АКАДЕМИЯ НАУК СССР
СИБИРСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ
ИНСТИТУТ ЛЕСА И ДРЕВЕСИНЫ
Н.И. Пьявченко
ЛЕСНОЕ
БОЛОТОВЕДЕНИЕ
(ОСНОВНЫЕ ВОПРОСЫ)
ИЗДАТЕЛЬСТВО АКАДЕМИИ НАУК СССР
МОСКВА — 1963

ОТВЕТСТВЕННЫЙ РЕДАКТОР
доктор сельскохозяйственных наук,
профессор А. Б. ЖУКОВ

ПРЕДИСЛОВИЕ
Принятая XXII съездом Коммунистической партии
Советского Союза Программа построения в нашей стране материально-
технической базы коммунизма предусматривает, наряду с
другими важными задачами, всестороннее изучение -и рациональное,
комплексное использование природных ресурсов. Большое
внимание уделяется в Программе и вопросам осушения
заболоченных земель.
Площадь болот и заболоченных земель *в лесной зоне
Советского Союза весьма велика. Это сильно затрудняет комплексное
освоение многих крупных природных районов страны,
препятствует правильному ведению лесного хозяйства и продвижению
в новые районы лесозаготовительной промышленности, а также
сильно ограничивает возможности развития сельского хозяйства.
Осушение заболоченных земель и болот является коренным
средством значительного повышения продуктивности наших
лесов, улучшения условий их эксплуатации и создания
возможностей для рационального освоения земельных площадей, не
используемых пока в народном хозяйстве страны.
Успешное проведение названных мероприятий должно
базироваться на хорошем знании объектов осушения —
заболоченных лесов и болот, их природных особенностей и лесохозяйст-
венной ценности.
К сожалению, в наших высших учебных заведениях при
подготовке специалистов лесного хозяйства уделяется мало
внимания вопросам болотоведения и осушительной мелиорации.
Крайне бедна и литература по этим вопросам.
Предлагаемый труд, <по замыслу автора, должен восполнить,
в какой-то степени, существующий пробел в данной области.
Книга знакомит читателя с основными понятиями
болотоведения, условиями возникновения и развития болот, уделяя
существенное внимание вопросу взаимовлияния леса и болота,
В ней рассматриваются основы типологии болот и заболоченных
лесов, классификация торфа и торфяных залежей,
закономерности географического распространения болот на территории
СССР. Один из разделов посвящен вопросу о применении
3

спорово-пыльцевого анализа болотных и озерных отложений
для изучения истории лесного покрова в голоцене. Книга
заканчивается разделом о влиянии осушительной мелиорации на рост
леса и предварительной программой исследований по лесному
болотоведению.
Автор надеется, что она окажется полезной для лесоводов,
лесомелиораторов, болотоведов, геоботаников, географов, а
также сможет служить в качестве учебного пособия для студентов
лесохозяйственных и лесомелиоративных факультетов вузов.
Встречающиеся в книге латинские названия растений даны
по «Флоре средней полосы Европейской части СССР» П. Ф. Ма-
евского, изд. 1954 г., а не вошедшие в нее растения — по
«Флоре СССР».

ВВЕДЕНИЕ
Лесное болотоведение представляет самостоятельную ветвь
общего болотоведения, которая изучает процессы заболачивания
лесных земель и теоретические вопросы взаимовлияний леса и
болота, разрабатывает научные основы борьбы с
заболачиванием в целях повышения продуктивности заболоченных лесов.
Хотя осушение болот и заболоченных лесов начато в России
еще в XVIII в., зарождение научного лесного болотоведения
следует отнести только ко второй половине XIX столетия, когда
бурное развитие капитализма вызвало усиление разносторонних
исследований, в том числе и природных богатств страны.
Основоположником русского лесного болотоведения следует
считать сподвижника В. В. Докучаева — ботаника и географа
Гавриила Ивановича Танфильева, который на протяжении
многих лет занимался изучением болот и заболоченных лесов
различных районов Европейской России. Уже в своих ранних
работах 1888 и 1889 гг. он подробно охарактеризовал особенности
заболачивания лесных земель и высказал мнение, что
заболачивание суши в значительной степени связано с вырубкой лесов и
лесными пожарами.
На рубеже XX столетия изучение явлений заболачивания
лесных земель, в частности гарей, во Владимирской губернии
проводил А. Ф. Флеров A899). В начале XX в. вопрос о
взаимоотношениях леса и болота получает дальнейшее развитие, главным
образом в трудах В. Н. Сукачева A906, 1915), В. Р. Вильямса
A914), В. С. Доктуровского A915) и др. Работы этих
исследователей послужили основой для плодотворного развития в
«послереволюционный период науки о болотах, в частности особого
раздела ее — лесного болотоведения.
В советское время болотоведческие исследования получили у
нас исключительно большой размах, охватив всю территорию
страны.
Задача восстановления хозяйства, разрушенного первой
мировой и гражданской войной, потребовала максимального
использования местного топлива для электростанций, промышленных
предприятий и бытовых нужд населения. В связи с этим началось
5

