черного моря»118. Таким
образом, Германия хотя и провозгласила свою будто бы поли-
тическую незаинтересованность в Балканском регионе, в дей-
ствительности давала понять СССР, что он лишен свободы дей-
ствий по отношению к балканским странам.
5*
131
ЩЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?
Советское руководство пыталось использовать условия
3-го пункта секретного приложения к советско-герман-
скому пакту 1939 года для укрепления своих стратеги-
ческих позиций в Болгарии и в районе Черноморских про-
ливов, предложив ей заключить договор о взаимопомощи
и играя на поддержке болгарских территориальных при-
тязаний к Румынии, Греции и Югославии. В планы СССР,
как стало ныне очевидно из имеющихся документов, вхо-
дило создание военно-морских баз в Болгарии и присут-
ствие советских войск на ее территории119.
Болгарские правящие круги в декабре 1939 года ответили
отказом на советское предложение о заключении «политичес-
кого договора». Они опасались как реакции Германии, так и
возможного прямого вмешательства СССР во внутренние дела
своей страны на примере советской политики в отношении При-
балтийских государств. Тем не менее в результате подписан-
ных советско-болгарской воздушной конвенции и договора о
торговле и мореплавании Болгария предоставила СССР сво-
бодный транзит через территорию страны для грузов, следо-
вавших из Советского Союза в третьи страны, включая Герма-
нию. Данные соглашения имели явно прогерманскую направ-
ленность, и их последующая реализация вызвала негативную
реакцию Англии и Франции. Так 12 марта 1940 года советский
посол в Болгарии А.И. Лаврентьев записал в дипломатическом
дневнике о своей беседе с бывшим адъютантом царя Бориса
Поборниковым, который сообщил, что «Англия весьма недо-
вольна транзитом грузов СССР в Германию. По поводу транзи-
та нефти, доставленной танкером «Туапсе» в Варну, англий-
ское посольство обратилось в министерство иностранных дел с
нотой протеста»120.
Спекулируя на хорошо известной германскому руковод-
ству советской оценке действий Англии и Франции в
1939—1940 годах, будто бы стремившихся столкнуть
Германию и СССР и втянуть его в войну, Германия вся-
чески использовала это в своих интересах.
Летом 1940 года в германской «Белой книге» была опубли-
кована телеграмма во Францию бывшего французского послан-
ника в Анкаре Р. Массигли, в которой говорилось, что турецкое
правительство не будет создавать затруднений, если будут ата-
132
5-4
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
кованы советские нефтяные источники на турецкой террито-
рии121. "Это делалось Германией, по всей видимости, с целью
усиления недоверия между СССР и Турцией, а также чтобы
исключить для Запада возможность установления контактов с
Советским Союзом при помощи Турции.
Советско-германский альянс позволял прогерманским пра-
вящим кругам балканских стран разыгрывать германскую «кар-
ту». В середине мая 1940 года гитлеровцы оккупировали Бель-
гию и Голландию, что серьезно поколебало позиции англо-фран-
цузского блока на Балканах. Правящие круги Румынии сдела-
ли окончательный выбор в пользу Германии. 28 мая 1940 года
было подписано румыно-германское соглашение о снабжении
Германии нефтью. Через месяц, 26 июня 1940 года, Красная
армия вступила в Бессарабию.
Положение на Балканах окончательно изменилось в пользу
Германии после капитуляции Франции 22 июня 1940 года. Гит-
лер развязал себе руки на Западе и приступил к практической
реализации своих давнишних замыслов приобретения «жиз-
ненного пространства» на Востоке. С этого времени в Германии
начались практические штабные разработки планов военных
действий против СССР.
29 июля 1940 года генерал Йодль проинформировал своих
ближайших сотрудников в штабе верховного главнокомандова-
ния вермахта о том, что «Гитлер решил насколько можно рань-
ше, то есть уже в мае 1941 года, путем внезапного нападения
на Советскую Россию раз и навсегда избавить мир от угрозы
большевизма»122.
На совещании 31 июля 1940 года в Бергхофе Гитлер зая-
вил руководящему составу вермахта, что пришел к оп-
ределенному решению: «Россия должна быть ликвидиро-
вана. Весной 1941-го. Чем быстрее мы разгромим Россию,
тем лучше. Операция лишь тогда будет иметь смысл,
если мы одним ударом разрушим это государство. После
разгрома России Германия установит полное господство
в Европе и на Балканах»123.
По сей день не ясно, знал ли Сталин об этом совещании и
решении Гитлера. Но ему было хорошо известно, что мирные
предложения, сделанные Гитлером Великобритании в июле
1940 года, были ею решительно отвергнуты, что означало не-
возможность создания общей антисоветской коалиции. Таким
образом, советские декларативные заявления об «империалис-
133
НВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
тическом» характере войны были предназначены для маски-
ровки иных замыслов. Во всяком случае, советская сторона от-
вергла английское предложение, сделанное через посла Вели-
кобритании в Москве С. Крипса, чтобы СССР выступил объе-
динителем блока балканских государств для сохранения ими
своей независимости в случае выступления Германии и Ита-
лии124. Сталин в беседе с Крипсом 1 июля 1940 года, давая оценку
создавшейся в мире обстановке, указал, что разгром Франции
еще не означает установления германского господства в Евро-
пе. Отсюда следовал вывод: война будет продолжаться, и Гер-
мания будет заинтересована в поддержании с СССР друже-
ственных отношений при учете его интересов125. Германия же
для маскировки своих планов подготовки к нападению на СССР
стремилась, хотя бы на словах, не подвергать сомнению эту
уверенность.
В 1940 году усилилась активность СССР на Балканах. Этот
регион все явственнее становился объектом столкновения про-
тивоположных советско-германских интересов.
Стали налаживаться советско-югославские контакты. В ре-
зультате 11 мая 1940 года между Советским Союзом и королев-
ством Югославия был подписан Договор о торговле и морепла-
вании, протокол к нему о торговом представительстве СССР в
Югославии и соглашение о товарообороте и платежах на 1940—
1941 годы. Намечалась линия на развитие военных связей. На-
пример, югославская сторона выступила инициатором закупок
в СССР вооружения, о чем 22 июля 1940 года сообщил началь-
ник Разведупра Генштаба РККА генерал-лейтенант Ф.И. Го-
ликов наркому обороны маршалу С.К. Тимошенко. В частности,
указывалось: «...а) руководящие круги Югославии выясняют
возможность закупки оружия в СССР (артиллерии, танков, са-
молетов). При этом высказывают согласие о закупке даже не-
скольких устаревших образцов вооружения. Условия оплаты
за поставки согласны принять любые, в частности, согласны
платить золотом и медной рудой; б) чтобы избежать вывоза
сырья из Югославии в Германию, деловые круги Югославии
проявляют стремление достигнуть соглашения с СССР на по-
ставку нам сырья; в) в случае положительного ответа, министр
торговли и промышленности Югославии намерен немедленно
выехать в СССР для подписания соглашения»126.
25 июля 1940 года были установлены наконец советско-юго-
славские дипломатические отношения. Югославия, таким обра-
зом, стала последним государством в Европе, которое юриди-
чески признало СССР. Посланником СССР в Королевстве был
134
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
назначен Виктор Плотников. Крайне отрывочные сведения о
советско-югославских контактах в 1940 году не дают возмож-
ности четко прояснить намерения сторон.
Особо загадочной остается деятельность созданного в
1940 году в Загребе по линии Коминтерна центра радио-
связи, а также начавшего практически с этого времени
свою работу советского разведцентра в этом городе.
Глава Исполнительного Комитета Коминтерна (ИККИ) Г. Ди-
митров в начале февраля 1940 года поставил перед югослав-
ским представителем в Коминтерне Й. Копиничем (Вокшиным)
вопрос о создании пункта радиосвязи в Югославии. Вскоре ИККИ
назначил Копинича руководителем Центра связи, но не только
Югославии, но и ряда других коммунистических партий Евро-
пы127 . Это свидетельствовало об особом внимании Москвы к ре-
гиону. Копинич прибыл в Загреб в мае 1940 года. Практически
вместе с ним из СССР вернулся И. Броз Тито, находившийся
там с 1939 года. К этому времени он был уже генеральным
секретарем ЦК КПЮ.
О советском разведывательном центре в Загребе известно,
что его возглавил хорват Иван Сребрняк — «Антон» [Srebrnjak].
В справке о нем, направленной Г. Димитрову Разведуправле-
нием ГШ РККА в 1942 году, указывалось, что «Антон» — Среб-
рняк — 1903 года рождения, югославский коммунист, с 1933 года
стал членом ВКП(б) и принял советское гражданство, с 1932 года
работал в Разведуправлении. С 1932 по 1935 год находился в
распоряжении НКВД. Награжден орденом «Красного Знаме-
ни». С 1940 года являлся нелегальным резидентом в Югосла-
вии128. Указывалось также, что в 1940—1941 годах он создал
«значительную диверсионную сеть в ряде пунктов Югославии»129.
Неясны цели ее создания, предназначалась ли она на случай
немецкой оккупации Югославии, либо имелись какие-то другие
планы? Во всяком случае, решение о создании диверсионной
сети в этой стране было принято в Москве, когда Югославия
сохраняла нейтралитет и, поддерживая «дружеские» отноше-
ния с Германией, налаживала связи с СССР.
Вместе с «Антоном» в разведцентре работали Матия Вида-
кович — «Роман», Мустафа Голубич и другие130. О Видаковиче
известно, что он был 1907 года рождения^хорват по националь-
ности, участвовал в боях в Испании, вернулся в СССР в 1939 году.
После непродолжительной подготовки в 5-м отделе Разведуп-
равления ГШ РККА, в октябре 1940 года был направлен в
135
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?;;
Югославию. Уже после нападения Германии на СССР 31 июля
1941 года Тито через коминтерновскую радиосвязь сообщил в
Москву о том, что «"Роман" при испытании ВВ [взрывчатых
веществ] был тяжело ранен, находится в руках гестапо»131. В
марте 1942 года был арестован гестапо и Сребрняк.
Разведуправление постоянно интересовалось судьбой «Ан-
тона» и «Романа», направляя через коминтерновскую радио-
связь запросы Тито. Например, 15 января 1943 года замести-
тель начальника Разведывательного управления И.А. Больша-
ков передал для Тито: «а) 31 июля 1941 года Вы передали об
аресте Видаковича в связи с неудачной пробой в.в. Сообщите,
что Вам известно о последующей его судьбе и людях нашей
фирмы; б) дирекция имеет организацию в Сербии с большими
информационными возможностями. Она базируется на Белград
и Чачак. Связь с ней прервана в октябре месяце 1941 года. Для
восстановления организации и установления связи с ее руково-
дителями необходима посылка человека от Вас, явки и адреса
которому можно сообщить...»132
Более счастливой оказалась судьба Центра радиосвязи Ко-
минтерна, который поддерживал связь с Москвой до 1944 года.
Через него из Югославии в СССР в годы Второй мировой войны
было направлено около 6 тысяч телеграмм133.
После принятия решения о подготовке нападения на СССР
Германия далее формально перестала считаться с его
интересами на Балканах, что на деле явилось нарушени-
ем обязательств по 3-му пункту секретного приложе-
ния к пакту о ненападении. Во-первых, Балканы превра-
щались в важный стратегический плацдарм на юге СССР
для подготовки германской агрессии против него. Во-
вторых, они являлись значительным источником сырья
и объектом подчинения экономического потенциала этих
стран военно-экономическим целям Германии.
После разгрома Франции часть ее собственности и капитала
на Балканах, в том числе в Югославии, была присвоена герман-
скими монополиями. В руки немцев попали предприятия фир-
мы «Мин де Бор», владевшей югославскими медными рудника-
ми, так как был захвачен контрольный пакет ее акций. Пред-
ставители немецких монополий фактически руководили горно-
рудными предприятиями134. Для Германии особое значение имела
югославская горнорудная промышленность, занимавшая пер-
вое место в Европе по добыче медной, хромовой, сурьмянистой
136
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
руд и одно из первых мест по добыче свинцово-цинковых и
молибденовых руд. Например, в 1939 году вывоз в Германию из
Югославии стратегического сырья составил от общего объема
экспорта соответственно: цинковой руды — 44,7 процента, сы-
рого цинка — 72,4 процента, бокситов — 94,4 процента, хромо-
вой руды — 32,4 процента135.
Экономическому подчинению Югославии способствовала
ведущая роль германского капитала в банковском деле страны.
Его доля в «Югославском банковском обществе» в 1940 году
достигала 91,8 процента всего иностранного капитала.
Тем же целям служил подписанный 5 июля 1939 года в Бел-
граде секретный югославско-германский протокол, по которо-
му в обмен на предоставление кредита на закупку вооружения
Югославия гарантировала Германии концессии на добычу сы-
рья. С лета 1940 года фашистская Германия начала ежемесяч-
но получать из Югославии по 2,5 тыс. тонн сырой меди, которая
раньше вывозилась во Францию. Поставки же свинца и свинцо-
вых концентратов в третий рейх увеличились в 12 раз по сравне-
нию с 1938 годом136. По подписанному в октябре 1940 года допол-
нительному германо-югославскому торговому договору возрос
объем поставок в Германию сельскохозяйственных продуктов.
Советский Союз так и не успел стать торговым партнером
Югославии. Их военно-экономические связи к 1941 году нахо-
дились на стадии переговоров. Германия к этому времени за-
ставила работать на себя практически всю Европу, покоренную
где силой оружия, где «мирным путем», готовясь нанести ре-
шающий удар по СССР.
По воле советского руководства, в общем потоке стра-
тегического сырья и сельскохозяйственных продуктов,
поступавших в Германию, в том числе из балканских
стран, была и своя «доля» поставок из Советского Со-
юза, несомненно усиливавших военно-экономический по-
тенциал Германии.
1 августа 1940 года на VII сессии Верховного Совета СССР
В.М. Молотов произнес свою печально знаменитую речь, в ко-
торой говорилось, что в основе отношений между Германией и
СССР лежат не случайные соображения конъюнктурного ха-
рактера, а «коренные государственные интересы как СССР, так
и Германии»137.
После подписания 27 сентября 1940 года в Берлине Трой-
ственного пакта между Германией, Италией и Японией первая
137
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
усилила политический натиск на балканские страны с целью
их вовлечения в этот блок.
Неоднократные заявления советской стороны о ее заинтере-
сованности в развитии ситуации на Балканах оставлялись Гер-
манией без ответа.
Без уведомления СССР 30 августа 1940 года состоялся вто-
рой венский «арбитраж», в ходе которого Германия и Италия
определили новую венгеро-румынскую границу. В результате
этой договоренности Северная Трансильвания отходила к Вен-
грии. В то же время эти два государства в одностороннем по-
рядке объявили о предоставлении гарантий новых румынских
границ. 8 октября Германия начала ввод своих войск в Румы-
нию. 28 октября 1940 года Италия развязала войну против Гре-
ции.
Для маскировки своих истинных планов и предотвращения
отхода советского руководства от сотрудничества с Германией,
гитлеровская дипломатия предложила начать в Берлине гер-
мано-советские переговоры, назначенные по согласованию с
советской стороной на 12 ноября 1940 года. Обнаруженные на
сегодняшний день в архиве Президента Российской Федерации
директивы к берлинской поездке Молотова, а также запись те-
лефонных переговоров Сталина и Молотова в дни его визита в
Берлин проливают свет на стратегические и тактические рас-
четы Сталина138.
В центре внимания Сталина и Молотова стояли два круга
проблем: выяснение намерений Германии и других участ-
ников Тройственного пакта и определение сферы инте-
ресов СССР у что, возможно, должно было стать основой
для нового советско-германского соглашения139.
В случае удачного хода переговоров намечалось поднять
вопросы экономического сотрудничества, включая поставки
хлеба. Отмечались и те геополитические преимущества, кото-
рыми обладал СССР: «Транзит Германия—Япония— наша
могучая позиция, что надо иметь в виду» (пункт З)140. В дирек-
тивах были подробно очерчены сферы интересов СССР, кото-
рые должна признать Германия. Самой крупной задачей Моло-
това был вопрос Черноморских проливов, которому была под-
чинена проблема предоставления гарантий Болгарии: «Болга-
рия — главный вопрос переговоров, должна быть, по догово-
ренности с Германией и Италией, отнесена к сфере интересов
СССР на той же основе гарантий Болгарии со стороны СССР»
138
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
как это сделано Германией и Италией в отношении Румынии, с
вводом советских войск в Болгарию»141. В директивах упомина-
лись другие балканские страны. Например, говорилось: «Воп-
рос о дальнейшей судьбе Румынии и Венгрии, как граничащих
с СССР, нас очень интересует, и мы хотели бы, чтобы об этом с
нами договорились... В отношении Греции и Югославии мы хо-
тели бы знать, что думает Ось предпринять»142.
В директивах были перечислены и другие вопросы, связан-
ные с интересами СССР в Турции, Швеции, Финляндии, Пер-
сии и пр.143.
Таким образом, речь шла о намерениях Сталина «вписать-
ся» в новую систему миропорядка, которая складывалась в ре-
зультате Тройственного союза и диктовалась Германией, Ита-
лией, Японией.
Это подтверждают материалы переговоров Молотова в Бер-
лине 12—18 ноября 1940 года, которые к настоящему времени
хорошо изучены.
Во время беседы Молотова с Гитлером 12 ноября 1940 года
глава советского правительства поднял вопрос о значении Трой-
ственного пакта, о «новом порядке» в Европе и Азии и о той
роли, какая будет в нем отведена СССР. Кроме того, он подчер-
кнул, что в ходе переговоров должны быть «уточнены вопросы
о русских интересах на Балканах и в Черном море, касающие-
ся Болгарии, Румынии и Турции».
Согласно записи беседы Молотова с Гитлером 13 ноября,
глава советского правительства говорил о Проливах и, сослав-
шись на Крымскую войну 1853—1856 годов и события 1918—
1919 годов, назвал их «историческими воротами Англии для
нападения на Советский Союз». «Ситуация теперь для России, —
сказал Молотов, — еще более опасная, так как англичане полу-
чили плацдарм в Греции»144.
Молотов поднял вопрос и о советских гарантиях Болгарии.
Гитлер ответил, что «если гарантии будут предоставлены на
тех же условиях, что и германо-итальянские гарантии Румы-
нии, то сначала возникнет вопрос о том, запрашивала ли о та-
ких гарантиях сама Болгария. Он не знает о каких-либо запро-
сах Болгарии на эту тему... Молотов ответил, что в этом вопро-
се у России только одна цель. Она хочет гарантировать себя от
Нападения через Проливы и хочет урегулировать этот вопрос с
Турцией; гарантии Болгарии облегчат ситуацию. Как черно-
Морская держава, Россия имеет право на такую безопасность и
Узрена, что она сможет найти у Турции понимание в данном
в°просе.
139
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Гитлер ответил, что это примерно совпадает с германской
точкой зрения, согласно которой только военные корабли Рос-
сии смогут проходить через Дарданеллы свободно; тогда как
для всех остальных военных судов Проливы будут закрыты145.
Гитлер сделал вид, что признал советские интересы в
зоне Проливов, но ни по одной из поднятых проблем, в
том числе о Болгарии и Черном море, не было достигну-
то никаких соглашений.
На заключительной беседе 13 ноября министр иностранных
дел Германии Риббентроп предложил Молотову проект согла-
шения государств Тройственного пакта с Советским Союзом —
Пакт четырех. Причем дальнейшие переговоры должны были
идти по дипломатическим каналам.
26 ноября 1940 года германский посол в СССР Ф. Шулен-
бург направил телеграмму Риббентропу, в которой говорилось,
что 25 ноября Молотов пригласил его к себе и в присутствии
Деканозова заявил о том, что «Советское правительство готово
принять проект пакта четырех держав о политическом сотруд-
ничестве и экономической взаимопомощи, схематично изложен-
ный имперским министром иностранных дел во время беседы
13 ноября 1940 года»146.
Советское правительство выдвинуло четыре своих условия
присоединения к Тройственному пакту. 2-й и 3-й пункты этих
условий касались советских интересов на Юго-Востоке: «...2. Пре-
дусматривается, что в течение ближайших месяцев безопас-
ность Советского Союза со стороны Проливов гарантируется
заключением пакта о взаимопомощи между Советским Союзом
и Болгарией, которая географически находится внутри зоны
безопасности черноморских границ Советского Союза, а также
строительством базы для сухопутных и военно-морских сил
СССР в районе Босфора и Дарданелл на условиях долгосроч-
ной аренды.
3. Предусматривается, что зона к югу от Батуми и Баку в
общем направлении в сторону Персидского залива признается
центром территориальных устремлений Советского Союза»147.
Очень трудно предположить, что эти предложения, так
же как и советская позиция на берлинских переговорах,
были тактической уловкой Сталина, направленной лить
на то, чтобы «тянуть время». Налицо было продолже-
ние все той же политики раздела сфер влияния, начало
которой было положено советско-германским секретным
140
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
протоколом 1939 года. Самим фактом согласия на при-
соединение СССР к Тройственному пакту советское ру-
ководство подводило свою страну к краю бездны.
Однако Гитлер уже сделал свой выбор. Советские предло-
жения по «пакту четырех» так и остались без ответа.
Советское руководство, со своей стороны, предприняло еще
одну попытку, чтобы добиться от Болгарии согласия на предо-
ставление гарантий от СССР.
В тот же день, 25 ноября 1940 года, когда Молотов переда-
вал Шуленбургу советские условия присоединения к Тройствен-
ному пакту, в Софию прибыл генеральный секретарь Наркома-
та иностранных дел А.А. Соболев с предложением двусторон-
него соглашения между СССР и Болгарией о взаимной помощи.
В предложениях, состоявших из 12 пунктов, содержались
параграфы о том, что СССР, в случае заключения пакта о вза-
имной помощи, поможет Болгарии в осуществлении ее «нацио-
нальных устремлений не только в Западной, но и в Восточной
Фракии». Болгария же должна была взять на себя обязатель-
ства «оказать помощь СССР в случае возникновения реальной
угрозы интересам СССР на Черном море и в Проливах»148. При-
чем имелся пункт о том, что «при условии заключения пакта о
взаимопомощи с СССР отпадают возражения против присоеди-
нения Болгарии к известному пакту трех держав. Вполне веро-
ятно, что и СССР в этом случае присоединится к пакту трех»149.
Такова была реальная, «прагматическая» политика совет-
ских руководителей, далекая от того, чтобы сохранить нейтра-
литет Болгарии и не допустить расширения войны на Балканы.
Из документов видно, что речь шла лишь о присоединении к
Болгарии части греческой и турецкой территорий.
Как известно, в конце ноября 1940 года болгарское прави-
тельство отказалось от советского предложения по поводу пак-
та о взаимной помощи. При этом было заявлено об отсутствии
угрозы для Болгарии со стороны Турции, и что она не собира-
ется реализовывать свои национальные устремления при по-
мощи оружия150.
Тем временем 18 декабря 1940 года Гитлер уже подписал
план «Барбаросса» — директиву ОКВ № 21 о нападении на
СССР. В Кремль стали поступать сведения о начавшейся под-
готовке гитлеровской Германии к агрессии против Советского
Союза. Из балканских стран от резидентуры Разведывательно-
Го управления ГШ РККА в Софии и Белграде в Центр направ-
лялись сообщения о стягивании сил вермахта к границам СССР.
141
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
Легальную резидентуру в Югославии возглавлял военный
атташе СССР генерал-майор А.Г. Самохин («Софокл»). Его за-
местителем был В.З. Лебедев (Блок), официально занимавший
пост советника советского полпредства151. С конца декабря
1940 года началась массовая переброска германских войск в Ру-
мынию. По донесениям югославской разведки, с первых чисел
января через территорию Венгрии в Румынию ежесуточно про-
ходило по 18—20 эшелонов152.
По сообщению советского военного атташе из Белграда, на
27 января 1941 года в Румынии находилось 14 немецких диви-
зий. Кроме того, в его информации указывалось, что в местных
деловых и дипломатических кругах считают, что без Балкан
дальнейшее успешное развитие войны в немецком плане не-
мыслимо. Поэтому Балканы становятся решающим центром
политических событий. Именно здесь начинается непосредствен-
ный «стык интересов» Германии и СССР. В этом свете интере-
сен факт, сообщенный советскому военному атташе: в начале
января на закрытом совещании в германском посольстве в Бел-
граде немецкий посол в Югославии заявил: «Для Германии
Балканы являются решающим звеном, они должны быть вклю-
чены в новый порядок Европы, но СССР с этим никогда не
согласится и потому война с ним неизбежна»153.
Свои действия по наращиванию военного присутствия в Ру-
мынии и Болгарии германская сторона объясняла намерениями
проведения антианглийских операций на Балканах, чтобы «рас-
строить любые попытки Англии создать фронт в этих райо-
нах»154. Таким образом, фашистское руководство играло на со-
ветских заявлениях об «империалистическом» характере вой-
ны со стороны двух группировок и на советской политике про-
тиводействия западным державам.
1 марта 1941 года премьер-министр болгарского правитель-
ства подписал в Вене протокол о присоединении Болгарии к
Тройственному пакту и согласии на вступление немецких войск
в страну. Тем самым было окончательно продемонстрировано
несоблюдение Германией секретного протокола к советско-гер-
манскому пакту о ненападении.
Советское руководство стало жертвой собственных се-
тей созданной им политики. В момент присоединения
Болгарии к Тройственному пакту оно по-прежнему стре-
милось не вызывать особого раздражения Германии. По-
этому его заявления относительно германских действий
на Балканах скорее носили пропагандистский характер.
142
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
Что, естественно, не могло быть тайной для других
стран.
Так, например, советский посол в Болгарии, сообщая в НКВД
о своей беседе 5 марта 1941 года с югославским посланником в
Софии Милановичем, указывал, что последний высказывался в
том смысле, что «Советское правительство повинно в оккупа-
ции Болгарии, что оно будто бы не оказывает поддержки ма-
лым балканским государствам, все это, по его мнению, приве-
дет к тому, что немцы окружат Советский Союз и оккупируют
Советскую Украину». На это ему было заявлено, что «Совет-
ское правительство не может нести ответственность за неудач-
ную политику правительств некоторых государств. Что же ка-
сается мнения Милановича относительно предстоящей оккупа-
ции Украины какими-либо иностранными войсками, то, — ска-
зал советский посол, — Миланович будет иметь время, чтобы
убедиться в неправильности своей точки зрения»155. К несчас-
тью, прогноз Милановича не только подтвердился, но и оказал-
ся для СССР намного страшнее.
Из сообщения советского резидента в Белграде «Софок-
ла» в Москву от 9 марта 1941 года:
«... 1. Германский генштаб отказался от атаки англий-
ских островов у ближайшей задачей поставлено — захват
Украины и Баку, которая должна осуществиться в ап-
реле—мае текущего года, к этому сейчас подготовляют-
ся Венгрия, Румыния и Болгария. 2. Через Берлин, Венг-
рию идет усиленная переброска войск в Румынию. ..»156
О последних месяцах советской военно-политической дея-
тельности в Югославии и на Балканах, оставшихся до траги-
ческой даты 22 июня 1941 года, имеется крайне противоречи-
вая информация.
Одно очевидно: после присоединения Болгарии к Тройствен-
ному пакту Югославия оказалась в кольце фашистских сил и
их сателлитов. С осени 1940 года Германия усилила давление
на нее, стремясь заставить югославские правящие круги также
присоединиться к Тройственному пакту. Но они колебались и
До весны 1941 года не принимали окончательного решения.
Несмотря на то, что в феврале 1941 года премьер-министр
Югославии Д. Цветкович и министр иностранных дел А. Цин-
Цар-Маркович нанесли визит в Германию, где от них потребо-
вали присоединиться к державам «оси», в начале марта 1941 года
143
^Васильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
в Москву прибыла югославская военная делегация во главе с
полковником генерального штаба югославской армии Б. Сими-
чем для ведения переговоров о поставках в Югославию совет-
ского вооружения157. Однако советская сторона тут же опро-
вергла «слухи» о том, что в Москве ведутся переговоры с юго-
славами158 .
Генерал-лейтенант ILA. Судоплатов:
Именно в это время Сталин и Молотов решили по край-
ней мере оттянуть начало войны Германии против СССР,
применив тот план в отношении Югославии, от кото-
рого отказались в 1938 году — свержение югославского про-
германского правительства. В Белград был послан замес-
титель начальника военной разведки генерал-майор Миль-
штейн. К этому времени советской разведке удалось за-
вербовать югославского посла в СССР М. Гавриловича, хотя
имелись сведения о его сотрудничестве с представите-
лями Великобритании в Москве159.
Казалось бы, ничто не мешало Гитлеру осуществить мирное
присоединение государств Юго-Восточной Европы. Осталось
привести в исполнение план «Марита» — оккупацию Греции, а
после завершения этой операции главные силы вывести «для
нового использования», т.е. в середине мая 1941 года начать
войну против СССР160.
Поэтому в Москве, вероятно, очень «рационально» просчи-
тали, что переворот в Югославии может серьезно нарушить
германские планы мирного присоединения этой страны к дер-
жавам «оси».
Советская сторона стала действовать и через Коминтерн.
Явно не без согласования с ним И. Броз Тито 15 марта 1941 года
от имени ЦК КПЮ написал воззвание «Против капитуляции —
за пакт о взаимопомощи с Советским Союзом», в котором со-
держались призывы к борьбе против «антинародного прави-
тельства и его предательской внешней политики», за немед-
ленное заключение пакта о взаимопомощи между Югославией
и СССР. Воззвание в форме листовки распространялось неле-
гально, но о ней знало советское полпредство в Белграде161.
22 марта 1941 года через коминтерновский центр радиосвя-
зи Тито получил телеграмму от Г. Димитрова: «Рекомендуем
взять решительную позицию против капитуляции перед Гер-
манией. Поддерживать движение за всенародное сопротивле-
ние попытке военного вторжения»162.
Тем временем югославское правительство после тайной по-
144
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
ездки принца-регента Павла в резиденцию Гитлера в Берх,тес-
гадене решило поставить свою подпись под протоколом о при-
соединении к Тройственному пакту. Еще в начале марта 1941 года
немецкий посланник в Югославии фон Херен посетил В. Маче-
ка — главу Хорватской крестьянской партии и заместителя
премьер-министра, который на вопрос Херена о позиции Хор-
ватии в случае вступления немецких войск в Югославию отве-
тил, что Хорватия встретит этот акт спокойно, так как сможет
пользоваться автономией и в составе германского государства163.
На заседании совета министров 20 марта Мачек и другие мини-
стры-хорваты голосовали за присоединение к странам «оси».
«Лучше смерть, чем пакт с Гитлером!»
марта 1941 года югославский премьер-министр Д. Цвет-
кович и министр иностранных дел А. Цинцар-Маркович
в Вене подписали Протокол о присоединении Югославии к Трой-
ственному пакту. Это вызвало волну массовых антиправитель-
ственных выступлений. В день подписания пакта патриарх сер-
бской православной церкви Таврило Дожич выразил протест
князю Павлу, а затем выступил по белградскому радио с при-
зывом ко всем сербам теснее сплотиться вокруг веры. В ночь на
27 марта группа офицеров, возглавляемая командующим воен-
но-воздушными силами югославской армии генералом Д. Симо-
вичем, совершила в Белграде государственный переворот, сме-
стила князя Павла и возвела на престол юного короля Петра II.
В тот же день молодой монарх обратился к народу с манифес-
том, который гласил:
«Сербы, хорваты, словенцы!
В этот тяжелый момент для нашего народа я решил взять в
руки королевскую власть. Регенты, понявшие оправданность
моих побуждений, немедля сами подали в отставку.
Моя верная армия и флот сразу предоставили себя в мое
распоряжение и уже исполняют мои приказания Призываю
всех сербов, хорватов и словенцев собраться вокруг престола.
Это важнейший способ в этих тяжелых условиях сохранить
порядок внутри страны и мир вне ее...»164
Долгие годы в отечественной литературе обращалось вни-
мание на «прозападный», прежде всего проанглийский ха-
рактер переворота в Югославии. После заявления П.А. Су-
25
145
доплатова и обнародования ряда данных о связях совет-
ского резидента в Белграде Мустафы Голубича с участ-
никами переворота за белградскими событиями просмат-
ривается глубоко законспирированный московский след.
•Конечно, официальным советским представителям в
Югославии в то время об этом вряд ли было известно.
Новое югославское правительство «народного согласия» во
главе с Д. Симовичем не было ни «проанглийским», ни «просо-
ветским». В него вошли представители оппозиционных партий,
а также некоторые члены бывшего правительственного каби-
нета. В. Мачек, получивший в правительстве Б. Симовича преж-
ний пост, до 3 апреля 1941 года не давал своего согласия на это
назначение и вел переговоры с немецкими дипломатами в За-
гребе. После согласия Симовича признать автономию Хорва-
тии, Мачек не принял немецкого предложения о выходе Хорва-
тии из состава Югославии и вернулся в Белград для работы в
правительстве.
Прошедшие в Югославии демонстрации носили явно анти-
германский характер. Демонстранты требовали расторжения
пакта с державами «оси». В Белграде дело дошло до разгрома
немецкого и итальянского туристических агентств. Главным
лозунгом был: «Савез с Русией!» («Союз с Россией!»). 27 марта
к полпредству СССР в Белграде огромными потоками подходи-
ли все новые и новые демонстранты, кричавшие: «Союз с Рос-
сией!», «Да здравствуют Сталин и Молотов!», «В бой за Стали-
на!». 28 апреля после состоявшегося в Белградском соборе мо-
лебна по случаю вступления на престол Петра II машина со-
ветского правительства ехала, сопровождаемая непрерывной
овацией в честь Советского Союза. Вся масса людей аплодиро-
вала и выкрикивала приветствия СССР165.
Происходившее в Югославии было воспринято в Берлине
как «беспрецедентная наглость» не столько из-за переворота,
сколько из-за его антинемецкого характера. Через несколько
часов после белградских событий Гитлер вызвал к себе высших
представителей военного и политического руководства Герма-
нии и сообщил им о своем решении: не принимать во внимание
могущих последовать со стороны нового правительства завере-
ний о лояльности, напасть на Югославию без предъявления
ультиматума или объявления войны, уничтожить страну «в
военном отношении и как государство»166. Он подчеркнул, что
Югославия в свете предстоящих операций в Греции и особенно
при осуществлении плана «Барбаросса» представляет собой
146
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
«ненадежный фактор», а сербы и словенцы «никогда не были
друзьями немцев». В качестве акта мести Гитлер приказал унич-
тожить Белград непрерывными дневными и ночными бомбар-
дировками авиации. Обещаниями некоторых территориальных
приращений к операциям против Югославии следует привлечь
Болгарию и Венгрию. Гитлер вспомнил и о «хорватском вопро-
се», указав на то, что внутриполитический кризис в Югославии
обострится, если дать политические гарантии хорватам относи-
тельно будущей автономии Хорватии.
На том же совещании Гитлер дал указание: «Начало опера-
ции «Барбаросса» должно быть отложено на четыре недели»167.
В подписанной в тот же день фюрером директиве № 25 вер-
ховному главнокомандованию указывалось: «Военный путч в
Югославии изменил политическую обстановку на Балканах.
Югославию, даже если она на первых порах заявит о своей
лояльности, следует рассматривать как врага, а потому разгро-
мить с молниеносной быстротой»168. Наступательная операция
должна была производиться с территории Австрии и Болгарии.
Операция против Греции «Марита» должна начаться одновре-
менно.
Непреклонность Гитлера объяснялась также его стремле-
нием максимально ослабить влияние сербов на Балканах и ото-
мстить им за «традиции террора», начало которому якобы было
положено сараевским убийством.
Понимало ли новое югославское правительство опасность
создавшейся после переворота ситуации? Вероятно, да. И свои
надежды на помощь оно возлагало на СССР.
Из беседы военного министра Югославии генерала Б. Илича
с поверенным в делах СССР в Югославии В.З. Лебедевым
30 марта 1941 года:
«...Столкновение Югославии с Германией неизбежно, но
правительство предпринимает все меры, чтобы это
столкновение наступило как можно позже. При всех ус-
ловиях Югославия будет драться до конца, даже при воз-
можности поражения»169.
Военный министр генерал Б. Илич заявил: «Югославское
правительство желает полного политического и военного со-
трудничества с СССР... Мы хотим военно-политического союза,
на любых условиях, которые предложит Советское правитель-
ство, вплоть до некоторых социальных изменений, осуществ-
ленных в СССР, которые могут и должны быть проведены во
147
^Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?,,
всех странах. Мы ожидаем от Вас помощи, хотя бы небольшой,
но надежной, чтобы не получилось как это было с Англией в
1915 году, когда она обещала большую помощь через Салони-
ки, но в результате ничего не сделала. Мы считаем, что Москва
может своим выступлением в Берлине воспрепятствовать на-
падению немцев на Югославию»170.
Однако у Сталина не было намерения идти так далеко, ему
нужно было лишь выиграть время, а военный союз с Югосла-
вией означал бы в случае германского вторжения в эту страну
немедленное вступление СССР в войну.
Чтобы не дать повода Германии заподозрить в событиях в
Югославии «коминтерновский след», 29 марта 1941 года Моло-
тов дал указание Г. Димитрову подготовить обращение в ЦК
КПЮ с советом «на данном этапе отказаться от организации
уличных демонстраций... Момент решительной схватки с вра-
гом еще не наступил... Задача партии: непрестанная разъясни-
тельная работа и всесторонняя подготовка себя и масс». 31 мар-
та Сталин и Молотов одобрили текст этой телеграммы171.
Югославское правительство, чтобы не обострять отношения
с Германией, заявило о соблюдении протокола о присоединении
Югославии к Тройственному пакту. Было также отмечено, что
правительство будет решительно выступать против его вовле-
чения в войну172. В то же время для ведения переговоров о
заключении военно-политического союза с СССР была выделе-
на делегация во главе с М. Гавриловичем (посланником Юго-
славии в СССР) в составе Б. Симича (полковника Генерального
штаба) и Д. Савича (начальника штаба ВВС)173.
3 апреля премьер Б. Симович выразил «готовность Югосла-
вии немедленно принять на свою территорию любые Воору-
женные силы СССР, в первую очередь авиацию». Он передал
последние сведения разведки о стягивании немецких войск к
границам Югославии, а также и полученную от шведского по-
сланника в Берлине информацию, «что немцы имеют план на-
падения на СССР в мае»174.
3 апреля 1941 года М. Гаврилович вручил первому замести-
телю народного комиссара иностранных дел СССР А.Я. Вы-
шинскому югославский вариант проекта договора между Коро-
левством Югославии и Советским Союзом, который имел ха-
рактер пакта о взаимной помощи, а также проект военного со-
глашения175 .
4 апреля советская сторона выразила согласие лишь на зак-
лючение «Договора о дружбе и нейтралитете»176. В ходе перего-
воров выдвигались различные редакции текста договора. В его
второй редакции предусматривалось, что в случае нападения
148
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
третьей стороны на одну из договаривающихся сторон вторая
сторона осталась бы нейтральной. Это вызвало возражения
югославской делегации, а также югославского правительства,
которое заявило, что «подписание договора с таким парагра-
фом не улучшит, а ухудшит положение страны»177.
Лишь в ночь на 6 апреля, после того как Сталин получил
5 апреля 1941 года из Берлина сообщение о том, что гер-
манское вторжение в Югославию неминуемо, он и Моло-
тов заявили югославской делегации о согласии советского
правительства исключить из 2-й статьи договора упо-
минание о нейтралитете. Подписание Договора о друж-
бе и ненападении между Советским Союзом и Королев-
ством Югославии произошло около 3-х часов утра 6 ап-
реля178 .
Исполняя директиву № 25, фашистские войска в 5 часов
утра 6 апреля 1941 года вторглись в пределы Югославии. Нападе-
ние началось в Вербное воскресенье без объявления войны бом-
бардировками Белграда. Это произошло несмотря на то, что
югославское правительство еще за два дня до этого объявило
свою столицу «открытым городом», безопасность которого обес-
печивалась международным правом. В городе не было ни одно-
го зенитного орудия, о чем германские представители сообщи-
ли в Берлин. Чтобы увеличить эффективность бомбовых уда-
ров по площадям, генерал-полковник Лёр распорядился при-
менять как фугасные, так и зажигательные бомбы. Бомбар-
дировщики «Штукас» сбрасывали смертоносный груз, превра-
щая жилые кварталы, больницы, церкви, школы в руины. Под
этим варварским налетом погибла Национальная библиотека с
ее бесценной коллекцией средневековых рукописей. В самом
центре Белграда бомба попала в церковь Успения. В 11 часов
последовал второй налет, еще более варварский, чем первый.
Одна бомба попала в зоологический сад, и по городу разбежа-
лись дикие животные. Точное количество убитых и раненых
жителей столицы во время этой бомбардировки было трудно
определить. Есть данные, что погибло до 30 тыс. человек179. Не
случайно операция по разрушению Белграда имела кодовое наи-
менование «Штарфгерихт» («Расправа»).
В ходе быстротечной военной кампании — так называемой
«апрельской войны», продолжавшейся 11 дней, югославская
армия была разгромлена. Германские силы встретили более-
менее серьезное сопротивление только на юге и юго-востоке
страны, главным образом, со стороны сербских соединений. Уже
149
ШЗасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
с самого начала боевых действий к германскому верховному
командованию стали поступать сообщения о разложении юго-
славской армии. Это было обусловлено прежде всего тем, что
Берлин до 6 апреля 1941 года обещал хорватским националис-
тическим силам создание собственного государства. 10 апреля,
сразу же после вступления первых частей германских войск в
Загреб, один из главарей усташей Славко Кватерник от имени
Анте Павелича провозгласил Независимое хорватское государ-
ство (НХГ). 13 апреля немецкие войска были уже в Белграде.
Еще до этого король Петр и члены кабинета покинули страну,
уехав через Грецию в Иерусалим. 17 апреля 1941 года бывший
министр иностранных дел А. Цинцар-Маркович и бригадный
генерал Р. Янкович подписали акт о капитуляции югославской
армии, по которому более 6 тыс. офицеров и около 340 тыс.
младших командиров и солдат были объявлены военнопленны-
ми180.
В соответствии с указаниями Гитлера о разрушении госу-
дарственной целостности Югославии, в начале мая 1941 года
оккупанты приступили к разделу между собой ее территории.
Германия аннексировала северную часть Словении и установи-
ла свое военное управление в большей части Сербии и Восточ-
ном Банате. При этом германским войскам было дано распоря-
жение о скорейшем захвате территории между Моравой и Ду-
наем «с ценными медными рудниками»181. Италия присоедини-
ла южную часть Словении, острова Хорватского приморья, боль-
шую часть Далмации и далматинских островов, обширный рай-
он Боко-Которского залива и поставила под свое оккупацион-
ное управление Черногорию.
Почти вся территория Косово и Метохии и часть западной
Македонии были переданы гражданской администрации так
называемой «Великой Албании», находившейся под властью
Италии как протекторат. Болгария аннексировала Македонию,
юго-восточную и небольшую часть восточной Сербии, оставшу-
юся часть Косово. Венгрии были отданы Бачка, Баранья, Мед-
жумурье и Прекомурье (Воеводина).
В Независимое хорватское государство вошли внутренние
районы Хорватии, Славония и Срем (между реками Савой и
Дравой), те части Далмации, которые не отошли к итальянцам,
и вся Босния и Герцеговина.
Оккупанты стремились использовать в своих интересах на-
циональные и религиозные противоречия, царившие в довоен-
ной Югославии. Шовинизм сепаратистских кругов были исход-
ной точкой для нанесения удара по народам страны.
150
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
.Фельдмаршал Кейтель, 27 марта 1941 года:
«Учитывая тот факт, что сербы в отношении несерб-
ских народностей, и особенно в отношении хорватов и
македонцев, всегда осуществляли бесцеремонную дикта-
туру, необходимо подчеркивать, что германская армия
не является врагом хорватов, боснийцев и македонцев»182.
Известно принципиально враждебное отношение Гитлера и
его окружения к сербскому народу. Поэтому войскам были от-
даны особые указания о том, как они должны вести себя по
отношению к этой этнической группе населения. Например, в
одной из памяток, распространенных среди германских частей
и соединений, предписывалось «не допускать никакого снис-
хождения, даже в отношении военнопленных», потому что «серб-
ский солдат... сражается упорно, грубо и безжалостно». Соглас-
но другому приказу верховного главнокомандования вермахта,
сербские офицеры должны были подвергаться «подчеркнуто
плохому обращению»183. После установления оккупационного
режима сразу же с появлением первых признаков сопротивле-
ния стали разрабатываться меры по его подавлению с «беспо-
щадной жестокостью». В случае появления «вооруженных банд»
полагалось уничтожать не только их членов, но и всех пойман-
ных поблизости подозрительных мужчин. Расстрелянных нуж-
но было вешать для устрашения населения, или, как говори-
лось в одном из приказов, «оставлять их трупы... повешенны-
ми». В другом приказе предписывалось «брать заложников (из
всех слоев населения), которых после отражения нападения
следует расстреливать и оставлять повешенными»184.
В своем обращении к войскам командующий 2-й армией фон
Вейхс указывал, что первой из таких акций возмездия был
расстрел оккупационными властями 100 сербов. Эти меры ста-
ли нормой поведения германских войск в Сербии на протяже-
нии всего периода оккупации.
Выполнение программы оккупантов по разделу территории
Югославии облегчалось позицией сепаратистски настроенных
кругов, существовавших в каждой из национальных земель
довоенной Югославии, которые видели свое будущее в сотруд-
ничестве с фашистскими государствами. Например, еще нака-
нуне фашистской агрессии руководство буржуазной словенс-
кой народной партии предложило главарям третьего рейха от-
деление Словении от Югославии. Однако планы создания само-
стоятельного государства потерпели крах, так как Германия и
151
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Италия попросту разделили между собой территорию Слове-
нии. На той части ее территории, которая была присоединена к
третьему рейху, нацисты приступили к осуществлению плана
германизации. В другой части, присоединенной к Италии, —
Люблянской провинции, в конце мая 1941 года при итальян-
ском верховном комиссаре была образована «консульта» (со-
вет) во главе с баном М. Натлаченом, в который вошли предста-
вители старых буржузных партий.
Черногорские сепаратисты еще до капитуляции югослав-
ской армии образовали «Временный административный черно-
горский комитет» и направили приветственное послание италь-
янским войскам. Позднее по договоренности с Италией они со-
здали так называемый Черногорский сабор, который 12 июля
1941 года провозгласил создание «Суверенной и независимой
Черногории». Но ни о какой независимости не могло быть и
речи. «Черногорское королевство» было оккупировано итальян-
скими войсками.
В присоединенной к Болгарии части Македонии сепаратист-
ские силы, объединенные вокруг ВМРО, оказали поддержку
болгарской аннексии. Болгарское правительство, используя ан-
тисербские настроения македонского населения, стремилось
представить оккупацию Македонии как присоединение Вардар-
ского края к «матери-родине — Болгарии».
В Сербии, где, как было сказано, немцы установили свое
военное управление, 1 мая 1941 года было сформировано кол-
лаборационистское «комиссарское правительство» во главе с
М. Ачимовичем, бывшим шефом полиции Белграда. В него вошли
представители многих буржуазных партий довоенной Югосла-
вии, а также командного состава бывшей королевской армии.
До 25 сентября 1941 года в Белграде находилось до 35 генера-
лов старой югославской армии, многие из которых стали колла-
борационистами185. Среди них был М. Недич, бывший началь-
ник генштаба и министр армии и флота, который возглавил
созданное германским командованием 29 августа 1941 года ма-
рионеточное сербское правительство.
Германский оккупационный режим в Сербии имел далеко
идущие цели, связанные с созданием «имперской крепости Бел-
град», установлением господства на Дунае и полным подчине-
нием военно-промышленным целям рейха богатых источников
стратегического сырья в Сербии, в том числе в районах Борско-
го рудника и Трепча (Косово и Метохии), богатого месторожде-
ниями олова и никеля.
152
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
Венгерские войска установили военное управление в Бачке,
Баранье, Меджумурье и Прекомурье, где была учреждена граж-
данская администрация. В дальнейшем венгерский парламент
принял закон о присоединении этих югославских земель к вен-
герским областям.
На аннексированных и оккупированных территориях
оккупанты устанааливали фашистский «новый порядок»,
характеризовавшийся геноцидом, разжиганием националь-
ной вражды и натравливанием одного народа на другой.
Проводилась политика денационализации, насильствен-
ного выселения и депортации. Например, приступив к
германизации территории Словении, присоединенной к
рейху, оккупанты сразу же запретили словенский язык.
На улицах Марибора появились воззвания: «Ты не слове-
нец, ты становишься чистокровным немцем»186.
В начале июля 1941 года гитлеровцы заключили соглаше-
ние с усташским правительством НХГ о переселении около
200 тыс. словенцев из Штирии и Каринтии на территорию «Не-
зависимого хорватского государства»187. Вместо них на словен-
скую территорию переселялись представители немецкого на-
ционального меньшинства из Буковины, Бессарабии, Добруджи
и южного Тироля. Немецкие власти, осуществляя германиза-
цию словенских территорий, сжигали словенские книги, запре-
тили словенский язык и все словенские общества, закрыли ти-
пографии. Они объявили собственностью немецкого государства
общественное имущество, конфисковывали собственность у мест-
ных торговцев, ремесленников и крестьян, в особенности у тех,
кого объявляли противниками рейха.
Аналогичную политику денационализации, т.е. насильствен-
ной ассимиляции местного населения, проводили итальянские,
венгерские и болгарские оккупанты. При этом необходимо от-
метить, что в Югославии было создано столько различных по
организационным формам и методам управления оккупацион-
ных систем, что подобного примера невозможно найти ни в од-
ной оккупированной в годы Второй мировой войны стране.
В отношении еврейского населения в Югославии герман-
ские власти действовали в рамках общей нацистской про-
граммы «окончательного решения еврейского вопроса» —
массового уничтожения евреев. Так, в Сербии уже к кон-
153
ШВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
цу 1941 года почти все мужчины-евреи стали жертвами
«карательных мер», после этого вермахт принялся за
женщин и детей. Около 7500 из них были схвачены нем-
цами «за шпионаж» и умерщвлены затем в специально
доставленных эсэсовцами из рейха душегубках. В мае 1942
года в Берлин поступило сообщение: «В Сербии евреев
больше нет»188.
Одним из активных элементов и рычагов германской поли-
тики уничтожения Югославского государства стало созданное
с санкции Германии и Италии «Независимое хорватское госу-
дарство». По сей день его история, сущность установленного
хорватскими усташами страшного режима с его крайне правой
расистской, экстремистской идеологией, остается в отечествен-
ных исследованиях белым пятном. При жизни Тито большин-
ство югославских и зарубежных историков рассматривали НХГ
как марионеточное государство, копировавшее систему фашист-
ского порядка в Германии, а его лидера — «поглавника» (фю-
рера) Анте Павелича как пешку в руках оккупантов. Пожалуй,
впервые массовый российский читатель узнал о том, что все,
происходившее в НХГ в годы Второй мировой войны, было на-
много сложнее и ужаснее, чем представлялось ранее, из книги
британского писателя и журналиста Р. Уэста «Иосип Броз Тито:
власть силы»189.
Уэст пишет, что, во-первых, НХГ и установленный в нем
режим не был чем-то навязанным извне, это государство пользо-
валось поддержкой широких слоев католического населения и
самой церкви. Политика НХГ по отношению к почти двум мил-
лионам православных сербов, заключавшаяся в том, чтобы «треть
обратить в католичество, треть выгнать из страны и треть унич-
тожить», — была задумана без участия стран «оси» и проводи-
лась с жестокостью, приводившей в ужас не только итальян-
ских оккупантов, но и представителей нацистской Германии.
Во-вторых, после Второй мировой войны почти все усташи из-
бежали наказания, им удалось бежать за границу, где они про-
должали свою деятельность по возрождению своей мечты о
воссоздании «НХГ»190.
15 апреля 1941 года в Загреб из Италии прибыл А. Павелич
с несколькими сотнями усташей; вскоре он создал усташское
правительство, став его главой и министром иностранных дел.
Своим заместителем, а также главнокомандующим вооружен-
ными силами Павелич назначил С. Кватерника, министром внут-
ренних дел — А. Артуковича, прозванного «югославским Гим-
154
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
млером». М. Будак стал исполнять обязанности министра по
делам религии и образования. Сын С. Квартерника — Евгену-
Дидо возглавил тайную полицию и концлагеря.
Это правительство сразу же приступило к «решению сербс-
кого вопроса». В апреле 1941 года был запрещен кирилличес-
кий шрифт. Сербам было приказано носить нарукавные повяз-
ки с латинской буквой «Р» (Pravoslavac), что означало «право-
славный». Были запрещены все сербские общества, учрежде-
ния, школы, началась конфискация земли и имущества сербов.
С одобрения и под покровительством загребского архиепископа
Аллойзие Степинаца, Верхне-боснийского епископа Ивана Ша-
рича государственные власти возглавили насильственное обра-
щение православных христиан в римско-католическую веру.
На протяжении весны и лета 1941 года католические свя-
щенники в сопровождении вооруженных усташей проводили
насильственное массовое крещение православных в селах по
всей Крайне, в Боснии и Герцеговине. В то же время законы
НХГ запрещали вторичное крещение любого, кто имел среднее
образование, учителей, торговцев, зажиточных ремесленников
и крестьян, а также православных священников, которые счи-
тались носителями «сербского сознания». Этой части населения
предстояло покинуть НХГ или умереть.
При поддержке католического клира было разрушено
299 православных церквей, 240 тыс. сербов насильствен-
но переведены в римско-католическую веру. Но главное —
началось физическое уничтожение сербов и православных
христиан. Только за шесть недель 1941 года усташи убили
180 тыс. сербов, в том числе троих православных епис-
копов191 . Тогда же появился термин «аљсепје» — («чишче-
нъе») — «чистка», который начал употребляться в до-
кументах НХГ.
В апреле 1941 года на районы Хорватии, Боснии и Герцего-
вины с сербским населением обрушилась волна массовых убийств
(резня), подробности о которых невозможно читать без содро-
гания. В архивах Сербской академии наук и искусств, Архиве
Военно-исторического института хранятся многочисленные опуб-
ликованные и неопубликованные документы о политике гено-
цида, которую проводили усташи под покровительством и с
одобрения римско-католической церкви.
Министр образования НХГ Будак сравнивал усташей с крес-
тоносцами на Святой Земле: «Следует помнить о том, — гово-
155
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
рил он, — что католическая церковь, которую не назовешь тер-
рористической организацией и не упрекнешь в глупости, воз-
главила шесть крестовых походов, чтобы отбить у неверных
гроб Господень. Дело дошло до того, что даже дети принимали
участие в священных войнах. И если так было в XI и XII веках,
то теперь можно с уверенностью сказать, что Церковь понима-
ет нашу усташскую борьбу»192.
Чтобы добиться в своей политике геноцида против сербского
народа поддержки со стороны боснийского населения, относив-
шего себя к мусульманам, Будак заявил, что хорваты якобы
принадлежат к двум вероисповеданиям — римско-католичес-
кому и исламу: «НХГ является исламским государством повсю-
ду, где только люди исповедуют мусульманскую веру. Я осо-
бенно подчеркиваю это, поскольку необходимо знать, что мы
являемся государством двух религий — католичества и мусуль-
манства... Мы, хорваты, должны быть счастливы и горды тем,
что у нас есть наша вера, и в то же время нам необходимо
помнить, что наши братья-мусульмане — те же самые чисто-
кровные хорваты, как уже заявлял наш почитаемый вождь Анте
Павелич»193.
В день святого Вида 28 июня 1941 года, когда сербы отмеча-
ли память предков, павших в 1389 году на Косовом поле, уста-
ши развернули еще большую по масштабам, чем в апреле, вол-
ну репрессий. Теперь они обрушились на районы Боснии и Гер-
цеговины. Для того чтобы представить все ужасы массовых
убийств сербов, приведем лишь один отрывок из письма свя-
щенника из Мостара доктора Мишича, направленного в авгус-
те 1941 года архиепископу Степинацу в Загреб: «Из Мостара и
Чаплина по железной дороге было отправлено шесть вагонов
женщин, девушек и детей... Их довезли до станции Сурманцы,
где выгнали из вагонов, завели в горы и живыми сбросили —
матерей и детей — в глубокие пропасти. В приходе Клепца были
перерезаны семьсот схизматиков из соседних деревень... В са-
мом Мостаре их (сербов) вязали сотнями, загоняли за городом в
вагоны, а затем расстреливали, словно животных»194.
Повсюду в НХГ были созданы многочисленные лагеря, сре-
ди которых особо выделялся «Концентрационный лагерь Ясе-
новац» и его филиалы. Именно в нем за годы существования
НХГ было уничтожено до 800 тыс. человек, большинство из
которых составляли сербы195.
В то время как усташи творили неслыханные злодеяния
над сербским народом, сотни тысяч сербов бежали из НХГ в
Сербию. По данным официальной статистики, в Сербии к авгу-
156
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
сту 1941 года насчитывалось до 180 тыс. беженцев из Хорва-
Анте Павелич:
«Если государство и я должны будем исчезнуть, все же
после нас останется некая единая национальная терри-
тория, которую мы оставим как наследство. Тогда по
крайней мере сербский вопрос будет решен»197.
Упомянутый А. Гутич объяснял геноцид сербского народа
практически так же: «Или мы победим, и эти проклятые сербы
будут уничтожены, или, если, к несчастью, снова возникнет
Югославия, мы хотя бы исправим статистику в пользу хорва-
тов»198.
Расправы и репрессии усташи проводили и в отношении
других народов. Евреи и цыгане также были объявлены вне
закона. 18 апреля 1941 года был издан «Закон об охране хор-
ватской собственности», в котором шла речь о конфискации в
первую очередь имущества евреев. За четыре года усташского
господства было уничтожено более 30 тыс. евреев и приблизи-
тельно такое же количество цыган199.
Проводя преступную политику геноцида, оккупанты и их
пособники сознательно стремились до максимума обострить
национальные и религиозные противоречия в Югославии. Сер-
бы находились в самом тяжелом положении. Им грозила опас-
ность биологического уничтожения. Гитлеровская Германия и
фашистская Италия несли ответственность за геноцид серб-
ского народа в НХГ, так как именно они сделали возможным
его создание и включение в его состав значительных террито-
рий с населением более 6 млн. человек. Это составляло 39,6 про-
цента от всего довоенного населения Югославии200. Политика
оккупантов — «разделяй и властвуй» была принята значитель-
ной частью югославских буржуазных кругов и правящих партий.
Она вызвала крайнее обострение национального вопроса, при-
вела к взрыву национального и религиозного шовинизма.
Германские, итальянские и другие оккупанты проводили
массовый террор и репрессии против тех, кто оказывал им ма-
лейшее сопротивление. За одного убитого немца уничтожали
сто сербов. За то, что группа сербских повстанцев убила 10 и
Ранила 26 немцев, 20 октября 1941 года по приказу оккупаци-
онных властей немецкие солдаты расстреляли в городе Крагу-
еваце (Сербия) 7 тыс. человек, преимущественно школьников и
Молодежи. В городе Кралево было расстреляно 5 тыс. человек,
157
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
в деревне Яинцы близ Белграда — около 80 тыс. человек; столько
же было уничтожено в концлагере на месте белградской яр-
марки. В концлагере Стара Градишка уничтожено 75 тыс., в
Ядовне — 72 тыс., в Сремска Митровица — 10 тыс. человек.
Итальянцы сослали в концлагеря около 150 тыс. югославов,
а немцы уничтожали их в лагерях Бухенвальд, Дахау, Маутха-
узен, Равенсбрюк и других. Интернированные югославы были
лишены права пользоваться статусом солдат воюющих сторон,
как это предусматривалось международным правом201.
15 июня 1941 года правительство Независимого хорватского
государства присоединилось к Тройственному пакту и стало
создавать собственные вооруженные силы. По требованию не-
мецкого командования в НХГ был сформирован 369-й легио-
нерский полк, который, пройдя обучение в Австрии, был на-
правлен на советско-германский фронт и действовал в составе
100-й егерской дивизии. Кроме того, усташское правительство
послало на советско-германский фронт эскадрилью истребите-
лей, которая была включена в 4-ю воздушную армию вермах-
та, а также эскадрилью бомбардировщиков, отряд моряков. В
составе итальянской дивизии «Амедео дука Д'Аоста» действо-
вала хорватская бригада. Всего усташское правительство на-
правило на советско-германский фронт до 8 тыс. легионеров,
которые были захвачены в плен войсками Красной армии во
время Сталинградской битвы202.
Создание коллаборационистского Независимого государства
Хорватия явилось нарушением Гаагской конвенции о законах и
правилах ведения сухопутной войны и квалифицировано на
Нюрнбергском процессе в решении от 1 октября 1946 года как
военное преступление государств «оси»203.
Эмигрантское королевское правительство, местом пребыва-
ния которого с лета 1941 года стал Лондон, получило поддерж-
ку правительства Великобритании, которое осудило создание
НХГ и заявило о признании единого Королевства Югославии
как оккупированного государства. 25 апреля 1941 года Конгресс
США принял решение и впредь признавать законным только
югославское эмигрантское правительство и осудил создание НХГ.
Таким образом, югославское королевское правительство сохра-
нило статус правительства союзного государства, находящего-
ся в состоянии войны со странами «оси»204.
В этот тяжелейший для народов Югославии период совет-
ское руководство, связанное договорными отношениями с Гер-
манией, все еще рассчитывало избежать войны с ней, поэтому
пыталось устранить любой повод, который бы мог спровоциро-
158
■'^етјЈПлава вторая «Югославский унитаризм» в контексте..,
вать советско-германское столкновение и вызвать недовольство
Германии. Следуя этой «прагматической» линии, советское пра-
вительство решило прекратить дипломатические отношения с
некоторыми государствами, территории которых уже были ок-
купированы германскими и итальянскими войсками. Тем более
что 4 мая 1941 года правительство третьего рейха направило
советской стороне ноту протеста, в которой выразило недоволь-
ство сохранением дипломатических отношений СССР с Гол-
ландией, Бельгией и Югославией205.
В заявлении от 8 мая 1941 года советское правительство
мотивировало прекращение деятельности в СССР югославской
дипломатической миссии тем, что после оккупации Югославии
деятельность советского полпредства в этой стране прекрати-
лась, так как советские представители покинули ее. Указыва-
лось, что «с момента оставления югославским правительством
территории Югославии и переезда его в Палестину советское
правительство не имеет больше связи с югославским прави-
тельством... Советское правительство поэтому считает, что пол-
номочия югославского посланника в СССР потеряли силу, —
ввиду чего с сего дня будет рассматривать югославского по-
сланника и сотрудников югославской миссии как частных лиц»206.
Вскоре после нападения Германии на Советский Союз дея-
тельность югославской миссии в СССР во главе с чрезвычай-
ным посланником и полномочным министром Югославии в СССР
М. Гавриловичем была возобновлена. А.Я. Вышинский 21 июля
1941 года заявил Гавриловичу, что СССР формально не поры-
вал отношений с Югославией, поэтому и не требовалось какого-
либо специального соглашения об их восстановлении207.
3 июля 1941 года народный комиссар иностранных дел СССР
В.М. Молотов направил телеграмму послу СССР в Великобри-
тании И.М. Майскому, в которой была изложена советская по-
зиция по вопросу восстановления национальных государств
Польши, Чехословакии и Югославии. В ней, в частности, ука-
зывалось: «Мы стоим также за восстановление Чехословацкого
и Югославского государств с тем, чтобы и в этих государствах
вопрос о характере государственного режима являлся их внут-
ренним делом»208. Эта позиция была доведена до сведения А. Иде-
на и югославского эмигрантского правительства.
Таким образом, эмигрантское правительство и король офи-
циально представляли Королевство Югославию как члена ан-
тигитлеровской коалиции. Однако они не стали той силой, кото-
рая была способна противостоять политике оккупантов по унич-
тожению единого Югославского государства. Королевское
159
^Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
правительство не имело ни армии за рубежом, ни реальной
политической партии или движения в стране, способного на
организацию сопротивления оккупационным режимам, установ-
ленным Германией, Италией и их сателлитами Венгрией и Бол-
гарией. Эмигрантское правительство связывало надежды на ос-
вобождение страны и свое возвращение в нее с победой запад-
ных союзников и их военной помощью. Хорошо известно, что
этим планам не суждено было осуществиться.
. Несмотря на крайнюю сложность внутриполитической об-
становки в Югославии, народы страны не смирились с навязан-
ными оккупантами и их пособниками в каждой из национальных
земель режимами, взорвали установленный «новый порядок».
С лета 1941 года в Югославии развернулось мощное движение
Сопротивления, которое вскоре приняло широкие масштабы и
переросло в настоящую народно-освободительную войну.
На сегодняшний день, каким бы ни было отношение со-
временного общества к коммунистической идеологии и
социалистической общественной альтернативе с точки
зрения их исторической перспективы, надо признать ис-
торический факт: Коммунистическая партия Югосла-
вии стала единственной силой, которой удалось объеди-
нить югославских патриотов в рамках общенациональ-
ного движения на принципах «братства и единства» всех
народов страны и поднять их на вооруженную борьбу.
Компартия Югославии выступила политическим и во-
енным руководителем народно-освободительного движе-
ния и с самого начала сумела придать ему организован-
ный характер.
За период существования Социалистической Федеративной
Республики Югославии центральной темой всех исторических
исследований было детальное изучение истории народно-осво-
бодительной войны и революционных преобразований в 1941—
1945 годах, деятельности КПЮ по созданию Народно-освобо-
дительной армии Югославии, подчеркивание заслуг компартии
во главе с И. Броз Тито по воссозданию единого югославского
государства на новых принципах федеративного устройства и
равноправия всех народов. По данной проблематике были на-
писаны десятки тысяч статей, изданы сотни документальных
сборников и тысячи книг. Значительное внимание этим же во-
просам уделялось и в советской исторической науке.
Однако очевидно, что в югославской истории существуют
160
5*
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
значительные «белые пятна». Не только бурный процесс пере-
оценки всего социалистического прошлого требует нового ос-
мысления происходившего в Югославии в годы Второй мировой
войны. Главное, что югославская трагедия 90-х годов XX века
уходит корнями в те годы. Из поля зрения историков «выпали»
такие уроки военных событий 1941—1945 годов, как сложный,
неоднозначный характер гражданской войны тех лет, имевшей
в своей основе не только и не столько классовое политическое
содержание, сколько вражду на этнической и религиозной по-
чве. Эта тема является предметом особого исследования и все
еще ждет внимания со стороны отечественных историков.
В данной работе лишь укажем, что вряд ли в годы Второй
мировой войны у народов Югославии была другая историчес-
кая альтернатива для выживания, кроме объединения под зна-
менами КПЮ. Логика объективных событий была такова, что
во главе освободительной борьбы встала коммунистическая
партия Югославии, которая видела свою опору в СССР как
главной силе антигитлеровской коалиции. От победы или пора-
жения Красной армии на советско-германском фронте зависе-
ли судьбы югославских народов: быть ли одним из них полнос-
тью уничтоженными, а другим оказаться вассалами в опреде-
ленной для них фашистскими государствами системе «нового
мирового порядка».
Напомним, что расчеты гитлеровской Германии, фашист-
ской Италии и их союзников с помошью оккупационных режи-
мов добиться покорности народов завоеванных балканских стран
и обеспечить себе спокойный тыл в войне против Советского
Союза потерпел полный провал. Совершенно непредвиденно для
государств фашистского блока на Балканах развернулось мощ-
ное движение Сопротивления, лидером которого являлись юго-
славские патриоты.
После нападения гитлеровской Германии на СССР под ру-
ководством Центрального Комитета КПЮ были созданы воен-
ные органы для руководства антифашистской борьбой — Глав-
ный (Верховный) штаб народно-освободительных партизанских
отрядов Югославии во главе с Иосипом Броз Тито и Главные
штабы во всех национальных землях. Партизанский способ ве-
дения борьбы был принят в качестве главной формы боевых
действий против оккупантов и их пособников. В июле—августе
1941 года партизанские действия развернулись почти во всех
краях Югославии, постепенно приобретая характер народного
антифашистского восстания. Компартия выдвинула лозунги
«Братство и единство», «Смерть фашизму — свобода народу»,
1 Балканский тупик?..
161
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
проводила политику вовлечения в антифашистскую борьбу всех
желающих, независимо от национальной принадлежности, ре-
лигиозных и политических убеждений.
В ряде районов страны возникли освобожденные террито-
рии, на которых уничтожались оккупационные и квислингов-
ские органы власти и создавались под руководством коммунис-
тов народно-освободительные комитеты в качестве основ буду-
щего нового общественного устройства.
В 1941 году центром вооруженной антифашистской борьбы
стали Шумадия и Западная Сербия, где была освобождена зна-
чительная территория, известная под названием «Ужицкая
республика». Там размещались Верховный штаб и ЦК КПЮ,
выходила газета «Борба».
Руководство Народно-освободительного движения во главе
с И. Броз Тито поддерживало постоянные контакты с Москвой,
получало через Коминтерн указания и директивы209. Вначале
связь осуществлялась через Центр радиосвязи в Загребе, за-
тем, с 1942 года, через радиостанцию Верховного штаба
Политика коммунистов по широкому вовлечению в антифа-
шистскую борьбу представителей всех народов Югославии про-
тивостояла другому течению в югославском Сопротивлении,
которое было представлено сторонниками королевского эми-
грантского правительства во главе с бывшим полковником юго-
славской королевской армии Драголюбом (Драже) Михайлови-
чем.
После капитуляции югославской армии он вместе с группой
офицеров приступил к формированию вооруженных отрядов
четников. Это движение имело националистическую окраску и
охватывало сербское население.
Политические цели Михайловича состояли в следующем:
«Борьба за свободу нашего (сербского) парода под скипет-
ром его величества Петра II. Создание великой Югосла-
вии и в ней Великой Сербии, этнически чистой, в грани-
цах Сербии, Черногории, Срема, Баната и Бачки. Очище-
ние государственной территории от всех национальных
меньшинств и национальных элементов. Создание непо-
средственной общей границы между Сербией и Черного-
рией, а также между Сербией и Словенией путем очище-
ния Санджака от мусульман и Боснии —■ от мусульман
и хорватов210.
В военном отношении цель Михайловича и его сторонников
состояла в создании сильной военной организации, которая после
162 6-2
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
разгрома Германии и победы западных союзников будет слу-
жить опорой для восстановления королевской великосербской
династии во главе с Петром II. С января 1942 года Михайлович
был назначен военным министром эмигрантского королевского
правительства. Военная концепция движения сводилась к так-
тике «выжидания» благоприятного момента для начала борьбы
в условиях наступления западных союзников и была аналогич-
ной действиям Армии Крайовой в Польше.
Таким образом, в политическом плане концепция четников
не давала альтернативы межэтническому столкновению между
сербами и хорватами. К тому же И. Броз Тито использовал
сотрудничество четников с оккупантами для дискредитации этого
движения в глазах международной общественности. В то же
время действия четников были далеко неоднозначными, осо-
бенно в Хорватии, где они являли собой кровавый ответ на тер-
рор усташей.
Под руководством КПЮ и по решению Верховного штаба к
концу 1941 года была проведена реорганизация партизанских
сил: партизанские отряды стали иметь единую организацион-
ную структуру, началось создание Народно-освободительной
армии Югославии. В ноябре 1942 года она уже имела в своем
составе 2 корпуса, 9 дивизий, 37 бригад и многочисленные парти-
занские отряды. В общей сложности к этому времени в рядах
Народно-освободительного движения, руководимого коммунис-
тами, сражалось до 150 тыс. человек211.
Командование вермахта, а также итальянское военно-поли-
тическое руководство предпринимало попытки путем массовых
репрессий и специальных военных операций разгромить НОАЮ
и партизан. На специальном совещании верховного главноко-
мандования Германии и Италии 19 декабря 1942 года было при-
нято решение уничтожить НОАЮ и «государство Тито». В со-
ответствии с этим был разработан специальный план наступ-
ления против НОАЮ, предусматривавший проведение в 1943 го-
ду серии операций «Вейхс I, II, III»212. Но несмотря на числен-
ное и техническое превосходство противника, главные силы
НОАЮ вышли из тяжелых и кровопролитных боев на реках
Наретва и Сутьеска в первой половине 1943 года с военной
победой. К концу 1943 года в рядах НОАЮ насчитывалось до
300 тыс. человек.
Югославия превратилась для оккупантов в настоящий
фронт, на котором они были вынуждены держать 30—
35 дивизий.
6*
163
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
Упрочились политические позиции Тито и его сторонников.
26—27 ноября 1942 года в боснийском городе Бихач на осво-
божденной территории было провозглашено создание общеюго-
славского политического представительного органа — Антифа-
шистского веча народного освобождения Югославии (АВНОЮ),
а 29—30 ноября 1943 года в боснийском городе Яйце АВНОЮ
было провозглашено верховным законодательным и исполни-
тельным представительным органом Югославии. Тогда же был
учрежден Национальный комитет освобождения Югославии во
главе с Председателем маршалом И. Броз Тито. На той же сес-
сии АВНОЮ было принято решение, запрещавшее королю
Петру II возвращаться в Югославию и лишавшее эмигрантское
правительство права представлять народы страны. В деклара-
ции второй сессии АВНОЮ заявлялось, что «Югославия стро-
ится на демократической федеративной основе как государ-
ственное содружество равноправных народов»213.
На заключительном этапе войны развернулась острая дип-
ломатическая борьба между СССР и НКОЮ, с одной стороны,
королевским эмигрантским правительством и западными союз-
никами — с другой по вопросам будущего Югославии, ее поли-
тического устройства и создания Югославского правительства.
СССР выступил на международной арене в качестве гаран-
та интересов прокоммунистических сил в Югославии214.
К осени 1944 года, когда войска Красной армии вышли к
границам Югославии, стало совершенно очевидным, что гер-
манскому командованию с помощью оперативных и тактичес-
ких действий против Народно-освободительной армии Югосла-
вии и партизан, репрессий и террора не удалось предотвратить
кризис оккупационной системы.
Вступление войск Красной армии в Югославию и совмест-
ное с НОАЮ освобождение восточных районов страны способ-
ствовало укреплению позиций высших органов новой полити-
ческой власти во главе с КПЮ.
В обстановке успешных действий советских войск на терри-
тории Венгрии и Австрии югославские войска завершили в 1945 го-
ду освобождение всей территории страны. К 15 мая была окружена
последняя группировка армий «Е» в Северной Словении.
Крымская конференция трех великих держав (4—11 фев-
раля 1945 года) рекомендовала Председателю НКОЮ И. Броз
Тито и премьер-министру эмигрантского правительства И. Шу-
бишичу образовать Временное объединенное правительство.
7 марта 1945 года было сформировано правительство Демокра-
тической Федеративной Югославии, в состав которого вошли
164
6-4
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
преимущественно коммунисты. Главой правительства и мини-
стром обороны стал И. Броз Тито.
11 апреля 1945 года в Москве был подписан Договор о друж-
бе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве между
СССР и Югославией.
Временное правительство Демократической Федеративной
Югославии было официально признано правительством Вели-
кобритании 14 марта, правительством СССР — 24 марта, пра-
вительством США — 2 апреля 1945 года.
29 ноября 1945 года на Учредительной скупщине была
принята декларация о провозглашении Федеративной
Народной Республики Югославии. Югославия стала со-
юзным государством, состоявшим из шести равноправ-
ных республик: Сербии с автономным краем Воеводина,
автономной областью Косово и Метохия; Македонии; Чер-
ногории; Боснии и Герцеговины; Хорватии; Словении.
19 декабря 1945 года югославское правительство направило
Советскому Союзу официальное уведомление о провозглаше-
нии ФНРЮ, на что советская сторона ответила, что принимает
это к сведению. Этим подтверждалось признание ФНРЮ.
Во время совещания министров иностранных дел СССР,
США, Великобритании в Москве 16—26 декабря 1945 года в
результате достигнутой договоренности правительства США и
Англии объявили 22 декабря 1945 года о признании ФНРЮ.
Таким образом, в годы Второй мировой войны КПЮ удалось
не только сплотить представителей различных национально-
стей Югославии для организации сопротивления оккупантам,
но и осуществить политические изменения в стране, взять в
руки главные рычаги власти, устранить с политической арены
своих противников в лице лондонского правительства, добиться
ликвидации монархии и признания со стороны основных дер-
жав антигитлеровской коалиции.
Вместе с тем нельзя оставить без внимания тот факт,
что огромные потери Югославии — 1 076 тыс. человек
убитыми, т.е. более 10 процентов населения страны, были
не только следствием преступных действий оккупаци-
онных войск, их вооруженного противоборства с парти-
занами и НОАЮ. Потери Народно-освободительной ар-
мии составили 305 тыс. убитыми215.
165
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Жертвами войны стали сотни тысяч сербов, евреев и цыган,
уничтоженных в Независимом хорватском государстве. Юго-
славы гибли в кровавых межэтнических, религиозных столкно-
вениях четников и усташей, сербов и албанцев, мусульман, ка-
толиков и православных.
В то же время руководящая роль коммунистов в Народно-
освободительном движении не была однозначной; она привнес-
ла в него характер политического противостояния и борьбы за
власть, за уничтожение четников как политических противни-
ков, выступавших за сохранение власти короля и сербской ди-
настии.
Несомненно, это увеличивало жертвы братоубийственной
войны, а также использовалось оккупантами для ослабления и
разобщения сил Сопротивления путем сотрудничества четни-
ков с гитлеровцами и итальянцами. Отнюдь не случайно руко-
водство Коминтерна неоднократно подчеркивало в своих теле-
граммах Тито приоритет общенациональных, общеюгославских
задач борьбы против оккупантов. Тем более что ряды четников
в своей массе состояли из сербских крестьян. Для иллюстрации
достаточно привести лишь один пример. Г. Димитров в теле-
грамме Тито от 28 декабря 1943 года указывал: «Стремитесь
избегать всего, что могло бы создать впечатление, что Вы отда-
ете приоритет хорватам перед сербами в новой федеративной
Югославии, т.е. заменяете предыдущую сербскую гегемонию на
хорватскую»216.
После освобождения Югославии и утверждения у власти
КПЮ И. Броз Тито и его соратники сделали все, чтобы
расправиться со сторонниками короля и монархии. Ге-
нерал Д. Михайлович был арестован и осужден на смерть,
лишь некоторым лидерам четников удалось покинуть
страну. В то же время главари у статей, включая Анте
Павелича, по чьей-то злой воле, словно исчезли. Они вы-
плыли на поверхность лишь через несколько лет в Ар-
гентине, Испании, Австрии, США. Как и почему им уда-
лось избежать международного возмездия, по-прежнему
остается загадкой.
В новой Югославии во имя «братства и единства» старались
не вспоминать кровавых преступлений усташей, об их жертвах
мало упоминалось в официальной истории. Когда спустя деся-
тилетия в Республике Хорватии в составе СФРЮ вновь зазву-
чали идеи ее независимости, появились легенды о том, что ге-
166
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
ноцида в отношении сербов в усташском хорватском государ-
стве вообще не было. Однако жертвы террора, осуществленного
усташами в годы Второй мировой войны, остались в памяти
людей.
* *
*
Итак, принятием Конституции ФНРЮ в 1946 году была по-
ставлена последняя точка, означавшая конец «первой Югосла-
вии». Ее возникновение и разрушение связано с двумя мировы-
ми войнами. Было ли создание Королевства Югославии, санк-
ционированное державами-победительницами в Первой миро-
вой войне, исторической ошибкой?« Вряд ли можно однозначно
ответить на этот вопрос. Во всяком случае, в той системе коор-
динат в межвоенный период это самое крупное в Балканском
регионе государство служило фактором стабильности и важ-
ным противовесом экспансионистским устремлениям реванши-
стских кругов в соседних странах, потерпевших поражение в
Первой мировой войне. В то же время Королевство Югославия
входило в Версальскую систему мирных договоров, которая
вместе с Лигой Наций не обеспечила длительного мира и безо-
пасности малых и больших стран, не предотвратила борьбу ве-
ликих держав за гегемонию на Европейском континенте. Не
успели высохнуть чернила под Версальским договором, как
Германия стала вынашивать планы его ревизии, используя в
своих интересах противоречия среди малых и великих евро-
пейских стран, манипулируя неясным принципом «права на-
ций на самоопределение» для обоснования своих территори-
альных претензий и пересмотра границ.
Великосербская династия во главе с королем Александром-
объединителем явилась слишком слабым обручем, на котором
держалось единство Югославского государства. Идея «югосла-
визма» — создания «трехименного народа»: сербов, хорватов,
словенцев, — оказалась слишком зыбкой, чтобы противостоять
центробежным тенденциям среди народов в «первой Югосла-
вии», отличавшихся своими историческими судьбами, религия-
ми, культурой и пр. К тому же после победы Октябрьской рево-
люции и образования СССР королевство Югославия попало вме-
сте с другими малыми государствами в разряд «враждебных
капиталистических стран», входивших в систему санитарного
кордона, созданного вокруг большевистской России. Тем самым
Югославия и другие балканские страны лишились традицион-
ной внешнеполитической поддержки со стороны великого со-
167
^Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
седнего государства и не рассматривались советским руковод-
ством как возможные союзники в обеспечении безопасности
СССР на Юге.
Королевство Югославия накануне Второй мировой войны
оказалось практически во враждебном окружении, оставлен-
ное на произвол судьбы «мюнхенскими миротворцами».
Сотрясаемая внутренними кризисами и национальными про-
тиворечиями, Югославия стала легкой добычей для нацистской
Германии, фашистской Италии и их сателлитов. Этнополити-
ческая ситуация в стране стала одним из важных инструмен-
тов в руках завоевателей и установления ими оккупационного
порядка.
Националистическому экстремизму, шовинизму, политике
геноцида Народно-освободительное движение во главе с КПЮ
противопоставило общенациональную идею борьбы против ок-
купантов и перспективу возрождения единого Югославского
государства. Ее реализация стала возможна в результате ре-
шающей роли СССР и его вооруженных сил в победе антигит-
леровской коалиции во Второй мировой войне и международ-
ной поддержке, оказанной советским руководством коммунис-
тическим силам новой Югославии.
Библиография к главе второй
1 Троцкий Л.Д. Моя жизнь: опыт автобиографии. Берлин,
1930. С. 205-206.
2 Русская военная эмиграция 20-х — 40-х годов. Документы
и материалы. М., 1998. Т. 1. Кн. 1, С. 42, 47.
3 Российский государственный военный архив (далее: РГВА).
Ф. 33987. Оп. 3. Д. 72. Л. 78-79.
4 Там же.
5 Вопросы истории. 1988. № 10. С. 128-137; Славяноведение.
1992. № 4. С. 20, 32.
6 Архив внешней политики Российской Федерации (далее:
АВП РФ). Ф. Российская миссия в Белграде. Оп. 508. П. 3. Д. 69.
Л. 3.
7 Подробнее см.: Чему свидетели мы были... Переписка быв-
ших царских дипломатов 1934-1940. Сборник документов в двух
книгах. М., 1998. Кн. 1.
8 Тесемников В. Российская эмиграция в Югославии (1914-
1945 годы) // Вопросы истории. 1988. № Ю. С. 128.
9 Подробнее см.: Русская эмиграция в Югославии. М., 1996.
С. 87.
10 Косик В.И. Русская Югославия: фрагменты истории, 1914-
1944. // Славяноведение. 1992. № 4. С. 25.
11 Чему свидетели мы были... Кн. 1. С. 57-61.
12 PetranovićBr. Istorija Jugoslavije. 1918-1978. Beograd, 1981.
S. 52-53.
13 В декабре 1920 года ХНКП была переименована в Хор-
ватскую республиканскую крестьянскую партию (ХРКП).
14 См.: Уэстп. Р. Иосип Броз Тито. Власть силы. Смоленск,
1997. С. 70-71.
15 См.: Волков В.К. Операция «Тевтонский меч». С. 50-52.
16 Tomaević J. War and Revolution in Yugoslavia 1941-1945.
Stanford, 1975. Vol. I. P. 119-120.
17 История македонского народа. Скопье, 1975. С. 296-297,
305.
18 Центр хранения историко-документальных коллекций (да-
лее: ЦХИДК). Ф. 1385. Оп. 1. Д. 103. Л. 130.
19 Там же. Л. 135.
20 PetranovieB. Istorija Jugoslavije 1918-1978. S. 66.
169
НЈВасшњева, ВХаврилов Балканский тупик?..
21 См: Романенко С.А. Югославский кризис конца 80-х —
начала 90-х годов (исторические корни и этнополитические
причины). // Конфликты в послевоенном развитии восточноев-
ропейских стран. М., 1997. С. 210-232.
22 Čulinovic F. Jugoslavia između dva rata. Zagreb, 1961. Т. I.
S. 525-530.
23 Petranovicr B. Istorija Jugoslavije. 1918-1978. S. 100-103.
24 NenezićZ. Masoni u Jugoslaviji (1764-1980). Beograd, 1984.
S. 402.
25 Подробнее см.: Волков В.К. Операция «Тевтонский меч».
С. 60-64.
26 ЦХИДК. Ф. 1385. Оп. 1. Д. 208. Л. 16-33.
27 Там же.
28 Там же. Л. 28-30.
29 Цит. по: Волков В.К. Германо-югославские отношения и
развал Малой Антанты. 1933-1938. М., 1966. С. 35.
30 Българо-съветски политически и военни отношения (1917-
1941). Статии и документи. София. 1998. С. 35.
31 Российский Государственный архив социально-политичес-
кой истории (РГАПИ). Ф. 17. Оп. 17. Оп. 3. Д. 281. Л. 2.
32 Адибеков К.М.у Шахназарова Э.Н., Шириня К.К. Органи-
зационная структура Коминтерна. 1919-1943. Далее: Организа-
ционная структура Коминтерна. М., 1997. С. 38-43.
33 Там же. С. 19.
34 Коминтерн и идея мировой революции. Документы. М.,
1998. С. 3-4.
35 РГАСПИ. Ф. 509. Оп. 1. Д. 1. Л. 2-6.
36 Там же.
37 Кокур А., Петров Н. ГПУ-ОГПУ (1922-1928). // Свобод-
ная мысль. № 7. С. 113.
38 Организационная структура Коминтерна. 1919-1943. С. 74-
75.
39 Там же. С. 80-81.
40 РГВА. Ф. 33987. Оп. 3. Д. 73. Л. 510-516. '
41 Там же. Л. 493.
42 Подробнее см.: Гришина Р.П. Формирование взгляда на
македонский вопрос в большевистской Москве 1922-1923 гг. //
Македония: проблемы истории и культуры. М., 1999. С. 178-185.
43 Организационная структура Коминтерна. С. 86.
44 PetranovićB. Istorija Jugoslavije. 1918-1978. S. 70-72.
45 РГАСПИ. Ф. 495. On. 2. Д. 22а. Л. 5.
46 Македония: проблемы истории и культуры. С. 173-174.
47 Документы внешней политики СССР. М., 1962. Т. VI. С. 132.
48 Цит. по: Македония: проблемы истории и культуры. С. 191.
170
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
49 Там же.
50 Краткая история Болгарии. М., 1987. С. 342.
51 ЦХИДК. Ф. 1385. Оп. 1. Д. 101. Л. 131-133.
52 Настоящая фамилия неизвестна.
53 Подлинные Ф.И.О. неизвестны.
54 ЦХИДК. Ф. 1385. Оп. 1. Д. 101. Л. 131-133.
55 Там же. Л. 77.
56 РГВА. Ф. 33987. Оп. 3. Д. 99. Л. 163-171.
57 Там же. Л. 21.
58 Сталин И.В. Вопросы ленинизма. Изд. 9-е. М., 1933. С. 106-
107, 184-185.
59 РГАСПИ. Ф. 509. Оп. 1. Д. 69. Л. 93-94.
60 Коминтерн и идея мировой революции. Документы. С. 535-
537.
61 РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 60. Д. 90а. Л. 14-29.
62 ЦХИДК. Ф. 7. Оп. 1. Д. 1210. Л. 17.
63 Стенографический отчет VI конгресса Коминтерна. М.-Л.
Вып. 6. С. 81, 86, 98-100.
64 См.: Уэст Р. Иосип Броз Тито: власть силы. С. 77; Broz
Tito J. Sabrana djela. Т. 2. S. 168.
65 Преглед историје СКЈ. Београд, 1963. С. 169-170.
66 ЦХИДК. Ф. 1385. Оп. 1. Д. 208. Л. 44.
67 Фогель Д. Германия и Юго-Восточная Европа. // Вторая
мировая война. Дискуссии. Основные тенденции. Результаты
исследований. Под ред. В. Михалки. Пер. с нем. М., 1996. С. 418.
68 Вторая мировая война. Дискуссии. Основные тенденции.
Результаты исследований. (Далее: Вторая мировая война. Дис-
куссии). С. 76-83.
69 КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и
пленумов ЦК. М., 1970. Т. 4. С. 15.
70 РГАСПИ. Ф. 509. Оп. 1. Д. 134. Л. 44-46.
71 Документы внешней политики СССР. М., 1968. Т 13. С. 315-
316.
72 Цит. по: История дипломатии. Т. 3. М.-Л., 1945. С. 436.
73 Rauschning H. The voice of destruction. Hitler speaks. 1932-
1934. New York. 1940. VIII. P. 295.
74 Волков В.К. Германо-югославские отношения и развал
Малой Антанты. 1933-1938. М., 1966. С. 37.
7g Документы внешней политики СССР. М., 1971. Т. 17. С. 126,
776-777.
76 Там же. С. 146.
77 Архив внешней политики РФ. Ф. 74. Оп. 18. П. 105. Д. 1. Л.
59-60.
78 ЦХИДК. Ф. 1385. Оп. 1. Д. 208. Л. 63-65.
171
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
79 Nenezi* Z. Masoni u Jugoslaviji (1764-1980). S. 421-422.
80 Meštrovi<r J. Uspomene na političke ljude i događaja. Zagreb,
1969. S. 202.
81 Волков В.К. Операция «Тевтонский меч».
82 Волков В.К. Германо-югославские отношения и развал
Малой Антанты. 1933-1938. С. 110-111.
83 Вторая мировая война. Дискуссии. С. 418.
84 Коминтерн и идея мировой революции. Документы и ма-
териалы. С. 391-393.
85 Там же.
86 Там же. С. 902.
87 Там же.
88 АВП РФ. Ф. 74. Оп. 18. Д. 1. П. 104. Л. 70-72.
89 Там же. Ф. 74. Оп. 19. Д. 1. П. 105. Л. 3-6.
90 РГВА. Ф. 33987. Оп. 3. Д. 1027. Л. 182-187.
91 Вторая мировая война. Дискуссии, основные тенденции.
Результаты исследований. С. 437.
92 Dedijer V. Interesne sfere. Beograd, 1980. S. 175-180.
93 Цит. по: Буханов В.А. «Имперская крепость Белград». Гер-
манские планы колонизации Юго-Восточной Европы (1931-1941)
// Советское славяноведение. 1989. № 1. С. 29-30.
94 См.: Судоплатов П. А. Спецоперации. Лубянка и Кремль
1930-1950 годы. М., 1998. С. 99-100, 141.
95 Документы и материалы кануна Второй мировой войны.
1937-1939. В 2-х т. М, 1981. Т. 1. С. 234.
96 Die Zersturung Europas. Beitr,oge zur Weltkriegsepoche 1914
bis 1945. Berlin. 1988. 219-238.
97 Суворов В. Ледокол. Кто начал Вторую мировую войну?
М., 1992; его же: Последняя республика. М., 1995 и др.
98 Городецкий Г. Миф «Ледокола». Накануне войны. Пер. с
англ. М., 1995; его же: Роковой самообман. Сталин и нападение
Германии на Советский Союз. М., 1999.
99 PetranoviaB. Istorija Jugoslavije. 1918-1978. S. 139.
100 См.: Волков В.К. Мюнхенский сговор и балканские стра-
ны. М, 1978. С. 212-213.
101 Цит. по: Вторая мировая война. Дискуссии... С. 448.
102 Там же. С. 448-449.
юз XVIII съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М., 1939.
С. 14.
104 См.: Городецкий Г. Роковой самообман. Сталин и нападе-
ние Германии на Советский Союз. С. 11-20.
105 Sutton Antony С. Wall Street and Rise of Hitler. California:
76 Press. 1976. P. 15-16, 79.
172
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
106 Българо-германски отношения и връзки. София, 1972. Т. 1.
С. 406.
107 Akten zur deutschen answartigen Politik (ADAP). Ser. D.
Bd. 6 Dok. № 529.
108 Городецкий Г. Роковой самообман. Сталин и нападение
Германии на Советский Союз. С. 21-22.
109 Год кризиса. Документы и материалы. 1938-1939. М., 1990.
Т. 2. С. 321.
110 Димитров Г. Дневник (9 март 1933 — б февруари 1949).
София, 1997. С. 181-182.
111 Коминтерн и Вторая мировая война. Часть 1. М., 1994.
С. 88-89.
112 Там же. С. 122-126.
113 Советско-болгарские отношения и связи. 1917-1944. До-
кументы и материалы. М., 1976. Т. 1. С. 465.
114 Българо-съветски политически и военни отношения (1917-
1941). (Статии и документи). София. 1998. С. 165.
115 Оглашению подлежит: СССР— Германия 1939-1941 гг.
Документы и материалы. (Далее — Оглашению подлежит). М.,
1991. С. 155.
не ргва. Коллекция документов.
117 Документы внешней политики. 1939 год. М., 1992. Т. 22.
Кн. 2. С. 314.
118 Там же. С. 633-634.
119 Документы внешней политики. 1939 год. Т. 22. Кн. 2. С. 242;
Волков В.К. Советско-германские отношения во второй полови-
не 1940 года. // Вопросы истории. 1997. № 2. С. 10.
120 АВП РФ. Ф. 06. Оп. 2. П. 13. Д. 132. Л. 45.
121 Спасов Л. Българо-съветски дипломатически отношения.
1934-1944. София, 1987. С. 108.
122 Warlimont W. Im Hauptquartier der deutshen Wehrmacht
1939-1945. Frankfurt/M. 1964. S. 126.
123 Haider F. Kriegstagebuch. Tagliche Aufzeichnungen des Chefs
des Generalstebes des Heeres 1939-1942. Stuttgart. 1962-1964. Bd.
2. S. 37-46; История Второй мировой войны. 1939-1945. М., 1973.
Т. 3. С. 231-232.
124 Вопросы истории. 1997. № 2. С. 4.
125 Там же. С. 5.
126 РГВА. Ф. 33987. Оп. 3. Д. 1306.
127 Гиренко Ю.С. Сталин— Тито. М., 1991. С. 76; Genčia V.
Enigma Kopinie. Beograd, 1983. Т. 1. S. 121, 131.
128 РГАСПИ. Ф. 495. On. 74. Д. 600. Л. 46.
129 Там же.
173
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
130 Petranovia Br.f Dautovia S. Jugoslovenska revolucija i SSSR
(1941-1945). Beograd, 1988. S. 23-24.
131 РГАСПИ. Ф. 495. On. 74. Д. 600. Л. 45-47.
132 Там же. С. 45.
из Petranovia В., Dautoviv S. Jugoslovenska revolucija i SSSR
(1941-1945). S. 23.
134 Анатомия агрессии. М., 1975. С. 120, 140.
135 Aprilski rat 1941. Zbornik dokumenata. Beograd, 1969. Knj. I.
S. 432.
136 История Второй мировой войны 1939-1945 гг. М., 1974.
Т. 3. С. 282.
137 Правда. 1940. 2 авг.
138 Волков В.К. Советско-германские отношения во второй
половине 1940 года. // Вопросы истории. 1997. № 2. С. 8-15.
139 Там же. С. 8-9.
140 Там же. С. 9.
141 Там же.
142 Там же. С. 10.
143 Там же. С. 9-11.
144 Оглашению подлежит: СССР — Германия 1939-1941. До-
кументы и материалы. 1991. С. 269-270.
145 Там же. С. 271-272.
146 Там же. С. 287.
147 Там же. С. 288.
148 АВП РФ. Ф. Об. Оп. 2. П. 13. Д. 135. Л. 8-9.
149 Там же.
150 Там же. С. 14-15.
151 Колпакиди А.И., Прохоров Д.П. Империя ГРУ. Очерки
истории российской военной разведки. М., 2000. Кн. 1. С. 265.
152 Советское славяноведение. 1991. № 4. С. 15.
153 Българо-съветски политически и военни отношения (1917-
1941). (Статии и докименти). С. 184.
154 Оглашению подлежит. С. 300-301.
155 АВП РФ. Ф. 06. Оп. 3. П. 10. Д. 118. Л. 51-52.
156 Колпакиди AM., Прохоров Д.П. Империя ГРУ. Кн. 1. С. 266.
157 Отношения России (СССР) с Югославией 1941-1945 гг.
Документы и материалы (далее — Отношения России (СССР) с
Югославией). М., 1998. С. 9; Petranovicr, Dautovicr. Op. cit. S. 17.
158 Там же.
159 Судоплатов П.А. Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930-
1950. С. 178.
