РЯДОВЫЕ
Н НСЮ


РЯДОВЫЕ ЛЕНИНСКОЙ ГВАРДИИ
МОСКОВСКИЙ РАБОЧИЙ 1972


ЗКП1 (092) Р 98
Составители С. БЕЛЯКОВ и В. ТРУСОВ
1—2—4 42-72


ОБ ЭТОЙ КНИГЕ
Поистине героический путь прошла Коммунистическая партия Советского Союза от зарождения большевизма до наших дней. И на всем этом нелегком, но славном пути Калининская (Тверская) партийная организация была и остается одним из боевых отрядов ленинской партии, имеющих замечательные революционные и трудовые традиции.
История и опыт областной партийной организации — частица истории партии, частица общепартийного опыта. Чем дальше уходит время, чем больше сделано, построено, продумано, чем больше меняется наша жизнь под солнцем новых пятилеток, тем легендарнее эта история, тем драгоценнее этот опыт.
Все, что сделано нашей Коммунистической партией, тесно связано с именем Владимира Ильича Ленина — гениального теоретика, вождя и учителя трудящихся всего мира, основателя Советского государства, создателя партии нового типа. Ленин всегда был для коммунистов образцом принципиальности в вопросах теории и практики, образцом беспощадности к врагам партии и революции. Ленин всегда был для коммунистов примером, воплощающим кристальную нравственную чистоту, скромность, правдивость, беспредельную любовь к народу. Он верил в могучие силы народа, его революционную энергию и не только вел массы за собой, но и учился у масс.
Народ, возглавляемый партией Ленина, стал творцом революции. Из среды трудящихся и эксплуатируемых масс вышли подлинные герои, подготовившие «последний решительный бой», смело поднявшиеся на штурм самодержавия и победившие в схватке с жестоким миром эксплуатации и угнетения. Недаром мы зовем людей, связавших свою судьбу с партией Ленина, посвятивших жизнь борьбе за освобождение рабочего класса, ленинской гвардией.
з


Глубокое подполье и тщательная конспирация, царские тюрьмы, каторга и ссылка, использование легальных изданий и организаций в интересах класса. И дни Октября. И фронты гражданской войны. Голод, разруха. Победа! Сколько их, первых наших героев, первых пролетарских полководцев, вышло из рядов Коммунистической партии, из народа! Как самоотверженно трудились коммунисты, создавая основы социалистической экономики и культуры, превращая нищую и отсталую страну в могучую социалистическую державу!
Эта книга о тех, «с кого делать жизнь» молодежи, о тех, кем гордятся калининские коммунисты, — о людях мужественных, легендарных, о солдатах ленинской гвардии. Одни имена, названные в книге, уже достаточно широко известны, другие были незаслуженно забыты ранее и потому словно получают на этих страницах второе рождение. Непохожие судьбы людей, с разной полнотой раскрываются они в публикуемых здесь очерках. Но велик их подвиг, вечна народная память о героях.
Богата и событиями и именами революционная история Верхневолжья. Трудящиеся области никогда не забудут, например, имя Я. С. Потапова, нашего земляка, выходца из крестьянской семьи, молодого пролетария с фабрики Торнтона в Петербурге, который первым в России поднял красное знамя над первой демонстрацией рабочих.
В одном ряду с именами первых русских рабочих-революционеров — Петра Алексеева, Василия Герасимова и других стоит имя тверского ткача Степана Зарубаева.
Организаторами революционных кружков в Твери были В. И. Прошин и С. И. Фунтиков. Как известно, Иван Васильевич Бабушкин называл С. И. Фунтикова своим учителем. Многое сделал для революционного воспитания тверского пролетариата активный участник петербургского «Союза борьбы» Б. И. Зиновьев, работавший рядом с Лениным.
Тверская партийная организация создавалась под непосредственным влиянием ленинской «Искры», которая собирала и воспитывала кадры, объединяла их в боевую партию с ясной марксистской программой, революционной тактикой, железной дисциплиной. Оформившаяся к лету 1901 года Тверская группа РСДРП 4


немало сделала для революционной пропаганды, распространения «Искры», создания рабочих кружков.
Апрель 1902 года стал в истории нашей партийной организации знаменательной исторической вехой. Тверская группа РСДРП была преобразована в организацию во главе с комитетом, который одним из первых в стране объявил себя солидарным с программой ленинской «Искры»1.
Комитет установил самые широкие связи с рабочими, учащимися, сельской интеллигенцией. И сегодня, семьдесят лет спустя, калининцы с волнением называют имена замечательных партийцев А. И. Гусева, Л. М. Книпович, Ц. С. Бобровской (Зеликсон), П. Ф. Куделли, А. С. Шаповалова, К. Н. Самойловой (Громовой) и многих других. Их вклад в борьбу за ленинско-искровские принципы партийного строительства, за создание подлинно революционной партии нового типа весом и значителен. Политическое сознание рабочих и крестьян Тверской губернии формировалось под их влиянием.
Всю свою жизнь отдал делу партии и народа один из ближайших соратников Владимира Ильича — наш замечательный земляк М. И. Калинин, чье имя носит область. Еще в 1905 году, после олонецкой ссылки, он проводил большую разъяснительную работу среди крестьян Корчевского уезда. Многое сделал он для распространения идей «Правды» среди земляков и в 1913 году. В трудное время гражданской войны по рекомендации В. И. Ленина «тверской крестьянин, питерский рабочий, большевик» Калинин стал Председателем вцик.
Среди героев революционной борьбы 1905 года в наших краях история знает Д. М. Склизкова, Н. И. Лебедева, П. Н. Мостовенко. Под руководством большевика А. Д. Хромова был создан первый в России Совет крестьянских депутатов в Новинской волости.
С 1898 года активно участвовал в партийной жизни потомственный тверской рабочий А. П. Вагжанов, ставший по воле тверских пролетариев депутатом II Государственной думы, первым возглавивший Тверской губ- исполком. Он героически погиб в 1919 году от руки белогвардейцев.
1 См. «Искра» № 24, 1 сентября 1902 г.
5


В годы нового революционного подъема большевистские организации Тверской губернии были тесно связаны с «Правдой», распространяли ее на фабриках и заводах, оказывали ей помощь денежными сборами. Только в 1912—1914 годах (по данным, опубликованным в самой же «Правде») из губернии было прислано для газеты более ста взносов. Тверяки-правдисты Б. И. Иванов, А. А. Бабицын, С. П. Веселов, Ф. А. Лобков, А. Ф. Чеснокова и многие другие вели активную организаторскую и политическую работу. Несмотря на жестокие преследования, организация жила, боролась и оставалась одной из сильнейших в годы империалистической войны. Пламенным пропагандистом, деятельным вожаком Тверского большевистского подполья был А. И. Криницкий. П. Т. Куликов, сестры Савиновы, Г. И. Макаров — трудно даже перечислить все имена опытных подпольщиков, составлявших костяк организации.
В это же время возникают подпольные политические кружки учащейся молодежи, в которых получили первую марксистско-ленинскую подготовку такие впоследствии видные партийные работники, как А. А. Жданов, П. Н. Поспелов, А. Ф. Горкин, М. М. Константинов (Михеев) и другие. Когда тверские большевики вышли из подполья, организация насчитывала около 150 человек. Ими было сделано очень многое для разъяснения и поддержки ленинских Апрельских тезисов, для разоблачения меньшевиков и эсеров, сплочения революционных сил. Большевик А. Я. Аросев создал в это время партийную организацию в тверском гарнизоне. Большевики возглавили различные массовые организации, убеждали народ в правильности своей политики.
В. И. Ленин точно определил переломный момент в развитии революции и разработал план организации вооруженного восстания. Многие наши земляки, находясь в октябре 1917 года в Петрограде, принимали непосредственное участие в свержении буржуазно-помещичьего правительства, проявляя величайший героизм, организованность и дисциплину. Среди них: И. С. Круглов, Н. П. Комаров, Н. Я. Поздняков, В. П. Виноградов и другие.
С речами в поддержку новой власти выступили на II Всероссийском съезде Советов тверские делегаты К- Г. Жегунов и И. X. Бодякшин.
6


Весть о победе Великого Октября была встречена в Твери с ликованием. Тверская партийная организация в напряженный момент восстания оказала помощь Москве и не пропустила туда контрреволюционные силы.
Рабочий класс решительно откликнулся на призыв взять власть в свои руки. Возглавляемый лучшими представителями большевистской партии, он сделал все для того, чтобы подавить сопротивление эксплуататоров, утвердить и упрочить Советскую власть на местах. И невозможно переоценить роль, которую сыграли в первые дни и месяцы социалистического строительства в городах и уездах Тверской губернии Л. Г. Алексеев, Т. А. Андреев, А. В. Артюхина, Ф. В. Бадюлин, В. В. Грацинский, Э. X. Звиргздынь, Г. Т. Степанов и другие солдаты революции, верные ленинцы, поднявшие красное знамя борьбы против старого мира. Это они осуществляли ленинский план строительства социалистической экономики, это они поднимали народ на войну против интервентов и белогвардейцев, стали первыми красными директорами и первыми красными офицерами. Овеяны былинной славой имена героев гражданской войны, среди которых мы узнаем тверяков Г. П. Бутягина, С. И. Деревцова, А. И. Тодорского, И. А. Трусова, В. И. Шорина.
Книга, которая лежит сейчас перед читателем, включает очерки о некоторых, но далеко не обо всех бойцах ленинской гвардии Верхневолжья. Таких очерков могло быть гораздо больше. Память о большевиках-ленинцах — героях подполья, социалистической революции и гражданской войны для нас всегда будет священной. История должна собрать, сберечь и донести до потомков все имена первостроителей новой жизни — и широко известных работников, и простых тружеников, рядовых солдат. И для них, этих мужественных бойцов, и для их детей и внуков самым главным, самым святым оставалось и остается дело Великого Октября. И от них к нам, к нашим потомкам как традиция, как знамя переходят по наследству революционная самоотверженность, беззаветная верность делу Ленина, делу партии, страсть в борьбе, уверенность в торжестве великого коммунистического дела.
Вот что для нас свято и дорого. Вот почему мы с таким почтением и уважением говорим о старой нашей 7


большевистской гвардии. Подвиги отцов — компас и знамя сыновей. И убедиться в этом совсем нетрудно.
Вначале назовем несколько цифр. И это все не сухие, как сначала кажется, цифры. Это воплощенная в плоть и явь мечта бойцов Октября. Недаром сияют на знаменах лучших предприятий и хозяйств области награды Родины. Недаром орденами и медалями увенчан трудовой подвиг тысяч и тысяч калининцев.
Только в годы минувшей пятилетки производство электроэнергии в Калининской области возросло в 4,2 раза, продукции машиностроения — в 1,6 раза, химической промышленности — в 1,5 раза. Сверх пятилетнего плана изготовлено 570 тысяч пар кожаной обуви, 1,5 миллиона квадратных метров шерстяных тканей. Мощность Конаковской ГРЭС достигла 2,4 миллиона киловатт.
На 60 процентов увеличили за пятилетие производство зерна работники сельского хозяйства. Возросло производство картофеля, мяса, молока, яиц. Государству за пять лет продано 287 тысяч тонн льноволокна.
XXIV съезд Коммунистической партии Советского Союза в своих документах определил самую суть политики партии на современном этапе коммунистического строительства: значительный подъем материального и культурного уровня жизни народа на основе высоких темпов развития социалистического производства, повышения его эффективности, научно-технического прогресса и ускорения роста производительности труда. Новое пятилетие — убедительное подтверждение преимуществ социалистического строя. Как бы подивились, как бы порадовались нашим делам герои этой книги, коммунисты-ленинцы! Но большинство из них, к сожалению, не дожили до наших дней, наполненных вдохновением коммунистической стройки.
7 ноября 1918 года в речи на Красной площади В. И. Ленин у памятника борцам революции призывал:
«...Дадим себе клятву идти по их следам, подражать их бесстрашию и героизму».
На алом знамени области сверкает сегодня орден Ленина. На знамени города Калинина — орден Трудового Красного Знамени. Мы верны этой клятве.
Н. Кор ытко в, первый секретарь Калининского обкома КПСС.


В. АНДРЕЕВ, С. БЕЛЯКОВ.
ЛЕНИНСКОЙ ЗАКАЛКИ БОЛЬШЕВИК
Вы едете по шоссе Калинин — Кашин. Убегает под колеса автомобиля ровная дорога, посвистывает за окнами ветер. А кругом, куда ни кинешь взор, изумительной красоты русские места: то широкое раздолье полей, то лес задумчивый, то речка прозрачная. Весело смотрят на дорогу чистыми окнами поправленные, посвежевшие дома, тут и там ползут вдали, будто жуки, тракторы. Отовсюду доносится шум жизни. Нет, не любить эти места нельзя, просто невозможно!
Замелькали по сторонам перила большого моста, мелкой рябью улыбнулась внизу красавица Медведица, и вот на ее правом берегу открылась большая деревня. Не будем перечислять ее достопримечательности. Как в каждом центре большого современного совхоза, в ней есть и новые постройки, и электрические моторы, и школа, и больница, и комбинат бытового обслуживания, и многое, многое другое, что определяет лицо современной советской деревни.
Совсем не такой была Верхняя Троица — родина Михаила Ивановича Калинина — в 1889 году, когда четырнадцатилетний мальчишка уезжал на заработки в Петербург. В тот день моросил мелкий, нудный дождь, дорога расползлась, ослизла. Лошадь с трудом вытянула телегу на пригорок и встала. Миша оглянулся: за спиной осталась родная бедная деревня с одной улицей, покосившимися, крытыми соломой избами. В серой мгле с трудом распознал свой крохотный домишко.
За телегой долго семенила мать, провожая сынка в большой и непонятный Петербург.
Детство Михаила прошло так же безрадостно, как и у других мальчишек дореволюционной русской деревни. Отца мальчик не видел месяцами. Изгнанный из родной деревни нуждой, он, отменный плотник, уходил на промыслы, спасая семью от гибели своими скудными заработками. В большой семье Калининых, как, впрочем,
9


М. И. Калинин
и во многих дворах Верхней Троицы, все познали тяжкий труд от зари до зари ради куска хлеба.
В 1890 году на 270 жителей деревни было лишь 15 грамотных. Ближайшая школа находилась за 30 верст, детей обучали местные грамотеи. Девяти лет Михаил Калинин тоже попал в учение к такому грамотею. Впоследствии он вспоминал: «Свое образование, или правильнее, — развитие, я начал с сельской школы: учителем был крестьянин-старик, который получал что-то около рубля или меньше за зиму учения с каждого ученика, и, насколько я помню, его кормили по очереди. Всего учеников было человек двадцать. Школа помещалась у одинокого старика в большой черной избе. Расставили несколько столов, скамеек — и школа готова. Учился я по церковнославянской азбуке... Учение шло самым первобытным образом: все двадцать человек читали вслух, каждый свое, получался непрерывный гул»1.
В 1886 году Михаилу посчастливилось поступить в настоящую школу — в Яковлевское начальное училище. Было это так. Неподалеку от Троицы находилась усадьба «Тетьково», которой владел петербургский чиновник министерства путей сообщения гражданский генерал Мордухай-Болтовский. Михаил как-то подружился с детьми строгого генерала, и те упросили отца послать Калинина в училище. За две зимы, вместо четырех, освоил Миша и чтение, и письмо, и арифметику, перечитал все книжки из скудной библиотеки училища. Здесь, в стенах училища, Михаил, может быть, впервые задумался, как жить дальше. Его учительница А. А. Боброва рассказывала, что, когда настала пора прощаться со школой, Михаил спросил растерянно:
1 М. И. Калинин. Избранные произведения, т. 1, М., 1960. стр. 447.
10


— Куда же я теперь денусь?
— Поди к барину, сынок, — посоветовала сыну мать Мария Васильевна, — поклонись, может, возьмут в дом для работы какой.
Так Калинин стал «мальчиком для услуг» в доме Мордухай-Болтовских. Четыре года его жизни были связаны с этой семьей. Лето — в Верхней Троице, зима — в Петербурге. Позднее М. И. Калинин вспоминал: «Питерская обстановка, нельзя сказать, чтобы меня поставила в очень благоприятные условия в смысле обучения, но все-таки я был мальчиком в семье, где было много учащихся, которые со своей стороны стремились идти навстречу моему желанию учиться и даже, насколько помню, некоторые давали мне уроки, во всяком случае, помогали мне в том, в чем они сами разбирались. Затем они меня снабжали в достаточном количестве необходимыми книгами».
В интеллигентной семье Михаил научился многому: стал каждый день просматривать газеты, стараясь понять, что делается в мире; в библиотеке Болтовских увлекался дипломатической и политической литературой, многое почерпнул из нелегальных изданий, альманаха А. И. Герцена «Полярная звезда», «С того берега». И чем больше развивался, чем шире становился кругозор, тем чаще и глубже задумывался о своем следующем жизненном шаге. Из «мальчиков для побегушек» Михаил уже вырос, должность прислуги ему стала унизительна и противна. Все настойчивей и упорней думалось: а не пойти ли в рабочие?
В 1893 году Михаил Калинин устроился учеником токаря на патронный завод «Старый арсенал», а через три года перешел на Путиловский завод. Поступил сюда в апреле 1896 года, а в мае стал свидетелем бурных волнений. Недовольные, измученные произволом заводчиков рабочие оставляли свои места, собирались на совместные сходки, читали листовки «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». Казалось, что волнения возникали стихийно, но Михаил знал, что на заводе есть организаторы, есть люди, которые умеют бороться, знают пути этой борьбы. И молодой рабочий искал таких людей, хотел ближе узнать их, быть с ними в одних рядах.
В 1897 году Калинин поступил в путиловскую вечер11


нюю техническую школу для взрослых. Здесь-то и нашел нужных ему людей. Среди учащихся был Антон Мит- ревич, установивший связь с членами социал-демократического кружка, бывавший на его нелегальных занятиях. Михаил подружился с Митревичем. А потом познакомился с Иваном Кушниковым, который не скрывал, что, будучи рабочим Тульского патронного завода, состоял в подпольном кружке и занимался политэкономией. О начале своей революционной деятельности М. И. Калинин рассказывал так: «...Мы сорганизовали кружок, библиотечку, как легальную, так и нелегальную, которую составляли из ежемесячных взносов. Около этого же времени, также через туляков, мы завязали связь с нелегальной организацией, с РСДРП, которая присылала нам пропагандистов, с которыми у нас были занятия месяцев восемь-девять регулярно».
Занятия посвящались чтению и разбору «Коммунистического манифеста», «Эрфуртской программы», «Политической экономии» Богданова. Шел процесс формирования классового сознания молодого рабочего. Калинин по-настоящему понял величие учения Маркса и Энгельса, познакомился с трудами Ленина. Первую книгу, которая попала Михаилу в руки — «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?», — он прочел залпом. С тех пор книги Ленина стали для него путеводной звездой.
От занятий к действию, от революционной теории к революционной практике — по такому пути шел молодой рабочий. А началом действия послужил отказ от пожертвования на строительство заводской церкви. «Мои убеждения не позволяют мне делать взнос на строительство церкви», — говорил Калинин на занятии кружка. И тогда в учетной карточке токаря администрация Пу- тиловского завода сделала запись: «На храм жертвовать не желает». Так Калинин попал в разряд неблагонадежных.
Чем больше Калинин занимался революционной работой, тем больше она увлекала его. В числе других кружковцев-путиловцев он устанавливает связи с революционно настроенными рабочими текстильной фабрики Кенига, резиновой мануфактуры, вагоностроительного завода Речкина, обувной фабрики. Там тоже стали возникать марксистские кружки. Михаил использовал 12


любое недовольство рабочих, чтобы поднять их на забастовку, побудить коллективно выразить свой протест. В июле 1899 года полиция арестовала 52 человека за принадлежность к «Союзу борьбы за освобождение рабочего класса». Среди арестованных был и М. И. Калинин. Это его первый арест. За период с 1899 по 1916 год он подвергался арестам и репрессиям за активную революционную деятельность 14 раз. И где бы он ни отбывал ссылку и тюрьмы — в Петербурге или Тифлисе, в Ревеле или Москве, в глухом Олонецком крае или на Кавказе — он всюду оставался коммунистом, страстным большевистским пропагандистом, энергия которого была неистощима. Находясь в ссылке в Ревеле, он становится самым работоспособным агентом ленинской «Искры». В одном письме из Петербурга в «Искру» сообщалось: «Связываем с вами рабочего Михаила Ивановича Калинина (Август из Ревеля), писавшего в «Искру» под псевдонимом Чужестранец, а также и в «Рабочую мысль», когда находился в Петербургском союзе. Человек весьма энергичный, имеет много связей с провинцией, которые и сообщит вам. Намерен постоянно корреспондировать и вести с вами переписку». В Ревеле Калинин организовал подпольную типографию для размножения материалов «Искры», печатания листовок и воззваний.
Начало первой русской революции застало Калинина в олонецкой ссылке — в городе Повенец. В знак протеста против расстрела рабочих в Петербурге Калинин провел в Повенце демонстрацию ссыльных, которая взволновала и подняла на ноги весь город. Эта ссылка для Михаила Ивановича была особенно трудной. Чтобы обеспечить себе пропитание, он вынужден был днем работать кузнецом, а вечером допоздна подрабатывать на переписке бумаг. Одновременно он совершенствуется как профессиональный революционер, партийный работник. Именно в эту тяжелую пору Калинин прочитал ленинскую работу «К деревенской бедноте», которая помогла ему разобраться в сложных ситуациях классовой борьбы в деревне, понять великое значение для дела революции союза рабочего класса с крестьянством. Пропаганду этой идеи Михаил Иванович вел всю жизнь.
Еще в декабре 1904 года Калинину была разрешена отлучка на родину для свидания с больным отцом. Вы13


ехал Михаил Иванович в родную Верхнюю Троицу только 18 января 1905 года. Однако о свидании с родителями он пока не думает. Он едет в Петербург, встречается здесь с Е. Д. Стасовой и С. И. Гусевым, получает от них подробную информацию по внутрипартийным вопросам, участвует в партийных дискуссиях. По приезде в столицу, вспоминает Калинин, «на другой день я получил фракционный билет и задания по работе от Е. Д. Стасовой. Так я зтал большевиком»1.
Однако долго оставаться в Петербурге Калинин не мог. В городе шли повальные обыски, и по решению Петербургского комитета РСДРП он выезжает в Верхнюю Троицу. 7 февраля 1905 года ему был продлен отпуск еще на месяц, а отношением департамента полиции олонецкому губернатору от 16 июля М. И. Калинину разрешалось остаться на родине до конца полевых работ.
«С возвращением Михаила Ивановича, — вспоминает сестра Прасковья Ивановна, — в избу как будто влилась струя свежего воздуха. Жизнь сразу стала интересней: приходило много народу — мужики, бабы с ребятишками... Михаил Иванович беседовал с ними, говорил о жизни рабочих, о событиях 9 января в Петербурге, давал советы по сельскому хозяйству. Слова Михаила Ивановича были им близки, и они слушали его с большим вниманием».
Искусству убеждать людей, говорить с ними просто, доступно Михаил Иванович учился у Ленина. Прочтя ленинскую работу «К деревенской бедноте», Калинин поразился, как можно о сложных политических проблемах говорить так просто и ясно. С первых лет революционной и партийной деятельности и до конца своей жизни он старался быть пропагандистом ленинского типа, использовать всякий случай для политической агитации. Когда накануне пасхи Михаил Иванович пошел в Митино (в 6 километрах от Верхней Троицы), то в сторожке у церкви собрал молодых парней и беседовал с ними в течение всей церковной службы. Потом поп сетовал отцу Михаила, Ивану Калинычу: «Мыслимое ли это дело: тридцать лет служу — ничего подобного не было. Рядом с божьим храмом, во время церковного богослужения крамолу развел, народ мутить вздумал».
1 «М. И. Калинин и питерские рабочие». Л., 1947, стр. 41.
14


Закончилась уборка, и в сентябре 1905 года Михаил Иванович нелегально едет в Петербург. Поступив снова на Путиловский завод, он с головой уходит в революционную работу: бывает на фабриках и заводах, организует забастовки. После манифеста 17 октября последовала амнистия политическим. Калинин переходит на легальное положение. Авторитет его среди рабочих был уже настолько высок, что его сразу же избирают в Василеостровский райком партии, а вслед за этим и членом Петербургского комитета РСДРП.
В этот период большевики готовились к IV (Объединительному) съезду партии. В один из дней в помещении легального Василеостровского социал-демократического клуба Михаил Иванович впервые встретился с В. И. Лениным. И сейчас, в час жаркой дискуссии, и потом, на съезде, он был всегда на стороне Ленина. В протоколах съезда в случаях поименного голосования после фамилии Ленин, как правило, стоит: Никаноров (партийная кличка Калинина в те годы). А после съезда Калинин по заданию партии ведет большую работу в профсоюзах, участвует в подготовке к выборам во II Государственную думу, не упускает случая разоблачить предательскую роль меньшевиков и эсеров.
Это были дни и месяцы напряженной, опасной работы. Каждый неосторожный шаг грозил виселицей, но Калинин ни на час не отходил от революционной работы. Весной 1908 года, скрываясь от преследования царской охранки, в период разбушевавшейся реакции, Калинин приезжает на родину. Все лето он прожил дома, без устали работал. Отец скончался в феврале 1907 года, и на плечи Михаила легли все заботы о семье. Ему приходилось жечь уголь и возить его на продажу в Кашин. Но жизнь в деревне становилась с каждым днем невыносимее.
В августе 1908 года Калинин переезжает в Москву. Михаил Иванович надеялся, что здесь его меньше знают и, может быть, удастся некоторое время спокойно работать. Поселился он в высоком краснокирпичном доме неподалеку от Миусской трамвайной подстанции. Петр Смидович, возглавлявший здесь большевистскую организацию, обрел надежного помощника. Чтобы обмануть бдительность жандармов, Калинин предложил открыть клуб «для небогатых слоев населения» и под этой 15


вывеской легального заведения вести революционную работу. В клубе проходили собрания, дискуссии. В диспутах Калинин и его единомышленники громили отзовистов и ликвидаторов, отстаивали ленинскую линию. 23 сентября 1910 года Калинин был арестован за то, что «клуб не был официально зарегистрирован». Его выпустили скоро, взяв подписку о немедленном выезде из Москвы. Выждав в Верхней Троице некоторое время, Калинин появляется в Питере. Снова арест, снова высылка в Троицу. Все повторяется сначала.
Но теперь, в годы жестокой реакции, когда партия ушла в глубокое подполье, охранка не оставляет Калинина в покое и в его далеком селе. В 1912 году в маленьком домике Калининых был сделан повальный обыск. Жандармы ввалились как раз в час чаепития, когда Михаил Иванович беседовал с деревенскими мужиками о причинах, которые привели деревню к полному обнищанию. Калинин успел открыть крышку большого медного самовара, что стоял на столе, и бросить в него запрещенные брошюры. На столе мирно пофыркивал самовар, а жандармы в поте лица шарили в сарае, в избе. Потом допросили крестьян: не собирается ли у Калининых парод, не читают ли запрещенных книжек, не ведут ли крамольных речей... Ни один человек не выдал Михаила Ивановича.
Калинин покидает Верхнюю Троицу и возвращается в Петербург. Он становится одним из самых видных руководителей петербургского пролетариата, избирается кандидатом в члены ЦК, входит в состав Петербургского комитета РСДРП. Он тесно связан с большевистской фракцией IV Государственной думы. В январе 1913 года новый арест опять отрывает его от партийных дел.
В 1913—1916 годах, предшествовавших революционному Октябрю, Калинин сделал столько, что просто уму непостижимо. Он принимает активное участие в налаживании работы питерских профсоюзов, выполняет ответственные поручения Петербургского комитета, распространяет газету «Правда», выступает на больших рабочих митингах, проводит собрания. Он бывал всюду, находился в самом центре революционных событий.
8 января 1916 года последовал последний, 14-й арест. В донесении охранки говорилось: «Калинин, Михаил Иванов, по агентурным сведениям социал-демократ
16


(большевик-ленинец); видный и деятельный партийный работник, член Выборгского районного комитета... Пользуется большой популярностью среди рабочих, много раз выступал на митингах, призывал к забастовке, хороший оратор и пропагандист. В 1916 году имел партийный псевдоним «Никанор» Петров. Вел агитацию за забастовку 1 мая среди рабочих завода «Айваз»...»
Не все знала жандармерия, но и этого было достаточно, чтобы упрятать Калинина в Сибирь. На этот раз он был приговорен к ссылке на все время военного положения. Но охранка допустила оплошность: освободила до высылки Калинина под расписку. Петербургский комитет предложил Михаилу Ивановичу никуда не выезжать, перейти на нелегальное положение. Так он и сделал.
Выходит он из подполья только в бурные дни Февральской революции и с головой погружается в революционную работу. Он всюду: и в стычках с жандармами во главе масс, и на митингах, и с боевыми дружинами. 2 марта, когда было объявлено о составе Временного правительства, большевики Петрограда собрались, чтобы выбрать свой партийный комитет. Калинин стал членом этого комитета, потом был избран представителем Петербургского комитета с правом решающего голоса в Бюро ЦК РСДРП. ЦК партии ввел его в состав редакции «Правды». Вскоре в газете появились его статьи «О земле», «Революция и деревня». В них Калинин с присущей ему ясностью и принципиальностью пропагандировал большевистский лозунг о конфискации помещичьих земель в пользу крестьян.
3 апреля Михаил Иванович Калинин вместе с рабочими столицы встречал В. И. Ленина. Теперь он становится одним из ближайших соратников вождя революции, полностью разделяет его взгляды. А в далекой Верхней Троице земляки следят за ним, верят ему, восторгаются его работой. В апреле в адрес редакции «Правды» для М. И. Калинина пришла телеграмма от земляков: «Земляки деревни Никулино, Слободки, Шев- ригина и другие шлют вам, товарищ, свой привет в день первого мая, как борцу за народную свободу, и выражают солидарность в требованиях рабочего класса к завоеванию социальных прав».
Летом Михаил Иванович на несколько дней приехал
2 Рядовые ленинской гвардии
17


в родную деревню. Его семья переселилась в новый дом (теперь в нем Дом-музей М. И. Калинина). Сестра Прасковья Ивановна вспоминает: «За короткое время в избу нашло много народу... Беседовали чуть не до утра. На другой день пришли даже из соседних деревень. В то тяжелое время народ хотел знать правду, так как был жестоко обманут буржуазным Временным правительством. Я с восторгом слушала неторопливую речь брата. Михаил Иванович говорил крестьянам, что ни мира, ни земли, ни хлеба, ни свободы народ не получит, пока у власти стоит буржуазия».
26 июля в полулегальной обстановке открылся VI съезд РСДРП (б), нацеливший партию на вооруженное восстание. В этот период Калинин вел большую партийную работу в Лесновском районе, где был избран председателем районной управы, и на трубочном заводе, куда снова поступил токарем. Он хотел быть ближе к рабочим, хотел лучше знать их настроение, чтобы возможно правильнее строить партийную работу в массах. Он среди них свой человек, и, когда выступает, ему верят, за ним идут. А выступал Калинин часто, и на собраниях и на митингах. Свою задачу он видел в том, чтобы помочь людям труда понять, на чьей стороне правда, за кем идти, чтобы не обмануться потом в своих надеждах.
А Ленин торопит, требует не ждать. Ждать — преступление перед революцией. 5 октября Калинин по праву председательствующего открыл заседание Петербургского комитета большевиков, собравшегося для обсуждения ленинского письма. Михаил Иванович отлично понимал, как много значит это заседание. Подводя итоги заседания, он говорил, что нельзя терять время, что вопрос о захвате власти встал ребром. Надо только найти момент для стратегического нападения. А когда Ленин приехал в Питер, квартира Калинина на Выборгском шоссе не раз служила местом встречи Ленина с членами ЦК, с руководителями петроградских организаций.
15 октября Калинин доложил ЦК партии о том, что в Лесновском районе столицы дела с подготовкой к вооруженному восстанию идут полным ходом: формируются отряды Красной гвардии, рабочий класс по зову большевиков готов выступить в любую минуту. Когда 18


определялось место для проведения расширенного заседания ЦК, выбор пал на здание Лесновской думы. Как известно, на этом историческом заседании ЦК партии было принято решение о немедленном захвате власти вооруженным путем.
В день решающей битвы, 25 октября, М. И. Калинин по заданию ЦК пришел на заседание Петроградской городской думы. Было ясно, что буржуазное правительство попытается использовать думу для того, чтобы нейтрализовать силы революции, затормозить и приостановить назревающие в Питере исторические события. Делегаты буржуазных и мелкобуржуазных партий с пеной у рта кричали о насилии, о «жандармских методах» большевиков, о «заговоре». Калинину говорить не дали, но он не покинул зал заседаний думы. Он молча наблюдал за тем, как бесновались враги революции, чувствуя свое бессилие. А когда они угомонились, Михаил Иванович произнес хорошо аргументированную и убедительную речь в защиту и обоснование линии партии на вооруженное восстание.
Как раз в это время раздался пушечный выстрел...
Когда победила Великая Октябрьская социалистическая революция, М. И. Калинин оказывается снова на переднем крае. Петроградская городская дума, в которой подавляющее большинство принадлежало большевикам, избрала его городским головой. Сейчас трудно даже кратко пересказать все то, чем пришлось заниматься Калинину в тот напряженный период. На его плечи легли все тяготы, связанные с наведением порядка в городской управе, подбором новых кадров, борьбой с саботажем, голодом, болезнями. Спокойно и неторопливо он решал такие сложные задачи, перед которыми мог растеряться любой опытный чиновник старого времени. Многочисленные рабочие и служащие столицы месяцами не получали заработную плату. Финансовую задолженность удалось погасить, выпустив городской заем и сделав заем у кредитных учреждений. Калинин провел в жизнь решения о муниципализации бань, аптек, об устройстве дезинфекционных камер, что принесло огромную пользу в борьбе с эпидемиями тифа. По его указанию в квартиры рабочих был проведен электрический свет, многие рабочие семьи из аварийных домов были переведены в благоустроенные дома. Решая проблему 2*
19


безработицы в парализованном городе, Калинин десятки тысяч рабочих направил на благоустройство улиц, на ремонт канализации, на торфяные разработки, устройство общественных огородов.
Петроград на глазах оживал, становился чище. Возобновилось трамвайное движение, заработал телефон, прекратились перебои в подаче воды.
В марте 1918 года городская дума была распущена. Вместо нее был создан Комиссариат городского хозяйства Петроградской городской коммуны. Калинин стал комиссаром городского хозяйства.
В эти неимоверно трудные дни Михаил Иванович всегда помнил о своих земляках, интересовался их жизнью, давал полезные советы о ее новом устройстве. В феврале 1918 года он впервые после Октябрьской революции приехал в Верхнюю Троицу. По дороге на родину заезжал в близлежащие села, беседовал с крестьянами, советскими и партийными работниками. В селе Печетове Калинин выступил на волостном съезде. Затаив дыхание, слушали крестьяне рассказ земляка о положении в стране, о декретах Советской власти, о том, как жить деревне дальше. В селе Слободка Михаил Иванович долго отвечал на вопросы мужиков. Он не приукрашивал действительность, прямо говорил о трудностях, разъяснял, как их нужно преодолевать. Деревня, подчеркивал он, должна идти вместе с городским пролетариатом как в деле свержения буржуазии, так и в деле строительства социализма. При разрыве союза между рабочими и крестьянами неизбежно господство деревенской буржуазии — кулаков и обнищание середняков и бедняков. В Верхней Троице двери дома Калининых были открыты для всех, к Михаилу Ивановичу приходили люди из других деревень, беседы продолжались целыми днями. Каждый приезд на родину был для Калинина не прогулкой, а органической потребностью обновлять и освежать связь с крестьянством, черпать в «низах» информацию о настроениях, расстановке сил, состоянии крестьянских хозяйств.
...Март 1919 года. Верхняя Троица, весь Верхневолжский край с волнением слушают и читают замечательные слова Владимира Ильича Ленина о нашем земляке:
«...Следует сделать так, чтобы во главе Советской власти встал товарищ, который мог бы показать, что на20


ше постановление об отношении к среднему крестьянству будет действительно проведено в жизнь...
Мы знаем, что, если мы найдем товарища, который соединит в себе жизненный опыт и знакомство с жизнью среднего крестьянства, мы эту задачу разрешить сможем, и я думаю, что кандидатура, о которой мы прочли сегодня в газете, удовлетворяет всем этим условиям. Это — кандидатура тов. Калинина.
Это товарищ, за которым около двадцати лет партийной работы; сам он — крестьянин Тверской губернии, имеющий тесную связь с крестьянским хозяйством и постоянно обновляющий и освежающий эту связь. Петроградские рабочие сумели убедиться, что он обладает умением подходить к широким слоям трудящихся...»1
О деятельности Михаила Ивановича на посту главы верховного органа Советской власти широко известно. Уже 29 апреля Калинин начал свою первую поездку по стране. Пожалуй, не найти такого уголка, где бы он ни побывал: Муром, Арзамас, Казань, Свияжск, Рузаевка, Симбирск, Мелекес, Рязань, Голутвино... Агитпоезд посетил все фронты гражданской войны. Только за шесть поездок Михаил Иванович лично выступал 350 раз. Он разъяснял решения VIII съезда партии, рассказывал о внутреннем и международном положении, инструктировал и проверял органы Советской власти на местах, решительно пресекая и исправляя всякие нарушения законности. Большинство вопросов он решал на месте. Отовсюду, где проходил агитпоезд, шли эшелоны с хлебом в помощь голодающему Питеру, рабочему классу.
В. И. Ленин высоко оценил работу Калинина среди крестьян. Выступая на 1-м Всероссийском совещании по партийной работе в деревне, Ленин сказал: «И благодаря тов. Калинину работа в деревне получила значительный толчок. Крестьянин, несомненно, получил возможность более непосредственного сношения с Советской властью, обращаясь к тов. Калинину, который представляет в своем лице высшую власть Советской республики»2.
В эти напряженные годы Михаил Иванович продол1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, стр. 223—224.
2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 313.
21


жал поддерживать тесные связи с Тверью, своей родиной. Он ежегодно навещал своих земляков, помогал им строить новую жизнь.
Горькие заботы привели Михаила Ивановича к своим землякам осенью 1921 года. В стране разразился страшный голод. Партия назначила Калинина председателем Центральной комиссии по борьбе с голодом.
— Я приехал к вам, дорогие мои земляки, — начал Михаил Иванович, — с большой просьбой. Вы знаете, что сейчас в Поволжье страшный голод. Недавно мне пришлось побывать там. Нет слов, чтобы рассказать обо всем, что я видел. Дети пухнут от голода, вымирают целые деревни. На Волге голодает более двадцати миллионов человек. Все русские люди откликнулись на эту беду. Москва отчисляет из своих заработков часть денег на помощь голодающим. Украина и Сибирь посылают хлеб. Курская губерния дала добровольно восемьдесят вагонов зерна.
А ведь вы — волжане. И на вас, товарищи, мы очень надеемся. Нам известно, что Печетовская волость Кимрского уезда собрала для населения Поволжья вагон хлеба. Если в каждой волости будет собрано по одному вагону, мы спасем тысячи жизней.
В 1923 году в Верхнюю Троицу к М. И. Калинину приехали гости: американский журналист Альберт Рис Вильямс и поэт Сергей Есенин. «К пополудню, — вспоминал Вильямс, — мы прибыли в Верхнюю Троицу и с шиком подкатили к избе Калинина. Во дворе, окруженный местными жителями, Михаил Иванович чинил машину, лежа под ней на спине. Наше торжественное появление, может быть, и произвело некоторое впечатление на крестьян, но не на Калинина. Такое тщеславие было, как видно, ему не по вкусу. Он поздоровался с нами несколько небрежно и снова занялся машиной — новой сеялкой советского производства».
Потом М. И. Калинин пригласил гостей в дом и долго беседовал с ними.
В 1924 году Калинин присутствовал в Кашине на открытии двух культурно-бытовых учреждений — клуба «Транспортник» и уездного Дома крестьянина. В речи на открытии Дома крестьянина он твердо заявил, что нет ни одного пролетария, «который был бы против коммунизма, так как все стремятся жить лучше, а это глав22


ная задача общества, построенного на коммунистических началах...».
Кимрякам Михаил Иванович запомнился, когда в 1925 году приезжал на открытие кимрского Дома крестьянина. Он тогда говорил о большом значении общественного дома, который должен стать опорой Советской власти, местом общения крестьян, примером нового быта. Когда кимряки высказали свое желание переименовать город, назвав его именем Калинина, Михаил Иванович возразил: «...это нецелесообразно. Вот когда мы умрем и пройдет лет пятьдесят после нашей смерти и наши потомки поймут, что мы совершили что-то заслуживающее внимания, тогда они смогут вынести решение, а мы еще молоды, мы, товарищи, не можем себя оценивать. Слишком самоуверенно думать, что мы заслужили переименования места нашим именем».
Глубокое чувство симпатии и уважения всего крестьянства к М. И. Калинину выразили в 1928 году в своем письме жители деревни Острово Череповецкого округа: «Тебя, первого мужика республики, решили мы избрать почетным крестьянином нашей деревни. Люб ты нам за свою работу, которую ты, как союзный староста, проводишь на пользу нашей дорогой республики и наших мужиков».
26 февраля 1930 года состоялось торжественное открытие Народного дома в Верхней Троице. Михаил Иванович приехал на открытие Дома. В своем выступлении он призывал к коллективной жизни в деревне. «Конечно, в колхозе будет работать труднее, — говорил он, — не труднее физически, а сложнее, потому что раньше каждый крестьянин работал отдельно: один плохо, другой хорошо. Кто плохо работал, над тем только посмеются: он для себя плохо работает. Здесь будет не так. Кто будет плохо работать, того будут подталкивать, тут время дорого».
Впоследствии первый председатель колхоза в Верхней Троице В. Ф. Тарасов тепло вспоминал, что Михаил Иванович всегда следил за работой этого хозяйства; если дела шли хорошо — хвалил, если же что не ладилось — поругает и даст добрый совет. Когда обращались к нему за помощью, он прежде всего советовал подумать самим, решать все самим. Мол, посоветуйтесь с народом и действуйте. Но только, чтобы народ знал и 23


понимал. Закон за людей все не решит, нужны не автоматы, а живые люди.
Михаил Иванович был с нами всегда. Нет в нашей области такого более или менее крупного предприятия, на котором не побывал бы Калинин и где бы он не выступил. Он неустанно утверждал на практике ленинскую идею союза рабочего класса и крестьянства как идейно-политическую основу советского общества. Он выступал на губернских партийных съездах и конференциях, на рабочих собраниях. Бывая в губернии, он посещал воинские части, присутствовал на тактических занятиях, выступал перед бойцами и командирами на митингах.
С началом Великой Отечественной войны ЦК партии распределил обязанности между членами и кандидатами в члены ЦК по руководству различными участками военной, хозяйственной и идеологической работы. Калинину партия поручила вести идеологическую работу. Калинин отдает ей всего себя. Он призывал к бдительности, к самоотверженному труду. Он много времени отдавал разработке проблем коммунистического воспитания молодежи, обращался к ней с советами старшего, опытного партийного работника — учиться, неустанно овладевать марксизмом-ленинизмом, «заряжать себя высокой идейностью». Ежемесячно «Известия» публиковали статьи Калинина, в которых глава верховного органа Советской власти на основе своего огромного хозяйственно-политического опыта подсказывал, что и как, по его мнению, надо делать в данной обстановке. Он обращался к жителям прифронтовой полосы с призывом считать себя воинами, создавать повсюду повстанческие группы, подсказывал, как это надо делать.
Вскоре после освобождения города Калинина Михаил Иванович приехал к землякам. Он выступил с речью на собрании партактива, которое проходило в Доме офицеров. Война еще дышала смертью, рядом шли кровопролитные бои, но опытный руководитель уже предвидел ее близкий исход. И он торопил, призывал своих земляков показать пример активной, действенной помощи фронту, все силы бросить на восстановление хозяйства в освобожденных районах.
В прошлой истории Твери, говорил Михаил Иванович, было немало проявлений народного героизма, патрио24


тизма, любви к своей стране, к своему народу. Мне хочется, чтобы и в данный жестокий, но великий героический момент Калининская область оказалась в первых рядах борющихся с врагом, чтобы в этой большой народной драме оказались страницы, на которых ярко запечатлена ваша беззаветная борьба за Страну Советов, за ее народ, за партию Ленина.
Бывает так. Живет рядом человек. Его имя известно всем. И как-то привыкаешь к тому, что человек этот велик. Особенно, если он такой простой и доступный, каким был Михаил Иванович Калинин. Но вот ты прикасаешься к этой жизни иначе: через страницы книг, воспоминания людей. Приходишь в Дом-музей М. И. Калинина, знакомишься с документами и материалами. И перед тобой во всей своей силе и красоте раскрывается величие ума и духа этого замечательного человека, о котором так емко и верно сказал поэт:
К нему стучались в двери днем и ночью, И был для всех он, как живой родник, — Тверской крестьянин, питерский рабочий И ленинской закалки большевик.


В. МАЛИНОВСКИЙ
ЛАВРУШКА
Он прожил немного — 23 года и семь неполных месяцев, но за плечами была уже целая биография. В революционной борьбе люди рано мужали, а многие и рано гибли. Он был одним из таких.
Родился он в Минусинске в 1880 году. Отец его был золотопромышленником и мелким заводчиком. Но в доме у них всегда было полно политических ссыльных, и один из них стал его первым учителем. Затем Томск, реальное училище, кружки революционной молодежи. А на лето снова в Минусинские степи. Сюда весной 1897 года была выслана группа «стариков» — руководителей петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса»: В. И. Ленин, Н. К. Крупская, супруги Кржижановские, Старковы, Ванеевы, Сильвины, Лепешинские, Ф. В. Ленгник и другие. На сахарном заводе Гусевых в деревне Ивановке работал химиком В. К. Курнатовский, и к нему на этот завод приезжали в гости В. И. Ленин и Н. К. Крупская.
Мы не знаем, встречался ли Гусев со «стариками». Вполне возможно, что да. Но мы знаем одно: его короткая, но яркая жизнь с ранней зрелостью и исключительной преданностью революции неоспоримо свидетельствует о том, что первые революционные идеи были восприняты им в юности.
1898 год. Окончено реальное училище. Умер отец, дела семьи пошли плохо, и мать фактически разорилась. С Минусинском их уже ничего не связывает, и Гусевы уезжают из Сибири. Саша решил учиться дальше и поступил на первый курс Киевского политехнического института.
Сначала он прилежно занимался, но вскоре весь ушел в революционную работу: сходки, кружки, вечеринки с громкими спорами до утра. Когда весной 1899 года начались студенческие волнения, Саша не 26


раздумывал. Киевские жандармы так оценили его роль во время стачки: «А. И. Гусев, в бытность студентом института в 1898—99 учебном году в период волнений, охвативших большинство высших учебных заведений империи, являлся не только участником всех студенческих сходок, но даже одним из выдающихся агитаторов...»1
Царское правительство жестоко расправилось со студентами, несколько сот из них только в Киеве оказалось за решеткой.
А. И. Гусев
Больного, с высокой температурой, арестовали и Гусева. Но тюрьма для него, как и для многих революционеров, стала университетом. Не успев еще поправиться, он берется за книги. После семи месяцев одиночки его высылают на два года под надзор полиции в Тверь.
Тверь... Губернский город. В центре поднимаются каменные хоромы именитых купцов и особняки известных на всю Россию земцев-либералов. Но чуть подальше, за притоком Волги, речкой Тьмакой, начиналась другая, пролетарская Тверь. Десять тысяч рабочих на фабриках Морозовых, две тысячи на фабрике Берга, полторы у Залогина, столько же на вновь открытом вагоностроительном заводе франко-бельгийской компании «Диль и Бакалан». Несколько тысяч рабочих было и на других предприятиях города.
В тяжелое для социал-демократических организаций время приехал Гусев в Тверь. Только что был разгромлен кружок Бориса Зиновьева, высланного в Тверь ученика В. И. Ленина, путиловского слесаря. Затем последовали аресты среди интеллигенции и учащейся молодежи. Трудно было начинать работу, но начинать надо. Гусев ищет связи, ищет товарищей по борьбе и в то же время усиленно штудирует марксистскую литературу, 1 ЦГИА УССР, ф. 274, оп. 1, 1899, д. 460, т. IV, л. 127.
27


особенно «Капитал». Постепенно в городе складывается марксистский кружок, главным образом из студентов, высланных из университетских городов. Душой этого кружка стал Гусев. Он пытается установить связи с заграницей, печатает свои корреспонденции в женевском журнале «Рабочее дело», тайком от полиции едет в Петербург и в Москву. И вдруг удача — налажена связь с Московским комитетом РСДРП, во главе которого стояли М. И. Ульянова, М. Т. Елизаров, П. В. Луначарский. Комитет готовился к выпуску газеты «Рабочее слово», и Гусев собирает для нее материал о борьбе рабочих Тверского вагоностроительного завода.
Но вскоре в Москве начались аресты, и хотя Гусев был уже в Твери, но и он не избежал этой участи. Снова тюрьма, на этот раз Таганская в Москве. Год одиночки, год сражений с жандармами на допросах и снова год тюремного университета. Из тюрьмы в феврале 1902 года он вышел уже убежденным марксистом, искровцем, ленинцем.
А в Твери уже чувствовался революционный подъем, образовалась группа РСДРП, начали действовать рабочие кружки. Но тверские социал-демократы, хотя и тянулись к «Искре», еще открыто не заявили о своем выборе между «Искрой» и экономизмом. Появление Гусева ускорило переход Тверской партийной организации на твердые искровские позиции.
Прежде всего Гусев установил регулярную связь с «Искрой», и в ее № 20 от 1 мая 1902 года появилась его первая корреспонденция из Твери.
А немного раньше, перед самым 1 мая 1902 года, произошло выдающееся событие в жизни тверских искровцев. Группа РСДРП заявила о своем преобразовании в комитет РСДРП, подчеркивая тем самым, что она становится частицей единой пролетарской партии. В заявлении, принятом по этому случаю, было сказано, что «Тверской комитет РСДРП примыкает к программе «Искры» и считает ее освещение современных нам событий наиболее правильным»1. Заявление призывало сплотиться вокруг «Искры» для «решительного натиска на русский политический строй»2. Для этого комитет считал 1 «Искра» № 24, 1 сентября 1902 г.
2 Там же.
28


необходимым кроме экономической широко развернуть и агитацию политическую. Таким образом, в заявлении Тверского комитета РСДРП ярко воплотилась линия «Искры», отразились основные идеи ленинской книги «Что делать?». Тверской комитет одним из первых в стране открыто заявил о своей поддержке линии «Искры». Редакция придавала большое значение этому факту и опубликовала в № 24 газеты текст заявления Тверского комитета РСДРП. Гусев принял активное участие в подготовке этого документа и вошел в состав комитета, где вскоре стал играть руководящую роль.
Именно в это время развернулся его незаурядный литературный талант, и в короткий срок Саша Гусев превратился в Лаврушку (его подпольная кличка в переписке с «Искрой»), одного из самых активных корреспондентов «Искры». Он чутко улавливал линию «Искры», знал, какие именно материалы нужны для политического воспитания трудящихся. Он собирал факты в гуще жизни, на фабриках, заводах, в деревне. Он помнил, что «Искра» — не только газета для рабочих, но и газета самих рабочих, а поэтому стремился направлять в редакцию подлинные письма и корреспонденции тверских рабочих и крестьян. Гусев создал даже своего рода штат разъездных корреспондентов «Искры». Как только в уездах губернии вспыхивала стачка или волнение, комитет направлял туда своего представителя, который не только помогал рабочим и крестьянам в организации борьбы, но и по горячим следам собирал материал для газеты.
Всего на страницах «Искры» было опубликовано 25 корреспонденций и информаций, посланных Лаврушкой, несколько раз «Почтовый ящик» «Искры» откликался на его материалы. В них рассказывалось о положении рабочего класса и крестьян губернии, о ходе стачечной борьбы, о росте политической сознательности тверского пролетариата, о методах и размахе агитации, о выпуске листовок, о работе нелегальных кружков. «Искра» научила Лаврушку глубоко проникать в суть происходящих событий, и во многих его корреспонденциях наряду с яркими фактами мы находим и глубокий анализ революционных процессов. Особенно в этом отношении интересна опубликованная в «Искре» его статья о стачке в Вышнем Волочке в мае 1903 года. Один из украинских 29


пропагандистов по ее поводу писал: «Сегодня мне дали «Искру» для разбора статьи «Майские дни в Вышнем Волочке». Статья замечательная». Ее рекомендовали для изучения на занятиях рабочих кружков Ч
Но Лаврушка был не только корреспондентом «Искры», через него шла связь Тверского комитета с редакцией газеты, с ее секретарем Н. К. Крупской, а через нее, несомненно, и с В. И. Лениным. В редакции имя Лаврушки хорошо было известно, он не раз обращался туда за советом и помощью, и редакция всегда помогала, чем могла.
И вместе с тем Гусев был в самой гуще практической жизни своей организации. Он занимался всем: готовил пропагандистов для кружков, добывал деньги для конспиративной работы, держал связь с организациями других городов, вел работу среди демократической интеллигенции. Но с особой любовью он занимался выпуском нелегальных листовок.
Листовки, после «Искры», были вторым важнейшим средством политической агитации в массах. Они быстро откликались на все важнейшие события жизни, ловили врага на месте преступления, несли в массы идеи партии. Только с апреля 1902 по август 1903 года Тверской комитет распространил более 50 названий листовок общим тиражом 30 тысяч экземпляров. И часть из них была написана Гусевым.
Листовки проникали всюду: на фабрики, в рабочие слободки, их наклеивали на заборах, прятали в станки, подсовывали на нары в казармах, они лежали прямо на дороге, по которой ранним утром рабочие шли на фабрику. Листовок было столько, что полиция даже не успевала их собирать. Они попадали и в деревню, их приносили с собой рабочие из города. И во всех них было слово партии, было и его, Гусева, слово!
Тверской комитет по всей своей сути был искровской, ленинской организацией.
Рост рабочего движения и размах деятельности Тверского комитета РСДРП привели в бешенство жандармов, и они решили покончить с крамолой в городе одним ударом. В ночь на 14 августа 1903 года в Твери начались повальные обыски и аресты...
1 ЦГАОР, ф. ДП ОО, 1903, д. 2310, т. 3, л. 122.
30


В ту самую ночь Гусев сидел в квартире студента Костецкого и писал очередную листовку. В открытое окно смотрела темная августовская ночь. Вдруг раздался резкий стук в дверь; сомнений не было — полиция! Гусев быстро порвал рукопись и выбросил ее в окно. Ворвались жандармы и стали делать обыск у хозяина квартиры, а Гусева, как постороннего, задержали в первой комнате под охраной полицейских.
Гусев прекрасно понимал, что как только его личность выяснят, то немедленно арестуют Надо действовать! Мгновенный шаг вперед, удар по керосиновой лампе, и прыжок в окно, в темноту. Сзади крик, ругань, стрельба, но его уже не догнать. А дальше — долгие скитания по знакомым и подготовка к переходу границы.
Был уже октябрь, когда он добрался до Александрова на прусской границе. Прячась от стражи, ночевал в пустых товарных вагонах, не ел целые сутки. Границу переходил ночью, вслед за полем начиналась река. Течение валило с ног, страшный холод обжигал тело, но он упрямо шел вперед — там Швейцария, Женева, Ленин. Чуть живой добрался Гусев до Женевы. Товарищи уложили его в постель, вызвали врача. Но все уже было бесполезно: острое воспаление мозга и почек. Три дня молодой организм боролся с недугом, начинался бред. Но и в забытьи он жил борьбой, вспоминал последний, 49-й номер «Искры», ругал раскольников-бундовцев. На четвертый день Гусева не стало.
Его похоронили на Женевском городском кладбище. Проводить в последний путь молодого революционера пришла вся колония русских социал-демократов, на могилу возложили венки из живых цветов. Через день Н. К. Крупская с глубокой скорбью сообщала Тверскому комитету РСДРП о смерти Гусева. А 15 октября вышла «Искра» № 50 с большим некрологом, посвященным А. И. Гусеву. Ленинская «Искра» прощалась с трагически погибшим революционером: «Прощай же, честный, преданный товарищ! — писала она. — Дело, от которого безжалостно оторвала тебя смерть, будет расти, крепнуть, пока окончательно не восторжествует!».
Да, дело, которому отдал Гусев свою молодую жизнь, восторжествовало. И сейчас, когда наша страна набирает темпы коммунистического строительства, имя его, одного из первых бойцов революции, не забыто
31


Н. ГРЕШИЩЕВ
В НАЧАЛЕ ВЕЛИКОГО ПУТИ
На жительство в Тверь петербургский рабочий Борис Зиновьев приехал в феврале 1897 года. Он оказался в этом губернском городе не по доброй воле. Как активного члена петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса», его четырнадцать месяцев продержали за решеткой в Петропавловской крепости и выслали сюда из столицы под гласный надзор полиции.
Он шагал по заснеженным городским улицам, пытливо всматриваясь в редких прохожих. А прохожие останавливались и с провинциальным любопытством разглядывали высокого, стройного молодого человека с правильными чертами лица и густой темной шевелюрой, одетого скромно, но опрятно и державшегося с достоинством. Всем обликом своим он напоминал не мастерового человека, а интеллигента — учителя или адвоката.
После пролетарских районов Петербурга дворянско- купеческая Тверь вначале показалась Зиновьеву сонным царством. Но на ее окраинах и здесь, как в столице, дымили трубы промышленных предприятий: фабрик Моро- зовской мануфактуры, Берга, Залогина, вагоностроительного завода. Там нещадно эксплуатировали братьев Зиновьева по классу. Они вынуждены были работать по двенадцать часов в сутки за нищенскую зарплату, которая была много ниже, чем в Петербургской губернии, и ниже, чем в среднем по России.
Борису Зиновьеву предстояло теперь работать вместе с этими людьми. И главный смысл своей жизни он по- прежнему видел в том, чтобы раскрывать глаза темным, обездоленным труженикам на причины их бедственного положения, поднимая на борьбу за светлое будущее, за Россию без царя, капиталистов и помещиков.
Когда Зиновьева выслали в Тверь, ему еще не было и двадцати двух лет. Но он успел пройти суровый университет пролетарского революционера-подпольщика.
32


Уже с юных лет Борис зарабатывал свой кусок хлеба в цехах Путилов- ского завода и вскоре стал опытным слесарем. Среди рабочих-путилов- цев получил он и первую политическую закалку. Варварская эксплуатация, полнейшее бесправие вызывали возмущение пролетариев. Они начинали сознавать, что их сила в организованности и сплоченности, что, только соединившись вместе, они могут дать
отпор хозяевам. И чтобы Б. И. Зиновьев
понять законы классовой борьбы, передовые рабочие создавали марксистские кружки, читали и обсуждали нелегальную литературу, находя ответы на свои вопросы о том, как добиться освобождения от капиталистического рабства.
В социал-демократической группе, которой руководил Михаил Иванович Бруснев, юноша Зиновьев впервые услышал об учении Маркса, познакомился с «Капиталом», «Манифестом Коммунистической партии», с брошюрами Плеханова и другими изданиями группы «Освобождение труда». Здесь он твердо, на всю жизнь уяснил себе: будущее принадлежит рабочему классу, таким же пролетариям, как он него товарищи. Но проложить дорогу в «царство свободы» можно только беззаветной, самоотверженной борьбой, а она будет длительной, упорной, потребует многих жертв и лишений. И Зиновьев со всем жаром и энергией молодости отдался революционной работе.
Весной и летом 1892 года брусневская группа была разгромлена. К тюремному заключению, к ссылке в Сибирь и другие отдаленные места империи приговорил царский суд наиболее активных брусневцев. Но никакая сила уже не могла приостановить распространение в России марксистских идей. На смену брошенным в тюрьмы и отправленным в ссылки вставали новые бойцы.
3 Рядовые ленинской гвардии
33


Зимой 1893/94 года петербургскую группу маркси- стов-«стариков» возглавил приехавший в столицу Владимир Ульянов, она стала расширять свои связи с рабочими. В марксистских социал-демократических кружках началась новая жизнь. В эту пору и познакомился Борис Зиновьев с выдающимся пропагандистом, которому суждено было создать великую партию рабочего класса и стать ее вождем. Владимир Ульянов был старше путиловского слесаря всего на пять лет, но уже тогда он считался одним из самых образованных русских марксистов и ясно видел цель, ради которой должна была вестись борьба с самодержавием.
Даже очень сложные вопросы марксистской теории Николай Петрович — так звали Ульянова в рабочих кружках — разъяснял исключительно ясно и доходчиво, покоряя сердца своих слушателей революционной страстностью и железной логикой. Страстность и убежденность пропагандиста, отличное знание им марксистского учения и экономического положения России — все это произвело на Бориса Зиновьева огромное впечатление. Он стал одним из самых верных и активных учеников Владимира Ильича.
Ульянов часто ходил на Васильевский остров, за Невскую заставу, в Путиловский и другие рабочие районы. Не раз бывал он и в доме № 6 в Огородном переулке, в скромной квартире Бориса Зиновьева. Этот момент — беседа молодого Владимира Ильича со своим учеником Борисом Зиновьевым — запечатлен на картине художника В. Серова \
На квартире у Зиновьева проходили собрания членов петербургского «Союза борьбы». Здесь же Владимир Ильич и Г. М. Кржижановский вели занятия с рабочими. Выступал на этих занятиях и Борис Зиновьев. Современники вспоминали, что он «был на редкость одаренной личностью, прекрасным пропагандистом и агитатором. Говорил он горячо, остроумно, умел владеть собой и влиять на людей разного склада. Он казался воплощением боевой заводской молодежи, полной жажды знаний и действия»2.
1 См. «Очерки истории Калининской организации КПСС». М., «Московский рабочий», 1971, стр. 23.
2 Там же, стр. 247.
34


Из всех своих многочисленных учеников того времени Владимир Ильич выделял Ивана Васильевича Бабушкина и Бориса Ивановича Зиновьева, особенно хорошо отзывался о них. Он видел в Бабушкине и Зиновьеве будущих организаторов марксистской рабочей партии и не жалел сил для их политического воспитания.
Вместе с И. В. Бабушкиным и В. А. Шелгуновым Борис Зиновьев вошел в рабочее ядро «Союза борьбы». Он помогал Владимиру Ильичу печатать и распространять листовки, хранил у себя нелегальную литературу и, работая в условиях подполья, приобрел очень ценный для революционера опыт конспирации.
Летом 1894 года петербургские марксисты зачитывались «желтенькими тетрадками». Так называли нелегальную брошюру «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?». Брошюра вышла без имени автора, но Зиновьев хорошо знал это имя: автором был его учитель — Владимир Ульянов.
Пророчески звучали заключительные слова брошюры: «русский рабочий, поднявшись во главе всех демократических элементов, свалит абсолютизм и поведет русский пролетариат (рядом с пролетариатом всех стран) прямой дорогой открытой политической борьбы к победоносной коммунистической революции». Владимир Ильич указывал великий путь революционному движению рабочих России. Созданная под его руководством в ноябре 1895 года петербургская общегородская социал- демократическая организация, названная «Союзом борьбы за освобождение рабочего класса», положила начало этому пути.
Еще до создания «Союза борьбы» на квартире Зиновьева состоялось собрание марксистов, па котором обсуждался вопрос о переходе от пропаганды к массовой политической агитации среди рабочих. Один из активных деятелей петербургского «Союза борьбы» — М. А. Сильвин вспоминает, что после этого собрания молодые путиловцы Б. И. Зиновьев и П. И. Карамышев стали играть важнейшую роль. Они вели открытую агитацию, где только могли: на заводах, в трактирах, на улицах, на квартирах рабочих, в фабричных казармах. В кружках они неизменно переводили беседу на злободневные вопросы рабочей жизни. Зиновьеву обыкновенно давали на просмотр каждую новую прокламацию з*
35


перед ее выпуском. С помощью рабочей молодежи социал-демократические группы смело распространяли листовки на предприятиях: раскладывали их по ночам на станках, в ящиках с инструментом, в котлах, в разных частях не законченных еще паровозов. В 1896 году за Невской заставой не было ни одного завода, где бы не появлялась нелегальная литература *.
Полиция вскоре почувствовала, что стачечным движением в Петербурге руководит сильная подпольная организация. Начались поиски «подстрекателей». В ночь с 8 на 9 декабря 1895 года был арестован почти весь руководящий центр «Союза борьбы».
Б. И. Зиновьеву предъявили обвинение в том, что он «посвятил свою деятельность противоправительственной пропаганде и для сего в 1895 году составил рабочие кружки, составил воззвание по поводу уменьшения платы на Путиловском заводе, призывавшее рабочих к стачке, и передал это воззвание 4 декабря для напечатания, участвовал в тайных сходках и давал рабочим подпольные издания». Выслать в Тверь на три года под гласный надзор полиции — таков был приговор царского суда.
На вагоностроительном заводе, куда Зиновьев устроился на работу, у него сразу нашлись знакомые: слесарь Владимир Илларионович Прошин, токарь Сергей Иванович Фунтиков и другие земляки, тоже высланные из Петербурга «за политику». Особенно обрадовала Бориса Ивановича встреча с Прошиным. Опи познакомились давно, еще в группе Бруснева. На первой маевке, которая состоялась в Петербурге в 1891 году, Владимир Илларионович был одним из ораторов. В Тверь его выслали на полгода раньше, чем Зиновьева, и за это время Прошин организовал в районе Морозовской текстильной фабрики социал-демократический кружок.
Такой же кружок существовал и на вагоностроительном заводе. С присущей ему энергией Зиновьев окунулся в пропагандистскую работу. Вскоре он установил связь с марксистской интеллигенцией и вместе с высланным из Москвы Георгием Георгиевичем Кугушевым стал руководить деятельностью всех социал-демократических
1 См. М. А. Сильвин. Ленин в период зарождения партии. Лсниз- дат, 1958, стр. 93—94.
36


кружков города. В кружках сотрудничали и высланные в Тверь польские социал-демократы.
Зиновьев хорошо усвоил советы Ильича. Он стремился перенести в Тверь революционные традиции петербургских рабочих. «Союз борьбы» служил для него примером пролетарской организации, которую предстояло создать и в губернском городе на Верхней Волге.
Особенно темными и отсталыми среди тверских рабочих считались текстильщики. Среди них было много неграмотных женщин. Но трудности пропагандистской работы не смущали Зиновьева. Он помнил, что всего год назад в Петербурге состоялась массовая стачка текстильщиков. Она продолжалась три недели, охватила 30 тысяч человек и своим размахом привлекла внимание международного пролетариата. «Петербургской промышленной войной» назвал ее Владимир Ильич. Царскому правительству, напуганному этой стачкой, пришлось в конце концов пойти на уступки рабочему классу: 2 июня 1897 года был издан закон о сокращении рабочего дня на фабриках и заводах до одиннадцати с половиной часов и установлении праздничного отдыха.
В кружке, которым руководил Борис Зиновьев, читали брошюру Владимира Ильича «Объяснение закона о штрафах, взимаемых с рабочих на фабриках и заводах». У тверских пролетариев открывались глаза, росло негодование против алчных хозяев. «И у нас творится то же самое, что в Питере! — говорили рабочие. — А бывает и похуже...» Действительно, на фабриках Морозовых, Берга и Залогина штрафы нередко отнимали половину зарплаты.
Борис Зиновьев мечтал о тех днях, когда и в Твери рабочие активно выступят в защиту своих прав. Но для того чтобы они осознали себя грозной боевой силой, необходимо было наладить выпуск агитационных листков. Ведь в Петербурге именно массовый выпуск листовок оказался особенно эффективным средством руководства стачками. И Зиновьев берет на себя самое трудное — создание подпольной типографии.
Молодой революционер блестяще справился с этой задачей. Он сам сконструировал и изготовил печатный станок, который давал пять оттисков в минуту, достал шрифт. Станок перевезли в лес возле станции Дорошиха, и к лету 1899 года первая тверская подпольная типогра-
37


фия была готова к работе. А Борис Иванович продолжал изготовление печатных станков. Он хотел помочь социал- демократам Москвы, Нижнего Новгорода и других городов организовать такие же типографии.
По инициативе Зиновьева была установлена связь с Плехановым и его группой «Освобождение труда». В Тверь стали поступать транспорты нелегальной литературы. В свою очередь, тверские марксисты сообщали о революционных выступлениях рабочих. В № 5—6 журнала «Работник» за 1899 год публикуется корреспонденция «Стачка ткачей на фабрике Варвары Морозовой». Авторами ее были Зиновьев и Кугушев. В том же году в Женеве вышла брошюра «Положение тверских рабочих» — отчет тверских социал-демократов Парижскому конгрессу II Интернационала.
Борис Зиновьев продолжал в Твери дело, начатое его учителем Владимиром Ильичем в Петербурге. Вместе со своими товарищами он стремился создать сильную боеспособную организацию марксистской пролетарской партии.
Наступило лето 1899 года. Зиновьев был счастлив. Агитационная работа на предприятиях города начала давать результаты: классовое сознание тверских рабочих пробуждалось. Была у Бориса Ивановича и еще одна причина радости и хорошего настроения. Девушка, которую он полюбил и назвал своей невестой, разделяла его убеждения и стала верным товарищем по борьбе.
Казалось, ничто не предвещало опасности. Но тверскую полицию уже давно тревожило расширение революционной деятельности на заводах и фабриках города. Жандармы чувствовали, что все выступления рабочих направляет опытная рука. Усилили наблюдение за Зиновьевым. На вагоностроительный завод были посланы самые опытные шпики. Они в один голос доносили, что Зиновьев «поведения неблагонадежного, скрытен, дерзок и вредного образа мыслей». Однако никаких улик против него найти не удавалось и повода для ареста не было.
Властям помог случай. Из Екатеринослава пришло известие, что у арестованных там социал-демократов найдены листовки и письма из Твери. Жандармы всполошились: неужели где-то под носом у них работает 38


подпольная типография?! Городская полиция и ее агенты усилили слежку за всеми подозрительными «политическими», и прежде всего, разумеется, за Борисом Зиновьевым. Дом Виноградовых на Медниковской улице, в котором жил Борис Иванович, был взят под особое наблюдение.
На рассвете 1 июля полиция ворвалась в этом дом. Во время обыска нашли печатный станок, шрифт, типографскую краску, запас бумаги и набранную революционную рабочую песню. Обнаружили и много нелегальной литературы, в том числе несколько экземпляров вопросника-анкеты, составленного Владимиром Ильичем для петербургских рабочих. Зиновьева немедленно взяли под стражу. Вместе с ним арестовали представительницу нижегородской социал-демократической организации, приехавшую в Тверь за печатным станком. На вагоностроительном заводе были арестованы товарищи Зиновьева: С. И. Фунтиков, П. С. Грибакин и другие бывшие путиловцы.
По делу о тайной типографии было привлечено 18 человек. Все они держались на допросах мужественно, стойко. В декабре Тверское жандармское управление закончило следствие, и материалы дела были направлены прокурору Московской судебной палаты. Б. И. Зиновьев обвинялся в организации подпольной типографии и в том, что «занимался преступной пропагандой среди рабочих, распространял революционные издания и принимал участие в сходках».
На этот раз рабочему-революционеру угрожала самая жестокая кара. Но не она сразила стойкого борца за дело революции. Находясь в заключении, он тяжело заболел. На его здоровье сказались и казематы Петропавловской крепости, и отвратительное питание в Тверской каторжной тюрьме. Спасти Зиновьева могла только срочная операция, но начальство не торопилось вызвать к нему городского врача. Когда врач наконец появился в тюрьме, Зиновьев был уже в безнадежном состоянии. 4 февраля 1900 года Борис Иванович скончался, ему не исполнилось и двадцати пяти лет...
Но и мертвый он был опасен властям. Агенты доносили в жандармское управление, что тверские рабочие хотят устроить в день похорон Зиновьева революционную сходку у его могилы. Полиция приняла меры пре39


досторожности. Тюремная администрация сама организовала похороны, никому из товарищей не было разрешено отдать последний долг умершему.
Жизнь Бориса Зиновьева, верного ученика Ленина, оборвалась в расцвете сил, в самом начале великого пути. Тот, кто видел фильм «Юность Максима», представляет себе Бориса таким же смелым, энергичным, умным питерским парнем, как Максим. Очень рано, как и главный герой фильма, узнал Зиновьев и тяжесть подневольного труда, и радость приобщения к революционной работе. Как и Максиму, Зиновьеву были присущи оптимизм, жизнелюбие, ведь и он был достойным сыном рабочего класса, которому принадлежит будущее мира.
Да, коротка, как вспышка молнии, была жизнь Бориса Ивановича Зиновьева, но она не осталась бесследной. Тысячи таких жизней-молний, отданных за счастье трудового народа, зажгли пламя Великого Октября, в котором погибла власть эксплуататоров и родилось новое, социалистическое государство.
Борис Зиновьев сражался в славной когорте первых пролетарских революционеров-ленинцев. Советский народ, строящий коммунизм, хранит вечную благодарную память о нем.