интенсивное изучение и исследование болот как объектов для
получения местного топлива.
Задача повышения плодородия земель и увеличения
продовольственных ресурсов обусловила широкое применение торфа
в сельском хозяйстве в качестве удобрения и подстилки для
скота, а также использования поверхности болот как
сельскохозяйственных угодий. На этой основе получили развитие изучение
сельскохозяйственных свойств торфа и разработка методов
рационального использования болот в сельском хозяйстве.
В связи с сильной заболоченностью лесов Севера и
необходимостью повышения их продуктивности была поставлена
задача более обстоятельного изучения причин и особенностей
заболачивания лесных земель и разработки научных основ их
мелиорации.
.Научными исследованиями в части промышленного
использования болот и торфа занимался созданный в 1921 г. Научно-
исследовательский институт торфяной промышленности — Ин-
сторф, а цр линии сельскохозяйственного использования
торфа— организованная в 1923 г. Центральная торфяная станция
Народного комиссариата земледелия. В геоботаническом
исследовании ..-болот руководящую роль играл Ботанический
институт АН СССР, в развитии исследований по лесному
болотоведению и осушению лесных земель — Ленинградский лесной
институт, реорганизованный позднее в Лесотехническую академию
им. С, М. Кирова, и Центральный (Ленинградский)
научно-исследовательский институт лесного хозяйства (ЦНИИЛХ).
; Мы. ограничиваемся здесь лишь краткой справкой о
развитии нашего отечественного болотоведения, отсылая
интересующихся к более подробным источникам (Нейштадт, 1950; Скрын-
никова, 1954; Пьявченко, 1957),
В 1950 г. в Институте леса АН СССР была открыта
лаборатория лесного болотоведения, на которую была возложена
разработка теоретических вопросов взаимовлияния леса и болота
и разработка научных основ повышения продуктивности
заболоченных лесов. Организация этой лаборатории послужила
стимулом для активизации научно-исследовательских работ по
лесному болотоведению в ряде филиалов АН СССР — Карельском,
Коми АССР, Уральском, Дальневосточном; в академиях наук
союзных республик — Белорусской, Украинской, Эстонской,
Латвийской, Литовской и в лесных институтах системы ВАСХНИЛ
и Министерства сельского хозяйства.
Основная задача лесного болотоведения — разработка
теоретических основ взаимовлияния леса и болота как научной базы
для проектирования мероприятий по повышению
продуктивности заболоченных лесов. Эта большая народнохозяйственная
проблема объединяет комплекс связанных между собой
вопросов, являющихся частью указанной проблемы, но имеющих в то
6

же время и самостоятельное научное значение. К их числу
относятся, например, следующие вопросы.
Взаимодействие растительности и среды как
движущая сила болотообразовательного
процесса. Научная разработка этого вопроса позволяет выяснять
закономерности, лежащие в основе болотообразовательного
процесса и его динамики во времени, дает возможность познавать
экологические и физиологические особенности древесных
растений на болотных почвах, водный режим, биологическую
активность и химизм почв в их сезонной динамике, а также
биологический круговорот азота и зольных веществ в различных типах
болотных лесов.
Географическое распространение явлений
заболачивания лесных земель и их типология.
Исследования в этом направлении связаны с необходимостью
выяснения степени заболоченности различных областей страны,
природных особенностей заболачивания, лесорастительной
ценности болот и заболоченных земель, разработки научной
классификации заболоченных лесов и т. д.
Лесовозобновление в болотных условиях.
Изучение этого вопроса имеет большое теоретическое и
практическое значение, так как научных данных в этой области крайне
недостаточно. Сюда входят вопросы естественного и отчасти
искусственного возобновления различных древесных пород в
связи с типом лесорастительных условий, степенью осушения и
характером агротехнического воздействия. В этом направлении
сделано еще мало, а необходимость иметь теоретические
обоснования и практические указания при современном развитии
лесоосушительной мелиорации все более увеличивается.
Разработка вопросов методики лесо-болото-
ведческих исследований, касающейся а)
совершенствования методов изучения болот и заболоченных лесов; б)
определения степени пригодности их для осушения и использования
в лесном хозяйстве; в) возможности достаточно точного
прогнозирования ожидаемой эффективности лесоосушительной
мелиорации.
Нет необходимости доказывать, что научные исследования в
названном направлении весьма важны как в теоретическом, так
и практическом отношении.
Кроме перечисленных, можно было бы назвать еще много
более мелких вопросов, относящихся к компетенции лесного
болотоведения. Однако большинство их так или иначе входит
составной частью в содержание названных здесь основных
вопросов.
Следует остановиться лишь на одном вопросе, не связанном
непосредственно с другими, но имеющем существенное научное
значение, а именно, на изучении истории развития
7