160 Дашичев В. Банкротство стратегии германского фашиз-
ма: Ист. очерки. Документы и материалы. М., 1973. Т. 1. С. 700.
174
Глава вторая «Югославский унитаризм» в контексте...
161 Отношения России (СССР) с Югославией. С. 12-13, 467.
162 Цит. по: Гиренко Ю.С. Сталин — Тито. М., 1991. С. 86.
163 Отношения России (СССР) с Югославией. С. 22.
164 Там же. С. 19.
165 Там же. С. 22-23.
166 Zbornik dokumenata i podataka o narodnooslobodilačkom
ratu jugoslovenskih naroda. Beograd, 1954. T. 2. Knj. 2. S. 469-470;
Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 7021.
Оп. 148. Д. 256. Л. 171.
167 Zbornik dokumenata i podataka. Т. 2. Knj. 2. S. 470.
168 Ibid. S. 475-476; Дашичев В.И. Банкротство стратегии гер-
манского фашизма.« Исторические очерки. Документы и мате-
риалы. М., 1973. С. 711.
169 Отношения России (СССР) с Югославией. С. 17-18.
170 Там же. С. 18.
171 Димитров Г. Дневник (9 март 1933 — 6 февруари 1949).
С. 223.
172 Отношения России (СССР) с Югославией. С. 470.
173 Там же. С. 25.
174 Там же. С. 27.
175 АВП РФ. Ф. 06. Оп. 3. Д. 375. П. 27. Л. 8-13.
176 Там же. Л. 15.
177 Отношения России (СССР) с Югославией. С. 30, 33-34.
178 Там же. С. 34; Городецкий Г. Роковой самообман. Сталин и
нападение Германии на Советский Союз. С. 178-179.
179 Das Deutsche Reich und dez Zweite Weltkrieg. Stuttgart,
1984. Bd. 3. S. 448, 458.
180 Plenča D. Medunarodni odnosi Judoslavije u toku drugog
svjetskog rata. Beograd, 1962. S. 9.
181 Дашичев В.И. Банкротство стратегии германского фашизма.
Т. 1. С. 714.
182 Цит. по: ČulinoviaF. Stvaranje nove Jugoslavenske države.
Zagreb, 1959. S. 26.
183 Вторая мировая война. Дискуссии. Основные тенденции.
Результаты исследований. С. 425.
184 Там же. С. 426.
185 MarjanovitrJ. Ustanak i naradnooslobodilački pokret u Srbije.
1941. Beograd, 1963. S. 74.
186 Стругар В. Югославия в огне войны. 1941-1945. Пер. с
сербского. М., 1985, С. 24.
187 Там же.
188 Вторая мировая война. Дискуссии. Основные тенденции.
Результаты исследований. С. 428.
175
НЛасильева, ВТаврилов Балканский тупик?,;
189 Уэст Р. Иосип Броз Тито: власть силы. Пер. с англ. Смо-
ленск, 1997.
190 Там же. С. 98-99.
191 Петрович Р. Геноцид с благословения Ватикана. Перевод
с сербского. Нижний Новгород, 1999. С. 8.
192 Цит. по: Уэст Р. Иосип Броз Тито: власть силы. С. 106.
193 Там же. С. 106-107.
194 Alexander S. Church and State in Yugoslavia since 1945.
Cambridge, 1979. P. 32.
195 ČulinovidF. Okupatorska podjela Jugoslavije. Beograd, 1970.
S. 324.
196 Петрович Р. Указ. соч. С. 11.
197 Цит. по: Петрович Р. Указ. соч. С. 9-10.
198 Там же.
199 Čulinovie F. Op. cit. S. 324.
200 Luka<r D. Treari rajh: zemlje Jugoistočne Evrope. Beograd,
1982. T. 2. S. 526.
201 Апич Н. Народно-освободительная война в Югославии
1941-1945. Белград. 1985. С. 10.
202 Стругар В. Югославия в огне войны. 1941-1945. М., 1985.
Пер. с сербского. С. 32.
,203 Джоилагич А. и др. Югославия во Второй мировой войне.
Београд, 1967. С. 40.
204 Там же. С. 41.
205 Plenča D. Međunarodni odnosi Jugoslavije u toku drugog
svjetskog rata. Beograd, 1962. S. 42.
206 Отношения России (СССР) с Югославией 1941-1945 гг.
Документы и материалы. С. 37-38.
207 Там же. С.52.
208 Там же. С. 47.
209 Подробнее см.: Гиренко Ю.С. Сталин— Тито. С. 103-104.
210 Документа о издајству Драже Михајловића. Београд. 1945.
Кн. 1. С. 12.
211 Ani<r N. i dr. Narodnooslobodilačka vojska Jugoslavije.
Beograd, 1982. S. 550.
212 Джоилагич А. и др. Указ. соч. С. 63, 111.
213 Отношения России (СССР) с Югославией. 1941-1945. С. 204-
205.
214 Подробнее см.: Гибианский Л.Я. Советский Союз и новая
Югославия. 1941-1947. М, 1987. С. 100-174.
215 Стругар В. Указ. соч. С. 324.
216 Димитров Г. Дневник (9 марта 1933 — 6 февруари 1949).
С. 399.
Глава третья
ЮГОСЛАВИЯ В ГОДЫ «ХОЛОДНОЙ
ВОЙНЫ» И БИПОЛЯРНОГО МИРА
Отгремели залпы Второй мировой, и мир оказался перед но-
вой геополитической и военно-стратегической реальностью
эпохи «холодной войны». Главным двигателем международных
отношений и внутренней политики большинства стран стано-
вилось противостояние двух военно-политических группировок.
Исторические и политологические исследования последних
лет, проведенные в нынешней России и за рубежом, с разных
ракурсов рассматривают и объясняют суть и основные направ-
ления внешнеполитических концепций ведущих мировых дер-
жав — бывших союзниц по антигитлеровской коалиции, опре-
деляют доктринальные положения, лежавшие в основе постула-
тов «холодной войны» и их конкретных проявлений в глобаль-
ном и региональном масштабах.
Известно, что первоначально метафора «холодная война»
появилась осенью 1945 года на страницах английского журнала
«Трибюн» в международном комментарии известного писателя
Дж. Оруэлла. Затем ее в одной из своих публичных речей вес-
ной 1946 года употребил видный американский банкир и близ-
кий к президенту США политический деятель Б.Барух. Воз-
никновение термина могло означать определенную «заданность»
развернувшегося после Второй мировой войны противоборства
по линии Восток — Запад. Конечно, Вторая мировая война и та
роль, которую в ней сыграли две великие державы — СССР и
США, могли предопределить биполярный характер послевоен-
ного мира. Однако биполярность еще не означала автоматичес-
кого повышения уровня конфликтности, тем более что в ходе
самой войны конфликтные ситуации, возникавшие в антигит-
леровской коалиции, успешно разрешались и преодолевались.
Теоретики современной конфликтологии подходят к иссле-
дованию «холодной войны» и отношений между Востоком и
Западом в том числе с точки зрения восприятия и осознания
ими друг друга, соответствующих интересов, характера взаим-
177
^Васильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
ной угрозы и прочее. Причем большую роль играет оценка того,
насколько участники конфликта подвержены влиянию иска-
женных, оторванных от реальности представлений о противни-
ке, которые тем не менее влияют на разработку внешнеполити-
ческой стратегии и тактики страны1 .
Исследователи проявляют повышенный интерес к рассмот-
рению того, как каждая из противоборствующих сторон выгля-
дела в глазах другой. Большое значение придается влиянию
отдельных политических лидеров на процесс принятия реше-
ний, поскольку этот фактор воздействовал на отношения меж-
ду СССР и западными державами и вообще на международный
процесс.
Российские ученые после расширения доступа к ранее закры-
тым архивным документам центральных органов власти СССР
все больше внимания уделяют ставшей популярной в 80-е годы
за рубежом «имиджиологии», посвященной процессу формиро-
вания пространственно-политических образов в системе обще-
ственных, государственных и политических отношений.
Наименее доступными для исследователей и по сей день
остаются материалы аппарата ЦК ВКП (б), специаль-
ных служб, прежде всего разведки, и главное — Сталина и
его соратников, необходимые для того, чтобы опреде-
лить, что же лежало в основе восприятия и формирова-
ния их взглядов на послевоенный мир, какие из следую-
щих факторов: идеологические, геополитические, воен-
но-стратегические, играли приоритетную роль во внеш-
неполитической деятельности советского руководства
при обеспечении безопасности СССР?
Имеется определенная тенденция со стороны как западных,
так и российских ученых — перекладывать ответственность за
возникновение «холодной войны», с одной стороны, на Сталина
и его окружение с их политикой расширения зоны коммунизма
в Европе, а с другой — на политику Запада с его «жестким»
подходом к своему бывшему союзнику в войне — СССР. Эти
взгляды отражают реалии эпохи, наличие двух тенденций в
подходах СССР и Запада к оценкам противоположной стороны.
Среди политических кругов СССР — это подозрительность и
враждебность к «классовому противнику», боязнь расшатыва-
ния главных стержней внутреннего порядка под влиянием рас-
ширившихся за годы войны контактов с Западом, расхождения
с США и Великобританией по проблемам послевоенного уст-
ройства.
178
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
Имеется и такая точка зрения, что сведение послевоенного
противостояния Запада и СССР лишь к борьбе коммунизма и
западной демократии носит демагогический характер. Согласно
этим взглядам, май 1945 года превратил СССР в национально-
державную геополитическую силу с традиционными истори-
ческими интересами, и поэтому в основе конфронтации лежало
не сдерживание коммунизма, а отрицание Западом СССР как
преемника русской истории и Великой России2.
Как бы то ни было, к настоящему времени имеется более
широкая возможность проследить по первоисточникам, насколь-
ко указанные выше тенденции проявились в отношении Бал-
кан и Югославии во внешнеполитических концепциях основ-
ных мировых держав после Второй мировой войны. Ведь Бал-
канский регион играл не последнюю роль в общей системе пос-
левоенных планов как СССР, так и западных партнеров по анти-
гитлеровской коалиции, и именно здесь возникли первые очаги
напряженности, переросшие в кризисные ситуации.
Как свидетельствуют документы, концепция «геогра-
фической безопасности» играла в советских планах мир-
ного урегулирования в Европе важную роль. В проектах
будущего мира, разрабатываемых в комиссиях, создан-
ных по решению Политбюро ЦК ВКП (б) еще в январе
1942 года (С.А.Лозовский, М.М.Литвинов, И.М.Майский),
к 1945 году обрисовались контуры общей концепции, глав-
ной целью которой были предложения по превращению
СССР в столь могущественное государство, которому
«уже больше не могла быть страшна никакая агрессия в
Европе и в Азии»3. Среди основных черт концепции безо-
пасности было создание «зон» или «сфер» безопасности
СССР, в которые включались и Балканы.
От раздела сфер влияния к «холодной войне»
Советские руководители хотя и не были в классическом
смысле геополитиками, но хорошо разбирались в геострате-
гических преимуществах и слабостях Советского Союза. Вос-
точная Европа рассматривалась ими как «оборонительный бу-
фер» против возможных агрессий в будущем4. Идеологические
соображения в этих планах, касавшиеся распространения
179
КВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
коммунистических режимов на соседние страны также присут-
ствовали, но все же играли подчиненную роль национально-
государственным интересам страны, и рассматривались в свя-
зи с необходимостью прихода к власти в этих государствах дру-
жественных СССР правительств5.
Очевидно, что формулирование планов по внешнеполитй^
ческим вопросам в Москве проходило и под влиянием посту-
павшей к советским руководителям информации по каналам
разведывательных служб. Так, ныне известно, что с 1942 по
1945 год группой К.Филби были добыты три документа по во-
просам послевоенного мира и политики Великобритании в отно-
шении СССР. В первом документа — меморандуме А.Идена от
28 января 1942 года была дана оценка возможной расстановки
сил в Европе, согласно которой после войны здесь не будет ни
одного государства, способного противостоять России. Идеи брал
прагматический курс на сотрудничество с Россией для предот-
вращения возрождения Германии, но при условии предъявле-
ния к СССР жестких требований: размещение английских баз
в Европе, отказ СССР от территориального расширения и его
согласие на создание федерации слабых балканских стран, вклю-
чающей также Польшу и Чехословакию6.
Другой документ— это личное письмо английского пред-
ставителя при временном правительстве Франции Д.Купера от
25 июля 1944 года, в котором были намечены средства предот-
вращения господства СССР на Европейском континенте: создать
западноевропейский блок и восстановить сильную и независи-
мую Польшу7.
В третьем документе — докладе штаба военного планирова-
ния при Комитете начальников штабов Великобритании от
29 июня 1945 года намечалось установление особых отношений
с США и притягивание их в случае необходимости к обороне
Западной Европы, участие западных стран в защите Велико-
британии, создание блоков НАТО, СЕАТО, СЕНТО и сети баз
по всему миру. В документе, носившем характер долгосрочного
прогноза, военный потенциал СССР рассматривался как серь-
езная угроза Европе, и в качестве оборонительных мероприя-
тий предусматривалось создание западноевропейской группы
союзников. При этом указывалось на важность того, чтобы Гер-
мания не объединилась с СССР. В меморандуме подчеркива-
лась необходимость защиты Среднего Востока и восточной час-
ти Средиземноморья, причем предполагалось, чтобы военные
обязательства по ее осуществлению взяли на себя США8.
Именно этот документ был доложен Сталину б ноября
180
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
1945 года. Судя по имеющимся материалам, советские развед-
органы — НКГБ, главное разведывательное управление Гене-
рального штаба, соответствующие структуры Отдела между-
народной информации ЦК ВКП (б) — в конце войны и после ее
окончания стремились получить исчерпывающую информацию
по всем спектрам западного планирования в Европе и других
регионах9.
В качестве примера заслуживает внимания информация от
23 марта 1944 года, поступившая в Наркоминдел СССР из Глав-
ного разведывательного управления Красной армии и касав-
шаяся англо-американских планов создания объединенного ко-
митета по оказанию помощи Балканам. Этот документ интере-
сен приведенным в нем текстом телеграммы из государствен-
ного департамента США американскому послу в Лондоне, в
которой указывалось на прямую заинтересованность Соединен-
ных Штатов в балканских делах. Подчеркивалось, что ранее
достигнутое соглашение, «возлагающее стратегическую ответ-
ственность за Балканы на главнокомандующего британскими
вооруженными силами, никоим образом не говорит о том, что
Соединенные Штаты не заинтересованы в политическом и эко-
номическом развитии, или что они намерены пренебрегать соб-
ственными интересами или интересами американских граждан
в этом районе»10.
В результате войны руководство США отошло от по-
литики «изоляционизма», и Соединенные Штаты пре-
вратились в активный субъект международных отно-
шений, чьи интересы сталкивались с интересами другой
сверхдержавы — СССР. Две сверхдержавы почти одно-
временно обратили свои взоры на богатые природные
ресурсы и выгодное стратегическое положение балкан-
ских стран, являвшихся мостом в страны Ближнего и
Среднего Востока. При этом обе стороны стремились
использовать ослабление традиционного влияния Англии
в этом регионе. Данные обстоятельства сыграли не пос-
леднюю роль в зарождавшейся уже в конце войны кон-
фронтации между СССР и США.
В 1944—1945 годах одним из центральных вопросов внеш-
ней политики как СССР, так и США стали проблемы Черно-
морских проливов и Средиземноморья. Для советского руко-
водства понятие «Средиземноморский бассейн» выходило за
пределы собственно Средиземного моря и включало в себя как
181
НБасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
неразрывное целое все моря, омьгаающие берега Северной Аф-
рики, Южной и Юго-Восточной Европы и Западной Азии (Ближ-
него Востока). Соответственно этому коренными средиземно-
морскими районами являлись также Советский Союз, Югосла-
вия, Албания, Болгария и Румыния, о чем указывалось в одном
из информационно-аналитических материалов аппарата ЦК
ВКП(б)11.
В наиболее концентрированном виде определение тех или
иных внешнеполитических задач, в том числе и в Балканском
регионе, содержалось в серии аналитических записок, подго-
товленных в 1944 году по вопросам мирных договоров и после-
военного устройства при Наркоминделе СССР. Об этом шла речь
в известной записке И.М.Майского от 11 января 1944 года, где
говорилось, что политика в отношении Турции, с учетом госу-
дарственных интересов СССР и обеспечения его безопасности,
«должна сводиться к тому, чтобы препятствовать усилению
Турции, и по возможности совершенно исключить ее вмеша-
тельство в балканские дела... Необходимо использовать все до-
ступные нам методы и средства для ослабления позиций Тур-
ции как «часового на проливах»12. Такой подход к определению
советских интересов совпадал с традиционными внешнеполи-
тическими устремлениями России. Болгария, Югославия и Ру-
мыния рассматривались как противовес Турции, с которыми
СССР должен заключить пакт о взаимопомощи.
В отношении решения территориальных вопросов высказы-
валось пожелание, что Югославия «должна быть восстановле-
на в своих прежних границах, если потребуется, с теми или
иными частичными модификациями». Болгария должна вер-
нуть Югославии и Греции аннексированные у них земли, за
исключением Дедеагача, так как он представлял бы интерес
для СССР в случае заключения советско-болгарского пакта о
взаимопомощи.
В документе делался вывод о том, что в перспективе руко-
водящая роль в мировой политике окажется в руках СССР,
США и Англии. От характера отношений между этими тремя
державами будет в огромной степени зависеть ход мировых
событий13. Причем подчеркивалось, что после окончания войны
предстоит «экспансия США — в форме финансово-экономичес-
кой аннексии»14.
В целом, как полагал Майский, для СССР в послевоенный
период была бы желательна внешнеполитическая линия на
укрепление отношений с Англией и США, использование в со-
ветских интересах англо-американских противоречий с перс-
пективой все более тесного контакта с Англией15.
182
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
Если сопоставить советские внешнеполитические про-
екты с документами, разработанными в английских вер-
хах, которые были добыты советской разведкой и доло-
ж,ены Сталину, то последние носили более конфронта-
ционный характер по отношению к СССР. В то время
как в Великобритании СССР уже рассматривался в ка-
честве потенциального противника, в Советском Союзе
картина послевоенного мира рассматривалась под углом
зрения создания европейского баланса сил и интересов,
раздела сфер влияния.
Например, в документе, подготовленном комиссией М.М.Лит-
винова «О перспективах и возможной базе советско-британско-
го сотрудничества» от 15 ноября 1944 года, указывалось: «Един-
ственное крупное противоречие в англо-американских отноше-
ниях, которое послевоенная эпоха унаследует от прошлого, мо-
жет вытекать из соображений равновесия сил в Европе. Это
противоречие может даже получить остроту в результате воз-
росшей мощи СССР, который после поражения Германии, ос-
лабления Франции и Италии окажется единственной могучей
континентальной державой. Но именно вся острота данного во-
проса должна с особой силой толкать Англию к соглашению с
нами. Такое соглашение осуществимо лишь на базе полюбовно-
го разграничения сфер безопасности в Европе по принципу бли-
жайшего соседства. Своей максимальной сферой интересов Со-
ветский Союз может считать Финляндию, Швецию, Польшу,
Венгрию, Чехословакию, Румынию, славянские страны Балкан-
ского полуострова, а равно и Турцию.
В английскую сферу безопасности могут быть включены
Голландия, Бельгия, Франция, Испания, Португалия и Греция...
Третью, нейтральную сферу образуют Норвегия, Дания, Гер-
мания, Австрия и Италия16.
Попытки реализации идей раздела сфер интересов между
СССР и Великобританией предпринимались и на заключитель-
ном этапе Второй мировой войны. Так, 18 мая 1944 года совет-
ский посол в Лондоне Ф.Т.Гусев посетил британское министер-
ство иностранных дел, чтобы обсудить предложения Идена о
том, что Советский Союз возьмет на себя инициативу вывести
из войны Румынию, а Великобритания — Грецию. Об этом Чер-
чилль сообщал Рузвельту в письме от 31 мая 1944 года. Учиты-
вая тревожные признаки возможных политических расхожде-
ний с русскими относительно балканских стран, и в особеннос-
ти Греции, советскому послу было предложено прийти к дого-
183
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?.,
воренности о том, чтобы «советское правительство взяло на себя
ведущую роль в румынских делах, а англичане — такую же
роль в греческих делах»17. Черчилль писал, что советское пра-
вительство согласилось с этим предложением. По словам анг-
лийского премьера, эта договоренность не означала раздела
Балкан на сферы влияния, а только затрагивала права и обя-
занности каждой из великих держав при мирном урегулирова-
нии.
Несмотря на неофициальный характер советско-английской
договоренности, обе стороны в конце войны придерживались ее.
Именно поэтому СССР не возражал против высадки англий-
ских войск в Греции.
В ответ на полученный от англичан меморандум 22 сентяб-
ря 1944 года, сообщавший о решении правительства Великоб-
ритании послать в Грецию британские вооруженные силы, за-
меститель наркома иностранных дел А.Я.Вышинский 23 сен-
тября того же года вручил английскому послу А.Кларку Керру
памятную записку, в которой советское правительство подтвер-
ждало принципиальное соглашение, достигнутое в мае 1944 года
на переговорах между А.Иденом и Ф.Т.Гусевым. Как указыва-
лось в данном документе, «Греция является сферой британских
военных операций, а Румыния — сферой советских военных
операций»18. Тогда же советское правительство заявило, «что
оно не имеет возражений против посылки британских воору-
женных сил в Грецию, и заявляет также о том, что советское
правительство не имеет намерения посылать свои войска в Гре-
цию»19.
Этой договоренностью был создан прецедент, послуживший
основой другим договоренностям о разделе сфер военной ответ-
ственности на Балканах между СССР и Великобританией. В
исторической литературе СССР существование подобных дого-
воренностей всячески опровергалось. Судя по имеющимся ма-
териалам, на советско-английских переговорах, проходивших в
Москве с 9 по 18 октября 1944 года, хотя и не было заключено
официального соглашения о разделе сфер влияния, тем не ме-
нее эти переговоры имели определенныз военно-политические
последствия.
В отношении Югославии была достигнута договоренность о
согласованной политике между СССР и Великобританией, ко-
торая нашла отражение в совместном англо-советском коммю-
нике от 21 октября 1944 года: «Оба правительства согласились
проводить совместную политику в Югославии с целью концен-
трации всей энергии против отступающих немцев и с целью
184
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
разрешения югославских внутренних трудностей путем объе-
динения Королевского Югославского правительства и Нацио-
нального освободительного движения20.
Оценивая договоренность И.В.Сталина и У.Черчилля, вид-
ный югославский политический деятель и соратник И.Броз Тито
Э.Кардель писал в мемуарах, изданных в 1981 году: «Я лично
убежден, что эта поддержка Сталиным Черчилля представля-
ла собой лишь маневр, который согласовывался с дальнейшим
развитием революции в Югославии, но который в тот период в
ходе дальнейших переговоров по вопросу соглашения между
лондонским Королевским правительством и нашим революци-
онным правительством не наносил нам непосредственного ущер-
ба»21.
В последующем У.Черчилль в своей переписке со Сталиным
неоднократно упоминал о необходимости проведения «совмест-
ной политики» в Югославии. Сталин же практически игнориро-
вал сетования английского премьера на то, что ход событий в
Югославии таков, что не чувствуется соотношения интересов
двух стран, как «пятьдесят на пятьдесят»22. Такая реакция
Сталина может быть объяснена его уверенностью в прочности
просоветских политических сил в Югославии и надежном удер-
жании ими рычагов власти в стране.
Благодаря ныне рассекреченным документам российских
архивов становится очевидным, что советское руковод-
ство стремилось использовать благоприятные условия в
связи с победоносным наступлением Красной армии в Ев-
ропе для обеспечения национальных интересов СССР, как
они тогда понимались советскими лидерами, в районах
Черноморских проливов.
Вступление войск Красной армии на территорию Болгарии
было расценено в Великобритании и США в качестве потенци-
альной опасности для их интересов в Греции и Турции, особен-
но с точки зрения использования болгарской территории в ка-
честве пути к установлению контроля за Проливами и обеспе-
чения доступа СССР к Средиземноморью23.
Действительно, вопрос о советских интересах в данном ре-
гионе анализировался в двух докладных записках М.М.Литви-
нова от 15 ноября 1944 года «О перспективах и возможной базе
советско-британского сотрудничества» и «К вопросу о Проли-
вах», а также в развернутой записке НКИД СССР о Босфоре и
Дарданеллах. Последняя была представлена В.М.Молотову
185
{^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
6 февраля 1945 года, когда Крымская конференция начала ра-
боту. В целом, ссылаясь на интересы безопасности СССР, экс-
перты НКИД рекомендовали отказаться от международного кон-
троля над режимом Проливов с участием западных держав и
заменить его двусторонним советско-турецким соглашением.
Более того, подразумевалось, что правительства СССР, США и
Великобритании должны были рекомендовать турецкому пра-
вительству «согласиться на предоставление Советскому Союзу
баз в Проливах»24.
Однако 10 февраля 1945 года на заседании глав правительств
Сталин ограничился лишь заявлением о необходимости пере-
смотра конвенции в Монтрё. Это было сделано в преддверии
того, что 7 мая 1945 года истекал срок советско-турецкого дого-
вора о дружбе и нейтралитете, поэтому СССР был заинтересо-
ван в пересмотре конвенции в Монтрё 1936 года, но на основе
двустороннего договора с Турцией.
Власти США в такой позиции советского руководства усмат-
ривали угрозу американским интересам в Иране и Саудовской
Аравии. В отношении режима Проливов большинство амери-
канских аналитиков склонялось к плану их «интернационали-
зации». 3 ноября 1945 года глава НКИД В.М.Молотов был про-
информирован о позиции администрации Трумэна в данном
вопросе. Американская сторона предлагала созвать в 1946 году
международную конференцию с участием всех заинтересован-
ных держав, включая США, для пересмотра устаревшей кон-
венции на следующих принципах: открытие Проливов для тор-
говых судов всех государств и для военных судов только черно-
морских стран; замена системы Лиги Наций системой (ЗОН при
исключении Японии из числа участников25.
Эксперты в государственном департаменте США толковали
советские действия в Иране и Турции как попытку СССР ис-
пользовать разгром Германии и Японии, а также ослабление
Великобритании, чтобы «устремиться через Турцию и Дарда-
неллы в Средиземноморье, и через Иран и Персидский залив в
Индийский океан». Такая угроза, по их мнению, требовала от-
ветных «жестких действий» со стороны США26.
В условиях, когда подходил к концу срок действия конвен-
ции в Монтрё, советская сторона в самый разгар Парижской
мирной конференции в ноте турецкому правительству от 7 ав-
густа 1946 года изложила официальную позицию СССР о Чер-
номорских проливах. Фактически это было сделано спустя 10 ме-
сяцев после предложения США в ноябре 1945 года. Советская
нота Турции готовилась при непосредственном участии В.М.Мо-
186
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
лотова, и ее проект неоднократно направлялся Сталину. Совет-
ские предложения Турции исходили из следующих принципов:
Проливы должны всегда быть открыты для прохода торговых
судов всех стран; всегда быть открыты для прохода военных
судов черноморских держав; проход через Проливы военных
судов нечерноморских государств не допускается, за исключе-
нием особо предусмотренных случаев; установление режима
Проливов должно быть исключительно компетенцией Турции и
других черноморских держав. И наконец в последнем пункте
предлагалось организовать оборону Проливов совместными си-
лами Турции и Советского Союза «для предотвращения исполь-
зования проливов другими государствами во враждебных чер-
номорским державам целях»21.
Правительство Турции, согласившись в принципе рассмот-
реть вопрос о статусе Проливов, отказалось от принятия пунк-
та о совместной обороне, который, по мнению турецкой сторо-
ны, нарушал суверенитет страны.
В ноте от 19 августа 1946 года американское руководство
указало на неприемлемость для США советских предложений
о коренном пересмотре режима Проливов , который «касается
не только черноморских держав, но также и других держав,
включая США»28. Это подтверждало заинтересованность США
в укреплении собственных позиций в Турции и Восточном Сре-
диземноморье. Англичане и американцы опасались, что усиле-
ние СССР в данном регионе поставит под угрозу стратегичес-
кие нефтяные районы Среднего Востока. Для Лондона Восточ-
ное Средиземноморье продолжало иметь важное значение и с
точки зрения коммуникаций с восточными колониями.
Таким образом, западные державы выступили против со-
ветского предложения о совместной советско-турецкой обороне
Проливов. По их мнению, Турция должна была и дальше нести
основную ответственность за защиту Проливов.
Политика Москвы в Юго-Восточной Европе, как ее воспри-
нимали и оценивали в Вашингтоне и Лондоне, по сути дела,
являлась зеркальным отражением позиции советского руковод-
ства, которое усматривало в действиях Запада стремление уста-
новить безраздельное господство на Средиземном море и Ближ-
нем Востоке. Доктринальные основы военной политики совет-
ского руководства определялись прежде всего классовым под-
ходом, тезисом об исторической предопределенности гибели ка-
питализма и неизбежности конфронтации с ним. Примечатель-
но, что о будущем противостоянии в Москве говорилось нака-
нуне окончания Второй мировой войны. Так, в своем «Дневни-
187
^Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
ке» Георгий Димитров, возглавлявший в то время Отдел меж-
дународной информации ЦК ВКП(б), указывал, что 28 января
1945 года во время приема югославской делегации И.В. Сталин,
говоря о кризисе капитализма, подчеркнул временный харак-
тер союза с демократической фракцией капитализма, вызван-
ным лишь необходимостью борьбы с Гитлером. «Мы теперь с
одной фракцией против другой, а в будущем и против этой
фракции капитализма», — заявил он29.
Основная стратегическая линия СССР в Восточном Среди-
земноморье прослеживается при рассмотрении комплекса во-
просов, связанных с послевоенным урегулированием границ бал-
канских государств, а также в период Триестского кризиса.
Советская дипломатия использовала любую возможность, что-
бы в ходе решения проблем послевоенных границ усилить свои
позиции в Средиземноморье, подчас прибегая к территориаль-
ному торгу с Западом за счет малых государств.
Например, по вопросу передачи Италией архипелага Доде-
канез Греции советская сторона настаивала на рассмотрении
его в связке «Додеканез — итальянские колонии». На заседа-
нии Совета министров иностранных дел в Лондоне при обсуж-
дении будущего итальянских колоний В.М.Молотов, отказав-
шись рассматривать вопрос о Додеканезах отдельно, «высту-
пил с предложением о предоставлении Советскому Союзу еди-
ноличной опеки над Триполитанией. Британский министр ино-
странных дел Э.Бевин отверг эту идею30. Кроме того, в
директивах, направленных из Москвы послу в Англии Ф.Т.Гу-
севу накануне Парижской сессии Совета министров иностран-
ных дел 1946 года, указывалось, что Родионову (посол в Гре-
ции — К.К.Родионов) «было поручено от своего имени прощу-
пать отношение греческого правительства к вопросу о предо-
ставлении нам на условиях аренды базы для торговых кораб-
лей на одном из Додеканезских островов. Родионову также было
поручено сказать Софилису (премьер-министр Греции), что
благоприятное отношение греческого правительства к этому
вопросу оказало бы влияние на отношение Советского Союза к
греческим претензиям на Додеканезские острова»31. Однако
греческая сторона ответила отказом. К тому же содержание
беседы стало известно в Великобритании, что было использова-
но Западом на заседании в Париже в июне 1946 года В после-
дний раз советская делегация попыталась получить компенса-
цию за Додеканез, но уже не за счет итальянских колоний, а за
счет Греции на Парижской мирной конференции, поддержав
требование Болгарии на территорию Западной Фракии и па-
188
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
раллельно решив вопрос о Додеканезских островах. Однако
Парижская мирная конференция решила вопрос о Додекане-
зах в пользу Греции, оставив без внимания изменение южных
границ Болгарии32.
Достаточно драматично складывалась обстановка вокруг
самой Греции, особенно после нового раунда гражданской вой-
ны, в которой коммунистическая партия и возглавляемые ею
силы противостояли центральному правительству, которое под-
держивал Запад. Эта война была одним из первых серьезных
военно-политических конфликтов в послевоенной Европе. За
спиной греческих коммунистов стояли просоветские режимы в
соседних балканских странах — Югославии, Болгарии, Алба-
нии, а также — СССР. В свою очередь США и Великобритания
проводили координированную политику, поддерживая гречес-
кое правительство. В сентябре 1946 года один из сотрудников
госдепартамента США, ответственный за политику в Восточ-
ном Средиземноморье, Л.Хендерсон, подчеркивал, что Греция
является центральным узлом в регионе и ее судьба будет опре-
делять развитие в ближайшие месяцы ситуации на Ближнем и
Среднем Востоке. Он призывал американское правительство вни-
мательно рассмотреть положение в этой стране, где на фоне
внутренней нестабильности и развернувшейся гражданской вой-
ны усилилась угроза ее территориальной целостности со сторо-
ны северных соседей33. В том же месяце греческое правитель-
ство обратилось к западным странам с просьбой об оказании
военной и экономической помощи, а за несколько дней до этого
госдепартамент США рекомендовал администрации пересмот-
реть американские правила продажи оружия третьим странам,
имея в виду возможность поставок оружия Афинам34.
С исчерпывающей полнотой роль иностранного фактора в
греческих делах, а также сам ход и финал гражданской войны
в этой стране раскрыты российским исследователем А.А.Улу-
няном35. Им сделан справедливый вывод о том, что геополити-
ческие интересы Москвы и Вашингтона сошлись в горячих точ-
ках на юге Европы.
Отношение советской стороны к возможному конфлик-
ту в Греции вполне оформилось к осени 1944 года. Это
подтверждает письмо Димитрова Молотову, в котором
говорилось, что, учитывая сложное международное по-
ложение Греции, вряд ли возможна прямая помощь со
стороны Советского Союза греческому национально-ос-
вободительному движению в лице ЭАМ и ЭЛАС, но следо-
189
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
вало бы по крайней мере оказать моральную поддержку
этому движению36.
В то время как английские войска в Греции выполняли «чер-
ную работу» по подавлению партизанского движения в этой
стране, советская сторона планировала оказание помощи гре-
ческим коммунистическим силам через сопредельные страны —
Болгарию, Югославию, Албанию. Это позволяло Москве избе-
жать обвинений со стороны США и Великобритании в прямом
участии в конфликте. Главным государством, через которое дол-
жна была осуществляться материальная и военная помощь, яв-
лялась Югославия.
Югославия оказалась в эпицентре многих конфликтных
ситуаций на Балканах в послевоенный период. Прежде
всего они были связаны с решением территориальных
пограничных проблем с соседними странами, где прожи-
вало сметанное югославянское население. На характер
отношений Югославии со своими соседями существенное
влияние оказывали исторические споры этнического и
территориального характера. Поскольку коммунисти-
ческий режим в этой стране был тесно связан с Совет-
ским Союзом, то югославские проблемы приобретали
характер столкновения интересов по линии СССР —
Запад.
В этом отношении наиболее показателен триестский кри-
зис, разразившийся в мае 1945 года. Его суть состояла в выдви-
жении югославскими руководителями претензий на принадле-
жавшую Италии область по итало-югославской границе с цен-
тром в Триесте (в Италии она именовалась Венеция-Джулия, а
в Югославии — Юлийская Крайна). В данной области прожи-
вали как югославяне — словенцы и хорваты, так и итальянцы.
Впервые руководство СССР высказалось в поддержку Юго-
славии о передаче ей этой спорной области еще в декабре 1941 го-
да во время встречи Сталина с британским министром иностран-
ных дел А.Иденом. Но в конце войны в Москве все больше убеж-
дались, что осуществление данного плана будет сопряжено со
многими трудностями, которые были связаны с негативной по-
зицией Англии и США. Кроме того, для Кремля в этом вопросе
возникли проблемы в связи со спорами между югославскими и
итальянскими коммунистами, так как последние не были со-
гласны с отторжением Триеста от Италии, обратившись по дан-
ному вопросу с жалобой в Москву.
190
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
В свою очередь югославы к концу войны уже имели четкий
план изменения границ Югославии за счет присоединения тер-
риторий соседних стран. При этом югославские руководители
считали свои территориальные требования вполне обоснован-
ными с учетом того вклада, который внесла Народно-освободи-
тельная армия Югославии в разгром фашистских войск. И.Броз
Тито поручил главе югославской делегации на переговорах в
Москве А.Хебрангу37 ознакомить советское руководство с дан-
ным планом, что им и было сделано во время беседы со Стали-
ным и Молотовым 8—9 января 1945 года38.
Из записи данной беседы очевидно, что коммунистические
власти в Югославии имели территориальные претензии почти
ко всем соседним странам, которые подчас не были обоснованы
даже этническими соображениями — проживанием на требуе-
мых территориях югославянского населения. Например, А.Хеб-
ранг указал, что для экономики Югославии чрезвычайно важ-
но иметь уголь, находящийся в прилегающей к Югославии вен-
герской области с центром в г. Печ, несмотря на то что в этой
области в основном проживало венгерское население. От Венг-
рии югославы требовали передачи исторических провинций Байя
и Баранья. От Греции они хотели получить греческую Македо-
нию и Салоники, от Румынии— район с городом Темишоар,
населенный преимущественно немцами. Они ставили вопрос о
присоединении румынской территории в районе города Решица
в 20 км от югославской границы, так как там имелись чрезвы-
чайно необходимые Югославии железоделательные заводы39.
И.В. Сталин, хотя и не высказался против этих притязаний
югославов, тем не менее не выразил и одобрения на сей счет.
Он подчеркнул, что вообще вопрос о территориальных присое-
динениях к Югославии должен решаться на «будущей мирной
конференции». К тому же Сталин с иронией отметил, что юго-
славы со своими претензиями оказываются во враждебных от-
ношениях с Румыней, Венгрией, Грецией и собираются «вое-
вать со всем миром».
Относительно присоединения к Югославии Истрии с порта-
ми Триест, Пула, Риека (Фиуме) Сталин сказал, что необходи-
мо, чтобы сами эти области требовали присоединения к Юго-
славии. Он также упомянул, что в неофициальном разговоре с
Черчиллем последний предлагал выделить Истрию в автоном-
ную область, которая бы позволила будущей Австрии получить
выход к Адриатическому морю40.
В принципе не отвергая югославских претензий к Австрии и
Италии, советский руководитель ясно указал на необходимость
Добиваться решения данных вопросов легитимным, диплома-
191
ШВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
тическим путем, а не явочным порядком, на что намекал при-
сутствовавший на переговорах начальник Генерального штаба
Югославской армии генерал Арсо Йованович, указывая, что на
территории спорных областей действуют три югославских кор-
пуса и что они полностью находятся в югославских руках41.
Западные союзники, прежде всего англичане, опасались имен-
но последнего варианта развития событий, т.е. захвата югосла-
вами Триеста военным путем. Еще на переговорах в Белграде в
феврале 1945 года главнокомандующий силами западных со-
юзников на Средиземноморье фельдмаршал Г.Александер пред-
ложил, чтобы на всей спорной территории было установлено
военное управление западных союзников. И.Броз Тито выразил
готовность к компромиссу: разделения территории на две зоны,
одна из которых была бы под югославским как военным, так и
гражданским управлением, а другая, включая сам город Три-
ест, под западным управлением, но с одновременным осуще-
ствлением там югославской гражданской власти42.
1—2 мая 1945 года войска Югославской народной армии в
ходе успешных боев на Адриатическом побережье опере-
дили западных союзников и заняли практически всю при-
легающую к Триесту область и почти весь город. Ново-
зеландская дивизия союзников на немыслимой скорости
совершила марш вдоль прибрежной полосы, но все равно в
Триесте натолкнулась на югославские войска. Возник-
шая кризисная ситуация могла перерасти в военное стол-
кновение между югославами и англо-американскими вой-
сками, при этом положение осложнялось тем, что к
этому времени СССР был связан с Югославией договором
о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи, подпи-
санным 11 апреля 1945 года в Москве.
Англо-американская сторона в создавшейся обстановке дип-
ломатическими средствами старалась добиться вывода югослав-
ских войск из зоны, включая Триест. Югославы же были гото-
вы лишь на частичные уступки — на предоставление союзни-
кам триестского порта и ряда коммуникаций, но упорно стояли
на том, чтобы сохранить Триест и всю область под своим воен-
ным и административным контролем. Не добившись никакого
результата, западная дипломатия перешла к действиям на пра-
вительственном уровне: 15 мая 1945 года правительства Анг-
лии и США направили ноты протеста Югославии с требовани-
ем немедленного согласия на установление военного управле-
192
б*
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
ния западных союзников на части спорной территории, вклю-
чая Триест. В нотах шла речь не о выводе югославских войск из
этой зоны, а лишь о необходимости их сотрудничества с союз-
ным командованием в организации управления под его влас-
тью43. Одновременно руководители Англии и США известили
Кремль о своих нотах, а У. Черчилль направил 15 мая 1945 года
специальное послание И.В.Сталину, убеждая его согласиться с
предложениями Англии и США. Тем самым Запад дал понять,
что он рассматривает руководство СССР как патрона коммуни-
стических властей Югославии.
Москва, формально не вмешиваясь в триестский кризис,
держала ситуацию под контролем. Особое беспокойство вызва-
ло здесь сообщение первого секретаря советского посольства в
Югославии, в котором говорилось, что Тито в беседе с ним 5 мая
указал, что «Триест мы ни в коем случае им (союзникам) не
можем уступить — англичане пользуются портом, и это для
них достаточно»44. Ответ Тито западным союзникам на их ноту
также был отрицательным, о чем Черчилль сообщил Трумэну
19 мая 1945 года. 21 мая Трумэн ответил Черчиллю, указав, что
нельзя оставлять «дело в таком положении, в каком оно нахо-
дится». Он предлагал отвергнуть ответ Тито и немедленно уси-
лить войска, дабы югославы не питали никаких сомнений отно-
сительно англо-американских намерений. Для этого предлага-
лось провести демонстрацию силы на суше и в воздухе, причем
чтобы время для этой демонстрации совпало с моментом откло-
нения ими требований Тито45.
В Москве, по всей вероятности, оценили серьезность ситуа-
ции, обсудив ее на совещании 18 мая 1945 года, которое И.В.Ста-
лин провел с югославским послом В.Поповичем при участии
В.М.Молотова и А.Я.Вышинского. Позиция Сталина была дове-
дена до Тито. Он нацеливал югославское руководство на ком-
промиссное решение, заключавшееся в согласии югославов на
установление контроля западных союзников в зоне, прилегаю-
щей к Триесту и в самом городе, но при условии сохранения
югославского военного и административного присутствия в дан-
ной спорной зоне.
Желание Москвы, чтобы югославы поторопились с ответом
западным союзникам, особенно возросло в связи с посланием
президента США Трумэна Сталину, полученным 21 мая. Тот
прямо обращался к советскому руководителю за содействием в
Урегулировании триестского вопроса, которое бы отвечало за-
падным требованиям46.
Именно под давлением Москвы югославы на переговорах с
7~Балканский тупик?..
193
ШВасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
представителями США и Великобритании заняли компромисс-
ную позицию. Тем не менее, соглашаясь на создание в Триесте
и в той зоне, на которую претендовал Запад, военной админис-
трации под верховным командованием Александера, югославы
в то же время настаивали, чтобы их войска остались там и
обладали тем же статусом, что и англо-американские силы, а
сама военная администрация включала бы на паритетной осно-
ве британских, американских и югославских представителей.
Другим условием было полное сохранение действовавшей на
этой территории гражданской власти югославского государства.
С другой стороны, Москва встала на сторону югославов, о
чем свидетельствует письмо И.В.Сталина Г.Трумэну от 22 мая
1945 года. В нем советский руководитель делал акцент на необ-
ходимости «полностью учитывать законные претензии Югосла-
вии и вклад, внесенный югославскими вооруженными силами в
общее дело союзников в борьбе против гитлеровской Герма-
нии», и считаться с тем фактом, что именно союзные югослав-
ские войска изгнали немецких захватчиков с территории Ис-
трии — Триеста47.
Спор о Триесте и югославско-итальянской границе затронул
и межпартийные отношения ВКП (б) и итальянской компартии.
Лидер итальянских коммунистов П.Тольятти и все руководство
партии выступили с решительным несогласием с поведением
Тито и его представителей в вопросе о Триесте, указывая, что
сам город был населен преимущественно итальянцами. К тому
же отрицательное отношение итальянских коммунистов к юго-
славским требованиям усугублялось, вероятно, сведениями о
жестоком поведении югославских войск в занятых ими облас-
тях, которые имеются в западной литературе, но замалчива-
лись в СССР и СФРЮ. По ряду данных, после занятия Триеста
югославы устроили в городе резню пленных немцев, а также
итальянских полицейских и даже антифашистов48. Об отрица-
тельном поведении югославских войск в Венеции — Джулии,
которое производило плохое впечатление на западных союзни-
ков, указывал в воспоминаниях У.Черчилль49 . Кроме того, в
обращении итальянских комму листов говорилось, что поведе-
ние Тито и его представителей в вопросе о Триесте затрудняет
положение итальянской компартии и «создает англо-американ-
цам ненужную популярность»50.
Тем не менее Москва продолжала поддерживать югославов.
С санкции Сталина 28 мая 1945 года Георгий Димитров напра-
вил в адрес П.Тольятти письмо, в котором указывалось на це-
лесообразность передачи Триеста Югославии и рекомендова-
лось итальянской компартии занять именно такую позицию51.
194
7-2
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
Такой курс встретил жесткое противостояние со стороны
Запада, что сделало несбыточными планы Москвы и Белграда.
31 мая Трумэн в послании Сталину, формально не отвергая
существование югославской гражданской администрации, ре-
шительно настаивал на полном контроле за зоной со стороны
командующего союзническими силами и на праве Александера
по собственному усмотрению использовать и назначать граж-
данскую администрацию, а также устанавливать численность
югославских войск. Еще более резко такая позиция была опре-
делена в нотах Вашингтона и Лондона от 2 июня 1945 года,
врученных югославскому правительству, с приложением про-
екта, в котором югославское военное присутствие в зоне своди-
лось к символическому контингенту в 2 тыс. человек.
На серьезность положения указывала информация, полу-
ченная от югославского посла В.Поповича 8 июня 1945 года о
концентрации в районе Триеста английских войск, в том числе
до 500 танков52. В беседе с заведующим Европейским отделом
НКИД А.А.Лаврищевым Попович даже высказал весьма аван-
тюристическую мысль о том, что «может быть, следовало бы
югославам завязать драку с англичанами и американцами в
Триесте и тем самым скомпрометировать Черчилля перед вы-
борами», хотя тут же подчеркнул понимание югославами, что
советское правительство отрицательно относится к вооружен-
ному конфликту Югославии с Англией и США53.
В итоге 9 июня в Белграде послами Великобритании и США
и министром иностранных дел Югославии было подписано со-
глашение, соответствовавшее проекту, приложенному к нотам
западных союзников от 2 июня 1945 года. Оно было более жест-
ким по сравнению с ранее выдвинутыми требованиями со сто-
роны Англии и США. По данному соглашению спорная область
была временно разделена демаркационной линией, к западу от
которой вводился англо-американский военный контроль, а к
востоку — югославский. Югославы в западной зоне сохранили
лишь символическое военное присутствие.
СССР, идя на конфликт с Западом и поддерживая юго-
славские территориальные претензии к Италии, все же
избегал крайнего обострения ситуации и не имел наме-
рения втягиваться в вооруженный конфликт из-за Юго-
славии.
В письме Черчилля Сталину от 23 июня 1945 года указыва-
лось, что маршал Тито подверг западных союзников крайне
сильному нажиму, в ответ на который «пришлось привести в
7*
195
ШЗасильева, БХаврилов Балканский тупик?..
движение многие сотни тысяч войск, чтобы оградить себя от
нападения маршала Тито». В письме указывалось, что югосла-
вы чинят большие жестокости в отношении итальянцев в этой
части мира, особенно в Триесте и Фиуме, и «вообще проявляют
склонность захватывать любую территорию, на которую про-
никают их легкие силы». Была ясно выражена позиция Запада
в решении территориальных вопросов: «Вопрос о всяких тер-
риториальных изменениях постоянного характера должен ре-
шаться за столом мирной конференции, и маршал Тито ни-
сколько не пострадает, если он признает нынешнюю линию,
которую мы требуем, пока это совещание не состоится»54.
Почему же все-таки Сталин поддерживал территориаль-
ные требования Югославии? Возможно, советская сторона ру-
ководствовалась собственными геостратегическими соображе-
ниями, надеясь ослабить позиции Италии и, соответственно,
Запада на Адриатике. Эта мысль звучала в комментариях Г.Ди-
митрова к письму П.Тольятти в мае 1945 года. В них указыва-
лось, что, несмотря на то, что большинство населения Триеста
составляют итальянцы, экономически он связан с Югославией.
Как порт в Адриатическим море Триест нужен Югославии для
связи со средиземноморскими коммуникациями. Для Италии
Триест служил, главным образом, плацдармом для экспансии
на Балканах. Димитров называл Триест в руках Италии «ябло-
ком раздора» между Италией и Югославией55.
На Берлинской (Потсдамской) конференции глав великих
держав советское правительство вновь оказало поддержку тре-
бованиям югославского правительства, изложив их в Меморан-
думе советской делегации главам союзных правительств — США
и Великобритании. В данном меморандуме от 30 июля 1945 года
указывалось, что югославское правительство обратилось с
просьбой, чтобы восстановленная западными державами на тер-
ритории Триест-Истрия административная система, существо-
вавшая до 8 сентября 1943 года, была отменена и восстановле-
на югославская гражданская администрация. Советская сторо-
на поддержала предложение югославов провести в западной
зоне Юлийской Крайны свободные демократические выборы56.
В таком же духе были подготовлены и директивы советской
делегации на первую сессию Совета министров иностранных
дел (СМИД) в Лондоне, открывшуюся 17 сентября 1945 года.
Помимо поддержки территориальных требований Югославии о
присоединении всей провинции Венеции-Джулии предусмат-
ривался и второй вариант: согласиться на объявление Триеста
свободным портом, открытым для торговли и судоходства всех
стран под югославским суверенитетом57.
196
7-4
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
Однако ни одно из этих предложений на сессии СМИД в
Лондоне не прошло. Было рекомендовано объявить Триест сво-
бодным портом под международной юрисдикцией; вопрос о го-
сударственной принадлежности остался не согласованным.
Тем не менее на Парижской мирной конференции (29 июля —
15 октября 1946 года) делегация СССР вновь выдвинула и от-
стаивала предложения о более удовлетворительном для Юго-
славии разграничении свободной территории Триест (СТТ), о
введении таможенной унии и единой монетарной системы СТТ
с Югославией, об их совместном управлении железными доро-
гами в этом районе50.
Окончательное решение по тексту мирного договора с Ита-
лией состоялось на сессии СМИД в Нью-Йорке 4 ноября — 12 де-
кабря 1946 года, по которому утверждался и статус свободной
территории Триест. СТТ провозглашалась демилитаризован-
ной и нейтральной, были определены сроки вывода оттуда ино-
странных войск. По договору значительная территория Юлий-
ской Крайны была включена в состав Югославии. Однако не
были удовлетворены конкретные территориальные пожелания
ФНРЮ в этой зоне, в результате чего ее правительство по-
ставило вопрос, что оно не будет подписывать мирный договор
с Италией. Такое поведение югославской стороны получило от-
рицательную реакцию в Москве. Не желая обострять отноше-
ния с западными державами из-за небольших территориаль-
ных требований ФНРЮ, Москва в начале февраля 1947 года
проинформировала И.Броз Тито о том, что неподписание мир-
ного договора с Италией может быть использовано для продол-
жения присутствия войск Англии и США в Италии, что будет
происходить разграбление территории, которая по договору дол-
жна была бы отойти к Югославии59.
10 февраля 1947 года вместе с остальными союзными государ-
ствами Югославия подписала мирный договор с Италией, зая-
вив, что сохраняет за собой право на этнические югославские
территории, оставленные договором вне границ Югославии.
Сообразуясь с собственными интересами и отношениями с
Западом, СССР аналогичным образом вел себя и в отношении
других территориальных претензий Югославии к соседним стра-
нам. На упомянутой выше встрече югославской делегации со
Сталиным в январе 1945 года А.Хебранг заявил, что Югосла-
вия ставит вопрос о присоединении к ней части Корушской
области (принадлежавшей Австрии провинции Каринтия), на-
селенной словенцами. Данная область после Первой мировой
войны принадлежала Югославии, но после проведенного там
плебисцита отошла к Австрии60. В ответе на это Сталин указал
197
ШЗасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
на необходимость, чтобы эта область, также как и Триест, «сами
требовали своего присоединения к Югославии»61.
В дальнейшем советская сторона более благосклонно отнес-
лась к данным пожеланиям и разработала конкретный план их
реализации. В данном случае речь шла также о заинтересован-
ности СССР в сохранении своего влияния в южных районах
Австрии. Например, в подготовленной записке заместителя на-
родного комиссара иностранных дел АЯ.Вышинского от 29 марта
1945 года о проектах раздела зон оккупации в Австрии указы-
валось, что Советский Союз более заинтересован в оккупации
не северной — Верхней Австрии, а южной, в которую должны
входить целиком Штирия и Каринтия. Данное предложение
обосновывалось соображениями политического и экономичес-
кого характера. Из политических соображений прежде всего
подчеркивалось, что «мы, а не англичане, будем граничить с
Югославией и Италией... Мы таким путем уменьшим возмож-
ность английского вмешательства... в югославские дела, мы од-
новременно обеспечим югославам более реальные шансы на юге
Австрии62. Указывалось также на возможность участия в окку-
пации Австрии «небольших символических отрядов югослав-
ских войск»63.
Однако в намеченном Великобританией проекте в англий-
скую зону оккупации входили Штирия и Каринтия, относящиеся
к самым богатым в экономическом отношении районам Авст-
рии. Советская сторона предвидела сопротивление англичан,
которые уже ставили вопрос об одобрении всех тех мер, кото-
рые они предпримут против югославов в случае их попыток
вступить на австрийскую территорию64.
Исходя из указанных обстоятельств, советская сторона в
апреле 1945 года положительно отнеслась к обращению юго-
славского правительства к правительствам четырех союзных
держав об участии югославских вооруженных сил в оккупации
части территории Австрии. Так, в письме А.Я.Вышинского по-
слу Великобритании в СССР А.Кларку Керру указывалось, что
участие югославских войск в оккупации Австрии не было бы
связано с присоединением к Югославии тех или иных австрий-
ских территорий и практически могло быть осуществлено в фор-
ме допуска югославских войск в ту зону Австрии, которая под-
лежит оккупации силами Советского Союза65. В ответном пись-
ме британского посольства от 14 мая 1945 года английская сто-
рона категорически отвергла участие югославских войск в ок-
купации австрийской территории, указав на межсоюзническую
договоренность о различии в политике в отношении Австрии и
Германии, которая в отношении первой страны должна была
198
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
сводиться к освобождению и восстановлению ее независимости,
и на то, что ответственность за положение в Австрии «лежит
исключительно на Советском Союзе, Британском и Американ-
ском правительствах». Британская сторона кроме того заявила,
что допущение к участию в оккупации австрийской террито-
рии югославских войск создало бы прецедент для поступления
просьб об участии в оккупации от других союзных правительств.
Другим аргументом в возражениях англичан служило то, что
Югославия выдвинула претензии на часть австрийской терри-
тории, и ее участие в оккупации Австрии предоставило бы ей
благоприятную возможность для отстаивания своих претензий66.
Весной 1945 года советская сторона, по всей видимости, не
исключала возможность использования силового метода в ре-
шении вопроса об участии югославских войск в оккупации ав-
стрийской территории. В соответствии с договоренностью с юго-
славским командованием 3-я югославская армия с 15 мая 1945 го-
да поступала в оперативное подчинение командующего 3-м
Украинским фронтом и сосредоточивалась на юге Австрии в
районе севернее границ Марибор, Дравоград67.
Однако, как и в случае с Триестом, западные союзники
выступили категорически против присутствия югослав-
ских войск на австрийской территории, поэтому при-
соединить явочным путем австрийские пограничные рай-
оны к Югославии было невозможно — СССР исключил
силовой вариант решения данного вопроса.
В дальнейшем югославско-австрийский пограничный спор
стал предметом дипломатического обсуждения в рамках реше-
ния проблем послевоенного мирного урегулирования. 21 апреля
1947 года советская делегация на московской сессии СМИД за-
явила о своем признании обоснованными предложений югослав-
ского правительства о воссоединении Словенской Каринтии со
Словенией, входящей в состав Югославии, а также относитель-
но пограничных словенских районов Штирии и о предоставле-
нии бургенландским хорватам специального статуса, обеспечи-
вающего их национальные права. Это было изложено в мемо-
рандуме югославской делегации, переданном Совещанию заме-
стителей министров иностранных дел в Лондоне 22 января
1947 года. Общая площадь территорий, на которые претендова-
ла Югославия, составляла 2600 км2 с населением 190 тыс. чело-
век68 .
Уже позднее югославско-австрийский вопрос и позиция по
нему советской стороны стали достаточно запутанными. Летом
199
^Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
1947 года югославское правительство вело самостоятельные
переговоры с английскими представителями, о чем стало изве-
стно в Москве. 5 августа советское правительство заявило пра-
вительству Югославии о своем недовольстве по поводу «заку-
лисных переговоров за спиной советского правительства» с пред-
ставителями Англии о югославских территориальных требова-
ниях к Австрии69. Воспользовавшись этим, советская сторона
заявила, что она считает более невозможным поддерживать на
Парижской сессии совета министров иностранных дел 1947 года
югославские претензии к Австрии, от которых, по словам со-
ветской стороны, «югославское правительство уже отказалось»70.
В период советско-югославского конфликта 1948 года данный
вопрос стал предметом взаимных обвинений. Югославская сто-
рона выдвигала претензии к советскому руководству в том, что
оно настаивало, чтобы югославская делегация уменьшила свои
требования до небольшой пограничной поправки. В свою оче-
редь советское правительство утверждало, что предложение о
сокращении территориальных требований до 200 км2 с населе-
нием в 10 тыс. жителей исходило от Югославии71.
По всей видимости, для СССР в этот период было крайне
важно не допустить разрастания конфликта вокруг Австрии и
на Парижской мирной конференции добиться ее территори-
альной целостности, не допустить раздела ее территории. Под-
держивая новое правительство Австрии во главе с К.Ренером,
советское руководство, вероятно, рассчитывало получить ка-
кие-то выгоды, в том числе материальные, добиваясь решения
в свою пользу вопроса о получении доли германского имуще-
ства в Австрии.
Попытки Белграда проводить самостоятельную поли-
тику в вопросах удовлетворения своих территориаль-
ных претензий имели для СССР подчиненное значение, и
его позиция зависела от конкретных прагматических
интересов в отношениях с западными державами. Со-
ветское руководство, ощугцавшее себя победителем в ве-
ликой войне, в то же время не могло не учитывать тех
гигантских людских и материальных потерь, которые
понес Советский Союз. Исходя из этого, оно взяло праг-
матический курс на «сохранение и защиту первого в мире
социалистического государства», рассчитывая на пони-
мание этих реалий со стороны своих союзников.
Лидером в намечавшемся противостоянии между Востоком
и Западом со стороны последнего были США, единственная
200
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
великая держава, не пострадавшая в ходе Второй мировой вой-
ны в экономическом и военном отношении. Разрабатываемая
Ф.Рузвельтом концепция послевоенного мирного урегулирова-
ния — «концепция универсализма» — позволила бы поддержи-
вать «баланс интересов» между великими державами. Но уже
тогда главной чертой данной концепции была идея американ-
ского мирового господства, согласно которой США, используя
экономическое и политическое могущество, заняли бы ведущие
позиции в мире.
Концепция «национальной безопасности» США с самого
начала содержала следующие постулаты: военное пре-
восходство над любым государством или группой госу-
дарств; прочные внешнеполитические позиции, военная
организация, способная успешно противостоять воен-
ным или подрывным действиям извне или изнутри, в
открытой или скрытой форме72.
К 1946 году стали вырисовываться послевоенные геополи-
тические реалии, которые создали почву для взаимного вос-
приятия «образа врага» как в Вашингтоне, так и в Москве.
Известно, например, что в ответ на запрос государственного
департамента США от 3 февраля 1946 года временный пове-
ренный в делах США в СССР Д.Кеннан направил в Вашингтон
секретный документ, вошедший в историю как «длинная теле-
грамма Кеннана». Как неоднократно отмечалось в отечествен-
ной литературе, в этом документе кратко характеризовались
истоки и основные особенности послевоенного мировоззрения
советского руководства. Этот документ стал вскоре ключевым в
концептуальном оформлении взятой на вооружение американ-
ской доктрины «сдерживания коммунизма».
Посол США в Москве Д. Кеннан:
«Мы имеем дело с политической силой, фанатично при-
верженной мнению, что с США не может быть достиг-
нут постоянный модус вивенди, что является желатель-
ным и необходимым подрывать внутреннюю гармонию
нашего общества, разрушать наш традиционный образ
жизни, ликвидировать международное влияние нашего го-
сударства, с тем чтобы обеспечить безопасность со-
ветской власти», которая, «будучи невосприимчивой к
логике разума... очень чувствительна к логике силы»73.
По странной аналогии, в сентябре 1946 года по запросу мини-
201
ШВасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
стра иностранных дел СССР74 В.ММолотова это ведомство по-
лучило свою «длинную телеграмму» из Вашингтона. Это был
политический обзор «Внешняя политика США в послевоенный
период», подготовленный послом СССР в США Н.В.Новиковым
27 сентября 1946 года. В документе говорилось, что «внешняя
политика США, отражающая империалистические тенденции
американского монополистического капитала, характеризуется
в послевоенный период стремлением к мировому господству».
Далее приводился набор аргументов, призванных подтвердить
этот тезис, из которых делался вывод о том, что в реализации
планов установления мирового господства США решающая роль
предназначается их вооруженным силам. Заканчивался обзор
выводом: «Подготовка США к будущей войне проводится с рас-
четом на войну против Советского Союза, который является в
глазах американских империалистов главным препятствием на
пути США к мировому господству»75.
Аналитический обзор Н.В.Новикова и «длинная телеграм-
ма» Кеннана, по всей видимости, служили подтверждением
формировавшегося соответственно у руководителей США и
СССР «образа врага» в отношении друг друга. Советское руко-
водство приняло на вооружение концепцию «решительного от-
пора американскому империализму». Уверенность советских
руководителей в правильности избранного ими курса подтвер-
ждалась принятыми в США весной 1947 года доктриной Тру-
мэна и летом того же года «планом Маршалла».
В этот период американская сторона видела в Югославии
главного проводника укрепления позиций СССР в Балканском
регионе. При этом тезис о защите «демократии» являлся пред-
логом для собственного вмешательства США в балканские дела.
Влиятельный американский журналист В. Липпман:
«Мы выбрали Турцию и Грецию не только потому, что
они являются блестящими образцами демократии, а по-
тому у что они представляют собой стратегические во-
рота} ведущие в Черное море, к сердцу Советского Со-
юза»76 .
Особую озабоченность в Вашингтоне вызывала ситуация
после начала гражданской войны в Греции. К тому же, как
указывалось выше, в августе 1946 года СССР усилил нажим на
Турцию в вопросе о пересмотре режима Проливов. Используя
ООН, западные державы обвинили ФНРЮ во враждебном вме-
шательстве во внутренние дела Греции. В сентябре того же
202
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
года Совет Безопасности ООН обсуждал вопрос о положении на
греко-албанской границе, и со стороны США было выдвинуто
предложение, чтобы послать комиссию для «обследования» по-
ложения на границе Греции с Югославией и Болгарией. Совет-
ский представитель голосовал против этого, наложив на данное
предложение «вето»77. 3 декабря 1946 года греческое прави-
тельство обратилось в Совет Безопасности с жалобой на вме-
шательство соседних режимов во внутренние дела Греции. После
этого Совет Безопасности учредил комиссию по расследованию
положения на северной границе Греции.
Имеющиеся документы свидетельствуют об интенсивных
консультациях между Югославией, Болгарией и СССР по во-
просу оказания активной военной помощи греческим партиза-
нам. Так, в конце августа 1946 года в Белград нелегально при-
был организационный секретарь ЦК компартии Греции Иони-
дис. Он имел полномочия изложить в Белграде, Софии, Москве
«актуальные вопросы положения в Греции и оказания ей помо-
щи»78. Подобные просьбы уже неоднократно поступали в Бел-
град и Софию, а также в Москву. В начале февраля 1947 года
Тито получил благодарственную телеграмму за оказание помо-
щи греческим коммунистам. В ней говорилось: «Эта помощь
прибыла в момент напряженной борьбы греческого народа за
независимость и демократию и укрепляет еще больше связи
между народами Югославии и Греции79. Аналогичная телеграмма
была направлена на имя Георгия Димитрова: «Благодарим Вас
и в Вашем лице всех членов ЦК БРП /к/ за оказанную матери-
альную помощь в связи с обращением нашего ЦК»80.
Вопрос об оказании Демократической армии Греции (ДАГ)
помощи в вооружении и материальном обеспечении стал пред-
метом специальных переговоров министра иностранных дел
В.М.Молотова и секретаря ЦК КПЮ, министра внутренних дел
Югославии А.Ранковича в начале июня 1947 года. Югославская
сторона передала просьбу руководителей греческих коммунис-
тов о поставке из СССР 50 млн. винтовочных патронов и друго-
го вооружения. По этому вопросу Молотов в записке секретарю
ЦК ВКП(б) М.А.Суслову от 16 июня того же года указал, что
Югославия уже не в состоянии снабжать ДАГ боеприпасами из
резервов собственной армии, так как они на исходе81.
Комплекс причин, среди которых было усиление в Балкан-
ском регионе стран с просоветским режимом, а также внутрен-
няя нестабильность в Греции привели к принятию США весной
1947 года программы экономической, финансовой и военной
помощи этой стране, а также Турции. 12 марта 1947 года на
203
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?.,
объединенном заседании палаты представителей и сената пре-
зидент США Г.Трумэн выступил со специальным посланием
«О политическом положении в Греции и Турции» и запросил на
помощь правящим режимам в этих странах 400 млн. долларов.
Он утверждал, что без такой помощи невозможно противиться
иностранному вмешательству в Греции со стороны Албании,
Болгарии, Югославии. Основные тезисы этой программы, полу-
чившей название «доктрины Трумэна», сводились к тому, что
США должны помогать свободным народам защищать свои
институты и национальную целостность «от агрессивных дей-
ствий тоталитарных режимов». Президент США, в частности,
указал, что «прямая или непрямая агрессия тоталитарных ре-
жимов подрывает основы международного мира и соответственно
безопасность США»82.
Любые действия неугодных с точки зрения американ-
ского руководства государств объявлялись затрагиваю-
щими безопасность США. Вашингтон брал на себя право
определять и контролировать внутриполитическую си-
туацию в других странах, исходя из принципа, что «то-
талитарные режимы» навязаны вопреки воле народов
этих стран. Выступив 13 мая 1947 года на пресс-конфе-
ренции с оценкой собственной доктрины, Трумэн не ос-
тавил сомнений в том, что право на толкование поли-
тических реалий в мире принадлежит исключительно
Соединенным Штатам, цель которых «установить сво-
бодное мировое правительство»83.
Помощь Югославии греческим партизанам выдвигалась в
качестве обоснования «права США вмешиваться в дела других
стран для борьбы с «коммунистической агрессией».
В этот период США, Англия и другие западные страны че-
рез Совет Безопасности ООН пытались провести резолюцию о
«принудительных мерах» в отношении Югославии, Болгарии,
Албании. Применение советской делегацией права «вето» не
допустило принятия резолюции по санкциям против указан-
ных стран. Тем не менее на очередной сессии Генеральной ас-
самблеи (сентябрь—ноябрь 1947 года) западные державы су-
мели добиться принятия резолюции с осуждением Югославии,
а также Болгарии и Албании 84.
В 1945—1948 годах постоянно возникали трения в америка-
но-югославских отношениях по югославским внутренним про-
блемам. После провозглашения Федеративной Народной рес-
204
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
публики Югославии в 1946 году новая власть развернула неус-
танную охоту за бывшими участниками формирований серб-
ских монархистов и националистов в годы Второй мировой вой-
ны. Обострение отношений между США и Югославией приня-
ло резкий характер после ареста югославской тайной полицией
бывшего военного министра королевского правительства Юго-
славии, руководителя вооруженных формирований четников
Дражи Михайловича. Он был заманен в ловушку и арестован.
В целях нейтрализации враждебной пропаганды обвинение со-
средоточило основное внимание на его сотрудничестве с немца-
ми, а не на оппозиции коммунистам и его монархических убеж-
дениях.
Американская дипломатия пыталась оказать давление на
руководство ФНРЮ. Так, 6 июня 1946 года государственный
секретарь США Д.Бирнс направил поверенному в делах США
в Югославии Г.Шанцу ноту для представления в МИД ФНРЮ,
в которой говорилось, что сформированный в США «Комитет
за справедливый суд над Д.Михайловичем» готов представить
югославскому правительству документы, свидетельствующие в
пользу подсудимого»85. Эти материалы были присланы в Юго-
славию, однако они не смогли изменить точку зрения суда на
дело Михайловича, который был приговорен к смертной казни
через расстрел. Приговор был приведен в исполнение 17 июля
1946 года, что вызвало резкую критику как западных полити-
ческих деятелей, таких как Черчилль и де Голль, так и со сто-
роны общественности в странах Запада. Тито стал объектом
ненависти в этих странах, карикатуры изображали югослав-
ского лидера с фигурой Г.Геринга, авторы многих газетных пе-
редовиц называли Тито «сталинской марионеткой».
Крайнего обострения американо-югославские отношения
достигли в 1946—1947 гг. С февраля по август 1946 года само-
леты США 1070 раз нарушали воздушное пространство ФНРЮ,
совершая полеты между военными базами в Италии и Авст-
рии86. 9 и 19 августа югославы вынудили к посадке на югослав-
скую территорию два военно-транспортных самолета США, в
результате чего один из них разбился, другой был поврежден.
США потребовали выплатить 350 тыс. долларов семьям погиб-
ших летчиков и за причиненный ущерб. Однако правительство
ФНРЮ отказалась от выплаты компенсации. 16 сентября Юго-
славия приостановила деятельность в стране информационной
службы США. В конце того же года создалась прямая угроза
разрыва югославско-американских отношений. Еще большее
обострение отношений последовало после того, как в Белграде с
205
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
31 декабря 1946 года по 4 января 1947 года прошел процесс по
обвинению югославских граждан в шпионаже в пользу США.
На процессе было заявлено, что сотрудники американского по-
сольства — аналитик экономического отдела Э.Придонов, по-
мощник военно-морского и военно-воздушного атташе Дж.Ка-
шунич и советник посольства Б.Шанц — получили через под-
судимых секретную информацию. Директор европейского уп-
равления госдепартамента США Х.Маттеус указал в меморан-
думе на имя заместителя госсекретаря США ДАчесона, что
дело идет к разрыву дипломатических отношений США и
ФНРЮ87. В тот же период постоянно возникали трения в отно-
шениях двух стран из-за отказа США выдать Югославии во-
енных преступников, коллаборационистов, скрывшихся в окку-
пационных зонах западных держав в Италии, Австрии, Герма-
нии88 .
Эти и многие другие факты свидетельствуют о том, что юго-
славские интересы расходились с американскими, а также ан-
глийскими, итальянскими, австрийскими. Наиболее прочные
позиции Коммунистической партии Югославии по сравнению с
другими странами Восточной Европы, значительные вооружен-
ные силы, совпадение точек зрения Югославии и СССР на ос-
новные международные проблемы давали основания Вашинг-
тону рассматривать свою политику в отношении Югославии в
русле задач американо-советских отношений.
Орудием глобального экономического наступления западно-
го капитала, прежде всего на позиции СССР и его союзников в
Восточной Европе, стал план Маршалла. Новые исследования
российских ученых в принципе не изменили ранее существо-
вавшие оценки: страны Восточной Европы могли принять уча-
стие в программе восстановления Европы только при условии
своего отказа от почти исключительной ориентации их эконо-
мики на Советский Союз в пользу широкой европейской инте-
грации. При этом предполагалось использовать сырьевые ре-
сурсы Восточной Европы для восстановления западной части
континента89. Судя по имеющимся к настоящему времени ма-
териалам, Запад вел двойную игру, на словах выражая заинте-
ресованность в участии в плане Маршалла СССР и других во-
сточноевропейских государств и пригласив их на Парижскую
конференцию летом 1947 года, но на самом деле надеясь на
отказ советского руководства от сотрудничества90.
Как известно, в Москве неоднозначно отнеслись к предло-
жениям принять участие в совещании в Париже. С одной сто-
роны, СССР был заинтересован в получении американских кре-
дитов. 22 июня 1947 года в соответствующей телеграмме МИД
206
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
СССР советским послам в Варшаве, Праге, Белграде говори-
лось о том, что они должны передать руководителям этих стран
пожелание, чтобы дружественные союзные государства про-
явили, со своей стороны, соответствующие инициативы по обес-
печению своего участия в разработке указанных экономичес-
ких предложений91.
Однако ряд советских экономистов и политических деяте-
лей предостерегали советское руководство от участия в данном
проекте.
Академик Е.С.Варга в докладной записке В.М.Молотову
указывал, что цель плана Маршалла состояла в улучше-
нии экономического положения самих США, и он должен
служить средством смягчения очередного разразившего-
ся там экономического кризиса. США в собственных
интересах должны были дать больше кредитов, чтобы
освободиться от лишних товаров внутри страны.
Негативно оценил план Маршалла и советский посол в США
Н.В.Новиков, считая его более широкой акцией по созданию
западноевропейского блока как орудия американской полити-
ки92.
План Маршалла содержал совершенно неприемлемое для
СССР условие, согласно которому принявшие его страны дол-
жны были согласовывать свой экспортный список с США. Пре-
дусматривалось также создание комиссии по выявлению и про-
верке ресурсов европейских стран, якобы в целях определения
их экономических потребностей. Именно этим объясняет россий-
ский ученый А.М.Филитов резко отрицательную реакцию со-
ветского руководства на план Маршалла. Вполне вероятно, что
это условие заранее делало невозможным участие СССР в дан-
ном плане. Ведь речь шла о контроле за поставками из восточ-
ноевропейских стран и из Германии стратегического сырья —
урана из восточной зоны Германии и из Чехословакии93. Под
пристальным вниманием Запада находились и поставки в СССР
урана с Балканского полуострова, в частности из Болгарии. Еще
в марте 1945 года посольство Великобритании в СССР сделало
запрос относительно характера советско-болгарских перегово-
ров. НКИД СССР дал уклончивый ответ о том, что на них обсуж-
дались вопросы поставок из Болгарии в СССР стратегического
сырья. Теперь известно, что в 1945 году представители Совет-
ского Союза вели переговоры с целью заключения советско-
болгарского соглашения об эксплуатации урановых месторож-
дений в Болгарии94.
207
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Сведения, полученные В.М.Молотовым по линии разведки,
повлияли на окончательное определение позиции советского
руководства в отношении участия СССР в плане Маршалла. В
информации на его имя от 30 июня 1947 года говорилось о том,
что между США и Англией достигнута договоренность по ряду
ключевых вопросов данного плана. Прежде всего указывалось:
«План Маршалла должен рассматриваться как план реконструк-
ции Европы, а не помощь Европе... Реконструкция Европы мо-
жет быть осуществлена посредством создания серии функцио-
нальных комитетов по углю, стали, транспорту, сельскому хо-
зяйству и продовольствию... В комитетах будут представлены
различные малые страны Европы95». Но главным было то, что в
центре плана стояла Германия, рассматриваемая как ключ ев-
ропейской экономики. «Поэтому, — указывалось в документе, —
она должна являться одной из основ любого плана восстановле-
ния континента»96. Этот пункт наносил главный удар по инте-
ресам СССР в Европе.
Именно эти аспекты лежали в основе того, что 2 июля 1947 го-
да СССР отказался от участия в намечавшемся в том же меся-
це Совещании европейских государств по плану Маршалла. До
сих пор среди российских исследователей ведутся споры по
поводу оценки данного отказа советской стороны. Ряд из них
считает, что тем самым советское руководство облегчило поло-
жение организаторов — США и Великобритании, которые и не
планировали присоединения СССР к плану.
Документы свидетельствуют, что у советского руководства
были также колебания и в отношении участия других стран
Восточной Европы в данном совещании. Но Москва однозначно
высказалась против присоединения этих стран к самому плану.
4 июля 1947 года посол СССР в Югославии А.Лаврентьев
отметил, что Э.Кардель сообщил ему о намерении югославского
правительства сделать заявление о своей позиции в деле раз-
работки мероприятий экономической помощи европейским стра-
нам со стороны США, в котором предполагалось указать, что
«Югославия без Советского Союза не может принять участие в
разработке плана, поскольку предложения правительств Анг-
лии и Франции стремятся создать такую систему, которая по-
зволила бы некоторым великим державам вмешиваться во внут-
ренние дела других стран и подчинить экономику малых госу-
дарств этим державам, тем самым лишив национальной неза-
висимости государства»97. Югославский руководитель просил
сообщить мнение советского правительства по поводу данного
заявления.
В телеграмме от 5 июля 1947 года советскому послу в Бел-
208
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
граде было высказано мнение Кремля о том, что лучше было
бы Югославии участвовать в совещании и дать там бой Амери-
ке и ее сателлитам, а потом уйти с совещания и увести с собой
возможно больше делегаций от других стран98. Аналогичные
послания ЦК ВКП(б) были направлены руководителям ряда
государств Восточной Европы.
Однако вскоре решение Москвы изменилось: в новых те-
леграммах в ночь с 7 на 8 июля 1947 года советским по-
слам в Белграде, Будапеште, Бухаресте, Варшаве, Праге,
Софии, Тиране и Хельсинки давалось указание передать
Беру ту, Готвальду, Георгиу-Деж, Димитрову, Ракоши,
Тито и Куусинену телеграмму ЦК ВКП(б) о том, что
представляемые ими страны и правительства должны
были отказаться от участия в открывающемся 12 июля
в Париже общеевропейском совещании по плану Маршал-
ла" . Югославское правительство вместе с руководством
других восточноевропейских стран выполнило данную
из Москвы директиву.
Принятие западными державами плана Маршалла было
воспринято в СССР как доказательство враждебной политики
Англии и США по сколачиванию военно-политических и эко-
номических блоков, направленных против Советского Союза и
стран «народной демократии». С этого времени концепция раз-
дела Европы на сферы влияния стала активно реализовывать-
ся как Западом, так и Востоком.
В сентябре 1947 года на совещании представителей ряда
компартий в Польше (Шкляряска Поремба) делегаты от ВКП (б)
обнародовали заявление о расколе мира на два враждебных
лагеря. Данный тезис был, как известно, всесторонне обоснован
в докладе секретаря ЦК ВКП(б) А.А.Жданова. Цель социалис-
тического лагеря во главе с СССР заключалась в борьбе против
угрозы новых войн и империалистической экспансии, укрепле-
нии демократии и искоренении фашизма. Целью другого, реак-
ционного лагеря, как отмечалось в докладе, являлось укрепле-
ние империализма, подготовка новой империалистической вой-
ны, борьба с социализмом и демократией и повсеместная под-
держка реакционных, антидемократических режимов100.
Тогда же было решено создать Информационное бюро (Ко-
минформ), состоявшее из представителей ЦК партий-участниц
совещания, с задачей организации обмена опытом между партия-
ми и координации их деятельности.
Компартию Югославии на данном совещании представляли
209
ШЗасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
члены Политбюро ЦК КПЮ Э.Кардель и МДжилас. Э.Кардель
сделал информационный доклад на тему: «КПЮ в борьбе за
независимость народов страны, за народную власть, за экономи-
ческое восстановление и социалистическую реконструкцию хо-
зяйства», а Джилас выступил с докладом «Вопросы организаци-
онной работы КПЮ». А.А. Жданов в телеграмме Сталину под-
черкивал, что наиболее активно и позитивно на совещании вели
себя югославы, особенно выделив по содержанию доклад Э.Кар-
деля. Представители КПЮ поддержали Жданова в критике те-
зиса «о различных путях» перехода к социализму, что прояви-
лось в критических замечаниях в адрес Итальянской и Фран-
цузской коммунистических партий в связи с их преклонением
перед парламентаризмом, уступчивостью Ватикану и деголлиз-
му101. Эти компартии были осуждены за подчеркивание своей
«независимости» от Москвы.
В тот период Югославия рассматривалась в Москве как наи-
более верный союзник СССР, подтверждением чему явился
выбор Белграда в качестве местопребывания Информационно-
го бюро. Там же должна была находиться редакция его печат-
ного органа — газеты «За прочный мир, за народную демокра-
тию».
В обстановке усиливавшейся международной напряженнос-
ти и нарастания процесса «биполяризации» мира советское ру-
ководство все более склонялось в сторону идейно-политическо-
го единства и организационной унификации политических ре-
жимов в странах Восточной Европы, их консолидации вокруг
Москвы. Российские исследователи усматривают причины дан-
ного процесса в боязни руководства СССР поворота этих стран
к западному варианту общественного устройства на фоне раз-
вертывания американской помощи Европе и перспективы для
компартий Восточной Европы оказаться в политическом цейт-
ноте102. Чтобы не допустить такого развития событий, брался
курс на уничтожение оппозиции, а вслед за этим немедленный
переход к советской модели строительства социализма.
Вполне оправданным является также вывод о том, что лю-
бое проявление коммунистическим руководством в отдельных
странах Восточной Европы самостоятельных шагов на между-
народной арене рассматривалось в Москве как угроза совет-
скому присутствию в Восточной Европе, ослаблению его пози-
ций и консолидирующей роли СССР в сплочении этих стран
для противостояния Западу.
Данная линия нашла проявление в борьбе Москвы против
реформаторских тенденций среди сторонников концепции на-
210
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
циональных путей к социализму в восточноевропейских стра-
нах, уничтожении в них реформаторских сил и закреплении
курса на «советизацию». Такой курс означал идейно-полити-
ческое оформление советского блока.
17 марта 1948 года в Брюсселе Англией, Францией, Бельги-
ей, Голландией, Люксембургом был подписан договор о Запад-
ном союзе, ставшим вехой к созданию западного военно-поли-
тического блока. Вполне логичным поэтому выглядело бы, если
Советский Союз пошел бы по пути укрепления своих позиций
на Балканах, где главной опорой могла быть Югославия.
Во-первых, в этой стране коммунисты после войны распо-
лагали монополией политической власти при отсутствии ка-
кой-либо серьезной оппозиции.
Во-вторых, геополитическое значение Югославии опреде-
лялось ее центральным положением на Балканах. После под-
писания 11 апреля 1945 года советско-югославского Договора о
дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи совместная воен-
ная мощь СССР и Югославии в случае создания восточного
блока могла бы оказывать серьезное давление на все восточное
побережье Адриатического моря и на границы Италии.
И по сей день исследователи продолжают споры о том,
что было первично: эксцессы со стороны Запада побуди-
ли советское руководство в послевоенные годы ужесто-
чить свои позиции или же в Кремле решили, что насту-
пило время удовлетворить присущее советскому госу-
дарству стремление к внешней экспансии коммунизма.
Скорее, правы те, кто считает, что столкнулись две
космополитические концепции международных отноше-
ний: идея мирового господства под предлогом «защиты
национальных интересов США» и идея «пролетарского
интернационализма». Это вело к тотальной вовлеченно-
сти малых национальных государств в дела двух сверх-
держав — СССР и США, к биполярной структуре мира
и жесткой конфронтации между двумя полюсами.
Развитие ситуации в условиях дальнейшего углубления со-
ветско-югославского сотрудничества могло бы пойти по пути
установления советско-югославской гегемонии как в данном
регионе, так и в Восточном Средиземноморье.
Однако история распорядилась по-другому.
211
ШВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?,.
Советско-югославский разрыв, или как Тито
стал «антимарксистом»
Именно в момент обострения отношений Советского Союза
с западными странами в середине 1948 года между Стали-
ным и Тито произошел конфликт, который привел к отлучению
Югославии от «социалистического лагеря». Он продолжался до
1953 года и лишь после смерти Сталина пошел на спад, завер-
шившись нормализацией советско-югославских отношений после
подписания Белградской (1955 г.) и Московской (1956 г.) декла-
раций.
С конца 80-х годов в СССР в рамках тематики «белых пя-
тен» в истории проблема данного конфликта получила освеще-
ние в исследованиях видных ученых-славистов103. В самый раз-
гар перестроечных процессов, в обстановке так называемого
краха «командно-административной системы» и попыток со-
вершенствования и демократизации социализма, между совет-
скими и югославскими историками проходили активные дис-
куссии по вопросам истоков и сущности советско-югославского
конфликта и его уроков104.
Интерес к данной тематике не ослабевал и позднее, уже в
новых условиях, после распада СССР и социалистической Юго-
славии.
В бывшей Югославии еще с 50-х годов официальными по-
литическими кругами и историками распространялась версия о
том, что возникший между Кремлем и руководством КПЮ кон-
фликт был вызван недовольством советского руководства свое-
образным путем строительства социализма в этой стране. Со-
гласно данной точке зрения, противоречия возникли еще в годы
войны и развивались по нарастающей линии, что в конечном
итоге и привело к кризису советско-югославских отношений105.
Появившаяся к настоящему времени возможность ознако-
миться с более широким кругом источников, а также прогресс в
развитии историко-теоретических концепций относительно сути
тоталитарных режимов в Восточной Европе и роли СССР по-
зволяют более всесторонне взглянуть на социально-политичес-
кие корни конфликта. Они были заложены в идейно-полити-
ческих постулатах сталинского руководства, реализовывавшихся
и во внешней политике.
Несомненно, конфликт был самым тесным образом связан с
общим обострением противостояния СССР с западными стра-
212
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
нами, развитием конкретной военно-политической ситуации на
Балканах. В то же время его нельзя рассматривать изолиро-
ванно от отношений ВКП(б) с коммунистическими партиями
стран Восточной Европы в рамках созданной организации Ин-
формбюро. Идейно-политические параметры советско-югослав-
ского конфликта в рамках изучения тематики истории Информ-
бюро и отношений СССР с восточноевропейскими странами к
настоящему времени получили довольно подробное освещение
в ряде публикаций российских исследователей106.
По-прежнему завесой тайны скрыт целый комплекс во-
просов о подлинных внешнеполитических целях Стали-
на и его окружения, инициировавших конфликт, о воен-
но-политических расчетах при отлучении Югославии в
обстановке создания двух военно-политических группи-
ровок: «социалистического лагеря» и западного блока.
Встает также вопрос о реальности военного столкнове-
ния Югославии и СССР, втягивании в вооруженный кон-
фликт соседних с Югославией стран и возможной реак-
ции на это со стороны Запада — прежде всего США и
Великобритании.
Послевоенные советско-югославские отношения, как спра-
ведливо отмечал российский историк Л.Я.Гибианский, отлича-
лись самым тесным сотрудничеством и взаимодействием107. Это
относилось и к активным военно-политическим связям двух
стран на заключительном этапе Второй мировой войны при
проведении совместных боевых операций войск 2-го и 3-го Ук-
раинских фронтов и Народно-освободительной армии Югосла-
вии. Именно тогда началось перевооружение и оснащение Юго-
славской армии за счет поступавшей из СССР военной помощи.
Вопросы военного строительства в Югославии обсуждались на
уже упомянутой встрече И.В.Сталина с делегацией Националь-
ного комитета освобождения Югославии во главе с А.Хебран-
гом в начале 1945 года. С советской стороны переговоры велись
при участии главы НКИД В.М.Молотова и начальника совет-
ской военной миссии в Югославии генерала А. Ф.Киселева.
По планам югославского Верховного штаба после войны пре-
дусматривалось увеличение численности армии с500до800 ты-
сяч, а количество дивизий — до 40108. В ходе переговоров ИВ.Ста-
лин неоднократно возвращался к вопросам строительства Юго-
славской армии, тем самым подчеркивая их особую значимость,
акцентируя внимание на необходимости ее укрепления хорошо
213
^Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
обменными командными кадрами, обещая оказать помощь в
организации военного ведомства. Тогда же состоялась догово-
ренность о направлении в Югославскую армию советских воен-
ных инструкторов109.
Таким образом, из записи данных переговоров очевидно, что
И.В.Сталин и советское руководство проявляли явную заинте-
ресованность в укреплении и присутствии на Балканах силь-
ной союзной Югославской армии.
Сталин интересовался также отношениями Югославии с со-
седней Албанией, особенно намерениями Белграда подписать с
последней договор о дружбе и взаимной помощи, обратив вни-
мание югославов на возможные осложнения в этом вопросе с
Англией. Судя по характеру беседы, можно сделать вывод, что
Сталина уже тогда в определенной степени тревожила излиш-
не самоуверенная и непродуманная, с точки зрения ее послед-
ствий для отношений с Западом, линия югославских руководи-
телей.
ИВ.Сталин:
«В случае осложнений придется воевать, а сможет ли
она [Югославия] воевать против Англии, имеет ли она
достаточно сил? Это еще вопрос»110.
Но главное, что на этих переговорах Сталин впервые выра-
зил пожелание согласовывать югославские внешнеполитичес-
кие акции с советским руководством. «Хорошо было бы запраши-
вать наше мнение прежде, чем принимать важные решения,
иначе мы окажемся в глупом положении», — подчеркнул он111.
Результатом советско-югославских переговоров в январе
1945 года явилось расширение военной помощи Югославии. По-
мимо уже полученной югославами военно-технической помо-
щи112 постановлением Государственного комитета обороны СССР
от 10 февраля 1945 года предусматривалась передача Югосла-
вии вооружения, боевой техники и других военных материалов
для оснащения 20 пехотных дивизий, трех артиллерийских и
двух танковых бригад, смешанной и транспортной авиацион-
ных дивизий, нескольких полков связи, инженерных и автомо-
бильных частей113. Только в 1945 году югославскому правитель-
ству было передано вооружения и имущества на общую сумму
421, 9 млн. рублей, в то время как для соседней Болгарии эта
сумма за переданное в 1945—1946 годах имущество составила
294,9 млн. рублей114.
В соответствии с югославскими пожеланиями в 1945 году
была продолжена начатая еще в 1944 году практика направле-
214
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
ния на учебу в СССР большого количества югославских воен-
нослужащих. Уже к началу апреля 1945 года в трех войсковых
училищах, четырех школах авиамехаников, на курсах военных
специалистов училось 3 126 югославов115. При этом количество
югославских военнослужащих, обучавшихся в СССР, намного
превышало число представителей других стран Восточной Ев-
ропы. Например, в период с марта по май 1945 года в советские
военные учебные заведения было принято 2 511 югославов и
только 161 офицер польской и 27 офицеров болгарской армий116.
Кадры для всех видов вооруженных сил и родов войск Югослав-
ской армии готовились с мая 1945 года в 34 высших и средних
учебных заведениях Советского Союза117.
Помимо перечисленных направлений военной помощи и со-
трудничества на основании Постановления ГКО от 10 февраля
1945 года советская сторона оказывала значительное содействие
в перестройке вооруженных сил Югославии на основе совет-
ского военного опыта. Указанное постановление предусматри-
вало направление в югославские вооруженные силы — в шта-
бы, соединения, части и военно-учебные заведения ста один-
надцати советников и инструкторов. В их задачу входило ока-
зание помощи Югославской армии в реорганизации штабов, со-
единений и частей, в обучении армии и, главным образом, ее
офицерских кадров на основе опыта современной войны приме-
нительно к особенностям Югославии и ее театру военных дей-
ствий. Генеральный штаб Красной армии должен был оказы-
вать помощь Верховному (Генеральному) штабу югославской
армии в разработке штатов для формируемых штабов, соеди-
нений и частей118.
В системе военного образования в самой Югославии исполь-
зовались советские учебные планы, программы, учебники, а так-
же уставы, наставления, инструкции и другие учебные посо-
бия. Советские военные советники и инструкторы, работавшие
в Югославии, не обладали никакими административными пра-
вами в отношении личного состава Югославской армии119.
Таким образом, цели советской военной политики в отноше-
нии ФНРЮ в первые послевоенные годы заключались в подго-
товке к созданию прочного военно-политического союза с этой
страной и сильной Югославской армии.
Тем не менее уже в то время советское руководство с доста-
точной степенью осторожности относилось к тенденциям среди
югославских руководителей использовать военную силу в спо-
рах с Западом из-за югославских территориальных претензий
к Италии и Австрии. Как уже отмечалось выше, несмотря на
заинтересованность СССР в выходе к Средиземному морю и в
215
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
урегулировании с Турцией вопроса о Проливах, советские ру-
ководители, особенно после установления в мае 1945 года атом-
ной монополии США, придерживались политики компромиссов
с Западом, стремясь обеспечить свои интересы в ходе мирных
переговоров 1945—1947 годов.
Наиболее активно в военно-политических планах СССР в
отношении Балкан в конце войны и в первые послевоенные
годы разрабатывалась идея создания Южнославянской феде-
рации. Эта проблема как гипотетическая обсуждалась еще осе-
нью 1944 года болгарской делегацией представителей Отече-
ственного фронта и НКОЮ. Как писал Г.Димитров в своем днев-
нике, тогда «договорились о подготовке к заключению союза
между Болгарией и Югославией с перспективой создания об-
щей федерации южных славян» (запись от 23 ноября 1944 го-
да)120. В конце декабря того же года болгарский проект союзно-
го договора, который разрабатывался двумя лидерами болгар-
ской компартии Г.Димитровым и В.Коларовым, был направлен
И.В. Сталину. В данном проекте шла речь о заключении оборо-
нительного союза. «Жизненные интересы повелевают заклю-
чить вечный союз дружбы и сотрудничества» — говорилось в
проекте. И отмечалось: «Этот союз станет важным шагом к
сплочению всех балканских народов для защиты от всякой аг-
рессии и для обеспечения процветания на Балканах»121.
Уже с самого начала между двумя компартиями — БКП
и КПЮ — возникли разногласия о принципах объедине-
ния. Болгары предлагали создание нового союзного госу-
дарства на принципах конфедерации, а югославы настаи-
вали на вхождении Болгарии в состав уже существую-
щей ФНРЮ на тех же правах, что и остальные народы
Югославии, — македонцы, сербы, хорваты, словенцы, чер-
ногорцы.
В письме заместителя председателя Национального коми-
тета освобождения Югославии Э.Карделя Г.Димитрову от 5 фев-
раля 1945 года излагалась югославская точка зрения по этому
вопросу. Она сводилась к тому, что в той ситуации конфедера-
ция не была бы самой удобной формой объединения Болгарии с
Югославией вследствие внутренних причин, связанных с нали-
чием националистических сил в Хорватии и Словении, высту-
павших также с лозунгом о конфедеративном устройстве Юго-
славии122 .
Во время болгаро-югославских переговоров в Москве в ян-
216
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
варе 1945 года Сталин не одобрил планов поглощения Болгарии
Югославией. Тогда была достигнута договоренность о разработке
проекта договора о союзе. Сталин, по свидетельству Г.Димитро-
ва, высоко оценил значение этой договоренности, подчеркнул,
что таким образом положено начало новому союзу славянских
народов123. Вообще идея объединения славян была тогда попу-
лярна в советском руководстве. Сталин обратил внимание на
необходимость возрождения славянофильства, но на новых осно-
вах объединения славянских народов как равных среди равных
для общей защиты во имя своего существования и будущего124.
Однако проекты подписания югославо-болгарского договора
о союзе в начале 1945 года стали известны Западу, и предста-
вители Великобритании и США выступили против его заклю-
чения на Ялтинской конференции в феврале 1945 года. Они
считали, что Болгария как страна, находящаяся в состоянии
перемирия, не может заключать такого договора. Дискуссия на
заседании министров иностранных дел великих держав анти-
гитлеровской коалиции в том же месяце по поводу югославско-
болгарских отношений показала, что СССР не допустит приня-
тия решения, которое бы санкционировало британское «вето»
на заключение договора о союзе и взаимопомощи между Юго-
славией и Болгарией. В итоге английская делегация сняла про-
блему югославско-болгарских отношений из повестки дня Крым-
ской конференции. В 1946 году советское руководство предложи-
ло подождать с заключением болгаро-югославского договора до
подписания мирного договора с Болгарией. Об этом состоялась
договоренность в Москве на встрече советских руководителей с
югославской делегацией во главе с Тито 7 июня 1946 года125.
Достаточно неоднозначной была реакция Москвы на харак-
тер отношений между Югославией и другой соседней с ней стра-
ной — Албанией. Еще в ходе войны сложились своего рода пат-
ронирующие отношения между КПЮ и руководством албан-
ской компартии. После войны связи между Москвой и Тираной
осуществлялись через югославов, включая поставки вооруже-
ния. Во время советско-югославской встречи в Москве в мае
1946 года Сталин не возражал против этого порядка, как и про-
тив стремления югославов к включению Албании в федератив-
ную Югославию. Однако в дальнейшем оказалось, что укрепле-
ние военно-политических отношений между балканскими стра-
нами, минуя Москву, не устраивало Сталина. Его раздражало,
что югославы стремились держать связи СССР с Албанией в
своих руках. 9 июня 1946 года ФНРЮ подписала с Народной
Республикой Албанией Договор о дружбе и взаимопомощи. Была
217
НВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
достигнута договоренность о проведении единой экономической
политики двух стран, об организации смешанных югославско-
албанских обществ.