А. СМИРНОВ
СВОЙ ЧЕЛОВЕК В ТВЕРИ
Царскую охранку никак нельзя заподозрить в симпатиях к большевикам. И все же им не раз приходилось признавать, что не встречали они противников умнее, мужественнее. Совсем не случайно филеры, наблюдавшие за Лидией Михайловной Книпович, окрестили ее в своих донесениях «Железной». Здесь им в проницательности не откажешь.
Ее судьба была нелегкой, полной тяжких испытаний — и моральных и физических. Она не знала личной жизни, партийные дела бросали ее в самые разные концы страны. Лидия Михайловна дожила до дней революции, но увидеть полную победу партийного дела ей нс довелось. И все-таки она была по-настоящему счастлива. Это счастье — в многолетней крепкой дружбе с В. И. Лениным и Н. К. Крупской, в постоянном общении с ними и в заботе о них, в работе под их руководством.
Лидия Книпович вошла в историю Тверской партийной организации как доверенный человек В. И. Ленина. На путь революционной борьбы Книпович вступила в восемнадцать лет. Этому, наверное, в немалой степени способствовало и семейное воспитание. Род Книповичей происходил из литовских крестьян. Отец, окончив медицинский факультет Дерптского университета, 37 лет прослужил военным врачом. Он был человеком весьма прогрессивных для своего времени воззрений. А от матери дети восприняли высокую культуру, душевную доброту и прямоту. Потому и брат Лидин, Николай Михайлович (он был на шесть лет моложе ее), оказался участником первой в России социал-демократической организации — группы Благоева, потому и Лидия с семидесятых годов, будучи студенткой университета, тесно связала свою судьбу с народниками Гельсингфорса — учителями, офицерами. Но в 1881 году эта организация была раскрыта. Возглавлявшего ее учителя П. А. Си-
41


Л. М. Книпович
корского сослали в Сибирь. На два года попала под гласный надзор полиции и Лидия Михайловна. В 1889 году она переехала в Петербург. Но столица не влекла ее.
В 1892 году семья Книповичей сняла дачу на станции Валдайка (ныне ст. Лыкошино Бо- логовского района Калининской области). Все здесь было и ближе и дороже — шумливая речка под окном, сосновые боры, лазурные озера, природа, неповторимая красотой своей и целебной естественностью. Да не только это манило Книповичей: среди простого народа, сельских учителей, железнодорожных мастеровых, борович- ских шамотников они чувствовали себя куда непринужденнее.
В России разразился голод, и Лидия сразу же выехала в Тамбовскую губернию. Там она устраивала столовые для голодающих крестьян, сама пекла хлебы, ухаживала за больными, а если было надо, и жала и косила.
По возвращении в Петербург Книпович стала работать в вечерней воскресной школе за Невской заставой, в селе Смоленском. Подобные школы быстро становились очагами революционной пропаганды. А Корниловская школа, как звали ее по фамилии домовладелицы, навсегда оставила свой след в истории революционного движения. Здесь учительствовали Н. К. Крупская, А. А. Якубова, А. Л. Катанская, П. Ф. Куделли. Лучшей среды Лидия Михайловна не желала бы. И ученики из текстильщиков, металлистов быстро привязались к ней, потому что, как вспоминала Н. К- Крупская, Книпович «умела подойти к каждому ученику совсем просто, по- товарищески». Примеров тому много. Вот Иван Васильевич Бабушкин, первый русский рабкор, виднейший 42


профессиональный революционер из среды передовых рабочих, как-то на уроке грамматики написал на доске фразу: «У нас на заводе предвидится стачка». Кончился урок, подозвала Бабушкина Лидия Михайловна и один на один отчитала его.
— Вы что, рисоваться, что ли, хотите? Если вы думаете не о рисовке, а о деле, то неуместно такие шутки выкидывать.
Бабушкин покраснел. Но уважения к учительнице у него явно прибавилось.
Был и другой ученик у Книпович, пожилой, богобоязненный, веривший в царя-батюшку. Но и тот как-то предупредил ее:
— Вы с тем черным поосторожнее, он все в охранку шляется.
Это была правда. «Черный» и в самом деле оказался провокатором.
Волновало Лидию другое. Человек принципиальный, огромной воли, великого смысла жизни, она с болью, в тяжелой внутренней борьбе оставляла народовольческие идеи, приобщаясь к социал-демократам. Но, преодолев себя раз и навсегда, Книпович пошла за Лениным и ленинцами до последнего дня жизни — искренне и неотступно. Больше того, она стала посредником между петербургским «Союзом борьбы за освобождение рабочего класса» и группой «новых народовольцев» лахтин- ской типографии, в которой при ее содействии печаталась литература союза.
Совместная работа, общие взгляды сдружили двух учительниц Смоленских вечерних классов — Книпович и Крупскую. На первый взгляд это были очень разные люди. Лидия, высокая, суровая, худощавая, нс выпускающая папиросу изо рта, и Надежда, женственная, с длинной косой, умными добрыми глазами. В 1894 году на валдайской даче они появились уже вместе. Лидия вела хозяйство. Ей приходилось довольно часто общаться с местными крестьянами, и те видели в дачнице своего человека, живо с ней беседовали. А уж Книпович сама направляла эти беседы по нужному руслу. Здесь же присутствовали и Крупская, и другая их подруга, тоже учительница, Катя Дьяконова. Кухня превращалась в настоящий агитпункт.
Разница в возрасте (Лидия Михайловна на 12 лет 43


старше Надежды Константиновны) совсем не чувствовалась. Вместе путешествовали по окрестностям Валдай- ки — до Боровичей, до Валдая. Не забывали о партийных делах.
Лахтинская «тетка» (так для конспирации величали типографию) напечатала уже брошюры «Рабочий день», «Кто чем живет», и Книпович, непревзойденный мастер конспирации, обеспечивала их доставку, хранение, распространение.
Не случайно, что и пребывание подруг на маленькой станции не осталось без внимания жандармов. Один из них доносил начальнику губернского жандармского управления, что дочь коллежского асессора Надежда Константиновна Крупская «...в особенности дружна с дочерью Действительного Статского Советника Лиди- ею Михайловною Книпович». Другой устроил на даче обыск и, перерыв всю квартиру, обнаружил: три фотокарточки, шитый бисером переплет записной книжки с записями. А еще его внимание привлекли книги «История английской революции» и «Основы международного права Англии».
Тучи сгущались. Сергей Андроникович Павлович, племянник Лидии Михайловны, проводивший то лето вместе с тетей, вспоминал: «Под конец нашего пребывания в Валдайке я стал чувствовать у взрослых какое-то напряженное настроение. Потом я уже узнал, что Лидия Михайловна стала предвидеть неизбежность своего ареста».
Так оно и было. Летом 1896 года в пестроте и гомоне Нижегородской ярмарки Книпович была выслежена и арестована. В тюрьме предварительного заключения под видом двоюродной сестры Лидию навестила Надежда Константиновна. В перегороженной решетками комнате свиданий она только и успела сказать:
— Старики тебе кланяются. На даче в Валдайке все здоровы, а вот тетушка Лахтина скончалась!
И все стало ясно. Типография провалилась, но борьба продолжается. Ценой огромных усилий и риска Крупской удалось спасти рукопись Ленина, запрятав ее в Лыкошинском бору. Но вскоре и Крупская оказалась в тюрьме. Временно они очутились на свободе после того, как политзаключенная Ветрова, не вынеся издевательства жандармов, облила себя в камере керосином из 44


лампы и сожгла себя. Царское правительство вынуждено было выпустить из тюрем «политических» женщин — такова была сила всеобщего возмущения.
После тяжелого и серьезного испытания, перед новыми бурями и новыми лишениями Крупская и Книпович решили отдохнуть на Валдайке, в местах милых и целебных. 25 июля 1897 года Лидия Михайловна была здесь арестована. 17 августа оставила Валдайку и Н. К. Крупская. Опа была приговорена вскоре к ссылке в Уфимскую губернию на три года. Туда же просилась и Книпович, которую судили одновременно по делу о лах- тинской типографии и по делу о «Союзе борьбы за освобождение рабочего класса». Но Лидию выслали в Астраханскую губернию. Там она быстро нашла общий язык с астраханской ссыльной колонией и рабочими рыбных промыслов складов Нобеля и Астраханского порта. Тем более сама Книпович выросла на побережье (опа родилась в 1856 году в селении Тусьбю Нюландской губернии, Финляндия), дружила с рыбаками, хорошо правила парусной лодкой, гребла и плавала. А. Л. Катапская вспоминала, как у Лидии Михайловны собирались рабочие, читали только что вышедшую книгу Ленина «Развитие капитализма в России» и спорили о судьбах деревни. В Астрахани Книпович организовала кружок чтения «Капитала». Через нее узнавали ссыльные все новости, так как опа переписывалась с Н. К. Крупской и даже тайно ездила в Уфу, где Надежда Константиновна проводила последний год ссылки.
С выходом ленинской «Искры» Лидия Книпович становится ее постоянным агентом. Лично с ней советуется об издании и транспортировке газеты сам Ильич. Через нее шли связи с искровскими организациями Астрахани, Южного Урала, Сибири, Закавказья. Она помогала организовывать знаменитую «Нину» — бакинскую типографию «Искры»1. Искровский период в жизни Лидии Михайловны наиболее боевой и деятельный. Во второй раз опа оказалась в наших краях.
Тверь, расположенная очень близко и к Москве и к Петербургу, безусловно, представляла для редакции «Искры» практический интерес. Здесь нужны были са1 «Вопросы истории КПСС», 1963, № 6.
45


моотверженные, смелые, инициативные работники. Такой была Книпович. Перелистайте тома «Переписки В. И. Ленина и редакции газеты «Искра» с социал-демократическими организациями в России», познакомьтесь с отменными аттестациями, которые получила Книпович в письмах Крупской разным адресатам, и вы увидите, какой это был настоящий партийный боец. «Дяденька» (партийная кличка Книпович) «...вполне свой человек, очень хорошо умеющий разбираться в людях и влиять на них», «свой человек, очень преданный делу». Становится ясным, почему в 1903 году, когда срок ссылки Лидии в Астрахани подходил к концу, Надежда Константиновна в одном из писем рекомендовала: «Дяденьку» лучше бы оставить в Твери — там свой человек тоже нужен».
Лидия Михайловна вошла в состав Тверского комитета РСДРП. У нее было прямое поручение В. И. Ленина и Н. К. Крупской: «Не остаться ли тебе до апреля у Тараса (Тверской комитет РСДРП. — А. С.)? Чай, работа найдется. Наладь наши отношения с Тарасом. Как у него дела? Присоединился ли он к Семен Семеновичу (Северный рабочий союз. — А. С.)? Если пет, то почему не заявляет о том, что признает ОК?»1
Книпович наладила связи «Искры» и ОК (Организационный комитет по созыву II съезда РСДРП) с «Тарасом». Она помогла Тверскому комитету разобраться во внутрипартийных вопросах. Под ее влиянием отказались тверские социал-демократы от местнических тенденций, завязали контакты с нижегородскими, харьковскими, полтавскими, петербургскими единомышленниками.
«...Здесь рабочие горой стоят за «Искру», и даже крестьяне отлично понимают ее и требуют», — сообщала Лидия Михайловна Крупской. 27 марта 1903 года в письме из Твери в редакцию «Искры» комитет просил: «Не можете ли составить и прислать текст 2—3 листков для крестьян на темы: 1) отчего крестьяне разоряются; 2) о податях и налогах; 3) кто друг и кто враг крестьян...»2
1 «Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра» с социал-демократическими организациями в России», т. 3. М., «Мысль», 1970, стр. 208.
2 Там же, стр. 209, 282.
46


В апреле Надежда Константиновна сообщила, что эти просьбы будут учтены, несмотря на занятость, связанную с подготовкой ко II съезду партии. В скором времени в Тверь стараниями Крупской была переправлена брошюра В. И. Ленина «К деревенской бедноте».
Еще один пример. Весной 1903 года Книпович договорилась с типографией «Южного рабочего» о массовом издании первомайской листовки с текстом редакции «Искры». Владимир Ильич стремился к тому, чтобы все организации имели эту листовку. Ее проект был направлен Тверскому комитету, а дальнейшие хлопоты приняла на себя Лидия Михайловна. Подпольные типографии сполна удовлетворили потребности социал-демократов Центральной России в листовках. Только Тверь получила около двадцати тысяч их.
Книпович была отличным организатором и конспиратором. В Твери она помогла наладить «технику» — явки, шифры, склады литературы. Жандармы так и не смогли раскрыть ее огромную, почти четырехмесячную работу и постоянные разъезды.
В письмах Надежды Константиновны Крупской в Тверь чувствуется большая сердечная забота о товарищах по партии, ярко выраженная ленинская человечность, и тревога, и любовь, и тоска по друзьям. «Отчего не пишет Дяденька? Где он, здоров ли?» Ну, как тут было Лидии Михайловне не написать подруге своей: «Крепко обнимаю, целую мою родную, любимую, хорошую. Пишите, что делать, как быть?»
Тверской комитет стал боевой искровской организацией. «По нашему мнению, следовало бы пригласить Тверь»1, — писали из редакции «Искры» Организационному комитету по созыву 11 съезда РСДРП. Тверяков представляли на съезде делегаты «Северного союза», и в том числе Книпович. Ее авторитет в организации был очень высок. «Кого изберет Тарас, пока не известно, может быть, и Дяденьку. За него стоят некоторые и довольно солидно», — читаем мы в одном письме в редакцию «Искры» из Твери. А из тетради, где Крупская фиксировала переписку с Книпович, узнаем: «8 июня. Тарас выбрал Дяденьку». И там же: «Дяденька ждет только всех нужных документов от Тараса».
1 ЦПА НМЛ, ф. 24, он. 11у, д. 28 732, п. 10.
47


На съезде она твердо и последовательно отстаивала ленинские позиции. В списке состава организации «Искры» на II съезде под цифрой 9 Ильич уверенно записал фамилию Дедов 1 — это был тоже партийный псевдоним Лидии Михайловны. Одну из резолюций съезда она подписала: Тверская.
Вскоре после окончания съезда в Киеве было создано Русское бюро ЦК, секретарем которого стала Книпович. Но в ночь на 13 августа 1903 года были арестованы члены Тверского комитета РСДРП. В феврале 1904 года аресты повторились. Для укрепления большевистских позиций в Твери, для упрочения связи тверяков с большевистским центром партия в марте снова направила Лидию Михайловну в Тверь. Здесь она пробыла до мая. Через нее Надежда Константиновна Крупская информировала Тверскую организацию о борьбе с меньшевиками.
«Меньшинство, видимо, чувствует, что теряет почву. В России у них ничего не выгорает... Конечно, это слухи, но что-то несомненно не ладно». А вот еще сообщение Крупской: «...Старик (В. И. Ленин. — А. С.) надеется, что ему удастся доказать в брошюре, как далеко зашло меньшинство по пути оппортунизма в области организационной, а тогда еще посмотрим, чья возьмет»2.
Рядом с Книпович работали в Твери преданные ленинским идеям, большевистской платформе люди: Прасковья Куделли, Тихон Попов, Андрей Шестаков. Вскоре после отъезда Лидии Михайловны они были арестованы. При обыске на квартире Куделли жандармы обнаружили корзину с вещами Книпович, а в той корзине — меховую шапочку и спрятанную в ней рукопись «О порядках на Фр. Вагоно-строительном заводе», предназначенную для нелегального издания. И надо же было случиться так, что Лидия проездом как раз оказалась в Твери! От самого Петербурга ее тайно сопровождал филер царской охранки.
Книпович смело пришла в жандармское управление и попросила свидания с Куделли. Жандармы не замедлили-допросить ее, но, увы, ничего для себя не выясни-
1 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 8, стр. 474.
2 Ленинский сборник XV, стр. 17, 18.
48


ли. А опытный конспиратор так запутала следы, что сбила охранку с толку. Тверь так и не смогла «выделить» ей филера на дальнейший путь до Севастополя.
В декабре 1904 года Книпович уже в Одессе, секретарь партийного комитета, который под ее руководством превратился, как писали товарищи, в цитадель большевизма. Не случайно мандат В. И. Ленину на III съезд партии дали одесситы.
Активность вызвала полицейскую слежку. Летом 1905 года Книпович перебирается в Петербург. В это время вернулись сюда из-за границы Ленин и Крупская. С Надеждой Константиновной Лидия Михайловна поселилась даже на одной лестничной клетке. Нарастающая революционная ситуация потребовала полной отдачи ее сил и способностей пропагандиста и организатора. Она участвовала в подготовке и работе Таммерфорсской конференции, IV съезда партии, и так как этот съезд проходил в Стокгольме, делегатам очень пригодилось ее знание шведского и финского языков.
У себя на даче в Стирссудене она прятала Владимира Ильича.
В 1906 году при аресте Петербургского комитета ей счастливо, благодаря исключительным конспиративным способностям, опять удалось избежать ареста. Царская охранка настигла ее лишь в феврале 1911 года, по доказательств вины собрать не сумела. Книпович была выслана в Полтавскую губернию, а затем поселилась в Крыму. Здоровье быстро таяло. Тюрьма, ссылки, титаническое напряжение — все это сказалось. Ленин уговаривал ее поехать на операцию в Швейцарию. Она не решилась.
В 1917 году Лидия Михайловна сумела вырваться в Петроград, встретилась в последний раз с Крупской. К этому времени она лишилась слуха, тяжело переносила базедову болезнь. Пришлось оставить активную работу, которой были посвящены годы и десятилетия. Даже оказавшись под властью белых в Симферополе, она помогла своему товарищу по Тверскому и Одесскому подполью А. С. Шаповалову бежать от деникинцев.
Окончательно ее сразило воспаление легких. Но и на смертном одре Книпович не теряла бодрости духа. Отказалась принять врача-белогвардейца. В бреду она
4 Рядовые ленинской гвардии 49


спрашивала: «Идут наши? Почему так долго? Идите посмотрите».
Гроб Лидии Михайловны несли рабочие. Они пели «Вы жертвою пали...».
«Крайне активный работник партии», — отмечала охранка.
«Без таких людей, как Лидия, наша партия никогда не могла бы победить, стать тем, чем она есть», — писала Надежда Константиновна Крупская в сборнике «Славные большевички».


В. ПЛАТОВ
ПЛАМЕННЫЙ БОЛЬШЕВИК
А. П. Вагжанов был одним из первых тверских рабочих, вступивших на путь организованной борьбы рабочего класса. В 1896 году восемнадцатилетним юношей вступил Александр Вагжанов в социал-демократическое движение России. Это было время, когда русские марксисты во главе с В. И. Лениным развернули борьбу за создание боевой революционной партии российского пролетариата.
Немало замечательных революционеров вышло в те годы из рядов рабочих и крестьян Тверской губернии. Одним из них был Александр Вагжанов.
Сын передового тверского рабочего, он тринадцатилетним подростком начал свою трудовую деятельность. Пять лет проработал он сначала мальчиком, а затем ткачом на тверских предприятиях. В 1896 году он попадает в Петербург, работает ткачом на фабрике акционерного общества «Воронин, Лютш и Чешер». Пребывание среди наиболее революционных в России питерских пролетариев явилось прекрасной школой для молодого тверского рабочего.
Здесь Александр Вагжанов вступил в петербургский «Союз борьбы за освобождение рабочего класса» и с тех пор всю свою жизнь посвятил борьбе за дело рабочего класса.
За участие в стачках Александр был уволен и в 1898 году возвратился в Тверь. Здесь его вскоре призывают на военную службу.
В армии Вагжанов прослужил до конца 1902 года. Под влиянием ленинской «Искры» за это время социал- демократическое движение в России выросло и окрепло. В Твери также сложилась и организационно оформилась социал-демократическая организация во главе с комитетом РСДРП.
По возвращении из армии Александр Вагжанов устанавливает связь с Тверским комитетом партии и воз-
4*
51


главляет рабочую социал-демократическую организацию на фабрике Берга. За революционную деятельность в Твери его арестовали в 1903 году, а после освобождения за ним был установлен особый надзор полиции. В 1905 году, находясь в царской армии, Вагжанов вел агитацию против войны с Японией, выступал в поддержку рабочих в их борьбе против самодержавия.
А. П. Вагжанов Революционная дея¬
тельность Вагжанова накануне и в годы первой русской революции убедительно свидетельствовала о том, что он сложился как опытный подпольщик, смелый и решительный революционер, последовательный большевик. Вагжанов был одним из тех рабочих-революционеров, о которых В. И. Ленин писал: «Это — люди, которые не год и не два, а целые десять лет перед революцией посвятили себя целиком борьбе за освобождение рабочего класса. Это — люди, которые не растратили себя на бесполезные террористические предприятия одиночек, а действовали упорно, неуклонно среди пролетарских масс, помогая развитию их сознания, их организации, их революционной самодеятельности»1.
По возвращении из армии в 1906 году Александр Вагжанов избирается членом Тверского комитета РСДРП и с головой уходит в партийную работу, ведет политическую пропаганду в массах. Вместе с рабочими берговской фабрики Г. А. Целыбеевым, Д. В. Русаковым и другими Вагжанов организует первый в Твери рабочий кооператив — Рождественское общество потребителей и избирается его первым председателем. Рождест1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 20, стр. 82.
52


венский рабочий кооператив на протяжении многих лет был легальным центром Тверской организации и сыграл видную роль в партийной жизни, особенно в годы реакции.
Своей общественно-политической деятельностью, постоянной и тесной связью с широкими народными массами Александр Петрович заслужил всеобщее уважение и высокое доверие тверских пролетариев.
Не случайно в период подготовки к выборам во II Государственную думу, когда большевики по совету В. И. Ленина выдвигали кандидатами в Думу наиболее стойких революционеров, пользующихся влиянием среди рабочих, Тверской комитет РСДРП кандидатом в Думу от тверских рабочих выдвинул Александра Петровича Вагжанова.
Его избрание депутатом II Государственной думы по рабочей курии было значительным успехом тверских большевиков. Эта замечательная победа тверских пролетариев в условиях самодержавного режима объясняется благоприятным сочетанием двух обстоятельств: во-первых, — огромной политической работой в массах, которую проводили тверские большевики; во-вторых, — личными качествами кандидата в депутаты, его человечностью, общительностью и вниманием к людям, его беззаветным служением народу. Александр Петрович был наиболее авторитетным, популярным, близким и любимым вожаком тверских пролетариев.
С большой теплотой тверские рабочие составили «Наказ» своему избраннику. «Дорогой товарищ наш, Александр Петрович, — читаем мы в «Наказе». — Посылая тебя депутатом в Государственную думу как представителя и защитника интересов рабочих и крестьян, мы глубоко верим и надеемся, что ты не остановишься ни перед какими опасностями и преградами в борьбе за освобождение истерзанного и разоренного высокопоставленными хищниками народа... Мы ждем от тебя, товарищ, чтобы ты, вместе с другими представителями народа, довершил дело освобождения Родины от гнета насильников и добился для народа всей земли и всей воли»1.
1 Г АКО, ф. 56, он. 1, д. 2147, л. 1.
53


«Я все сделаю, что в моих силах, а если понадобится отдать жизнь — отдам». Так ответил большевик Александр Вагжанов тверским рабочим на то высокое доверие, которое было ему оказано.
Во II Государственной думе он вошел в социал-демократическую фракцию, проводил большевистскую линию. Вся работа депутатов-большевиков проходила под непосредственным руководством Владимира Ильича Ленина, проживавшего тогда на даче «Ваза», недалеко от станции Куоккала по Финляндской дороге. Александр Вагжанов вместе с другими депутатами-большевиками часто нелегально ездил к Владимиру Ильичу1. Они информировали В. И. Ленина о работе в Думе, о положении в социал-демократической фракции. В. И. Ленин учил депутатов-большевиков использовать думскую трибуну для работы в массах. Вместе с В. И. Лениным депутаты-большевики определяли задачи своей думской и внедумской работы.
Под руководством В. И. Ленина большевики-депутаты II Государственной думы развернули большую работу в массах. Они использовали для этого как трибуну Думы, так и возможности внедумской работы. Приезжая на родину, Вагжанов выступал перед своими избирателями. В донесении министру внутренних дел о пребывании Вагжанова в Первитинской волости Тверского уезда тверской губернатор сообщал: «Смысл его речей заключается в том, что при самодержавии нельзя рассчитывать на улучшение дел. Необходимо народовластие. Аграрный вопрос Вагжанов рекомендовал разрешить крестьянам самим, сплотившись. Платить помещикам за землю не стоит, так как они не платили за нее сами»2. Во время обыска у Вагжанова на квартире в Петербурге было обнаружено шесть черновых писем подобного агитационного характера. В одном из них Александр Петрович писал: «Пусть Дума законодательствует, но наша задача совершенно другая. Мы, под прикрытием законодательства, избираем другой и более здравый путь к организации народных масс. Мы, пользуясь своим, хотя сомнительным, но все же неприкосновенным положением, главным образом, направляем 1 См. В. А. Чащин. В суровые годы. Свердловск, 1957, стр. 187 —
2 ГАКО, ф. 56, оп. 9, д. 53, л. 33.
54


свою деятельность к организации народа хождением на собрания, митинги и массовки. Вот где организация, вот где можно и не очень ученому раскрывать глаза на действительное положение вещей»1.
А. П. Вагжанов не только писал об этом. Как и другие депутаты-большевики, по указаниям В. И. Ленина и Петербургского комитета РСДРП он выступал перед рабочими предприятий Питера, часто бывал в квартирах рабочих, вел политические беседы.
По поручению социал-демократической фракции он готовился к выступлению на заседании Думы по вопросу о социальном страховании рабочих. Но выступить на пришлось. II Государственная дума была разогнана царским правительством, а социал-демократическая фракция арестована. Царский суд приговорил Александра Петровича Вагжанова к четырем годам каторги с последующей пожизненной ссылкой в Сибирь2. На каторге и в ссылке он пробыл в общей сложности около 10 лет — до Февральской революции 1917 года. Два с половиной года Вагжанов пробыл в петербургской тюрьме, а затем на нерчинской каторге, в акатуевской и ал- гачинской тюрьмах.
В каторжных тюрьмах все эти годы он оставался непреклонным большевиком, вел непримиримую борьбу против меньшевиков. В многочисленных письмах из тюрьмы в Тверь товарищам по подполью и родным Александр Петрович призывал их не поддаваться колебаниям, быть твердыми и последовательными борцами против самодержавия. Резко осуждая меньшевиков, он писал: «Как рвут сердце эти слова: «Жизнь заставит», «Жизнь не хочет»... А где же вы сами, господа мудрые люди? Все у вас жизнь да жизнь! Сядьте прямо в грязь, залезьте в болото, да и кричите, что вас, мол, заставила жизнь в болото влезть. Так меньшевики, прикрывая свою оппортунистическую душу, кричат на каждом шагу: «Жизнь! Жизнь!» Уж лучше кричали бы «караул». Это было бы более истинно»3.
Каторга не сломила его. «Я ведь совершенно не думаю умирать в тюрьме, готовлюсь к будущей жизни и 1 ЦГАОР, ф. 112, оп. 1, д. 736, л. 28 об.
2 «Правительственный вестник», 2 декабря 1907 г.
3 ПАКО, ф. 114, оп. 2, д. 17.
55


не пассивным ее созерцателем»1, — писал Александр Петрович. Тюрьма для него, как и для других революционеров, явилась своего рода «университетом». В тюрьме он изучает политическую экономию, философию, логику, иностранные языки. Изучение общественных наук позволяет ему глубоко осмыслить происходящие события, деятельность большевистской партии.
В годы ссылки, находясь в Сибири под неослабным полицейским надзором, Александр Петрович продолжал революционную деятельность, вел политическую работу в массах, организовывал забастовки, твердо стоял на большевистских позициях.
Летом 1911 года Вагжанов был отправлен на поселение в Селенгинский уезд. Сюда к нему приехала жена с дочкой, после чего ему разрешили поселиться в Сре- тенске. Здесь он работал в Муравьевском затоне Амурского пароходства. В результате агитации Вагжанова рабочие Амурского пароходства 9 января 1914 года не вышли на работу. «Приехали жандармы, — рассказывала жена Вагжанова, — ротмистр вызвал многих. И его тоже вызвали, но данных не было. Тогда Саше говорят: «Хотя данных и нет, но все-таки не без вас это было. Когда не было здесь Вагжанова, не было и 9 января». Сразу его отстранили от работы».
Из Сретенска Вагжанов был переведен на поселение в Витим, расположенный далеко на севере. Позднее Вагжанову удалось добиться разрешения на перевод в Читу, где и застала его победа Февральской буржуазнодемократической революции.
В эти годы В. И. Ленин неоднократно выступал в защиту рабочих-депутатов II Государственной думы, осужденных царским судом. В декабре 1911 года он обратился к социалистам всех стран с призывом поддержать русских рабочих в борьбе за освобождение своих избранников. С протестом выступили социал-демократы Франции, Германии, Бельгии, Швеции, Финляндии, Австрии, Канады. Но только Февральская революция 1917 года освободила из тюрем и ссылки политических заключенных, в том числе и Вагжанова. В мае 1917 года Александр Петрович вернулся в Тверь. Его встреча вылилась в мощную политическую демонстрацию твер1 ПАКО, ф. 114, оп. 2, д. 17.
56


ских рабочих. В день приезда он выступил на 1-м губернском съезде Советов рабочих и солдатских депутатов и заявил, что был и остается большевиком, стоит на платформе газеты «Правда».
В период подготовки и проведения Великой Октябрьской социалистической революции ярко проявились организаторские способности Вагжапова. Его деятельность была чрезвычайно разнообразной. Александр Петрович избирается членом Тверского комитета большевиков, членом Тверского Совета рабочих депутатов, он командируется на I Всероссийский съезд Советов, избирается в Тверскую городскую думу, руководит большевистской фракцией городской думы, ведет работу в кооперации, постоянно выступает перед рабочими, разъясняя необходимость перехода всей власти в руки рабочих и крестьян.
В июне 1917 года Вагжанов участвовал в заседании I Всероссийского съезда Советов и на заседаниях большевистской фракции съезда, которой руководили В. И. Ленин, Я. М. Свердлов, Ф. Э. Дзержинский и другие выдающиеся деятели большевистской партии. От фракции большевиков Вагжанов был избран в состав членов ВЦИК первого созыва
Пребывание в Петрограде на съезде Советов и особенно новые встречи с Владимиром Ильичем Лепиным, речь вождя партии большевиков, в которой он говорил, что ни одна партия не может отказываться от власти и что партия большевиков каждую минуту готова взять власть целиком, — все это произвело неизгладимое впечатление на Вагжанова. По возвращении в Тверь, рассказывая о съезде, Александр Петрович горячо говорил: «Это наше большое счастье, что во главе партии стоит такой человек, как Ленин! Это действительно вождь, он дальше всех видит и знает, что делать... Куда годятся против Ленина меньшевистско-эсеровские главари — Церетели, Черновы и другие? Под руководством Ленина мы победим! Мы должны твердо идти за Лениным». И Александр Петрович с еще большей энергией и страстью разъясняет линию большевиков.
Крупную победу в борьбе за массы тверские большевики одержали в августе 1917 года на выборах в го-
1 ЦГАОР, ф. 6978, д. 142, л. 2; д. 302, лл. 4, 64. 57


родскую думу. Они получили в ней мест более, чем любая другая партия. Председателем фракции большевики избирают Вагжанова. Он выступает в думе при обсуждении продовольственного вопроса. От имени фракции большевиков Вагжанов заявляет: «Большевики возьмутся за всякое, самое трудное дело, возьмут, когда это будет нужно, в свои руки всю власть и справятся с ней»1.
Нетрудно понять, что это выступление Александра Петровича как по своему содержанию, так и по форме является прекрасным образцом популярного изложения принципиальных установок В. И. Ленина, партии большевиков. Оно характеризует Вагжанова, как последовательного и убежденного большевика-ленинца.
26 сентября в Твери состоялась губернская конференция РСДРП (б). Она утвердила список кандидатов в Учредительное собрание от Тверской губернии. А. П. Вагжанов в этом списке был первым кандидатом тверских большевиков.
Слетает отметить, что в то время Вагжанов особенно тесно был связан с партийной организацией и рабочими фабрики Берга. Здесь он состоял на учете в партийной организации, проживал в доме во дворе фабрики, часто бывал на фабрике и в рабочих казармах.
28 октября 1917 года на совместном заседании Советов рабочих и солдатских депутатов был избран Тверской ревком, объявивший себя до созыва очередного съезда Советов высшим органом власти в Тверской губернии. Председателем ревкома был избран Александр Петрович Вагжанов2. Таким образом, с победой Октябрьской революции он стал во главе новой власти в Твери.
Тверские большевики вели огромную работу по привлечению на свою сторону крестьянских масс. Эта работа увенчалась успехом. Губернский крестьянский съезд в Твери одобрил декреты Советского правительства и принял решение присоединиться к Совету рабочих и солдатских депутатов. 4 декабря 1917 года на совместном заседании Совета рабочих и солдатских депутатов и Совета крестьянских депутатов был избран 1 П. А. Кочетков. Октябрь в Тверской губернии. Тверь, 1927, стр. 38.
2 «Спутник коммуниста», 1922, № 11, стр. 40.
58


Тверской губисполком Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. Его первым председателем был избран Александр Петрович Вагжанов.
На посту председателя Тверского губисполкома он отдает все сво1И силы борьбе за упрочение Советской власти в Тверской губернии, созданию и укреплению советского аппарата.
В январе 1918 года проходит 3-й Тверской губернский съезд Советов. По существу, это был первый губернский съезд, на котором встретились вместе делегаты рабочих, крестьян и солдат. Основным вопросом съезда был доклад председателя губисполкома А. П. Вагжанова о деятельности Тверского губисполкома, в котором подводились итоги работы по установлению Советской власти в губернии.
После съезда под руководством Вагжанова проводится ряд мероприятий по укреплению Советской власти в уездах губернии, подавляется сопротивление кулачества.
В апреле 1918 года Вагжанов был командирован партией на работу в Сибирь. В 1918—1919 годах он отдает все силы борьбе за становление Советской власти в Сибири. Вагжанов последовательно занимает посты — комиссара труда Читинской области, комиссара снабжения и продовольствия Забайкальской области, председателя Чрезвычайной следственной комиссии Читинского ревтрибунала, председателя Прибайкальского подпольного комитета большевиков1. В марте 1919 года Петрович (подпольная кличка А. П. Вагжанова) участ вует в Сибирской подпольной конференции большевиков и избирается членом Сибирского подпольного комитета РКП (б)2.
В мае 1919 года Александр Петрович уехал из Верхнеудинска (ныне Улан-Удэ) во Владивосток для подпольной работы по заданию Сибирского комитета большевиков. По приезде в Читу Александр Петрович по доносу предателя был арестован контрразведкой бело- бандита Семенова. Семеновцы подвергли А. П. Вагжанова страшным пыткам. Но он ничего не выдал врагу, никакие пытки не сломили воли старого большевика- 1 См. «Борьба за Советы в Бурят-Монголии». М., 1940, сто 19, 47, 228.
2 См. «В борьбе с контрреволюцией». Омск, 1959, стр. 106.
59


подпольщика. 6 июня близ города Читы белобандиты расстреляли Александра Петровича Вагжанова.
Александр Вагжанов, тверской рабочий, пламенный революционер, непреклонный большевик-ленинец, пал смертью героя на боевом и ответственном посту, который ему доверила партия. Вся его сознательная жизнь — это подвиг героя, бескомпромиссная борьба за счастье народа, верное служение своей партии, своему рабочему классу. В. И. Ленин был глубоко прав, называя бесстрашных рабочих-революционеров народными героями. А. П. Вагжанов принадлежал к этой замечательной плеяде революционеров.
Александр Петрович Вагжанов не дожил до наших дней, но он видел победу Великого Октября, боролся за власть Советов и глубоко верил в торжество того великого дела, которому он отдал всю свою сознательную жизнь.
На родине А. П. Вагжанова свято хранят память о пламенном большевике. В пятую годовщину Великой Октябрьской социалистической революции, в ноябре 1922 года, Тверской губком партии, губисполком и губ- профсовет на совместном заседании постановили — присвоить имя А. П. Вагжанова бывшей фабрике Берга и переименовать Ямскую слободу в улицу имени Вагжанова. Его именем названы улицы в Вышнем Волочке, Калязине и других городах. К 80-летию со дня рождения Александра Петровича Вагжанова на фабрике, носящей его имя, установлена мемориальная доска, а к 50-летию Великой Октябрьской социалистической революции открыт памятник А. П. Вагжанову.
Светлый образ Александра Петровича Вагжанова, вся его жизнь и кипучая революционная деятельность являются прекрасным примером того, как надо бороться за народное счастье, «как надо жить и действовать всякому сознательному рабочему»1.
1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 20, стр. 83.
60


3. БУРОВ
«НИЖЕГОРОДЕЦ» В ТВЕРИ
Среди тех, кто посвятил свою жизнь освобождению рабочего класса, были и выходцы из дворянства, духовенства, интеллигенции. Были даже дети и внуки капиталистов и помещиков. Но они решительно рвали со своим классом, рвали с ним раз и навсегда, не колеблясь, глубоко уверовав в то, что справедливость на стороне угнетенных и бесправных. Тем сложней был их путь в революцию, тем притягательнее для нас их образы.
Двадцатилетним юношей связал свою судьбу с большевистской партией Павел Мостовенко. Вступив в 1901 году в РСДРП, он посвятил всю свою жизнь борьбе за счастье трудового народа.
Павел Николаевич Мостовенко родился в 1881 году в Казани. Отец его, потомственный дворянин, служил лесничим. Он умер, когда мальчику было девять лет. Своим воспитанием Павел обязан матери — учительнице. Женщина доброго сердца и передовых взглядов, она воспитала в сыне сочувствие и любовь к угнетенному народу.
После окончания классической мужской гимназии в Казани Павел уезжает в Петербург. Здесь он поступает в военно-медицинскую академию. Но закончить учебу ему не удалось. За революционную деятельность его исключили из академии и выслали в Нижний Новгород.
Мостовенко и здесь не оставляет революционной деятельности. Он один из активных членов Нижегородского комитета партии. За «преступную» пропаганду среди фабричных рабочих в Нижнем Новгороде Мостовенко в июне 1903 года был отдан под гласный надзор полиции и выслан в Самару. Он попросил разрешить ему переехать в Тверь. Просьбу удовлетворили, и 10 мая 1905 года П. Н. Мостовенко выехал в Тверь. И здесь за ним тоже установили полицейский надзор. Несмотря на это, он сумел быстро установить связь с Тверским ко-
61


П. Н. Мостовенко
митетом РСДРП. С еще большей энергией отдается он делу партии, в котором видел весь
смысл своей жизни.
Его активные, энергичные действия, умение работать вдохновенно, без устали, большой организаторский талант, преданность делу вскоре создали ему непререкаемый авторитет среди рабочих. Павел Мостовен- ко, по свидетельству старого тверского большевика М. А. Некрасова, «был очень хорошим оратором, агитатором и любимцем рабочей массы».
Полиция, взявшая его «на прицел», дала ему такую характеристику: «Неисправимый по поведению, очень грубый и дерзкий, злой пропагандист и опасный революционер».
Вскоре Нижегородец (подпольная кличка Мостовен- ко) был введен в члены Тверского комитета РСДРП и возглавил революционное движение в Твери. Местные большевики получили надежное пополнение. Это заметно сказалось на работе и политической линии комитета. Летом 1905 года тверские большевики, вооруженные решениями III съезда РСДРП, развернули интенсивную политическую работу в массах, готовя их к предстоящим схваткам с царизмом.
С именами П. Н. Мостовенко, А. П. Смирнова, Д. М. Склизкова и других большевиков связана история создания в Твери первого Совета рабочих депутатов.
19 октября 1905 года по призыву Тверского комитета забастовали рабочие всех предприятий города. Тысячи рабочих вышли под красными знаменами на демонстрацию. Рабочие решили освободить из тюрьмы политических заключенных. Но по дороге к тюрьме на Волжском мосту на них напали казаки. Они разогнали демонстрантов, жестоко избили многих рабочих.
62


Члены Тверского комитета РСДРП и активисты- рабочие собрались на конспиративной квартире, в так называемой «Семеновской вышке». Стали обсуждать сложившуюся обстановку. Вот тогда и решили в ответ на кровавую расправу с демонстрантами объявить всеобщую трехдневную забастовку.
— Пора нам подумать и о Советах, — сказал Нижегородец.— В Петербурге, в Москве, в Иваново-Вознесенске пролетариат уже создал Советы рабочих депутатов.
Для организации всеобщей забастовки члены комитета и актив разошлись по фабрикам и заводам. П. Н. Мостовенко пошел на Морозовскую фабрику, А. П. Смирнов — на Берговскую, Д. М. Склизков — на фабрику Залогина. В ходе трехдневной забастовки и начались выборы депутатов в Совет. Первыми выдвинули своих депутатов рабочие Морозовской фабрики. Избирались они всеми рабочими по мастерским и цехам, примерно от 50 человек — один делегат. Вслед за морозовцами послали в Совет своих представителей рабочие других предприятий города. В Совет вошло около 200 депутатов от всех фабрик и заводов Твери, охваченных в то время всеобщей забастовкой и готовившихся к вооруженному восстанию. Депутаты каждой фабрики объединялись в Собрание рабочих депутатов.
Председателем Совета был единодушно избран П. Н. Мостовенко, его заместителем — А. П. Смирнов. Они и возглавили революционную самодеятельность масс и обеспечили партийное руководство ими. Это они выработали устав Совета, объявивший, что «единой истинной представительницей интересов всего угнетенного народа он признает Российскую социал-демократическую рабочую партию. И в своей дальнейшей деятельности будет следовать руководству именно этой партии». Устав приняли в Совете большинством в 193 голоса против пяти.
Совет рабочих депутатов, руководимый большевиками, стал хозяином в фабричном районе Твери. Первое тверское рабочее правительство запретило торговлю спиртными напитками, ввело отчисление одного процента от заработка рабочих для создания боевого фонда на случай вооруженного выступления, открыло столовую для безработных. При Совете создали комитет взаимопомощи, открыли юридическую консультацию.
63


Совет рабочих депутатов постепенно забирал в свои руки власть над Морозовской фабрикой. Он ведал книгами очередей для поступления на фабрику, для поселения в рабочих казармах. В одной газете появилась заметка о том, что морозовские рабочие отняли у хозяина фабрику. Тверской Совет готовился к вооруженному восстанию, организовал боевую дружину из рабочих.
В 1905 году ширится и крестьянское движение. Во всех уездах Тверской губернии проходили крестьянские собрания и митинги, на которых выдвигались экономические и политические требования. Одной из самых революционных была Новинская волость. Как-то к дому, где находилось Новинское волостное правление, подошли крестьяне с красным флагом. Они потребовали, чтобы к ним явились волостной старшина и писарь. Возник митинг, на котором крестьяне выставили требование отменить все повинности. При этом заявили, что в следующий раз придут «за приговором», который должен эту отмену закрепить подписью и печатью волостного правления.
Панический страх обуял старшину и писаря. Они бегут жаловаться земскому начальнику. Тот в свою очередь шлет донесение о «незаконной сходке» губернатору. Губернатор предлагает успокоить крестьян «мерами уговоров».
Но уговорами остановить волну революции в деревне не удалось. Гораздо охотнее мужики прислушивались к «уговорам» большевиков.
В ноябре 1905 года Тверской комитет РСДРП и Тверской Совет организовали в Новинской волости Совет крестьянских депутатов. В Новинскую волость выехали П. Н. Мостовенко и А. Д. Хромов. Хромов, рабочий вагоностроительного завода, член РСДРП, был родом из деревни Поддубки Новинской волости, его хорошо знали здешние крестьяне. Вот какой разговор произошел у Павла Мостовенко с крестьянами, когда он с Алексеем Хромовым пришел на волостной сход в Новинки.
— Кто тут у вас заправила?
Ему показали на волостного старшину.
— Кем ты избран?
— Народом.
— Если ты действительно избранник народа, так защищай его интересы.
64


— Я этого сделать не могу, есть начальство выше меня — земский начальник.
Тогда, обращаясь к крестьянам, Нижегородец сказал:
— Если эти ваши избранники не могут защищать ваших крестьянских интересов, то надо гнать их и заменить теми, кто сможет от всей души бороться за ваши интересы. Давайте выберем Совет крестьянских депутатов, который будет состоять из ваших надежных людей.
Волостной старшина и писарь со схода сбежали. Старая власть в деревне перестала существовать. Крестьяне решили взять власть в свои руки. Тут же на сходе постановили: избрать от каждой деревни волости своего делегата в Совет. Это был один из первых Советов крестьянских депутатов в России...
В период отступления революции в Твери идет острая борьба между большевиками и меньшевиками. Сосо- бой силой развернулась эта борьба в связи с подготовкой к V (Лондонскому) съезду партии. Меньшевикам удалось временно усилить свое влияние на организацию. В этой идейной схватке с большой силой проявилась бескомпромиссность, твердость убеждений, верность ленинской линии большевика Павла Мостовенко. На V съезд РСДРП от Тверской организации были посланы два меньшевика и один большевик — П. Н. Мостовенко. Причем большевистский делегат не имел решающего голоса и даже не получил от комитета денег на проезд. На одном из заседаний председательствующий В. И. Ленин сообщил о поступившем заявлении Павла (Тверь), которое президиум постановил приобщить к протоколам. В заявлении говорилось:
«Мои избиратели поручили мне протестовать перед съездом против вмешательства ЦК в выборы делегатов на съезд от Тверской организации с целью набить лишний меньшевистский мандат и не дать тверским большевикам возможность воспользоваться своим правом... В результате я, избранный 339 членами организации, во все время работ съезда не имел решающего голоса, между тем как два меньшевика, выбранные оба вместе 599 голосами, имели два решающих голоса. К этому надо добавить, что так как организация в Твери в руках меньшевиков, то все мои 339 голосов несомненны, ме5 Рядовые ленинской гвардии
65


жду тем 599 меньшевистских голосов получены без всякого контроля, главным образом в деревнях... Делегат от тверских большевиков Павел»1.
Февральская революция 1917 года застает Мостовенко в Петрограде. Он солдат автомобильной роты и верный солдат революции. В качестве представителя Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов он идет по частям и подразделениям Румынского фронта, раскрывает солдатам империалистический характер войны, рассказывает о путях развития революции.
Петроградские большевики посылают его своим делегатом на VI съезд партии. Выступая на съезде, он рассказывает делегатам о положении дел на фронтах. «Фронт политически пассивен, — говорит он, — его необходимо организовать, и от тыла будет зависеть, как направить его. Надо помнить одно, что на фронте — общий лозунг: «Дальше ждать нельзя».
После VI съезда ЦК партии направляет П. Н. Мос- товенко в Москву для усиления работы среди солдат. В августе он комиссар автомобильной роты и выступает всюду — в казармах, на площадях, в рабочих районах. Солдаты избирают его в Московский Совет солдатских депутатов, рабочие — в Рогожскую районную думу, он становится ее председателем.
Организаторский талант Павла Николаевича особенно проявился в дни Октября. Именно ему поручают обеспечить военную защиту Московского Совета и прилегающих к нему районов. 25 октября, когда в Москве создается Военно-революционный комитет, П. Н. Мостовенко избирают кандидатом в члены ВРК. Он действует так решительно и энергично, что уже к концу этого дня его вводят в члены ВРК.
«Кто в те дни хоть раз побывал в ВРК, — вспоминают те, кто видел его тогда, — не забудет Мостовенко. Громадного роста, широкоплечий, стремительная походка. Полы его солдатской шинели нараспашку, волнами бьются о голенища сапог. Хлястик на шинели болтается на одной пуговице. Но разве сейчас до пуговицы и хлястика? Ни секунды времени для себя ни у него, ни у его жены Ларисы Владимировны Оболенской, тоже 1 «Пятый (Лондонский) съезд РСДРП Протоколы». ДА., 1963, стр. 579.
66


члена большевистской партии... П. Н. Мостовенко умел быстро ориентироваться в новых обстоятельствах, дать им верный анализ, обладал большим организаторским талантом, работал вдохновенно, весело, умел собирать вокруг себя таких же энтузиастов, как он сам»1.
То, что начинал Павел Николаевич Мостовенко в Твери в 1905 году, он успешно завершил в Москве в октябре 1917 года. Боец из первой шеренги, он вместе с революционными рабочими и солдатами утвердил новую, народную власть — власть Советов.
1 «Герои Октября». М., «Московский рабочий», 1967, стр. 164, 167.


Ф. Б У Р И Л О В
ЖИЗНЬ — подвиг
Под мощным напором рабочих масс в феврале 1917 года рухнул насквозь прогнивший царский трон. Телега романовской монархии, залитая грязью и кровью, опрокинулась.
Эти события застали Сергея Васильевича Модестова в далекой Сибири. Тяжело больной, он сразу же заторопился в Центральную Россию, в гущу революционных дел. В голове роились мысли, сердце рвалось к бурной деятельности. В марте Модестов был уже в Москве.
Встретив его, друзья ужаснулись: вместо подвижного, веселого молодого человека перед ними предстал смертельно больной старик. Тяжелые приступы кашля изматывали его последние силы. Левая часть тела, особенно нога, не слушалась его, как-то неестественно волочилась, когда Модестов пытался пройти по комнате. Измученное недугом лицо Сергея Васильевича стало пепельно-серым. И только глаза выдавали в нем неизбывную силу воли. Стараясь скрыть изнуряющие боли, Модестов порой даже улыбался, шутил. Затем снова нахмуривался, сжимал кулаки и повторял:
— Палачи знали, что делали. Волю-то нашу не сломишь. Верно я говорю? Нет, ни за что не сломишь. Вот они и старались извести нас физически. Как видите, в этом они преуспели.
Так обычно он говорил своим друзьям. Но когда оставался один на один со своими болезнями, мучительно переживал, что не может, как другие, броситься в революционные волны и бороться за доведение начатого дела до победного конца.
Детство и юность Сергея Модестова прошли в Твери. Его отец, местный священник, прочил своего сына в служители культа. Быть может, его сын, проявляющий недюжинные способности, станет со временем настоятелем какого-нибудь собора, а там и до архиерея не так уж далеко.
68


Но Сергей одним ударом разрушил радужные мечты родителей. Окончив в 1902 году Тверскую духовную семинарию, он поступает в Демидовский юридический лицей в Ярославле. Учиться долго не пришлось: полиция следила за Модестовым (еще в Твери он был связан с комитетом РСДРП) и арестовала его. При обыске у него нашли оружие.
Сергея Модестова заносят в список политически неблагонадежных, С. В. Модестов
исключают из лицея.
Этот факт не обескуражил Модестова — двадцатилетний юноша вступает в РСДРП и становится профессиональным революционером-подпольщиком. С тех пор и до конца своей короткой, но героической жизни Сергей Васильевич неразрывно связан с большевистской партией. Товарищи по борьбе знали его под партийными кличками «Григорий», «Данила», «Клементий», «Васильев».
В 1903 году в Иваново-Вознесенске царская охранка разгромила партийную организацию. Надо было восстановить ее во что бы то ни стало. Северный комитет РСДРП поручает эту работу Модестову. Он едет в Иваново-Вознесенск, устанавливает связи с передовыми рабочими С. И. Балашовым, Р. С. Семенчиковым, П. П. Веселовым и вместе с ними воссоздает партийную организацию. Большевистские группы вновь начали действовать на фабриках.
Под непосредственным влиянием Модестова и других партийных агитаторов в городе готовились и приурочивались к 1 мая забастовка и демонстрация. 19 апреля 1904 года на нелегальной рабочей сходке в лесу Модестов выступил со страстной речью, призвав рабочих широко отметить первомайский праздник. Среди присутствовавших на сходке оказался провокатор, кото69


рый донес в охранку о сходке и рекомендовал арестовать Модестова, как наиболее активного и опасного агитатора.
На следующий день Модестов выехал в Ярославль по делам первомайской демонстрации. На станции Чер- толино его схватили жандармы.
Начались скитания по тюрьмам, бесконечные допросы. Но тут прянула первая русская революция. Она принесла многим политическим заключенным свободу. Сергей Васильевич вновь с головой уходит в революционную работу. В «Записках подпольщика» Ц. С. Бобровская (Зеликсон) так характеризовала Модестова: «При имени «Данила» передо мной возникает смеющееся лицо семинариста Сережи, которого впервые я встретила на конспиративной квартире в Твери в 1903 году. Через два года столкнулись мы с ним в Москве и он с разными шуточками и прибауточками сообщил мне, что за это время успел посидеть в двух тюрьмах — Ярославской и Иваново-Вознесенской»1.
Летом 1905 года Сергей Васильевич работает среди крестьян Костромской губернии, создает революционные крестьянские комитеты, ведет большую политическую пропаганду. Под его руководством активно работали среди крестьян около пятидесяти местных учителей.
Волны первой русской революции бросают большевика Модестова из губернии в губернию. В августе 1905 года он работает уже в Москве, его избирают членом Московского окружного комитета РСДРП (б). Модестов участвует в составлении устава окружной партийной организации. Он выполняет ответственные обязанности организатора и агитатора в Наро-Фоминске, Рузе. Часто бывает в Мытищах. Его выступления производят сильное впечатление на рабочих. «Приехал симпатичный талантливый товарищ «Данила», — вспоминал один из подпольщиков. — Его первое выступление в Мытищах перед рабочими состоялось на пустыре. После удачной, сильной речи рабочая молодежь подняла его вместе со столом, с которого он говорил, и с восторгом понесла на руках на другое собрание».
Декабрь принес наивысший подъем революции. В Мо1 Ц. Бобровская (Зеликсон). Записки подпольщика. М., Господ итиздат, 1957, стр. 84.
70


скве начались баррикадные бои с войсками и полицией. Сергей Васильевич с оружием в руках отважно сражается за дело революции. Когда восстание было подавлено, началась волна жестоких репрессий. Россия покрылась виселицами, тюрьмы были переполнены. Царские сатрапы приговаривают Модестова к расстрелу. Но за день до казни он совершает побег из тюрьмы. Однако на свободе пробыл недолго. Его снова арестовывают, заключают в Таганскую тюрьму, а затем высылают в Кемь.
И снова побег. Снова подполье и снова борьба.
К тому времени Сергей Васильевич был уже одним из известных деятелей большевистской партии. Он участвует в работе IV (Объединительного) съезда РСДРП, на котором решительно разоблачает оппортунистов, отстаивает ленинскую платформу. Вскрыв контрреволюционный характер либеральной буржуазии, стремящейся к соглашению с самодержавием и предающей интересы рабочего класса, Модестов заканчивает речь словами: «Если пролетариат протянет свои закованные руки нашей Думе, он получит только новые оковы».
Многочисленные документы тех лет, воспоминания старых подпольщиков воссоздают картину поистине кипучей, не знающей страха и сомнений революционной деятельности Модестова. В годы реакции он становится одним из руководителей московских большевиков, специалистом в области аграрной политики. Он ведет повседневную организаторскую работу, сплачивает партийные организации Москвы и Подмосковья. Это при его активном участии в июне 1906 года в селе Солнечная Гора Клинского уезда (ныне город Солнечногорск) состоялась I областная партийная конференция, на которой Модестов выступает с докладом о работе среди крестьян. Конференция избирает его членом Московского областного бюро ЦК РСДРП, а вскоре — секретарем этого бюро.
В том же году, в сентябре и декабре, созываются II и III областные партконференции, подготовленные и проведенные под руководством Модестова.
Блестящий пропагандист и организатор, он заражал революционной энергией всех, кто встречался с ним. Модестов часто бывал в местных партийных организациях. Своими больными ногами, вспоминала впоследствии
71


Ц. С. Бобровская (Зеликсон), он буквально исколесил леса Костромской, Ярославской и Владимирской губерний, беседовал с рабочими, создавал партийные группы, проводил собрания. Он жил интересами партии, революции. Другой жизни для него не существовало.
Партия большевиков, идя за Лениным, всеми средствами стремится усилить свое влияние в массовых организациях трудящихся. Модестов много сил отдает работе в массах, проводит областную конференцию профсоюзов в Москве, областной съезд представителей партийных организаций средних учебных заведений Москвы, Тулы, Калуги, Твери и других городов, выступает на съездах с докладами, проводит большевистские резолюции.
Огромную работу ведут С. В. Модестов, А. С. Бубнов, О. А. Квиткин и другие члены Московского бюро ЦК РСДРП по подготовке к V съезду партии. На одном из заседаний бюро ЦК, проходившем в квартире большевика Н. А. Андриканиса 5 мая 1907 года, Сергей Васильевич был арестован царской охранкой.
К этому времени здоровье Модестова было сильна подорвано тюрьмами и напряженной работой в тяжелых условиях подполья. Тюремный врач констатировал у ^Модестова общее малокровие, а также истощение нервной системы. Мать Сергея Васильевича входит с ходатайством в департамент полиции, прося заменить сыну двухлетнюю ссылку в Вологодскую губернию высылкой за границу. Полиция удовлетворяет просьбу матери, выдает Сергею Васильевичу заграничный паспорт. Но, оказавшись за порогом тюрьмы, Модестов за границу не выехал, а снова перешел на нелегальное положение.
Вновь начались бесконечные поездки по стране, напряженная и опасная работа. Осенью 1908 года ЦК РСДРП командирует Модестова на Урал. Там он организует выборы делегатов на общепартийную конференцию, ведет подготовку к созыву Уральской областной конференции в Уфе. В разгар этой работы, 11 ноября 1908 года Модестов был схвачен жандармами. Уфимская охранка сообщала в департамент полиции: «Считая пребывание Модестова в Уфимской губернии вредным и опасным для общественного порядка и спокойствия, просим выслать его в самые отдаленные места азиатской России на более продолжительный срок».
72


21 февраля 1909 года Модестова высылают на три года в Архангельскую губернию. Но уже через полгода тамошний губернатор телеграфировал в Петербург: «Модестов скрылся». Начался переполох. Во все охранные отделения России полетели распоряжения — немедленно задержать опасного революционера.
И все-таки ни задержать, ни арестовать Модестова полицейским сыщикам не удалось.
А он в это время с присущей ему энергией восстанавливал разрушенные охранкой партийные организации Москвы и Московской губернии. Несколько раз Сергей Васильевич приезжал в Тверь, встречался силенами партии, готовил партийную конференцию. Начальник Тверского жандармского управления писал в департамент полиции: «Модестов очень убежденный, вредный и активный революционный деятель».
Угроза нового ареста нависала над Модестовым. Тогда ЦК РСДРП направляет его агентом в южные губернии страны. Осенью 1909 года он приезжает в Екатери- нослав, затем посещает Одессу, Ростов-на-Дону и другие города. При его непосредственном участии местные партийные организации одобряют и поддерживают решения расширенной редакции газеты «Пролетарий», осуждают предательскую линию ликвидаторов и отзовистов.
Сергей Васильевич доволен. Он с гордостью писал в ЦК, что в ожесточенной борьбе с оппортунистами «мы сохранили имя и то, что составляет сущность партии».
31 декабря 1909 года Модестов составил политическую листовку, в которой с присущей ему страстностью и убежденностью разоблачает внутреннюю и внешнюю политику царизма, призывает рабочих и крестьян организоваться, чтобы нанести смертельный удар по самодержавию- Модестов верил в новый революционный подъем. Он объехал многие местные партийные организации юга и центра России, создал большевистскую организацию в Ростове-на-Дону. «Все глубже входит в сознание масс необходимость ниспровергнуть современный режим, одолеть реакцию, добиться социальных и экономических реформ», — сообщает Модестов в ЦК партии. Но не дремлет и царская охранка. В Одессе ей удалось выследить руководителей парторганизации и обезглавить ее. Шли аресты большевиков. Была обна73


ружена и конфискована подпольная типография. Влияние на рабочие массы ослабло. По личному поручению Владимира Ильича Ленина Модесгов выезжает в Одессу. Вместе с В. В. Воровским он налаживает связи с уцелевшими большевиками на фабриках и заводах, объединяет их деятельность. Вскоре здесь было создано организационное бюро, которое с помощью партийных организаций Киева, Харькова и Екатеринослава, командировавших в Одессу опытных агитаторов и организаторов, возобновило партийную работу в массах.
К сожалению, довести начатое дело до конца Модестову не удалось: 23 марта 1910 года он был арестован. При нем оказался подложный паспорт на имя А. А. Шпаковского. Никаких прямых улик в руки полиции не попало. Но обнаруженные в записной книжке различные статистические сведения о положении рабочих и крестьян навели жандармов на мысль, что арестованный не рядовой подпольщик, а крупный партийный работник.
Расправа была скорая и жестокая — шесть лет каторги. Вначале Сергей Васильевич отбывал каторгу в николаевской тюрьме. Туда со всей России свозились туберкулезные политические заключенные. Четырехлетнее отбывание каторжных работ привело к заболеванию туберкулезом и параличу левой половины тела. Оставшийся срок заключения Модестов отбывал в тверской тюрьме, будучи уже физически калекой.
Родные Модестова и либерально настроенные интеллигенты стали ходатайствовать о его помиловании. Но революционер, не желая милости от своего политического врага, занял резко отрицательную позицию.
В 1915 году, после окончания срока каторги, Модестова упрятали в Сибирь на бессрочное поселение...
Сломив революционера физически, царизм все же не сумел сломить его духа, его воли к борьбе.
Великий Октябрь, за который боролся всю жизнь Модестов, победил. Нет, не напрасны жертвы, принесенные ленинской гвардией во имя грядущей революционной бури. Сергея Васильевича неудержимо тянуло туда, где боролись его боевые друзья, устанавливая новый, советский строй. Но Модестов, прикованный болезнью к постели, был обречен на бездействие.
«Ни на минуту не могу я забыть, что вокруг меня творятся события, которые я старался подготовить всей мо74


ей жизнью и в которых теперь бессилен принять какое бы то ни было участие, — с горечью пишет он в ноябре 1917 года жене. — Я чувствую себя как белка из известной басни: бедняжка всю жизнь старалась из-за обещанного ей воза орехов и получила их тогда, когда у нее выпали зубы».
Болезнь прогрессировала. И все же Модестов не сдается. Он напряженно работает, его острые, глубокие по содержанию статьи печатаются в «Правде», в «Известиях», в других газетах Москвы, Петрограда и Твери. В небольших по размеру статьях Сергей Васильевич с поразительной ясностью разъясняет перспективы социалистического переустройства деревни, настойчиво пропагандирует опыт первых сельскохозяйственных коммун и кооперативов. К голосу Модестова внимательно прислушивались, потому что, как писал В. П. Ногин, он был одним из очень немногих марксистов, вполне овладевших аграрным вопросом во всей его теоретической глубине и во всей его современной практике.
Активнейшая работа в тверской газете «Известия рабочих и крестьянских депутатов», редактирование газеты народного комиссариата земледелия «Голос трудового крестьянства», активное участие в журнале «Красный пахарь» и в других периодических изданиях — такую нагрузку мог нести на плечах далеко не каждый здоровый человек. Модестову было мучительно тяжело, но он пишет, переписывает и опять пишет. Близкие друзья Сергея Васильевича не раз говорили, что его никакими силами нельзя было оторвать от работы.
А вот что говорил об этом сам Модестов: «Каждые полчаса-час силы почти покидают меня, и я должен ложиться. Но едва лягу, как какая-нибудь новая мысль быстро взвинтит мою энергию и я опять вскакиваю и бегу писать. Но в общем все это повышает для меня интерес к жизни. А это значит, что мое поведение разумно».
Последние недели жизни Сергей Васильевич работал, уже не вставая с постели. Умер он 4 апреля 1919 года, как и подобает солдату революции, на боевом посту. Ему шел тогда 37-й год...
Некрологи о кончине Модестова были напечатаны во многих газетах и журналах Москвы и Твери. Редакция «Красного пахаря» писала: «С. В. Модестов окончил свое жизненное поприще, добросовестно исполнив поручен75


ное ему партией дело». Газета «Известия» в номере за 6 апреля, высоко оценивая вклад Сергея Васильевича в общее революционное дело, подчеркивала. «Наша партия потеряла в Модестове одного из самых ценных работников, которого революционная работа высосала до последней капли крови».
Жизнь С. В. Модестова — подвиг, совершенный во имя великого дела освобождения трудящихся, во имя утверждения светлых ленинских идеалов.


С. БЕЛЯКОВ, А. НИКИТИН
ДОБРЫЙ СЛЕД НА ЗЕМЛЕ
Сырой и пасмурной апрельской ночью 1915 года в Тверь приехал латыш. На ломаном русском языке спросил дорогу от вокзала в центр. Остановился временно у знакомых в Разгуляе — глухом рабочем районе. Это был Эдуард Звиргздынь, опытный подпольный партийный работник. Тогда ему было тридцать два года.
Родился он в Курляндской губернии. Смолоду ходил в помощниках у каменщиков и плотников, несколько лет был пастухом. Позднее Звиргздынь невесело шутил: «Мне легче, меня эксплуатировала собственная латышская буржуазия».
С революционно настроенными рабочими он знакомится в Риге в 1900 году, а уже весной 1903 года последовал первый арест за распространение листовок и участие в забастовках. В 1904 году вступает в партию.
Начало 1905 года было отмечено в Прибалтике массовыми выступлениями рабочих. Звиргздынь в рядах бастующих: готовит гранаты, ведет большевистскую агитацию. И снова арест, одиночка в известном своей жестокостью рижском каземате. Вышел из тюрьмы в 1906 году. А потом началась сплошная цепь тюрем и ссылок. Заполняя однажды анкету, Эдуард Христофорович на вопрос «Какие места РСФСР хорошо знаете?» ответил: «Прибалтийский край, Псковскую губернию, Минскую губернию, Тверь, Западную и Восточную Сибирь, Южный Урал». А за границей он знает Брюссель. Берлин, Гельсингфорс, куда выезжал по заданию партийных комитетов для установления связей и получения партийной литературы.
В Тверь он прибыл не в поисках тихой жизни, не стал отсиживаться в тени, хотя и знал, что за ним установлен гласный надзор полиции, что каждый его шаг фиксируется. Больше беспокоило другое: незадолго до его приезда царской охранке удалось выследить и разгромить местную партийную организацию; ее связи с центром
77


Э. X. Звиргздынь
были прерваны, сохранившиеся партийные силы разобщены. Нужно было решительно, энергично действовать, собирать активистов, развертывать пропагандистскую и организаторскую работу.
Уже на третий день после приезда Звиргздынь устанавливает связь с членом партии А. И. Криницким по кличке «Василий». Бывший московский студент имел знакомство с рабочими нескольких фабрик и заводов, знал надежных людей. Долго в
тот вечер беседовали они. Договорились о создании инициативной группы, которая взяла бы на себя всю работу по формированию партийных кружков и групп на предприятиях.
В инициативную группу вошли Криницкий, Вилкс, Викман и Звиргздынь. На крупных предприятиях развернулась широкая большевистская агитация. Собрания и массовки проходили в рощах за Волгой. Звиргздынь работал на Морозовской фабрике. Вместе с местными членами партии ему удалось создать три партийных кружка, в которые вошли 45 человек. Потом такие же кружки и группы возникли на Берговской мануфактуре и других предприятиях.
В конце августа была созвана общегородская конференция, которая подвела итоги работы, избрала комитет. Звиргздыню было поручено создать совет представителей заводов и фабрик, который впоследствии много сделал для объединения рабочих, активизации забастовочного движения.
Так постепенно разворачивалась большевистская пропаганда, началась подготовка текстов листовок, прокламаций, но выпустить прокламацию массовым тиражом удалось только в апреле—мае 1916 года.
78


Тверская полиция, уверенная в том, что в Твери социал-демократической организации нет, о чем доносилось по начальству, была буквально ошеломлена появлением на предприятиях листовки Тверского комитета партии. В городе поднялся переполох. Тверские власти получили изрядный разнос. Начались новые репрессии и неотступные слежки.
Скрываясь от преследований, Звиргздынь в июне 1916 года уехал в Кимры, где устроился работать фельдшером в местную больницу и с трудом приютился жить на квартире слесаря-механика В. И. Сушкова. Кстати, забегая вперед, скажем, что много позднее, когда Звиргздынь совершенно больной вернулся с гражданской войны, Сушков встретил его, как родного, и до конца дней его оказывал ему всяческую помощь. В Кимрах Звиргздынь и приехавшие с ним из Твери товарищи: А. Иванов, П. Викман, Бурштейн и другие — вскоре создали партийную группу, начали работать среди рабочих местных предприятий и в лазаретах среди раненых солдат, разъясняя им большевистские лозунги дня.
Но вот в далекое село Тверской губернии донеслись вести о Февральской революции. Звиргздынь и его товарищи начинают деятельность в легальных условиях. Развертывается упорная борьба за массы.
Кимрская буржуазия быстро разобралась в обстановке и старалась взять руководство событиями в свои руки. Она развернула пропаганду, призывая сохранять спокойствие и соблюдать порядок, ждать решений Временного правительства, которое, дескагь, знает и понимает нужды народа. Было видно, что богатеи всеми силами стремятся затормозить рост политической активности масс, помешать развитию революции, сохранить свое господство.
Группа большевиков во главе с Э. X. Звиргздынем обнажала ложь буржуазной пропаганды, разоблачала предательскую политику Временного правительства, разъясняла массам лозунги нашей партии: никакой поддержки Временному правительству, немедленно выйти из войны, развивать революционное творчество масс.
Но силы были слишком неравные. У кимрских большевиков не было ни своего печатного органа, ни настоящей поддержки в массах. Партийная организация еще только складывалась и не успела широко развернуть 79


свою деятельность. У местной знати, наоборот, было все: деньги, фабрики, подготовленные ораторы. Как только в Кимры докатилась весть об отречении царя, фабрикант Столяров по команде вывел рабочих на соборную площадь и заказал грандиозное молебствие за здравие и долголетие Временного правительства. В таких условиях тяжело было вести борьбу. Но Звиргздынь со своими товарищами не растерялся. Он входит в легальные организации, используя их трибуну для разоблачения махинаций буржуазии, пытающейся обмануть народ, готовит выступления своих товарищей на фабриках и в мастерских с целью объединения передовых рабочих вокруг партийной группы. Эдуард Христофорович ведет большую работу по созданию специальных групп из рабочих для охраны города, где вовсю распоясались уголовные элементы. Звиргздынь смотрел далеко вперед, рассчитывая в будущем из этих групп создать отряды Красной гвардии. Ему удалось договориться с рабочими тепловозного хозяйства, которые согласились взять на себя патрульную службу.
Одновременно он ведет активную работу по оформлению Кимрской партийной организации. Ему удается создать партийные группы среди рабочих-тепловозников, во втором коренном парке, где недовольные войной солдаты с каждым днем все больше революционизировались. В партийную группу вступают С. Лебедев, С. Большун и несколько других передовых рабочих. Инициативную группу в составе Звиргздыня, Бикмана, Бак- лаева Московский комитет партии утверждает в качестве комитета Кимрской партийной организации.
Теперь Звиргздынь выступал в местных организациях от имени партийного комитета, выражал волю партийного коллектива. Кимрские большевики собирали силы, несмотря на бешеную травлю их со стороны фабрикантов, купцов и кулаков, которые порочили Звиргздыня, окрестив его немецким шпионом, призывали не верить ему.
По просьбе Звиргздыня в Кимры приезжали из Москвы партийные агитаторы. Они выступали на массовых митингах, отвечали на вопросы, разоблачали измышления местной буржуазии.
К середине лета во втором коренном парке сложилась сильная большевистская организация, в которой
80


насчитывалось 200 человек. Среди солдат этой части было немало питерских пролетариев. Они оказывали сильное влияние на кимрских рабочих. Звиргздынь держал с этой партийной организацией тесную связь, часто встречался с ее активистами, заручался поддержкой в проведении в жизнь важнейших партийных лозунгов. Надо было очистить местные органы от контрреволюционных элементов, саботажников, активизировать деятельность Совета, завоевать в нем большинство, взять инициативу в свои руки.
В первой половине октября из Твери в Кимры приехал представитель Тверского партийного комитета. На секретном заседании Кимрского партийного комитета он сообщил, что нужно активно готовиться к захвату власти. По условному сигналу кимряки должны были отправить из второго коренного парка на помощь Твери военные броневики. Звиргздыню было поручено обеспечить поддержку местной милиции партийному комитету.
Начальником милиции был тогда ставленник буржуазии, ярый контрреволюционер, старый кадровый офицер. Буржуазная фракция в городской думе поддерживала его и на замену его никак не соглашалась. Звиргздынь начинает исподволь дезорганизовывать работу засоренной буржуазными элементами милиции. Ему удается устранить из аппарата милиции некоторых ненадежных работников и на их место ввести сочувствующих большевикам людей. Как представитель городской думы, Звиргздынь отдельные решения, которые входили в функцию милиции, осуществлял помимо нее, осуществлял так, как это нужно было партийному комитету. К 25 октября аппарат милиции был настолько дезорганизован, что кимрская буржуазия на нее опереться уже не могла.
Как только в Кимры дошла весть о вооруженном восстании в столице, немедленно собрался Совет рабочих и солдатских депутатов. На этом заседании был избран военно-революционный комитет, председателем которого стал Эдуард Христофорович Звиргздынь. Он сразу же связался с председателем партийной организации второго коренного парка. Был намечен план отправки двух броневиков в Тверь. Несмотря на отчаянное сопротивление офицеров воинской части, два броневика по
6 Рядовые ленинской гвардии
81


сигналу вышли на помощь Твери. Но по дорожным причинам замешкались в пути, а к тому времени в Твери юнкеров уже разоружили без сопротивления. Тогда Звиргздынь решает направить броневики с кимрскими добровольцами на помощь революционной Москве. Преодолевая сопротивление буржуазно настроенных властей, броневики пробились в Москву, где экипажи отличились смелостью и героизмом. В приказе по округу им была объявлена благодарность.
А в Кимрах местная буржуазия, пытаясь сбить с толку общественное мнение, распространила листовки и телеграммы о победах Керенского, о бегстве большевиков, об успешном продвижении войск Временного правительства на Питер и Москву. Объявления же ревкома задерживались. Звиргздынь отдает распоряжение об установлении на почте контроля ревкома, некоторые лжеинформаторы были арестованы.
Звиргздынь как председатель ВРК ведет деятельную работу по созданию устойчивого аппарата органов Советской власти. Правда, как это лучше сделать, большевики еще представляли смутно, так как информация из Питера и Твери поступала с большим запозданием, притом зачастую противоречивая и неясная. Звиргздынь направляет в Москву своих представителей, но ничего определенного они по приезде в Кимры сказать не могли.
По просьбе ревкома партийная организация второго коренного парка направляет в распоряжение Звиргздыня 200 надежных солдат. Некоторых из них ВРК вводит в состав кимрской милиции, в отряд Красной гвардии. На долю этого отряда выпало немало трудных дел. Он помогал наводить революционный порядок в Кимрах, выезжал на подавление контрреволюционных мятежей в Калязинский уезд, в Московскую губернию.
Функции ВРК в Кимрах были исчерпаны, вся полнота власти перешла к уисполкому. Звиргздынь занимал в то время в исполкоме пост заместителя председателя, являясь одновременно комиссаром охраны. Звиргздынь проводил в жизнь наиболее важные и ответственные решения уисполкома — о национализации буржуазной собственности, о налогах на местную буржуазию, о лик- в<идации очагов контрреволюции.
В аппарате уисполкома тогда кроме председателя и его заместителя состояли одна машинистка и делопро82


изводитель. Денег не хватало даже на оплату машинистки.
По решению уисполкома создается финансовый отдел, продовольственный, коммунального хозяйства, народного образования, земельный, дорожный. Советская власть в Кимрах твердо становилась на ноги. В прилегающих к Кимрам селах уисполком создает большевистские волисполкомы, которые возглавили вернувшиеся из армии солдаты. Волостные же земства, засоренные кулацкими прихвостнями, были распущены.
А когда в городе и уезде органы Советской власти укрепились, кимрские большевики с готовностью пришли на помощь москвичам. Несколько раз они внезжа- ли по просьбе Московского комитета партии в Подмосковье на подавление контрреволюционных мятежей. В Талдом отряд Красной гвардии из Кимр прибыл под командованием Звиргздыня глубокой ночою. Здесь кулаки подняли мятеж, убили двух советских работников. Звиргздынь действует быстро и решительно. Зачинщики бунта были арестованы без единого выстрела.
В начале 1918 года кимрская буржуазия, устраненная от власти, решает вернуть ее себе силсй. Об этом стало известно уисполкому. Исполком поручает Звиргздыню, как начальнику охраны, принять срочные меры.
Эдуард Христофорович расставляет на почте, телеграфе, в здании исполкома, на главных улицах города вооруженных коммунистов. С утра 28 января па площадь, к зданию исполкома стала стягиваться толпа. Многие были пьяны, слышалась брань в адрес партийных и советских работников, настроенные буржуазией враждебные элементы кричали о «грабительстве» большевиков, намекая на конфискацию имущества купцов и фабрикантов. Вот-вот должен был разразиться опасный конфликт.
Тогда Звиргздынь вышел к разъяренной толпе. Как всегда, спокойный, выдержанный, в чистом, отглаженном костюме, он невозмутимо выслушал угрозы и так же спокойно ответил, что возврата имущества эксплуататорам не будет, что Советская власть пришла в Кимры не на день, а навсегда. Он предложил толпе разойтись. Тогда раздался выстрел, пуля просвистела над головой Эдуарда Христофоровича. Пришлось отряду Красной гвардии, солдатам второго коренного парка присту6*
83


пить к действию. Толпа разбежалась, зачинщики бунта были арестованы.
Летом 1918 года из отряда Красной гвардии и из коммунистов охраны уисполкома создается в Кимрах рабоче-крестьянская милиция. В городе устанавливается революционный порядок. Эдуард Христофорович Звиргздынь в это время уже работал председателем Кимрского уездно-городского комитета РКП (б). Под его руководством партийная организация окрепла, пополнилась за счет передовых рабочих, солдат и крестьян, становилась той руководящей и направляющей силой, благодаря которой в городе и уезде успешно шло строительство новой жизни.
Весной 1919 года Э. X. Звиргздынь уходит добровольцем на Восточный фронт в составе 5-й армии и работает военкомом бригады, председателем военно-революционного трибунала. После тяжелых военных походов на востоке Звиргздынь в 1920 году в составе 27-й дивизии воюет на Западном фронте.
Возвратился Эдуард Христофорович в Кимры только в 1922 году тяжелобольным. Туберкулез легких и горла быстро подтачивал его здоровье. Работать он уже не мог, но без дела сидеть тоже не хотел. Звиргздынь часто заходил в отделы исполкома, которые он когда-то создавал, дружелюбно беседовал с работниками отделов, давал им ценные рекомендации, подсказывал, как вернее решить сложные задачи хозяйственного и культурного строительства.
Бывал он и в отделе милиции, с которой у него связано так много воспоминаний, рассказывал работникам поучительные истории, на конкретных примерах показывал назначение и долг советской милиции. Один из участников этих бесед вспоминал впоследствии: «После его простых бесед нам становилось как-то интереснее работать, мы яснее понимали свое назначение, свои задачи и важность нашей работы».
Всюду, куда бы Эдуард Христофорович ни заходил, он вносил ясность: настолько твердо верил он в нашу победу.
Умер Э. X. Звиргздынь в 1925 году. Весь город провожал его в последний путь.