Несмотря на то, что Сталин на словах выступал за
ориентацию Албании на близость к Югославии, последую-
щие события показали, что вряд ли советский руково-
дитель в действительности был за поощрение югослав-
ских амбиций в Албании.
В июле 1947 года во время визита главы правительства Ал-
бании генерального секретаря КПА Э.Ходжи и заместителя
премьера и министра внутренних дел К.Дзодзе в Москву Ста-
лин высказал недовольство политикой югославского руковод-
ства в этом вопросе. Он заявил, что Албания является незави-
симой страной и должна проявлять самостоятельность при раз-
витии отношений с другими странами126.
С учетом военно-политической ситуации, в условиях граж-
данской войны в Греции такая логика Сталина представляется
непоследовательной. Побережье Албании имело важное стра-
тегическое значение в случае высадки англо-американских
войск, и Югославия могла бы оказать военную помощь в строи-
тельстве оборонительных укреплений на морском побережье.
Об этом, кстати, шла речь на встрече Ходжи и Тито в Белграде
летом 1946 года127.
Примечательно, что между югославскими и албанскими ру-
ководителями обсуждался вопрос о Косово и Метохии. По мне-
нию Тито, в то время было нецелесообразно поднимать вопрос о
присоединении этой области к Албании ни албанскому, ни юго-
славскому правительствам. Тито заявил, что международное
положение не благоприятствует постановке вопроса о присое-
динении Косово к Албании. Постановка этого вопроса, по его
мнению, могла ослабить позиции югославского правительства,
особенно в Сербии128. В то же время он высказался за необхо-
димость принятия всех мер к сближению населения Косово и
Метохии с населением Албании Одной из таких мер могло явить-
ся открытие албано-югославской границы129.
Последующие события показали, что именно сближение
трех балканских стран — Болгарии, Югославии, Алба-
нии, в котором можно было усмотреть приоритетную
роль Югославии, вызвало негативную реакцию Москвы.
Это было вызвано тем, что стремление компартии Юго-
218
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»..
славии играть лидирующую роль в отношении соседних
стран противоречило намечавшейся в Кремле иерархи-
ческой модели отношений внутри социалистического ла-
геря с одним лишь центром в лице Москвы и ВКП(б).
Однако сведение причин советско-югославского конфликта
к борьбе между ВКП(б) и КПЮ за лидерство в Балканском
регионе в определенной степени является упрощенным взгля-
дом на события. Такая точка зрения не дает ответа на ряд
вопросов, особенно в связи с объяснением военно-политических
целей советского руководства в условиях нарастающей конфрон-
тации между СССР и Западом и глобального американо-совет-
ского противостояния.
Отсутствие и по сей день документальных материалов о
конкретных военно-политических и военно-стратегических на-
мерениях руководства СССР и, прежде всего, о планах Стали-
на в этот период позволяет исследователям лишь гипотетичес-
ки оценить место советско-югославского конфликта в контек-
сте общей советской политики. Ясно одно, что данный конфликт
имел непосредственное отношение к общему противостоянию
между Востоком и Западом и его проявлению в данном регионе.
Заслуживает внимания ряд выводов, которые сделал рос-
сийский исследователь А.С.Аникеев130. Так, он отметил, что
прежде всего Запад еще в 1945 году, когда стало известно о
планах болгаро-югославского сближения, высказал крайне отри-
цательное отношение к идее болгаро-югославской федерации
из-за опасения выдвижения со стороны Софии и Белграда терри-
ториальных требований к Греции в отношении Эгейской Македо-
нии131 .
Эти же проблемы волновали Запад в разгар гражданской
войны в Греции летом 1947 года. В этот период в Совете Безо-
пасности ООН велась настоящая словесная война между пред-
ставителем США, с одной стороны, и представителями СССР
А.Громыко и Югославии Й.Вильфаном — с другой стороны, в
связи с обвинением Албании, Болгарии и Югославии по поводу
их «угрозы миру».
В соседних странах, прежде всего в Австрии, в зонах окку-
пации англо-американских войск, велась подрывная деятель-
ность против Югославии. Там под вывеской «лагерей для пере-
мещенных лиц» собирались остатки бежавших из этой страны
усташей, четников и других противников коммунистического
строя, ранее сотрудничавших с оккупантами. Они готовились к
террористической деятельности и заброске на югославскую тер-
219
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
риторию. Тогда же в Вашингтоне стали поддерживать идею
создания некоего «Аграрного блока придунайских стран» (Кре-
стьянского альянса), представленного политическими эмигран-
тами Ференцем Надем — бывшим венгерским премьером, Владко
Мачеком, Миланом Гавриловичем — югославскими политичес-
кими деятелями, Георгием Димитровом Гемето — главой Зем-
ледельческого союза Болгарии. США задерживали золотые за-
пасы Югославии, вывезенные туда после начала фашистской
агрессии в 1941 году.
В этой обстановке Югославия и Болгария решили укрепить
свои военно-политические и экономические отношения. Об этом
шла речь на состоявшихся с 30 июля по 1 августа 1947 года в
югославском городе Блед переговорах. Главным их результа-
том явилось уточнение Договора о дружбе, сотрудничестве и
взаимной помощи между Югославией и Болгарией132. Еще на-
кануне этого события Сталин во время беседы с Э.Карделем
19 апреля 1947 года одобрительно отнесся к намерению двух
стран, но только после ратификации мирного договора с Болга-
рией133.
С учетом этого пожелания Г.Димитров и И.Броз Тито реши-
ли не оглашать текст Договора. Однако 7 августа 1947 года был
опубликован официальный протокол об итогах переговоров, в
котором факт выработки Договора о дружбе, сотрудничестве и
взаимопомощи между двумя странами была обнародован. При
этом Димитров объявил, что этот договор будет бессрочным.
Сообщалось о подписании соглашения о развитии торгово-эко-
номического сотрудничества, о режиме предприятий, находив-
шихся в совместной собственности, о культурном сотрудниче-
стве, о подготовке к созданию таможенной унии, об отказе Юго-
славии от уплаты ей Болгарией репараций в сумме 25 млн. дол-
ларов, определенной Парижской мирной конференцией. В про-
токоле имелся пункт об установлении тесного контакта в отно-
шении частых пограничных провокаций со стороны греческих
монархистов, совместной позиции двух стран в отношении со-
зданной по решению Совета Безопасности ООН Анкетной ко-
миссии и недопущении ее представителей на территорию Юго-
славии и Болгарии134.
Протокол не оставлял никакого сомнения, что главным ито-
гом болгаро-югославских переговоров был Договор о дружбе,
сотрудничестве и взаимной помощи, текст которого пока не был
опубликован, но который можно было рассматривать как свер-
шившийся факт.
220
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
Парижская «Монд» 28 июля 1947 года писала:
«Нет сомнения, что речь идет о закладывании нового
камня в основание восточного блока, который после опуб-
ликования плана Маршалла и франко-английского пред-
ложения о созыве общеевропейской конференции грозно
стремится к консолидации на трехсторонней основе —
идеологической, экономической, политической»135.
Реакция Запада на эти договоренности была однозначной —
они рассматривались как угроза миру на Балканах. Американ-
ские обозреватели, в частности, усматривали в этом соглаше-
нии угрозу Греции и предполагали, что на переговорах обсуж-
дались вопросы создания автономного македонского государ-
ства. В Турции Бледское соглашение рассматривалось как «сла-
вянская экспансия»136.
К удивлению Белграда и Софии, Москва также неодобри-
тельно отнеслась к действиям двух стран. Уже 8 августа 1947 года
И.В.Сталин заявил Димитрову, что считает ошибкой публика-
цию согласованного текста коммюнике о Договоре. Он также
критиковал упоминание о его бессрочном характере, так как
это не принято в международных отношениях.
Сталин отметил, что объявление о Договоре до ратифика-
ции мирного договора с Болгарией будет использовано амери-
канцами и англичанами для увеличения военной помощи Гре-
ции и Турции, хотя до вступления в силу мирного договора
оставался лишь месяц.
12 августа 1947 года И.Броз Тито и Г.Димитрову были вру-
чены идентичные тексты телеграмм от Сталина. В них говори-
лось: «Советское правительство считает своим долгом довести
до сведения братских республик— Югославии и Болгарии о
своем отношении к бессрочному пакту между Югославией и
Болгарией.
Советское правительство считает, что оба правительства
допустили ошибку, заключив пакт, к тому же бессрочный, до
вступления в силу мирного договора, несмотря на предупреж-
дение Советского правительства. Советское правительство счи-
тает, что своей торопливостью оба правительства облегчили дело
реакционных англо-американских элементов, дав им лишний
повод усилить военную интервенцию в греческие и турецкие
дела против Югославии и Болгарии.
Конечно, Советский Союз связан союзом с Югославией и
Болгарией, так как у него имеется с Югославией формальный
договор о союзе, что равносильно формальному союзному до-
221
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
говору. (В тексте телеграммы для Димитрова в данном месте
говорилось: «Поскольку Советский Союз связан с Югославией
и Болгарией, с Югославией — формальным договором, с Болга-
рией — фактическим союзом».) Однако Советское правитель-
ство должно предупредить, что оно не может взять на себя
ответственность за пакты большой важности в области внеш-
ней политики, которые заключаются без консультации с Со-
ветским правительством»137.
Димитров в своем дневнике записал, что он сразу же на
следующий день, т.е. 13 августа, направил в Белград шифров-
ку, в которой говорилось: «Необходимо аннулировать этот акт,
до наступления благоприятного времени после консультаций с
СССР»138.
Тито, ознакомившись с телеграммой Сталина и получив
шифровку от Димитрова, 16 августа сообщил в Москву, что у
югославского правительства «не было намерения поставить
Советское правительство перед свершившимся фактом». Далее
он заявил о готовности, с учетом того, что Договор еще не под-
писан, опубликовать, если на это будут согласны болгары, опро-
вержение139 .
Подписанный на Парижской мирной конференции в февра-
ле 1947 года мирный договор с Болгарией вступил в силу 15 сен-
тября 1947 года. Уже 14 сентября Г.Димитров в Софии получил
следующую телеграмму из Москвы: «10 сентября после депо-
нирования мирного договора последний вступает в силу. Счита-
ем, что правительства Болгарии и Югославии могут присту-
пить к осуществлению договора о дружбе и взаимопомощи.
Дружков (Сталин). Алексеев (Молотов)»140.
Заключение взаимных договоров между малыми странами
входило осенью 1947 года в общую внешнеполитическую кон-
цепцию и намерения советского руководства. Этот вопрос об-
суждался на заседании Политбюро ЦК ВКП(б), и 14 октября на
основе протокола данного заседания была составлена директи-
ва Политбюро ЦК ВКП(б) Министерству иностранных дел СССР
по вопросу о заключении договоров о взаимопомощи со страна-
ми Восточной Европы. В директиве указывалось на первооче-
редность заключения данных договоров между малыми стра-
нами (Румыния, Болгария, Венгрия, Югославия, Чехословакия,
Польша), а «после этого заключить договоры о взаимопомощи
между СССР и теми из указанных стран, с которыми у Совет-
ского Союза еще не имеется такого рода договоров141. Далее
следовал пункт о том, чтобы «предстоящие договоры о взаимо-
помощи между малыми странами Восточной Европы исходили
из обязанности оказывать взаимную помощь против агрессии
222
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
со стороны всяких государств, не только со стороны Германии и
объединившихся с нею в политике агрессии государств142.
Из всего этого следует, что И.Броз Тито и Г.Димитров в прин-
ципе не вышли за рамки внешнеполитического курса, предпи-
санного Москвой. Единственным из «проступков» было то, что
они не проинформировали ее о своих намерениях о перегово-
рах в Бледе и предали гласности информацию о намечавшемся
Договоре.
27 ноября 1947 года в Евксинограде (вблизи Варны) во вре-
мя визита И.Тито в Болгарию состоялась официальная церемо-
ния подписания Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной
помощи между Югославией и Болгарией. При этом было учте-
но замечание Сталина относительно того, чтобы данный дого-
вор не имел бессрочного характера — он был заключен на 20 лет
с возможностью пролонгации. В совместном коммюнике в связи
с подписанием Договора было сделано заявление и по вопросу о
созданной Советом Безопасности ООН Балканской комиссии.
Говорилось, что обе стороны считают создание данной комис-
сии нарушением Устава ООН и принципа государственного су-
веренитета балканских народов, и поэтому они «не могут пре-
доставить никакого сотрудничества, ни допустить ее на свою
территорию»143. Тогда же был опубликован текст Договора о
дружбе и взаимопомощи144.
Осенью 1941 года Великобританию и США волновала ак-
тивная помощь Югославии греческим партизанам, осо-
бенно после того, как на состоявшемся в сентябре III пле-
нуме ЦК компартии Греции, проходившем на югослав-
ской территории, был одобрен план создания так назы-
ваемый Свободной Греции с центром в Салониках и была
поставлена задача увеличения численности Демократи-
ческой армии Греции к весне 1948 года в три раза, чтобы
сформировать экспедиционный корпус для штурма Са-
лоник.
В западных странах югославско-болгарский союз был вос-
принят как серьезная угроза Греции и их интересам в данном
регионе. Под тем же углом зрения рассматривалось и интен-
сивное разностороннее сотрудничество между Югославией и
Албанией.
В декабре 1947 года греческие коммунисты создали Вре-
менное демократическое правительство Греции (ВДПГ), рас-
считывая на его признание Белградом, Софией и, возможно,
Москвой. В конце декабря по Белградскому радио выступили с
223
^Васильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
приветствиями к греческому народу по случаю приближающе-
гося нового года представители ВДПГ и компартии. Югославия
тем самым выступала главным партнером КПГ. Греческое пра-
вительство в Афинах активно протестовало и вручило югослав-
скому поверенному в делах Греции ноту против объявления о
создании ВДПГ, а также в связи с работой радиостанции «Сво-
бодная Греция» с югославской территории145.
Именно создание ВДПГ и его возможное признание страна-
ми «народной демократии» было воспринято в Вашингтоне как
угроза открытой военной поддержки Югославией и Болгарией
действий греческих партизан. В подготовленном госдепартамен-
том и министерством обороны США докладе о ситуации в Гре-
ции отмечалось, что признание ВДПГ было бы нарушением
резолюции ООН от 21 октября 1947 года, осуждавшей действия
Албании, Болгарии и Югославии, и могло рассматриваться как
вооруженное нападение (в случае отправки вооруженных фор-
мирований) на члена ООН — Грецию.
Авторы доклада ставили вопрос о возможности проведения
частичной мобилизации в случае принятия решения о необхо-
димости использования американских войск в Греции (в тот
период миссия США в Греции насчитывала 242 военных и
183 гражданских советников)146. В Великобритании также были
озабочены развитием событий в Греции, о чем свидетельство-
вало заявление английского посла в Вашингтоне о том, что его
правительство считает необходимым предупредить СССР, Тито
и Димитрова, что они играют с огнем147. Однако руководство
США воздерживалось от открытых обвинений в адрес Москвы,
а ограничилось лишь предупреждением Югославии, Болгарии
и Румынии о том, что признание ВДПГ с их стороны будет
рассматриваться как нарушение принципов Устава ООН.
С конца 1947 года в Москву из США начала поступать
информация от советского агента Д.Маклина, работав-
шего вторым секретарем в посольстве Великобритании
в Соединенных Штатах. Он сообщал о планах амери-
канского военного вмешательства на Балканах. В тот
момент трудно было судить, насколько достоверны были
его разведданные, но в настоящее время есть факты о
том, что в американской администрации в тот период
шли активные дискуссии о возможной отправке в Гре-
цию американских войск и о вероятной ответной реак-
ции Москвы на это.
224
7*
Пастухи. 1263 г.
Монастырь Сапоганы. Сербия.
Дубровник. Город памятников
тысячелетней истории.
На югославской территории с древнейших времен
переплетались культуры многих народов, живших здесь.
Церковь в монастыре Грачаница. XIV в
Косово.
LAAiF !*
Сербский король
Петр I Карагеоргиевич.
Начальник штаба верховного
командования сербской армии воевода
Радомир Путник.
Великая война и рождение
«Первой Югославии».
Верховный главнокомандующий
сербской армией принц-регент,
будущий король Королевства
Югославия Александр.
Сараево в начале XX века.
Арест Гаврило Принципа.
28 июня 1914 года.
Эрцгерцог Франц Фердинанд Габсбург, Николай II, российский император,
наследник австрийского престола,
убитый в Сараево в 1914 г.
С. Д. Сазонов, российский министр
иностранных дел в 1910 — 1916 гг.
Отступление сербских войск. Они храбро
сражались, но не могли противостоять
объединенным австоо-геоманским аомиям.
Н. Пашич, председатель Совета
министров и министр иностранных
дел Сербии в 1912 — 1918 гг.
ВОЗВЫШЕНИЕ НАЦИСТОВ
Приход А. Гитлера к власти.
Германия.
январь 1933 г.
Югославский премьер-
министр М. Стоядинович
с А. Гитлером и Г. Герингом.
Германия. 1938 г.
Между миром и войной
I
Народный комиссар иностранных дел СССР В. М. Молотов
подписывает советско-германский договор о ненападении.
23 августа 1939 г.
Югославские солдаты складывают
оружие после капитуляции
югославской армии.
1941 г.
Первый визит главы
«Независимого государства Хорватия»
А. Павелича к Гитлеру.
Июнь 1941 г.
Г
«Первая Югославия» на голгофе Второй мировой войны
Белград после фашистской бомбардировки.
Апрель 1941 г.
Парад хорватских усташей в Загребе.
1941 г.
Анте Павелич и Загребский епископ
А. Степинац.
1941 г.
Жители Словении покидают родные
места в результате их выселения
оккупационными властями после
присоединения части Словении
к третьему рейху.
Архиепископ Баня-Луки Платон
Йованович, убитый усташами
и брошенный в реку Врбаня.
Разрушенная православная
церковь в Баня-Луке.
>941 г.
јКдирдН
Солдаты Павелича и четники Д. Михайловича за одним столом.
Неретва, март 1943 г.
Сербы, собранные в православной церкви Рождества Богородицы
в городе Глина 21 августа 1941 г. Снимок сделан перед массовой резней.
осуществленной над ними усташами.
«Ясеноватский цветок» — памятник на месте
концентрационного лагеря Ясеновац в Хорватии,
в котором в годы Второй мировой войны было
уничтожено до 800 тысяч жителей Югославии,
а также тысячи иностранных заключенных.
•з* ^fcl
Усташ с отсеченной головой своей
жертвы в восточной Боснии.
1943 г. Архив военного музея
в Белграде.
Верховный главнокомандующий
Народно-освободительной армией
Югославии И. Броз Тито во главе
колонны партизан.
И. Броз Тито и И. Рибар во время
сражений на реке Сутеска.
Июнь 1943 г.
Смерть фашизму — Свобода народу!
Бойцы Народно-освободительной армии
Югославии в день 27-й годовщины
Октябрьской революции.
7 ноября 1944 г.
Памятник на месте сражений НОАЮ
с гитлеровцами и их пособниками
на Сутеске.
Подписание договора о передаче НОАЮ двух авиационных дивизий
Красной Армии. Договор подписывает Верховный главнокомандующий i
НОАЮ маршал И. Броз Тито. Стоят (справа налево): Маршал Советского^
Союза Ф. И. Толбухин, генерал-лейтенант А. С. Желтов.
Белград. Ноябрь 1944 г.
Мемориальное кладбище освободителям Белграда, где
похоронены воины Красной Армии и НОАЮ.
Митинг в освобожденном Белграде.
Октябрь 1944 г.
Памятник воинам Красной Армии
в Батиной Скеле у Дуная.
Подготовка к первым
свободным выборам.
Митинг в Белграде,
октябрь 1945 г.
И. Броз Тито вручает
высший югославский орден
«Свобода» Г. К. Жукову.
1956 г.
Братство и единство
И. Броз Тито и Н. С. Хрущев,
сентябрь 1963 г.
Визит в Югославию
Л. И. Брежнева.
1962 г.
*V*
Великая
шахматная
доска.
«Евразийские
Балканы».
Схема зон
геополитических
конфликтов по
3. Бжезинскому.
I epattfcttckiH- ba iKJWt.r
•ни» fc»MHt?lvfei»«omi
Югославия: повторение жестокого прошлого
Хорватские солдаты во время
похорон своего товарища,
погибшего в ходе конфликта.
1992 г.
После артиллерийского
обстрела в Боснии.
Президент Союзной Республики
Югославии С. Милошевич при
посещении Генерального штаба
Югославской армии.
Июль 1999 г.
НАТО «защищала» права человека
На руинах собственного дома.
После «точечных» ударов авиации
НАТО по «военным объектам» сербов
Апрель 1999 г.
г- ~• TS х 'Ч > * >Г *
^. »-.JO?
Разрушена больница.
Разрушены мосты.
Разрушены электростанции.
Человек на Балканах на пороге XXI века.
Поиски выхода из «Балканского тупика». Кельн. Встреча «большой восьмерки».
20 июня 1999 г.
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
США считали Югославию одним из главных виновников
кризиса на Балканах, и против нее, в случае вторжения юго-
славских воинских частей на греческую территорию для под-
держки партизан, рассматривалась возможность применения
военной силы148.12 февраля 1948 года американский президент
получил доклад Совета национальной безопасности с рекомен-
дациями значительно увеличить военную помощь Греции, в то
время как наращивание американского военного присутствия в
стране ставилось в зависимость от дальнейших действий «стран
народной демократии» и в первую очередь Югославии149. Ин-
формация о греко-американских проблемах несомненно посту-
пала в Москву150.
Помимо ситуации в Греции Вашингтон серьезно волновала
реальность планов создания в Восточной Европе федерации го-
сударств с просоветскими режимами, особенно после выступле-
ния 17 января 1948 года Г.Димитрова перед журналистами по
вопросу создания федерации стран Центральной и Юго-Вос-
точной Европы с включением Балканских и Придунайских стран,
а также Польши, Чехословакии и Греции. Это заявление тут
же было расценено на Западе как «советское изобретение»151.
Именно это заявление Димитрова можно считать пре-
людией к разразившемуся вскоре советско-югославскому
конфликту. Вышедший к настоящему времени «Днев-
ник» самого Димитрова не объясняет причину его тог-
дашнего заявления. Создается впечатление, что болгар-
ский коммунистический лидер предстает как неопыт-
ный и неискушенный в международных делах полити-
ческий деятель. Если его заявление не имело какой-то-
неразгаданной до сих пор цели, то, с точки зрения Мос-
квы на расстановку сил в мире, данное выступление об-
легчало англо-американскую политику и активизирова-
ло антикоммунистическую пропаганду.
24 января 1948 года Димитров получил от Сталина шифро-
телеграмму, в которой говорилось: «...Ваше высказывание на
пресс-конференции в Румелии (София), относящееся к феде-
рации или конфедерации стран народной демократии, в том
числе Греции, Польши, Чехословакии и т.д., оценивается мос-
ковскими товарищами как вредное, ибо наносит вред странам
новой демократии, облегчая борьбу англо-американцев против
этих стран». Далее в телеграмме заявлялось, что Москва счита-
ет также вредным и заявление Димитрова о таможенной унии
9-Балканский тупик?..
225
ШВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
между странами-союзницами, «следовательно, между страна-
ми, имеющими пакт о взаимопомощи», что можно было отнести
и к Советскому Союзу. «Трудно понять, что могло заставить
Вас сделать на пресс-конференции такое необдуманное заяв-
ление», — писал Сталин152.
28 января того же года в «Правде» появилась редакционная
статья, авторство которой многие исследователи приписывают
Сталину, в которой планы болгарского руководителя были на-
званы проблематичными и надуманными.
Несмотря на то, что Димитров тотчас отреагировал на кри-
тику в виде заявления через БТА, в котором специально под-
черкивалось, что вопрос о создании федерации или конфедера-
ции он считает преждевременным и не актуальным, а также в
своем выступлении на 2-м конгрессе Отечественного фронта
Болгарии153, в Москве было решено предпринять еще более
серьезные шаги для нейтрализации неблагоприятного между-
народного резонанса в связи с этим заявлением. 4 февраля
1948 года советским послам в Белграде и Софии было дано ука-
зание довести до сведения Тито и Димитрова телеграмму, под-
писанную Молотовым, об изменениях во внешнеполитических
позициях Советского Союза в связи с заключением им пактов о
взаимопомощи.
В документе говорилось, что в связи с неудачным интервью
Димитрова, давшим повод ко всякого рода разговорам о созда-
нии восточноевропейского блока с участием СССР, в Москве
пришли к выводу, что пакты взаимопомощи СССР с Румынией,
Венгрией, Болгарией «должны быть направлены против воз-
можной будущей агрессии и ее возможных союзников, а не
против всякого агрессора», как это считалось желательным до
указанного момента. Далее указывалось: «В теперешней обста-
новке заключение Советским Союзом пактов о взаимопомощи,
направленных против любого агрессора, было бы истолковано в
мировой печати как антиамериканский и антианглийский шаг
со стороны СССР, что могло бы облегчить борьбу агрессивных
англо-американских элементов против демократических сил
США и Англии. Вместе с тем в Договоры о взаимопомощи с
Румынией, Венгрией и Болгарией будет включен пункт о кон-
сультациях по всем важным международным вопросам, затра-
гивающим интересы обеих стран, подписавших пакт»154. Вклю-
чение этого пункта означало придание международно-право-
вой основы строгому контролю Москвы за внешнеполитически-
ми действиями своих союзников.
В этих условиях, когда требовалась консолидация всех сил,
226
9-2
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
Сталин не мог допустить, чтобы какая-либо страна действова-
ла самостоятельно, вне рамок вырабатываемого в Москве кур-
са, в котором, возможно, Балканам отводилась особая роль.
Излишняя и преждевременная активность югославов в гречес-
ких делах и в Албании в обстановке угрозы вмешательства
США в греческие дела, видимо, не соответствовала намеченно-
му в Кремле сценарию. Аналитики в Вашингтоне, изучавшие
намерения советского руководства, считали, что целью СССР
остается установление полного контроля в Восточной Европе, и
любые политические комбинации в этом регионе оцениваются
Кремлем в соответствии с этой задачей155.
Американский посол в Югославии К.Кеннан в телеграмме
госсекретарю США указывал, что базисные цели СССР на Бал-
канах состоят в контроле над Проливами. По его мнению, «став-
ки» в отношении Эгейского моря в долгосрочном советском пла-
нировании выше, чем в отношении Адриатики156.
Раздражение в Москве по поводу самостоятельных дей-
ствий Белграда постоянно возрастало. К тому же, как
видно из опубликованных ныне документов, оно усилива-
лось под воздействием поступавших из Югославии доне-
сений советских представителей, со своей стороны ин-
терпретировавших все действия югославского руковод-
ства как следствие негативного отношения к Советско-
му Союзу.
Характерно, что за несколько месяцев до конфликта с Бел-
градом в аналитической записке, составленной в отделе внеш-
ней политики ЦК ВКП(б) в августе — первой половине сентяб-
ря 1947 года в связи с подготовкой к совещанию Коминтерна,
наряду с высокими оценками югославской внешней политики и
югославских руководителей, отмечались некоторые тенденции
в переоценке ими своих достижений и стремление поставить
югославскую компартию в положение своеобразной «руководя-
щей партии на Балканах». Говорилось о том, что при решении
вопросов, связанных с проведением внешней политики, некото-
рые деятели югославской компартии иногда проявляют нацио-
нальную узость, «не считаясь с интересами других стран и брат-
ских компартий». В качестве примера балканских амбиций Бел-
града в записке обращалось внимание на политику Югославии
во время Триестского кризиса и в отношении Албании. В пос-
леднем случае югославы обвинялись в противодействии разви-
тию советско-албанских отношений157.
9*
227
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?:.
Не касаясь деталей наметившихся албано-югославских раз-
ногласий, в целом можно отметить, что часть албанского руко-
водства, настроенная на развитие более тесных экономических
связей с СССР, пыталась противодействовать тотальному про-
никновению югославов в различные сферы албанской жизни.
Министр экономики Албании Н.Спиру был обвинен Белградом
в ноябре 1947 года в саботаже экономического сотрудничества
с Югославией. После его самоубийства албано-югославские от-
ношения стали предметом обсуждения на встрече Сталина, Мо-
лотова и Жданова с приглашенным в Москву М.Джиласом. Тог-
да формально было выражено согласие советского руководства
на то, чтобы развитие Албании было связано с Югославией,
однако неизвестно, что думали в Кремле по этому поводу в
действительности. Налицо была определенная экономическая
заинтересованность СССР в развитии отношений с Албанией,
что выразилось в направлении в эту страну советских специа-
листов по разработке нефтяных месторождений, вызвавшем
озабоченность югославов158. Таким образом, в данном случае
речь шла о конкретных противоречиях экономического харак-
тера и о соперничестве Югославии и СССР в укреплении своих
экономических позиций в Албании.
Особую остроту советско-югославские разногласия из-
за Албании приобрели после того, как 19 января 1948 года
Тито направил албанскому руководителю Ходоке пред-
ложение предоставить в южной Албании базу для разме-
щения югославской дивизии, сославшись на сведения об
опасности греческого вторжения в Албанию при поддер-
жке «англо-американцев»159.
Главное состояло в том, что Тито принял решение без кон-
сультаций с Москвой и не уведомил ее о своем предложении
Ходже. Действия Белграда совпали по времени с уже упомяну-
тым заявлением ГДимитрова о будущем создании федерации
восточноевропейских стран. Советское руководство было серь-
езно обеспокоено этими совпавшими по времени самовольными
действиями болгар и югославов, особенно после предпринятых
летом 1947 года, также без уведомления Москвы, шагами по
заключению болгаро-югославского договора.
28 января 1948 года Сталин через Молотова поручил послу
СССР в Югославии А.И.Лаврентьеву посетить Тито или Карде-
ля и передать им следующее: «В Москве получено сообщение,
что Югославия намерена в ближайшие дни направить одну свою
228
9-4
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
дивизию в Албанию к южным ее границам. Так как Москва не
получала подобного сообщения от Югославии, то Молотов за-
прашивает, соответствует ли действительности это сообщение.
Москва опасается, что в случае вступления югославских войск
в Албанию англосаксы расценят этот акт как оккупацию Алба-
нии югославскими войсками и нарушение ее суверенитета, при
этом возможно, что англосаксы используют этот факт для во-
енного вмешательства в это дело под предлогом «защиты» не-
зависимости Албании. Москва просит разъяснений. Молотов»160.
На следующий день в беседе с Лаврентьевым Тито подтвер-
дил существование решения о направлении югославской диви-
зии в Албанию, мотивируя это тем, что греческие монархисты
под предлогом борьбы с партизанами собирались захватить
южную часть Албании. В то же время он был согласен с тем,
что «если Советский Союз сочтет целесообразным вообще это
не делать, то Югославия последует этой рекомендации. Но в
случае, если Греция захватит Южную Албанию, то Югославия
вместе с Советским Союзом будет расхлебывать эту кашу»161.
В ответной телеграмме из Москвы от 1 февраля от имени
советского правительства заявлялось, что СССР не может со-
гласиться с тем, чтобы его ставили перед свершившимся фак-
том, в то время как Югославия, имея союзный договор о взаи-
мопомощи, считает возможным «не только не консультироваться
с СССР о посылке своих войск в Албанию, .но даже информиро-
вать СССР об этом». В телеграмме подчеркивалось, что между
двумя правительствами имеются серьезные разногласия в по-
нимании отношений между странами, «связанными между со-
бою союзническими отношениями»162.
Советский посол в Белграде Лаврентьев, сообщая в Москву
о реакции Тито на эту телеграмму, писал, что последний выра-
зил понимание неправильных внешнеполитических шагов, зая-
вив, что не ожидал, что «Советское правительство придает это-
му делу такое значение», заметив, что летом 1947 года в Алба-
нии временно дислоцировался югославский авиационный полк,
и по этому поводу не поступало возражений со стороны совет-
ского правительства. На это со своей стороны Лаврентьев заме-
тил, что «теперь международная обстановка несколько иная...»,
но не разъяснил, в чем состоит ее отличие от 1947 года163.
Чтобы оказать давление на Югославию и Болгарию, Москва
пригласила руководителей обоих государств на секретные пе-
реговоры, которые состоялись 10 февраля 1948 года. В них, кроме
И.В.Сталина, с советской стороны участвовали В.М.Молотов,
А.А.Жданов, Г.М.Маленков, М.А.Суслов, заместитель министра
229
Н.Васильева, ВЈаврилов Балканский тупик?..
иностранных дел СССР В.А.Зорин; с болгарской стороны — Г.Ди-
митров, Т.Костов, В.Коларов; югославская делегация — в соста-
ве Э.Карделя, М.Джиласа, В.Бакарича. По воспоминаниям Э.Кар-
деля, Тито отказался от поездки в Москву под предлогом пло-
хого самочувствия, что свидетельствовало о каких-то опасени-
ях с его стороны.
Содержание указанных переговоров ныне достаточно хоро-
шо известно на основе опубликованных материалов из архива
Тито в Белграде, Центрального государственного архива —
Центрального партийного архива в Софии164. Имеется сообще-
ние, что российские ученые также ознакомились с советской
записью переговоров, сделанной В.А.Зориным, которая, к сожа-
лению, до сих пор не рассекречена, но, по свидетельству тех же
историков, имеет лишь некоторые нюансы. Совещание свелось
к острой критике со стороны И.В.Сталина, В.М.Молотова болгар
и югославов за несанкционированные Москвой внешнеполити-
ческие действия165.
Во-первых, было указано на преждевременное объявление
о заключении болгаро-югославского договора, и притом бессроч-
ного, до вступления в силу мирного договора с Болгарией, что,
по словам Молотова, усилило позиции реакционных элементов
в Англии и Америке, дав повод усилить интервенцию в Греции
против Болгарии и Югославии. К этим же недопустимым, по
мнению Москвы, действиям было причислено и заявление Ди-
митрова о федерации в Восточной Европе, причем с включени-
ем Польши и Греции.
Во-вторых, югославы критиковались за несогласованное с
Москвой намерение ввести югославскую дивизию в Албанию.
Разъясняя причины недопустимости этого шага в той между-
народной ситуации, Сталин указал, что Албания еще не приня-
та в ООН и не признана США и Великобританией. Сталин по-
дробно разъяснил, что без обращения Албании за помощью
Югославия будет представлена в случае ввода своих войск в
эту страну как агрессор. «И тогда возможна военная интервен-
ция», — говорил он.
Явно располагая информацией о возможном американском
вооруженном вмешательстве в греческие дела, Сталин
обращал внимание болгар и югославов на факты амери-
канского военного присутствия в регионе и на то, что
там имеются американские корабли, базы. Сопоставляя
материалы данных переговоров с другими, имеющимися
теперь фактами, можно сделать вывод, что Москву осо-
230
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
бепно беспокоила ситуация в Греции, и Сталин уже об-
думывал варианты свертывания там гражданской вой-
ны. Поэтому он поставил вопрос о целесообразности по-
мощи греческим партизанам166.
Согласно болгарской записи, Сталин заявил: «Я исхожу из
анализа имеющихся сил партизан и их противников. В после-
днее время я начинаю сомневаться в победе партизан. Если вы
не уверены, что партизаны победят, нужно свернуть партизан-
ское движение. Американцы и англичане не очень заинтересо-
ваны в Средиземном море. В Греции они хотят иметь базу и не
пожалеют средств, чтобы сохранить там правительство, кото-
рое бы их слушалось. Если сворачивается партизанское движе-
ние, у них нет повода напасть на вас»167.
Ряд исследователей объясняет эту позицию Сталина его
действительным желанием скорейшего завершения граждан-
ской войны в Греции и стремлением исключить до поры до
времени непосредственную военную конфронтацию СССР с За-
падом в этом регионе. Возможно, в условиях обострения ситуа-
ции в центре Европы в связи с германской проблемой, а также
на Востоке в связи с гражданской войной в Китае, он намере-
вался отказаться от конфронтации с Западом в Греции. И дей-
ствительно, позднее, в конце июня 1948 года, временный пове-
ренный СССР в Греции Н.Чернышев предложил заместителю
премьер-министра Греции обсудить возможность начала пере-
говоров по широкому кругу проблем168. Госсекретарь США
Дж.Маршалл советовал грекам не отвергать советские предло-
жения, так как появилась бы возможность обменяться мнения-
ми и продемонстрировать миролюбивые намерения Запада.
Как опытный политик-прагматик Сталин понимал, что
Запад так просто Грецию не отдаст. В регионе шла
концентрация англо-американских сил. Налицо была
также неспособность партизанского движения в Греции
добиться значительных результатов. В то же время на
Дальнем Востоке наметился крупный геополитический
прорыв — победа коммунистов в Китае. Ким Ир Сен ра-
достно рапортовал об успехах партизан в Южной Ко-
рее и предлагал одним ударом сокрушить «прогнивший
режим» Ли Сын Мана. Воевать на два фронта Сталин
не собирался. Зато «дальневосточный вариант» выгля-
дел предпочтительнее, поскольку позволял зажечь пламя
антиколониальной борьбы на Востоке, растянуть анг-
231
НЛЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?:.
ло-американский фронт и отвести непосредственную
военную угрозу от европейской части СССР. Решение было
принято —курс менялся с Греции на Китай и Корею.
В ходе февральских переговоров в Москве Сталин настой-
чиво ставил вопрос об ускорении объединения Болгарии и Юго-
славии в федерацию. Существуют предположения, что реали-
зация этого плана позволила бы Москве осуществлять больший
контроль над югославским руководством.
Когда Кардель поставил вопрос о том, что «все же остается
открытым, что делать в Албании», то ответ Сталина свелся к
тому, что необходимо учить албанскую армию и чтобы Алба-
ния в случае нападения запросила помощь. Советский руково-
дитель подсказывал путь к объединению путем соблюдения
формальных норм международного права. Речь шла о том, что-
бы начать с политического объединения, через народные (на-
циональные) собрания, которые приняли бы решения и пору-
чили правительствам начать переговоры об объединении169.
В целом результатом февральских переговоров в Москве
стало подписание 11 февраля 1948 года Протокола к Договору о
дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве между
СССР и Югославией от 11 апреля 1945 года. Обе стороны брали
на себя обязательства «консультироваться друг с другом по
всем важным международным вопросам, затрагивающим инте-
ресы обеих стран170. Аналогичный протокол был подписан меж-
ду СССР и Болгарией.
Сталин не мог не понимать всех трудностей объедине-
ния балканских стран. Поэтому его требование о созда-
нии болгаро-югославской федерации могло быть лишь
трюком в задуманной им игре.
Примечательно, что реальность осуществления планов со-
здания балканской федерации была подвергнута анализу в раз-
личных ведомствах администрации США. В одном из меморан-
думов госдепартамента за 1948 год высказывалось предполо-
жение о неизбежных трудностях, которые должны были бы
возникнуть в результате осуществления данной идеи. Прежде
всего выделялось главное — национализм как фактор, способ-
ный только усугубить советские проблемы. Серьезные ослож-
нения могли возникнуть и в связи с разным уровнем экономи-
ческого развития отдельных стран. В документе высказыва-
лось сомнение в целесообразности для Москвы создания подоб-
ного объединения. Доказывалось, что действующая система от-
232
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
ношений СССР со странами «народной демократии» позволяет
Москве применять основной контроль без особого внимания к
частным действиям администрации каждой из этих стран171.
Вряд ли советское руководство проходило мимо указанных
факторов. При этом очевидно, что Москва взяла четкий курс на
установление своей гегемонии в Восточной Европе и жесткого
контроля за странами данного региона. Она не могла допустить
каких-либо самостоятельных действий со стороны руководите-
лей этих стран, которые бы шли вразрез с геополитическими,
геостратегическими и экономическими интересами СССР, или
как их понимало советское руководство.
Во второй половине января— начале марта 1948 года в
Москве велись переговоры между представителями югослав-
ских вооруженных сил и военной промышленности с предста-
вителями советского военного ведомства о новых крупных по-
ставках Югославии вооружения, боевой техники, различных
военных материалов, а также оборудования для военного про-
изводства. Речь шла о советской помощи в осуществлении про-
граммы строительства военно-морского флота. Следует сказать,
что в 1948 году в Югославию продолжали поступать вооруже-
ние и военно-техническое имущество, предусмотренное согла-
шением от 30 июня 1947 года172. Согласно отчету начальника
тыла советских ВВС от 3 февраля 1948 года, была завершена
передача Югославии самолетов и авиатехнического имущества,
предусмотренных соглашением от 30 июня 1947 года, ВВС Юго-
славии тогда же получили 40 самолетов Як-9п173. В марте того
же года югославской стороне было отправлено из СССР 12 тор-
педных катеров, а в апреле уже в момент разрастания совет-
ско-югославского конфликта продолжались поставки в Юго-
славию танков и горюче-смазочных материалов: на 13 апреля
было отправлено 308 танков «Т-34» с 85-мм пушкой174.
Однако уже в ходе упомянутых переговоров о продолжении
военных поставок в Югославию советская сторона к началу
февраля стала выражать сомнение в возможностях осуществ-
ления предложенной югославами программы. Советские воен-
ные руководители, включая министра Вооруженных сил СССР
Н.А.Булганина и начальника Генерального штаба А.М.Василев-
ского, стали ссылаться на ограниченность ресурсов, недоста-
точную проработанность югославами предложений, их чрезмер-
ность с учетом возможностей Югославии. К концу первой дека-
ды марта переговоры были прекращены, а советская сторона
рекомендовала югославам представить новую, более реальную
программу175.
11 февраля 1948 года состоялась беседа Молотова с Кар-
233
ШЗасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
делем по экономическим вопросам, которая свидетельствовала,
что в Москве еще не программировали дальнейший ход кон-
фликта с Югославией, а только разрабатывали методы давле-
ния на нее, чтобы добиться от Белграда подчинения. Во время
упомянутой беседы Кардель сообщил Молотову о желании Тито
приехать в марте или апреле в Москву, чтобы устранить недо-
разумения, возникшие в связи с Албанией176. На новой встрече
Карделя с Молотовым 13 февраля последний сообщил об одоб-
рительном отношении Сталина к приезду Тито, о том, что во-
прос о заявках Югославии «на военное снабжение и снабжение
Югославской армии будет рассмотрен Советским правитель-
ством»177. В то же время Молотов заявил Карделю, что просьба
югославов о займе в 60 миллионов долларов золотом не может
быть удовлетворена из-за финансовых трудностей в СССР178.
На расширенном заседании Политбюро ЦК КПЮ 1 мар-
та 1948 года в Белграде был сделан вывод о том, что
СССР не желает считаться с интересами Югославии.
Такая постановка вопроса ставила под сомнение главный
принцип формирования «социалистического лагеря», ко-
торый был заявлен на учредительном совещании Комин-
форма и означал признание руководящей роли ВКП(б) и
СССР и, соответственно, подчинение интересов других
государств и партий интересам первой страны социа-
лизма.
Коренной поворот советского руководства к конфронтации с
Югославией произошел после того, как в Москве стало извест-
но о решениях заседания Политбюро ЦК КПЮ от 19 февраля
1948 года, где югославская делегация отчитывалась о своей по-
ездке в Москву. Тогда было решено не соглашаться на федера-
цию с Болгарией179.
Ключевую роль в дальнейшей цепи событий сыграло рас-
ширенное заседание Политбюро ЦК КПЮ 1 марта 1948 года в
Белграде. Из опубликованной в Югославии протокольной запи-
си данного заседания, из выступлений И.Броз Тито и других
политических деятелей — Э.Карделя, М.Джиласа, С.Вукмано-
вича-Темпо — было очевидно, что большинство югославских
руководителей высказалось за то, чтобы отстаивать независи-
мую позицию в делах экономического развития страны и стро-
ительства Югославской армии. В отношении рекомендации Ста-
лина безотлагательно создать федерацию между Югославией и
Болгарией было признано целесообразным не форсировать ее.
234
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
Из-за особого советского влияния в Болгарии федерация с ней
могла бы стать средством нежелательного контроля и над Юго-
славией. Был подтвержден курс на дальнейшее отстаивание
преимущественных позиций Югославии в Албании180. Напри-
мер, Кардель заявил: «Пусть албанцы выполняют договор с
СССР, но и в отношении нас выполняют соответствующий до-
говор. Мы имеем право контролировать то, что делают албан-
цы, какие соглашения заключают»181. Он же сделал вывод о
том, что югославская политика в отношении СССР остается не-
изменной, но «мы должны строго заботиться об интересах на-
шей страны»182. М.Джилас подчеркнул, что весь вопрос заклю-
чается в том, «будет ли социализм развиваться свободно или
посредством расширения СССР»183.
Понимали ли тогда югославы, чем им грозит неподчинение
диктату Москвы? Видимо, они предполагали какие-то меры
давления, но вряд ли рассчитывали на то, что дело обернется
полным разрывом отношений с СССР.
Еще ранее, 26 февраля 1948 года, заместитель министра
внешней торговли СССР принял заместителя министра внеш-
ней торговли ФНРЮ Б.Црнобрня и заявил, что не может заклю-
чить торговый протокол на период с мая до конца года, т.е. до
конца 1948 года, и что такая возможность представится только
в декабре, хотя соглашение о товарообороте и платежах, под-
писанное 5 июля 1947 года, было рассчитано на два года (т.е. до
июля 1949 года) с автоматическим продлением на каждый пос-
ледующий год, если одна из сторон не заявит об отказе за три
месяца до окончания очередного срока184. Похолодание отноше-
ний, как заметил Тито на мартовском заседании Политбюро
ЦК КПЮ, началось с вопроса о создании смешанных советско-
югославских экономических обществ. Тито назвал соглашения
о создании югославско-советского дунайского пароходного об-
щества и акционерного общества гражданской авиации позор-
ными и неравноправными. Констатировав, что русские оказы-
вают экономическое давление, глава югославских коммунистов
призвал «выдержать это давление», подчеркнув, что «здесь речь
идет о независимости нашей страны»185.
Хотя Тито заявил, что «у Югославии нет разногласий с СССР
в сфере внешней политики», однако именно самостоятельные,
не санкционированные Москвой внешнеполитические акции
Югославии вызывали крайнюю озабоченность советского руко-
водства. Прежде всего эта касалось, как было отмечено выше,
Албании. Уже после февральских переговоров в Москве, в кон-
це февраля — начале марта 1948 года под воздействием нажи-
235
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
ма из Белграда албанское руководство, не знавшее о категори-
ческих возражениях Сталина против ввода югославских войск
в Албанию на встрече 10 февраля, опять поставило перед СССР
этот вопрос; кроме того, югославы склоняли Тирану к тому,
чтобы она выступила с предложением об объединении Албании
с Югославией186.
К этому добавилось и то, что в Москве стало известно и о
некоторых поползновениях к самостоятельным шагам со сторо-
ны других коммунистических лидеров европейских стран. В
середине февраля Жданов и Суслов узнали, что югославы со-
ветовали австрийским коммунистам ориентироваться на раз-
дел Австрии, имея в виду создать в советской оккупационной
зоне сепаратное государство. Советские руководители вырази-
ли лидерам компартии Австрии И.Копленигу и Ф.Фюрнбергу
отрицательное отношение к югославским рекомендациям. Но
вскоре выяснилось, что 15 марта во время встречи руководите-
лей австрийской компартии теперь уже с коллегами из компар-
тии Венгрии было решено, чтобы и братские компартии сосед-
них стран народных демократий помогли австрийским комму-
нистам на основании совместного плана изменить положение в
Австрии187. Югославские и венгерские партийные руководите-
ли обсуждали и поддерживали имевшиеся тогда у руководя-
щих кругов Итальянской компартии планы вооруженного выс-
тупления и захвата власти в Северной Италии в случае, если
США вмешаются в проведение предстоявших в Италии парла-
ментских выборов. Об этом стало известно в Москве из письма
Ракоши в ЦК ВКП(б) от 22 марта 1948 года188.
Несомненно, на окончательное решение Москвы в отно-
шении Югославии оказала влияние информация, посту-
павшая из Белграда от посла СССР в ФНРЮ Лаврентье-
ва и военного атташе генерал-майора Сидоровича. Но глав-
ное, что информация советскому послу поступала от
министра финансов ФНРЮ, члена Политбюро ЦК КПЮ,
Генерального секретаря Народного фронта С. Жуйовича,
который сообщил советскому представителю о харак-
тере состоявшегося 1 марта заседания Политбюро ЦК
КПЮ. С его слов Лаврентьев сообщил в Москву в крайне
негативных красках о позиции Тито и его соратников
по всем вопросам советско-югославских отношений.
Информация от Жуйовича наложилась на другие, ранее
направляемые в Москву от советских представителей в Юго-
236
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
славии сообщения, в которых указывалось о недооценке юго-
славскими лидерами значения и роли СССР как важного внеш-
неполитического фактора для строительства социализма в Юго-
славии, опыта Советской армии. Это, по мнению советского по-
сла, являлось следствием слабой теоретической и военной под-
готовки руководства Югославской армии и проявлением «опре-
деленной национальной ограниченности» и «вождизма» со сто-
роны Тито189. Военный атташе при советском посольстве в Юго-
славии генерал-майор Сидорович в докладе от 10 января 1948 го-
да начальнику Генерального штаба также сообщал, что опыт
Советской армии не признается без оговорок основным законом
дальнейшего развития вооруженных сил Югославии. Он под-
черкивал, что в Югославии «должна быть безоговорочно при-
нята советская сталинская военная доктрина и опыт Советской
Армии, которые являются единственно правильными, научной
теорией и опытом для всех демократических армий». Совет-
ский военный атташе предлагал указать на эти ошибки по ли-
нии Информбюро. Этот доклад был доложен министром Воору-
женных сил СССР Булганиным Сталину190.
Вся эта информация, а главное, сообщение Жуйовича о за-
седании Политбюро ЦК КПЮ от 1 марта 1948 года, свидетель-
ствовавшее об игнорировании Белградом критических замеча-
ний и указаний по поводу балканской политики Югославии, в
корне изменили ситуацию. По всей вероятности, именно тогда
было принято решение о жестком курсе советского руковод-
ства в отношении Югославии.
Несмотря на кажущуюся решимость опираться на собствен-
ные силы, югославские руководители испытывали определен-
ную растерянность. Так, Тито в беседе в начале марта с совет-
ским послом Лаврентьевым перед отъездом последнего в Мос-
кву заявил, что прекращение торговли между Югославией и
СССР сильно ударит по выполнению Югославией пятилетнего
плана, затруднит производство неторговых платежей. Он так-
же несколько раз повторил, что такое решение несовместимо с
дружественными отношениями между обеими странами. Кроме
того, Тито вновь поставил вопрос о помощи СССР в строитель-
стве югославского военно-морского флота в связи с рекоменда-
циями советской стороны уменьшить программу военно-мор-
ского строительства и акцентировать внимание на строитель-
стве флота для береговой обороны.
Десять лет спустя ситуация с Югославией с точнос-
тью до мельчайших деталей повторилась на Дальнем
237
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Востоке, где произошел разрыв СССР с Китаем. Амби-
ции китайских лидеров и их подходы к решению регио-
нальных проблем натолкнулись на жесткое противодей-
ствие со стороны советского руководства, которое, с
одной стороны, не желало делиться властью в мировом
коммунистическом движении, а с другой — не хотело
идти на риск вооруженного конфликта с США из-за на-
циональных интересов Китая, как их понимал в то вре-
мя Мао Цзэдун.
Советские представители не дали никакого ответа на запрос
о том, на какую помощь может рассчитывать Югославия191.
В телеграмме Молотова Тито от 13 марта 1948 года как бы
выражалась готовность приступить к решению указанных во-
просов. Известно, что Тито подготовил ответ Молотову 18 мар-
та, в котором предлагал продолжить переговоры на сей счет192.
Но не успел он отправить ответ в Москву, как глава группы
советских военных советников в Югославии генерал А.Н.Бар-
сков сообщил ему, что он получил депешу от министра Воору-
женных сил СССР маршала Н.А.Булганина, в которой говори-
лось о решении Правительства СССР отозвать всех военных
советников и инструкторов с мотивацией, что они «окружены
недружелюбием». 19 марта Тито посетил поверенный в делах
СССР в Югославии Армянинов и сообщил содержание теле-
граммы, в которой Правительство СССР дало распоряжение об
отзыве из Югославии всех гражданских специалистов, мотиви-
руя это отказом югославской стороны предоставлять советским
представителям информацию об экономике Югославии193.
Известно, что 19 марта 1948 года в отделе внешней полити-
ки ЦК ВКП(б) была подготовлена справка «Об антимарксист-
ских установках руководителей компартии Югославии в во-
просах внешней и внутренней политики», представленная сек-
ретарю ЦК ВКП(б) М.А.Суслову. В справке подводилась идео-
логическая основа под решение Кремля о радикальных мерах
по отношению к Югославии. Югославские лидеры обвинялись в
игнорировании марксистско-ленинской теории, проявлении не-
правильного, недружелюбного отношения к СССР и ВКП (б), в
недооценке трудностей строительства социализма в Югосла-
вии, оппортунизме по отношению к кулачеству, переоценке своих
достижений в строительстве социализма и в том, что они «до-
пускают элементы авантюризма в оценке дальнейших перс-
пектив и в проведении внешней политики, претендуя на руко-
водящую роль на Балканах и в придунайских странах»194. Глав-
238
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
ным в этом письме было то, что югославы обвинялись в игнори-
ровании СССР как решающей силы лагеря народной демокра-
тии и социализма в то время, «когда англо-американские импе-
риалисты и их пособники» развертывали бешеную деятельность
по подготовке третьей мировой войны. В доказательство этого
опять же приводились примеры переоценки значения и роли
Югославии в народно-демократическом лагере и игнорирова-
ние роли СССР в речах Тито, его заявлениях, что «Балканы,
наряду с Советским Союзом, должны быть маяком, указавшим
путь правильного разрешения национального и социального во-
проса»195.
На основании перечисления всех «ошибочных» и вредных
действий руководителей КПЮ делался вывод о том, что
«лидеры югославской компартии не являются марксис-
тами» и что «эти ошибки превращают их в подголоски
буржуазии в проведении внутренней и внешней полити-
ки страны»196.
Однако эта справка была использована для ответа югослав-
скому руководству лишь после того, как в Москве было получе-
но письмо Тито от 20 марта 1948 года, в котором он не проявил
никаких признаков покаяния, а наоборот— отвергал обвине-
ния в недружелюбии к СССР. В этом письме он пытался объяс-
нить решение правительства ФНРЮ, запрещавшее югослав-
ским чиновникам давать какую-либо информацию всем, вклю-
чая советских представителей, целями сохранения государствен-
ных и экономических секретов. За получением важных сведе-
ний советские представители должны были обращаться в са-
мые высшие инстанции — в ЦК КПЮ и правительство Юго-
славии197. Тито намекал, что для такого серьезного шага, как
отзыв советских специалистов, должны быть какие-то более
серьезные причины. Тито высказывал пожелание, чтобы «пра-
вительство СССР откровенно сообщило, в чем здесь дело», и
указало на то, что, по его мнению, не соответствует хорошим
отношениям между двумя странами198.
Результатом стало ответное письмо от 27 марта 1948 года,
направленное в адрес Тито и ЦК КПЮ от имени ЦК ВКП(б) и
подписанное Сталиным и Молотовым. Дата письма носила явно
провокационный и оскорбительный характер — седьмая годов-
щина государственного переворота в Югославии, направленно-
го против союза с Гитлером, и гибель 1 миллиона 700 тысяч
югославов в годы войны. В письме были собраны все факты,
239
^Васильева, ВЈаврилов Балканский тупик?..
которые свидетельствовали, по мнению Москвы, об общей страте-
гической линии недружественного отношения югославского ру-
ководства к СССР — действительно имевшее место сокраще-
ние югославами числа советских военных специалистов на
60 процентов, оскорбительные заявления в адрес советских
офицеров, дискредитация Советской армии, приводились и дру-
гие факты «антисоветских» выступлений типа: «перерождение
ВКП(б)», «великодержавный шовинизм в СССР», «экономичес-
кое закабаление Югославии», что «только Югославия является
носителем революционного социализма» и пр. В целом югослав-
ским руководителям приписывались оппортунистические ошиб-
ки, ревизия важнейших положений марксизма-ленинизма199. В
данном письме для осуждения югославских руководителей был
использован традиционный для ВКП (б) набор обвинений, ха-
рактерных для судебных процессов 30-х годов в СССР, т.е. те
же обвинения в «отступничестве от марксизма-ленинизма», «пе-
рерожденчестве», «троцкизме» и пр. В письме были поименно
упомянуты четыре «сомнительных марксиста» из числа руко-
водства — министр внутренних дел А.Ранкович, начальник по-
литуправления Югославской народной армии С.Вукманович-
Темпо, М.Джилас, Б.Кидрич, а В.Велебит, заместитель мини-
стра иностранных дел, был назван английским шпионом200.
В письме Сталина и Молотова, также как и в последую-
щей секретной переписке, советская сторона ни словом
не упомянула о фигурировавших в справке отдела внеш-
ней политики ЦК ВКП(б) от 18 марта главных причи-
нах недовольства советского руководства и претензиях
к югославской стороне — стремлении Тито к руководя-
щей роли на Балканах и в придунайских странах и игно-
рировании решающей роли СССР в «лагере социализма и
демократии».
Еще до этого письма было очевидно, что югославы не ожи-
дали от советского руководства таких жестких мер, как отзыв
специалистов, и выразили готовность к обсуждению создавшейся
ситуации. Так, 24 марта югославский посол в СССР В.Попович
просил В.М.Молотова отменить распоряжения об отзыве воен-
ных и гражданских специалистов из Югославии: «Мы не знаем,
как обойтись без советских специалистов, которые нам крайне
необходимы»,— говорил он. Попович подчеркнул, что винов-
ные в создавшемся положении с югославской стороны будут
наказаны самым строгим образом, «однако нельзя допустить
240
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
того, чтобы из-за этого страдали интересы Югославии201. Одна-
ко Молотов был непреклонен и возложил всю полноту ответ-
ственности на Югославию.
12—13 апреля на пленуме ЦК КПЮ, созванном в обстанов-
ке строгой секретности, состоялось обсуждение создавшейся
кризисной ситуации в отношениях с СССР и ответа на письмо
Сталина от 27 марта, подготовленного Тито накануне. Он вновь
вернулся к началу конфликта, который, по его мнению, возник
по албанскому вопросу из-за направления в город Корчу юго-
славской пехотной дивизии и после болгаро-югославского со-
глашения в Бледе. Он заявил, что нельзя согласиться с крити-
кой, содержащейся в письме Сталина. «Это письмо — резуль-
тат страшной клеветы, неправильного информирования»,—
заявил Тито202.
Поскольку в работе Ю.С.Гиренко подробно приводится ин-
формация о данном пленуме ЦК КПЮ, отметим лишь, что прак-
тически все выступившие на нем, в том числе Э.Кардель, М.Джи-
лас, Б.Кидрич, И.Гошняк, хотя и признали ошибки и слабости
югославской компартии, но категорически отвергли обвинения,
что Югославия действует вразрез с внешнеполитической лини-
ей СССР. Был одобрен ответ, подготовленный Тито. Единствен-
ным, кто не согласился с общим мнением, был С.Жуйович, ко-
торый высказался против направления подобного письма в ад-
рес ЦК ВКП(б). Он заявил: «Куда идти дальше, если занять
такую позицию против СССР?», и что «даже малейшее замеча-
ние со стороны ВКП (б) должно быть для нас сигналом для
пересмотра нашей позиции». И далее Жуйович задал ритори-
ческие вопросы: «Что может произойти в международных от-
ношениях из-за нашей позиции? Где наше место? В каком ла-
гере? Между СССР и империалистическим лагерем? Наши эко-
номические возможности и теоретические установки о строи-
тельстве социализма повиснут в воздухе, если мы не пойдем по
линии координации нашей экономики с советской»203.
Выступившие члены ЦК КПЮ квалифицировали заявле-
ние Жуйовича как попытку расколоть ЦК и партию. На следу-
ющий день, т.е. 13 апреля, в адрес пленума поступило письмо
другого «диссидента» — А.Хебранга, бывшего Председателя
Экономического совета, имевшего ранее разногласия с Тито и
его соратниками и выведенного из состава Политбюро. Он так-
же выступил в поддержку Сталина. В итоге пленум решил рас-
следовать антипартийную, антигосударственную деятельность
Жуйовича и Хебранга, для чего была создана специальная ко-
миссия. Хотя вопросы, поставленные Жуйовичем, не нашли от-
241
ШВасильева, В Та в рилов Балканский тупик?..
клика среди участников Пленума, но несомненно, что и Тито, и
другие члены Политбюро не могли над ними не задумываться.
Поэтому было принято предложение пригласить представите-
лей ЦК ВКП(б) для обсуждения поднятых вопросов и для озна-
комления на месте с положением дел в Югославии.
Подготовленный Тито ответ ЦК КПЮ на письмо ЦК ВКП(б),
а также сообщение о решении пленума посол ФНРЮ з СССР
передал Молотову 19 апреля 1948 года. В устном заявлении
югославского посла В.Поповича указывалось, что ЦК КПЮ про-
вел расследование по тем вопросам, которые были поставлены
в письме и что данное письмо является не дружеской крити-
кой, а осуждением КПЮ и ее руководителей, и ЦК КПЮ та-
кую критику принять не может204.
В письме югославов опровергались выдвинутые советской
стороной обвинения в недружественном отношении югослав-
ского руководства к СССР. Они назывались «неточными и тен-
денциозными», а главная вина за неточную и клеветническую
информацию, поступавшую советским представителям в Юго-
славии, была возложена на С.Жуйовича и А.Хебранга205. Затра-
гивались вопросы о слишком больших затратах на содержание
советских военных специалистов, причем подчеркивалось, что
югославская сторона ставила этот вопрос еще в 1946 году. В
письме также напоминалось, что, вопреки югославским протес-
там, продолжалась практика «вербовки офицеров, различных
руководителей со стороны советских представителей в Юго-
славии». Обращалось внимание на незаконное получение по-
слом Лаврентьевым сведений о внутренней работе КПЮ, на
основании которых он сделал вывод об отсутствии в югослав-
ской компартии демократии. Такие действия рассматривались
в письме как вмешательство во внутренние дела ЦК КПЮ206.
Тито — Сталину:
СССР и Югославия жизненно заинтересованы в установ-
лении тесных связей. Но для этого необходимо абсолют-
ное доверие, без которого не могут существовать проч-
ные отношения между двумя партиями. Необходимо ве-
рить, что СССР в лице нынешней Югославии при ны-
нешнем ее руководстве имеет самого верного друга и со-
юзника, готового в случае трудных испытаний разде-
лить с народами СССР «и добро, и зло»201.
Таким образом, уже в самом начале формирования «социа-
листического лагеря» компартия Югославии поставила вопрос
242
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
о принципах взаимоотношений между правящими партиями
двух стран — ВКП (б) и КПЮ, а главное, подспудно, речь шла
об учете со стороны великой державы — СССР той или иной
специфики позиций руководства своего партнера по военно-
политическому союзу.
В той системе координат, в какой действовало в послевоен-
ные годы советское руководство с его менталитетом диктата и
подчинения одному вождю — Сталину, непогрешимости совет-
ского руководства и СССР как главного центра силы, имевшего
по доктринальным установкам мессианское предназначение
противостоять империализму любой ценой, никаких иных от-
ношений, кроме строгого следования в фарватере политики
СССР, советское руководство допустить не могло. Последую-
щее развитие событий показало, что Сталин и его окружение
не были склонны к взвешенному и спокойному,анализу возник-
ших разногласий и не захотели терпеть в своих рядах хотя бы
раз возникшую «ересь».
Такую линию можно было предугадать на основании выска-
зываний А.И.Лаврентьева в ходе беседы с помощником мини-
стра иностранных дел Югославии А.Беблером 21 апреля 1948
года. На заявление последнего о том, что Югославия в силу
своего географического положения имеет особые задачи по внут-
риполитическим проблемам и по вопросам внешней политики и
при решении некоторых проблем ее политика может отличать-
ся от политики Советского Союза, советский дипломат заявил,
что не разделяет эту точку зрения. Явно выражая официаль-
ную позицию, он подчеркнул: «По своей направленности... внеш-
няя политика может иметь только две концепции: концепцию
капиталистических стран и концепцию демократических стран
во главе с Советским Союзом... Все основные внешнеполити-
ческие проблемы, несомненно, должны исходить из целеуст-
ремленности, которая соответствует интересам стран народной
демократии и Советского Союза»208.
Прямо указывая на взаимосвязь местных проблем с общим
международным положением, он обратил внимание на то, что
«события, которые развиваются на Балканах и в районе Среди-
земного моря, настолько переплетаются с общемировой поли-
тикой, что любой неосторожный шаг может вызвать серьезные
осложнения, тем более что англо-американцы стремятся к ос-
ложнению обстановки в этой части Европы, желая оправдать
здесь свои империалистические деяния в глазах мировой обще-
ственности и общественности своей страны209.
Если советские руководители так хорошо понимали ситуа-
243
ШВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?.:
цию, то они не могли не просчитывать последствий советско-
югославского конфликта в контексте отношений между Восто-
ком и Западом. Однако и по сей день конкретных документов
советской стороны по данному вопросу, доступных для иссле-
дователя, нет. Поэтому большинство российских историков вы-
страивают свои концепции о замыслах Сталина, основываясь
на анализе имевших место событий, их последствий и резуль-
татов.
Ближайшим результатом обмена новыми посланиями
между советской и югославской стороной в мае 1948 года
явилось четкое выдвижение против югославского руко-
водства обвинений в отступничестве от марксизма-ле-
нинизма и антисоветизме, что свидетельствовало о том,
что Москва не намерена гасить конфликт конкретным
выяснением взаимных претензий, а ориентируется на
возможную организацию антититовской кампании внут-
ри самой КПЮ и в рамках Коминтерна. Ныне извест-
ные архивные документы говорят о том, что начиная
югославское дело советские правящие круги были серьез-
но озабочены положением дел в ряде восточноевропей-
ских компартий, входивших в Коминформ.
В отделе внешней политики ЦК ВКП(б) параллельно с ма-
териалами по положению в КПЮ готовились записки относи-
тельно компартий Польши, Чехословакии, а также Венгрии,
содержавшие упреки лидерам этих партий и стран в «антимарк-
систских установках», а поляки, кроме того, обвинялись в спол-
зании на позиции национализма. Копия письма ЦК ВКП(б) от
27 марта была разослана пяти восточноевропейским компарти-
ям с целью выяснения их реакции на действия югославов и
подключения к антиюгославской кампании. Заручившись под-
держкой руководителей компартий Болгарии, Венгрии, Польши,
Румынии и Чехословакии, советское руководство в письме от
4 мая 1948 года, адресованном ЦК КПЮ, предложило рассмот-
реть вопрос о советско-югославских разногласиях на ближай-
шем заседании Информбюро, но Тито отказался принять учас-
тие в этом заседании, указав, что лидеры других партий —
членов организации уже заняли антиюгославскую позицию на
основании советских обвинений210. На состоявшемся 9 мая пле-
нуме ЦК КПЮ это решение было утверждено. Причем в юго-
славском письме Сталину и Молотову от 17 мая решительно
заявлялось о несправедливости выдвинутых обвинений, о твер-
дом намерении КПЮ доказать на деле ее верность идеям социа-
244
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
лизма, Советскому Союзу и марксистско-ленинскому курсу211.
На этом же пленуме С.Жуйович и А.Хебранг были выведены из
состава ЦК КПЮ и исключены из партии. После освобождения
Жуйовича от обязанностей министра финансов, а Хебранга —
министра легкой промышленности, они были арестованы и за-
ключены в тюрьму, им инкриминировалась попытка «осуще-
ствить внутренний путч» в ЦК КПЮ. На упомянутом пленуме
было решено провести встречи членов ЦК КПЮ с партийными
руководителями республик и краев ФНРЮ. Хотя в целом в
ходе этих встреч на местах югославские коммунисты отвергали
выдвинутые против КПЮ обвинения, тем не менее были и те,
кто отмечал справедливость некоторых указанных советскими
руководителями ошибок, касавшихся внутрипартийной демо-
кратии в КПЮ.
СЈВукманович-Темпо, член ЦК КПЮ в 1948 году:
Известие о конфликте с СССР было встречено югослав-
скими коммунистами с огромной растерянностью и не-
пониманием, а незыблемая вера в Сталина и его автори-
тет среди рядовых югославских коммунистов вынудили
югославское руководство не упоминать его имя в каче-
стве руководителя антиюгославской кампании212.
В 20-х числах мая 1948 года в Белград прибыл заместитель
заведующего отделом внешней политики ЦК ВКП(б) В.В.Мо-
шетов, который привез новое письмо из Москвы. В беседах с
ним Тито заявил, что югославы могли бы обсудить вопрос о
некоторых возможных ошибках с советскими представителями
конфиденциально. Он выразил уверенность, что «правда вос-
торжествует и во всех вопросах будет ясность. Наиболее пра-
вильным решением всех этих вопросов было бы решение их
между двумя нашими партиями. Мы не склонны скрывать, что
у нас не было, нет и не будет ошибок... Возможно, по некото-
рым вопросам были бы дискуссии, разногласия. Нам приходит-
ся работать в различных условиях»213. Далее он предложил во-
обще оставить вопрос открытым, пусть немного уляжется, а
потом вернуться к нему вновь214.
В это же время посол ФНРЮ в Москве В.Попович направ-
лял в Белград одну телеграмму за другой, в которых, на осно-
вании бесед с советскими представителями различного уровня,
высказывал возможные варианты примирения, в том числе за
счет принесения в жертву некоторых югославских руководите-
лей, например, МДжиласа и С.Вукмановича-Темпо.
245
Н.Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Судя по имеющимся документам, для советской сторо-
ны было необходимо публичное покаяние югославского
руководства на совещании Информбюро, но югославские
лидеры не считали возможным пойти по такому пути.
Не дождавшись покаяния Тито, Сталин еще больше укре-
пился в решимости предать его «идеологическому суду».
Маховик конфликта был пущен на полный ход.
О совещании Информбюро, проходившем вблизи Бухареста
с 19 по 23 июня 1948 года, имеются довольно подробные иссле-
дования, основанные на изучении архивных документов215. Бес-
проигрышное^ тактики Сталина заключалась в том, что отказ
Тито от участия в этом совещании как бы подтверждал совет-
ские обвинения. Выступившие после обвинительного доклада
члена Политбюро ЦК ВКП(б) А.А.Жданова представители ком-
партий повторили основные положения этого доклада и тех
писем, которые были направлены в адрес ЦК КПЮ советской
стороной. Все они демонстрировали резко антиюгославскую по-
зицию. Отказ югославов от признания своих «ошибок» и от уча-
стия в совещании был воспринят как несовместимые действия
с общей линией, принятой на первом совещании членов Ин-
формбюро, — на единство антиимпериалистического лагеря во
главе с СССР. Попытка противодействия Кремлю не могла не
рассматриваться как опасный подрыв этого лагеря перед ли-
цом «наступления империализма».
Кроме того, у всех участников совещания, представлявших
восточноевропейские компартии, проявилось стремление заслу-
жить особое расположение Кремля и его покровительство для
укрепления собственных позиций и положения у власти, а у
лидеров ФКП и ИКП были и прямые материальные расчеты на
поддержку со стороны СССР. У болгарских делегатов в их вы-
ступлениях звучали отзвуки споров с Белградом по поводу Ма-
кедонии216 .
Итогом совещания была знаменитая резолюция Информбю-
ро «О положении в Коммунистической партии Югославии», ко-
торая была опубликована 29 июня 1948 года газетами восьми
коммунистических партий, в результате чего всему миру стало
известно о конфликте с Югославией. В указанном документе
югославские руководители обвинялись в отходе от марксизма-
ленинизма, переходе на позиции национализма, а КПЮ и су-
ществующий в Югославии режим объявлялись стоящими вне
Коминформа, всего коммунистического движения и «социалис-
246
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
тического лагеря». Коминформу был придан характер более
жесткой и постоянно действующей организации с секретариа-
том и уставом, призванной осуществлять непрерывный надзор
за развитием стран Восточной Европы и координировать уси-
лия для борьбы с «еретиками» — КПЮ и «кликой Тито».
И. Броз Тито:
«Для наших людей конфликт и особенно резолюция пред-
ставляли несомненно тяжелейшую травму, ибо мы в
Югославии, несмотря на многочисленные сомнения, все-
таки в основном верили в Советский Союз, верили в Ста-
лина... Мы не стыдимся этих иллюзий... Они играли
позитивную роль, свидетельствуя о нашей глубокой вере
в прогресс и социализм. А в июньские дни 1948 года, когда
их Сталин так беспощадно, так грубо растоптал, нам
было страшно трудно. Но мы не утратили веры в социа-
лизм, однако начали терять веру в Сталина...»211
За рубежом мало кто верил, что И.Тито удержится у власти.
Интересно, что отлучение Югославии от СССР не вызвало ни
антисоциалистического движения, ни русофобии в ФНРЮ. Этому
способствовала установка, данная Тито и ЦК КПЮ. Выступая
на открывшемся 25 июля 1948 года V съезде КПЮ с докладом,
Тито заявил, что партия воспитывала коммунистов в духе глу-
бокого доверия, любви и преданности Советскому Союзу. Кос-
нувшись «чудовищных обвинений» со стороны Информбюро,
он подчеркнул, что ЦК КПЮ полон решимости, несмотря на
все, восстановить хорошие отношения с ВКП (б), и закончил
доклад здравицей в честь Сталина. В принятой съездом резо-
люции указывалось, что Югославия является социалистичес-
кой страной, принадлежащей к «социалистическому лагерю»,
подчеркивалась верность КПЮ принципам международной про-
летарской солидарности и «социалистическому лагерю» во гла-
ве с СССР. Была выражена уверенность, что возникшие разно-
гласия не отразятся на межгосударственных отношениях. Съезд
поручил ЦК КПЮ сделать все возможное, чтобы отношения
между КПЮ и ВКП(б) вновь улучшились218.
Таким образом, расчеты Информбюро и советского руко-
водства на раскол КПЮ и отстранение Тито не оправдались. Но
тем не менее в югославской компартии было немало тех, кто
высказался за резолюцию Информбюро, — их стали называть
« информбюровцами ».
247
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
По югославским данным, из 468 175 членов и 51 612 кан-
дидатов в члены КПЮ за резолюцию Информбюро выска-
зались 55 тыс. коммунистов. Из них 2 616 человек явля-
лись представителями руководящих органов страны,
4 183 — военнослужащими ЮНА. Все «информбюровцы»
были исключены из партии, а 16 312 человек были репрес-
сированы и заключены в специальные концентрационные
лагеря на островах Адриатического моря — Голый Оток
и Гргур. Около 5 тыс. югославских граждан стали поли-
тическими эмигрантами в СССР и других странах219.
Самым известным представителем командного состава ЮНА,
ставшим жертвой конфликта, стал Арсо Йованович, который
погиб при попытке перейти югославско-румынскую границу в
августе 1948 года. В годы войны он был начальником Верховно-
го штаба Народно-освободительной армии Югославии, с 1946
по 1948 год учился в Военной академии Генерального штаба в
Москве. После возвращения в Югославию — стал начальником
военной академии ФНРЮ, имел звание генерал-полковника
ЮНА.
6 июля 1948 года временный поверенный в делах Югосла-
вии в СССР Феич вручил заместителю заведующего отделом
МИД СССР С.П.Кирсанову ноту, в которой сообщалось о реше-
нии югославского правительства отозвать в Югославию всех
югославских граждан, находившихся в СССР, «ввиду того, что
для этих граждан преднамеренно и организованно создается
такая обстановка, при которой их дальнейшее пребывание в
СССР не представляется возможным»220. Особому давлению со
стороны соответствующих органов в СССР подвергались нахо-
дившиеся на учебе военнослужащие ЮЙА. Однако неизвестно,
кто из них по доброй воле, а кто под нажимом подписал заявле-
ние в поддержку резолюции Информбюро, опубликованной в
конце июня того же года в советской печати.
По данным, которые позднее, 8 декабря 1948 года, замести-
тель заведующего отделом внешних сношений ЦК ВКП(б)
Б.Н.Пономарев сообщил в докладной записке Г.М.Маленкову,
более 500 югославов, находившихся в СССР, отказались вер-
нуться на родину. Они были, слушателями военно-учебных за-
ведений Советской армии, студентами советских вузов221.
По замыслу Москвы, они должны были стать основой про-
советской эмиграции, с помощью которой советские руководи-
тели хотели свергнуть «режим Тито» и его сторонников в Юго-
славии. Сигналом для дальнейшей эскалации антиюгославской
248
■;'.;;';;Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
пропаганды послужила опубликованная 8 сентября 1948 года в
«Правде» статья «Куда ведет национализм группы Тито в Юго-
славии». В ней утверждалось, что «фракция Тито», которая
якобы являлась меньшинством в КПЮ, перешла на путь по-
собничества империализму и объявлялась «вырождающейся в
клику политических убийц»222. Именно в таком духе, под чудо-
вищными лозунгами, требующими разоблачения «диктатуры
фашистского типа», борьбы против клики Тито— «шпионов и
убийц» и других наборов лжи и инсинуаций проходила в СССР
и других странах Восточной Европы идеологическая кампания
против КПЮ и всей ФНРЮ.
Характерно, что югославские политэмигранты сами предла-
гали способы борьбы с режимом Тито, направляя свои обраще-
ния в ЦК ВКП(б). В частности, в письме политэмигранта Р.Го-
лубовича в отдел внешней политики ЦК ВКП(б) от 28 сентября
1948 года содержался план усиления позиций противников Тито
в центральных комитетах компартий республик ФНРЮ— в
Черногории, Македонии, Боснии и Герцеговине, и в Сербии. Для
этого он предлагал создать специальные центры распростране-
ния материалов в соседних с Югославией странах. Такого рода
подрывная деятельность должна была положить начало созда-
нию центрального нелегального руководства компартии Юго-
славии223 .
Отдел внешних сношений учел эти и другие предложения
югославских политэмигрантов и в свою очередь предлагал це-
лую серию мер для борьбы с руководством КПЮ во главе с
Тито. Эти меры предусматривали создание центра югославских
политэмигрантов в Чехословакии, объединенных групп в Ру-
мынии, Болгарии, Венгрии, Албании, организацию радиовеща-
ния Информбюро на Югославию, обеспечение систематической
информации ЦК ВКП(б) о деятельности центра и групп полит-
эмигрантов в указанных странах224. В Москве был создан коор-
динационный центр этой эмиграции во главе с генералом П.По-
пиводой. С апреля 1949 года этим центром стала издаваться
газета «За социалистическую Югославию», а в Праге выходила
газета «Новая Борба», другие издания выходили в Румынии,
Болгарии, Албании и нелегально переправлялись в Югославию.
Координационный центр был преобразован в «Союз югослав-
ских патриотов за освобождение от фашистского ига клики
Тито — Ранковича и империалистического рабства».
Давление на Югославию приняло самые разнообразные
формы: экономической блокады, постоянной угрозы во-
енной силы, включая такие военно-политические сред-
249
НВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
ства как создание разведсети и заброска в страну тер-
рористических групп. Все это входило в арсенал своего
рода «психологической войны», служившей созданию ат-
мосферы страха и угрозы вооруженной агрессии для пси-
хологического воздействия на югославские народы с це-
лью их мобилизации на выступление против режима
Тито.
К ряду этих мер в первую очередь следует отнести полное
прекращение военной помощи Югославии. В соответствии с
указанием Политбюро ЦК ВКБ (б) и решением Советского пра-
вительства, в Генеральный штаб в начале августа 1948 года
поступило указание подготовить сведения о стоимости отпу-
щенного Югославии вооружения и имущества за годы войны и
в послевоенный период. В соответствии с постановлением Сове-
та министров СССР от 27 сентября 1948 года, Министерством
вооруженных сил СССР была проведена дополнительная про-
верка и уточнение стоимости переданного Югославской армии
вооружения и имущества в годы войны и послевоенный период
вплоть до ноября 1948 года. Эта информация была включена в
доклад А.Н. Косыгина от 10 ноября 1948 года, направленный в
Бюро Совета министров СССР с предложением потребовать от
Югославии погасить задолженность за вооружение и имуще-
ство, переданные Советским Союзом. В документе указывалось,
что поскольку в годы войны передача производилась в период
совместных боевых действий, то считалось возможным не
предъявлять требований за возмещение стоимости данного иму-
щества и вооружения в сумме 746,2 млн. рублей225.
Предлагалось предъявить правительству Югославии требо-
вание о погашении задолженности за вооружение и имуще-
ство, переданное Советским Союзом после войны, с учетом из-
носа и амортизации в размере 25 процентов от его стоимости,
что составляло 276,2 млн. рублей в пересчете на согласованные
цены226. В проекте постановления Совета министров предпола-
галось подписание соглашения по данному вопросу с предос-
тавлением югославской стороне отсрочки на 5—10 лет227.
Особо тяжелый удар по экономическому положению
Югославии был нанесен фактическим установлением со
стороны СССР и других стран Восточной Европы эко-
номической блокады. 31 декабря 1948 года в советской
печати было опубликовано сообщение о том, что вслед-
ствие враждебной политики югославского правительства
250
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
Советскому Союзу невозможно поддерживать экономи-
ческий обмен между СССР и Югославией. Поэтому про-
токол товарообмена на 1949 год предусматривает со-
кращение товарооборота между СССР и Югославией в
тесть раз по сравнению с 1948 годом.
30 декабря находившаяся в СССР югославская торговая де-
легация во главе с министром внешней торговли М.Поповичем
покинула Москву. Перед отъездом главе югославской делега-
ции было заявлено, что исполнение торгового соглашения, заклю-
ченного между СССР и ФНРЮ 25 июля 1947 года, прервано,
поскольку изменились условия228.
Югославия не была допущена к участию в созданном в ян-
варе 1949 года Совете Экономической Взаимопомощи, вопреки
условиям ее договоров с СССР и другими странами Восточной
Европы о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи. В ответ
на югославскую ноту протеста по этому поводу Советское пра-
вительство 11 февраля 1949 года выдвинуло в качестве усло-
вия участия ФНРЮ в СЭВ отказ югославского правительства
«от враждебной политики против СССР и стран народной де-
мократии»229.
Советская сторона задержала поставку в Югославию 6 тур-
бин для крупных электростанций, несмотря на то, что югосла-
вы выплатили полностью аванс в свободной валюте и в сырье-
вых материалах230.
В результате экономической блокады, по югославским дан-
ным, торговый дефицит страны увеличился до 5 миллиардов
динаров, или на 49 процентов от югославского экспорта231. В
довершение ко всему Венгрия перестала выплачивать Югосла-
вии репарации за причиненный в годы войны материальный
ущерб, румынское правительство приостановило почтовое и
железнодорожное сообщение между Румынией и Югославией.
Поставленная в такое положение Югославия была вынуждена
искать новые рынки сбыта, но из-за неконкурентоспособности
своих товаров она могла рассчитывать на экспорт только сырь-
евых материалов.
Создавшимся торговым вакуумом немедленно воспользо-
вались западные страны. Экономическая политика
стран — членов СЭВ во главе СССР в отношении Югосла-
вии объективно приносила экономическую выгоду запад-
ным конкурентам.
251
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?,.
Несмотря на различные меры давления Югославия практи-
чески до конца 1949 года действовала на мировой арене единым
фронтом с СССР и другими странами Восточной Европы. Осо-
бые расчеты на изменение позиции Югославии Запад питал в
связи с созывом летом 1948 года конференции по проблемам
Дуная, местом проведения которой был намечен Белград.
Многие западные наблюдатели ожидали, что на данной кон-
ференции разразится драматическая борьба между СССР и
Югославией или что хотя бы по некоторым вопросам Югосла-
вия будет голосовать на стороне Запада. Западные державы
намеревались добиться восстановления контроля неприбреж-
ных держав над дунайским судоходством. Страны народной
демократии и СССР категорически отвергли партнерство с не-
дунайскими странами в руководстве режимом Дуная и высту-
пили на открывшейся 30 июля 1948 года в Белграде конферен-
ции с предложением учредить единую дунайскую комиссию, в
члены которой допустить только дунайские страны. Выступив-
ший на конференции югославский представитель А.Беблер за-
явил: «Основные принципы данного проекта совпадают с точ-
кой зрения югославской делегации и требованиями справедли-
вости и фактического положения на Дунае»232. В итоге Югосла-
вия вместе с представителями Болгарии, Венгрии, Румынии,
СССР, Украины, Чехословакии поставила свою подпись под Ду-
найской конвенцией, разработанной на основе советских пред-
ложений. Делегация США голосовала против, а Англия и Фран-
ция отказались участвовать в процедуре голосования.
После подписания Североатлантического пакта газета «Бор-
ба» 30 марта 1949 года в редакционной статье выступила с осуж-
дением практики создания агрессивных союзов. Одновременно
подчеркивалось, что антиюгославская кампания ослабляет фронт
миролюбивых сил. Далее указывалось, что западная пропаган-
да искусно воспользовалась клеветнической кампанией в СССР
против Югославии для оправдания Атлантического пакта, на-
чав раздувать слухи о готовящемся советском нападении. «Бли-
зорукие и ослепленные, — писала газета, — они [СССР и стра-
ны народной демократии] считают, что шумиха на Западе о
концентрации войск вокруг Югославии будет полезна им, так
как вызовет среди широких масс страх и смятение»233.
Газета «Борба» 30 марта 1949 года писала:
«Клеветническая кампания против Югославии становит-
ся все более удобным средством империалистической
пропаганды для того, чтобы представить отношения
252
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
социалистических стран с СССР как отношения зави-
симых и вассальных стран, а сам Советский Союз как
страну, которая ставит под угрозу уже более не капи-
талистическую, а одну из социалистических стран»234.
Интернационализация конфликта шла не только по линии
втягивания в него соседних с Югославией стран народной де-
мократии, но и проявилась в возникновении своеобразного тре-
угольника из главных заинтересованных сторон: СССР — Юго-
славии — США. При этом каждая из великих держав стреми-
лась сыграть в нем свою партию, руководствуясь чисто прагма-
тическими интересами в Балканском регионе или же более гло-
бальными замыслами.
Многие хитросплетения в действиях участников этой «трой-
ки» имеют настолько многослойный характер по последствиям
и результатам, что требуют самостоятельного анализа. В дан-
ном случае можно констатировать, что, по расчетам советского
руководства, конфликт был выгоден советской стороне.
Во-первых, в результате прекращения Югославией помощи
греческим партизанам из-за экономических трудностей и под
влиянием нажима со стороны США и других западных стран,
Советский Союз мог реализовать свои планы по прекращению
гражданской войны в Греции на условиях компромисса с Запа-
дом.
Очевидно, в развитие этих планов в марте 1948 года во вре-
мя переговоров в Москве с Э.Ходжей Сталин посоветовал ал-
банскому руководству нормализовать отношения с Италией235.
Сталина беспокоила возможность оккупации Албании ан-
гличанами и американцами в случае продолжения граждан-
ской войны в Греции. Поэтому в Москве была положительно
встречена англо-американская инициатива от 26 апреля 1949 го-
да провести трехсторонние переговоры по греческой проблеме.
Переговоры состоялись 4 мая в Нью-Йорке между А.Громыко,
помощником госсекретаря США Д.Раском и британским пред-
ставителем на Генеральной Ассамблее ООН Г.Макнейлом236.
Советский дипломат дал понять о согласии советской сторо-
ны с предложениями ЦК КПГ прекратить огонь и провести
парламентские выборы с участием всех политических сил, вклю-
чая коммунистов. В ходе дальнейших встреч советские предло-
жения сводились к возможному участию Советского Союза в
комиссии великих держав по наблюдению за выборами в Гре-
ции. Таким образом, были очевидны попытки Кремля достиг-
нуть статус-кво в Греции. Развязка в греческом вопросе была
253
Н.Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
ускорена после того, как 10 июля 1949 года Тито заявил о ре-
шении Югославии закрыть границу с Грецией237. Поражение
Демократической армии Греции стало неизбежным не только
из-за этого факта, но из-за ряда внутренних причин развития
гражданской войны. Тем не менее после того как ДАГ в августе
1949 года потерпела поражение, советская сторона возложила
ответственность за поражение повстанцев на югославское ру-
ководство, хотя сам СССР ставил уже с 1947 года вопрос о
прекращении гражданской войны в Греции.
Отказываясь на определенное время от своих позиций в
Греции, СССР тем самым хотел в связи с более крупными гео-
стратегическими расчетами избежать военного столкновения с
США и Великобританией в этом регионе238.
Во-вторых, разыгрывая «югославскую карту», Москва раз-
личными методами добивалась укрепления своего влияния в
Восточной Европе. Для дальнейшего раскручивания конфликта
и изоляции югославского руководства от соседних коммунисти-
ческих режимов и борьбы с распространением «титоизма», т.е.
неподчинения или оспаривания со стороны восточноевропей-
ских компартий или их лидеров необходимости беспрекослов-
ного подчинения, советское руководство активно втягивало со-
седние с Югославией страны в непосредственное участие в ан-
тиюгославских действиях, вплоть до создания угрозы примене-
ния военной силы.
Москва также поощряла разжигание между Югославией и
соседними странами этнотерриториальных противоречий, осо-
бенно используя македонскую проблему для усиления конф-
ронтации Югославии с Болгарией и Грецией239.
В странах Восточной Европы было сформировано более
20 центров, которые занижались исключительно орга-
низацией разведывательной деятельности, созданием
диверсионных групп, их заброской в Югославию. Воору-
женные провокации на ее границах, по всей видимости,
были рассчитаны на то, чтобы вызвать ответную ре-
акцию Югославии, что в свою очередь должно было под-
крепить советские обвинения в проимпериалистическом
характере режима Тито.
В Албании на пограничных участках были созданы особые
разведывательные центры, занимавшиеся направлением на
югославскую территорию вооруженных групп. Они должны были
доставлять туда пропагандистские материалы с призывами к
254
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
свержению «клики Тито», агитировать население за бегство в
Албанию, проводить акции саботажа на линиях коммуникаций,
осуществлять теракты против представителей югославских вла-
стей240 . На территории Болгарии центры болгарских спецслужб
существовали в Драгоманде, Горной Джумайе, Кустендиле,
Святом Враче. 2 февраля 1950 года МИД ФНРЮ направил ноту
протеста посольству НРБ по поводу процесса над группой, за-
брошенной в Югославию из соседней Болгарии241. Венгерский
разведывательный центр в городе Сегедине на югославской гра-
нице проводил вербовку для шпионской деятельности против
ФНРЮ среди югославов, ранее бежавших в Венгрию, сотруд-
ничавших с оккупантами или совершивших преступления в
Югославии. Правительство ФНРЮ в период с 25 сентября
1948 года по 31 августа 1950 года направило правительствам
Албании, Болгарии, Румынии, Венгрии 95 нот протеста по по-
воду вооруженных инцидентов, вызванных действиями погра-
ничных служб этих стран242.
Выступая на IV сессии Генеральной Ассамблеи ООН, Э.Кар-
дель заявил, что только в период с 1 июля 1948 года по 1 сен-
тября 1949 года было зарегистрировано 219 вооруженных ин-
цидентов243. В дальнейшем число инцидентов, по данным юго-
славских источников, нарастало и составило: в 1950 году — 937;
в 1951 году— 1 517; в 1952 году— 2 390. Согласно западным
источникам, между 1949—1952 годами на границах Югославии
с ее восточноевропейскими соседями произошло более 5 тысяч
вооруженных инцидентов244.
Для доказательства принадлежности режима Тито к враж-
дебному лагерю «империалистов», а также чтобы ликвидиро-
вать какие-либо оппозиционные выступления в соседних вос-
точноевропейских странах, Москва и Информбюро прибегли к
испытанному средству — поиску внутреннего врага, отступни-
ков от ортодоксального марксизма и предателей. С 1949-го по
1952 год по восточноевропейским странам прокатилась волна
инсценированных судебных процессов над рядом видных партий-
ных и государственных руководителей стран Восточной Евро-
пы, обвинявшихся в принадлежности к «американским и ан-
глийским агентам», в приверженности «националистической
идеологии» и предательстве в пользу Югославии, в подрывной
Деятельности против СССР и государств народной демократии.
Конфликт с Югославией и поступавшие из этих стран доно-
сы о «вредителях» были использованы частью местной парт-
верхушки для сведения личных счетов и борьбы за власть. В
Албании в мае 1949 года был осужден и расстрелян Кочи Дзо-
255
ЕШасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
дзе — заместитель председателя правительства и министр внут-
ренних дел Албании. В Болгарии в обстановке, связанной с бо-
лезнью и смертью Г.Димитрова, развернулась борьба с оппор-
тунизмом в БКП, жертвой которой стал заместитель председа-
теля правительства Трайчо Костов. Его участь была решена
после доноса партийного деятеля БКП Цолы Драгойчевой, по-
ступившего советскому послу в Болгарии М.Ф.Бодрову. В нояб-
ре 1949 года Костов был казнен245.
Но особого размаха антиюгославская кампания достигла во
время судебного процесса в Венгрии в сентябре 1949 года над
министром иностранных дел Ласло Райком. Он обвинялся в
шпионской деятельности в пользу Югославии, подготовке госу-
дарственного переворота в Венгрии и в заговоре против СССР,
а также в связях с иностранными империалистическими круга-
ми. 28 сентября 1949 года заместитель министра иностранных
дел СССР А.А.Громыко пригласил временного поверенного в
делах Югославии в СССР и вручил ему ноту об одностороннем
расторжении Договора о дружбе, взаимной помощи и послево-
енном сотрудничестве между СССР и Югославией. В ноте ука-
зывалось, что в ходе завершившегося в Будапеште судебного
процесса «против государственного преступника и шпиона Райка
и его пособников, которые были одновременно агентами юго-
славского правительства», вскрылось, что «руководители юго-
славского правительства вели и продолжают вести свою враж-
дебную и подрывную работу против СССР не только по соб-
ственной инициативе, но и по прямым заданиям империалисти-
ческих кругов».
На основании этого вина за нарушение Договора о дружбе,
взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве возлагалась
на югославскую сторону. Советское правительство заявило, что
«Советский Союз отныне считает себя свободным от обяза-
тельств, вытекающих из указанного договора»246. Правитель-
ство ФНРЮ в ноте от 1 октября 1949 года обвинило советскую
сторону в одностороннем разрыве данного договора, считая это
нарушением норм международного права, обратив внимание на
то, что правительство ФНРЮ в ноте от 23 августа 1949 года
предложило «начать решать все спорные вопросы с правитель-
ством СССР в духе международных обязательств, которые при-
нимали оба правительства»247.
25 октября 1949 года МИД СССР объявил о невозможно-
сти дальнейшего пребывания в СССР посла Югославии
К.Мразовича, а в ноябре того же гоба потребовал выезда
256
9*
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
и поверенного в делах. С конца 1949 года при формальном
сохранении дипломатических отношений все связи между
СССР и Югославией оказались прерванными.
В резолюции заседания Информбюро, проходившего в Бу-
дапеште в ноябре 1949 года, по докладу Г.Георгиу-Дежа «Юго-
славские коммунисты во власти убийц и шпионов», текст кото-
рого готовился в отделе внешней политики ЦК ВКП(б), содер-
жался огромный набор разных инсинуаций против руководства
КПЮ и ФНРЮ. Борьба против «клики Тито» объявлялась «ин-
тернациональным долгом коммунистических и рабочий пар-
тий»248.
Примеру СССР последовали все страны народной демокра-
тии, разорвавшие с Югославией договоры о дружбе, сотрудни-
честве и взаимной помощи.
Тогда же были провозглашены и меры борьбы против «шпи-
онско-диверсионной и провокаторской деятельности фашист-
ской клики Тито, включая согласованные мероприятия через
печать и радиопропаганду на Югославию и все формы помощи
рабочему классу и крестьянству Югославии». В записке Сусло-
ва на имя Молотова с приложением текста доклада на данном
совещании, «Защита мира и борьба с поджигателями войны», —
указывалось, что «необходимым условием успешной борьбы за
свержение фашистско-гестаповского режима в Югославии явля-
ется воссоздание Компартии Югославии, которая возглавит борь-
бу югославских народов против клики англо-американских
шпионов, захвативших власть в Югославии»249. Таким образом,
прямо указывалось на возможность применения каких-то ради-
кальных мер для вмешательства во внутренние дела Югосла-
вии.
Соответствующая реакция на подобную политику СССР
последовала со стороны Югославии, которая также перешла к
широкому политико-пропагандистскому наступлению, обвиняя
СССР и ВКП (б) в перерождении социализма в СССР, велико-
державной, гегемонистской внешней политике, агрессивном дав-
лении на Югославию. Впервые на IV сессии Генеральной Ас-
самблеи ООН в сентябре — декабре 1949 года югославская де-
легация открыто обвинила СССР и страны народной демокра-
тии во вмешательстве во внутренние дела Югославии. Таким
образом, используя международное право, югославское руко-
водство пыталось защитить интересы своей страны. Тогда же
Э.Кардель критиковал политику создания блоков и сфер инте-
ресов, выступил за мирное сосуществование двух систем250.
Ю-Балканский тупик?..
257
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
Со своей стороны глава делегации СССР А.Я.Вышинский
выступил на сессии ООН против включения кандидатуры
ФНРЮ в Совет Безопасности ООН. Ранее от стран Восточной
Европы предлагалась Чехословакия, но благодаря поддержке
западных стран 20 октября 1949 года Югославия была избрана
в Совет Безопасности ООН в качестве непостоянного члена.
А.Я.Вышинский оценил выборы как результат закулисной сдел-
ки, заключенной с нею США и их союзниками, угрожал выхо-
дом СССР из ООН, если Ассамблея не пересмотрит своего ре-
шения251. В 1951 году на б-е заседание Генеральной Ассамблеи
ООН Югославия внесла жалобу по поводу враждебной дея-
тельности социалистических стран. Резолюция ООН осудила
советскую политику в отношении ФНРЮ.
Белград стал рассматривать как вполне реальную возмож-
ность вооруженного нападения на Югославию. Тито предложил
довести расходы страны на военные цели до 23 процентов на-
ционального дохода, увеличив их с 300 млн. долл. в 1946 году до
665 млн. долл. в среднем в период 1950—1952 годов. В случае
вторжения с территорий соседних социалистических стран,
армия должна была отступать на «стратегическую террито-
рию», которая охватывала горные массивы вплоть до моря. Эту
территорию предполагалось защищать с использованием опы-
та партизанских действий в годы народно-освободительной вой-
ны252 . Из пограничных районов важные промышленные объек-
ты стали переводиться в глубь страны. Активизировалась дея-
тельность службы безопасности, которая развернула борьбу
против сторонников Информбюро. Волна репрессий прокати-
лась и по личному составу ЮНА.
Согласно материалам, поступившим в ЦК Болгарской
компартии, было арестовано 5 тыс. офицеров, среди ко-
торых 300 человек в ранге от командира полка и выше.
Кроме убитого на границе генерал-полковника Арсо Йо-
вановича, среди репрессированных было 6 генералов и офи-
церов, командовавших военными округами, 7 командиров
дивизий, 29 командиров полков, далее начальник личной
охраны Тито полковник М.Джурич и другие, которые
были отправлены в специальный лагерь «Р-101» и конц-
лагеря на островах Голый Оток и Свети Гргур253.
Югославская сторона активно iисточилась в контрпропаган-
дистскую борьбу, направляя соответствующую литературу в
соседние страны. Участились случаи пограничных инцидентов
258
10-2
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
со стороны Югославии на границах с Венгрией, Болгарией, Ру-
мынией, Албанией. Стали раздаваться националистические ло-
зунги о присоединении к Югославии Пиринского края, что со-
здавало дополнительную напряженность в югославо-болгарских
отношениях. В обращении Тито от 28 декабря 1950 года к наро-
дам Албании, Венгрии, Болгарии и Румынии по случаю откры-
тия Народной скупщины ФНРЮ указывалось, что югославская
сторона проводит военные мероприятия с целью сохранения
мирного социалистического строительства.
Тито обратил внимание на наращивание численности воо-
руженных сил соседних с Югославией стран, которые превы-
сили допустимые цифры, предусмотренные мирными догово-
рами с Болгарией, Венгрией и Румынией. Он подчеркнул, что
повседневные вооруженные провокации на границах, попытки
спровоцировать югославских пограничников и пограничное на-
селение на вооруженные столкновения, забрасывание шпионов
и диверсантов являются обычными методами действий сосед-
них с Югославией стран. Он отметил: «Наша армия никогда не
будет угрозой соседним странам или какой-либо другой стране.
Поэтому я советую всем нашим соседям прекратить военные
приготовления, вернуться к дружескому сотрудничеству и не
становиться орудием иностранной политики»254. В заключение
обращения к народам соседних стран Тито заявил, что народы
Югославии не испытывают «никакой ненависти и не требуют
ваших земель. Они желают только жить в мире и мирном со-
трудничестве со своими соседями. Не верьте лживой пропаган-
де своих руководителей о том, что народы Югославии готовят
заговор против вас»255.
Вряд ли соответствуют реальности распространенные в за-
падной литературе утверждения о том, что СССР и восточно-
европейские страны в конце 1949 — начале 1950 годов готовили
вооруженное вторжение в Югославию. Имеющиеся докумен-
тальные материалы свидетельствуют о том, что проходившие
на границах Югославии инциденты имели двусторонний ха-
рактер и выражались в незаконном переходе границы с той и
другой стороны. Архивными материалами подтверждается час-
тая передислокация воинских частей, строительство противо-
танковых заграждений и других оборонительных сооружений
вдоль югославской границы на территории Болгарии, Венгрии,
Румынии256.
Оборонительные мероприятия в соседних с Югославией
странах нагнетали обстановку напряженности и враж-
ю*
259
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
дебности в двусторонних отношениях. Однако они не
говорят в пользу версии о том, что готовилась какая-
либо совместная широкомасштабная военная акция про-
тив Югославии. Из отчетов советских военных совет-
ников, а также составленных ими планов работы в ар-
миях Болгарии, Венгрии, Румынии, которые утвержда-
лись начальником советского Генерального штаба гене-
ралом С.М.Штеменко, следует, что армии этих стран
в 1949—1951 годах не были готовы к осуществлению ши-
рокомасштабных военных операций против ЮНА.
Например, в справке по вооруженным силам Румынии на
1 мая 1951 года делался вывод о неудовлетворительном состоя-
нии мобилизационной готовности румынской армии, о слабом
уровне ее боевой и политической подготовки: «Мобилизацион-
ная и боевая готовность армии вследствие слабой боевой подго-
товки соединений и частей, значительной засоренности офи-
церского состава реакционными элементами, низкого уровня дис-
циплины, а также слабой материально-технической базы оста-
ется по-прежнему на низком уровне», — указывалось в доку-
менте257 . Аналогичной была поступающая в СССР информация
о состоянии Болгарской Народной армии. Например, по данным
на конец 1950 года, проблема укомплектования кадрами офицер-
ского состава болгарской армии по штатам мирного времени
должна была быть решена лишь в 1951 году. Указывалось, что
комплектование армии военного времени не обеспечивалось под-
готовленными кадрами необходимых специальностей, а также
отмечался особый недостаток офицеров-артиллеристов, танки-
стов, зенитчиков, моряков и других. Боеспособность болгарской
армии оценивалась как «невысокая». Самым слабым звеном в
ее подготовке, по мнению военных советников, являлось то, что
личный состав, в том числе руководящий, «не прошел серьез-
ной школы войны, не представляет реально, что такое совре-
менный бой»258.
Румынское командование только с середины 1951 года пла-
нировало приступить к строительству оборонительных соору-
жений вдоль границы с Югославией259.
Кроме того, в докладах советских военных советников, отно-
сящихся к данному периоду, обращалось внимание на отсут-
ствие антиюгославских настроений в армиях соседних стран, и
на значительное количество «контрреволюционных проявлений»,
особенно среди личного состава сербской и венгерской нацио-
нальностей в Банате. Проюгославские настроения были отме-
260
10-4
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
чены среди офицеров болгарской армии260. В донесении совет-
ского главного военного советника при БНА указывалось, что
Министерство народной обороны, несмотря на рекомендации,
«офицерскими кадрами запаса занимается очень плохо. Мы
настойчиво рекомендовали разобраться с цифрой 17 200 небла-
гонадежных офицеров, но изучение офицеров идет крайне мед-
ленно»261 .
Лишь к концу 1952 года в полосе прикрытия вдоль границы
с Югославией на территории Румынии планировалось создать
оборонительные сооружения с минимально необходимым коли-
чеством долговременных сооружений. Для организации оборо-
ны в полосе прикрытия, а также в обороне морского побережья
и переправ через Дунай советские военные советники рекомен-
довали обеспечить взаимодействие с Венгрией и Болгарией262.
Руководство Румынской рабочей партии и правительство
Румынии не было уверено в лояльности населения в пригра-
ничных областях, поэтому использовало конфликт с Югослави-
ей в целях укрепления политической ситуации в этих районах.
В июле 1950 года из районов, прилегающих к границе с Юго-
славией в 25—30 км зоне, было произведено «выселение кула-
ков, лиц, не имеющих румынского гражданства, а также дру-
гих лиц, не внушавших доверия». Всего было выселено более
10 тысяч семей, что составляло более 35 тыс. человек. Такие же
выселения предусматривались на Черноморском побережье в
Добрудже и в пограничной полосе Южной Буковины на грани-
це с Советским Союзом263.
В 1949—1953 годах в министерствах народной обороны и
иностранных дел Болгарии были проведены процессы по ра-
зоблачению «групп заговорщиков среди генералов и офицеров»,
которые якобы были связаны с «титовцами» и готовились к
свержению режима В.Червенкова. Среди арестованных были
генералы С.Трынский, Д.Знеполский, генерал Божков. После-
дний был приговорен к смертной казни, остальные осуждены
на различные сроки заключения264.
Согласно отчету Главного военного советника генерал-лей-
тенанта В.Н.Емельянова, на 1 января 1953 года численность
болгарской армии составляла 146 тыс. человек, что было всего
на 20 тысяч больше, чем в начале конфликта с Югославией265.
В докладе отмечалось, что этого количества явно недостаточно
для того, чтобы укомплектовать полностью по штатам мирного
времени части ПВО страны, реактивную авиацию, военно-мор-
ские силы и другие специальные части. Сообщалось о выполне-
нии рекомендаций, данных министру народной обороны Болга-
261
Н.Васильева, ВЈаврилов Балканский тупик?..
рии во время его пребывания в Москве в июле 1950 года, по
усилению в инженерном отношении греко-турецкого и югослав-
ского оперативных направлений,х>б оборудовании полосы обес-
печения на Придунайском, Пирот-Софийском, Кюстендилском,
Благоевградском, Пловдивском, Крджалийском, Маричанском
направлениях266. Все эти мероприятия носили оборонительный
характер.
Таким образом, соседние с Югославией страны народной
демократии в начале 50-х годов в военном отношении не были
готовы не только к каким-то серьезным вооруженным действи-
ям против ФНРЮ, но и вряд ли могли противостоять достаточ-
но сильной Югославской народной армии. Свою мощь она обре-
ла благодаря значительной советской военной помощи, оказан-
ной ей в предшествующий период. Армия Югославии, по дан-
ным, имевшимся в Политбюро ЦК ВКП(б) в конце 1949 года,
насчитывала 500 тыс. человек, кроме того, значительные силы
имелись в службе безопасности, пограничных войсках, которые
вместе с армией составляли более 700 тыс. человек267. С учетом
внутренней нестабильности в приграничных странах, агрессив-
ные планы против Югославии были бы настоящей авантюрой.
Все свидетельствует о том, что Сталин не только не плани-
ровал военную интервенцию против Югославии, но, напротив,
стремился к определенному статус-кво на Балканах и на Юге
Европы. В пользу этого говорят факты об опасениях советского
руководства спровоцировать англо-американское вмешатель-
ство во время гражданской войны в Греции или их вторжение в
Албанию, раздражение Сталина в связи с конфликтом Юго-
славии с Западом по поводу Триеста и пограничных террито-
рий в Австрии.
Если рассматривать ситуацию с точки зрения геостра-
тегических планов СССР у то по многим данным, в усло-
виях создания двух противостоящих блоков взоры Ста-
лина были обращены на Восток, в сторону Китая. Со-
здание оси СССР — Китай в противовес западному миру
составляло главную цель в стратегических решениях
советского руководства, направленных на поддержку
китайских коммунистов в гражданской войне в конце
40-х годов.
По свидетельству П.А.Судоплатова, Сталин в 1948 году со-
знательно пошел на обострение обстановки в Германии, в ре-
262
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
зультате чего в 1948 году возник Берлинский кризис. В запад-
ной печати распространялись сообщения о готовности США
применить атомное оружие, чтобы не допустить перехода За-
падного Берлина под советский контроль. Однако в Москве было
хорошо известно, что у американцев не было нужного количе-
ства атомных бомб, чтобы противостоять СССР одновременно в
Германии и на Дальнем Востоке, где решалась судьба граж-
данской войны в Китае. По его же данным, Молотов в 1951 году
заявил, что советская позиция и решительные действия по бло-
каде Берлина в значительной мере помогли китайским комму-
нистам268 .
Нечего и говорить о каких-либо военных планах СССР про-
тив Югославии после начала в июне 1950 года войны в Корее269.
Нельзя исключать, что демонстрация силы Болгарией,
Венгрией, Румынией в виде передислокаций войск, прове-
дения маневров и т.д. могла носить отвлекающий ха-
рактер, рассчитанный, так же, как и Берлинский кри-
зис, на отвлечение сил Запада от Дальнего Востока.
В определенном смысле оправданием советско-югославско-
го конфликта для СССР могла быть цель принесения в жертву
«еретика» Тито и Югославии для наведения «порядка» внутри
самого «социалистического лагеря». Цель — заставить другие
восточноевропейские страны служить советским интересам,
сохранить советские позиции в Восточной Европе в условиях
роста американской военной мощи, раскручивания машины «хо-
лодной войны», создания Североатлантического пакта, разра-
ботки планов ведения атомной войны против СССР (знамени-
тый «Дропшот»).
Позднее для методов Сталина и его соратников в их борьбе
с югославским руководством больше был приемлем план, раз-
работанный МГБ СССР в начале 1953 года. Он предусматривал
подготовку и организацию теракта против Тито. С этим планом
Сталин ознакомил Судоплатова, однако и к этому плану нельзя
отнестись с полной серьезностью, так как о нем шла речь тогда,
когда дни советского диктатора уже были практически сочте-
ны270.
Особо следует остановиться на реакции и действиях Запада
в связи с советско-югославским конфликтом. Первоначально эта
реакция была довольно сложной. В руководящих политических
кругах США, Великобритании и других стран было даже распро-
263
^Васильева, ВЈаврилов Балканский тупик?..
странено мнение, что этот конфликт мог быть «спланированной
стратегией», которую Сталин хотел использовать в своих «хит-
роумных целях»271.
Однако вскоре этот конфликт в США стали рассматривать
с позиций глобального американо-советского противостояния и
его использования для укрепления позиций Североатлантичес-
кого блока.
Даже при сохранении режима Тито заинтересованность
Запада в отходе Югославии от СССР и социалистичес-
ких стран была очевидна. С военной точка зрения, ФНРЮ,
не стоящая на враждебных позициях, больше не оказы-
вала бы давления на границе с Италией, и армия Тито
могла быть исключена из общего баланса сил Восточного
блока.
В политическом смысле выдвигаемые Тито требования не-
зависимой внешней политики и приоритета национальных ин-
тересов Югославии, принципов суверенного равенства и парт-
нерства наносили удар в самое сердце выстраиваемой Стали-
ным социалистической системы, главным принципом которой
было единство и сплочение вокруг СССР. «Титоизм» мог стать
привлекательным для тех коммунистических партий, которые
хотели бы обеспечивать интересы своих стран без указок из
Москвы. Все эти расчеты принимались во внимание при выра-
ботке весьма гибкой тактики со стороны США, Англии, Фран-
ции в отношении Югославии. В частности, в документах госде-
партамента, подготовленных Советом планирования во главе с
Дж.Кеннаном летом 1948 года, рекомендовалось не рассматри-
вать Югославию в качестве «дружественной страны».
В то же время авторы документа, признавая несоответствие
ее внутреннего строя американским идеалам, делали вывод о
том, что если Югославия не будет проводником интересов внеш-
ней силы, то ее общественный строй является в основном ее
собственным делом»272. Таким образом, от Югославии требова-
лось занять позицию лояльности к Западу в международных
отношениях. Британская дипломатия также высказывала свою
незаинтересованность в советском свержении Тито, ибо было
признано, что лучше иметь «смягченного» Тито, чем «совет-
скую марионетку и советские войска» в Югославии273.
Эти аргументы одержали верх над имевшейся среди амери-
канских и английских военных и политических кругов точкой
зрения о возможной замене Тито некоммунистическим проза-
264
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
падным режимом, используя при этом антититовские национа-
листические силы274. Например, министр иностранных дел Ве-
ликобритании Э.Бевин телеграфировал в Вашингтон, что лю-
бая поддержка хорватских или сербских националистов «будет
прямо играть на руку Советам»275.
Руководящие круги Запада пришли к выводу, что социа-
листический путь развития Югославии не может быть
прерван насильственно, и единственно возможной лини-
ей в отношении Югославии для западных держав должно
быть использование ситуации в своих интересах, оказа-
ние ей экономической помощи с расчетом получить ус-
тупки во внешнеполитической области.
19 июля 1948 года было подписано соглашение об освобож-
дении «замороженных» в США югославских активов и имуще-
ства на сумму 47 млн. долларов, депонированных королевским
правительством Югославии перед Второй мировой войной. В
мае 1949 года Белград посетил бывший глава британской воен-
ной миссии при штабе НОАЮ Ф.Маклин. В ходе бесед Тито
подчеркнул, что экономическое выживание Югославии зависит
от помощи Запада, кредитов и поставок товаров276.
17 ноября 1949 года в Совет национальной безопасности США
был представлен доклад, рассматривавший варианты возмож-
ных действий СССР и его союзников против Югославии и в
соответствии с ними — реакцию США и их союзников. Предло-
жения Совета включали возможность продажи оружия Юго-
славии, предоставление различной помощи югославским воо-
руженным силам. В то же время Совет, подчеркивая высокую
боеспособность югославских вооруженных сил, не считал целе-
сообразным прямое вовлечение в возможный коноЈшикт сил США
и НАТО. В качестве основного рычага помощи Югославии пред-
полагалось использовать ООН. В случае если основными мето-
дами советского давления останутся политико-психологичес-
кие и экономические, то предлагалось предоставление ограни-
ченной экономической помощи режиму Тито277.
Во второй половине ноября 1949 года Совет национальной
безопасности США и Объединенный комитет начальников шта-
бов приняли решение об ограниченной продаже оружия Юго-
славии и о предоставлении его в качестве безвозмездной помо-
щи в случае войны.
С началом Корейской войны югославская ситуация стала
рассматриваться на Западе через призму возникновения воз-
265
ШВасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
можного конфликта по типу дальневосточного, а также с точки
зрения укрепления позиций НАТО на Балканах и в Средизем-
номорье. Возможно, уже тогда американские политики в перс-
пективе рассчитывали на включение Югославии в военный союз,
наряду с Турцией, Грецией, Италией. В связи с постигшей Юго-
славию летом 1950 года засухой и необходимостью снабжения
населения продовольствием югославское руководство было вы-
нуждено обратиться к американской администрации с просьбой
о предоставлении продовольственной помощи278. В свою оче-
редь американская администрация в решении оказать такую
помощь руководствовалась рядом прагматических соображе-
ний, в частности тем, что независимая Югославия имеет деструк-
тивное идеологическое воздействие, уменьшает коммунистичес-
кое давление на Австрию, Италию, Грецию и Турцию, является
примером для коммунистических сил в Европе. Рассматрива-
лись и возможности либерализации внутренних структур юго-
славского государства. Югославия согласилась на то, что США
будут наблюдать за получением и распределением военной по-
мощи, поступившей от США и их союзников, а также на то, что
она не будет передавать их третьим странам279.
В середине декабря конгресс США одобрил «Закон о чрез-
вычайной помощи Югославии». Об этом тут же стало известно
в Москве. 17 декабря 1950 года председатель внешнеполити-
ческой комиссии ЦК ВКП(б) В.Григорьян докладывал В.М.Мо-
лотову о принятии конгрессом США данного закона и об оказа-
нии помощи Югославии из фондов плана Маршалла на сумму
50 млн. долларов280.
Англия предоставила помощь на кредитной основе на сум-
му 3 млн. фунтов стерлингов281.
Весной 1951 года произошло объединение усилий ведущих
капиталистических государств в оказании экономической под-
держки Югославии. Так, США, Англия и Франция разработа-
ли тройственную программу безвозмездной помощи Югославии
для покрытия дефицита в ее платежном балансе в текущем
году, а также договорились о координации своих деловых отно-
шений с этой страной при посредстве экономических миссий в
Белграде. Были проведены переговоры с другими кредиторами,
особенно с Западной Германией. Всемирный банк в октябре
1951 года предоставил Югославии заем в 28 млн. долларов282.
Со второй половины 1951 года активизируется югославский
зондаж о возможности получения от США военной помощи, и
уже в начале августа в США направилась югославская воен-
ная миссия для ознакомления с различными типами американ-
266
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
ской военной техники для вооружения югославской армии. 14 но-
ября 1951 года правительство США заключило с Югославией
соглашение о военной помощи на основе Закона о взаимном
обеспечении безопасности от 31 октября 1951 года. Тем самым
американская сторона официально признала, что Югославия
имеет непосредственное значение для обороны Североатланти-
ческого района и что усиление способности Югославии оборо-
няться имеет «жизненно важное значение для безопасности
Соединенных Штатов Америки»283.
В соответствии с этим соглашением США обязывались по-
ставлять Югославии военное снаряжение и материалы. Со сво-
ей стороны Югославия обязывалась использовать американ-
скую военную помощь для увеличения своего военного потен-
циала, а также экспортировать в США на льготных условиях
стратегическое сырье и полуфабрикаты. Правительство США
получало право контроля над использованием поставляемого в
Югославию вооружения284.
Цена за американскую помощь была очень высокой, так
как фактически Югославия должна была выразить го-
товность выполнять оборонительные функции на Бал-
канах в интересах Запада. Осенью 1951 года американ-
ские военные рекомендовали заключить с Югославией со-
глашение об обороне Люблянского прохода. В середине
1952 года была достигнута договоренность с Белградом
о выполнении этой задачи силами трех армейских кор-
пусов. Имелись также планы о ведении прямых югосла-
во-итальянских переговоров по вопросам совместной во-
енно-политической стратегии285.
Однако Югославия продолжала избегать прямого военно-
политического сотрудничества с западными державами и вклю-
чения в систему НАТО по политическим мотивам.
По неполным данным, всего Югославия до 1 января 1955 года
получила от США следующее количество вооружения: реак-
тивных самолетов Ф-84 «Тандерджет» — 40 ед.; бомбардиров-
щиков «Дехавиленд», «Москито» МК-38 — 150 ед.; учебно-трени-
ровочных самолетов «Локхид» Т-33 — 4 ед.; транспортных са-
молетов «Конвер-340» — 3 ед.; вертолетов «Сикорский» С-51 —
10 ед.; средних танков «Шерман» М-4 — 500 ед.; средних тан-
ков «Паттон» М-47 — 100 ед.; легких танков «Чаффи» М-42 —
84 ед.; артиллерийских орудий калибра выше 75 мм — 600 ед.
Основную часть поступившей артиллерии составляли зенит-
267
^Васильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
ные пушки средних калибров, противотанковые ружья и не-
значительное количество 155-мм пушек и 203-мм гаубиц уста-
ревших образцов.
За счет американской военной помощи было построено 37
новых военных заводов. Всего к началу 1956 года военная про-
мышленность Югославии насчитывала 95 предприятий с об-
щим числом занятых около 90 тыс. рабочих и служащих, в том
числе 20 авиационных заводов, 20 — артиллерийско-стрелко-
вого вооружения, 30 заводов по производству боеприпасов, 9
кораблестроительных верфей. Тем самым военная промышлен-
ность Югославии к середине 50-х годов могла полностью само-
стоятельно обеспечить свою армию винтовками, пулеметами,
автоматами, минометами, артиллерийскими орудиями, боепри-
пасами всех видов и т.д. Началось освоение производства тан-
ков и тяжелых орудий, самолетов, авиационных моторов, за-
пасных частей, приборов для самолетов, военных кораблей ма-
лого водоизмещения286.
По сведениям, поступившим в ЦК ВКП(б), в 1951—1952 го-
дах с Югославией были заключены новые или возобновле-
ны старые торговые договоры и финансовые соглашения
США, Англией, Францией, Западной Германией, Итали-
ей, Австрией, Бельгией, Швецией, Грецией. До середины
1955 года общая сумма экономической помощи этой стра-
не по всем линиям составила 598,5 млн. долларов287.
Значительная часть этих средств пошла на закупку воору-
жения и военного снаряжения, а также на капиталовложения в
военную промышленность.
В оказании военной помощи активно участвовала Велико-
британия. Например, в феврале 1952 года английский замести-
тель министра иностранных дел заявил, что решено бесплатно
передать Югославии военное снаряжение на сумму 3 250 фун-
тов стерлингов.
Хотя Запад и не выдвигал политических условий за свою
военную и экономическую помощь, но использовал любую воз-
можность для продвижения своих интересов и привязывания
Югославии к Североатлантическому союзу. Прежде всего, на
основе заниженных цен в США вывозилось стратегическое
сырье, в том числе 17 видов руд и металлов (медь, хром, цинк,
олово, молибден, свинец, бокситы)288.
Запад последовательно проводил курс по косвенному под-
ключению Югославии к своему военно-политическому блоку,
268
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
чему должна была служить реализация идеи создания регио-
нального союза трех стран — Греции, Турции, Югославии. К
концу 1952 года в результате интенсивных переговоров англо-
американских дипломатов и военных экспертов с представите-
лями трех будущих членов союза были определены в общем
виде обязательства сторон в зонах взаимной оборонительной
ответственности на границах с Болгарией, Албанией и Итали-
ей289.
Тем не менее предложения Запада о совместном военном
планировании на заседании политбюро ЦК СКЮ в конце 1952 го-
да получили негативную оценку290. Политика западных держав
была оценена как направленная на получение от югославов
максимума оперативной военной информации без адекватной
компенсации и на превращение Югославии в зависимое госу-
дарство. Подписанное же 28 февраля 1953 года в Анкаре трех-
стороннее соглашение о дружбе и сотрудничестве стало как бы
промежуточным соглашением на пути оформления Балканско-
го пакта. Вновь ставился вопрос о прямом подключении Юго-
славии к Североатлантическому альянсу. Рассматривался ва-
риант о присоединении Италии к Балканскому пакту.
Однако 1953 год был отмечен событиями, которые имели
определяющее значение для дальнейшего внешнеполитическо-
го курса Югославии — смерть Сталина и Триестский кризис.
Известие о кончине советского диктатора застало Тито, ко-
торый в начале года был избран президентом Югославии, нака-
нуне его поездки в Великобританию. В тот же день по его пору-
чению советское посольство посетил заместитель министра ино-
странных дел ФНРЮ В.Мичунович, выразивший от имени юго-
славского правительства соболезнования по случаю смерти Ста-
лина.
Триестский кризис явился продолжением югославско-ита-
льянских послевоенных споров вокруг вопроса о Триесте. На
конференции в Лондоне в октябре 1953 года было принято ан-
гло-американское решение о передаче части Триеста — зоны
«А» под управлением Италии. Кризис достиг кульминации, когда
8 октября 1953 года в прессе появилось совместное англо-аме-
риканское заявление. В тот же день в Югославии прошли массо-
вые демонстрации и митинги, и сам Тито высказался за проч-
ное удержание позиций в этом городе. Однако на последующей
конференции в октябре 1954 года в Лондоне была достигнута
договоренность о том, что практически весь город Триест отхо-
дил к Италии, лишь часть зоны «А» — 11,5 км и 3 тыс. жителей
оставалась под управлением Югославии. Соглашение преду-
269
НЛЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
сматривало взаимные гарантии со стороны Италии и Югосла-
вии национальным меньшинствам на своих территориях.
По всей вероятности, утрата Триеста способствовала приня-
тию в Белграде решения об ослаблении зависимости Югосла-
вии от Запада и восстановлению более тесных контактов с Мос-
квой. Тем не менее 9 августа 1954 года Югославия совместно с
Грецией и Турцией формально поставила свою подпись под
Балканским пактом. Свои отношения с партнерами по данному
союзу югославская сторона стремилась ограничить экономичес-
кими и гуманитарными связями. Однако вскоре, в результате
обострения греко-турецких отношений из-за Кипра, Балкан-
ский пакт фактически прекратил свое существование.
Руководство Югославии уже в этот период начинало при-
спосабливаться к новым условиям, вырабатывая курс равно-
удаленной политики между Востоком и Западом, получившей в
дальнейшем реализацию в концепции «неприсоединения». В
начале 50-х годов югославская дипломатия приступила к нала-
живанию контактов в ООН с представителями недавно освобо-
дившихся от колониальной зависимости стран Азии и Африки.
Осенью 1954 года Тито отправился с визитом по странам этих
континентов.
Идеологическая близость режима Тито к СССР и стра-
нам Восточной Европы, а также надежды на определен-
ные выгоды для страны после нормализации отношений
с СССР повлияли на решение югославского руководства
пойти навстречу советским инициативам по возобнов-
лению межгосударственных связей.
6 июня 1953 года Советское правительство выступило с пред-
ложением обменяться п ослами^ В июне того же года была дос-
тигнута договоренность о снятии ограничений на передвиже-
ние дипломатического персонала посольств. В СССР была пре-
кращена антиюгославская пропаганда, перестали выходить га-
зеты югославской политической эмиграции, а ее организации
были распущены. В июне 1954 года ЦК КПСС направил ЦК
СКЮ письмо с предложениями осуществить полную нормали-
зацию отношений, для чего провести советско-югославскую
встречу на высшем уровне. Состоявшийся 26 ноября 1954 года
пленум ЦК СКЮ приветствовал предложение КПСС о норма-
лизации отношений. В то же время было заявлено, что Югосла-
вия не собирается возвращаться в социалистический лагерь,
270
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
равно как не идет речь о ее отречении от социализма и перехо-
де к капитализму291.
В результате контактов по дипломатической линии была
достигнута договоренность о проведении в Белграде в конце
мая 1955 года встречи руководителей двух стран на высшем
уровне.
Югославский вопрос был использован Н.С.Хрущевым в борьбе
со своими противниками за власть в СССР.
26 мая 1955 года Первый секретарь ЦК КПСС Н.С.Хрущев
прибыл в Белград. В своей речи на аэродроме он отметил, что
«материалы, на которых основывались тяжкие обвинения и ос-
корбления, выдвинутые тогда против руководителей Югосла-
вии, были сфабрикованы врагами народа» — Берией, Абакумо-
вым и др.292. Таким образом, советское руководство не собира-
лось раскрывать подлинные причины советско-югославского кон-
фликта.
Итоги состоявшихся в мае— июне 1955 года в Югославии
советско-югославских переговоров на высшем уровне получили
закрепление в подписанной обеими сторонами 2 июня 1955 года
Белградской декларации, в которой было определено, что впредь
советско-югославские отношения должны строиться на прин-
ципах полного равноправия, невмешательства во внутренние
дела, независимости и суверенитета, территориальной непри-
косновенности и прекращения пропаганды и дезинформации,
сеющих недоверие и мешающих международному сотрудниче-
ству293 .
24 марта 1956 года в Москву прибыл новый посол Югосла-
вии В.Мичунович. В середине 1956 года было обнародовано ре-
шение о роспуске Информбюро. Однако, хотя в документах была
зафиксированы совпадение и близость позиций правительств
двух стран в оценке международного положения и мировых
проблем, Югославия не взяла на себя каких-либо обязательств
в отношении социалистического лагеря и идеологического един-
ства.
Югославия и в последующий период продолжала играть
важную роль в «восточной политике» США и их союзни-
ков. Независимость от Москвы и оппонирование ей по
некоторым международным проблемам, концепция рав-
ноудаленности от двух блоков, эксперименты в области
внутренней политики «самоуправленческий социализм»
служили для Запада основанием для сохранения прежне-
271
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
го курса в отношении Югославии с учетом ее дезинте-
грирующей роли в коммунистическом движении. Поэто-
му Запад продолжал в условиях «холодной войны» учи-
тывать стратегическое значение Югославии и исполь-
зовать в своих интересах ее роль в коммунистическом
мире, поощряя развитие «югославского национализма».
«Титоизм», или «Третий путь» Югославии
в биполярном мире
Если попытаться оценить советско-югославский конфликт
1948—1953 годов и его последствия с позиций современных
методов конфликтологии, то с точки зрения социально-истори-
ческой характеристики его можно рассматривать как военно-
политический конфликт. Хотя он и не перерос в военное столк-
новение, но угроза применения военной силы в течение всего
периода 1948 — 1953 годов была главной доминантой в отноше-
ниях СССР и Югославии. В то же время данный конфликт очень
трудно отнести к какому-то определенному типу. Он отражал
все противоречия и сложности послевоенного периода мирового
развития. Возникнув между двумя странами, принадлежавши-
ми к одной социальной системе, он был в то же время попыткой
малого государства самостоятельно осуществлять свои нацио-
нально-государственные интересы.
В целом же конфликт был порожден послевоенным глобаль-
ным противостоянием двух великих держав — СССР и США,
«холодной войной» и биполяризацией международных отноше-
ний между двумя зарождавшимися военно-политическими груп-
пировками. По масштабам его можно условно отнести к регио-
нальному конфликту, так как он втянул в свою орбиту все со-
седние с Югославией страны. Тем не менее главными противо-
действующими силами этого конфликта были две сверхдержа-
вы — СССР и США, каждая из которых стремилась достичь на
его основе тех или иных целей как на региональном уровне, так
и в глобальном соотношении сил.
Трудно судить, кто выиграл, а кто из участников конфликта
проиграл. С позиций тогдашнего советского руководства, следо-
вало пожертвовать Югославией ради единства стран Восточ-
ной Европы. Инициировав конфликт и подключив к нему Ин-
272
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
формбюро, Москва способствовала укреплению внутренних по-
зиций правящих коммунистических режимов в восточноевро-
пейских странах, создала предпосылки для оформления воен-
но-политического союза — Варшавского Договора. В то же вре-
мя, возникнув на заре становления социалистического лагеря,
советско-югославский конфликт показал нежизнеспособность
тех идеологических постулатов и принципов, на основе кото-
рых советское руководство стремилось удержать в орбите сво-
его влияния страны «народной демократии».
Драматизм югославской ситуации состоял в том, что после-
военное коммунистическое руководство страны, оказавшись у
власти, стало воспроизводить в миниатюре копию советской мо-
дели социализма, используя во внешней политике имперские
приемы. Оказавшись вне советского блока, Югославия была вы-
нуждена модифицировать свою внутреннюю и внешнюю поли-
тику, вырабатывая новые принципы взаимодействия с Запа-
дом, который по существу выступил гарантом ее экономичес-
кой и политической безопасности.
Тем не менее Югославия во внутренней жизни сохранила
приверженность социалистическому выбору. Сообразуясь с об-
стоятельствами своих экономических связей с Западом, она стала
строить свою «национальную» модель социализма. Во внешней
политике югославское руководство после нормализации отно-
шений с СССР стало пожинать плоды своей новой независимой
политики, умело лавируя в биполярном мире на периферии
советского блока, то приближаясь к Москве, то подыгрывая
Западу.
Разрыв с СССР побудил югославское рукосодство к кри-
тическому осмыслению форм и методов социалистичес-
кого строительства, практиковавшегося в СССР, резуль-
татом чего стало проведение реформ всей политической
и экономической системы страны, а во внешнеполити-
ческом курсе — оформление политики неприсоединения.
Такая политика двойственности наложила отпечаток
на последующее развитие Югославии и получила наиме-
нование «титоизма», поскольку вся жизнь страны до
80-х годов была связана с личностью Иосипа Броза Тито.
Конфликт с Советским Союзом в известной степени способ-
ствовал объединению нации перед лицом внешней опасности,
на определенное время заглушив национальные противоречия,
особенно между сербами и хорватами.
273
НБасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
В начале 50-х годов югославское руководство взяло курс на
ускорение темпов демократизации и децентрализации хозяй-
ственной и политической жизни страны. Это выразилось в от-
ходе от авторитарно-бюрократических методов ее регулирова-
ния, использовании рыночных рычагов ведения народного хо-
зяйства, предоставлении хозяйственной самостоятельности пред-
приятиям, внедрении в их деятельность принципов самоуправ-
ления, размежевании партийных и государственных функций
и пр. Цель реформы состояла в изменении политической и эко-
номической системы страны в направлении более широкого уча-
стия трудящихся в управлении народным хозяйством и обще-
ством, усилении их влияния на деятельность хозяйственных и
государственных органов, в контроле за использованием при-
бавочного продукта и его распределением.
На состоявшемся в ноябре 1952 года VI съезде КПЮ было
принято решение о переименовании партии в Союз коммунис-
тов Югославии и одобрен курс на реформы. Однако проведение
нового курса проходило в острой политической борьбе между
представителями радикальных взглядов и сторонниками уме-
ренных мер. Среди наиболее радикальных югославских поли-
тических деятелей, выступавших с идеей отказа от монополь-
ной роли СКЮ в жизни страны и либерализации общества, был
член Политбюро ЦК СКЮ, Председатель Союзной Народной
Скупщины ФНРЮ М.Джилас.
Еще в апреле 1952 года до нормализации отношений с СССР
в газете «Сведочанства» была опубликована статья М.Джиласа
«Класс как класс», в которой он утверждал, что в СССР по-
явился новый класс в виде бюрократического слоя общества,
тормозящего его дальнейшее развитие. Разрабатывая данную
проблему, Джилас в статье «Анатомия одной морали» подверг
критике злоупотребления привилегиями, «кастовую замкну-
тость», «лицемерие морали в Югославии». Обе эти статьи по-
служили основой его известной книги «Новый класс», которая
вышла на Западе в 1957 году. Автор доказывал, что демокра-
тия является движущей силой социализма, выступал за сво-
бодное выражение идей, мнений, дискуссией, обмен информа-
цией, против преследования за инакомыслие. Он утверждал,
что никакая партия, никакой отдельно взятый класс не могут
являться исключительным выразителем объективных потреб-
ностей современного общества294.
Однако эти идеи не сразу утвердились в югославском обще-
стве. Тито усмотрел в них угрозу для руководящей роли СКЮ.
Джилас был исключен из ЦК СКЮ, смещён со всех занимае-
274
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
мых постов. Главный югославский «диссидент» становился сен-
сацией государственного и международного масштаба. Однако
в конечном итоге падение Джиласа вызвали не его теоретичес-
кие взгляды, а критика образа жизни и привилегий представи-
телей югославской высшей партийной элиты295.
Отношения между Югославией и СССР после их нормали-
зации не были стабильными и принимали скорее «зигзагооб-
разный» характер, в основном в связи с теми или иными меж-
дународными событиями и ролью в них Советского Союза.
Значение Югославии и Балкан во внешней политике СССР
особенно повысилось в связи с тем, что весь Средиземно-
морский регион был включен в зону соперничества меж-
ду НАТО и Варшавским Договором. Именно по террито-
рии Балканского полуострова проходила разделительная
линия между южным флангом НАТО и советским бло-
ком. Однако в результате негибкой политики советско-
го руководства позиции СССР на Балканах не только не
укреплялись, а ослабевали.
Особая ситуация в регионе сложилась в связи с вхождением
Турции и Греции в НАТО в 1952 году. В этих условиях возмож-
ность со стороны Турции контролировать проливы Босфор и
Дарданеллы — единственный южный морской путь, связываю-
щий СССР с другими морями и мировым океаном, постоянное
присутствие в Средиземном море 6-го американского флота
создавали непосредственную угрозу для безопасности СССР.
В соответствии с постановлением Совета министров СССР
от 26 июля 1957 года и Постановлением Совмина от 22 апреля
1959 года в албанском заливе Влёра была создана советская
военно-морская база. Там размещались пункт базирования под-
водных лодок, казарменно-учебный городок, базовые склады
вооружения и имущества и прочие сооружения. С помощью
Советского Союза строился военный аэродром. В соответствии
с Постановлением Совета министров СССР от 15 марта 1955 года,
для ведения радиотехнической разведки и подготовки военно-
служащих на территории Албании был развернут 46-й мор-
ской отряд особого назначения в составе 30 советских военно-
служащих. В 1960 году в районе залива Влёра было намечено
строительство длинноволновой передающей радиостанции для
связи с подводными лодками296.
Однако советско-китайский конфликт и переход албанской
компартии к поддержке китайской стороны в ее споре с КПСС
275
НБасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
привели к тому, что Албания была «наказана» отлучением от
«социалистического содружества». В 1962 году она вышла из
Варшавского Договора, а заодно была ликвидирована и военно-
морская база ОВД в порту Влёра297.
Еще ранее во время известных событий в Венгрии для Бел-
града стало очевидно, что советское руководство во главе с
Н.С.Хрущевым не собирается отказываться от прежних волюн-
таристских принципов советской внешней политики. Смирив-
шись с тем, что югославский социализм будет развиваться са-
мостоятельно, Хрущев пытался не допустить распространения
«титоизма» на другие страны Восточной Европы. Первый вызов
ему бросили поляки в 1956 году, когда после беспорядков в
Познани к власти пришел В.Гомулка. Но Хрущев тогда отка-
зался от применения военной силы. Тем временем разразились
октябрьские события 1956 года в Венгрии.
Поставленный перед лицом нового кризиса в социалисти-
ческом лагере, Хрущев вылетел в Югославию. Там на острове
Бриони состоялась советско-югославская встреча. Тито возло-
жил вину за события в Венгрии на «сталинскую политику Ра-
коши» и нерешительность правительства Имре Надя. Он согла-
сился оказывать Хрущеву ограниченную поддержку, но в то
же время разрешил главе венгерского правительства укрыться
в югославском посольстве в Будапеште. Надь, получив от со-
ветской стороны гарантии своей неприкосновенности, оставил
территорию посольства. Но сразу же был схвачен и вскоре каз-
нен. Тито заявил: «Хотя мы против вмешательства и примене-
ния иностранной силы», но «если она спасет социализм в Венг-
рии, тогда мы сможем сказать, что советское вмешательство
было необходимо»298. Он также высказался в защиту нового
правительства коммунистов во главе с Я. Кадаром. Тито опа-
сался, что события в Венгрии выйдут из-под контроля и могут
ввергнуть эту страну в гражданскую войну. Тем не менее он
подверг критике непоследовательность КПСС в процессе де-
сталинизации, подчеркнул необходимость большего учета на-
циональной специфики в строительстве социализма в различ-
ных странах, налаживания отношений на принципах равенства
и невмешательства во внутренние дела.
Новый всплеск полемики между СКЮ и КПСС возник в
1958 году в связи с принятием VII съездом СКЮ программы
партии, которая была осуждена в СССР как документ, содер-
жавший «ревизионистские положения», представляющие со-
бой отход от принципов социализма.
276
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»..
Постепенно критика программы СКЮ в СССР и соц-
странах переросла в политическую кампанию против
«югославского ревизионизма», в которой особенно насту-
пательную позицию занял Китай. Орудием укрепления
идеологической дисциплины стали Совещания предста-
вителей коммунистических и рабочих партий299.
После Кубинского кризиса Хрущев, демонстрируя желание
улучшить отношения с Западом, вновь пошел на сближение с
Югославией. Однако в 1968 году из-за негативного отношения
югославской стороны к вводу войск пяти стран Варшавского
Договора в Чехословакию наступило новое охлаждение совет-
ско-югославских отношений. После 1968 года советское руко-
водство во главе с Л.И.Брежневым стремилось к установлению
в рамках ОВД жесткой идеологической дисциплины, одномер-
ному пониманию канонов социализма и принципов отношений
между социалистическими странами как верности СССР и его
приоритетного права определять, что соответствует интересам
социализма и что им угрожает. В этот период появляется тео-
рия так называемого «ограниченного суверенитета», оправды-
вающая использование военной силы стран — членов ОВД в
случае угрозы завоеваниям социализма в любом союзном госу-
дарстве.
В 80-е годы СССР, развивая сотрудничество со странами
«третьего мира», был заинтересован в деятельности СФРЮ на
международной арене как лидера движения неприсоединения,
а также в поддержке со стороны ряда балканских стран идеи
превращения данного региона в зону мира и развития межбал-
канского сотрудничества.
Что касается отношений Югославии с Западом, и прежде
всего с США, то после советско-югославской Белградской де-
кларации Вашингтон пришел к выводу о необходимости про-
должения оказания военной и экономической помощи Югосла-
вии, тем более что позиция Москвы в отношении Белграда была
сдержанной.
После ряда конфликтов в социалистическом лагере, осо-
бенно после кризиса в советско-китайских отношениях,
аналитики на Западе пришли к выводу, что коммунис-
тический мир отнюдь не монолитен, что основа его иде-
ологии уже подорвана, и все государства в Восточной Ев-
ропе движутся в направлении большей автономии и са-
111
Н.Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
мостоятельности. «Титоизм» как право па национальную
независимость и равноправие, по их мнению, был подобен
вирусу, который проник в кровеносную систему стран
Восточной Европы 30°.
Американско-югославские отношения следовали за взлета-
ми и падениями советско-югославских отношений. Например,
после охлаждения советско-югославских отношений как след-
ствия венгерских событий, США в 1957 году вновь возобновили
военную помощь югославской стороне, поставив ей 200 реак-
тивных самолетов. Но все-таки размеры этой помощи были ог-
раничены и составили с 1955-го и до окончания военных поста-
вок в 1958 году 105,4 млн. долларов301. Когда в 1961 году стало
известно об отдельной сделке на поставку в Югославию 130 са-
молетов устаревшего типа (Ф-86Д «Сейбр») и о том, что юго-
славские летчики обучаются летать на этих самолетах в Теха-
се, то члены американского конгресса встретили эту информа-
цию с раздражением. Неприязнь усилилась после того, как 1 сен-
тября 1961 года в Белграде открылась первая конференция глав
государств и правительств неприсоединившихся стран, и почти
одновременно с этим Хрущев объявил о возобновлении испы-
таний в Советском Союзе ядерного оружия. США ожидали от-
рицательного отношения к этому со стороны неприсоединив-
шихся государств. Однако Тито в своем выступлении на конфе-
ренции, исходя из концепции равноудаленности Югославии от
политики блоков, указал, что США не желают действительного
разоружения и что можно понять причины, на основе которых
Советское правительство решило возобновить испытания302.
В 1963 году экспорт Югославии в страны Восточной Евро-
пы, в том числе и в СССР, составил 27 процентов, а импорт из
этих стран — 23 процента всего товарооборота. В 1964 году эти
показатели соответственно выросли и составили 35 и 29 про-
центов303 .
В своем отношении к любой стране Восточной Европы
американские политики исходили не столько из идеоло-
гических соображений, сколько руководствуясь концеп-
цией национальной безопасности. Ее основными посту-
латами являлись обеспечение военного превосходства над
любым иностранным государством или группой госу-
дарств и защита глобальных интересов США в любом
регионе мира. Поэтому американцев в определенной сте-
пени устраивала югославская политика неприсоединения
278
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
к блокам, так как вооруженные силы Югославии в усло-
виях наращивания военного присутствия США и НАТО
в Средиземноморье оставались нейтральными.
Возлагая на соседние с Югославией страны— Турцию и
Грецию главные военно-стратегические задачи, США и НАТО
стремились иметь в этих странах прочное и постоянное военное
присутствие на военных базах. Например, 6-й флот США пользо-
вался специальной навигационной станцией в Каргоборуне (Тур-
ция). В распоряжении Пентагона находились турецкие базы
электронной разведки и военно-воздушная база в Инджирли-
ке. В Турции была развернута система оборонительных комму-
никаций НАТО, расположено 14 радарных станций раннего пре-
дупреждения304 .
Не меньшее значение для НАТО имела и Греция, опутан-
ная сетью американских военных баз. Еще в 1953 году амери-
кано-греческое соглашение определило порядок функциониро-
вания баз США в этой стране.
Очевидно, что любое ослабление блоковой дисциплины в
Организации Варшавского Договора и дистанцирование внеш-
ней политики Югославии от СССР было выгодно США и НАТО.
Во внешнеполитическом плане в 60—70-е годы Югославия
придерживалась курса равноудаленности от двух военно-по-
литических группировок. Она выступала за развитие различ-
ных форм сотрудничества со всеми государствами Балканского
региона в «духе Хельсинки», за ослабление блокового противо-
стояния в районе Средиземноморья. Но в экономическом отно-
шении она все теснее привязывалась к Западу. США в 60-е го-
ды сохранили для Югославии режим наибольшего благоприят-
ствования в торговле. Открытие югославских границ способство-
вало тому, что сотни тысяч югославских граждан отправились
в западноевропейские страны в поисках работы. Только в 1966 го-
ду около 220 тысяч югославов получили работу в странах За-
падной Европы, в первую очередь в Западной Германии305.
Как только по политическим соображениям Москва ослаб-
ляла экономические связи с Югославией, ее место тут же зани-
мал Запад. Например, в 1959 году, когда СССР и ГДР отказали
Югославии в ранее обещанных кредитах для строительства ряда
промышленных объектов, США без задержки выделили ей
кредит из фонда займов на развитие — всего 51,5 млрд. долла-
ров306 . В дальнейшем американская помощь Югославии осуще-
ствлялась в основном по трем направлениям: продажа сельско-
хозяйственных продуктов, преимущественно излишков пшени-
279
ШВасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?.;
цы; предоставление отдельных займов для финансирования
строительства конкретных объектов; осуществление техничес-
кой помощи, в том числе по обучению югославских специалис-
тов в США307.
Оказывая такую помощь, в США рассчитывали ограничить
сближение Югославии с Москвой, поддерживать ее «независи-
мость», что, по их мнению, оказывало разрушительное влияние
на советский блок и его единство.
В начале 60-х годов реформаторские силы в СКЮ, от-
стаивавшие платформу радикальной перестройки хо-
зяйственной системы, демократизации политической
жизни и построения социализма с «человеческим лицом»,
одержали верх на VIII съезде партии (декабрь 1964 года).
В результате началось радикальное внедрение рыночной
экономики, предоставление значительной самостоятель-
ности республикам и краям, а также реорганизация СКЮ
под лозунгом «отделения партии от власти».
Либерализация и открытие границ с Западом привели к тому,
что географическая близость Словении и Хорватии к Италии и
Австрии способствовала активному развитию в этих республи-
ках туризма, что дало им непропорциональную выгоду по срав-
нению с остальными югославскими республиками. И хотя часть
дохода от туризма поступала в федеральную казну через на-
логи, однако в распоряжении местных властей оставалась зна-
чительная их доля. Близость к экономическим центрам Запад-
ной Европы дала преимущество словенским и хорватским пред-
приятиям машиностроительной и горнодобывающей промыш-
ленности, транспорту, средствам коммуникаций, а также сель-
скому хозяйству. Большая часть продовольствия в погранич-
ные итальянские города поставлялась словенскими фермера-
ми. Словения и Хорватия оказались гораздо ближе к рынкам
сбыта, чем юго-восточная Югославия.
Определенную роль в сохранении разрыва в экономическом
уровне западных и восточных районов страны играла политика
цен. Поскольку цены на продукцию сырьевых отраслей нахо-
дились под контролем государства, тогда как цены на продук-
цию обрабатывающей промышленности складывались свобод-
но, под влиянием рынка, то происходил перелив накоплений из
менее развитых районов юга и востока, для которых было ха-
рактерно развитие сырьевых отраслей в более развитые.
Сказывался значительный разрыв в уровне экономического
280
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
развития Македонии, Черногории, Боснии и Герцеговины, Ко-
сово и Метохии по сравнению с Хорватией и Словенией. Много-
вековая отсталость, сырьевой характер экономики, низкая ква-
лификация рабочего класса, растущая миграция сельского на-
селения,сравнительно высокий его естественный прирост зна-
чительно осложняли положение слаборазвитых республик и
краев в период проведения экономических реформ.
Внедрение в экономику Югославии рыночного механизма
привело в конечном счете к непредсказуемым последстви-
ям, главным из которых было оживление национализма в
отдельных республиках и краях, который был на время
приглушен в послевоенные годы. Как ни странно, именно
рыночные реформы, которые так и не привели к созда-
нию единого механизма для общеюгославского внутрен-
него рынка, стали предпосылкой для обострения нацио-
нальной проблемы внутри Югославии.
Государственное и партийное руководство СФРЮ постоян-
но держало в центре внимания вопрос о выравнивании эконо-
мического уровня развития этих республик, в результате чего
объем промышленного производства к середине 1965 года в
Боснии и Герцеговине увеличился в 8 раз, в Черногории в 21 раз,
в Македонии — в 8,4 раза, а в Косово в 5,6 раза308. Тем не менее
в этих республиках по сравнению со Словенией и Хорватией
был значительно ниже уровень национального дохода, а также
производство общественного продукта на душу населения, про-
изводительность труда, занятость работоспособного населения
и другие показатели. Значительно осложнилось положение сла-
боразвитых республик после 1965 года, когда резко изменилась
политика инвестиций. Основные средства вкладывались, глав-
ным образом, в развитие обрабатывающих отраслей промыш-
ленности, предприятия которых сосредоточивались преимуще-
ственно в Словении и Хорватии. Например, в 1971 году инвес-
тиции в основные средства производства в Хорватии составили
23,7 процента, в Словении— 15,5 процента от общей суммы
капиталовложений Югославии, тогда как в промышленность
Македонии— всего 6,1 процента, Черногории— 3,6 процента
инвестиций.
В то же время возрастание рыночных рычагов привело к
росту безработицы, закрытию нерентабельных предприятий,
обострению социальной дифференциации. Сильнее всего это
ударило по менее развитым южным и восточным районам стра-
281
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
ны. Возрастали различия в уровне национального дохода на
душу населения разных республик и краев, в личных доходах
рабочих и служащих и их заработной платы. Это вызывало
серьезные противоречия между народами, приводило к мигра-
ции населения из отсталых районов в более развитые и за гра-
ницу. В более трудном положении оказались Косово и Мето-
хия — край на юге Сербии, население которого в подавляющем
большинстве состояло из албанцев. Аграрная перенаселенность
этого края и невысокая степень индустриализации привели к
более низкому по сравнению с другими республиками и краями
уровню жизни.
Разрыв в уровне экономического развития и уровне жиз-
ни между различными республиками Югославии был весь-
ма значительным. Число занятых на 1000 человек в Сло-
вении составляло 685 человек, а в Косово — 223 человека
(на 1988 год)309. По данным на 1989 год, средняя заработ-
ная плата рабочих и служащих Словении составляла
154 процента по отношению к среднему уровню по стра-
не , в Хорватии — 101,34 процента, тогда как в Косово —
58,98 процента, а в Македонии — 68,3 31°.
Нельзя сказать, что югославское руководство недооценива-
ло опасность такого положения. СКЮ постоянно ставил задачу
сближения экономических показателей слаборазвитых респуб-
лик и краев с положением в более развитых республиках. Для
осуществления этой цели была разработана система мероприя-
тий, включающая такие меры как: выделение дополнительных
средств из специального инвестиционного фонда, дифференци-
рованная налоговая политика и т.д. Но, как показало дальней-
шее развитие событий в Югославии, эта политика не была по-
следовательной. Югославскому руководству были присущи ко-
лебания между централизмом, сильной центральной властью и
автономизмом. В 60-е годы, хотя Тито и отрицательно относил-
ся к любым реформам, которые могли бы привести к ослабле-
нию центральной власти, он все же в большей степени повер-
нулся лицом к либералам-реформаторам, которые были пред-
ставлены Э.Карделем.
Получалось так, что либерализм и открытость Западу были
свойственны представителям Словении и Хорватии. Более кон-
сервативное крыло, выступавшее против радикальных реформ,
было представлено сербом А.Ранковичем, который многие годы
был министром внутренних дел и заместителем председателя
282
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
правительства Югославии, а с 1963 года вице-президентом
СФРЮ. Ранкович опасался, что самоуправленческие реформы
могут ослабить оборону страны, активизируют деятельность ал-
банских националистов и усташей. Противники обвиняли его в
великосербском шовинизме, стремлении использовать органы
госбезопасности для установления личной власти. На состояв-
шемся в июле 1966 года пленуме ЦК СКЮ А.Ранковича обви-
нили в приверженности к антисамоуправленческим, унитарист-
ским силам, во фракционной борьбе за власть и отстранили от
всех постов311.
Характерно, что проведение реформ сопровождалось
вспышками национализма в той или иной части Юго-
славии. Начало им положили выступления албанского
населения, которое поставило вопрос об урегулировании
статуса этнических меньшинств, что в конечном сче-
те привело к реорганизации отношений между народа-
ми Югославии и пересмотру принципов югославского со-
юза. В 1963 году произошли волнения албанцев в Косово.
Увольнение Ранковича не помогло сбить волну недоволь-
ства хорватов.
Кризис в отношениях между сербами и хорватами начался
из-за вопроса о языке312. По Конституции 1963 года язык стал
называться «сербско-хорватским» в Конституциях Боснии и
Герцеговины, Сербии, Черногории и «хорватско-сербским» в Кон-
ституции Хорватии. Этот вопрос был использован в политичес-
ких целях для выяснения межэтнических отношений. В марте
1967 года главный литературный еженедельник Загреба опуб-
ликовал декларацию различных культурных кружков, вклю-
чая «Матицу Хрватску» («хорватская пчеломатка»). Ее подпи-
сал и известный хорватский писатель Мирослав Крлежа, кото-
рый потребовал признать хорватский язык самостоятельным.
Сразу же после этого 42 сербских писателя выдвинули встреч-
ное требование, в котором предлагали считать Венское и Нови-
Садское соглашения о языке утратившими силу, а сербский и
хорватский языки должны были развиваться независимо друг
от друга. Они заявили, что обучение сербских детей в Хорва-
тии должно проводиться только на сербском языке. Это стрем-
ление было оценено Тито как националистическое и подавлено
политическими методами.
Однако в 1970 году внутриюгославские распри вспыхнули с
новой силой. Теперь в центре интеллектуальных раздоров была
283
НЛЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
проблема инвестиций в разных республиках. Хорваты требова-
ли булыиих отчислений с доходов от туризма для себя, словен-
цы хотели новых автострад, а остальные республики выступи-
ли против этих требований. «Матица Хрватска» основала мно-
жество отделений по всей Хорватии, а также в местах компакт-
ного проживания хорватов в других республиках. В это время
до 27 процентов хорватов жили вне Хорватии, а в самой этой
республике они составляли около 80 процентов населения. 27 про-
центов сербов жили вне Сербии, в самой же республике чис-
ленность национальных меньшинств составляла 25 процентов
ее населения, в основном это были албанцы в Косово и венгры в
Воеводине313.
В 1970 году Тито исполнилось 78 лет, и он поставил вопрос о
«конфедерализации власти», т.е. учреждении коллегиального
Президиума СФРЮ из представителей всех республик. Таким
образом, он хотел, в случае своей отставки или смерти, пред-
отвратить борьбу за власть между республиками. Однако это
еще больше разожгло национализм в Хорватии, во главе кото-
рого стояла интеллектуальная хорватская элита, сгруппиро-
вавшаяся вокруг «Матицы Хрватской». В 1971 году национали-
стическое движение, вошедшее в историю страны под названи-
ем «Хорватская весна», охватило эту республику. Ведущие по-
литики в Хорватии поддержали призывы этой организации к
созданию автономного, фактически независимого хорватского
государства. В ноябре того же года Федерация хорватских сту-
дентов объявила забастовку в Загребском университете, тре-
буя права республики оставлять себе все валютные поступле-
ния от туризма. После этого Тито выступил с радиообращением
к нации, в котором обвинил хорватское руководство в повороте
к национализму и сепаратизму. Тито заявил, что действия хор-
ватских националистов вызвали ответную реакцию хорватских
сербов, которые, боясь репрессий против них, стали вооружаться.
Тито предупредил у что хаос в Югославии может приве-
сти к иностранному вмешательству, напомнив, что
Брежнев уже второй раз предложил «братскую помощь».
Тито предвидел, что беспорядки в Югославии могут при-
вести к иностранному вмешательству. Он понимал, что
внутренний враг, контрреволюционные силы немедленно
получат поддержку извне. «Великие державы воспользу-
ются услугами хоть самого дьявола, и им наплевать,
коммунист он или нет», — заявил Тито хорватским ком-
мунистам еще в июле 1971 года314.
284
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
В начале декабря 1971 года на заседании Президиума СКЮ
рассматривалась ситуация в Хорватии. Тито заявил, что в этой
республике сформировалось националистическое движение, а
партийное руководство не дало отпор стоящим за ним контрре-
волюционным группам. На пленуме Союза коммунистов Хорва-
тии 12—13 декабря 1971 года был осужден национализм и при-
няты отставки председателя ЦК СК Хорватии С.Дабчевич-Ку-
чар, секретаря исполнительного комитета ЦК Пере Пиркера.
Милиция арестовала зачинщиков студенческих демонстраций
в Загребе, а для предотвращения беспорядков в город были
введены войска. До апреля 1972 года за фракционную и нацио-
налистическую деятельность были исключены из партии 741 че-
ловек и арестовано около 400 националистов. На общество «Ма-
тица Хрватска» был наложен запрет.
В движении «Хорватская весна» активную роль играл
будущий президент независимой Хорватии Франьо Тудж-
ман315. С середины 60-х годов он принял участие в дея-
тельности «Матицы Хрватской», а в 1967 году подпи-
сал декларацию о языке. За это его исключили из партии.
В 1971—1972 годах его обвинили в шпионаже из-за связей
с хорватскими эмигрантами. Он был арестован, но бла-
годаря вмешательству Тито провел в тюрьме всего 10 ме-
сяцев. Активная деятельность Туджмана по обнародо-
ванию своих политических взглядов началась уже после
смерти Тито в 1980 году.
В свою очередь в Сербии формировались другие оппозици-
онные силы, которые были против намечавшейся в соответ-
ствии с реформами «национализации» — распределения по рес-
публикам финансов, находившихся в ведении федерации. Тито,
чтобы показать свое беспристрастие, провел чистку и среди
руководства Союза коммунистов Сербии, отправив в отставку
его лидеров — Марко Никедича, Латинку Перович и других316.
Примечательно, что возрождение внутреннего хорватского
национализма по странным обстоятельствам совпало с активи-
зацией террористической деятельности организаций усташей
за границей. Усташи, называвшиеся Хорватским освободитель-
ным движением, и другие хорватские террористические груп-
пы нашли терпимое к себе отношение в таких странах как Ка-
нада, Швеция, Западная Германия и Австралия, в то время как
диктаторские режимы в Испании и Аргентине, где осело боль-
шинство лидеров усташей и сам Анте Павелич, не поощряли
терроризма этой организации. Благодаря терпимости, которую
285
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
проявляли либеральные власти перечисленных стран к уста-
шам, в 60-е — начале 70-х годов их группы смогли устроить
серию взрывов в югославских консульствах, в банках, а также
на мероприятиях, проводившихся югославскими представите-
лями в Сиднее. Наиболее экстремистская группировка уста-
шей — «Хорватское революционное братство» открыло свою
штаб-квартиру в Австралии в 1948 году, после того как ее дея-
тельность была запрещена в Западной Германии. Эта органи-
зация в конце 60-х годов предприняла попытку заброски своей
банды в Югославию. Но она попала в засаду, а ее члены оказа-
лись за решеткой. Югославская сторона в 1970 году вручила
памятную записку австралийским властям с протестом против
деятельности этой организации. В 1971 году усташи совершили
убийство посла Югославии в Швеции В.Роловича. Эта органи-
зация стала первой среди террористов мира использовать в своей
практике шантаж, связанный со взрывами самолетов граждан-
ской авиации, а югославская авиакомпания «ЮАТ» стала пер-
вой, кто ввел обязательные проверки пассажиров и их багажа.
Несмотря на эти предосторожности, усташам удалось в январе
1972 года подложить бомбу на борт принадлежавшего «ЮАТ»
самолета, который затем взорвался над территорией Чехосло-
вакии.
После нескольких диверсий, проведенных усташами в са-
мой Югославии в кинотеатрах, на железнодорожном вок-
зале в Белграде силы югославской службы безопасности
(УДБ А) были вынуждены направить за границу команды
«ликвидаторов», которые уничтожили несколько у ста-
тей в Мюнхене и других городах мира.
Однако правительства стран Западной Европы, напро-
тив, стали отказывать в выдаче террористов югослав-
ским властям и были недовольны операциями сотрудни-
ков У ДБ А. Таким образом, получалось, что демократи-
ческий Запад поощрял антиюгославскую террористи-
ческую деятельность усташей.
В этот период в документах СКЮ отмечалось, что национа-
листические тенденции ставят под угрозу единство народов
Югославии и пытаются подорвать идейное и организационное
единство партии317. Тито и руководство СКЮ предприняли по-
пытки решить проблему межнациональных отношений и устра-
нить нарастание межреспубликанских противоречий путем
проведения целого ряда реформ политической системы, выра-
286
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
зившихся во внесении сначала поправок в Конституцию в 1967,
1968, 1971 годах, а затем и в утверждении новой Конституции
СФРЮ в 1974 году. Эта Конституция, по мнению югославских
теоретиков, должна была заложить основы югославского феде-
рализма — такого типа отношений в рамках Федерации, при
которых происходит существенное сужение экономических,
политических и нормативных функций Федерации при одно-
временном усилении роли прав и обязанностей республик в
формировании и проведении совместной политики в хозяйствен-
ном и общественно-политическом развитии318. Конституция под-
твердила государственность республик и установила статус
автономных краев Косово и Воеводины (Сербия), как автоном-
ных, самоуправляющихся общественно-политических содру-
жеств, основанных на власти и самоуправлении рабочего клас-
са и всех трудящихся319.
Территория и границы республик и автономных краев не
могли быть изменены без их согласия, так же, как и границы
СФРЮ не могли быть изменены без согласия всех республик и
краев.
Задуманная как содружество равноправных народов и
народностей Федерация после конституционных изме-
нений могла функционировать только на основе догово-
ров и соглашений между республиками. Кроме того, со-
гласно Конституции, республики и автономные края
могли принимать свои законы, если это требовалось в
интересах осуществления ими своих прав и обязаннос-
тей. Но они не должны были противоречить союзному
закону.
Одной из главных черт Конституции СФРЮ было перенесе-
ние основной ответственности за экономическое развитие на
сами республики. Функции Федерации существенно уменьши-
лись в области инвестиций и законодательства. В компетенции
Федерации оставалось обеспечение независимости и террито-
риальной целостности СФРЮ, оборона, внешняя политика стра-
ны. Вопросы общего направления хозяйственного развития были
оставлены также в ведении Федерации, но при более активном
участии республик и автономных краев в определении хозяй-
ственной системы и экономической политики.
Свидетельством значительной самостоятельности республик
и автономных краев в общегосударственном масштабе являлся
принцип их паритетного представительства в высших органах
287
НБасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Федерации, Скупщине и Президиуме СФРЮ. Союзная Скуп-
щина состояла из двух палат — Союзного веча и Веча респуб-
лик и краев. Последнее имело ряд особых функций, связанных
с координированием интересов отдельных республик и краев.
Например, право предлагать принятие законов и одобрять пред-
ложения о принятии законов после того, как Скупщины рес-
публик дали свое согласие по данному вопросу. Вече республик
и краев принимало решение на заседании, если на нем были
представлены делегации всех республик, а решение считалось
принятым, если за него проголосовали все делегации Веча.
Ослабление союзного централизма в условиях, когда новый
способ договорных отношений между республиками не был от-
работан, положило начало центробежным тенденциям. Вместо
монолитной административно-бюрократической системы было
создано много самостоятельных общественных объединений и
субъектов, которые остались вне системы объединенного труда.
Экономические различия между республиками и автономными
краями открывали путь неравномерному хозяйственному раз-
витию.
Особенно острый и драматический характер приобрели
противоречия между собственно Сербией и автономным
краем Косово. Сложившаяся на основе нечетких положе-
ний Конституции трактовка автономных краев как
конституционных элементов Федерации и в то же вре-
мя составных частей Республики Сербии объективно вы-
зывала стремление руководства этих краев к полной не-
зависимости от центра. Возникла парадоксальная си-
туация, когда края могли наложить вето на принятие
республиканских решений, но за республикой не призна-
валось аналогичных прав в отношении краев. Поэтому
фактически республиканские органы в Сербии не облада-
ли властью над территорией Косово.
Следует подчеркнуть, что при жизни Тито прилагались зна-
чительные усилия в целях экономического развития Косово. В
70-е годы три четверти бюджета этого края составляла феде-
ральная помощь. Кроме того, по новой Конституции этот край
имел право брать займы за границей. Благодаря федеральной
помощи и значительному естественному приросту албанское
население Косово за двадцать лет с 1961 по 1981 год увеличи-
лось с 67 до 77 процентов, а к 1991 году до 82 процентов. Доля
же сербского населения в период с 1971 по 1981 год уменьши-
288
10*
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
лась более чем на 39 тысяч и составила 13,2 процента, или
209 тысяч человек. В 1981 году в СФРЮ албанцы являлись
самым значительным национальным меньшинством, насчиты-
вая 1 млн. 731 тыс. человек, тогда как в 1948 году их было
750 тысяч320. Специально для финансирования и экономическо-
го стимулирования южных районов страны в 1965 году был
создан федеральный фонд по ускорению развития малоразви-
тых республик и Косово. Существование этого фонда вызывало
резкое недовольство Словении и Хорватии, что усиливало эко-
номическую конфронтацию между республиками.
В 70-е годы Косово становится очагом обострения межэтни-
ческих противоречий. Участились случаи, когда для сербов здесь
создавалась нетерпимая обстановка. В результате эмиграция
сербов и черногорцев из этого края была вынужденной и явля-
лась следствием разного рода притеснений со стороны албан-
цев. Идеи так называемой «этнической чистоты» стали все боль-
ше распространяться среди албанского населения края. Албан-
ские националисты, сторонники «этнически чистого Косово», при-
бегали к антисербским акциям, создавали трудности с устрой-
ством сербов на работу, портили их имущество, машины, осу-
ществляли поджоги домов, оскверняли православные кладби-
ща и храмы321.
Корни межэтнических противоречий в этом крае, как, впро-
чем, и в других республиках, уходили в прошлое, находили
отражение в исторической памяти населения. Сербы считали
эти земли исконно своими, колыбелью своего этноса, поскольку
данная территория до османского завоевания была заселена
преимущественно ими. Именно здесь с середины XVI и до 70-х
годов XVIII века находилась сербская патриархия. В период
османского господства значительная часть сербов покинула
Косово, переселившись в более северные области. В XVII—
XVIII веках на опустевшие земли происходило массовое пере-
селение албанцев из соседней Албании. После освобождения от
османского господства (конец XIX — начало XX веков) и вклю-
чения Косово в состав Королевства сербов, хорватов, словенцев
(СХС) в 1918 году начался приток сербов и черногорцев.
Во время Второй мировой войны Косово входило в состав
«Великой Албании», аннексированной Италией. После войны
сербы и черногорцы вновь стали активно переселяться в этот
край. Однако вскоре этот процесс замедлился, а в 60-х годах
приобрел прямо противоположный характер. Статистические
данные свидетельствуют, что начиная с 1946 года из автоном-
ного края Косово и Метохия эмигрировало 140 тыс. человек
11-Балканский тупик?..
289
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
неалбанского населения322. Идея создания в Косово этнически
однородной (албанской) территории находила все больше при-
верженцев среди албанского населения. В течение многих лет в
этом крае при приеме на работу предпочтение отдавалось лю-
дям, владеющим албанским языком, хотя формально выдвига-
лись требования знания двух языков — сербского и албанского.
Нельзя забывать тот факт, что положение нацио-
нальных меньшинств в СФРЮ было урегулировано в кон-
ституционно-правовом отношении. Конституция
1974 года особо гарантировала их равноправное положе-
ние. Например, в статье 247 оговаривалось, что каждой
народности гарантируется право в целях выражения сво-
ей народности и культуры свободно пользоваться своим
языком и письменностью, развивать свою культуру, уч-
реждать организации и пользоваться другими, предус-
мотренными Конституцией, возможностями.
Согласно Конституции и особому закону о школах, албан-
цам, как и другим национальным меньшинствам в СФРЮ, обес-
печивалось право обучения на родном языке для детей дошколь-
ного возраста, а также в восьмилетних школах, гимназиях, спе-
циальных школах и университетах. Албанцы в стране имели
больше всего школ с обучением на албанском языке по сравне-
нию с другими национальными меньшинствами, так как явля-
лись наиболее многочисленным национальным меньшинством.
Поощрению албанского национализма способствовала спе-
цифическая политика югославских властей в 70-е—80-е годы в
отношении Албании. Между Косово и Албанией установились
отношения своего рода «открытых дверей». Колледжу в При-
штине, получившему статус университета, в 70-е годы было
дано право приглашать преподавателей из Албании, использо-
вать изданные там учебники. Естественно, что албанские пре-
подаватели горячо ратовали за воссоединение этого края с Ал-
банией. Политика «открытых дверей», по замыслу югославских
руководителей, должна была служить тому, чтобы албанское
население Косово могло сравнивать свой более высокий уро-
вень жизни с низким материальным положением жителей со-
седней Албании.
Такая политика по замыслу должна была гарантировать от
распространения проалбанских настроений в крае. На практи-
ке, однако, получилось по-другому. В результате того, что в
Приштинском университете преподавание велось на албанском
290
11-2
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
языке, его выпускники (в основном гуманитарных специально-
стей) слабо владели сербско-хорватским языком и имели край-
не ограниченные возможности устроиться на работу за преде-
лами Косово. Это порождало нездоровые настроения у албан-
ской молодежи в крае, вызывало чувство ностальгии по праро-
дине.
Усиление безработицы в Косово увеличило поток эми-
грантов из края за пределы Югославии, в результате
чего значительное количество косовских албанцев оказа-
лось в Германии, Бельгии, Швейцарии, США. Там они со-
здавали определенное общественное мнение и распростра-
няли слухи о «притеснениях» со стороны сербского ре-
жима. Несомненно, что экономические трудности име-
ли место в этом крае, однако от иностранных наблюда-
телей и сочувствующих албанцам из Косово почему-то
ускользал тот факт, что сербы, которые представля-
лись как «угнетатели», сами бежали от «угнетаемых».
Уже в начале 80-х годов в Косово образовался потенциаль-
ный очаг конфликта. В самой Сербии политика албанского боль-
шинства в отношении сербского населения вызывала ответную
волну сербского шовинизма.
Достаточно проблемным для 70-х годов в СФРЮ оказался
вопрос о выделении мусульман в отдельную национальность,
наравне с хорватами, сербами, словенцами и другими нацио-
нальностями. Прежде всего речь шла о части населения, про-
живавшего в Боснии и Герцеговине. Термин «мусульмане» тра-
диционно отождествлялся с вероисповеданием. В СФРЮ были
противники вьоделения мусульман в отдельную национальность,
так как тогда бы в эту группу входили приверженцы ислама и
атеисты. Сразу же после Второй мировой войны югославский
историк Гусейн Чижич написал учебник по истории Боснии, в
основу которого были положены скрупулезные исследования
материалов турецких архивов и православных летописей Сред-
невековья, которые опровергали утверждения о том, что бос-
нийские мусульмане — это этнические турки, а также то, что
между хорватами и мусульманами существует этническая и
лингвистическая идентичность, а с сербами у них нет ничего
общего. Чижич полагал более целесообразным объявить одной
нацией не только мусульман, но и все население Боснии и Гер-
цеговины, потому что там сложилась особая культура, и имен-
но так их воспринимали остальные югославы.
и*
291
НВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Тито не принял советов специалистов, ив 1971 году му-
сульмане были объявлены отдельной национальностью,
вероятно из лучших побуждений, чтобы смягчить про-
тиворечия между хорватами и сербами. Это создало оп-
ределенную путаницу, так как, например, албанцы, тур-
ки и часть македонцев также исповедовали ислам, но не
относили себя к мусульманам как национальности.
Мусульманами были объявлены потомки тех, кто в период
османского господства на Балканах принял ислам. Вместе с
принятием религии в жизнь этой группы населения славянско-
го происхождения, а также в результате смешанных браков
проникла восточная культура. Большую роль в ее распростра-
нении играл шариат. В то же время среди исламинизированно-
го населения, значительная часть которого проживала в горо-
дах смешанно с христианами, продолжали сохраняться народ-
ные славянские обычаи. Большинство этой группы населения
(немногим более 80 процентов— по переписи 1981 года) про-
живало в Боснии и Герцеговине. Поскольку Сараево и осталь-
ные города Боснии населены преимущественно мусульманами,
а в сельской местности преобладают христиане, именно в горо-
дах больше всего ощущался след особой боснийской культуры.
В начале 80-х годов среди мусульман в СФРЮ стали рас-
пространяться идеи ислама как универсальной, самой чистой
религии. В некоторых публикациях мусульмане стали рассмат-
риваться как единственный автохтонный народ Боснии и Гер-
цеговины, что способствовало усилению мусульманского наци-
онализма. Сначала в религиозной печати, а затем и в светских
изданиях все чаще встречались определения «исламский на-
род», «исламская культура», когда речь шла о культуре и ли-
тературе мусульман Боснии и Герцеговины. Уже тогда часть
мусульманских священников этой республики выступила с ло-
зунгом «Босния и Герцеговина для мусульман». Особенно эта
тенденция усилилась после того, как в 1979 году в Иране к
власти пришел аятолла Хомейни.
Тем не менее сама идея исламского фундаментализма была
чужда большинству мусульман Боснии и Герцеговины, так как
верующие принадлежали к суннитской, а не шиитской ветви
ислама и нередко проявляли терпимость к людям иной веры,
свободу в нравах и обычаях. Боснийские последователи ислама
всегда роднились браками с христианами, следовали народным
славянским обрядам и традициям.
292
11-4
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
Хотя в СФРЮ церковь была отделена от государства и ком-
мунистическая, атеистическая идеология оставалась в обще-
стве доминирующей, тем не менее религия играла существен-
ную роль в этой стране. Причем это была не столько глубокая
вера в Бога, сколько сохранение церковных исторических тра-
диций. На территории Югославии существовало много конфес-
сиональных объединений, среди которых наиболее крупными
по своей исторической роли являлись православие, католицизм
и ислам.
Особенностью югославской ситуации было то, что эти три
религии брали на себя роль выразителей национальных инте-
ресов отдельных этносов и народов, веками служили составной
частью политической, экономической, культурной, моральной
сфер общественной жизни. Таким образом, религия была клю-
чевым фактором этнической идентификации как до Второй
мировой войны, так и после нее. Однако именно этот фактор
остался вне поля зрения югославского руководства в послево-
енный период.
Православными были в Югославии в основном сербы, чер-
ногорцы и македонцы. Однако в районах, прилегающих к Ад-
риатике, проживали и сербы-католики. В свою очередь хорва-
ты и словенцы — почти все были католиками, имелись лишь
небольшие вкрапления православных, особенно по линии ста-
рой границы Хорватии, где во времена Австро-Венгерской им-
перии поселились сербы. В Боснии и Герцеговине соседствова-
ли три религии: католики-хорваты, православные сербы, му-
сульмане славянского происхождения. Ислам исповедовало ал-
банское население, хотя часть его была и православной.
Протестантские церкви объединяли венгров, немцев, чехов, сло-
ваков.
Конституция СФРЮ провозглашала свободу вероисповеда-
ния. Тем не менее отношения церкви и государства были до-
вольно сложными, особенно с католической церковью, которая
в годы войны запятнала себя сотрудничеством с усташским
режимом в независимом хорватском государстве.
Тито в 1946 году провел процесс над хорватским архиепис-
копом А.Степинацем с обвинением его в поддержке усташского
режима и преследованием сербов в интересах Ватикана323. В
1952 году югославское правительство разорвало отношения с
Ватиканом из-за поддержки им оппозиционных сил в Югосла-
вии, в то время как югославская католическая церковь продол-
жала оставаться составной частью мировой католической орга-
низации. Лишь в 1960 году начался процесс нормализации от-
293
НЛЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
ношений католической церкви с югославскими властями. В ок-
тябре 1960 года католическое духовенство направило прави-
тельству меморандум, в котором заявило о своей лояльности к
существующему строю. Это способствовало началу переговоров
о восстановлении отношений СФРЮ и Ватикана, завершив-
шихся в 1966 году подписанием «Протокола о соглашении меж-
ду Югославией и Ватиканом», в котором последний признавал
существующий в стране правопорядок, принцип отделения цер-
кви от государства, деполитизацию религиозных общин. Тем не
менее часть католического клира продолжала выступать с кри-
тикой данного протокола.
Дипломатические отношения между Ватиканом и СФРЮ
были восстановлены в 1970 году. Однако отношения властей с
католической церковью оставались непростыми. По характеру
своей деятельности эта церковь была наиболее экспансионист-
ской организацией, стремившейся к расширению своего влия-
ния на общественно-политическую жизнь страны и на обще-
ственное сознание хорватского населения. Эта деятельность осо-
бенно активизировалась в 80-х годах и приобрела националис-
тическую окраску, усилилась ее конфронтация с государством.
Главная опасность заключалась в том, что церковь в своей про-
паганде смыкалась с национализмом, широко использовала на-
ционалистические чувства и лозунги. А в условиях обострения
экономического кризиса и политической ситуации подобная дея-
тельность могла служить детонатором для создания взрыво-
опасной ситуации в Югославской федерации.
Кончина И.Броз Тито 4 мая 1980 года была воспринята
большинством населения Югославии как национальная
трагедия, как окончание «золотого века» страны, свя-
занного с именем этого человека. Трагизм ситуации за-
ключался в том, что при отсутствии в югославском об-
ществе другого политического деятеля подобного мас-
штаба наступил конец целой эпохи, получившей наиме-
нование «титоизма». Без Тито, по мнению югославского
политолога Д.Биланджича, пирамида власти осталась без
ее верхушки, срезанной. Не было больше арбитра, ощу-
щалась нехватка объединяющей деятельности лидера,
его движущей творческой роли, начали множиться нере-
шенные проблемы324.
Не заставили себя ждать последствия экономической поли-
тики, проводившейся в Югославии в 70-е годы. Игнорирование
294
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
двух экономических кризисов, когда вместо снижения зависи-
мости от ввоза нефти югославское руководство прибегало к за-
рубежным займам и кредитам, привело к тому, что югослав-
ский долг в 1976—1980 годах вырос до 20 млрд. американских
долларов.
Передача государственного капитала в частные коммерчес-
кие банки привела к тому, что банковская система осталась вне
контроля общества. Демонтаж этатизма на уровне Федерации
обернулся ростом политического этатизма на уровне республик
и краев, способствуя усилению дезинтеграционных процессов в
СФРЮ. В условиях ослабления центральной власти Югосла-
вия все больше погружалась в пучину социально-экономичес-
кого кризиса, проявлением которого являлась галопирующая
гиперинфляция, достигшая к концу 1989 года беспредельного
показателя — 2500 процентов!
Югославия стремительно приближалась к национальной
катастрофе. Рост политического этатизма на уровне
республик и краев, ослабление центральной власти и обо-
стрение социально-экономических проблем создавали в
Югославии благоприятную почву для эскалации социаль-
ной напряженности, сепаратистских настроений, обо-
стрения национальных и религиозных противоречий, ко-
торые стали использоваться различными политически-
ми кругами в борьбе за власть.
Кризис в Югославии был в значительной мере обусловлен и
международными проблемами в начале 90-х годов: общим кри-
зисом мировой социалистической системы, ослаблением СССР
и его партнеров, укреплением экономических позиций Запада.
К исходу 80-х годов экономика Югославии была прочно привя-
зана к Западу — три четверти югославского экспорта направ-
лялись на западные рынки, а первое место в ее внешнеторго-
вом обороте заняла Германия325.
Противоречия между верхушкой коммунистических партий
и основными слоями общества, дискредитация правящих ре-
жимов в СССР и странах-союзниках по Организации Варшав-
ского Договора, вступление СССР в полосу социально-экономи-
ческого и политического кризиса создавали благоприятный кли-
мат для действий центробежных сил в Югославии, находивших
поддержку в западных странах.
Библиография к главе третьей
1 Егорова Н.И. НАТО и европейская безопасность: восприя-
тие советского руководства. // Сталин и холодная война. М.,
1998. С. 291.
2 Нарочницкая НА. Историческая Россия и СССР в мировой
политике XX века. // Новая и новейшая история, 1998. № 1.
С. 128 -129.
3 Источник. 1995. № 4. С. 124.
4 Там же.
5 Там же.
6 Органы государственной безопасности СССР в годы Вели-
кой Отечественной войны. Сб. документов. Т. 4. М., 1986. С. 60-
69.
7 Там же. Т. 5. М., 1990. С. 636-642.
8 Царев О.И. СССР— Англия. От сотрудничества к кон-
фронтации. 1941-1945. // Новая и новейшая история. 1998. № 1.
С. 99-105.
9 Судоплатов П. Разведка и Кремль. Записки нежелатель-
ного свидетеля. М., 1996. С. 250, 287-289; Феклисов А.С. За оке-
аном и на острове. Записки разведчика. М., 1994. С. 217-220.
10 ЦАМО РФ. Коллекция документов.
11 Ермашев И.И. Средиземноморская проблема. Стенограм-
ма публичной лекции, прочитанной 16 августа 1946 г. в Лекци-
онном зале в Москве. М., 1946. С. 3.
12 Источник. 1995. № 4. С. 138.
13 Там же. С. 139.
14 Там же.
15 Там же С. 143.
16 Цит. по: Вторая мировая война. Актуальные проблемы. М.,
1995. С. 59-60.
17 Черчилль У. Вторая мировая война. Книга третья. Т. 5-6.
М, 1991. С. 373-374.
18 АВП РФ Ф. 07. Оп. 10 . П. 14. Д. 176. Л. 15.
19 Там же.
20 Внешняя политика Советского Союза в период Отечествен-
ной войны. Т. 2. М., 1946. С. 272; Отношения России (СССР) с
Югославией. 1941-1945. Документы и материалы. М., 1998. С. 336.
296
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
21 Цит. по: Гиренко Ю.С. Сталин— Тито. М., 1991. С. 248.
22 Черчилль У. Вторая мировая война. Книга 3. Т. 5-6. С. 627,
638, 661-662.
23 Потехин А.В. Дипломатия США в Восточной Европе 1945-
1950. Киев. 1991. С. 10; България в сферата на съветските инте-
реси. /Българо-руски научни дискусии/. София. 1998. С. 14-16.
24 АВП РФ. Ф. 012. Оп. 6. П. 91. Д. 376. Л. 141.
25 США и внешний мир. Материалы IV научной конферен-
ции ассоциации изучения США. М., 1997. С. 28.
26 Там же.
27 Драное Б.А. Черноморские проливы: международно-пра-
вовой режим. М., 1948. С. 222- 233.
28 США и внешний мир. Материалы IV научной конферен-
ции ассоциации изучения США. С. 31.
29 Димитров Георгий. Дневник (9 март 1933— 6 февруари
1949). /Далее: Дневник/. София. 1997. С. 464.
30 Смирнова Н.Д. Греция в политике США и СССР. 1945-
1947 гг. Новые архивные документы. // Новая и новейшая ис-
тория. 1997. № 5. С. 24.
31 Смирнова Н.Д. Указ. соч. С. 27.
32 България в сферата на съветските интереси. /Българо-
руски научни дискусии/. С. 131-137.
33 Советская внешняя политика в годы «холодной войны»
(1945-1985). Новое прочтение. М., 1995. С. 117.
34 Там же.
35 Улунян А.А. Коммунистическая партия Греции. Актуаль-
ные вопросы идеологии, политики и внутренней истории. КПГ в
Национальном сопротивлении, Гражданской и «холодной» вой-
нах. 1945-1956. М., 1994. (Далее— Коммунистическая партия
Греции).
36 Российский государственный архив социально-политичес-
кой истории. (Далее — РГАСПИ). Ф. 495. Оп. 74. Д. 179. Л. 6.
37 Хебранг Анрия — член Национального комитета освобож-
дения Югославии, уполномоченный по вопросам торговли и
промышленности, имел полномочия заключать политические и
торговое договора во время переговоров в Москве.
38 Полная запись данной беседы опубликована в книге: Вос-
точная Европа в документах российских архивов. 1944-1953. Т. 1.
1944-1948. Новосибирск — М., 1997. С. 118-133.
39 Там же С. 128.
40 Там же. С. 127.
41 Там же.
42 Гибианский Л.Я. Сталин и триестское противостояние
297
НЛЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
1945 г.: за кулисами первого международного кризиса холодной
войны. // Сталин и холодная война. М. 1998. С. 46.
43 Там же. С. 48.
44 АВП РФ.Ф. 0144. Оп. 29. П. 116. Д. 12. Л. 2.
45 Черчилль У. Вторая мировая война. Книга 3. Т. 5-6. С. 626.
46 Переписка Председателя Совета министров СССР с пре-
зидентами США и премьер-министрами Великобритании во
время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. (Далее —
Переписка). Изд. 2. Т. 2. М., 1976. С. 251-252.
47 Переписка. Т. 2. С. 252-254.
48 Уэст Ричард. Иосип Броз Тито: власть силы. Смоленск.
1997. С. 240.
49 Черчилль. Указ. соч. С. 626.
50 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 128. Д. 716. Л. 45-46.
51 Сталин и холодная война. С. 54.
52 АВП РФ. Ф. 0144. Оп. 29. П. 116. Д. 10. Л. 94.
53 Там же.
54 Черчилль У. Указ. соч. С. 627-628.
55 Сталин и холодная война. С. 66.
56 Берлинская (Потсдамская) конференция руководителей
трех союзных держав СССР, США, Великобритании. С. 426-
427. 17 июля— 2 августа 1945 г. Сб. документов. М., 1980 г.
57 АВП РФ. Ф. 0431. Оп. 1. П. 1. Д . 1. Л. 2.
58 Гибианский ЛЯ. Советский Союз и новая Югославия. 1941-
1947. М., 1987. С. 185.
59 Там же. С. 186.
60 Восточная Европа в документах российских архивов. 1944-
1953. Т. 1. С. 126-127.
61 Там же.
62 АВП РФ.Ф.07. Оп. 10. П. 13. Д. 159д. Л. 1-3.
63 Там же. Л. 3.
64 Там же.
65 Там же. Ф. 066. Оп. 25. П. 118А. Д. 1. Л. 57.
66 АВП РФ. Ф. 066 . Оп. 25. П. 118а. Д. 1. Л. 26-28.
67 ЦАМО РФ. Коллекция документов.
68 Внешняя политика Советского Союза. Документы и мате-
риалы. Январь— декабрь 1949 г. М., 1953. С. 126.
69 Там же. С. 116-117.
70 РГАСПИ. Ф. 82. Оп. 2. Д. 1374. Л. 79.
71 Там же. Л. 4-5. 71.
72 Ананичук ВЯ., Путилин Б.Г. Система обеспечения нацио-
нальной безопасности (на примере США). М., 1998. С. 6.
73 Foreign Relations of the United States. Vol. 5/ 1945. (далее:
298
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
FRUS). Р. 400. В СССР русский перевод этого документа впер-
вые опубликован в журнале «Международная жизнь». 1990.
№11.
74 В марте 1946 г. НКИД СССР переименован в Министер-
ство иностранных дел СССР.
75 Цит. по.: Международная жизнь. 1990. № 11. С. 154.
76 Ырртап W. The Cold War. N.-Y. 1947. P. 29.
77 Объединенные Нации. Совет Безопасности: Официальные
отчеты. Первый год. Вторая серия. Нью-Йорк. 1946-1948. № 16.
С. 213-222.^
78 Баев Й. Военнополитическите коно^хликти след втората све-
товна война и България. София. 1995. С. 97-98.
79 Улунян А.А. Коммунистическая партия Греции. С. 184.
80 Баев Й. Указ. соч. С. 99.
81 Улунян АЛ. Коммунистическая партия Греции. С. 192.
82 Цит. по: Потехин А.В. Дипломатия США в Восточной
Европе 1945-1950 гг. С. 79.
83 Public Papers of the Presidents of the U.S. Truman. — 1947.
Washington. 1963. P. 177-179, 239.
84 Советский Союз в Организации Объединенных Наций. Т. 1.
М., 1965. С. 272-274.
85 FRUS. 1946. Vol. 6. Р. 898-899.
86 Потехин А.В. Дипломатия США в Восточной Европе 1945-
1950 гг. С. 77.
87 FRUS. 1947. Vol. 4. P. 747-748.
88 Ibid., Vol. 4. P. 753.
89 Наринский MM. СССР и план Маршалла. По материалам
архива Президента РФ // Новая и новейшая история. 1993.
№ 2. С. 11; Филитов A.M. Как начиналась «холодная война». //
Советская внешняя политика в годы «холодной войны» (1945-
1985). Новое прочтение. М., 1985. С. 63.
90 FRUS. Vol. 3. P. 260.
91 АВП РФ. Ф. 06. Оп. 9. П. 18. Д. 214. Л. 19.
92 Международная жизнь. 1992. № 5. С. 121.
93 Филитов A.M. Указ. соч. // Советская внешняя политика
в годы «холодной войны» (1945-1985). Новое прочтение. С. 63.
94 Архив новейшей истории. Т. 2. «Особая папка» В.М.Мо-
лотова. Из материалов секретариата НКИД — МВД СССР. 1944-
1956. М, 1994. С. 25-57.
95 Восточная Европа в документах российских архивов 1944-
1953 гг. Т. 1. С. 668.
96 Там же.
97 Там же. С. 668-670.
299
ШВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?.,
98 Архив Президента РФ. Ф. 3. Оп. 63. Д. 270. Л. 96.
99 Новая и новейшая истории. 1993. № 2. С. 16-18.
100 См.: Информационное совещание представителей некото-
рых коммунистических партий в Польше в конце сентября 1947 г.
М., 1948. С. 22-23.
101 Подробнее см.: Адибеков Г.М. Коминформ и послевоенная
Европа. М., 1994; Гибианский Л.Я. Как возник Коминформ. По
новым архивным документам. // Новая и новейшая история.
1993. № 4.
102 Мурашко ГЛ., Носкова А.Ф. Советский фактор в после-
военной Восточной Европе (1945-1958). //Советская внешняя
политика в годы «холодной войны» (1945-1985). Новое прочте-
ние. С. 92, 107.
103 Волков В.К.у Гибианский Л.Я. Отношения между Совет-
ским Союзом и Социалистической Югославией: опыт истории и
современность. // Вопросы истории. 1988. № 7; Гиренко Ю.С.
СССР и Югославия (1948 г.) // Новая и новейшая история.
1988. №4; Гибианский Л.Я. У начала конфликта: балканский
узел. // Рабочий класс и современный мир. 1990. № 2; его же: К
истории советско-югославского конфликта 1948-1953 гг. // Совет-
ское славяноведение. 1991. № 3; Бухаркин И.В., Гибианский ЛЯ.
Первые шаги конфликта. // Рабочий класс и современный мир
1990. № 5 и др.
104 Политические уроки одного конфликта. Авторизованная
стенограмма советско-югославской партийно-научной конферен-
ции «Политические уроки конфликта КПЮ и Информбюро
(1948-1953 гг.)». М., 1989.
105 Дедијер В. Јосип Броз Тито. Прилози за биографију. Беог-
рад, 1953; его же: Изгублена битка Ј.В.Сталина. Сарајево, 1963;
Petranovi<rB.,Jbibac С, Stojanovia S. Jugoslavia u medunarodnom
radničkom pokretu. Beograd, 1973 i dr.
106 Гиренко Ю.С. Сталин — Тито. М., 1991; Гибианский Л.Я.
Секретная советско-югославская переписка. 1948. // Вопросы
истории. 1992. № 4/5. У истоков «социалистического содруже-
ства»: СССР и восточноевропейские страны в 1944-1949 гг. М.,
1995 и др.
107 Гибианский Л.Я. Коминформ в действии. 1947-1948 гг. По
архивным документам. // Новая и новейшая история. 1997. № 1.
С. 7 163.
108 Восточная Европа в документах российских архивов. 1944-
1953. Т. 1. С. 122-124.
109 Там же. Т. 1. С. 122-124.
110 Там же.
300
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
111 Там же. С. 132.
112 Всего за годы войны СССР передал югославской армии
155,3 тыс. винтовок и карабинов, 38 тыс. автоматов, более 15 тыс.
пулеметов, 5,8 тыс. орудий и минометов, 69 танков и 491 само-
лет.
113 Отношения России (СССР) с Югославией 1941-1945 гг.
Документы и материалы. М., 1998. С. 458-459, 596-597.
114 РГАСПИ. Ф. 82. Оп. 2. Д. 1374. Л. 40-41.
115 ГибианскийЛЛ. Советский Союз и новая Югославия 1941-
1947 гг. М, 1987. С. 157.
116 ЦАМО РФ. Коллекция документов.
117 Там же. 169-170.
118 РГАСПИ. Ф. 644. Оп. 2. Д. 451. Л. 11-177.
119 Там же. С. 162-165.
120 Димитров Г. Дневник. С. 449.
121 Там же. С. 156.
122 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 128. Д. 177. Л. 15. В частности, бывший
глава хорватской крестьянской партии В.Мачек предлагал кон-
федеративное устройство Югославии на принципах реальной
унии, которая бы охватывала Словению, Хорватию и Сербию;
вопрос о Боснии он оставлял открытым. (Петрановић Б. Историја
Југославије. Београд. 1981. С. 433.)
123 Димитров Г. Дневник. С. 464.
124 Там же.
125 Там же. С. 527.
126 Чувахин Д.С. С дипломатической миссией в Албании 1946-
1952 гг. // Новая и новейшая истории. 1995. № 1. С. 122.