н. КОЛОБКОВ
«ТОВАРИЩ ЛИСА»
Поездка на автобусе от Калинина до деревни Поддубки занимает не более получаса. Жизнь там теперь по- городскому шумная: днем и ночью проносятся автомашины и автобусы, летом на колхозных полях гудят трактора и комбайны. В деревне есть и школа, и магазин, и сельский клуб. Над крышами домов возвышаются телевизионные антенны. Все — как в городе.
Но старожилы хорошо помнят времена, когда настоящая жизнь обходила Поддубки стороной. Предполагают, что именно эти края имел в виду купец Морозов, когда писал: «Земли у мужиков нарезано скупо, да и нерадива она, так что они все больше на стороне отходом промышляют... Народ сильно бедствует...»
В этой нищей деревне родился в 1885 году Алексей Дмитриевич Хромов. Двенадцатилетним мальчишкой ушел он отсюда в Тверь и поступил на фабрику купцов Морозовых, где с малых лет гнул спину его отец, Дмитрий Хромов. Изо всех сил старался отец заработать хотя бы немного денег на поправку своего безлошадного хозяйства, но получил лишь злую чахотку, которая в сорок пять лет свела его в могилу.
Жизнь сына сложилась по-иному. Условия труда на фабрике были по-прежнему тяжелыми, но рабочие уже искали выход из беспросветной нужды. Молодой Хромов познакомился с передовой фабричной молодежью. На всю жизнь подружился Алексей с Дмитрием Склиз- ковым, Николаем Лебедевым, Федором Громовым, сыгравшими впоследствии видную роль в революционном движении тверских рабочих. Здесь же он получил и первую политическую закалку.
Расторопный и любознательный паренек обратил на себя внимание руководителей марксистских кружков. К Алексею вначале присматривались, проверяли в рабочих пикетах, охранявших тайные сходки в фабричной роще. Вскоре и сам он стал постоянным участником та-
85


ких сходок. А потом Хромову доверили распространение прокламаций Тверского комитета. Шагая на воскресенье в родную деревню Поддубки, фабричный паренек нес с собою листовки. Он ухитрялся не только подбрасывать их в людных местах, но и вовремя «находить», чтобы затем вслух прочитать крестьянам.
— Из молодых, да умница, — говорили об Алексее мужики. — Быть ему политиком...
Политиками тогда на¬
зывали тех, кто вел агитацию против царя и помещиков. Бедняки их уважали и охотно слушали, богатеи ненавидели.
Как-то само собою получилось, что Алексей стал вожаком сельской молодежи. Соберутся, бывало, ребята и девушки, а он предложит:
— Давайте споем новую песню. Нашу, рабочую... — И затянет «Дубинушку» или «Варшавянку». А то и «Смело, товарищи, в ногу».
Песни нравились, и крестьянские ребята охотно разучивали их. С интересом слушали они рассказы Алексея об отважных революционерах, о стачечной борьбе рабочих. Появился у них вкус и к запрещенным книгам.
Такие вечера не проходили бесследно. Постепенно в деревнях Поддубки, Новинки, Городня, Казино, Щеко- тово, Рагодино поднималась молодая революционная поросль.
Весной 1903 года Тверской комитет РСДРП решил проверить эту молодежь на деле. По поручению комитета в майские дни Алексей Хромов, Дмитрий Склизков и их товарищи организовали политическую демонстрацию во время праздничного гулянья в селе Пречистый Бор. Ребята спели «Дубинушку» и прошли с красным флагом по селу. Воодушевленные удачей, повторили демон86


страцию в других деревнях. Крестьяне впервые почувствовали себя участниками организованной революционной борьбы. 1 июля 1903 года ленинская «Искра» в статье «Демонстрации в деревне» сообщала: «26 мая в деревне Городне Новинской волости в праздник... собралось ребят человек 70... Около 3 часов пополудни с общего согласия порешили пройти по деревне с красным платком, привязанным на длинную жердь, на котором было написано мелом: «Долой царя!» Пропели хором «Дубинушку» и после каждого куплета выставляли требования: «Долой царя!», «Долой помещиков!». Шествие продолжалось минут пятнадцать, настроение хорошее, веселое.
31 мая в деревне Поддубки, той же волости, ходили по деревне и пели «Варшавянку», рабочую «Марсельезу», «Дубинушку»...»1 Во всем этом чувствовалась опытная рука вожака крестьянской молодежи.
В 1903 году А. Д. Хромов вступил в ряды РСДРП. Его конспиративное имя «Товарищ Лиса» становится популярным среди тверских рабочих и крестьян пригородных деревень. Это имя было выбрано не случайно: молодой революционер проявил себя изобретательным и ловким конспиратором. Сколько зажигательных листовок доставил он в рабочие районы и в деревню под самым носом у полиции!
Случались и провалы. В январе 1905 года Тверской комитет РСДРП поручил «Товарищу Лисе» доставить вышневолоцким рабочим листовку с призывом к стачке протеста против кровавых расстрелов. По доносу шпиков Алексея Хромова схватили и заключили в вышневолоцкую тюрьму.
Поднявшаяся по всей России революционная буря вызволила молодого большевика из рук царских жандармов. По заданию партии он выехал в родную деревню и стал активным организатором крестьян. На трехтысячном собрании крестьян в Новинской волости был выбран Совет крестьянских депутатов. Старшина и писарь со схода сбежали и больше в волостном правлении не появлялись. Секретарем Совета крестьяне избрали А. Д. Хромова и передали ему все делопроизводство. Теперь каждый желающий мог получить паспорт и 1 «Искра» № 43, 1 июля 1903 г.
87


уйти на работу в город. Совет призвал крестьян отказываться от посылки молодежи в царскую армию, организовал в деревнях сбор оружия и продовольствия в помощь тверским рабочим.
Морозным декабрьским утром 1905 года в Поддубки прибыл нарочный Тверского комитета. Он сообщил, что в Москве началось вооруженное восстание рабочих. На подавление восстания царь двинул из Петербурга свою личную гвардию. Необходимо срочно преградить путь карателям — перекрыть Николаевскую железную дорогу. В Твери сделать это не удалось — помешали войска и полиция. Стачечный комитет обращается за помощью к крестьянам.
По призыву волостного Совета у железной дороги собралось более трехсот человек. Среди крестьян было много молодежи, но пришли и пожилые мужики, были здесь и рабочие бастовавших фабрик и вагоностроительного завода. У обходчика отобрали гаечные ключи и начали развинчивать стыки между рельсами. Пилили телеграфные сголбы, рубили проволоку.
С небольшой группой отважных людей Хромов отправился на станцию Кулицкая. Здесь они разоружили жандармов и начальника станции, поломали телеграф и семафор. Движение поездов на дороге прекратилось.
После дерзкой операции Хромов вернулся в Поддубки. Ночью его дом окружили жандармы. Алексей успел передать матери револьвер, шепнул:
— Спрячь подальше. Если найдут — засудят!..
В дом ворвались полицейские. Начался обыск.
— Где протоколы вашего Совета? Где списки? Где оружие? — набросился на Алексея земский начальник.
Ничего не сказал молодой большевик. Избитого до крови, его заперли в холодную волостную «арестуйку», а затем перевезли в Тверь. Здесь черносотенцы грозились застрелить «крамольника» без суда и следствия. Тюрьма оказалась переполненной, и Хромова отправили в Вышний Волочек.
На следствии большевики держались стойко, все обвинения отвергали. Царским судьям так и не удалось доказать виновность Хромова. В апреле 1906 года его выпустили под залог.
Одну лишь неделю отдыхал Алексей в доме у мате88


ри. Как-то вечером к нему зашел Дмитрий Склизков и попросил помощи.
— Пока ты был в тюрьме, нам удалось изъять в губернской земской управе типографию и шрифты, — сообщил он. — Хранится все сейчас в разных местах. Нам надо доставить части типографии в Жирносово... Это приказ Тверского комитета...
— Если партия велит, надо выполнять, — с обычным спокойствием ответил Алексей.
Ночью он был уже в деревне Щекотово. Оттуда вместе с товарищами затемно перенес в мешках шесть пудов типографского шрифта. Под утро запряг лошадь и поехал в Городню. Там Дмитрий Склизков добавил на воз разобранное на части оборудование типографии, и они тронулись в город.
Когда на телегу погрузили станок и шрифты, небольшой с виду воз оказался очень тяжелым. Худая лошаденка едва тащила его. Ехать же предстояло через охраняемый полицейскими мост. Сверху на телегу взвалили плуг и полмешка овса. Поехали.
Когда приблизились к мосту, Хромов, одетый в старый армяк, подпоясанный кушаком, поглубже нахлобучил шапку и со словами: «Не робей, ребята, пронесет!» — зашагал сбоку, подхлестывая лошадь кнутом. Дмитрий Склизков смешался с прохожими и наблюдал со стороны. Воз с торчащими вверх ручками плуга не вызвал подозрений и благополучно миновал полицейских.
До Жирносова тащились почти целые сугки. Здесь станок был собран, и типография заработала. Задание комитета было выполнено.
Работать большевикам приходилось в очень тяжелых условиях. Повсюду шныряли стражники, шпики, полицейские, производились обыски и аресты. Часто наведывались они и в дом Хромовых. Алексей старался не показываться им на глаза — уходил в лес.
Чтобы замести следы, Хромов уехал в Москву и поступил на завод Гужона. Но «беспокойный» его характер проявился и там: в 1907 году за участие в нелегальных собраниях Алексея арестовали и выслали в Тверь.
К этому времени полицейские уже собрали обширный материал о революционной деятельности Хромова и его друзей. В 1908 году он предстал перед царским су89


дом и был приговорен к заключению в крепости с последующей высылкой в деревню.
Как ни тяжелы были условия каторжной тюрьмы, Хромов не терял зря времени. Он находил возможность учиться: беседовал с товарищами по камере, многое прочитал, передумал и взвесил. Но в выборе окончательного решения не колебался: борьба до победы!
Из тюрьмы Алексей вернулся осунувшийся, с побелевшими волосами.
Его ждали. Ждали товарищи, ждала мать, ждала любимая девушка Паша из соседней деревни.
— Как только устроюсь на работу, поженимся, — шепнул ей Алексей.
— Мать говорит, что за каторжника замуж не выдаст, — залилась слезами девушка.
— Выдаст! — уверенно сказал Алексей. — Не враг она нам...
В 1911 году Хромову удалось получить паспорт. Но поступить в Твери на работу в те годы было не просто. С помощью верных друзей Алексей устроился наконец на вагоностроительный завод. После революционной бури 1905 года здесь чувствовалось затишье. Дела завода шли плохо, над ним был учрежден административный надзор кредиторов. Каждые две недели рабочим давали расчет и затем нанимали их заново. Всех подозрительных заносили в «черные списки» и на завод не прини мали.
Вместе со своей бригадой Хромов впрягся в тяжелую рабочую лямку: перетаскивал на плечах многопудовые стальные балки, возил по заводу груженые вагонетки, толкал плечом вагоны. Вся «механизация» в те годы основывалась на мускульной силе рабочих.
С администрацией Хромов был подчеркнуто вежлив.
— Переменился наш Лиса, — шептались некоторые рабочие. — Семьянином стал, угомонился...
Но они ошибались. Семья нисколько не мешала партийным делам Алексея. Сказывалась суровая школа борьбы: беззаботный и дерзкий паренек превратился в умного и осторожного руководителя подпольной работы.
К весне 1912 года на вагонном заводе наступило заметное оживление в революционной работе. В ряды борцов вставали молодые рабочие, группировавшиеся во90


круг кузнецов Сергея Веселова, Сидора Белова, Павла Байкова и их товарищей.
В апреле 1912 года весь завод всколыхнуло известие о Ленском расстреле. В мастерских появились доставленные Хромовым листовки Тверского комитета РСДРП, призывающие к забастовкам протеста.
Вскоре стали поступать первые номера ленинской газеты «Правда». Рабочие все чаще собирались за Горбатым мостом или на речке Межурке на тайные сходки. Собирались, соблюдая все правила конспирации. Алексей Хромов часто выступал здесь перед собравшимися.
Появлялись все новые помощники: на завод пришли высланные из других городов большевики-ленинцы Алексей Соколов, Николай Клериков, Федор Шибаев. Сложилась сильная группа правдистов, организовавшая свою тайную почту для доставки номеров «Правды». Они успешно провели сбор средств в фонд рабочей газеты, организовали на заводе первомайскую стачку.
В июне в Тверь пришла весть от бастующих питерских рабочих. Опи просили вагоностроителей поддержать их стачкой солидарности: отказаться от ремонта переправленных из столицы спальных вагонов.
Большевики тут же созвали собрание рабочих. Было решено: призвать рабочих к солидарности с питерцами и не ремонтировать присланные вагоны. Несмотря на попытки администрации прельстить вагоностроителей двойными расценками, тверяки объявили столичному заказу бойкот.
Полиция стала выявлять смутьянов. В ответ на начавшиеся репрессии Хромов и его товарищи усилили распространение на заводе «Правды». В отдельные дни рабочие получали до двухсот экземпляров газеты.
В 1913 году рабочие вагоностроительного завода избрали А. Д. Хромова в правление больничной кассы. Эта легальная организация давала хорошие возможности для встреч с людьми и для большевистского влияния на рабочих. И Хромов умело использовал их.
Начало империалистической войны тверские вагоностроители встретили антивоенной демонстрацией. В мае 1916 года под руководством А. Д. Хромова и Ф. Е. Шибаева они провели многодневную забастовку. Это было самое крупное антивоенное выступление в Твери.
91


Царская полиция обрушилась на большевиков. Начались аресты. Чтобы не попасть в руки жандармов, Хромову пришлось срочно уехать на окопные работы.
Февральская революция застала А. Д. Хромова в прифронтовой полосе. Узнав о свержении царя, он поспешил в родную Тверь. Вагоностроители сразу же избрали Хромова председателем заводского комитета и депутатом в городской Совет.
Зрелый революционер, А. Д. Хромов твердо стоял на ленинских позициях, разъяснял товарищам, что революция только началась. Надо готовиться к свержению власти буржуазии, бороться за власть рабочих и крестьян.
Как и в бурные дни 1905 года, Хромов успевает всюду. Он отстаивает права рабочих в заводском комитете, разоблачает на митингах меньшевиков и эсеров, шагает во главе отряда Красной гвардии, дежурит на телеграфе и телефонной станции. Вместе с В. А. Алексеевым и П. Тимофеевым он привозит с военного склада целую автомашину оружия и раздает его красногвардейцам.
В дни Октября Хромов — член Тверского военно-революционного комитета. Большевистский по своему составу ревком действовал решительно и оперативно. Благодаря принятым ревкомом экстренным мерам переход власти в Твери в руки Совета был осуществлен без вооруженной борьбы. После установления Советской власти А. Д. Хромов стал членом коллегии губернского совнархоза. А когда был национализирован вагоностроительный завод, на котором Хромов многие годы вел революционную работу, ему доверили управление предприятием. Он стал его первым красным директором.
Теперь Хромов отвечал за весь завод, за судьбу трехтысячного коллектива. А время стояло тяжелое, не было продовольствия, металла, топлива, материалов. Старые специалисты пытались организовать саботаж. Лучшие активисты уходили на фронты гражданской войны, в продовольственные отряды и органы управления.
Верный сын партии не растерялся. Он брался за решение самых сложных вопросов. Работать приходилось дни и ночи, забывая подчас о родном доме, о личных нуждах. Революционная закалка, энергия и воля очень помогли Хромову в те годы.
Когда в конце 1921 года завод остановили на длительную консервацию, А. Д. Хромов стал работать за92


местителем председателя Тверского уездного исполнительного комитета. Затем его избрали секретарем Весье- гонского уездного комитета партии. Не раз партия доверяла А. Д. Хромову ответственные посты, и он с жаром брался за любое дело. Его хорошо помнят старые коммунисты Нижнего Новгорода, работавшие с ним в годы первых пятилеток.
«Наш дедушка Хромов» — с уважением называли Алексея Дмитриевича коммунисты Кировской области, где он длительное время был секретарем парткомиссии.
Последние годы своей жизни А. Д. Хромов работал в Ухтомском, а затем в Истринском районе Московской области. Умер он в 1949 году. Калининские вагоностроители поставили на его могиле памятник.
Каждый из многочисленных посетителей заводского музея обязательно задерживается перед портретом очень простого, как-то по-домашнему знакомого человека в косоворотке. Люди подолгу всматриваются в его лицо, в чуть прищуренные добрые глаза. Так и кажется, что вот сейчас улыбнется с портрета наш неугомонный «Товарищ Лиса» и скажет:
— Какие же вы счастливые, дети мои!..


И. Р А ЗЖ И В И Н
ТВЕРСКАЯ ТКАЧИХА-РЕВОЛЮЦИОНЕРКА
Саша Дуденевская — под таким именем знали большевики тверского подполья сероглазую девушку с русой челкой на лбу. Партийная кличка ткачихи Александры Филипповны Чесноковой-Громовой пошла от назва1ния ее родной деревни.
Дуденево уютно разместилось на крутом берегу Тьмы, при ее впадении в Волгу. В семье крестьянина Филиппа Громова было девять душ, а надел земли — всего-навсего на две души. Собрав с этого клочка земли скудный урожай, отправлялся Громов на всю зиму в Москву — вывозить на своей лошади снег из города. Перебивались, как говорится, с хлеба на квас.
Летом 1895 года в Дуденево на дачу приехал из Петербурга Сергей Семенович Костромин с семьей. Прогрессивно настроенный интеллигент, придерживавшийся народнических взглядов, пытался среди крестьян распространять дух народовольства. Он попросил Громова отпустить к нему девятилетнюю Саню приглядывать за трехгодовалым ребенком. Тот охотно согласился — люди добрые, отзывчивые. Не стал возражать и когда Костромины взяли девочку в Петербург.
В городе Саша Громова самоучкой познала грамоту. Читать начала с детских сказок. Были в хозяйской библиотеке и книги о тяжелой жизни рабочего люда, о жестокости богачей. Вспоминая беспросветную нужду односельчан, Саша особенно тянулась к этим книгам.
Нередко в квартире Костромина собирались его знакомые. Они допоздна горячо спорили о путях революционной борьбы. Девочка прислушивалась к их спорам и, хотя понимала еще мало, догадывалась, что пути эти опасные и очень тяжелые.
Недолго Саша прожила в Петербурге. Однажды ее хозяина арестовали как народовольца, а спустя некоторое время девочка узнала, что Сергей Семенович в тю-
94


ремной камере покончил с собой. Саша вернулась в деревню, к родителям.
Кончался девятнадцатый век. В малоземельном хозяйстве отца Саша встречает прежнюю нужду. Теперь она уже другими глазами увидела тяжелую, беспросветную жизнь односельчан. Ей хочется хоть чем-то скрасить их будни, хоть чем-то порадовать их. В памяти ее живет «Снегурочка», увиденная в Александрийском театре. Никак не выходит из гоА. Ф. Чеснокова
ловы сказка. «А что, если устроить театр в тятином сарае?» — приходит ей в голову озорная мысль.
И через какую-нибудь неделю она вовлекает в свою «труппу» Васюшу и Феню Егоровых, Дуню Воронину, младшего брата Федю и сестренку Пашу.
...Июньский погожий вечер на Ивана Купала. Разгулялся народ в Дуденеве. Тут крестьяне из Городни, ши- ряковские мужики, зеленцовские и из других окрестных деревень. Люди толпятся возле сарая Филиппа Громова. Внутри — негде яблоку упасть: «Санька Громова представление показывает!»
Сцена — сколоченный из досок помост — украшена молодым кудрявым березняком. Возле пола полыхают голубизной ситцевые ленты. Мигают керосиновые лампы.
На воображаемый берег синего моря выходит Фе- дюнька Громов с бородой изо льна и кличет золотую рыбку.
— Чего тебе надобно, старче? — спрашивает Санька — золотая рыбка.
— Смилуйся, государыня рыбка, — отвечает «старик». — Что мне делать с проклятою бабой? Хочет, чтобы в окияне-море ты сама ей служила...
— Ничего не будет твоей старухе! — кричит «рыбка» и, тряхнув, будто хвостом, русой косичкой, исчезает.
95


Долго не смолкают дружные аплодисменты. Старики прячут улыбку в бороду. Бабы шикают на разгалдев- шуюся детвору. «Ай да Санька! — переговариваются между собой мужики. — Ну и девка!»
«Сказка о рыбаке и рыбке» А. С. Пушкина, «Конек- Горбунок» П. П. Ершова — это Сашины «премьеры». Но делу — время, а потехе — час. Надо помогать семье. И в 1901 году старшая сестра Саши — Ксения, ткачиха на тверской фабрике Залогина, упросила мастера принять ученицей свою младшую сестренку.
Фабрика, мрачная и закоптелая, произвела гнетущее впечатление на шестнадцатилетнюю девушку. Работа от зари до зари за нищенскую оплату, бесконечные штрафы. А в казарме — еще хуже. После десяти часов вечера в казарму не пускали, опоздавшие шли через сторожевую будку. Здесь каждого обыскивали и ругали нещадно за опоздание. «Спальня» напоминала тюрьму. Койки в два яруса. В одной комнате, поделенной ситцевыми занавесками на отсеки, ютится по пять-шесть семей. «Вот она, тяжелая жизнь рабочих людей! — вспоминала Саша речи в квартире Костроминых. — Нет, так дальше жить нельзя».
Она поделилась своими мыслями с рабочими, которым доверяла. В 1902 году ее привлекают к работе подпольного социал-демократического кружка, действовавшего на залогинской фабрике. И вот Саша Громова уже ведет политическую агитацию, выступает на митингах в Жолтиковой роще, призывая рабочих к борьбе против самодержавия, насилия и произвола капиталистов. Ее слова падают на благодатную почву. В том же году, организовав стачку, залогинские рабочие два с половиной часа держали фабрику в осаде, пока два эскадрона драгун силой не заставили их разойтись.
В 1903 году Александра Громова вступает в члены Тверской организации РСДРП. Наделенная от природы смелостью и решительностью, Саша с рвением и настойчивостью выполняет ответственные партийные поручения, часто связанные с большим риском. Она распространяет прокламации в деревне, организует крестьянские демонстрации с красными флагами и революционными песнями.
Каждую субботу Саша приходит в деревню. Приносит с собой листовки, книги. «Помню, как Саша принесла до96


мой запретные листовки, — рассказывает ее брат Федор Филиппович Громов. — Вместе с Сашей пошли распространять их по деревням маляр Иван Карпухин и я. За ночь расклеили на воротах в Ширякове, Зеленце и Го- родне более полусотни прокламаций».
Суббота и воскресенье стали настоящими праздниками для крестьян, особенно для молодежи. Энергия Саши была неистощимой. Театрализованные представления она перенесла из сарая под навес большой риги. Придумывала и разыгрывала интермедии по русским народным сказкам. Разучивала с хором революционные песни: «Смело, товарищи, в ногу», «Отречемся от старого мира», «Вихри враждебные», «Дубинушка», «Замучен тяжелой неволей» и др. Без устали могла читать поэмы Н. А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо», «Русские женщины». Любила рассказывать про Степана Разина, Емельяна Пугачева.
Ни одни посиделки не обходились без Громовой. Остроумные частушки, сочиненные народом песни, высмеивающие фабрикантов, не сходили с уст Саши. В избе раздавался ее звонкий голос:
Вы послушайте, товарищи-друзья, Песню новую спою сейчас вам я. Я спою вам про рабочих и ткачей, Как работают они на богачей.
Богачи за труд им грошики дают, Потому бедняги голодно живут. Вы проснитесь-ка, рабочие-друзья, Не довольно ль нам обиду терпеть зря! Разогнемте наши спинушки И возьмем в руки дубинушки!
В семье Саши сочувственно относились к ее революционной деятельности и нередко помогали ей выполнять партийные задания.
Вот отец Филипп Яковлевич Громов настороженно «прогуливается» вокруг дома, в то время как Саша «говорит запретные речи» собравшимся в избе односельчанам.
Студеной ночью Громов вместе с сыном Федей прячет в своем сарае оружие, привезенное в Дуденево большевиком А. Д. Хромовым. Оружие собирали у крестьян близлежащих деревень, с тем чтобы переправить его тверским рабочим.
7 Рядовые ленинской гвардии
97


11 августа 1905 года в Твери забастовали рабочие стекольного завода Курова. Александра Громова вместе с рабочими-большевиками Д. Ф. Федоровым, А. А. Кокуновым и другими организует 12 августа забастовку на залогинской фабрике в поддержку стекольщиков. На работу не вышли 1500 человек. У главной конторы на митинг собралось до 700 рабочих. Требовали повысить зарплату, улучшить бытовые условия в казармах.
«Товарищи! Мы не можем больше мириться с теперешней своей жизнью, — говорила на митинге Громова. — Довольно горя и страданий. Довольно непосильного труда. Народ должен взять судьбу в свои руки!»
Рабочие тверских фабрик в конце октября создают Совет рабочих депутатов, в состав которого от фабрики Залогина избирают Александру Громову.
Но хозяева фабрики постарались избавиться от «зачинщицы беспорядков». Громову увольняют с фабрики, заносят в «черные списки». А вскоре произошли следующие события. Подпольную типографию Тверского комитета выследила полиция. Надо было срочно перевести ее в другое место. Из Петербурга приехал специалист-наборщик. Хозяйкой нелегальной квартиры на Ямской улице (ныне улица Вагжанова), где было решенообору- довать типографию, пригласили Сашу Громову.
Типографию на новую квартиру перевезли 1 января 1906 года.
— Квартира неудобная, — осмотревшись, сказала Громова. — Окна низкие, и через них с улицы видно, что делается в квартире. А полицейские то и дело шныряют...
Повесили занавески. Занялись разбором шрифта. Пришел наборщик с оригиналом листовки. А через несколько минут дом окружила полиция. Провал! Все, кто находился в подпольной типографии, были арестованы.
«Саньку взяли за политику», — сообщили товарищи родителям в деревню.
Родные Саши приехали в Тверь, чтобы повидать ее.
— Порядочным родителям с такой дочерью нечего знаться! — взревел на них начальник тюрьмы.
Свидание разрешили только через два месяца. Около года Громова была за решеткой. Судили ее как соучастницу подпольной типографии. Но «свой» адвокат сумел доказать, что Громова всего-навсего нанялась в типографию уборщицей.
98


После тюремного заключения от Александры Громовой всюду отмахивалась, на работу не брали. И только либерально настроенные врачи земской больницы согласились принять ее няней в детский заразный барак.
В 1909 году на ткацкой фабрике Берга открылась вторая смена, понадобились рабочие руки, и Громова снова поступает ткачихой на фабрику.
В 1910 году Александра выходит замуж за товарища по совместной борьбе, подпольщика-революционера Арсения Васильевича Чеснокова. Вместе с мужем участвует она в экономических и политических стачках, уличных демонстрациях.
В 1913 году А. Ф. Чеснокову-Громову избирают членом Тверского комитета РСДРП.
По поручению Тверского комитета РСДРП в апреле 1914 года А. Ф. Чеснокова-Громова вместе с А. В. Чесноковым, М. А. Некрасовым, А. А. Ивановым размножила на гектографе более трехсот экземпляров воззвания «Первое мая». Прокламации распространили в фабричных районах Твери. Гектограф зарыли в подвале дома, где жили Чесноковы.
И тут Александру Филипповну вдруг охватила какая- то тревога. То ли засомневалась в ком-то из тех, кто знал о гектографе, то ли заметила что-нибудь неладное. «Лучше будет, если я одна буду знать, где спрятан гектограф», — решила она, выкопала его из подвала и спрятала в огороде.
Накануне Первого мая Чесноковы долго сумерничали. Настроение было приподнятое. Большевики хорошо поработали: первомайское воззвание попало на все предприятия Твери, в подпольных кружках проведены собрания. Завтра, в день международной солидарности рабочих, тысячи тверских пролетариев будут участвовать в политической стачке.
В дверь постучали. Громко, настойчиво. Полиция. Стали что-то искать. Перерыли буквально все.
— Где подвал? — зыкнул на хозяйку городовой. — Веди!
Спустились. Александра Филипповна заметила, что жандармы с особой тщательностью прощупывают землю в том месте, где был прежде спрятан гектограф.
Ничего не обнаружили, но тем не менее Александру Филипповну и Арсения Васильевича арестовали. Дома 7*
99


остался без присмотра малолетний сынишка Вовка. После долгих настойчивых требований Чесноковой-Громовой разрешили взять сына в тюрьму. В тюрьме под следствием держали шесть месяцев. Суда так и не было. Освободили за отсутствием улик. Довольно яркая характеристика давалась Чесноковой-Громовой в полицейских документах: «Подтверждающих данных в отношении Чесноковой перепиской не установлено, но агентурой она отмечается как личность несомненно партийная, оказывающая весьма вредное влияние на рабочую среду, с коей соприкасается» Г
В 1915—1916 годах Александра Филипповна — одна из активисток подпольной организации на Рождественской мануфактуре Берга. В конце октября 1915 года у нее на квартире состоялось собрание Тверского комитета с партийным активом.
Тверские большевики поддерживали тесную связь с Петроградским комитетом партии. В июне 1916 года Чеснокова-Громова участвует в распространении полученной от Петроградского комитета РСДРП листовки «Стачечное движение и задачи момента». Листовка разъясняла империалистический характер войны и призывала превратить ее в войну гражданскую.
С первых дней Февральской революции А. Ф. Чеснокова-Громова ведет большую работу уже в легальных условиях среди женщин-работниц фабрики Берга. Разъясняя Апрельские тезисы Ленина, она убеждает рабочих в том, что Советы могут и должны взять власть в свои руки.
А. Ф. Чеснокову-Громову выбирают в члены фабричного комитета. Большевистский фабком на фабрике Берга добился введения восьмичасового рабочего дня, контролировал поступление сырья, заботился о снабжении рабочих. А 5 сентября 1917 года фабком выносит решение о необходимости «добиваться власти из представителей революционного пролетариата и крестьянства».
В первые годы Советской власти Чеснокова-Громова отстаивает ленинскую линию партии, ведет борьбу с меньшевиками и эсерами, активно участвует в восстановлении экономики после разрухи, в снабжении населения продовольствием.
1 ГАКО, ф. 927, ед. хр. 2208, л. 156.
100


Тверская парторганизация поручает Чесноковой-Громовой организовать детский дом в помещении бывшей архиерейской дачи. Александра Филипповна заменяет мать голодающим малолетним детям, оставшимся без родителей.
Но ткачиху тянет к станку, и она снова приходит на бывшую фабрику Берга. По-прежнему ведет большую партийную работу. Она — заместитель секретаря парткома. Вскоре ее выдвигают на должность заместителя директора фабрики.
После окончания в 1926 году Тверской совпартшколы А. Ф. Чеснокова-Громова — на посту директора бывшей залогинской фабрики.
В 1930 году ЦК ВКП(б) направляет ее на Высшие академические курсы. По окончании их она работает директором одной из подмосковных ткацких фабрик.
Последние годы жизни А. Ф. Чеснокова-Громова жила под Москвой — на станции Челюскинская, в поселке старых большевиков.
Александра Филипповна вырастила сына и двух дочерей. Дети вправе гордиться своей матерью. Она была первой тверской ткачихой-революционеркой, верной дочерью ленинской Коммунистической партии.


В. ШИКОВ
МАТРОС С «АВРОРЫ»
На филологическом факультете Калининского педагогического института коллоквиум по творчеству писателя Новикова-Прибоя начался необычно. Профессор вошел в аудиторию с седым, кряжистым стариком.
— Вы, конечно, все читали рассказ «Попался»? — Профессор сделал паузу, посмотрел на лица студентов и продолжал: — Но, видимо, далеко не каждый знает, что герой этого произведения — лицо не вымышленное, а реальное. Писатель даже фамилию его не изменил. Герой рассказа — наш земляк Иван Сергеевич Круглов. Вот он сидит перед вами.
Профессор показал на старика. Студенты зааплодировали.
Иван Сергеевич Круглов родился 26 ноября 1886 года в деревне Новозастолбье, что ныне в Рамешковском районе Калининской области. Бедность и малоземелье вынудили его в ранней юности покинуть родные места. Батрачил, жил в «людях», был землекопом и лесорубом, работал на заводе в Твери, затем у купца в Москве; от него уехал в Петербург. В летние месяцы работал шкипером в пароходстве, а когда заканчивалась навчхация, трудился на ткацкой фабрике.
В девятнадцать лет Иван Сергеевич Круглов вступил в ряды ленинской партии. Это было в 1905 году. С тех пор и началась его активная революционная деятельность.
Круглов был свидетелем чудовищного расстрела мирной демонстрации 9 января у Зимнего дворца. В первую русскую революцию он сражался на баррикадах Петербурга, распространял среди рабочих и матросов нелегальную литературу, прокламации, листовки. Однажды чуть было не попался. Об этом случае, который лег в основу рассказа Новикова-Прибоя, Иван Сергеевич и поведал студентам.
В конце 1908 года И. С. Круглов был призван надей- 102


ствительную военную службу в Балтийский флот. Это был периодре- акции. За революционную деятельность вешали, ссылали на каторгу. Живая мысль душилась. Приходилось всячески изощряться, чтобы приносить в роту запрещенную литературу и листовки. Конспиративная квартира была у старой прачки Петровны. Она жила в подвале, голодала. Под полой шинели Круглов носил прачке суп с матросской кухни,
И. С. Круглов
а от нее возвращался с «нелегальщиной».
— Я, — вспоминал Иван Сергеевич, — благополучно миновал дежурных, стоявших у ворот, свернул в переулок и... столкнулся с капитаном второго ранга Шварцем. Лютый был офицер, этот Шварц. Я вздрогнул и моментально вскинул правую руку к фуражке, а левую машинально дернул из кармана. Слышу, суп потек по ноге.
«Что несешь?»
Я не знал, что сказать. Молчал.
«Почему не отвечаешь?» — заорал офицер.
«Жидкость, ваше высокоблагородие».
«Что?» — взвизгнул Шварц.
«Виноват... это... это...»
Шварц отвернул полу моей шинели, увидел котелок с супом, а в карманах нащупал куски хлеба.
«Твой билет», — потребовал офицер. Я показал. Он посмотрел документ и окончательно рассвирепел:
«Одного со мной экипажа? Воровством занимаешься? Казенное добро таскаешь?»
«Никак нет, ваше высокородие. Это остатки... В помойную яму их выбрасывают».
«Молчать, скотина! Отвечай, куда этот хлеб и суп несешь?»
103


«К старушке одной. Прачка она. Белье нам, матросам, стирала, а теперь вот захворала».
«Ты ей продаешь провизию?»
«Никак нет. Так отдаю. Из жалости».
Офицер решил проверить. Приказал:
«Веди меня к этой старухе».
Я привел Шварца в один из дворов. Спустились в подвал, сырой, темный.
Капитан второго ранга хотел было учинить обитателям трущобы допрос, но, когда увидел в кровати растрепанную седую голову старухи, ее худое, мертвенно- бледное лицо, помутневшие, слезившиеся глаза, смутился, покраснел и произнес:
«Извините... как вас... супу вам матрос принес^.
Старуха молчала. Шварц сунул ей рубль и вышел. Опорожнив котелок и карманы, я последовал за ним. На улице капитан сказал:
«За доброту твою хвалю, молодец!»
«Рад стараться, ваше высокоблагородие!»
«Подожди стараться. Слушай дальше. А за то, что нарушил закон...»
Шварц долго думал над тем, какое наказание применить за нарушение закона. С одной стороны, ему мерещилась убогая, затхлая жизнь в подвале, забытая богом и людьми старуха и благородство матроса. С другой стороны, ему, солдафону, не позволяла строгость простить матросу нарушение установленного военным уставом порядка.
Кончилось тем, что на дворе экипажа, против канцелярии приказал мне идти в роту и, когда я отошел от него, крикнул вслед:
«Слушай! Пойдешь на двое суток в карцер!»
«Есть в карцер!» — отрапортовал я, радуясь, что проверка окончилась столь благополучно. Офицер в этой истории не заподозрил ничего иного, кроме простодушной матросской благотворительности...
Время идет неумолимо. Уже перевалило за полстолетие с того дня, как выстрел «Авроры» возвестил миру начало социалистической эры. Немного осталось живых свидетелей и участников тех легендарных событий. Еще меньше осталось коммунистов, которые встали под знамя ленинской партии в годы первой русской революции. Их жизнь для поколений стала мерой мужества, стойко104


сти, подвига. Такой была и жизнь Ивана Сергеевича Круглова- Шестьдесят шесть лет носил он у сердца билет члена Коммунистической партии. И все эти годы прожиты им на самом резком ветру современности, в борьбе за счастье трудового народа.
В 1905 году И. С. Круглов в Петербурге познакомился со своим земляком — Михаилом Ивановичем Калининым.
В мрачные годы столыпинской реакции Иван Сергеевич ведет революционную работу в городе Либаве, среди личного состава торгового флота Восточно-Азовского коммерческого общества, затем среди моряков Балтийского флота. Однажды Круглова выследил и выдал боцман.
После многомесячного заключения в карцере Иван Сергеевич попадает служить на крейсер «Аврора». На этом корабле он уходит в дальнее плавание по курсу: Балтика — Па-де-Кале — Гибралтар — остров Крит. Во время остановок в иностранных портах Круглов от русских политических эмигрантов получал нелегальную литературу и, рискуя жизнью, проносил ее на военный крейсер.
Пронюхав о революционной пропаганде на крейсере, офицеры заметались... Начались повальные обыски. Нашли «нелегальщину» у двух-трех матросов и арестовали человек восемнадцать — двадцать, в том числе и Круглова. Прямых улик против матроса-сигнальшика Круглова не было, но его держали под стражей, мучили бесконечными допросами.
— Как это ты, большевистская зараза, попал к нам на корабль?! — истерично завопил командир крейсера, когда к нему в каюту ввели Ивана Сергеевича.
— Пришел служить его величеству государю императору! — не моргнув глазом, отчеканил арестованный.
Капитан «Авроры» опешил от такого ответа. Одумавшись, пустил в ход последний козырь: назвал его партийным именем — Ваня Шкипер.
— Откуда у тебя эта кличка?
— Это не кличка, ваше высокоблагородие. Шкипер — это моя довоенная профессия, которую я приобрел в пароходстве.
Целый год держали Круглова в одиночной камере.
105


Следователи применяли шантаж, провокации, но ничего не добились от Ивана Сергеевича.
«Воспоминания об аресте, допросах, угрозах, — пишет И. С. Круглов в своей автобиографической книге «Незабываемые годы», вышедшей двумя изданиями, — наводили порой на очень грустные размышления. Когда же будет суд? Как он пройдет и чем кончится? Приговор может быть жестокий, ведь нас обвиняли чуть ли не в государственной измене. Тут шутки плохи. Я знал, как царские палачи расправлялись с революционными моряками в 1905—1906 годах. Судили матросов пачками, приговаривали их к смертной казни. Однажды большую группу арестованных посадили на баржу, вывезли в море и утопили. Многих отправили в ссылку, на каторгу. До нас доходили слухи, что моряки, сосланные на Крайний Север, болели и умирали там.
Я похудел, осунулся. В двадцать три года на висках появилась проседь. Приходивший в тюрьму «на исцеление заблудшего сына» поп выражал мне «сочувствие».
Временами я утешал себя тем, что прямых улик против меня нет, литературы, оружия у меня не нашли. Надо набраться терпения, мужества.
Мало-помалу освоился с тюремной обстановкой, научился перестукиваться через стенку с соседними камерами, на пальцах переговариваться с заключенными во время десятиминутных прогулок на тюремном дворе. Среди моряков в ходу был особый шифр-алфавит, и, пользуясь им, они писали друг другу записки. Этот алфавит сохранился у меня на руке: он наколот тушью...
Спустя некоторое время нас, моряков, судили совместно с рабочими в Петербургском окружном суде «по делу 68-ми». На скамье подсудимых находилось шестьдесят пять человек. Трое до суда, еще во время предварительного заключения, покончили жизнь самоубийством».
Несмотря на негласное судилище, о нем узнала общественность Петербурга. В знак протеста против суда по заводам и фабрикам прокатилась волна забастовок. В столице поднялся большой шум. В процесс вмешались прогрессивные члены Государственной думы.
Круглову статью 149 (смертная казнь через повешение) заменили другой — до пяти лет дисциплинарного 106


штрафного батальона, и, наконец, во второй инстанции военно-морского суда Круглов был осужден к одиночному заключению на три года с зачетом предварительного заключения.
Затем Ивана Сергеевича освободили от одиночного заключения и перевели в матросы-штрафники.
Шел 1912 год. Партия собирала силы для нового наступления на царизм. Круглов ведет агитацию среди моряков на судне «Мечта». Поддерживает связь с кронштадтскими моряками, доставляет им из Петербурга политическую литературу.
Накануне первой империалистической войны, демобилизовавшись с военной службы, Иван Сергеевич доставляет политическую литературу в Тверь, на вагонный завод, и в деревни Бежецкого уезда.
Первая империалистическая война застала Круглова в Финляндском пароходстве, где он работал шкипером.
Началась мобилизация. Круглова направили во 2-й Балтийский флотский экипаж, матросом на военное судно — на минный заградитель «Нарова», который стоял в Кронштадте.
На это судно прибыла мать царя. Она прошла перед строем, благословила матросов и дала каждому маленькую иконку. Как только свита удалилась, Иван Сергеевич первый швырнул иконку за борт, в морскую пучину. За ним побросали остальные. Круглов разъяснял морякам взгляды Ленина на империалистическую войну.
В феврале 1917 года моряки избрали Ивана Сергеевича председателем революционного судового комитета. В конце апреля Центробалт посылает его в Петроград на военную конференцию большевиков.
«Незабываемый октябрь 1917 года, — вспоминает И. С. Круглов. — Во всем чувствовались, угадывались предстоящие большие события. Надвигалась революционная гроза. Всюду вооружались рабочие. Партийный комитет экипажа направил меня в штаб Красной гвардии Выборгского района обучать рабочих военному делу.
Выборгский район был крепостью большевиков. Именно здесь, на фабриках и заводах, создавались Красная гвардия, первые артиллерийские части. Сюда часто приезжали Свердлов, Сталин, Калинин, Володарский, Урицкий, Подвойский».
107


Круглов обучал несколько групп рабочих с заводов «Розенкранц» и «Айваз» стрелять из винтовки и бросать гранаты. Занятия велись ежедневно.
25 октября 1917 года Иван Сергеевич в составе ударной группы моряков-балтийцев штурмует Зимний дворец, а потом становится на охрану боевого штаба революции — Смольного.
«Все, чего мы достигли, — говорил В. И. Ленин, — показывает, что мы опираемся на самую чудесную в мире силу — на силу рабочих и крестьян»1.
Круглов был одним из славных представителей этой чудесной силы. Находясь на заслуженном отдыхе, несмотря на свой преклонный возраст, он по-прежнему жил интересами партии, народа. Ивана Сергеевича нередко можно было видеть на фабриках и заводах, в школах и с военнослужащими.
Однажды, вернувшись из института, он получил четыре письма. Комсомольцы из поселка Рамешки просили его приехать и рассказать, как он в их районе устанавливал Советскую власть, боролся с кулачеством, как он на 3-м Всероссийском съезде крестьянских депутатов наказ тверских землепашцев лично передавал вождю революции — Владимиру Ильичу Ленину.
На конверте второго письма стоял штамп — «гор. Астрахань». Трудящиеся города приглашали Ивана Сергеевича к себе в гости.
В 1919 году Астрахань являлась важнейшим стратегическим пунктом. Через нее молодая Советская республика получала из Баку нефть. Белогвардейские армии Колчака и Деникина стремились любой ценой захватить город.
— Пока в Астраханском крае есть хоть один коммунист, устье реки Волги было, есть и будет советским, — заверил партию руководитель обороны С. М. Киров.
И красные войска, полуголодные, полураздетые, плохо вооруженные, не только выстояли, но и разгромили врагов революции. В первых рядах красных бойцов, освободивших низовье Волги, был Иван Сергеевич Круглов.
Третье письмо прислал краевед из Кубани. «Многоуважаемый Иван Сергеевич! — писал он. — Старожилы 1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 234.
108


Кущевского района хорошо помнят Ваши благородные дела по исправлению ошибок и перегибов, допущенных нашими местными властями при коллективизации. В знак памяти о Вас колхозники на общем собрании постановили: присвоить избе-читальне имя старого большевика Ивана Сергеевича Круглова.
Наша молодежь интересуется Вашей жизнью. Прошу прислать экземпляр своей автобиографической книжки «Незабываемые годы».
В четвертом конверте лежал пригласительный билет от верхневолжских речников. Иван Сергеевич был первым комиссаром тверских водников. Здесь он национализировал транспортное хозяйство и открывал первую навигацию после Великой Октябрьской революции.
Он налаживал продовольственное снабжение водников, ремонт судов, вел борьбу с эпидемиями тифа и холеры.
Помимо этого, Иван Сергеевич выполнял массу ответственных поручений партии. Перед нами документ тех далеких лет:
«Дано сие от Президиума губернского исполнительного комитета тов. Круглову в том, что он с января 1918 года по 15 ноября того же года состоял членом губернского исполнительного комитета и был членом фракции большевиков, причем исполнял следующие обязанности:
17 февраля был избран в комиссию по приемке предприятий водного транспорта;
28 февраля — в военно-революционный штаб;
18 марта — в следственную комиссию;
15 апреля — защитником военного трибунала;
20 апреля — в комиссию по борьбе с контрреволюцией;
17 июня ему было поручено губисполкомом провести дело национализации автономного торгового флота «Самолет» и крестьянского пароходства».
В своей книге «Незабываемые годы» И. С. Круглов писал:
«В первые годы мирного строительства мне довелось выполнять важное поручение Центрального Комитета партии. В 1921 году меня вызвали в Москву и подвергли тщательной проверке весь мой жизненный путь, расспросили, как говорится, с пристрастием. Так же поступили и с другими старыми коммунистами. Затем нам объ109


явили о том, что нам доверяется чистка партийных рядов. Владимир Ильич Ленин настоятельно советовал тогда очистить партию «от мазуриков, от обюрократившихся, от нечестных, от нетвердых коммунистов и от меньшевиков, перекрасивших «фасад», но оставшихся в душе меньшевиками»1.
Возвратившись из ЦК, где я прошел чистку и получил, таким образом, моральное право проводить такую работу на местах, я был избран в губернскую комиссию по проведению чистки рядов РКП (б).
Это поручение партии я выполнял в Кимрах в качестве председателя комиссии по чистке».
В годы мирного строительства Иван Сергеевич трудился там, куда его направляла партия большевиков, там, где нужны были его сила, воля, революционная хватка. Он был членом Тверского горсовета, заместителем управляющего губернского коммунального хозяйства, членом правления центрального рабочего кооператива, заведовал лесной секцией на вагоностроительном заводе, где организовал жилищно-строительный кооператив и был его председателем.
В предвоенные годы И. С. Круглов возглавлял в Калинине кирпично-черепичный завод, работал председателем трикотажно-швейного союза.
Во время Великой Отечественной войны Иван Сергеевич налаживал работу эвакуированных текстильных предприятий и артелей промкооперации.
Когда знакомишься с жизнью и делами старого коммуниста И. С. Круглова, невольно приходит на память поэтический образ, который подарил людям Михаил Шолохов.
Помните?
В синеву неба взмыл беркут, могучий пернатый богатырь. На крыле его — детеныш, сын. Набрав высоту, беркут кивнул крылатому наследнику: начинай!
И, покуда молодой орленок входил в силу, взлетал, барахтался, падал и снова взлетал, отец-наставник неумолимо кружил рядом, зорко оглядывая небосвод, на случай если подмога понадобится.
Так и представитель старой ленинской гвардии — этот человек удивительной судьбы — щедро передавал 1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 124.
110


молодежи свой богатейший жизненный и партийный опыт, учил ее жить и трудиться по Ильичу. Выступления ветеранов партии помогают нашему современнику во всем величии познать бессмертное учение Маркса — Энгельса — Ленина, глубоко разобраться в сложном и тернистом пути построения коммунизма, по которому неодолимой поступью идет наш народ.
Слова Ивана Сергеевича вдохновляли юные сердца, они запомнились, потому что за каждым его словом личная жизнь. И не просто прожитые годы, а жизнь — подвиг.
Имя ветерана партии И. С. Круглова хорошо известно не только в Калининской области, но и на Балтике, на Каспии. Как родного, его встречали на крейсере «Аврора». Особенно взволновала старого коммуниста встреча на легендарном крейсере в 1959 году.
Вошел он на палубу, и тут же прозвучал горн, вызывающий команду на большой сбор. Просвистели дудки. На второй палубе быстро построились моряки во главе с офицерами.
Круглов оказался перед строем.
— Смирно! — скомандовал командир крейсера. И сказал: — Товарищи! Пятьдесят лет назад с бескозырки военного моряка Ивана Сергеевича Круглова — вот он стоит перед вами — была сорвана ленточка с надписью: «Аврора», а сам он отправлен со своими боевыми друзьями в тюрьму. Так царское самодержавие расправлялось с теми, кто боролся за свободу народа. Дорогие товарищи! Сейчас мы с почетом возвращаем товарищу Круглову, участнику трех революций, ленточку нашего корабля, выстрел которого возвестил о начале Великой Октябрьской социалистической революции.
Так через полвека Иван Сергеевич Круглов вторично стал членом команды прославленного крейсера «Аврора».
Советское правительство по достоинству оценило ратные и трудовые дела старого большевика. Он награжден орденом Ленина, орденом Трудового Красного Знамени и многими медалями, а министр Военно-Морского Флота СССР вручил ему именное боевое оружие.
И. С. Круглов скончался в марте 1972 года.


А. ФЕДОРОВ
СЛЕСАРЬ
УПРАВЛЯЕТ ГОСУДАРСТВОМ
В 1925 году на собрание учителей Твери приехал председатель губисполкома Василий Алексеевич Алексеев. Встретили его почтительно, речь слушали с особым вниманием: ведь перед учителями выступал глава губернской власти, по-старому — губернатор.
В зале Алексеев приметил благообразного старичка в потертом костюме. Что-то показалось в нем знакомое. Старик с повышенным любопытством рассматривал гостя — высокого, стройного мужчину, одетого просто, но опрятно. Но вот старичок взял слово и начал, брезгливо морщась, говорить о непорядках в городе и школах. Тут Алексеев и вспомнил оратора и все, связанное с ним, происшедшее двадцать лет назад.
Осенью 1905 года Васька Жуков, пятнадцатилетний ученик ремесленного училища, принес с Морозовской фабрики в интернат листовки, которые призывали: «Долой царя!», «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Несколько дней училище бурлило. Начальство всполошилось. Велись спешные поиски зачинщиков. Василия вместе с отцом, рабочим Морозовской фабрики, вызвали к инспектору училища Коняеву, который назидательно выговаривал Жукову-старшему: «Вот ваш сын мне за добро платит злом. Я ему помог поступить в училище, а он устраивает здесь забастовку, идет против царя. Вызнаете, что я первый враг тому, кто идет против царя». Коняев, выхоленный, величественный, не только подвизался тогда на ниве народного просвещения, но и был хозяином крупной паровой мельницы. Он строго предупредил отца: «Если ваш сын будет знаться с вольнодумцами и бунтовщиками, из училища его придется изгнать».
Василий отделался тогда особым предупреждением и тройкой по поведению. Предупреждениям Коняева он не внял: после училища, работая на фабрике слесарем, он сдружился с рабочими-большевиками, участвовал в стачке. Его уволили и занесли в «черную книгу». Товарищи
112


по борьбе помогли ему переменить фамилию и поступить на Тверской вагоностроительный завод. Так он стал Алексеевым. Знакомые с Мо- розовской фабрики, где работали его отец и мать, где жили братья, называли его по-прежнему Жуковым, а за Волгой, на другой рабочей окраине, где молодой слесарь вступил в партию большевиков, его все знали как Алексеева.
Встреча с бывшим цар¬
ским холуем на собрании В. А. Алексеев
тверских учителей вско¬
лыхнула это далекое былое. Скосив взгляд в сторону Коняева, председатель губисполкома сказал:
— Не все, конечно, у нас хорошо. Есть промахи. Бывают ошибки. Да было бы и бахвальством всем и немедленно обещать райскую жизнь. Но критиканам, ворчунам, тайно мечтающим о царских порядках, можно ответить: к старому возврата нет и не будет, Советская власть печется о благе трудящихся. Их интересы мы отстаивали и будем отстаивать.
Возвращаясь с собрания, Василий Алексеевич припоминал боязливо-злобные взгляды Коняева, его страх перед бывшим рабочим. «Не понравились ему мои слова о царе и старых порядках, а дай власть такому — опять загонит в казарму».
И Алексеев мысленно представил свою семью в далеком 1905 году. Лет за десять до того посчастливилось отцу получить угол в деревянной двухэтажной казарме. На этаже было десять комнат, которые называли спальнями. В каждой комнате жило по четыре семьи. В углу, отгороженном ситцевой занавеской, — деревянная кровать, столик, скамейка, сундук, люлька, икона. Постельник набивали ржаной соломой («каждая пушина в полтора аршина»). Домашняя утварь самая простая — общая чашка, деревянные ложки, кружки для питья. Жи-
8 Рядовые ленинской гвардии
113


ли впроголодь. В спальнях в изобилии было тараканов, клопов, крыс, которые в ночное время не давали покоя измученным тяжким трудом рабочим. Уходя на работу, отец и мать брали с собой бутылку воды и кусок хлеба. Да, до смертного часа будет помниться эта спальня, пережитые в ней детские страхи, сборы на работу. Спал на полу, прикрываясь дерюжкой. В четыре часа сторожа объявляли общий подъем. Собирались на фабрику и малолетние работяги. Как спать хочется! Еще темно во дворе, а гудок на старой прядильной ревет, надрывается. В спальнях возня, шум. Проснувшиеся ребятишки кричат. Голова пухнет, как котел, а ноги ватные. Страх как спать охота, а надо вставать, идти на фабрику.
Нет, никогда не забыть этой морозовской казармы, этой встречи с «просветителем» Коняевым. Потом, в радостные и грустные моменты жизни, Василию Алексеевичу не раз приходилось вспоминать о старом, давно минувшем. Оно навсегда поселилось в душе слесаря и сыграло немалую роль в дальнейшей его судьбе. Хозяева и их прислужники внушали людям труда: «Работайте, не рассуждайте, слушайте господ и царя, а если трудно жить — терпите, уповайте на бога». Алексеев же примкнул к большевикам, к ленинцам, которые призывали сбросить ярмо рабства и быть самим хозяевами жизни.
Встав на этот путь, тверской рабочий Жуков-Алексеев до конца дней своих остался верен родной партии, своему классу, избранному в молодости идеалу.
Весной 1917 года Алексеев был организатором союза металлистов на вагоностроительном заводе. Тверские вагонники в те бурные месяцы принимали активное участие во всех революционных начинаниях большевиков. Когда в октябрьские дни трудящиеся брались за оружие, чтобы утвердить свою власть, коммунисты заводской организации Хромов, Алексеев, Денисов и Тимофеев взяли на себя рискованное дело — перевезти с другой окраины города, из большевистского клуба двести винтовок и патроны. Эсеро-меньшевистские власти в Твери больше всего боялись тогда вооруженных рабочих и жестоко преследовали тех, кто имел оружие. Алексееву и его друзьям винтовки помогли перевезти революционно настроенные солдаты.
Получив оружие, большевики-вагонники организова114


ли красногвардейский отряд. Василий Алексеевич обучал своих товарищей военному делу, а в ночь на 25 октября участвовал в освобождении важных городских объектов от охраны Временного правительства.
Советская власть в Твери и губернии победила. Перед трудящимися встали невиданные по масштабам и новизне задачи. Вагонники послали тогда Алексеева в городской Совет рабочих и солдатских депутатов. Так сын потомственного текстильщика, слесарь, красногвардеец- большевик вошел в число уважаемых граждан, которым было доверено управлять городом, осуществлять на деле власть трудящихся.
Время было суровое. У новых хозяев разоренной опустошительной войной страны не хватало ни средств, ни опыта руководства. Враги злорадствовали: «Кухаркины дети долго не продержатся». На плечи грамотных рабочих-большевиков лег огромный груз обязанностей. Василий Алексеев успевал всюду: и заседал в городском Совете, и руководил союзом металлистов губернии, и участвовал в жизни заводского коллектива. А летом 1918 года губком послал его продовольственным комиссаром в Бежецкий уезд. И снова — борьба, изнурительная, кровавая борьба с деревенскими богатеями за власть, за хлеб.
На этом посту молодому государственному деятелю посчастливилось встретиться с Лениным, увидеть вождя в работе. Ленинский урок утвердил Василия Алексеева в том, что он идет по правильному пути, научил его быть еще более стойким защитником интересов молодой республики.
Однажды зимой 1918 года продкомиссара вызвали в Москву, в Наркомпрод. В один из тех дней он и увидел Ленина.
Был темный морозный вечер. Лишь кое-где скупо мерцали фонари. Группа продкомиссаров прошла через Спасские ворота Кремля, поднялась в здание Совнаркома. В приемной ждали недолго. Когда они вошли в кабинет, Ильич встал, поздоровался со всеми, пригласил садиться. Нарком А. Д. Цюрупа положил ему на стол список присутствующих.
Владимир Ильич, устроив гостей, сел на свое место. Свет настольной лампы упал на него, и Алексеев, жадно рассматривавший Ленина, увидел усталое лицо, темные круги под глазами, глубокие морщины на лбу. Сердце 8*
115


его сжалось от боли и жалости. «Нам трудно, а ему, видать, еще тяжелей», — подумал про себя рабочий.
Погладив ладонью широкий лоб, Ленин осмотрел приезжих пристальным, строгим взглядом и с присущей ему прямотой сказал:
— Дело вот в чем, товарищи. Положение в стране чрезвычайно тяжелое. Государственные запасы продо- вольствия иссякают. Петроград и Москва неделю сидят без хлеба. Сейчас мы не в состоянии снабжать ни Иваново, ни Тверь, ни Тулу, ни другие города. К вам мы обращаемся с просьбой — облегчить участь столицы и Петрограда, обеспечить и свои города хлебом.
Голос его звучал сурово, требовательно.
— Мы знаем, — заключил Ильич, — хлеб на местах, в деревне, есть. Нужно его взять и спасти голодающих, отстоять Республику. От вас мы ждем конкретной, деловой помощи.
Как раз в это время принесли телеграмму. Ленин прочитал ее вслух. В ней сообщалось о том, что в Серпухове от состава, направляющегося в Петроград, отцепили вагон с зерном.
— Вот вам еще один пример самоуправства, — резко сказал Владимир Ильич, взмахнув телеграммой, — вагоны по пути отцепляют, а питерские рабочие сидят голодные. И когда мы отрешимся от этого старого мещанского принципа — каждый за себя, один бог за всех?! Самоуправцы, дезорганизаторы снабжения находят при этом оправдания — то топлива для паровоза не хватило, то букса поломалась, то буфер, видите ли, оказался плохой. Подозрительно часто на железной дороге случаются поломки.
Ленин тут же позвонил Ф. Э. Дзержинскому, потребовал в срочном порядке расследовать серпуховское происшествие.
— Надо немедленно найти виновных и строго их наказать, непременно наказать, — сурово повторил Ильич. И добавил: — Дисциплина нам сейчас нужна, как никогда. Анархии мы не потерпим!
Последние слова относились не столько к Дзержинскому, сколько к слушающим разговор местным работникам.
Затем, взяв список, положенный Цюрупой, Владимир Ильич вызывал комиссаров и беседовал с каждым в от116


дельности. Алексеев, как и все присутствующие, вслушивался в разговор, поражаясь тому, как мгновенно Ленин схватывал суть дела, как с полуслова понимал обстановку, сложившуюся на месте.
Увлеченный своими наблюдениями, меткими ленинскими репликами, Василий Алексеевич на какое-то время позабыл о том, что и ему придется отвечать на вопросы Ильича. Услышав свою фамилию, он растерянно вскочил и слишком громко ответил:
— Я Алексеев!
— Где вы работаете? — мягко спросил Ленин, осматривая смущенного комиссара и давая ему время освоиться.
— В Бежецком уезде, Владимир Ильич, — ответил Алексеев.
— У него в запасе пятьдесят тысяч пудов хлеба, — вступил в разговор А. Д. Цюрупа.
— Да, зерно у нас есть, — подтвердил бежецкий прод- комиссар, — только в большинстве своем лежит оно в глубинных пунктах, а транспорта у нас нет.
— Это ничего, — оживился В. И. Ленин, — был бы хлеб, а вывезти вывезем. Этот вопрос мы сейчас разрешим.
Он вызвал секретаря и продиктовал телеграмму Тверскому губисполкому о необходимости немедленно провести гужповинность в тех волостях Бежецкого уезда, откуда нужно отправить зерно на станции железной дороги.
— Названия населенных пунктов и станций вам скажет товарищ Алексеев, — обратился Владимир Ильич к секретарю и, считая вопрос решенным, спросил: — Как у вас работают комитеты бедноты?
— Ничего работают, — неопределенно ответил Василий Алексеевич и, чувствуя неловкость, смутился.
— Ничего — понятие растяжимое, — поморщился Владимир Ильич. — Плохо работают или хорошо, чем живут — вот что интересно знать.
Алексеев вспомнил свои поездки по деревням, бурные сходки, сопротивление кулачества и стал рассказывать о том, как организовывали комбеды коммунисты, об уездном крестьянском съезде. Владимир Ильич слушал очень внимательно, кивал головой, делал заметки на листке бумаги. Потом поинтересовался:
117


— Как ведут себя кулаки? С боем отдают свои запасы или без боя?
— Боев не было, — ответил продкомиссар, — а стычки случались. Кое-где пришлось принуждать, звать на помощь чекистов. Есть у нас и такие зажиточные крестьяне и попы, которые сдают хлеб добровольно, без понуждений.
— Особого значения подобной благотворительности не придавайте, — заметил Ильич, — за ней часто кроется обман. У мироедов, разжиревших на крови народа, отбирайте все. Тут жалость, слюнтяйство ни к чему. Когда миллионы голодают, когда дети умирают от истощения, мы не можем церемониться с кулаками. А вот к середняку подойдите осторожно, тут грубый нажим излишен.
Встреча закончилась поздно вечером. Владимир Иль ич, прощаясь с продкомиссарами, пожелал им успехов в трудном деле, еще раз напомнил о чрезвычайно тяжелом положении, сложившемся в стране, и еще раз повторил:
— Все излишки хлеба у кулаков мы должны взять и вывезти во что бы то ни стало всеми имеющимися у нас средствами!
В приемной Алексеев, поговорив с секретарем, поспешил на вокзал. Он выехал домой первым же идущим на Петроград товарняком. Старенький полушубок не спасал от пронизывающего ветра, задувавшего в щели теплушки. Донимала и ноющая пустота в желудке: за весь день продкомиссар съел кусок хлеба, посыпанный крупной солью. «Ну, ничего, — утешал он себя, стараясь хоть немножко вздремнуть, — приеду в Бежецк — отогреюсь!» Согревали его и воспоминания о встрече с Ильичем, крепкое ленинское рукопожатие и сознание того, что на него возложено государственной важности дело.
Почти весь следующий день Алексеев ехал на подводе от Твери до Бежецка. И в губернии, и в уездных организациях уже знали о распоряжении В. И. Ленина. Все были мобилизованы на выполнение чрезвычайного задания. Уездный комитет партии послал в продотряд коммунистов и передовых рабочих. Им помогали деревенские активисты. Они знали сельских богатеев, их алчность, хитрость, способность прикидываться «бедными сиротами».
118


Из дальних, глухих деревень к железнодорожным станциям потянулись подводы с зерном. В вагоны зерно грузили красноармейцы. Каждый вечер Алексеев приносил в уком партии сводку, откуда и сколько вывезено хлеба, как идет погрузка.
Задание В. И. Ленина бежецкие большевики выполнили. В декабре 1918 и январе 1919 года в Петроград было отправлено 50 вагонов зерна.
...За годы Советской власти бывшему тверскому слесарю Алексееву довелось выполнять еще немало сложных и трудных поручений партии, занимать высокие посты. При этом все дела, малые и большие, он считал своими, кровными и отдавал им все свои силы и знания, потому что непоколебимо верил: тем самым он возвышает свой класс, свое родное государство.


Н. АРТЮХИНА
ПРЕКРАСНЫЙ ОРГАНИЗАТОР
Александра Васильевна Артюхина принадлежала к тем славным женщинам-большевичкам, которые еще задолго до Октябрьской революции встали на путь революционного движения и навсегда связали свою жизнь с Коммунистической партией.
Александре Васильевне выпала на долю жизнь долгая и трудная, но удивительно богатая событиями и встречами. Она видела и слышала В. И. Ленина, хорошо знала Н. К. Крупскую, работала с виднейшими партийными и государственными деятелями нашей страны. На всех участках работы, куда бы ни послала ее партия, Александра Васильевна показала себя прекрасным организатором, человеком сильной воли, неуемной энергии и огромной работоспособности.
Значительная часть жизни А. В. Артюхиной прошла в бывшей Тверской губернии, в городах Вышний Волочек и Тверь. Вышний Волочек ее родина. Она родилась 18 ноября 1889 года в семье потомственного текстильщика Василия Алексеевича Сорокина. Ткачихой была и мать Александры Васильевны — Мария Николаевна.
Детство Александры Васильевны прошло в условиях тяжелой нужды. После окончания начальной трехлетней школы, в возрасте десяти лет, она была отдана в ученье к портнихе и с двенадцати лет начала самостоятельно зарабатывать. Очень часто ее грошовый заработок был единственным источником существования семьи.
Уже с детских лет маленькая Саша слышала слова: «листовки», «полиция», «обыск», «забастовка».
В доме Сорокиных часто бывали старые вышневолоцкие революционеры: А. Медов, Ал. Митрофанов, А. Колосов. Жены А. Медова и А. Колосова нередко месяцами жили здесь, пока их мужья отбывали ссылку или сидели в тюрьмах.
За активное участие в забастовках 1903 года на фабрике «Волочек» мать Александры Васильевны была уво120


лена с фабрики и занесена в «черные списки», а полиция произвела в их доме обыск.
В 1904 году семья Со- )окиных переезжает в Летербург. Александра Васильевна некоторое время работает швеей в частных мастерских, а в 1906 году поступает на фабрику, где работали ее родители. Отец сам обучил ее своему ремеслу, и она стала ткачихой.
Вскоре Александра Васильевна начала посещать вечернюю школу при Обществе образоваА. В. Артюхина
ния в Нарвском районе. Там она познакомилась с рабочими большевиками А. Е. Васильевым, А. Ивановой, О. Исаковой и другими, которые вели в нарвском Обществе революционную пропаганду.
В 1908 году она вступает в профсоюз текстильщиков, председателем которого был Н. И. Лебедев, старый революционер-большевик. Так началась ее революционная деятельность.
Александра Васильевна выполняет поручения союза: распространяет газету «Голос текстильщика», листовки, прокламации, выступает на рабочих собраниях с докладами «О положении женщин текстильной промышленности».
В 1909 году ее избирают в правление союза рабочих текстильной промышленности Петербурга. В марте 1910 года А. В. Артюхина вступила в РСДРП.
В этот период правление союза текстильщиков выдвинуло Артюхину в Центральное бюро профсоюзов Петербурга. Это была нелегальная организация, руководимая Петербургским комитетом большевиков. За участие в этой организации Артюхина в ноябре 1910 года была арестована. Но за недостатком улик через семь месяцев была освобождена под гласный надзор полиции. Однако в июне 1911 года за хранение и распространение 121


нелегальной литературы Артюхина вновь арестовывается. Просидев в тюрьме год, она получила три года высылки, на этот раз без права проживания в университетских городах и промышленных центрах России.
Александра Васильевна возвратилась в свой родной город Вышний Волочек, куда ее родители переехали еще раньше.
Шел 1912 год — период нового подъема рабочего движения. Революционные настроения охватили и передовую часть вышневолоцких рабочих. Ссыльные петербургские большевики В. А. Петров, П. М. Афанасенко, И. И. Буров, А. В. Артюхина и местные товарищи (Артюхин М. И., Соловьева А. Г. и другие) явились тем организующим ядром, которое сплотило вокруг себя сознательную часть рабочих. К этому времени и относится зарождение Вышневолоцкой организации РСДРП.
Используя сперва легальные возможности, как, например, Общество образования, группа вела революционную агитацию среди рабочих. Вскоре полиция запретила политическим ссыльным участвовать в этом Обществе, и группа переходит на нелегальное положение, продолжая работу в массах. Она организует в лесу рабочие митинги, распространяет газету «Правда», проводит сбор денег в фонд «Правды» и т. д. Первого мая 1913 года вышневолоцкие большевики провели в лесу многолюдную рабочую маевку. Полиции, к сожалению, удается напасть на след, группа терпит провал. После этого Артюхина нелегально возвращается в Петербург и поступает чернорабочей на завод «Айваз». Здесь она занимается в женском марксистском кружке, которым руководит М. И. Калинин. Дружба с Калининым сохранилась у нее до конца его жизни.
Во время работы на заводе «Айваз» Александра Васильевна стала членом профсоюза металлистов. Правление союза первоначально состояло из меньшевиков, и большевики вели активную работу за овладение руководством в союзе. Борьба завершилась победой большевиков. В правление союза избираются рабочие-большевики, в том числе и А. В. Артюхина. В газете «Правда» 18 августа 1913 года были напечатаны список членов правления и статья А. В. Артюхиной о положении работниц-металлисток за подписью «Шура-метал- листка».
122


Это было первое выступление ее в печати. С тех пор «Шура-металлистка» с петербургского завода стала постоянной рабочей корреспонденткой «Правды», а позднее — журнала «Работница».
Работа Александры Васильевны в правлении союза металлистов, ее статьи и заметки в «Правде» заинтересовали деятельниц женского движения Н. К. Крупскую и Инессу Арманд. Так, Инесса Арманд писала Н. К- Крупской: «Просим Вас связать нас с металлист- кой Шурой, написавшей статейку в № 6 «Пролетарская правда».
Н. К. Крупская спрашивала К. Н. Самойлову: «Напишет ли что для «Работницы» Шура-металлистка?»
Под руководством правления союза металлистов летом 1913 года на заводе «Айваз» прошла мощная забастовка. Артюхина, как член стачечного комитета, была уволена с завода. Правление сначала поручило ей работу библиотекаря, а затем — казначея союза, что давало ей возможность шире вести работу среди женщин. В то же время она была связана с фракцией большевиков в Государственной думе (с Г. И. Петровским, М. К. Мурановым, А. Е. Бадаевым и другими).
Большевистская партия вела большую работу среди женщин-работниц Петербурга. Особенно усилилось влияние партии в массах женщин в связи с выходом в свет первого женского журнала «Работница» (февраль 1914 года). Александра Васильевна принимала активное участие в сборе материалов о положении женщин- работниц, в сборе денег в фонд журнала, вместе с редакцией готовила первый номер «Работницы».
С тех пор Александра Васильевна навсегда связала свою судьбу с работой среди женщин. Как активного пропагандиста, ее арестовывают и сажают в тюрьму. В конце года ее освобождают, а затем высылают в Вышний Волочек. Туда же высылают и ее мужа, М. И. Артюхина. Они сразу же приняли активное участие в работе существовавшего тогда в Вышнем Волочке «Правдистского кружка», привлекли к работе уцелевших от разгрома в 1913 году членов социал-демократической группы и развернули революционную работу среди наиболее сознательных рабочих. Организация не прерывала связи с питерскими большевиками. В 1915 году Александра Васильевна сама нелегально ездила в Петро123


град, где встретилась с К. И. Николаевой и получила указания от Петроградского комитета большевиков.
В июне 1916 года, в связи с объявлением города на военном положении, Артюхиных с новорожденным сыном Валентином высылают по распоряжению тверского губернатора в город Бежецк Тверской губернии.
Находясь в ссылке под неусыпным гласным надзором полиции, Артюхины не прерывали связи с оставшимися в Вышнем Волочке большевиками.
После Февральской революции 1917 года Артюхины вернулись в Вышний Волочек.
На первом же легальном партийном собрании, состоявшемся 20 марта 1917 года, был избран партийный комитет, председателем которого стал М. И. Артюхин, а секретарем А. В. Артюхина.
Маленькая организация вышневолоцких большевиков вела огромную работу по усилению влияния большевиков в Советах рабочих и солдатских депутатов, в профсоюзах, в солдатских казармах, среди неорганизованных рабочих и крестьян.
Как и все члены организации, Александра Васильевна была неутомимым агитатором и пропагандистом. Она выступала на многочисленных рабочих собраниях и митингах, отбивая атаки меньшевиков и эсеров, агитируя за лозунги, выдвинутые В. И. Лениным в его Апрельских тезисах, принимала активное участие в распространении газеты «Правда» в рабочих массах.
Июльские события 1917 года в Петрограде и начавшаяся после этого травля большевиков явились для Вышневолоцкой организации серьезной проверкой крепости ее рядов. Дезертирство отдельных неустойчивых членов партии лишь теснее сплотило организацию.
Как член большевистской фракции Вышневолоцкого Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, Александра Васильевна вела напряженную борьбу с меньшевиками в Совете, активно выступала по многим вопросам, отстаивая интересы рабочего класса, революции.
Приближались решающие дни. Шел октябрь 1917 года. В ночь на 22 октября (4 ноября по новому стилю) в маленьком домике № 11 в Михайловском переулке, на квартире Артюхиных состоялось совещание руководящего ядра партийного комитета совместно с представи124


телем из Твери. Здесь обсуждался вопрос о предстоящих событиях.
Был разработан план захвата власти в городе. Александре Васильевне поручили наблюдение за революционным порядком на городской телефонной станции и обеспечение прочной связи между партийными ячейками.
26 октября на квартиру Артюхиных пришла условная телеграмма, сообщавшая о начале восстания в Петрограде, а вечером — вторая, извещавшая об успехе восстания.
В тот же вечер созывается экстренное заседание Советов рабочих и солдатских депутатов, на котором было провозглашено установление Советской власти в Вышнем Волочке.
Артюхину назначают уездным комиссаром труда и одновременно секретарем укома партии. В задачу комиссара труда входило введение 8-часового рабочего дня, организация социального страхования рабочих, установление рабочего контроля на производстве, обеспечение заработной платы рабочим, снабжение их топливом и продовольствием, забота о беспризорных детях.
16 ноября 1918 года в Москве открылся 1-й Всероссийский съезд рабочих и крестьянок. В состав делегации от города Вышний Волочек входила Артюхина. Как известно, на съезде выступил В. И. Ленин. Его слова о том, что не может быть социалистического переворота, если громадная часть трудящихся женщин не примет в нем значительного участия, навсегда запали в душу Александры Васильевны.
Вернувшись в Вышний Волочек, она выступает на многочисленных собраниях работниц с отчетами о работе съезда.
Вышневолоцкая партийная организация взялась за претворение в жизнь задачи, поставленной Лениным перед партией. После съезда развернулась широкая массовая политическая работа среди женщин-работниц Вышнего Волочка. Наиболее активные работницы были вовлечены в работу партийных, советских и профсоюзных органов.
Александра Васильевна вся в работе, вся в действии. Ей приходится принимать участие в создании первых 125


ликбезов, добиваться открытия детского дома и яслей, клубов и столовых для рабочих, вместе с женщинами- работницами участвовать в субботниках по разгрузке вагонов и распиловке дров, шить и собирать белье для Красной Армии.
Весной 1919 года Артюхиных направляют в город Сосницу Черниговской губернии, где Александра Васильевна была избрана сначала секретарем, а затем председателем укома партии и членом ревкома.
В этом прифронтовом городе, где каждую минуту можно было ожидать наступления деникинской армии, сложилась крайне тяжелая обстановка. Надо было действовать. Александра Васильевна начала с регулярного созыва партийных собраний, где ставились вопросы о партийной дисциплине, о необходимости контакта с населением и бойцами. Коммунистов знакомили с практикой работы партийных организаций промышленных районов. Вскоре удалось создать крепкую группу из вновь принятых в партию товарищей. Сосницкая парторганизация, став боевой и монолитной, приобрела огромное влияние среди красноармейских масс и сумела поднять все население на защиту города, от наступавшего врага. Маленькая Сосница выдержала шестимесячную осаду деникинских войск.
Осенью 1920 года Артюхины возвращаются в Вышний Волочек. Александре Васильевне снова поручается работа среди женщин. В мае 1922 года она была отозвана в Тверь и назначена заведующей губженотделом и председателем объединенного фабкома фабрик «Пролетарка» и имени Вагжанова. Это большая и ответственная работа. С чего начать? Прежде всего Артюхина взялась за укрепление уездных женотделов кадрами. По ее рекомендации несколько коммунисток выехали из Твери на места, в партийных ячейках были выделены специальные организаторы по работе среди женщин.
Большое внимание Тверской женотдел уделял работе делегаток. Делегатки проверяли работу как советских учреждений и организаций, так и бытовых учреждений: яслей, детских садов, детских домов, магазинов, столовых, прачечных и т. д. Много внимания женотдел и делегатки уделяли вопросам вовлечения женщин в производство и обучению их профессиям. Для этого создавались специальные школы и курсы.
126


Тяжелы были жилищные условия работниц на фабриках «Пролетарка» и имени Вагжанова. Рабочие жили в казармах, в маленьких комнатушках с нарами в два этажа, часто по две семьи в одной комнате. Женотдел поставил вопрос о занятии под жилье помещения женского монастыря. Губисполком поддержал это предложение. Вскоре в Москву во ВЦИК была послана делегация, в состав которой вошла и Артюхина. Делегация побывала у М. И. Калинина, и разрешение было получено.
А. В. Артюхина была делегатом X Всероссийского и I Всесоюзного съездов Советов и избиралась в состав ВЦИК и ЦИК Союза ССР. Она была также делегатом XI Всероссийского съезда Советов и II Всесоюзного съезда Советов. Здесь, на съезде, А. В. Артюхина услышала горькую весть о смерти Владимира Ильича Ленина. Съезд направил в Горки делегацию для участия в первом почетном карауле у тела Владимира Ильича. В состав делегации вошла и Александра Васильевна. В Доме-му- зее В. И. Ленина в Горках и в Музее В. И. Ленина в Москве экспонируется фотография «Делегаты II Всесоюзного съезда Советов у тела В. И. Ленина в Горках». На этой фотографии есть и А. В. Артюхина.
В мае 1924 года на XIII съезде партии А. В. Артюхина была избрана кандидатом в члены ЦК и назначена зам. зав. отделом работниц и крестьянок ЦК РКП (б) и одновременно редактором журнала «Работница». Редактором этого журнала Александра Васильевна оставалась до 1934 года.
На XIV съезде партии А. В. Артюхина была избрана в члены ЦК ВКП(б), а на Пленуме ЦК — членом Оргбюро ЦК- В январе 1926 года Артюхина назначается заведующей женотделом ЦК ВКП(б) и работает на этом посту вплоть до ликвидации отдела в 1930 году.
В этот период Александра Васильевна вела большую литературную работу. Ее статьи помещались в журналах «Работница», «Крестьянка», «Коммунистка» и в центральных газетах. Она была представителем женотдела ЦК в Международном женском секретариате Коминтерна. В 1926 году по решению ЦК ВКП(б) Александра Васильевна была послана в Германию на съезд коммунисток, а в 1927 году — туда же на съезд красных фронтовичек («Рот-фронт»).
127


На XV съезде партии Артюхина вновь избирается в члены ЦК, а затем членом Оргбюро. Она была делегатом XVI партсъезда.
В марте 1930 года Артюхина проводила съезд женщин Востока. В июне 1931 года ЦК ВКП(б) направил ее в Ивановскую область председателем областной контрольной комиссии. В конце 1932 года ЦК ВКП(б) отозвал Артюхину для работы в ЦКК — РКИ.
После XVII съезда партии, в работе которого Артюхина участвует с совещательным голосом, она была послана на профсоюзную работу.
В 1936 году ВЦСПС дважды командировал А. В. Артюхину за границу: в Женеву для участия в работе Бюро труда Лиги наций и в Брюссель — на съезд Мира.
С 1938 по 1952 год Артюхина работает директором на ряде московских предприятий, где активно участвует в деятельности партийных организаций.
В 1952 году Александра Васильевна по состоянию здоровья вынуждена была оставить работу.
Но с уходом на пенсию не прекращается ее кипучая деятельность. Она делегат XXII и XXIII съездов КПСС, участница Всемирного конгресса женщин в Копенгагене в 1960 году. Она ведет большую литературную работу: участвует в составлении «Истории КПСС», в выпуске книг: «Женщины в революции», «Участницы Великого созидания», «Октябрем рожденные». Она принимает участие во многих начинаниях журналов «Работница», «Крестьянка», «Советская женщина», ведет большую переписку с пионерами и комсомольцами нашей страны, с зарубежными коммунистами, она — член Общества венгеро-советской дружбы.
Заслуги А. В. Артюхиной перед Родиной высоко оценены партией и правительством. В 1960 году ей было присвоено звание Героя Социалистического Труда, она была награждена тремя орденами Ленина, двумя орденами «Знак Почета» и многими медалями.
Александра Васильевна Артюхина умерла 7 апреля 1969 года и похоронена на Ново-Девичьем кладбище в Москве. На ее могиле высокий памятник из черного гранита. На памятнике надпись: «Александра Васильевна Артюхина, Герой Социалистического Труда, член КПСС с 1910 года», даты рождения и смерти. Почти восьмидесятилетняя жизнь целиком отдана партии.
128