127 Восточная Европа в документах российских архивов. 1944-
1953. Т. 1. С. 472-473.
128 Там же. С. 476-477.
129 Там же.
130 Аникеев А.С. Югославия в европейской политике великих
держав в годы «холодной войны» (конец 40-х— начало 50-х
годов. ) // Славяноведение. 1992. № 5.; его же: Противостояние
СССР— США в Юго-Восточной Европе и советско-югослав-
ский конфликт 1948 г. // Советская внешняя политика в годы
«холодной войны» (1945-1985). Новое прочтение.
131 Там же. С. 118.
132 Гиренко Ю.С. Сталин — Тито. С. 324-325.
133 Там же.
134 NejboviaS. Bledski sporazum. Tito — Dimitrov (1947). Zagreb,
1979. S. 62-64.
135 «Le Monde». Paris. 29.7/1947. S. 1.
301
НЛЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
136 NejbovicrS. Op. cit. S. 113.
137 Димитров Г. Дневник. С. 556; Цит. по: Гирепко Ю.С. Ста-
лин — Тито. С. 325-326.
138 Там же. С. 556.
139 Цит. по: Гирепко Ю.С. Указ. соч. С. 326.
140 Димитров Г. Дневник. С. 564.
141 Восточная Европа в документах российских архивов. 1944-
1953. Т. 1. С. 727.
142 Там же.
143 Nejbovi<rS. Op. cit. S. 149.
144 Политика. Белград. 1947. 27 новем. С. 1-2.
145 Киръякидис Г.Д. Гражданская война в Греции 1944-1948 гг.
М., 1992; С. 278; Dokumenti о spolnoj politike SFRJ. Beograd,
1989. S. 22.
146 FRUS. 1948. Vol. IV. P. 3-8.
147 Ibid, P. 30.
148 Ibid, P. 47-49.
149 Ibid, P. 47-49.
150 Эндрю К., Гордиевский О. КГБ. История внешнеполити-
ческих операций от Ленина до Горбачева. М, 1992. С. 402.
151 «Le Monde». 1948. 21 Janvier.
152 Димитров Г. Дневник. С. 595.
,153 Восточная Европа в документах российских архивов. 1944-
1953. Т. 1. С. 763.
154 Цит. по: Гирепко Ю.С. Сталин — Тито. С. 334.
155 FRUS. 1948. Vol. 4. Washington 1974. P. 294.
156 Там же.
157 Восточная Европа в документах российских архивов. 1944-
1953. Т. 1. С. 708-709.
158 Гибиапский Л.Я. Коминформ в действии. 1947-1948 гг. По
архивным документам. // Новая и новейшая история. 1996. № 1.
С. 166.
159 Там же.
160 Цит. по: Гирепко Ю.С. Сталин — Тито. С. 336.
161 Гирепко Ю.С. Тито — Сталин. С. 337.
162 Там же.
163 Там же.
164 См.: У истоков «социалистического содружества»: СССР
и восточноевропейские страны в 1944-1949 гг. отв. ред. Л.Я.Ги-
биапский. М, 1995; его же: Коминформ в действии. 1947-1948 гг.
По архивным документам. // Новая и новейшая история. 1996.
№ 1, 2.
165 На пороге первого раскола в «социалистическом лагере».
302
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
Переговоры руководящих деятелей СССР, Болгарии и Югосла-
вии. 1948. // Исторический архив. 1997. № 4. С. 92-123.
166 Исторический архив. 1997. № 4. С. 99, 105, 106.
167 Исторический архив. 1997. Т. 4. С. 99.
168 FRUS. 1948. Vol. 4. Р. 80-81.
169 Исторический архив. 1997. № 4. С. 100, 107.
170 Там же. С. 109.
171 FRUS. 1948. Vol. 4. Р. 300.
172 РГАСПИ. Ф. 82. Оп. 2. Д. 1374. Л. 108. В послевоенный
период с 10 мая 1945 г. по 1 января 1947 г. было передано воо-
ружение и имущество на сумму 334,2 млн. рублей (там же. Л.
162).
173 ЦАМО РФ. Коллекция документов.
174 Там же.
175 Гибианский Л.Я. Секретная советско-югославская пере-
писка. 1948 г. // Вопросы истории. 1992. № 4/5. С. 131.
176 В архиве Президента РФ имеется советская запись дан-
ной беседы //см.: Новая и новейшая история. 1996. № 2. С. 101.
177 Восточная Европа в документах российских архивов. 1944-
1953. Т. 1. С. 756.
178 Там же.
179 Новая и новейшая история 1996. № 2. С. 160.
180 Подробнее см.: Гиренко Ю.С. Сталин — Тито. С. 343-347.
181 Там же. С. 345.
182 Там же.
183 Там же.
184 Вопросы истории. 1992. № 4. С. 130-131.
185 См.: Гиренко Ю.С. Сталин — Тито. С. 344.
186 Гибианский Л.Я. Коминформ в действии. 1947-1948. //
Новая и новейшая история. 1998. № 2. С. 160.
187 РГАСПИ. Ф. 77. Оп. 3. Д. 100. Л. 6, 14. Ф. 17. Оп. 128.
Д. 1165. Л. 79.
188 Там же. Ф. 17. Оп. 128. Д. 1165. Л. 79.
189 Гиренко Ю.С. Сталин — Тито. С. 348-350.
190 Там же. С. 352.
191 Восточная Европа в документах российских архивов 1944-
1953. Т. 1. С. 777-778.
192 АВП РФ. Ф. 06. Оп. 10. П. 79. Д. 1108. Л. 5-6.
193 Вопросы истории. 1992. 4/5. С. 124-125.
194 Восточная Европа в документах российских архивов. 1944-
1953. Т. 1. С. 788.
195 Там же. С. 792.
196 Там же. С. 799-800.
303
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
197 Вопросы истории. 1992. № 4-5. С. 125-126.
198 Там же.
199 Гиренко Ю.С. Сталин — Тито. С. 360-361.
200 Там же.
201 Восточная Европа в документах российских архивов. 1944-
1953. Т. 1. С. 373-374.
202 Dedijer V. Novi prilozi za biografiju Josipa Broza Tita. T. 3.
Beograd, 1984.
203 Цит. по: Гиренко Ю.С. Сталин — Тито. С. 365.
204 Вестник МИД СССР. 1990. № 6. С. 56.
205 Bela Knjiga agresivnih postupcima vlada SSSR, Poljske,
Čehoslovačke, Mađarske, Rumunje, Bulgarske i Albanije prema
Jugoslavije. (Далее: Bela knjiga). Beograd, 1953. S. 55.
206 Ibid. S. 56.
207 Вестник МИД СССР. 1990. № 6. С. 56-60.
208 Восточная Европа в документах российских архивов. 1944-
1953. Т. 1. С. 862-863.
209 Там же. С. 863.
210 Вопросы истории. 1992. № 10. С. 151-152.
211 Вестник МИД СССР. 1990. № 6. С. 61.
212 Vukmanovicr -Tempo S. Revolucija koja teče. Knj. 2. S. 79.
213 Восточная Европа в документах российских архивов. 1944-
1953. С. 878.
214 Там же.
215 Гиренко Ю.С. Сталин — Тито. С. 384-385; Адибеков Г.М.
Коминформ и послевоенная Европа. М., 1994. С. 104-123. Гиби-
анский Л.Я. Коминформ в действии. 1947-1948. // Новая и но-
вейшая история. 1996. № 2. С. 171-172.
216 РГАСПИ Ф. 17. Оп. 128. Д. 1101. Л. 180-181.
217 Dedijer V. Novi prilozi za biografiju Josipa Broz Tita. T 3.
S. 362.
218 V конгрес КПЈ. Београд. 1948. С. 148-149.
219 MarkovicrD. Istina о Golom otoku. Beograd, 1987. S. 16-17;
Sednice CK SKJ. 1948-1952. Beograd, 1985. S. 719.
220 Восточная Европа в документах российских архивов. Т. 1.
С. 909.
221 Адибеков Г.М. Коминформ и послевоенная Европа. С. 151.
222 Правда. 1948. 8 сентября.
223 РГАСПИ. Ф. 575. Оп. 1. Д. 69. Л. 89-90.
224 Адибеков Г.М. Указ. соч. С. 151.
225 ЦАМО РФ. Коллекция документов; РГАСПИ. Ф. 82. Оп. 2.
Д. 1374. Л. 34.
226 РГАСПИ. Ф. 82. Оп. 2. Д. 1374. Л. 34-38.
227 Там же.
304
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
228 Правда. 1948. 31 дек; Bela knjiga // S. 261-263.
229 Ibid. S. 255.
230 Ibid. S. 257.
231 Ibidem
232 Цјст по: Мунтян МЛ. Дунайская проблема в междуна-
родных отношенях. 1945-1948. Кишинев. 1977. С. 193.
233 Борба. Београд. 1949. 30 март.
234 Там же.
235 Ходжа Э. Со Сталиным. Воспоминания. Тирана, 1984. С. 125-
128.
236 Улунян А.А. Коммунистическая партия Греции. Актуаль-
ные вопросы идеологии, политики и внутренней истории. С. 242.
237 Henser В. Western «Containment» Politics in the Cold War:
the Yugoslav case. 1948-1953. London, 1989. P. 89.
238 Судоплатов П.А. Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930-
1950. М., 1998. С. 337.
239 България в сферата на съветските интереси (Българо-
руски научни дискусии). 1998. 145-159.
240 Bela knjiga. S. 353-355.
241 Ibid. S. 357.
242 Ibid. S. 371.
243 Mates L. Medunarodni odnosi socijalisticke Jugoslavije.
Beograd, 1976. S. 121-122.
244 Petranivi* B. Istorija Jugoslavije 1918-1978. Beograd, 1981.
S. 488; Баев Й. Военнополитическите конфликти след втората
световна война и България. София, 1995. С. 126
245 България в сферата на съветските интереси. (Българо-
руски научни дискусии). С. 170-171.
246 Правда. 1949. 30 сент., Вестник МИД СССР. 1990. № 6.
С. 63.
247 Bela knjiga. S. 127-131.
248 Большевик. 1949. № 22. С. 19-22.
249 РГАСПИ. Ф. 82. Оп. 2. Д. 231. Л. 106. Адибеков Г.М. Указ.
соч. С. 152-153.
250 Kardelj Е. Sečanja. Borba za priznanje i nezavisnost nove
Jugoslavije. 1944-1957. Ljubljana, Beograd. 1980. S. 142.
251 Аникеев А.С. Югославия в европейской политике великих
держав в годы холодной войны. // Славяноведение. 1992. Т. 5.
С. 71.
252 Политика. Београд. 1983. 28-29 Јуна.
253 Баев Й. Военнополитическите конфликти след втората
световна война и България. С. 130.
254 Цјст по: цаМО РФ. Коллекция документов.
255 Там же.
305
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?.,
256 Там же.
257 Там же.
258 Там же.
259 Там же.
260 Там же.
261 Там же.
262 Там же.
263 Там же.
264 Баев Й. Военнополитическите конфликта след втората
световна война и България. С. 129-130.
265 ЦАМО РФ. Коллекция документов.
266 Там же.
267 РГАСПИ. Ф. 82. Оп. 2. Д. 231. Л. 13.
268 Су догматов П. А. Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930-
1950. М, 1998. С. 337-338; // Родина. 1998. № 8. Спецвыпуск.
«Холодная война». С. 36-38.
269 Там же. С. 45-47.
270 Там же. С. 532-533.
271 Barker Е. The British between the Superpowers. 1945-1950.
London, 1988. P. 163.
272 Foreign relations of the United States 1948. Vol. IV.
Washington. 1974. P. 1081.
273 Tripkovicr D. Prilike u Jugoslavia i Velika Britanija. 1945-
1948. Beograd. 1990. S. 272.
274 Barker E. Op. cit. P. 163.
275 Ibidem. P. 163.
276 Mugo/ьа D. Sjedinjene američke države i Jugoslavia. 1948. —
In: Istorija XX veka. Br. 2. Beograd, 1983. S. 68.
277 Ibid. S. 80.
278 Larson D. United States Foreign Policy toward Yugoslavia.
1943-1953. Washington, 1979. P. 218.
279 Ibid. S. 218-220.
280 РГАСПИ. Ф. 82. On. 2. Д. 1377. Л. 166.
281 Там же.
282 Кэмпбелл Дою. Особый путь Тито. Америка и Югославия в
мировой политике. «Прогресс». Пер. с англ. М., 1968. С. 29.
283 Там же. С. 30.
284 ЦАМО РФ. Коллекция документов.
285 Кэмпбелл Дою. Указ. соч. С. 31.
286 ЦАМО РФ. Коллекция документов.
287 РГАСПИ. Ф. 82. Оп. 2. Д. 1377. Л. 176. Кэмпбелл Дж. Указ.
соч. С. 33.
288 РГАСПИ. Там же. Л. 179.
306
Глава третья Югославия в годы «холодной войны»...
289 Советская внешняя политика в годы «холодной войны».
1945-1985. Новое прочтение. С. 146.
290 Там же. С. 147.
291 См.: Гиренко Ю.С. Сталин — Тито. С. 402-403.
292 Правда. 1995. 27 мая.
293 Правда. 1955. 3 июня.
294 Джилас М. Лицо тоталитаризма. М., 1992. С. 157, 507.
295 В декабре 1956 г. Джилас был приговорен к 3 годам тю-
ремного заключения по обвинению в клевете на югославскую
позицию во время венгерских событий 1956 г., а в октябре 1957 г.
осужден на 9 лет строгого тюремного заключения за «подрыв
конституционного строя ФНРЮ» в книге «Новый класс», из-
данной за рубежом. Пробыл в тюрьме немногим более 4 лет,
после освобождения в 1962 г. вновь арестован и приговорен к
13 годам лишения свободы с ограничением в гражданских пра-
вах за разглашение доверительных документов, составлявших
государственную тайну в новой книге «Беседы со Сталиным». В
декабре 1966 г. Джилас был помилован.
296 ЦАМО РФ. Коллекция документов; Смирнова Н.Д.} Язь-
кова. Балканы в российской политике XIX-XX веков. // Евро-
пейский альманах. Наука. История, традиция. М., 1998. С. 60.
297 Там же.
298 Броз Тито. Борба за мир и меджународну сарадњу. С. 221.
299 Документы Совещания представителей коммунистичес-
ких и рабочих партий. М., 1960. С. 51.
300 Кэмпбелл Дж. Особый путь Тито. Америка и Югославия в
мировой политике. С. 100.
301 Там же. С. 50.
302 Борба. 1961. 4 септ.
303 Jugoslovenski pregled. 1964. April. S. 141.
304 Восточное Средиземноморье. Международные отношения
в 80-е годы. М., 1992. С. 21.
305 Политика. Београд. 1966. 30 янв.; Борба. Београд. 1966. 5
февр.
306 Кэмпбелл Дж. Указ. соч. С. 48.
307 Там же. С. 50.
308 Јонић Ј. Односи између народа и народности Југославије.
Београд. 1969. С. 31.
309 Статистический справочник Югославии. М., 1989. С. 50.
310 Политика. Београд. 16. XII 1989.
311 Гиренко Ю.С. Сталин — Тито. С. 427.
312 Впервые вопрос по проблемам, связанным с единым серб-
ско-хорватским литературным языком, был урегулирован еще
307
ШВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
в 1850 г., когда между сербскими и хорватскими учеными была
достигнута договоренность о двух нормах произношения, отра-
жающих на письме экавское произношение, характерное для
Сербии, Воеводины и части Боснии, и екавское, распространен-
ное в Хорватии, Черногории, Герцеговине и некоторых других
районах. Была достигнута договоренность об использовании
сербами и хорватами в письме различной графики, первые ис-
пользовали кириллицу, а вторые— латиницу. В 1954 году в
Нови-Саде (Сербия) подписано соглашение о различном напи-
сании одних и тех же слов: серб слово «речь» произносил и
писал как «pen», а хорват как «rijar».
313 Уэст. Р. Иосип Броз Тито. Власть силы. Смоленск. 1997.
С. 370.
314 Уилсон Д. Югославия. Тито. Кембридж. 1979. С. 203-204.
315 Туджман Ф. родился в 1922 г. в Загорье (Хорватия). С
1941 г. участвовал в народно-освободительной войне, закончил
войну в звании майора. Позднее поступил в Югославскую выс-
шую военную академию и далее занимал штабные должности.
Еще находясь на военной службе, стал автором нескольких книг
по военной и политической истории, выступал с тезисом, что
хорваты внесли не меньший вклад в освободительную войну,
чем сербы. В 1960 г. ему было присвоено звание генерала, в
1961 г. он ушел в отставку, стал директором Института рабоче-
го движения в Загребе.
316 Petranovia В. Istorija Jugoslavije 1918-1978. Beograd, 1981.
S. 583.
317 11 съезд СКЮ. Белград. 1978. С. 214.
318 Конституция СФРЮ. М., 1975. С. 6.
319 Там же.
320 Мартынова М.Ю. Балканский кризис: народы и полити-
ка. М., 1998. С. 121.
321 Там же.
322 Там же.
323 На данном процессе Степинац выразил полное неприятие
коммунизма и твердую веру в независимую Хорватию. Он был
приговорен к 16 годам каторжных работ, но пробыл в заключе-
нии 5 лет. С 1951 г. освобожден и проживал под домашним
арестом недалеко от Загреба. Умер в 1960 г., причем Тито раз-
решил устроить ему торжественные похороны в соборе Загре-
ба, что вызвало огромное недовольство православных сербов.
324 Bilandžie D. Jugoslavia poslije Tito. 1980-1985. Zagreb, 1986.
S. 6.
325 Европейский альманах. Наука. История. Традиция. 1997.
С. 71.
Глава четвертая
НОВЫЙ БАЛКАНСКИЙ ТУПИК?
Гражданская война, вспыхнувшая в Югославии в середине
1991 года, ныне приковывает внимание научной обществен-
ности и, несомненно, еще долго будет объектом исследования
аналитиков, историков, политологов, экономистов, военных и
представителей многих других направлений научной мысли. Все
они пытаются и будут стремиться дойти до сути, провести ана-
лиз истоков и причин одного из самых тяжелых современных
кризисов в Европе, стараться понять, почему он перерос в кро-
вопролитное столкновение между родственными народами —
сербами, хорватами и мусульманами.
Своей жестокостью у масштабами и геополитическими
последствиями югославский конфликт подвергает испы-
танию не только сложившийся после Второй мировой
войны региональный баланс сил и интересов, но и всю
систему международных отношений, принципов, зало-
женных мировым сообществом и его организациями.
К настоящему времени накоплен значительный докумен-
тальный, фактологический, аналитический материал о причи-
нах югославской трагедии, выдвинуты самые разнообразные,
иногда полярные подходы в оценках субъективных и объектив-
ных факторов, вызвавших кризис и его перерастание в воору-
женный конфликт.
Например, согласно одним версиям, преимущественно рас-
пространявшимся во время югославского конфликта в средствах
массовой информации западноевропейских стран, самая боль-
шая ответственность за войну возлагалась на республику Сер-
бию, которая с помощью военной силы будто бы пыталась со-
хранить прежний общественный строй, совершив агрессию сна-
чала против «демократической» Словении, потом против Хор-
ватии и, наконец, против Боснии и Герцеговины.
Сербскому руководству и всему сербскому народу припи-
сывались имперские устремления установить гегемонию на всей
309
ШЗасильева, ВТав рилов Балканский тупик?..
территории Югославии. Именно на базе таких оценок была
выработана политика международных организаций и отдель-
ных субъектов, которая основывалась на международном при-
знании большинства республик, вышедших из состава Югосла-
вии и как бы явившихся жертвами Сербии.
Отсюда следовал отказ в признании и введение междуна-
родных санкций против Союзной Республики Югославии (Сер-
бии и Черногории), а затем применение против нее разнообраз-
ных форм нажима, предусмотренных главой VII устава ООН,
вплоть до непосредственного военного вмешательства в целях
прекращения военного конфликта и установления мира.
Согласно другому подходу, преобладающему в СРЮ, среди
ученых ряда балканских государств и во многих международ-
ных кругах, стремление возложить всю вину за конфликт на
Сербию рассматривается как сознательная попытка скрыть
подлинные мотивы республик, вышедших из состава Югосла-
вии, а также их зарубежных покровителей, преследовавших
собственные геополитические, экономические и другие цели в
отношении Югославии и на Балканах. В соответствии с иными
концепциями, гражданская война явилась следствием противо-
правного отделения от Югославии некоторых республик, грубо
нарушивших интересы тех наций, которые хотели оставаться в
Югославской федерации. Особенно пострадала та часть серб-
ского народа, которая в результате отделения Словении, Хор-
ватии и Боснии и Герцеговины (БиГ) стала национальным мень-
шинством во вновь созданных государствах. Согласно этим под-
ходам, решение проблем бывшей Югославии можно было до-
биться последовательным применением права народа на само-
определение, которое на равных основаниях учитывало бы ин-
тересы всех югославских народов — и тех, кто хотел бы выйти,
и тех, кто желал бы остаться в СРЮ.
Другие исследователи оценивают югославский кризис и граж-
данскую войну как весьма сложное столкновение на полити-
ческой, этнической и религиозной почве с далеко идущими меж-
дународными последствиями. Главные политические и военные
организации оказались к этому неподготовленными, что позво-
лило югославским республикам, вовлеченным в конфликт, ма-
нипулировать позициями международного сообщества, добива-
ясь тех или иных целей Определенная часть аналитиков глав-
ную причину усматривает во внешних силах, указывая на сво-
его рода «международный заговор» против Югославии, а пос-
леднюю определяет как «лабораторию» по отработке регулиро-
вания региональных кризисных ситуаций в целях изменения
310
Глава четвертая Новый балканский тупик?
баланса сил и достижения тех или иных геополитических це-
лей.
Все перечисленные точки зрения можно при желании под-
крепить фактами, и каждая из них заслуживает внимания и
осмысления. Однако и по сей день, вследствие отсутствия все-
сторонних документальных материалов и наличия достаточно
противоречивой информационной базы, не представляется воз-
можным поставить все точки над «i» при анализе югославской
трагедии.
Имеющиеся материалы дают возможность проследить пос-
ледовательность развития событий, которые привели к крово-
пролитной войне, установить между ними причинно-следствен-
ные связи, выделить определенные этапы возникновения и раз-
вития кризиса, выяснить, была ли возможность иного, кроме
силового, его разрешения.
Был ли предопределен распад Югославской
Федерации?
Югославский кризис 90-х годов порожден внутренними
причинами, имеющими многослойный характер. В то же
время события в бывшей Югославии связаны с международ-
ными условиями, прежде всего с падением коммунистических
режимов в Восточной Европе и его международными послед-
ствиями, с распадом СССР и исчезновением биполярного по-
рядка в Европе.
В югославских событиях можно усмотреть много общих черт
с процессами, происходившими в СССР и других восточноевро-
пейских странах, важной чертой которых является вспышка
национализма. Это явление носит, к сожалению, закономерный
характер.
Русский мыслитель, философ Г.П.Федотов писал, приме-
нительно к России, что момент падения коммунисти-
ческой диктатуры, освобождая национальные силы, в то
оке время является и моментом величайшей опасности.
Он указывал, что это падение несомненно развяжет по-
давляемые в период диктатуры сепаратистские тен-
денции некоторых народов, «которые попытаются вос-
пользоваться революцией для отторжения от России,
опираясь на поддержку ее внешних врагов. Благополуч-
311
ИВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
ный исход кризиса зависит от силы новой власти, ее
политической зрелости и свободы от иностранного дав-
ления»1 .
Реализация права на самоопределение может носить разру-
шительный характер, иметь самые тяжелые последствия для
взаимоотношений между народами. Как было показано в пре-
дыдущих главах, государственно-политический кризис в Юго-
славии был порожден внутренними причинами, в том числе
особенностями развития «самоуправленческого социализма».
Несмотря на то, что на протяжении ряда лет югославский
социализм относительно успешно функционировал, тем не ме-
нее ему были присущи те же автократические черты, что и в
других социалистических странах.
Экономические реформы в 60-х годах способствовали об-
разованию либеральной интеллигенции и политических
группировок, которые стали откровенно критиковать
идеологическую и политическую монополию Союза ком-
мунистов Югославии. Начатые Тито и его соратниками
реформы обернулись против них самих в такой степе-
ни, что продолжение экономической и политической ли-
берализации создало непосредственную угрозу для поли-
тической монополии Союза коммунистов Югославии.
Как писал известный югославский политический деятель
М.Джилас, выступивший против однопартийной системы, в
Югославии неминуемо «должно было дойти до столкновения
между экономикой и официальной политикой»2. На одной сто-
роне оказались интеллигенция, высокообразованные созидатель-
ные силы, пришедшие как изнутри партии, так и извне, и под^
держанные новой для общества группой технической интелли-
генции, бизнесменов-менеджеров, а также широкой публикой.
По утверждению Джиласа, на их пути стояли ряды политичес-
кой бюрократии, творцов так называемых «фабрик» (т.е. про-
мышленных предприятий, построенных более по политическим
и доктринерским соображениям, нежели в силу потребности
экономики). В их ряды влились сельские бюрократы и испы-
танный недруг технического прогресса — политчиновничество
с производства3.
Как указывалось, кризис социализма в конце 60-х — нача-
ле 70-х годов в Югославии разрешился массовыми политичес-
312
Глава четвертая Новый балканский тупик?
кими чистками в Сербии, Хорватии и других республиках и
утверждением новой идеологической программы, положенной в
основу Конституции 1974 года.
Конституция 1974 года, не создав механизма разреше-
ния новых противоречий, лишь способствовала ослабле-
нию центральных органов. Конституционные измене-
ния, по существу, означали бюрократическую децентра-
лизацию. С восстановлением однопартийной системы на
уровне республик и краев и лишением союзных органов
властных полномочий в Югославии установился режим,
который югославские политологи назвали «полицентри-
ческим этатизмом». В условиях полицен.трического эта-
тизма, или национал-этатизма, он определялся как «клас-
сический традиционно-политический федерализм с са-
мостоятельными центрами власти»4.
В результате реформ бюрократический централизм с обще-
государственного уровня спустился на республиканский. Поми-
мо общего центра, представленного СКЮ, армией, службой бе-
зопасности в федеральных органах, возникли политические
центры в республиках и автономных краях. Начал складывать-
ся определенный слой в республиках и краях, получивший наи-
менование «этнократия».
Национальный плюрализм в Югославии питался самоуправ-
ленческой идеей децентрализации политической и экономичес-
кой власти.
Возникала объективно благоприятная почва для создания
этноконфликтной ситуации. В Югославии утонченному нацио-
нализму способствовал и пропагандируемый на общегосудар-
ственном уровне тезис об исключительном, особом «югослав-
ском социализме». Это создавало почву и для внутригосудар-
ственного теоретизирования и манипулирования принципом
«права наций на самоопределение вплоть до отделения», гото-
вились теоретические платформы для создания автономных са-
моуправленческих единиц.
Национальная партократия вела себя в республиках и
автономных краях, как в мононациональном государстве,
оттирая на второй план представителей других наро-
дов. Националистические настроения, распространяемые
в обществе, нашли опору в прежнем идеологическом на-
313
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
следии, в исторической памяти народов. Основным, как
и прежде, стало противоречие между сербскими и хор-
ватскими этнократическими кланами.
Для новой системы были характерны автаркическое эконо-
мическое развитие республик; распад югославского экономичес-
кого пространства; соперничество между их руководителями.
Переход к системе рыночных отношений способствовал обо-
стрению межэтнической конфликтности. Руководство в респуб-
ликах все более опиралось на националистические программы.
После смерти Тито в 1980 году средний доход югославов
сократился в реальном исчислении5. Между различными
республиками Югославии всегда существовал значитель-
ный разрыв в уровне благосостояния. К 1974 году, напри-
мер, уровень благосостояния населения самой богатой
республики — Словении, был в среднем в восемь раз выше,
чем у населения Косово6. Кроме того, возникла и разви-
лась напряженность между городским и сельским насе-
лением.
После смерти Тито усилился процесс дезинтеграции стра-
ны. Республиканские и областные бюрократические кланы стре-
мились к политическому полновластию. Набирала силу «этно-
кратия» как новый правящий слой, в ряды которого вливалась
часть старой партократии, бюрократические слои, дельцы «те-
невой» экономики, националистической интеллигенции. Для всех
этих кланов было характерно стремление к национально-авто-
ритарным формам правления, борьба за власть и собственность,
за контроль над «своей территорией», этнический протекцио-
низм представителям своего национального бизнеса при пол-
ном игнорировании за другими народами тех прав, которых они
добивались для себя.
В начале 80-х годов Югославию охватил экономический кри-
зис: огромный внешний долг лишил ее возможности получать
новые займы и ей пришлось выделить свыше 40 процентов ва-
лютных поступлений на обслуживание иностранных долгов7.
Первым серьезным предвестником кризиса государственности
явились выступления на национальной почве в марте—апреле
1981 года в Косово — наиболее отсталом в экономическом отно-
шении крае.
314
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Экономический кризис привел к резкому обострению со-
циально-экономической обстановки в Косово — выросла
безработица, упал жизненный уровень населения, 90 про-
центов которого состояло из албанцев и 10 процентов —
из сербов, черногорцев и других. Недовольство населения
выросло в мощное движение албанцев, выступивших с
требованием предоставления Косово статуса республи-
ки8 , т.к. только республика обладала правом выхода из
Федерации. В апреле 1981 года в демонстрациях с этим
требованием приняло участие подавляющее число албан-
ского населения края. В Косово были введены части ЮНА,
фактически установлено военное положение.
Косовские события разбередили национальные чувства сер-
бов, для которых Косово имело особое значение. Здесь в сред-
ние века был центр сербского государства, здесь в 1389 году —
сербы потерпели поражение от турок. Эти события легли в ос-
нову народного эпоса, сказаний, легенд, воздействовали на серб-
ское национальное сознание. Отрицательное отношение мест-
ных косовских властей к сербскому населению вызвало волну
сербских переселенцев, устремившихся на север. «Косовский
комплекс» использовался различными политическими течени-
ями в Сербии в их борьбе за власть. Новое поколение сербских
руководителей во главе со Слободаном Милошевичем уделило
особое внимание статусу сербов в Косово и требованиям изме-
нения Конституции.
Во второй половине 80-х годов эта политика была положи-
тельно воспринята подавляющим большинством сербской об-
щественности.
25 ноября 1988 года Скупщина СФРЮ приняла 39 поправок
к Конституции страны, большинство которых касалось хозяй-
ственного механизма. Некоторые отражали новый подход к взаи-
моотношениям Федерации и республики. Центральное прави-
тельство получало право вмешиваться в деятельность респуб-
лик, краев в случае невыполнения союзных законов. Создава-
лась единая финансовая, кредитная, налоговая и валютная сис-
темы. Федерация получила право определять стратегию науч-
но-технического развития страны, создавать фонды товарных
резервов, обеспечивать общественные средства на содержание
армии, принимать союзные законы в сфере экологии, защиты
окружающей среды, а также выступать в качестве арбитра,
разрешать противоречия, возникающие между законами от-
315
НВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
дельных республик и краев. Изменился и статус автономных
краев, которые утрачивали элементы государственности, ста-
новились подотчетными республиканским органам Сербии.
Изменение статуса Косово вызвало негативную реакцию в
других республиках.
3 марта 1989 года решением Президиума СФРЮ в Косово
были приняты специальные меры, введен комендантский час и
арестованы члены руководящих органов края — албанцы Бур-
хан Кавая, Азиз Абраши и Азам Власи, обвиненные в органи-
зации забастовки шахтеров и последующих демонстрациях на-
селения албанской национальности. В Косово было введено «осо-
бое положение», в ходе которого резко ограничивались права
граждан албанского происхождения. Деятельность албанских
политических деятелей и общественных организаций была при-
остановлена.
Словенское руководство отказалось посылать в Косово свои
воинские части. Конфликт между Словенией и Сербией уси-
лился после запрещения словенским руководством проведения
в Любляне митинга сербов и черногорцев из Косово, на котором
они хотели рассказать о событиях в этом крае. В ответ последо-
вал массовый бойкот словенских товаров в Сербии, который
был санкционирован тайными решениями Скупщины Сербии9.
В свою очередь словенское руководство отказалось выполнить
свои обязательства по отношению к федеральному бюджету,
пока будет продолжаться блокада Словении со стороны Сер-
бии10.
Новая Конституция Сербии, принятая в октябре 1990 го-
да, свела правовой статус краев Косово и Воеводины к
территориальной и культурной автономии, лишив их
всех элементов государсгпвенносгпи11. Этот акт не встре-
тил одобрения у руководителей других республик, осо-
бенно в Словении и Хорватии, где такие действия дали
повод обвинять сербское руководство в гегемонистских
устремлениях.
Принятием поправок к Конституции и проведением реформ
руководство СФРЮ намеревалось разрешить противоречие
между все большей самостоятельностью субъектов Федерации
и центральной властью, однако не путем демократических ре-
форм, а с помощью укрепления центральной власти. Автори-
тарный коммунистический режим и однопартийная система
316
Глава четвертая Новый балканский тупик?
насильственно заглушали, но не разрешали межнациональные
противоречия.
Кризис государственно-политической системы оказался не-
избежен. Он был подготовлен развитием самоуправленческого
социализма, который привел не к складыванию общеюгослав-
ского рынка, а скорее к «экономическому национализму». Прак-
тически к концу 80-х годов в Югославии сложилось восемь обо-
собленных народнохозяйственных комплексов по числу респуб-
лик и автономных краев. Этот процесс проявился в формирова-
нии восьми замкнутых энергосистем, сходных явлениях в бан-
ковском деле, промышленной политике и др.
В этом отношении особенно выделялась Словения, наиболее
развитая в экономическом отношении республика. Складывав-
шейся в ней промышленной и финансовой элитой все больше
выдвигались требования связать будущее Словении с Австри-
ей и Германией, а не с остальными республиками Федерации.
Утверждалось, что Словения отчисляет непомерные суммы в
фонд содействия отсталым территориям. В середине 80-х годов
удельный вес Словении в национальном доходе Югославии со-
ставил около 15 процентов, а экспорт этой республики — 20 про-
центов от всего югославского экспорта. Основами промышлен-
ного процветания Словении были относительно хорошая органи-
зация производства, сравнительные преимущества ее географи-
ческого положения, особенно с точки зрения*транзита. В усло-
виях отсутствия государственной внешней торговли словенские
промышленные предприятия имели тесные связи с зарубеж-
ными партнерами, в особенности в Австрии, Германии, Италии.
В конце 80-х годов в словенских средствах массовой инфор-
мации все более усиливался лозунг создания «словенской Швей-
царии» в пределах объединенной Центральной Европы, что
представлялось альтернативой существованию в рамках Юго-
славии, раздираемой национальными и экономическими про-
блемами.
Клубок противоречий между республиками проявлялся в
их взаимных претензиях друг к другу и к центру, переплетал-
ся с внутриреспубликанскими проблемами, выражался в столк-
новении различных политических сил, которые руководствова-
лись собственными национальными амбициями и экономичес-
кими интересами.
Дезинтеграционные процессы получили теоретическое и
идеологическое обоснование. Ряд исследователей определяет,
что становление идеологии национальных движений в Югосла-
317
НВасильева, ВТаврилов Балканский тупик?.,
вии приходится на 60—80-е годы. Первоначально, не затраги-
вая напрямую политические вопросы, авторы программных до-
кументов концентрировали свое внимание на нерешенных про-
блемах национального языка, культуры, религии, истории. В
Хорватии националистические элементы сгруппировались во-
круг культурно-просветительной организации «Матицы Хрват-
ской», развернувшей дискуссии о самостоятельности хорват-
ского языка, пропаганде идеи «возрождения Хорватии».
Как уже отмечалось, в 1967 году была опубликована «Декла-
рация о названии и положении хорватского языка», а в 1970 году
стала нелегально распространяться «Исламская декларация» с
идеей образования исламского государства в Боснии и Герцего-
вине, автором которой был А.Изетбегович. В 1986 году увидел
свет «Меморандум Сербской академии наук и искусств», а в
1987 году свои национальные требования в рамках Югославии
сформулировали словенцы12.
Среди хорватского населения получил отклик распростра-
няемый некоторыми хорватскими средствами массовой инфор-
мации тезис о «засилье сербов». Характерной чертой хорват-
ского национализма было его переплетение с католическим кле-
рикализмом, с его идеями о принадлежности католиков-хорва-
тов к западной цивилизации в противоположность православ-
ным сербам. В исторической литературе хорватских авторов
преуменьшались масштабы преступлений усташей, проводив-
ших геноцид в отношении сербов и других народов13. Аналогич-
ные явления происходили в Словении, где представители ин-
теллигенции пропагандировали идеи «словенской исключитель-
ности».
Эта эскалация борьбы этнократических группировок была
перенесена в средства массовой информации, что привело в
конце 80-х годов к настоящей пропагандистской войне между
республиками со взаимными обвинениями.
Внутриэтнические консолидационные процессы, подогревае-
мые пропагандой о неудовлетворительном, «угнетенном» поло-
жении хорватского и словенского этносов в полиэтническом го-
сударстве, опиравшиеся на традиции национально-освободитель-
ных движений, психологию борьбы за «освобождение» и созда-
ние независимых государств, приобретали гипертрофирован-
ные формы, которые начинали преобладать над консолидаци-
онными процессами и идеей югославизма. Все это вело к кризи-
су югославской Федерации, отражавшему процесс крушения
коммунистического режима в стране и проходившему парал-
лельно с разрушением тоталитарной системы в других странах
318
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Восточной Европы и СССР. Центральные органы Федерации
ничего не могли противопоставить этому процессу, кроме уси-
ления централизации. Запоздалые попытки провести реформу
политической системы ни к чему не привели.
Непосредственный распад СФРЮ последовал вслед за стре-
мительным развалом Союза коммунистов Югославии, который
до поры до времени поддерживал югославское единство. Воен-
ное руководство Югославии в 1989 году на пленумах ЦК СКЮ
предупреждало Президиум СФРЮ и Союзное Исполнительное
Вече (СИВ) о пагубных последствиях дезинтеграционных про-
цессов и попытках использовать Югославскую народную ар-
мию для целей противоборствующих сил.
На 17-м пленуме ЦК СКЮ в октябре 1989 года Союзный
секретарь по делам народной обороны В.Кадиевич указал на
участившиеся попытки влияния на армейские кадры с целью
их ориентации в направлении узких республиканских и крае-
вых концепций14. В том же духе прозвучало предупреждение
его заместителя С.Бровета на 20-м пленуме в январе 1990 года,
который обратил внимание на участившиеся случаи деятель-
ности групп и отдельных личностей, пытавшихся привлечь ар-
мию на ту или иную сторону.
30 января 1990 года в Белграде состоялся последний в
истории СКЮ XIV внеочередной съезд. На нем словен-
ская и хорватская делегации покинули заседание. За этим
последовал фактический самороспуск СКЮ. В итоге он
распался на независимые республиканские организации.
1989—1990 годы были отмечены стремительным переходом
от однопартийной к многопартийной системе. Уже в сентябре
1990 года было зарегистрировано 19 политических партий и
организаций. При этом они создавались в республиках преиму-
щественно на национальной основе. Это были не партии в стро-
гом смысле слова, а идейные течения, возглавлявшиеся груп-
пой единомышленников во главе с лидером. Они не имели четко
выраженных экономических, социальных и политических про-
грамм, но исповедовали одну идею — обрести независимость.
В программах большинства партий на первом месте были не
экономические, а национально-политические требования, бази-
рующиеся на принципах этнического национализма — кон-
фликтной идеологии и психологии. Еще до распада СФРЮ
партии в Хорватии и Боснии оформились по этническому, а не
общеполитическому принципу.
319
^Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
Стремление республиканских элит к полноте власти и ис-
пользование с этой целью узкого этнического национализма в
момент посткоммунистического самоопределения было крайне
опасно и содержало заряд конфликтности.
Хорватское демократическое содружество (ХДС)15 — круп-
нейшая партия в Хорватии в принятой в июне 1989 года про-
граммной декларации провозгласила своей важнейшей целью
установление правового и конституционного порядка, прису-
щего парламентской демократии и плюралистическому обще-
ству. Подчеркивалось, что ХДС «в своей деятельности придер-
живается Конституции СР Хорватии и СФРЮ», но уже тогда в
завуалированной форме конечной целью провозглашалось от-
деление хорватского народа16.
В конце 80-х годов в Югославии имелись силы, предлагав-
шие программу создания общего югославского демокра-
тического движения, которое могло бы путем реформ
сохранить единое государство. В Хорватии существова-
ли не только националистические идеи, но и идеи воз-
рождения демократического югославизма. Предпринима-
лись попытки приспособить коммунистический вари-
ант югославизма к новым условиям.
Помимо воссоздания традиционных партий предвоенной
Югославии— Хорватской партии права (ХПП), Хорватской
крестьянской партии, которые вынашивали идеи создания не-
зависимого хорватского национального государства, создавались
партии, которые видели возможность сохранения Югославии
как формы национального самоопределения югославян для по-
следующих экономических и политических преобразований. Од-
ной из них была партия «Объединение за югославскую демокра-
тическую инициативу» (ОЮДИ), о создании которой было за-
явлено на философском факультете Загребского университета
в «Манифесте за югославянскую демократическую инициативу».
ОЮДИ в феврале 1989 года предлагало конституирование Юго-
славии как демократического и федеративного сообщества, как
сообщества граждан и федеральных единиц. Политическая ре-
форма, по замыслу лидеров ОЮДИ, должна была привести к
созданию в Югославии федеративного сообщества, основанного
на принципах деятельности демократического общеюгославского
парламента и законодательно гарантированного политического
плюрализма17. Возможность формирования объединенной ан-
тикоммунистической и демократической «Ю — оппозиции» в
320
и*
Глава четвертая Новый балканский тупик?
масштабе всей страны рассматривалась группой загребских
аналитиков под руководством Душана Биланджича и Сливена
Летицы. Хорватские аналитики считали, что культурная (этни-
ческая, социальная и т.д.) гетерогенная югославская террито-
рия вновь делает актуальной тезис о конфликтности и дезин-
тегративности Балкан. Новую парадигму единства, как полага-
ли они, следует строить на новых региональных и прагматичес-
ких элементах: не столько на общности «крови и территории»,
сколько исходя из общности экономических и культурных ин-
тересов. По их мнению, надо развивать югославизм на основе
общности экономических интересов, являющихся элементом ев-
ропейской экономической интеграции18.
Не остался в стороне от дискуссий еще тогда существовав-
ший Союз коммунистов Хорватии (СКХ). Хорватские коммуни-
сты выступали за равноправную федерацию— «социалисти-
ческое сообщество свободно объединившихся и равноправных
наций и национальностей, республик, областей». Федератив-
ный принцип, полагали они, должен стать основой взаимоотно-
шений и совместной жизни народов в СФРЮ, а целью является
создание «плюралистической демократии», базирующейся на
суверенности граждан — индивиуумов, на неотъемлемости их
политических прав и свобод, на свободе политической деятель-
ности и создания политических организаций.
Позиция СКХ относительно хорватской республиканской
государственности исходила из того, что Хорватия — это общее
отечество и государство хорватской и сербской наций, а также
территория, на которой разворачивается деятельность других
наций и национальностей, на ней проживающих. Она рассмат-
ривалась как часть СФРЮ — общего отечества и государства
всех югославянских наций и национальностей. Сообщество хор-
ватов и сербов в Хорватии, по мнению руководителей СКХ,
являлось непреложным фактом, основывающимся на истори-
ческом осознании общности основных национальных интересов
в течение длительного исторического периода. Хорватская на-
ция, по мнению хорватских коммунистов, реализует право на
собственную государственность в рамках Социалистической
Республики Хорватия. Хорваты, проживающие в других рес-
публиках, являются частью хорватской нации, но осуществля-
ют свою государственность в рамках этих республик. Нигде в
границах СФРЮ хорватская нация не может быть национальным
меньшинством. Этот принцип должен действовать и в отноше-
нии других народов Югославии19.
Скорее всего, реализация последнего принципа в условиях
12-Балканский тупик?..
321
НЈВасилвева, ВТаврилов Балканский тупик?;.
конфликтного состояния взаимоотношений между отдельными
национальностями в то время могла сыграть положительную
роль в разрешении кризисной ситуации в Югославии. Следует
добавить, что предложенное коммунистами в тот период реше-
ние проблем национальных отношений и государственности от-
ражало определенные исторические концепции, в частности,
иллиризма, являвшихся важной идейной основой не только хор-
ватской, но и сербской национальной интеграции в хорватских
областях.
Однако сложное переплетение социальных, экономичес-
ких, этнических и политических процессов, влиявших
на национальное самосознание народов Югославии, не по-
зволило воспринять и реализовать теории мирного и де-
мократического переустройства этой страны. Подав-
ляющее большинство населения восприняло идеи, осно-
ванные на единственном принципе: «Одна этническая
общность — одна территория — одно государство».
Непосредственно после распада СКЮ все республиканские
союзы (кроме СК Сербии) сохранили свои прежние названия:
Союз коммунистов Словении — Партия демократического об-
новления, Союз коммунистов Хорватии — Партия демократи-
ческих перемен (СКК— ПДП), Союз коммунистов Боснии и
Герцеговины— Социалистическая демократическая партия
(СКБиГ — СДП), Союз коммунистов Черногории. Союз комму-
нистов Сербии в июле 1990 года объявил о своем самороспуске
и об объединении с Социалистическим союзом трудового наро-
да (своеобразный народный фронт) в Социалистическую партию
Сербии.
В основном в 1991 году многие из этих партий завершили
реорганизацию, перейдя на социал-демократические позиции.
СКБиГ — СДП в феврале принял решение о трансформации в
Социалистическую демократическую партию как современную
партию левой ориентации. В Македонии эволюция Союза ком-
мунистов по социал-демократическому пути завершилась со-
зданием Социал-демократического союза Македонии. Словен-
ские коммунисты полностью сняли из названия партии ее пер-
вую часть. СКХ-ПДП была переименована в Социал-демокра-
тическую партию — Партию демократических перемен Хорва-
тии. Позднее она стала называться Социал-демократический
партией Хорватии.
322
12-2
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Нарождающаяся социал-демократия в Югославии склады-
валась из двух отрядов: из перешедших на социал-демократи-
ческие позиции коммунистов и новых республиканских соци-
ал-демократических партий. Социал-демократия выступила за
традиционно национальные рамки своей политической деятель-
ности. С другой стороны, сформировался отряд некоммунисти-
ческих партий, выдвигавших интернациональные, общеюго-
славские идеалы. Среди них в первую очередь надо назвать
Союз коммунистов — движение за Югославию, организацию,
созданную в ноябре 1990 года на базе распавшегося СКЮ.
Отличительной чертой политической жизни страны стано-
вилось то, что все новые партии и оппозиционные силы строили
свои программы на пропаганде национальной идеи своих рес-
публик.
В 1990 году во всех республиках прошли выборы в парла-
менты на многопартийной основе. В Словении, где в весенних
выборах 1990 года участвовали 34 партии, победу одержала
Демократическая оппозиция (ДЕМОС), которая объединяла
несколько партий, а старый коммунистический функционер Ми-
лан Кучан был избран Председателем Президиума Словении.
Еще 14 февраля 1990 года Сабор Хорватии принял поправ-
ки к Конституции, тогда еще СР Хорватии, узаконившей мно-
гопартийную систему. Первые многопартийные выборы прошли
в апреле того же года, на которых ХДС получила более 40 про-
центов голосов. Франьо Туджман, в прошлом генерал титов-
ской службы безопасности, историк по образованию, был из-
бран председателем Президиума Хорватии.
24—25 февраля было проведено первое общее собрание Хор-
ватского демократического содружества, на котором Ф.Тудж-
ман заявил, что Независимое Хорватское государство, провоз-
глашенное в апреле 1941 года усташами под эгидой германских
оккупантов, не было лишь квислинговским образованием и «фа-
шистским злодеянием». Оно явилось выражением «историчес-
ких чаяний хорватского народа»20. Сербское население, состав-
лявшее в Хорватии 12 процентов, не могло не испытывать страха
после этого заявления в связи с воспоминаниями о массовых
злодеяниях хорватских националистов-усташей в годы Второй
мировой войны.
Еще ранее в Хорватии развернулась антисербская национа-
листическая пропаганда. Так, летом 1989 года из хорватской
конституции были исключены положения о сербском языке как
языке сербского населения. Правящую партию в Хорватии
12*
323
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
отличала политика дискриминации граждан другой националь-
ности, веры и политических убеждений, разжигания национа-
листических настроений, антисербская и антиеврейская пропа-
ганда. В республике нагнеталась атмосфера нетерпимости.
Ряд исследователей, в особенности хорватов, отрицают ха-
рактер такой политики. Так, в работе Р.Лукича и А.Линча «Ев-
ропа от Балкан до Урала»21 утверждается, что введение летом
1990 года в Хорватии новой государственной символики — гер-
ба и флага с изображением красно-белой шахматной доски хор-
ватских королей средневековья, которыми пользовались уста-
ши в НХГ, ничего не означало и всего лишь идентифицирова-
лось «демагогической пропагандой коммунистов» с преступле-
ниями усташей22. В действительности эти символы для сербов
были не простым реквизитом, а напоминанием о преступлени-
ях усташей в годы войны.
Свою роль в разжигании сербско-хорватского конфликта в
Хорватии сыграла католическая церковь. Ватикан активно под-
держивал свою паству в Хорватии и занял непримиримую по-
зицию по отношению к православной Сербии. Хорватские кле-
рикалы обращались к религиозным чувствам верующих, к ис-
тории, ссылаясь на непримиримый раскол Европы в эпоху Ви-
зантийской и Римской империй23.
Победа ХДС на выборах повлекла за собой немедленную
замену сербов на хорватов в государственных и админи-
стративных органах, а также в управленческом секто-
ре экономики. Национализм элиты ХДС стал средством
ее утверждения у власти и завоевания поддержки со сто-
роны хорватского населения.
Стали использоваться не только символы периода НХГ, но и
лозунги времен Второй мировой войны, в частности о чистоте
хорватской нации. Проповедовался этноцентризм, нетерпимость
хорватов к сербам, искусственно провоцировалась ненависть к
ним. Многие факты подтверждают, что часто сербы лишались
работы, в первую очередь — представители интеллигенции —
журналисты, дикторы радио и телевидения, писатели, учителя
и преподаватели вузов, хозяйственные руководители, полити-
ческие деятели24.
30 мая 1990 года состоялось конституирующее заседание
избранного на многопартийной основе парламента — Сабора.
Утвержденная им 22 декабря 1990 года новая конституция Рес-
324
12-4
Глава четвертая Новый балканский тупик?
публики Хорватии провозглашала эту республику «Нацио-
нальным государством хорватского народа», а сербское населе-
ние признавалось национальным меньшинством. Таким обра-
зом, была отменена прежняя конституционная формулировка,
согласно которой Хорватия являлась «государством сербского
и хорватского народов». Новая конституция запрещала деятель-
ность партий, «ставящих своей программной целью или своей
деятельностью создающих угрозу насилием демократическому
конституционному строю, независимости, единству или терри-
ториальной целостности Республики Хорватия»25.
В республике стала проводиться кампания проверки сербов
на лояльность, участились случаи нападения на частные пред-
приятия сербов, изъятие у них собственности26. Замена всех
сербов на хорватов в государственно-управленческом экономи-
ческом секторе означала сосредоточение в руках представите-
лей правящей элиты ХДС экономических рычагов власти.
В самой большой республике СФРЮ — Сербии многопар-
тийная система складывалась в очень напряженной обстанов-
ке. В течение 1990 года здесь сформировались и начали актив-
ную политическую деятельность более 40 политических партий
и организаций.
Серьезную оппозицию социалистической партии Сербии
(СПС) составили несколько партий — Демократическая партия
во главе с Зораном Джинджичем, выступавшая за экономичес-
кую свободу, предпринимательство, социальные гарантии и
парламентаризм, и монархическое Сербское движение обнов-
ления во главе с писателем Вуком Драшковичем. Выборы в
парламент принесли СПС три четверти мест в парламенте, а ее
лидер Слободан Милошевич был избран Председателем Прези-
диума Республики Сербии.
28 сентября 1990 года Скупщина СР Сербии приняла новую
Конституцию Сербии, провозгласившую ее демократическим
государством всех граждан, которые в нем проживают, осно-
ванном на свободах и правах человека и гражданина, на гос-
подстве права и социальной справедливости.
Согласно конституции, края теряли атрибуты государствен-
ности и приобретали черты территориальной автономии27. Глав-
ный лозунг Социалистической партии Сербии был «сильная Сер-
бия в сильной Югославии».
Выборы в Боснии и Герцеговине прошли практически по
национальному принципу, что вызвало резкую поляризацию
населения. Даже списки кандидатов в члены Президиума СР
325
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?,.
Боснии и Герцеговины составлялись и публиковались по нацио-
нальному признаку: кандидаты-мусульмане, сербы, хорваты и
кандидаты других народов и народностей.
В результате выборов из 240 мест обеих палат Скупщины
201 место получили три нынешние партии: Партия демократи-
ческого действия (мусульман) — ПДД, Хорватское демократи-
ческое содружество в Боснии и Герцеговине и Сербская демо-
кратическая партия (СДП). Председателем Президиума был из-
бран лидер ПДД мусульман А.Изетбегович.
В Македонии политические партии и организации начали
формироваться в начале 1990 года, в республике также про-
слеживалось деление на партии по национальному признаку.
Сформировалось три блока партий: левый во главе с коммуни-
стами, национальный македонский блок и национальный ал-
банский. С программами «национального спасения» «македон-
ского суверенитета», «объединения трех Македонии» выступи-
ла Внутренняя македонская революционная партия за маке-
донское национальное единство. Ее лозунг звучал так: «За не-
зависимую Великую Македонию» (в границах до 1912 года).
Особенность избирательной компании в Черногории заклю-
чалась в том, что победу здесь одержали коммунисты, которые
возглавили политику реформ, не изменив при этом своей ком-
мунистической идеологии.
Происходившая в Югославии смена общественно-политичес-
ких и экономических структур выявила тенденцию приоритета
национальных политических партий и движений в новой поли-
тической системе. Усиливающаяся тенденция к экономической
и политической обособленности неизменно вела к усилению
напряженности в стране.
Руководителям и идеологам движений за национальное
самоопределение удалось утвердить в национальном со-
знании народов, что путь к демократической системе
лежит в осуществлении права этнической общности на
создание национального государства. Таким образом, шло
противопоставление центра, т.е. Сербии, олицетворяв-
шей коммунистический этатический режим «титов-
ской» Югославии, другим республикам, которые якобы
подвергались угнетению со стороны центра. Но, как по-
казали дальнейшие события, осуществление лозунга на-
ционального самоопределения еще не означало утвержде-
ния у власти демократических сил.
326
Глава четвертая Новый балканский тупик?
В Югославии создавалась довольно своеобразная ситуация,
в которой развитие гражданского общества ограничивалось, с
одной стороны, привычной идеологией коммунизма, а с дру-
гой — национальным тоталитаризмом.
Настоящая политическая битва вокруг будущего устройства
страны развернулась в конце 1990 года, после прихода к власти
в ряде республик националистических сил. Пересмотр струк-
туры всей государственной федеративной системы столкнул
различные концепции возможного объединения республик Речь
шла в основном о двух концепциях: создания Конфедерации
(союза суверенных государств, в котором республики сами ре-
шают, какую часть своего суверенитета передать центру) и Фе-
дерации — единого государства со сложной внутренней струк-
турой и с широкими полномочиями центра.
На заседании Президиума СФРЮ 25 декабря 1990 года было
решено начать переговоры об изменении отношений в югослав-
ской Федерации. С 10 января по 28 февраля 1991 года состоя-
лись три заседания Президиума СФРЮ совместно с предста-
вителями всех республик. Параллельно с 18 января по 1 марта
прошло одиннадцать двусторонних встреч республиканских
делегаций: Сербии и Черногории, Боснии и Герцеговины и Хор-
ватии, Сербии и Боснии и Герцеговины, Хорватии и Черного-
рии, Сербии и Словении, Хорватии и Македонии и т.д.28.
Сербия продолжала отстаивать идею сохранения Югосла-
вии. Она была склонна принять и уменьшенный вариант Юго-
славии, но при условии, чтобы сербы жили в одном государстве.
Сохранение единой Югославии для Сербии было жизненно важ-
но, т.к. в случае ее развала она теряла как сухопутный, так и
морской выход на запад, ибо большая часть Адриатического
побережья доставалась Хорватии. К тому же дискриминацион-
ная политика хорватских властей по отношению к сербскому
населению давала Сербии повод выступить его защитником.
Одной из самых трудных проблем выявления высшей точки
критической ситуации, приведшей к вооруженному конфлик-
ту, является определение критериев, позволяющих оценить
реальное политическое поведение и цели участников данной
конфликтной ситуации.
Последний президент СФРЮ Стипе Месич:
«Мне хотелось увлечь идеей распада Югославии тех, кто
обладал весомым влиянием в Европе — Геншера и Папу. С
Геншером я встречался даже три раза. Он помог мне
получить аудиенцию у Папы. И тот, и другой согласи-
327
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
лисъ, что было бы лучше, если бы СФРЮ перестала су-
шествовать»29.
По-прежнему остается проблемным вопрос, насколько ис-
тинные намерения руководства Хорватии и Словении соответ-
ствовали в 1990 году их видимым усилиям добиться союза юго-
славских республик. Любопытно, что уже после окончания воо-
руженного конфликта 8 ноября 1995 года последний президент
СФРЮ Стипе Месич, выступая по одному из каналов словен-
ского телевидения, заявил, что он был направлен в Белград на
высшую государственную должность с тем, чтобы посредством
тогдашней югославской дипломатии вступить в связь с наибо-
лее влиятельными международными субъектами и убедить их,
что дальнейшее существование Федерации совершенно бессмыс-
ленно.
В ходе той же передачи сами президенты Словении и Хор-
ватии Милан Кучан и Франьо Туджман признали, что они еще
в 1990 году согласовывали свои политические и военные акции,
направленные на раскол Югославии. Другие участники телеви-
зионной передачи — бывший министр обороны Хорватии гене-
рал в отставке М.Шпегель, бывший председатель ЦК СК Сло-
вении Ц.Рибичич заявили, что никому в Югославии не было
дела до конфедерации, хотя Словения и Хорватия формально
предлагали ее30.
Главным стержнем конфликта стали отношения между Сер-
бией и Хорватией. Руководство Хорватии, взяв курс на отделе-
ние от СФРЮ, категорически отрицало права сербов на само-
определение. По признанию американских представителей ко-
миссии по безопасности и сотрудничеству в Европе, после со-
здания национального правительства в Хорватии в 1990 году
главным было усиление недовольства сербского населения на-
рушением прав человека в республике31. Однако более глубин-
ными причинами сербско-хорватского конфликта в Хорватии
можно считать различное отношение сербов и хорватов к судь-
бе Югославского государства. Так, по мнению лидера Сербского
демократического форума в Хорватии М. Пуповаца, «сербы в
Хорватии идентифицировали себя полностью с Югославией»,
они «чувствовали историческую и персональную связь с ЮНА,
что именно они — те, кто создал армию и определил ее роль в
Югославии32.
25 июля 1990 года в тот же день, когда произошла смена
государственных символов в Республике Хорватии, сербское
население в местечке Срб в Лике в присутствии 150 тыс. чело-
328
Глава четвертая Новый балканский тупик?
век приняло Декларацию о суверенитете и автономии сербско-
го народа и об основании Сербского национального веча как
представительного органа в Хорватии. 16 августа это вече при-
няло решение о проведении референдума по вопросу автоно-
мии сербов в Хорватии, а хорватские власти заявили, что вос-
препятствуют референдуму «всеми средствами правового госу-
дарства»33.
17 августа 1990 года подразделения хорватского министер-
ства внутренних дел были направлены в Книнскую область,
чтобы не допустить проведение референдума. В тот же день в
ответ на нападение хорватского спецназа на отделение мили-
ции в Бенковаце сербы захватили оружие у милицейского со-
става и стали строить баррикады на транспортных путях. Этот
факт стал точкой отсчета «сербского восстания» в Книнской
Крайне. Вслед за этими событиями федеральное правительство
призвало хорватское руководство разрешить проведение рефе-
рендума, а граждан Книнской Краины разобрать баррикады. В
конце сентября того же года сербам удалось предотвратить по-
пытку хорватских властей изъять оружие из большинства ми-
лицейских участков в сербских населенных пунктах в Бании.
Специальные силы хорватского МВД вмешались и арестовали
360 человек.
24 августа на внеочередном заседании хорватского Сабора
вместо доктора С.Шувара делегатом от хорватов в Президиум
СФРЮ был направлен Стипе Месич.
23 декабря в Словении состоялся плебисцит, на котором
86 процентов избирателей высказались за независимость сло-
венского государства, после чего Скупщина Словении провоз-
гласила самостоятельность Республики Словении.
Несмотря на то, что федеральные органы, а также создан-
ная ранее группа экспертов из всех республик готовили вари-
анты концепции будущего содружества, Словения и Хорватия
готовились к окончательному выходу из СФРЮ. При этом ру-
ководители этих республик в официальных документах и пуб-
лично выступали с заявлениями о своем желании мирно ре-
шить спорные вопросы. Так, председатель Президиума Слове-
нии М.Кучан 13 февраля 1991 года, выступая на заседании Пре-
зидиума СФРЮ, даже ввел новый термин — «раздружение» —
вместо «отделение», чтобы подчеркнуть добровольный процесс
разъединения Федерации34. Он заявил, что Республика Слове-
ния проведет «акт раздружения» постепенно, по договору и на
основе положений международного права. «Акт раздружения
протекал бы таким образом, чтобы не повредить существую-
329
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
щим интересам новых государств... Взаимные споры мы хотим
решить мирным путем», — подчеркнул М.Кучан35.
Сформированная на заседании Президиума СФРЮ меж-
республиканская экспертная группа 21 марта 1991 года сдела-
ла вывод по ключевым вопросам создания югославского содру-
жества, будь то Федерация или Конфедерация. По мнению эк-
спертов группы, для возможного объединения необходима лишь
общность экономических принципов и интересов, состоявших в
обеспечении единого рынка, включении в европейские интегра-
ционные процессы, согласованной политике в области транс-
порта, связи, энергетики и сельского хозяйства, установлении
единой валюты36.
В отношении концепции обороны, внешней политики и меж-
дународных отношений экспертная группа смогла констатиро-
вать два подхода. По концепции, предложенной Хорватией и
Словенией, «каждое государство— член содружества имеет
собственные вооруженные силы». Все остальные республики
согласились, что «вооруженные силы Югославского содруже-
ства должны быть едиными...»37. В области внешней политики
все республики, кроме Хорватии и Словении, согласились, что
Югославское содружество могло иметь государственно-право-
вой статус, а члены содружества — в рамках договоренностей.
Хорватия и Словения по этому вопросу предлагали, чтобы каж-
дое государство являлось международно-правовым субъектом38.
11 апреля 1991 года на совещании представителей и предсе-
дателей Президиумов всех республик вновь прозвучало два
подхода к разрешению кризиса: союз суверенных государств и
Югославия как единое демократическое союзное государство.
Уже тогда главы республик Черногории и Сербии объявили о
своей позиции, что сербский и черногорский народы решили
продолжить совместную жизнь в~ Югославии. Председатель пре-
зидиума республики Македонии высказался за преодоление
кризиса путем переустройства нынешнего Югославского госу-
дарства в союз суверенных государств по подобию Европей-
ского сообщества, а председатель президиума Боснии и Герце-
говины определил, что выбор из двух подходов могут сделать
только граждане Боснии и Герцеговины через референдум.
Словения тогда же оповестила о своей бескомпромиссной
позиции, занятой в соответствии с принятым на плебисците
решением «стать самостоятельным, суверенным и независимым
государством». Председатель Республики Хорватии заявил, что
хорватская конституция определяет Хорватию как суверенное
государство и в случае, если не удастся подписать договор о
330
Глава четвертая Новый балканский тупик?
создании союза суверенных государств до 30 июня 1991 года,
республика предпримет необходимые шаги для выхода из
СФРЮ39.
Окончательно стало ясно стремление Словении и Хорва-
тии выйти из состава СФРЮ, независимо от того, бу-
дет ли заключен договор о союзе суверенных государств
или нет. Гипертрофированное стремление наиболее пол-
но удовлетворить собственные корпоративные и нацио-
нальные интересы, не считаясь с интересами других
субъектов Федерации, вело к катастрофе.
Главы республик в итоге лишь договорились в течение ме-
сяца поручить республиканским скупщинам обсудить предло-
жение Словении о взаимном разъединении, которое также под-
держал Сабор Хорватии. Словения и Хорватия стремились как
можно быстрее выйти из Федерации, не заботясь о том, что не
были разработаны и согласованы как процедуры выхода, так и
его правовые принципы.
После принятия Сабором Хорватии новой конституции сер-
бы, компактно проживающие на ее территории, сочли, что их
интересы в этой конституции учтены недостаточно, и провозг-
ласили создание сербской автономной области Краины (центр
г. Книн), расположенной на юго-востоке Хорватии. Из 350 тыс.
человек ее населения 95 процентов составляли сербы. Краина
(территория — 12 тыс. кв. км) обладала признаками автономии,
т.к. всю власть в общинах осуществляли сербы. Через этот край
проходили важнейшие сухопутные, включая железнодорож-
ные, коммуникации, связывающие Загреб с Адриатическим по-
бережьем, поэтому Книнская Краина имела для Хорватии важ-
ное геостратегическое значение.
Другая автономная Сербская область была провозглашена в
Придунайской Хорватии. Славония делится на Восточную и
Западную, которые связывает Сербская гряда. Западная Сла-
вония представляла собой гомогенное сербское целое. Сербское
население жило здесь уже 500 лет. В составе Австро-Венгер-
ской монархии эта область называлась Война Краина, являясь
военным поселением сербов, и служила защитой Вены и Пешта
от Оттоманской империи.
В состав Западной Славонии входили общины Подравска-
Слатина, Ораховица, Дони-Михоляц, Славонска-Пожега, Нова-
Градишка, Пакрац, Дарувар, Грубишно-Поле, в которых про-
живало сербское население. Однако в 70-х годах хорватская
331
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
администрация в целях стирания национальной идентичности
стала присоединять к сербским общинам общины с хорватским
населением, что давало возможность превращать сербское на-
селение в меньшинство. В рамках местного самоуправления за-
труднялось решение проблем его культурного и национального
развития40. В Восточной Славонии, в районах Баранья и Запад-
ный Срем также встречались чисто хорватские населенные
пункты.
4 января 1991 года решением исполнительного веча Серб-
ской автономной области Краины было сформировано мини-
стерство внутренних дел, началось создание собственных воо-
руженных сил, которые рассматривались хорватскими властя-
ми как нелегальные, нарушавшие конституционный порядок в
республике. 28 февраля того же года Сербское национальное
вече и Исполнительное вече САО приняли решение об отделе-
нии от Республики Хорватии, подчеркнув, что САО остается в
составе Югославии, а 1 апреля Исполнительный совет Нацио-
нального веча САО Краины принял решение о присоединении
к Республике Сербия и Конституции Югославии.
В Хорватии началась проверка сербов на лояльность хор-
ватским властям, аресты и преследования. В сербские районы
стали направляться силы хорватской милиции для разоруже-
ния сербских формирований и изъятия у них оружия. По сви-
детельству беженцев, имущество арестованных сербов подвер-
галось разграблению. «Как только к власти пришла ХДС, нача-
лось преследование сербов. Известных сербов увольняли с ра-
боты и запугивали. У преследователей были списки. Мы всту-
пили в диалог с членами ХДС, пытаясь избежать конфликта и
жить мирно рядом друг с другом. Несмотря на то, что члены
ХДС получили оружие и амуницию, мы не получили ниче-
го...»,— заявил активист Сербской демократической партии
М.Вучковац из населенного пункта Лучинец в мае 1991 года41.
В другом документе указывалось, что секретарем общинно-
го комитета в Вуковаре был назначен хорват Томислав Мер-
чеп, который окружил себя людьми сомнительных моральных
и профессиональных качеств, бывшими преступниками, кото-
рые взяли на себя полное наблюдение над всем в общине, «не
брезгуя и репрессивными мерами над гражданами общины
Вуковар (незаконным проникновением в частные квартиры...
разграблением квартир, отнятием частных автомобилей... эк-
зекуциями). Таким поведением он создал в городе атмосферу
страха среди хорватского и сербского населения, что повлекло
332
Глава четвертая Новый балканский тупик?
за собой массовое бегство из города, тотальную блокаду работы
полиции... Все хорватское население не одобряет такое поведе-
ние...»42.
В Вуковаре советник по вопросам школьного образования в
Славонии и Баранье Р.Йербич была немедленно уволена, пото-
му что была сербкой. Дом преподавателя истории, также серб-
ки, был полностью разрушен. В одном документе приводится
факт, как солдаты хорватской милиции ворвались в дом и на
глазах у матери отсекли руку сыну до самого плеча. Воин ЮНА
сообщал, что 11 апреля 1991 года началось физическое насилие
и разрушение семейной собственности. Влада Вулинович, жи-
тельница Шибенике, в мае 1991 года была уволена с работы,
т.к. не подписала заявления о своей лояльности хорватским влас-
тям. Вместе с ней уволили еще 28 человек — сербов43.
В других документах приводятся данные о том, что еще до
провозглашения независимости* Хорватии началось массовое
вооружение членов правящей хорватской партии — ХДС, чис-
тки государственных органов, особенно милиции, от граждан
сербской национальности. Сербы без какого-либо повода вызы-
вались в милицию на допросы, увольнялись с работы. В цент-
рах компактного проживания сербов, например, в общине Пак-
рац (Западная Славония), состав милиции насильственно изме-
нялся с сербов на хорватов, что вызвало 2 марта 1991 года
прямое столкновение жителей сербской национальности с хор-
ватскими силами МВД44.
Таким образом, правящий режим, установившийся в Хор-
ватии после прихода к власти ХДС, стал приобретать автори-
тарные черты. Накануне вооруженного конфликта в Хорватию
из-за рубежа начало нелегально ввозиться оружие. Еженедель-
ник «Фронт» (Белград) опубликовал в июне 1991 года своеоб-
разное досье. Указывалось, например, что в доставке оружия
участвовал человек югославско-канадского двойного граждан-
ства Антон Кикаш, заключивший сделку на сумму 2 млн. дол-
ларов между загребским предприятием «Раде Кончар» и зару-
бежными поставщиками при посредничестве австрийской фир-
мы «Геоплан» и содействии других посредников из Германии и
Англии45.
Сельскохозяйственная авиация Хорватии, как правило в
ночное время, прокладывала «воздушный мост» между
венгерским городом Надъканижа и спортивными и сель-
скохозяйственными аэродромами Хорватии для переброс-
333
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
ки оружия из Германии, принадлежавшего ранее ННА
ГДР46.
В конце 1990 года в Хорватии была разработана программа
вооружения при опоре на собственные силы. Хорватские и сло-
венские власти использовали тот факт, что силы территори-
альной обороны подчинялись республиканским властям для
развертывания на их базе нелегальных вооруженных форми-
рований.
4 января 1991 года президент Хорватии принял решение о
создании Веча народной обороны.
Несмотря на то, что Президиум СФРЮ издал Указ о рас-
формировании всех нерегулярных вооруженных формирова-
ний и о передаче оружия, нелегально ввезенного в. страну, бли-
жайшим учреждениям или частям ЮНА, руководители Слове-
нии и Хорватии решительно заявили, что не допустят его реа-
лизации на своих территориях, поскольку это означало бы вме-
шательство ЮНА в дела, находящиеся в компетенции мини-
стерств внутренних дел этих республик.
Президиум СФРЮ еще ранее, 3 октября 1990 года, пытаясь
предотвратить попытки руководства Словении использовать свои
силы территориальной обороны, дал указание о переподчине-
нии их Югославской народной армии, однако оно не выполня-
лось.
Союзный секретариат по народной обороне СФРЮ настой-
чиво добивался разоружения и роспуска всех незаконных (па-
раллельных) вооруженных формирований, приводя достовер-
ные сведения об антиармейской, сепаратистской деятельности
руководства этих республик. В январе 1991 года по телевиде-
нию Югославии был показан снятый скрытой камерой видео-
фильм о нелегальном ввозе оружия в Хорватию. Вся страна
стала свидетелем подготовки Хорватии к применению военной
силы. К афере с нелегальным ввозом оружия был причастен
хорватский генерал Мартин Шпегель47.
Однако заместитель председателя Президиума СФРЮ СМе-
сич 20 января заявил, что Хорватия через торговые связи воо-
ружала свои милицейские силы и что она взяла курс на само-
оборону, поэтому функции регулярной милиции перенесены на
резервный состав. По его утверждению, единственными неле-
гальными военизированными формированиями в Хорватии яв-
лялись те, которые были сформированы сербами в Книнской
Крайне.
334
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Даже после того как Союзный секретариат по народной обо-
роне сделал заявление, что если в Хорватии не будут немед-
ленно разоружены все нелегальные вооруженные формирова-
ния, ЮНА в соответствии с распоряжением Президиума СФРЮ
от 9 января 1991 года сама начнет их разоружение, власти
Хорватии не выполнили это требование48. Прибытие 16 февра-
ля 1991 года специальных подразделений МВД Хорватии в район
Плитвицких озер вызвало многочисленные протесты местных
жителей сербской национальности. В мае того же года про-
изошли вооруженные столкновения между сербским населени-
ем Борова Села и силами МВД Хорватии. В ходе массовых
демонстраций в Задаре и Шибенике уничтожалось имущество
сербов.
12—14 марта 1991 года на заседании Президиума СФРЮ не
было принято предложение Штаба верховного командования о
приведении ЮНА в состояние боевой готовности в связи с ухуд-
шением политической ситуации в стране.
11 апреля 1991 года на встрече председателей и представи-
телей республик была достигнута договоренность о том, чтобы
не позднее конца мая этого же года провести референдум и
разрешить дилемму: быть ли Югославии союзным государством
или союзом суверенных государств.
Однако события приближались к кровавой развязке. Вряд
ли можно считать правомерными выводы тех исследователей,
которые видят причины перерастания государственно-полити-
ческого кризиса в вооруженный конфликт только в безответ-
ственности политиков, в выходе ситуации из-под контроля.
Исторический опыт свидетельствует, что в обществе всегда есть
те или иные силы, готовые прибегнуть к оружию для достиже-
ния своих целей и выжидающие для этого благоприятного мо-
мента.
5 мая 1991 года Ф.Туджман во время посещения Трогира
рекомендовал руководству общины перевести предприя-
тия на выпуск военной продукции и призвал к бунту
против ЮНА. Как опытный политик, историк, автор
многочисленных работ о причинах краха Югославии в
1941 году и об использовании фашистскими оккупанта-
ми национальных противоречий при разделе страны49,
Туджман не мог не понимать, к чему ведет его полити-
ка.
335
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
Официальный Загреб не без оснований полагал, что будет
трудно добиться желаемой цели конституционным путем и что
главным препятствием на этом пути может быть ЮНА. Поэто-
му хорватские правящие крути были заинтересованы в интер-
национализации конфликта. Для этого им выгодно было пред-
ставить ЮНА «агрессором» против «демократической» Хорва-
тии, которая лишь стремится осуществить законное право на-
ций на самоопределение. Об этом неоднократно писала газета
«Народная армия»50.
В свою очередь в Сербии ширилась кампания за проведе-
ние мобилизации и оказание помощи сербам в Хорватии,
население обращалось к традициям четнического движе-
ния, добровольцы из этой республики направлялись в
Восточную Славонию, участвовали в вооруженном столк-
новении в Боровом Селе.
6 мая 1991 года Союзный секретариат по народной обороне
издал уведомление, в котором подчеркивал, что ЮНА будет
отвечать огнем на любое нападение на личный состав, подраз-
деления и объекты армии51.
Немаловажное влияние на события в Югославии и поведе-
ние руководства Словении и Хорватии оказывала междуна-
родная ситуация. Один из исследователей югославской траге-
дии Александр Дугин в статье «Геополитика югославского кон-
фликта» справедливо подчеркивал, что «Балканы — это узел,
в котором сплелись противоречивые интересы всех главных
европейских геополитических блоков. Именно поэтому судьба
балканских народов символизирует судьбу европейских наро-
дов»52. В отношении этого региона отчетливо прослеживается
историческая закономерность, согласно которой глобальные
изменения в соотношении мировых сил всегда неотвратимо от-
ражались на расстановке сил на Балканах.
До распада Варшавского Договора, по мнению югославского
политолога 3. Станоевича, на Балканах существовало равнове-
сие сил. Формула безопасности региона выглядела как «2+2+2».
Это означало две страны НАТО (Греция и Турция), две страны
Варшавского Договора (Болгария и Румыния) и две нейтраль-
ные страны — Югославия и Албания53.
После ликвидации Варшавского Договора и окончания «хо-
лодной войны» для Запада отпала необходимость в су-
ществовании сильной и «нейтральной» Югославии как
336
Глава четвертая Новый балканский тупик?
сдерживающего фактора «советской угрозе». Одновремен-
но усилилась заинтересованность западных держав в кон-
троле над Балканами. Австрия и Германия были заин-
тересованы в создании на месте Югославии новых ма-
лых государств, подвластных их контролю. Турция пре-
тендовала на роль нового регионального центра силыу
которому мешала единая мощная Югославия. Италия
стремилась воспользоваться моментом для пересмотра
своих внешних границ. США хотели раз и навсегда изба-
виться от «кошмара коммунизма» и одновременно ис-
пользовать Балканы в качестве уникальной лаборато-
рии для апробирования своих опытов в области регули-
рования этнонациональных конфликтов.
Совпадают мнения многих аналитиков о прямой заинтере-
сованности Австрии и Германии в распаде Югославии и созда-
нии новых малых государств. В опубликованной в Нью-Йорке в
1992 году книге «Сербы и хорваты: борьба в Югославии» ее
автор АДрагнич проводит исторические параллели с предвоен-
ным периодом, когда хорватские лидеры также опирались на
вмешательство внешних сил, в первую очередь Германии, для
создания «независимого хорватского государства». Он ссылает-
ся на служебные французские документы, свидетельствующие,
что Германия спешила с признанием Словении и Хорватии в
качестве самостоятельных государств для того, чтобы создать
так называемый «Тевтонский пояс» от Балтики до Ядрана54.
С конца 80-х годов стало усиливаться влияние Турции на
Балканах. Это проявилось в наращивании ее экспортного по-
тенциала, возрастающей роли в качестве посредника в торгов-
ле между республиками СССР (а позднее — СНГ) и Западом. В
конечном счете Турция после развала Югославии могла пре-
тендовать на роль нового регионального центра силы. Балкан-
ско-черноморский регион мог стать для нее мостом в Европу.
Поэтому вряд ли Турция была заинтересована в существова-
нии единой Югославии со значительным военным и экономи-
ческим потенциалом.
В Италии также существовали силы, которые надеялись,
что дезинтеграция СФРЮ может поставить вопрос о пересмот-
ре ее внешних границ. В мае 1991 года итальянская Либераль-
ная партия, входившая в правящую коалицию, на своем съезде
потребовала в случае распада Югославии пересмотреть Осим-
ские соглашения 1975 года и возвратить Италии полуостров
Истрия и районы Далмации55.
337
ШВасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?:.
В США прорабатывались последствия так назьгоаемой «ин-
струмента лизации» этнических и национальных факторов во
время возможного кризиса в Югославии56.
Еще в 1987 году сенатор из Канзаса Р.Доул призывал на-
чать крестовый поход в целях уничтожения Югославии. В Лос-
Анджелесе работала радиостанция, которой руководил отец
близкой к этому сенатору хорватки. Эта радиостанция систе-
матически проводила проусташескую пропаганду, восхваляя
Анте Павелича — «великого сына хорватского народа». В фев-
рале 1991 года Р.Доул в сенате США призвал оказать помощь
«некоммунистическим республикам Югославии» и представил
проект закона, по которому США могли обойти стороной цент-
ральное правительство в Югославии57.
Болгарский писатель Стоян Бараков в работе «Открытая
рана Балкан»58, исследуя роль внешнего фактора в распаде
Югославии, справедливо отмечал, что после неожиданного па-
дения Берлинской стены в 1989 году началось перекраивание
карты континента, жестокая борьба за новые сферы влияния.
Он указывал, что Югославская народная армия была среди
первых пяти армий в Европе, которая могла бы встать на пути
этого процесса.
Кульминацией государственно-политического кризиса в
Югославии стали события мая — июня 1991 года. 15 мая
на заседании Президиума СФРЮ не состоялась смена
Председателя, поскольку представитель Хорватии С.Ме-
сич не набрал достаточного количества голосов. Таким
образом, Югославия осталась без главы государства.
19 мая в Хорватии был проведен референдум об отделении
от Югославии. За самостоятельность и суверенное государство
проголосовали 94,17% избирателей. Граждане Сербской авто-
номной области Краины бойкотировали этот референдум.
В мае 1991 года Конгресс США принял решение приостано-
вить американскую помощь Югославии по причине блокирова-
ния руководством Сербии и Черногории выбора С.Месича на
пост председателя Президиума СФРЮ. После этого западные
средства массовой информации стали определять все действия
Сербии как «необольшевистские», не обращая внимания на то,
что происходившее в Хорватии было очень далеко от всех кри-
териев «демократии». Например, 17 июня 1991 года Хорватская
партия права обнародовала «Июньскую хартию», в которой было
338
Глава четвертая Новый балканский тупик?
выражено требование «обновления и восстановления» Незави-
симого государства Хорватия59 на всей исторической и этни-
ческой территории с восточными границами: Суботица — Зе-
мун, Дрина — Санджак — Которская бухта60.
Международная ситуация на Балканах вокруг Югославии
все больше накалялась. В мае 1991 года Австрия, а вслед за ней
и Албания объявили о приведении части вооруженных сил в
состояние повышенной боевой готовности.
В то время как действующие федеральные органы Югосла-
вии пытались предпринять меры для преодоления кризиса в
связи с неизбранием председателя Президиума СФРЮ, 25 июня
1991 года Сабор Республики Хорватии и Скупщина Словении,
игнорируя заявление Союзного Исполнительного Веча СФРЮ
о готовности применить все средства для решения вопроса о
государственном переустройстве Югославии в рамках существу-
ющей Конституции, объявили в одностороннем порядке о про-
возглашении самостоятельных и суверенных государств Хор-
ватии и Словении.
В утвержденных Скупщиной Словении «Основных кон-
ституционных началах о самостоятельности и незави-
симости» одним из мотивов такого решения называлось
то у что «СФРЮ не является правовым государством, и
в ней грубо нарушаются права человека, национальные
права и права республик и автономных краев», и что
«федеративное устройство Югославии делает невозмож-
ным решение политического и экономического кризиса, а
югославские республики не пришли к согласию... о пре-
вращении югославского союзного государства в союз суве-
ренных государств61. Аналогичные определения были даны
и в решении Сабора Хорватии о суверенитете и само-
стоятельности республики62.
Хорватия и Словения отозвали своих представителей из
Союзного веча Скупщины СФРЮ, тем самым заблокировав для
себя дальнейшее конституционное оформление разъединения.
26 июня 1991 года Союзное исполнительное вече СФРЮ
оценило эти решения Словении и Хорватии как незаконные.
Было издано распоряжение о запрете на установление погра-
ничных пунктов на территории СФРЮ, а ЮНА уполномочена
ликвидировать эти пункты и установить контроль над государ-
ственными границами СФРЮ.
339
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
Таким образом была подведена юридическая основа для
применения военной силы против сепаратистских действий двух
республик.
«Дрипа! Вода течет холодная, а кровь у
сербов горячая...»
Особую роль в процессе трансформации СФРЮ из союзно-
го государства в независимые республики играли ее воо-
руженные силы, и прежде всего Югославская народная армия.
В системе государственной власти СФРЮ, как и в других
социалистических странах, армия занимала одно из ключевых
мест. Это определялось особыми условиями, в которых она со-
здавалась, и той исторической ролью, которую армия играла в
зарождении и становлении Югославского государства. Создан-
ные Коммунистической партией Югославии в годы Второй ми-
ровой войны вооруженные силы стали практически первым эле-
ментом новой государственности. Традиции антифашистской,
народно-освободительной борьбы достаточно прочно утверди-
лись в сознании народов Югославии. Этот фактор, несомненно,
оказывал влияние на взаимоотношение между югославским об-
ществом и армией, определяя исторически привилегированное
положение военных в Югославском государстве. Так же, как в
СССР и других бывших социалистических странах, югослав-
ские вооруженные силы рассматривались правящей коммуни-
стической партией не только в качестве военной силы, при-
званной обеспечить внешнюю безопасность страны, но и как
инструмент укрепления ее общественного строя.
Особенности строительства вооруженных сил СФРЮ, их
стратегические задачи были обусловлены положениями юго-
славской военной доктрины63. Как отмечалось выше, она осно-
вывалась на концепции «всенародной обороны» и опоры на «соб-
ственные силы», разработанной с учетом опыта партизанской
борьбы народов Югославии в годы Второй мировой войны, по-
литики неприсоединения к военным блокам, а также ограни-
ченных людских, материальных и территориальных ресурсов
государства. Военной доктриной социалистической Югославии
предусматривалось ведение всенародной оборонительной вой-
ны в целях защиты независимости и территориальной целост-
ности страны. Это положение законодательно закреплялось в
Конституции СФРЮ. Кроме того, Конституция рассматривала
340
Глава четвертая Новый балканский тупик?
территорию СФРЮ как единое целое и законодательно за-
крепляла обязанность вооруженных сил предотвращать попытки
нарушения территориальной целостности страны, что квали-
фицировалось как акт агрессии против СФРЮ64.
Организационно вооруженные силы Югославии имели два
компонента и включали Югославскую народную армию и силы
территориальной обороны (ТО). Югославская народная армия
являлась наиболее квалифицированной и в техническом отно-
шении лучше оснащенной частью вооруженных сил. их удар-
ным компонентом, предназначенным для действий в любых
условиях ведения войны. Она комплектовалась и готовилась на
принципах регулярной кадровой армии, на основе всеобщей
воинской обязанности, как армия всех народов и национально-
стей страны. В составе ЮНА имелись сухопутные войска, воен-
но-воздушные силы и ПВО, военно-морские силы. Армия нахо-
дилась в ведении союзных (федеральных) органов государствен-
ного управления и военного командования.
Территориальная оборона представляла собой систему мест-
ных учреждений и воинских формирований, предназначенных
для мобилизации людских и материальных ресурсов предприя-
тий, трудовых коллективов, сообществ граждан в интересах
всенародной обороны. Войска территориальной обороны фор-
мировались по территориально-производственному принципу
и находились в ведении республиканских (краевых, местных)
органов власти, которые образовывали штабы народной оборо-
ны. В ТО включалось все пригодное к службе население — как
мужчины, так и женщины, не призванные в регулярную ар-
мию. Во время войны в их состав должна была включаться и
милиция.
Важное место в системе всенародной обороны занимала служ-
ба в резерве. Солдаты, отслужив действительную службу, чис-
лились в резерве до 55, а офицеры — до 60 лет. За время на-
хождения в резерве солдаты в возрасте до 45, а офицеры — до
50 лет регулярно привлекались на курсы переподготовки.
В военно-административном отношении в 1991 году страна
была разделена на три военные области со штабами: 1-я— в
Белграде, 3-я — в Скопье и 5-я — в Загребе. Одна военно-мор-
ская область имела штаб в г. Сплит (Хорватия).
Численность ЮНА составляла 180 тыс. человек, в том числе
78 тысяч 600 человек— офицеров и 101 тысяча 400 — солдат.
Силы территориальной обороны вместе с силами в Хорватии и
Словении насчитывали 1 млн. 500 тыс. человек65.
341
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
По состоянию на май 1991 года в ЮНА насчитывалось (в
процентах): 54,2 — сербов, 12,5 — хорватов, 5,2 — черно-
горцев, 2,3 — словенцев, 4,5 — албанцев, 1 — венгров, 7,7 —
других национальностей.
Ряд исследователей считает, что доминирование сербов в
армии и особенно среди командного состава (по одним данным,
сербы составляли 33 процента офицерского корпуса, по дру-
гим — 46 процентов) являлось причиной того, что ЮНА в це-
лом выступила за сохранение федеративной Югославии66.
В то же время хорваты, составлявшие 22 процента населе-
ния, имели в ЮНА 19 процентов от общего числа офицеров и
22 процента — на высших командных должностях67. Командую-
щим ЮНА был В.Кадиевич, хорват, его заместителем — адми-
рал С.Бровет, словенец, командующим ВВС был З.Юрьевич,
хорват. Подобная же ситуация наблюдалась и в федеральных
органах власти, где президентом был Стипе Месич, хорват, фе-
деральным премьер-министром А.Маркович, также хорват, на-
чальником разведывательной службы — З.Мустич, хорват.
Тем не менее в Хорватии и Словении велась пропаганда
того, что ЮНА выступает якобы как орудие гегемонистских,
имперских устремлений сербского руководства в целях созда-
ния «Великой Сербии».
После смерти Тито в соответствии с Конституцией СФРЮ
была приведена в действие система коллективного руководства
страны. Обязанности верховного главнокомандующего вооружен-
ными силами СФРЮ исполнял коллективный Президиум, воз-
главляемый по очереди в течение одного года представителем
одной из республик. Такая система при определенных услови-
ях создавала предпосылки для блокирования механизма дея-
тельности государственных органов, что и произошло в резуль-
тате неизбрания очередного Председателя Президиума С.Ме-
сича, который должен был стать и Верховным главнокомандую-
щим. Фактически с середины мая и до конца июня 1991 года
ЮНА оказалось вне контроля федеральных властей, также как
и республиканские органы власти.
Следует отметить, что соединения и части ЮНА были осна-
щены современным оружием и боевой техникой, значительная
часть которой производилась на предприятиях югославского
военно-промышленного комплекса по самостоятельным разра-
боткам и по советским или восточно-европейским лицензиям, а
также закупалась за рубежом. На вооружении ЮНА имелись
342
Глава четвертая Новый балканский тупик?
боевые танки М-84 (аналог Т-72, Т-34); боевые бронированные
машины (БМП — М-86); артиллерийские системы — свыше
5 тыс. орудий. Всего насчитывалось более 2 тыс. танков и 1 тыс.
БМП и БТР. ВВС располагали боевыми самолетами МиГ-21,
МиГ-29, истребителями-бомбардировщиками «Orel-1», «Orel-2»,
«Jastreb», «Super-Galeb», «Galeb», боевыми и транспортными
вертолетами и другими типами самолетов — всего более 600 ма-
шин68. Часть оружия и боевой техники, в том числе ракеты
класса «земля-земля» (R-65), противотанковые ракетные ком-
плексы, зенитные управляемые ракеты закупались в свое вре-
мя в СССР, восточноевропейских и западных странах.
ВМС СФРЮ располагали четырьмя боевыми кораблями
класса «фрегат», двумя корветами, 70 боевыми катерами раз-
личных типов, 11 подводными лодками69.
В боевом составе сухопутных войск имелось 17 штабов ар-
мейских корпусов, одна механизированная дивизия, а также
отдельные бригады: механизированные (8), мотопехотные (41),
танковые (6), горные (5), альпийские (1), амфибийные (1), спе-
циального назначения (21)70.
Как отмечала газета «Народная армия», на просторах стра-
ны в 1991 году находилось более миллиона вооруженных лю-
дей.
Политические лидеры нескольких республик Югославии
безответственно использовали националистические чув-
ства населения в своих личных целях. Тем не менее это
не было обычной своекорыстной борьбой в руководстве.
Многие сербы, хорваты и другие югославы охотно взя-
лись за оружие, стремясь решить свои проблемы и ото-
мстить за прошлые обиды.
Вооруженный конфликт на территории Словении, Хорва-
тии, а затем Боснии и Герцеговины (БиГ) имел свои особеннос-
ти и отдельные фазы развития.
Фаза вооруженного конфликта в Словении. Вооружен-
ный конфликт в Словении условно можно разделить на два
этапа: первый — с 26 июня по 1 июля, второй — со 2 по 4 июля
1991 года. По своему содержанию он вылился в конфликт меж-
ду Федеральным центром и республикой.
Известно, что территория Словении по физико-географи-
ческим условиям имеет ряд особенностей. В первую очередь
это местами труднодоступные лесистые горы. Это явилось серь-
езным препятствием для эффективного использования броне-
343
НВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
танковой техники ЮНА, ограничивало свободу маневра и пере-
движения. В то же время гористая местность, покрытая леса-
ми, создавала исключительно благоприятные условия для парти-
занских акций словенской стороны.
Численность населения Словении на 1991 год составляла
1 млн. 970 тыс. человек. В том числе 90 процентов — словенцы,
2,2 процента — сербы, остальные — представители других на-
циональностей.
К моменту вооруженного конфликта словенские силы тер-
риториальной обороны под республиканским командованием
насчитывали около 36 тыс. человек, вооруженных легким пе-
хотным оружием. У них имелось также противотанковое и ар-
тиллерийское вооружение. Полицейские силы насчитывали не-
многим более 7 тыс. человек71.
Министром обороны Словении был назначен Янез Янша —
известный словенский гражданский ученый, автор теоретичес-
ких работ о роли вооруженных сил в Европе.
25 июня 1991 года за несколько часов до того, как словен-
ский парламент принял Декларацию о независимости
республики, ее руководство приказало силам террито-
риальной обороны и специальным войскам подготовить-
ся для акции по занятию казарм ЮНА в Словении. 26 июня
словенская сторона начала занимать таможенные и по-
гранично-пропускные пункты и заменять пограничные
знаки СФРЮ на словенские на границах Словении с Ита-
лией, Австрией, Венгрией. Федеральный флаг Югославии
также заменялся на словенский12.
В тот же день премьер-министр СФРЮ А. Маркович на
основании решения Союзного исполнительного веча о незакон-
ности действий Словении дал указание командованию ЮНА
использовать ее войска с целью взять под контроль пропуск-
ные и таможенные пункты на государственной границе СФРЮ
с Италией и Австрией, овладеть важными стратегическими аэро-
дромами, взять под контроль обстановку в Любляне73.
Эту операцию планировалось осуществить силами войск 5-й
военной области, дислоцированных в Хорватии и частично в
Словении со штабом в Загребе.
Уже к 27 июня стало ясно, что операция развивается не-
удачно. Начавшие до 26 июня выдвижение к.назначенным рай-
онам части оперативного применения и подразделения ЮНА
из состава 14 и 31 армейских корпусов, а также 4 тбр, 140 мбр,
344
Глава четвертая Новый балканский тупик?
32 мбр (10 и 32 АК) неожиданно встретили сильное и организо-
ванное сопротивление сил территориальной обороны и мили-
ции Словении.
Позднее в печати появились сообщения о том, что словен-
ское руководство получило возможность заранее ознакомиться
с планами операции и использовать полученную информацию
для организации эффективного сопротивления ЮНА.
Особенно неудачным было продвижение танковых колонн в
сторону границы с Австрией, так как по пути следования по-
всеместно на дорогах возводились баррикады, применялось бло-
кирование мест постоянной дислокации частей ЮНА, миниро-
вание подъездных путей, от армейских военных городков от-
ключали электроэнергию и воду.
В течение первого дня частям ЮНА удалось достичь италь-
янской границы и занять ряд пограничных пунктов.
27 июня командующий 5-й военной областью генерал-
лейтенант К. Колшек направил послание премьер-мини-
стру Словении, в котором информировал его, что войска
имеют приказ взять под контроль и защитить госу-
дарственную границу СФРЮ и что войска будут дей-
ствовать по правилам ведения боевых операций74. Это
послание было расценено словенским руководством как
ультиматум, после чего в республике была объявлена мо-
билизация.
Словенские руководители развернули активную политико-
дипломатическую деятельность, обратившись за помощью к ряду
европейских стран. Так, министр иностранных дел Словении
Д. Рупел вел переговоры с австрийским министром иностран-
ных дел Алоизом Моком, прося содействия международных
сил для прекращения акции ЮНА. А. Мок в свою очередь не-
медленно сообщил о ситуации правительству США и министру
иностранных дел Люксембурга, который пообещал установить
контакт по данному вопросу с Европейским сообществом75. Пред-
ставители словенского министерства иностранных дел встреча-
лись с дипломатами Италии, Австрии, Венгрии, Ватикана. От
имени словенского парламента были направлены письма всем
членам Конференции по безопасности и сотрудничеству в Ев-
ропе, Европейскому парламенту.
28 июня президент Словении М. Кучан договорился по теле-
фону с адмиралом Стане Броветом о временном прекращении
огня, однако эта договоренность нарушалась с обеих сторон.
345
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
В тот же день ЕС приняло решение направить в Югославию
миротворческую министерскую «тройку» — Жака Поса (Люк-
сембург), Джани де Микелиса (Италия) и Ханса Ван ден Брука
(Нидерланды) и заморозить всякую экономическую помощь
Югославии.
Член Президиума СФРЮ от Словении Я. Дрновшек обра-
тился к Федеральному президиуму и Федеральному правитель-
ству с требованием прекратить применение военной силы.
К исходу 29 июня войскам федеральной армии удалось про-
рвать заслоны на границе с Хорватией и перебросить подкреп-
ление к югославско-австрийской границе. Ввиду затяжных боев
в Словении и обострения обстановки в Хорватии военное ко-
мандование приняло решение об активизации мобилизацион-
ных мероприятий в Сербии, Боснии и Герцеговине. В то же
время в целях оказания психологического давления на словен-
цев была предпринята попытка проведения демонстративного
налета ВВС ЮНА. Однако эти шаги не позволили переломить
ход событий в пользу ЮНА.
На дальнейшее развитие ситуации повлияло то, что 1 июля
в присутствии делегации ЕС Президиум СФРЮ все же объя-
вил представителя Хорватии С. Месича председателем Прези-
диума, несмотря на то что 15 мая он не набрал положенного
количества голосов, а Б. Костича — заместителем председате-
ля. Члены Президиума из Сербии, Черногории, Воеводины и
Косова потребовали письменных гарантий от ЕС, что Сабор
Хорватии и Скупщина Словении будут соблюдать трехмесяч-
ный мораторий на реализацию решений об отделении респуб-
лик76 . После этого войскам ЮНА поступил приказ о возвраще-
нии в места их постоянной дислокации. Это касалось и сил тер-
риториальной обороны Словении.
Однако места расположения частей ЮНА по-прежнему ос-
тавались блокированными словенской стороной, а словенцы по-
прежнему продолжали захватывать здания, принадлежавшие
федеральным войскам. Усилилось морально-психологическое
давление на военнослужащих ЮНА — словенцев. К 1 июля на
сторону словенских сил территориальной обороны перешло бо-
лее 780 военнослужащих, а 1 277 человек было взято в плен77.
После избрания С. Месича председателем Президиума
СФРЮ определенные крути в федеральных органах стали от-
ходить от линии на недопущение выхода Словении из состава
Югославии и использования в этих целях военной силы. В ре-
зультате возникли противоречия между ними и командовани-
ем ЮНА, которое теряло опору в государственных органах вла-
346
Глава четвертая Новый балканский тупик?
сти, продолжая выполнять предписанные ему Конституцией
СФРЮ функции. Практически шел процесс распада государ-
ства и утраты армией ее предназначения — защиты государ-
ственной целостности СФРЮ.
Именно в этот момент в позиции командования ЮНА
все более отчетливо начинает проявляться тенденция к
самостоятельным действиям в ходе вооруженного кон-
фликта.
Ситуация в Словении вновь обострилась 2 июля, когда ар-
мейское командование без согласования с федеральными орга-
нами решило возобновить боевые действия.
На этот раз в качестве важнейшей задачи было определено
деблокирование окруженных в Словении частей ЮНА. При этом
предполагалось широкое использование авиации для оказания
поддержки сухопутных войск.
По словенским данным, в операции 2—4 июля участвовало
250 танков и транспортных средств ЮНА. При захвате некото-
рых пограничных пунктов на австрийской границе были ис-
пользованы части типа «командос». Однако в ряде населенных
пунктов, в частности в районе Краковски Гозд, частям ТО Сло-
вении удалось дезорганизовать действия танковых колонн78.
В общей обстановке осуждения действий ЮНА обществен-
ными и политическими силами в самой Югославии, требований
международных организаций прекратить кровопролитие пер-
спектива дальнейшей эскалации вооруженного конфликта в
федеральных органах не получила поддержки.
К исходу 3 июля 1991 года был отдан приказ об отводе войск
в места их постоянной дислокации, а 4 июля активные боевые
действия в Словении были прекращены.
В период вооруженного конфликта некоторые зарубежные
государства предпринимали особую активность. Например, ми-
нистр иностранных дел Германии Ганс-Дитрих Геншер 2 июля
встретился со словенским руководством, вел активные перего-
воры с президентом Кучаном. Германский министр предложил
создание кризисного комитета в рамках конференции в Праге
по безопасности и сотрудничеству в Европе, на которой с 3 июля
1991 года обсуждался вопрос о югославском кризисе.
Выявились различные подходы европейских держав к кон-
фликту в Югославии. Министр иностранных дел Авст-
рии Алоиз Мок заявил, что Австрия готова признать
347
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Словению и Хорватию. Напротив, английский министр
иностранных дел, выразив озабоченность по поводу юго-
славских событий, указал, что Великобритания никогда
не сделает этого и что Запад может очень мало повли-
ять на то, чтобы предотвратить войну, если сербы,
хорваты, словенцы решились на нее79.
4 июля в Загребе завершились переговоры о деталях пре-
кращения огня между словенской делегацией и представите-
лями федеральных органов и ЮНА. Словения одним из усло-
вий выдвинула требование, чтобы военнослужащие ЮНА оста-
вили на месте все оружие, боевую технику, вернули снаряже-
ние и материалы, а также всю собственность, находившуюся в
их распоряжении. Командование ЮНА на это не согласилось80.
После длительных переговоров стороны договорились о пре-
кращении огня и продолжении переговоров на двух уровнях:
по военным вопросам на уровне военного командования и поли-
тическим — на высшем уровне81.
В то же время президент Югославии С. Месич и премьер-
министр А. Маркович заявили, что не отдавали приказа о на-
ступлении ЮНА 2 июля, таким образом возложив ответствен-
ность за применение силы на военное руководство.
Президиум СФРЮ все еще пытался сдержать процесс рас-
пада государства или в крайнем случае поставить его под кон-
троль. Он обнародовал специальное послание, в котором содер-
жались требования восстановления положения на государствен-
ных границах, существовавшего до военных действий, полного
снятия блокады с частей и соединений ЮНА, возвращения все-
го имущества и снаряжения, всей военной собственности в рас-
поряжение федеральных властей, отвода всех сил территори-
альной обороны и других воинских формирований и их перехо-
да на мирное положение, немедленного освобождения всех плен-
ных и арестованных в Словении82.
Вечером 6 июля 1991 года по белградскому телевидению
выступил союзный секретарь по народной обороне СФРЮ
В. Кадиевич. Он констатировал, что началась заключи-
тельная фаза слома Югославии и что восторжествовали
шовинизм и национальная рознь. При этом он отметил,
что антиюгославские силы не могли действовать без
поддержки извне. Кадиевич высказался за то, что кризис
в Югославии не может быть решен с помощью армии, а
только политическими средствами83.
348
Глава четвертая Новый балканский тупик?
С 5 по 7 июля словенские руководители провели серию встреч
и переговоров с представителями ряда зарубежных стран и
международных организаций, чтобы заручиться их поддерж-
кой. Так, глава словенского правительства А. Петерле посетил
Брюссель, вице-президент Л. Шешерко прибыл в Рим, Я. Дрнов-
шек провел переговоры с австрийским канцлером Враницким и
с делегатами национальных партий Европарламента, прибыв-
шими в Любляну, которые на пресс-конференции заявили, что
поддерживают усилия Словении, и обещали поддержку в ее
международном признании84.
7 июля 1991 года на острове Бриони состоялась встреча пред-
ставителей ЕС, руководства Словении и Хорватии, членов Пре-
зидиума СФРЮ, представителя Союзного Исполнительного
Веча, министра внутренних дел и Союзного секретаря по на-
родной обороне. В итоге была принята декларация о мирном
разрешении югославского кризиса. Стороны согласились при-
нять трехмесячный мораторий на реализацию решения о вы-
ходе Словении из состава СФРЮ, договорились о решении всех
дальнейших вопросов в ходе переговоров на основе Хельсинк-
ского акта. Коллективный Президиум должен был продолжать
выполнять все функции, в том числе осуществлять контроль
над армией. В отношении пограничного режима была достигну-
та компромиссная договоренность: контроль за пересечением
границьГ сосредоточивался в руках словенской полиции, кото-
рая должна была действовать в соответствии с федеральными
предписаниями. Таможенные службы по-прежнему должны
были отчислять доход в федеральные органы, а пошлины взи-
маться чиновниками словенской таможенной службы85. Таким
образом, контроль за государственной границей в Словении фак-
тически перешел к этой республике.
Все внутренние и международные авиалинии, проходящие
над Югославией, оставались под контролем компетентных фе-
деральных органов.
8 ходе переговоров были согласованы условия для прекра-
щения огня. Среди них — снятие блокады с воинских частей и
военного имущества ЮНА, безоговорочное возвращение ЮНА
в казармы, расформирование территориальных подразделений,
освобождение всех арестованных до 8 июля 1991 года, задер-
жанных в связи с военными действиями. Было решено создать
наблюдательную миссию из представителей ЕС — из военных
и гражданских чинов, численностью до 30—50 человек86.
12 июля Президиум СФРЮ одобрил Брионскую деклара-
цию и принял решение демобилизовать до 18 июля все воору-
женные формирования, кроме ЮНА и регулярного состава
349
ШВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
милиции мирного времени, восстановить на границах СФРЮ
состояние, действовавшее до 25 июня, а также деблокировать
казармы и военные объекты87.
18 июля на заседании Президиума СФРЮ было принято
решение о выводе ЮНА из Словении в течение трех месяцев, а
29 июля это решение начало осуществляться88.
Таким образом, федеральными властями де-факто был при-
знан выход Словении из СФРЮ.
Во время вооруженного конфликта погиб 61 человек Среди
них 39 человек — военнослужащие ЮНА. Общее число ране-
ных достигло 315 человек, в том числе 163 солдата и офицера
ЮНА89.
Фактическая неудача частей ЮНА в выполнении постав-
ленных боевых задач во внутригосударственном конфликте была
следствием многих факторов, первостепенное значение среди
которых имел морально-психологический. Армия готовилась к
отражению внешнего агрессора, а ареной войны стала своя стра-
на, врагом — соотечественники. Офицеры и солдаты ЮНА сло-
венской национальности оказались в деморализованном состоя-
нии, под сильным морально-психологическим прессом. Им надо
было выбирать между сохранением верности военной присяге и
борьбой против собственного народа. В атмосфере враждебнос-
ти оказались семьи военнослужащих-сербов, живших на тер-
ритории Словении.
Недооценены были и боевые возможности словенских сил
территориальной обороны, которые имели хорошую военную
подготовку и умело использовали партизанскую тактику бое-
вых действий.
Войска ЮНА, участвуя во внутреннем конфликте в Слове-
нии, оказались в монолитной враждебной среде, встретив еди-
нодушное противостояние словенского населения, что оказало
на них деморализующее воздействие. Неоднозначно можно оце-
нить использование танковых средств, которые скорее приме-
нялись с целью демонстрации военной силы для запугивания
словенцев. На неудачный результат операции повлияли уда-
ленность словенского театра военных действий от основной груп-
пировки вооруженных сил СФРЮ, а также угроза военным
коммуникациям в Хорватии вследствие напряженной внутрен-
ней обстановки в этой республике.
Фаза вооруженного конфликта в Хорватии. Бели выход
Словении из состава СФРЮ сопровождался кратковременны-
ми вооруженными столкновениями, а в дальнейшем этой быв-
350
Глава четвертая Новый балканский тупик?
шей югославской республике удалось остаться в стороне от во-
оруженного конфликта, то в Хорватии он вспыхнул в середине
лета 1991 года и продолжался практически до подписания Дей-
тонских соглашений в конце 1995 года
Конфликт сразу охватил всю сферу сербско-хорватских от-
ношений и возник как межэтнический. Имеются две противо-
положные точки зрения о сущности этого противостояния. По
мнению одних, конфликт был инспирирован руководством Сер-
бии. После потери федеральной армией Словении оно утратило
надежду на сохранение единого Югославского государства и
поэтому решило использовать создание в Хорватии двух серб-
ских автономных областей для осуществления идеи объедине-
ния всех сербских территорий в единое государство «Великая
Сербия» путем захвата сначала части территории Хорватии, а
затем Боснии и Герцеговины, используя для этого ЮНА90.
Согласно другой точке зрения, хорватским руководством было
нарушено право компактно проживающих сербов на самоопре-
деление, которые хотели остаться в составе единого Югослав-
ского государства. Эта точка зрения основана на том, что суть
сербского вопроса в Хорватии состояла в стремлении хорват-
ских сербов к политическому и национальному самоопределе-
нию, чтобы быть субъектом государственного права как «серб-
ский народ», а не часть хорватского народа. Позднее, в 1995 году
в интервью американской телекомпании Си-эн-эн президент
Сербии С. Милошевич указывал, что это был «конфликт между
различными этническими группировками за их интересы и за
разные интересы тех внешних факторов, которые поддержива-
ют эту войну»91.
Еще до войны в Словении, в Хорватии шло наращивание
противоборствующих группировок. До распада СФРЮ с одоб-
рения хорватского руководства в республике стали создавать-
ся различные воинские формирования. На базе республиканс-
кой милиции особого назначения (МУП) создавались военизи-
рованные формирования Сбора национальной гвардии (ЗНГ),
территориальной обороны за счет лиц исключительно хорватс-
кой национальности. В мае 1991 года состоялся смотр сил Сбо-
ра национальной гвардии. После провозглашения декларации о
независимости Хорватии хорватское руководство объявило фе-
деральный закон о военной службе недействительным. Начал-
ся процесс преобразования вооруженных формирований в ре-
гулярную армию, вводилась типовая организационно-штатная
структура, создавалась система управления, связи. Если в июне
351
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
1991 года в вооруженных силах Хорватии насчитывалось лишь
20 тыс. человек, то к августу они выросли до 120 тысяч.
Захватывая боевую технику и оружие у ЮНА, закупая во-
оружение за рубежом, налаживая военное производство на рес-
публиканских заводах, вооруженные силы Хорватии получили
боевые танки, БТР, артиллерийские системы, противотанковые
и зенитные средства, тактические ракеты «R-65», боевые кате-
ра. Хорватская промышленность к концу 1991 года стала про-
изводить заградительные средства (противотанковые и проти-
вопехотные мины и препятствия) на предприятиях «Рапид» в
Вировитице, «ОЛТ» в Осиеке, «Джуро Джакович» в Славон-
ском Броде, предприятиях в Риеке и Загребе92. Противотанко-
вые средства — ручные гранаты, безоткатные пушки и т.д. про-
изводились на предприятиях в Осиеке, Риеке, Задаре, Загребе;
зенитные пушки — на заводах в Славонском Броде, Карловаце
совместно с одной немецкой фирмой; минометы и боеприпасы к
ним — на предприятиях в Шибенике, Задаре и других городах;
бронетранспортеры — в Загребе, Карловаце, Сплите, Осиеке93.
По сообщению газеты «Народна армия», хорватские воору-
женные силы получали из-за рубежа средства ПВО, аналогич-
ные состоявшим на вооружении ЮНА, позднее — малые пере-
носные ракетные системы американского производства типа
«Стингер»94.
Среди военных, перешедших на хорватскую сторону, были
высокопоставленные военные руководители, такие как генерал-
полковник авиации Антон Туе, бывший командующий ВВС и
ПВО Югославии, получивший пост начальника генерального
штаба (стожерства) Хорватии.
В итоге всех мероприятий к осени 1991 года хорватские во-
оруженные силы состояли из армии (Хорватское войско), Сбо-
ра национальной гвардии (ЗБГ), территориальной обороны (ТО),
которые находились в ведении министерства обороны, а также
МУПа, имевшего самостоятельное командование. Таким обра-
зом, организационная структура вооруженных сил Хорватии
создавалась по образцу ЮНА.
В середине июня 1991 года хорватское руководство при-
ступило к проведению крупномасштабной операции по
борьбе с отрядами самообороны сербов, которые были
созданы практически во всех пунктах сербских автоно-
мий — в Сербской Крайне, Восточной Славонии, Запад-
ной Славонии, Баранье и Западном Среме95.
352
12*
Глава четвертая Новый балканский тупик?
По решению хорватского правительства еще ранее была
начата осада военных городков и других объектов ЮНА на
хорватской территории. Так же, как и в Словении, прекраща-
лись водоснабжение, подача газа и электроэнергии, подвоз про-
дуктов питания в места дислокации частей ЮНА. По некото-
рым данным, блокада и окружение казарм дали возможность
хорватской стороне захватить более 200 танков и другого воо-
ружения96. Согласно хорватской версии событий, подхваченной
средствами массовой информации Западной Европы и США,
вооруженное противостояние было инспирировано Сербией и
ее руководством, которые обвиняли хорватов в возрождении
усташских порядков периода Второй мировой войны.
Сербский академик Д. Чосич в июле 1991 года заявил: «Серб-
ский народ в Хорватии подвергается жизненной угрозе
возрождения хорватского фашизма (усташества). Госу-
дарственный террор и реальная война ведутся в Хорва-
тии против сербского народа. В то же время героическое
сопротивление сербов в Хорватии вносит вклад в воз-
рождение сербского национализма. Так, террор убедит
всех сербов, что они должны объединиться и создать
общее национальное государство».
Принципиальное разногласие между Хорватией и Сербией
заключалось в вопросе о внутренних границах вновь образо-
ванных государств. Хорватское руководство государственной
границей Хорватии считало бывшую административную гра-
ницу, а сербское руководство — этническую границу компакт-
ного проживания сербов в Хорватии, оставляя, таким образом,
сербские территории вне границ нового хорватского государ-
ства.
Ясно одно — Хорватия стала действовать вне конституци-
онных рамок, решая вопрос о границах в одностороннем поряд-
ке. Отсутствие реакции со стороны международно-правовых
институтов, которые были призваны определить с точки зре-
ния международного права, является ли односторонняя декла-
рация о независимости основанием для самостоятельного ре-
шения Хорватией вопроса о границе, давала возможность двум
противоборствующим сторонам действовать в соответствии со
своими интересами.
Конфликтная ситуация между Хорватией и Сербией
имела территориальную основу, хотя официально ру-
3 Балканский тупик?..
353
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
ководство Сербии заявляло, что «не имеет никаких тер-
риториальных претензий к соседям»97.
В середине июня в треугольнике Осиек — Вуковар — Вин-
ковцы и в районе городов Пакрац и Петриня (Придунайская
Хорватия) вспыхнули столкновения сербов и хорватов. Жители
сербских сел отказывались устанавливать хорватские флаги с
новой символикой. Направленные в эти области 15 августа
1991 года части хорватских войск и отряды националистичес-
ких добровольческих частей столкнулись с ожесточенным со-
противлением в районе Окучане. Тогда хорватские вооружен-
ные силы начали нападать на сербские села на территории
Пакраца, Дарувара, Грубешно-Поле, Подравска-Слатина, Ора-
ховица, Славонска-Пожега.
В этих условиях войска ЮНА получили задачу обеспечить
разъединение враждующих сторон, чтобы предотвратить кро-
вопролитие. Первоначально части и подразделения ЮНА за-
нимали позиции в третьем эшелоне обороны сербских населен-
ных пунктов (первые два составляли отряды территориальной
обороны и сербской милиции)98. В сербских населенных пунк-
тах стали создаваться общинные штабы территориальной обо-
роны. Усилился поток сербских беженцев из Хорватии в Бос-
нию и Герцеговину, Сербию, Черногорию. Например, общину
Окучане покинуло 894 семьи сербов".
После эскалации боевых действий части ЮНА все больше
стали втягиваться в вооруженные столкновения, беря под за-
щиту сербское население в Хорватии. По некоторым данным, к
середине августа 1991 года сербы при поддержке ЮНА заняли
15 процентов территории Хорватии100.
Чтобы исправить это положение, хорватское руководство
ускорило процесс формирования национальной армии. Была
осуществлена мобилизация резервистов, создана «гвардия ве-
теранов». В республику был разрешен въезд легионам усташей
из стран Латинской Америки, Австрии, Германии. Многие из
них вступали в отряды крайне правой хорватской партии пра-
ва во главе с Д. Парагой. Их действия отличались особенной
жестокостью. Опубликованы документальные данные, что захва-
ченных в плен они сажали на кол, выкалывали им глаза, отре-
зали уши, живыми бросали в шахты101.
Хорватские вооруженные силы изменили тактику. Главным
противником была определена ЮНА, основной формой боевых
действий стали налеты на важные военные объекты, нападе-
354
13-2
Глава четвертая Новый балканский тупик?
ния на войсковые колонны, блокирование воинских гарнизонов,
взрывы на автомагистралях.
В спешном порядке хорватские силы атаковали 100 ка-
зарм ЮНА па территории Хорватии. 60 из них, по сооб-
щению загребского радио, было захвачено. В результате
нападавшим достались большие запасы оружия. В конце
августа были блокированы казармы в районе Сплита, про-
должалась эскалация вооруженных столкновений между
хорватской стороной и ЮНА во многих районах Хорва-
тии, особенно в Вуковаре.
В свою очередь федеральное армейское командование пред-
приняло операции по разблокированию гарнизонов и выходу
частей ЮНА в сербонаселенные районы, в ходе которых приме-
нялись артиллерия, бронетанковая техника, боевые самолеты.
В сентябре 1991 года боевые действия распространились
почти на всю территорию Хорватии, включая города Вараж-
дин, Вировитица и другие.
Позднее объединенные действия ЮНА и сербских сил са-
мообороны были определены хорватской стороной как сербская
агрессия и захват хорватской территории, хотя сербы защища-
ли территорию, на которой проживали сотни лет.
В результате наступательных действий ЮНА и серб-
ских отрядов самообороны был установлен контроль над
40 процентами территории Хорватии и определен ру-
беж на линии Копривница, Врбовац, Петриня, Карловац,
Госпич, Задар, что в основном соответствовало этни-
ческим границам проживания сербов в Хорватии.
Эти действия ЮНА подверглись осуждению не только со
стороны Хорватии, но и международных организаций, а также
федеральных органов СФРЮ. 18 сентября на заседании Союз-
ного исполнительного веча глава правительства Анте Марко-
вич поставил вопрос о роли ЮНА в войне и потребовал отстра-
нения от должности союзного секретаря по народной обороне
В. Кадиевича и его заместителя.
8 октября 1991 года хорватский Сабор принял решение о
разрыве государственно-правовых связей с СФРЮ и провоз-
гласил самостоятельность этой республики, а 16 октября пра-
вительство Хорватии дало ЮНА срок до 10 ноября, чтобы по-
13*
355
ШВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
кинуть территорию республики. Однако боевые действия про-
должались, несмотря на ряд двусторонних договоренностей о
прекращении огня.
Вооруженное сербско-хорватское противоборство в Хорва-
тии вызвало вспышку националистических настроений не только
в Хорватии, но и в Сербии. Тысячи добровольцев стали форми-
ровать отряды «четников» для помощи своим «братьям за Дри-
ной». Полувоенные формирования возглавлял глава сербской
радикальной партии Воислав Шешель. В интервью белградско-
му журналу «Дуга» он заявил, что сербы получали оружие от
сербской полиции и персонально от Р. Богдановича, одного из
близких соратников С. Милошевича. Он также утверждал, что
две полувоенные организации «Белый орел» и «Тигры» действо-
вали в Хорватии под командованием контрразведывательной
службы Югославии102.
Хорватская сторона все активнее проводила политику этни-
ческих чисток территорий от сербского населения. Так, по при-
казу так называемого кризисного штаба хорватские власти 29 ок-
тября 1991 года приняли решение о выселении из Западной
Славонии населения из 24 сербских сел в течение 48 часов. В
ходе этой акции было полностью уничтожено и сожжено 17 серб-
ских сел. В начале ноября части хорватской армии изгнали с
территории Западной Славонии (районы Псунь, Папука, Било-
горье) более 25 тыс. мирных жителей сербской национальности,
среди которых большинство составляли старики, женщины и
дети. Тогда же в Боснию бежало 10 тыс. человек. Из Вуковара
члены Сбора народной гвардии и усташских формирований
также изгоняли сербское население. После занятия Вуковара
частями ЮНА 18 ноября 1991 года были найдены многочислен-
ные могилы массовых захоронений убитых сербских жителей,
среди которых 5 детей в возрасте до 5 лет. Эти факты приводи-
лись в меморандуме правительства Югославии о преступлени-
ях геноцида в Хорватии от 31 января 1992 года103.
По данным Красного Креста, в Югославии было зарегистри-
ровано 250 тыс. беженцев. На территории Хорватии была унич-
тожена или разрушена 71 церковь, уничтожено более 600 мага-
зинов, разорены тысячи квартир и домов, принадлежавших
сербам. По указанию Туджмана полиция могла входить в лю-
бой дом без особого разрешения104. Сербы, веками проживав-
шие на этой земле, изгонялись и уничтожались с помощью во-
енной силы.
В октябре—ноябре 1991 года ЮНА вела боевые действия в
Хорватии с целью закрепления занятых рубежей в районах
356 *
13-4
Глава четвертая Новый балканский тупик?
проживания сербов, а также взятия удерживаемых хорватами
городов в районах компактного проживания сербов. Югослав-
ская армия стремилась разгромить основные группировки хор-
ватских формирований в Южной и Северной Крайне, Западной
и Восточной Славонии.
Для осуществления активных наступательных действий
командование ЮНА создавало оперативные группы в со-
ставе 1—2 армейских корпусов, группировки частей и
соединений различных родов войск.
Особенно ожесточенные бои велись в Вуковаре (Восточная
Славония) на границе Сербии и Хорватии, где была сосредото-
чена крупная военная группировка ЮНА. Вуковар был важ-
ным стратегическим пунктом, овладение которым давало воз-
можность войскам ЮНА продвинуться в Западную Славонию и
далее к Загребу. Уличные бои в городе велись с применением
всех видов оружия и продолжались в течение 86 суток. Город
был полностью разрушен, а его 60-тысячное население попол-
нило число беженцев.
Второй очаг военных действий образовался на юге, у горо-
дов Адриатического побережья Дубровник, Шибеник, Задар.
Поскольку стала очевидной неизбежность распада СФРЮ,
то армия выполняла установки на вывод сербских тер-
риторий из-под юрисдикции хорватских властей, что-
бы гарантировать их населению право решать самостоя-
тельно вопрос о возможности присоединения к новой Юго-
славии или воссоединения с Республикой Сербия.
Федеральные власти СФРЮ до конца 1991 года предприни-
мали шаги по прекращению кровопролития. Так, 9 ноября Пре-
зидиум СФРЮ направил в Совет Безопасности ООН письмо, в
котором просил о немедленном направлении миротворческих
сил в Хорватию. Эта деятельность проходила на фоне полити-
ки геноцида, проводимого хорватскими властями по отношению
к сербскому населению. Доказательства были представлены на
Конференции по Югославии, проходившей в Гааге под эгидой
ЕС. 5 ноября 1991 года президент Сербии С. Милошевич выра-
зил осуждение политики ультиматума и угроз со стороны Ев-
ропейского сообщества применить санкции против Югославии.
Была заявлена позиция руководства Сербии, в соответствии с
которой оно не могло согласиться «с разрушением Югославии
357
НЈВасшњева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
одним росчерком пера». Милошевич заявил, что только равно-
правное рассмотрение возможности сохранения Югославии как
совместного государства тех, кто желает его сохранить, решило
бы возникшие проблемы. «Признанием права на жизнь в одном
государстве народов и республик, которые хотят остаться в Юго-
славии, была бы обеспечена ее преемственность»105.
Говоря о положении и правах сербского народа в Хорватии,
Милошевич выразил уверенность, что после событий, связан-
ных с уничтожением сербских сел и переселением сербов из
Западной Славонии, сербы в краинах вряд ли могут остаться
под суверенитетом и гарантией хорватских властей106.
22 ноября 1991 года специальный посланник Генерального
секретаря ООН Сайрус Вэнс провел в Белграде переговоры о
возможности направления в Хорватию миротворческих сил ООН.
Главным условием этой акции он определил наличие времен-
ного соглашения о создании условий для мира и безопасности.
Предполагалось размещение войск и полицейских наблюдате-
лей ООН на отдельных территориях Хорватии, определенных
как «территория под защитой ООН». Эти области были бы де-
милитаризованы, все вооруженные силы из них выведены. Пред-
полагалось, что под защиту ООН будут включены области, в
которых сербы составляют большинство или значительную часть
населения — Восточная Славония, Западная Славония и Краи-
на107.
24 ноября 1991 года в представительстве ООН в Женеве в
присутствии председателя Конференции по Югославии лорда
П. Каррингтона и представителя Генерального секретаря ООН
С. Вэнса состоялась встреча С. Милошевича, Ф. Туджмана и
секретаря по народной обороне СФРЮ В. Кадиевича, на кото-
рой было достигнуто 14-е соглашение о прекращении огня в
Хорватии. 27 ноября того же года Совет Безопасности ООН
принял резолюцию № 721 о необходимости направления в Юго-
славию миротворческих сил.
Однако после договоренности о прекращении огня, как и в
предыдущих случаях, хорватские вооруженные силы предпри-
няли наступление в Западной Славонии, в результате которого
еще 70 тысяч сербов покинули районы своего проживания. Серб-
ские силы территориальной обороны и гражданское население
оставили районы Подравска Слатина, Ораховица, Дарувар,
Пакрац, Славонска Пожега. Северная линия фронта была ус-
тановлена у Пакраца108. Таким образом, до прибытия миро-
творческих сил хорватская сторона стремилась занять буль-
358
Глава четвертая Новый балканский тупик?
шую территорию. Хорватским сербам удалось к концу года за-
крепиться и удерживать рубеж вдоль этнической сербско-хор-
ватской границы.
Это умиротворение было временным, поскольку хорватское
руководство не отказалось от использования военной силы для
ликвидации Республики Сербской Краины и распространения
хорватской юрисдикции на ее территорию.
Серьезным образом на положение в Хорватии повлияла
позиция стран — членов Европейского сообгцества. По мере
того как каждое из соглашений о прекращении огня, до-
стигнутых при посредничестве ЕС, быстро провалива-
лось, все большее число его членов склонялось к односто-
роннему признанию независимости Словении и Хорватии
как средству стабилизации положения и прекращения
вооруженного конфликта.
Фундаментальной чертой политики ЕС в отношении Юго-
славии в этот период являлось то, что в ней не было последова-
тельности и единства. Решающее влияние на ситуацию оказала
позиция Германии, которая стала настаивать на дипломатичес-
ком признании в одностороннем порядке Хорватии и Словении,
взяв за основу принцип самоопределения этих республик. Этот
принцип был подвергнут резкой критике со стороны руковод-
ства Сербии и Черногории, которые усмотрели в таком подходе
нарушение права сербского народа в Хорватии на самоопреде-
ление, а поддержку хорватских сепаратистов со стороны субъек-
тов мирового сообщества расценили как поощрение сепаратиз-
ма и нарушение Устава ООН о защите территориальной целост-
ности государств — ее членов.
В декабре 1991 года Германия официально заявила, что при-
знает независимость Словении и Хорватии. 2 декабря 1991 года
Совет министров ЕС решил, что экономические санкции будут
применены только в отношении Сербии и Черногории. Тем са-
мым эта организация всю вину за вооруженный конфликт воз-
ложила на эти две республики, отойдя от беспристрастного под-
хода в решении югославской проблемы.
17 декабря того же года в Брюсселе на заседании министров
иностранных дел стран — членов ЕС была принята Деклара-
ция, проект которой был подготовлен Германией и Францией. В
ней были определены общие критерии признания новых госу-
дарств в Восточной Европе и Советском Союзе. Среди них —
359
ШВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
уважение прав этнических и национальных меньшинств, при-
верженность незыблемости границ и др.109. В тот же день пред-
ставители государств — членов ЕС приняли Декларацию о при-
знании независимости тех югославских республик, которые вы-
двигают такое требование110.
До 23 декабря того же года югославские республики долж-
ны были заявить, что они хотят быть признанными в качестве
независимых государств, подтвердить признание обязательств,
утвержденных в документе о критериях признания. Исполне-
ние этого решения планировалось начать 15 января 1992 года
Суверенитет Хорватии был фактически признан еще
до реализации этой республикой всех требований Декла-
рации о признании независимости и до решения всех эко-
номических, политических, территориальных проблем,
которые члены ЕС провозгласили в качестве критериев
такого признания.
Члены ЕС, по всей вероятности, считали, что дипломатичес-
кое признание может стать инструментом прекращения войны,
или же руководствовались иными интересами. При этом игно-
рировались права сербской части населения Хорватии, которое
выступало против включения занимаемой им территории в со-
став нового государства. Не был решен вопрос о правопреем-
ственности бывшей СФРЮ, а также не определены междуна-
родно-правовые вопросы для тех субъектов Федерации, кото-
рые пожелают остаться в составе единого государства. Все эти
факторы создавали прецедент для дальнейшего расширения и
углубления конфликта.
Хотя формально Хорватия была признана международным
сообществом в рамках ее внутренних границ, существовавших
до войны, размещение войск ООН на территории Республики
Сербской Краины как бы закрепляло состояние послевоенного
статус-кво. Тем самым создавался новый повод для использо-
вания военной силы для захвата спорных территорий.
19 декабря 1991 года население Краины провозгласило
Республику Сербскую Краину (РСК) и рассчитывало при-
обрести международное признание, независимость и право
самим определять, в каком государстве им жить. Скуп-
щина Краины приняла постановление, согласно которо-
му на территории РСК будет действовать Конститу-
360
Глава четвертая Новый балканский тупик?
ция Югославии. В этой республике сложилась однопар-
тийная система власти, парламент возглавила Сербская
демократическая партия.
Правящая партия ХДС Хорватии после вступления «голу-
бых касок» на территорию Сербской Краины, так же как и
оппозиционные партии — и «демократические», и «либераль-
ные», — выступала за военное решение «сербской проблемы».
Их объединяло стремление любой ценой подавить националь-
ное движение сербов, живущих в Хорватии111. В республике
укрепились позиции Хорватской партии права, ее лидер Д. Па-
рага, выступая с программными заявлениями в июле 1992 года,
заявил: «В Хорватии только один народ может быть полити-
ческим — это хорваты. Может быть только один алфавит —
это латиница. Не может быть сербской православной церкви, но
только хорватская православная церковь. С сербами больше не
может быть никогда совместной жизни...»112
После принятия государствами — членами ЕС Декларации
о признании независимости югославских республик Президиум
СФРЮ как субъект международного права еще какое-то вре-
мя пытался функционировать, не соглашаясь с выводом арбит-
ражной комиссии ЕС о том, что СФРЮ находится в стадии
распада. В свою очередь Республика Сербия 25 декабря 1991 года
заявила, что действия Европейского сообщества вышли далеко
за рамки своего предложения «доброй помощи», на основе ко-
торого оно получило согласие составных частей Югославской
федерации выполнять посреднические функции в урегулиро-
вании конфликта. Но ЕС не было уполномочено вмешиваться
во внутренние дела Югославии, «включая и попытку самоволь-
ной отмены существования Югославии как государства»113.
12 февраля 1992 года представители власти Сербии и Чер-
ногории на встрече в Титограде приняли положение о функцио-
нировании Югославии как единого государства. 27 апреля того
же года на торжественном заседании Скупщины СФРЮ, На-
родной скупщины Республики Сербии и Скупщины Республи-
ки Черногории была провозглашена преемственность государ-
ственного, международного, правового и политического субъек-
та СФРЮ в новом совместном государстве — Союзной Респуб-
лике Югославии (СРЮ). Тогда же была выражена готовность
признать все югославские республики, провозгласившие неза-
висимость. СРЮ объявила, что не имеет территориальных пре-
тензий ни к одной из бывших республик и будет придержи-
361
ШЗасильева, В.Гаврилов Балканский тупик?..
ваться всех обязательств в отношении территории Краины в
Хорватии, находящейся под защитой войск ООН.
В июне 1992 года первым президентом СРЮ стал сербский
писатель, академик Д. Чосич, а премьер-министром — бывший
американский предприниматель М. Панич. Однако новая Юго-
славия не была признана международным сообществом в каче-
стве правопреемника бывшей СФРЮ и не стала членом ООН.
22 января 1993 года хорватские вооруженные силы пред-
приняли наступление на территорию Республики Сербской
Краины в районы так называемой «розовой зоны», находив-
шейся под контролем сил ООН. Главной целью этих действий
был захват аэропорта вблизи Задара, моста Масленица и дам-
бы в Перуче, открывавших путь к Адриатике. Имеются сведе-
ния о том, что Хорватия опиралась на финансовую и военно-
техническую помощь Германии, за что хорваты в случае успе-
ха операции обещали германской стороне уступить пользова-
ние портами Риека и Пула114.
Президент Республики Сербской Краины объявил состоя-
ние войны и общую мобилизацию. Министерство иностранных
дел Сербской Краины направило ноту правительству СРЮ с
просьбой о помощи115.
Югославский президент Д. Чосич информировал Совет Бе-
зопасности ООН о хорватском наступлении и указал на по-
следствия этого акта агрессии. Тем самым хорватская сторона
вновь создала угрозу обострения вооруженного конфликта и
прямого военного вмешательства вооруженных сил СРЮ. 25 ян-
варя 1993 года была принята резолюция № 802 Совета Безо-
пасности ООН, которая требовала немедленного прекращения
боевых действий, вывода хорватских сил с ранее захваченных
территорий Сербской Краины и возвращение тяжелого воору-
жения сербов под контроль сил ООН. Тем не менее хорватские
вооруженные силы, несмотря на принятую резолюцию, захва-
тили гидроэлектростанцию в районе Перучи116. Бои на южных
рубежах Краины продолжались до конца января 1993 года. В
результате сопротивления сил ТО Сербской Краины хорват-
ское наступление было приостановлено.
Окончательное решение проблемы Сербской Краины было
осуществлено Хорватией уже позднее с помощью вооруженно-
го захвата ее территории в период гражданской войны в Бос-
нии и Герцеговине.
Боевые потери Хорватии в сербско-хорватском кон-
фликте, по одним данным, на сентябрь 1993 года соста-
362
Глава четвертая Новый балканский тупик?
вили 6 651 убитыми, 24 028 ранеными и более 12 тысяч
пропавшими без вести. О потерях ЮНА имеется циф-
ра— 1 279 офицеров и солдат, погибших и умерших от
ран117. А в общей сложности на территории Хорватии
погибло более 30 тыс. человек.
Таким образом, если в конфликте в Словении федеральные
органы власти с помощью ЮНА пытались воспрепятствовать
выходу Словении из СФРЮ, то в вооруженном конфликте в
Хорватии войска ЮНА фактически оказались втянутыми в
вооруженный конфликт, выступив в защиту одной этнической
части населения этой республики — сербского народа, подверг-
шегося притеснениям со стороны хорватских властей. В свою
очередь без конституционного решения вопроса о будущей судьбе
СФРЮ хорватское руководство стало создавать собственные
вооруженные силы, которые вступили в противоборство с ЮНА
и сербскими силами территориальной обороны в целях распро-
странения юрисдикции хорватских властей на территории ком-
пактного проживания сербского населения, провозгласившего
свою независимость.
Фаза вооруженного конфликта в Боснии и Герцеговине.
В процессе распада СФРЮ республика Босния и Герцеговина
(БиГ) также не избежала вооруженного конфликта на своей
территории. Причем здесь он принял крайне ожесточенные
формы межнациональных столкновений и гражданской войны.
До 1991 года численность населения этой республики рав-
нялась 4 млн. 400 тыс. человек. Из них — 43,7 процента состав-
ляли мусульмане славянского происхождения, 32,3 процента —
сербы; 17 процентов — хорваты. Жили в БиГ и представители
других национальностей — турки, албанцы и др. Географичес-
ки эта республика расположена в центральной части бывшей
СФРЮ и занимает более 20 процентов ее общей территории.
Через нее проходят все транзитные пути, связывающие Сер-
бию с Хорватией и Словенией. Территория БиГ чрезвычайно
богата сырьевыми ресурсами. На нее приходилось 85 процентов
общеюгославских запасов железных руд, более 40 процентов
бурых углей, 40 процентов бокситов, около 60 процентов асбес-
та, значительная доля свинцово-цинковых руд и других полез-
ных ископаемых. БиГ обладает огромным гидроэнергетическим
потенциалом — по ее территории протекает более тысячи боль-
ших и малых рек. Здесь сосредоточены значительные запасы
Древесины (30 процентов от всех лесных запасов СФРЮ)118.
Эта республика в отличие от Словении и Хорватии имеет
363
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
очень сложную этническую карту. Из 106 ее общин только 10
являются мононациональными, в 8 общинах преобладает 80—
89 процентов населения одной национальности. В 49 общинах
преобладали мусульмане (в основном -■— этнические сербы), в
37 — сербы, в 20 — хорваты. Но и в тех, и других районах
имелись отдельные населенные пункты (анклавы) с населени-
ем иной этнической общности.
Особую роль БиГ играла в рамках военной инфраструктуры
СФРЮ. Она была местом сосредоточения резервных команд-
ных пунктов, крупных танкодромов, аэропортов и ракетных
баз. 65 процентов военной промышленности бывшей Югосла-
вии было сосредоточено на ее территории, в том числе заводы
по ремонту реактивных установок, танков, артиллерийских ору-
дий, самолетов и военного снаряжения119.
После падения коммунистического режима в республике
начался процесс политического размежевания по национально-
му принципу. Как было отмечено выше, принятие документов о
независимости, референдумы проходили отдельно среди серб-
ского, хорватского и мусульманского населения.
Одни исследователи видят причину военных столкновений
в невозможности трех основных народов договориться о буду-
щем устройстве Боснии и Герцеговины, об отношении к судьбе
Югославского государства. Иные рассматривают вооруженный
конфликт в БиГ как продолжение сербско-хорватского кон-
фликта, в котором Сербия и Хорватия преследовали собствен-
ные геополитические, территориальные интересы. По их мне-
нию, Сербия вначале не могла мириться с суверенитетом ухо-
дящей республики, а позднее стала проводить ту же тактику,
что и в Хорватии, поддерживая созданную путем плебисцита
среди сербского населения Сербскую Республику. Хорватская
община также стремилась, опираясь на Хорватию, к формиро-
ванию собственного государственного образования в БиГ. Му-
сульмане, напротив, выступали за сохранение единого государ-
ства.
Так или иначе, у каждой из сторон имелись свои аргументы
для объяснения и оправдания проводимой ею политики.
Несомненно, что сербская сторона была заинтересована в
контроле над территорией Боснии и Герцеговины по военно-
стратегическим соображениям. Имеются факты о том, что с
января 1991 по январь 1992 года территория этой республики
была использована для переброски частей ЮНА из Сербии и
Черногории, а также сербских полувоенных формирований в
364
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Хорватию, особенно осенью 1991 года. С аэродромов в Бихаче,
Баня Луке производились авиационные налеты ВВС ЮНА на
хорватские населенные пункты120. Немаловажное значение имел
военно-промышленный потенциал республики.
Некоторые зарубежные авторы приводят сведения о су-
ществовании у федерального правительства СФРЮ так
называемого плана «Рама», определявшего рамки новых
границ для третьей Югославии, в которой все сербы с их
территориями объединялись в единое государство. Этот
план якобы был утвержден премьер-министром А. Мар-
ковичем в сентябре 1991 года, а детали его были опубли-
кованы в независимом белградском еженедельнике «Вре-
мя». Военные цели данного плана будто бы состояли в
создании наземного коридора между Сербией и сербски-
ми территориями Хорватии121. Какие-либо официаль-
ные источники, подтверждающие существование подоб-
ного плана, пока отсутствуют.
Решение Скупщины Боснии и Герцеговины конституировать
независимость республики может быть объяснено стремлением
избежать вовлечения в войну между Сербией и Хорватией.
Однако меморандум о независимости и платформа о положе-
нии Боснии и Герцеговины о будущем устройстве Югославско-
го содружества была принята 14 октября 1991 года после объяв-
ления повестки дня заседания Скупщины БиГ исчерпанной и
после ухода из зала депутатов-сербов. Это дало повод сербам
не согласиться с этим решением.
В меморандуме было заявлено, что БиГ не согласится ни на
какое решение о будущем устройстве Югославского содруже-
ства, если там одновременно не будет Сербии и Хорватии. В
документе указывалось, что Босния и Герцеговина сделает все,
что в ее силах, чтобы «остаться нейтральной» по отношению к
событиям в Хорватии. «Это подразумевает, — говорилось в ме-
морандуме, — что ее граждане не выступают ни на одной сто-
роне и что ее территория не будет использована для военных
целей»122. В Платформе о положении Боснии и Герцеговины
республика провозглашалась демократическим суверенным го-
сударством народов Боснии и Герцеговины — мусульман, сер-
бов, хорватов и других народов и народностей. Ее территория
объявлялась единой и неделимой. Высказывалось намерение
подписать договор о Югославском содружестве в составе шести
365
Н.Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
республик бывшей СФРЮ на основе конвенций о взаимном
признании суверенитета и о неизменности границ нынешних
республик и о создании нового югославского содружества. За-
являлось, что в столкновении двух или более соседних респуб-
лик в рамках Югославского содружества Республика БиГ бу-
дет поддерживать арбитраж международного сообщества, если
договоренностей в стране нельзя достичь мирным путем123.
Далее развитие событий стало повторять хорватский сцена-
рий. 9 ноября 1991 года в сербских общинах был произведен
плебисцит, на котором сербский народ высказался за то, чтобы
остаться в Югославском государстве. 21 декабря 1991 года Скуп-
щина сербского народа в БиГ проголосовала за резолюцию о
создании «Сербской Республики Боснии и Герцеговины» в рам-
ках союзного государства Югославии в случае принятия му-
сульманской и хорватской общинами в Боснии и Герцеговине
решения о выходе из Югославии124. Это было предпринято в
ответ на обращение руководства БиГ в Совет министров Евро-
пейского сообщества от 20 декабря 1991 года о признании этой
республики странами-членами ЕС.
Руководство республики признало результаты односторон-
него плебисцита в сербских общинах незаконными. Тем не ме-
нее 9 января 1992 года Скупщина сербского народа БиГ про-
возгласила независимость Сербской Республики Боснии и Гер-
цеговины. Были сформированы республиканские органы влас-
ти — Скупщина, Президиум, правительство. Такое решение было
мотивировано правом сербского народа на самоопределение. По
мнению сербской стороны, с созданием унитарного государства
Боснии и Герцеговины сербский народ в нем был бы нацио-
нальным меньшинством при доминирующей позиции мусуль-
мано-хорватской коалиции. Поняв, что сохранение БиГ в соста-
ве Югославии невозможно, представители Сербской Республи-
ки выдвинули идею реорганизации БиГ в конфедеративную или
мягкую федеративную ассоциацию трех национальных респуб-
лик125 .
Определенное влияние на дальнейшее развитие ситуации
оказало заключение арбитражной комиссии ЕС от 15 ян-
варя 1992 года, в котором говорилось, что выражение воли
части населения Боснии и Герцеговины конституиро-
вать Сербскую Республику БиГ как суверенное государ-
ство не может считаться полностью обоснованным.
Было рекомендовано провести референдум с участием
366
Глава четвертая Новый балканский тупик?
всех без исключения граждан республики Боснии и Герце-
говины126 .
28 февраля 1992 года еще до проведения такого референду-
ма Скупщиной Сербской Республики была принята конститу-
ция, которая объявила, что в Республику включаются террито-
рии автономных областей, общин и других сербских этничес-
ких районов. Сербская Республика, согласно этой конституции,
провозглашалась частью союзного государства Югославии (еще
до образования СРЮ). Ее столицей был назван город Сараево,
который одновременно являлся столицей БиГ. Руководство рес-
публики БиГ во главе с А. Изетбеговичем признало эти акции
незаконными. Проведенный 1 марта 1992 года республиканский
референдум, от участия в котором сербы отказались, санк-
ционировал независимость Республики Боснии и Герцеговины.
Таким образом, были созданы непосредственные предпосылки
для дальнейшего развития конфликта. А в условиях полной
неопределенности внутренних границ между национальными
анклавами, смешанного проживания представителей трех на-
циональных групп в ряде крупных городов (в первую очередь —
в Сараево) нарастало желание у каждой из сторон установить
контроль над «своей» территорией с помощью военной силы.
Незначительного повода было достаточно, чтобы вспыхнули во-
оруженные столкновения.
Ситуация в Боснии и Герцеговине отличалась крайней за-
путанностью, тем более что Сербия и Хорватия стремились
разыграть боснийскую карту, исходя из своих интересов, во-
влекая в их осуществление свои национальные силы в БиГ. В
свою очередь эти национальные силы в республике имели соб-
ственные интересы, особенно мусульманская сторона.
Ситуация обострилась в результате референдума и после
того, как 10 марта 1992 года была принята Декларация США —
ЕС о позитивном рассмотрении вопроса о признании независи-
мости Боснии и Герцеговины. Именно это подтолкнуло каждую
из сторон к кардинальным действиям.
Решение ЕС, как показали дальнейшие события, было
несвоевременныму гаем более что шел переговорный про-
цесс в рамках мирной конференции по Югославии. 16 мар-
та 1992 года в Сараево состоялся пятый раунд перегово-
ров между лидерами ведущих партий мусульман (СДА),
сербов (СДС) и хорватов (ХДС). Из принятого заявления
367
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
было ясно, что существовала реальная возможность до-
стижения соглашения. Стороны в принципе договори-
лись, что Босния и Герцеговина могла бы быть государ-
ством, состоящим из трех единиц, основанных по нацио-
нальному принципу. Для определения территорий кон-
ституционных единиц предполагалось сформировать
рабочую группу, которая начала бы работать над кар-
тами этих территорий, основанных на абсолютном или
относительном национальном большинстве127.
Поспешное решение государств-членов ЕС о признании не-
зависимости БиГ подтолкнуло сторонников применения силы в
трех национальных общинах к тому, чтобы с помощью оружия
закрепиться на той или иной территории и таким образом по-
ставить государства ЕС перед свершившимся фактом.
Хорватское руководство еще в период вооруженных столк-
новений в Сербской Крайне стремилось расширить свое влия-
ние в БиГ. После сараевского перемирия между хорватской сто-
роной и Республикой Сербская Краина (3 января 1992 года)
Хорватия стала систематически направлять в Западную Бос-
нию (Босанская Краина) диверсионно-террористические груп-
пы, а также устанавливать связи с политическими силами ХДС
в БиГ. 2 февраля 1992 года на встрече лидеров ХДС БиГ в
Западной Герцеговине присутствовал С. Месич, который при-
звал активно готовиться для окончательного расчета с ЮНА в
БиГ и обещал всестороннюю помощь в этом Хорватии128. После
этого началась активная переброска в БиГ вооружения, дивер-
сионных групп, а в апреле 1992 года — регулярных частей хор-
ватской армии. Лидер хорватской партии права и главнокоман-
дующий хорватскими оборонительными силами (ХОС) — экст-
ремистскими формированиями Д. Парага, провозгласил идею
границ «Хорватия на Дрине»129.
По ряду данных, в марте 1992 года из Хорватии в Боснию
было заброшено несколько диверсионно-террористических
групп — две в Восточную Боснию, две — в Посавину. Первое
массовое убийство сербского населения было совершено в нача-
ле апреля одной из этих групп на территории Боснии в поселке
Сиековац, вблизи Босанского Брода130.
Главным объектом действий хорватских сил стала Запад-
ная Герцеговина и важное стратегическое направление с юга
на северо-восток: Дувно, Купрес, Бугойно и далее через Добой
к Босанскому Броду. Тем самым хорватские вооруженные силы
стремились изолировать Боснийскую Краину от сербских рай-
368
Глава четвертая Новый балканский тупик?
онов в Восточной Боснии. Хорватская сторона активно обучала
хорватских и мусульманских граждан из БиГ в военных и по-
лицейских центрах в Хорватии. Таким образом, фактически
складывался хорватско-мусульманский военный союз.
С начала апреля 1992 года ожесточенные бои шли на сты-
ках национальных анклавов.
6 апреля 1992 года действовавший Президиум СФРЮ на
своем заседании решительно осудил акт открытой агрессии
вооруженных формирований Хорватии в БиГ, потребовал пре-
кращения геноцида над сербским народом в городах Босански
Брод, Купрес, Мостар и других местах.
Президиум БиГ 6 апреля объявил решение о мобилизации
территориальной обороны, гражданской обороны и резервного
состава милиции.
В этих сложных условиях, когда власти в БиГ не осуще-
ствляли своих функций по всей территории республи-
ки, и она была фактически разделена, кроме того, на ее
территории находились части ЮНА и хорватские вой-
ска, 7 апреля 1992 года страны ЕС и США признали неза-
висимость Боснии и Герцеговины. Этот акт не только
не способствовал ликвидации кризиса, но наоборот — углу-
бил его.
10 апреля того же года Президиум БиГ в неполном составе
(без участия сербов) принял решение о провозглашении в рес-
публике состояния «непосредственной военной опасности», от-
крыв путь к гражданской войне.
Серьезной проблемой стала ЮНА, части и соединения кото-
рой располагались в БиГ. После провозглашения Союзной Рес-
публики Югославии (27 апреля 1992 года) белградские власти
4 мая объявили о своем решении вывести войска ЮНА из Бос-
нии и Герцеговины к 18 мая. Выводу подлежали все военнослу-
жащие, не являвшиеся гражданами этой республики. 13 мая
Сербская Республика БиГ объявила о своем решении форми-
ровать собственную армию из дислоцированных в БиГ подраз-
делений ЮНА и назначила командующим этой армией генера-
ла Ратко Младича, который стал действовать независимо от
белградских властей.
Во время вывода войск многие части подвергались нападе-
нию со стороны сил ТО Боснии и Герцеговины. Часть войск
была блокирована в казармах этими силами или враждебными
нерегулярными формированиями.
369
НЛЗасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
Очень серьезная ситуация сложилась в Сараево, где части
ЮНА также были блокированы и подвергались нападению со
стороны правительственных сил ТО БиГ, а также нерегуляр-
ных сербских формирований, выступивших против условий их
вывода.
27 и 30 мая 1992 года казармы, находившиеся в центре
Сараево, подверглись минометному обстрелу со сторо-
ны сил территориальной обороны БиГ, в результате
которого погибло много мирных жителей. 28 мая райо-
ны с преимущественно мусульманским населением были
подвергнуты мощному артиллерийскому и ракетному
обстрелу со стороны сербских сил под командованием
Р. Младича. В результате пострадали мирные жители,
более 40 зданий и учреждений было разрушено131.
В столице БиГ сложилась чрезвычайно опасная ситуация
подлинной гражданской войны. 50—60 тыс. проживавших в го-
роде сербов сами становились жертвами обстрелов сербской
артиллерии, также подвергались притеснениям со стороны пра-
вительственных органов БиГ. Часть сербских жителей Сараево
присоединилась к правительственным войскам132.
Масштабы боевых действий в столице БиГ и вокруг нее,
также как и в других районах республики, расширялись. Горо-
да и многие населенные пункты находились в осаде противо-
стоящих сил. Прежде всего страдали мирные жители, которые
становились объектом преследования, изгонялись из мест по-
стоянного проживания, превращались в беженцев.
30 мая 1992 года Совет Безопасности ООН принял решение
о международных санкциях против соседних Сербии и Черно-
гории, хотя они вывели из Боснии и Герцеговины войска ЮНА.
Ответственность за боснийский конфликт после обстрела Мла-
дичем Сараево была возложена на СРЮ. Такая реакция миро-
вого сообщества вызвала протест ее руководства, который был
выражен в письме президента Д. Чосича от 14 июля 1992 года в
Совет Безопасности ООН. В этом документе утверждалось, что
ни один самолет военно-воздушных сил Югославии не подни-
мался и не выполнял боевые задачи в БиГ. Указывалось, что
война в БиГ «вовсе не война одной нации, одной конфессии,
которая могла бы прекратиться одной из конфликтующих сто-
рон»133.
Тем не менее основная часть боевой техники и вооружения
ЮНА осталась в распоряжении Сербской Республики БиГ.
370
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Вопреки резолюции Совета Безопасности № 752 от 15 мая
1992 года о немедленном выводе частей хорватской армии из
Боснии и Герцеговины, ее подразделения находились на бос-
нийской территории под непосредственным командованием из
Загреба. По оценкам специалистов, в конце мая — середине июня
численность этих сил составляла 35 тыс. человек, которые рас-
полагались в следующих районах: северо-восточная Босния —
до 12 тысяч человек; Западная Герцеговина и долина реки Не-
ретвы — около 20 тысяч человек; районы Ливно, Дувно-Шуйи-
це — до 7 тысяч; Восточная Герцеговина — 3 бригады. Эти силы
участвовали в операциях против сербского населения134.
Часть техники, оставленной ЮНА, попала к хорватско-му-
сульманским силам: 231 танк, 300 орудий разного калибра,
100 тысяч автоматических и полуавтоматических винтовок,
15 тысяч пулеметов, большие запасы боеприпасов135.
Общая численность вооруженных национальных форми-
рований всех трех сторон составляла 150 тысяч человек
(по некоторым данным, из ЮНА осталось 80 тыс. чело-
век, преимущественно сербов)136.
В результате вооруженных столкновений, по сообщению
Сербской Республики, в БиГ из 15 общин было изгнано 200 ты-
сяч сербов, сожжено 70 сербских сел, в 17 концентрационных
лагерях содержалось около 40 тысяч сербов137.
Практику этнических чисток стала применять и сербская
сторона, особенно в районах Приедора, Баня Луки, Фоча, Звор-
ника, в Восточной Боснии, что было установлено комиссией ООН.
Эти действия вначале были эпизодическими и осуществлялись
самостоятельными вооруженными группами. Позднее данная
практика приняла целенаправленный характер. Сербской сто-
роной также создавались концлагеря, например в Шушице (Во-
сточная Босния)138, хотя руководство Сербской Республики по-
зднее отрицало проведение политики геноцида. Лидер СДП в
БиГ, президент Сербской Республики Радован Караджич, на-
пример, заявил, что лагеря создавались для военнопленных, их
имели возможность посещать представители Международного
Красного Креста, хотя и признал некоторые возможные случаи
жестокости и мести139.
Президент Сербии С. Милошевич:
«...В гражданской войне в Босниц и Герцеговине невинов-
ных нет. Все несут ответственность. Невинны только
371
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
мирные жители. Они разорены, их убивают, и никому
нет дела до их национальности»140.
15 июня 1992 года Президент Хорватии Ф. Туджман и пре-
зидент БиГ А. Изетбегович подписали совместное заявление об
установлении дипломатических отношений между двумя рес-
публиками. В заявлении говорилось, что «Республика Хорва-
тия поддерживает усилия Боснии и Герцеговины в сохранении
независимости и окончания агрессии и будет продолжать ока-
зывать ей помощь»141. В ответ на это Президиум СРЮ обратил-
ся с меморандумом в СБ ООН с обвинением Хорватии в учас-
тии в войне в БиГ.
Новая эскалация конфликта последовала в конце июля
1992 года в результате обстрела Сараева, который принес до-
полнительные жертвы среди мирного населения. Боснийские
сербы предприняли наступательные действия в северных рай-
онах Боснийской Посавины, вдоль долины Савы. В свою оче-
редь хорватские силы ТО полностью заняли район Герцег-Бос-
на (на юге республики). Лидер ХДС БиГ М. Бобан заявил, что
эта территория станет автономным хорватским кантоном в со-
ставе независимой БиГ142. Таким образом, обе противоборствую-
щие стороны практически определились в отношении террито-
риального раздела БиГ путем создания сербского и хорватского
автономных образований.
3 июля 1992 года на сессии хорватской общины в БиГ был
избран президиум во главе с М. Бобаном и провозглашено «Хор-
ватское государство в БиГ» со своим государственным флагом,
государственными символами, которые были идентичны при-
нятым в Хорватии.
Мусульмано-хорватский союз не был прочным. Еще в конце
1991 года во время хорватско-сербского противостояния в Хор-
ватии наметилось сближение позиций сербов и хорватов в во-
просе об устройстве будущего государства БиГ. 6 мая 1992 года
в рамках Лиссабонской конференции по Югославии в Граце
(Австрия) встретились Р. Караджич и М. Бобан и достигли до-
говоренности об этническом разделении территории между дву-
мя национальностями. По некоторым данным, линия такого раз-
дела проходила вдоль р. Неретвы с Мостаром, в районе Куп-
реш в Босанской Посавине143. Однако с таким разделом не мог-
ло согласиться руководство Республики БиГ во главе с Изетбе-
говичем, который отстаивал принцип сохранения единого госу-
дарства. Сербско-хорватские контакты по вопросам раздела БиГ
вызвали отрицательную реакцию представителей мирового со-
372
Глава четвертая Новый балканский тупик?
общества. Например, глава американской комиссии в Хельсин-
ки С. Хойер и сенатор Денис де Концини в совместном заявле-
нии указали, что «попытки дестабилизировать и разделить эту
республику нарушат большинство хельсинкских принципов и
могут легко привести к более кровавым последствиям, чем ра-
С лета 1992 года сербская и хорватская стороны стали
активно укреплять свои позиции в БиГ. Боснийские сер-
бы, имея более организованную армию и превосходство в
боевой технике и вооружении, оставленных югославской
армией, к осени 1992 года расширили контролируемые
ими территории, полностью блокировав Сараево. Успе-
хам сербов способствовало ослабление хорватско-мусуль-
манского союза, который продолжал функционировать
лить в Сараево и Посавском районе. К весне 1993 года
контролируемые сербами территории составили 70 про-
центов (у мусульман осталось не более 10 процентов, а у
хорватов — около 20).
Загреб стал обвинять боснийское правительство Изетбего-
вича в распространении исламского фундаментализма и стрем-
лении создать исламское государство. В начале мая 1993 года
хорватские части начали этническую чистку территории Гер-
цег-Босны от мусульман, разгорелись ожесточенные бои за
Мостар. Правительственная армия БиГ ответила на эти дей-
ствия наступлением на хорватов в Центральной Боснии, где
ситуация складывалась не в пользу хорватской стороны. Му-
сульманам удалось занять города Бугойно, Травник, Вареш145.
В то же время боснийское руководство заподозрило, что та-
кие действия хорватов свидетельствуют об их закулисной по-
литике и фактически ведут к разделу БиГ между сербами и
хорватами. Экстремизм, жестокость, кровавая резня стали
неотъемлемой частью вооруженных столкновений между хор-
ватами и мусульманами.
Активизация вмешательства Хорватии в БиГ привела к тому,
что в ноябре 1992 года председатель координационного комите-
та международной конференции по урегулированию в бывшей
Югославии лорд Оуэн высказался за распространение санкций
ООН и на Хорватию146.
Обстановка в БиГ вызвала активность среди государств му-
сульманского мира. Во многих мусульманских странах развер-
нулось движение в защиту братьев-мусульман. В Ливане был
373
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
создан комитет по поддержке мусульман БиГ. 29 декабря 1992 го-
да президент Турции заявил о необходимости военного вмеша-
тельства в дела этой республики. Из мусульманских стран хлы-
нул поток оружия и материальной помощи для правительства
Изетбеговича. В сентябре 1992 года подтвердился факт задер-
жания в Загребе военно-транспортного самолета Ирана с круп-
ной партией стрелкового оружия и боеприпасов для мусуль-
ман. Потоком устремились в БиГ добровольцы из мусульман-
ских государств. В начале 1993 года в армии Изетбеговича на-
ходилось несколько тысяч моджахедов из этих стран. Напри-
мер, из Ирана прибыла бригада (около 2 тыс. человек). Тысячи
моджахедов из Турции в течение 1993 года пополнили армию
Изетбеговича147.
Явление наемничества стало одним из существенных
атрибутов югославской войны. Сделать на ней свой биз-
нес ринулись ловцы «легкой» добычи, преступники, аван-
тюристы из многих стран мира. Многие ехали воевать
и по так называемым «идейным соображениям»: сра-
жаться против «сербокоммунистов» или, напротив, за-
щищать «братьев-сербов». Так, на апрель 1995 года в
армии Изетбеговича находилось 20 тыс. наемников148.
Однако ни поставки оружия мусульманам и хорватам в БиГ,
ни наемничество не стали предметом серьезного внимания со
стороны ООН. В отношении участия Хорватии в войне в БиГ
ООН ограничилась лишь угрозами международного эмбарго.
Противостояние приобретало все более запутанный харак-
тер. Помимо временных союзов двух сторон против третьей силы,
вспыхивали внутренние противоречия среди национальных общ-
ностей. Например, внутри мусульманского лагеря против цент-
ральных властей в Сараево выступили «автономисты» — сто-
ронники Фикрета Абдича, бывшего члена Президиума БиГ.
Перед войной он возглавлял большую сельскохозяйственную
фирму в Великой Кладуше (Западная Босния), построил гигант-
ский комбинат «Агрокомерц», затем попал в опалу за сомни-
тельную финансовую деятельность. На предвоенных выборах в
БиГ он набрал больше голосов, чем Изетбегович, но по непонят-
ным причинам снял свою кандидатуру. В начале войны — вес-
ной 1992 года Абдич порвал с боснийским правительством и
объявил район Цазинской Краины с населением 300 тыс. чело-
век автономной единицей, независимой от правительства в Са-
374
Глава четвертая Новый балканский тупик?
раево. Южный кусочек анклава удерживали хорватские силы.
Абдич выступал за решение всех проблем мирным путем, был
против идеи Изетбеговича о создании мусульманского государ-
ства в БиГ, стоял за светский образ жизни мусульман в циви-
лизованном демократическом государстве.
Он заключил мирное соглашение с боснийскими и хорват-
скими сербами из Краины, а также с хорватами, которое гаран-
тировали президенты Милошевич и Туджман. Поскольку эко-
номика этого района была достаточно самостоятельной, это дало
возможность организовать торговые связи с сербскими и хор-
ватскими районами и снабжать местное население. Таким об-
разом Абдич на практике реализовывал тезис о нежелании во-
евать ни с сербами, ни с хорватами. Изетбегович усмотрел в
действиях сепаратистов мятеж против центральной власти и
отдал приказ своим войскам о ликвидации автономной области.
Однако часть сил боснийского 5-го корпуса, дислоцированного
в этом районе, перешла на сторону Абдича.
Международные организации упорно не замечали автоно-
мистов, их лидера и его стремление остаться вне войны. В кон-
це концов после создания мусульмано-хорватской федерации в
начале 1994 года силы Абдича были потеснены, а в августе
1995 года его армия распалась вследствие завоевания хорвата-
ми Сербской Краины.
Таким образом, обострение югославского кризиса в БиГ,
вылившееся в многочисленные военные столкновения между
мусульманами и хорватами во второй половине 1993 года, со-
провождавшееся этническими чистками, являлось доказатель-
ством того, что в данном конфликте ответственность несут все
стороны и поиск виновного бессмыслен.
К этому времени вооруженный конфликт в БиГ имел уже
длительную дипломатическую историю, включавшую многочис-
ленные попытки международного сообщества выработать прин-
ципы его мирного урегулирования149.
Данный вопрос являлся предметом многократных обсужде-
ний в Совете Безопасности ООН, рассматривался на веренице
европейских конференций, находился в центре внимания спе-
циального посланника Генерального секретаря ООН С. Вэнса и
уполномоченного Европейского Союза Д. Оуэна, которые выра-
ботали план мирного урегулирования (план Вэнса—Оуэна).
План Вэнса—Оуэна предусматривал создание на терри-
тории БиГ девяти кантонов по национально-террито-
375
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?.;
риальному принципу и одного смешанного — со столицей
в Сараево. Однако боснийские сербы отрицательно от-
неслись к предложенной планом карте территориаль-
ного размежевания.
В 1993 году последовал мощный международный нажим на
боснийских сербов с целью заставить их принять план Вэнса—
Оуэна. Этот нажим особенно усилился после прихода к власти
в США администрации Б. Клинтона. Она активно подключи-
лась к решению вопросов югославского кризиса.
Новый госсекретарь США У. Кристофер выступил с рядом
предложений и ввел даже термин «обуздание конфликта», что
предполагало применение силы150.
Главным же в политике США и других европейских членов
мирового сообщества было сохранение «презумпции виновнос-
ти» Сербии, СРЮ и сербской стороны в конфликте.
Например, 28 мая 1993 года У. Кристофер заявил, что если
боснийские сербы не подпишут план Вэнса—Оуэна, то будут
применены новые санкции против СРЮ, снято эмбарго на по-
ставку оружия боснийским мусульманам и не исключены «ре-
шительные военные меры, чтобы заставить сербов подписать
соглашение»151.
Поводом для интенсификации силового давления стали со-
бытия вокруг Сребреницы — мусульманского города в Восточ-
ной Боснии. Из этого города мусульманские силы устраивали
рейды на окрестные сербские села. В середине апреля 1993 года
в ответ на действия мусульман сербские силы подвергли город
артиллерийскому обстрелу, жертвами которого стали мирные
жители. 16 апреля У. Кристофер заявил, что в случае захвата
Сребреницы сербами он будет требовать немедленного одобре-
ния резолюции об ужесточении санкций против СРЮ.
Несмотря на доклад командующего силами ООН в Юго-
славии о том, что мусульмане первыми нарушили согла-
шение о прекращении огня и спровоцировали ответный
артобстрел Сребреницы со стороны сербов, 18 апреля
Совет Безопасности ООН принял резолюцию об ужесто-
чении санкций против СРЮ. При этом только Россия и
Китай воздержались от голосования152.
Президент Клинтон отдал распоряжение использовать аме-
риканскую военную авиацию для сбрасывания продовольствен-
376
Глава четвертая Новый балканский тупик?
ной помощи в осажденные мусульманские города. Боевые са-
молеты США и других стран НАТО стали осуществлять пат-
рулирование воздушного пространства БиГ. Был поставлен во-
прос о непосредственном военном вмешательстве международ-
ных сил в югославский конфликт в форме нанесения воздуш-
ных ударов по позициям боснийских сербов.
Боснийские сербы, руководство Сербской Республики, лич-
но Р. Караджич оказались под давлением не только со стороны
мирового сообщества, но и тех сил в СРЮ, которые их ранее
поддерживали. В мае 1993 года С. Милошевич и Социалисти-
ческая партия Сербии поддержали план Вэнса—Оуэна и ока-
зали давление на руководство боснийских сербов и их парла-
мент в г. Пале, порекомендовав согласиться с указанным пла-
ном153 . Однако в обмен на поддержку мирного плана Белград не
получил облегчения в системе экономических санкций.
Не подействовал нажим и на боснийских сербов. 5—6 мая
1993 года на сессии парламента Сербской Республики БиГ об-
суждался план Вэнса—Оуэна и причины его неприемлемости
для сербской стороны. В случае принятия плана сербы в БиГ
теряли бы четверть территории, на которой они проживали
веками. Отводимые им кантоны занимали бы самые бедные в
экономическом отношении земли. Из 920 км железнодорожных
путей 500 приходилось бы на мусульманские кантоны, 260 —
на хорватские и только 160— на сербские. В распоряжение
сербов не попадало ни одного из заслуживающих внимания ме-
сторождений бокситов, свинца, цинка, железной руды и соот-
ветственно крупных промышленных предприятий154. Парламент
принял решение о проведении референдума по данному плану,
который состоялся 15—16 мая 1993 года в Сербской Республи-
ке. Согласно официальным данным, 96 процентов участников
проголосовало против мирного плана и высказалось за незави-
симость Республики Сербской155.
Ряд аналитиков теперь утверждают, что принятие плана
Вэнса—Оуэна в середине 1993 года было возможно, и при оп-
ределенных корректировках он мог бы быть принят боснийски-
ми сербами. Однако его принятие было сорвано политикой уг-
роз по отношению к одной, в данном случае сербской стороне.
Позднее бывший уполномоченный ЕС по урегулированию
в бывшей Югославии Д. Оуэн выступил с критикой дип-
ломатии США, которая, по его мнению, начиная с 1993 го-
да и в течение последующих двух лет старалась про-
377
НЛЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?.,
дотировать войну в Боснии и Герцеговине. В интервью
испанскому еженедельнику «Эль Пайс» в связи с выходом
своей книги «Балканская Одиссея» Оуэн заметил, что
«можно было бы сохранить многие жизни, если бы Ва-
шингтон поддержал мирный план Вэнса—Оуэна от фев-
раля 1993 года»1™.
Хорватская и мусульманская стороны восприняли полити-
ку угроз в отношении сербов и ужесточение международных
санкций против СРЮ как сигнал к реализации своих планов с
помощью оружия. Хорватия продолжала наращивать свои воо-
руженные силы. К середине 1993 года численность их личного
состава равнялась 195 тыс. человек, а сухопутные силы насчи-
тывали около 160 тысяч человек157. Большая часть вооружения
для хорватской армии поступала по секретным каналам в об-
ход действующего эмбарго, принятого Советом Безопасности
ООН в связи с началом югославского конфликта. В 1993 году
выполнялись контракты на поставку в Хорватию дополнитель-
но до 420 танков Т-72, 200 БТР, определенное количество 105,
155-мм самоходных гаубиц. По данным зарубежных источни-
ков, Хорватия приобрела свыше 40 самолетов МиГ-21, МиГ-23,
а также 24 вертолета «Пума», «Газель», «Ми-8», «Ми-12», «Ми-2»
в основном из военных арсеналов бывшей ГДР. Сообщалось так-
же о возможных поставках истребителей бомбардировщиков
«F-16», «Торнадо» и «Мираж»158.
Мусульманские силы в БиГ пополняли свои вооружения из
ряда источников. Помимо оставшегося в их распоряжении ору-
жия ЮНА, на территории, контролируемой мусульманами,
имелся ряд крупных заводов по производству вооружения и
боеприпасов. Крупные партии оружия поступали из Германии,
главным образом, из бывших арсеналов ГДР, а также из Венг-
рии и некоторых других стран, через Словению и Хорватию159.
Иногда вооружение поступало под видом гуманитарной
помощи. Например, 9 апреля 1993 года сербские солдаты
обнаружили военное снаряжение в гуманитарных гру-
зах, предназначенных для мусульман™0.
Наращивание участниками вооруженного конфликта воен-
ной силы свидетельствовало о том, что с ее помощью они рас-
считывали добиться поставленных целей: хорваты — вернуть
под свой контроль территорию Сербской Краины и сохранить
378
Глава четвертая Новый балканский тупик?
свои позиции в БиГ, мусульмане — сохранить целостность БиГ.
В целом обстановка в самой Боснии и Герцеговине в 1993 —
начале 1994 года отличалась крайней запутанностью: в отдель-
ных ее районах конфликтующие стороны то вели борьбу по
принципу «все против всех», то составляли временные и не-
прочные комбинации по типу «два против одного». Никакой
логики в этих комбинациях не было — их создание определя-
лось либо временными целями, либо даже личными отношени-
ями лидеров местных группировок.
В Женеве продолжались поиски вариантов мирного со-
глашения. К середине 1993 года оформился новый проект
мирного урегулирования конфликта — раздел Боснии и
Герцеговины на три части по национальному принципу.
По этому проекту наметилось, как уже было раньше,
сближение позиций между сербами и хорватами. Так, в
начале июля 1993 года хорватский президент Туджман
даже выразил готовность обсудить предложение лидера
боснийских сербов Караджича о готовности обменять
территорию с хорватской стороной за удобный выход
к Адриатике161.
Мусульманская сторона выступила против проекта раздела
БиГ. А. Изетбегович заявил, что он не согласен с разделом БиГ
и потребовал снятия военного эмбарго с мусульманской сторо-
ны. Примечательно, что это требование было поддержано гер-
манским канцлером Г. Колем162. В дальнейшем Изетбегович са-
ботировал переговоры в Женеве, выдвигая различные условия,
в том числе требуя вывода хорватских сил с ранее занятых ими
территорий163. Одновременно он стремился подорвать намечав-
шееся единство позиций сербов и хорватов, предлагая Хорва-
тии создать общую республику, включая БиГ с территорией от
Савы до Адриатики. Однако Хорватия отвергла это предложе-
ние. Видимо, хорватская сторона не могла пойти на это, так как
к августу 1993 года нарастало вооруженное противостояние
между хорватами и мусульманами, особенно в центральной
Боснии и в долине реки Неретвы.
Как отмечал начальник Генерального штаба армии СРЮ
генерал М. Перишич, хорваты стремились сохранить за собой
позиции в этом районе, а мусульмане — создать компактную
территорию и взять под контроль города, где было развито во-
енное производство — Травник, Витез, Бугойно. Одновременно
379
^Васильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
мусульманские войска предпринимали попытки выхода к Ад-
риатическому морю по долине Неретвы164.
Со своей стороны мусульмане обвиняли хорватов в этничес-
ких чистках и организации блокады против мирного мусуль-
манского населения. 2 августа 1993 года представители мусуль-
ман внезапно прервали мирные переговоры в Женеве и отказа-
лись принять новый план территориального раздела БиГ на
три этнических государства. Именно тогда президент США
Б.Клинтон впервые заявил, что силы НАТО готовы применить
военную акцию против тех, кто будет препятствовать доставке
гуманитарной помощи и нарушать зоны безопасности, напри-
мер, артиллерийским обстрелом Сараево165. 7 сентября 1993 года
Изетбегович выдвинул новые требования перед Советом Безо-
пасности ООН о снятии сербами артиллерийской блокады во-
круг Сараево.
Несомненно, что Изетбегович пользовался расположением
определенных политических кругов в Вашингтоне и даже был
принят Клинтоном в Белом Доме 8 сентября 1993 года. На встрече
присутствовал госсекретарь У. Кристофер166. Таким образом,
США поддерживали сопротивление мусульман разделу БиГ,
намеренно затягивая прекращение конфликта.
22 сентября 1993 года лорд Оуэн на встрече с полити-
ческими и военными представителями НАТО в Брюсселе
заявил, что «боснийские мусульмане и их парламент дер-
жат ключ от мирного плана»167.
В декабре 1993 года вновь обострились отношения между
сербами и мусульманами вследствие артиллерийского обстрела
Сараево. Женевские переговоры по проекту раздела террито-
рии БиГ на три части зашли в тупик, несмотря на то, что сербы
и хорваты согласились передать под контроль мусульман
33,3 процента территории Боснии и Герцеговины. Вернувшись
из Женевы в Сараево, Изетбегович 24 декабря заявил: «Мы
можем надеяться только на нашу армию»168.
После того как 5 февраля 1994 года на сараевском рынке
произошел взрыв, унесший жизни 70 человек, среди стран ЕС
и НАТО вновь сработала «презумпция виновности» сербов.
Войска НАТО были приведены в боевую готовность. 11 февра-
ля Совет НАТО потребовал от сербской стороны в 10-дневный
срок отвести тяжелое вооружение на 20 км от Сараево. Было
заявлено, что если сербская артиллерия и танки останутся в
380
Глава четвертая Новый балканский тупик?
запретной зоне, по ним будет нанесен воздушный удар. Артил-
лерия мусульман в этом районе также должна была перейти
под международный контроль, но никаких ультиматумов им
предъявлено не было. Ответственность сербов за сараевский
взрыв так и не была доказана. Более того, выдвигались другие
версии, указывавшие на мусульманскую сторону как организа-
тора провокации. Именно боснийские мусульмане были заинте-
ресованы в срыве переговорного процесса, вмешательстве из-
вне и дискредитации сербов.
Благодаря усилиям российской дипломатии удалось убедить
сербов отвести тяжелую артиллерию из 20-километровой зоны
вокруг Сараево.
Сараевский кризис совпал по времени с обострением отно-
шений между Хорватией и Сербской Краиной. К тому же в
хорвато-мусульманских вооруженных столкновениях в БиГ
преимущество было на стороне мусульман. Причем действия
хорватской стороны в БиГ вызывали осуждение международ-
ного сообщества.
В этой ситуации Вашингтон выступил с инициативой
хорватско-мусульманского урегулирования по принципу
«два против одного». Ее смысл заключался в создании
федерации двух этнических групп, которая состояла бы
из полу автономных кантонов (использование варианта
плана Вэнса—Оуэна). Возможно, впоследствии предусмат-
ривалось создание конфедерации с Хорватией, что могло
служить противовесом СРЮ и боснийским сербам.
Подписание в конце марта 1994 года в Вашингтоне соглаше-
ния о создании хорватско-мусульманской федерации свидетель-
ствовало, что американский сценарий разрешения югославско-
го кризиса вступил в действие. В целом такой исход был явно
не в пользу сербской стороны и мог вызвать очередное обостре-
ние конфликта.
В апреле 1994 года последовало новое серьезное осложне-
ние в БиГ, вызванное сначала наступлением мусульманских
«зеленых беретов» против сербов. Это не привлекло внимания
наблюдателей из ООН. Затем последовало ответное наступле-
ние сербов, которое привело к занятию сербскими силами ко-
мандных высот вокруг города Горажде, входившего в число
шести «зон безопасности»169 в мусульманском анклаве на вос-
токе Сербской Республики. К этому времени в городе скопилось
381
^Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
до 65 тысяч человек местных жителей и беженцев, преимуще-
ственно мусульман.
После обстрела Горажде сербские силы попытались
штурмом захватить его. Экстремизм таких действий
не вызывал сомнений. События в Горажде продемонстри-
ровали всю опасность и бесконтрольность ситуации, т.к.
командующий сербской армией Р. Младич действовал без
согласования с руководством Сербской Республики.
После ультиматума со стороны Совета НАТО, угрожавшего
уничтожить военные цели сербов в радиусе 20 км вокруг Го-
ражде, сербы отошли от него на 3 км. В итоге трехдневных боев
было убито несколько сот человек.
В мае 1994 года в Женеве состоялась встреча глав диплома-
тических ведомств России, США, Великобритании, Франции,
ФРГ и представителей ЕС и ООН. Обсуждалось предложение
европейских стран о разделе территории БиГ между ее этни-
ческими группами по формуле: 49 процентов территории пере-
дать сербам, а 51 — Мусульмано-Хорватской Федерации. Та-
кой подход требовал больших уступок со стороны сербов, кото-
рые контролировали более 70 процентов территории170.
В начале июня 1994 года удалось достичь соглашения о пре-
кращении огня между воюющими сторонами на один месяц. До
конца 1994 года шли переговоры по плану, предложенному
Международной контактной группой по БиГ, однако безрезуль-
татно.
В конце 1994 года начался неблагоприятный для Сербской
Республики период с точки зрения ее военно-политического
положения. В августе 1994 года после решения руководства
СРЮ и Сербии блокировать границу с Сербской Республикой в
Боснии и прекратить поставки (за исключением гуманитарной
помощи), а затем их согласия на мониторинг границы с Боснией
со стороны международных наблюдателей, боснийские сербы
оказались в полной изоляции171. Это серьезно подорвало воен-
ный потенциал Сербской Республики. Кроме того, на Р. Карад-
жича оказывался сильный дипломатический нажим со стороны
СРЮ, так как он противился разделу Боснии в отношении 51 к
49 (для сербов).
Тем временем Хорватия, напротив, значительно укрепила
свои военные позиции. В обход эмбарго она смогла оснастить
армию достаточно боеспособной техникой, поступавшей из Гер-
мании, Австрии и других стран, повысить боевую подготовку
382
Глава четвертая Новый балканский тупик?
воинских частей, в чем ей оказывали помощь зарубежные во-
енные советники, в том числе американские172.
4 августа 1995 года хорватская армия начала операцию
«Буря» с целью захвата территории самопровозглашенной рес-
публики Сербская Краина и ее столицы Книна (юго-восточная
Хорватия). Хорватская сторона сконцентрировала на границе
до 100 тыс. человек. Численность вооруженных сил Сербской
Краины составляли 46 тыс. человек, из которых 5—6 тыс. дей-
ствовали на севере, в Восточной Славонии. Кроме того, часть
сил взаимодействовала с боснийскими сербами, ведя наступле-
ние на мусульманский анклав в Бихаче, другие прикрывали
границы. В ходе наступления превосходящие силы хорватов
отрезали резервы сербов от их основных сил. Хорватская авиа-
ция вывела из строя аэродром сербов в Удбине и постоянно
наносила удары по ракетным позициям сербов.
В результате этой операции самопровозглашенная респуб-
лика Сербская Краина перестала существовать так же, как и
краинская армия. Более 15 тыс. сербов погибло, около 250 ты-
сяч стали беженцами. По какому-то «странному» стечению об-
стоятельств размещенные в этом районе силы ООН накануне
хорватской операции покинули его. Территория Сербской Краи-
ны вновь была присоединена к Хорватии. Таким образом, хор-
ватская сторона нарушила соглашение о прекращении огня и с
помощью военной силы добилась контроля над территорией ком-
пактного проживания сербов, проведя фактически этническую
чистку, так как сербское население покинуло Сербскую Краи-
ну (к 16 августа было эвакуировано 112 тысяч сербов). Только в
городе Книн было сожжено и разрушено до 80 процентов серб-
ских жилых домов173.
В середине августа 1995 года хорватская армия во взаимо-
действии с войсками хорватско-мусульманской федерации БиГ
начала наступление на позиции сербов в Центральной Боснии.
Окончательное изменение ситуации в БиГ произошло в кон-
це августа 1995 года в результате нанесения авиацией НАТО
бомбовых ударов по позициям боснийских сербов в районе Са-
раево. Поводом для этого вновь стал обстрел ракетами сараев-
ского рынка, ответственность за который, как и раньше, была
возложена на сербов.
30 августа с американского авианосца «Теодор Рузвельт»
17 истребителей нанесли удар по средствам ПВО сербов
в районе Сараево. В августе—сентябре с ведома Совета
Безопасности ООН авиацией НАТО была нанесена серия
383
НВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
ударов по военным и промышленным объектам по всей
территории Сербской Республики. С 30 августа по 14 сен-
тября было произведено 5515 атак с воздуха174. Это по-
ставило войска Сербской Республики на грань ката-
строфы и вынудило ее руководство начать мирные пе-
реговоры, которые завершились в ноябре в Дейтоне
(штат Огайо, США).
Официальное подписание мирного соглашения по Боснии и
Герцеговине состоялось 14 декабря 1995 года в Париже. Весь
комплекс мероприятий по мирному урегулированию по БиГ
состоял из двух блоков — военного и гражданского. В соответ-
ствии с соглашением Босния и Герцеговина остались единым
государством в его международно признанных границах, состоя-
щим из двух субъектов — Мусульмано-Хорватской Федерации
и Сербской Республики.
При подписании соглашения в Париже С. Милошевич зая-
вил, что нужно отказаться от военных амбиций и заняться мир-
ным строительством. Корреспонденты из зарубежных агентств
«Дейли Телеграф», Би-би-си и других комментировали, что из
выступлений Туджмана и Изетбеговича трудно было убедить-
ся, что они готовы к дальнейшему мирному урегулированию175.
На следующий день после подписания соглашения в Дейто-
не Совет Безопасности ООН дал зеленый свет новой миротвор-
ческой операции многонациональных сил (силы по выполнению
Соглашения) численностью 60 тыс. человек. Из них 10 тыс. со-
ставили контингенты из стран, не входящих в НАТО, в том
числе — из России.
Так завершилась четырехлетняя война в бывшей Югосла-
вии.
По некоторым данным, в ходе войны погибло 200 тысяч
человек, более 500 тысяч было ранено, число беженцев и
перемещенных лиц превысило три миллиона человек.
Помимо огромных материальных потерь, неизмеримы
моральные, духовные и политические последствия этой
трагедии, которая разделила пролитой кровью на мно-
гие десятилетия три живших ранее в одном государ-
стве народа.
Практически лишь одна югославская республика — Маке-
дония вышла из состава СФРЮ мирным путем, избежав воен-
ных столкновений. 17 ноября 1991 года была принята новая
384
13*
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Конституция Республики Македонии, провозгласившая ее су-
веренным демократическим государством. 21 февраля 1992 года
руководители Македонии и СФРЮ подписали договор о выводе
войск ЮНА с территории республики. На основе резолюции
№ 795 от 11 декабря 1993 года на территории республики был
развернут контингент миротворческих сил ООН, которые по-
зднее получили название — Силы превентивного развертыва-
ния Объединенных Наций на территории Республики Македо-
нии.
Таким образом, военная сила играла центральную роль в
процессе трансформации СФРЮ из союзного государства в не-
зависимые республики. ЮНА пыталась со своей стороны при-
менить силу в безуспешной попытке предотвратить дезинтег-
рацию страны. В условиях, когда был заблокирован механизм
деятельности государственных органов власти СФРЮ, армия
потеряла государство, которое она была призвана защищать. В
вооруженном конфликте в Словении ЮНА еще пыталась дей-
ствовать как орудие Федерального центра, чтобы с помощью
вооруженной силы воспрепятствовать выходу республики из
СФРЮ. В Хорватии она оказалась втянутой в межэтнический
конфликт, выступив на защиту одной этнической части насе-
ления этой республики. В вооруженном конфликте в Боснии и
Герцеговине, когда СФРЮ практически распалась, ЮНА пере-
стала действовать как федеральная сила, но стала (сербская
часть личного состава) основой для формирования вооружен-
ных сил Сербской Республики БиГ.
В условиях распада югославской государственности в ходе
вооруженного конфликта сначала в Словении, затем в Хорва-
тии, Боснии и Герцеговине шел процесс раздела ЮНА по наци-
ональному принципу и создание новыми политическими парти-
ями и национальными режимами в республиках своих собствен-
ных вооруженных формирований на основе армии единого
Югославского государства, а также сил территориальной обо-
роны, подчинявшихся республиканским властям. Таким обра-
зом, произошло появление этнических вооруженных сил, кото-
рые стали опорой и орудием новых режимов в образовавшихся
самостоятельных государствах.
14-Балканский тупик?..
385
НВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Опять «стереть Сербию в порошок»?
Входе обострения внутриполитического кризиса в СФРЮ и
разразившегося вслед за ним вооруженного конфликта
позиция государств — членов мирового сообщества, прежде всего
в лице таких организаций, как ООН, СБСЕ, ЕС, претерпела ряд
изменений и прошла несколько этапов. Вместе с тем очевидно,
что по мере обострения ситуации в СФРЮ все явственнее про-
ступали специфические интересы в действиях отдельных стран
или групп государств-участников мирового сообщества. Нельзя
оценивать однозначно и роль России в различные периоды юго-
славского конфликта.
В 1990— первой половине 1991 годов не было ни одной
международной организации или страны, которые на
официальном уровне поддержали бы тенденции к дезин-
теграции Югославии. Большинство официальных кругов
стран Европейского сообщества, включая как США, так
и СССР до его распада, стояли на позиции сохранения
Югославской федерации.
В апреле 1991 года в СФРЮ прибыла так называемая «трой-
ка», т.е. министры иностранных дел трех ведущих государств
ЕС для обсуждения с югославскими руководителями сложив-
шейся ситуации. Но несмотря на единую линию международ-
ного сообщества в отношении кризиса в СФРЮ, воздействовать
на процесс дезинтеграции в этой стране оно не смогло.
После провозглашения в июне 1991 года Хорватией и Сло-
венией своей независимости мировое сообщество столкнулось с
новой для себя ситуацией, связанной с отсутствием междуна-
родно-правового решения вопроса о праве наций на самоопре-
деление: кто имеет право на самоопределение — государство
или народ? Возникли и другие вопросы: соотношение этого прин-
ципа с принципами суверенитета и территориальной целостно-
сти, правопреемственность распадающегося многонационального
государства, раздел имущества, определение межгосударствен-
ных границ, судьба армии, праьа национальных меньшинств,
критерии признания новых государств и т.д.
Опасная эскалация конфликта в Югославии обсуждалась
на VII Межпарламентской конференции по сотрудничеству и
безопасности в Европе, состоявшейся в Вене в июне 1991 года.
386
14-2
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Конференция приняла резолюцию, в которой властям Белгра-
да, а также руководителям Словении и Хорватии предлагалось
сесть за стол переговоров и решить спорные вопросы176.
В то же время ряд представителей стран Европейского
сообщества стали высказывать мнение о том, что пер-
воначальная поддержка «единой и демократической» Юго-
славии способствовала разрастанию внутреннего кон-
фликта. Появились признаки того, что Германия и Ав-
стрия склоняются к признанию независимости Хорва-
тии и Словении.
Именно в тот период были высказаны предложения о необ-
ходимости подключения механизмов ООН к урегулированию
югославского кризиса, введения в этот регион сил по поддержа-
нию мира. На заседании комитета старших должностных лиц
стран — членов СБСЕ было принято решение о направлении в
Югославию группы наблюдателей.
В июле 1991 года с помощью Европейского сообщества на
переговорах сербских, словенских и хорватских представите-
лей удалось принять Брионскую декларацию, определявшую
основные меры мирного решения конфликта:
— восстановление конституционных норм государственного
управления;
— прекращение огня и вывод федеральных войск из Слове-
нии;
— перенос провозглашения независимости на три месяца и
демобилизация сил словенской территориальной обороны.
Для контроля за выполнением этих условий руководством
ЕС было принято решение направить в Югославию миссии граж-
данских наблюдателей численностью от 30 до 50 человек. Поз-
же этот контингент был расширен за счет представителей дру-
гих государств. Одновременно с этим в отношении Югославии
страны ЕС и США приняли экономические санкции, в частно-
сти, эмбарго на поставку оружия и отменили ранее существо-
вавшие финансовые льготы.
Советский Союз присоединился к эмбарго осенью 1991 года.
Но эти меры запоздали. К этому времени в стране уже действо-
вали многочисленные «параллельные» вооруженные формиро-
вания в республиках.
Советский Союз до августовского путча выступал за сохра-
нение единой Югославии, выражая эту точку зрения в офици-
альных заявлениях (7 августа 1991 года).
14*
387
Н.Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
Поиск путей урегулирования продолжился на чрезвычай-
ном совещании министров иностранных дел, стран-членов ЕС в
Гааге в августе 1991 года. 27 августа 1991 года ЕС принял ре-
шение создать Конференцию Европейского сообщества по Юго-
славии [с августа 1992 года — Международная конференция по
бывшей Югославии (МКБЮ)]. Конференция начала свою рабо-
ту 7 сентября 1991 года с задачей подготовить рекомендации о
конституционном устройстве будущей Югославии177.
По инициативе ЕС было достигнуто соглашение о прекра-
щении огня, разъединении войск и выводе тяжелого оружия, а
также о демобилизации воинских формирований хорватской
армии. Для наблюдения за выполнением данного соглашения в
Хорватию были направлены представители ЕС.
Международное сообщество в 1991 и последующих годах
ошибочно истолковывало происходившее в Югославии как
этнический конфликт и наг^иональную революцию в ходе
демократизации178. Признание Европейским союзом Сло-
вении и Хорватии было очень спорным и определялось по
большей части не принципами самоопределения и бес-
пристрастности , а необходимостью сохранить един-
ство ЕС. Более того, возникли конфликты между евро-
пейскими государствами, что напомнило зловещую кон-
фронтацию накануне Первой мировой войны: предложе-
ния Германии открыто оспаривались Францией и Вели-
кобританией.
Однако достигнутые договоренности на практике осуществ-
лены не были, и не только из-за неуступчивости противостоя-
щих сторон, но и из-за отсутствия единой точки зрения внутри
самого ЕС. В то время как Германия выступала за скорейшее
признание независимости Словении и Хорватии, другие госу-
дарства прилагали усилия по спасению Югославской федера-
ции. Наиболее точно действия руководства ЕС были охаракте-
ризованы бывшим статс-секретарем ФРГ Лотаром Рюлем: «Вся
политика ЕС... оставляла впечатление, что государства ЕС не
столько ищут путей решения конфликта, сколько способов вы-
играть, время и бездействовать, потому что у них не было един-
ства относительно цели данного предприятия, равно как и спо-
собности к проведению действенной политики санкций, будь то
вооруженное посредничество или насильственное прекращение
конфликтов посредством военного вмешательства»179.
388
14-4
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Большинство участников Конференции первоначально скло-
нялись к созданию Союза суверенных республик. Однако после
того, как 8 октября 1991 года Хорватский Сабор и Скупщина
Словении приняли решение о разрыве государственно-право-
вых связей с СФРЮ, а 15 октября Скупщина БиГ также про-
возгласила суверенитет БиГ, позиция МКБК} резко измени-
лась. 18 октября участникам Конференции был разослан про-
ект документа о признании суверенитета и независимости быв-
ших республик СФРЮ, как новых балканских государств. Про-
тив этого плана выступил лишь один С. Милошевич, который
считал, что такое решение фактически упраздняло бы Югосла-
вию как государство180. Переговоры в Гааге зашли в тупик; глав-
ным виновником неудачи считалась Сербия, которая не согла-
шалась с узаконением факта распада государства.
2 декабря 1991 года Совет министров ЕС решил прибегнуть
к очередному средству давления — ввел экономические санк-
ции против Сербии и Черногории. Экономическая блокада этих
двух субъектов завела переговорный процесс в тупик, возло-
жив вину на одну сторону.
Президент США пригрозил, что США также применят санк-
ции к Югославии.
17 декабря 1991 года в Брюсселе состоялось заседание ми-
нистров иностранных дел стран-членов ЕС, которое приняло
декларацию о критериях признания новых государств в Вос-
точной Европе и Советском Союзе. В ней содержались ссылки
на соблюдение ими заключительного акта Хельсинкского Сове-
щания, Парижской хартии, гарантий прав человека, националь-
ных меньшинств и этнических групп, мирное решение споров.
Распад СССР и Беловежская договоренность 8 декабря
1991 года были расценены европейскими лидерами как зеле-
ный свет и для решения югославского кризиса. В тот же день,
17 декабря 1991 года, в Брюсселе была принята декларация о
Югославии, где констатировалась готовность членов ЕС при-
знать независимость тех югославских республик, которые под-
твердят согласие с обязательствами, содержавшимися в доку-
менте о критериях признания нового государства. В соответ-
ствии с этими критериями 15 января 1992 года последовало при-
знание странами ЕС независимости Словении и Хорватии. К
ним присоединились Швейцария, Австрия, Венгрия, Болгария,
Польша, Чехословакия, Канада, а в феврале 1992 года — Россий-
ская Федерация.