А. Б А Б И Ц Ы Н
В БОРЬБЕ ЗА МАССЫ
Весной 1911 года в Вышнем Волочке я познакомился с Михаилом Ивановичем Артюхиным. Он служил счетоводом в уездной землеустроительной комиссии, а в свободное от службы время бесплатно работал библиотекарем Общества образования.
Артюхин сразу расположил меня к себе. Он стал расспрашивать о делах на заводе, о жизни и быте рабочих- стекольщиков. Записывая в свой журнал мою фамилию, он как бы между прочим сказал:
— Вы первый наш читатель с Борисовского завода.
Артюхин пригласил меня заходить почаще. Расстались мы как старые знакомые.
Впоследствии мы стали друзьями. Михаил Иванович сыграл в моей жизни, в жизни молодого рабочего, большую роль. После первой встречи я стал часто бывать в библиотеке. По его совету я стал читать Белинского, Добролюбова, Писарева, Герцена.
В том, что я стал большевиком, во многом «виноват» Михаил Иванович. Он сообщил мне в 1912 году, что начинает выходить рабочая газета «Правда», завербовал меня в ее подписчики. Редактировал мои заметки, посылаемые в «Правду», в журнал «Вопросы страхования». Мы были с ним почти сверстники, но он был грамотнее меня и помогал мне, как и другим молодым рабочим.
Родился он в городе Вышнем Волочке Тверской губернии. Отец работал столяром на Прохоровской текстильной фабрике (ныне «Пролетарский авангард»). Мать была прачкой.
Восьми лет Миша поступил учиться в Вышневолоцкое начальное училище, затем перешел в так называемое высшее начальное училище, которое и окончил в 1908 году с отличием. Однако продолжать учение не удалось: в семье пятеро детей, и он самый старший. Пришлось поступить на работу счетоводом в землеустроительную комиссию.
9 Рядовые ленинской гвардии
129


М. И. Артюхин
Так началась его трудовая жизнь.
С юных лет Артюхин втянулся в общественную деятельность. В 1910 году вступил в члены вышневолоцкого Общества образования, стал там библиотекарем. Встреча со мной — это только один из многих примеров его работы с людьми. Он знакомился с рабочими текстильных фабрик Рябушинского и Прохорова, стекольных
заводов. Сошелся с высланными из Питера
большевиками П. М. Афанасенковым, В. А. Петровым, И. И. Буровым. Привлек их к участию в экскурсиях, устраиваемых Обществом образования.
Общение с высланными большевиками сыграло большую роль в жизни Михаила Ивановича, привело к тому, что в феврале 1913 года он вступил в ряды РСДРП.
Теперь Артюхин активно участвует в массовках, организуемых группой ссыльных большевиков, распространяет газету «Правда», редактирует и пересылает в ее редакцию корреспонденции рабочих, организует сбор средств в фонд газеты, участвует в пропагандистском молодежном кружке. Деятельность поистине кипучая.
В конце 1913 года полиция разгромила подпольную группу большевиков и закрыла Общество образования. Артюхин уехал в Петербург. Товарищи-большевики помогли ему устроиться на работу секретарем Выборгского отделения профсоюза металлистов. В апреле 1914 года охранка закрыла этот профсоюз. А в июле Артюхина арестовали за участие в забастовке и выслали в Вышний Волочек под гласный надзор полиции. Но через два года высылают и отсюда, в Бежецк.
Конечно, большевик везде большевик, куда бы его ни засылали! И в Вышнем Волочке, куда Артюхин вскоре вернулся из Бежецка, он продолжал вести пропаган130


ду, выступал с докладами об отношении большевиков к империалистической войне.
В доме Артюхина на Валдайской улице 20 марта 1917 года состоялось первое в Вышнем Волочке легальное собрание большевиков. Их было мало: девять человек. Но это было начало. Как вспоминает М. И. Артюхин, «на этом собрании, по сути дела, была оформлена городская организация большевиков, избран партийный комитет»1.
В комитет вошли М. И. Артюхин (председатель), А. Г. Соловьева и Соколов (ученик ткацкой школы).
Артюхин встал во главе организации. Условия были хотя и легальные, но очень сложные. Организация маленькая. Задача — сделать ее более многочисленной, завоевать массы. Приехал А. И. Криницкий из губернского центра. Остановился у Артюхина. До полуночи беседовали соратники. Кривицкий, как более опытный революционер, давал советы, рекомендовал внимательнее относиться к нуждам и запросам рабочих, зорко присматриваться к людям, искать среди них хороших организаторов.
Так и действовал Михаил Иванович.
С первых же дней городская организация сосредоточила свои усилия на создании актива, на вовлечении в партию передовых рабочих ведущих предприятий города и уезда. Работы, как говорится, хоть отбавляй! Надо мобилизовать рабочих па борьбу за власть Советов, создать профсоюзы и другие массовые организации рабочих, разоблачать политику Временного правительства и соглашательство меньшевиков и эсеров.
Почти на всех предприятиях города и уезда были созданы боевые большевистские группы, которые развернули широкую работу. Большевики рассказывали рабочим о текущих событиях, о том, чего добиваются большевики-ленинцы. Проводились открытые городские партийные собрания, на которых присутствовали сочувствующие. Все это, несомненно, возбуждало интерес рабочих к большевикам, открывало им глаза на задачи большевистской, единственно верной рабочей партии.
Труды не пропали даром. Уже к маю 1917 года в го1 «Октябрь в Вышнем Волочке», Калинин, 1957, стр. 29.
9*
131


родской организации РСДРП (б) насчитывалось 100 членов.
Шла непрерывная, повседневная, ожесточенная борьба с меньшевиками и эсерами за массы, которых соглашатели пытались увести в сторону от революционных задач рабочего класса. Особенно острой стала она, когда партком решил создать общегородскую профсоюзную организацию. Работники парткомитета были направлены с этой целью на предприятия. Михаилу Ивановичу довелось выступать на одном из собраний текстильной фабрики Рябушинского. Меньшевики, засевшие на фабрике, встретили в штыки предложение о создании общего профсоюза в городе. Председательствующий на собрании меньшевик Ефимов уговаривал рабочих: «Зачем нам идти в город? Мы создадим у себя на фабрике свой профсоюз. Будет близко и удобно. Обойдемся своими рабочими силами, без помощи большевиков»1.
В руках меньшевиков находился и рабочий комитет фабрики (фабком). Много пришлось поработать большевикам на этом предприятии, чтобы завоевать массы текстильщиков, и к осени фабрика Рябушинского стала надежной большевистской базой.
Как известно, в первые дни Февральской революции местная буржуазия захватила власть. В городском общественном собрании был избран комитет общественной охраны во главе с председателем уездной земской управы помещиком Заворыкиным. В начале марта 1917 года был организован Вышневолоцкий Совет рабочих и солдатских депутатов. Большинство в Совете принадлежало вначале меньшевикам и эсерам. Председателем избрали меньшевика прапорщика Уточникова.
Завоевание большинства в Совете для партийного комитета было нелегкой задачей. Борьба за распространение большевистских идей развернулась после того, когда партийный комитет послал в Совет двух своих членов — М. И. Артюхина и А. В. Артюхину. Вокруг них сразу же сгруппировались депутаты-большевики и сочувствующие им. В Совете была создана большевистская фракция из пятнадцати человек под руководством Артюхина. Это внесло организованность и активность в работу большевиков в Совете.
1 «Октябрь в Вышнем Волочке», стр. 31.
132


Как правило, во время заседания большевики садились вместе, выступали активно по всем вопросам, решительно отстаивали интересы рабочего класса. Особенно эта организованность и сплоченность сказались при утверждении представителей от рабочих в Центральную примирительную камеру1. Фракция большевиков наметила Артюхину. Меньшевики всячески сопротивлялись, маневрировали, но под решительным нажимом большевиков согласились с кандидатурой Артюхиной.
После расстрела июльской демонстрации в стране усилилась травля большевиков. К этой контрреволюционной травле присоединили свой голос и вышневолоцкие меньшевики и эсеры. Пользуясь большинством в Совете, они протащили резолюцию, осуждающую большевистскую партию и запрещающую пропаганду ее политики. Несмотря на это, на заседании смело и решительно выступил Михаил Иванович от лица всех городских организаций РСДРП (б). Он заявил, что июльская демонстрация в Петрограде была вызвана политикой Временного правительства, стремящегося задушить революцию. Большевики считают ограничение свободы неправильным и оставляют за собой право свободы выражать партийные взгляды.
Июльские события и последовавшие за ними преследования большевиков не поколебали доверия масс трудящихся к большевикам. Это показали выборы в городскую думу 23 июля.
Партийный комитет выпустил специальное предвыборное воззвание к гражданам Вышнего Волочка. «Голосуйте за кандидатов большевистской партии!» — призывал комитет избирателей. Воззвание разоблачало враждебную трудящимся политику, которую осуществляли в городской думе купцы и промышленники города, разъясняло позиции большевиков, последовательно защищающих интересы широких масс. В итоге работы в массах семеро большевиков были избраны гласными в думу. В их числе и М. И. Артюхин.
В предоктябрьские дни городской партийный комитет основное внимание направлял на завоевание большин1 Примирительные камеры по идее соглашательского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов должны были при конфликтах рабочих с предпринимателями примирять их противоположные интересы.
133


ства в Совете рабочих и солдатских депутатов и на сплочение партийных рядов. В это время в партийной организации насчитывалось уже 180 человек. В сентябре на крупных фабриках и заводах все депутаты Совета, не выражавшие интересов избирателей были забаллотированы. За этот счет увеличилось число депутатов, сочувствующих большевикам, а вскоре они составляли большинство в Совете. 20 октября председателем Совета рабочих и солдатских депутатов был избран большевик Т. А. Андреев. Во главе профсоюзов стояли тоже большевики. Все это облегчало победу Октябрьской революции в городе и уезде. Как председатель комитета РСДРП (б), Михаил Иванович возглавлял в Вышнем Волочке подготовку восстания и захват власти.
21 октября из Тверского губкома партии прибыли представители Кудрявцев и Клейнгоф. Собрались на квартире у Михаила Ивановича в ночь с 21 на 22 октября. Артюхин провел экстренное совещание о подготовке к захвату власти. А днем 22 октября было созвано заседание партийного комитета. Обсудили план революционного переворота, расстановки сил. С представителями Тверского губкома партии договорились, что губ- ком информирует условными телеграммами о событиях в Петрограде, то есть о начале и ходе революционного восстания.
Днем 26 октября Михаил Иванович у себя на квартире получил условную телеграмму о начале восстания в столице, а вечером этого же дня пришла вторая телеграмма: социалистическая революция победила. Временное правительство свергнуто. В тот же вечер радостные, возбужденные шли депутаты Совета рабочих и солдатских депутатов на экстренное заседание. На него пришло и много рабочих. На этом заседании председатель исполкома Андреев сообщил о свержении Временного правительства и о переходе всей власти в руки Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов. Громом аплодисментов присутствующие встретили радостное сообщение. Меньшевики и эсеры пытались выступать с клеветническими заявлениями по поводу совершившейся социалистической революции. Собравшиеся не дали им говорить.
Под бурные аплодисменты Совет принял на себя всю полноту власти в городе и в уезде и создал револю134


ционный комитет из десяти человек для практического осуществления революционных мероприятий. В состав ревкома входил и Михаил Иванович.
26 октября 1917 года исполком обратился с воззванием к населению города и уезда.
В воззвании сообщалось, что «Вышневолоцкий Совет рабочих и солдатских депутатов на своем экстренном собрании 26 октября для охраны революционного порядка в городе и окрестностях избрал особый революционный комитет...
Товарищи рабочие, солдаты и граждане! Совет рабочих и солдатских депутатов призывает вас в полном спокойствии ожидать дальнейших событий и никаких выступлений без призыва Совета не делать...
Помните, что всякие волнения и погромные выступления лишь на руку врагам нашим, контрреволюционерам».
28 октября Совет заслушал доклад делегата II Всероссийского съезда Советов А. А. Медова. Заседание приветствовало Советское правительство во главе с В. И. Лениным, еще раз подтвердило постановление о передаче власти Советам рабочих и солдатских депутатов города и уезда.
Меньшевики и эсеры и на этом заседании выступали против предложения большевиков. Вследствие отзыва эсера Максимова председателем ревкома был избран большевик Андреев, а Михаил Иванович его заместителем.
Как в Вышнем Волочке, так и в уезде вся власть перешла к Советам рабочих и солдатских депутатов.
Осенью 1917 года Михаила Ивановича избрали делегатом на 1-ю Тверскую губернскую партийную конференцию большевиков, а в декабре того же года он поехал в Москву как делегат на партийную конференцию Центрального промышленного района и делегат съезда Советов этого же района.
Но враги не дремали. В 1918 году положение обострилось. Контрреволюционные силы Вышнего Волочка и кулачество в некоторых волостях начали активные действия против Советской власти.
В августе 1918 года горком партии поручает Михаилу Ивановичу руководство Чрезвычайной комиссией по борьбе с контрреволюцией и спекуляцией. В этот период
135


ожесточенной классовой борьбы он, опираясь на поддержку партийных организаций, проводит большую работу по борьбе с контрреволюцией.
В начале 1919 года ЦК партии в помощь Украинской республике направляет группу работников, в том числе и Михаила Ивановича. В 1921 году он возвращается в Тверскую губернию и работает в Твери.
И всюду, куда бы ни послала его партия, М. И. Артюхин оставался стойким большевиком, вдумчивым, чутко прислушивающимся к массам трудящихся.
Март 1922 года. Михаил Иванович в Москве вместе с другими председателями контрольных комиссий присутствует в качестве гостя на XI съезде Коммунистической партии, слушает отчетный доклад Владимира Ильича Ленина о работе ЦК, его заключительное слово и речь при закрытии съезда.
«В. И. Ленин, — вспоминал потом Артюхин, — своими страстными речами вселял в нас, местных работников, твердую уверенность в победе того дела, которое взяла на себя партия, открывая перспективы успешной борьбы социализма с капитализмом и окончательной победы коммунизма.
...Образ живого Ленина навсегда остался в наших сердцах и служил нам величайшей поддержкой и вдохновением во всей последующей многолетней и тяжелой деятельности во имя осуществления идеалов коммунизма в нашей стране»1.
Как достойного коммуниста и опытного работника, Михаила Ивановича выдвигают в 1927 году на работу в Центральную контрольную комиссию. В годы Великой Отечественной войны он вел политическую работу в Советской Армии. Уйдя на заслуженный отдых, он до последних дней своих принимал активное участие в жизни родной партии, был членом ревизионной комиссии Ростовского обкома.
Все мы, кому приходилось в жизни шагать плечом к плечу с Михаилом Ивановичем, постоянно помнили о нем — стойком большевике-ленинце, чутком товарище, кристально чистом человеке, до последнего вздоха преданном делу Коммунистической партии.
1 «Октябрь в Вышнем Волочке», стр. 44.


Ю. ЯСТРЕБОВ
КОМИССАР ИЗ КОРЧЕВЫ
Сейчас этого города нет на картах. Там, где тогда была Корчева, плещутся воды Большой Волги. Но память людская и тронутые неумолимым временем страницы архивных документов хранят и поныне рассказы об этом городе, о событиях, происходивших в нем, о людях, живших здесь когда-то.
В общем-то Корчева ничем особо примечательным в Тверской губернии не отличалась. Заштатный городишко — точно такой же, как и многие другие. Но, как и повсюду в бурные революционные дни, тут развернулись события, полные глубокого смысла и драматизма. Как и повсюду, здесь рушились старые, казалось незыблемые, устои, рабочие и крестьяне брали в свои руки власть, которой они дали имя Советская.
Октябрьская революция победила. По всей стране началось триумфальное шествие Советской власти. В декабре 1917 года в Корчеве состоялся 1-й уездный съезд Советов. Съезд принял резолюцию в поддержку Советского правительства, избрал свой исполнительный комитет. Возглавил его большевик Дмитрий Александрович Булатов, официально названный корчевским уездным народным комиссаром.
Дмитрий Александрович Булатов родился в 1889 году в том самом Корчевском уезде в крестьянской семье. Когда ему исполнилось двенадцать лет, его отправили в Петербург «учиться мастерству». Определили его мальчиком-учеником в кустарную мастерскую, занимавшуюся производством экипажей. Учеба чаще всего сводилась к подзатыльникам да поручениям сбегать туда-то, принести то-то. Но делать было нечего — не он один начинал подобным образом свою рабочую жизнь.
После пяти лет такой выучки перешел в другую мастерскую. Работал обойщиком экипажей, обивал мебель, выполнял всевозможные шорные работы. В 1911 году по
137


Д. А. Булатов
рекомендации одного из товарищей вступил в культурно - просветительный кружок, где слушал различные лекции, читал книги.
В стране назревал новый революционный подъем, партия большевиков вела усиленную работу в рабочих массах. Идеи большевиков, их призывы и лозунги все больше и больше привлекали внимание молодого рабочего. Еще бы! Ведь эти люди говорили о самых
сокровенных чаяниях трудового человека, их цели были близки и понятны каждому, кто на собственном горбу испытал, что такое подневольный труд, что такое работа за кусок хлеба.
С большим интересом Дмитрий Булатов читал большевистские листовки, газеты «Звезда», «Правда». Он уже понимал, что человек не может быть один, сам по себе, что в одиночку не добьешься многого, не перевернешь, не сломаешь ненавистные порядки царской России. В 1912 году он вступает в профессиональный союз экипажников. В том же году делает самый важный шаг на своем жизненном пути — связывает свою судьбу с партией большевиков.
В 1913 году Д. А. Булатов поступает на экипажную фабрику Брейтмана. Тяжелые условия труда, нищенские заработки давно уже вызывали недовольство рабочих этой фабрики. Дмитрий Александрович активно включается в подготовку стачки. И вот наступил день, когда рабочие фабрики предъявили хозяину свои требования. Тот отказался их удовлетворить. И тогда фабрика стала.
Тридцать дней продолжалась эта забастовка. Ни уговоры, ни угрозы — ничто не смогло сломить рабочих. И они победили. Хозяева были вынуждены пойти на полное удовлетворение их требований.
138


Эта стачка стала для Дмитрия Александровича первым боевым крещением. Потом он принимал участие в подготовке и проведении многих рабочих выступлений. И все чаще и чаще участники их выдвигали не только экономические, но и политические требования.
Товарищи по работе внимательно прислушивались к словам Дмитрия Булатова, видели в нем своего человека, во всем доверяли ему. Он был избран членом правления больничной кассы при фабрике. Входил в правление культурно-просветительного кружка, в котором вел пропагандистскую и разъяснительную работу как представитель фракции большевиков.
Тяжелые испытания принес рабочему классу России 1914 год. Война. Не все сумели правильно разобраться в сложившейся обстановке, дать ей принципиальную классовую оценку. Одни протестовали против кровавой бойни, другие, ослепленные патриотическими лозунгами, требовали войны до победного конца и шли умирать за веру, царя и отечество. Царское правительство усилило репрессии против рабочего движения, против всех прогрессивных сил. Рабочие организации подвергались разгрому, участники их жестоко преследовались.
Дмитрий Александрович Булатов был вынужден временно покинуть столицу, а когда вернулся обратно, то не нашел никого из старых друзей и соратников. Одни были арестованы, другие мобилизованы и отправлены на фронт, третьи ушли в подполье. Пытаясь установить связи с Петроградским комитетом большевиков, он вошел в один нелегальный кружок. Это был не большевистский кружок, но существенных расхождений с партийной платформой он не имел и стоял на антивоенной позиции. Члены кружка вели пропаганду среди рабочих и солдат, выпускали листовки. Но действовал этот кружок недолго. Полиция выследила его участников и арестовала. Был арестован и Д. А. Булатов. Шесть месяцев пробыл он в предварительном заключении. Шесть месяцев допросов, угроз, запугивания. А потом приговор: пять лет ссылки в Туруханском крае.
Тяжелой была жизнь политических ссыльных. Бесконечно долго тянулись дни и месяцы. Но Дмитрий Александрович не падал духом, занимался самообразованием, использовал любую возможность, чтобы пополнить свои знания.
139


Скудного содержания, которое выдавалось политическим, не хватало. А деньги, что присылали старые товарищи, он передавал больным ссыльным, которым было еще труднее. Поступать иначе он не мог. Это было для него естественное и единственно возможное решение. Для него — большевика-революционера, готового в любой момент пожертвовать собой ради других.
Его сильную, волевую натуру не могли сломить никакие лишения и невзгоды. Жить — значит бороться, не согнуться, не сломиться, превозмочь себя и выстоять.
Чтобы заработать на жизнь, Дмитрий Александрович вместе с другими ссыльными решил заняться кирпичным производством. Но дело не пошло. То ли глина в тех местах оказалась неподходящая, то ли опыта не хватило. Тогда стали выжигать известь. И радостно было видеть ему, как совместный труд поднимал дух его товарищей, вселял бодрость и уверенность в тех, кого начинала подтачивать ссыльная жизнь.
И вот, наконец, наступил семнадцатый год. В далекий Туруханский край пришла радостная весть: царское правительство свергнуто. В начале марта Дмитрий Александрович отправился на родину. Долгим и трудным был этот зимний путь. До одного Красноярска добрых полторы тысячи верст. Где на лошадях приходилось добираться, где на собаках.
Только в середине апреля приехал он в родные места. Думал заехать повидаться с родителями, а потом снова в Петроград, но вышло не так. Местные крестьяне избрали его в волостной исполком, а вскоре послали делегатом на 1-й губернский крестьянский съезд.
После съезда, в мае семнадцатого года Дмитрий Александрович был избран членом президиума Корчевского временного исполнительного комитета.
Здесь, в Корчеве, ему пришлось проводить кампанию по выборам в Учредительное собрание. Сам он был кандидатом в это собрание по списку № 6 — списку большевиков, выставленному Тверским комитетом. Этот список получил в уезде три четверти всех поданных голосов.
Но борьба за установление власти была не легкой. Классовые враги не сдавались. Когда стало известно о роспуске Учредительного собрания, заволновались в Корчеве все те, кто возлагал на него свои надежды, кто 140


уповал на возрождение прежних порядков: представители старого чиновничества, сторонники буржуазных партий. Разослали по уезду своих гонцов, решили провести митинг в поддержку Учредительного собрания. Булатов обратился к рабочим соседних фабрик с просьбой прислать вооруженное подкрепление. Но почтовые чиновники задержали его телеграммы.
Позднее Дмитрий Александрович так вспоминал те события: «Между тем на назначенный митинг к помещению исполкома стала стекаться публика, преимущественно местная, крестьян не было. Стали раздаваться требования открыть помещение исполкома и предоставить его для митинга. У входа в исполком стояли два милиционера. Их и всего на весь уезд было два. Под напором толпы человек в полтораста наша стража стушевалась и была смята. Замок был сломан, и толпа ворвалась в помещение.
Делать было нечего, приходилось ждать подкрепления. Вскоре явилось восемь рабочих с фабрики Чирикова. Посоветовавшись, что делать, решили разогнать митинг, не прибегая к помощи оружия. Разбились поодиночке и с криками «ура» по разным улицам пошли к помещению исполкома. Страху ради дали три-четыре выстрела в воздух. И когда я в самый разгар митинга появился в зале с вооруженными людьми и крикнул: «Как вы смели саботировать?!» — произошел настоящий переполох. Одного, самого ретивого, кадета задержали, остальные разбежались.
На следующий день местные чиновники отказались выйти на работу, даже врачи покинули больницу. Только решительные действия новой власти, арест руководителей саботажа и разгон земской управы сломили сопротивление врага».
В декабре 1917 года крестьяне Юрьевской волости избрали Дмитрия Александровича своим делегатом на 1-й губернский съезд Советов. Д. А. Булатов работал в Корчеве до декабря 1918 года, когда он был избран заместителем председателя Тверского губисполкома. Затем работал губпродкомиссаром, а в 1920 году стал председателем губисполкома.
Позднее ему довелось работать в разных городах страны. Он избирался секретарем Смоленского губкома партии и председателем Смоленского губисполкома, сек141


ретарем Вятского губкома партии. Работал в Ростове-на- Дону и Краснодаре. Заведовал оргинструкторским отделом ЦК ВКП(б), был членом коллегии ГПУ. С 1934 по 1937 год возглавлял Омскую областную партийную организацию.
На XVI съезде партии Дмитрий Александрович Булатов был избран кандидатом в члены ЦК ВКП(б), а на XVII — членом комиссии партийного контроля.
И на любом посту он всегда оставался верным борцом за дело ленинской партии. Дело, которому посвятил всю свою жизнь.


Н. КОЛОБКОВ
С ЛЕНИНСКОЙ ПРАВДОЙ
Вечером 18 июня 1913 года за Горбатым мостом, на лесной поляне собрались большевики Тверского вагоностроительного завода. Собрание было экстренным и очень важным. Связные предупреждали, что оно состоится в любую погоду. Все хорошо понимали, что имелась в виду не разразившаяся над Тверью летняя гроза, а шнырявшие повсюду полицейские шпики. После майских выступлений вагоностроителей и появления в рабочей «Правде» статей о порядках на заводе тверская охранка не жалела денег на оплату провокаторов и тайных осведомителей. На вагонном заводе была учреждена специальная должность полицейского надзирателя.
На собрание пришли все активисты. Когда люди расселись на траве, молодой столяр Алексей Соколов, хорошо известный собравшимся как высланный из Москвы корреспондент ленинской «Правды», достал из-под подкладки пиджака небольшой листок, бережно разгладил его на ладони и, взглянув на Алексея Хромова, спросил:
— Можно?
— Давай! — кивнул тот.
В письме, полученном из Петербурга, сообщалось о забастовке рабочих мастерских по ремонту международных спальных вагонов. Пытаясь сорвать забастовку, хозяева переправили неисправные вагоны в Тверь. Питерские товарищи просили проявить рабочую солидарность и присоединиться к ним.
Решение участников собрания было единодушным: завтра организовать на заводе митинг и предложить тверским рабочим резолюцию о бойкоте присланных вагонов. Выступить на митинге поручили молодому кузнецу Сергею Веселову.
То было далеко не первое партийное поручение двадцатилетнего коммуниста. Почти целый год Сергей Ве-
143


селов был организатором сбора денег в фонд ленинской «Правды», руководил тайной доставкой на завод запрещенных номеров рабочей газеты, в ып олнял обяз а нн о сти связного с конспиративной квартирой. Он был одним из организаторов майской забастовки вагоностроителей.
Рабочие уважали Веселова и охотно прислушивались к его советам.
На следующий день по
условному гудку две ты-
С. П. Веселов сячи вагоностроителей со¬
брались у силовой станции. Поднявшись на опрокинутую бочку, Сергей Веселов стал читать письмо из Петербурга.
— Прекратить!.. — раздался в наступившей тишине визгливый голос полицейского надзирателя. — Веселов, я тебе запрещаю говорить...
Этот окрик возмутил толпу. Послышались голоса:
— Долой полицию! Долой хозяйских прихвостней...
А чей-то зычный бас прогремел:
— Долой самодержавие!..
Перетрусивший надзиратель, придерживая одной рукой шашку, а другой спадавшее с носа пенсне, пустился наутек.
Вагоностроители единогласно решили объявить забастовку солидарности. Их резолюция вскоре была опубликована в «Правде».
Но Сергею Веселову не довелось тогда прочитать заветный номер рабочей газеты. Вечером в его комнату ворвались полицейские; перевернув скудные пожитки и книги, они обнаружили карточку, на которой Сергей и его товарищи были сфотографированы с развернутой «Правдой». То была вещественная улика против молодого кузнеца. В полицейском заключении было записано, что он принадлежит к преступной организации большевистского толка, поддерживающей партийные связи с
144


важными центрами и имеющей свою подпольную марксистскую библиотеку.
На основании сфабрикованных полицейскими материалов Сергея Веселова и двух его товарищей упрятали в тюрьму.
На следующий день вагоностроители забастовали. Они требовали освобождения арестованных и возвращения в Петербург присланных в ремонт вагонов.
Забастовка продолжалась два дня. Хозяева и полицейские пошли на частичные уступки: отправили обратно вагоны и освободили двух арестованных.
Сергея Веселова, как наиболее опасного агитатора и распространителя газеты «Правда», оставили в тюрьме.
Так начались революционные «университеты» молодого кузнеца. Тюрьмы, ссылки, встречи с профессиональными революционерами, настойчивая учеба, овладение ленинскими идеями — все это помогло ему стать впоследствии видным деятелем рабочего движения.
Сергей Петрович Веселов родился в 1892 году в деревне Игуменка Старицкого уезда Тверской губернии в семье крестьянина, имевшего маленькую сельскую кузницу.
Бедный земельный надел не обеспечивал хлебом большую семью (у Сергея было девять братьев и сестер), поэтому дети с малых лет шли работать в город или помогали отцу в кузнице. Четырнадцатилетний Сергей научился плотничать, ковать подковы, чинить незатейливую деревенскую утварь. При случае брался за ремонт часов-ходиков. Словом, стал мастером на все руки.
В конце 1907 года Сергей приехал в Тверь и поступил на вагоностроительный завод учеником кузнеца. Сдав пробу, он вскоре стал работать самостоятельно.
На заводе Сергей Веселов познакомился с передовыми рабочими, пробудившими у любознательного паренька любовь к книгам. Он начал посещать городскую воскресную школу, где в ходе общеобразовательных занятий социал-демократы проводили беседы на политические и экономические темы.
В 1912 году Веселов стал активным участником тверского революционного подполья.
Он близко сошелся с высланным из Москвы корреспондентом «Правды» Алексеем Соколовым, членом партии с 1908 года и активным правдистом Николаем Кле-
10 Рядовые ленинской гвардии
145


риковым. Оба они были опытными пропагандистами, политически зрелыми, хорошо начитанными марксистами. Алексей Соколов пригласил Сергея жить в одной комнате, снабжал его литературой. Впоследствии Веселов не раз подчеркивал ту огромную роль, которую сыграла ленинская «Правда» в становлении и работе большевистской организации вагоностроительного завода.
С. П. Веселов в 1913 году вступил в ряды ленинской партии и всецело отдал себя партийной работе. Он испытал каторжный режим тверской и псковской тюрем. Был сослан с «волчьим билетом» в Лифляндскую губернию (Латвия).
В Риге С. П. Веселов при содействии латышских подпольщиков получил «чистые» документы и поступил на Русско-Балтийский вагоностроительный завод кузнецом. Вскоре он стал активным участником рижского большевистского подполья.
Но полиция не спускала глаз с поднадзорного кузнеца.
В начале 1915 года его снова арестовали и приказали в течение 24 часов покинуть Ригу. Веселов выезжает в Ярославль. Но полицейские выдворяют его и оттуда.
По совету друзей Веселов едет в Самару. Там с помощью подпольщиков он устроился в кустарную мастерскую: работал слесарем, кузнецом, лудильщиком самоваров. В Самаре он познакомился с выдающимся большевиком Н. М. Шверником и под его руководством принимал участие в организации городской больничной кассы, в проведении массовок и стачек.
В период Февральской революции С. П. Веселов участвовал в Самаре в разоружении полиции и жандармерии, в укреплении революционного порядка.
Он вовлекал передовых рабочих в ряды большевистской партии, разъяснял им Апрельские тезисы Ленина и решения Всероссийской апрельской партийной конференции.
В рабочем кружке самарских трамвайщиков Веселов встретился с молодой коммунисткой Анной Матвеевной, работавшей вагоновожатой. С этого времени их жизненный путь соединился до конца дней. Они вместе работали в Самарском Совете рабочих депутатов, большевистской фракцией которого руководил верный ленинец В. В. Куйбышев.
146


В августе 1917 года Веселов вместе с женой приехал в Тверь на вагоностроительный завод. Работая кузнецом, он включился в кипучую деятельность районной большевистской организации. А Анна Матвеевна создала на заводе библиотеку, затем была организатором профсоюзной работы на Морозовской фабрике. Рабочие избрали Веселова председателем завкома, послали его в Совет рабочих депутатов. Он активно участвует в формировании заводского отряда Красной гвардии, в организации культурно-просветительной работы.
В почти ежедневных жарких спорах с меньшевиками и эсерами росло его ораторское мастерство, закалялась воля. Организаторские способности и высокий авторитет кузнеца признавали даже враги. Тверская меньшевистская газета «Дело» в номере от 9 августа 1917 года с горечью рассказывает, что на вагоностроительном заводе по предложению рабочего Веселова было решено провести перевыборы Тверского Совета. Веселов предложил проводить выборы не на общезаводском собрании, как того хотели меньшевики, а по мастерским. В результате закрытой баллотировки от вагоностроительного завода было избрано в Совет 15 большевиков.
5 октября 1917 года С. П. Веселов был избран членом исполнительного комитета Тверского Совета. Новый состав Совета принял большевистскую резолюцию о необходимости перехода власти в руки трудящихся.
Как председатель завкома вагоностроительного завода, Веселов практически осуществлял право рабочего контроля. На конференции фабзавкомов он докладывал:
«Завком старается осуществить контроль над хозяйственной жизнью завода, проектирует устройство отделов, специально предназначенных для выделки предметов, нужных крестьянину, борется с надвигающейся безработицей»1.
Приближались решающие события Великого Октября. В связи с тем что работники тверского телеграфа задерживали сообщение о революционных выступлениях в столице, 25 октября Тверской Совет командировал в Петроград члена исполкома Совета С. П. Веселова.
1 «Очерки истории Калининской организации КПСС», стр. 178.
10* 147


Ранним утром 26 октября тверской кузнец был уже в столице.
«Город — колыбель революции, — писал он впоследствии, — произвел на меня большое впечатление. На площадях и улицах — полнейший порядок, кое-где горели костры, у которых грелись вооруженные рабочие. По улицам патрулировали красногвардейцы и моряки. Только прошлой ночью штурмом они взяли последнюю цитадель буржуазной власти — Зимний дворец, и теперь как настоящие хозяева рожденного нового мира бдительно охраняют революционный порядок.
С большим волнением я читал «Обращение к гражданам России».
Через час я уже был в Смольном. При входе в здание проверили мой мандат и провели к члену Военнореволюционного комитета тов. Подвойскому. Он расспросил меня о цели приезда и сказал, что пролетарская революция под руководством Ленина победила и что теперь необходимо организовать на местах революционный порядок, создать органы Советской власти. Тов. Подвойский предложил мне немедленно возвратиться в Тверь, что я и сделал...»1.
После победы Великой Октябрьской революции С. П. Веселов возглавил культурно-просветительный отдел Тверского губисполкома. Его избирают секретарем губернского совета профсоюзов. Обладая исключительным личным обаянием, умением убеждать, воспитывать, зажигать идеями революции представителей старой русской интеллигенции, Веселов быстро сумел подобрать распространителей газет, журналов и книг, организовал большевистскую типографию, помог открыть первый Народный дом.
В январе 1919 года С. П. Веселов был послан на 2-й Всероссийский съезд профсоюзов. Здесь исполнилась заветная мечта коммуниста: он увидел В. И. Ленина, услышал его речь.
— Как много новых мыслей, какую огромную уверенность в творческих силах рабочего класса, нашего советского строя дал нам доклад Владимира Ильича! — вспоминал он впоследствии.
1 «За власть Советов». Калинин, 1957, стр. 82.
148


Второй раз Сергей Петрович слушал выступление великого вождя в апреле 1920 года на 3-м съезде профсоюзов.
Вскоре С. П. Веселов, по партийной мобилизации выехал на польский фронт. Украинские коммунисты избрали его делегатом X съезда партии. Встреча па съезде с В. И. Лениным оставила самое глубокое впечатление на всю жизнь. Ленин рассказывал о политической деятельности Центрального Комитета, о задачах в связи с переходом к новой экономической политике.
Но присутствовать на всех заседаниях съезда Веселову не пришлось. С группой делегатов он участвовал в разгроме кронштадтского мятежа.
По возвращении в Москву С. П. Веселову снова посчастливилось слушать Владимира Ильича, выступившего перед бойцами с докладом об итогах работы съезда партии и о классовой сущности кронштадтских событий.
Многие годы посвятил С. П. Веселов профсоюзной работе: был инструктором ВЦСПС, членом центрального бюро пролетарского студенчества, организатором рабочих факультетов и вовлечения рабочих в высшую школу.
В 1931 году партия командировала С. П. Веселова в экономический Институт красной профессуры. Здесь он приобрел фундаментальные знания, к которым горячо стремился всю жизнь.
С 1934 года Сергей Петрович работал парторгом ЦК в паровозном депо станции Витебск, затем в политотделе Калининской железной дороги и аппарате НКПС.
В первые же дни Великой Отечественной войны старый коммунист вступил в ряды московского народного ополчения. Его назначили военным комиссаром управления подвижных войск на Западной железной дороге. В самые напряженные дни боевых операций Сергей Петрович неизменно был на передовых участках, где под вражеским артиллерийским обстрелом и бомбежками восстанавливал железнодорожное сообщение с фронтом.
В ноябре 1946 года С. П. Веселов в звании подполковника вышел в отставку. Но старый коммунист не мог жить без работы, без постоянного общения с народом. Он работал инспектором по кадрам, инструктором полит149


отдела железной дороги, заведующим партийным кабинетом, руководил кружком по изучению истории партии, выступал с лекциями, докладами.
В последние годы своей жизни С. П. Веселов активно участвовал в сборе и обработке материалов по истории Калининского вагоностроительного завода, часто приезжал к вагоностроителям, выступал с воспоминаниями о революционной работе, много фотографировал. Он написал несколько статей о работе группы правдистов на заводе в 1912—1914 годах. Его воспоминания опубликованы в журнале «Вопросы истории КПСС» № 5 за 1962 год, в книгах «Ленин и Тверской край» и «За власть Советов».
В октябре 1962 года в Московском музее М. И. Калинина старые коммунисты-тверяки торжественно отметили 70-летие со дня рождения и 50-летие революционной деятельности Сергея Петровича.
Растроганный до слез оказанными ему почестями, Сергей Петрович сказал:
— Моя сознательная жизнь была посвящена самому дорогому — борьбе за торжество идей великого Ленина, нашей Коммунистической партии. И сейчас, в годы бурного расцвета Родины, я забываю о своем возрасте. Хочется сделать больше, передать свой опыт и знания молодым строителям коммунизма. Очень хочется жить и работать, быть полезным партии до последнего дыхания...
Затем в своей квартире на Профсоюзной улице Сергей Петрович с увлечением показывал товарищам накопленные богатства: редкие книги, рукописи, документы о революционной работе тверских, рижских и самарских подпольщиков.
На его письменном столе, рядом с чернильницей, стояли небольшая наковаленка и маленький кузнечный молоток. На вопрос о их назначении Сергей Петрович с улыбкой ответил:
— Сделал их своими руками еще в молодости, и теперь эти реликвии напоминают о минувшем.
Осторожно взяв пальцами молоточек, он стал выстукивать хорошо знакомый всем ритм, напевая:
«Мы кузнецы и дух наш молод, Куем мы счастия ключи...»
150


Трудно было поверить, что уже тогда этого душевного, неунывающего человека грызла злая болезнь.
Умер Сергей Петрович 17 ноября 1962 года. Он похоронен в Москве на Ново-Девичьем кладбище. О кончине С. П. Веселова с глубоким прискорбием известила газета «Правда», активным читателем, распространителем, учеником и корреспондентом которой он был с самого ее зарождения.
В честь кузнеца-вагоностроителя, поднявшегося в борьбе за народное счастье до высот коммунистической культуры, одна из улиц в Заволжском районе названа именем С. П. Веселова. На его родине, в Новской школе Старицкого района ребята создали школьный музей.


А. ЕГОРОВ
«ТОВАРИЩ АНДРЮША»
В середине лета 1922 года в «Тверской правде» была напечатана короткая редакционная заметка под заголовком «Счастливого пути». Она начиналась так: «В порядке персональной переброски ЦК РКП (б)—председатель губисполкома, член губкома РКП и член ВЦИК тов. Жданов Андрей Александрович откомандировывается для работы в Сормово...».
Обычная кадровая хроника. В газетах того времени немало печаталось подобных сообщений. Впрочем, эта традиция сохраняется и поныне. Партийные комитеты информировали и сейчас информируют трудящихся через свои печатные органы о перемещениях руководящих работников. Заметка же, о которой упоминается выше, выходила за рамки традиционной хроники. Далее в ней говорилось:
«...Но можно ли только этим ограничиться, провожая тов. Андрюшу? Тот, кто близко сталкивался с ним в работе, знает, что тов. Андрюша заслуживает быть отмеченным не только как сердечный товарищ, но и как человек с недюжинными способностями...».
«Товарищ Андрюша»!... Наверное, только о человеке очень близком и дорогом можно было говорить так ласково и нежно в официальном сообщении газеты. Казалось, для подобной «сентиментальности» время было совершенно неподходящим. В том же номере «Тверская правда» сообщала своим читателям о саботаже Антанты на Гаагской конференции, о процессе правых эсеров, о неимоверных усилиях московских рабочих, оживлявших фабрику «Эмиль Циндель», и о многих других — малых и больших — фактах, явлениях, проблемах, в которых были заботы, тревоги и боль.
Тверь сердечно и трогательно прощалась со Ждановым. Несколько лет назад вот также «в порядке персональной переброски» отсюда уезжал Александр Пет152


рович Вагжанов. Первый тверской рабочий губернатор направлялся Центральным Комитетом партии в Сибирь, там банды Колчака угрожали существованию молодой Советской Республики и там нужны были особенно стойкие бойцы-ленинцы. Теперь тверской председатель губисполкома выдвигался на работу в крупный рабочий район России. Все это делало честь губернской организации, которая с момента своего возникновения
А. Л. Жданов
всегда была боевым отря¬
дом партии, твердо стоявшим на ленинской платформе. Это делало честь и тем, на ком останавливал свой выбор Центральный Комитет. Жданов, как и Вагжанов, был профессиональным революционером. Он, как и его старший предшественник, первые свои шаги в рабочем движении делал в Твери.
В городе Калинине на стене здания советско-партийной школы висит памятная доска, на которой высечены слова: «В этом доме в Тверском реальном училище учился в 1910—1915 гг. и начал свою революционную деятельность в 1912 году Андрей Александрович Жданов».
Шестнадцатилетним юношей вступил на путь революционной борьбы Жданов. Первые уроки политграмоты он получил от отца, работавшего инспектором народных училищ по Корчеве. Александр Александрович Жданов, несмотря на духовное воспитание, был человеком прогрессивных убеждений. Он живо интересовался теорией революционных и социалистических учений и знакомил с ними своего пытливого, любознательного сына.
Характер Андрея Жданова складывался под влиянием книг Чернышевского и Добролюбова, воззрений русских революционных демократов. Он сразу и навсегда 153


умом и сердцем принял марксистскую теорию, как только познакомился с нею. В марксизме он увидел единственно верный путь к избавлению людей труда от бесправия и угнетения. Работы В. И. Ленина стали для молодого марксиста настольными книгами, руководством к действию.
Андрей Жданов подружился с одноклассником реального училища Афанасьевым. Они и стали организаторами кружка, который ставил своей целью пропагандировать социал-демократические идеи. Придерживаясь платформы «Правды», Жданов и Афанасьев пытались внести в кружок политическое направление, но это на первых порах не удавалось. Не имея связи с партией, включая в себя незрелую, разномастную молодежь, питавшуюся из разных идейных источников, кружок не имел ярко выраженного политического лица. В 1914 году он значительно расширился за счет гимназистов и семинаристов духовной семинарии, учениц коммерческого училища и школы Максимович. Постепенно кружок через И. М. Москвина, А. И. Криницкого завязывает связи с организациями РСДРП, и в нем побеждает большевистское направление. Народники и эсеры, имевшие в свое время некоторое влияние, теперь изолируются, абсолютное большинство кружковцев — в их числе П. Н. Поспелов, Н. М. Константинов, М. М. Михеев, К. Л. Патрикеев, Е. И. Троицкая идет за большевиками.
В 1915 году после окончания училища Жданов едет в Москву и поступает в сельскохозяйственный институт. Здесь он активно включается в общественную работу, принимает деятельное участие в студенческом движении, входит в Тверское землячество, ведя яростную борьбу против народников. Революционная работа полностью захватывает Жданова, и он ради нее бросает учебу.
Осенью 1915 года на загородных сходках рабочих тверских фабрик Морозова, Берга, Залогина, среди вагоностроителей и железнодорожников стал появляться крепкий, коренастый молодой человек. Его называли Юрием. Юрий с позиций ленинской «Правды» раскрывает сущность империалистической войны, разоблачает оборонцев, по-большевистски разит оппортунистов всех мастей. Это возвратился в Тверь Андрей Жданов. За полгода большой, напряженной партийной работы он 154


завоевал себе такой авторитет, что в марте 1916 года был кооптирован в Тверской комитет РСДРП.
Европа была охвачена пламенем первой мировой войны. Царское правительство гнало эшелоны солдат на фронт, но оно не способно было справиться с перестройкой хозяйства на военный лад.
Российская империалистическая буржуазия решила взять инициативу мобилизации промышленности в свои руки. Ставилась двуединая задача: организовать снабжение армии и при этом нажиться на военных поставках. С этой целью в конце мая 1915 года на 9-м Всероссийском съезде представителей торговли и промышленности с благословения правительства были созданы военно-промышленные комитеты. Монарх и буржуазия рассчитывали вовлечь в эти комитеты все слои общества, в том числе рабочих, и этим создать видимость поддержки народом грабительской войны.
Большевики сразу же раскусили коварный замысел царя и его приспешников. Они организовали широкую кампанию против войны и военно-промышленных комитетов. Среди рабочих распространяются листовки ГК РСДРП. В составлении их принимает горячее участие Жданов. В большевистских прокламациях раскрывается сущность создаваемого эксплуататорами детища. «Для нас, — говорилось в одной из листовок, — вполне ясно, что рабочие призваны в военно-промышленные комитеты для определенной цели — спасать обессиленный капитал. Но рабочие не попадутся на эту удочку. Им не по пути с буржуазией... Долой войну! Долой царскую монархию! Да здравствует революция! Да здравствует социализм!»
Руководители Тверской организации большевиков не ограничивали свою работу изданием листовок. Они прибегали и к другим формам политической борьбы. В частности, было решено использовать и избирательную кампанию в военно-промышленные комитеты. В марте 1916 года в результате агитации большевиков от вагоностроителей тайным голосованием наряду с другими рабочими был избран на городское собрание А. Д. Хромов — профессиональный революционер, совсем недавно освобожденный из крепости. Заключительный этап выборов — городское собрание выборщиков должно было состояться в колонном зале Дворянского собрания.
155


Перед тем как войти в одно из роскошных зданий Твери, вход в которое раньше был доступен лишь «отцам города» и их слугам, рабочие делегаты собрались в городском саду. Здесь перед ними один за другим выступают большевики Л. Д. Хромов, Г. А. Князев, Л. А. Жданов. Ораторы разоблачают коварный замысел, показывают рабочим делегатам истинный характер мировой бойни, срывают «патриотическую» оболочку с военно-промышленных комитетов.
Рабочие выборщики, выслушав большевистских агитаторов, единодушно решают поддержать их платформу. «Классовый мир перед лицом угрозы отечеству», на который рассчитывали инициаторы военно-промышленных комитетов, не состоялся. Рабочие выборщики, заявив свой решительный протест против грабительской войны, демонстративно покинули зал. Это была большая победа Тверского комитета РСДРП, и в ней немалая заслуга Жданова — одного из видных вожаков тверских коммунистов.
Летом 1916 года Жданову приходит предписание — явиться на мобилизационный пункт. Начался новый этап в биографии Андрея Александровича. Царицын, Тифлис, школа прапорщиков. Пропаганда в войсках. Борьба за солдатскую массу, привлечение ее на сторону большевиков. Весть о свержении царя Жданов получил в Шадринске Пермской губернии, где находился в 139-м запасном полку и вел большевистскую пропаганду среди солдат. 10-я рота, в которой служил А. А. Жданов, первой в полку подняла красный флаг.
Андрей Жданов и его единомышленники по организации ведут усиленную политическую агитацию не только в войсках, но и среди гражданского населения. Это подготовило почву для победы революции в Шадринске и уезде сразу же после падения Временного правительства в Петрограде. Жданов в это время возглавляет Шадрипский комитет РСДРП. Первые шаги новой рабоче-крестьянской власти и большевистской организации уже правящей партии в глубинном уезде России были связаны с его именем.
После работы на Урале, в Перми, в Уфе Андрей Александрович снова, вот уже в третий раз, возвращается в Тверь. Правда, прибывает он сюда больным, направляется на поправку здоровья, но болеть професси- 156


опальному революционеру некогда. Жданов бросается на тс участки, где кроме знаний, опыта нужны железная воля, невероятная работоспособность, талант крупного организатора. Что ему только не поручается! Андрей Александрович в это время возглавляет агитационноорганизационный отдел губернского военного комиссариата, работает преподавателем на Тверских кавалерийских командных курсах, редактирует газету «Тверская правда» и журнал «Вестник коммунизма», заведует сначала отделом кооперации губкома, затем отделом по работе среди профсоюзов. Если прибавить к этому, что А. А. Жданов был членом губкома партии и губисполко- ма, членом президиума и заместителем председателя горисполкома по экономическим делам, членом ВЦИК и нештатным пропагандистом Тверской организации РКП (б), то мы видим круг его обязанностей во всей полноте.
Ответственны поручения, велика нагрузка. Может даже показаться, что это не под силу одному человеку. Но исследование стиля работы Жданова, рассказы современников свидетельствуют, что Андрей Александрович все делал с душой, работе отдавал всего себя без остатка.
Если Жданов являлся пропагандистом, то он находил время разрабатывать доклады и выступать с ними перед трудящимися. Нам известно, что только в 1920 году он выступает с докладами на общем собрании членов партии и сочувствующих, на губернском съезде работников печати, на общегородской конференции учителей, на IV районно-городской конференции РКП (б), на VII губернском съезде РКП (б), на тверском собрании партийных, профессиональных, войсковых и общественных организаций, на торжественном заседании в честь открытия II конгресса III Интернационала, на заседании женщин-работниц, на III уездно-городской конференции РКСМ, на губернском съезде секретарей, на общегородской конференции, на заседании губкома. Темы докладов самые разнообразные. Здесь текущий момент и рабселькоровское движение, о кооперации и международном положении, о рабоче-крестьянской инспекции и о концессиях, организация помощи фронту и переход от войны к восстановлению хозяйства.
Если Жданов был партийным публицистом, оп систе-
157


матически выступал в печати. В «Тверской правде» были опубликованы десятки статей Андрея Александровича. И здесь темы самые боевые, животрепещущие, жизнь водила пером партийного журналиста. «Советская власть и кооперация», «На борьбу с сыпняком», «Первое мая за границей», «Польское наступление и интеллигенция» — Жданов откликается на события, которыми живет партия, страна.
Характерной особенностью стиля работы Жданова является то, что он постоянно находится в гуще масс, питается от нее народной мудростью и сам отдает людям то, что имеет. Андрей Александрович частый гость в партийных организациях. Впрочем, слово «гость» к нему не подходит. Он — организатор, боец, наставник. Жданов часто посещает рабочие коллективы, выезжает в уезды. Документы партийного архива зафиксировали факты пребывания Андрея Александровича в Корчеве, Бежецке, Ржеве. В Корчеве он проводит уездную конференцию, в Бежецке обследует деятельность партийных организаций, в Ржеве выступает с докладом «О сессии ВЦИК».
26 апреля 1922 года А. А. Жданов избирается председателем Тверского губисполкома. Огромная ноша легла на плечи 26-летнего коммуниста. Но Жданов лишь молод годами, но зрел революционным опытом, знаниями. Он умело руководит губернским исполнительным комитетом, опираясь на партийную организацию, на многочисленных добровольных помощников из рабочей среды. Ему принадлежат тезисы «О взаимоотношениях партийных организаций с советскими, профессиональными и кооперативными организациями», которые он разработал по поручению бюро губкома партии и которые сыграли важную роль в улучшении всей организационно-партийной и советской работы в губернии.
Недолго был председателем Тверского губисполкома А. А. Жданов. Однако он оставил и здесь свой заметный след. В решенных вопросах, в выдвинутых проблемах, в разработанных документах, в газетных и журнальных статьях он оставил о себе добрую память. Тверской период деятельности Жданова сыграл в его жизни большую роль. В Твери он делал первые шаги в революцию, здесь получал боевое крещение, закалял 158


волю и характер, здесь формировался как видный партийный и государственный деятель.
Позднее А. А. Жданов возглавлял одну из крупнейших организаций партии — Горьковскую краевую. С именем Жданова связаны успехи в развитии индустрии в городе Горьком. Он закладывает первый камень в фундамент автозавода-гиганта. Под его руководством возводятся десятки предприятий, целые районы.
В 1934 году в Ленинграде был злодейски убит любимец партии и всего советского народа Сергей Миронович Киров. Центральный Комитет направляет в город Ленина А. А. Жданова, и ленинградские коммунисты единодушно называют его преемником Сергея Мироновича. На протяжении десятилетия Жданов руководит Ленинградской партийной организацией. Многое сделал он для дальнейшего развития промышленности, сельского хозяйства, культуры, науки Ленинграда и Ленинградской области. В 1939 году деятельность Андрея Александровича в городе на Неве была отмечена высшей правительственной наградой — орденом Ленина.
Когда началась Великая Отечественная война советского народа против немецко-фашистских захватчиков и враг подступил к воротам Северной Пальмиры, ленинградцы во главе с коммунистами превратили свой город в неприступную крепость. Жданов был душой обороны колыбели революции. Возглавляя партийную организацию и являясь членом Военного совета Ленинградского фронта, он воодушевлял бойцов и трудящихся осажденного города на борьбу с врагом, вселял в них уверенность в нашей победе. Ленинград выстоял. Фашисты были отброшены от его стен. За большие заслуги в годы Великой Отечественной войны Андрей Александрович был награжден орденами Суворова и Кутузова I степени, ему было присвоено воинское звание генерал-полковник.
После войны до конца своей жизни Жданов работает в аппарате ЦК партии. Являясь талантливым теоретиком и пропагандистом марксизма-ленинизма, он ведет большую и разностороннюю работу по защите ленинских принципов литературы, искусства, философии. Деятели советской культуры высоко ценили знания Андрея Александровича, прислушивались к его голосу. Писатель Федор Панферов вспоминал в газете «Правда»: 159


«Андрей Александрович был наш большой и чуткий друг и, как мы называли его в своей среде, наш справедливы?! критик: он не просто критиковал наши произведения, а, критикуя, помогал нам разобраться в сложнейших вопросах, направлял пас, вдохновлял нас на творчество словом и делом — всей своей деятельностью, всей своей преданностью советской Родине...».
А вот что писал композитор Тихон Хренников: «Андрей Александрович очень любил русскую народную песню. Его знаниям в этой области мог бы позавидовать любой фольклорист — он помнил наизусть слова и музыку более 300 народных русских песен. И в личных беседах, и в выступлении на совещании в ЦК партии Андрей Александрович призывал изучать русскую народную музыку, он видел в ней громадный источник творческого вдохновения советских композиторов. Он ориентировал их на великий пример наших русских композиторов-классиков, требуя учиться у них творить понятную народу, демократическую музыку».
Вся жизнь А. А. Жданова была связана с партией. Вступив в нее в юношеском возрасте, он до последнего своего дыхания честно и верно служил ее делу. Андрей Александрович пользовался среди партийцев высоким авторитетом и безграничным доверием. На XIV и XV съездах партии его избирают кандидатом в члены ЦК, а на XVI съезде — членом ЦК ВКП(б). С 1935 года он кандидат в члены Политбюро, а с 1939 года — член Политбюро ЦК ВКП(б). В течение многих лет Андрей Александрович работал секретарем Центрального Комитета партии, занимаясь вопросами социалистической культуры и международного коммунистического и рабочего движения.
Андрей Александрович был большим патриотом своей Родины. Он горячо любил ее. Его слова о России, русском народе, о советских людях, изменившихся вместе с социальными и экономическими преобразованиями, стали крылатыми. В докладе о 29-й годовщине Великого Октября Жданов говорил: «Если наша страна за короткий исторический срок вышла победителем из двух войн — из войны против интервентов и из второй мировой войны — и успела создать могучую социалистическую промышленность, высокоразвитое социалистическое сельское хозяйство, серьезно поднять культур-
160


ный уровень и благосостояние народных масс, то это говорит о неиссякаемой жизненной силе советского строя, непобедимости того дела, за которое боролся наш народ, совершая Великую Октябрьскую социалистическую революцию».
С юношеских лет и до последнего дыхания А. А. Жданов был примером самоотверженного служения партии и народу. Хорошо сказал о Жданове советский поэт Алексей Сурков:
Сколько силы было в этой жизни, В этой честной и прямой судьбе, Безраздельно отданной отчизне, Коммунизму, партии, борьбе!
11 Рядовые ленинской гвардии


Л. ИЛЬИНА
РУКОВОДИТЕЛЬ ТВЕРСКИХ БОЛЬШЕВИКОВ
В героическом девятьсот семнадцатом Александр Иванович в свои двадцать три года уже был руководителем тверских большевиков — председателем Тверского комитета РСДРП, а за плечами молодого революционера — большой опыт политической работы.
Вспоминая о том времени, Т. Н. Никитина, бывшая морозовская ткачиха, рассказывает: «В предоктябрьские месяцы 1917 года в Твери почти ежедневно проходили многолюдные митинги и собрания. Они возникали всюду — в рабочих казармах, в морозовском театре, на фабричном дворе и просто на улицах... Вспоминаются наиболее частые и яркие выступления большевиков. Вот поднимается на самодельную трибуну высокий, стройный, с гусгой шевелюрой Александр Кривицкий. Говорит он спокойно, просто, но с огромной силой убеждения»1.
Напористый, волевой, целеустремленный, работник большой выдержки, разумный, рассудительный, Александр Иванович Криницкий был необыкновенно красивым человеком, красивым, как говорил А. П. Чехов, и всем своим внешним обликом, и душой, и мыслями. У него были умные карие глаза, густые каштановые волосы. Крупного телосложения, он отличался порывистыми, решительными и энергичными движениями. Биография этого человека так многогранна, так полна событиями, встречами, разнообразной кипучей деятельностью, что трудно рассказать о ней в рамках небольшого очерка.
Требовательный к себе и к людям, прямой и принципиальный, А. И. Криницкий был опытным, теоретически подготовленным работником партии. Он был делегатом многих съездов Коммунистической партии (с XI по XVII). На XV съезде ВКП(б) был избран кандидатом в 1 «Заре навстречу». М., «Московский рабочий», 1968, стр. 8—9.
162


члены Центрального Комитета, а на XVII съезде — членом ЦК ВКП(б), был депутатом Верховного Совета СССР, членом ЦИК СССР.
Александр Иванович родился в 1894 году в Твери (Калинине) в семье чиновника. На одной из тихих старинных улиц Калинина до сих пор стоит маленький деревянный домик, в котором он провел свое детство. Семья Криницких имела весьма ограниченные средства для жизни, детей в семье было четверо, и Александр, как самый старший, уже во время обучения в гимназии зарабатывал уроками.
Учился он блестяще: Тверскую мужскую классическую гимназию окончил с золотой медалью. После окончания гимназии Криницкий поступил в Петербургский политехнический институт, но вскоре перевелся в Московский государственный университет на филологический факультет. Есть основания полагать, что он это сделал из соображений партийной работы, так как еще в Твери, в годы первой мировой войны, он начал политическую деятельность в подпольной большевистской организации.
По документам Александр Иванович Криницкий член партии большевиков с мая 1915 года. Но старые тверские большевики утверждают, что он еще раньше участвовал в подпольной работе. Они вспоминают, в частности, что осенью 1914 года царская охранка перехватила письмо двадцатилетнего студента Московского университета Александра Криницкого. Автор письма сообщал своим друзьям, что он изучает марксизм... Полиция не случайно заинтересовалась юношей. Учась в Московском университете, уроженец и постоянный житель города Твери Криницкий был активным участником марксистских кружков, существовавших в его родном городе, во время каникул вел активную пропагандистскую деятельность, а находясь в Москве, поддерживал тесные связи с подпольщиками-тверичами.
В годы первой мировой войны в Твери возникло два подпольных политических кружка учащейся молодежи. Одним из этих кружков руководил Александр Иванович Криницкий. В него входили учащиеся старших классов гимназии, реального училища и семинарии: А. Жданов, Н. Патрикеев, Н. Константинов, Д. Белюстин, А. Алексеева, Е. Троицкая и другие. Этот кружок был связан со
п*
163


Л. И. Криницкий
вторым, в котором объединялись учащиеся седьмых-шестых классов: П. Поспелов, М. Константинов (Михеев), А. Горкин и другие товарищи.
В. С. Платов в книге «Тверское большевистское подполье» пишет: «Особенно большую политическую работу в Тверской большевистской организации в 1915 году вел Александр Иванович Кри- ницкий (партийная кличка «Василий»). Он выступал с докладами на массовках, партийных конференциях, партийных собраниях рабочих вагоностроительного завода, фабрик Берга, Морозовых, проводил занятия в подпольных кружках»1. В этой же книге приводятся воспоминания тверского рабочего-большевика Г. И. Макарова: «В январе месяце 1915 года на занятие партийного кружка с Тарасовым пришел новый товарищ, лет 23—24, — не больше, выше среднего роста, шатен, волосы зачесаны назад, открытое, всегда улыбающееся лицо, в белой рубашке, подпоясан ремнем, синие диагоналевые брюки. Назвался «Василием»... Он четко поставил вопрос о пораженчестве и превращении войны империалистической в войну гражданскую».
В июне 1915 года в Твери проходила городская партийная конференция. На ней с докладом о положении рабочего класса в связи с войной и нарастанием забастовочного движения выступил А. И. Криницкий. Конференция приняла ленинские резолюции по вопросам войны и текущего момента. Уже в этот период Александр Иванович был убежденным марксистом-ленинцем. В одном из писем он говорит о своих взглядах: «Итак, занимаюсь, склоняюсь к объективизму, не к субъективизму народников, не к вульгарному по некоторым 1 В. С. Платов. Тверское большевистское подполье. Калинин, 1963, стр. 78—79.
164


вопросам слишком упрощенному марксизму русских «карликов» (меньшевиков), изовравшихся по некоторым вопросам... а по существу к единственно правильному марксизму»1.
В Москве на квартире у Криницкото хранился гектограф, на (котором он печатал листовки и прокламации Тверского комитета РСДРП (б). В сентябре 1915 года Александр Иванович вместе с двумя товарищами печатал ночью листовку «Долой войну!». Внезапно нагрянула полиция и арестовала их. Вскоре состоялся суд. Криницкого приговорили к вечному поселению в Сибири. Ссылку он отбывал в селе Малышевке Иркутской губернии на далекой Ангаре. Как выяснилось позднее, непосредственным поводом для ареста послужило то, что товарищ Криницкого обронил на пол у него в квартире черновики листовки, хозяйка прочитала их, испугалась и снесла в полицию. По этому доносу они и были арестованы. С арестом А. И. Криницкого Тверской комитет потерял хорошего организатора и наиболее теоретически подготовленного пропагандиста.
После Февральской революции Александр Иванович возвратился в Тверь и с головой ушел в партийную работу. В революционных событиях 1917 года в Твери он играл видную роль. Был делегатом от Тверской организации на Всероссийской апрельской конференции большевиков в Петрограде. С октября 1917 года он — председатель Тверского комитета РСДРП (б), член исполнительного комитета Тверского Совета.
Октябрь 1917 года. Бурно жила в те дни Тверь.
Красногвардейские патрули с красными повязками на рукавах, рабочие, солдаты, крестьяне заполняли улицы. На площадях и улицах, на заводах и фабриках проходили демонстрации, митинги. Напряженная работа тверских большевиков в массах завершилась быстрой и решительной победой в октябрьские дни. На совместном заседании Совета рабочих и солдатских депутатов 26 октября (8 ноября) 1917 года Криницкий выступил со страстной и глубоко аргументированной речью. Он приветствовал Октябрьскую революцию в Петрограде и призвал единодушно поддержать Советское правительство. Нейтралитет, говорил он, преступление. В качестве пер1 «Калининская правда», 12 сентября 1964 г.
165


вой практической меры необходимо организовать революционный комитет.
А. И. Криницкий был в эти дни руководителем Тверской партийной организации большевиков, членом ревкома и комиссаром продовольствия в первом составе исполкома Совета Тверской губернии. Благодаря решительным и умелым действиям ревкома большевики блестяще осуществили изоляцию вооруженных сил контрреволюции, что явилось одной из причин быстрого захвата власти в Твери Советами без вооруженного столкновения.
Переход власти в руки Тверского Совета рабочих и солдатских депутатов был провозглашен 28 октября (10 ноября).
Криницкий принимал самое активное участие в становлении и укреплении Советской власти в Тверской губернии как председатель Тверского комитета РСДРП(б), с июня 1918 пода он — председатель окружного, а затем губернского комитета РКП (б), член Тверского губисполкома.
В сложной и неимоверно трудной обстановке, в борьбе с кулачеством, анархистами и левыми эсерами росла и укреплялась губернская организация коммунистов. К сентябрю 1918 года во всех уездах были созданы уездные организации и избраны уездные комитеты.
Вторая губернская партийная конференция, проходившая 29—30 сентября 1918 пода, уделила большое внимание строительству волостных партийных организаций, отметила, что Тверская губернская организация РКП (б) по уровню партийной работы занимает в Московской области (куда входило 15 губерний) второе место после Московской организации и отличается организованностью и дисциплиной.
В борьбе с трудностями, в кипучей деятельности по укреплению Советской власти, в решении хозяйственных вопросов развернулись незаурядные способности Кри- ницкого. Работавшие вместе с ним тверские коммунисты характеризуют его как крупного руководителя ленинской школы, смелого и энергичного организатора, умелого пропагандиста. Они рассказывают и о том, как Александр Иванович с большевистской настойчивостью и последовательностью принялся за создание в Твери первой партийной и советской губернской газеты. Несмотря на большую загруженность другими делами, он постоянно 166


оказывал помощь коллективу редакции. «В те дни невозможно было, попав на глаза Кривицкому, уйти от него без задания для газеты. Разговор обычно велся в очень решительных и твердых тонах и носил примерно такой характер:
— Принес материал для газеты?
— Да нет, еще не знаю, о чем писать...
— Был вчера на Морозовской фабрике?
— Да был, выступал...
— Садись сейчас же и пиши отчет о митинге.
И тут же очищалось место на краю стола, и ты садился писать заметку»1.
При острой нехватке грамотных, опытных людей в те годы Кривицкому приходилось многое делать самому, причем диапазон его деятельности был необыкновенно широк: работа в губернском издательстве «Коммуна», выступления с докладами и лекциями, составление листовок, объезд всех партийных организаций губернии и, наконец, работа в губернском комиссариате продовольствия.
И всюду он успевал, всюду вносил свой вклад. Этому во многом способствовало замечательное правило, которым руководствовался сам Криницкий и постоянно рекомендовал своим товарищам: не бояться черновой работы, смело браться за дело и обязательно доводить его до конца.
В целях обобщения первого опыта советского строительства губком партии во главе с Александром Ивановичем осенью 1918 года тщательно разработал и разослал по уездным партийным организациям план отчетов с указанием вопросов, которые важно осветить в этих документах.
Среди отчетов, поступивших в губком, был отчет о деятельности Весьегонского уисполкома, составленный и напечатанный в виде брошюры. Это была книга А. И. То- дорского «Год с винтовкой и плугом», получившая вскоре широкую известность благодаря высокой оценке, которую ей дал Владимир Ильич Ленин.
В декабре 1918 года А. И. Криницкий решением ЦК РКП (б) был отозван из Твери.
1 «Вопросы истории КПСС», 1964, № 12, стр. 97.
167


Позднее Александр Иванович работал в политотделе Южного фронта, секретарем райкома партии в Москве, Сибирском бюро ЦК РКП(б), секретарем Донецкогогубкома, секретарем ЦК компартии Белоруссии, Закавказского крайкома.
Где бы ни .работал Александр Иванович, он всегда был среди людей, умел объединять их и поднимать на строительство «нового общества.
На XI съезде партии Владимир Ильич Ленин призывал обратить особое внимание на развитие Донецкого бассейна. «Донбасс, — говорил он, — это район, без которого социалистическое строительство останется простым добрым пожеланием». Донбасс требовал крепкого, квалифицированного и энергичного руководства, и сюда в 1923 году был направлен А. И. Кринипкий секретарем Донецкого губкома. Это был тяжелый период восстановления угольной и металлургической промышленности. Приехав в Донбасс, Криницкийвсю свою энергию, все свои незаурядные способности организатора приложил к тому, чтобы сплотить большевистские организации, мобилизовать их усилия на восстановление и развитие хозяйства. Большую работу в Донбассе он проводил по воспитанию и обучению партийных кадров.
Работа Александра Ивановича в Белоруссии (1924— 1927 гг.) относится к очень важному переломному моменту в жизни этой республики. В 1924 году Белоруссия расширила свои пределы за счет Витебской, Могилевской и Гомельской губерний, территория ее увеличилась более чем вдвое, а население почти втрое, оно состояло из белорусов, русских, поляков и евреев. Необходимы были исключительный политический такт, марксистско- ленинское проникновение в глубокие социальные корни такого сложного явления, как национальный вопрос, то есть глубокое понимание как теории, так и практики ленинской национальной политики.
На XIII и XV съездах партии А. И. Криницкий избирался в комиссии по разработке важнейших решений о деятельности партии в деревне, об укреплении союза рабочего класса и крестьянства. Значительный интерес представляет речь А. И. Кривицкого на XV съезде партии, посвященная культурной революции в деревне.
С 1933 года Александр Иванович работал заместителем заведующего сельскохозяйственным отделом
168


ЦК ВКП (б) и одновременно возглавлял Политическое управление Наркомзема, где сосредоточивалось повседневное практическое руководство политотделами МТС.
Глубокую по содержанию речь произнес Криницкий на XVII съезде ВКП(б). Этот съезд явился важной вехой в (истории партии и страны, он подвел итоги великим победам в выполнении ленинского плана построения социализма в СССР. Мысли, высказанные Кривицким, явились ценным вкладом в развитие теории социалистического строительства. Они нашли отражение в документах XVII съезда партии.
Многое сделал Криницкий для экономического и культурного подъема Саратовского края на посту секретаря крайкома партии, куда он был послан в 1934 году.
Александр Иванович Криницкий не успел сделать всего, что мог, он трагически ушел из жизни в 1938 году. Вся его прекрасная жизнь была отдана делу строительства социализма и процветания нашей Родины.
В Калининском областном краеведческом музее можно познакомиться с фотографиями, документами и личными вещами А. И. Криницкого. В дни празднования 50-летия Советской страны в зале музея, где экспозиция рассказывает об октябрьских днях в Твери, установлена скульптура замечательного большевика-ленинца Александра Ивановича Криницкого, выполненная нашим земляком скульптором А. М. Сперанским.


В. ЧЕРНЫШОВ
ПУТЬ КОММУНИСТА
В революцию приходили разными путями. Георгия Ивановича Макарова в партию большевиков и в революцию привела жизнь трудящегося-пролетария, с детских лет познавшего на собственном опыте всю «прелесть» капиталистического «рая» для рабочего человека.
Родился Георгий Иванович в 1895 году в деревне Семеновской Новинской волости Тверского уезда в семье рабочего с наделом. Отец дома почти не жил, работал ткачом на петербургских и тверских фабриках. Хозяйством в деревне занималась в основном мать. Тяжела была жизнь на два дома, семья жила небогато.
После окончания «университета» бедноты — церковноприходской школы одиннадцатилетний мальчик начал свой путь в люди в одной из пирожных артелей Москвы. Долгих пять лет тянулась его «сладкая каторга», вдали от дома, от родной деревни. Кондитером он так и не стал. Оставалась проторенная дорога на фабрику. В 1911 году Макаров поступает учеником на ткацкую фабрику Зало- гина в Твери и через год получает квалификацию ткача. В марте 1912 года семнадцатилетний юноши уже работает ткачом на Сампсониевской мануфактуре в Петербурге.
В горячее время пришел молодой тверяк в ряды питерского рабочего класса. Волна стачек и демонстраций, поднявшаяся в ответ на Ленский расстрел, активизировала десятки и сотни тысяч рабочих. Правдивый и понятный трудящимся голос ленинской «Правды» будил новых борцов, звал на борьбу с царизмом и капиталом. После долгих лет реакции и произвола события 1912 года показали, что рабочий класс страны вновь поднимается во весь рост.
Молодой Макаров был одним из тех, кого начавшийся революционный подъем заставил определить свое место в борьбе. Он сближается с рабочими-большевиками, становится членом профсоюза, активно участвует в фаб-
170


Г. И. Макаров
ричных стачках. Хозяева не желают держать у себя забастовщиков, и в ноябре 1912 года его увольняют с Сампсониевской мануфактуры. Недолго удалось поработать и на ткацкой фабрике Урхло- ва.
Сменив с помощью товарищей паспорт, Макаров в январе 1913 года вновь поступает на Самп- сониевскую фабрику, уже под чужой фамилией. Он снова в центре борьбы рабочих за свои права. И опять, как активный участник стачки, оказывается без работы, за воротами фабрики. Оставаться в столице было небезопасно, и он решает уехать на родину. Но первые уроки революционной классовой борьбы, полученные в Питере, были твердо усвоены на всю жизнь.
В мае 1913 года молодой ткач устраивается работать на фабрику «Товарищества Тверской мануфактуры», владельцами которой были капиталисты Морозовы. Труд ткача у Морозовых был нелегок. Хозяева мертвой хваткой держали рабочего, отнимая у него здоровье, силы и не оставляя ему вовсе свободного времени.
Несмотря на тяжелый повседневный труд, Макаров находит время для самообразования. Огромное влияние оказало на него чтение «Манифеста Коммунистической партии», статей В. И. Ленина. Многие непонятные прежде вопросы разъясняли материалы «Правды». Зачитывался он и произведениями А. М. Горького, сказками М. Е. Салтыкова-Щедрина.
Работая на фабрике, Георгий Иванович сближается с опытными вожаками рабочих — большевиками А. Д. Хромовым, С. Т. Красновым и другими. Многие из них были активными участниками революционных событий 1905—1907 годов в Твери. В марте 1914 года Г. И. Макаров вступает в РСДРП и с этого времени навсегда связывает свою жизнь с Коммунистической партией.
171


Здесь он у-своил необходимые подпольщику правила конспирации. А. Д. Хромов, опытный, изобретательный конспиратор — не случайно его партийная кличка была «Лиса», — проводя занятия в кружке на фабрике, не раз беседовал с рабочими на эту тему, давал конкретные советы. Главное, говорил он, сохранить организацию. «Умри, если это требуется, но сохраняй партийную организацию и товарищей выручай».
В Твери, как и в Петербурге, приходилось, отнюдь не по собственной воле, часто менять место работы. За участие в подготовке забастовки в июле 1915 года Макаров был уволен с Морозовской фабрики.
Работая затем на фабрике Берга, Макаров был одним из руководителей стачки в октябре 1915 года, организовывал партийные кружки среди рабочих и работниц фабрики, распространял большевистские листовки. Вскоре его активная деятельность привлекла к себе внимание хозяев, и он был выдворен с фабрики.
Занесенный в «черные списки», Макаров с большим трудом устраивается чернорабочим на завод «Урсус и Мещанский». Но и здесь он проработал недолго. В июне 1916 года неблагонадежного рабочего призывают в армию. Вместе с миллионами рабочих и крестьян он должен стать пушечным мясом в империалистической войне.
Однако Макаров уже хорошо знал ленинскую оценку этой антинародной войны, сердцем большевика воспринял ленинский призыв к борьбе не только с этой войной, но и прежде всего с ее зачинщиками — царизмом и буржуазией. Пропаганду против империалистической войны, за превращение ее в войну гражданскую Макаров ведет среди солдат 205-го пехотного запасного полка в Муроме вместе со своими товарищами-большевиками С. Красновым, В. Тарасовым, также попавшими под мобилизацию.
В это время Тверская городская партийная организация нуждалась в проверенных и опытных работниках. Многие активисты были мобилизованы в армию. Оставшиеся в Твери большевики просили прислать кого- нибудь в Тверь для восстановления связей с партийными организациями предприятий.
Макаров в интересах партийной работы решает бежать из части. По совету тверских большевиков он сначала скрывается в родной деревне, затем под чужой фа172


милией приезжает в Петроград и оттуда возвращается в 'Сверь. Здесь вместе с товарищами Макаров налаживает связи внутри организации, между группами и кружками. Осенью 1916 года его избирают в состав Тверского комитета РСДРП. По заданию комитета он выезжает в Петроград, чтобы установить связи со столичным партийным комитетом.
В феврале 1917 года, получив известие о революции в Петрограде, Тверской комитет на экстренном совещании разработал план действий. Г. И. Макаров был в числе тех членов комитета, которые потребовали немедленного выступления и поддержки восставших.
По поручению комитета 1 марта Макаров организует митинг на заводе «Урсус и Мещанский». В первые три дня марта группа большевиков, в которую входил и Макаров, поднимает рабочих тверских фабрик и заводов, солдат местного гарнизона, участвует в создании Совета рабочих депутатов в Твери, профсоюзов и фабзавко- мов на текстильных фабриках города, оказывает помощь в создании Совета крестьянских депутатов Новинской волости Тверского уезда.
Большое участие принимает Макаров в организации и работе клуба большевиков в Красной слободе. Клуб стал центром политической и организаторской работы большевиков города.
В период борьбы за массы и подготовки к свержению буржуазного господства Макаров — в первых рядах большевиков. Он пользуется большим авторитетом у тверских пролетариев. В мае 1917 года рабочие бергов- ской фабрики избирают его председателем Берговского райкома партии. Вместе с С. Трифоновым и П. Комело- вым он организует на фабрике отряд Красной гвардии.
После июльских событий Макаров ведет агитационную работу среди солдат 196-го запасного пехотного полка, а также среди крестьян Тверского уезда.
В августе 1917 года на выборах в Тверскую городскую думу большевики заняли первое место по числу депутатов. Среди гласных думы, избранных по большевистскому списку, был и Г. И. Макаров.
Главные усилия большевиков в это время были направлены на завоевание большинства в Советах. В результате большой разъяснительной работы в массах на выборах Тверского Совета рабочих депутатов в начале
173


октября 1917 года большевики одержали крупную победу. Совет и его исполком стали большевистскими. Г. И. Макаров был избран депутатом Совета от большевиков.
Империалистическая война, которую продолжала вести буржуазия, привела страну к экономической разрухе и катастрофе. Под руководством партии большевиков рабочий класс все более активно вторгался в «святая святых» капитала — управление хозяйственными делами фабрик и заводов. Фабзавком берговской фабрики, одним из руководителей которого был в это время Макаров, следуя указаниям В. И. Ленина, организует контроль за деятельностью администрации фабрики и ее владельцев, следит за ходом производства, срывает саботаж фабрикантов и их прислужников. Так, 22 июня 1917 года на заседании городского правления профсоюза текстильщиков Макаров довел до сведения членов правления, что на фабрике кончаются запасы хлопка. Правление поручило ему заняться изучением этого вопроса, что он и сделал.
Осенью 1917 года Г. И. Макаров по поручению Тверского комитета объезжает ряд городов губернии —Ржев, Торжок, Лихославль, Кувшиново, укрепляет в них местные партийные организации, инструктирует их перед решительным натиском.
В октябрьские дни 1917 года Тверской комитет командирует Г. И. Макарова в Москву для связи с ревкомом. Затем он возвращается в Тверь и участвует здесь в разоружении военных частей Временного правительства.
Великая Октябрьская социалистическая революция победила. Но борьба не окончена. То здесь, то там вспыхивают белогвардейские мятежи, поднимает голову контрреволюция. И Макаров, не жалея сил, организует трудящихся на борьбу с врагами революции.
В 1917—1918 годах Г. И. Макаров — председатель Берговского райкома партии, председатель исполкома Совета рабочих депутатов Берговского района города, член правления профсоюза текстильщиков Твери. И на всех этих постах он ,в первых рядах тех, кто поднимал массы на строительство новой жизни.
Снабжение рабочих продовольствием, организация продовольственных отрядов, создание Красной Армии, 174


забота о сырье для предприятий, борьба за новую дисциплину труда — вот лишь немногие из вопросов, которые приходилось решать в бурные дни революции.
Революция сделала рабочий класс России хозяином страны, а партию большевиков — правящей партией. Волей трудящихся промышленные предприятия страны стали собственностью народа, теперь требовались свои хозяйственники, пролетарские руководители промышленности. Необходимо было учиться управлять страной, хозяйством. И, забывая о сне и еде, рабочие-партийцы учились совершенно новому для них, необыкновенно важному делу.
Партия направляет Г. И. Макарова на руководящую хозяйственную работу. В сентябре 1918 года он утвержден членом государственного правления национализированной фабрики бывшего «Товарищества Рождественской мануфактуры».
В 1919 году Г. И. Макаров переходит на политическую работу в Красную Армию, участвует в ликвидации белогвардейских и кулацких выступлений в Вышневолоцком, Ржевском и других уездах Тверской губернии. Затем партия посылает его на Украину, здесь он работает членом одного из укомов партии.
После демобилизации из армии в 1920 году Макаров снова в родных местах, работает членом правления фабрики имени Вагжанова (бывшая берговская), в правлении тверских хлопчатобумажных фабрик, председателем фабкома «Пролетарки».
Во время чистки партии в 1921 году он был членом губернской комиссии и многое сделал для укрепления единства и улучшения качества рядов губернской партийной организации.
В двадцатых годах Макаров работал в правлении Тверского хлопчатобумажного треста, секретарем партийной организации Всесоюзного текстильного синдиката и текстильных трестов, а с 1925 года руководил рядом московских фабрик.
Большой опыт партийной, профсоюзной и хозяйственной работы в новых условиях необходимо было дополнить техническими знаниями, и ЦК партии направляет Георгия Ивановича в сентябре 1929 года на учебу во Всесоюзную пром академию. Макаров много учится, овладевает знаниями, техникой. Одновременно с промакаде- 175


мией он экстерном заканчивает Московский текстильный институт. В прошлом малограмотный рабочий-ткач становится теперь настоящим красным директором. Закончив учебу, он работает на фабрике имени Ногина в Серпухове, а затем на руководящих постах в текстильной промышленности Ленинграда.
Главная черта Макарова-коммуниста — стремление быть всегда там, где трудней. Макаров участвовал в советско-финской войне. 2 июля 1941 года, будучи уже далеко не молодым, добровольно ушел в армию. В годы войны он не жалел себя, стремился сполна выполнить свой коммунистический долг.
Сохранилось заявление Георгия Ивановича на имя секретаря Ленинградского обкома партии от 26 августа 1943 года, в котором он писал: «Прошу послать меня работать в тыл к противнику на любую работу, желательно в партизаны. Уверен, что мой опыт подпольной работы может пригодиться и сейчас»1.
И хотя Георгию Ивановичу, которому было уже под пятьдесят, в его просьбе отказали, это заявление многое говорит нам о нем.
После .войны Г. И. Макаров руководил крупными текстильными предприятиями в Латвийской ССР и в Ленинграде. Умер он в Ленинграде в 1960 году.
1 ПАКО, ф. 114, оп 2, д. 124 б, л. 18.


Н. БАЛАКИН
ВСЕГДА И ВЕЗДЕ БОЛЬШЕВИК
Когда Прасковья Анисифоровна Александрова покрасила свой дом красной краской, городовой возмутился:
— Ты что это каким цветом дом окрасила!
Красный цвет бесил его, как быка на арене. Цвет революции. Хозяйка все же не стала перекрашивать, не испугалась сумасброда.
Домик и сейчас стоит. Номер сорок девять в переулке Трудолюбия, бывшем Троицком. Ничем не примечательный, с вышкой в два окна по фасаду. Он полинял, посерел, но следы красной краски остались поближе к карнизам и наличникам.
Конечно, окраска, может, дело случайное, просто краска такая подвернулась. Но вот если бы городовой знал, что делалось внутри красного домика, на вышке!..
На вышке жили два гимназиста: Михаил Константинов и Генрих Кадзевич. В маленькой комнате — две кровати по стенам и между ними столик у окна, выходившего во двор. Здесь действовала подпольная типография тверских большевиков. Генрих и Михаил печатали на гектографе листовки.
Шла первая мировая война. В шовинистическом угаре все партии поддерживали царское правительство в этой войне. И только партия большевиков, руководимая В. И. Лениным, дала верную оценку империалистической бойне. В одной из листовок говорилось: «День за днем уносит тысячи человеческих жизней... Кровью, слезами и потом трудящихся эксплуататоры стремятся вырвать друг у друга победу...
Но пусть будет известно капиталистам и правящей своре, что интересы трудящегося класса одинаковы во всех воюющих странах, что его врагом является не пролетариат воюющих стран, а эксплуататоры — палачи и слуги царского правительства. Ответом на войну с рабочим классом (будет беспощадная война пролетариата до полного поражения царской монархии...»
12 Рядовые ленинской гвардии 177


М. М. Константинов
Листовки составлялись и печатались членами «коллегии пропагандистов» А. А. Ждановым, М. М. Константиновым (Михеевым), П. К. Александровым (Ветли- ным), Г. В. Кадзевичем, Л. С. Громаном.
Генрих и Михаил сначала писали текст от руки печатными буквами, потом размножали на гектографе в сотнях экземпляров. Листовки распространялись среди рабочих берговской, морозовской, залогинской фабрик, ва¬
гоностроительного завода и других предприятий Твери. Г. Кадзевич съездил в Петроград и привез полученную от Петроградской организации РСДРП, с которой тверские большевики поддерживали постоянную связь, новую технику — шапиро- графскую ленту и типографский шрифт.
Так было выпущено не менее восьми названий листовок, пропагандировавших ленинские большевистские лозунги против империалистической войны, за революцию.
Департамент полиции, как видно из сохранившейся в архиве переписки, был очень недоволен работой губернского жандармского управления, не сумевшего раскрыть подпольную большевистскую организацию. Начальник управления доносил, что листовки издаются в Твери всего лишь «отдельными лицами», выдающими себя за организацию. В конце концов начальник управления подполковник Галицинский был смещен с должности за «плохую работу»!
А Тверская организация РСДРП продолжала действовать. В годы первой мировой войны в нее вступило много рабочих и большой отряд молодых интеллигентов. В их числе был и Михаил Константинов, принятый в члены партии в 1915 году. Осенью 1916 года он стал членом Тверского комитета РСДРП.
178


«Как и всякий другой класс современного общества, — писал В. И. Ленин, — пролетариат не только вырабатывает свою собственную интеллигенцию, но и берет себе также сторонников из числа всех и всяких образованных людей»1. И А. А. Жданов, и П. Н. Поспелов, и А. Ф. Горкин, и братья М. М. и Н. М. Константиновы, п П. К. Александров, и А. Ф. Алексеева и другие относятся к плеяде интеллигентов, связавших свою жизнь с большевистской партией с юных лет.
Обстановка, в которой с детства жил Михаил, способствовала формированию его как революционера. Он родился в 1898 г. в деревне Первитино Тверского уезда в семье сельского врача и учительницы. Отец был связан с революционными кругами. После его смерти в 1902 году в доме матери, Дарьи Степановны, постоянно собиралась революционно настроенная молодежь.
Совсем еще мальчиком Михаил стал свидетелем событий 1905—1907 годов. Все увиденное глубоко запало в его душу.
Михаил рано научился читать, полюбил книги. Его товарищи в Твери даже частушку сложили, перефразировав слова известной до революции шуточной студенче- окой песни:
Миша Константинов — Юный философ, Говорить о книгах Целый день готов.
Он читал запоем Чернышевского, Добролюбова, Писарева. А позже — Маркса, Ленина.
Дом Константиновых был местом тесного дружеского общения будущих большевиков. Здесь часто бывали, а порой и жили А. Жданов и Н. Патрикеев, приезжали А. Горкин, П. Поспелов, Г. Кадзевич и другие.
Однажды летней ночью в сарае с сеном, где они ночевали, старший брат Николай под большим секретом рассказал Мише, что занимается в марксистском кружке.
С осени 1914 года кружок, которым руководил А. И. Криницкий, стал посещать и Михаил. Этот кружок считался кружком «стариков». В него входили учащиеся старших классов гимназии, коммерческого училища, се1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 6, стр. 389.
12*
179


минарии. Вскоре Михаил организовал второй кружок. В нем занимались Г. Кадзевич, П. Александров, А. Горкин, Л. Гром ан и другие. Этот кружок назвали «молодые силы». Оба кружка были тесно связаны между собой и явились хорошей подготовительной школой для молодежи к вступлению в партию большевиков. В кружках изучались произведения К. Маркса, Ф. Энгельса, Г. В. Плеханова. Ленинские статьи, публиковавшиеся в газете «Социал-демократ», стали боевым оружием молодых большевиков.
Из числа слушателей марксистских кружков была создана в 1915 году при Тверском комитете РСДРП «коллегия пропагандистов». В нее вошел и Михаил Константинов.
Создать «коллегию пропагандистов» помог Иван Михайлович Москвин, студент горного института, профессиональный революционер, член Петроградского комитета партии большевиков. Уроженец Твери, он часто приезжал сюда из столицы. Пропагандисты собирались у него на квартире, около земской больницы, а в теплое время года — в роще за Твердой. Иногда разжигали костер — для постороннего глаза, будто молодежь собралась на пикник.
От Москвина узнали пропагандисты о некоторых важных решениях партии. От него они услышали об огромном значении для партии деятельности Владимира Ильича Ленина. Москвин учил молодых, как отделываться от филеров, как проводить нелегальные собрания, назначать явки, как вести себя в случае ареста и т. п. Из рук в руки передавал Москвин конспекты докладов в марксистских кружках, разработанные Петроградским комитетом. Он же посоветовал за каждым пропагандистом закрепить постоянные темы. У Михаила Константинова были темы: «Причины войны» и «Ложь буржуазной идеологии».
...С тревогой шел на свою первую лекцию юный пропагандист. Гимназическую форму снял, надел бушлат. Как встретят? Как сумеет он донести до сознания рабочих ленинское слово?
Собрались на квартире у одного из текстильщиков Морозовской фабрики, в Красной слободе. Большинство присутствующих — молодые рабочие, но были и пожилые. Слушали внимательно, многим интересовались.
180


Юный пропагандист говорил убежденно, горячо. Это не то что -на уроках в классической гимназии.
Не раз выступал Михаил с докладами по своим темам в рабочих кружках — на конспиративных квартирах или просто в Жолтиковой роще. Накапливался опыт, совершенствовалось мастерство пропагандиста.
Слухи о том, что группа гимназистов часто собирается вместе, дошли до начальства. Уж не участвуют ли они в революционных кружках? Начальство гимназии решило дать идеологический бой революционно настроенной молодежи. Был создан «христианский» кружок для учащихся средних учебных заведений. Но кружок этот не получил никакой популярности среди учащихся и очень скоро распался.
Михаил Константинов был не просто обуреваем любовью к книгам, жаждой к знаниям ради знаний. Он хотел познать истину, чтобы уметь передавать ее другим и вместе с ними бороться за переделку мира. «Философы лишь различным образом объясняли мир, — писал Карл Маркс, — но дело заключается в том, чтобы изменить его»1.
Молодой пропагандист Константинов никогда не забывал о том, что он большевик, коммунист. Он был большевистским пропагандистом не по должности, а по призванию. Он был им везде и всюду. Вера Александровна Лаговская, старая коммунистка, начинавшая свою революционную деятельность в Первитине, рассказывает:
«Помню, в 1916 году возвращалась я с каникул. Ехали на лошади до станции Лихославль. Миша — за возницу. Так он всю дорогу, два часа, говорил мне о позиции большевиков в отношении войны... С увлечением толковал. Целую лекцию прочел, пока ехали... А в вагоне, бывало, едем вместе, не упустит случая, чтобы не поговорить с пассажирами — крестьянами или рабочими, узнать, чем они дышат. Когда был членом Тверского губкома партии, приезжал к матери своей в Первитино отдыхать. Обязательно пойдет на сходку, на собрание, выступит с докладом... Не сидится ему!..»
28 февраля 1917 года в Тверь вернулся из Петрограда большевик С. Т. Краснов, осуществлявший связь Тверского комитета РСДРП с Петроградской большевистской 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 4.
181


организацией. Он привез сведения о размахе и успехах революции в столице и директиву Петроградского комитета: как можно быстрее организовать выступление рабочих и солдат в Твери для поддержки революции вето- лице.
К Февральской революции тверские большевики пришли сплоченной организацией, твердо стоявшей на ленинских позициях. Тверской комитет партии на экстренном заседании выработал программу действий. Было решено готовить революционное выступление в городе. Разработали план: остановить предприятия города, организовать демонстрации рабочих, разоружить полицию, послать рабочих к солдатам, чтобы сагитировать их примкнуть к демонстрантам.
Член Тверского комитета Михаил Константинов вместе с Л. Громаном и П. Александровым был направлен на фабрику Берга. Митинг решили проводить в театре фабрики. Зал был набит битком. На сцену поднялся приехавший на фабрику член комитета городской думы, один из кадетских лидеров — адвокат В. А. Москвин.
— Граждане рабочие, — начал Москвин, — поздравляю вас с самым счастливым днем русской жизни! Над Россией воссияла свобода...
Дальше пошли громкие слова о том, что надо разбить внешнего врага, вести войну до победного конца. В заключение оратор предложил послать приветствие Временному комитету Государственной думы во главе с Родзянко и Милюковым. Тут один за другим поднялись представители большевиков. М. Константинов, П. Александров и Л. Гром ан в своих выступлениях так разделали кадета Москвина, что он вынужден был удалиться. За предложение послать приветствие Временному комитету не голосовал никто из всей огромной аудитории.
После Февральской революции для Михаила Константинова началась горячая пора. Пора испытаний, своего рода экзамен на «аттестат зрелости». Экзаменовала сама жизнь, партия. Готов ли ты к действию, к предстоящим боям? Крепко ли ты убежден? Не сдашь ли позиций? Константинов часто выступал перед рабочими и солдатами, рассказывал правду о войне, о том, чего добиваются большевики, чему учит Ленин.
Апрель 1917 года остался особенно памятным Михаилу Михайловичу. Ленин... Имя Ленина давно уже стало 182


для него знаменем в борьбе, идеи Ленина — мощным и верным оружием. Во всей его пропагандистской деятельности в подполье, когда приходилось делать доклады рабочим, неодолимая сила ленинской мысли, правдивостьи четкость ленинских аргументов придавали силу оратору. И вот предстояло увидеть самого Ильича! Вместе с А. И. Криницким и П. К. Александровым М. М. Константинов был послан делегатом от Тверской организации на Апрельскую конференцию РСДРП(б) в Петроград1.
«Мы уехали из Петрограда, — пишет Константинов, — под сильнейшим впечатлением от докладов Ленина, от всей работы конференции. Ее решения были своего рода энциклопедией, сводкой глубоко обоснованных положений по всем основным вопросам политики. Апрельские решения определили верное направление деятельности партийных организаций».
Тверская организация РСДРП (б) единодушно поддержала ленинские Апрельские тезисы, решения конференции, восприняла их как призыв к действию. Борьба за социалистическую революцию развернулась с новой силой.
В последних числах октября 1917 года, когда в Петрограде уже победила социалистическая революция, в Москве еще шли бои за Советскую власть. На коротком совещании Тверского комитета РСДРП (б) и ревкома было решено направить в Москву отряд из 5-го саперного полка, находившегося в уездном городе Старице. Для формирования отряда послали Г. П. Баклаева и М. М. Константинова. Поздно вечером пешком (трамваи уже не ходили) отправились два товарища на вокзал. Снег еще не выпал, но было холодно. Тревожила мысль: «Как-то удастся выполнить задание комитета?» Ранним утром прибыли в Старицу. Посоветовавшись с работниками Старицкого комитета партии и членами полкового комитета, решили немедленно созвать полковое собрание. В большом, пропитанном махорочным дымом зале солдаты сидели и стояли в проходах. Приехавшие товарищи говорили с трибуны:
— На улицах Москвы льется кровь рабочих, солдат и красногвардейцев. Контрреволюционеры нанесли удар в 1 О своих впечатлениях от встреч с В. И. Лениным, об Апрельской конференции М. М. Константинов подробно рассказывает в сборнике «Ленин и Тверской край».
183


спину революции. Рассуждать некогда. Необходимо выступить немедленно на помощь борцам революции в Москве...
Сторонники свергнутого Временного правительства, не решаясь высказаться открыто, пытались задержать отправку отряда. Офицеры отказались выступать в поход. Но собрание солдат решило по-своему: послать отряд добровольцев. Их набралось триста человек. Командиром избрали молодого подпрапорщика фронтовика Степанова. В случае необходимости решено было выехать на помощь всем полком.
Осенними сумерками шел отряд на станцию. Старая воинская дисциплина была поломана, верх взяло революционное сознание. Это была большая победа!
Отряд из Старицы помог разгромить контрреволюцию, сражаясь в Замоскворечье, где шли напряженные бои, а также против юнкеров, засевших в Кремле.
Вернувшись в Тверь, Константинов по заданию губ- ком а партии отправился в родные края. Выступал в деревнях Холм, Зайково, Лямово, Дьяково и других — до самой станции Кулицкая, пропагандируя программу большевиков, первые декреты Советской власти.
На выборах в Учредительное собрание тверские большевики добились очень хороших результатов, за них подали голоса 54 процента участвовавших в голосовании. В Первитинской волости большевикам отдали свои голоса 58,5 процента избирателей. Большевистские агитаторы хорошо поработали и на сей раз. В их числе был и Константинов.
Был он совсем юным в то время. Ведь когда победила Октябрьская революция, ему не исполнилось и двадцати лет. Но это был уже сформировавшийся большевик, человек зрелый, с твердо определившимися взглядами, уверенный в правильности избранного пути.
Стране, где к власти пришли рабочие и крестьяне, требовались кадры образованных, убежденных людей. И партия посылает Константинова туда, где больше всего нужны опытные партийные кадры. Он на политработе в Красной Армии, затем председатель Тверской губчека, формирует чекистский батальон, член Тверского губкома партии. Он читает лекции на курсах, редактирует губернскую газету «Тверская правда».
Очень хотелось продолжить образование, и он уже 184


поступил было на первый курс Московского коммерческого института... Но где там! Через год — новое поручение партии. Только в 1922 году удалось осуществить свою мечту: Константинов начал основательно учиться на философском отделении Института красной профессуры. Окончил его в 1926 году и был направлен в Томск заведующим кафедрой и преподавателем марксизма-ленинизма. А в 1931 году Центральный Комитет партии вызывает его в Москву, на работу в Институт философии Коммунистической академии.
Но вскоре снова приходится оторваться от научной деятельности. По мобилизации ЦК партии весной 1933 года Михаил Михайлович едет начальником политотдела машинно-тракторной станции в Саратовский край.
Приехал ночью и прямо в крайком. МТС была в отстающих. Год тяжелый, бескормица. Начал присматриваться к людям, к их работе. Люди боевые. Вскоре увидел, что наряду со всякого рода трудностями много промахов допускало руководство МТС. Чересчур увлеклось административными мерами. Чуть что — снять, уволить, объявить выговор! Новый начальник политотдела стал советоваться с работниками МТС, проводил собрания, политзанятия, наладил выпуск газеты. Политотдел помог создать боевой, сплоченный коллектив МТС, который сумел преодолеть трудности и вывести колхозы из прорыва.
Михаил Михайлович написал ряд научных работ — «Материализм и элементы диалектики в философии XVII—XVIII веков», «Буржуазная теория организации промышленных предприятий», статьи по истории партии, в частности по истории большевистской организации в Твери, воспоминания о В. И. Ленине, о Ф. Э. Дзержинском.
Сейчас М. М. Константинов — персональный пенсионер. Но пропагандист-большевик, как и прежде, в строю. Он трудится в бюро историко-литературного объединения старых большевиков, участвует в подготовке к изданию воспоминаний о В. И. Ленине, об Октябрьской революции, читает лекции от общества «Знание», пишет работу о диалектике в исторических трудах К. Маркса.
Пока хоть капля энергии сохранится в этом человеке, он будет отдавать ее партии, участвовать в ее борьбе за великие коммунистические идеалы.


Е. ЛАГОВСКАЯ
ПРИМЕРА ДОСТОЙНЫЙ
Километрах в двадцати пяти от Твери расположилась Медновская волость. Большинство волостей, соседствующих с губернскими центрами, были постоянными поставщиками рабочих для фабрик и заводов. И из Медновской волости беднота деревенская шла на заработки в Тверь, а то и в Питер.
Так, в самом конце прошлого столетия ушел пешком на заработки в Питер деревенский бедняк Михайло Трифонов — отец Сергея Михайловича Трифонова. Но вето- лице прожить Михайле удалось только лет шесть. В 1905 году за активное участие в забастовке отправили его на родину — в деревню Слободу, конечно, тоже пешком, но теперь уже не по доброй воле, а по этапу.
Когда вели Михайлу Трифонова по селу мимо волостного правления, кто-то крикнул:
— Куда это тебя ведут, А1ихайло? В чем ты провинился?
— Дайте срок, — ответил этапник. — Вот ужо отпустят на волю, тогда расскажу.
И рассказал Михайло односельчанам обо всем, что творилось в Питере: как бастовала их фабрика, как отправили по этапу в разные ссылки всех забастовщиков. Про Девятое января рассказал.
В деревне Михайле Трифонову долго задерживаться нельзя. Надо чем-то кормить семью. Пошел он теперь уже в Тверь и нанялся ткачом на фабрику Берга. Вскоре и вся семья переехала к отцу в Тверь, в берговские казармы.
С того времени на долгие годы жизнь семьи Трифоновых была связана с текстильной фабрикой Берга. Сначала пошла на фабрику прядильщицей мать Сергея, за ней сестра Маша — ткачихой.
В Твери Сергей после деревенской школы два года ходил в фабричную. Но вот школа окончена. Пора поступать на работу. Долго отец кланялся хозяину, чтобы взя- 186


ли Сергея на фабрику. Но была безработица, и на фабрику сына не приняли. С большим трудом удалось устроить его на стекольный завод подносчиком бутылок — работа тяжелая, суетливая, а оплата грошовая.
На фабрику Берга Сергея взяли значительно позже, сначала мальчиком на побегушках, а потом, когда немного подрос, как «грамотея», определили приемщиком фабричного товара. Хоть с той поры и ходил
С. М. Трифонов
Сергей вроде как в фабричных приказчиках, но не пристал он к клану покорных слуг хозяина. Полуголодное детство в деревне, рассказы о 1905 годе, подпольная работа отца и его друзей, унизительная роль мальчишки на побегушках, тяжелая жизнь в фабричной казарме — все это породило в душе Сергея Трифонова яростный протест против такой жизни и непоколебимую волю порушить эту треклятую жизнь.
В одной казарме с Трифоновыми жила семья Вагжа- новых. «Она ярким огоньком светила всем нам, — вспоминает Сергей Михайлович. — Мы заходили к Вагжа- нову-отцу, Петру Антоновичу. Он беседовал с нами, читал вслух газеты. Умный, твердый, верный был человек. Сын его, Александр Петрович, как большевик, в то время сидел в тюрьме».
Отец Сергея был уже тогда активным подпольщиком. В доме его товарища прядильщика Агафонова собирался кружок. Вместе с отцом приходил туда и Сергей. Заниматься с рабочими приезжали пропагандисты из Питера. Они привозили листовки, книги. Читали их сначала только в кружке, а потом стали распространять и среди рабочих фабрики Берга.
Сергею часто поручали встречать и провожать до вокзала пропагандистов. Проводив очередного товарища, Сергей бежал на вечеринку рабочей молодежи. Парень 187


ан был молодой, красивый — синеглазый, с копной льняных волос.
На одной из вечеринок Сергей встретил хорошенькую, милую девушку Марусю Склизкову, подружился с ней, а позже, в 1918 году, они поженились. Маруся была племянницей большевика Дмитрия Склизкова.
Вскоре Сергею стали поручать распространение листовок. Он умудрялся наклеивать их даже внутри цеха, ловко запихивал в сумку с утком, а то и в карманы пиджаков.
В 1916 году, когда Сергею едва исполнилось 18 лет, его приняли в партию большевиков. Вскоре он был избран в состав Тверского комитета РСДРП. Наступил февраль 1917 года. На фабрике Берга, как в капле воды океана, отразились все бурные события этих дней. Выполняя задания партийного комитета, Сергей Трифонов действует стремительно, напористо. Тверской комитет принял решение остановить все предприятия города, и Трифонов вместе с берговцами отправляется поднимать на восстание рабочих Морозовской фабрики, а оттуда с большой группой восставших идет в воинские казармы, чтобы объединиться с солдатами и достать оружие. А когда солдаты примкнули к революционным рабочим, все вместе отправились разоружать городовых.
После Февральской революции партия вышла из подполья. Необходимо было где-то обосноваться, найти место для митингов, бесед, встреч с рабочими. Тогда и было решено организовать в центре фабричного района между фабриками Берга и Морозова партийный общегородской клуб. Так, в середине марта на 1-й Краснослободской улице в помещении бывшего трактира открылся в Твери первый большевистский клуб, который стал местом собраний большевиков города, беспартийных рабочих и солдат.
Руководило клубом выборное правление из пятнадцати человек. Председателем правления единогласно избрали энергичного, горячего молодого коммуниста Сергея Трифонова.
Краснослободский клуб стал центром партийной работы и быстро приобрел огромную популярность в городе. Сюда приходили рабочие, учащиеся, солдаты — все, кого интересовали события, происходившие в стране. Здесь готовились большевики к Октябрю, здесь решали вопро188


сы вооруженной помощи Питеру и Москве, отсюда начинались массовые политические демонстрации.
Существовал клуб на членские взносы, которые вносили большевики и сочувствующие большевикам. Но главные средства в небогатый бюджет клуба поступали от концертов и спектаклей, поставленных кружками художественной самодеятельности. Члены кружков, рабочие играли в спектаклях, исполняли революционные стихи, песни. Молодежь привлекала и военная подготовка, которая велась в клубе. Непостижимо, сколько может сделать человек, когда им движет любовь к делу! Сергей при всей его занятости партийной работой умудрялся участвовать и в самодеятельных спектаклях большевистского клуба.
Тверская партийная организация, как и вся партия, готовилась к решающим дням. Наконец получено известие об октябрьских событиях в Петрограде.
Сергей Трифонов, тогда уже член городского комитета партии, идет на вагоностроительный завод — рассказать там о только что полученном сообщении. Горячо встретили эту весть вагоностроители, а заводские вожаки С. П. Веселов, А. Д. Хромов, В. А. Алексеев вместе с Сергеем Трифоновым быстро подняли рабочих и повели к городской думе. Здесь уже собрались красногвардейские отряды фабрик и солдаты, поддерживающие Совет. Сила получилась немалая. Тогда думские власти перестали сопротивляться и сдали дела революционному комитету.
Октябрь 1917 года все взрослые члены семьи Трифоновых встретили большевиками. Членами партии были и отец, и мать Сергея, и сестра Мария.
После взятия власти большевиками революционный комитет поручил Сергею Трифонову разогнать милицию Временного правительства и арестовать всех ее начальников. С отрядом красногвардейцев он явился к главному милицейскому начальнику города и, предъявив мандат ревкома за подписью Вагжанова, предложил всем сдать оружие и передать милицейские дела. Поднялся страшный шум. Начальник отказался сдаваться. Сергей спокойно сказал ему:
— Ну что шумите зря? Ведь власть-то теперь в наших руках и сопротивление совершенно бесполезно. Другого выхода у вас нет. Подумайте.
189


Пошумел еще немного начальник, потом, поняв, что решительность и категоричность большевистского комиссара ему не одолеть, сдался.
Сергей поспешил доложить ревкому о выполнении задания.
— Отлично, — сказал Вагжанов, — молодец. Но раз ты разогнал буржуазную милицию, придется тебе организовать и новую, пролетарскую.
И назначили тогда Сергея начальником революционной милиции города Твери.
Интересно, что свою деятельность в новой милиции Сергей начал с того, что изменил ее название. Теперь она называлась Тверским революционным отрядом.
Перед победившим пролетариатом главной задачей стояло — слом буржуазно-помещичьей государственной машины и создание нового, советского аппарата.
Во главе Тверского революционного отряда Трифонов с пролетарской ненавистью к буржуазии беспощадно борется со всеми, кто мешает Советской власти строить новую жизнь. За контрреволюционные действия закрыли кадетскую газету «Тверская -мысль». Городские и уездные организации очищаются от ставленников правительства Керенского, которых немало еще притаилось в разных учреждениях.
В начале января 1918 года грозный начальник Тверского революционного отряда с помощью красногвардейцев «приглашает» к себе всю тверскую буржуазию, вооружает ее метлами и лопатами и предлагает привести в порядок сначала главную улицу города — Миллионную, а потом и другие. Нетрудно представить, каким волком смотрели буржуи на Сергея, но работали.
В волостных исполкомах в это время засели поддерживаемые кулачьем эсеры. Пользуясь темнотой и неграмотностью крестьян, они не допускали бедноту к власти. Необходимо было навести в волостях большевистский порядок. Губком направляет туда бригады рабочих-коммунистов.
Сергей Трифонов попросил послать его на родину — в Медновскую волость. Вместе с ним в эту волость направили еще двоих рабочих с берговской фабрики — Николая Стеклова и Николая Болдырева.
Взяв с собой революционную литературу, а главное — декреты Советской власти о земле и мире, подпи-
190


санные В. И. Лениным, Сергей со своими товарищами зашагал пешком двадцать пять верст в село Медное.
Начали работу тверские большевики в Медновской волости исподволь, не наскоком, убеждая бедноту все- покоряющими декретами Ленина о земле и мире. В волости было немало рабочих, вернувшихся после Октября с заводов Питера к себе в деревню. Они очень активно во всем помогали партийцам. Собирались для бесед в чайной, стоявшей на берегу Тверцы.
Вскоре берговцы увидели, что люди уже достаточно подготовлены, и предложили оформить волостную партийную организацию. Председателем партийного комитета Медновской волости выбрали Сергея Михайловича Трифонова. Вокруг только что сформировавшейся волостной парторганизации стала теснее сплачиваться беднота. За ней потянулись середняки, откалываясь от кулаков и подкулачников. Пора было готовить общее собрание крестьян волости для избрания нового вол- исполкома.
Однако не дремали меньшевики и эсеры. Злобу на Советскую власть затаили кулаки. Все они не только кричали на каждом перекрестке о продажности большевиков, но и тайком готовили оружие.
В жаркий июльский день собрался народ в селе Медном. Людей пришло столько, что никакое помещение в Медном не вместило бы всех. Глухо загудела площадь у церкви. Начался отчет вол исполком а. Хотя и басовито, но малоубедительно докладчик-эсер не столько отчитывался, сколько пытался склонить собрание на свою сторону. Гул разрастался. Послышались выкрики: «Дело говори, нечего болтать!», «Сколько денег осталось в вол- исполкоме? Али уже все разбазарили?»
Работу волисполкома признали неудовлетворительной. Собранию предложили два списка для нового состава волисполкома — большевистский и эсеровский. Гул стал перерастать в бурю. Жаркая была схватка. Кулаки и их подпевалы, видя, что перевес не на их стороне, и не находя более убедительных аргументов, начали кричать: «Бей большевиков! Тащи их в Тверцу! Утопим, и делу конец!»
Что тут поднялось!
В самый кульминационный момент, когда Сергея Трифонова, как «главного смутьяна и заводилу», озверев191


шие кулаки тащили к Тверце, а друзья пытались отбить его, подоспела подмога из окрестных деревень. Сергея отбили, водворили в президиухМ на место сбежавшего докладчика и начали голосование. Подавляющим большинством собрание приняло описок большевиков, а председателем волисполкома крестьяне выбрали своего земляка — Сергея Михайловича Трифонова.
— Ты побудь у нас хоть месяц, пока все утрясется,— просили они Сергея. — А мы тебя во всем будем поддерживать. В Тверь уехать еще успеешь.
И Сергей, конечно, остался.
Так в недалеком прошлом деревенский мальчонка Сергунька Трифонов, а теперь убежденный коммунист товарищ Трифонов стал у себя на родине первым председателем волостного партийного комитета и одновременно первым большевистским председателем волисполкома.
Энергично и дружно принялся новый волисполком Медного наводить порядок. Вновь у Сергея Трифонова стало забот по горло. Никогда еще ему не приходилось заниматься государственными, хозяйственными, финансовыми делами. Некогда было сомневаться, сумеет ли. Он поступил, как поступал всегда: «Раз партия поручила — должен суметь».
В волисполкоме совсем не оказалось денег, а надо было выплачивать жалованье и учителям и врачу, и организационные расходы требовали денег. Предложил тогда Трифонов обложить налогом богачей: лавочников, кулаков, попов. Волисполкомовцы согласились. Конечно, очень озлобила кулаков такая политика, и начали они сколачивать свои силы. Подстрекали кулаков к сопротивлению эсеры. До Сергея дошел слух, что готовится кулацкое восстание. Недолго думая, помчался он тогда в Тверь, прямо в губком, к товарищу Криницкому: так, мол, и так, Александр Иванович, военную силу нам срочно нужно, кулаки взбесились.
Губком выделил десять кавалеристов, и поскакал с ними Сергей в село Медное. Не теряя ни минуты, волисполкомовцы вместе с кавалеристами произвели обыски в домах кулаков и обнаружили там немало припрятанного оружия. Оружие конфисковали. Так в Медном было погашено не успевшее вспыхнуть кулацкое восстание.
Работа волисполкома стала понемногу налаживаться. Теперь можно бы и возвращаться в Тверь. Однако Сер192


гей Трифонов вместе с коммунистом Кузьмой Горелихи- ным и вол исполкомовским активом задумал еще одно дело— заложить основу новой жизни крестьян. Решил организовать в своей родной деревне Слободе товарищескую обработку земли.
В ответ на убедительные доводы Сергея Трифонова беднота Слободы долго не колебалась и согласилась на совместную обработку земли. Это была первая земледельческая коммуна. С той поры прошли десятилетия. Сейчас там огромный, богатый, известный на всю Калининскую область передовой совхоз.
Наконец Сергей Михайлович вернулся в Тверь и на II губернской партийной конференции доложил делегатам о работе берговцев в деревне. Конференция не только одобрила работу коммунистов-берговцев в Медном, но и рекомендовала этот их опыт перенести в другие волости и уезды.
Вскоре по возвращении в Тверь Сергея позвала на фронт гражданская война. По решению губкома он был направлен на политработу в город Осташков, в формировавшийся там тогда трехтысячный батальон. И здесь Сергей Михайлович по накопившемуся уже опыту прежде всего собрал коммунистов и предложил оформить парторганизацию.
Обладая острым классовым чутьем, партийной интуицией, Трифонов быстро обнаружил в батальоне злопыхателей, шептунов, вместе с парторганизацией вывел их на чистую воду и обезвредил.
Из осташковского батальона Трифонов вскоре уехал на фронт. Два года пробыл он на политработе в армии, полтора из них — на боевых участках фронта. Воевал против Колчака, против белых банд.
Но вот и война позади. А впереди будет еще много борьбы, боев со всеми разновидностями врагов Советской власти и партии.
Прямо с фронтов войны красноармейцев направляли на трудовой фронт или на учебу. Сергею очень хотелось учиться. Его послали в Москву, в Коммунистический университет имени Свердлова на шестимесячные курсы. Он начал серьезно изучать труды Маркса, Ленина. Прошло полгода, курсы окончены.
Работать Сергей поехал домой, в Тверь. Но ненадолго. Через год он снова студент Свердловского универси13 Рядовые ленинской гвардии
193


тета, теперь уже полного трехгодичного курса. Интересное было это время! Студенты Свердловки, ь основном рабочие и крестьяне, вгрызались в науку со всем рвением молодости, с неутолимой жаждой познать весь мир. Три года пронеслись стремительно, но запомнились Сергею на всю жизнь, потому что здесь, в Свердловке, он постиг марксистско-ленинскую науку, приобщился к культуре. Он почувствовал себя так, будто встал во весь рост, расправил плечи. Теперь он ясно видел горизонты социализма во всей его красоте.
Свердловка Трифонову осталась особенно памятна еще и потому, что именно в годы учебы он несколько раз видел и слышал Владимира Ильича Ленина.
По окончании в 1925 году Свердловского университета Трифонову предлагали остаться в Москве, в МК партии, но он попросил направить его на низовую партийную работу, куда-нибудь на текстильное предприятие. Ему не хотелось порывать связь с текстильщиками, в среде которых он вырос, сформировался как большевик.
Так Сергей Михайлович стал секретарем парторганизации Глуховской 'мануфактуры имени Ленина в городе Ногинске Московской области. Здесь он проработал два года, здесь пришлось ему дать не один яростный бой троцкистам, правым и «левым» всех мастей.
После работы на Глуховской мануфактуре он стал агитпропом Богородского комитета партии. С тридцатых годов Сергей Михайлович — профсоюзный деятель. Неоднократно его избирали членом Московского комитета партии. Коммунисты посылали его делегатом на XIV, XV и XVII съезды партии, делегатом съездов Советов, профсоюзов. С 1934 по 1937 под он был членом ВЦИК.
Инициативы Трифонову не занимать. И до всего ему было дело. Когда, будучи председателем МОСПС, Сергей Михайлович услышал о Стаханове, он сразу же пригласил его к себе. Ему хотелось посмотреть на этого по тому времени чудо-человека, хотелось что-то перенять у него для других предприятий. Вызвал он на эту беседу и двух известных тогда ударниц-ткачих Дусю и Марусю Виноградовых. Они горячо обсуждали свои производственные дела, когда раздался телефонный звонок. Трифонов снял трубку.
194


— Стаханов у тебя, Сергей Михайлович? Это ты его абонировал? — услышал Трифонов чуть насмешливый голос в трубке.
— Я, а кто это говорит? Михаил Кольцов? Из «Правды»? Приезжай ко мне, встретишь тут и девчат Виноградовых.
Беседовали долго. Кольцов с завидным упорством допрашивал Стаханова и девчат Виноградовых. А наутро, раскрыв номер «Правды», Сергей Михайлович не без удовлетворения обнаружил отчет Михаила Кольцова о беседе со стахановцами в МОСПС.
Сейчас туристское движение у нас распространено повсеместно, но, наверное, немногие помнят его истоки. А началось оно в Москве тоже не без участия Сергея Михайловича. МОСПС начал тогда организовывать за городом так называемые культбазы (по-нынешнему — турбазы), где рабочие в выходные дни и во время отпуска могли бы отдохнуть.
Трифонов был инициатором и организатором в Москве физкультурных обществ при завкомах и фабкомах. В 1936 году, когда физкультурники Москвы впервые вышли на первомайскую демонстрацию, вел их колонну через Красную площадь одетый в физкультурную форму председатель МОСПС Сергей Михайлович Трифонов.
С наступлением грозных лет Великой Отечественной войны Московская фабрика, которой тогда руководил Сергей Михайлович, сразу перестроилась на военный лад. С первых же дней войны ее коллектив начал поставлять на фронт пулеметную ленту и парашютный ремень.
На этой фабрике Сергей Михайлович проработал двадцать три года. Здесь за отличный труд наградили его орденом «Знак Почета», здесь он и завершил свою трудовую деятельность.
В биографии Сергея Михайловича Трифонова отразились все этапы жизни Советской страны. Он создавал ее, защищал, строил. И рос сам вместе с ней.
Сейчас Сергей Михайлович — персональный пенсионер. Выступая перед современной молодежью, он не раз с благодарностью вспоминает свою «советскую школу жизни», свои «университеты».
Посоветуем же юности современной: берите пример с подобных — не ошибетесь!
13 ♦
195


С. БЕЛЯКОВ
ШЕЛ ПАРНИШКЕ
В ТУ ПОРУ...
Жизнь этого замечательного человека оборвалась, когда ему было всего двадцать три года. Вместе со своими сверстниками, такими же, как и он, преданными делу революции большевиками, Иван Трусов отдавал все свои силы делу строительства Советской власти в Твери. Но партия позвала коммунистов на фронт, туда, где решалась судьба молодой Республики Советов, судьба революции. И Трусов, не колеблясь, пошел в армию. Он погиб на Восточном фронте как герой.
Когда Иван Трусов начинал свою революционную деятельность, большевистская организация на фабрике Берга, где он тогда работал, была (активной и деятельной. Под ее влиянием передовая рабочая молодежь объединялась, вставала на путь революционной борьбы.
Иван Трусов прошел трудную школу жизни. Рос он в гнетущей, мрачной фабричной обстановке, детство его прошло в фабричных общежитиях Твери, называвшихся в то время спальнями или казармами. Скученное и до предела перенаселенное жилье действительно напоминало старорежимную казарму. Внутреннее расположение комнат, с нарами, деревянными сундуками, которые зачастую заменяли стол и кровать, довершало это сходство.
Иван был очень восприимчивым пареньком, всякие беды и несправедливости оставляли в его душе глубокий след. Сразу же после окончания начальной школы он пошел на ту же фабрику, где полвека отработал его отец Александр Павлович и где более двадцати лет гнула спину на фабриканта мать Мария Ивановна. Иван часто заходил в каморку, где жил отец известного тогда тверского большевика А. П. Вагжанова. Собравшись в тесный кружок, молодежь напевала запрещенные песни. Часто вспоминали Вагжанова, который томился на каторге в Сибири и откуда тайно присылал письма, полные оптимизма, веры в победу назревающей революции.
196


Вместе с Трусовым у Ваг- жановых часто бывали Иван Арсеньев, Илья Ловцов, Николай Болдырев, Иван Захаров. По существу, это была первая группа революционной молодежи на фабрике Берга.
Иван Трусов работал на фабрике слесарем. Это давало ему право входить в любой цех фабрики. Он знакомился с рабочими, знал известных в то время революционеров Макарова и Агафонова. Он выделялся своей любознательностью, смелостью И. А. Трусов
суждений, умением правильно понять явления фабричной жизни, осмыслить их. Он много читал, любил в споре выяснить истину и, чувствуя свою правоту, никогда не отступал от своего мнения. Рабочие любили его, любили за справедливость, за принципиальность, за готовность помочь товарищу. Большевики доверяли ему, знали, что если Иван за что- то взялся, то сделает как следует, не отступится. По решению партийного комитета фабрики Трусов выезжал в столицу для установления связей с рабочими Питера. В январе 1914 года, когда на фабрике шли бурные волнения, он распространял листовки Тверского комитета РСДРП. Был активным организатором и участником первомайской стачки на фабрике Берга.
В 1915 году Иван Трусов вступил в партию. В октябре на фабрике вспыхнула мощная забастовка, длившаяся пять дней. Трусов был среди рабочих. Глубоко понимая их жизнь, их настроения, он как-то особенно доходчиво мог говорить с ними, мог просто, по-рабочему разъяснять злободневные вопросы. К этому времени он уже имел некоторый опыт партийной работы, проводил беседы в кружке на фабрике, по поручению партийного комитета выходил на другие предприятия, налаживал связи с рабочими, договаривался о проведении совместных 197


собраний, митингов, выступлений. Он был таким же уважаемым и авторитетным среди рабочих большевиком, какими были его первые учителя-революционеры Г. А. Целыбеев, А. В. Чесноков, Ф. К. Земсков и другие. Душная и темная фабрика теперь не так угнетала его. Здесь были его желанные друзья, товарищи, среди которых он вел пропаганду по поручению партийного комитета. И он мог часами доказывать революционную правду любому, кто хотел и не хотел его слушать.
— Неужели тебе не надоело спорить? — нередко спрашивала Ивана мать. — Люди привыкли к такой жизни, они запуганы, ни во что не верят. Разве ты сможешь их стронуть!
— Нужно, мама, стронуть. И стронем. Если мы, большевики, не объясним людям правду, то кто же это сделает?
И он неустанно объяснял людям эту правду, всегда и везде отстаивал большевистские позиции, находил пути к сердцам рабочих, говорил их языком, об их жизни и заботах, о светлом будущем. И это не проходило бесследно: росло революционное сознание берговских рабочих. Только в январе 1916 года в забастовке на предприятии участвовало около четырех тысяч рабочих. Расширялось партийное влияние в массах, рос авторитет и Трусова. Когда в 1917 году Тверской комитет партии решил провести совещание представителей всех двадцати партийных кружков, чтобы скоординировать действия, объединить усилия в борьбе против войны, то от бергов- ской фабрики на совещание был послан Иван Трусов. Он решительно отстаивал большевистские лозунги: «Долой войну!», «Долой царя!», «Сплачивайтесь! Превратим войну империалистическую в войну гражданскую!».
Особенно активно проявил себя Трусов в феврале — марте 1917 года. Он выступал на митингах, рабочих собраниях. Был одним из первых организаторов боевых рабочих дружин, отрядов Красной гвардии. Вместе с членами партии от берговской фабрики Иван Трусов первого марта пошел на Морозовскую фабрику, чтобы вывести рабочих этого крупнейшего предприятия Твери на демонстрацию. Второго марта Иван Трусов вместе с красногвардейцами арестовал ярого черносотенца директора одной из Морозовских фабрик Маркова.
Вечерами на улицах Твери устраивали бандитские 198


погромы выпущенные из тюрьмы уголовники. Тверской комитет партии поручает Трусову сформировать отряд из молодых рабочих, установить на улицах патрулирование, навести в городе порядок. Трусов с честью выполнил это задание, хотя приходилось не спать сутками.
После победы Великой Октябрьской социалистической революции тверские большевики, налаживая новую жизнь в городе, ни на минуту не забывали о том, что завоевания революции надо защищать, оберегать. Свой священный долг они видели в том, чтобы укреплять Красную Армию, всячески помогать ей, пополнять ее ряды преданными революции кадрами. Трусов рвался па фронт, па передовую, туда, где в смертельных схватках с врагами решалась судьба Страны Советов. Когда в августе 1918 года на общегородском партийном собрании обсуждался вопрос о немедленной отправке на Восточный фронт четырех коммунистов в качестве политработников, то вызвались десятки добровольцев. После тщательного обсуждения кандидатур доверие было оказано одиннадцати товарищам, в том числе и Ивану Трусову.
В составе Тверского советского полка он поехал на фронт, полный революционного оптимизма и уверенности в нашей победе.
Иван Трусов воевал в составе 1-го батальона. От Казани до Уфы, где тогда развернулись ожесточенные бои, он прошел в одном строю с красноармейцами, испытал все трудности и опасности фронтовой жизни. Иван Александрович много сил отдал сплочению полка, воспитанию бойцов. Он делил с ними все невзгоды, был всегда прост и доступен, но принципиален и строг с теми, кто не соблюдал в армии революционную дисциплину. 1-й батальон, где вел политическую работу Трусов, отличался высокой организованностью, дисциплинированностью, преданностью революции.
Трусову не удалось испытать радость победы. В 1919 году в одном из боев с колчаковцами за Уфу он погиб смертью храбрых.
Весть о его смерти отозвалась в сердцах земляков глубокой болью. На его место в полк пришли из Твери десятки добровольцев, готовых отомстить врагу за смерть любимого товарища. А в Твери, на фабрике Берга, в это время был создан первый рабочий клуб. Его 199


назвали именем Ивана Александровича Трусова. Сейчас этот клуб реконструирован и стал Дворцом культуры имени И. А. Трусова. Жизнь в нем бьет ключом. Здесь всегда многолюдно. Работают различные кружки, часто проводятся лекции, беседы. А когда устраиваются встречи ветеранов партии с молодежью, тогда в уютном и светлом зале обязательно прозвучит имя Ивана Александровича Трусова, отдавшего жизнь за светлое будущее своей Родины.


В. ТАЧАЛОВА
ВСЯ ЖИЗНЬ — ПАРТИИ
В январе 1919 года, заполняя анкету для Тверского губкома партии, на вопрос «сколько дней в неделю и сколько часов Вы можете уделить партийной работе?» Михаил Семенович Чудов ответил: «Все время, сколько физически возможно, мною уделяется партии».
Точнее не скажешь: вся жизнь — партии! И до революции и после.
М. С. Чудов — уроженец деревни Хонеево Бежецкого уезда (сейчас Сонковского района) Тверской губернии. Родился в небогатой крестьянской семье в 1893 году. Впоследствии, заполняя анкету, Чудов писал в графе об образовании: «Образование домашнее». Это не было, конечно, дворянским домашним образованием, когда на квартиру приходили учителя и вдалбливали знания порой в сонливую, безразличную к наукам голову. Михаил окончил хонеевскую церковноприходскую школу. «Домашнее» образование продолжалось дома, за книгой, в короткие часы досуга и в «университетах» жизни. Позднее, когда жил в Петербурге, пытливый и способный юноша посещал воскресную школу.
Двенадцатилетним мальчиком поступил Чудов работать в слесарную мастерскую Лебедева в Бежецке. Потом уехал в Петербург и устроился там на работу в типографию. В столице и начался его путь профессионального революционера.
Первый раз его арестовали за участие в экономической забастовке, когда ему было семнадцать лет. Освободили как несовершеннолетнего. Арест не остановил его. Чудов с головой уходит в подпольную работу, снова и снова участвует в экономических и политических забастовках и снова попадает в тюрьму.
Окончательно решила его судьбу встреча с Михаилом Ивановичем Калининым. В 1913 году Чудов вступил в партию большевиков, верным сыном которой оставался до конца своих дней.
201


В семнадцатом году он на Гатчинском фронте — воюет против генерала Каледина. В восемнадцатом — член революционного штаба охраны Морского ведомства. В том же году по решению Петроградского комитета партии М. С. Чудов направляется в родной Бежецкий уезд.
Нынешней молодежи, наверно, трудно представить себе Бежецк в те времена. Небольшой городок — центр земледельческого уезда. До революции — типичный купеческий. Лавки, лавчонки, склады. В городке — девятнадцать церквей! Рабочих мало. На общественную жизнь заметно влияли торговцы, кулаки, духовенство. В начале 1918 года в городе и уезде было всего-навсего девять коммунистов. Власть в уезде захватили анархисты, образовавшие в марте Бежецкий совнарком. Его председатель и «комиссары» никого не признавали, действовали по методу «что хочу, то и ворочу». Вооруженные пистолетами и гранатами, разгоряченные попойками, эти правители хватали неугодных им людей, сажали в тюрьму, расстреливали. В уезде свирепствовали кулаки и подкулачники, организуя восстания против Советской власти. Им помогали дезертиры и белогвардейцы. Особенно неблагополучно было в Михайловой Горе, Теб- лешах, Поречье, Лесоклинье, Афимьянцеве, Моркиных Горах.
Когда представитель уездного крестьянского съезда коммунист П. Ф. Скворцов явился в земскую управу с требованием прекратить подрывную работу против рабоче-крестьянской власти, его там застрелили. В Трес- тенской волости был убит волостной продкомиссар В. В. Косяк...
Вот в какой сложной и напряженной обстановке начал работать в родном уезде Михаил Семенович Чудов.
202


Прежде всего он занялся сколачиванием крепкой партийной организации. По его предложению провели собрание коммунистов, избрали оргбюро.
На секретном заседании 21 июля большевистская фракция исполкома Бежецкого Совета создала ревком во главе с М. С. Чудовым. Губком партии прислал в по мощь бежечанам отряд красноармейцев. 30 июля ревком объявил себя высшим органом власти в городе и уезде. Анархистские правители были арестованы.
К августу число членов партии увеличилось до пятидесяти человек. На партийной конференции был избран уездный комитет. Его председателем стал М. С. Чудов.
На одном из самых тяжелых фронтов революции — продовольственном — Чудов проявил себя прекрасным организатором. Он ведет огромную работу по созданию на селе партийных организаций и комитетов бедноты — опоры Советской власти в деревне. Уком формирует продовольственный отряд, послав в него коммунистов и передовых беспартийных рабочих. Преодолевая яростное сопротивление кулачества, при содействии комбедов и сельских активистов Бежецкая партийная организация успешно справилась с хлебозаготовками. Пятьдесят вагонов зерна в декабре 1918 и январе 1919 года было отгружено б Петроград.
С арестом анархистского «совнаркома» борьба с врагами Советской власти в уезде не закончилась. Анархисты и эсеры разъезжали по деревням, организовывали волостные собрания крестьян, настраивали их против большевиков, подстрекали к вооруженным выступлениям. Михаил Семенович тоже не сидел в кабинете. Выезжая в деревню, он противопоставлял вражеской пропаганде большевистское слово правды, разъяснял задачи Советской власти, громил в своих выступлениях всякого рода отщепенцев и врагов трудового крестьянства.
В те времена такие поездки требовали кроме всего большой личной смелости. На волостном собрании в Бо- каревской волости враги народа пообещали повесить Чудова сразу же после этого собрания. Михаил Семенович не растерялся, не дрогнул. Кончилось собрание, и он спокойно вместе со всеми вышел из помещения, окруженный народом. Враги не посмели тронуть его.
Постоянно с народом, постоянно в гуще масс. Крестьяне верили ему, уважали за правдивое слово, ко203


торое он никогда не бросал на ветер, за его справедливые дела. Чудов часто выступал перед крестьянами, любил запросто беседовать с ними. Доступно, просто, понятно рассказывал он о международном положении, о задачах Советской власти, о состоянии хозяйства в городе и деревне.
Из волостей в уездный комитет партии к Чудову приходило много ходоков за советом, за помощью. Он всегда внимательно разбирался в каждом деле, объяснял, убеждал, помогал.
Никогда не забывал он о родной деревне. Свой отпуск приурочивал к сенокосу, и работал так, что не угонишься. Помог односельчанам в постройке общественной мельницы, в строительстве избы-читальни, в устройстве радио. Любили и уважали Михаила Семеновича земляки за заботу, за то, что, на каком бы высоком посту ни находился, он не отрывался от народа, старался вникнуть в его нужды.
В девятнадцатом году в Моркиногорской волости вспыхнуло кулацкое восстание, возглавляемое бывшими царскими офицерами, к восстанию примкнули дезертиры. Собравшись на митинг, дезертиры отправили в Бежецк телеграмму с требованием прислать к ним Чудова. В уездном комитете партии решено было послать Д. И. Логинова. Логинов предложил собравшимся дезертирам явиться на сборный пункт уездного военкомата для отправки на фронт. Дезертиры потребовали: пусть Чудов пришлет сюда телеграмму о том, что их не привлекут к ответственности. Телеграмма за подписью Чудова была получена, и 500 дезертиров с красными флагами явились в уездный военкомат. Такой силой обладало слово М. С. Чудова. Ему верили люди.
Многогранна была деятельность Михаила Семеновича на посту председателя уездного исполкома, который он возглавил с августа девятнадцатого года. Бежецкий исполком под руководством Чудова вел непримиримую борьбу со спекуляцией, укрывательством хлеба, самовольным захватом земель и порубкой леса, с хозяйственной разрухой. Снабжение населения было одной из главных забот исполкома. Чудов возглавил упродтройку.
В 1920 году М. С. Чудова избрали председателем Тверского губисполкома. Сначала волновался: справит204


ся ли, оправдает ли высокое доверие? Жаль было уезжать от своих боевых товарищей, оставлять крепкий, сплоченный коллектив, знакомую, ставшую привычной работу.
На новом посту особенно проявились его организаторские способности, черты бережливого и в то же время с широким размахом хозяйственника, умение разбираться в людях, поставить каждого на работу по его способностям и склонностям. Чудов был одарен особым чутьем в подборе людей. «Ну, от этого толку не будет, пирожок ни с чем», — говорил он о некоторых. Не любил выскочек и хвастунов, поддерживал упорных и трудолюбивых.
Работать в губисполкоме Михаилу Семеновичу пришлось в то время, когда в стране вводилась новая экономическая политика. И его внимание было направлено прежде всего на то, чтобы государственные предприятия зажили полнокровной жизнью. В губернии было несколько стекольных предприятий. Большинство из них вообще не работало, остальные влачили жалкое существование. За восстановление стекольной промышленности взялись тверские большевики. Она не была ведущей, но вскоре стала приносить большую прибыль, давала средства, необходимые для вложения в другие отрасли. Чудов сумел привлечь и обратить на пользу Советской власти частный капитал. Благодаря его умелой тактике в Бежецке и в Твери удалось укрепить коммунистами кооперацию, в которой свили было себе гнездо меньшевики и эсеры. Он сумел заставить работать на Советскую власть наиболее способных, знающих дело старых специалистов.
Будучи председателем гу биспол ком а, Чудов хорошо изучил хозяйство губернии, за что любили и уважали его работники, несмотря на требовательность и непреклонность в решениях. В период его работы были подняты важные вопросы благоустройства города. Весной в половодье Затверецкая часть была оторвана от города. Переправа на лодках нередко бывала опасна. Чудов называл эти лодки душегубками. Михаил Семенович поставил вопрос о строительстве второго моста через Волгу. Были в центре внимания губисполкома строительство водопровода и канализации. Ржевским товарищам он помогал строить электростанцию. Постройка второй 205


трамвайной колеи, дорожное строительство в губернии были предметом постоянных забот исполкома.
К кадрам, к людям Михаил Семенович относился бережно. Никогда не настаивал иа снятии честного, преданного работника, если тот допускал какие-либо ошибки, промахи в работе. Когда видел, что человек способен исправиться, поддерживал его.
Вместе с ростом масштаба работы Чудов рос и сам, успевал пополнять свои знания, до которых был всегда жаден и «которых ему всегда не хватало. Он широко привлекал к работе и ценил людей с большим кругозором и знаниями. Борис Двинский, окончивший два университета, Петр Поспелов, Сергей Постников, Василий Соболев, Иван Бойков и другие стали его ближайшими помощниками, когда 23 марта 1922 года он был избран секретарем Тверского губкома партии.
Губком под руководством М. С. Чудова пропагандировал, разъяснял массам политику партии, организовывал трудящихся на восстановление народного хозяйства. Постоянную помощь и поддержку оказывал губком советским, хозяйственным и кооперативным органам.
Жители тверского Затьмачья каждое утро видели его шагающим на работу по Троицкому переулку, где он жил вместе с женой в скромной квартире на вышке деревянного дома. Высокий, хорошо сложенный мужчина с пышными рыжевато-золотистыми волосами. Глубоко сидящие серые глаза под несколько нависшим высоким лбом светились умом. Резкая складка над переносицей делала его намного старше своего возраста. А было ему тогда только тридцать лет. Во всем его облике чувствовалась внутренняя сила, решительность и какая-то особая прочность. Был доступен простым людям и сам был прост.
В середине 1925 года Центральный Комитет направил М. С. Чудова на работу в Ростов-на-Дону, секретарем Донком а, затем он стал секретарем Северо-Кавказского крайкома ВКП(б). Донцы привыкли, что Северо- Кавказская организация возглавлялась такими крупными работниками, как А. И. Микоян, там работала Р. С. Землячка. К приезду Чудова отнеслись настороженно. Обстановка на Северном Кавказе была гораздо сложнее, чем в Твери. Михаил Семенович сумел правильно оценить особенности работы с казачеством и 206


вскоре завоевал здесь большой авторитет. Как всегда, он начал с кадров. Отдельные члены партии не уяснили еще себе основных задач партии в деревне, не учитывали важности работы с казачеством, активность которого росла. Краевой комитет вел большую воспитательную работу, проведены были курсы секретарей деревенских ячеек, политпросветработников, работников кооперации, женорганизаторов.
В 1928 году ЦК рекомендовал М. С. Чудова вторым секретарем Ленинградского обкома партии. Ленинградцы тепло встретили Чудова, известного им по революционному прошлому в Петрограде. Михаил Семенович быстро освоился с работой, чувствуя постоянную помощь и поддержку со стороны С. М. Кирова, не раз говорившего, что в лице Чудова Ленинградская организация имеет умелого и надежного начальника штаба.
С 1923 года М. С. Чудов — кандидат, а с 1925 года — член ЦК ВКП(б). Он делегат XII—XVII съездов партии, член ЦИК СССР.
Таким был Михаил Семенович Чудов, прошедший путь от простого типографского рабочего до крупного деятеля Коммунистической партии и Советского государства.


А. ЧЕРНОБАЕВ
В БОРЬБЕ ЗА СВОБОДУ
В славной когорте большевиков-ленинцев достойное место занимает Александр Яковлевич Аросев, профессиональный революционер, дипломат, писатель и публицист. Вся его жизнь — яркий пример беззаветного служения Родине, делу коммунизма.
В дооктябрьский период А. Я. Аросев принимал активное участие в революционном движении во многих городах России. Значительный вклад внес он в подготовку социалистической революции и в Тверской губернии.
Впервые в Твери Аросев появился в мае 1917 года. Вскоре он становится одним из признанных руководителей местной большевистской организации. И это вполне закономерно: молодой революционер имел за плечами большой опыт партийной работы.
А. Я- Аросев родился 25 мая 1890 года в г. Казани. Огромную роль в формировании его взглядов сыграла первая русская революция. Под влиянием революционных событий пятнадцатилетний юноша вступает на путь борьбы с самодержавием, с оружием в руках участвует в казанском восстании.
Осенью 1907 года Аросев навсегда связал свою судьбу с партией большевиков. В мрачные годы реакции и нового революционного подъема он прошел суровую школу подпольной партийно?! работы. Ни аресты, ни ссылки не сломили его воли. Много лет спустя, давая Аросеву рекомендацию для вступления во Всесоюзное общество старых большевиков, К. Е. Ворошилов отмечал, что знает его по двум ссылкам— «.мезенской и чер- дынской и что «в ссылке т. Аросев вел себя как настоящий большевик» А вот строки из рекомендации друга юности Аросева, в дальнейшем члена ЦКК ВКП(б) Н. В. Мальцева: «...будучи очень близок к нему, знаю
1 ЦПА ИМЛ, ф. 124, оп. 1, ед. хр. 80, л. 28.
208


о каждом, что называется, шаге тов. Аросева и могу свидетельствовать, что тов. Аросев был настоящим большевиком, всегда активным и никогда не отступавшим от генеральной линии нашей партии»1.
В 1909 году, сразу после окончания реального училища, А. Аросев был арестован «за принадлежность к членам комитета Казанской революционной организации». Но и в тюрьме он готовил себя к революционной борьбе: много А. Я. Аросев
читал, думал, спорил с колеблющимися и заблуждающимися. И когда суд вынес, наконец, решение о высылке его на два года под надзор полиции в Вологодскую губернию, Аросев вышел из заключения еще более стойким и подготовленным революционером. Позднее он писал: «Почти восьмимесячная сидка в тюрьме была нам не хуже хорошего университета»2.
Через три месяца Аросев бежал из вологодской ссылки за границу. Некоторое время он учился на факультете философии и литературы Льежского университета (Бельгия), затем работал каменщиком во Франции. Однако его неудержимо влекло домой, в Россию.
Незадолго до возвращения на родину с транспортом нелегальной литературы состоялась встреча Аросева с Лениным. Владимир Ильич принял его в своей квартире на улице Мари-Роз и .подробно расспросил, знает ли он, кому и как следует передать транспорт, где и с кем ему предстоит работать. Беседа с вождем произвела на Аросева неизгладимое впечатление3.
1 ЦПА ИМЛ, ф. 124, оп. 1, ед. хр. 80, л. 27.
2 Там же, л. 6.
3 Подробнее о встрече Аросева с В. И. Лениным см. «Прожектор», 1924, № 20, стр. 6.
14 Рядовые ленинской гвардн
209


Вернувшись в Россию, Аросев с удвоенной энергией включился в революционную борьбу. «Товарищ Александр», «Кряж», «Казимир Вертынский» (он же — нелегальный Аросев) выполнял любые задания партии: вел большую партийно-организаторскую работу в Москве, Петербурге, Казани, Нижнем Новгороде и других пролетарских центрах, сотрудничал в газетах «Правда» и «Звезда». Не случайно во 2-м томе «Истории Коммунистической партии Советского Союза» он назван в числе активных работников большевистских организаций страны в 1910—1914 годах1.
Аресты и ссылки в самые глухие места Вологодской, Архангельской, Пермской губерний прерывали кипучую революционную деятельность Аросева, но ненадолго — каждый раз он ухитрялся бежать. В 1932 году Аросев так ответил на вопрос «Привлекался ли к суду за революционную деятельность?»: «В 1909 г. сослан в Вологодскую губернию. Бежал. В 1911 г. сослан туда же. Бежал. В 1913 г. сослан в Архангельскую губернию. Бежал. В том же году сослан в Пермскую губернию, где и оставался» 2.
После окончания срока ссылки Аросев поселился в Петрограде и для продолжения образования поступил в Психоневрологический институт, являвшийся в то время, по определению полиции, «гнездом революции».
В декабре 1916 года А. Аросев был мобилизован в армию и направлен во 2-ю московскую школу прапорщиков. И здесь он не прекратил революционной работы: создал небольшую, но сплоченную большевистскую организацию из юнкеров и солдат. Вскоре военное начальство узнало о «неблаговидном» политическом прошлом нового юнкера. Только начавшаяся революция и свержение самодержавия спасли его от разжалования и перевода в дисциплинарный батальон.
С первых дней Февральской революции «Товарищ Александр» активно включается в работу Московской городской большевистской организации. Он входит в состав Военного бюро при МК партии и принимает участие во всей его многообразной деятельности3. Сотруд- 1 См. «История Коммунистической партии Советского Союза», т. 2. М., 1966, стр. 452.
2 ЦПА ИМЛ, ф. 124, оп. 1, ед. хр. 80, л. 3.
3 «Пролетарская революция», 1927, № 7, стр. 164—182.
210


иичает Аросев и в органе московских большевиков — газете «Социал-демократ»1.
В сложных условиях двоевластия Аросев занимал правильные позиции по всем основным вопросам революции. На это указывают как его выступления на I Московской областной партийной конференции2, так и полное одобрение им ленинских проектов резолюций на VII Всероссийской конференции РСДРП(б). Верным политическим компасом ему служили выводы и указания В. И. Ленина, которым он всегда следовал. В статье «Ленин на Апрельской конференции» Аросев в следующих словах выразил свое безграничное восхищение вождем: «В те дни, когда все переживали восторг революции и именно от восторга-то и лишены были способности разложить явления, текущие бурным потоком, проанализировать их, разобраться, изучить, может быть один только Ленин не потерял головы...»3.
В мае 1917 года Аросев был произведен в чин прапорщика и выехал для прохождения службы в 57-й запасной пехотный полк, расположенный в Твери. Здесь он, как уже отмечалось, становится одним из наиболее авторитетных руководителей местной большевистской организации.
В это время тверские большевики вели напряженную борьбу за влияние на массы. В первые месяцы после победы Февральской революции, когда «гигантская мелкобуржуазная волна захлестнула все, подавила сознательный пролетариат не только своей численностью, но и идейно, т. е. заразила, захватила очень широкие круги рабочих мелкобуржуазными взглядами на политику»4, в Советах и других массовых организациях временно преобладали меньшевики и эсеры. Необходимо было убедить трудящихся в правоте большевистских идей, вырвать руководство в Советах, профсоюзах и фабзавкомах из рук соглашателей, являвшихся опорой буржуазии. И Аросев со всем пылом большевика-ленинца отдается этой борьбе.
1 «Социал-демократ», 14 и 15 апреля 1917 г.
2 «Пролетарская революция», 1929, № 10, стр. 148—149, 171 — 172.
3 «Красная газета». Ленинград, 16 апреля 1917 г.
4 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 31, стр. 156.
211


Почти ежедневно «Товарищ Александр» выступал на митингах и собраниях. Оратор он был своеобразный. Вначале речь его казалась какой-то застенчивой, скованной. Но потом он расходился, «зажигался» сам, и в аудиторию сыпались насмешки над врагом, остроты, шутки. В удивительно выразительных серых раскосых глазах Аросева сверкали огни молний. Бурный темперамент оратора заражал слушателей. Вся его крепко сложенная фигура со скуластым лицом и откинутыми назад волосами вызывала уважение и доверие.
Выступления Аросева пользовались неизменным успехом. По воспоминаниям Г. И. Макарова, после одного из докладов только что появившегося в Твери Аросева в театре Морозовской фабрики на тему «Отношение нашей 'партии к войне» рабочие и солдаты вынесли его из театра на руках. «Так был нанесен удар по авторитету меньшевиков и эсеров. С этого времени на Морозовской фабрике все чаще стали выступать большевистские ораторы и приниматься большевистские резолюции»1.
26 мая состоялось общее собрание Тверской организации РСДРП (б). Доклады по всем основным вопросам повестки дня (об итогах Апрельской конференции большевиков, о выработке общей платформы для выборов в городские думы с группой внефракционных социал-демократов, об уставе организации) сделал А. Аросев. В подлиннике протокола собрания говорится: «Тов. Александр делает доклад о работе Всероссийской конференции, разъясняет точку зрения Ленина... читает резолюции»2. После прений собрание единодушно утверждает проекты решений, внесенные Аросевым.
Особенно большую работу проводил «Товарищ Александр» в Совете военных депутатов, среди солдат гарнизона.
Используя опыт московской «военки», Аросев приступает к созданию тверской Военной организации РСДРП (б). 7 июня в органе Советов рабочих и военных депутатов Тверской губернии — газете «Объединение» появилось объявление: «Товарищей-солдат, желающих вступить в члены Военной организации РСДРП, просим записываться в Рабочем клубе, Красная слобода, д. Кир1 «За власть Советов». Калинин, 1957, стр. 25.
2 ПАКО, ф. 1, оп. 1, ед. хр. 2, л. 1.
212


санова, против фабрики Морозова. Военное бюро РСДРП». Вскоре ряды большевиков Твери значительно пополнились за счет наиболее революционно настроенных солдат.
Под воздействием большевистской агитации весь тверской гарнизон переходит на революционные позиции. Самым наглядным образом это проявилось 18 июня 1917 года, когда тысячи рабочих и солдат города вышли на улицы с лозунгами: «Вся власть Советам!», «Хлеба! Мира! Свободы!», «Долой десять министров-капиталистов!».
Активная агитационная и организаторская деятельность Аросева в воинских частях Твери вызывала бешеную злобу реакционеров. Революционное настроение солдат, утверждал один из старших офицеров гарнизона, до последнего времени поддерживалось в силу довольно прочного контакта с рабочими местной Морозовской фабрики и в особенности лекциями, устраиваемыми прапорщиком Ар осевым Ч
Не прерывались связи Аросева и с частями, отправленными из Твери на фронт. В середине июня солдат Г. Заболтский писал ему с передовых позиций: «...Затем прошу Вас, товарищ Аросев, пропишите адрес вашей партии. У нас здесь некоторые товарищи желают записаться к вам в партию, но не знают, куда записаться и где; затем прошу Вас еще, нельзя ли как Вам прислать к нам литературу или лучше всего программу партии социал-демократов»2. Выполняя эту и множество других аналогичных просьб, Аросев посылал вместе с уходящими на фронт маршевыми ротами сотни прокламаций.
В период пребывания в Твери Аросев сохранил тесный контакт с большевиками Москвы. Через Военное бюро при МК РСДРП (б) он организовал снабжение воинских частей тверского гарнизона большевистскими брошюрами и листовками. По поручению Тверского комитета партии вел переговоры с Московским областным бюро о приобретении типографии для издания в Твери общегубернского печатного партийного органа3. По- прежнему сотрудничал в газете «Социал-демократ».
1 См. «Пролетарская революция», 1923, № 5, стр. 297.
2 «Красная летопись», 1925, № 2, стр. 230.
3 ЦПА ИМЯ, ф. 60, оп. 4, ед. хр. 13, лл. 16, 20.
213


Признанием заслуг «Товарища Александра» в проведении партийно-организаторской и агитационной работы в армии явилось избрание его па Всероссийской конференции фронтовых и тыловых организаций РСДРП (б) в состав Всероссийского центрального бюро военных организаций при ЦК партии.
Важное значение для дальнейшего развития революции имели события начала июля 1917 года в Петрограде, когда контрреволюционное Временное правительство расстреляло демонстрацию рабочих и солдат столицы. Мирный период революции закончился.
Вечером 5 июля в Твери состоялось экстренное собрание городского партийного актива, на котором после разъяснений А. Аросева и А. Вагжанова боевые революционные действия признаются преждевременными. В результате никаких выступлений тверских трудящихся в эти дни не было.
Несмотря на это, реакция развернула шумную клеветническую кампанию против большевиков. Главный удар буржуазия и соглашатели обрушили на местную Военную организацию РСДРП (б). По приказу командующего Московским военным округом полковника Верховского в Тверь прибыла военно-следственная комиссия, приступившая к сбору обвинительного материала против Аросева и других тверских военных-большевиков. Все офицеры, письменно отвечавшие на вопросы комиссии, отметили «пагубное» воздействие на солдат лекций и бесед Аросева.
В дни работы следственной комиссии «Товарищ Александр» не прекращал революционной деятельности. Он разъяснял рабочим и солдатам Твери смысл событий 3—5 июля, разоблачал контрреволюционную сущность буржуазного Временного правительства, предательство меньшевиков и эсеров. «По словам Аросева, — доносил в следственную комиссию присутствовавший на одном из его выступлений прапорщик Милоградов, — только большевики могут поддерживать настоящую революцию, а социал-революционеры и социал-демократы меньшевики к дальнейшей революции не способны» Г
18—19 июля 1917 года в Твери состоялась очередная городская партийная конференция. С докладом «О теку-
1 «Пролетарская революция», 1923, № 5, стр. 310. 214


щем моменте» выступил А. Аросев. Он призвал большевиков готовить силы для предстоящей социалистической революции. Выражая огромное доверие и любовь к «Товарищу Александру», тверские большевики избрали его своим делегатом на II Московскую областную конференцию РСДРП (б) и на VI съезд партии.
Однако принять участие в работе областной конференции и съезда партии Аросеву не пришлось: 22 июля он н группа тверских солдат-большевиков были арестов ваны и перевезены в Москву: Александр Яковлевич — на офицерскую гауптвахту, а солдаты — в Бутырскую тюрьму. Предъявленное им обвинение в государственной измене грозило смертной казнью.
На следующий день в Тверь на аэроплане прилетел А. И. Верховский. Перед строем всех воинских частей гарнизона, выстроенных для смотра, он заявил, что «вырвал из их среды изменников и предателей родины и революции».
Особое возмущение Верховского вызывал сложившийся в тверском гарнизоне порядок, в соответствии с которым приказы военного министра и командования МВО выполнялись только в том случае, если их утверждал Тверской Совет военных депутатов.
Большевики Твери протестовали против репрессий. Резолюции с требованием освобождения Аросева и его товарищей подписали несколько тысяч рабочих и солдат города.
Даже Тверской Совет рабочих депутатов, несмотря на все еще сохранившееся в нем преобладание соглашателей, вынужден был под давлением трудящихся выразить протест по поводу ареста «Товарища Александра».
Широкую кампанию против ареста А. Аросева развернули большевики Москвы. 28 июля в газете «Социал- демократ» под характерным заглавием «Щегловитовщи- на» была опубликована копия письма Аросева в военное министерство, министерство юстиции и президиум Московского Совета солдатских депутатов. В нем он заявлял решительный протест против репрессий в Твери. В заключение Аросев обратился к редакции с просьбой придать этим событиям гласность и «принять меры к тому, чтобы было прекращено надо мною незаконное насилие, чтобы я мог снова возвратиться к исполнению своего служебного долга и не терять дорогого времени 215


за теми же решетками, за которыми я так долго был при старом режиме и за которые посадил меня «революционный» Московский штаб в «свободной демократической» России».
С этого времени в «Социал-демократе» неоднократно печатались материалы, связанные с борьбой за освобождение «Товарища Александра». Так, 30 августа была опубликована «Резолюция солдат полков тверского гарнизона», подписанная 1230 солдатами. В ней говорилось: мы протестуем «против ареста любимого вождя революционных солдат — социал-демократа большевика, члена РСДРП и члена Исполнительного комитета Тверского Совета военных депутатов прапорщика Александра Аросева — старого революционера и честного борца за освобождение человечества... Мы требуем немедленного освобождения нашего руководителя, старавшегося воспитать солдат в духе революционной армии и гражданской свободы». Уже после освобождения Аросева, 10 сентября 1917 года, в «Социал-демократе» появилась заметка: «Редакцией получено несколько огромных связок резолюций (97 листов) с требованием освобождения т. Аросева. Требования об освобождении покрыты бесчисленным количеством подписей».
В начале сентября под давлением общественного мнения и по требованию большевиков Аросев был освобожден из заключения1. Прямо с гауптвахты он направился в МК партии и вновь активно включился в революционную борьбу. Буквально на второй день после освобождения он произнес яркую речь на многотысячном митинге в бирже труда на тему «контрреволюционный заговор и кризис власти». 8 сентября состоялось общее собрание Военной организации при МК РСДРП (б). После большого перерыва, связанного с пребыванием в Твери и арестом, участие в работе московской «военки» принял «Товарищ Александр». Он сделал доклады о текущем моменте, об очередных задачах Военной организации, о необходимости решительной борьбы за освобождение заключенных в Бутырской тюрьме солдат-большевиков, объявивших голодовку.
На собрании с приветствием от тверского гарнизона выступил солдат Богданов. «В конце своей речи, — со1 «Социал-демократ», 2 сентября 1917 г.
216


общал «Социал-демократ», — т. Богданов выражает благодарность т. Аросеву, как главному работнику по созданию (военных) организаций среди тверских товарищей. Все собрание горячо приветствует т. Аросева»1.
Накануне октябрьских событий Аросев был членом Военного бюро при МК партии, секретарем большевистской фракции Московского Совета солдатских депутатов и одним из редакторов газеты «Деревенская правда». По-прежнему регулярно выступал он перед рабочими и солдатами.
После получения первых сообщений о начале пролетарской революции в Питере московские большевики приняли ряд решительных мер к установлению власти Советов. 25 октября 1917 года на совместном заседании Областного бюро, Московского комитета и Московского окружного комитета был создан Боевой партийный центр по руководству восстанием. По приказу Центра Аросев и начальник Красной гвардии Москвы Ведерников организовали охрану революционными частями почтамта и телеграфа. Состоявшийся в тот же день вечером объединенный пленум Советов рабочих и солдатских депутатов избрал А. Аросева в состав Московского военно-революционного комитета, затем он был назначен начальником штаба ВРК по оперативному руководству боевыми действиями.
В дни упорных боев с белогвардейцами Аросев много^ сил отдавал координации действий революционных войск и красногвардейских отрядов, занимался вопросами вооружения рабочих, принимал личное участие в сражениях с офицерскими и юнкерскими отрядами.
Социалистическая революция победила. Но классовый враг все еще сопротивлялся, надеялся на свержение Советской власти вооруженным путем. И Аросев становится в первые ряды защитников завоеваний Великого Октября. В годы гражданской войны он был помощником командующего войсками Московского военного округа по политической части, комиссаром Главброни и Главвоздухфлота, председателем Верховного трибунала Украины, комиссаром штаба 10-й армии, сражавшейся под Царицыном.
1 «Социал-демократ», 16 сентября 1917 г.
217


Не прерывались связи Аросева и с тверскими большевиками. По просьбе Тверского комитета партии он неоднократно приезжал в Тверь, где способствовал становлению Советской власти. 12 ноября 1917 года Аросев выступил на совместном заседании исполнительных комитетов Тверских Советов рабочих и солдатских депутатов по вопросу об организации власти Через день по его распоряжению солдат-большевик В. С. Коровин был назначен политическим комиссаром при начальнике тверского гарнизона. В этом же месяце трудящиеся Тверской губернии избрали Аросева депутатом Учредительного собрания. На состоявшейся 8—9 декабря 1918 года III губернской конференции РКП (б) он сделал доклады о текущем моменте, международном и военном положении Советской республики.
После окончания гражданской войны А. Я. Аросев на протяжении многих лет находился на дипломатической работе. Богатый партийный и жизненный опыт, отличное знание английского, французского, немецкого и других европейских языков позволяли ему успешно справляться с большой и ответственной работой первого секретаря полпредства РСФСР в Риге, начальника отдела печати советского полпредства в Париже, советника полпредства Советского Союза в Стокгольме, полномочного представителя СССР в Вильне и Праге.
С 1933 года и до конца жизни А. Аросев был председателем Всесоюзного общества культурной связи с заграницей. И на этом важном посту он отдавал все свои силы и знания делу Коммунистической партии, укреплению дружбы, сотрудничества и взаимопонимания народов.
Наряду с большой государственной деятельностью Аросев плодотворно трудился в области науки и литературы. Им написаны десятки рассказов и повестей, три романа, множество научных и публицистических статей. Работая в 1923—1924 годах заместителем директора Института Ленина, он внес много ценного в разработку научной биографии Владимира Ильича2. В 1924 году 1 ГАКО, ф. 163, оп. I, ед. хр. 169, л. 157.
2 См. Ленинский сборник I. М.—Л., 1924, стр. 155—158, 161 — 181; Ленинский сборник II. М. — Л., 1924, стр. 421—436, 443—482; «Молодая гвардия», 1924, № 2—3, стр. 471—474; «Под знаменем марксизма», 1924, № 4—5, стр. 5—12.
218


вышли в свет составленные Аросевым «Каталог рукописей В. И. Ульянова (Ленина). Выпуск I» и «Основные вехи жизни В. И. Ульянова (Ленина)». Последняя работа Аросева является прообразом многотомной биографической хроники В. И. Ленина, издающейся в настоящее время Институтом марксизма-ленинизма при ЦК КПСС \
Изучение многочисленных фондов Института Ленина позволило А. Аросову приступить к написанию научной биографии вождя. В его брошюре «Материалы к биографии Ленина» (М., 1925) впервые освещались отдельные стороны жизни Владимира Ильича.
Значительное место занимал образ Ленина и в худо- ж)ественном творчестве Аросева. Писатель-революционер неоднократно встречался и беседовал с В. И. Лениным, слушал его выступления на съездах и конференциях, получал от него задания и указания. В своих мемуарных и художественных произведениях он описал многие подробности этих встреч, оставил яркие, правдивые портреты-зарисовки любимого Ильича 2.
Александр Яковлевич Аросев был чутким, внимательным к людям человеком. Куда бы ни направляла его партия, какой бы работой он ни был занят, всюду он проявлял беспредельную преданность делу коммунизма, всюду отдавал все свои силы и знания революционной борьбе.
1 См. «Владимир Ильич Ленин. Биографическая справка», т I. М., 1970; т. 2, М., 1971.
2 См. А. Аросев. По следам Ленина. Л., 1924; «Прожектор», 1924, № 20, стр. 4—8; А. Аросев. О Владимире Ильиче. Л., 1926; «Красная газета», 16 апреля 1927 т.