389
ИВасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
Признание в спешном порядке независимости двух рес-
публику когда не были решены проблемы национальных
меньшинств, другие политические, экономические, тер-
риториальные вопросы, не приблизило окончания кон-
фликта. Еще более обострилась ситуация после призна-
ния в апреле 1992 года мировым сообществом независи-
мости Боснии и Герцеговины, которое последовало до окон-
чательного достижения соглашения о конституционном
устройстве республики.
Такая акция мирового сообщества лишь развязала руки эк-
стремистам всех национальностей в БиГ. Всю полноту ответ-
ственности за кризис в Боснии и Герцеговине страны-члены ЕС
и США поспешили возложить на руководство Сербии и Союз-
ной республики Югославии, провозглашенной 27 апреля 1992 го-
да, хотя вину за конфликт несли все стороны, участвовавшие в
противоборстве.
30 мая 1992 года Совет Безопасности ООН принял пакет
жестких санкций против СРЮ. Российский представитель так-
же голосовал за эти санкции, что вызвало острую полемику в
Верховном Совете РФ, который 26 июня принял Постановле-
ние, рекомендовавшее МИДу придерживаться сбалансирован-
ного подхода ко всем сторонам конфликта181. 14 июля 1992 года
Президент России подписал распоряжение о «замораживании»
отношений с СРЮ в свете выполнения резолюции № 757 СБ
ООН от 30 мая 1992 года. Этот документ приостановил обмен
товарами между Россией и СРЮ, научно-техническое и куль-
турное сотрудничество, накладывал запрет на перечисление фи-
нансовых средств в СРЮ и т.д. 22 сентября 1992 года Россия
поддержала Резолюцию Совета Безопасности ООН о том, что
после прекращения существования СФРЮ и до нового приня-
тия СРЮ в члены ООН она не будет участвовать в его работе. В
результате СРЮ была исключена из состава участников Гене-
ральной Ассамблеи ООН.
Эскалация вооруженного конфликта в Югославии, с одной
стороны, и слабая эффективность воздействия на него со сто-
роны ЕС, включая экономические санкции, побудили ООН к
принятию более решительных мер к конфликтующим сторо-
нам. В январе 1992 года в Югославию был направлен передовой
отряд в количестве 50 офицеров связи, а 21 февраля Советом
Безопасности была принята резолюция № 743 о формировании
миротворческого контингента войск ООН для использования в
Югославии182.
390
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Следует отметить, что решение о вмешательстве ООН в
югославские дела было принято в первую очередь по инициа-
тиве европейских постоянных членов Совета Безопасности, ко-
торые впоследствии выделили большую часть контингентов
войск, направленных в Хорватию и Боснию.
Весной 1992 года началась операция миротворческих сил
ООН по поддержанию мира под наименованием ЮНПРОФОР.
Численность воинского контингента составила 14 тысяч чело-
век из более 20 стран. Штаб-квартира ООН расположилась в
Сараево. Командовал силами ООН индийский генерал С. Нам-
бияр.
Участие России, которая впервые подключалась к вы-
полнению подобной операции, регламентировалось Поста-
новлением Верховного Совета Российской Федерации «Об
участии российского военного контингента в операции
ООН по поддержанию мира в Югославии» от 6 марта
1992 года183. Российский батальон «голубых касок» чис-
ленностью 900 человек (Русбат — 1) прибыл в бывшую
Югославию в апреле 1992 года и выполнял задачу на ли-
нии разграничения противоборствующих сил сербов и
хорватов в полосе границы между Сербской Краиной и
Хорватией (сектор Вуковар — Осиеку Винковицы).
ЮНПРОФОР первоначально была развернута в Хорватии
на временной основе для создания условий мира и безопаснос-
ти, необходимых для переговоров по общему урегулированию
кризиса в Югославии. Мандат операции призван был гаранти-
ровать демилитаризацию трех «зон безопасности ООН» в Хор-
ватии и защиту всех лиц, проживавших в них, от угрозы воору-
женного нападения. В течение 1992 года мандат ЮНПРОФОР
был расширен. Он стал включать уже контроль за ситуацией в
некоторых других зонах Хорватии («розовые зоны»); наделе-
ние сил ООН полномочиями контроля за пропускным режимом
гражданских лиц в «зонах безопасности», иммиграционных и
таможенных служб на их границах и на международных гра-
ницах; контроль за процессом демилитаризации полуострова
Превлака и контроль над плотиной Перуча, расположенной в
одной из «розовых зон».
Кроме того, ЮНПРОФОР контролировала реализацию со-
глашения о прекращении огня, подписанного хорватским пра-
вительством и местными сербскими властями в марте 1994 года
вслед за вспышкой столкновений в январе и сентябре 1993 года.
391
ШВасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
В июне 1992 года, когда конфликт усилился и распростра-
нился на Боснию и Герцеговину, мандат и численность ЮН-
ПРОФОР были расширены для того, чтобы гарантировать бе-
зопасное функционирование аэропорта в Сараево и доставку
гуманитарной помощи в этот город и его окрестности. В сентяб-
ре 1992 года мандат ЮНПРОФОР был в очередной раз расши-
рен и включил поддержку мер Верховного Комиссара ООН по
делам беженцев по доставке гуманитарной помощи в пределах
всей Боснии и Герцеговины, а по просьбе Международного Ко-
митета Красного Креста — охрану колонн гражданских лиц,
освобожденных из плена. Кроме того, силы ООН осуществляли
наблюдение за зоной запрета полетов, воспрещая все полеты
военных самолетов над Боснией и Герцеговиной и «зонами бе-
зопасности» ООН, установленными Советом Безопасности во-
круг Сараево и пяти боснийских городов.
Несмотря на присутствие войск ООН, источники напряжен-
ности в Хорватии, Боснии и Герцеговине не были устранены.
В такой обстановке 26 августа 1992 года началась Лондон-
ская конференция по Югославии с участием представителей 30
стран, международных организаций и союзов, а также прези-
дентов всех югославских республик. В ходе конференции был
выработан рабочий механизм урегулирования конфликта. В
сентябре был создан Координационный комитет по политичес-
кому урегулированию боснийского кризиса со штаб-квартирой
в Женеве и шесть рабочих групп.
Решающей попыткой добиться компромисса между воюю-
щими сторонами в Боснии и Герцеговине явился план специ-
ального посланника генерального секретаря ООН С. Вэнса и
уполномоченного ЕС Д. Оуэна. План предусматривал четыре
основных элемента: немедленное прекращение боевых действий,
согласование принципов конституционного устройства респуб-
лики, определение карт расселения трех основных националь-
ностей и национальных меньшинств и создание временного пра-
вительства. На территории Боснии и Герцеговины предусмат-
ривалось создание девяти кантонов по национально-террито-
риальному принципу и одного смешанного — столицы Сараево.
Основной целью плана было сохранение единого государства.
Однако по этому плану сербы теряли четверть территории,
на которой они проживали веками. Отводимые им кантоны за-
нимали бедные в экономическом отношении земли. В располо-
жение сербов не попадало ни одного богатого месторождения
бокситов, свинца, цинка, не было крупных промышленных пред-
приятий.
392
Глава четвертая Новый балканский тупик?
План Вэнса — Оуэна без промедления подписали хорваты,
т.к. хорватские кантоны примыкали к границам собственно Хор-
ватии.
Все элементы плана обсуждались в парламенте Республики
Сербской БиГ в середине мая 1993 года и были им отвергнуты.
Фактически отказ сербов от плана Вэнса—Оуэна ознамено-
вал новый этап в отношении США и западных держав к кон-
фликту в Боснии и Герцеговине — расширение силового давле-
ния на сербскую сторону путем военного вмешательства.
Именно в этот период Североатлантический союз ак-
тивизировал разработку планов военного участия в лик-
видации югославского конфликта. На сессии Совета НАТО
в Осло в июне 1992 года было принято решение о готов-
ности оказывать поддержку в миротворческой деятель-
ности, проводимой в пределах компетенции СБСЕ. 2 сен-
тября того же года Совет НАТО принял решение о ме-
рах по привлечению Североатлантического союза для под-
держки усилий ООН у СБСЕ и ЕС по восстановлению мира
в бывшей Югославии184.
Резолюция № 816 Совета Безопасности ООН от 31 марта
1993 года предполагала, что НАТО будет играть главную роль
в обеспечении соблюдения запретной зоны для полетов над
Боснией и Герцеговиной. Президент Клинтон отдал указание об
использовании американской авиации для сбрасывания продо-
вольственной помощи в осажденные мусульманские города.
Боевые самолеты США и других стран НАТО стали осуществ-
лять патрулирование воздушного пространства над Боснией и
Герцеговиной. США и их союзники развернули в Адриатике
группировку, насчитывавшую более 30 боевых кораблей185.
17 апреля 1993 года в Совете Безопасности по настоянию
Франции была принята резолюция об ужесточении экономи-
ческих санкций против Союзной Республики Югославии. Рос-
сия при голосовании по этой резолюции воздержалась.
Советом НАТО и Советом Безопасности рассматривалась
возможность нанесения воздушных ударов по позициям бос-
нийских сербов в случае их противодействия проведению ак-
ций помощи по линии ООН.
Мусульманская и хорватская стороны восприняли ужесто-
чение санкций против СРЮ как поощрение их антисербской
активности.
393
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
В августе 1993 года было принято решение, в соответ-
ствии с которым на первом этапе удары НАТО с возду-
ха должны были наноситься только для подавления серб-
ских огневых позиций. На втором этапе предполагалось
включить в число возможных целей объекты инфра-
структуры и снабжения сербов. При этом для нанесе-
ния первого удара была необходима санкция Генерального
секретаря ООН и Совета НАТО, для последующих уда-
ров — только Совета НАТО.
С конца 1993-го — в начале 1994 года роль российской дип-
ломатии в югославском конфликте заметно активизировалась.
Мимо российского общественного мнения не могли пройти фак-
ты односторонности санкций против СРЮ, которые отнюдь не
способствовали ослаблению конфликта в Боснии и Герцеговине.
После выборов в Думу в России в декабре 1993 года почти все
депутатские группы стали сходиться в том, что российская дип-
ломатия должна вносить свой собственный вклад в урегулиро-
вание ситуации в Боснии и Герцеговине.
Очередное обострение ситуации в Боснии и Герцеговине в
начале февраля 1994 года после взрыва в Сараево усилила сре-
ди членов ЕС и НАТО требования о нанесении воздушных уда-
ров по сербским позициям. Базы НАТО были приведены в бое-
вую готовность. Совет НАТО предъявил ультиматум босний-
ским сербам. 11 февраля 1994 года он потребовал от боснийских
сербов в 10-дневный срок отвести тяжелое вооружение от Са-
раево на 20 км. Как и ранее, вне поля зрения членов НАТО и
ЕС оставались действия мусульманской стороны.
В этих условиях российская дипломатическая инициатива и
деятельность специального представителя Президента России,
заместителя министра иностранных дел В.И.Чуркина помогли
смягчить позицию НАТО. Кроме того, командование миротвор-
ческих сил ООН дало согласие на размещение российских войск
в зоне, возникшей после отвода сербских войск от Сараево.
25 февраля 1994 года высшая палата Российского парла-
мента одобрила предложение о направлении дополнитель-
ного воинского контингента для участия в составе сил
ООН. В результате миротворческую миссию в районе
Сараево в так называемой буферной зоне между сербами
и мусульманами стал выполнять российский батальон
(Русбат—2). Общая численность российских войск в райо-
394
Глава четвертая Новый балканский тупик?
не конфликта в конце марта 1994 года составила 1 500 че-
ловек.
Россия и США достигли договоренности о программе совме-
стных действий по прекращению войны в Боснии и Герцегови-
не.
В то же время американцы стали активно выступать с соб-
ственной инициативой. Так, в конце марта 1994 года в Вашинг-
тоне между А. Изетбеговичем и Ф. Туджманом было подписано
соглашение о создании Мусульмано-Хорватской Федерации, что
явилось вехой в осуществлении американского сценария раз-
дела территории Боснии и Герцеговины между сербами, с од-
ной стороны, и мусульманами и хорватами — с другой. Босний-
ские сербы отказались присоединиться к договору.
Новый этап в развитии ситуации в Боснии и Герцеговине
был связан с началом активных силовых действий со стороны
НАТО в период обострения конфликта в апреле 1994 года (об-
стрел сербской артиллерией Горажде).
10—11 апреля 1994 года была проведена воздушная опера-
ция «Голубой меч», в ходе которой два истребителя-бомбарди-
ровщика F-16 ВВС США с авиабазы США в Авиано (Италия)
нанесли удар по артиллерийской позиции и одному командно-
му пункту боснийских сербов в районе Горажде. Решение о
нанесении ударов было принято командующим силами ООН и
реализовано силами НАТО без консультаций с российской сто-
роной186 .
С другой стороны, боснийские сербы нарушили имевшуюся
договоренность о прекращении военных действий, что вызвало
категорическое требование Президента России отвести войска
от Горажде и позволить войскам ООН войти в город.
13 мая 1994 года в Женеве министры иностранных дел Рос-
сии, США, Великобритании, Франции в присутствии предста-
вителей Германии, Бельгии, Греции, представителей ЕС и ООН
договорились о единой стратегии в разрешении боснийского
конфликта и призвали воющие стороны заключить договор о
разделе территории Боснии и Герцеговины в соотношении:
49 процентов территории— сербам, а 51 процент— Мусуль-
мано-Хорватской Федерации187.
В начале июня 1994 года удалось достичь соглашения о пре-
кращении огня между воюющими сторонами на один месяц.
В июле 1994 года в результате деятельности Контактной
группы по Боснии и Герцеговине в составе представителей Рос-
395
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
сии, США, Германии, Франции, Великобритании был сформу-
лирован план по Боснии и Герцеговине, в основу которого во-
шли Женевские договоренности. Однако Скупщина Республи-
ки Сербской отвергла план, выдвинув собственные условия.
Россия со своими историческими симпатиями к сербам была
глубоко вовлечена в балканский конфликт, выделив значитель-
ный воинский контингент для миротворческой операции. Она
пыталась отыскать пути разрешения конфликта. Российские
мирные инициативы играли значительную роль в попытках
международного сообщества остановить военные действия в
бывшей Югославии. Тем не менее, подобно другим мирным пред-
ложениям и планам, они не могли удовлетворить все конфлик-
тующие стороны, пока сербы контролировали 70 процентов тер-
ритории Боснии и Герцеговины.
1 августа 1995 года Совет НАТО принял план действий на-
товской авиации, который должен был предотвратить нападе-
ния на зоны безопасности в Боснии: районы Бихача, Тузлы,
Сараево и Горажде. 10 августа был подписан «Меморандум о
взаимопонимании» между ООН и НАТО. Российское руковод-
ство высказывало недовольство тем, что Меморандум о взаи-
мопонимании не обсуждался с российской стороной. «Завеса
секретности» вокруг этого меморандума еще больше осложни-
ла отношения между Россией и НАТО, хотя позже этот конфи-
денциальный документ был в конечном итоге опубликован в
российской печати188.
В то время когда Запад окончательно решил оказать
давление на сербов, чтобы прекратить конфликт, Рос-
сия начала чувствовать себя все больше и больше исклю-
ченной из процесса принятия решений по югославским
проблемам. Это чувство особенно усилилось после того,
как 10 августа 1995 года был подписан «Меморандум о
взаимопонимании» между ООН и НАТО. Его подписали
командующий войсками НАТО в Южной Европе адмирал
Лейтон Смит и командующий силами ООН генерал-лей-
тенант Бернар Жанвьер. Меморандум предусматривал
проведение воздушных операций НАТО для защиты «зон
безопасности» в Боснии—Герцеговине. Предметом глав-
ного беспокойства для России было то, что этот доку-
мент, в частности, давал НАТО право независимого при-
нятия решений на использование военной силы в Боснии.
396
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Авиация НАТО как дамоклов меч нависала над сербами.
Оставалось найти только повод, и он вскоре был найден. В ав-
густе 1995 года вновь произошел артобстрел рынка в Сараево,
имелись многочисленные человеческие жертвы. Этот обстрел
был немедленно приписан сербской артиллерии, после чего по-
следовали массированные воздушные удары НАТО.
Начиная с 30 августа 1995 года и в течение сентября была
нанесена серия бомбовых и ракетных ударов по всем военным
объектам в крупных городах Республики Сербской, в том числе
и по ее столице — г. Пале, а также по местам концентрации
сербских войск.
В ходе операции «Мертвый глаз» с помощью специальных
бортовых ракет, реагирующих на искусственное излучение, была
выведена из строя сербская система электронного слежения за
воздушным пространством. В качестве высокоточного оружия
было использовано 600 управляемых авиабомб и 13 крылатых
ракет «Томагавк», с помощью которых силы НАТО пытались
точечными ударами уничтожить всю военную инфраструктуру
республики.
Руководитель операции бригадный генерал ВВС США
Д. Сэйер, являвшийся помощником начальника центра
управления боевыми действиями авиации НАТО, отме-
чал: «Мы не знали, как долго дипломаты позволят нам
наносить воздушные удары, и поэтому стремились из-
влечь макси/аум эффекта еще на первом этапе»189.
В ходе второго этапа операции последовали точечные уда-
ры по военным объектам в Западной Боснии: уничтожались
командные пункты, узлы связи, склады с боевой техникой, важ-
ные стратегические мосты и прочие объекты. По специальному
графику ежесуточно ударные группы производили по пять бо-
евых вылетов, в каждом по 12—20 самолетов ВВС восьми стран
НАТО. В операции были задействованы военная авиация, тя-
желая артиллерия, силы быстрого реагирования с приданными
им средствами.
Число жертв среди мирного сербского населения и мате-
риальный ущерб неизвестны. Никто и никогда не назвал
эти действия войной против сербского народа.
Все столицы западных держав поддержали военную акцию
НАТО.
397
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Москва была уведомлена об акции лишь тогда, когда истре-
бители-бомбардировщики уже взяли боевой курс на Боснию.
Российское руководство чувствовало себя настолько уязв-
ленным этим, что президент Б.Н.Ельцин 7 сентября 1995 года
выступил с заявлением. Он отметил, что продолжающиеся воз-
душные удары НАТО и артиллерийский обстрел позиций бос-
нийских сербов подрывают усилия по политическому урегули-
рованию и выходят за рамки решений Совета Безопасности
ООН. Они втягивают международное сообщество в конфликт
против одной из воюющих сторон в Боснии. Он сказал, что Рос-
сии следует тщательно взвесить свою стратегию и подходы в
отношениях с Северо-Атлантическим союзом, если такая поли-
тика будет продолжена190.
Но дело было уже сделано. Нанесение авиацией НАТО бом-
бовых ударов по позициям боснийских сербов окончательно
изменило ситуацию в Боснии и Герцеговине. Воздушные удары
продолжались до 13 сентября, чтобы заставить сербов подчи-
ниться ультиматуму НАТО и вывести свое тяжелое оружие из
20-км запретной зоны вокруг Сараево.
В то же время боснийское правительство, несмотря на при-
зыв ООН и НАТО ко всем сторонам прекратить немедленно все
наступательные и другие военные действия в Республике Бос-
ния и Герцеговина191, решило извлечь выгоду из создавшейся
ситуации и начало наступление против боснийских сербов. К
12 октября 1995 года, когда соглашение о перемирии вступило в
силу, Мусульмано-Хорватская Федерация восстановила конт-
роль над значительной частью территории, утраченной в 1991—
1994 годах, и таким образом контролировала около 50 процен-
тов территории Боснии, в то время как другие 50 процентов
оставались под контролем сербов.
Таким образом, военная сила сыграла основную роль для
принуждения боснийских сербов к миру на предложенных НАТО
от имени мирового сообщества условиях. Но операция имела и
военно-практическое значение — в ходе ее проведения отраба-
тывалась эффективность системы командования, в боевых ус-
ловиях испытывались новейшее специальное вооружение и бое-
вая техника.
В итоге ООН и международное сообщество практически
признали военные силы НАТО в качестве главного субъек-
та процесса урегулирования кризиса в бывшей СФРЮ.
Закончился период миротворческой операции ЮНПРО-
398
Глава четвертая Новый балканский тупик?
ФОР, в которой приняло участие более 40 тыс. человек
из 29 стран, включая военный, полицейский и граждан-
ский персонал192. В ходе ЮНПРОФОР общее число безвоз-
вратных потерь достигло 210 человек, включая 199 воен-
нослужащих. Из них в результате враждебных действий
73 миротворца было убито и более 500 ранено193.
ЮНПРОФОР была уполномочена применять силу для са-
мообороны и координировать с НАТО использование авиации
для поддержки своих действий. Аналогичные условия впослед-
ствии были распространены на территорию Хорватии. ЮН-
ПРОФОР также контролировала выполнение соглашения о пре-
кращении огня, подписанного боснийским правительством и
силами боснийских хорватов в феврале 1994 года. Кроме того,
ЮНПРОФОР осуществляла контроль за договоренностями о
прекращении огня, достигнутыми между боснийским правитель-
ством и силами боснийских сербов, которые вступили в силу
1 января 1995 года.
В декабре 1992 года ЮНПРОФОР была также развернута в
бывшей республике Югославии — Македонии, для наблюдения
за развитием ситуации в ее приграничных областях, с целью
сохранения стабильности в этой республике и предотвращения
угрозы ее территории.
В дальнейшем, 31 марта 1995 года Совет Безопасности ре-
шил реорганизовать ЮНПРОФОР, заменив ее тремя отдель-
ными, но связанными между собой операциями по поддержа-
нию мира: силы ООН превентивного развертывания в Македо-
нии, миссия ООН по восстановлению доверия в Хорватии (с
1996 года — переходная администрация ООН в Восточной Сла-
вонии, Баранье и Западном Среме), полицейские силы ООН в
Боснии и Герцеговине, миссия наблюдателей ООН в Превлаке
(Хорватия) для контроля за демилитаризацией п-ва Превлака).
Подводя итоги проведения операции ЮНПРОФОР, мож-
но сделать следующие выводы. Развертывание сил ООН
началось в стране, которая распадалась на части, и хотя
эти новые ее части были признаны международным со-
обществом, их правительства не контролировали тер-
ритории, на которые претендовали. Миссия ООН тре-
бовала сотрудничества с воюющими сторонами. Такого
сотрудничества, однако, не удалось добиться, поскольку
мирный план Вэнса—Оуэна не способствовал решению
399
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
основной проблемы, которая вызвала конфликт, — кто
управляет сербскими общинами в Хорватии и Боснии?
Этот план не наделял ЮНПРОФОР необходимыми пол-
номочиями силового принуждения для обеспечения вы-
полнения достигнутых соглашений. К тому времени, ког-
да мировое сообщество осознало непрактичность плана
Вэнса—Оуэна, миссия ООН уже доказала свою неспособ-
ность оправдать ожидания конфликтующих сторон.
Что особенно поражает, так это количество резолюций Со-
вета Безопасности и заявлений глав различных стран в период
1992—1995 годов в связи с бывшей Югославией — их насчиты-
вается более ста. Они свидетельствуют о другой характерной
черте мандата этой миссии — его неясности и противоречивос-
ти. Готовность Совета Безопасности ставить новые задачи пе-
ред операцией сочеталась с нежеланием выделять необходи-
мые средства, что затрудняло деятельность миротворческих сил
в зоне конфликта.
Отсутствие согласия среди членов Совета Безопасности часто
заводило дело в тупик. Страны, выделившие свои воинские кон-
тингенты, и великие державы, которые не направляли свои вой-
ска в Югославию, занимали разные позиции по отношению к
применению силы или в отношении отмены эмбарго на постав-
ку оружия боснийскому правительству. Это создавало впечат-
ление крайней несогласованности международного сообщества.
ЮНПРОФОР, в глазах противоборствующих сторон, с са-
мого начала действовала не беспристрастно, а в основном в ин-
тересах мусульмано-хорватской стороны. В Боснии вмешатель-
ство ООН фактически изменило исход войны, лишив сербов
быстрой победы в войне и превратив ее в войну на истощение.
Даже гуманитарные усилия ЮНПРОФОР в Боснии (открытие
транспортного сообщения, поставки продовольствия и т.п.) фак-
тически играли на руку мусульманам, обеспечивая им опера-
тивную глубину и внутренние линии коммуникаций для манев-
ра силами и средствами. Именно хорваты и мусульмане несом-
ненно больше всего выиграли от присутствия ООН, и сербы
отлично видели это194.
На конечном этапе операции ЮНПРОФОР оказалась, по
мягкому определению представителей ООН, «вовлеченной в
конфликт в военном плане» и открыто выступила против бос-
нийских сербов, окончательно потеряв тем самым имидж бес-
пристрастности, присущий ООН.
400
Глава четвертая Новый балканский тупик?
«ЮНПРОФОР, которую никто из конфликтующих сто-
рон не любил и не боялся, оказалась неспособной нала-
дить диалог или стукнуть кулаком, чтобы заставить
стороны начать переговоры»195.
Тем не менее ЮНПРОФОР все же имела некоторые дости-
жения. Операции может быть приписана заслуга в предотвра-
щении разрастания конфликта, поскольку она не дала ему воз-
можность выйти за границы Хорватии и Боснии. Она изолиро-
вала конфликт и даже в известной мере смягчила его — раз-
вертывание сил ООН сыграло важную роль в предотвращении
открытого и активного участия Югославской народной армии в
гражданской войне. ООН также удалось защитить национальные
меньшинства от насилия в зонах высокого риска и выполнить
существенный объем гуманитарных задач. Ей удалось осуще-
ствить контроль за прекращением огня вдоль линии мусульма-
но-хорватской конфронтации, долгое время обеспечивать безо-
пасность в Сараево, в зонах Сребреницы и Жепы. Войска ООН
сыграли неоценимую роль в деле гуманитарной помощи и со-
действовали гуманитарным организациям в их деятельности.
Благодаря гуманитарной помощи несколько сот тысяч тонн гу-
манитарных грузов было доставлено в Боснию196.
Однако в целом ЮНПРОФОР считается неудачной опера-
цией. Она не обеспечила эффективного контроля за прекраще-
нием огня, защиту зон безопасности и условий для непрерыв-
ной гуманитарной помощи.
Для этого имелось несколько объективных причин.
Стратегия Совета Безопасности была отражением полити-
ческих разногласий между основными государствами-членами
ООН.
Миссия ООН с самого начала выступала с ограниченной за-
дачей— добиться частичного прекращения огня при общих
спорных политических установках. Таким образом, присутствие
ООН фактически способствовало тому, что конфликт разви-
вался по «кругу», а гуманитарное вмешательство становилось
очевидным объектом манипуляций со стороны воюющих сто-
рон. Более того, такое вмешательство влияло на местный ба-
ланс сил и таким образом вызывало даже подозрительное или
презрительное отношение сторон к попыткам вмешательства,
вместо их поддержки или уважения.
Вмешательству ЮНПРОФОР с самого начала не хвата-
ло беспристрастности. Миссия ООН вскоре стала объек-
401
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
том манипуляций, вызывая этим отрицательное отно-
шение всех сторон в конфликте. На конечном этапе опе-
рации войска ООН окончательно сменили свою беспри-
страстность на открытое пристрастие в конфликте.
В начале ноября 1995 года на базе ВВС США начались пе-
реговоры по боснийскому урегулированию, завершившиеся в
Дейтоне (штат Огайо) парафированием мирного соглашения.
Официальное подписание соглашения состоялось 14 декабря
1995 года в Париже главами делегаций— Президентами Рес-
публики Сербии С. Милошевичем, Республики Хорватии Ф. Туд-
жманом, Председателем Президиума Боснии и Герцеговины
А. Изетбеговичем. Подписи под этим документом в качестве сви-
детелей поставили руководители стран — членов Контактной
группы: президенты Б. Клинтон, Ж. Ширак, премьер-министры
Дж. Мейджор, В. Черномырдин, канцлер Г. Коль.
Есть очевидные пределы возможностям ООН положить
конец ожесточенной гражданской войне. Силы ООН в зоне
конфликта могут служить лишь временным инстру-
ментом для смягчения жестокостей вооруженного про-
тивостояния и бедственного положения гражданского на-
селения. В то же время любой мандат, распространяю-
щийся на зону активных военных действий, обязатель-
но имеет политическую подоплеку и поэтому в опреде-
ленной степени лишен беспристрастности. Тем не ме-
нее заслуги сил ООН в Боснии бесспорны и их присут-
ствие было там более чем оправдано. Попытка ООН вме-
шаться в разгар жестокой гражданской войны заслужи-
вает еще большего уважения, поскольку, когда никто не
хотел нести жертвы, эта организация сделала выдаю-
щиеся усилия, чтобы остановить войну.
Весь блок подписанных материалов включал общий текст
«Соглашение о мире в Боснии и Герцеговине» и 11 предложе-
ний, представлявших комплекс мероприятий по мирному уре-
гулированию военного и гражданского характера.
Босния и Герцеговина оставалась единым государством в
его международно-признанных границах, но состоящим из двух
субъектов: Мусульмано-Хорватской Федерации и Республики
Сербской. Территориальное разграничение установлено соот-
ветственно в соотношении 51 и 49 процентов. Граница между
субъектами была показана на карте и могла быть скорректиро-
402
Глава четвертая Новый балканский тупик?
вана ими на основе взаимного согласия. При этом корректиров-
ка должна была согласовываться с командующим многонацио-
нальными военными силами по выполнению соглашения. Еди-
ной столицей Боснии и Герцеговины оставалось Сараево.
Военный блок урегулирования включал взаимные обязатель-
ства о прекращении военных действий; разоружении и роспус-
ке всех вооруженных гражданских группировок; о выводе всех
иностранных сил, включая советников, добровольцев и пр. (кроме
предусмотренных многонациональных военных сил по выпол-
нению соглашения).
Имелись особые статьи о выводе всех вооруженных сил из
зоны разъединения вдоль согласованной линии прекращения
огня, о мерах по обеспечению контроля над уровнем вооруже-
ний, обмене информацией, касающейся местонахождения всех
известных минных полей и военных объектов.
Разработка и принятие документов проходили под жестким
давлением и контролем США, которые практически игнориро-
вали позиции даже своих западноевропейских партнеров, не
говоря уж о Российской Федерации. Согласно принятым в Дей-
тоне документам, мирное урегулирование в БиГ было призвано
решить триединую задачу: проведение миротворческой опе-
рации; осуществление территориального размежевания кон-
фликтующих сторон; проведение свободных демократических
выборов.
В соответствии с достигнутым соглашением, новую миро-
творческую операцию в БиГ планировалось проводить на осно-
ве резолюции Совета Безопасности ООН, которая предоставля-
ла полномочия государствам-членам ООН или региональным
организациям в формировании многонациональных миротвор-
ческих сил. При этом лидеры Сербии, Хорватии и боснийских
мусульман согласились с тем, чтобы эти силы были сформиро-
ваны НАТО и действовали под руководством и политическим
контролем Совета Североатлантического союза. В конце ноября
1995 года Военный Комитет НАТО на уровне начальников ге-
неральных штабов стран-членов альянса утвердил состав сил в
операции по выполнению условий мирного соглашения на тер-
ритории Боснии и Герцеговины (сокращенно — Силы по вы-
полнению соглашений — Implementation Force — ИФОР (СВС).
В состав ИФОР (СВС) планировалось включить воздушный,
морской и сухопутный компоненты, создаваемые на основе во-
инских контингентов как стран-членов НАТО, так и государств,
не входивших в этот блок.
Участие соединений и частей национальных вооруженных
403
Н.Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
сил в СВС должно было определяться двусторонними соглаше-
ниями каждой страны с Североатлантическим союзом.
Согласно парафированным документам, управление этими
силами предусматривалось осуществлять через командные
структуры НАТО. Командующим ИФОР (СВС) стал адмирал
Лейтон Смит, который в качестве главнокомандующего южным
флангом НАТО руководил ВВС НАТО, действовавшими ранее
в Боснии. Его заместителем был назначен генерал Б. Жанвьер.
Непосредственное руководство операцией было возложено на
командующего СВС, которому предоставлялась вся полнота вла-
сти по реализации военных аспектов мирного соглашения, в
том числе и по применению силы.
15 декабря 1995 года была принята резолюция С Б ООН
№ 1033 па проведение новой миротворческой операции в
БиГ, которая определила порядок формирования СВС.
Операция по выполнению мирного соглашения в Боснии и
Герцеговине должна была осуществляться в соответ-
ствии с оперативным планом № 10405 «Джойнт Инде-
вор», принятым Советом НАТО.
19 декабря 1995 года была осуществлена передача полномо-
чий от командующего Силами ООН командующему СВС. После
этого началось осуществление военных аспектов соглашения.
Согласно плану, основная цель операции заключалась в обес-
печении реализации мирного соглашения между противобор-
ствующими сторонами боснийского вооруженного конфликта.
Достижение цели миротворческой операции предполагалось
осуществить решением следующих главных военных задач:
прекращение боевых действий; вывод вооруженных сил всех
сторон на соответствующие территории; передислокация войск
и тяжелого вооружения в предназначенные районы; создание
зон разделения; обеспечение запрета на создание минных по-
лей и препятствий; контроль демаркации границ и зон разде-
ления между сторонами в соответствии с мирным соглашением;
создание совместных военных комиссий на соответствующих
уровнях.
Кроме того, в пределах имевшихся возможностей многона-
циональные силы могли быть привлечены к решению следую-
щих вспомогательных задач: оказание помощи Верховному
комиссару ООН по делам беженцев и другим международным
организациям в выполнении ими гуманитарной миссии; обеспе-
чение безопасности и свободы перемещения гражданского на-
404
Глава четвертая Новый балканский тупик?
селения; контроль за осуществлявшимся сторонами обозначе-
нием, разминированием минных полей и боеприпасов; оказание
помощи другим международным организациям в создании ус-
ловий для решения ими своих задач в рамках мирного урегу-
лирования, включая проведение свободных и справедливых вы-
боров.
В соответствии с планом проведения операции, территория
Боснии и Герцеговины была разделена на три сектора ответ-
ственности между дивизиями многонациональных сил: «Север»,
«Юго-Запад» и «Юго-Восток».
Части и подразделения СВС предусматривалось разместить
не только вдоль линии разъединения противоборствующих сто-
рон, но и на всей территории БиГ, включая контролируемые
боснийскими сербами районы, против чего они категорически
выступали ранее.
Противоборствующие стороны брали на себя конкретные обя-
зательства,
В соответствии с договоренностью о разъединении вооружен-
ных сил противоборствующих сторон, устанавливалась зона пре-
кращения огня и разъединения сторон шириной 4 километра. С
момента вступления в силу мирного соглашения стороны обя-
зались в течение 30 дней вывести все войска и тяжелое воору-
жение из этой 4-километровой зоны, а в течение 45 дней —
выйти из районов, которые передавались другой стороне.
В течение одного месяца после вступления в силу мирного
соглашения противоборствующие стороны должны были пред-
ставить командованию многонациональных сил данные о дис-
локации, боевом и численном составе частей и подразделений,
находящихся в районах на удалении до 10 километров от ли-
нии территориального разграничения между Мусульмано-Хор-
ватской Федерацией и Республики Сербской.
В течение 120 дней стороны должны были разместить войс-
ка и складировать тяжелое вооружение в строго определенных
районах. В этот же период сторонам предписывалось провести
демобилизацию всех военнослужащих, которых не планирова-
лось размещать в указанных местах постоянной дислокации, и
предоставить командованию СВС данные о боевом и численном
составе всех вооруженных сил противоборствующих сторон.
В случае невыполнения всех этих обязательств против лю-
бой из противоборствующих сторон могли быть применены во-
енно-силовые меры с привлечением контингентов ВС НАТО и
других государств.
Замыслом операции предусматривалось ее последователь-
405
ШЗасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?,.
ное проведение в течение 12 месяцев впять этапов, каждый из
которых имел четкие временные рамки (начало и конец).
Этап 1. Подготовка и развертывание передовых сил в зоне
конфликта. Он начался с получения указаний на начало пла-
нирования, определение состава войск, их подготовки к развер-
тыванию и саморазвертывание войск. Этот этап закончился под-
писанием мирного соглашения, принятием резолюции Совета
Безопасности ООН и получением указаний на развертывание
основной группировки войск в зоне конфликта (день Д).
Этап 2. Ввод войск. Этап включал в себя прибытие войск и
их развертывание в зоне конфликта. Этап начался с момента
отдачи приказа о развертывании главных сил. Завершение этапа
предусматривалось после развертывания штабных и команд-
ных структур оперативно-тактического звена до дивизионного
уровня включительно, передачи отдельных частей и подразде-
лений сил ООН в распоряжение ГК СВС, установления контро-
ля над ключевыми элементами инфраструктуры.
Начало операции ИФОР отсчитывалось с момента передачи
войск ООН в подчинение командующему ИФОР.
Этап завершился 20 февраля 1996 года.
Этап 3. Выполнение задач операции. Этап начался с мо-
мента, когда СВС приступили к решению всего комплекса за-
дач по установлению мира. Этот этап операции планировалось
завершить с выполнением следующих условий: все линии разъе-
динения сторон определены, обозначены на местности, их про-
хождение доведено до всех сторон; свобода передвижения в
зоне конфликта обеспечена для всех сторон, участвовавших в
реализации мирного соглашения, включая ООН и другие меж-
дународные организации по оказанию гуманитарной помощи.
Этап 4. Переход к миру. Целями этого этапа являлось взя-
тие под полный контроль линии разъединения сторон и зон
разведения их вооруженных формирований, организация вос-
становления Боснии и Герцеговины и расширение участия граж-
данских международных организаций в продолжении опера-
ции по установлению мира после вывода СВС.
Конец четвертого этапа должен был означать окончание
военной части операции и начало активной работы междуна-
родных гражданских организаций, направленной на соблюде-
ние положений мирного соглашения.
Этап 5. Вывод Сил по выполнению соглашений. Этот этап
:-id i нался после принятия соответствующего решения и дол-
жен был представлять собой организованную передачу СВС
406
Глава четвертая Новый балканский тупик?
оставшихся нерешенных задач соответствующим международ-
ным гражданским организациям и вывод всего личного состава,
оружия и военной техники из зоны конфликта. Заключитель-
ной частью этого этапа являлось состояние, когда все СВС поки-
дали зону конфликта или передавались в подчинение нацио-
нальным командованиям, или перенацеливались на проведение
других операций.
Первоначально в операции планировалось задействовать
воинские контингенты от четырнадцати стран-чле-
нов НАТО (кроме Исландии и Люксембурга) и десяти
стран, не входивших в этот блок. Позднее для решения
этих задач была создана группировка, куда кроме пят-
надцати стран-членов НАТО вошли воинские контин-
генты 21 страны, не входивших в Североатлантический
альянс.
Наибольший по численности контингент (около 37 тысяч
человек) предоставляли США, из них в Северной и Северо-
Восточной Боснии (штаб г. Тузла) было размещено до 20 тысяч
военнослужащих, включая до 13 тысяч в составе 1 бртд [броне-
танковой дивизии], до 3 тысяч резервистов и до 4 тысяч в со-
ставе отдельных подразделений боевого и тылового обеспече-
ния. На вооружении американских войск находилось до 150 тан-
ков «Ml Абраме», около 250 БМП «Брэдли» и около 50 боевых
вертолетов «АН-64 Апач».
Великобритания направила в Боснию 14-тысячный контин-
гент (штаб г. Горни-Вакуф) , основу которого составили войска
из состава ЮНПРОФОР и сил быстрого реагирования ООН.
Франция была представлена 10-тысячным контингентом (штаб
г. Мостар), включая 7,5 тысяч миротворцев из состава ЮНПРО-
ФОР и Сил быстрого реагирования ООН и 2, 5 тысячи военно-
служащих в составе подразделений тылового обеспечения.
Контингент Германии численностью около 4 тысяч военно-
служащих включал эскадрилью многоцелевых истребителей
«Торнадо», а также отдельные горно-пехотные и разведыватель-
ные подразделения, части медицинского, инженерного и тыло-
вого обеспечения. Основной район дислокации — Адриатичес-
кое побережье Хорватии между г.г. Задар и Сплит, а также на
территории Италии.
По состоянию на январь 1996 года общая численность сухо-
путной группировки СВС составляла 83 тысячи 546 человек
407
ШВасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
(без учета частей и подразделений обеспечения, находившихся
за пределами Боснии и Герцеговины). Из них 71 тысяча 335 во-
еннослужащих стран НАТО, 12 тысяч 211 военнослужащих
стран, не входящих в Североатлантический союз.
После того как была принята общая концепция миротвор-
ческой операции в Боснии, НАТО продемонстрировала гибкий
подход по отношению к форме российского участия в планиро-
вании и согласовании командной цепочки. Первоначально рос-
сийская сторона предлагала создать специальный международ-
ный Комитет или Совет для политического руководства мисси-
ей. В состав этого Комитета было предложено включить стра-
ны, выделяющие воинские контингенты и ответственные за про-
ведение операции. Российская сторона также предлагала два
типа командной цепочки:
1. Российский контингент находится под российским воен-
ным командованием и подчиняется непосредственно этому спе-
циальному Комитету.
2. Создается объединенное командование в качестве своеоб-
разного Военного штаба, подчиняющегося специальному Коми-
тету, где российский представитель среди других имеет право
решающего голоса197.
Окончательная концепция российского участия в миротвор-
ческой операции в Боснии была выработана в ходе встреч рос-
сийского министра обороны с его американскими и натовскими
партнерами в октябре—ноябре 1995 года. Был достигнут ком-
промисс о создании специального Консультативного Комитета
в составе представителей от НАТО и России. Этот Комитет
должен был проводить регулярные совещания на уровне по-
слов или выше и осуществлять политическое руководство бос-
нийской миссией. Россия должна была информироваться о всех
решениях, давать рекомендации Совету НАТО и влиять на все
решения, связанные с российским контингентом198.
Проблема того, кому должна подчиняться российская бри-
гада, действовавшая в составе американской дивизии, также
была успешно решена. Чтобы обойти эту проблему, было согла-
совано, что российские войска численностью 2 000—3 000 чело-
век должны были находиться под командованием российского
генерала. Этот генерал, в свою очередь, должен был подчи-
няться американскому генералу — Верховному Главнокоман-
дующему объединенными вооруженными силами НАТО в Ев-
ропе. Задачи по поддержанию мира российскому контингенту
должны были определяться отдельно от Сил по выполнению
408
Глава четвертая Новый балканский тупик?
соглашений и, следовательно, не должны были технически про-
ходить по командной цепочке НАТО199.
Между Россией и НАТО была достигнута договоренность
о том, что российский воинский контингенту включен-
ный в состав СВС, должен был действовать совместно с
войсками НАТО, но под национальным контролем рос-
сийского командования. При этом планировалось в наи-
меньшей степени привлекать российский контингент к
силовым акциям по принуждению к миру.
Участие российского воинского контингента в операции ого-
варивалось «Положением по участию в операции стран, не вхо-
дящих в НАТО», и отдельным положением «Об участии Рос-
сии».
В соответствии с Постановлением Совета Федерации Феде-
рального собрания Российской Федерации № 772-1 СФ от 5 ян-
варя 1996 года, для участия в операции многонациональных
сил по выполнению мирного соглашения о мире в Боснии и
Герцеговине была сформирована отдельная воздушно-десант-
ная бригада (двухбатальонного состава с подразделениями бое-
вого и тылового обеспечения) численностью 1 600 человек.
В период с 18 по 25 ноября 1995 года группа офицеров управ-
ления командующего ВДВ провела рекогносцировку района дис-
локации и предстоящих действий российской бригады в БиГ.
В ходе рекогносцировки района предстоящих действий было
установлено взаимодействие с командованием 1 бртд США, во-
енно-политическим руководством противоборствующих сторон,
а также определены и согласованы порядок переброски лично-
го состава, вооружения, техники, материальных средств на аэро-
дром Тузла и выгрузки на железнодорожной станции Биелина,
маршруты выхода и места развертывания пунктов управлений
и подразделений, а также вопросы боевого, тылового и техни-
ческого обеспечения. Задачу бригаде поставили накануне ввода
войск.
В период с 11 по 31 января 1996 года была осуществлена
перевозка овдбр в Боснию и Герцеговину в район Тузла, Звор-
ник, Биелина. 73 самолето-рейсами и 11 железнодорожными
эшелонами было перевезено 1 554 человека личного состава,
107 единиц бронетанковой техники, 314 единиц автомобильной
техники, 1 595 тонн грузов.
409
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
В отличие от остальных воинских контингентов стран,
не являющихся членами НАТО, у российской бригады был
особый статус. Бригада на период операции являлась со-
ставной частью СВС, но самостоятельной в решении
поставленных задач и не входящей в состав сил НАТО.
Командующий ИФОР осуществлял командование ею че-
рез своего заместителя по российским войскам генерал-
полковника Леонтия Шевцова. Все приказы, отдаваемые
российской бригаде, подписывались ими обоими.
Российская бригада должна была взаимодействовать с аме-
риканской дивизией в установленной зоне ответственности (Се-
веро-Восточная Босния). При этом бригаде был определен са-
мостоятельный район для выполнения задач по разведению
конфликтующих сторон и.наблюдению за выполнением мирно-
го соглашения. В Боснии бригада в оперативном плане подчи-
нялась американскому командиру многонациональной дивизии
«Север» и была размещена вокруг Посавинского коридора. Это
было одной из наиболее важных и трудных задач, учитывая то
значение, которое конфликтующие стороны придавали этому
участку.
С завершением перегруппировки прошло развертывание
подразделений бригады в назначенных районах. Одновременно
было организовано взаимодействие с командованием многона-
циональной дивизии, проведена разведка зоны ответственнос-
ти, рекогносцировка районов и мест размещения постов кон-
троля и маршрутов патрулирования, разминирование местнос-
ти и объектов.
На российский военный контингент в назначенной зоне от-
ветственности было возложено выполнение главной задачи —
содействие выполнению Общего рамочного соглашения о мире
в Боснии и Герцеговине от 14 декабря 1995 года без примене-
ния силы, за исключением случаев, вызванных необходимос-
тью выполнения мандата многонациональных сил. Кроме того,
поручалось контролировать выборочное маркирование согласо-
ванной линии прекращения огня и зоны разъединения сторон,
а также линии между субъектами БиГ и зоны их разъедине-
ния; наблюдать за соблюдением и обеспечить выполнение все-
ми сторонами военных аспектов мирного соглашения, в том числе
обеспечить выполнение соглашения по зонам прекращения огня
и разъединения сторон; обеспечить прекращение военных дей-
ствий; обеспечить вывод, снятие или передислокацию опреде-
410
Глава четвертая Новый балканский тупик?
ленных сил (вооружений) и прекращение любых действий, пред-
ставляющих угрозу выполнению ими задачи или угрозу другой
стороне.
К тому же российский военный контингент должен был на-
ходиться в готовности к оказанию помощи Верховному комис-
сару ООН по делам беженцев и другим международным орга-
низациям в выполнении ими гуманитарной помощи; обеспече-
нию безопасности и свободы перемещения гражданского насе-
ления; осуществлению контроля за обозначением, разминиро-
ванием минных полей; оказанию помощи другим международ-
ным организациям в создании условий для решения ими своих
задач в рамках мирного урегулирования, включая проведение
свободных и справедливых выборов.
С конца февраля 1996 года подразделения бригады присту-
пили к совместному с американцами патрулированию в районе
г.Брчко. В интересах обеспечения взаимодействия на всех уров-
нях управления при штабах других соединений находились
оперативные группы российских офицеров. Соответственно к
штабу российской бригады была прикомандирована аналогич-
ная группа американских офицеров.
Как заявил один из американских участников операции:
«Отношения между руководимой США оперативной группой
«Игл» [«Орел»] и российской отдельной воздушно-десантной
бригадой являются вполне нормальными с оперативной точки
зрения. Российская бригада, одна из пяти бригад в составе опе-
ративной группы, действует четко и слаженно во взаимодей-
ствии со штаб-квартирой США в Европе и соседними многона-
циональными подразделениями. Этот успех не был случайным,
он явился результатом тщательного планирования, общей стра-
тегической цели и беспрецедентного профессионализма»200.
Операция протекала следующим образом. На первом этапе
(до 19 января 1996 года) войска сторон в основном были выве-
дены из 4-километровой зоны прекращения огня и разъедине-
ния. Одновременно командованию СВС были представлены дан-
ные о формированиях, находившихся в районах на удалении
10 км от линии территориального разграничения сторон, опре-
деленной мирными соглашениями.
В соответствии с Соглашением о региональной стабилиза-
ции (приложение 1-Б) в Вене под эгидой ОБСЕ состоялись пе-
реговоры между представителями всех боснийских общин, ито-
гом которых явилось заключение 30 января 1996 года договора
о мерах по упрочению доверия и снижению опасности возник-
новения конфликтов. Этот договор предусматривал: ограниче-
411
НВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
ние военного потенциала сторон; сокращение районов разме-
щения тяжелого вооружения; отвод войск и тяжелого вооруже-
ния в места постоянной дислокации; установление контроля над
предприятиями военной промышленности; обмен миссиями связи
с целью взаимного информирования о планируемой военной
деятельности.
Одновременно к 20 февраля 1996 года было завершено раз-
вертывание группировки СВС общей численностью более 100 тыс.
человек, включая сухопутный, воздушный и морской компо-
ненты. Соглашение о военных аспектах мирного урегулирова-
ния (приложение 1-А) предусматривало три этапа развода во-
оруженных сил противоборствующих сторон, которые выпол-
нялись следующим образом.
19 марта 1996 года завершился этап выполнения «Соглаше-
ния о военных аспектах мирного урегулирования» (Д+90), в
соответствии с которым противоборствующие стороны вывели
свои войска из районов, которые, согласно соглашению по тер-
риториальному разграничению, переходили под контроль дру-
гой стороны.
Кроме того, официально было объявлено о выводе с терри-
тории БиГ иностранных наемников, а также о завершении про-
цесса обмена военнопленными.
Третий этап операции продлился до конца апреля 1996 года.
Он предусматривал: размещение воинских формирований и
складирование тяжелого вооружения в строго определенных
районах; проведение демобилизации всех военнослужащих,
которых не планировалось размещать в указанных районах;
представление командованию СВС данных о численном и бое-
вом составе всех вооруженных сил конфликтующих сторон.
Таким образом, Парижские мирные соглашения по Боснии
и Герцеговине первоначально выполнялись в установленные
сроки.
Вместе с тем процесс мирного урегулирования осложнялся
наличием ряда негативных факторов. Так, не прекращались
вооруженные столкновения между боснийскими хорватами и
мусульманами. Кроме того, несмотря на официальные заявле-
ния, фактически так и не был завершен обмен военнопленными
и вывод в полном объеме с территории БиГ иностранных наем-
ников.
Поставленные перед ИФОР (СВС) военные задачи в целом
были выполнены. Благодаря присутствию миротворчес-
ких сил после почти 4-летней гражданской войны был
412
Глава четвертая Новый балканский тупик?
обеспечен мир, в течение года не возобновлялись военные
действия. Вооруженные силы конфликтующих сторон
были разведены и полностью выведены из 4-километро-
вой зоны от линии разъединения. Из 10-километровой
зоны была удалена тяжелая техника и вооружение, ко-
торые были сосредоточены в глубине территорий на
контролируемых и инспектируемых СВС более чем вось-
мистах базах, складах, арсеналах. Была проведена демо-
билизация армий воюющих сторон.
Все эти военные мероприятия лишили конфликтующие сто-
роны наступательных потенциалов, поставили под контроль их
военную деятельность.
Миротворческая операция в Боснии была успешной в воен-
ном отношении с точки зрения малых потерь. Решимость участ-
ников операции выполнить Дейтонские соглашения послужила
предостережением конфликтующим сторонам и заставила их
воздержаться от нападений как друг на друга, так и на персо-
нал ИФОР. Тем не менее миссия сразу же подверглась критике
за пассивность и выжидательную позицию, поскольку ей пред-
писывалось действовать только в том случае, когда жизнь лю-
дей могла быть поставлена под угрозу. Однако, за исключением
потерь от несчастных случаев и подрывов на минах, СВС ни
разу не подверглись нападению.
Одной из причин относительно безопасных условий для ми-
ротворческой операции было то, что помимо большой огневой
мощи, имевшейся в распоряжении ИФОР, все подразделения
(как НАТО, так и не НАТО) действовали в соответствии с оди-
наково жесткими и разумными правилами боевого применения
(ПБП). Эти правила выходили за рамки права применения огня
на поражение только в целях самообороны и включали право
персонала СВС использовать силу для выполнения поставлен-
ных задач.
Одна из причин относительной безопасности миро-
творцев заключалась в сильной оппозиции военных «пол-
зучей эскалации миссии» и приданию ИФОР полицейских
функций, в частности преследования военных преступ-
ников. Эта функция возлагалась на гражданский персо-
нал миссии. Военный персонал имел полномочия задер-
живать любых лиц, которые мешали выполнению мис-
сии, или тех, кто могли разыскиваться за военные пре-
ступления. Но военные не пытались выслеживать и аре-
413
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
стовыватъ их. Это были не благие пожелания, но трез-
вый расчет. Дистанцируясь от полицейских функций,
ИФОР в большой степени способствовала созданию об-
раза миротворцев как беспристрастной силы, облегчила
сотрудничество с бывшими конфликтующими сторо-
нами и содействовала созданию безопасных условий опе-
рации.
Не менее важным для военного успеха было политическое
измерение. Международное сообщество, российское и амери-
канское правительства в частности, приложили много усилий
для создания условий, в которых стороны в бывшей Югославии
были больше заинтересованы в мире, чем в продолжении граж-
данской войны. В отличие от Сомали и Руанды, еще до начала
миссии ИФОР было налажено сотрудничество лидеров воен-
ных фракций и гарантировано их сотрудничество с миро-
творческими силами. Администрация США не соглашалась пре-
доставить свой относительно большой воинский контингент до
тех пор, пока она не выработала такое соглашение, которое
сами конфликтующие стороны хотели бы видеть успешным.
В военной области ИФОР сделала многое за короткий пери-
од времени. Главной задачей ее деятельности было обеспече-
ние выполнения сторонами Дейтонского мирного соглашения,
особенно в части, касающейся прекращения военных действий,
установления зон разделения сторон и складирования тяжело-
го оружия. Эта задача была выполнена. Второй задачей было
осуществление помощи в обеспечении свободы передвижения
гражданского населения, беженцев и перемещенных лиц и аде-
кватный ответ на преднамеренное насилие. Это также было
выполнено. ИФОР в значительной степени способствовала сво-
боде передвижения путем выявления и обезвреживания мин-
ных полей, а также путем строительства и ремонта дорог и
мостов201.
Миссия СВС была успешной, поскольку начиная с самых
ранних этапов осуществлялась проверка выполнения мирного
соглашения. В частности, были немедленно учреждены Совме-
стные военные комиссии, которые были очень эффективными,
позволяя осуществлять обмен информацией между всеми за-
интересованными сторонами. Сторонами не проводилось ника-
кой значительной военной деятельности в Боснии и Герцегови-
не. ИФОР была предоставлена необходимая свобода передвиже-
ния. РЛС ПВО были отключены. При содействии ОБСЕ нача-
лись переговоры для обсуждения мер доверия и проблемы со-
414
Глава четвертая Новый балканский тупик?
кращения вооружений. Стороны подчинились требованиям СВС
уйти с позиций вдоль линии конфронтации в зоне Сараево.
Кроме чисто военных задач СВС создали условия для про-
ведения общенациональных выборов и позволили приступить к
восстановлению народного хозяйства, вернуться к нормальной
жизнедеятельности.
Тем не менее ИФОР не удалось добиться надежного со-
трудничества с бывшими конфликтующими сторонами и успе-
ха в построении доверия между ними202.
20 декабря 1996 года завершилось действие мандата, вы-
данного Советом Безопасности ООН на проведение в Боснии и
Герцеговине операции «Джойнт Индевор» («Совместное усилие»).
Совет Безопасности ООН в своей резолюции № 1088 от 12 де-
кабря 1996 года уполномочил создать на период 18 месяцев в
качестве правопреемника СВС многонациональные силы по ста-
билизации (Stabilization Force) (СПС — СФОР) для выполнения
задач согласно мирному соглашению.
Было решено, что для обеспечения перехода от «реализа-
ции к стабилизации» необходимы силы меньшие, чем ИФОР,
но более мощные, чем традиционные миротворческие силы ООН.
Признавая, что для стабилизации мира после истечения ман-
дата СВС будет необходимо сохранение сокращенного военного
присутствия, НАТО инициировала в декабре 1996 года опера-
цию «Совместная охрана» (Joint Guard) и создала Силы по ста-
билизации с теми же правилами боевого применения, но умень-
шенной численности и с мандатом до июня 1998 года. Одной из
задач СФОР было предотвращение возобновления военных дей-
ствий, чтобы помочь гражданским организациям в восстанов-
лении страны, расколотой войной, и обеспечить безопасность
проведения местных выборов. Было решено, что сохранение мира
и стабильности в Боснии должно быть больше прерогативой
боснийского правительства.
Численность сил новой миссии была установлена приблизи-
тельно в 30 тысяч человек в начале операции и около 13 тысяч
500 человек к концу 1997 года. СФОР включала приблизитель-
но 8 500 американских военнослужащих и сравнительно боль-
шее количество контингентов из стран, не входящих в НАТО.
СВС имели в своем составе 15 процентов военнослужащих из
стран, не входящих в НАТО, но в СФОР их доля повысилась до
40 процентов203.
Россия приняла активное участие в новой миротворческой
миссии. 12 февраля 1997 года Совет Федерации РФ принял
постановление о продлении срока использования российского
415
Н^асильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
воинского контингента в миротворческой операции многонацио-
нальных сил в БиГ до 31 июля 1998 года, при этом сократив его
численность до 1 400 человек.
Бригада действует в составе группировки многонациональ-
ной дивизии (мнд) «Север» (основа — 1-я пд США). Кроме час-
тей 1-й пд США и овдбр ВС РФ, в состав мнд «С» входят части
и подразделения Турции, Дании, Литвы, Латвии, Польши, Нор-
вегии, Финляндии и Швеции. Российская бригада выполняет
задачу в северо-восточном районе Боснии и Герцеговины, име-
ет зону ответственности площадью 1 750 кв. км. Общая протя-
женность линии разъединения — 75 км. 80 процентов зоны от-
ветственности овдбр — территория Республики Сербской (PC),
20 процентов — территория Мусульмано-Хорватской Федера-
ции. Наибольшая протяженность с севера на юг — 54 км, с за-
пада на восток — 62 км.
ИФОР заложила основу для безопасной ситуации в регионе,
но эта безопасность была достаточно хрупкой, и на долю СФОР
осталось значительное количество задач, которые нужно было
выполнить: посредничество в осуществлении контроля над
Брчко, переселение беженцев, создание политических инсти-
тутов власти, проведение выборов, восстановление боснийской
экономики, проведение переговоров относительно контроля над
вооружениями и создания мер доверия, препровождение воен-
ных преступников в суд.
Проведенные выборы и созданные политические институты
тем не менее ознаменовали собой раздел Боснии по «межэтни-
ческим границам»204. Наибольшая опасность заключаегся в том,
что раздел фактически происходит на уровне национального
сознания — школьное образование мусульман, хорватов и сер-
бов идет по различным программам; дополнительно к босний-
ским паспортам хорваты и сербы в Боснии получают соответ-
ственно хорватские и сербские паспорта205. Это, конечно, пре-
пятствует реализации мер доверия и в будущем может отрица-
тельно повлиять на контроль вооружений.
Кое-что было сделано в экономической сфере. СФОР сдела-
ла главный упор на гражданских задачах и мерах сдержива-
ния, однако сокращение численности миссии означало, что мень-
ше инженеров и других специалистов могло быть привлечено к
восстановлению инфраструктуры Боснии.
Попытки переселить беженцев потерпели неудачу несмот-
ря на экономические санкции, наложенные на бывшие конфлик-
тующие стороны, чтобы способствовать этому процессу. Так,
волна убийств хорватов в Боснии в октябре 1997 года снова
416
14*
Глава четвертая Новый балканский тупик?
усугубила напряженность в Мусульмано-Хорватской Федера-
ции и поставила под угрозу планы беженцев возвратиться в
свои дома206.
Попытка СФОР принять более энергичные меры по от-
ношению к разыскиваемым военным преступникам по-
чти взорвала относительный мир в Боснии и усилила
подозрения сербов относительно беспристрастности ми-
ротворцев. Опасность «ползучей эскалации миссии» осо-
бенно ясно проявилась 10 июля 1997 года, когда в Бос-
нии—Герцеговине СФОР арестовала одного серба, разыс-
киваемого за военные преступления, и убила другого в
перестрелке. Это привело к массовым протестам босний-
ских сербов. Президент Сербской Республики Б.Плавшич
осудил действия СФОР, поскольку они могли ухудшить
ситуацию в этой республике. Российское руководство
также осудило эту акцию и заявило, что может пере-
смотреть свое отношение к СФОР207.
По взглядам некоторых специалистов, перед НАТО не по-
ставлено юридического требования активно преследовать вы-
явленных военных преступников. Кроме того, военная опера-
ция в Боснии, подобная той, что проводилась в Сомали, могла
бы дестабилизировать весь мирный процесс208.
Отдельно проводилась миротворческая операция на терри-
тории Хорватии в Восточной Славонии. 15 января 1996 года
Совет Безопасности ООН принял резолюцию № 1037, опреде-
лявшую параметры военного и гражданского компонентов этой
операции. Резолюция основывалась на Эрдутском соглашении,
заключенном при участии международных посредников между
хорватами и краинскими сербами 12 декабря 1995 года и направ-
ленном на мирное решение проблемы Восточной Славонии.
Резолюция предусматривала создание Временной админи-
страции на переходный период. Главой администрации (реше-
нием Генерального секретаря ООН и с одобрения Совета Безо-
пасности) был назначен и с 20 января 1996 года официально
вступил в должность отставной американский генерал
Ж.-П. Клейн. Он руководил гражданскими и военными аспек-
тами операции ООН через двух своих заместителей (предста-
вителя ООН и командующего многонациональными силами). В
соответствии с решением Генерального секретаря ООН, коман-
дование силами в Восточной Славонии было возложено на
15-Балканский тупик9
417
({.Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
бельгийского генерала Д. Шупса, который официально вступил
в должность 14 марта 1996 года.
Гражданские аспекты операции включали в себя обеспече-
ние условий для возвращения беженцев, восстановление нор-
мального функционирования всех общественных служб, подго-
товку временных полицейских сил и некоторые другие.
Основными задачами международных сил в Восточной Сла-
вонии являлись: контроль за демилитаризацией региона; под-
держание мира в зоне ответственности; оказание помощи в воз-
вращении беженцев.
Состав миротворческих сил включал:
— «Силы наблюдения» — российский (971 чел.) и бельгийс-
кий батальоны (706 чел.), находившиеся в Восточной Славонии;
— «Силы сдерживания» — индонезийский (905 чел.) и паки-
станский (1 332 чел.) батальоны;
— Резерв командующего операцией — танковая рота и эс-
кадрилья боевых вертолетов ВС Украины.
Группировка международных вооруженных сил в Восточ-
ной Славонии насчитывала около 5 000 человек. На вооруже-
нии миротворческих сил имелось: средних танков — 39, легких
танков — 6, боевых вертолетов Ми-24 — 10, транспортных вер-
толетов Ми-8 — 6, 155-мм артиллерийских орудий — 12.
Полное развертывание международного контингента в Вос-
точной Славонии было завершено к концу марта — началу ап-
реля 1996 года.
Бельгийский и пакистанский батальоны были развернуты в
северной части бывшего сектора «Восток», а российский и иор-
данский — в южной части.
В ходе операции предполагалось провести демилитариза-
цию Восточной Славонии. Демилитаризация подразумевала
расформирование воинских частей хорватских сербов и прове-
дение демобилизации их личного состава, а также вывод из
области вооружения и боевой техники сербов.
Несмотря на внешне чисто ооновский характер операции,
процесс урегулирования в Восточной Славонии фактически
оказался под контролем США и НАТО. Формирование штаба
миротворческих сил в Восточной Славонии было поручено ко-
мандованию вооруженных сил Бельгии. При руководителе всей
операции американском генерале Клейне была создана группа
связи с СВС в БиГ во главе с американским офицером.
Ощутимое влияние НАТО проявлялось и в военном плани-
ровании операции. Проект документа «Правила использования
военной силы» (приложение к плану операции), подготовлен-
418
15-2
Глава четвертая Новый балканский тупик?
ный аппаратом военного советника Генерального секретаря ООН
в тесной координации с комитетом начальников штабов ВС США,
содержал принципы и процедуры, закрепленные в наставлени-
ях и боевых уставах ОВС НАТО.
Впервые в практике миротворческих операций ООН в
структуру обеспечивающих ее сил были заложены два
компонента:
— «Силы наблюдения», предназначенные для наблюдения
за выполнением положений мирного соглашения, т. е. для
выполнения чисто миротворческих функций;
— «Силы сдерживания», имеющие тяжелое вооружение,
а также приданную артиллерию и боевые вертолеты —
«для оказания в случае необходимости огневой поддерж-
ки силам наблюдения», а фактически постоянно гото-
вые к силовым акциям против той или иной конфлик-
тующей стороны.
Исходя из наличия в составе миротворческого контингента
«сил сдерживания», было ясно, что операция была заранее спла-
нирована с учетом высокой вероятности силового принуждения
к миру, а наличие группы связи с СВС в БиГ указывало на то,
что НАТО была готова к оказанию прямой военной поддержки
«силам сдерживания» в Восточной Славонии.
Подтверждением этому явилось то, что 26 января 1996 года
Постоянный совет НАТО принял решение о предоставлении со
стороны СВС в БиГ авиационных частей для непосредственной
авиационной поддержки, ведения воздушной разведки и обес-
печении, при необходимости, вывода сил ООН из Восточной
Славонии.
Парижские мирные соглашения по Боснии и Герцеговине
помимо военных вопросов включали в себя также и граждан-
ские аспекты урегулирования.
Гражданские аспекты предусматривали: создание полити-
ческих и конституционных институтов в БиГ; проведение сво-
бодных выборов; обеспечение соблюдения прав человека; воз-
вращение перемещенных лиц и беженцев.
Реализация гражданских аспектов мирных соглашений дол-
жна была осуществляться различными международными орга-
низациями под контролем ООН. Всю деятельность в этой обла-
сти координировал полномочный представитель ООН Карл
Бильдт.
Хотя силы НАТО и их партнеры по ИФОР сыграли важную
15*
419
ИВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
роль в прекращении конфликта в Боснии и стабилизации об-
становки в регионе, военный успех в краткосрочном плане не
привел к долгосрочному политическому урегулированию. Та-
кое урегулирование в первую очередь определяется разреше-
нием внутренних политических, экономических и социальных
проблем в Боснии—Герцеговине, а это в большой степени зави-
сит от воли конфликтующих сторон.
Подписание Парижских соглашений по Боснии стало во
многом возможным в силу обещаний со стороны Запада предо-
ставить широкую финансово-экономическую и гуманитарную
помощь не только БиГ, но и Союзной Республике Югославии и
Хорватии.
Однако сами Парижские соглашения не предусматривали
каких-либо конкретных обязательств потенциальных доноров
по предоставлению подобной помощи.
Финансовые потребности на восстановление одной только
БиГ оценивались западными экспертами в 5 млрд. долла-
ров. Европейский союз был готов ассигновать на эти цели
в течение трех лет 1996—1998 годов только 548 млн.
долларов. Соединенные Штаты вообще стремились укло-
ниться от финансирования предстоящих программ по-
мощи.
Серьезные противоречия между США и Западной Европой
в вопросах финансирования поставили под угрозу выполнение
их намерений по содействию в послевоенном восстановлении
республик бывшей Югославии.
Принципиальная позиция России состояла в том, что для
окончательного восстановления мира в регионе решающее зна-
чение имели не военные, а гуманитарные и экономические со-
ставляющие процесса урегулирования.
Согласованная сторонами карта территориального раздела
БиГ существенным образом отличалась от карты," разработан-
ной ранее международной контактной группой. В частности,
Мусульмано-Хорватской Федерации передавались значитель-
ные территории в Западной Боснии, исторически населяемые
сербами, а Сараево становилось столицей Боснии и Герцегови-
ны, что фактически означало передачу города и близлежащих
населенных пунктов МХФ. При этом Республика Сербская те-
ряла контроль над сербонаселенными районами Сараево, в том
числе аэропортом.
Район вокруг г. Горажде передавался в состав МХФ. Он свя-
420
15-4
Глава четвертая Новый балканский тупик?
зывался наземным коридором с г. Сараево, движение по кото-
рому должны были контролировать международные силы. Пре-
дусматривалось, что до тех пор пока в зоне коридора не будет
построена двухполосная автодорога, противоборствующие сто-
роны могут пользоваться двумя шоссе между гг. Сараево и Го-
ражде, проходящими через населенные пункты Устипрача и
Трново. Коридор практически рассекал восточную часть Рес-
публики Сербской и тем самым нарушал ее территориальную
целостность.
Посавинский коридор оставался под контролем сербов. В
самой узкой части он должен был составлять 5 километров, а
решение вопроса о статусе района Брчко передавалось в ком-
петенцию специально создаваемой арбитражной комиссии.
Стороны обязались создать условия для проведения сво-
бодных, демократических выборов в БиГ, на основе ко-
торых должны были быть сформированы парламент,
президиум в качестве коллективного главы государства,
правительство и конституционный суд унии БиГ.
Выборы должны были состояться через 6 месяцев после
подписания соглашения, но при условии, что специальная ко-
миссия ОБСЕ подтвердит создание необходимых условий для
их проведения. Только после проведения выборов в БиГ Совет
Безопасности мог принять решение о полной отмене санкций
ООН в отношении СРЮ.
Для подготовки и проведения выборов отвечавшая за них
ОБСЕ сформировала специальную комиссию (4 члена от меж-
дународного сообщества и 3 представителя Боснии и Герцегови-
ны — по одному от каждой этнической общины). Большинство
граждан должны были проголосовать сразу по 7 бюллетеням,
так как выборы намечались одновременно на всех уровнях.
Важно отметить, что сомнения по поводу выборов испыты-
вали все три этнические общины БиГ. В частности, в начале
мая 1996 года о своем несогласии с правилами грядущей изби-
рательной кампании заявила ведущая политическая организа-
ция боснийских мусульман — Партия демократического дей-
ствия (ПДД). Она считала, что выборы только закрепят факт
раздела страны на два государства, а потому участвовать в них
не желала. Отсутствие ПДД ставило под сомнение реальную
ценность выборов, а также действенность избранной власти.
Проблемой являлось и то, что избирательные списки состав-
лялись на основе переписи 1991 года, но с тех пор места прожи-
421
Н.Васильева, ВЈаврилов Балканский тупик?..
вания покинули, по некоторым сведениям, до 3 млн. человек из
4,5 млн. жителей. Беженцы были обязаны голосовать по старо-
му месту жительства или обзавестись специальными открепи-
тельными талонами. Помимо технических трудностей это вело
к тому, что многим избирателям предстояло голосовать в окру-
гах с совершенно изменившимся этническим составом.
Выборы в Боснии и Герцеговине, прошедшие 14 сентября
1996 года, стали ключевым событием в реализации Дей-
тонских соглашений. Сложность структуры государ-
ственной власти в БиГ, хотя и одобренная мирными со-
глашениями, не гарантирует, что новое государство
будет эффективно функционировать как единый орга-
низм. В выборах приняли участие 39 политических
партий. Не стало неожиданностью подтверждение ре-
зультатами голосования авторитета, которым пользу-
ются у населения националистические партии, причем
те же, которые вели войну. Их лидеры Алия Изетбе-
гович, Момчило Краишник и Крешимир Зубак, победив
своих соперников, вошли в Президиум БиГ.
Президиум состоял из трех человек, представляющих каж-
дую из этнических общин, и осуществлял функции высшей
власти Боснии и Герцеговины.
Следующей ступенью власти является Парламент, состоя-
щий из Палаты представителей (42 человека: 23 от Федерации
и 18 от PC) и Палаты народов (15 человек— по 5 от каждой
общины). Кроме того, Федерация БиГ имеет свой орган управ-
ления — Парламент, включающий Палату представителей, и
Палату народов, а Республика Сербская — Народную Скуп-
щину и Президиум. На каждом из этих уровней большинство
мест получили представители тех же ведущих партий.
В целом пакет соглашений, парафированных на перегово-
рах в Дейтоне, создавал необходимую основу для прекращения
гражданской войны и установления мира в БиГ. Однако не ис-
ключалось, что реализация его отдельных положений, особенно
в части, касающейся территориальных разграничений и разъе-
динения вооруженных сил, а также определения их состава и
численности, будет затруднена из-за разногласий между про-
тивоборствующими сторонами и большой миграции населения
(см. таблицу).
422
Глава четвертая Новый балканский тупик?
. Перемещенные и затронутые войной лица в Боснии и
Герцеговине209
Регион
Бихач
Баня-Лука
Тузла
Зеница
Сараево
Мостар
Восточная
Босния
Всего
Переме-
щенные
лица
46 000
223 000
282 000
286 000
140 000
115 000
208 000
1 300 000
Затрону-
тые лица
122 000
100 000
178 000
330 000
300 000
190 000
182 000
1 402 000
Всего
168 000
323 000
460 000
616 000
440 000
305 000
390 000
2 702 000
%
6
12
17
23
16
11
14
Население
согласно
переписи
179 000
764 000
727 000
620 000
455 000
490 000
т 454 000
3 689 000
%
45
21
20
17
12
13
12
Создание ИФОР явилось решающим шагом в достижении
международным сообществом долгосрочного политического уре-
гулирования конфликта в Боснии. Оно отражало определенный
консенсус среди главных геополитических «игроков» в регионе:
США, Европы и России. При этом российское руководство по-
шло на значительные уступки, чтобы способствовать оконча-
нию войны в бывшей Югославии. Для России это означало зна-
чительное снижение ее роли и значения как в мировой полити-
ке, так и в деле балканского урегулирования в частности. В то
же время соглашение об участии российской бригады в миро-
творческой операции под руководством НАТО в Боснии озна-
чало несомненный успех российской политики, поскольку по-
зволяло сохранять, хотя и весьма ограниченно, влияние на раз-
витие ситуации в бывшей Югославии210.
По мнению некоторых западных аналитиков, такое раз-
витие событий в бывшей Югославии в значительной сте-
пени «умерило амбиции» русских националистов, кото-
рые пытались в той или иной форме защитить брать-
ев-сербов и одновременно воспользоваться этим, чтобы
поставить вопрос о защите интересов миллионов рус-
ских, оказавшихся за пределами Российской Федерации211.
Как будет развиваться ситуация в этом регионе? Если ми-
ротворческие силы будут выведены прежде, чем сформируют-
423
ШВасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
ся условия для прочного политического урегулирования, про-
сматриваются три варианта: мирное разрешение («единая стра-
на»); ограниченное насилие («раздел»); возврат к войне. Только
мирное разрешение проблемы отвечает интересам междуна-
родного сообщества. Но и сомнения остаются. В центре дебатов
по Боснии стоит вопрос, сможет ли реально существовать еди-
ная многонациональная Босния, провозглашенная Дейтонским
мирным соглашением? В Конгрессе США, в американских по-
литических кругах и среди некоторых аналитиков раздается
все больше голосов, что раздел Боснии между соперничающи-
ми фракциями неизбежен и является наиболее реалистичным
курсом212.
Однако, по мнению Ричарда Холбрука, раздел Боснии по
«межэтническим границам», который напоминает другие раз-
деленные страны — Корею и Кипр, не является для США при-
емлемым213. Это весьма опасная тенденция, поскольку она уве-
личивает вероятность войны и дестабилизирует весь регион Юго-
Восточной Европы.
Ричард Холбрук, специальный представитель президента
США:
«Изменение Дейтонских соглашений в угоду разделу [Бос-
нии и Герцеговины] было бы безнравственно и ужасно.
Это вероятнее всего завершилось бы созданием Великой
Сербии, Великой Хорватии и мини-государства мусуль-
ман вокруг Сараево и Тузлы, не имеющего выхода к
морю»214.
Если международные силы будут выведены из Боснии и
ситуация пущена на самотек, то среди трех сценариев («единая
страна», «раздел» и «возврат к войне») наиболее реалистичным
представляется второй («раздел»). Он может, кстати говоря,
представлять собой не более чем оперативную паузу перед во-
зобновлением военных действий. Возрастающее количество вли-
ятельных политиков и хорошо осведомленных журналистов уже
готовы принять раздел Боснии, даже если это будет выглядеть
как поражение Дейтонских соглашений. Тем не менее, как пре-
дупредил советник Президента США по национальной безо-
пасности Сэмюэль Бергер, если Дейтонские соглашения потер-
пят крах и сербы, мусульмане и хорваты возобновят войну, это
могло бы «потенциально привести к более широкой войне в Юго-
Восточной Европе»215.
424
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Несомненно, иностранное военное присутствие в Боснии
для обеспечения выполнения условий Дейтонского согла-
шения пока необходимо. Босния может выжить, только
если будут существовать мирные условия для создания
институтов, способных сдержать этническую рознь,
которая однажды уже привела к войне. В этой связи еще
больше внимания должно быть обращено на создание мер
доверия между My сульмано-Хорватской Федерацией и
Республикой Сербской. Одним из важнейших условий здесь
является полная беспристрастность миротворческих
сил.
Для того чтобы избежать слишком длительного военного при-
сутствия в Боснии, необходимо иметь реалистичную стратегию
завершения операции и затем совершенствовать ее по мере
развития событий. Это могло бы означать в последующем пере-
ход от методов принуждения к миру к традиционному поддер-
жанию мира и, в конце концов, к независимому самоуправле-
нию. Одной из возможных стратегий могло бы быть постепен-
ное сокращение руководимой НАТО операции и повышение роли
европейских лидеров и организаций в поддержании мира в Бос-
нии.
Если движение к миру будет сохраняться, НАТО следовало
бы в ближайшей перспективе передать свою миссию традици-
онным силам ООН по поддержанию мира. Необходимо будет
организовать, финансировать и управлять этими силами если
не под эгидой ООН, которая чрезмерно перегружена задачами,
то под эгидой ОБСЕ. Этот сценарий представляется более реа-
листичным, чем любой другой, и более миролюбивым, чем снаб-
жение и подготовка вооруженных сил Мусульмано-Хорватской
Федерации, на что делают упор США.
Соглашение «О стабилизации в регионе», являвшееся про-
должением Соглашения о военных аспектах мирного урегули-
рования, установило предельные количественные уровни обо-
роны: между МХФ и Республикой Сербской их соотношение
составляло соответственно 2:1. Армия МХФ должна была на-
считывать 25 тысяч человек, a PC — 12 тысяч 500 человек. Тем
самым были созданы предпосылки для «довооружения» армии
МХФ.
Экипирование и подготовка вооруженных сил Мусульмано-
Хорватской Федерации идут вразрез с Дейтонскими соглаше-
ниями.
425
НБасильева, В.Гаврилов Балканский тупик?..
По сообщению агентства Рейтер:
«По мнению США, соглашения о контроле над вооруже-
ниями сами по себе не могут помочь достичь военного
баланса сил, и поэтому армии My сульмано-Хорватской
Федерации потребуется дополнительное вооружение и
подготовка для установления паритета и обеспечения
самообороны. В этой связи США пообещали предоста-
вить военные поставки на 100 млн. долл. ...Европейские
страны отказались финансировать эту программу и зая-
вили, что она только повышает опасность возникнове-
ния войны между Федерацией и сербами. Только США и
исламские страны выделили средства и военную техни-
ку для армии Федерации»216.
Поставки американского оружия и снаряжения для МХФ
начались в августе 1996 года. Первая поставка включала 1 000 ав-
томатических винтовок М16, 200 пулеметов М60, 200 полевых
радиостанций и боеприпасы. Вторая поставка была произведе-
на в ноябре 1996 года и включала 45 000 автоматических винто-
вок Ml б, 1 832 радиостанции, 4 100 полевых телефонов, 800 пу-
леметов М60, 45 танков М60АЗ, 80 бронетранспортеров М113А2,
840 легких противотанковых средств и боеприпасы. Во вторую
поставку была также включена система боевого моделирова-
ния MILES. Общие данные по военным поставкам МХФ приве-
дены в следующей таблице.
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Оружие и военное снаряжение,
поставленное в Боснийскую Федерацию по программе
«Подготовка и оснащение» f Train and Equip')
Страны-
постав-
щики
США
Объеди-
ненные
Арабские
Эмира-
ты217
Египет218
Предметы поставки
Основной боевой танк М60АЗ в комплекте с пуле-
метами и боеприпасами
Бронетранспорт М113А2 в комплекте с пулемета-
ми и боеприпасами
Вертолеты UH-1H
Легкие противотанковые средства АТ-4
155-мм гаубицы с тягачами
122-мм орудия (должны производиться на месте, в
Боснии)
Грузовики
Пулеметы М60 с боеприпасами
Автоматические винтовки М16А1 с боеприпасами
Радиостанции с элементами питания к ним
Полевые телефоны
Комплекты биноклей
10-кВт генераторы
Центр боевого моделирования производства США
с системой JANUS, системой моделирования боя
бригады (батальона) и комплексной лазерной сис-
темой поражения множественных целей (MILES)
105-мм гаубицы с 70 комплектами запчастей и дру-
гого артиллерийского снаряжения, а также 20 кон-
тейнеров с другими запчастями и оборудованием
Бронетранспортеры
Основной боевой танк АМХ-30 с боеприпасами
130-мм полевые пушки
122-мм гаубицы
23-мм зенитные пушки с запчастями и оборудова-
нием
Количе-
ство
45
80
15
' 840
116
51
400
1000
46 100
732
4 100
400
24
1
36
31
52
12
12
18
[Источник: Jane's Intelligence Review, 1998, № 7, р.4]
427
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Есть и другая сторона в продолжающемся военном при-
сутствии международных миротворческих сил в Бос-
нии. Совершенно ясно, что преждевременный вывод ми-
ротворческих сил из Боснии может нанести значитель-
ный ущерб развивающимся отношениям между НАТО и
Россией и США и Россией, поскольку российское участие
в миротворческой операции имеет неоценимое значение.
Другим вопросом огромной важности является возрас-
тающее доверие, которое начало налаживаться между
НАТО, Соединенными Штатами и Россией после 50 лет
интенсивной конфронтации. Это доверие может быть
подорвано из-за преждевременного вывода войск из Бос-
нии и последующего краха Дейтонских соглашений.
Успех совместной амерТикано-российской операции ИФОР и
оперативной группы «Игл», куда входит российская бригада в
Боснии, развеял все сомнения, что американские и российские
солдаты, которые так долго были противниками, не могли бы
работать вместе в деле установления мира. ИФОР и СФОР
доказали, что НАТО и Россия способны действовать сообща в
интересах европейской безопасности. Общепризнано, что на про-
тяжении всей операции ИФОР отношения между американца-
ми и российским контингентом были отличными219. Этот факт
позволил американским военным с оптимизмом смотреть на по-
тенциальные возможности поддержания мира вместе с их рос-
сийскими партнерами220.
Тем не менее не все на российской стороне так оптимистич-
ны в этом плане. Некоторые российские аналитики полагают,
что когда планировалась ИФОР, российская внешняя полити-
ка диктовалась не столько российскими национальными инте-
ресами, сколько прозападными пристрастиями тогдашнего ми-
нистра иностранных дел РФ А. Козырева, которые заставляли
его «слепо следовать за политикой США». Это уже привело к
взаимным разочарованиям между Россией и США и может
вызвать нежелание Москвы идти на компромисс с Вашингтоном
в будущем даже там, где обычно не просматривалось серьез-
ных проблем221.
Некоторые российские аналитики признают, что военное вме-
шательство НАТО, осуществленное под давлением и руковод-
ством США, открыло реальную перспективу прекращения кон-
фликта в Боснии222. В то же время очевидно, что Россия оказа-
лась фактически отстраненной от балканских дел. А ведь рос-
428
Глава четвертая Новый балканский тупик?
сийские интересы на Балканах традиционно имели по крайней
мере два измерения:
1. Геостратегическое измерение. Балканы, будучи частью
Черноморско-Средиземноморского бассейна, всегда были наи-
более важной частью российских южных коммуникаций, кото-
рые обеспечивают один из наиболее важных выходов к миро-
вым океанским путям.
2. Геополитическое измерение. Балканы являются ключом
к общей геополитической зоне, включающей Малую Азию, Кав-
каз, Закавказье и Среднюю Азию, которые составляют зону
жизненных интересов России.
Некоторые российские аналитики склоняются к тому, что
миротворческая операция в Боснии скорее исключение, чем
правило. И вот по каким причинам:
• НАТО в Боснии заменила силы ООН по поддержанию
мира, приняла сторону мусульмано-хорватской коалиции и при-
меняла «двойные стандарты» в конфликте;
• сотрудничество между Россией и НАТО в Боснии было
довольно ограниченным и неравноправным. Операция подго-
тавливалась без России, и российскому руководству вряд ли
есть смысл соглашаться на такую пассивную роль в будущем;
• Россия вынуждена была согласиться с миротворческой
операцией в Боснии и на свое участие в ней, поскольку это
было единственной возможностью осуществить Дейтонские со-
глашения и отменить антисербские санкции;
• финансирование операции находится не под контролем
ООН, а идет за счет вкладов участвующих стран, что угрожает
демократическому принципу голосования и утверждает вместо
него «право собственности»;
• боснийское решение использует уникальную модель го-
сударственного строительства, которая включает два компонен-
та — Республику Сербскую и Мусульмано-Хорватскую Феде-
рацию. Это переходная и неустойчивая модель, которая может
привести либо к унитарному государству, либо к разделу. Эта
модель определила уникальный характер ИФОР и СФОР, за-
дача которых заключается прежде всего в поддержании един-
ства Боснии. Как только войска будут выведены, Босния веро-
ятнее всего распадется на отдельные части223.
Некоторые российские аналитики полагают, что бос-
нийская модель не может использоваться в более широ-
ком масштабе на европейском уровне безопасности. В
429
Н.Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
то же время вопросом чрезвычайной важности является
строгое выполнение Дейтонского соглашения в том виде,
в каком оно было заключено — без каких-либо «модифи- •
каций», «переписываний» и «двойных стандартов». Про-
блемы, угрожающие выполнению Дейтонского мирного
процесса, включают проблему Посавинского коридора, од-
ностороннее судебное преследование только сербов, обви-
няемых в военных преступлениях224, и неконтролируе-
мый возврат беженцев.
Как показали события в Боснии, Россия заинтересована,
чтобы НАТО больше консультировалась с ней относительно
своих действий в Боснии. Представитель российского МИДа
заявил 12 сентября 1997 года, что Россия настаивает на «допол-
нительной координации» с НАТО. Например, Россия возража-
ла против использования американского самолета ЕС-1 ЗОЕ,
направленного 11 сентября 1997 года с задачей глушить пере-
дачи боснийских сербов225.
Из всего сказанного нетрудно понять, что миротворческие
операции наподобие боснийской могут проводиться только при
определенных условиях. И эти условия не должны диктоваться
отдельными политическими лидерами или сиюминутными по-
литическими, экономическими и военными обстоятельствами.
Успех определяется общим балансом национальных интересов
участвующих сторон, их взаимодействием и сотрудничеством.
От того, удастся ли реально обеспечить мир в Боснии, будет
в значительной степени зависеть не только будущее НАТО,
ЗЕС, ЕС и ОБСЕ, но также отношения между США и Европой,
между Россией и НАТО.
Достижения ИФОР и СФОР к настоящему моменту значи-
тельны. После подписания сторонами Дейтонских соглашений
силы по выполнению соглашении, руководимые НАТО, разве-
ли враждующие стороны, осуществили контроль за обменом
территорией, прекращением огня, демобилизацией военных
формирований и складированием тяжелого оружия, создали
безопасные условия для политического и экономического вос-
становления страны.
Но сделано далеко не все. Миротворческие силы осуществ-
ляли контроль за прекращением огня, но не смогли арестовать
главных военных преступников или помочь возврату беженцев
в их дома.
СФОР в этом отношении пошла дальше ИФОР. Она взяла
более энергичный курс на осуществление Дейтонских соглаше-
430
Глава четвертая Новый балканский тупик?
ний, осуществляя сопровождение беженцев и захватив ряд лиц,
подозреваемых в совершении военных преступлений.
Чем можно объяснить достижения ИФОР и СФОР? Прежде
всего, единством ради достижения конкретной цели, проявлен-
ным многонациональной коалицией. Во-вторых, разумным и
заслуживающим доверия военным присутствием международ-
ных сил, их беспристрастностью, единством командования и
использованием отработанных военных процедур. В-третьих,
реалистичностью миссии, к которой были хорошо приспособле-
ны военные средства. В-четвертых, эти достижения были бы
немыслимы без преданности своему делу и профессионализма,
проявленных командирами и их войсками. Наконец, российско-
американское сотрудничество стало одним из важнейших фак-
торов, определивших успех операции. Оно показало новые пер-
спективы и возможности для совместного военного сотрудниче-
ства в будущем.
Современные условия в Боснии все еще требуют значи-
тельного военного присутствия с главной целью — пре-
дотвратить раздел страны. Принятая стратегия со-
кращения сил и перехода к операции по поддержанию
мира под руководством ООН или ОБСЕ выглядит разум-
ной и осуществимой. Тем не менее сейчас едва ли возмож-
но предсказать продолжительность операции и сроки ее
трансформирования в традиционную миротворческую
миссию.
Основные уроки операций ЮНПРОФОР и ИФОР (СФОР)
сводятся, на наш взгляд, к следующему:
1. ЮНПРОФОР была попыткой ООН более эффективно ре-
агировать на разворачивающиеся катастрофические события,
применительно к которым мирные планы оказались неадекват-
ным средством. В Боснии, не говоря уже об остальной части
бывшей Югославии, было множество фракций, преследовав-
ших совершенно различные интересы. В то же самое время в
Югославии не нашлось такой объединяющей, стоящей над все-
ми фигуры, каким был Тито или принц Сианук в Камбодже.
Такая авторитетная личность — словно суд высшей инстан-
ции, к которому обращаются все конфликтующие стороны.
Новые государства в пределах бывшей Югославии были
признаны международным сообществом, хотя их правитель-
ства не контролировали территорию, на которую предъявляли
права. При такой ситуации признание следовало отложить и
431
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
продолжать работать над взаимоприемлемыми условиями для
конфликтующих сторон.
Миссии ООН в том виде, в каком она осуществлялась, при-
шлось иметь дело с «разноголосым хором» военных амбиций
сербов, боснийцев, хорватов, албанцев, греков и других, имея
ограниченный, непрактичный мандат и недостаточные ресур-
сы, а также действуя одновременно в нескольких странах.
2. Все державы согласились в том, что должны быть пред-
приняты активные меры, чтобы остановить военные действия в
Боснии, поскольку они угрожали региональному и междуна-
родному миру и безопасности. Дальше Запад ждать не мог, по-
скольку это грозило расширением конфликта, его распростра-
нением на Центральную Европу, раздорами внутри НАТО, на-
пряженностью в отношениях между США и Россией, снижени-
ем общественной поддержки администрации США и ее обвине-
ниями в «беспринципном поведении». Консенсус между держа-
вами относительно действий в Боснии определил сильную по-
литическую волю и единство действий, а также готовность раз-
делить риск, связанный с вмешательством.
3. Решение на ввод войск в составе многонациональных сил,
включая российский контингент, было принято благодаря спе-
цифическому сочетанию национальных интересов в Централь-
ной и Восточной Европе. Во-первых, России пришлось отка-
заться от некоторых своих исторически сформировавшихся
принципов особых отношений с сербами. Во-вторых, все регио-
нальные «игроки» вынуждены были признать роль США как
посредника и противовеса в международной «разноголосице»,
связанной с разнонаправленными политическими векторами.
4. Благодаря применению эффективной стратегии сформи-
ровались определенные условия, которые обеспечили успех
операции. Во-первых, имелась просьба официального босний-
ского правительства о вводе сил ИФОР. Во-вторых, налицо было
стремление конфликтующих сторон к компромиссу. К концу
1995 года проявились признаки усиления военной усталости и
тупиковой ситуации в конфликте. «Этнические чистки» приве-
ли к перераспределению населения в большие, более устойчи-
вые и сплоченные анклавы. Это позволило добиться реального
прекращения огня и перейти к действиям по мирному плану,
одобренному всеми сторонами. Стороны согласились на ввод
войск НАТО, включая совместное присутствие американских и
российских контингентов, для обеспечения выполнения согла-
шений.
432
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Президент Клинтон настоял на предоставлении ему
письменных обязательств от сербских, боснийских и хор-
ватских лидеров с обещанием гарантировать безопас-
ность личного состава американского и других миро-
творческих контингентов.
5. Были созданы ясные и разумные с военной точки зрения
условия для развертывания войск. Политические лидеры пред-
ложили военным четкий план действий — достаточно узкий
круг целей и реально выполнимые задачи. Предполагалось, что
они будут выполнены с минимальными потерями и осуществ-
лены в сравнительно короткий срок — в течение года. Были
выделены достаточные силы, создана четкая командная цепоч-
ка, основанная на единоначалии, определена ясная стратегия
вывода войск (хотя позже и пересмотренная).
6. Миротворцам трудно выполнять свою миссию в условиях
военных действий. Тем не менее срочное вмешательство иногда
необходимо даже в самой разгар конфликта ради одной глав-
ной цели — обуздания насилия. Но если принимается решение
на миротворческое вмешательство, оно должно быть хорошо
подготовлено. Наивно думать, что миротворцы могут просто взять
и развести воюющие стороны и не оказаться вовлеченными в
их проблемы. Миротворческие операции следует направлять
на решение проблем, лежащих в самой сердцевине конфликта,
в противном случае оперативный успех будет частным, вре-
менным.
Следует помнить, что помощь может вызвать ижди-
венческий подход. Конфликтующие стороны могут по-
думать, что все проблемы будут решены за них. С дос-
таточным количеством сил и финансов миротворчес-
кие силы могут в определенной степени изменить ситуа-
цию в лучшую сторону. Но даже это ограниченное улуч-
шение может быть легко сведено на нет, если миро-
творцы пойдут на поводу у местных лидеров и собы-
тий, начнут лавировать и «комбинировать», забыв о
своем главном призвании — «творить мир». И еще: ниче-
го не получится, если миротворческие контингенты,
международные организации и их помощники не будут
готовы остаться для длительной и тяжелой работы.
7. Общественная поддержка является одним из важнейших
433
НЛЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
условий для успеха миротворческой миссии. Недостаточно од-
ного только официального обязательства политиков помочь осу-
ществить мирное урегулирование. До вмешательства в Боснии
в руководящих кругах США признавалось, что американской
администрации не хватает общественной поддержки в этом во-
просе226 . Тем не менее НАТО заняло активную позицию в отно-
шении вмешательства в Боснию. Большое значение придава-
лось пропагандистскому обеспечению намеченной акции, эф-
фективному использованию радио, телевидения и прессы для
разъяснения роли НАТО, целей и задач операции, порядка вза-
имоотношений с местным населением- Эти информационно-пси-
хологические усилия внесли значительный вклад в подготовку
ввода главных сил.
Известно, что любой конфликт лучше предотвратить, чем
потом гасить. Для этого нужны меры раннего предупреждения.
Превентивная дипломатия должна применяться там, где это
возможно, и выходить на глубинные корни и причины конфликта.
Одновременно важнейшим условием успеха являются действия
за рамками ООН, направленные на согласование национальных
интересов и оказание определенного воздействия на участни-
ков конфликта. Упреждающее развертывание сил ООН весьма
перспективно — в Македонии оно помогло предотвратить даль-
нейшее распространение югославского конфликта.
Опыт прошлого показывает, что если миротворческая опе-
рация смогла создать условия стабильности и доверия для ус-
корения окончательного урегулирования, она обычно считалась
успешной. Другим решающим условием успеха были действия
за рамками ООН, когда великие державы оказывали нажим на
более сильную сторону, чтобы заставить ее уступить, — имен-
но это делало возможное урегулирование долговременным. Ней-
тральная позиция для достижения успеха не требовалась. Бо-
лее того, военные операции ООН были чаще всего успешными,
когда отдавали предпочтение одной из сторон в конфликте.
Но прежде, чем осуществлять любое вмешательство ООН,
необходим трезвый учет всех плюсов и минусов. Это касается в
первую очередь согласованности национальных интересов,
стремления конфликтующих сторон к поиску мирных решений
и способности государств-членов ООН обеспечить достаточные
ресурсы.
Международное сообщество не должно ждать, пока конфликт
«выгорит». ООН призвана оперативно реагировать на чрезвы-
чайные ситуации в мире, в противном случае она должна «сой-
ти со сцены» или быть заменена чем-либо другим.