А. РОСТКОВ
ПОЕЗДКА К ЛЕНИНУ
Май 1918 года...
Яркое солнце заливало кабинет председателя Вышневолоцкого уездного исполкома, старинный письменный стол на толстых ножках, красную скатерть; оно просвечивало сизые облачка табачного дыма.
Только что окончилось шумное заседание. Все ушли. Андреев, высокий молодой солдат, встал из-за стола, потянулся, раскрыл окно. Густой весенний настой хлынул в комнату. В зазеленевшем парке напротив суматошно гомонили птицы. С канала доносились всплески воды.
Ворвавшаяся в окно весна напомнила ему родное Карпино на Витебщине, нехитрые ребячьи забавы, сенокосную страду. Как быстро пролетели детство и юность! Отец, подорвав здоровье в батрачестве, умер. Пришлось деревенскому пареньку уйти из школы, тянуть за кусок хлеба нудную поденщину у волостного писаря. Дядя Антон, веселый мастеровой, привозил из Питера гостинцы, запрещенные книжки, наставлял племянника:
— Беги отселе, Тимоха, пока цел. Выжмут из тебя господа соки, как из батьки, и вышвырнут вон. Бери жизнь в свои руки...
Подростком уехал Тимофей в столицу, жил у дяди, потом работал на строительстве железной дороги Псков — Полоцк, рано познал и тяжкий труд, и волнующую силу рабочего братства. Зимой, незадолго до Февральской революции, призвали его в армию. Попал в запасной полк, оттуда откомандировали в ветеринарнофельдшерскую школу. Вместе с группой солдат-сослуживцев прибыл в Вышний Волочек, где находилась база ветлазарета. Никакой учебы, конечно, не было: армия разваливалась. На станцию прибывали эшелоны с ранеными. Тимофей часто ходил туда, читал греющимся на весеннем солнышке фронтовикам «Правду», слушал их
220


Т. А. Андреев
рассказы о боях, тоскливые воспоминания о доме, о покинутом хозяйстве. «За что страдаем? — жаловались фронтовики. — За кого кровь льем? Пропадает Россия...» Андреев говорил им: «Довольно терпеть. Правильно пишет Ленин — берите землю, берите власть».
И вот — другая весна, первая советская. Прожит год, очень трудный революционный год. Много событий произошло в жизни солдата. Он стал большевиком. Его избрали председателем полкового комитета. Позади — бои за власть, борьба в уездном Совете с меньшевиками и эсерами. Большевистская фракция оказала ему большое доверие — выдвинула на пост председателя исполкома.
Прошел только год, а ему казалось — прожито десятилетие. Он все в той же солдатской гимнастерке, все так же энергичен. Лишь реже беззаботно смеется да впали от усталости и недоедания глаза, пропала юношеская округлость и розоватость щек... И зовут его не Тимохой, не Тимофеем, а по имени-отчеству.
...За спиной задребезжал на стене старый телефон. Андреев снял трубку. С фабрики «Тоболка» взволнованно доложили:
— Тимофей Андреевич, несчастье — работница упала у станка. И опять от голода. Приезжайте, будет митинг.
— Приеду, — устало сказал председатель, бросив трубку на рычаг.
Голод!.. С каждой неделей он надвигался все неотвратимее. Зиму кое-как прожили: помогли запасы, реквизированные у торговцев, деревенских кулаков. Но все время чувствовалась нехватка хлеба. Фабричные уходили с санками в дальние деревни, меняли одежду, посуду, все, что еще было в доме, на картошку. Не уда221


валось пресечь спекуляцию. К весне на рынке за пуд зерна платили втридорога. Комиссары отдела снабжения заезжали в поисках продовольствия в Уфимскую, Саратовскую, Самарскую губернии. Но доставали они мало.
К маю положение обострилось. А до нового урожая еще далеко.
Участились грабежи, бандитские налеты па лавки. Нескольких мародеров и спекулянтов присудили к расстрелу. Вот и сегодня на заседании исполкома шел жаркий разговор о борьбе с вражескими последышами. Постановление принято строгое. Андреев подписал его и перед тем, как отправить в газету, еще раз перечитал:
«...Исполнительный комитет Вышневолоцкого уездного Совета крестьянских и рабочих депутатов постановил: всех лиц, распространяющих провокационные слухи, ведущих контрреволюционную агитацию против Советской власти, призывающих к погромам и насилию, немедленно арестовывать. Советская власть не остановится перед применением против таких личностей самых строгих революционных наказаний».
Весь день председатель был занят: принимал посетителей, подписывал бумаги, долго разговаривал с шумной делегацией работниц с Прохоровской фабрики. И, как обещал, ездил на «Тоболку». На митинге он говорил до хрипоты, а его прерывали злыми репликами.
Поздно вечером Тимофей Андреев, изнемогая от усталости, добрался до квартиры. Не зажигая света, упал на узкую солдатскую койку. Вошла хозяйка, тронула его за плечо, предложила:
— Попей чайку, авось полегчает...
И тут он вспомнил, что с полудня ничего не ел.
Тимофей сел на койке, провел по лицу руками, нащупал в кармане черствую лепешку. Ее сунула ему исполкомовская сторожиха, пожилая добрая женщина. Трудно было определить, из чего испекли эту небольшую лепешку. Тут и картофель, и немного овса, и, наверное, жмыхи. Черная, твердая, неприглядная, она показалась ему необыкновенно вкусной.
Уже засыпая, он представил себе ржаной хлеб, который так хорошо пекла его мать. Теплый каравай, испеченный на капустных листьях, благоухал рожью, теплой землей, чем-то чистым, хмельным.
222


В воскресенье 2 июня 1918 года рабочие фабрики Рябушинского собрались во дворе возле ткацкого и прядильного корпусов послушать лекцию докладчика из Москвы. Пришли сюда представители и с других фабрик. Тема лекции интересовала всех — «Задавит ли костлявая рука голода социалистическую революцию?» Всем памятны слова, сказанные хозяином этой фабрики около года назад: «Только костлявая рука голода может сломить рабочий класс». Рябушинские верили, что трудящиеся не удержат власть.
Вышневолоцкие рабочие шли на этот митинг еще и потому, что лектор уже недавно выступал на фабрике и пообещал в Москве похлопотать о продовольствии.
Андреев, зная, что докладчик земельного отдела ВЦИК ничего утешительного не привез, чувствуя, что меньшевики постараются подогреть страсти, тоже пошел на фабрику.
День был по-настоящему летний, теплый.
Слушатели угомонились, когда к президиуму пробрался с большим портфелем в руках столичный лектор Марк Париевский, высокий, очень подвижный мужчина с огромной копной черных волос, в белоснежной манишке и потрепанном костюме. Жестикулируя, он начал говорить о международном положении, о новых происках буржуазии. Сначала его слушали внимательно, но вскоре в толпе стали переговариваться. Полетели иронические замечания:
— Все в мировом масштабе чешет, когда до нас, грешных, дойдет?
— О хлебе сказать не забудь!
Потом раздался свист, сердитый выкрик:
— Долой!..
С этого момента лекция окончилась и начался шумный, горячий митинг с обычными для того времени возбужденными речами. Париевский пытался объяснить, почему не удалось раздобыть продовольствие, предлагал организовать вооруженный продотряд. Андреев рассказал о работе продовольственных комиссаров, посланных за хлебом.
Но возбуждение не утихало. Подлил масла в огонь председательствовавший на митинге меньшевик Ефимов. Не преминув вспомнить то благословенное время, «когда жилось лучше и порядку было больше», он про223


лил слезу по поводу переживаемых лишений. Затем исподволь подошел к главному:
— Я не против Советской власти, — сказал он. Советская власть — это хорошо, но рабочие не доросли еще до высокого сознания долга перед отечеством и не могут, не способны управлять страной.
Из первых рядов кто-то насмешливо крикнул:
— Может быть, снова Рябушинских позовем?
Вокруг одобрительно засмеялись.
Другой голос, звонкий, молодой, заглушая поднявшийся шум, предложил:
— Надо ходоков послать! В Москву. К самому Ленину. Пусть разберется, как нам помочь.
— Делегацию, делегацию! — потребовало собрание.
Ефимов поднял руку. Слащаво, иронически улыбаясь, сказал:
— Разве товарищу Ленину до нас? У него экая громада наиважнейших дел! И допустят ли простых рабочих к главе государства?
Снова поднялся гвалт. В разных концах площади зашумели, заспорили. Старик Огнев, рабочий с Прохоровки, пробился к президиуму, покрутил обвислые черные усы, хмуро проговорил:
— Что вы затеваете? Рассказывают, Ленин закрылся в Кремле и к нему труднее попасть, чем к царю...
— Меньшевистские враки! — крикнули в толпе. — Клевета!
Вперед выступил Париевский. Лицо его горело негодованием.
— Кому нужны эти выдумки? Товарищ Ленин очень прост и доступен. Он выступает на митингах. Принимает рабочих и крестьян.
— Правильно! — поддержали лектора голоса. — Послать в товарищу Ленину делегацию!
Пока избирали ходоков, Андреев торопливо набрасывал текст резолюции. Ее приняли единодушно при двух воздержавшихся. В ней говорилось: «Выражая полное согласие на посылку отряда (вооруженного) в распоряжение центральной власти для достижения намеченной цели — добычи хлеба, мы верим, что костлявая рука голода не задавит социалистическую революцию и рабоче-крестьянское правительство будет здравствовать».
224


Узнав об этом собрании, рабочие других фабрик и заводов уезда выделили своих ходоков. Всего в делегацию вошло 17 человек. Через три дня они выехали в Москву. По дороге не стихали споры. Хотя меньшевики и вошли в состав делегации, подчинившись «слепой воле масс», они не верили в успех затеянного дела.
Седьмого июня 1918 года Владимир Ильич, как обычно, встал рано и пошел работать в совнаркомовский кабинет. На этот день у Ленина было намечено много важных и срочных дел. Отдав в секретариат для отправки телеграмму Архангельскому Совету, в которой предупреждал об опасности английской военной интервенции, Владимир Ильич бросил взгляд на большую карту страны, висящую на стене, быстро прошелся по кабинету. Враг активизируется. На Украине хозяйничают германские войска. Во Владивостоке высадились японские и английские оккупационные части. Белочехи заняли Челябинск, Томск. Совсем недавно в Москве раскрыт белогвардейский заговор. Интервенты угрожают Мурманску и Архангельску...
Есть у республики еще враг — разруха, голод. Три недели назад в этом кабинете сидел рабочий с Путилов- ского завода Андрей Васильевич Иванов. Он рассказал о тяжелом продовольственном кризисе в Питере. При нем Ильич написал декрет о борьбе с деревенской буржуазией, дал указание организовать продовольственные отряды.
...В кабинет тихо вошла секретарь, доложила:
— Владимир Ильич, из города Вышний Волочек приехала делегация рабочих. И довольно многочисленная. Говорят, избраны на собраниях. Просят принять.
— Делегация? — переспросил Ленин. — И видимо, по продовольственному вопросу?
— Да, — подтвердила секретарь, — и еще какие-то жалобы на местное руководство.
Вскоре вышневолоцкие ходоки были проведены в зал заседаний. Не успели они осмотреться, как в комнату стремительной походкой вошел Ленин. Он приветливо поздоровался со всеми за руку и, указав на стулья у стола, пригласил:
— Прошу садиться. Слушаю вас.
16 Рядовые ленинской гвардии
225


Ходоки переглянулись. Кому и с чего начинать? Андреева среди них не было. Делегация по наущению меньшевиков собралась у Кремля раньше намеченного срока. Очень теплый прием привел в замешательство делегатов, наслушавшихся о «баррикадах», которыми якобы окружил себя Ленин.
Первым заговорил Ефимов. Подобострастно улыбаясь, начал он издалека — о беспорядках в уезде, о несознательности рабочих, о затруднениях в снабжении...
— Знаю, знаю, приехали вы за хлебом, — воспользовавшись паузой, сказал Владимир Ильич и, поднявшись со стула, прошелся у стола и стал говорить все громче и энергичнее: — Я слышал, ваше положение тяжелое. Вам надо помочь, и мы поможем. Но вы должны понимать, что хлеб не растет на московских мостовых. Хлеб захватили гайдамаки, белочехи, белогвардейцы. Хлеб в Сибири, на Украине, в Поволжье. Надо разбить белогвардейцев, прогнать иностранных интервентов. Нужно использовать возможности на месте: организовать продовольственные отряды, отобрать излишки хлеба у кулаков.
Он остановился, посмотрел на жадно слушающих текстильщиков и, подчеркивая каждое слово, проникновенно сказал:
— Берите, товарищи, дело снабжения в свои руки. Только вы сами сможете спасти революцию. Только вы, рабочие и крестьяне, и никто больше.
Задушевные слова Ильича прозвучали и как призыв, и как совет, и как просьба. И ходоки всем сердцем почувствовали, увидели в этом невысоком, крепко сколоченном, энергичном человеке мудрого учителя и друга.
Затем завязалась живая, непринужденная беседа. Владимир Ильич спрашивал, как живут текстильщики, как работают предприятия, как связаны рабочие с крестьянами-бедняками. Меньшевики Ефимов и Богданов опять попытались клеветать на местное руководство. Некоторые делегаты тут же опровергали ложь меньшевиков, разоблачали их как демагогов.
В разгар беседы Ленина вызвали по неотложному делу.
...Когда Андреев, раскрасневшись от быстрой ходьбы, подошел к Боровицким воротам Кремля, никого из делегатов на условленном месте не было. Он очень уди226


вился. Что случилось? Неужели все опоздали? Он вошел в бюро пропусков, спросил, пе обращались ли вышневолоцкие товарищи.
— А вы кто будете? — спросили его.
Андреев показал документы.
— Торопитесь, товарищ, ваша делегация уже прошла.
Он вошел в зал заседаний и увидел всю делегацию, сидящую за длинным столом. Ефимов и Богданов, хмурые, обескураженные, сидели молча. Остальные переговаривались:
— Вот человек! И выслушал, и все разъяснил...
— И помощь, как видно, непременно будет...
Марк Париевский (он случайно встретил делегацию в Кремле и присоединился к ней), заметив вошедшего Андреева, отвел его к окну и негромко пересказал в общих чертах содержание беседы.
— Как они могли сподличать?! — возмутился Андреев. — Весь город опозорили...
Вдруг дверь из кабинета открылась, и снова вошел Ленин с какой-то бумажкой в руке. Ильич сразу заметил новое лицо.
— Прибыл председатель Вышневолоцкого Совета, — представил Париевский Тимофея Андреевича.
Владимир Ильич подошел, протянул руку. Андреев, волнуясь, начал четко, по-военному докладывать, зачем приехали ходоки.
— Положение у нас, товарищ Ленин, критическое. Дети голодают. Наши снабженцы питанием не обеспечивают. Помогите нам. Возвратиться с голыми руками никак нельзя.
Подошедшие рабочие молчаливыми кивками присоединились к докладу председателя.
— Да, да, — согласился Ленин, — положение у вас, действительно, очень тяжелое. Мы тут поговорили откровенно, и многое прояснилось. Правительство решило вам помочь.
Он подошел к столу и быстро, размашистым, торопливым почерком написал две записки: одну — нарком- проду А. Д. Цюрупе об отгрузке Вышнему Волочку продовольствия, и другую — наркому внутренних дел с просьбой рассмотреть жалобы на местное руководство.
Прощаясь с делегатами, Владимир Ильич задержал
15*
227


Андреева, положил ему руку на плечо и, видимо желая приободрить молодого председателя, сказал:
— Я знаю, товарищ, как вам тяжело работать. Но и нам здесь не легче. И все-таки не сомневайтесь — мы победим, обязательно победим!
Он по-отечески улыбнулся Тимофею и еще раз пожал ему руку.
— Спасибо, Владимир Ильич, — растроганно ответил Андреев. — Я верю.
И поспешно вышел из зала, догоняя ходоков. Он шел, окрыленный напутствием Ильича.
В тот же день делегация выехала домой. А вскоре в Вышний Волочек прибыл эшелон с продовольствием. По городу разнеслась радостная весть:
— Ленин прислал хлеба...
На фабриках и заводах прошли невиданные по массовости и активности митинги, собрания. На них выступали с отчетом о поездке в Кремль члены делегации. Их рассказы слушали затаив дыхание.
Меньшевики тоже пытались отчитываться, подделываться под настроение масс, но поездка в Москву полностью разоблачила их подлинное лицо.
На Прохоровской фабрике отчет перед текстильщиками держал старый рабочий Огнев. Он сказал:
— Не слушайте басни о том, что Ленин отгородился от народа в Кремле. По правде сказать, раньше и я так думал. А вот съездил в Москву и своими глазами увидел: Ленин очень прост, очень уважительно относится к рабочим людям. Он душевный, справедливый человек.
Прошло с тех пор больше полувека...
Тимофей Андреевич Андреев, широкоплечий, еще крепкий старик, шагает по улицам Вышнего Волочка. Сутулятся плечи. Седина побелила поредевшую шевелюру. Морщины изрезали смуглое лицо. А глаза по-прежнему живые, с озорнинкой, то внимательно ощупывают собеседника, то иронически щурятся под темными бровями.
Живет Тимофей Андреевич в Ленинграде, ведет большую работу в совете старых большевиков, но почти каждое лето приезжает в город, где отшумела его революционная молодость.
228


Его и сейчас хорошо знают в Вышнем Волочке. Ему присвоено звание почетного гражданина города. Здесь он встречается с партийными работниками, выступает перед трудящимися. Обращаясь к молодежи, Тимофей Андреевич говорит:
— Вы живете в городе революционной и трудовой славы. Берегите же славные традиции отцов и дедов ваших. Много мы испытали, много крови пролили за свободу, за коммунизм, за ваше светлое будущее. Несите же наше знамя вперед!
Он имеет моральное право так говорить. Позади у него большая, честно прожитая жизнь. Военные походы в годы гражданской войны. Бои с Колчаком. Во время послевоенного строительства Красной Армии он — политработник, комиссар корпуса, делегат партийных съездов. Солдат революции, ленинец, Андреев являет собой пример верности народу, партии, вечно живому и развивающемуся ленинизму.


А. СМИРНОВ
ПОПРАВКА К ДЕКРЕТУ
Шумит взбудораженный Смольный. Со всех концов страны съехались делегаты на II Всероссийский съезд Советов. Особенно многолюдно в комнате № 18. Здесь работает самая многочисленная на съезде фракция — большевистская. Регистраторы проверяют мандаты:
— Кульков Михаил Максимович из Брянска...
— Васенко Евдоким Лукьянович из Челябинска...
— Бодякшин Иван Харитонович из Ржева...
— Гузынин Андрей Владимирович из Кыштыма...
Лица открытые и мужественные, со следами долгой дороги, усталости, бессонницы. Но лихорадочно горят глаза. И решительны речи. Потому что за этими людьми — народ. Потому что в эти дни они делают историю.
Прапорщик Иван Бодякшин — весь внимание. Он представляет здесь 27 тысяч ржевитян, которые выразили ему доверие, и он, сын малоземельного крестьянина, учитель по профессии, большевик с марта 1917 года, должен отстаивать интересы тех, кто послал его в этот шумный белоколонный зал.
Вот крикливо и нудно требует внимания толстенький человечек в форме военного врача — меньшевик Дан. Зачем он здесь? Чтобы, трогательно заботясь о министрах-капиталистах, засевших в Зимнем, окончательно доказать контрреволюционность своей партии?
Истерично поносит большевиков Мартов. И это не ново.
Задыхается от злобы еще один меньшевик, офицер Кучин. Он утверждает, будто бы армия против вооруженного восстания, против Советов. Какая чепуха! И не случайно солдаты-ораторы, показывая на Кучина, говорят:
— Он не представляет нас, солдат. Пусть уходит!
Когда меньшевики, бундовцы, эсеры оставляют съезд, Бодякшин кричит вместе со всеми:
— Скатертью дорога! Позор предателям!
230


Даже воздух стал чище в зале. Работа съезда пошла быстрее, интереснее, деловитее, по-го- сударственному солидно. Вдруг Смольный будто раскололи аплодисменты. Это сообщили из президиума: Зимний
пал!
Все новые и новые части, корабли переходят на сторону восстания. Ликующе читает Луначарский написанное Ильичем воззвание «Рабочим,
солдатам и крестьянам!» и х Бодякшин
Делегаты покидали
Смольный уже 26 октяб¬
ря в шесть утра и снова собрались в девять часов вечера. В президиуме появился Ленин. Иван Харитонович соскочил с места. Он аплодировал горячо и, вместе со всеми, долго, словно навсегда запоминая и этот зоркий умный взгляд, и открытый лоб, и невысокую фигуру.
Съезд после доклада Владимира Ильича и прений единогласно принял Декрет о мире, а потом делегаты дружно, с огромным подъемом запели «Интернационал». «Я никогда не слыхал такого вдохновенного пения пролетарского гимна», — вспоминал Бодякшин много лет спустя !.
Следующий вопрос повестки дня — Декрет о земле. Земля-матушка, земля-кормилица, заветная мечта российского крестьянина. Ленин-теоретик, Ленин — вождь и организатор был блестящим знатоком аграрного вопроса. Декрет о земле, который он зачитал съезду, был подготовлен на основе общекрестьянского наказа, наказа, который словно впитал в себя 242 наказа местных Советов крестьянских депутатов. Принципиальные положения декрета заранее были обсуждены на большевистской фракции. Земля становилась народным достоянием. Крестьяне получили в безвозмездное пользование
1 «Новый мир», 1966, № 11, стр. 159—164. 231


150 миллионов десятин земли. Уходили в прошлое кабала, долги, жестокая эксплуатация.
На заседании фракции брал слово и Иван Харитонович. Он просил уточнить мысль о том, что «земли крестьян и казаков не конфискуются». По мнению Бодякшина, следовало бы особо оговорить, что не конфискуются земли рядовых крестьян и рядовых казаков. Какова же была радость молодого большевика, когда он узнал, что его замечание было учтено при окончательном редактировании проекта декрета. Ленин за массой дел, за массой волнений в первый октябрьский день услышал голос рядового солдата революции.
Декрет был поставлен на обсуждение. Сосед Ивана Харитоновича ржевский крестьянин Кондрат Жегунов шепнул ему на ухо: «Пойду скажу, что люди на месте думают». Кондрат поднялся на трибуну, долго кланялся, благодарил Ленина и просил делегатов не верить кадетам, потому что не кадеты, а большевики защищают крестьянскую бедноту.
Взял слово и Бодякшин. В крестьянском наказе о земле предполагалось, что дезертиры лишаются земельного надела. А кого считать дезертирами? Солдат, отказавшихся поддерживать Временное правительство, братавшихся на фронте, тех, чьей мечтой был мир на земле, тех, кто поддерживал большевиков? Разве солдат-украинцев из ржевского гарнизона, отказавшихся идти на фронт, назовешь этим позорным словом? А 260 солдат из соседних полков? Их хорошо знал молодой прапорщик. Под свист некоторой части делегатов, волнуясь, Бодякшин почти кричал в зал:
— Несчастный солдат, насильно загнанный в окопную мясорубку, весь бессмысленный ужас которой вы сами признаете в Декрете о мире, встретил революцию как весть о мире и свободе. Мир? А правительство Керенского заставило его снова наступать, идти в Галицию, убивать и погибать. Свобода? При Керенском он увидел, что его комитеты разгоняются, его газеты закрываются, ораторов его партии сажают в тюрьму... А дома, в родной деревне, помещики борются с земельными комитетами и сажают за решетку его товарищей... В Петрограде буржуазия в союзе с немцами саботировала снабжение армии продовольствием, одеждой и боеприпасами. Солдат сидел в окопах голодный и босой. Кто 232


заставил его дезертировать? Правительство Керенского, которое мы свергли
Шум и свист в зале сменился аплодисментами. По этому же вопросу выступили и другие делегаты. Съезд предоставил решение вопроса новому правительству. Так называемые дезертиры не были лишены земельных наделов.
Книга Джона Рида «Десять дней, которые потрясли мир» нынче хорошо известна. И образ длинноволосого, в высоких сапогах и овчинном тулупе крестьянина Кондрата Жегунова из Ржева знаком по этой книге миллионам читателей. Но буквально на следующей странице книги летописец великой революции упомянул о простой и трогательной речи изможденного, оборванного, но красноречивого солдата. Этим солдатом был тоже ржевитянин, Иван Харитонович Бодякшин.
— Правда, не обошлось без преувеличений, — уточнял потом Бодякшин. — Оборванным-то я не был, но шинель была изрядно потертой. Это правда.
Прямо 113 Петрограда посланцы Ржева (а кроме И. X. Бодякшина и К. Г. Жегунова на съезде были еще из Ржева М. А. Орлов и С. Ш. Иоффе) отправили телеграмму, извещавшую товарищей о переходе власти в руки Советов.
Вернувшись домой, Иван Харитонович исполнял обязанности члена Ржевского укома партии и уисполкома, работал председателем совнархоза, редактировал газету «Ржевская коммуна». Он был совсем своим на нашей верхневолжской земле — уроженец деревни Першеево Лукояновского уезда Нижегородской губернии. В годы первой мировой войны учитель начальной школы Бодякшин оказался в действующей армии. Февраль 1917 года застал его в Ржеве, в 70-м запасном полку. В марте того же года он стал большевиком, а с мая — членом Ржевского городского Совета рабочих и солдатских депутатов, с сентября — заместителем его председателя.
В Ржеве Иван Харитонович пробыл до 1920 года. Затем его выдвигают на работу в губернский центр — секретарем Тверского укома партии, избирают членом губкома. В 1921 году И. X. Бодякшин редактирует «Тверскую правду». Он представляет тверяков на V,
1 См. «Ленин в нашем сердце». Калинин, 1958, стр. 37.
233


VII, VIII Всероссийских съездах Советов, на IX съезде партии.
Партия посылала его на работу в Николаев и Запорожье, нынешнюю Мордовскую АССР. В 1923—1925 годах Бодякшин работает редактором Ивановской губернской газеты. По окончании же Института красной профессуры он — преподаватель вузов, сотрудник Нар- компроса, нарком просвещения Мордовской АССР, а в последние годы жизни — доцент Всесоюзного заочного машиностроительного института в Москве.
Скончался Иван Харитонович в 1963 году в возрасте 74 лет.


В. ГРАДОВА
ВОЕННЫЙ КОМИССАР
В Ржеве на высоком волжском берегу есть небольшой сквер. Здесь в окружении высоких тополей стоит строгий, величественный памятник, выполненный в черном мраморе. Как креповая лента его обвивают слова, высеченные на мраморе: «Борцам за народное дело». У памятника этого покоится прах замечательного человека, стойкого большевика-ленинца, первого военного комиссара города Ржева Василия Васильевича Грацин- ского.
Жизнь отсчитала ему слишком мало времени — он погиб в самом расцвете сил, когда ему было всего лишь двадцать семь лет. Но память о себе оставил на века.
В Ржевском краеведческом музее хранится интересная переписка покойного учителя, местного краеведа Н. М. Вишнякова со старшим братом В. В. Грацинского Николаем Васильевичем. Из нее мы узнаем некоторые подробности о семье, среде, воспитавшей этого замечательного человека.
Он родился в Перми. Отец его был мелким чинов- пиком-разночинцем. Мать — простой, полуграмотной женщиной.
Отец часто был без работы, а в 1907 году неожиданно скончался от холеры, оставив семью в десять человек — жену, пятеро сыновей и четверо дочерей.
Семья жила в ужасной нищете. Дети ходили в тряпье, босиком.
Грацинских то и дело прогоняли с квартиры — потому что много детей, за то, что плохо платили. В одну из бессонных ночей Николай Васильевич насчитал сорок квартир, в которых жила их семья с 1893 по 1914 год.
И все же, как назло судьбе, Василию Васильевичу удалось даже окончить юридический факультет императорского Петроградского университета.
В Петрограде Грацинский некоторое время жил в общежитии колледжа имени императора Александра III
235


(ему помог устроиться туда один из друзей). Здесь Василий Васильевич познакомился с интересным студентом Гин- товым, дружба с которым немало повлияла на взгляды молодого Грацинского, привела потом в партию большевиков. Конечно, и учеба в университете, общение с другой революционно настроенной молодежью не прошли бесследно.
После окончания университета (4 октября 1916 года) Грацинский поступил на службу в
Михайловское артиллерийское училище, а затем в начале 1917 года в чине прапорщика его направили в Челябинский полк, где он «занимался с людьми больше политикой, чем строевыми занятиями, объясняя, что такое революция, что такое эволюция и т. д.». В умном, принципиальном, справедливом прапорщике солдаты души не чаяли и этим вызвали страшную неприязнь к нему офицерства.
Как-то один из офицеров процедил сквозь зубы:
— Скажите, прапорщик Грацинский, кем вы к нам явились?
Василий Васильевич, страшно ненавидевший этих сытых, самодовольных выродков, хотел было бросить: «Только не подлецом!», но, как всегда, остался благоразумным — не принял вызова: знал, что это может еще больше обострить его отношения с офицерством и помешать революционной работе среди солдат.
Но эта осторожность не спасла Грацинского — его, как неблагонадежного, отправили с ротой солдат на фронт. Здесь он целиком ушел в революционную работу, стал большевиком. После февральских событий его избрали комиссаром 184-й Кавказской дивизии.
Армия в то время дышала буквально на ладан. Утомленные почти четырехлетней войной, классовая сущ236


ность которой становилась все очевиднее, солдаты не хотели воевать. Началась стихийная демобилизация из армии. Полное моральное разложение шло в офицерской среде.
В сентябре 1917 года В. В. Грацинский писал своему старшему брату:
«Был в бою на Якобштадтском фронте, как будто миллионы палок били по полотну над тобой, — теперь все заискивают передо мной — боятся, что я сообщу описание боя в столичные газеты, так как весь командный состав бежал с поля битвы и все держалось на нашем брате — младшем офицере...».
В октябре 184-ю Кавказскую дивизию отправили с фронта на отдых в Ржев. В пути ее застала весть — победила Великая Октябрьская социалистическая революция. Командир дивизии по дороге скрылся. Все руководство взял на себя В. В. Грацинский.
Многие старые офицеры развернули среди солдат свою пропаганду, старались сбить их с толку, устраивали всяческие провокации. Но Грацинский и другие большевики — Кривощапов, Смородинов, Илюхин, Балыкин — сумели вырвать солдат из-под их влияния. Дивизия поддержала Советскую власть, Ржевский Совет рабочих и солдатских депутатов.
«Я впервые с ним встретился в стенах Совета (в бывшем здании Немирова), — вспоминал один из организаторов Советской власти в Ржеве И. X. Бодякшин, — когда он явился от имени дивизии с запросом: на каком основании Совет обложил контрибуцией городское население. И я, зная, кого и за что обложили, подумал: «Не меньшевик ли — кой грех?» Но когда тов. Грацинский узнал, в чем дело, он сказал, что его провокаторы ввели в заблуждение, и добавил: «Я верил и верю Ржевскому Совету, ибо о нем немало говорили и на фронте, почему мы и приехали сюда. А на меня, товарищи, надейтесь, я буду с вами за Советы всегда, и в любой момент готов отдать жизнь за Советы»1.
Об этой своей поддержке Советской власти, Ржевского Совета Грацинский заявил и на первом заседании Ржевского уездного Совета 30 декабря 1917 года.
Всегда подтянутый, жизнерадостный, энергичный, 1 Газета «Ржевская коммуна», 11 сентября 1918 г.
237


иногда немного горячий, но всегда прямой и справедливый, Грацинский быстро завоевал любовь, уважение и доверие среди рабочих, крестьян в городе и уезде. Его избрали делегатом от Ржевского уезда сначала на III, а потом и на IV Всероссийские съезды Советов.
Яркие, страстные, содержательные речи Грацинского по возвращении со съездов произвели на всех глубокое впечатление, помогли членам исполкома уездного Совета, всем гражданам — рабочим, солдатам, крестьянам— правильно понять политику партии и Советского правительства. 184-я Кавказская дивизия, комиссаром которой он был, стала главной революционной силон ржевского гарнизона.
В февральские дни 1918 года кайзеровская Германия, нарушив перемирие, снова двинула свои войска против молодой Республики Советов. В Ржеве, который имел тогда большое стратегическое значение — через него продвигались на фронт и обратно части и соединения, было объявлено осадное положение. Нужно было укрепить стоявшие здесь войска, поднять боевой дух солдат.
Грацинский созвал в гарнизоне митинг, разъяснил солдатам обстановку. На митинге была принята резолюция: «...считать революцию в опасности. Завоеванную свободу, землю, волю защищать до последней капли крови и встать, как один, на защиту завоеваний революции...»1 Эта резолюция была написана Грацинским.
Но на другой день в дивизии начались волнения: солдаты вдруг стали требовать, чтобы их немедленно отпустили по домам. Чувствовалось, что тут неплохо поработали господа офицеры. Грацинский снова собрал митинг.
«Он поднялся на трибуну, — вспоминал бывший солдат 184-й дивизии Дунаев, — и заявил:
— Если так, то я, как комиссар дивизии, не даю своего согласия на ваш отпуск. Хотите убейте меня или выбирайте другого комиссара.
Тысячная толпа замолкла. Потом раздались голоса:
— Не хотим другого комиссара. Мы лучше останемся!»2
1 Ржевский краеведческий музей, протоколы Совета.
2 Газета «Ржевская коммуна», 11 сентября 1918 г.
238


Через несколько минут была снова принята резолюция, говорящая о том, что все остаются в своем полку.
Это был не жест актера, а возвышенный поступок революционера в трудную минуту.
В связи с осадным положением в Ржеве создается военно-революционный штаб во главе с Грацинским. Чуть позднее — в конце марта — он был переименован в штаб Красной Армии. Основной задачей штаба было пополнение рядов создаваемой рабоче-крестьянской армии.
Политически зрелый, образованный большевик, Грацинский показал себя прекрасным организатором.
Василий Васильевич много ездит по уезду, выступает на митингах перед рабочими, крестьянами, пишет воззвания. В одном из обращений он писал:
«Товарищи рабочие и крестьяне! Вы победили, но не совсем. Мировая буржуазия не терпит опасного соседа — владыки пролетариата. И хоть троны ее шатаются от ударов собственных рабочих, она сильна. Она сильна дисциплинированным и хорошо организованным войском, и против такого войска мы должны выставить войска, тоже дисциплинированные и организованные. Их армия с палочной железной дисциплиной несет порабощение, наша — организованная на началах строгой дисциплины, основанная на сознании гражданского долга, пойдет под знаменем освобождения»1.
По призыву Грацинского в Красную Армию идут добровольцы из города и уезда, в ржевские отряды вступали и некоторые офицеры старой, царской армии.
Вокруг Ржева начали вспыхивать очаги контрреволюционных выступлений. Почти одновременно подняли голову белогвардейцы в Нелидове, Княжьих Горах, Кувшинове, Старице, Торжке, Молодом Туде, в некоторых уездах Смоленской и Псковской губерний. Ржевский Совет организует помощь соседним Советам — посылает на подавление мятежей первые отряды молодой Красной Армии.
В конце февраля 1918 года большой контрреволюционный мятеж вспыхнул в Торопце. Было решено послать на его подавление 735-й полк 184-й Кавказской дивизии.
1 Ржевский краеведческий музей, протоколы Совета, № 123.
239


Но солдаты при подстрекательстве бывших царских офицеров снова взбунтовались — не хотели ехать в Торопец. Василию Васильевичу пришлось опять созвать митинг и призвать на помощь свой авторитет.
«Не успел Василий Васильевич влезть на трибуну,— вспоминал И. X. Бодякшин, — и сказать: «Товарищи! Неужели вы перестали верить мне, своему комиссару? Кто вас выручал не раз в трудную минуту?», как аудитория в один голос закричала:
— Товарищ Грацинский! Все с тобой! Веди, куда угодно и когда угодно!
Моментально лица, тоскливые, измученные, преобразились, и солдаты были готовы на самые тяжелые испытания»1.
Полк возглавил сам В. В. Грацинский. 9 марта он сообщал на пленарном заседании Ржевского Совета:
— Контрреволюционное выступление в Торопце подавлено, буржуазия разоружена.
Мало того, Грацинский по решению Ржевского уис- полкома обложил торопецких буржуев большим налогом — в 800 тысяч рублей. 500 тысяч из них было тут же собрано.
Веспа и лето 1918 года в Ржевском уезде были очень бурными. Резко обострились противоречия между беднотой и кулачеством. Кулаки держались за землю, саботировали мероприятия Советской власти. От убийств из- за угла партийных и советских работников они переходят к открытым антисоветским выступлениям. Особенно обострилась борьба, когда комбеды приступили к реквизиции хлеба у деревенских богатеев. Это вызвало ожесточенное сопротивление кулачества.
Уисполком поручил В. В. Грацинскому оказать помощь волостным Советам, разгромить кулачество, укрепить комбеды. По рекомендации уездного комитета партии он был утвержден тогда первым уездным военным комиссаром.
В Павлюковской волости, к примеру, летом 1918 года кулаки, поднявшие восстание, арестовали членов волисполкома. Их зверски избили и заперли в сараи. Из Ржева в Павлюки для подавления кулацкого мятежа
1 Газета «Ржевская коммуна», 11 сентября 1918 г.
240


был послан отряд красноармейцев. Был подавлен контрреволюционный мятеж и в Пыжовской волости.
Основное внимание Грацинский по-прежнему уделяет формированию частей Красной Армии. В газете «Ржевская коммуна» того времени из номера в номер печатаются его броские воззвания к коммунистам, призывы к гражданам добровольно вступать в Красную Армию.
Еженедельно в Тверской губвоенкомат идут информации о ходе формирования 1-го Ржевского полка, 2-го Тверского, 2-й Тверской дивизии. В Ржеве были созданы крупные, хорошо обученные отряды Красной Армии, испытанные в борьбе с контрреволюционными силами, готовые по первому зову выступить на защиту завоеваний Октября.
Первый отряд численностью в 800 человек под командованием А. И. Кривощапова отправился в мае 1918 года на Урал, в августе еще более крупный отряд— свыше 1000 человек — был послан из Ржева для подавления чехословацкого мятежа под Казань. Во главе его стал сам военный комиссар уезда В. В. Грацинский.
Находясь под Казанью, В. В. Грацинский не забывает ржевитян. В «Ржевской коммуне» 7 сентября было опубликовано его страстное, призывающее к непримиримой борьбе с врагами революции письмо. Он обращает внимание рабочих и крестьян на то, что настал решительный момент в страшной борьбе двух классов— труда и капитала.
«Помните, — писал он, — что нет спасения рабочим и крестьянам вне фронта в случае удачи нашего классового противника в этом последнем бою. Вслед за победой последует жестокая расплата за год свободы, за отнятые фабрики и земли». Василий Васильевич приводит случаи, красноречиво свидетельствующие об отношении классовых противников к пролетариату, для того чтобы напомнить рабочим и крестьянам, с кем приходится иметь дело.
«Прибыв па станцию Свияжск, мы отправились на место стоянки — в село Введенское. За несколько дней до нас сюда совершили набег чехословаки и бельгийцы. Узнав имена бывших красноармейцев и советских деятелей, они устроили кровавую баню над ними; рабочих нет в этих местах, и они обобрали крестьян».
16 Рядовые ленинской гвардии
241


«Я пишу вам накануне боя, — обращается Грацинский к рабочим и крестьянам, — и без громких фраз призываю вас подумать серьезно о вашей классовой судьбе. Оглянитесь на Украину — что там творится... Если бы они вовремя поддержали советские войска, им не пришлось бы теперь проливать столько крови, восставая против взявшей их в свои железные лапы немецкой и украинской буржуазии. Не случилось бы этого и с вами!».
Между строк он сообщает, что Ржевский отряд считают на фронте одним из лучших, что приходится им нелегко. «Лупит по пас «он» все разрывными. Солдаты говорят: «По немцам били пустыми (да и тех подчас не хватало), а по своим рабочим и крестьянам — разрывными».
Это было первое и последнее письмо Грацинского с фронта. Через четыре дня та же газета писала:
«Товарищи ржевитяне! Еще о новом ударе сообщил нам телеграф. Кому дорога революция, кому дорога Советская власть, тому это пришлось в самое сердце. Получена телеграмма, что комиссар Грацинский пал доблестной смертью борца за свободу, предводительствуя Ржевским отрядом народной Красной Армии».
Второго сентября его отряд первым перешел в наступление у деревни Моркваша под Казанью. Грацинский шел в первой цепи.
«Залюбуешься им, — вспоминал потом один из участников этого боя, бывший заместитель командира пулеметного взвода Р. Ф. Кельман. — Стройный, горячий, в кожаной куртке, с биноклем, он пуль не страшился и нам храбрости придавал. Вдруг командир рухнул на землю, а потом собрал последние силы, поднялся и бросил гранату в подступавших к нему белогвардейцев».
Весь номер газеты «Ржевская коммуна» от 11 сентября 1918 года был посвящен памяти В. В. Грацинского. Здесь были помещены большой некролог, воспоминания товарищей.
«Мы не можем теперь еще оценить всей тяжести нашей утраты, — писала газета, — взвесить и измерить глубины горя народного. Но будущее поколение, история запишут золотыми буквами имена павших за благо народа, за идеалы трудящихся».
...Стоит в небольшом сквере на высоком волжском 242


берегу в Ржеве величественный памятник, посвященный борцам за народное дело. Сквер этот носит имя Василия Васильевича Грацинского, большевика-ленинца, первого военного комиссара города и уезда. Одна из центральных улиц этого города тоже носит имя В. В. Грацинского. Благодарный народ не забыл тех, кто отдал свои жизни за Советскую власть, за то большое счастье, которое дала эта власть простому, раньше униженному, задавленному нуждой народу.


В. ЧЕРНИКОВ
НАЧАЛО СВЕТА
Вот ты и вернулся, солдат Иван Дунаев, в родные тверские края. Воевал, горя, невзгод хлебнул полной мерой. И все эти годы вертелся у тебя в голове вопрос: «Для чего?» Для чего вся эта кровь, эти страдания, эта непонятная война?
Ответ пришел с той листовкой, которую тайком передали в окопе. «Солдаты! — с трудом разбирал он расплывшиеся лиловатые строки. — Подумайте, за чьи интересы вы льете кровь?.. Наживаются помещики и капиталисты... Бороться против буржуазии — вот ваше правое дело...»
Просвистела нагайка, больно ударила по пальцам, разорвала листок.
— Я те покажу, как заразу эту читать! — поручик Рукавишников еще раз хлестнул нагайкой, на этот раз себя по сапогу.
Иван молча, но многозначительно поправил винтовку па плече.
Да, листовка — в клочья, а мысли, которые она разбудила, и нагайкой не выбить. Шел февраль семнадцатого, а в марте рядовой Дунаев Иван Тимофеевич подал заявление о приеме в ряды РСДРП (б), в июне стал членом партии большевиков.
Теорию тогда он знал еще слабовато, зато в практических делах его сметке и энергии мог позавидовать любой. Иван Дунаев вел большую работу по созданию большевистских организаций в воинских частях, вел энергично и настойчиво. Его избрали председателем ротного, затем полкового комитета, а потом — членом ревкома 8-й армии, дислоцировавшейся в Черновицах. Работал в Черновицком и Могилев-Подольском уездных исполкомах, был избран в Учредительное собрание от Могилев-Подольского избирательного округа по большевистскому списку № 6.
244


И. Т. Дунаев
Со временем пришел опыт, появилась уверенность в работе. Иван знал, за что и для кого не спит ночами, носится по волостям и уездам, проводит собрания, выступает на митингах и делает еще сотню дел, может, незаметных, но нужных народу, который почувствовал себя после грозного и радостного октября 1917 года хозяином страны...
И здесь в родном Зуб- цовском уезде, — знакомая картина, знакомый разговор, тревожный и деловой.
— Заботы у нас теперь, Иван Тимофеевич, хозяйские, — говорит председатель уисполкома Г. И. Горнов. — Только хозяйство теперь у нас побольше — не свой клочок, а целый уезд. Ну, да не тебе это втолковывать. Принимайся за дело, Иван Тимофеевич. У нас тут...
Разговор прервал мальчишка-посыльный. На неоседланном коне он примчался в Зубцов сообщить: в деревнях Коськово, Покров, Казаркино начался кулацкий мятеж. В Бубнове разгромлен волостной исполком, организатор мятежа кулак Нечаев готовит поход на Зубцовский Совет.
— Так-то, Иван, дело солдатское, выходит, рано нам забывать. Кулак, он с награбленным добром запросто не расстанется. Видал, как ощерился?..
С мятежниками справились быстро, но осенью подпольный контрреволюционный комитет организовал новое выступление, на этот раз в Игнатовской волости. В деревнях Скоросово, Высютники, Кротово кулаки разгромили сельсоветы, учинили зверскую расправу над коммунистами.
— Вот, Иван, — говорил Дунаеву начальник продотряда Константин Павлов, бывший путиловский рабо245


чий, — еще одно подтверждение, что кулачество жизни спокойной нам не даст.
Павлова 20 ноября 1918 года направили с небольшим отрядом милиции к месту кулацкого восстания, в Ско- росово. От активных действий велели воздержаться: через два дня на помощь должен был подойти отряд под командованием членов укома партии Д. М. Логинова и И. М. Орлова.
Этот приказ передал Павлову по поручению ЧК Иван Дунаев. Он прибыл в Скоросово, чтобы ознакомиться с обстановкой на месте, сообщить добрые вести маленькому отряду.
— Кроме наших, зубцовских, еще и ржевские това- щи помогут, вышлют артиллерийский дивизион, — сказал Иван, прощаясь с Павловым, — так что пока не горячитесь.
— Да как не горячиться, Ваня? Ты только послушай, что они творят. В Карманове заперли в бане коммунистов и членов волисполкома. Сожгли живьем. Здесь, в Скоросове, тоже зверствовали...
Иваи Дунаев, выполнив все поручения, вернулся в город, а через день пришла в Зубцов страшная весть: мятежники под руководством белогвардейских офицеров братьев Советовых внезапно напали на отряд Павлова, после ожесточенного короткого боя захватили Константина и еще двух руководителей отряда — Черноусова и Балабанова — и жестоко с ними расправились.
Возмездие настигло палачей буквально через несколько часов: отряд Дмитрия Матвеевича Логинова, действуя быстро и смело, окружил мятежников, полностью разгромил их. Были захвачены и главари: княгиня Голицына, офицеры Советовы.
По приговору военного революционного трибунала они были расстреляны...
Попасть на прием к заместителю председателя Зуб- цовского уездного исполкома Ивану Дунаеву легко — зашел и говори, что тебя волнует. Вот и в этот весенний день 1921 года несколько крестьян из деревень, расположенных по реке Вазузе, несмотря па апрельскую распутицу, приехали в исполком потолковать о делах насущных. Много вопросов у них, а главный — что это за решение такое вынес исполком насчет строительства электростанции на Вазузе?
246


Иван Тимофеевич рассказывает им о VIII Всероссийском съезде Советов, о ленинском плане ГОЭЛРО, утвержденном на этом съезде, о том, что электричество окажет крестьянству помощь, какая и не снилась.
Крестьяне — град вопросов. Дунаев обстоятельно отвечает.
Да, в марте 1921 года Зубцовский исполком решил возвести электростанцию на реке Вазузе. И еще построить постоянный мост. Да, помощь в этих делах обещал оказать военно-дорожный отряд зубцовского гарнизона. Но многого не хватает, нет необходимых материалов, оборудования. И его, Дунаева, вместе с командиром военно-дорожного отряда направляют в Москву — заручиться поддержкой хозяйственных организаций, получить материальную помощь.
— Счастливой дороги, Иван Тимофеевич, — напутствуют собеседники. — Возвращайтесь скорее, да всем миром за это электричество и возьмемся...
Вскоре они прибыли в Москву.
— Здравствуйте, Владимир Ильич. Говорит начальник военно-дорожных сооружений Макрычанс. У меня находятся двое товарищей из Зубцовского уезда Тверской губернии... По вопросу строительства электростанции... Да-да, у них есть ходатайство губисполкома о строительстве... Примете лично? Есть. Время уточню у управделами Совнаркома...
— Поедете в Кремль, — сказал Макрычанс зубцов- цам, — Ленин хочет с вами побеседовать, заинтересовали вы его.
В назначенное время прибыли в Кремль. Ждали всего несколько минут. Владимир Ильич крепко пожал им руки, пригласил сесть.
«Двадцать минут продолжался наш разговор с Владимиром Ильичем Лениным, — вспоминал впоследствии Иван Тимофеевич, — но он произвел на нас неизгладимое впечатление. Простая, доходчивая беседа вселила в нас еще большую веру в победу социализма. Теплые, отеческие советы Ленина остались в моей памяти на всю жизнь. И главное, что запомнилось, — мысль о том, что взять власть в свои руки — это взвалить на себя тысячи труднейших забот, величайшую ответственность».
В 1921 —1923 годах коллектив зубцовских строителей 247


соорудил пять электростанций в Зубцове, Погорелом, Степурине, Княжьих Горах, Оленине. И все своими силами, местными средствами. В день седьмой годовщины Октября дала ток электростанция в Ржеве. А знаете, как ее строили?
На Погорельской спичечной фабрике нашли нефтяной двигатель, на лесопильном заводе в имении Вя- зовка — паровую машину с котлами, в Ржеве на бывшей фабрике Шевелина — турбину в пятьсот лошадиных сил. Это были дни самоотверженного труда людей, не знающих усталости и сомнений. Они выполняли наказ Ленина.
— Сейчас, в сравнении с такими энергетическими гигантами, как Красноярская, Куйбышевская, Братская, Конаковская ГРЭС, строительство крохотных электростанций в Зубцовском уезде в первые годы Советской власти может показаться незначительным, забылось уже, наверное, — говорит И. Т. Дунаев, ныне персональный пенсионер.
Нет, Иван Тимофеевич, такое не забывается. Ведь это было начало света, света социализма, который сейчас сияет над землей ровно, мощно, неугасимо.


В. ПОЛОСУХИН
СОЛДАТ
БОЛЬШЕВИСТСКОЙ ГВАРДИИ
Поздняя осень 1918 года... Прошел год, как победила Октябрьская революция. Это был год невероятных трудностей и тяжелых испытаний, тревожных дней и бессонных ночей. Молодая Советская республика — в огненном кольце. В ее тылу — голод, разруха, сыпняк. То здесь, то там вспыхивают контрреволюционные мятежи, гремят выстрелы, полыхают пожары...
Неспокойно и в маленьком волжском городке Зубцове. Глубокая ночь, а в уездном исполкоме светятся окна. У входа — часовые. Перед зданием — сдержанный говор большой группы людей. Огоньки цигарок освещают суровые лица, поднятые воротники шинелей и пальто. Поблескивают стволы винтовок. Но вот разговоры смолкают: на крыльце — председатель укома партии. В ночной тишине отчетливо слышно его короткое, товарищеское напутствие. Слова команды, и отряд крас- ногвардецев двинулся в путь. А путь неблизкий — в Игнатовскую волость, что на границе со Смоленской губернией. Там бушует антисоветский кулацкий мятеж. Зверски убиты член уездного исполкома К. А. Павлов, работники военкомата Черноусов и Бакланов, разгромлены местные Советы и комитеты бедноты.
Вооруженный отряд из Зубцова, проделав тяжелый многокилометровый ночной переход, с ходу атаковал деревню Васютники и выбил оттуда мятежников. Затем была занята деревня Скоросово. Наступление красногвардейцев было настолько неожиданным и стремительным, что главари восстания — два бывших царских офицера братья Советовы, княгиня Голицына и другие — не успели скрыться, были захвачены и по приговору ревтрибунала расстреляны. Не давая бандитам передышки, красногвардейский отряд быстро очистил от них всю Игнатовскую волость, восстановил там власть Советов, и, соединившись с красноармейскими частями, прибыв-
249


шими из Москвы и Ржева, принял самое активное участие в разгроме врага в других волостях Зубцовского уезда, а также в соседней Смоленской губернии.
Командиром зубцовского отряда красногвардейцев, посланным в Иг- 11 атовскую волость в те тревожные ноябрьские дни 1918 года, был Дмитрий Логинов. О нем, члене Коммунистической партии с апреля 1917 года, бывшем бедняке и
питерском пролетарии, Д. м. Логинов выросшем в крупного
партийного и советского работника, и пойдет наш рассказ.
...На красивом берегу Волги при впадении в нее речки Держи в нынешнем Зубцовском районе расположена деревня Мозгово. Здесь в октябре 1899 года в семье крестьянина Матвея Федоровича Логинова родился сын, которого назвали Дмитрием. Было у бедняка Логинова десять ребятишек, а земли — лишь около двух десятин. Жили в постоянной нужде. Отцу Дмитрия приходилось уходить на заработки, гнуть спину на городских богатеев.
Рано, с двенадцати лет, познал подневольный труд и Митя Логинов. Чтобы как-то помочь отцу с матерью, он летом пас скот в деревнях Московской губернии. Зимой же бегал в школу в село Никифоровское, что в трех верстах от Мозгова. А когда Дмитрию исполнилось пятнадцать лет, он с помощью родственников поступил в Петрограде на военный завод «Старый Парвиайнен». Работа была там тяжелая, по десять и более часов в день.
Шла империалистическая война. Для всех простых людей она стала тяжким бременем, несла горе и слезы. Плохо вооруженные русские солдаты гибли на полях сражений. В тылу — дороговизна, голод, нищета широ250


ких народных масс, их недовольство политикой царского правительства.
Логинов на себе остро чувствовал бесправное, обездоленное положение российского пролетария, видел, как смело ведут борьбу с самодержавием и буржуазией передовые рабочие. Общение с заводскими большевиками, чтение нелегальной литературы развивало классовое самосознание и политический кругозор молодого рабочего, помогло ему решительно встать на сторону подлинных революционеров — ленинцев. Вместе со своими старшими товарищами Дмитрий Логинов участвовал в Февральской революции, разоружал полицейских и жандармов.
3 апреля 1917 года революционный Питер встречал Владимира Ильича Ленина, вернувшегося из эмиграции в Россию. Среди тысяч рабочих, солдат и матросов, собравшихся у Финляндского вокзала, был и Дмитрий. Он восторженно слушал речь вождя, произнесенную с броневика. Как и многие другие встречавшие, Логинов провожал Владимира Ильича до особняка Кшесинской, где помещались в то время Центральный и Петроградский комитеты партии большевиков. Возвратился Дмитрий домой уже утром, взволнованный и окрыленный своей первой встречей с великим Лениным.
В том же счастливом апреле семнадцатого года произошло другое незабываемое событие, которое определило дальнейший жизненный путь Дмитрия Логинова: Выборгский районный комитет РСДРП (б) принял его в партию большевиков.
Руководимая Лениным, наша партия готовилась к социалистической революции. Шла напряженная борьба за массы, против меньшевиков и эсеров. И вот грянул исторический выстрел «Авроры». Красногвардейский отряд Выборгского района, в котором находился и Дмитрий Логинов, участвовал в штурме Зимнего дворца, разоружал юнкеров и женский ударный батальон.
В феврале 1918 года Логинов возвратился в родную деревню и вместе с другими односельчанами-большевиками участвовал в проведении неотложных революционных мероприятий, в укреплении местных Советов. А через месяц Зубцовский уездный исполком направил Дмитрия в Москву, на специальные двухмесячные курсы при Крестьянской секции ВЦИК. На курсах училось 251


много левых эсеров. Курсантам-большевикам, в их числе и Логинову, часто приходилось вести с ними острые политические споры. 29 апреля 1918 года Дмитрию посчастливилось попасть на расширенное заседание ВЦИК и послушать доклад В. И. Ленина об очередных задачах Советской власти.
Окончив курсы, Логинов проводил в уезде учет всех помещичьих имений, помогал правильно распределить между крестьянами землю, конфискованную у помещиков и церкви на основании ленинского декрета, содействовал организации первых сельскохозяйственных коммун и совхозов. Но этим не исчерпывалась его деятельность в 1918 году. Дмитрий, кроме того, секретарь городской организации РКП (б). Создание и налаживание работы комитетов бедноты и деревенских партийных ячеек, подготовка и проведение волостных и уездных конференций РКП (б) и съездов Советов, выступления на многочисленных митингах и собраниях, личное участие в ликвидации контрреволюционных мятежей — вот еще дополнительный, но далеко не полный перечень того, чем был с утра до поздней ночи занят в то боевое, незабываемое время девятнадцатилстний большевик Логинов.
В 1919 году Дмитрий Матвеевич — член президиума, секретарь, а затем заместитель председателя Зубцов- ского исполкома.
В конце 1919 года Тверской губернский съезд избрал на VII Всероссийский съезд Советов пятнадцать делегатов, среди них был и Д. М. Логинов. На съезде с докладом выступил Владимир Ильич Ленин. Это была третья встреча Логинова с Ильичем. Впоследствии, вспоминая о выступлении вождя, Дмитрий Матвеевич писал: «Его доклад был полон оптимизма и такой силы, что каждый из нас, коммунист или беспартийный, забыв о всех трудностях, проникался верой в полную победу нашего дела». На съезде Тверская делегация встретилась с М. И. Калининым, который обстоятельно побеседовал с земляками. Он расспрашивал о положении дел в губернии, внимательно выслушивал ответы, давал ценные советы.
Как только закончился съезд, Д. М. Логинов с группой товарищей ушел добровольцем на фронт. Вначале он вел политическую работу в частях Курского укреп252


ленного района. А через некоторое время Дмитрий Матвеевич был направлен в Екатеринослав (ныне Днепропетровск), где, в составе отряда особого назначения участвовал в боях против белогвардейцев и махновцев. На фронте он заболел сыпным, потом возвратным тифом. После госпиталя Д. М. Логинова, обессиленного от перенесенных тяжелых болезней, откомандировали на родину для восстановления здоровья. Но уже в июле 1920 года по заданию укома РКП (б) и начальника гарнизона Д. М. Логинов, назначенный комиссаром воинского эшелона, неоднократно вместе с группой местных работников сопровождал красноармейские части, которые направлялись на Западный фронт.
Осенью 1920 года Дмитрий Матвеевич был избран ответственным секретарем Зубцовского укома партии. Снова напряженная работа, зачастую без отдыха, с короткими часами для сна. Уездный комитет РКП (б) налаживал работу сельских и волостных парторганизаций, работу среди молодежи и женщин, укреплял кадрами местные Советы, занимался политическим просвещением масс и ликвидацией неграмотности. Вместе с исполкомом уком партии добивался выполнения продразверстки, обеспечивал снабжение Западного фронта продовольствием и фуражом.
X съезд РКП (б) в марте 1921 года принял решение о замене продразверстки продналогом и переходе к повой экономической политике. Зубцовская партийная организация проделала большую работу по разъяснению трудящимся уезда решений съезда, по укреплению союза рабочего класса с крестьянством. В результате задание Тверского губпродкома по сбору продовольственного налога в Зубцовском уезде было выполнено.
Летом 1921 года па нашу страну обрушилось страшное бедствие — голод в Поволжье. В ответ на призыв партии и Советского правительства Зубцовский уком РКП (б) и уисполком многое сделали по оказанию помощи голодающим губерниям, выполнили все задания по сбору продовольствия для Поволжья. Только семенной ржи было отправлено 48 вагонов. С группой товарищей Дмитрий Логинов проводил изъятие церковных ценностей в фонд голодающих. Это сложное и очень важное поручение укома партии было также успешно выполнено.
253


Более четырех лет проработал Д. М. Логинов па родине, в Зубцовском уезде. Здесь приобрел он свой первый опыт, свои первые навыки в партийно-политической и советской работе.
После слияния Зубцовского уезда с Ржевским в июне 1922 года Дмитрий Матвеевич был избран членом бюро и утвержден заведующим военно-транспортным отделом Ржевского укома партии. А с ноября того же года Д. М. Логинов — заместитель секретаря и заведующий орготделом фабричного райкома РКП (б) в Твери.
21 января 1924 года скончался В. И. Ленин. Смерть его потрясла всю страну, весь мир. Она вызвала глубочайшую скорбь и у тверских рабочих. В те траурные дни члены фабрайкома и партийный актив выступали на предприятиях, в дневных и ночных сменах, призывали трудящихся сплотить свои ряды вокруг большевистской партии. Чтобы в первых рядах бороться за претворение в жизнь великих ленинских идей, сотни передовых рабочих от станка вступили тогда в ряды партии. Во время Ленинского призыва состав районной парторганизации увеличился более чем в полтора раза.
В апреле 1924 года Д. М. Логинов был утвержден членом президиума и ответственным секретарем Тверского губисполкома. Работал он вместе с товарищами, прошедшими большой революционный путь борьбы в рядах ленинской партии. Среди них председатели губ- исполкомов — вначале Я. В. Полуян, член партии с 1912 года, герой гражданской войны, а потом В. А. Алексеев, коммунист с 1913 года, активный участник большевистского подполья и Октябрьской революции в Твери.
С июля 1925 года Дмитрий Матвеевич — заведующий информационным отделом, а затем — ответственный инструктор ВЦИК. Одновременно он учился па вечернем экономическом отделении Института красной профессуры. Здесь, во ВЦИК, работая семь лет под руководством М. И. Калинина, Д. М. Логинов прошел свою самую важную, самую большую школу партийной и государственной деятельности.
В 1932 году Дмитрий Матвеевич был направлен в Среднюю Азию, где в течение многих лет работал председателем Госплана, заместителем председателя Совнаркома и членом президиума ЦИК Кара-Калпакской АССР. Был также членом ЦИК СССР, избирался в со-
254


став бюро Кара-Калпакского обкома партии. Будучи членом Среднеазиатского экономического совета, Д. М. Логинов деятельно участвовал в разработке и осуществлении важнейших мероприятий, направленных на подъем экономики и культуры республик Средней Азии.
С 1956 года Дмитрий Матвеевич — персональный пенсионер союзного значения. Но для солдат старой большевистской гвардии пенсионная книжка не означает бездеятельность, пребывание в покое, в отрыве от кипучей партийной жизни. Д. М. Логинов ведет активную общественно-политическую и литературную работу. Он часто выступает с лекциями, докладами, воспоминаниями па предприятиях, в институтах, воинских частях, школах Москвы и Подмосковья.
Не забывает Дмитрий Матвеевич и своего родного Верхневолжья. В дни подготовки к 50-летию Октября и 100-летию со дня рождения В. И. Ленина он вместе с другими старыми тверскими большевиками неоднократно приезжал в нашу область, встречался с рабочими и колхозниками, студентами и учащимися, рассказывал им о Владимире Ильиче Ленине, о борьбе за Советскую власть. А когда в Москву, на XXIV съезд КПСС приехали делегаты-калининцы, то между ними и старыми коммунистами-тверяками в Музее М. И. Калинина состоялась сердечная беседа. Д. М. Логинов был одним из организаторов этой товарищеской встречи.
Дмитрий Матвеевич — член центрального бюро Московского историко-литературного объединения старых большевиков, председатель историко-литературной секции старых тверских коммунистов, проживающих в Москве. При активном участии членов секции были изданы такие книги, как «О Владимире Ильиче Ленине», «За власть Советов», «Ленин в нашем сердце», «Этих дней не смолкнет слава», «Ленин и Тверской край», «Воспоминания о М. И. Калинине» и др. Многие из этих сборников Д. М. Логинов готовил к печати, редактировал, почти во всех из них помещены его воспоминания.
Д. М. Логинов сотрудничает в центральной и местной печати. Его воспоминания и статьи, например, не раз печатались в «Известиях», «Калининской правде», зуб- цовской районной газете «Ленинский путь». В дни работы XXIV съезда КПСС в «Правде» было опубликовано «Слово ветеранов» — обращение старых коммуни255


стов к делегатам съезда. Среди готовивших и подписавших это письмо — Д. М. Логинов.
23 октября 1969 года Дмитрию Матвеевичу исполнилось 70 лет. В тот день старый большевик, вступивший в партию более 50 лет назад, в 1917 году, был, как никогда, взволнован. Вновь вспомнились ему годы боевой, тревожной молодости, взятие Зимнего, выступления великого Ленина, вспомнились товарищи и друзья по работе в Зубцове, Твери, Москве, Средней Азии, вспомнилось многое...
Среди поздравлений, полученных юбиляром в день семидесятилетия, были телеграммы от Калининского обкома КПСС, Зубцовского райкома партии, академика П. Н. Поспелова. Во всех письмах и телеграммах — сердечные приветствия, теплые, искренние пожелания.
...Ветераны ленинской партии, бесстрашные сыны революции! Они и сегодня в боевом строю. Их жизнь, озаренная пламенем Октября, прекрасный пример для молодежи, пример верности идеалам коммунизма, бессмертному делу великого Ленина.


Л. СМИРНОВ
ЧЛЕН РЕВКОМА НИКОЛАЕВ
Это был редкий случай, когда в одной, не такой уж крупной операции история собрала стольких замечательных людей. Константин Еремеев, один из первых редакторов «Правды», член Петроградского ВРК н дни Октябрьского вооруженного восстания, после Октября— командующий войсками Петроградского военного округа. Анатолий Железняков, тот самый из песни «Матрос- партизан Железняк». Эйжен Берг, один из расстрелянных в песках под Красноводском двадцати шести бакинских комиссаров, Николай Ховрин, Алексей Баранов, Иван Колбин — вожаки революционной Балтики. А еще самое прямое отношение к боевому эпизоду, о котором пойдет речь, имел слесарь Болотовских паровозных мастерских, член ревкома Николай Николаев.
* * *
2 ноября 1917 года (по старому стилю) в 17 часов в Бологое пришла телеграмма: «Через Батецкую проследовал бронепоезд». Ее доставили в ревком.
Тысяча загадок. Куда идет бронепоезд? В Москву? Там же бои с юнкерами. Чей он? Бронепоезд не минует Бологое. А дальше? Командир Красной гвардии слесарь Николаев поднял отряд по тревоге.
Утром еще одна телеграмма: «Бронепоезд миновал Чудово». Собрался ревком. Стараются предусмотреть все возможные варианты. Член ревкома Степанов с группой вооруженных железнодорожников на всякий случай займет позиции на подходе к станции. Если это бронепоезд с войсками Керенского, член ревкома Николаев встречает его и направляет в тупик или на Полоцкую линию. И тогда артельный староста путевых рабочих Сергеев разберет перед составом путь. И наконец, на самый крайний случай, машинист Галинский поднимет пар в котле паровоза до предельного давления и при
17 Рядовые ленинской гвардии
257


II. С. Николаев
появлении бронепоезда у выходного семафора даст «полный вперед» локомотиву навстречу поезду, а сам соскочит с паровоза.
Да, не забыть бы оповестить куженкинский гарнизон...
Бронепоезд не должен попасть в Москву. Он может взорвать мосты, разъединить восставшие столицы.
Напряженная тишина повсюду. Боевая готовность номер один. И снова телеграмма: «Бологое, дежурному бюро Викже- ля. Под вашу личную ответственность задержать бронепоезд. Иду следом. Командир сводного отряда полковник Потапов». Телеграф передает эту депешу в ревком. Но понятного опять мало. Что за сводный отряд? Почему полковник? Чей же все-таки бронепоезд?
Решили связаться с петроградскими большевиками- железнодорожниками. Разъяснения последовали:
— Бронепоезд Керенского. Обстрелял наших под Пулковом и Гатчиной. Следует к Москве. Задержать во что бы то ни стало. В Лихославле ему могут помочь юнкера. Но учтите, что следом за ним на помощь Москве идут отряды питерцев, направленные туда по заданию Ленина...
Громко хлопает дверь:
— Бронепоезд!
...В небольшом помещении дежурного по станции идет бой. Не рвутся снаряды. Молчат пулеметы. И все-таки идет настоящий бой. Они стоят лицом к лицу — член ревкома слесарь Николай Николаев и командир бронепоезда в форме поручика. Офицер начинает с места в карьер:
— Состав должен быть немедленно отправлен на Лихославль!
— Не могу этого сделать.
258


— Я приказываю!
— У меня другой приказ. — Николаев протягивает телеграм му.
Офицер переходит па крик:
— Этого не будет! За нами гонится бешеная банда какой-то пьяной матросни. Мы не хотим с нею связываться. Мы едем отдыхать. Едем с фронта... В Смоленск.
Поручик дрожит от ярости, и рука его тянется к кобуре. Николаев внешне спокоен, а что там, в душе, творится...
— Мы найдем для вас выход, поручик. Мы направим ваш поезд через Полоцкую линию. Она относительно свободна. Вы будете в Смоленске.
Каждый в эти напряженные минуты думает о своем. У поручика одно желание — как можно быстрее отвязаться от этого упрямого железнодорожника.
— Давайте, — соглашается он.
У Николаева свое: сейчас бронепоезд свернет на Полоцкую линию, нужно срочно сообщить об этом в Бо- логое-П, в Куженкино, чтобы они успели подготовиться к встрече «гостей».
С помощником начальника станции Бологое-!! Николаев связался по телефону.
— Васильев? Слушай внимательно. К тебе идет бронепоезд с офицерьем. Пусти в тупик. Потуши па станции фонари, разгони по ветками маневровые паровозы. Делай что хочешь, но дальше не пускай. Понял?
Удалось без промедления передать указания ревкома и куженкинским солдатам.
Николаев вышел на перрон. Уже открыт семафор. Главный путь забит вагонами бронепоезда. Выглядывают жерла трехдюймовых орудий. Между двумя бронированными вагонами — закованный в броню паровоз.
Прошел к голове состава дежурный по станции Андреев. И исчез. Два вооруженных солдата подскочили к нему, подхватили, затащили на паровоз. Заложника взяли, гады! Все равно далеко не уедете!
Где же, где же этот сводный отряд? Николаев направился в дежурку.
Звонки телефона. Служебные разговоры. И вдруг:
— Говорит дежурный по станции Бологое-!!. «Гостей» приняли на 27-й путь. Жезл на дальнейшее следо- 17*
259


вапие не выдаем. В кабинете начальника много офицеров. Размахивают наганами. Говорим, что впереди занят перегон. Как быть дальше?
- - Держитесь!
И вдруг совсем другой, злой голос:
— Большевистское отродье! Что вы там придумываете? Камня на камне не оставим!
Разговор прерывается. Минут десять вызывает Николаев станцию Бологое-!!. Наконец в трубке снова слышится голос дежурного:
— Жезл взят силой. Помощника начальника станции под конвоем увели с собой. У выходного семафора он спрыгнул с поезда. Оттуда бросают дымовые шашки, впереди ничего не видно.
Аппарат отчаянно трещит. Потом четко слышится:
— Я — Березайка. Я — Березайка! Мимо проследовал воинский эшелон под красным флагом...
Наконец-то подходят свои!
...Из вагонов выскочили матросы.
— Где командир? — обратился к ним Николаев.
Ему показали молодого человека во флотской форме, исхудавшего, бледного, со следами долгой бессонницы под глазами.
Небольшой эшелон под командой Раскольникова был всего лишь дозором.
— Что, товарищ, с виду мы неказисты? Зато сделан наш бронепоезд в рекордно короткие сроки на Путилов- ском заводе по личному заданию товарища Ленина. И маршрут наш —ленинское поручение: едем в Москву. Но вот перед нами новая задача — задержать бронепоезд, идущий впереди. Он ведь тоже рвется к Москве. Керенский снял его с Румынского фронта и сам благословил на борьбу с большевиками. Под Пулковом эта компания навредила нам больше, чем казаки Краснова.
И снова звонит телефон. На проводе — Куженкино.
— Ревком? Товарищ Николаев? Путь перед бронепоездом разобран. Встали субчики-голубчики, пытаются ремонтировать. Но нам туго. Вызвали подкрепление из Осташкова.
— Подмога будет!
Раскольников принял решение: не дожидаясь подхода главных сил, догонять рвущийся к Москве бронепоезд. Состав быстро перевели на Полоцкую линию.
260


Прицепили паровоз № 4748. Вести состав поручили машинисту Михаилу Дубатолову, помогать ему вызвался Петр Андреев. Заядлые грибники, они знали все местные леса и тропки. По мнению Николаева, это могло пригодиться.
Вскоре прибыли на станцию и другие красногвардейские эшелоны во главе с комиссаром сводного отряда солдат и матросов Константином Степановичем Еремеевым. Боевое командование осуществлял бывший офицер Потапов. Среди моряков Анатолий Железняков, Эйжеп Берг, Николай Ховрин. Моряки рвутся в бой. Чтобы помочь солдатам в Куженкине, решили снять с платформы броневик, придать ему группу матросов с «Авроры», «Республики», «Гангута» и двинуть их во главе с членом Центробалта Николаем Ховриным по большаку. Остальные поспешили на помощь Раскольникову по рельсам. И новые заботы выпали на плечи члена ревкома. Никогда не работавший в службе движения, Николаев обеспечил быструю передачу составов с одного направления на другое...
4 ноября в 12 часов дня сводный отряд отправлялся со станции Бологое в Москву. За путиловским бронепоездом шел трофейный. На сей раз па законных основаниях. Ему был присвоен в графике движения помер 261 «бис».
На прощанье в станционном буфете пили вместе чай. Константин Степанович Еремеев долго жал Николаеву руку:
— Молодцы, бологовцы! Какие же вы, товарищи, молодцы! Понимаете, бронепоезд Ленина и бронепоезд Керенского встретились. И наша взяла! Без вас мы бы не сумели так быстро справиться. Обязательно расскажу Ильичу.
♦ * ♦
Таков только один эпизод из великого множества идейных схваток и вооруженных боев, которых много было в жизни Николая Сергеевича Николаева.
Он родился 28 ноября 1888 года в деревне Медведе- во возле станции Бологое. Когда мальчику исполнилось всего два месяца, отец-сапожник попал под поезд и потерял руку. Семья была большая — росло шестеро детей. Все заботы легли на плечи матери, которая то жа-
261


ла рожь у кулаков, то стирала белье местным богатеям. Отец нанимался сторожем, но долго его, инвалида, на одном месте не держали. Николая определили было в церковноприходскую школу, но проходил он туда лишь две зимы. Летом пас коров, а на третью зиму отец упросил волостное правление принять мальчонку рассыльным. Бегать приходилось по всем деревням, расположенным в радиусе двадцати -пяти километров, да к тому же еще нянчить ребенка у писаря. И так четыре года.
Новую работу принесло строительство Полоцкой железной дороги. Подростков нанимали туда погонщиками лошадей, лямочниками — возить тачки с землей. Работали по шестнадцать часов в сутки, а получали за это тридцать копеек. Кончились земляные работы, нанялся Николай на строительство моста — греть заклепки, а потом на ремонт пути.
Родители стали совсем худы здоровьем. Заботы о семье легли на плечи брата-кочегара и Николая. Но в 1907 году брата забрали в солдаты, и Николай остался единственным кормильцем. После долгой волокиты дядя пристроил его в Болотовские паровозные мастерские. Парнишке очень хотелось к станку, а приходилось чистить паровозы, мыть вагоны, топить печи.
Слесарем он стал только к четырнадцатому году. Зимой часто приходилось работать на улице. Ужасно мерзли руки: рабочим перестали выдавать рукавицы. Товарищи послали Николая делегатом к начальнику участка с требованием выдать рукавицы. Но тот и слушать не стал, накричал и пригрозил жандармом. Рабочие прекратили работу. И своего добились. Это была первая маленькая победа. С той поры оказался парень под наблюдением филеров, но зато авторитет его в трудовом коллективе рос быстро.
После Февральской революции слесарь Н. Николаев был избран в состав комитета железнодорожников Болотовского узла, а с июля 1917 года стал членом местного Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, по поручению Совета возглавил рабочую дружину, впоследствии переросшую в отряд Красной гвардии.
Активно действовали бологовские большевики в дни борьбы с корниловщиной. 29 августа 1917 года на станции был создан чрезвычайный исполком по борьбе с 262


контрреволюцией, поставивший задачу — не допустить войска Корнилова к Петрограду. Член этого комитета большевик Николаев арестовал начальника станции Бологое Баранова за распространение корниловского воззвания. Комитет взял под свой контроль участки линии Бологое — Лихославль — Смоленск, Бологое — Старая Русса — Псков, Бологое — Полоцк.
Всероссийская забастовка железнодорожников в сентябре семнадцатого года прошла под руководством большевиков. Николай Сергеевич вошел в состав боло- говского стачечного комитета. Временное правительство вынуждено было пойти на уступки. Забастовка стала для транспортников прелюдией к Октябрю.
Революция уверенно набирала темп. 26 октября в город пришло сообщение о вооруженном восстании в столице. Для обсуждения этих событий собрался пленум Совета. Меньшевик врач Каменецкий уговаривал Совет не брать власть в свои руки. Меньшевики кричали, что «Большевики — это узурпаторы и захватчики», что больше двух недель они не продержатся, что хозяин земли русской — Учредительное собрание. И тогда слово взял слесарь Николаев:
— Каменецкий говорит: «Вот приедет барин, барин нас рассудит». Каменецкий ждет этого барина в лице Учредительного собрания. Каменецкий ждет барина, который драл на конюшне наших дедов, все соки из нас выжал. Мы этих бар ждать не будем. Мы возьмем власть в свои руки сегодня же!
Он говорил резко, гневно, и тесная комнатка вдруг взорвалась аплодисментами. За переход власти в руки Советов проголосовало большинство. Под возгласы «Предатели, дезертиры!» меньшевики и эсеры покинули заседание. По примеру Петрограда был образован военно-революционный комитет из пяти человек. В его состав вошел и Николай Сергеевич Николаев. Ему поручили отпечатать воззвание к населению, приступить к организации Красной гвардии.
По заданию ревкома Николаев едет в Питер, в Смольный. Оттуда он привез устав красногвардейцев и пятнадцать новеньких вороненых наганов. А в протоколе первого после революции заседания Петроградского военно-революционного комитета 29 октября под пунктом первым появилась информация со станции Бо263


логое: «Имеется ВРК, готовый отправить в распоряжение Петроградского ВРК войска и продовольствие...»1.
Вскоре на дорожном съезде Николая Сергеевича избрали членом революционной коллегии службы тяги. В Петрограде начинался голод, и нужно было обеспечить продвижение продовольственных составов, подавить саботаж буржуазных спецов.
В ноябре 1918 года губернская партийная конференция в Новгороде доверила Николаеву пост секретаря губкома. А потом новая работа: ЦК партии командирует его особоуполномоченным Наркомпрода в Самарскую губернию. На запасных путях стояли «кладбища на колесах» — разбитые паровозы, поломанные вагоны. Как вывозить хлеб? У большевика был точный адрес помощи — родные Бологовские мастерские. Он обратился туда, и вскоре в Самару прибыл со станции Бологое первый продмаршрут. Прежде чем грузить хлеб, железнодорожники сами отремонтировали паровоз и сорок вагонов. За этим маршрутом последовали другие.
Восстановление транспорта потребовало возвращения специалистов, разбежавшихся в голодные годы, укрепления дисциплины. Для этого партия создает комиссию по борьбе с трудовым дезертирством на транспорте. Одним из ее руководителей назначается Николай Сергеевич. А вслед — новое партийное поручение: аппарат Наркомата путей сообщения, штаба транспорта, оказался разбухшим, засоренным чуждыми элементами, и Николаев проводит чистку аппарата, возглавляет профсоюзную организацию наркомата. Его избирают членом Моссовета. Большая, трудная, требующая знаний работа. И очень хочется учиться. В мае 1933 года он с отличием заканчивает Всесоюзную плановую академию. Его дипломная работа — расчеты по электрификации железных дорог страны.
Но сказалось огромное перенапряжение тех лет. В 1938 году Николай Сергеевич скончался, будучи начальником планового отдела Московской Окружной железной дороги. Незадолго до смерти он писал: «Я всегда стоял только на позициях генеральной линии партии, всегда активно боролся против троцкистов и правых 1 «Петроградский военно-революционный комитет», т. 1. М., «Наука», 1966, стр. 375.
264


уклонистов. Почему я, малограмотный в те годы человек, не сбился с пути, почему я всегда чувствую себя сильным? Потому что в трудную минуту я обращался к работам Ленина и находил в них ответ на все, что волновало меня».
Именем верного ленинца в городе Бологое названа улица, а на одном из стендов краеведческого музея можно увидеть его документы, в том числе и справку об участии в задержании бронепоезда Керенского, с которого мы начали этот рассказ.


И. СТЕПАНЕЦ
СТРАНИЦЫ ЖИЗНИ
Сетуньский проезд Москвы, одна из обычных и скромно обставленных квартир, каких много найдешь в любом городе. Здесь уже много лет живет наш знатный земляк — Дмитрий Иванович Логинов.
Внимательно вглядываюсь в этого, чуть ниже среднего роста, коренастого, давно-давно убеленного сединою человека. Невольно в памяти 'возникают черты запомнившейся фотографии из книги «За власть Советов» совсем юного паренька в картузе, рубашке, сшитой из простенькой ситцевой ткани. Показываю Дмитрию Ивановичу эту фотографию и как бы шутя спрашиваю: «Узнаете ли этого человека?» Очень пристально рассматривает он фотографию, порою задумывается, а потом, положив ее в сторону, неторопливо начинает свой рассказ.
Когда слушаешь повествование этого человека, вспоминаются строки из стихотворения И. Храброва «Солдаты революции»:
...Им чудится топот буденновских конниц,
Им слышится грохот пальбы с баррикад, Им видится пламя тревожных рассветов, На шапках солдатских куски кумача.
Им видятся бледные буквы декретов, Им слышатся в Смольном
шаги Ильича!
Родился Дмитрий Иванович Логинов в 1896 году в крестьянской семье деревни Большое Заболотье Константиновской волости Бежецкого уезда Тверской губернии. В двенадцатилетнем возрасте пошел он работать вначале пастухом, а затем в пекарнях, кондитерских у различных предпринимателей Бежецка.
В 1915 году его мобилизуют в царскую армию и направляют служить в Кронштадтскую крепость, первона266


Д. И. Логинов
чально на флот, а позже — в береговую артиллерию форта «Ино».
В дни Февральской революции Дмитрий Иванович был на Западном фронте в составе 48-го отдельного артиллерийского дивизиона, сформированного в 1916 году из «неблагонадежных» матросов и артиллеристов форта «Ино».
Несмотря на три года, проведенные на войне, он, по собственному признанию, в то время многого еще не понимал, кое в чем толком не разбирался. Но ярлык «неблагонадежный» уже прочно был закреплен за ним: читал запрещенную литературу, у начальства был на замечании за «нежелательные» разговоры. Однако среди солдат Дмитрий пользовался большим уважением, к мнению его однополчане прислушивались.
Июнь 1917 года. Временное правительство приняло решение о наступлении на фронте. На передовую приезжает Керенский с пышной свитой. Появился он и на том участке Западного фронта, где в составе артиллерийского дивизиона в качестве телефониста-наблюдателя служил Логинов.
На митинг, где выступал Керенский, Дмитрий попал случайно: зашел на так называемый питательный пункт, организованный в ознаменование прибытия высокого гостя. Привлеченный скоплением народа, он протолкался вперед, чтобы узнать, в чем дело.
На трибуне, откинув голову и картинно подняв руку, человек во френче произносил речь.
— Солдаты, вы должны выполнить свой долг, — закончил он.
— Гладко чешет. Небось не кормил вшей в окопе с наше, — сказал какой-то пожилой солдат.
267


Кругом засмеялись, а Логинов протиснулся к трибуне и взобрался на нее. Ему дали слово.
Незадолго перед этим в дивизионе читали листок «Окопной правды». Он уже знал, где правда, знал, кому на самом деле нужна эта война. Эту правду Логинов поведал тогда на митинге таким же, как и он сам, рабочим и крестьянам, одетым в серые солдатские шинели.
«Долой войну и десять министров-капиталистов»! — выкрикнул Дмитрий своим звонким молодым голосом.
Там же на митинге в числе других солдат за отказ наступать арестовали и Д. Логинова и препроводили в псковскую тюрьму. Месяц пребывания в тюрьме был своего рода университетом, завершающим политическое образование и зрелость Логинова.
1 августа 1917 года Дмитрий Иванович вступает в члены РСДРП (б) и навсегда связывает свою жизнь с партией Ленина. Вскоре его избирают комиссаром дивизиона, а также членом Островского Совета рабочих и солдатских депутатов.
По заданию партийной организации он принимает участие в разоружении воинских частей, направлявшихся по приказу генерала Корнилова с Западного фронта в Петроград для поддержки Временного правительства.
Островские большевики создают из числа рабочих красногвардейские отряды. Д. И. Логинову партийная организация поручает распустить проходивший в Острове в ноябре 1917 года съезд земских гласных.
После роспуска Д. И. Логинов в течение 20 дней исполнял обязанности комиссара земской управы, принимал активное участие в формировании новой власти.
В декабре 1917 года Дмитрий Иванович возвратился в родные места, вскоре на сходке крестьян был избран председателем Константиновского волисполкома. Здесь он сформировал секцию из демобилизованных солдат и крестьянской бедноты, установил связь с такими же секциями, созданными другими волисполкомами уезда.
Вместе с другими членами партии Д. И. Логинов принимает активное участие в подготовке IV уездного чрезвычайного съезда Советов.
Открывшийся 20 января 1918 года съезд решает категорически покончить с подрывной деятельностью земской управы, предложил земцам прекратить заседания 268


съезда гласных уездной управы, распустить гласных и подчиниться съезду. Против этого решения голосовали лишь два эсера. На земский съезд была направлена делегация во главе с административным комиссаром П. Ф. Скворцовым. Выступление П. Ф. Скворцова перед земцами было встречено шумом и оскорбительными выкриками по адресу большевиков. Среди этого шума раздались два револьверных выстрела. Сраженный пулей, упал Скворцов. Когда о злодейском убийстве земцами П. Ф. Скворцова узнали делегаты съезда Советов, они разделились на отряды, вооружились и вместе с рабочими оружейной мастерской намеревались арестовать земцев, но те разбежались. Так кровавым преступлением закончилось существование контрреволюционной земской управы.
В новый состав исполкома уездного совдепа проникло несколько анархистов во главе с Зуевым и Алексеевым. Пользуясь демагогией и угрозами, анархисты оказывали все большее влияние на решение политических и хозяйственных дел. 18 марта 1918 года они создали Бежецкий Совет народных комиссаров во главе с Зуевым.
Политическое и экономическое положение в городе и уезде с приходом к власти анархистов обострилось. В сельской местности начались открытые кулацкие выступления против Советской власти.
29 июля ячейка коммунистов совместно с прибывшими в Бежецк членами губчека арестовала 16 анархистов во главе с Зуевым. Была организована чрезвычайная комиссия, в городе и уезде объявлено осадное положение и создан военно-революционный комитет. Он сделал многое для очистки города и уезда от враждебных элементов, грабителей и бандитов, наладил работу предприятий и учреждений. Спокойствие в городе было восстановлено и к 4 августа снято осадное положение. Был избран новый состав исполкома, в который вошел и Д. И. Логинов.
15 сентября созывается первая уездная партийная конференция, на которую прибыли представители 27 волостных партийных организаций. Конференция избрала уездный комитет партии большевиков. В его состав вошли Чудов, Логинов, Алексеев, Гурьянов, Сорокин, Новиков, Толкачев, Шилепок и другие. Уком развертывает 269


активную деятельность по улучшению дисциплины среди членов партии, укрепляет кадрами исполком и другие учреждения. Д. И. Логинов назначается председателем уездной чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, саботажем и спекуляцией.
Хлеб и другие продукты, отобранные у врагов Советской власти и их пособников, немедленно направлялись рабочим Москвы, Твери и Бежецка. С отрядами ЧОН Логинов командируется на усмирение белогвардейского восстания в Рыбинске и Пищалкине.
1919 год. В помещении Бежецкого укома партии идет собрание большевиков.
Дмитрий Иванович Логинов, ставший к тому времени секретарем уездного комитета партии, зачитывает директиву ЦК партии о мобилизации на фронт коммунистов.
— На всю Россию прозвучали слова Владимира Ильича Ленина «Все на борьбу с Деникиным!» — говорит Логинов. — В ответ на этот призыв я иду на фронг добровольцем.
И тут же лес рук!
— И меня запиши... И меня.
Слышатся возгласы:
— Стоять насмерть за революцию!
В списке добровольцев — сто человек, сто членов партии Бежецкой организации. И на дверях укома появляется краткая, выразительная надпись: «Все ушли на фронт!»
В Москве бежецкий отряд большевиков-добровольцев встретила секретарь ЦК РКП (б) Е. Д. Стасова. После беседы с ней отряд отправился в Реввоенсовет, а оттуда — по частям.
Дмитрий Иванович был назначен комиссаром полка и направлен в Тульский укрепрайон. Принимал участие в освобождении Орла, в разгроме отрядов Мамонтова и белогвардейских частей генерала Деникина. А в конце 1919 года Политическое управление Реввоенсовета откомандировало Д. И. Логинова в Бежецк, где он вновь работает секретарем Бежецкого уездного комитета, а в 1921—1922 годах — председателем уездного исполкома.
— Много хлопот в те годы было у председателя исполкома, — вспоминает Дмитрий Иванович. — В городе, 270


как и во всей стране, не хватало топлива. Исполком принимает решение о введении трудгужповннности для обеспечения города дровами, проводится учет и муниципализация жилых и общественных зданий, беднота переселяется из подвалов и лачуг в хорошие квартиры.
Исполком и его актив, невзирая па огромные трудности и отсутствие опыта в организации коммунального хозяйства, успевал многое делать для того, чтобы жизнь в уезде была для трудового человека лучше, радостнее, чем прежде.
Весна 1920 года. Завоевав временную мирную передышку, советский народ приступил к восстановлению народного хозяйства. В марте—апреле 1920 года состоялся IX съезд РКП (б), работа которого проходила под непосредственным руководством В. И. Ленина. В числе девяти делегатов съезда от Тверской губернской партийной организации был и Д. И. Логинов. Он являлся делегатом и VIII Всероссийского съезда Советов, который одобрил ленинский план электрификации страны.
В марте 1921 года вместе с другими делегатами от Тверской губернской партийной организации Дмитрий Иванович принимает участие в работе X съезда РКП(б).
Новая экономическая политика партии. Партия призвала своих членов — «учиться торговать!». Уездный комитет направляет Дмитрия Ивановича на работу председателем Бежецкого уездного потребсоюза, а в 1924 году он избирается председателем Тверского губернского потребсоюза.
Логинов ведет большую работу по вовлечению бедноты в члены потребительской кооперации, улучшению торговли на селе, увеличению заготовок сельскохозяйственных продуктов и частичной переработке их на местах. Потребительская кооперация вела и значительную культурно-воспитательную работу среди пайщиков, активно помогала Советской власти в хозяйственной и культурной деятельности, распространяла займы индустриализации. Любопытно, что в тот период издавался специальный журнал «Эхо тверской кооперации», который учил не только правильно работать в кооперативе, но и учил правильно и рационально вести сель271


ское хозяйство, давал ответы на все интересующие вопросы.
К июлю 1927 года число членов потребительской кооперации в Тверской губернии составляло свыше 127 тысяч.
В 1927 году Д. И. Логинов участвовал в работе Международного кооперативного конгресса, проходившего в Стокгольме.
В 1928 году Дмитрий Иванович избирается председателем Тверского губисполкома и членом губернского комитета ВКП(б). Спустя два года, в связи с организацией областей, избирается заместителем председателя Моссовета. Он был членом ВЦИК и ЦИК Союза ССР, вместе со всеми делегатами на XVI Всесоюзной конференции ВКП(б) принимал решение о первом пятилетием плане, являлся делегатом XVI съезда ВКП(б).
В августе 1935 года избирается председателем Мурманского окружного исполкома. Ему довелось быть делегатом VIII чрезвычайного съезда Советов, принявшего новую Конституцию СССР.
С 1940 года, в течение почти тридцати лет, Логинов работал в Народном комиссариате и в Министерстве коммунального хозяйства РСФСР.
Дмитрий Иванович награжден орденом Красного Знамени, юбилейной медалью «За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина», медалями «За оборону Москвы», «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.», нагрудным знаком «Отличник социалистического соревнования коммунального хозяйства».
— Мне выпало великое счастье, — говорит Дмитрий Иванович, — увидеть, за что мы боролись, за что проливали кровь. Сбылось все, о чем мы тогда думали и мечтали, и радостно сознавать, что есть и моя скромная доля в общем деле — строительстве социализма в нашей стране.


А. ПАРФЕНОВ
ХОЗЯИН УЕЗДА
Его имя в городе Весьегонске и окрестностях стало легендой. Старые коммунисты, те, кто вместе с Григорием Терентьевичем Степановым устанавливал Советскую власть в городе и уезде, и теперь рассказывают о нем. Затаив дыхание, слушают эти рассказы весьегон- ские пионеры и комсомольцы. В мыслях они представляют себе молодого худощавого человека в неизменной комиссарской кожанке, изрядно поношенных сапогах, чем-то похожего на известных героев гражданской войны Сергея Лазо и Николая Щорса.
Нет, Григорий Степанов не водил в атаку полки. Но и он целиком отдал себя борьбе за Советскую власть, навсегда оставив в народной памяти неугасимый след.
Шел 1918 год. Голод и холод мучили страну. На столе перед изможденным бессонницей и недоеданием первым председателем Весьегонского уезда исполкома лежат письма крестьян. Одно за другим читает он эти послания.
«Голод обрушился на нас, — пишут крестьяне деревень Противье и Самсониха Чамеровской волости, — и кулаки со своими прихвостнями обрекают нас на голодную смерть. Волостное общее собрание постановило не давать хлеба голодному населению, а особенно нам, тогда как наши деревни находятся на песчаных местах на берегу реки Мологи. Бороться с кулаками мы бессильны, так как сытые селения затыкают рот своей бедноте, дабы она не дала голоса в защиту голодающих других мест. Мы просим прийти на помощь в нашу Чаме- ровскую волость, где хлеба достать можно, но он пока лежит под прессом буржуазии...»
«Пресс буржуазии»! Его Степанов испытал на себе, когда жил в деревне. Он давил на него и в Петрограде, куда в поисках работы и куска хлеба переехал юноша. И в царской армии чувствовал Григорий Те-
18 Рядовые ленинской гвардии
273


Г. Т. Степанов
рентьевич тяжесть этого «пресса».
Житель Весьегонска Николай Андреевич Сере- дов, служивший в Петрограде во взводе младшего унтер-офицера Г ригория Степанова, рассказывал, что особую чуткость и заботу проявлял взводный о политических заключенных, которых приходилось конвоировать в Сибирь.
— В дороге, — наказывал взводный, — политических подкорми. Учти, за нас же с тобой страдают люди.
В 1916 году Степанова арестовали, как неблагонадежного и опасного офицера, но долго держать не могли. За него стеноп встали солдаты. В марте 1917 года в Одессе, в первом авиапарке Г. Т. Степанов вступил в члены РСДРП. Боролся за установление Советской власти в Весьегонском уезде.
И вот теперь, перечитывая жалобы крестьян, председатель уездного исполкома вспоминал тяжелое прошлое и говорил себе твердо:
— Нет, то, что завоевали, не отдадим. Не выйдет. Сломим сопротивление кулака, окончательно сбросим с плеч «пресс буржуазии».
Григорий Терентьевич связывается с командиром отряда красноармейцев Н. А. Долгиревым и уславливается с ним о помощи крестьянам Чамеровской волости. Но кулаки опередили коммунистов. Они подняли в Чамерове мятеж.
Всю ночь в исполкоме горела керосиновая лампа, приходили и уходили от Григория Терентьевича люди, трещал старенький телефон. Комиссар Степанов отправлял в помощь Долгиреву людей, а своему однополчанину Николаю Середову поручил срочно сформировать новый отряд.
274


Это была трудная, тревожная ночь не только для комиссара Весьегонского уездного исполкома, но и для всех преданных Советской власти людей. Мятежники злодейски расправлялись с коммунистами п беднотой там, где им удавалось одержать верх. Они расстреливали и вешали активистов и защитников новой власти.
«Мы выстоим», — думал Степанов. С тревогой спрашивал у дежурного:
— От Долгирева весточки нет?
— Нет, — с грустью отвечал тот.
И вот ранним июньским утром в кабинете председателя исполкома раздался телефонный звонок.
— Ваша банда, — говорил кто-то с гневом, — около Чамерова открыла стрельбу! Остановите разбой!
— Это не банда, а отряд красноармейцев. Он защищает Советскую власть. Ясно? — сурово сказал Степанов. И тут же из телефонной трубки донесся возглас: «Руки вверх!», и кто-то другой взял трубку. Степанов догадался: «Это уже свои». Так и было. Отряд сделал свое дело. Об этом и доложил Н. А. Долгирев, прервав телефонный разговор одного из зачинщиков мятежа.
— Мятеж ликвидирован, — сообщил Долгирев. — Пятнадцать подстрекателей арестовано, захвачено оружие.
Борьба с контрреволюцией, с оружием в руках поднявшейся против Советской власти, была только частью тех трудных и незабываемых дел, которые совершали Г. Т. Степанов и его сподвижники.
...В наследство от земской управы исполкому досталась электрическая станция с одним-единственным двигателем. По поручению председателя исполкома один из комиссаров отправился в Москву закупать арматуру, и двигатель вскоре был пущен. Загорелись лампочки на улицах города, в советских учреждениях. Заработали три типографские машины, мотор в мастерской.
Но мастерская — полдела. Стояли в полном бездействии лесопильный и хромовый заводы, как бы укоряя новых руководителей в беспомощности. По городу расхаживали бывшие владельцы этих предприятий Ефремов, Логинов, Козлов и тихонько посмеивались над комиссарами: «Заводы пустить — кишка тонка...»
18*
275


Средств в уездном исполкоме и в самом деле не было. Но однажды Степанову пришла в голову мысль — пригласить бывших заводчиков и предложить им сотрудничество с Советской властью. Посоветовался с комиссарами, они единодушно одобрили.
Получив вызов, промышленники явились в исполком. В кабинете председателя стояли, переминаясь с ноги па ногу, не решаясь сесть. И мысли не допускали, что Степанов их за делом вызвал.
— Надо пустить в работу заводы, — обратился к ним Григорий Терентьевич. — У нас средств нет, и мы этого не скрываем. Будете честно сотрудничать с Советской властью — хорошо, а нет — пеняйте на себя.
Слова эти и тон, которым они были сказаны, произвели впечатление. Первым согласился Ефремов, за ним Логинов и Козлов.
Вскоре лесопильный и хромовый заводы заработали.
Кто мог подумать тогда, что дерзкая мысль весье- гонского комиссара станет предвестницей ленинской новой экономической политики и даст повод В. И. Ленину на XI съезде партии в 1922 году сказать, что в городе Весьегонске даже в 1918 году было правильное понимание отношений между победившим пролетариатом и побежденной буржуазией!1
Побывав в мае 1919 года в Весьегонске, поэт Демьян Бедный писал:
Русь, пробудясь от долгой спячки, Вся на пути стоит прямом И лечит старые болячки С большим упорством и умом.
«Каждый день, — рассказывает один из комиссаров Весьегонского исполкома Иван Андреевич Петрушкин, рука об руку работавший с Г. Т. Степановым, — у нас рождалось новое. И душой всех этих дел был он, двадцативосьмилетний комиссар Григорий Терентьевич Степанов. Это был человек ленинской школы, — продолжает Петрушкин, — незаурядный организаторский талант он сочетал с редкой душевностью и чуткостью. И был он скромнейшим человеком».
1 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 97.
276


Вот как проходило одно из заседаний уездного исполкома.
Их, как правило, Степанов проводил коротко, по-деловому. Никто из комиссаров не произносил пространных речей. Секретарь вел протокол. Григорий Терентьевич делал записи для себя.
В тот день А. П. Серов, комиссар народного образования, просил похлопотать в Твери, чтобы к новому учебному году были открыты высшие начальные училища в Любегощах и Лукинске. Для народных библиотек требуются грамотные люди.
— Таких людей мы подыщем, — заверил комиссара Степанов.
Обсуждался и вопрос об открытии музея в Весье- гоноке.
— Учтите, — говорил на заседании Степанов, — Советская власть не гостья. Она установлена прочно, на долгие времена. Надо собрать и оставить для потомков все, что будет им интересно.
Некоторые сомневались, стоит ли в дни голода и разрухи создавать музей. Один из комиссаров высказался так: не слишком ли, мол, много сил тратим на дела третьестепенные?
— Если история Советской власти дело третьестепенное, то что же, по-вашему, надо считать первым? — возразил Степанов.
Желая подытожить разговор, он поднялся из-за стола, но тут же пошатнулся и упал. Когда Григорий Терентьевич пришел в себя, выпил воды, он признался виновато:
— Мотор сдает, — и показал на сердце. Чуть улыбаясь, добавил: — Но ничего, мы и его заставим работать.
А наутро комиссар продовольствия А. Н. Дмитриев предложил Григорию Терентьевичу пуд муки — для поддержания сил.
Степанов поглядел внимательно и строго:
— Не возьму, Дмитриев, — сказал он, — передай в детский дом. Ребятам нужнее.
Спорить в таких случаях со Степановым было бесполезно. Недавно ему новые сапоги предлагали взамен изношенных. Поглядел на свои — ходить еще можно — и отказался.
277


У Григория Терентьевича была семья. Она нуждалась, как и другие семьи, во всем: в продовольствии, в одежде. И никогда комиссар не выделял себя, не создавал своей семье каких-либо особых условий, благ.
Шли к Степанову днем и ночью люди. Одним он помогал найти по силам работу, других сам вызывал из деревни и направлял в Москву или Петроград, чтобы подучились и возвращались в родные края специалистами.
Поистине по-ленински относился Григорий Терентьевич к печати, понимал ее огромную организующую силу, ее влияние на формирование характера нового человека. Любил историю Родины и старался запечатлеть все, что могло представить интерес для потомства.
В январе 1919 года уездный исполнительный комитет, руководимый Г. Т. Степановым, обсуждал вопрос о лучшей постановке издательского дела. Чтобы оживить издательское дело в уезде, поставить на более высокий уровень выпуск газет и книг, исполком постановил создать коллегию в составе членов исполкома: товарищей Киселева, Мокина и Тодорского, «которой, — было записано в решении, — принять все меры для поднятия на должную высоту издающиеся газеты, сделав их неизменным материалом для совдепов уезда и хорошим проводником идей коммунизма и предначертаний Советской власти для населения Весьегонского уезда.
Коллегии озаботиться собранием исчерпывающего материала по истории Весьегонского края, каковой она должна всесторонне обработать и в простой, понятным языком написанной книге издать не позднее как к 1 мая сего 1919 года».
Так родилась книга «Черные страницы Весьегонской истории», авторами которой были Александр Тодорский и Александр Киселев. Теперь она уже стала музейной редкостью, но какой богатый материал собран в этой книге и как зримо обнажает она все язвы прошлого!
В дни, когда Советская власть только что становилась на ноги, надо было обладать природным даром предвиденья, чтобы увидеть не только то, что заметно каждому, но и едва-едва вырисовывающиеся контуры будущего.
Таким прозорливым взглядом в будущее Г. Т. Степанов обладал в полной мере.
278


Однажды он пригласил редактора уездной газеты Александра Ивановича Тодорского и предложил написать годовой отчет о проделанной работе.
— Из Москвы нам писателей не вышлют, — сказал он Тодорскому, — самим надо рассказать, как зародилась в Весьегонске Советская власть и что она сделает в будущем.
— Помилуйте, я не сведущ в такого рода литературе и не смогу выполнить задание без образца, — ответил Александр Иванович.
— Вам надо пример, и не иначе, как классический? Да их много. Разве «Записки о Галльской войне» Цезаря не образец отчета местной власти? Однако нам и в этой области надо начинать сначала. Пишите, как напишется.
Составленный А. И. Тодорским отчет стал потом известной книгой «Год с винтовкой и плугом», высоко оцененной В. И. Лениным в статье «Маленькая картинка для выяснения больших вопросов».
Григорий Терентьевич сгорел на работе. 7 ноября 1920 года газета «Правда» в статье «Хозяин уезда» писала о нем:
«Во главе Весьегонского уездного исполкома, в чисто крестьянском районе с начала революции стоял рабочий из местных крестьян Степанов. Стоило приглядеться к нему, невольно вспоминался покойный Яков Михайлович Свердлов. Та же железная рука, тот же железный голос, такое же громадное влияние на всех ближайших и тот же непререкаемый авторитет в глазах всех, с ним соприкасавшихся».
На стене небольшого домика в Весьегонске прибита дощечка с надписью:
«В этом доме жил организатор Советской власти и первый председатель Весьегонского уездного исполкома Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов товарищ Степанов Григорий Терентьевич, 1890 (28 января) года рождения. Умер на посту службы в 1920 году, 14 октября».
Улица носит имя Степанова, его именем назван также колхоз.
Домик постарел. Годы накладывают свой отпечаток на все, но не стареет память о выдающемся коммунисте 279


ленинской школы. Она живет в многоэтажных домах и новых улицах города, в мощном размахе деревообрабатывающего комбината и других предприятий, дающих продукцию не только в Москву и Ленинград, но и в зарубежные страны.
Память <о бессмертных делах коммунистов-ленинцев живет в непрерывно крепнущих колхозах и бесчисленных электрических огнях на улицах города и окрестных сел, в шуме безбрежного Рыбинского моря, воды которого бороздят красавцы теплоходы.
В росте могущества нашей страны мы всегда будем чувствовать дыхание таких рыцарей революции, каким был наш земляк Григорий Терентьевич Степанов.


С. ФЛИГЕЛЬМАН
ВЕРНОСТЬ
Мечты — всегда о будущем. Оно видится людям светлым и радостным. Но ведь сами по себе мечты не становятся действительностью. По-настоящему счастлив тот, кто прокладывает в жизни дорогу, подсказанную мечтой, кого не пугает трудный путь к ней. Счастлив тот, кто своей жизнью творит добро многим.
Да, он был по-настоящему счастлив: вся его жизнь была отдана воплощению мечты, вся его жизнь была борьбой за счастье народное.
Федя помнит себя сиротой. Тетка не попрекала куском хлеба, но часто в избе не было куска даже для ее детей. Мальчишка мечтал о хлебе. Он представлял себя богатым: находит клад или зарабатывает в уездном городе Торжке много денег и приносит в теткину избу огромные караваи ситного...
Потом мальчишка мечтал о школе. Мечтал, потому что недолго пришлось ему учиться: нужда выгнала. А он в мечтах видел себя учителем в родной деревне Большое Святцево. Мужики с почтением шапки снимают, даже батюшка Гавриил оказывает уважение. И все потому, что он много знает, все может разъяснить, написать кому надо письмо, а кому прошение хоть к самому царю. Вот ходит он между партами, показывает, как надо класть тетрадь, как ручку держать, пишет красивыми буквами на черной доске, а ребятишки глаз с него не сводят.
Еще мечтал он о книгах. Когда Феде было немногим больше десяти лет, отдали его «в ученье» к купцу Гри- бинскому. Бегал он по Торжку, разносил покупки, подметал лавку, ставил самовар. По вечерам читал при свече. Книги давала мать его дружка Кольки Зайцева. Были они одна другой интереснее: «Кавказский плен-
281


ник», «Робинзон Крузо», «Векфильдский священник»...
Читал он, когда хозяева спали. Жизнь на побегушках была нерадостной. Вся обстановка в лавке и в доме угнетала мальчика. Совсем по- иному чувствовал он себя у Зайцевых. Мать Коли, сердечная добрая женщина, жалела Федю. Жена политкаторжанина, бывшая учительница, она заведовала земским об¬
щежитием для крестьян- Ф. В. Бадюлин ских Детед Познакомив¬
шись поближе с Федей, она заметила его вдумчивость, любознательность, редкую память. Мальчик проникся большим доверием к ней, уверовал, какие это интересные и добрые душой люди — учителя.
Зайцева долго хлопотала, и все же ей удалось определить Федю Бадюлина в четырехклассное городское училище, а жить устроила в земское общежитие. Тогда Федя сказал: «Любую трудность выдержу, а буду учителем!» Зайцева поддержала его мечту. Говорила, что упорные, сильные волей люди всегда добиваются задуманного, им не страшны никакие преграды. В пример ставила своего мужа, которого не сломила сибирская каторга...
Старательно учился мальчик, много читал. Годы пролетели незаметно. Окончив училище, он уезжает на учительские курсы в городок Поречье на Смоленщину. А через год в Торжок возвратился девятнадцатилетний Федор Бадюлин с правом учительствовать в сельской школе.
Но право оказалось пустой бумажкой: устроиться учителем в родных местах он не смог. Бадюлин уезжает в Петербург, поступает на Путиловский завод чертежником. Здесь его застает бурный 1905 год. Крестьянский парень входит в среду рабочих, живет их интересами, 282


разделяет их взгляды, зажигается их революционным огнем. Вскоре, как неблагонадежного, полиция выслала его из столицы.
Федор опять в родных местах. Теперь он полон желания быть учителем, и не только для того, чтобы обучать крестьянских детей письму и счету. Он своим долгом считает влиять и на взрослых. Несколько лет Бадю- лин работал в селе Сукромля, потом его перевели в двухклассную земскую школу родной деревни Большое Святцево. Так исполнилась его мальчишеская мечта. Но по-иному смотрит теперь юноша на окружающее. Он видит, как неимоверно трудно живет крестьянин: не хватает хлеба до нового урожая, нет денег, чтобы купить детям книги и обувь. Поэтому многие не ходят в школу. Поэтому на сотню мужиков от силы приходилось десять умеющих хотя бы сносно читать.
Федор Бадюлин проводит в школе воскресные чтения для крестьян. Их привлекают картинки, которые «волшебным фонарем» показывает молодой учитель, его простые и выразительные пояснения к ним.
Мужики при встрече с учителем в знак уважения снимали шапки, но он этого не любил. Подавал каждому руку и напоминал, что он такой же, как и они, крестьянский сын.
Бадюлин близко сошелся с революционно настроенными коллегами из ближних школ, особенно подружился с Алексеем Сыровым, который был членом социал- демократической партии и не скрывал этого от Федора. Они вместе ходили на крестьянские сходы, читали по избам листовки, говорили, что есть только один путь избавиться от помещиков и мироедов — всем миром пойти против них.
Однажды друзья возвращались из соседней деревни, где выступали перед крестьянами. Тучи плотно закрыли луну, ночь черным пологом окутала землю. В двух шагах ничего не видно, а тут еще ветер поднялся, с ног сбивает. Но непогода не повлияла на их настроение: крестьяне на этот раз, как никогда раньше, горячо поддерживали учителей...
От сильного удара по голове Федор упал. Его били кольями, озверело топтали ногами. Потом подняли, привязали веревкой к изгороди. Он узнал этих людей по голосам: здешние кулаки, лавочник и мельник — «союз283


ники» (они состояли в черносотенном «Союзе русского народа»).
«Где же Сыров? Неужели убили? Что это они затевают?» — думал он, глядя, как «союзники» ломают плетень, складывают сухие ветки у самых его ног.
— Сейчас тебя поджарим, учитель. На том свете, чай, не будешь смущать народ, — басил тучный лавочник.
— Жалко, дружок евонный убег, а то вдвоих им бы веселее было, — добавил кто-то из «союзников».
«Алексей в беде не оставит», — подумал Бадюлин.
Запрыгал по тонким веткам огонек, уже начали заниматься сучья потолще, когда из деревни прибежали мужики. «Союзники» мгновенно скрылись в ночи. Алексей Сыров подскочил к Бадюлину, стал сапогами топтать костер...
Вскоре началась империалистическая война. Бадю- лина мобилизовали в армию. Он прошел школу военных фельдшеров при Рижском госпитале. Потом действующая армия, окопы, кровь, болезни, солдатские думы о доме... Фельдшер хорошо понимал мысли и чувства «низших чинов». Он вместе с ними убедился в бессмысленности войны, в бесполезности огромных жертв.
В семнадцатом году Федор Бадюлин вернулся в Торжок убежденным большевиком. Теперь он был зрелым человеком, прошедшим пусть не очень большую, но суровую школу жизни. Война надолго оторвала его от любимого дела, но он не переставал учить людей. Теперь он учил их оценивать события, видеть истоки добра и зла.
В начале 1918 года Федор Васильевич возглавил уездный отдел народного образования. Он с головой уходит в работу, открывает в волостях новые школы, библиотеки, избы-читальни, народные дома, общежития для беднейших учеников, организует занятия с безграмотными крестьянами. Не хватало помещений, книг, денег, но главная трудность была в том, что не все учителя разделяли его взгляды. А некоторые из них, настроенные враждебно к политике новой власти, саботировали ее распоряжения.
— Интеллигенция не чисто пролетарская не хотела и не хочет служить трудовому народу, — говорил Федор Васильевич. — Мы должны создать свою интеллигенцию, из рабочих и крестьян.
284


В Торжке по его инициативе были открыты постоянные курсы для подготовки учителей. В селе Грузины начал работать народный университет, где обучались пропагандисты сельскохозяйственных знаний.
Тревожила Бадюлина активная антисоветская агитация, которую вело духовенство, имевшее тогда немалое влияние среди крестьян. Даже после того, как церковь была отделена от школы, случалось, что по согласию родителей в классах вешали иконы.
— Мы должны проводить политику, обратную той, которую ведут люди с широкими рукавами и длинными волосами, — напоминал учителям Бадюлин. Он все время помнил, что партия и Советская власть поручили ему очень сложное и ответственное дело — вести борьбу за умы и сердца людей. Надо было развенчать мелкобуржуазную идеологию, повернуть в свою сторону учительство. А как это сделать, если учителя получали скудный хлебный паек, метры ситца по талонам? К тому же у местной власти частенько не хватало денег, чтобы выплатить им зарплату.
Своим товарищам Федор Васильевич говорил:
— Обстоятельства складываются так, что мы должны быть учителями учителей. Нет смысла приходить в отчаяние от трудных условий работы. Бодро и смело вперед!
Трудные поездки по волостям, бессонные ночи, сотни встреч, беседы с глазу на глаз и выступления на многолюдных митингах, личное влияние Бадюлина на учителей и большая организаторская работа уездного комитета партии — все это помогло преодолеть инертность одних, заставило по-иному смотреть на происходящее других. И не случайно в Новоторжском уезде среди учителей коммунистов было больше, чем во всех остальных вместе взятых уездах Тверской губернии.
20 октября 1919 года уездный съезд учителей принял такую резолюцию:
«Учительство, являясь наиболее близкой к трудящимся интеллигентной массой, ставит своей задачей сделать посильную работу в деле защиты и укрепления могущества Советской России. Борьба с. тьмой в деревне является задачей учительства. Борьба с отсталостью женщин, борьба с равнодушием и трусостью — удел учительства.
285


Съезд, сознавая серьезность момента, считает необходимым напряжение всех сил для выполнения стоящих задач перед пролетариатом и крестьянством. Да здравствует Красная Армия — оплот социальной революции! Да здравствует красное учительство!»
Бадюлин еще и еще раз перечитывает этот документ, и ему вспоминаются июньские дни восемнадцатого года, когда на уездном съезде учительского союза свою волю диктовали меньшевики и эсеры, а ему со своими единомышленниками в знак протеста пришлось покинуть съезд.
В декабре 1919 года Ф. В. Бадюлин возглавил Тверской губернский отдел народного образования. Шла гражданская война. Не хватало людей. Федор Васильевич работал, не зная сна и отдыха, много ездил по уездам, бывал в школах. Его пример увлекал окружающих. Трудное, голодное было время, а люди тянулись к знаниям. Многое его радовало, а многое заставляло быть непримиримым и резким, хотя по своей натуре он был человеком мягким, добросердечным, доверчивым.
Федор Васильевич пришел в негодование, когда узнал, что на некоторых школьных участках применяется наемный труд, а детей обучают изящному рукоделию. Бадюлин старался приблизить школу к потребностям жизни, хотел, чтобы школа стала популяризатором и проводником рационального ведения сельского хозяйства. По его инициативе в школах создавались столярные и слесарные мастерские, вводилось самообслуживание учащихся, они должны были сами убирать помещения, готовить горячие завтраки.
Федор Васильевич считал труд первой необходимостью человека. Как-то он сказал своему другу:
— Знаешь, мне ни одного раза в жизни не было скучно. Секрет простой: у меня в жизни не было ни одной минуты, когда бы я ничего не делал. А ведь скука возникает от безделья.
Бадюлин работал с подъемом, увлеченно, дела целиком поглощали его. Общий успех был его радостью, общая беда была его личной бедой.
Это было горячее время, оно зажигало людей. Шла гражданская война. В «неделю фронта» был брошен лозунг: «Взрослые, к оружию! К победе! Дети, в школу! К свету! К знанию!» Именно тогда с трибуны III съезда
286


комсомола прозвучал ленинский лозунг: «Учиться, учиться и учиться!»
Это было голодное время. Хлеба не хватало даже детям. А кулаки прятали хлеб, гноили его в ямах. Так они боролись с Советской властью.
В (начале 1921 года Федора Васильевича Бадюлина направляют чрезвычайным уполномоченным по проверке выполнения продразверстки в Ржевский уезд. Он хорошо знал психологию крестьян, умел говорить с ними.
Побывав в нескольких волостях, 11 февраля, в тусклый зимний день, Федор Васильевич приехал в село Завидово Тереховской волости. На сход пришли все — и стар и млад, забили всю избу.
Перед крестьянами выступил комиссар из Твери. Высокий, худой. Аккуратно причесаны прямые русые волосы. Рыжеватые широкие усы. Серые глаза смотрят на людей открыто и ясно. Поношенный пиджак, выцветшая рубашка... С виду совсем простой человек, без кожанки, и револьвера не видно. И не кричит, а говорит ровно, неторопливо. Пришел только с заведующим волостным продотделом Рачеевым, а сказывали, что комиссар явится с конной милицией, пойдет с ней по избам последнее отбирать... Нет, совсем не страшный был комиссар. Он просто и спокойно говорит о крестьянской доле, и всем было понятно, что говорит с ними крестьянский сын, хорошо знающий цену хлебу. Рассказывает о детях, которые в городе пухнут от голода, о ткачах, у которых нет сил делать ситец...
Крестьянский сход заглушал голоса тех, кто пытался кричать, что при большевиках, которые прижимают настоящих хозяев, все с голода околеют. Плотно сбившись вокруг Бадюлина, мужики расспрашивали его о войне, о Ленине, угощали махоркой. Потом, когда он выходил из избы, в дверях кто-то сунул ему в руку записку. В сенях он чиркнул спичкой, прочитал: «Уважаемый Федор Васильевич! У нас неспокойно. В округе есть бандиты. Будьте начеку. Товарищ».
«Пугают, на страх хотят взять», — подумал Бадюлин и ничего не сказал о записке даже Рачееву, к которому пошел отдыхать.
В последние дни спать ему приходилось очень мало. Только опустил голову на подушку и мгновенно окунулся в сон. Виделся родной Торжок. Множество народа 287


столпилось у Тверецкого моста. В толпе высокий сухопарый человек в старой рваной шипели раздавал людям круглые поджаристые караваи. Они быстро шли, бережно держа в руках хлеб. Высокий солдат стоял на огромной, будто курган, куче печеного хлеба, и Бадюлин с удовольствием подумал: «На всех хватит, все сыты будут!»
Тут солдат, раздававший хлеб, повернулся лицом, Бадюлин сразу узнал в нем Рачеева.
— Сейчас, сейчас, — торопливо говорил Рачеев, подавая в протянутые руки хлеб. Непрерывно, один за другим шли люди. Рачеев раздавал им хлеб и почему-то тревожно повторял:
— Сейчас, сейчас.
От этих слов и проснулся Федор Васильевич. У кровати стоял Рачеев.
— Сейчас, сейчас разбужу, — говорил он людям, столпившимся у кровати. В руках у него дрожало желтое пламя небольшой керосиновой лампы. Увидев, что Бадюлин открыл глаза, сказал прерывисто:
— Тут вот пришли... Вас требуют, товарищ Бадюлин... Говорят... Только вас, говорят, нужно...
В его голосе слышалась тревога.
Бадюлин приподнял голову, сказал:
— Спокойно, товарищ Рачеев, сейчас разберемся.
В полутьме он видел людей в полушубках, перепоясанных ремнями. Сколько их? Два, четыре, шесть... В руках винтовки, шомпола. Один держит в вытянутой руке наган.
— Ты тверской комиссар? — хрипло пробасил человек с наганом. — Показывай мандат, шкура!
— Кто такие? Вы, товарищ Рачеев, проверили у них документы? — спросил Бадюлин. Рачеев отрицательно замотал головой.
— Почему ночью врываетесь в дом? Кто вы такие? Предъявите документы! — строго произнес Бадюлин.
— Руки вверх! Документа захотел, мать твою... Не тяни, говорят, руку к подушке. Минька, хлестани шомполом! — распоряжался хриплый.
Удары обожгли руки и плечи. Бадюлина сбросили на пол. Били ногами, прикладами, шомполами, плетками.
— Бандиты... Советскую власть не убьете!
238


— Еще митингует комиссар. Врежьте ему, — приказал старший бандит.
Бадюлина выволокли на улицу. Шел густой снег. Он таял на запекшихся губах.
— Народ с вас спросит... — с трудом произнес Бадюлин.
— Ишь какой живучий! Агитацию развел! Кончайте его!
Раздалось несколько выстрелов. Пнув ногой убитого, главарь бандитов распорядился:
— Никого к нему не подпускать! Пусть валяется, всем большевикам урок будет. А кто захочет похоронить, того самого похороним.
Многолюдно было 19 февраля 1921 года в центре Торжка, на площади Революции. Весь город пришел проститься со своим земляком. К могиле Бадюлина шли рабочие, крестьяне окрестных сел, учителя. Дети несли плакаты: «Ты любил детей, и мы тебя не забудем!»
Простые слова звучали, как клятва. Это была верная клятва. Ученики Федора Васильевича продолжили его дело.
Счастливые люди живут сейчас на улице Бадюлина. Счастливые ребята учатся в Торжокском педагогическом училище имени Бадюлина. Живет, торжествует дело, которому отдал жизнь верный коммунист, замечательный человек Федор Васильевич Бадюлин.
19 Рядовые Ленинской гвардии


И. РЛЗЖИВИН
СОЛДАТ РЕВОЛЮЦИИ
В Калининском областном краеведческом музее хранится альбом. На потускневшей от времени серебряной обложке выгравировано: «От рабочих Азербайджанской Советской Социалистической Республики герою взятия города Баку — 27/1У 1920 года Петру Антоновичу Друганову».
Рядом, ,на стенах, фотографии: П. А. Друганов среди старицких коммунистов перед отъездом на фронт в 1919 году; а вот Друганов среди почетных гостей на параде войск XI армии Кавказского фронта по случаю освобождения Баку; вот он на перроне бакинского вокзала вместе с членами Реввоенсовета армии С. М. Кировым, Г. К. Орджоникидзе, А. И. Микояном и другими военачальниками, ветеранами революции.
...Вряд ли кто помнит сейчас в Старице о том, что полвека назад на бывшей Семеновской улице (ныне Пролетарской) стоял дом сапожника Антона Друганова. В семье было двенадцать душ. Петру, тринадцатилетнему мальчишке, первому выпала нелегкая доля идти «в люди». Сразу же после окончания начального училища, летом 1905 года паренька отвезли в Москву и определили учеником закройщика на фирму «Мария Ланская», изготавливавшую обувь для армии.
Как и сотни таких же обездоленных парней, Друганов познал и радость дружбы с надежными людьми, лучшими представителями рабочего класса, и горечь потери любимых товарищей. Рабочий Смирнов научил деревенского парня понимать жизнь, смотреть на нее глазами революционера.
В 1913 году Смирнова арестовывает полиция, а Друганова, как политически неблагонадежного, не допускают к государственным экзаменам на аттестат зрелости на вечерних курсах для рабочих и, конечно, увольняют с фирмы. Начинаются скитания в поисках работы. Затем — солдатская шинель. Окопы.
290


В июле 1913 года Друганов в составе 307-го Спасского пехотного полка участвует в боях под Ковелем. Ранения и тяжелая контузия выводят солдата из строя на четыре месяца. После выздоровления -- снова на фронт. Февральские события 1917 года Петр Друганов встречает на переднем крае революции. Он участвует в создании ротных и полковых комитетов, как член полкового комитета контролирует деятельность офицеров.
Великий Октябрь Дру- П. А. Друганов
гапов встречает тоже в солдатской шипели. Полк стоял тогда в Смолярах Волынской губернии. На всю жизнь запомнился Петру день 9 ноября 1917 года. Сколько было радости, ликования, когда на собрании солдат огласили телеграмму: «Временное правительство свергнуто. Создана рабоче-крестьянская Советская власть во главе с Владимиром Ильичем Лениным (Ульяновым)». Другапов постоянно выступает перед солдатами, призывает их стать непоколебимой стеной на защиту Советской власти.
Потом госпиталь. Тяжелое заболевание цингой доводит солдата до полного изнеможения.
...Декабрь 1917 года. Больным возвращается Петр с фронта в Старицу. Пролежав два месяца дома, наконец поднимается с постели. Зимняя стужа. Сугробы по колено. Сквозь колючую метелицу читает на заборе объявление: «Сегодня выборы в Старицкий городской Совет рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов».
— Значит, конец городской управе, — улыбнулся бывший солдат и отправился на выборы.
Собрание продолжалось два дня. Купцы и торговцы — Конские, Веревкины, Крашенинниковы, Толокновы и прочая местная знать пытаются протащить в Совет 19*
291


угодных им людей. Однако трудовой народ Старицы голосует за вернувшегося с фронта революционно настроенного худощавого парня. И вот Петр Друганов, а вместе с ним его единомышленники Михайлов, Куропаткин, Рукосуев, Епанечников избраны депутатами Ста- рицкого городского Совета.
Работы хватало. Советской власти нужны были средства, чтобы строить новую жизнь. Совет наложил контрибуцию на старицких купцов. Счета в казначействе закрыли, потребовали наличные деньги, спрятанные в кубышках. Местная буржуазия встретила первые шаги Советской власти лютой злобой и ненавистью. В городе и районе тайно создавались вооруженные отряды из кулацких сынков, офицеров царской армии и прочих контрреволюционных элементов.
Особенно тревожно было в Старице 19 и 20 июня 1918 года. В Дороховской и других волостях кулаки подняли мятеж. Около тысячи мятежников с винтовками и ружьями двинулись на Старицу для свержения Советской власти. Об этом сообщил в Старицкий горсовет питерский рабочий Воеводский, который переправился через Волгу вплавь. Друганов с товарищами быстро развел плавучий мост. На берегу цепью расположился вооруженный революционный отряд. Мятежники остановились в Слободе за Волгой. Затем они отошли в До- роховскую волость.
21 июня ночью губернский комиссар социального обеспечения Николай Яковлевич Гусев отправился в До- роховскую волость с вооруженным отрядом из тридцати бойцов. Представители Советской власти надеялись решить конфликт мирно, без кровопролития. Отряд остановился в лесу, а Гусев направился в кулачье логово один. Отряд так и не дождался своего командира. На дороге его встретили кулаки, когда после переговоров он возвращался обратно. Бандиты нанесли ему семнадцать ножевых ран, а изуродованный труп бросили в овраг.
В уезд прибыл отряд из двухсот бойцов под командой И. С. Круглова, работника губчека. Кулачье было разгромлено. Главарей мятежа арестовали и предали суду.
В июле 1918 года в Старице при участии Друганова возникает инициативная группа по созданию городской 292


организации РКП (б). Сперва зарегистрировали большевиков, приехавших в город с партийными билетами. А для вновь поступающих напечатали партбилеты в местной типографии. Большую помощь Друганову оказал редактор старицкой газеты, большевик с 1912 года Яков Аверьянович Сизов.
С этого момента П. А. Друганов возглавляет партийную организацию в городе и одновременно исполняет обязанности военного комиссара. Надо было готовить защитников молодой республики.
В уездном исполкоме единства не было. Среди его членов оказались эсеры, которые всячески тормозили проведение в жизнь декретов Советской власти. Но их антисоветская деятельность была пресечена.
Вот строки из протокола заседания Тверского губернского исполнительного комитета от 3 августа 1918 года:
«...На основании постановления 5-го Всероссийского съезда Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов о недопустимости занятия ответственных постов в Советской республике представителями тех групп левых эсеров, которые солидаризируются и открыто не заявили о своем отмежевании от предательской попытки Центрального Комитета партии левых эсеров, пытающегося провокационным путем втягивать против воли рабочих и крестьян в несвоевременную войну Советской республики с Германией, Тверской губернский исполнительный комитет в заседании от 3 августа с. г. постановил:
1) Старицкий уездный исполнительный комитет Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов распустить.
2) До ближайшего уездного съезда Советов вся полнота власти в Старицком уезде переходит к Старицкому уездному военно-революционному комитету.
3) Членами Старицкого уездного военно-революционного комитета утвердить: П. М. Решетника, С. А. Романова, П. А. Друганова, С. Н. Рукосуева и А. П. Баранова.
Председатель — С. Генералов Секретарь — Пучков».
В октябре 1919 года состоялась первая уездная конференция РКП (б), утвердившая созданные партийные 293


органы в Старице. Друганов продолжает возглавлять Старицкую парторганизацию, одновременно работает заместителем заведующего финансовым отделом уездного исполкома. Он зорко держит под наблюдением кадры советских учреждений и организаций, разоблачает остатки чуждых элементов.
Вечером 19 января 1919 года Петр был на проводах добровольцев на фронт в Народном доме, который размещался на базаре, в бывшем трактире «Саратов».
— Пожар! — вдруг донеслись крики с улицы.
Пылал дом Друганова. Петр с трудом разыскал спящих детей — младшего братишку и сестренок. Вывел домочадцев, кто в чем был, из горящего дома. Через час на месте жилья дымилась груда пепла.
Так отомстили кулаки большевику.
Третьего февраля 1919 года с очередной группой коммунистов уходит на фронт весь состав Старицкого комитета партии. Уезжают и П. А. Друганов — председатель комитета, Б. В. Быльев — секретарь и шестнадцатилетняя Аня Бажанова — технический секретарь, впоследствии комиссар фронтового эвакогоспиталя.
Губком направил старицких добровольцев в Москву, в распоряжение Центрального Комитета партии. Оттуда их послали во Всероссийское бюро военных комиссаров. Принял отряд заместитель председателя Реввоенсовета республики т. Склянский.
— Куда послать? —опросил он.
— Туда, где нужнее, — ответил Друганов.
...Теплушка. Маршрут: Москва — Саратов — Астрахань. Назначение — штаб Каспийско-Кавказского фронта...
Железная дорога в то время работала с перебоями. Добирались семь суток.
Поезд останавливается в тридцати километрах от Астрахани, на станции Досанг.
— В Астрахани восстание. Штаб фронта запретил пропускать поезда до выяснения положения в городе, — заявляет начальник станции.
Друганов соединяется по прямому проводу со штабом фронта:
— Двадцать восемь коммунистов из ЦК готовы выполнить любое задание. Ждем вашего приказа.
И приказ поступил:
294


— Составьте поезд, прицепите две платформы с броневиками. Следуйте в Астрахань.
Восстанием руководил белогвардейский полковник Бичерахов. Был голод. Хлеб решал все, и Бичерахов обещал его народу.
Прибывшие в Астрахань коммунисты сразу отправились на рыбные промыслы для того, чтобы развернуть агитацию среди рыбаков. Промысловики быстро откликнулись на правдивое слово, охотно стали вступать в ряды Красной Армии.
Политотдел фронта направляет Друганова вместе с Быльевым в Астраханский кремль. Там был расквартирован «железный» пехотный полк (назван железным за твердость, проявленную при защите Советской власти). Друганов получает конный отряд в тридцать сабель, очищает от белогвардейцев район калмыцкого базара.
После освобождения города от контрреволюции Друганов остается в Астрахани и принимает пост комиссара штаба формирований партизанских отрядов имени тов. Жлобы. Но сыпняк в то время не щадил никого. Сперва сыпной, потом возвратный тиф свалили комиссара с ног.
Вернувшись из госпиталя, Друганов получает назначение комиссара 13-го Астраханского железнодорожного полка. В подразделениях он создает партийные ячейки, добивается укрепления дисциплины и повышения боеготовности личного состава.
Белогвардейским отрядам удалось захватить станцию Ахтуба. Враг пытался отрезать Астрахань от Советской России. Части 13-го Астраханского железнодорожного полка вместе с другими полевыми войсками разгромили белогвардейцев. Железная дорога работала бесперебойно, связь не нарушалась.
Нелегкая задача предстояла старицкому большевику, когда оп принял пост комиссара головного бронепоезда «III Интернационал». Приказ войскам 11-й армии Кавказского фронта был предельно краток: стремительным наступлением овладеть Бакинской губернией. Нефтяная база молодой Республики Советов была в руках буржуазно-помещичьей партии мусаватистов, которая опиралась на поддержку турецких и английских интервентов. Бакинские рабочие и крестьяне Азербайджана, 295


руководимые партией большевиков, просили помощи у Красной Армии для свержения мусаватистского правительства.
Реввоенсовет Кавказского фронта, возглавляемый Г. К. Орджоникидзе, решает послать четыре бронепоезда с пехотным десантом.
Граница между Азербайджаном и Советской Россией проходила по реке Самур. У моста через реку размещалась застава противника. В полночь 27 апреля 1920 г. бронепоезд «III Интернационал» первым двинулся в наступление. За ним — «Красный дагестанец», «Тимофей Ульянцев» и «Красная Астрахань». Ошеломленный противник, не открывая огня, бежал.
На ближайшей станции Ялама бронепоезд «III Интернационал» высадил пехотный десант. После двух артиллерийских выстрелов (одним из которых был взорван паровоз, направленный против бронепоезда) противник отказался от сопротивления. Не встречая отпора на других станциях, головной бронепоезд стремительно продвигался вперед. Железнодорожные рабочие приветствовали Красную Армию.
На станции Худат показались вражеские батареи. С головного бронепоезда ударила шрапнель высокого разрыва, застрочил пулемет, и застигнутый врасплох противник пустился наутек.
И снова вперед, на Баку, за установление в Азербайджане Советской власти. 28 апреля утром железная «конница» вошла в Баку. Правительство мусаватистов бежало. Вокзал заняли красноармейцы, был создан временный ревком.
В штабной вагон на станции Баку вошел стройный, подтянутый человек в серой черкеске и попросил у Друганова автомашину для поездки в город. Незнакомец достал из кармана бережно завернутое в бумагу удостоверение. На всю жизнь запомнил Друганов текст, короткий, многозначительный: «Предъявитель сего товарищ Петров Семен Иванович мне лично известен, а поэтому прошу оказывать всякое доверие и содействие в порученной ему работе. Председатель СТО В. Ульянов (Ленин)». Удостоверение было выдано 3 октября 1919 года. Так познакомился Друганов с Семеном Аршаковичем Тер-Петросяном. Позднее легендарный герой подарил Петру Антоновичу свою фотокарточку. На обрат-
296


ной стороне размашисто написал: «В память взятия 24
гор. Баку тов. Друганову от тов. Камо 19- у 20 г.».
30 апреля в Баку вошли части 2-го конного корпуса и 32-й стрелковой дивизии, а 3 мая на станции Баку-1 член Реввоенсовета Кавказского фронта Г. К. Орджоникидзе вручил ордена Красного Знамени П. А. Друганову и другим участникам героического рейда бронепоездов на город Баку. Революционный комитет Азербайджанской Республики награждает Друганова орденом Красного Знамени Азербайджанской ССР, преподносит подарок — альбом и золотые часы.
Вскоре командующий войсками Карабахо-Зангезур- ской группы войск А. И. Тодорский назначает Друганова военным комиссаром Зангезурской группы войск.
Части Красной Армии, входящие в состав группы, двинулись в Зангезур. Друганов получает боевой приказ А. И. Тодорского — ликвидировать так называемую Зангезурскую республику, возглавляемую дашнакским генералом Нждеем.
И снова бой.
Когда части группы войск заняли город Герюссы, генерал Нждей удрал со своими приспешниками в Турцию.
Вскоре Друганов был введен в состав Революционного комитета Армении и получил задание разоружить население местечка Дыг.
Друганов объявил дашнакам о том, чтобы они немедленно сдали оружие Красной Армии. Но те принесли только ломаные охотничьи ружья.
— Нет винтовок, — доложил один из местных рев- комовцев.
Друганов зашел к нему в саклю. Сел на подоконник и, поправляя съехавшую доску, случайно обнаружил под ней бумагу — список солдат с номерами винтовок.
— А это, брат, что такое?!
Друганов немедленно разоружил «ревкомовца», арестовал. Так замаскировался матерый враг, руководивший полсотней дашнаков.
Солдат революции Друганов в октябре 1921 года возвращается на родину. Старица встретила его голодом, разрухой. В уездном исполкоме снова засели враги. Председателем был меньшевик Д. Хребтуков.
297


На ближайшей партийной конференции фронтовика избирают в состав Старицкого укома РКП (б) и членом бюро.
Немало труда, энергии положил Петр Друганов, чтобы очистить от меньшевиков отделы исполкома, восстановить доброе имя Старицкой партийной организации. Вскоре он избирается на пост председателя Старицкого уездного исполкома.
Уходил трудный 1922 год. Друганов, как делегат губернского съезда Советов, направляется в Тверь. В Старицу он больше не возвращается. На съезде было решено очистить Тверскую губернию от уголовного элемента. Партия доверяет коммунисту Друганову пост начальника Тверской губернской милиции.
Позднее Петра Антоновича посылают на хозяйственную работу. Он возглавляет обувную фабрику «Красная Звезда» в Кимрах. Перед ним открываются двери Ленинградской промышленной академии.
Но вот высшее учебное заведение окончено. Друганова направляют туда, где нужен опытный глаз хозяина-коммуниста. Некоторое время он руководит Азово- Черноморским кожтрестом, затем работает в областных организациях Иванова, Горького и других городов.
В годы Великой Отечественной войны за выполнение правительственных заданий П. А. Друганов награждается орденами и медалями.
В связи с сорокалетием установления Советской власти в Азербайджане и Армении Президиумы Верховных Советов Азербайджанской и Армянской Республик наградили Друганова Почетными грамотами.
В канун 50-летия Великого Октября П. А. Друганов был награжден орденом Красной Звезды.
12 ноября 1971 года на восьмидесятом году жизни перестало биться сердце замечательного человека. До последнего дня своей жизни Петр Антонович Друганов активно участвовал в общественно-политической жизни Московской городской партийной организации.