434
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Само понятие поддержания мира в современных условиях,
видимо, должно подвергнуться определенному переосмыслению,
приспособиться к новым условиям. Операции по поддержанию
мира являются лишь небольшой частью общего массива миро-
творческих операций. Сюда входит восстановление мира, вклю-
чающее воссоздание правительственных структур, гуманитар-
ную помощь, экономическое реструктурирование, воссоздание
основной инфраструктуры и существующих дипломатических
отношений, чтобы гарантировать продолжение мирного процесса
и целый ряд других задач. Поддержание мира является только
частью миротворческого процесса, выполняя очень важную за-
дачу по обеспечению стабильных и безопасных условий разви-
тия обществ, разделенных конфликтами.
Образно говоря, все миротворческие операции должны быть
подобны хирургическому вмешательству, которое использует-
ся наряду с другими терапевтическими процедурами, приме-
няемыми в «лечении» конфликтов. Такое вмешательство долж-
но быть похоже на действия хирурга. Но очень важно, чтобы
была хорошая анестезия, которая уменьшала бы боль пациен-
та. Бомбовые удары и артиллерийские обстрелы отнюдь не от-
носятся к числу обезболивающих средств.
Вряд ли будет наилучшим решением сбрасывать со сче-
тов возможности ООН по восстановлению и поддержа-
нию мира и использовать только специальные региональ-
ные коалиции с международным мандатом, как это все
чаще предлагается в последнее время. Это может приве-
сти к разделу мира на зоны влияния, вызвать конкурен-
цию между региональными коалициями с непредсказуе-
мыми последствиями для международного мира и безо-
пасности.
Путь, избранный для того, чтобы принести мир в бывшую
Югославию, не был идеальным. С самого начала было бы зна-
чительно лучше, если бы Германия не поторопилась к собствен-
ной выгоде официально признавать Словению и Хорватию сра-
зу после провозглашения ими независимости. В свою очередь,
Россия смогла бы более эффективно воздействовать на сербов,
если бы адекватное международное давление оказывалось на
хорватов и мусульман.
Миротворческие операции, как правило, находятся в жест-
кой зависимости от национальных интересов государств. И ус-
пехом они увенчиваются, если имеются общие точки соприкос-
435
^Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
новения у сильнейших «игроков». Они также могут быть ус-
пешными, если у «игроков» присутствует взаимное стремление
или по крайней мере одностороннее желание одного из главных
«игроков» поступиться своими принципами ради общего мира.
Иными словами, компромисс всегда необходим для того, чтобы
миротворческая операция достигла цели. И чем больше взаим-
ности в этом компромиссе, тем лучше.
Неверно было бы считать, что Россия забыла о своих нацио-
нальных интересах в югославском конфликте. Российское уча-
стие с самого начала миссии ЮНПРОФОР и до настоящего
времени всегда было и остается важным фактором, который
оказывает влияние на ситуацию не только в Боснии, но и в
целом на Балканах.
Да, России пришлось поступиться своими принципами,
но не интересами. Своим непосредственным участием в
ИФОР/СФОР России удалось выступить в роли спра-
ведливой и беспристрастной стороны и в известной мере
сохранить влияние на Балканах. Однако, для российско-
го истеблишмента и общественного мнения было не так
легко пойти на компромисс по югославской проблеме. По-
прежнему существует убеждение, что компромисс был
достигнут больше за счет российских, чем американ-
ских интересов. Этот факт должен учитываться в бу-
дущем, когда Россия и США будут работать над вопро-
сами, требующими взаимных уступок.
Тесное сотрудничество между российскими и американски-
ми политиками и военными представляется одной из важней-
ших предпосылок успеха в Боснии. Как бы там ни было, рос-
сийское участие в миротворческих операциях в Боснии было и
является по-прежнему важным фактором и должно продол-
жаться, поскольку оно служит национальным интересам Рос-
сии, а также способствует развитию ее сотрудничества с США
и НАТО.
Конечно, предстоит еще очень много сделать, чтобы такое
сотрудничество стало правилом, а не исключением. В любом
случае миротворческие операции в Боснии продемонстрирова-
ли новые возможности международного сообщества в урегули-
ровании конфликтов. Боснийский опыт снова доказал старую,
как мир, истину: проблемы могут быть решены, если есть стрем-
ление обеих сторон к компромиссу. И там, где есть такое стрем-
ление, можно решить любые проблемы.
436
Глава четвертая Новый балканский тупик?
А проблемы, к сожалению, существуют. У многих стран,
прежде всего России, Англии и Франции, вызвал неприятие
американский проект укрепления мира на Балканах путем мас-
сированных поставок туда новых вооружений. Возможно, од-
ной из целей США в этом вопросе является желание поставить
процесс перевооружения под свой контроль и не допустить су-
щественного роста влияния на него исламских стран, хотя они-
то и оказались главными спонсорами.
По заявлениям американских представителей, США по-
ставили задачу довести военный потенциал армии МХФ
до уровня боснийских сербов. При этом речь шла именно
о дополнительных поставках оружия и переподготовке
личного состава мусульманских и хорватских военных
формирований , численность которых уже и так значи-
тельно превышает сербские силы. По данным на март
1996 года, вооруженные силы мусульман насчитывали
92 тыс. человек, хорватов — около 50 тыс. и боснийских
сербов — около 75 тыс. человек227.
Участие российского воинского контингента «голубых касок»
в трех крупнейших международных операциях по поддержа-
нию мира под эгидой ООН позволило накопить значительный
опыт выполнения подобных миссий.
Основными результатами усилий миротворческих контин-
гентов стало разъединение враждующих сторон в районах, где
в течение длительного времени продолжались ожесточенные
бои, и прекращение кровопролития, создание условий для ре-
тения спорных вопросов путем переговоров, возвращение бе-
женцев в места проживания, проведение демократических вы-
боров органов власти на местах. На протяжении всего времени
нахождения на Балканах российский воинский контингент, пол-
ностью укомплектованный десантниками, снискал благодарность
местных жителей и с чувством исполненного долга возвратился
на родину.
Не менее важным является и приобретенный чисто практи-
ческий опыт миротворческой деятельности под эгидой ООН.
Прежде всего, штаб ВДВ, оперативный отдел, другие службы
накопили большой опыт подготовки подразделений к выполне-
нию миротворческих задач, освоили различные способы пере-
броски людей и техники в район конфликта, их быстрое раз-
вертывание в зонах ответственности, научились действовать в
так называемых зонах безопасности, при сопровождении гу-
437
ШВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
манитарных грузов. Но, пожалуй, главное — отечественные ми-
ротворцы приобрели практику действий в сложных условиях
обстановки, характерной для любой операции по поддержанию
мира, в строгом соответствии с тактическим Уставом сил ООН
и международными нормами. На балканской земле в двух рос-
сийских батальонах ООН было 16 ротаций, через них прошли
более 20 тысяч офицеров и солдат-контрактников (данные на
начало 1998 года).
На Балканах был получен значительный опыт в области
медицинского обеспечения российских миротворцев. Контроль
за состоянием их здоровья осуществлялся в батальонах ООН
силами отдельных медицинских подразделений. Там находи-
лось несколько хирургических бригад, оснащенных самым со-
временным оборудованием. Кроме того, здоровье солдат и офи-
церов находилось под постоянным контролем начальника мед-
службы ВДВ, который в экстренных случаях мог эвакуировать
раненого самолетом в центральные медицинские учреждения
России.
К сожалению, полученный опыт оплачен дорогой ценой
— кровью солдат. Учитывая, что зона ответственнос-
ти российского воинского контингента была самой слож-
ной и напряженной, проходила по линии разъединения
сторон, российские солдаты и офицеры понесли самые
тяжелые потери среди состава «голубых касок». По дан-
ным заместителя командующего ВДВ по миротворчес-
■ ким силам, за все время пребывания на Балканах Россия
потеряла убитыми 24 человека. Более 50 военнослужащих
получили ранения различной степени тяжести228.
Остаются все еще нерешенными несколько сложных про-
блем миротворчества. Слабо разработаны, а в ряде случаев по-
просту отсутствуют единые нормативно-правовые акты по орга-
низации и проведению миротворческих операций многонацио-
нальными силами (особенно операций по принуждению к миру).
Совместную разработку проектов таких документов можно было
бы осуществить на уровне аналитических органов Совместного
постоянного совета (СПС) Россия — НАТО с последующим его
обсуждением и экспертизой на сессиях ОБСЕ.
Проблемой, особенно остро проявившейся в ходе операции
многонациональных сил в Боснии и Герцеговине, стала выра-
ботка согласованных подходов к процедуре применения воен-
438
Глава четвертая Новый балканский тупик?
ной силы в миротворческих операциях. Многие вопросы, свя-
занные с использованием в них вооруженных сил, не закрепле-
ны в международном законодательстве. Это затрудняет согла-
сованное боевое применение войск (сил). Так, российские воен-
нослужащие и военнослужащие воинских контингентов других
государств по сравнению с НАТО значительно ограничены в
вопросах применения оружия и военной силы.
Статья 2 Федерального закона «О порядке предоставления
Российской Федерацией военного и гражданского персонала для
участия в деятельности по поддержанию или восстановлению
мира и безопасности» гласит: «В настоящем Федеральном за-
коне под деятельностью по поддержанию или восстановлению
международного мира и безопасности с участием Российской
Федерации понимаются операции по поддержанию мира или
другие меры, предпринимаемые Советом Безопасности Орга-
низации Объединенных Наций в соответствии с Уставом ООН,
региональными органами либо в рамках региональных органов
или соглашений Российской Федерации, либо на основании дву-
сторонних и многосторонних международных договоров РФ и
не являющиеся согласно Уставу ООН принудительными дей-
ствиями...» Исходя из сказанного российские военнослужащие
в Боснии не имеют права предпринимать принудительные дей-
ствия (в том числе использование силы и оружия), что идет
вразрез с оперативной директивой ГК ОВС НАТО в Европе,
которой обязан руководствоваться контингент РФ в БиГ. Эта
неопределенность вызывает разногласия между взаимодейству-
ющими подразделениями многонациональных сил.
Не менее важной остается и проблема оперативного управ-
ления войсками. В силу сложившихся обстоятельств общее пла-
нирование операции МНС в БиГ осуществлялось органами уп-
равления НАТО без практического участия представителей ВС
России (заместитель ВГК ОВС НАТО в Европе по российскому
контингенту подключился к планированию операции на ее за-
вершающем этапе). В ходе планирования операции был разра-
ботан особый статус российского контингента, который опреде-
лил основную форму взаимодействия с войсками НАТО, име-
нуемого в штабе ОВС НАТО «tactical control». Однако в процес-
се непосредственного выполнения задач выявились определен-
ные проблемы в управлении российским контингентом. Они свя-
заны с разрывом единой цепочки управления на оперативном
уровне (отсутствие российского представителя в штабе МНС в
БиГ) и недостаточно четким порядком подчиненности бригады,
439
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
находящейся в составе многонациональной дивизии на такти-
ческом уровне.
Обращает на себя внимание проблема соответствия понятий
и терминов, штабных процедур, принятых в национальных во-
оруженных силах. Различия в подходах к планированию, су-
ществующие в настоящее время в НАТО и ВС РФ, затрудняют
взаимодействие на уровне национальных штабов и войск. Необ-
ходима работа по четкому согласованию единых трактовок ве-
дущих оперативных понятий, определение согласованных гра-
ниц в применении тех или иных военных терминов в практике
национальных штабов. Как на стратегическом, так и на опера-
тивном уровне необходима совместная разработка стандартов
и штабных процедур в оформлении штабных документов.
Известно, что всякий опыт имеет две стороны — позитив-
ную и негативную. Не секрет, что российские миротворцы на
Балканах столкнулись с тем, что классический принцип миро-
творческих операций («нейтральность и беспристрастность») за-
частую игнорировался — под видом миротворческой миссии
ведущие страны Запада открыто проводили свои национальные
интересы.
Еще в период ЮНПРОФОР российскому воинскому кон-
тингенту в моральном плане было тяжело соблюдать своеоб-
разный «диктат» Запада, когда приходилось по негласному, а
нередко и прямому указанию из штаб-квартиры сил ООН в
Загребе действовать на стороне какой-то одной из противобор-
ствующих сторон. Как правило, это были хорваты или мусуль-
мане. Наиболее цинично это выглядело во время вооруженного
захвата хорватской армией районов Сербской Краины и Запад-
ной Славонии в мае и августе 1995 года. Тогда воинские контин-
генты ООН не только не попытались оказать отпор хорватам,
но даже не смогли защитить себя сами. Погибли 13 миротвор-
цев, более 30 были ранены, а около 200 захвачены в заложники.
Несмотря на эти потери, командующий силами ООН француз-
ский генерал Бернар Жанвьер не нашел возможности вызвать
авиацию НАТО для защиты «голубых касок». Размывание ос-
новополагающих принципов миротворчества стало одной из глав-
ных причин того, что эффективность операций по поддержа-
нию мира на балканской земле в ряде случаев оказывалась
низкой.
Не получилось равноправного миротворчества и при прове-
дении миссий ИФОР/СФОР. Российскому контингенту было дано
право влиять на ситуацию лишь на тактическом уровне. Даже
440
Глава четвертая Новый балканский тупик?
в своей зоне ответственности мало-мальски самостоятельное
решение командир бригады обязан был согласовывать с коман-
диром американской дивизии — старшим многонациональной
войсковой группы «Север».
Российской бригаде в Боснии не приходится жаловаться на
нехватку работы. «Горячими точками» по-прежнему являются
места переселения мусульманских беженцев в населенные пун-
кты в зоне разъединения на сербской стороне. Суть проблемы
заключается в отношении бывших конфликтующих сторон к
процессу возвращения беженцев в свои села. Позиция Респуб-
лики Сербской однозначна — ни о каком возвращении бежен-
цев не может быть и речи, а линия разъединения рассматрива-
ется как государственная граница. МХФ, наоборот, считает Бос-
нию и Герцеговину единым государством и PC как соседнюю
страну не признает.
Для российской бригады до сих пор проблемой является от-
сутствие четких инструкций по действиям против вооружен-
ной агрессивной толпы и выполнению несвойственных для ар-
мии полицейских функций. Такие задачи, как охрана, сопро-
вождение строительных материалов, поиск и задержание лиц,
виновных в уголовных правонарушениях, перед войсками СФОР
не поставлены, но выполнять их приходится. По опыту кон-
фликтов, единственным методом сдерживания толпы является
живой щит стоящих плечом к плечу солдат. При этом очень
высока угроза для жизни военнослужащих от действий агрес-
сивных элементов.
Все сказанное позволяет сделать важный политико-прагма-
тический вывод — России следует занимать более активную
позицию в миротворческой деятельности на Балканах, доби-
ваться большей самостоятельности и независимости в процессе
разрешения кризисной ситуации. У России есть свои интересы
в этом регионе, которые имеют глубокие исторические корни,
исходят из необходимости сохранения накопленного веками
культурного, экономического и военного сотрудничества, духов-
ного единства славянских народов.
В этой связи особую актуальность для России приобрели
события в сербском крае Косово. Во время гражданской войны
в Югославии в 1991—1995 годах косовские сепаратисты сумели
укрепить свои позиции и создали незаконные террористичес-
кие вооруженные формирования — «Освободительную армию
Косово» (OAK). Эта армия взяла курс на провоцирование воо-
руженных инцидентов с сербской полицией с перспективой
441
НВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
добиться иностранного вмешательства, ввода войск НАТО на
косовскую территорию, чтобы с их помощью добиться полного
отторжения территории Косово от Югославии.
28 ноября 1990 года «Нью-Йорк тайме» опубликовала
статью Дэвида Байндера, в которой ои повторил неко-
торые выводы, содержавшиеся, по его утверждению, в
докладе по Югославии Национального комитета по раз-
ведке США. Эти выводы заключались в следующем:
— невозможность сохранения единства Югославци;
— высокая вероятность раскола и распада Югославии на
несколько частей в течение ближайших 18 месяцев;
— претензии Сербии на гегемонию в бывшей Югославии;
— стремление многих словенцев, хорватов и других на-
родов Югославии к более свободной федерации, а при про-
тиводействии этому — к независимости;
— национализм народов Югославии и высокая вероятность
насильственных действий;
— высокая вероятность взрыва ситуации в самое бли-
жайшее время и перехода ее к гражданской войне;
— беспорядки в Косово.
Эти прогнозы, по оценкам американских аналитиков на
1995 год, полностью подтвердились, за исключением Ко-
сово229 . Не прошло и трех лет, как ситуация взорвалась
и в этом крае.
Постоянно тлевший конфликт в Косово с новой силой стал
раскручиваться более 10 лет назад, с января 1988 года. Тогда в
крае проживало 94 процента албанцев и 5 процентов сербов.
Начались вооруженные столкновения албанских боевиков с серб-
ской полицией, убийства и выселение сербов, блокада сербских
сел, захват мирных жителей, запугивание местного населения,
которое не поддерживало экстремистов. Официальный Белград
отреагировал жестко и, возможно, не совсем продуманно, начав
проводить этноконфессиональную политику, направленную на
увеличение процента сербского населения. Статус Косово был
понижен — край лишился паритетных прав с Федерацией, ко-
торыми обладал в 1971—1989 годах. Около миллиона албанцев
вынуждены были покинуть Косово. Югославские пограничники
пытались остановить потоки боевиков и оружия из Албании
для косовских сепаратистов. Части Югославской армии и поли-
ция начали масштабные действия по ликвидации баз OAK, что
привело к жертвам среди мирного населения.
442
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Центральным для нынешней ситуации на Балканах стал
следующий принципиальный вопрос: имеет ли право го-
сударство проводить репрессивную политику в отно-
шении части своих граждан, выступающих за нацио-
нальное самоопределение и использующих в своей борьбе
террористические методы?
Лидеры OAK воспользовались репрессивной политикой юго-
славских властей с целью объяснить мировому сообществу свое
желание при помощи оружия создать независимое государство.
Международные организации — ООН, ОБСЕ, Контактная груп-
па — развернули кампанию по защите прав человека в Косово.
При этом речь однозначно шла только о защите прав албанско-
го населения. Весной 1998 года Запад предложил заключить
трехгодичное «промежуточное» соглашение, по которому НАТО
получало возможность ввести в Косово 30 тыс. солдат для обес-
печения демократических выборов, мира и безопасности. Сер-
бии предлагалось иметь в Косово лишь небольшие силы для
«охраны внешних границ». Предложенное Западом соглашение
предусматривало избрание в Косово своего парламента и пре-
зидента. Это было расценено в Белграде как вмешательство во
внутренние дела страны и стремление под прикрытием НАТО
осуществить отделение Косово. Особое несогласие вызывал пункт
о допуске в Косово войск НАТО230.
В феврале 1999 года в штаб-квартире НАТО в Брюсселе
был фактически одобрен «миротворческий» план альянса в от-
ношении Косово. Представители блока согласовали все детали
посылки в югославский край миротворческого контингента в
количестве 26 тысяч человек. Силы «мира» получили название
КФОР — по аналогии с действующими в Боснии силами СФОР.
При этом официальные лица НАТО и США ультимативно зая-
вили, что если сербы не согласятся принять мирный план уре-
гулирования (предложенный посредниками и контактной груп-
пой на переговорах сербов и албанцев во французском замке
Рамбуйе), то в любой момент по их позициям в Косово будет
нанесен «удар возмездия».
Косовский кризис нельзя приравнять к противостоянию
Англия — Ольстер, Валлония — Фландрия в Бельгии, Каш-
мир — Индия, Баскония — Испания, Тибет — Китай, Чеч-
ня — Россия, Курдистан — Турция и др. Во всех перечис-
ленных «горячих точках» народы живут на своих ис-
конных территориях и имеют право на самоопределе-
443
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
ние (Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН, февраль
1952 года). Другое дело — Косово. Это исконно сербская
территория у но имевшееся там албанское меньшинство
в силу высокой рождаемости стало большинством на
территории Косовского края.
Сербы не согласились с предъявленным ультиматумом, как
никогда не соглашались и ранее в своей истории принимать
политику угроз. НАТО же, сказав «А», не замедлила сказать и
«Б» — применить силу. Началась военная акция Североатлан-
тического альянса против Югославии.
Операция сил НАТО «Союзническая сила» продолжалась с
24 марта по 10 июня 1999 года, когда она была приостановлена
по приказу Верховного главнокомандующего объединенными
вооруженными силами НАТО в Европе генерала У. Кларка.
20 июня Генеральный секретарь НАТО официально объявил о
прекращении военной кампании против Югославии. По данным
штаба верховного командования югославской армии, в опера-
ции альянса было задействовано 1 200 самолетов, в том числе
850 боевых. В течение 79 дней армада НАТО совершила более
12 000 авианалетов, выпустила свыше 3 000 крылатых ракет,
сбросила более 10 000 тонн взрывчатки, что в пять раз превы-
шает мощность атомной бомбы, взорванной над Хиросимой.
Ударам подверглись 995 объектов.
Военная операция НАТО привела к многочисленным жер-
твам среди гражданского населения. За весь период бое-
вых действий против армии освобождения Косово погиб-
ло 300 человек, а за десять недель бомбардировок НАТО}
по некоторым данным, погибло более 1 200 взрослых и
одна тысяча детей, тяжелые ранения получили около
пяти тысяч человек. Общий ущерб Югославии превысил
100 млрд. долларов231.
По сообщению агентства РИА «Новости» от 16 июня
1999 года, страны НАТО потеряли в небе над Югослави-
ей 61 боевой самолет и 30 самолетов-разведчиков. Части
противовоздушной обороны страны сбили также 7 вер-
толетов противника и 238 крылатых ракет.
С глобальной точки зрения косовские события гораздо опас-
нее для Балкан, чем, к примеру, проблема Боснии и Герцегови-
ны, поскольку представляют серьезную угрозу для целой груп-
пы государств. В первую очередь — это Югославия и Македо-
444
Глава четвертая Новый балканский тупик?
ния, треть населения которой составляют албанцы, затем Гре-
ция и другие сопредельные страны на Балканах. Задуманная
албанцами в Косово идея Великой Албании — это не что иное,
как бомба замедленного действия, готовая в любой момент взор-
вать всю ситуацию в Европе. Занятая Западом открыто проал-
банская позиция вызывала и вызывает в лучшем случае недо-
умение. Она чревата в первую очередь тем, что благополучная
Европа сама для себя усилиями НАТО создает «ударный му-
сульманский кулак» на Балканах. А он, как свидетельствует
история, не всегда предсказуем и может нанести чувствитель-
ный удар даже в то место, которое хорошо прикрыто брониро-
ванным щитом.
Есть несколько причин, по которым США и НАТО так ак-
тивно выступали за силовое решение косовской проблемы. США
нужно продемонстрировать, кто в мире хозяин, показать, что
ООН и ОБСЕ уже не являются серьезными факторами в миро-
вой политике. Операция в Косово выглядит со стороны Запада
как типичное использование тактического предлога для реше-
ния крупной геополитической проблемы — сокрушения старо-
го ялтинского миропорядка. Это необходимо в интересах спло-
чения НАТО и укрепления в нем позиций США. Одновременно
решается и важная для Запада геостратегическая проблема —
дальнейшая изоляция и ослабление все еще «строптивой» Рос-
сии. Это нужно как США, так и европейским членам НАТО,
хотя выгоды для европейцев в этой связи менее очевидны.
Вполне вероятно, что на примере Косово отрабатывается
модель этнополитического кризиса, вполне применимого к усло-
виям России (чеченская проблема; большая мусульманская диас-
пора, в том числе в крупных российских городах; большая и
быстро растущая китайская диаспора на Дальнем Востоке и
т.д.)
Югославский конфликт в целом, а боснийское и косовское
его ответвления в частности, свидетельствуют о ста-
новлении новой геополитики, опирающейся на следующие
принципы:
— территориальное дробление и подрыв политической
системы той страны, прямое и скорое поражение кото-
рой нанести невозможно;
— подчинение большого геополитического пространства
вследствие его регионализации, дробления на карликовые
и враждебные друг другу государства.
445
Н.Васильева, ВЈаврилов Балканский тупик?..
Пока Европа занята своими внутренними делами, а Герма-
ния насаждает (и небезуспешно) свое влияние в ее западной и
центральной части, США активно занимают «ничье» простран-
ство к юго-востоку от немецких сателлитов — Словении, Хор-
ватии и отчасти БиГ. В это пространство, традиционно именуе-
мое «зоной американских интересов», включены Албания, Ма-
кедония, Болгария, Румыния, Молдавия, Польша и Украина.
Вполне вероятно, что в планы американцев входит связать
воедино транспортно-коммуникационный потенциал Балкан,
финансовую базу и пропускную способность кипрских портов,
аэродромов и давно адаптированные к западному проникнове-
нию турецкий менталитет, экономику и военную машину.
Есть и другой аспект косовской проблемы. Совершенно оче-
видно, что конфликт по поводу Косово между НАТО и Югосла-
вией тесно связан с расширением Североатлантического аль-
янса на Восток. Если посмотреть на этот конфликт с геострате-
гической точки зрения, то возникает мысль, что стратеги НАТО
отнюдь не так плохо все продумали, как это могло показаться
вначале.
Как полагают многие в США, вопрос расширения НАТО
был плохо продуман, поскольку Североатлантический альянс
расширялся и одновременно, как ни странно, терял свою бое-
вую мощь. В Вашингтоне понимали, что можно желать расши-
рения НАТО, но такой шаг имеет геостратегические послед-
ствия и должен подкрепляться достаточной мощью. Расшире-
ние НАТО требовало вложения средств, что немногие из чле-
нов НАТО желали делать.
Европу в США называют «безбилетным пассажиром» (а
попросту говоря, нахлебником). К неудовольствию Вашингтона,
в условиях американского присутствия и под американским
«ядерным зонтиком» европейские члены НАТО обычно воздер-
живались от того, чтобы проявлять чрезмерное усердие в обла-
сти обороны. В период «холодной войны» Соединенные Штаты
потратили на оборону Европы больше, чем сами европейцы.
Этот перекос вел к классическому синдрому «безбилетного пас-
сажира»: зачем покупать билет, если можно ехать бесплатно?
Поспешный энтузиазм Европы по поводу приема в НАТО пяти
вместо трех новых членов (включая Словению и Румынию) аме-
риканцы поняли таким образом: одни безбилетники приглаша-
ли в свою компанию других.
Перекос продолжает существовать. В 1996 году Соединен-
ные Штаты потратили 269 миллиардов долларов на оборону.
446
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Это на 60 процентов больше, чем все другие члены НАТО вме-
сте взятые (они потратили 167 миллиардов долларов). Из этих
расходов США, согласно экспертным оценкам, 100 миллиардов
долларов в год идет непосредственно или косвенно на безопас-
ность Западной Европы." Соединенные Штаты имеют также стра-
тегические обязательства помимо Европы. Некоторые из них
тем не менее непосредственно приносят пользу европейцам: к
примеру, обязательства США по созданию гарантированных
нефтепотоков из зоны Персидского залива и обеспечению безо-
пасности для европейских инвестиций в Азиатско-Тихоокеан-
ском регионе.
Остальные члены НАТО имеют на действительной военной
службе больше военного персонала, чем Соединенные Штаты.
Его общая численность — 2,6 миллиона человек. Большинство
членов НАТО все еще имеет призывную систему. Но опять же
к неудовольствию Вашингтона, не все войска стран-членов НАТО
находятся под командованием Североатлантического блока (счи-
тай — американским командованием) — многие решают дру-
гие задачи. Только Германия поставила все свои войска под
командование НАТО. После Соединенных Штатов Турция име-
ет самые большие вооруженные силы численностью 639 тысяч
человек. Но основная их часть предназначена для выполнения
внутренних задач, главной из которых является «сдержива-
ние» курдов на юго-востоке Турции.
В США всегда считали, что, защищая Европу, они защища-
ют и себя. В этом европейцы солидарны с американцами. Но в
то же время они никогда не были с ними солидарны в том, что
выходило за пределы их непосредственных интересов (доста-
точно вспомнить Вьетнам, который европейцы определили как
«выходящий за пределы сферы ответственности НАТО»). Сей-
час европейцы уверены, что американский конгресс оплатит
модернизацию армий Польши, Чехии и Венгрии, которые уже
заявили,* что не в состоянии это сделать самостоятельно. Как
оказалось, эти армии находятся в гораздо худшем состоянии,
чем ожидалось.
В целом благоразумная Европа собиралась сокращать воен-
ные расходы в условиях исчезновения реальных угроз для бе-
зопасности европейских стран. Этому должно было способство-
вать введение единой европейской валюты «евро». В самих США
до недавнего времени рост военных расходов вряд ли мог иметь
место, и даже, как полагали некоторые, не исключалось дальней-
шее сокращение 10-дивизионной структуры сухопутных войск.
447
НВасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
И тут подвернулся «неуступчивый» Милошевич. Во-первых,
возможность откола края Косово от Сербии расценивалась юго-
славским руководством и многими сербами как пролог к распа-
ду страны (следующей на очереди может стать Воеводина).
Поэтому, не представляя в целом опасности для мирового и
европейского сообщества, этот конфликт угрожал существова-
нию Сербии как государства. Было ясно, что сербы в этом слу-
чае будут стоять до конца.
Во-вторых, невозможность откола Косово для сербов связа-
на с их национальными чувствами и исторической памятью —
600 лет назад на Косовом поле армия сербов потерпела пора-
жение от турок, после чего Сербия на 500 лет попала под вла-
дычество Оттоманской империи.
В-третьих, за последние 10 лет сербы оказались объектом
беспрецедентного и весьма пристрастного внешнего нажима. Их
права на самоуправление на территории Хорватии и Боснии
открыто игнорировались, в то время как право других народов
бывшей Югославии на самоопределение вплоть до отделения
признавалось и поощрялось. В югославском конфликте, как и в
любом этническом конфликте, все стороны вели себя не совсем
благопристойно. Однако виноватыми во всем сделали сербов,
исходя из удобного и практичного принципа давления на более
сильную сторону. США продолжали упрямо придерживаться
этой линии, хотя было совершенно очевидно, что попытки при-
менить давление на сербов в случае с Косово вряд ли были бы
успешными. Есть предел терпению и уступкам сербов — в слу-
чае с Косово этот предел наступил.
Начиная бомбардировки Югославии в Вашингтоне четко
просчитали и неуступчивость Милошевича, и особенно-
сти восприятия косовской проблемы сербским массовым
сознанием, и то, что сербам просто надоело, что из них
постоянно делают «козлов отпущения». Но была и еще
одна цель — встряхнуть Европу, заставить «зажравших-
ся безбилетников» отбросить самоуспокоенность и бо-
лее пристально взглянуть на проблему своей безопаснос-
ти.
А проблема безопасности, как ни парадоксально, усложни-
лась. С расширением НАТО возникли новые проблемы, связан-
ные с обороной новых членов. В частности, с приемом Венгрии
у НАТО появилась настоящая «головная боль» — как оборо-
448
15*
Глава четвертая Новый балканский тупик?
нять ее ввиду ее «островного» положения (Венгрия не имеет
границ со странами-членами НАТО). Особую остроту этой про-
блеме придают исторически сложные отношения между Вен-
грией и ее соседями — Словакией и Сербией, которые коренят-
ся в сложных территориальных проблемах, берущих свое на-
чало со времен крушения Австро-Венгерской империи.
В НАТО Венгрия — не единственное государство, занимаю-
щее «островное» положение с точки зрения организации оборо-
ны. Турция и Греция также находятся несколько «на отшибе»,
но доступ к этим странам может быть легко осуществлен через
Средиземное море.
Идеальным решением проблемы было бы присоединение
Австрии к НАТО, но Австрия, как и Швейцария, в духе «без-
билетных пассажиров», не спешит отходить от своего выгодно-
го нейтрального статуса.
Решением проблемы, которое поддерживает Италия, мог бы
быть прием в НАТО Словении. Она действительно соединяет
Италию с Венгрией, но там очень гористая местность, а с Вен-
грией связывает единственная шоссейная дорога при полном
отсутствии прямого железнодорожного сообщения. Поэтому
любые массированные перевозки войск и техники можно осу-
ществлять транзитом только через Хорватию. Отсюда зада-
ча — как можно теснее привязать к Западу Загреб. Совершен-
но очевидно, что развязанный конфликт против Югославии еще
теснее сблизил Хорватию с НАТО, поскольку укрепил ее пози-
ции в противостоянии с Белградом, решая одновременно про-
блему транзитного сообщения с Венгрией.
Удары, нанесенные по военному потенциалу и инфра-
структуре Сербии, несомненно, ослабили ее и тем са-
мым усилили нового члена НАТО — Венгрию, а также
перспективных кандидатов — Хорватию и Словению. С
другой стороны, эти удары «преподали урок другим».
К сожалению, события вокруг Косово высветили определен-
ную пассивность России. С огорчением можно констатировать,
что судьба этого края и Югославии в целом решается без уча-
стия Москвы. Косовский кризис показал, что мнение Кремля
американцев и НАТО попросту не интересует.
Зато Хорватия обсуждает с США перспективы открытия на
своей территории — в городах Славонски-Брод и Задар — еще
двух военных баз для американской армии. К слову сказать,
16-Балканский тупик?..
449
^Васильева, ВТаврилов Балканский тупик?
Пентагон уже фактически закрепился на двух морских базах в
хорватских портах Риека и Сплит и спешно обустраивает свою
дивизию в Тузле. Македония дала согласие на размещение на
своей территории 15-тысячного воинского контингента НАТО.
Заместитель председателя военного Совета КНР гене-
рал-полковник Чжан Ваньнянь во время визита в Россию
в июне 1999 года заявил, что с началом агрессии НАТО
против суверенной Югославии возникла необходимость
сближения вооруженных сил России и Китая. Китай-
ский военачальник отметил, что в ходе переговоров в
Москве с министром обороны России маршалом Игорем
Сергеевым было найдено полное взаимопонимание по всем
вопросам, в том числе — об усилении сотрудничества
вооруженных сил России и КНР в связи с быстро нарас-
тающей международной опасностью, провоцируемой ко-
мандованием НАТО.
События в Косово означают изменение геополитической об-
становки в мире. Сегодня на Балканах решаются вопросы рас-
становки политических сил на планете в XXI веке, и Россия не
должна оставаться сторонним наблюдателем, молчаливо про-
глатывать пропагандистские наживки о новых миротворческих
задачах НАТО в Боснии и Косово, соглашаться со всеми дей-
ствиями Вашингтона.
Российская дипломатия, вероятно, выиграла бы, сконцен-
трировав свои усилия в том направлении, на котором можно в
короткий срок создать основу собственной политико-экономи-
ческой реабилитации. И Германия, и США идут от региональ-
ной к глобальной политике, а не наоборот. Россия могла бы
уделять больше внимания тем странам, которым не находится
«теплого местечка» в иерархии нового мирового порядка. В Ев-
ропе это в первую очередь Югославия, Болгария, Словакия,
Румыния. В определенной степени это также Греция, Испания,
Португалия и отчасти Италия. России жизненно важно присут-
ствие в Средиземноморье, и восстановить его она может лишь
активизировав свое внимание к Балканам.
При этом возможны разные формы сотрудничества, вклю-
чая и военные. Например, воспользовавшись ситуацией с жест-
кими квотами на ввоз товаров из Греции в страны ЕС, Россия
могла бы обеспечить режим наибольшего благоприятствования
в торговле с этой страной. И в российских регионах к этому
готовы.
450
16-2
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Иными словами, Россия могла бы привлечь на свою сторону,
сделать своими союзниками, торговыми, военными и полити-
ческими партнерами страны Средиземноморского и Черномор-
ского бассейнов, имеющих достаточно непростое положение в
регионе и далеко не самое привилегированное положение в ЕС.
Уже сейчас очевидно, что КФОР по многим параметрам раз-
вивается с теми же ошибками, что и ЮНПРОФОР, и нужно
будет приложить немалые усилия, чтобы перевести ход собы-
тий хотя бы в минимальной степени похожий на тот, что был в
ИФОР/СФОР. Через год после начала агрессии НАТО против
Югославии, призванной положить конец насилию в Косово, не
только изначальные противники этой операции, но и страны-
члены альянса начинают признавать неудачу миротворческой
миссии в крае.
Мало того, сама эта миссия все больше попадает под подо-
зрение в пособничестве преступникам, действующим в Косово.
Так, глава гражданской миссии ООН (УНМИК) в крае Бернар
Кушнер, уже не раз замеченный в симпатиях к албанским се-
паратистам, оказался объектом обвинения сотрудников подчи-
ненной УНМИК международной полиции. Результатом рассле-
дования, проведенного полицией ООН в Призрене относитель-
но деятельности Освободительной армии Косово (OAK), стал
опубликованный доклад, в котором всплыли сенсационные факты
пособничества Кушнера албанским сепаратистам.
В докладе полиции ООН говорится о том, что глава ад-
министрации ООН Бернар Кушнер препятствовал рас-
следованию преступлений, совершенных боевиками из
якобы распущенной, а на самом деле продолжающей дей-
ствовать под вывеской «Корпуса защиты Косово» OAK.
В частности, Кушнер, по свидетельству немецких по-
лицейских, блокировал следствие по делу о незаконном
назначении на пост мэра Призрена одного из членов тер-
рористической албанской организации. По распоряжению
Кушнера в декабре 1999 года была предотвращена опера-
ция по захвату преступников.
В докладе полиции гражданской миссии ООН содержались
новые доказательства того, что после размещения в Косово
миротворческих сил КФОР территория края фактически пре-
вратилась в криминальный центр Балкан. Торговля оружием,
колоссальный наркотрафик, способствующий распространению
наркотиков по всей Европе, незаконный захват имущества —
16*
451
Ш&сильева, ВТажрилов Балканский тупик?..
все эти следы криминальной деятельности албанцев в Косово
никак не вяжутся с созданным западной прессой обликом угне-
тенного «этнического меньшинства». Согласно докладу, албан-
цы терроризируют неалбанское население, с помощью угроз
или выступая под видом сотрудников МВД Косово завладевают
их имуществом и недвижимостью. Кстати, согласно другому
неопубликованному докладу ООН, лидер OAK Хашим Тачи,
которого нередко радушно принимают в Вашингтоне и евро-
пейских столицах, незаконно завладел крупнейшей косовской
бензиновой компанией «Косово Петроль». Все эти действия се-
паратистов направлены, по мнению докладчиков, на создание
своих, в обход администрации ООН, управленческих структур
в крае, что, по сути, ведет к установлению де-факто независи-
мого государства в Косово. А это уже напрямую противоречит
резолюции № 1244 СБ ООН.
В то же время, по некоторым данным, НАТО намеревается
подготовить условия для предоставления Косово полной неза-
висимости в ближайшие 3—5 лет. Об этом сообщили в июне
1999 года мадридской газете «Мундо» американские и европей-
ские источники, имеющие доступ к разработке планов на буду-
щее в этом регионе. Такой замысел, главным сторонником ко-
торого являются США, пока не афишируется, поскольку евро-
пейские союзники США по НАТО просят Вашингтон быть в
данном случае очень осторожным с самим словом «независи-
мость». Они опасаются, что этот прецедент может стать опас-
ным с учетом существующих во многих странах старого конти-
нента сепаратистских групп.
Газета «Мундо» сообщила, что эту схему подтвердила и га-
зета «Нью-Йорк тайме», ссылаясь на источники в НАТО. Со-
гласно этому плану, союзники хотят использовать свое силовое
превосходство, чтобы одновременно с постепенным возвраще-
нием албанокосоварских беженцев способствовать «доброволь-
ной эмиграции» сербского меньшинства. Более половины из
190 тысяч проживавших в Косово сербов уже покинули этот
югославский край. Поток же возвращающихся в Косово албан-
цев все более возрастает.
Затем, после создания на первой фазе «международного
протектората» и раздела края на секторы, как в послевоенной
Германии, будет делаться все, чтобы постепенно разорвать связи
между Белградом и Приштиной, а экономические контакты
Косово, где основной монетой станет доллар, переориентиро-
вать на Албанию, Македонию и Черногорию. В перспективе
452
16-4
Глава четвертая Новый балканский тупик?
поставлена цель добиться отказа косовских албанцев от упла-
ты налогов СРЮ и службы в ее армии, создание ими в будущем
собственного парламента, судебной и правоохранительной сис-
темы. На заключительной фазе Белград намереваются прину-
дить к отказу от его прав на Косово, а «Армию освобождения
Косово» превратить в вооруженные силы края, который будет
тесно связан с Албанией.
Как отмечала «Мундо», непредвиденное вступление в Косо-
во подразделений российской армии поставило под угрозу сры-
ва эти планы США и НАТО. Эксперты, по словам газеты, опа-
сались, что если русские закрепятся в районе сербских свя-
тынь на севере Косово, то край окажется навсегда разделен-
ным на две части.
О негативном развитии ситуации в провинции свиде-
тельствует также доклад британской неправитель-
ственной организации «Крайсис груп», занимающейся изу-
чением ситуации на Балканах. По мнению британских
экспертов, агрессия НАТО против Югославии дала тол-
чок к превращению Косово в центр «преступности и
коррупции», которые как раковая опухоль расползают-
ся по всей Европе.
По мнению авторов доклада «Крайсис груп», опасность пред-
ставляет тот факт, что власть в Косово принадлежит преступ-
ным кланам, а Запад потворствует им, оказывая политическую
поддержку. Результат такой поддержки очевиден: все труднее
становится сдерживать насилие со стороны албанских боеви-
ков, которые открыто ведут преступную деятельность в крае. В
докладе приводятся факты поразительной наглости преступ-
ников. Так, албанский переводчик крупного германского биз-
несмена под угрозой смерти пытался заставить его сделать взнос
в муниципалитет косовского города Печ. Еще более удивитель-
ный пример: министр внутренних дел Албании прибыл на офи-
циальную встречу со своим греческим коллегой в Афины на
угнанном «мерседесе».
Политический лидер OAK Хашим Тачи и его соратники
продолжают заявлять, что они против участия российского кон-
тингента в миротворческих операциях КФОР и что они «не
допустят» концентрации сербского населения в местах дисло-
кации российских миротворцев. В этом случае они угрожают
прибегнуть к «военному ответу» и устроят Москве «второй
453
Н.Васильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
Афганистан». Следуя этой логике, нельзя исключать, что OAK
может пообещать и Соединенным Штатам устроить им «второй
Вьетнам», если сепаратистам почему-либо не понравятся дей-
ствия американских миротворцев.
Реальный выход из нынешней ситуации в Косово может
быть только один — командованию КФОР необходимо занять
по отношению к албанским боевикам жесткую позицию и ука-
зать лидерам OAK их истинное место — лишь как одной из
сторон конфликта, но отнюдь не победителей в нем. Только в
этом случае можно будет рассчитывать на претворение в жизнь
положений резолюции Совета Безопасности ООН.
В то же время, принимая во внимание сложность процесса
разоружения, можно было бы использовать достаточно хорошо
апробированный опыт миротворчества в СНГ. Как показывает
этот опыт, к действиям миротворческих сил можно было бы
подключать вооруженные формирования конфликтующих сто-
рон.
Как показала практика СНГ, участие в миротворческих
операциях, на основе взаимной договоренности, равных
по численности воинских контингентов конфликтую-
щих сторон в значительной мере способствует стаби-
лизации обстановки. Во-первых, это дает необходимую
уверенность участникам конфликта в своих силах. Во-
вторых, заставляет их рассматривать посреднический
миротворческий контингент как естественный и на-
дежный стабилизирующий фактор. При этом обязатель-
ным условием является создание демилитаризованной
зоны и отвод или разоружение всех других воинских фор-
мирований конфликтующих сторон.
Переход сепаратистов в фактически открытое наступление
(они уже действуют и за пределами Косово) заставляет запад-
ных лидеров реагировать. Так, президенты Франции и США
Жак Ширак и Билл Клинтон начали выражать «определенную
озабоченность» относительно ситуации в Косово. Выступив за
необходимость срочного созыва контактной группы на мини-
стерском уровне, Ширак и Клинтон, однако, были далеки от
критики миссии ООН в Косово, а, напротив, отметили ее «зна-
чение», равно как и резолюции № 1244, которая подразумевает
соблюдение прав человека в Косово и, как известно, не выпол-
няется.
454
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Это, впрочем, признала и небезызвестная правозащитная
организация «Международная амнистия». В своем докладе от
13 марта 2000 года она обвинила НАТО и ООН в «неуважении
прав человека» в Косово. Впрочем, это касалось только задер-
жанных силами КФОР 49 албанцев, подозреваемых в провока-
ции столкновений в Косовска-Митровице — их «содержали в
неотапливаемой школе».
Тем временем американский отряд специального назначе-
ния в составе КФОР обнаружил на административной границе
Косово тайники оружия, амуниции и боеприпасов, а также тре-
нировочный лагерь албанских сепаратистов, которые последнее
время стали все чаще совершать нападения на прилегающие к
Косово южные территории Сербии. Там же были обнаружены
замаскированные минные поля.
Свидетельством беспокойства Запада в связи с ситуацией в
Косово стала реакция генерального секретаря НАТО Джорджа
Робертсона, который 24 марта 2000 года, в годовщину начала
операции альянса, посетил Косово. Он признал преступный
характер деятельности «Корпуса зашиты Косово» и призвал
«заставить его участников прекратить провокации». Однако кто,
как не он сам, генсек НАТО, организации, ответственной за то,
что происходит в Косово, должен это сделать?
Тема Косово стала основной и на прошедшем 15 марта
2000 года в штаб-квартире НАТО заседании Совместного сове-
та Россия—НАТО. Стороны договорились о путях реализации
более тесного сотрудничества и, возможно, расширении рос-
сийского контингента в Косово, который составляет чуть более
3 тысяч человек, тогда как страны НАТО разместили в крае
более 30 тысяч военнослужащих.
В марте 2000 года в Косово прошли военные маневры КФОР,
приуроченные к годовщине операции НАТО в Косово. Опера-
ция под названием «Динамичный ответ-2000» должна была
продемонстрировать решительность миротворцев защитить все
этнические группы в крае. Сейчас эти этнические группы ни-
кто защитить не в состоянии. Хочется верить, что развитие
событий в Косово заставит мировое сообщество не «демонстри-
ровать свою способность», а просто действовать. И действовать
энергично!
Что касается России, то обозреватели и специалисты схо-
дятся во мнении, что приняв участие в КФОР, она получила
максимум того, что было возможно, — свои зоны ответственно-
сти в трех секторах Косово, отдельное командование, контроль
455
НЗасйльева, ВХаврилов Балканский тупик?..
над аэропортом. Россия отвоевала для себя достойное место в
европейских делах, сохранила благожелательные отношения с
Западом и получила признание как государство, даже в ны-
нешнем своем ослабленном состоянии имеющее влияние и вес в
международных делах.
И в мире, и в самой России все чаще раздаются голоса,
указывающие России на ее более скромное место — мол, стра-
на уже не супердержава, ей надо умерить амбиции во внешней
политике и не стоило, дескать, «высовываться» в случае с ко-
совским кризисом. Однако большинство обозревателей в Рос-
сии приходят к выводу, что именно «амбиции» России в урегу-
лировании югославской проблемы облегчили стране решение
экономических задач. Та роль, которую взяла на себя Россия в
югославском урегулировании, помогла ей в конечном счете найти
понимание у стран Запада.
* *
*
Подводя итог описанию югославской трагедии, необходимо,
на наш взгляд, еще раз вернуться к ее причинам, чтобы по-
нять, почему «вспыхнул пожар» и почему его не смогли сразу
потушить. Следует также сделать некоторые выводы относи-
тельно роли России в предотвращении и урегулировании юго-
славского конфликта.
Конфликт в Югославии был вызван рядом взаимодействую-
щих факторов.
Югославия населена близкородственными по крови и языку
народами. Но за время долгой борьбы за свободу история раз-
вела их в разные стороны. Исторически сложилось так, что
сербы, черногорцы, македонцы относятся к миру восточноевро-
пейскому, славянскому, православному. Хорваты и словенцы,
будучи славянами-католиками, традиционно тяготеют к Запа-
ду, к Германии. Часть югославян давно и прочно вошла в орби-
ту ислама. Эти различия сказались на менталитете народов,
отсюда — множество противоречий, не только экономических и
политических, порожденных обстановкой, но и социально-пси-
хологических и культурных.
В ходе исторического развития у югославян сформировался
сильный национальный характер. В основе его лежит осозна-
ние своей этничности как абсолютной ценности и готовность
скорее умереть, чем поступиться своим достоинством.
Вследствие копившихся веками исторических обид и неспра-
ведливостей националистические ожидания постоянно остава-
456
Глава четвертая Новый балканский тупик?
лись неосуществленными, а религиозные противоречия — не-
решенными. Вмешательство великих держав, стремившихся к
расширению своих сфер влияния, еще больше усугубляло си-
туацию. В результате насилие всегда было признанным сред-
ством изменения и перекройки политического лица Балкан. Эти
факторы определяли недостаточное желание идти на компро-
миссы, поскольку исторически компромисс представлял собой
слабость и поражение, что часто в прошлом означало смерть.
На своеобразный менталитет, национальный характер и ис-
торическую память югославян наложились более современные
обстоятельства. Зверства, совершенные во Второй мировой войне
против сербов не только немцами и итальянцами, но также их
соотечественниками-югославами, оставили глубокий шрам на
политическом лице Югославии.
При правлении Тито этническая вражда в послевоенной
Югославии прекратилась и эффективно предотвращалась пу-
тем искусного лавирования. Но главным было то, что средний
доход югославов постоянно рос в течение всего срока нахожде-
ния Тито у власти. В то же время экономическая и политичес-
кая децентрализация, принеся определенные выгоды, способ-
ствовала развитию национальных этнократий в югославских
республиках и подготовила почву для разрыва. Определенную
роль в самоопределении национальных элит играли особеннос-
ти военной организации в Югославии — наличие сил террито-
риальной обороны. Комплектуемые по национально-террито-
риальному принципу, они стали козырной картой в руках на-
ционалистически настроенных республиканских лидеров.
Несмотря на усилия Тито между различными республика-
ми Югославии всегда существовал значительный разрыв в уров-
не благосостояния. Это приводило к тому, что более богатые
Словения и Хорватия больше ориентировались на Запад, к ко-
торому они всегда исторически тяготели. С другой стороны, в
национальной психологии народов Югославии постепенно сме-
шивался «взрывной коктейль», состоящий из национального вы-
сокомерия (у богатых республик) и национальной зависти (у
бедных).
В 1980-х годах Югославия была ослаблена потерей своего
крайне важного геополитического положения, которое она за-
нимала в период «холодной войны». Распад Варшавского Дого-
вора лишил страну ее стратегического значения, альтернатив-
ных рынков и новой основы политической и экономической бе-
зопасности.
После смерти Тито в 1980 году средний доход югославов
457
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
сразу сократился в реальном исчислении. Экономический спад,
усиленный сократившейся помощью западных правительств и
организаций, буквально разрывал экономическую и социальную
ткань общества. Экономические реформы, которых требовали
иностранные кредиторы, подрывали основы федерализма в
Югославии. Образовалось крайне децентрализованное прави-
тельство, в котором республиканские политические лидеры, не-
склонные к компромиссу, начали распри за право распоряжаться
национальными ресурсами и в конечном итоге территорией.
По мере того как экономика испытывала все большие труд-
ности, слабела политическая сплоченность, которая олицетво-
рялась в коллективном президентстве и Союзе коммунистов
Югославии. В январе 1990 года СКЮ распался. Переход к мно-
гопартийной системе стал толчком к кризису Югославской фе-
дерации, т.к. большинство партий оформились на националис-
тической платформе. Это привело к политической дезинтегра-
ции, которая стала неотъемлемой частью политического дроб-
ления Европы в конце «холодной войны». На фоне новых поли-
тических процессов, начавшихся в Европе, националистичес-
кие чувства и прошлые этнорелигиозные противоречия в Юго-
славии, сдерживавшиеся Тито, быстро выступили на первый
план.
Новые ключевые политические фигуры Югославии (С. Ми-
лошевич, М. Кучан, Ф. Туджман, А. Изетбегович) руководство-
вались националистическими чувствами. Декларации незави-
симости Словении и Хорватии от 25 июня 1991 года ускорили
кризис. Ситуацию осложняло, с одной стороны, упорство Мило-
шевича, который настаивал на сохранении федеративного уст-
ройства Югославии, а с другой стороны, — поспешное стремле-
ние Кучана, Изетбеговича и Туджмана к независимости и не-
желание учитывать интересы сербов. Это привело к войне, в
которую оказалась втянутой Югославская Народная армия.
Международное сообщество в 1991 году понимало происхо-
дившее в Югославии как следствие «процессов демократиза-
ции», что было в корне неверно. Признание Европейским сооб-
ществом Словении и Хорватии, а затем Боснии и Герцеговины
было очень спорным и определялось не принципами самоопре-
деления и беспристрастности, а скорее необходимостью сохра-
нить единство ЕС. Западные государства приняли сторону хор-
ватов и боснийского правительства и в то же время отказались
признать Союзную Республику Югославию (Сербия и Черного-
рия). Против нее были введены санкции, хотя можно было бы
обвинить всех участников конфликта в невыполнении условий
«демократической трансформации», выработанных ЕС.
458
Глава четвертая Новый балканский тупик?
Это еще более осложнило ситуацию и подтолкнуло стороны к
поиску силового решения проблемы: хорваты и мусульмане вос-
приняли свое признание как сигнал поддержки всех своих дей-
ствий; сербы почувствовали себя загнанными в угол. Пути к ком-
промиссу оказались закрыты. Все мирные планы (Вэнса—Оуэна
и другие инициативы) в конце концов были отвергнуты кон-
фликтующими сторонами, поскольку они их не удовлетворяли.
Страны ЕС не были готовы поддержать свою дипломатию силой.
Соединенные Штаты до поры до времени демонстрировали яв-
ное нежелание вмешиваться. Все эти соображения сочетались с
решимостью избежать втягивания в военный конфликт и яви-
лись основными факторами в формировании подхода междуна-
родного сообщества в 1991—1993 годах.
В этих условиях усилия ООН были безрезультатными из-за
нежелания великих держав приложить достаточные усилия,
чтобы выполнить резолюции Совета Безопасности. ЮНПРО-
ФОР оказалась неудачной операцией, в ходе которой потерпе-
ла крах ооновская концепция «зон безопасности», а солдаты
миротворческих сил оказались заложниками сложившихся об-
стоятельств.
Тогда, как это уже неоднократно было в истории миротвор-
чества, внешние посредники решили принять сторону одного
из участников конфликта, оказать силовое давление на более
сильную сторону (сербов) и заставить ее принять условия мир-
ного соглашения, предложенного США. Однако фактически
именно сербы, несмотря на то, что контролировали 70 процен-
тов территории Боснии, оказались в наиболее уязвимом поло-
жении. Они остались без внешней поддержки, поскольку влия-
ние России ослабло, а искусные информационные манипуля-
ции западных СМИ настроили международное общественное
мнение против Милошевича и сербов. К этому времени кон-
фликт уже зашел в тупик, и воюющие стороны начали пони-
мать невозможность достижения своих целей военным путем.
Последовало заключение Дейтонских соглашений и замире-
ние сторон. После этого на территорию Боснии, где воцарился
хрупкий мир, были введены многонациональные контингенты
миротворческих сил под эгидой НАТО. Они добились опреде-
ленных успехов в разоружении и разведении сторон. Но в по-
литической области главная задача — объединение разделен-
ных войной общин и создание единой Боснии и Герцеговины —
все еще остается нерешенной.
В то же время миротворческие операции в Боснии (ИФОР/
СФОР) породили у западных политиков определенные иллю-
зии относительно возможности дальнейшего давления на Ми-
459
ШВасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
лошевича и Сербию, чтобы «наставить их на путь истинный». В
повестку дня встала проблема Косово и албанцев. Ради ее ре-
шения впервые за послевоенную историю суверенное европей-
ское государство было подвергнуто массированным бомбарди-
ровкам. После этого Косово было фактически отдано на откуп
албанским лидерам с перспективой отделения края от Сербии.
Сербам дали ясно понять: или вы принимаете наши условия,
или мы разбомбим вас и раздробим на части.
Россия в силу известных обстоятельств не смогла оказать
действенного влияния на предотвращение югославской траге-
дии. Слишком сильны были иллюзии «демократического ро-
мантизма», не говоря уже о внутренних проблемах, захлест-
нувших страну. Несмотря на это значительные контингенты
российских миротворцев принимали и продолжают принимать
участие во всех миротворческих операциях в Югославии. Рос-
сийское участие в урегулировании конфликта в значительной
степени способствовало установлению хрупкого мира в Боснии
и Косово.
Тем не менее влияние России не следует переоценивать. Она
пока еще может только заявлять о собственных интересах. На
повестке дня — добиваться их осуществления.
Библиография к главе четвертой
1 О России и русской философской культуре. Философы рус-
ского послеоктябрьского зарубежья: Н.А. Бердяев, Б.П. Выше-
славцев, В.В. Зеньковский, П.А. Сорокин, Г.П. Федоров, Г.В. Фло-
ровский. М., 1990. С. 455.
2 Джгшас М. Лицо тоталитаризма. М., 1992. С. 504.
3 Там же.
4 Југословенски федерализм: идеје и стварност // Марксис-
тичка мисао. Београд, 1988. № 1. С. 64.
5 См.: Lenard J. Cohen, Broken Bonds: The Disintegration of
Yugoslavia. Boulder, Colo.: Westview Press, 1993, pp. 31, 35.
6 Ibid.
7 Международная жизнь. 1993. № 7. С. 77.
8 Балканы между прошлым и будущим. М., 1995. С. 28.
9 Югославия в огне. Документы, факты, комментарии. М.,
1992. С. 350.
10 Балканы между прошлым и будущим. С. 42.
11 Human rights violations in Kosova. Prishtina, 1996. P. 10-14.
12 Конфликты в послевоенном развитии восточноевропейс-
ких стран. М., 1997. С. 220-221.
13 Kljakicr SI. A Conspiracy of Silence. Genocide in the
Independent State of Croatia and Concentration Camp Jasenova<r.
Belgrade, 1991. P. 43; Ваљга M. Agonija i slom Nezavisne Države
Hrvatske. Beograd, 1981.
14 СФР Югославия. 30 дней. 1989. № 10. С. 21-23.
15 Некоторые авторы называют ее «сообщество».
16 Programska deklaracija Osnjivačke зкирлИлпе Hrvatske
demokratske zajednice. // Jbto jest i jbto hoče HDZ. Zagreb. 1990.
S. 16-24.
17 См.: Letica S. Četvrta Jugoslavia. Zagreb, 1989. S. 313-320.
18 Letica S. Op. cit. S. 320-323.
19 Ibidem.
20 Югославия в огне. Документы, факты, комментарии. С. 351.
21 Lukic ReneOy Lynch Allen. Europe from the Balkans to the
Urals: the Disintegration of Yugoslavia and Soviet Union Oxford,
1996. P. 178.
22 Ibid. P. 179.
461
ШЗасильева, ВХаврилов Балканский тупик?..
23 См.: Vatikan u savremenom svijetu. Zagreb. 1980; Vatikan
protiv Jugoslavije. Titograd, 1978.
24Ратни злочини и злочини геноцида 1991-1992. Научно са-
ветоване Одбора САНУ за сакупљавање грађе о геноциду про-
тив српског народа и других народа Југославије у XX веку
(Далее— Ратни злочини и злочини геноцида 1991-1992). Беог-
рад, 1993. С. 81.
25 Ustav Republike Hrvatske. Zagreb, 1992. S. 9.
26 Ратни злочини и злочини геноцида 1991-1992. Београд,
1993. С. 81.
27 Югославия в огне. С. 354.
28 Model konfederacije Jugoslavije// Vjesnik. Zagreb, 1990. 6
list. S. 2-3.
29 Сербия. Новости, комментарии, документы, факты, анали-
зы. Београд, 1996. № 26. С. 31.
30 Там же.
31 Europe from the Balkans to the Urals. P. 180.
32 Danas. Zagreb. 23 jul. 1991. S. 20.
33 Kovačevia S., Daji<r P. Chronology of the Yugoslav crisis
(1991-1993). Belgrade, 1994. S. 26.
34 Vjesnik. Zagreb. 1991. 15 velj. S. 4.
35 Ibidem.
36 Zbirka dokumenata relevantnih za dogovor о budučnosti
Jugoslavije. Beograd. 1991. S. 82-86.
37 Ibidem
38 Ibid. S. 87-90.
39 Ibidem
40 Ратни злочини и злочини геноцида 1991-1992. С. 170.
41 Information on the New Crime of Genocide against the
Serbian People within the Administrative Borders of Croatia.
Belgrade, 1991. P. 37.
42 Medunarodna politika. Beograd, 1992. 1 mart. № 1002. S. 19.
43 Information on the New Crime of Genocide against the
Serbian People within the Administrative Borders of Croatia.
Belgrade, 1991. P. 37.
44 Ратни злочини и злочини геноцида 1991-1992. С. 175.
45 Фронт. Београд, 1991. 20 јун.
46 Там же.
47 Kovačevicr S., Dajicr P. Chronology of the Yugoslav Crisis.
48 Ibidem.
49 Tuđjman F. Independent State of Croatia as an Instrument
of the Policy of Occupation Powers in Yugoslavia. Belgrade, 1963.
50 Народна армия. Београд, 1991. 13 нов. С. 5.
462
Глава четвертая Новый балканский тупик?
51 Югославия в огне. С. 360.
52 Сербия. Новости, комментарии, документы, факты, анали-
зы. 1995. № 25. С. 54.
53 Stanojeviar Z. Jugoslovenska kriza i bezbednost Balkan.
Beograd. 1995. S. 274.
54 Dragnich N. Serbs and Croats: the Struggle in Yugoslavia.
New York, 1992. P. 87, 193.
55 Югославия в огне. С. 170.
56 Сербия. Новости, комментарии, документы, факты, анали-
зы. 1995. № 25. С. 54-55.
57 Там же. 1995. № 16. С. 28.
58 Бараков Стпоян. Тази жива рана Балканите. София. 1994.
59 Имеется в виду созданное в 1941 году хорватскими фаши-
стами-усташами с помощью Германии и Италии государство
«НХГ».
60 Югославия в огне. С. 362.
61 Jugoslovenski pregled. Beograd, 1991. Т 5/6. S. 376-377.
62 Ibid. S. 377-378.
63 Подробнее смотри главу 2.
64 Югославская концепция всенародной обороны. Белград.
1970. С. 353; Конституция СФРЮ // Конституции социалисти-
ческих государств. Т. 2. М., 1987. С. 255, 323; Mamula В. Savremeni
svet i паља odbrana. Beograd, 1985. S. 12.
65 The battle for Slovenia. June 27 — July 1991. Ljubljana,
1991. P. 128.
66 Communist and Post Communist Studies, 1993. Vol. 26. № 1.
P. 84; Lukic R. and Lynch P. Europe from the Balkans to the
Urals. P. 175.
67 Armed Forces and Society. 1976. Vol. 3. № 1. P. 37.
68 The Battle for Slovenia. P. 128; Зарубежное военное обо-
зрение. 1992. № 3, 45. С. 9-10.
69 Там же.
70 Там же.
71 The Battle for Slovenia. P. 130.
72 Ibid. P. 8.
73 Ibid. P. 9.
74 Ibid. P. 16.
75 Ibidem.
76 Югославия в огне. С. 363.
77 Зарубежное военное обозрение. 1992. № 3, 4, 5. С. 11.
78 The Battle for Slovenia. P. 82-84.
79 Ibid. P. 102.
80 Ibid. P. 106.
463
81 Ibid. P. 113.
82 Ibidem
83 Ibid. P. 121.
84 Ibidem.
85 Brioni Declaration // Yugoslav Survey. Belgrade, 1991. Vol. 2.
P. 45-48.
86 Ibidem
87 Югославия в огне. С. 364.
88 Там же.
89 The battle for Slovenia. P. 129.
90 Andrejevich M. Croatia Between Stability and Civil War.
Report on Eastern Europe. Vol. I. № 39. Munich. 1990. P. 44.
91 Сербия. Новости. Комментарии. Документы. Факты. Ана-
лиз. 1995. № 15. С. 10; Славяноведение. 1997. № 3. С. 70-75.
92 Ракурс, 1992. № 1. С. 36.
93 Там же.
94 Народна армия. 1991. 13 ноября. С. 16.
95 Harden В. Croatia Mobilising as Attacks Intensify //
Washington Post. 1991. 6 Oct. P. 29.
96 Политика. Београд, 1991. 27 јул. С. 8.
97 Сербия. Новости. Комментарии. Документы. Факты. Ана-
лизы. № 15. 1995. С. 10.
98 Ратни злочини и злочини геноцида. 1991-1992. Београд,
1993. С. 176.
99 Там же. С. 175.
100 Зарубежное военное обозрение. 1992. № 6. С. 4.
101 Югославия в огне. С. 112.
102 Duga. Beograd. Maj 1944. S. 89-93.
юз ратни злочини и злочини геноцида 1991-1992. С. 119-120.
104 Там же.
105 Югославия в огне. С. 189.
106 Там же. С. 190.
107 Югославия в огне. С. 190.
юз ратни злочини и злочини геноцида. 1991-1992. С. 177.
109 Medunarodna politika. Beograd, 1991. № 998-1000. S. 27-28.
В основе этих критериев лежали принципы, разработанные
Францией применительно к признанию новых государств, по-
являющихся в Европе. Они включали:
— приверженность обязательствам ООН, Хельсинкского Акта
и Парижской Хартии относительно главенствующей роли за-
кона, демократии и прав человека;
— гарантии этнических прав и прав меньшинств;
— приверженность незыблемости границ;
464
Глава четвертая Новый балканский тупик?
— следование принципам разоружения и обязательствам по
региональной безопасности;
— согласие на посредничество других стран в определении
строя, призванного заменить прежний государственный строй;
— приверженность проекту соглашения относительно бу-
дущего Югославии, выработанного на мирной конференции ЕС.
110 Ibidem.
111 Политический ландша^эт стран Восточной Европы. М., 1997.
С. 206-207.
112 Политика. Београд, 1992. 15 јул. С. 16.
113 Međunarodna politika. Beograd, 1992. № 1001. S. 26.
114 Chronology of the Yugoslav Crisis. P. 143.
115 Обозреватель. Проблемы. Анализы. Прогнозы. 1993. № 13.
С. 54.
116 Chronology of the Yugoslav Crisis. P. 144-145.
117 Зарубежное военное обозрение. 1992. № 6. С. 7; Europe
from the Balkans to the Urals. P. 194.
ив факты 0 Югославии. Белград, 1985. С. 86-88.
119 Балканы между прошлым и будущим. М., 1995. С. 153.
120 Malcolm N. Bosnia. A Short History. New York, 1994. P. 224.
121 Време. Београд. 1991. 23, 30 сент. С. 4-12.
122 Югославия в огне. С. 272.
123 Там же. С. 274.
124 Medunarodna politika. Beograd, 1992. № 1001. S. 13-15.
125 Югославия в огне. С. 157.
126 Там же. С. 285-286.
127 Югославия в огне. С. 300-301.
128 Борба. 1992. 3 фебруар.
129 Политика. Београд. 4 јун. 1992.
130 Красная звезда. 1993. 9 апр.
131 Chronology of the Yugoslav Crisis. P. 74.
132 Europe from the Balkans to the Urals. P. 216.
133 Югославия в огне. С. 165.
134 Югославия в огне. С. 161-162.
135 Там же.
136 Там же. С. 151; Балканы между прошлым и будущим.
С. 153.
137 Политика. Београд. 1992. 12 јул. С. 5.
138 Cornmision on Security and Cooperation in Europe. US
Congress. Vol. 18. № 3. Apr. 1995. P.l-4.
139 Советская Россия. 1997. 4 сент.
140 Сербия. Новости. Комментарии. Документы. Факты. Ана-
лизы. 1995. № 15. С. 10.
465
ШЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
141 Kovačevic S., Dajie P. Chronology of the Yugoslav Crisis.
P. 81.
142 Ibid. P. 83.
143 Europe from the Balkans to the Urals. P. 210.
144 Commission on Security and Cooperation in Europe.
Washington. 12 mar. 1992. P. 19.
145 Europe from the Balkans to the Urals. P. 214.
146 Балканы между прошлым и будущим. С. 54.
147 Сербия. 1995. № 18. С. 49-51.
148 Там же. С. 48-50.
149 Подробнее см. раздел 2 настоящей главы.
150 Новая и новейшая история. 1994. № 4-5. С. 20-21; Сербия.
Новости. Комментарии. Документы. Факты. Анализы. 1996. № 26.
С. 13-14.
151 Chronology of the Yugoslav Crisis. P. 163.
152 Ibidem
153 Политический ландшафт стран Восточной Европы сере-
дины 90-х годов. С. 157.
154 Новая и новейшая история. 1994. № 4-5. С. 22.
155 Kovačevie S., Dajie P. Chronology of the Yugoslav Crisis.
P. 178.
156 Сербия. Новости. Комментарии. Документы. Факты. Ана-
лизы. 1996. № 26. S. 13.
157 Красная звезда. 1993. 9 апр.
158 Там же.
159 Новая и новейшая история. 1994. № 4-5. С. 22.
160 Kovačevia S., Dajic P. Chronology of the Yugoslav Crisis.
P. 168.
161 Kovačevic S., Dajia P. Chronology of the Yugoslav Crisis.
P. 195.
162 Ibid. P. 187-188, 191.
163 Ibid. P. 206.
164 Красная звезда. 1993. 11 декабря.
165 Kovačevid S.y Dajic P. Chronology of the Yugoslav Crisis.
P. 217.
166 Ibid. P. 218, 219.
167 Ibid. P. 224.
168 Ibid. P. 244.
169 В мае 1993 года СБ ООН объявил зонами безопасности
города Сараево, Тузла, Жепа, Бихач, Сребреница и Горажде.
170 Новая и новейшая история. 1994. № 4-5. С. 32.
171 Политический ландшафт стран Восточной Европы сере-
дины 90-х годов. С. 166.
466
Глава четвертая Новый балканский тупик?
172 Красная звезда. 1996. 12 марта.
173 Сербия. Новости. Комментарии. Документы. Факты. Ана-
лизы. 1995. № 22. С. 2-5.
174 Там же. 1996. № 26. С. 38-39.
175 Там же. 1996. № 26. С. 8-9.
176 Югославия в огне. Документы, факты, комментарии. С. 172.
177 Подробнее см.: Гуськова Е.Ю. Урегулирование на Балка-
нах: от Бриони до Дейтона (Мирные планы 1991-1995 гг.). М.,
1998. С. 8-9.
178 См.: Susan L. Woodward. Balkan Tragedy: Chaos and
Dissolution After the Cold War. Washington D.C.: The Brookings
Institution, 1995.
179 Ruhe Lothar. Krisenbeherrschund in Europa: Mittel und
Wege, Grenzen und Moglichkeiten. // Europa — Archiv. 1993.
Marz. S. 164.
180 Политика. Београд, 1991. 19 окт.
181 Югославский кризис и Россия. Документы, факты, ком-
ментарии. Современная история Югославии в документах. Т. 2.
М., 1993. С. 111.
182 Югославия в огне. Документы, факты, комментарии. С. 202-
203.
183 Армейский сборник. 1996. № 6. С. 5.
184 НАТО. Справочник. Брюссель, 1995. С, 333.
185 Зарубежное военное обозрение. 1993. № 8. С. 2.
186 Волков В.К. Трагедия Югославии. // Новая и новейшая
история. 1994. № 4-5. С. 22.
187 Owen D. Balkanska odiseja. Beograd, 1996. S. 310.
188 Марку шин В., Олейник А. Меморандум «миротворче-
ства» — сделка за спиной России. Красная Звезда. 1995. 15 сент.
С. 3.
189 Зарубежное военное обозрение. 1996. № 3. С. 29.
190 Security Council. Press Release SC/6096. 8 September 1995.
HTTP: GOPHER:// marvin. nc3a. nato. int/ 00/ yugo/sc6096.
191 Joint statement by the secretary general of the United Nations
and the Secretary General of the North Atlantic Treaty Organi-
zation. Press Release (95)85. 14 September 1995. HTTP: gopher://
marvinnc3a.nato.int/00/yugo/pr85.95.
192 Former Yugoslavia — UNPROFOR. Department of Public
Information, United Nations. 31 August, 1996. HTTP://
www.unorg/Depts/DPKO/Missions/unprof_p.htm
193 Fatalities by Mission and Appointment Type. United Nations
Fatalities. UN Department of Peacekeeping Operations. HTTP://
www.unorg./Depts/dpko/fatalities/fatali.htm
467
НВасильева,'ВЛщрилош'Балканс^й;:тушпс?:., :^г^ЩШчШШ^
194 Durch William J. and Senear James A. Faultlines: UN Opera-
tions in the Former Yugoslavia. P. 223, 252.
195 Ibidem
196 С июля 1992 по апрель 1995 г. в Сараево по воздуху и
дорожными конвоями было доставлено примерно 265 000 т про-
дуктов и других гуманитарных грузов. — См.: Durch William J.
and Schear James A. Faultines: UN Operations in the Former
Yugoslavia. P. 250-251.
197 См.: Интервью с первым заместителем начальника Гене-
рального штаба ВС РФ генерал-полковником В.Журбенко. Крас-
ная Звезда. 1995. 18 октября. С. 3.
198 А. Пельц. Россия будет участвовать в операции в Боснии.
На равных с НАТО, а не подчиняясь ей. Красная Звезда. 1995.
30 октября. С. 1.
199 U.S., Russia Iron Out Agreement on Peace Force. CNN daily
reports on the Balkan conflict. November 9, 1995. HTTP://
www.cnn.com/WORLD/Bosnia/updates/nov95/ll-08/troops/
index.html.
200 Major Charles J. McLaughlin, US Army. US-Russian Coope-
ration in IFOR: Partners for Peace. Military Review, July—August
1997, № 4. P. 129-131.
201 Данная оценка получена на основе: Task Force Eagle's
Measure of Success Matrix. Joint Military Commissions. Newsletter
№ 96-8. Appendix A. Center for Army Lessons Learned. Sept.
1996.
202 Там же.
203 См.: S.T. Planken. Stabilization Force. Operation Joint Guard.
December 6,1996. HTTP:// www. cybercommnl/~stp/b_sfor.html.
Update: 7 September 1997.
204 См.: Richard Holbrooke, Backsliding in Bosnia. Time, May
20, 1996. P. 38.
205 См.: Sonia Winter. Bosnia: Senator Biden Declares Lasting
Commitment. Radio Free Europe/Radio Liberty. Washington, 9 Oc-
tober 1997.
206 Tensions High After Murders of Bosnian Croats. Reuters.
October 29, 1997. HTTP:// www2. infoseek.com/Content?arn-
=a0474LBY660reulb-19971029&qt=Russia + and + Bosnia&lk=-
noframes&col= NX&kt=A&ak=newsl486.
201 S.T. Planken. Chronology of Key Events. Part III:
SFOR(August 1, 1997 — present). HTTP: //www. cybercommnl/
~stp/b_chronology_sfor_b.html.
208 См.: F.M.Lorenz. War Criminals— Testing the Limits of
Military Force. Joint Forces Quarterly. Summer 1997, pp. 59-65.
468
Глава четвертая Новый балканский тупик?
209 Мартынова М.Ю. Балканский кризис: народы и полити-
ка. М, 1998. С. 251.
210 Независимая газета. 1995. 30 декабря. С. 1.
211 Reneo Lukic, Allan Lynch. Europe from the Balkans to the
Urals.
212 John F. Harris. Berger: U.S. Must Stay Involved in Bosnia.
National Security Adviser Berger, speaking at Georgetown Uni-
versity in Washington, said Bosnia's recovery from a civil war has
been «painfully slow». Washington Post Sept. 24, 1997, P. A27$;
Optimistic NATO Keeps Troop Pullout Plaa Western Experts See
Slim Chance For Bosnian Unity. Defense News. August 19, 1996 /
August 25, 1996. P.8.
213 Richard Holbrooke, Backsliding in Bosnia. Time. May 20,
1996. P. 38.
214 Sonia Winter. Bosnia: Senator Biden,Declares Lasting
Commitment. Radio Free Europe/Radio Liberty. Washington, 9
October 1997.
215 Clifford Krauss. Stay in Bosnia likely to be extended. Adviser
paves way for longer peacekeeping mission, but Clinton decision
still pending. New York Times. September 24, 1997.
216 U.S. Clears Delivery of Tanks for Bosnian Army. Reuters.
October 23, 1997.
217 Объединенные Арабские Эмираты поставили 105-мм гау-
бицы в декабре 1996 года, а танки АМХ-30 и бронетранспорте-
ры — в июне 1997 г.
218 Как полагают, поставки египетского оружия были осуще-
ствлены в середине декабря 1996 года
219 См., например: General George A. Joulwan (SACEUR),
«When Ivan Meets GI Joe», The Washington Post, April 28, 1996,
p. C3; Ruth Walker, «US and Russian Soldiers Salute Trench
Peacefare, The Christian Science Monitor, February 2, 1996, p. 1;
and Tim Weiner, «Out of the Cold: U.S. and Russaian Spies Share
Cloaks in Bosnia, The New York Times, January 19, 1996, p. 9.
220 Jack Hoschouer. NATO Commander Cites Hurdles to Brigade
With Russia. Defense News. March 24, 1997 / March 30, 1997.
P. 10; Charles J. McLaughlin. US-Russian Cooperation in IFOR:
Partners for Peace, Military Review, July-August 1997, № 4,
pp. 129-131.
221 Пушков А. Время добровольной зависимости от Запада
прошло. Независимая газета. 16 ноября 1995. С. 1.
222 Морозов А.Н. НАТО в бывшей Югославии: изменения на
политическом лице Балкан. Независимая газета. 14 ноября. 1996.
С. 1, 4.
469
Н.Васильева, В.Гаврилов Балканский тупик?..
223 Юрий Батурин считает, что опыт НАТО в Боснии не под-
ходит для обеспечения безопасности в Европе. Независимая
газета. 28 ноября. 1996. С. 1-2.
224 По некоторым данным, из 59 лиц, обвиняемых Гаагским
трибуналом в совершении военных преступлений, 43 — сер-
бы. — Независимое военное обозрение. 2000. № 19. С. 4.
225 S.T. Planken. Chronology of Key Events. Part III: NOID.
(August 1, 1997 — present). HTTP: // www.cybercomm.nl/~stp/
b_chronology_afor_b.html.
226 Eric Schmitt. A Tough Sell: Sending GIs to Bosnia. The
New York Times. March 10, 1994. P. A12.
227 Сегодня. 1996. 15 марта.
228 Красная звезда. 1998. 12 февраля.
229 См.: Marten Van Heuven. Understanding the Balkan Breakup:
the three book review. Foreign Policy, №. 103, Summer 1996,
pp. 179-180.
230 Югославия на пороге 2000 года. Белая Книга. Документы,
факты, свидетельства, мнения. М., 1999. С. 36-38.
231 Там же. С. 144-145.
ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
Самая неблагодарная вещь — подводить итоги написанному,
так как авторы невольно вступают на путь «нравоучений».
Тем более что читатель устал-от мучительного уяснения «об-
щего хода вещей», в том числе и в XX столетии. Мы призна-
тельны тем, кто нашел время прочитать эту книгу. Может быть,
вместе с нами они задумаются, сколь серьезны и взаимозави-
симы проблемы выживаемости и безопасности больших и ма-
лых государств. Человечество на рубеже второго и третьего
тысячелетий достигло невиданных высот в научно-техничес-
ком прогрессе, близко к моделированию процессов микро- и
макромира, но до сих пор продолжает мучительный поиск оп-
тимального варианта мирового порядка, который обеспечил бы
каждому индивидууму право на жизнь, свободу и собствен-
ность. К началу третьего тысячелетия человечеству так и не
удалось изобрести надежного механизма предотвращения войн
и вооруженных конфликтов.
Или не было большого желания изобрести? Не случайно
некоторые мыслители усматривают в войнах и конфликтах не-
кий «позитивный элемент», инструмент переустройства мира и
разрешения противоречий, достижения на определенное время
того или иного равновесия и гармонии, пусть даже через кровь
и страдания людей.
Мы далеки от проповеди детерминизма, но тем не менее XX
век явился примером «управляемости», а попросту говоря, ма-
нипулирования общественно-историческими процессами. По воле
некоторых правителей с помощью силовых способов делались
попытки реализовать такие деструктивные идеи как «Дранг
нах Остен», гитлеровский «новой порядок», имевшие целью за-
воевание мирового господства во имя интересов одной нации.
Другая идея, основанная на мечте о создании идеального «ком-
мунистического общества», казалось, была близка к осуществ-
лению. Объектом этого «эксперимента» стало, как известно, не
одно поколение людей, живших в мировой державе, называв-
471
НЛЗасильева, ВТаврилов Балканский тупик?..
шейся до 1917 года Российской империей. Созданный на ее об-
ломках Советский Союз взял на себя «мессианские» функции
не только служить образцом утверждения социализма в одной
стране, но и быть проводником распространения социалисти-
ческих идей в других странах.
После Второй мировой войны процесс приобщения к социа-
лизму стал принимать глобальный характер— образовался
целый «лагерь» социалистических государств, которому проти-
востоял мир капитализма. Равновесие между двумя миропо-
рядками, державшееся на ядерном паритете СССР и США, как
по мановению «дирижерской палочки» было нарушено к концу
80-х годов XX века. Символом этого стало разрушение Берлин-
ской стены, олицетворявшей разделение биполярного мира.
«Победа капитализма во всемирном масштабе» свершилась.
Одной из самых трагических жертв этого процесса стала Юго-
славия, утратившая свое крайне важное геостратегическое по-
ложение «внеблокового» государства, которое она занимала в
период «холодной войны». Международный фактор, наложив-
шийся на внутриполитические конфликты и противоречия, спе-
цифический менталитет отдельных югославянских этносов были
использованы национальной этнократией в Словении и Хорва-
тии для углубления кризиса, переросшего в гражданскую вой-
ну. Внешнеполитические факторы, и в первую очередь распад
Варшавского Договора, явились одними из главных катализа-
торов ослабления основы, на которой держался «югославизм» с
его политикой неприсоединения. Утрата СФРЮ своего между-
народного значения лишила ее важной стратегической роли про-
тивовеса или альтернативы в противостоянии между блоками,
в том числе в Балканском регионе. Вследствие этого исчезло
одно из главных условий сплочения народов страны и были
разрушены основы политической и экономической безопаснос-
ти Югославии.
Такова в упрощенном виде схематичная картина происхо-
дивших в мире изменений в XX веке, ощутимо затрагивавших
и Балканы.
Ныне США на «великой шахматной доске» стремятся взять
на себя роль единственной мировой сверхдержавы, выдвигая
идею осуществления глобализации и объединения всего чело-
вечества на принципах «нового мирового порядка».
Может быть, прав 3. Бжезинский, сравнивая мир с шахмат-
ной доской, на которой геостратегические императивы опреде-
ляют место и судьбу государств? Или С. Хантингтон, предрекаю-
щий новые глобальные столкновения на цивилизационных раз-
472
Вместо заключения
ломах и четко очерчивающий новые границы «прогрессивного
международного сообщества»? Как это напоминает бытовавшее
в советскую эпоху словосочетание «все прогрессивное челове-
чество»! Но кто определяет эти императивы и границы — Бже-
зинский или США, вообразившие себя Богом? Как быть просто
Человеку, который становится заложником такого миропоряд-
ка только потому, что ему суждено жить в той точке Земли, где
постоянно сталкиваются различные цивилизации и пересека-
ются геополитические интересы великих держав и малых стран?
Как выбраться из этого тупика и замкнутого круга интересов?
В XX веке на просторах Евразии и Юго-Восточной Европы
с точки зрения тех самых «геостратегических интересов» и их
реализации не повезло прежде всего России и Югославии. Ис-
торические факты и аргументы, приведенные в этой книге, дают
возможность еще раз проследить за взлетом и падением идеи
«югославизма», за созданием в начале и разрушением в конце
XX столетия единого Югославского государства.
Несомненно, что существование такого крупного государ-
ства на Балканах как Югославия, в различных его ипостасях —
и в качестве Королевства, и как Федерации — почти на протя-
жении всего столетия, несмотря на внутренние дезинтегрирую-
щие процессы, имело позитивный исторический и геополити-
ческий смысл с точки зрения его международной роли в регио-
не как фактора стабильности на Балканах. Столь же очевидно
и другое: когда государствам Балканского полуострова удава-
лось налаживать взаимодействие и идти на взаимные уступки
и диалог друг с другом, достигать в той или иной степени ком-
промисса в реализации своих национально-государственных
интересов, то тем самым ослаблялась дестабилизирующая роль
соперничества великих держав и губительные последствия их
борьбы за те или иные позиции в регионе.
Нет нужды повторять столь очевидную истину, что для Рос-
сии, как ранее для СССР, стабильность на Балканах крайне
важна. Она связана с жизненными интересами Российского го-
сударства как с точки зрения его международной безопаснос-
ти, так и в плане решения других, в том числе экономических
задач. Несмотря на геостратегическую заинтересованность в
Балканском регионе, прошлая советская элита стремилась осу-
ществить цели, подчас далекие от национальных интересов стра-
ны. Наиболее ярко это отразилось в попытках советского руко-
водства «переиграть» своих мировых соперников, жертвуя ин-
тересами малых народов, в том числе единством Югославии
(1920-е годы) и ее стабильностью (1948 г.). Это приводило к
473
ШЗасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
значительной утрате здесь влияния СССР как великой держа-
вы. Образовывавшийся в результате этого вакуум немедленно
заполнялся более дальновидными и прагматичными великими
мировыми «игроками».
С другой стороны, роль Балкан как перекрестка в соперни-
честве между «великими» за господство в столь важном гео-
стратегическом районе углубляла существовавшие между бал-
канскими народами противоречия, вырабатывала у них опре-
деленный национальный «эгоизм», стремление решать с помо-
щью сильных мира сего свои собственные проблемы, извлекать
за счет соседа выгоды в ходе конфликтов и войн. В очередной
раз это наиболее ярко проявилось в противостоянии Ф. Тудж-
мана, А. Изетбеговича и С. Милошевича, хотя справедливости
ради надо сказать, что Милошевич меньше других прибегал к
иностранной поддержке в силу объективного уменьшения роли
России на Балканах в начале 90-х годов.
Конечно, национальный эгоизм происходил не от хорошей
жизни. Но все же не противоречия между балканскими наро-
дами лежали в основе многочисленных конфликтов, в том чис-
ле югославской трагедии. По мнению известного американского
ученого Тэда Герра, историческая вражда или религиозные
различия не оказывают решающего влияния на происхожде-
ние и динамику этнополитических коллизий. «Эти факторы
обычно имеют значение, потому что к ним обращаются этнопо-
литические лидеры с целью мобилизовать в свою поддержку
обездоленных людей, потерявших чувство социальной защи-
щенности...»1.
Способны ли США и НАТО, взяв на себя приоритетную
роль миротворцев, навести порядок среди дошедших до крова-
вой схватки югославян? Пока что мир наблюдает только «вели-
кие комбинации», основанные на двойных стандартах: с одной
стороны, европейские и американские миротворцы говорят о
глобальной европейской и мировой интеграции — о «новом ми-
ровом порядке», а с другой— поддерживали и продолжают
провоцировать распад единого югославского государства. Они в
который раз выступают «вершителями судеб» балканских на-
родов с помощью далеко не мирных средств, занимая при этом
позицию, далекую от объективной и нейтральной.
Как показали последние события, рухнул принцип между-
1 Ted R. Gurr. Minorities, Nationalists and Ethnopolitical Conflict. In:
Managing Global Chaos: sources of and responses to international conflict./
Ed. by Chester A. Crocker et. all US Institute of Peace Press, Washington,
D.C., p.74.
474
Вместо заключения
народного права, действовавший 350 лет со времен Вестфальс-
кого мира, согласно которому суверенитет имел главенство над
правами человека. Принцип «нового интервенционизма» про-
возглашает, что вмешательство во внутренние дела оправдано
там, где грубо нарушаются права человека и право наций на
самоопределение. Окончательно разрушено как Ялтинское, так
и Хельсинкское устройства Европы. Этот процесс начался с
расширения НАТО на Восток. Одновременно почил в бозе и
принцип Устава ООН о непременном единогласии пяти посто-
янных членов Совета Безопасности (США, России, Велико-
британии, Китая, Франции) при решении вопросов войны и мира.
Тенденция к формированию одного центра силы во главе с
США привела к превращению основных международно-право-
вых принципов в орудие политики группы развитых стран, до-
бивающихся расширения сферы своего влияния за счет уста-
новления контроля над конфликтами. В этом нет ничего нео-
бычного. Запад, исповедующий прагматические ценности, все-
гда стремился создать такой мировой порядок, такую европей-
скую архитектуру безопасности, которые в максимальной сте-
пени отвечали бы его интересам и прежде всего интересам его
собственной безопасности. Для Запада свойственно не подстраи-
ваться под существующие нормы, а использовать их для реа-
лизации собственной политики — отсюда практика так назы-
ваемых «двойных стандартов».
Одна из причин, почему западные государства поддержали
распад Югославии, заключалась в их стремлении сохранить
единство ЕС и НАТО в условиях нараставших противоречий
между Германией, с одной стороны, и Великобританией и Фран-
цией — с другой. Ради этого принесли в жертву единство Юго-
славии. Для Германии признание Хорватии и Словении было
важным дипломатическим актом самоутверждения ее как мощ-
ного, вновь воссозданного европейского государства. Франция и
Великобритания понимали это и в меру сил противодействова-
ли этому, поскольку опасались утверждения Германии на Бал-
канах и в европейской политике вообще.
Для США главным было удержать свое влияние на евро-
пейскую политику, которое проводилось в первую очередь че-
рез НАТО. Отсюда — стремление США сохранить единство
европейских государств и соответственно свою доминирующую
роль в западном альянсе. Осуществлялось это за счет выработ-
ки единой линии на урегулирование конфликта. Но урегулиро-
вание это достигалось за счет «великих комбинаций» и главным
образом за счет ущемления интересов сербов.
475
ШЗасильева, ВЈГаврилов Балканский тупик?..
США — опытный игрок на «великой шахматной доске». Как
уже не раз бывало в истории, они вступили в игру в наиболее
выгодный для себя момент. На фоне усиления позиций Герма-
нии в Хорватии и Словении произошло ослабление позиций
Франции и Великобритании на Балканах вообще. Ведь их во-
инские контингенты составляли костяк ЮНПРОФОР и разде-
ляли ответственность за неудачу этой миссии. Россия же зани-
мала в это время пассивную позицию. Одновременно США на-
бирали и набирают очки среди мусульман Боснии и в мусуль-
манском мире в целом сначала в связи со своими попытками
отменить эмбарго на поставки им оружия, а сейчас — за счет
военной помощи боснийским мусульманам. Особая ставка в этой
«игре» делается и на косовских албанцев. Их лидерам, несмот-
ря на весь их экстремизм (в других местах США наказывают
за это ракетными и бомбовыми ударами), предоставлен режим
«наибольшего благоприятствования». Цель очевидна — либо
«приручить» Сербию, либо привести ее к дальнейшему дробле-
нию и устранить как фактор влияния на Балканах.
«Балканский котел», по всей видимости, только на время
приглушен, угли взаимной ненависти здесь далеко не погасли.
Во вновь образованных государствах идут процессы самоут-
верждения. Властные силы, включая и новые правительства,
придают вопросам, которые ранее были областью ученых,
политический характер, отнюдь не способствующий примире-
нию. В Боснии, например, мусульманская и хорватская адми-
нистрации пытаются создать из местных диалектов сербохор-
ватского языка новый «боснийский язык» и придать ему статус
государственного. Аналогичные тенденции намечаются и в Чер-
ногории в отношении «черногорского» языка, что также имеет
политическую подоплеку.
Как же собираются европейские миротворцы интегрировать
такие новые государства в «единую Европу»? Или это лишь
игра и способ реализовать под крышей миротворчества свои
геостратегические интересы?
А Россия? С ее внутренними проблемами, с Чечней? В му-
сульманских странах все чаще по аналогии с военными операция-
ми «возмездия», проводившимися ранее против палестинцев,
ливанцев, иракцев и сербов, действия России в Чечне тоже ква-
лифицируются как проявление «государственного терроризма».
Несмотря на то что правомерность действий российского
правительства против чеченских сепаратистов не оспаривает-
ся, они все же воспринимаются как рецидив силового неоколо-
ниализма.
476
Вместо заключения
Утвердится ли Россия в конечном итоге в роли бескорыст-
ного и примиряющего лица на Кавказе и в Балканском разла-
де? Удастся ли ей вновь занять свое традиционное место ар-
битра между Востоком и Западом? Несомненно, это важно и
очень нужно самой России и, возможно, именно в этом будет ее
новый высокий подвиг в XXI веке!
Авторы не берут на себя смелость строить какие-либо про-
гнозы развития ситуации в Югославии и на Балканах. Несом-
ненно, что положение Балкан на перекрестке трех культурно-
цивилизационных влияний (православного, католического и
мусульманского) будет оказывать определяющее воздействие
на менталитет различных балканских народов и определять их
внешнеполитическую ориентацию. В сочетании с негативным
историческим опытом и наличием деструктивных элементов в
странах региона этот разлом цивилизационных ветвей будет
сказываться на жизни Балкан и в XXI веке.
Но, исходя из анализа положительного исторического опы-
та, можно предполагать, что существует настоятельная необ-
ходимость в повышении роли самих балканских народов в уре-
гулировании их собственных проблем. Определенный оптимизм
здесь вселяет возможное возрождение в том или ином виде
концепции балканского единства и сотрудничества в первую
очередь в сфере экономики. История дает этому хорошие при-
меры. Немаловажную роль здесь могли бы сыграть неправи-
тельственные гражданские организации, влиятельные балкан-
ские политики, ученые, журналисты.
Всяческая поддержка и развитие Россией подобных иници-
атив отвечала бы ее интересам достижения стабильности вбли-
зи собственных границ. Такая политика соответствовала бы век-
тору глобальных мировых тенденций укрепления горизонталь-
ных связей и интегрального единства на региональном уровне.
Жизнь на Балканах идет своим чередом и несмотря ни на
что берет свое. Югославяне, уставшие от крови, жертв и стра-
даний, как и все люди на планете, хотят новой и лучшей жизни.
И стихают распри, и воцаряется мир. И уже где-то в новой
независимой Хорватии в каком-нибудь городском кафе радио-
эфир доносит голос популярного сербского певца из Воеводины,
и танцующая молодежь подпевает ему, и ей близки и понятны
слова его песни...
СОДЕРЖАНИЕ
К ЧИТАТЕЛЮ 3
Глава первая
ВЕЛИКИЕ ДЕРЖАВЫ И ЮГОСЛАВЯНСКИЙ
ВОПРОС НА БАЛКАНАХ В НАЧАЛЕ XX ВЕКА ... 10
«Берлинский конгресс свел балканские народы
с ума...» 12
Балканы — перекресток соперничества между
«малыми» и «великими» 19
«Теперь или никогда» — стереть Сербию в
порошок! 37
Сербская Голгофа: тернистый путь к победе .... 54
Библиография к главе первой 67
Глава вторая
«ЮГОСЛАВСКИЙ УНИТАРИЗМ» В КОНТЕКСТЕ
ИНТЕРЕСОВ ВЕЛИКИХ ДЕРЖАВ: ОТ ВЕРСАЛЯ
ДО ПОТСДАМА 70
«Советский фактор» на Балканах и Королевство
Югославия (20-е годы) 71
«Балканский узел» в треугольнике интересов
(30-е годы) 104
Крах доверия после Мюнхена: в поисках
спасения 120
«Лучше смерть, чем пакт с Гитлером!» 145
Библиография к главе второй 169
Глава третья
ЮГОСЛАВИЯ В ГОДЫ «ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ» И
БИПОЛЯРНОГО МИРА 177
От раздела сфер влияния к «холодной войне» ... 179
Советско-югославский разрыв, или как Тито
стал «антимарксистом» 212
«Титоизм», или «Третий путь» Югославии в
биполярном мире 272
Библиография к главе третьей 296
Глава четвертая
НОВЫЙ БАЛКАНСКИЙ ТУПИК? 309
Был ли предопределен распад Югославской
Федерации? 311
«Дрина! Вода течет холодная, а кровь у сербов
горячая...» 340
Опять «стереть Сербию в порошок»? 386
Библиография к главе четвертой 461
ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ 471
Нина Васильева, Виктор Гаврилов
Балканский тупик?-
(Историческая судьба Югославии в XX веке)
Ответственный за выпуск
В. Канунникова
Корректор
Б. Тумян
Компьютерная вёрстка
В. Царьков
Подписано в печать 4.10.2000. Формат 84х1081/32.
Гарнитура «Journal». Усл. печ. л. 23,52. Печать офсетная.
Тираж 5000 экз. Заказ № 1758.
Лицензия ЛР № 066682 от 16.06.1999 г.
Издательство ООО «Гея итэрум»,
127434, Москва, ул. Немчинова, д. 10
Издание осуществлено при участии
ООО «Издательство ACT»
Отпечатано с готовых диапозитивов в типографии издательства
"Самарский Дом печати"
443086, г. Самара, пр. К. Маркса, 201.
Качество печати соответствует предоставленным диапозитивам.
16*