С. БЕЛЯКОВ
ЗА ВЛАСТЬ СОВЕТОВ
В душном, насквозь прокуренном товарном вагоне ехал домой солдат. Крепкий, круглолицый, глубоко запрятав руки в рукава пропитанной окопной грязью шинели, он погрузился в думы. Фронт фактически распался. Окопы осточертели, и солдаты самовольно покидали их.
Бросил винтовку и Александр Козлов. По пути домой, в родную деревню Перечково Нерльской волости, он жадно ловил слухи о сменившейся в Петрограде власти, о том, что победила пролетарская революция и что теперь трудовой народ вздохнет свободно. Слухи эти, противоречивые, смутные, бередили душу, настораживали и вселяли надежду. «Да только нет, не отдадут богачи добром награбленное», — с тревогой думал солдат.
Одну, Февральскую революцию Козлов уже пережил. Застала она его в одном из полков, дислоцированных на Владимиро-Волынском направлении Западного фронта. Но больших изменений известие о свержении царского самодержавия в солдатскую жизнь не внесло. Офицеры в полку остались прежние. Солдаты для них по-прежнему были людьми второго сорта, «серой скотиной», с которой надо обращаться по-скотски. Конца войны не было видно, на фронт прибывали все новые боеприпасы. «Царя не стало, да мне-то, солдату, от этого не легче», — с горечью думал Козлов.
В родные места Александр добрался только в ноябре 1917 года. Деревня бурлила. Уже вышли первые декреты Советской власти о мире, о земле. Ясные и понятные мужику правительственные решения местная знать умышленно извращала, домыслами и пересудами сбивала крестьян с толку. Борьба мнений, позиций была в полном разгаре.
Неискушенный в политике сравнительно молодой человек не мог сразу разобраться в этой сложной борь-
299


А. С. Козлов
бе мнений, не мог разумом понять, на чьей стороне правда. Но сердцем он верил в революцию и горячо ее одобрял. Слишком много Александр натерпелся от богачей, чтобы верить им. Рос он в огромной семье, земельный надел отец имел мизерный, уже к рождеству залезал в кабалу к кулаку, брал у него хлеб до нового урожая.
С десяти лет отдал отец Сашу в учение к сапожнику в Москву. Потом Козлов вспоминал, что доля чеховского
Ваньки Жукова была его долей. Только через три года тяжелой, унизительной работы хозяин «отвалил» Сашиному отцу пятнадцать рублей, а самому ученику купил дешевый костюм.
После «учения» остался Козлов в Москве сапожничать. Сапожники — народ молчаливый, замкнутый, от политики далекий. Занятые добычей копейки на жизнь, они больше помалкивают да раздумывают. Поди пойми, о чем эти думы. А думал Александр о том, что уж очень много в жизни несправедливостей. Все как-то устроено так, что проста рабочий человек, от которого, по существу, зависит все и которому должно по праву все принадлежать, в этом мире ничего не значит и живет хуже всех. Но ведь так же не должно продолжаться вечно!
И на военной службе он думал о том же, носил в себе «крамольные» мысли. Озлобленные, усталые от окопов солдаты на чем свет стоит проклинали и войну, и тех, кто ее затеял. Александр с глубоким интересом слушал смелые высказывания солдат, которых офицерство с презрением называло «большевистскими агитаторами» и с которыми безжалостно расправлялось. И уже не как должное и неизбежное, а как произвол и насилие над личностью, над человеческим достоинством воспринима300


лись подозрения в неблагонадежности, высокомерие и презрение офицерства.
За семь лет службы многое понял солдат Козлов. Это уже был не тот наивный парень, который мог лишь задавать сам себе вопросы. Листовки, запрещенные газеты и брошюры — довольно частое явление в окопной жизни тех лет — многое прояснили, на многое раскрыли глаза. Под воздействием большевистской агитации солдат стал понимать, почему в России плохо живет трудовой человек.
В декабре 1917 года в деревне Перечково прошло бурное собрание крестьян. Решался тогда сложный вопрос, как жить дальше, по какому пути пойти, чью сторону принять. Для Александра было ясно, что жить по- старому нельзя. Он решительно стоял на собрании за то, чтобы объединиться в коллективное хозяйство, стереть с лица земли межи, установить в деревне равноправие. Деревенская беднота его в этом горячо поддерживала. На собрании Козлов был избран делегатом на волостной съезд Советов, а там — делегатом уездного съезда. Вернулся в деревню членом исполкома уездного Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов.
С этого дня началась тяжелая, сложная работа. В Калязине тогда было засилье купечества, большинство населения составляли мещане, ремесленники и сезонные рабочие из крестьян. Рабочего класса в городе почти не было, партийной организации тоже. Наличие большого слоя купечества, духовенства и крепко связанных с ними мещан усиливало позиции буржуазии. Контрреволюция была хорошо организована, держала в своих руках бедноту. Не удивительно, что на выборах в уиополком пролезли левые эсеры. Они сколотили в руководящем советском органе свою фракцию, стали диктовать свою волю. По-революционному, по-партийному в исполкоме были настроены всего шесть человек: питерский рабочий Плечиков, председатель уездного ЧК Соколов, командир красногвардейского отряда Ремнев, часовщик Выборов, представитель сельской интеллигенции Батюков и конечно, Александр Козлов, избранный заместителем председателя исполкома.
А председателем исполкома был тогда левый эсер Демьянов, который всемерно попустительствовал своим 301


единомышленникам. Выяснение партийной принадлежности каждого из членов исполкома, по существу, происходило на бурных заседаниях Совета. Особенно ясно становилось, кто в каком лагере, когда обсуждались законы Советского правительства о мире, о земле, постановления СНК. Сторонники левых эсеров подвергали беспощадной, издевательской критике и нападкам любые предложения большевиков, направленные на нормализацию жизни в городе и уезде, навязывали исполкому совершенно ненужные, отвлекающие от дел дискуссии. И хотя, благодаря активной поддержке крестьянами пролетарской революции, уездный съезд Советов в Калязине еще 23 декабря 1917 года признал власть Советов Народных Комиссаров, приветствовал Декрет о земле, становление Советской власти в городе и уезде было не закончено, шло медленно, с трудом.
В марте 1918 года из Тверского комитета партии в Калязин приехал представитель. Он попросил заместителя председателя исполкома Александра Семеновича Козлова тайно собрать по-партийному настроенных членов уисполкома и рассказал им о том, что, по сведениям губернского ЧК, в Калязине готовится контрреволюционный заговор. Левые эсеры тайно вооружаются, купцы и местные богатеи подбивают людей на бунт.
Сразу обезвредить вражеское гнездо было трудно, потому что в Советах и уисполкоме позиции левых эсеров и местной буржуазии были еще довольно прочные. Надо было укрепить местные Советы сочувствующими большевикам людьми, создать партийную организацию, под руководством которой можно было бы осуществить в городе и уезде декреты Советской власти. Партийная ячейка была создана в Калязине в марте 1918 года, первыми в нее вошли сочувствующие большевикам члены уисполкома, в том числе и А. С. Козлов. На уездном съезде РКП (б) первым председателем укома партии был избран питерский рабочий Дмитрий Михайлович Петров.
В мае 1918 года контрреволюция в Калязине стала активизироваться. В уком партии поступили сведения, что большой отряд солдат, стоящий на охране строящегося через Волгу моста, получил партию оружия, пополняется подозрительными людьми, готовится к выступлению против Советской власти в городе и уезде.
302


Исполком сделал запрос о составе и вооружении отряда, но командир на запрос не ответил. Было ясно, что отряду отводилась роль главной ударной силы калязин- ской контрреволюции.
А. С. Козлову уком партии поручил разработать и возглавить операцию по разоружению контрреволюции. В его распоряжение поступил калязинский красногвардейский отряд.
— Мы тихо окружили казарму, в которой разместился отряд, бесшумно сняли часового у склада с оружием и ворвались в помещение, — вспоминает в книге «За власть Советов» А. С. Козлов. — Все было сделано в считанные минуты. На следствии выяснилось, что командир мятежного отряда, бывший офицер царской армии, планировал при поддержке засевших в уисполко- ме левых эсеров поднять в городе путч и покончить с Советской властью.
В июне 1918 года на имя председателя укома партии из центра пришла секретная телеграмма. В ней предписывалось проявить максимум бдительности, установить строгий контроль за действиями эсеров, не доверять им руководящие посты в партийном и советском аппарате. Но телеграмма не попала в руки председателя укома партии. Ее перехватил ставший в то время председателем уисполкома эсер Чупраков. Он тут же собрал свою фракцию и зачитал секретную телеграмму центра, в которой предписывалось «левых эсеров отстранять, сопротивляющихся арестовывать». Эсеры решили выступить немедленно, большевиков арестовать, партийную организацию распустить, коммунистов с руководящих постов убрать.
И снова Александру Козлову пришлось взяться за оружие. Он узнал, что в доме купца Поспелова собрался штаб контрреволюционного заговора. По команде Козлова красногвардейцы окружили дом, враги Советской власти были арестованы.
В напряженной работе, в острых схватках с классовыми врагами закалялся, мужал один из первых в Ка- лязинском уезде руководящих советских работников — Александр Козлов. Шел он по избранной дороге без колебаний. Все, кто с ним работал, ценили прямого и принципиального коммуниста, доверяли ему самую трудную и ответственную работу.
303


В июне 1918 года Козлов едет делегатом на Московский губернский съезд Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов.
Проходил съезд очень бурно. На трибуну то и дело лезли эсеры, но зал их не слушал. Их встречали и провожали криками: «Позор! Долой!» Здесь на съезде Козлов впервые увидел В. И. Ленина, который поднимался на трибуну дважды. Делегаты встречали его восторженно.
В июле 1918 года А. С. Козлов избирается председателем Калязинского уисполкома. Это было очень тяжелое время. Новому председателю пришлось возглавить работу по конфискации и национализации помещичьих земель, частной собственности в уезде и городе.
Враги отчаянно сопротивлялись, писали жалобы в Москву. В уезде то и дело появлялись подосланные бывшими владельцами имений всякие «деятели» от культуры, «спасители» ценностей. Они пытались под различными предлогами растащить ценности, по праву принадлежавшие народу.
Но труднее всего было сломить временно затаившихся местных врагов Советской власти. Искусственно создавая продовольственные затруднения в городе, они спекулировали на этом, нашептывали разные небылицы, распускали провокационные слухи, возмущали народ, создавали всякие делегации, направляя их с петициями в уисполком.
Однажды такая делегация пришла к А. С. Козлову. Она потребовала освободить арестованных купцов, обвинявшихся в бойкотировании решений Советской власти. Поскольку уездная ЧК следствие по их делу еще не закончила, председатель уисполкома, естественно, не мог освободить арестованных. Да так называемая делегация на это и не надеялась, ей нужно было создать прецедент для провокации. Когда радетелям в их просьбе было отказано, они тут же повернулись к собранной ими толпе и призвали к погрому, бить большевиков, ломать тюрьму, освобождать преступников.
Принятые Козловым меры позволили быстро локализовать выпад провокаторов и рассеять бунтовщиков.
А сколько нервов пришлось потратить Козлову, чтобы навести порядок в потребительской кооперации! Де304


ло в том, что всякие «бывшие», лишенные народом частной собственности, старались пролезть на места «потеплее», просачивались в торговлю, на склады, в потребкооперацию, где жульничали, спекулировали.
По указанию А. С. Козлова в уезде было решено провести новые выборы, чтобы очистить потребительскую кооперацию от нечестных работников, ввести в состав правления проверенных коммунистов. Около трех суток длилось выборное собрание в Калязине, и почти все это время Козлов не спал. Обсуждалась каждая кандидатура, шел жаркий бой за нашу, советскую кооперацию.
Апрель 1919 года. Александр Семенович Козлов — председатель исполкома Калязинского уездного Совета — уезжает добровольцем на Западный фронт. Проводить своего друга, так много сделавшего для упрочения Советской власти в уезде, пришли друзья, товарищи по совместной работе. Паровоз дал хриплый, протяжный гудок, вагоны дрогнули, покатились...
Полк с боями двигался на запад. Козлов был в полку агитатором, помощником комиссара. Он всегда находился там, где труднее, где опаснее, где требовалось воодушевляющее слово и личный пример политического работника. Авторитетный и опытный партийный работник, он избирается делегатом IX съезда партии.
Здесь Козлов второй раз слышал Ильича. С тех пор Александр Семенович никогда не забывал требований Ленина о высокой личной ответственности коммуниста за порученный участок работы.
Демобилизовался Козлов в 1923 году. Шел сравнительно мирный год. И опять ответственная руководящая работа, опять бессонные ночи. Он занимал пост председателя Калязинского волисполкома, заведовал административным отделом Осташковского уисполкома, был прокурором Кимрского уезда. В 1929 году по решению ЦК ВКП(б) был послан на курсы директоров совхозов. С 1930 года находился на руководящей хозяйственной работе в Мордовской АССР.
Грянула Великая Отечественная война. И Козлов снова на передовой, снова в боях. После войны возвращается в Мордовию и до самого ухода на пенсию трудится на ответственных руководящих постах.
Пройден огромный боевой, революционный и трудовой путь, славный путь большевика-ленинца.
20 Рядовые ленинской гвардии


СТРАНИЦЫ ИЗ БИОГРАФИЙ
ПЕТР ИВАНОВИЧ АНАНЬИН
Немало солдат революции выросло в Торжке. Их короткая, но яркая жизнь является примером беззаветного служения народу, партии, Родине. Именами их названы площади, улицы, школы. Такими самоотверженными борцами были Федор Васильевич Бадюлин, Константин Николаевич Перовский, Петр Иванович Ананьин.
Ананьин родился в 1895 году в Торжке. Учился сперва в начальной школе, а затем в реальном училище.
Как во всей стране, так и в Торжке находились смелые, честные люди, готовые отдать все силы делу борьбы за народное счастье. То были, как вспоминают старожилы города, политический ссыльный, образованный марксист Никандр Егорович Яковлев, его жена Александра Тимофеевна Яворская — учительница Надежды Константиновны Крупской — и другие. Они оказывали большое влияние на молодежь, вовлекали ее в тайные кружки, политически просвещали, готовили к революционной борьбе.
Под этим влиянием формировалось и сознание Петра Ананьина. В 1916 году Ананьина мобилизуют в армию, направляют в школу прапорщиков. С января 1917 года он в запасных частях Самары и Сызрани, где вместе с единомышленниками начинает вести подпольную революционную работу среди солдат.
Февральскую революцию Петр встречает восторженно. Об этом говорят его письма родителям и младшему брату Сереже. 11 марта 1917 года он пишет:
«Усилия лучших людей русского народа, наконец, увенчались успехом. Тирания, душившая русский народ, сброшена, и сброшена так резко, что демократическая республика, казавшаяся еще полмесяца назад утопией, становится реальной возможностью».
306


Ананьин, будучи членом РСДРП (б), активно участвует в деятельности Сызранской партийной организации большевиков и Сызранского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, выступает на митингах и собраниях, за что был арестован командованием и посажен в тюрьму.
Бурный, очистительный ветер Октября распахнул ворота тюрем. Петр Иванович выходит из казанского застенка и возвращается в свой полк. А в начале 1918 гоП. И. Лпапыш
да приезжает в Торжок. Здесь большевики уезда избирают его своим руководителем.
И Ананьин весь отдается партийной работе, делу становления и укрепления Советской власти в уезде.
В июне 1919 года губернский съезд Советов избирает Ананьина членом губисполкома. А затем он работает председателем Тверского уездно-городского комитета партии. Не щадя себя, не обращая внимания на резкое ухудшение здоровья, Ананьин целиком отдается партийной работе. Только после настойчивых уговоров товарищей он лег в больницу. Но было уже поздно. Вскоре он умер.
18 сентября 1919 года гроб с телом П. И. Ананьина был доставлен в Торжок. 21 сентября вся первая страница новоторжской уездной газеты «Пламя» была посвящена похоронам и памяти П. И. Ананьина. Она открывалась лозунгом: «Не плачьте над трупами погибших борцов. Крепче держите их знамя за конечную цель — коммунизм!»
В созвездии тверских коммунистов начиная с Александра Ивановича Гусева, создавшего в 1902 году первый Тверской комитет партии, было много славных имен. Среди них ярко сияет имя Петра Ивановича Ананьина.
20*
307


АЛЕКСЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ БАБИЦЫН
Алексей Бабицын — потомственный пролетарий, стекольщик. На Борисовском заводе полвека проработал его отец.
Одиннадцатилетнего Алешу послали на завод. Здесь взрослым приходилось туго, а подросткам и подавно.
Протестуя против тяжелых условий труда и грубого обращения администрации, ребята устроили забастовку.
В день забастовки мальчики пришли в цех раньше других. Еще раз обо всем договорились.
Наступил волнующий момент: 10 часов.
Алеша поднял руку:
— Товарищи, бросай работу!
— Бросай работу! — подхватили другие подростки. И ребята направились в контору.
На крыльце появился управляющий. На лице его — недоумение. Когда же услышал, что ребята забастовали, он крикнул с раздражением:
— Что вам нужно?..
— Жалованья мало! — загалдели мальчики. — Повысьте оклады!..
— Погодите!.. Кто-нибудь один...
— Мы хотим, — заявил Алеша, — чтобы жалованье прибавили, чтобы во время перерыва нам не мешали учиться мастерству, чтобы Горошихин не стегал нас ремнем.
— Надо нам фельдшера! В лавку продукты хорошие чтоб привозили! — закричал кто-то.
— Хорошо, ступайте, — сквозь зубы процедил управляющий, — работайте, я подумаю.
Наутро ребята собрались на заводе и оживленно рассказывали о том, как их встретили дома после забастовки.
Вскоре в мастерской появился управляющий, подошел к подросткам и, не здороваясь, сказал, что он решил прибавить всем принимальщикам по 50 копеек, а баночникам от 50 копеек до рубля в месяц, и обещал, что с ребятами не будут обращаться грубо.
Это была победа. Забастовка объединила молодых рабочих, укрепила их дружбу.
308


Так росло классовое самосознание молодого рабочего Алеши Бабицы- на.
Любовь к чтению привела Бабицына в библиотеку Общества самообразования, о которой он слышал от товарища. Как-то раз в 1911 году родители послали его в Вышний Волочек за покупками. Здесь, в библиотеке он встретился с Михаилом Ивановичем Артюхиным, сыгравшим большую роль в жизни Алексея Бабицына. Он руководил его чтением, вовлек в
А. А. Бабицын
Общество самообразования. Однажды в начале 1912 года Артюхин пригласил Бабицына к себе домой. Тут в дружеском разговоре узнал Алексей о том, что в Питере начинает выходить рабочая газета «Правда». Михаил Иванович рекомендовал подписаться на нее. С тех пор А. А. Бабицын — постоянный подписчик этой газеты и был одним из первых ее рабкоров. Он проводил среди рабочих читки газеты «Правда», участвовал в работе больничной кассы, за что его в 1913 году уволили с работы. Он поступил на другой завод. В 1914 году вступил в профсоюз.
Как активист профсоюза и рабочего кооператива, Бабицын не пришелся по нраву начальству завода, которое всячески придиралось к нему. В конце концов Алексей вынужден был уехать в Петроград. Друзья помогли ему устроиться на Охтенский пороховой завод, а затем на завод «Новый Парвиайнен» токарем. Здесь он в 1915 году вступил в РСДРП. По поручению парторганизации проводил среди рабочих агитационную работу.
За активное участие в забастовках в октябре 1915 года Бабицына уволили и с этого предприятия.
Товарищи из райкома достали Алексею фальши309


вый паспорт на имя Едовина. Так он поступил на завод Нобеля.
На заводе Бабицына выделили для связи с райкомом РСДРП (б), а затем выбрали в исполнительную комиссию районного комитета.
Вскоре снова увольнение, четырехмесячная сидка в «Крестах».
После Февральской революции Алексей приехал в Петроград, поступил на завод «Новый Парвиайнен» и включился в партийную работу, был председателем завкома профсоюза.
В дни Октября Бабицын с винтовкой в руках участвовал в штурме Владимирского военного училища на Петроградской стороне.
На 1-м Всероссийском съезде профсоюза металлистов Бабицына избрали кандидатом в члены ЦК союза. Он переехал в Москву. А спустя некоторое время, в 1919 году, Алексей был взят на работу в аппарат Центрального Комитета партии.
С осени 1920 года Бабицын на учебе в Коммунистическом университете имени Я. М. Свердлова, откуда выезжал на подавление кронштадтского мятежа. По окончании университета был направлен в Вышний Волочек, затем работал в Тверской рабоче-крестьянской инспекции.
Партия доверяла ему важные посты, он избирался членом Ленинградского горкома и губкома партии, секретарем Череповецкого окружкома и горкома партии, работал в Центральном Комитете, был делегатом XVI партконференции, XVI съезда партии, XIV Всероссийского съезда Советов, V съезда Советов Союза ССР.
В 1936 году Бабицын стал директором большого завода «Буровая техника», а затем ответственным сотрудником Министерства станкостроительной и инструментальной промышленности СССР, где и трудился до ухода на пенсию.
Таков славный путь старого большевика. Это путь тысяч и тысяч пролетариев, выросших в революционной борьбе за победу социалистической революции.
310


ГЕОРГИЙ ПАВЛОВИЧ БАКЛАЕВ
Г. П. Баклаев родился в 1894 году в Воронежской губернии. Член партии с 1912 года. Революционную деятельность начал смолоду, работая на заводах Петербурга. Уже в 1913 году за большевистскую агитацию и пропаганду запрещенной литературы подвергается аресту и высылке. Оказавшись в Харькове, Баклаев устанавливает связи с местными соГ. П. Баклаев
циал-демократами, ведет активную агитацию против войны, поддерживает тесные деловые отношения с большевиками Петрограда. В 1914—1915 годах его трижды арестовывают в Харькове. В 1915 году после одиннадцати месяцев тюрьмы высылают в Сибирь.
Отбыв ссылку, приезжает в Кимры. Участвует в создании партийной организации, ведет агитационно-пропагандистскую работу, часто выступает на партийных собраниях и митингах на предприятиях и в селах Кор- чевского уезда. В марте — августе 1917 года находится на посту председателя Кимрского Совета рабочих и солдатских депутатов.
Вскоре Баклаева вызывают в Тверь, где он работает секретарем центрального бюро профсоюзов, пропагандистом Тверской организации РСДРП (б). В октябрьские дни по заданию губкома он создает отряды солдат и направляет их на помощь революционной Москве. Сам руководит отрядом 5-го саперного полка, отправленного в Москву из Старицы.
После победы Октября Баклаев — член Тверского губисполкома, губернский комиссар труда, член губкома РКП (б). В ноябре 1919 года его откомандировывают в распоряжение ЦК РКП(б). В дальнейшем он занимает ряд ответственных постов в партийном и советском 311


аппарате. Ведет большую научно-педагогическую работу. С 1943 по 1955 год — профессор Московского авиационного института имени Орджоникидзе. Умер Георгий Павлович Баклаев в 1955 году.
АЛЕКСЕЙ ПЕТРОВИЧ БАРАНОВ
А. П. Баранов родился в 1896 году в Твери. В шестнадцать лет он поступает на вагоностроительный завод, работает слесарем. Здесь сближается с известными своими революционными взглядами рабочими Мальковым, Болотиным и Соколовым. Позднее старшая сестра Екатерина, активная участница забастовочного движения, ввела Алексея в семью Чесноковых — одних из первых тверских большевиков.
Шаг за шагом молодой рабочий втягивается в революционную борьбу, расклеивает на заводе листовки, доставляет по адресам партийные сведения, участвует в подготовке общезаводской стачки.
Спасаясь от ареста, Баранов уезжает в Петербург и поступает на Путиловский завод. Здесь он сразу же включается в партийную работу, участвует в забастовках и вскоре попадает в списки «неблагонадежных». Пришлось ему уходить с Путиловского. Он поступает токарем на металлический завод в Выборгском районе. В мае 1915 года партийная организация завода принимает А. П. Баранова в партию. Выполняя первое партийное поручение, он создает партийную группу в бомбочной мастерской. Потом ему удается достать гектограф, он размножает революционные песни, печатает листовки, изготовляет копии печатей и штампов для оформления паспортов. По заданию партийной организации Баранов достает и хранит у себя на квартире оружие. В 1915 году на квартире Баранова заседал комитет РСДРП Выборгской стороны, регулярно собиралась партийная группа мастерской.
В марте 1916 года Баранов был одним из организаторов забастовки на военном трубочном заводе на Васильевском острове. В апреле он подвергается аресту, пытается бежать из тюрьмы, но неудачно. 10 ноября 1916 года Баранова приговаривают к четырем годам заключения в крепости.
312


Из пересыльной тюрьмы «Кресты» он выходит после Февральской революции, возвращается на свой завод и включается в боевую работу: достает оружие, организует отряд Красной гвардии, становится во главе его.
После победы Октября Алексей Петрович возвращается в Тверь, поступает токарем на фабрику Берга, где его избирают председателем фабкома и членом Бергов- ского районного комитета партии. Под его руководством на фабрике осуществляется народный А. П. Баранов
контроль за производством, налаживается нормальная работа фабрики.
В 1918 году Баранов участвует в работе V съезда Советов. Затем его направляют в Бежецкий уезд. Здесь он налаживает партийную работу, помогает очистить местные органы власти от эсеров и анархистов.
В конце 1918 года Баранова избирают председателем Тверского горсовета. В 1919—1920 годы, будучи директором хлопчатобумажных фабрик, он организует заготовку сырья, продовольствия, обеспечивает бесперебойную работу «Пролетарки».
В 1921 году Баранов участвует в подавлении кронштадтского мятежа. Затем он вновь на руководящей хозяйственной работе до 1927 года. По окончании Пром- академии в 1930 году Баранов назначается председателем 3-го хлопчатобумажного треста, объединявшего многие фабрики подмосковных районов.
В годы Великой Отечественной войны Баранов занимал руководящие посты в оборонной промышленности, а в мае 1942 года ушел добровольно на фронт. Подполковник А. П. Баранов воевал под Сталинградом, награжден тремя орденами и шестью медалями.
До 70-летнего возраста, уже будучи персональным 313


пенсионером, А. П. Баранов не бросал работу. И по сей день он в строю, руководит партшколой, является председателем домкома поселка «Старый большевик» в Кратове под Москвой.
ЦЕЦИЛИЯ САМОЙЛОВНА БОБРОВСКАЯ (ЗЕЛИКСОН)
Рядовой подпольщик. Так называла себя, вспоминая трудные годы нелегальной работы, Цецилия Самойловна Бобровская (Зеликсон), человек исключительной скромности, настоящий большевик, видный деятель партии, близко знавшая В. И. Ленина и Н. К. Крупскую.
В годы становления партии ей, как агенту «Искры», приходилось выполнять задания редакции газеты, устанавливать и поддерживать связи с партийными комитетами в России, участвовать в их работе, вести деятельную подготовку по созыву II съезда партии.
И в нашем городе Цецилия Самойловна оказалась не случайно. Сама Ц. С. Зеликсон так объясняла это: «Мой выбор пал на Тверь (Калинин), как на город, который имел для меня ряд преимуществ: близость к Петербургу и Москве, наличие крупной фабрики (Морозовской текстильной), а также и то, что до своего ареста я как агент «Искры» была связана с Тверской партийной организацией, причем кое-какие адреса сохранились у меня в памяти».
Так она решила, находясь в санкт-петербургском доме предварительного заключения, где ожидала окончания следствия по делу о принадлежности к преступному сообществу «Харьковский комитет Российской социал- демократической рабочей партии».
В начале июня 1901 года Ц. С. Зеликсон была освобождена, а 12 июня появилась в Твери. Тверской полицмейстер сразу доложил губернатору о прибытии Зеликсон, а местная полиция установила надзор еще над одним из государственных преступников, обязанным пребывать в Твери до окончания следствия и объявления приговора.
Так началась жизнь Зеликсон в Твери, работа в земской управе в качестве статистика. Опа быстро устанавливает связи с Тверским комитетом РСДРП, его руководителями А. И. Гусевым, А. П. Смирновым. Уже пер314


вая встреча и беседа с ними ясно показали, что «Тверская организация была организация искровская».
Это находило свое подтверждение в массовой политической агитации среди рабочих и крестьян губернии, в широкой издательской деятельности Тверского комитета. Достаточно вспомнить, что в 1902—1903 годах комитет распространил свыше 60 названий различных прокламаций и среди них листовки «Искры», ОрганизационЦ. С. Бобровская (Зеликсон)
ного комитета, «Северно¬
го союза», Петербургского комитета РСДРП.
Зеликсон быстро стала одним из самых деятельных членов Тверского комитета и активно включилась в его работу, выступала перед рабочими на загородных сходках, вела занятия в кружках.
В кризисные дни, после жандармского налета в августе 1903 года, на плечи Ц. С. Зеликсон легла двойная нагрузка. Так получилось, что из оставшихся на свободе в Твери членов комитета она была более опытной и имела к тому же связи с «Искрой».
Но вскоре стало ясно, что за каждым шагом Зеликсон следят, что продолжать работу здесь нельзя. 5 октября она выбыла из Твери и в конце ноября приехала в Женеву.
Здесь и состоялась встреча с В. И. Лениным. Владимир Ильич подробно расспрашивал Ц. С. Зеликсон о повседневной жизни Тверской организации.
Встречи с В. И. Лениным, личное знакомство и продолжительные беседы на одном из крутых поворотов в жизни нашей партии оказались решающими на жизненном пути Цецилии Самойловны. В августе 1904 года по личному поручению Владимира Ильича она была направлена на работу на Кавказ — в Тифлис, в Баку, где 315


как член Бакинского комитета участвовала в подготовке и проведении известной бакинской забастовки в декабре 1904 года.
Прошло несколько месяцев, и Цецилия Самойловна принимает самое активное участие в первой русской революции. Она в этот период член Московского комитета большевиков, организатор Бутырского райкома партии. В последующие годы Ц. С. Зеликсон ведет партийную работу в Костроме, Иваново-Вознесенске, Москве. В годы первой мировой войны активно работает в Орехово- Зуевской партийной организации. Здесь же она встретила и Февральскую революцию. В октябрьские дни 1917 года Цецилия Самойловна — секретарь Московского окружного комитета партии.
После победы Великого Октября Зеликсон работает в комиссиях по рабочему контролю и по организации Московского совета народного хозяйства, затем в качестве заведующей военным отделом МК РКП (б), заместителя заведующей орготделом ЦК РКП(б).
С 1922 года Зеликсон ведет научную работу в Коммунистическом университете имени Я. М. Свердлова, в Институте В. И. Ленина. С 1928 по 1943 год находится на ответственной работе в аппарате исполкома Коминтерна. В 1944 году она вновь переходит на научную работу в Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. Умерла Цецилия Самойловна в 1960 году.
Коммунисты Советского Союза, в том числе и Калининской области, навсегда сохранят в своей памяти светлый и благородный образ Цецилии Самойловны Зеликсон.
ИВАН НИКИТИЧ ВИНОГРАДОВ
Родился в семье рабочего в 1892 году. Четырнадцати лет поступил на фабрику Берга, проработал семь лет, а затем был уволен за участие в забастовке.
Революционную деятельность начал в 1905 году. Он был активным участником массовок, распространял прокламации, участвовал в разборе железнодорожного полотна от Тверецкого моста до станции Кулицкая, чтобы задержать Семеновский полк, направляющийся из Питера в Москву на подавление Московского вооруженного восстания.
316


В 1912 году, после потрясшего всю Россию Ленского расстрела рабочих золотых приисков, Виноградов вступает в партию. С тех пор он ведет систематическую партийную работу. В 1913 году на Николаевской железной дороге руководит партийным кружком. По заданию партийного комитета организует мощную забастовку, за что был уволен с железной дороги.
В 1914 году по заданию Тверского комитета Виноградов едет в Питер, И. Н. Виноградов
поступает на судостроительный завод и сразу же включается в партийную работу. Он налаживает связи тверяков с питерскими рабочими, участвует в работе марксистского кружка. Почувствовав угрозу ареста, Иван Никитич возвращается в свою деревню Олбово, налаживает там агитационную работу среди крестьян, проводит массовки в Протасове, Пречистом Бору, в олбовской школе, в Николо-Малице, поддерживает связи с тверскими большевиками.
По заданию партийного комитета Виноградов работает в Твери на предприятиях, а в 1916 году переходит на вагоностроительный завод. Здесь он принимает горячее участие в воссоздании большевистской организации, разгромленной после майской демонстрации. Он входит в состав парткома завода, избирается членом Тверского комитета РСДРП (б). Накануне Февральской революции участвует в разработке секретного плана оказания помощи пролетариату Петрограда.
И. Н. Виноградов — активный участник подготовки и проведения в Твери Октябрьской революции. Был председателем Заволжского, потом Морозовского комитетов партии, создавал отряды Красной гвардии, организовал партийный клуб, участвовал в разоружении юнкеров Тверского кавалерийского училища.
317


После Октябрьской революции избирается в уездногородской комитет партии, входит в состав Тверского губкома, а также в состав городского и губернского исполкомов депутатов трудящихся, активно участвует в работе губернской ЧК.
В 1919 году с должности комиссара лесопильного завода Виноградов уходит на Западный фронт. Демобилизовался в 1922 году и стал работать на хозяйственной и партийной работе.
В 1948 году после тяжелой и продолжительной болезни И. Н. Виноградов скончался.
АЛЕКСАНДР ФЕДОРОВИЧ ГОРКИН
Родился в 1897 году в крестьянской семье, в селе Рамеш ки Селищинской волости Бежецкого уезда. В мае 1917 года окончил гимназию. Но подлинное образование, определившее всю дальнейшую судьбу Александра Горкина, он получил в марксистских кружках. В них Горкин работал и воспитывался начиная с 1914 года. В 1916 году вступил в партию большевиков.
Тверские большевики после Февральской революции развернули активную политическую пропаганду и агитацию в рабочей среде. Александр Горкин вместе с Поспеловым, Патрикеевым, Буровым, Макаровым и другими профессиональными революционерами вел работу на тверских заводах и фабриках, готовя пролетариат к захвату власти.
В бурные дни октября 1917 года А. Ф. Горкин находился в гуще событий. Сначала его кооптировали, потом избрали членом, секретарем, председателем Тверского губернского Совета рабочих и крестьянских депутатов. Входил А. Ф. Горкин и в состав губернского комитета партии большевиков.
Если посмотреть первые протоколы заседаний Совета, то раскрывается удивительная картина разнообразной деятельности нового органа власти. Борьба с саботажем, помощь Красной Армии, мобилизация населения на решение неотложных хозяйственных задач — все было в сфере внимания Советской власти.
Еще продол жалась гражданская война, бесчинствовали банды в лесах, голод и разруха грозили со всех сто- 318


рон, а губисполком решил «объявить конкурс на составление универсальных типовых проектов построек школ, сельских и городских народных домов, гигиенического крестьянского жилища». Советская власть смотрела в будущее!
Первые шаги Советов — это поиск. Все приходилось делать впервые. Полезное — в копилку опыта, а не оправдавшее себя — в архив. С первых же дней происходило совершенствование стиля руководства, борьба за А. Ф. Горкин
сокращение управленческого аппарата, забота о сбережении народной копейки, насаждение железной дисциплины.
Тверь — революционная колыбель Горкина. Здесь он получил первое боевое крещение, мужал, рос политически, закалял характер. Тверь посылала его своим избранником-делегатом на IV и V Всероссийские съезды Советов. Многими ответственными участками работы руководил А. Ф. Горкин в Твери. Кроме работы в Совете он — инициатор партийных курсов, секретарь губернского революционного трибунала, организатор уголовного розыска.
Тверская партийная организация была одной из сильных в молодой республике. В ней выковалось и закалилось крепкое ядро партийных работников. Некоторых из них Центральный Комитет партии посылал в другие губернии для усиления местных кадров. А. Ф. Горкина ЦК направил в 1919 году на работу сначала в Курскую, потом в Пензенскую губернию. Здесь он работал секретарем и членом коллегии ЧК, губернским организатором по работе в деревне, заведующим отделом народного образования.
Когда осложнилось положение на фронтах гражданской войны, Коммунистическая партия послала лучших 319


сынов в действующие войска Красной Армии. А. Ф. Горкин в составе 2-й Московской стрелковой бригады курсантов был тоже отправлен на фронт.
В 1921 году А. Ф. Горкин возвратился в Тверь. На X губернской партконференции его избрали в губернский комитет на пост секретаря. В характеристике, заверенной А. А. Ждановым, товарищи по работе называли Александра Федоровича «достойным членом Коммунистической партии, честным и преданным коммунистом».
Таким он остался на всю жизнь. Где бы ни работал А. Ф. Горкин (а работать по направлению ЦК приходилось в Киргизии и в Оренбурге, в Средневолжском крайкоме и в Москве), какой бы пост ни занимал (от агитатора партийного комитета до первого секретаря обкома партии, секретаря Президиума Верховного Совета СССР, председателя Верховного Суда СССР), он отдает делу всего себя.
Александру Федоровичу довелось девять лет работать под непосредственным руководством Михаила Ивановича Калинина в ЦИК СССР и Президиуме Верховного Совета СССР. Это была замечательная школа. Работая рядом с выдающимся партийным и государственным деятелем, А. Ф. Горкин постоянно учился у своего земляка, как надо выполнять заветы В. И. Ленина.
Александр Федорович, говоря о Калинине, отмечал: «Михаил Иванович вышел из народа и был для народа».
И о самом А. Ф. Горкине можно сказать: он вышел из народа и всего себя отдает народу. Скромный и простой в жизни, внимательный и душевный в обращении с людьми, принципиальный и твердый при решении вопросов, А. Ф. Горкин является достойным членом велич кой партии Ленина. Звание Героя Социалистического Труда, которого удостоен Александр Федорович Горкин в день своего семидесятилетия, — это признание его славных заслуг перед Родиной, советским народом, Коммунистической партией, делу которых он беззаветно служит всю свою прекрасную жизнь.
НИКОЛАЙ АЛЕКСЕЕВИЧ ДОЛГИРЕВ
Родился 28 ноября 1891 года в селе Сандово Весьегонского уезда Тверской губернии в семье рабочего-столяра. Одиннадцатилетним мальчиком едет на
320


заработки в Петербург. Проучившись три года в токарной мастерской, он переходит работать на кроватную фабрику Пре- славского подмастерьем. Здесь знакомится с рабочими - революционерами. Вместе с другими сверстниками ему поручают распространение листовок, прокламаций, воззваний. А когда на фабрике вспыхивает забастовка, Николай находится в первых рядах бастующих. Это не проходит для него даром. Дол- гирева увольняют и заН А. Долгирев
носят в «черный список». Николай переходит работать в хромолитографию Лапинера. Здесь в 1909 году вступает в РСДРП. Участвует в стачках, забастовках, рабочих демонстрациях. Настойчиво занимается самообразованием: изучает труды классиков марксизма.
В 1912 году за участие в демонстрации Долгирева арестовывают. Но вскоре освобождают за недостаточностью обвинения. Николай переходит на завод «Айваз», где ведет революционную работу.
Снова — арест, суд и ссылка в Якутскую губернию. Освобождение приходит с Февральской революцией. Долгирев возвращается в Петроград, где как член Нарвского райсовета участвует в Октябрьской революции. Спустя некоторое время с мандатом Петроградского Совета выезжает в Весьегонск, где хозяйничала местная контрреволюция.
По пути Долгирев останавливается в городе Красный Холм, организует из солдат местного полка отряд в 200 человек и к утру 28 января 1918 года прибывает в Весьегонск. Отряд с ходу занял тюрьму, здание воинского начальника. Местная воинская команда и небольшой белогвардейский отряд сдались без боя.
На другой же день в Весьегонске состоялся 1-й уездный съезд Советов рабочих, солдатских и крестьянских
21 Рядовые ленинской гвардии
321


депутатов и была установлена Советская власть. Съезд избрал временный исполнительный комитет. Председателем исполкома избрали Долгирева.
Позднее Долгирев возглавлял красноармейские отряды, участвовавшие в подавлении кулацкого восстания в Чамеровской волости и мятежа левых эсеров в Рыбинске в июле 1918 года.
Много сил и энергии отдал Николай Алексеевич укреплению Советской власти на селе, организации и налаживанию работы комитетов бедноты, изъятию излишков хлеба у кулаков.
Долгирев разъезжает по деревням, вместе с беднотой определяет в каждом хозяйстве урожай, распределяет среди нуждающихся хлеб. Вместе с комбедами он следит за аккуратной явкой по мобилизации и за поставкой конского поголовья и транспорта для Красной Армии.
22 сентября 1918 года состоялся уездный съезд Комбедов, на котором Долгирев выступил с докладом. Пэ его предложению съезд направил В. И. Ленину телеграмму, в которой делегаты заверили вождя революции, что комитеты бедноты будут всеми силами укреплять Советскую власть — защитницу интересов трудящихся.
15 ноября 1918 года на Тверском губернском съезде Советов Долгирев был избран председателем губернской чрезвычайной комиссии. Здесь наиболее ярко проявились его большевистский темперамент, неукротимая воля к победе и непримиримая ненависть к врагам—эти важнейшие качества большевика-ленинца.
Но недолго находился он на этом посту. В марте 1919 года Колчак развернул свои силы для выхода на Волгу. Партия объявила мобилизацию коммунистов на Восточный фронт, и в июне 1919 года Долгирев уходит добровольцем в действующую армию. Он назначается начальником политотдела 25-й Чапаевской стрелковой дивизии, затем — заместителем председателя ЧК Уфимской губернии.
Много дорог прошел Долгирев: возглавлял ЧК в городах Грозном, Пятигорске, Тереке, Рыбинске, был председателем ГПУ в Тюмени, секретарем Тобольского окружного комитета партии, начальником Иртышского пароходства.
322


Он прожил недолгую жизнь. В 1935 году в Омске смерть вырвала Николая Алексеевича из наших рядов. Его именем названа одна из лучших улиц города. До последних дней жизни Долгирев оставался верным солдатом ленинской партии.
ДМИТРИЙ СЕМЕНОВИЧ ЕПАНЕЧНИКОВ
Родился в городе Старице 22 августа 1904 года. Рано познал горе и нужду, с пятнадцати лет он работал по найму.
После Февральской революции, когда свежий ветер освобождения повеял над Россией, в Старице возникает множество кружков и групп, создается и Союз молодежи, который имел большевистскую направленность. Епанечников был руководителем этого союза. Объединенная в союзе молодежь восторженно встретила победу вооруженного восстания в Петрограде, приветствовала и поддерживала первые декреты Советской власти. Многие из членов Союза молодежи, в том числе и Дмитрий Епанечников, одними из первых вступили в партию. В декабре 1918 года Епанечников вступил добровольцем в Красную Армию и ушел на Южный фронт. В должности батальонного комиссара 294-го стрелкового полка участвовал во многих схватках с белогвардейщиной. По болезни был демобилизован и вернулся в Старицу.
15 ноября 1919 года Епанечникова избирают председателем Старицкого уездного комитета РКСМ, он входит в состав укома РКП (б). Ведет большую работу среди молодежи. Особенно много времени уделяет сельской молодежи.
Осенью 1920 года Епанечников избирается членом Тверского губкома РКСМ, работает в аппарате губкома заместителем секретаря. После окончания рабфака в 1922 году работает инструктором в аппарате ЦК РКСМ. С 1923 года секретарь Тверского губкома РКСМ.
Молодежь Тверской губернии хорошо знала и любила своего вожака. Он часто бывал в уездах, на крупных промышленных предприятиях, выступал с докладами, часто публиковал статьи в «Тверской правде» о роли комсомола в социалистическом строительстве.
В 1924 году Епанечников был участником XIII съезда РКП (б), а также делегатом IV Всероссийского съез-
21*
323


Д. С. Епанечников
да РКСМ. В сентябре 1924 года избирается секретарем Осташковского укома партии.
Это были трудные годы. В глухом уезде Епанечников много сделал для объединения крестьянской бедноты, добивался ее смычки с середняком, вовлекал в активную политическую жизнь немногочисленную тогда сельскую интеллигенцию. Его запомнили в уезде как отлично подготовленного партийного работника, хорошо знающего марксистско - ленинское
учение и умеющего применить его на практике.
Именно эти качества привели Епанечникова на учебу в Институт красной профессуры на экономическое отделение. После окончания института в 1932 году работал заведующим орготделом Ивановского обкома партии, а затем секретарем. Избирался делегатом XVII партийного съезда.
Жизнь Дмитрия Семеновича Епанечникова оборвалась в 1937 году.
ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ КАПИТОНОВ
Есть люди, жизнь которых как вспышка молнии: короткая и ослепительно яркая. Их жизнь и дела подтверждают народную пословицу: «Не годами, а делами славен человек». К таким и относится Павел Петрович Капитонов.
В свои девятнадцать лет он стал редактором губернской большевистской газеты в Твери. В возрасте, когда иные только учатся, Капитонов уже учил других. Он был не по годам зрелым человеком.
Родился Капитонов в 1899 году, а в декабре 1919 года смерть настигла его на посту председателя Тверско324


го уездно-городского комитета Российской Коммунистической партии (большевиков).
Четвертого декабря 1919 года «Тверская правда» писала много о Павле Капитонове. В статье А. А. Жданова говорилось:
«...Революция выносит на гребень волны новых людей, в ее недрах родятся и куются творцы будущего, нашего грядущего. Их жизнь — один порыв, одно устремление вперед... С веселой улыбкой приходят они и подставляют свои плечи под ношу борьбы и строительства, живым юмором скрашивая тяжести и невзгоды жизненной дороги. Легка и спора работа в их руках. Неутомимо и методично работают они, как неутомимо и методично идет в мир царство коммунизма... Таков был т. Капитонов и его жизнь».
В этой высокой оценке не было преувеличения. Она подтверждается фактами короткой, по славно прожитой жизни.
В 1916 году Капитонов вступает в РСДРП. Целиком отдается партийной работе, принимает участие в организации забастовок на морозовских и берговской фабриках. В феврале 1917 года выступает на митингах и собраниях, разоблачает политику Временного буржуазно-помещичьего правительства, громит соглашателей, резко полемизирует с меньшевиками и эсерами.
После Великого Октября его выдвигают секретарем партийного комитета в текстильном районе Твери. С тверским партизанским отрядом он выезжает на защиту Петрограда от немцев.
Вернувшись в Тверь в апреле 1918 года, Павел работает секретарем профсоюза текстильщиков, сотрудничает в губернской газете, редактором которой он стал впоследствии.
В начале 1919 года губком партии поручил Капитонову возглавить курсы советских работников. Он читал здесь лекции и доклады о международном и внутреннем положении, по вопросам советского строительства.
Летом 1919 года, когда с юга страны появилась новая опасность деникинского нашествия, принимаются меры к усилению партийной работы в угрожаемых районах страны. Павел Капитонов едет по путевке Центрального Комитета партии в распоряжение Курского губкома партии.
325


И вот он уже секретарь Фатежского уездного комитета партии. Деникинцы осенью 1919 года приближались к Фатежу. Капитонов в рядах^ 1-го Коммунистического отряда с оружием в руках участвует в боях с врагом.
В конце ноября 1919 года больной он возвращается в Тверь, его избирают председателем уездно-городского комитета РКП (б). Но организм Павла, надорванный чрезмерной нагрузкой, не устоял против испанки. 2 декабря 1919 года славного большевика не стало. 6 декабря Павла Петровича Капитонова торжественно похоронили возле путевого дворца, на площади Революции.
В Калинине есть улица его имени. Жизнь отважного юного большевика Капитонова, славного представителя поколения, проложившего нашим современникам дорогу к светлой и радостной жизни, яркий пример для юношей, обдумывающих свой путь.
ПРАСКОВЬЯ ФРАНЦЕВНА КУДЕЛЛИ
Весь жизненный путь Прасковьи Францевны — это путь профессионального революционера. В краткой биографической справке трудно даже бегло перечислить все то, что выпало на долю этой беззаветно преданной своему народу коммунистки. Ее первой юношеской политграмотой были произведения Некрасова. Они возбуждали у нее любовь и тягу к народу, ко всем униженным и обездоленным.
Приехав в 1878 году девятнадцатилетней девушкой в Петербург и поступив на Высшие женские курсы, Ку- делли включается, по ее словам, «в интересную, захватывающую жизнь». Она посещает студенческие кружки, зачитывается Чернышевским, увлекается журналом «Отечественные записки».
В 1893—1895 годах Куделли знакомится с марксистским учением. Она с глубоким интересом читает нелегальную брошюру «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?» еще неизвестного ей автора. Марксистскому развитию студентки способствовала ее активная литературная деятельность. Она сотрудничает в журналах, становится преподавателем в вечерней воскресной школе за Невской заставой. Здесь состоялись ее первые встречи с Н. К. Крупской.
326


В 1901 году за уча стие в студенческих де¬
монстрациях Куделли подвергается аресту и высылается в Псков. Здесь в те годы находилась опорная группа «Искры» (Лепешинский, Стопани, Красиков и другие), которая распространяла газету и собирала для нее материалы. Куделли устанавливает с группой связь, начинает посылать свои корреспонденции в «Искру».
В 1902 году Куделли возвращается в Петербург и входит в проП. Ф. Куделли
пагандистский кружок, затем берет на себя руководство марксистским кружком рабочих Монетноного двора. С этого времени начинается ее неутомимая деятельность в области партийной пропаганды.
Вскоре снова последовал арест и высылка в Тверь. Она поселяется за Волгой, на набережной Тверцы в доме Виноградова, сразу включается в партийную работу, становится членом Тверского комитета, ведет занятия в кружках, пишет листовки, выступает на собраниях.
В 1903 году Куделли вступает в партию. А через несколько месяцев ее арестовывают. «Состоящая под гласным надзором полиции в г. Твери дочь коллежского асессора Прасковья Францевна Куделли 21-го мая сего года была подвергнута жандармской полицией обыску и ввиду найденной при этом нелегальной переписки заключена под стражу в тверскую тюрьму, как привлеченная к обвинению в государственном преступлении», — доносил губернатору тверской полицмейстер. После четырехмесячного пребывания в тюрьме следует запрещение проживать в Петербурге, Твери во многих других городах. Так в 1904 году Куделли оказывается в Туле.
Все начинается сначала: связи с Тульским партийным комитетом, листовки, руководство кружком, избрание в состав комитета. За год подпольной партийной ра327


боты она завоевывает такой большой авторитет, что туляки посылают ее своим делегатом на Таммерфорсскую конференцию. Пока она присутствует на конференции, в ее тульской квартире был произведен обыск, нависла угроза очередного ареста. Куделли остается в Питере. Выполняет ответственные партийные задания за Невской заставой, избирается членом Петербургского комитета большевиков. Несмотря на слежку полиции, Куделли ведет большую пропагандистскую работу.
В 1912 году Куделли становится постоянным корреспондентом «Правды». В 1913 году активно включается в подготовку празднования первого в России Международного женского дня. В 1914 году руководит женским кружком, участвует в подготовке первого номера журнала «Работница», который получил ярко выраженное революционное направление. Снова арест, снова ссылка, теперь в Новгородскую губернию.
Вернулась в Петроград лишь в дни Февральской революции 1917 года. Работала в секретариате большевистской «Правды», а позже в «Известиях».
В период февраля — октября 1917 года Куделли отдает все силы, чтобы активизировать женские массы, сплотить женщин вокруг большевистских лозунгов. Она работает сотрудником и членом редколлегии журналов «Работница», «Работница и крестьянка».
В 1922 году Петроградский комитет партии поручает Куделли организацию Петроградского истпарта. С помощью актива Прасковья Францевна собрала обширный материал об истории Петроградской организации. Она провела совещание со старыми большевиками, создала комиссии по сбору документов. Она собирает также большой материал по истории Тульской, Тверской, Псковской парторганизаций, где ей пришлось работать. В 1930 году Куделли за активное участие в организации женского рабочего движения в России была награждена орденом Ленина.
Прасковья Францевна в течение многих лет была тесно связана с семьей В. И. Ленина, хорошо знала сестер Ильича, Н. К. Крупскую. Это была дружба глубоко идейных людей, связанных единой целью.
П. Ф. Куделли умерла 26 мая 1944 года на 85-м году жизни и похоронена на Коммунистической площадке Се- рафимовского кладбища в Ленинграде.
328


АНДРЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ МЕДОВ
А. А. Медов родился в семье вышневолоцкого рабочего в 1867 году. С одиннадцати лет пошел работать на фабрику Ермакова (ныне фабрика «Парижская коммуна»).
В 1883 году Медов вместе с братом переезжает к отчиму в Петербург и поступает на ткацкую фабрику Че- шера, что на Выборгской стороне. Здесь он сближается с революционно настроенными рабочими, участвует в забастовке. Попав в списки «неблагонадежных», Андрей в 1890 году переходит на фабрику «Паль» за Невской заставой. Здесь он руководит марксистским кружком, ведет агитацию, участвует в массовках. Спасаясь от ареста, в 1895 году Медов переходит на завод Семеникова, а затем на фабрику Гука. Здесь он продолжает революционную борьбу, участвует в забастовках, распространяет листовки, за что был уволен.
Спустя некоторое время Медову снова удается устроиться на фабрику Чешера. Теперь тут сложился кружок единомышленников, который тесно примыкал к «Союзу борьбы за освобождение рабочего класса». Медов вступает в этот кружок. С 1898 года он навсегда связывает свою жизнь с ленинской партией.
В 1897 году на фабрике проходит мощная забастовка, Медов был одним из активнейших ее организаторов. За участие в забастовке и за принадлежность к «Союзу борьбы за освобождение рабочего класса» Медов подвергается аресту. После годичного тюремного заключения его ссылают на три года в Вятскую губернию под гласный надзор полиции. Отбыв ссылку, Андрей приезжает в Вышний Волочек и поступает на фабрику «Волочек». Снова партийная работа, снова забастовка и снова арест. На этот раз его ссылают в Архангельскую губернию. Пробыл оп там до 1904 года и был освобожден по царской амнистии.
Андрей Алексеевич снова возвращается в Вышний Волочек и работает на фабрике.
После Февральской революции Медов входит в руководящее ядро Вышневолоцкой большевистской партийной организации, избирается в правление городской думы. Он был страстным политическим агитатором, много сделал по подготовке к захвату власти в городе. Он
329


выступал на собраниях, с трибуны городской думы разоблачал предательскую политику Временного правительства.
Сразу же после победы Октября А. А. Медов активно включается в работу по созданию надежного аппарата Советской власти. Он шесть раз подряд переизбирается в уком партии, состоит в комиссиях по чистке партии. В 1920 году Медов заведует уездным отделом здравоохранения, работает в потребкооперации.
В августе 1922 года по решению партийного комитета Медов переходит на должность заведующего хозяйством фабрики «Волочек». Здесь в полную силу проявляются незаурядные организаторские способности Медова. Благодаря его инициативе, настойчивости фабрика в тяжелые годы становления Советской власти продолжала бесперебойную работу, выпуская столь нужную стране продукцию.
Умер Андрей Алексеевич Медов в 1939 году.
НИЛ ЯКОВЛЕВИЧ ПОЗДНЯКОВ
Его многие знали в Калинине и области. Одни к нему обращались как к человеку, глубоко осведомленному в вопросах юстиции, другие слушали его рассказы о революционных октябрьских днях в Петрограде, о суровых годах Великой Отечественной войны. Особенно охотно он встречался с молодежью, и юные друзья отвечали ему горячей любовью.
Родился Н. Я. Поздняков в деревне Малое Городище Осташковского уезда в 1898 году. Вырос в большой бедной крестьянской семье. Мальчишкой пас скот, а потом работал на лесопильном заводе.
330


Молодость его прошла в революционные годы в борьбе за власть Советов. Плотник петроградского завода «Перун» Н. Я. Поздняков принимает активное участие в революционных событиях 1917 года. В марте партийная организация Петергофско - Нарвского района приняла его в партию большевиков, а в апреле оп был в числе передовых рабочих, встречавших вождя революции В. И. Ленина на Финляндском вокзале. В Н. Я. Поздняков
последующие месяцы
молодому красногвардейцу не раз приходилось видеть и слышать Владимира Ильича, и это сохранилось в памяти на всю жизнь. Рабочий-большевик пошел по ленинскому пути. Он участвует в штурме Зимнего дворца, потом работает на родине инструктором укома партии, сражается с кулаками и белогвардейцами в отряде ЧОН, служит в Красной Армии. В составе войск Южного фронта артиллерист Н. Я. Поздняков участвует во взятии Перекопа.
В годы строительства социализма Нил Яковлевич выполняет много ответственных поручений партии. Инструктор-организатор Житомирского губкома партии, член Тверского губсуда, прокурор в Минусинске и Бийске, прокурор Алтайского края, — всюду Поздняков горячо отстаивает интересы нашей страны, социалистическую законность, советский правопорядок.
Когда началась Великая Отечественная война, Н. Я. Поздняков пошел добровольцем на фронт. Он был в числе калининцев-политбойцов, которые в самые трудные месяцы войны показывали пример стойкости и, как подобает коммунистам, личным примером мужества звали советских людей на отпор гитлеровским полчищам. Все военные годы Нил Яковлевич на фронте. На всех постах: прокурора корпуса и армии, ответственного ра- 331


ботинка тыловых служб 2-го Украинского, 2-го Прибалтийского, 2-го Белорусского, Северной группы войск — он с честью выполняет задания командования и за мужество и отвагу награжден многими орденами и медалями.
В послевоенные годы Н. Я. Поздняков, несмотря на болезни и преклонный возраст, все свои силы отдает воспитанию советских людей в духе патриотизма, коммунистических идеалов. Сердце большевика билось по- молодому горячо, страстно. Человек большой души и огромного жизненного опыта неустанно призывал любить свою Родину и не жалеть сил для победы великого ленинского дела.
Умер Н. Я. Поздняков в январе 1972 года.
ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ ПОСПЕЛОВ
Родился в 1898 году. Рано приобщился к революционному движению. Путь к марксизму у Петра Николаевича был ясным и прямым. Сын служащего Кузнецовского фаянсового завода, он с детства вращался в рабочей среде и рано впитал в себя идеи передового класса. Учась в тверской гимназии, затем в Московской сельскохозяйственной академии, П. Н. Поспелов познакомился с революционно настроенными людьми — А. А. Ждановым, А. Ф. Горкиным и другими, принимал активное участие в работе нелегальных революционных кружков. В 1916 году Тверская партийная организация принимала в свои ряды уже достаточно образованного марксиста. П. Н. Поспелову поручали вести революционную пропаганду и агитацию среди рабочих Твери. Его часто видели среди ткачей и прядильщиков Морозовских фабрик, на предприятиях Берга и Залогина.
И не случайно поэтому, когда в августе 1917 года встал вопрос об избрании секретаря организации профсоюза текстильщиков, ткачи назвали имя Поспелова. Многое сделал Петр Николаевич по сплочению рабочих вокруг большевиков! Тверские текстильщики были в первых рядах революционного пролетариата. В канун вооруженного восстания в Петрограде, 23 октября 1917 года на многотысячном собрании ткачи Морозов- ской фабрики приняли следующую резолюцию: «Надо 332


готовиться к общему решительному выступлению всего революционного пролетариата. Мы заявляем, что всеми силами поддержим наших московских и петроградских товарищей в решительной борьбе между трудом и капиталом, в борьбе за власть Советов, которая одна только в настоящий момент еще может спасти страну и упрочить завоевания рабочего класса».
28 октября 1917 года, на третий день после победы революции в Петрограде, Тверской Совет рабочих и солдатских депутатов принял решение о переходе в руки Совета всей власти в городе.
Революция победоносно шла по России. Но свергнутые эксплуататорские классы бешено сопротивлялись, они поднимали мятежи и восстания, расправлялись с активистами на местах. Особенно тяжелое положение создалось в Сибири. Здесь вспыхнул контрреволюционный мятеж чехословацкого корпуса. На огромной территории распространилась власть Колчака.
Лучших своих сынов ленинская партия посылала в сибирские подпольные организации для подъема трудящихся на отпор врагу. Весной 1918 года с группой товарищей был направлен в Сибирь и П. Н. Поспелов. Он работал в Челябинской подпольной большевистской организации. В мае 1920 года П. Н. Поспелов снова возвратился в Тверь. Партийная конференция избрала его членом губернского комитета партии; ему поручили заведовать агитпропотделом губкома. До 1924 года П. Н. Поспелов возглавлял идеологическую работу в губкоме, а затем был выдвинут в аппарат Центрального Комитета партии.
С 1926 года Петр Николаевич учился на курсах марксизма-ленинизма при Коммунистической академии, потом в Институте красной профессуры.
Многие годы Петр Николаевич работал в Центральном Комитете партии. От заместителя заведующего Отделом пропаганды и агитации вырос он до секретаря ЦК КПСС, кандидата в члены Президиума ЦК партии.
Весом вклад Петра Николаевича в историческую науку. Имя академика П. Н. Поспелова значится на титульных листах многих фундаментальных трудов. Петр Николаевич — председатель главной редакции многотомной «Истории Коммунистической партии Советского Союза», председатель редакционной комиссии
333


П. И. Поспелов
шеститомной «Истории Великой Отечественной войны Советского Союза 1941 —1945 гг.», руководитель и член авторского коллектива трех изданий научной биографии В. И. Ленина.
Петр Николаевич несколько лет возглавлял кафедры истории КПСС в Высшей партийной школе и Академии общественных наук при ЦК КПСС. Длительное время он руководил коллективом Института
марксизма-ленинизма при Центральном Комитете партии.
Много трудится Петр Николаевич над разработкой теоретических вопросов. В его трудах освещается славный путь первой в мире страны социализма, героической борьбы Коммунистической партии Советского Союза.
Работы П. Н. Поспелова «В. И. Ленин и задачи строительства коммунизма», «Ленинизм и строительство коммунизма» ярко раскрывают величие идей вождя, их значение для нашей страны, для братских коммунистических партий, для всего прогрессивного человечества.
Труд Петра Николаевича «Исторические пути и уроки Великой Отечественной войны» убедительно показывает источники силы и могущества нашей социалистической Родины, победившей злейшего и опаснейшего врага человечества — германский фашизм.
Вопросам укрепления интернациональной солидарности трудящихся, деятельности нашей партии на международной арене посвящены работы П. Н. Поспелова «Международное товарищество рабочих и торжество его идей», «Развитие братских отношений между КПСС и СЕПГ».
Характерной особенностью научных трудов Петра Николаевича является их глубина, строгий классовый подход автора к оценке фактов и явлений, яркая публици334


стичность. Сочетание этих черт пс случайно. Всю жизнь Петр Николаевич связан с печатью. Он стоял у колыбели тверских большевистских газет и журналов, а позднее принимал активное участие в работе центральных органов печати — был членом редколлегий журнала «Большевик» и газеты «Правда». С «Правдой» у Петра Николаевича связан большой и важный период жизни: с 1940 по 1949 год он редактировал центральную газету нашей партии.
Многие калининцы, которым довелось встречаться с Петром Николаевичем, не переставали поражаться его исключительной простоте и скромности, удивительной отзывчивости и сердечности в отношениях с людьми, его трудолюбию и работоспособности.
Петру Николаевичу Поспелову идет восьмой десяток. Но он полон сил, энергии и отдает людям весь жар своего большого, неуемного сердца. Академик, Герой Социалистического Труда, боец славной ленинской гвардии в строю!
ДМИТРИЙ МИХАЙЛОВИЧ склизков
Д. М. Склизков родился в 1887 году в деревне Го- родня Новинской волости Тверской губернии в семье крестьянина-бедняка. В 1900 году Дмитрий поступил рабочим на ткацкую фабрику «Товарищества Тверской мануфактуры». Фабричная среда оказала большое влияние на юношу. Он начинает прислушиваться к голосу передовых рабочих, а затем и разделять их взгляды на необходимость борьбы против хозяев.
Социал-демократы вскоре обратили внимание па Дмитрия Склизкова. Этот деревенский парнишка отличался выдержкой, быстрой сметкой и глубокой преданностью товарищам по работе. Его понемногу начали вовлекать в революционную работу, и в 1903 году он стал членом Российской социал-демократической рабочей партии. С тех пор Дмитрий — один из активных работников Тверской партийной организации. Выполняя задание партии, Склизков переходит на фабрику Зало- гина для организации здесь политической работы.
В 1905 году Склизков был избран членом Тверского комитета РСДРП и назначен ответственным руководителем подпольной типографии.
335


В октябре 1905 года в ходе всеобщей политической стачки создается Тверской Совет рабочих депутатов. Рабочие фабрики Залогина в числе своих депутатов назвали и Дмитрия Михайловича Склизкова. Он становится членом руководящего органа Совета — стачечного комитета.
По поручению Тверского комитета РСДРП и Тверского Совета Д. М. Склизков не раз выезжал в деревни Новинской волости — одной из наиболее революционных в губернии. Здесь он вместе с крестьянскими вожаками А. Хромовым, Ф. Громовым ведет политическую агитацию среди крестьян.
В дни декабрьского вооруженного восстания Д. М. Склизков — один из руководителей боевых рабочих дружин.
После поражения декабрьского восстания Д. М. Склизков был вынужден перейти на нелегальное положение. Несколько месяцев он скрывался от полицейских ищеек у себя на родине в Новинской волости.
В январе 1906 года после провала подпольной типографии Тверского комитета Д. М. Склизков возглавил дерзкую операцию по экспроприации типографии губернского земства. Оборудование типографии было спрятано в окрестных селениях. В апреле Д. М. Склизков вместе с А. Д. Хромовым восстановили типографию и выпустили несколько листовок Тверского комитета, в том числе первомайскую.
В 1908 году Склизкова арестовали. Но за неимением улик он вскоре был освобожден. Чтобы избавиться от надзора полиции, Дмитрий уезжает в Петербург. И здесь, как и в Твери, он в самом центре революционной борьбы.
В сентябре 1915 года Склизков поступил слесарем на завод «Новый Лесснер». Установив связи с передовыми рабочими, он помогает создать на заводе большевистскую организацию и профсоюз металлистов.
За участие в забастовке в марте 1916 года Склизков вместе с другими активистами был уволен с завода. Но рабочие «Нового Лесснера», руководимые большевиками, сумели добиться восстановления на работе уволенных забастовщиков.
«Хотя не солдат, а воевать приходится», — пишет Склизков в письме брату 28 августа 1917 года.
После победы Великой Октябрьской социа-
336


Д. М. Склизков
диетической революции Петроградский комитет партии командировал Д. М. Склизкова в Тверской уезд. Склизков ведет большую работу в уездной партийной организации. Его избирают председателем уездного комитета партии. Весь свой опыт и энергию он направляет на создание сельских и волостных ячеек партии, волостных Советов, на укрепление партийных организаций села, разъясняет крестьянам политику большевиков, ведет борьбу против меньшевиков и эсеров.
В ноябре 1918 года Д. М. Склизкова избрали председателем Тверского уисполкома.
В 1919 году, когда грозная опасность нависла над революцией, Дмитрий Склизков — комиссар 151-го стрелкового полка 17-й дивизии, действовавшей на Западном фронте. В одном из писем с фронта он пишет: «На долю мою выпал счастливый жребий с такими молодцами защищать революцию».
В сентябре 1919 года 151-й полк находился на передовой линии фронта. 10 сентября развернулись ожесточенные бои за обладание укрепленными позициями на реке Сожь. Под ураганным огнем противника комиссар Склизков поднял полк в наступление. Воодушевляя красноармейцев личным примером, он первым подошел к проволочным заграждениям. Здесь отважного комиссара сразила неприятельская пуля.
Тело Д. М. Склизкова было доставлено в Тверь, и 16 сентября его с почестями похоронили в братской могиле героев Революции. За мужество и храбрость, проявленные в бою, за подвиг свой комиссар Д. М. Склизков приказом Реввоенсовета республики от 24 марта 1920 года № 144 посмертно награжден орденом Красного Знамени.
22 Рядовые ленинской гвардии
337


АПОЛЛИНАРИЯ ГЕОРГИЕВНА СОЛОВЬЕВА
А. Г. Соловьева родилась в 1892 году в селе Максатиха Бежецкого уезда. Отец ее был волостным писарем.
Еще в деревне Аполлинария познакомилась с произведениями передовых русских писателей, с критическими статьями Чернышевского, Белинского, Добролюбова, Писарева. Идеи писателей-демократов находили отклик в душе девушки, заставляя задумываться над происходящим вокруг.
Свой трудовой путь Аполлинария начинает в Вышнем Волочке, в канцелярии уездного съезда мировых судей. Здесь она познакомилась с М. И. Артюхиным. Он оказал на нее большое влияние и впоследствии стал ее товарищем по революционному подполью.
В начале 1913 года под влиянием социал-демократических идей в городе возникает молодежный кружок. Организатором и руководителем его была А. Г. Соловьева. Вначале кружковцы изучали историю русской литературы. Но вскоре знакомство с марксистской литературой, чтение «Правды», которую передавали друзья, внесло коренные изменения в ход занятий. Занятия стали носить политический характер.
В январе 1914 года кружок был зарегистрирован в Петербургском комитете РСДРП. Он принял название «правдистского» кружка большевиков. В том же 1914 году Аполлинария вступила в партию.
Аполлинарию Георгиевну часто видели в цехах фабрики Рябушинских беседующей с рабочими. В феврале — марте 1917 года она активно участвует в создании на предприятиях боевых большевистских групп. На фабрике «Таболка» распространяет «Правду» и другую партийную литературу, ведет большую пропагандистскую работу.
20 марта 1917 года в доме на Валдайской улице состоялось первое легальное собрание вышневолоцких большевиков. Был избран партийный комитет. А. Г. Соловьеву избрали в состав комитета.
Когда в Вышневолоцком Совете была создана фракция большевиков, в нее в числе других вошла А. Г. Соловьева.
С победой Февральской революции стали вос-
338


А. Г. Соловьева
станавливаться и вновь создаваться массовые рабочие организации, профессиональные союзы. Возглавила эту работу в Вышнем Волочке Аполлинария Георгиевна. В апреле 1917 года она выступила одним из инициаторов создания общего профсоюза в городе.
Лаконичные записи в дневниках А. Г. Соловьевой — это летопись ее активной и многогранной деятельности в первые годы после Октябрьской революции. «Избрана секретарем укома РКП (б)... Избрана секретарем исполкома Совета рабочих и солдатских депутатов... Редактирую женскую страницу в местной газете... Избрана секретарем и председателем уездного профбюро, членом уисполкома...»
В 1918 году она заведует уездным отделом социального обеспечения в Вышнем Волочке. Опираясь в этом трудном и хлопотливом деле на широкие массы работниц, Соловьева создает детские дома, ясли, сады, детские столовые.
Долгое время она работала в аппарате Тверского губкома и окружкома, Калининского обкома партии, преподавателем истории партии в советско-партийной школе, а затем в областном партийном архиве. Кропотливо собирала все документы тех лет: листовки, про кламации, воззвания, воспоминания участников революционных боев с царским самодержавием, Великой Октябрьской социалистической революции и гражданской войны.
Сейчас Аполлинария Георгиевна — персональный пенсионер. Где бы ни была, на каком бы посту ни работала, она всегда оставалась верной дочерью ленинской партии.
22*
339


КОНСТАНТИН СТЕПАНОВИЧ СУРАТОВ
К. С. Суратов родился в 1885 году в деревне Тавоно- во Тверской губернии. Еще мальчиком был отдан в пастухи, скитался по деревням в поисках скудного заработка. Затем долгое время работал в пекарнях Твери и Петербурга.
Начало революционной деятельности Суратова относится к 1900—1905 годам, когда он участвовал в забастовках, на митингах, посещал рабочие собрания. В 1905 году в Твери принимал участие в задержании Семеновского полка, ехавшего по железной дороге из Питера в Москву на подавление Московского вооруженного восстания.
С 1906 по 1909 год служит солдатом в царской армии. По возвращении из армии работает в пекарнях Питера, тесно сближается с революционно настроенными рабочими, выступает организатором забастовок рабочих пекарен и мукомолен столицы.
Наиболее активную революционную деятельность ведет в 1910—1915 годах. В 1910 году вступает в партию, подготавливает мощную забастовку пекарей Выборгского района. В 1916 году по рекомендации Выборгского комитета партии выезжает в Тверь, так как в столице больше оставаться нельзя было из-за преследований полиции.
В дни Февральской революции состоит членом партийного комитета Морозовского района, избирается членом городской думы. Ведет большую работу по созданию профессиональных союзов среди рабочих пищевой промышленности.
После Октября по заданию губкома партии выезжает в уезды губернии, создает комбеды в Весьегонском, Краснохолмском и других уездах.
В 1919 году уходит добровольцем в Красную Армию, попадает на Западный фронт, участвует в создании партийных ячеек и кружков в частях, занимает должность военкома 465-го стрелкового полка. После демобилизации работает председателем исполкома горсовета в Твери.
В августе 1920 года по рекомендации ЦК союза пищевиков направляется на Северный Кавказ, где прини-
340


К. С. Суратов
мает активное участие в организации профсоюзов. После возвращения из длительной командировки остается в Москве, работает заведующим экономическим отделом ЦК профсоюза пищевиков.
Последние годы — снова в Калинине, работает в правлении потребительского общества, заведует производственным отделом. Несколько лет занимает должность инструктора городского комитета партии, избирается председателем обкома союза рабочих коммунального хозяйства.
В 1957 году вышла в свет книга Константина Степановича Суратова «Партии рядовой», в которой автор подробно рассказал о своей большой и трудной жизни.
Умер К. С. Суратов в 1957 году.
АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ ТОДОРСКИЙ
Родился в сентябре 1894 года в деревне Деледино Молоковского уезда в семье дьякона, впоследствии священника. Мать Тодорского — учительница.
Учился Александр в сельской школе, затем поступил в Краснохолмское духовное училище. Продолжил образование в Тверской духовной семинарии.
С 1914 года жизнь Тодорского тесно связана с армией. Он уже в годы империалистической войны окончил школу прапорщиков. В чине офицера участвовал в боях, был дважды ранен. После Февральской революции избирается председателем полкового комитета.
После роспуска старой армии Тодорский приезжает на родину и является в распоряжение Весьегонского уисполкома. Исполком поручает ему наладить выпуск первой советской газеты в уезде. 2 июня 1918 года под редакцией Тодорского вышел первый номер газеты «Из-
341


вестия Весьегонского Совета». Затем был налажен выпуск партийной, молодежной и женской газет.
В июне 1918 года А. И. Тодорский вступает в партию, избирается в уисполком. Вместе с весьегонским красногвардейским отрядом участвует в подавлении контрреволюционного мятежа в Рыбинске, командует отрядом по борьбе с дезертирами.
По поручению укома партии Тодорский написал книгу «Год с винтов- получила высокую оценку
В. И. Ленина.
В 1919 году Тодорский утверждается редактором газеты «Известия Тверского губернского Совета». На этом посту Александр Иванович пробыл недолго, так как уехал в действующую армию. Опытный командир и незаурядный военачальник воевал с врагами революции на Южном, Кавказском и Туркестанском фронтах. За боевые заслуги награжден четырьмя орденами Красного Знамени.
В 1925 году Тодорский издает книгу «Красная Армия в горах», где обобщает опыт гражданской войны.
В 1927 году А. И. Тодорский окончил Военную академию имени Фрунзе. Был командиром и комиссаром стрелкового корпуса, командовал войсками Белорусского военного округа. В дальнейшем — начальник военноучебных заведений Красной Армии, заместитель начальника Главного политического управления армии, начальник и комиссар Военно-воздушной академии имени Жуковского, начальник управления военных высших учебных заведений. Уже в мирное время был награжден орденом Красной Звезды. В августе 1955 года ему было присвоено звание генерал-лейтенанта.
342


Уйдя в запас, А. И. Тодорский оставался страстным пропагандистом славных боевых традиций Советской Армии.
Умер А. И. Тодорский в 1965 году.
ЕЛЕНА ИВАНОВНА ТРОИЦКАЯ
Е. И. Троицкая родилась в 1897 году в селе Туши- тове Весьегонского уезда Тверской губернии. Революцию 1905 года в семье Троицких встретили сочувственно. В доме часто собиралась молодежь, пели революционные песни.
После окончания церковноприходской школы девятилетнюю Лену отвезли в Тверь и отдали в коммерческое училище. Здесь большое влияние на Лену оказала ее одноклассница Шура Алексеева. Она вовлекла Троицкую в политический кружок учащейся молодежи, организованный большевиком А. И. Криницким. Участники подпольного кружка знакомились с программой и тактикой большевиков, здесь формировались их политические взгляды, крепло убеждение, что их жизненный путь — революционная борьба.
В марте 1916 года Елена Троицкая была принята в члены партии и включена в состав пропагандистской коллегии, созданной Тверским комитетом РСДРП.
По поручению комитета Троицкая под подпольной кличкой «Варя» проводила занятия в кружке работниц берговской и морозовской текстильных фабрик.
В апреле 1916 года ее кооптировали в состав Тверского комитета РСДРП.
На собраниях рабочих кружков Елена Ивановна знакомит участников с ленинскими лозунгами об отношении к войне.
Осенью Е. И. Троицкая уезжает в Москву и поступает учиться в коммерческий институт. Здесь она установила связь со студентами-большевиками, ей было поручено вести занятия в кружке работниц-швейниц.
Февральскую революцию Троицкая встречает в Москве. Она входит в комитет по созыву первой районной партийной конференции Замоскворечья, проводит выборы делегатов на конференцию в партийных ячейках предприятий района. Она член комиссии по агитации и пропаганде при Замоскворецком райкоме партии, выступа-
343


ет на рабочих собраниях, разоблачая политику меньшевиков и эсеров. Е. И. Троицкая — одна из организаторов в Замоскворечье Союза молодежи «III Интернационал», первый его секретарь.
В дни октябрьского вооруженного восстания Елена Ивановна — секретарь Замоскворецкого ВРК, выполняет ответственные поручения по связи и разведке.
В октябре 1918 года
Е. И. Троицкая Троицкая возвращается в
Тверь. Тверская партийная организация поручает ей руководить работой среди женщин. Она возглавляет созданное при уездно-городском комитете партии бюро по организации женщин. Елена Ивановна каждый день на текстильных фабриках, в казармах, в общежитиях рабочих. Первое большое практическое дело — выборы делегаток на морозовской и берговской фабриках, организация делегатских собраний. Делегатские собрания стали авторитетной организацией, с решениями которой считались и хозяйственные органы. Справедливые требования делегаток неукоснительно выполнялись, и это особенно подняло авторитет собраний.
По инициативе Е. И. Троицкой в «Тверской правде» начали издаваться «Странички работницы», ставшие хорошим помощником в воспитании женщин.
В 1919 году был организован губженотдел и Троицкую назначили заведующей. Женотдел многое сделал для приобщения тверских работниц и крестьянок к строительству новой жизни в первые, самые трудные годы Советской власти.
В феврале 1920 года на VII губернской партийной конференции Е. И. Троицкую избрали в состав губкома. Она активно участвовала в подготовке и проведении съезда крестьянок.
344


В конце 1920 года Е. И. Троицкая уехала в Москву. Здесь она поступила в Свердловский университет. По окончании университета ее зачислили в пропагандистскую группу ЦК РКП (б) и направили на работу в Донбасс.
С 1932 по 1935 год Троицкая учится в Институте красной профессуры. Окончив его, она целиком посвящает себя идеологической работе, став квалифицированным преподавателем истории КПСС в вузах.
Сейчас Е. И. Троицкая — персональный пенсионер. Но и теперь она выступает с докладами, с воспоминаниями на предприятиях и в школах. Она — одна из активных организаторов Музея революционного Замоскворечья при Москворецком райкоме КПСС.
ИВАН ТРОФИМОВИЧ ТРОФИМОВ
И. Т. Трофимов родился в 1883 году в деревне Леуз- дово Мольнинской волости Бельского уезда в бедной крестьянской семье. В двенадцать лет его отправили в Петербург, где он устраивается учеником в механические и слесарные мастерские Нэляндера, а затем учеником токаря на тормозной завод.
Ваня не только работал на заводе, но и учился в школе для рабочих, посещал общеобразовательные лекции, его часто видели с книгой.
На серьезного парня обратили внимание члены социал-демократической организации завода. Они открывают ему доступ к запрещенной литературе, приглашают на нелегальные собрания рабочих. Вскоре Трофимов начинает выполнять партийные поручения: распространяет революционные листовки и брошюры среди рабочих.
В 1904 году Трофимов вступает в партию. Теперь по поручению партийных комитетов он часто выступает на нелегальных собраниях, собирает для большевистских агитаторов сведения о тяжелой жизни рабочих на различных предприятиях Питера, организует забастовки.
Осенью 1905 года Трофимов приезжает в Мольнин- скую волость, рассказывает крестьянам о расстреле рабочих в столице, о революции, охватившей всю Россию, читает листовки. Он организует на родине мощное восстание крестьян против местного богатея князя Мещер-
345


И. Т. Трофимов
ского. По возвращении в Питер Трофимов подвергается аресту и под конвоем доставляется в свой уезд, где был осужден к двум с половиной годам тюремного заключения.
Выйдя из тюрьмы, Иван Трофимович приезжает в Петербург, устраивается на работу, устанавливает связи с большевистской организацией, ведет агитацию на заводах и фабриках города.
После Февральской революции Трофимов по заданию партийного ко¬
митета выступает на митингах, разоблачает предательскую политику Временного правительства. Для укрепления связи с деревней ом выезжает в свою волость. В августе 1917 года крестьяне избирают Ивана Трофимовича на 1-й уездный съезд крестьянских депутатов. А съезд избирает его членом президиума исполкома уездного Совета.
После победы Октября Иван Трофимович работает заведующим различными отделами исполкома. В феврале 1918 года эсеры и меньшевики подняли в городе Белом кровавый мятеж. Был зверски убит председатель уисполкома. Место погибшего товарища занял Трофимов. Он многое делает для укрепления органов Советской власти в уезде, подбирает преданные делу революции кадры, беспощадно расправляется с бюрократами и волокитчиками, часто выезжает в волости, помогает наладить работу, является одним из инициаторов и создателей первых сельскохозяйственных коммун в уезде.
Энергичный, всем сердцем болеющий за дело революции, Трофимов рвется на фронт, но на его заявлении появляется виза: «Отказать». По заданию губкома партии Трофимов работает в Духовщинском уезде, а затем уполномоченным по ликвидации эсеровско-кулацких банд в Бельском, Поречском и Духовщинском уездах. На губернской партийной конференции Трофимов изби346


рается членом губкома и снова направляется на партийно-советскую работу в Бельский уезд.
Будучи одновременно председателем уисполкома и укома партии, Трофимов часто выезжает в волости, выступает на собраниях и митингах, разъясняет крестьянам политику Советского правительства. 16 сентября 1920 года он 1приехал в Мольню для проведения перевыборов волисполкома. Потом он поехал в деревню Орехово, чтобы принять меры к восстановлению мельницы и лесопильного завода. В контору лесопильного завода, где проходило совещание волостных работников, ворвалась банда Маченикова. Обезоруженного и связанного Трофимова привезли в Мольнинский волисполком и здесь 16 сентября 1920 года он был убит врагами Советской власти.
СЕРГЕЙ ИВАНОВИЧ ФУНТИКОВ
Родился в 1861 году в деревне Васильково Весьегон- ского уезда (ныне Краснохолмского района). В молодости уехал в Петербург, где работал токарем на Се- мянниковском заводе. Революционную деятельность начал в группе М. И. Бруснева.
В 1891 году С. И. Фунтиков участвовал в похоронах писателя-демократа Н. В. Шелгунова, превратившихся в массовую политическую демонстрацию. Он был также участником первой русской маевки, проведенной в Петербурге в 1891 году.
Сохранились воспоминания о том, что В. И. Ленин, бывая в рабочих районах, познакомился с Фунтиковым и очень уважал его. В первом томе «Истории КПСС» указывается, в частности, что на дискуссии В. И. Ленина с народниками на Васильевском острове, проведенной в апреле 1894 года, присутствовал рабочий Фунтиков.
Интересные воспоминания о петербургском периоде деятельности Фунтикова оставил старейший рабочий- революционер И. В. Бабушкин: «Человек, которому я был представлен, был рослый, представительный мужчина с проникающим насквозь суровым взором. Его взгляд пронзил меня до самого нутра, и я не на шутку растерялся... Окладистая большая русая борода вызы-
347


С. И. Фунтиков
вала у меня особое почтение и уважение к этому человеку...»
Далее И. В. Бабушкин пишет: «Отпугивающий меня на первых порах Ф., конечно, не оставил нас без внимания. Он старался при всяком возможном удобном случае влиять на нас и растолковывать непонятные для нас вопросы. Он производил на нас впечатление, и мы его прозвали Патриархом, чувствуя к нему особое уважение».
С. И. Фунтиков был
одним из первых наставников профессионального революционера И. В. Бабушкина, вместе с другими передовыми рабочими он принимал участие в борьбе против народников.
Летом 1894 года царская полиция выследила и арестовала С. И. Фунтикова. В декабре того же года его выслали в Весьегонский уезд. Затем Фунтиков получил разрешение на въезд в Тверь, где поступил работать на строившийся вагонный завод. Несмотря на строгий полицейский надзор, он организовал рабочий кружок и стал его руководителем. Товарищи по работе полюбили его за смелость, бескорыстие и полное пренебрежение к личному благополучию. Рассказывают, что, имея хорошую специальность токаря то металлу, Серге?! Иванович зимой и летом ходил в старом, замасленном пиджаке, в прохудившихся штиблетах, одетых на босу ногу. Все свои сбережения он отдавал делу революции.
Этот железный человек, казалось, не знал усталости. Обманывая многочисленных полицейских шпиков, он устраивал в лесу за Горбатым мостом рабочие сходки, читал товарищам революционную литературу, вел переписку с ссыльными других городов.
В июле 1899 года Тверская полиция арестовала Фунтикова, о чем сообщалось:
348


«...Произведенным у него обыском обнаружено много преступных изданий и тенденциозная переписка с ссыльными Архангельской и Вятской губерний, поддерживал также сношения с революционными деятелями Екатеринославской губернии».
В 1900 году С. И. Фунтиков был сослан на Север и больше в Тверь не возвратился. Вследствие болезни и перенесенного психического расстройства он отошел от революционной работы. Умер Сергей Иванович Фунтиков в 1921 году.
В честь одного из первых руководителей рабочих революционных кружков на здании механического цеха Калининского вагоностроительного завода к 50-летию Советской власти установлена памятная доска.


СОДЕРЖАНИЕ
Об этой книге 3
В. Андреев, С. Беляков. Ленинской закалки большевик 9
В. Малиновский. Лаврушка 26
Н. Грешищев. В начале великого пути . . 	32
А. Смирнов. Свой человек в Твери ... 41
В. Платов. Пламенный большевик ... 		51
3. Буров. «Нижегородец» в Твери ... 61
Ф. Бурилов. Жизнь — подвиг 	68
С. Беляков, А. Никитин. Добрый след на земле 77
Н. Колобков. «Товарищ Лиса» .... 85
И. Разживин. Тверская ткачиха-революционерка 94
В. Шиков. Матрос с «Авроры» .... 102
А. Федоров. Слесарь управляет государством 112
Н. Артюхина. Прекрасный организатор . . 	120
А. Бабицын. В борьбе за массы 129
Ю. Ястребов. Комиссар из Корчевы . . . 	317
Н. Колобков. С ленинской правдой ... 		143
А. Егоров. «Товарищ Андрюша» .... 		152


Л. Ильина. Руководитель тверских большевиков 162
В. Чернышов. Путь коммуниста .... 		170
Н. Балакин. Всегда и везде большевик . . 	177
Е. Лиговская. Примера достойный . . . 186
С. Беляков. Шел парнишке в ту пору 196
В. Тачалова. Вся жизнь — партии . . .201
А. Чернобаев. В борьбе за свободу . . . 208
А. Ростков. Поездка к Лепину 220
А. Смирнов. Поправка к декрету .... 		230
В. Г радова. Военный комиссар .... 		235
В. Черников. Начало света 244
В. Полосухин. Солдат большевистской гвардии 249
А. Смирнов. Член ревкома Николаев . . 257
И. Степанец. Страницы жизни 266
А. Парфенов. Хозяин уезда 273
С. Флигельман. Верность 281
И. Разживин. Солдат революции . . . 290
С. Беляков. За власть Советов .... 299
Страницы из биографий 306


РЯДОВЫЕ ЛЕНИНСКОЙ ГВАРДИИ
М. «Московский рабочий». 1972 352с. ЗКП 1(092)
Редакторы Г. Белых, Н. Блисковская Художник Е. Никитин Художественный редактор Г. Комзолова Технический редактор Т. Павлова Корректор М. Лобанова
Издательство «Московский рабочий», Москва, ул. Куйбышева, 21.
ЕА00838 Подписано к печати 20/1У-72 г. Формат бумаги 84у108,/з2. Бум. л. 5,5. Печ. л. 18,48. Уч.-изд. л. 18,14. Тираж 30 000. Тем. план 1972 г. № 42. Цена 73 к. Зак. 605.
г. Калинин. Областная типография.


ЗАМЕЧЕННЫЕ ОПЕЧАТКИ
Страница
Строка
Напечатано:
Следует читать;
Стр. 41
Стр. 246
строка 2-я сверху
строка 17-я снизу
«И все же им ..
Балабанова
«И все же им, жандармам,»
Бакланова