лесного покрова и характера болотообразова-
ния в антропогене. Этот вопрос, представляющий большой
интерес для четвертичной геологии, археологии, болотоведения,
исторической географии растений, палеоботаники и других наук,
решается при помощи разработанных в болотоведении методов
изучения стратиграфии и спорово-пыльцевого анализа болотных
отложений.
Все сказанное здесь показывает, что лесное болотоведение
представляет собой теоретическую базу для
гидролесомелиоративных мероприятий и последующего лесохозяйственного
освоения осушенных площадей. В период построения в СССР
материально-технической базы коммунизма роль этой науки еще более
возрастает, так как осушительные работы © лесной зоне Союза
получат дальнейшее значительное развитие.

ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ О БОЛОТАХ
И ЗАБОЛОЧЕННЫХ ЗЕМЛЯХ
ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ
В болотоведении, почвоведении, лесной таксации и
осушительной мелиорации мы встречаемся с понятиями: «болото»,
«заболоченный лес», «торфяник» и др. Эти понятия не имеют
иногда общепринятых, унифицированных определений и поэтому
нуждаются в конкретизации.
Остановимся сначала на понятии «болото». По этому
вопросу в литературе высказано несколько точек зрения. Некоторые
из них исходят из ботанического принципа и отождествляют
болото с типом болотной растительности.
Так, Зендтнер (Sendtner, 1854) и Лоренц (Lorenz, 1858)
считали болотом участки с определенной растительностью,
независимо от наличия торфа. Они различали болота торфяные и
минеральные. А. Ф. Флеров A914) называет болотом растительное
сообщество с господством водно-болотных, болотных и прибреж-
новодных растений, которые требуют для своего развития
избыточной влажности грунта или водной среды, независимо от
наличия торфяного слоя.
Следует отметить, что взгляд на болото как на тип болотной
растительности и в настоящее время довольно распространен
среди ботаников.
Другая группа ученых основывается на геологическом
принципе, рассматривая болото как место накопления или
напластования торфа. Так, например, еще Дау (Dau) в 1829 г. (см. Fruh
u Schroter, 1904) называли болотом всякое место, где находится
торфяная масса в естественном состоянии.
Вольни (Wollny, 1897) также определяет болото как
местность, на которой вследствие гниения под водой отмерших
частей растений возникают отложения торфа.
ПоВеберу (Weber, 1903), болотом следует называть часть
земной поверхности, покрытую слоем торфа мощностью не менее
20 см в осушенном состоянии, не содержащим в себе заметных
на глаз или на ощупь минеральных частиц в значительном
количестве. Аналогичного определения придерживаются О. Хеузер
A931) и Б. Такке A930), считая границей между болотом и
заболоченной почвой содержание золы не свыше 40%.
9

Пост (Post, 1916) рассматривает болото как напластование,
лежащее над уровнем моря, где накапливаются под водой или
на сырой почве биогенные отложения, дошедшие до стадии
торфа.
Согласно определению И. А. Титова A932), болото
представляет собой территорию, на которой в результате
жизнедеятельности растительных сообществ происходит накопление
торфа, состоящего главным образом из неразложившихся
растительных остатков и перегноя.
Сторонники третьей точки зрения определяют понятие
«болото», исходя из нескольких признаков — влажности,
растительности, наличия и глубины торфа и др.
Так, Фрю и Шрётер (Fruh и. Schroter, 1904) различают
болота в широком и узком смысле слова. К первым они относят
сообщества гидрофильных растений как с торфом, так и с почти
минеральной почвой; ко вторым — болота со значительным
слоем торфа.
Каяндер (Cajander, 1913) признавал, что болото можно
рассматривать различно — с биологической или геологической
точки зрения. В биологическом отношении болота представляют
торфообразующие растительные формации, а в геологическом —
естественные отложения торфа.
И. И. Вихляев A922) понимает под болотом сырое или
покрытое водой место, заселенное болотной или болотно-водной
растительностью, где растения достигают корнями почвы и черпают
из нее минеральные питательные вещества. Пространство же
земли, покрытое более или менее мощным слоем отмерших
растительных остатков, где корни растений теряют связь с
минеральной почвой и черпают пищу из торфяных слоев, он называет
торфяным болотом или торфяной залежью.
По определению Всесоюзной конференции по болотному
кадастру, состоявшейся в Ленинграде в 1934 г., болотом
называется участок земной поверхности, покрытый слоем торфа
толщиной не менее 30 см в неосушенном и 20 см — в осушенном
состоянии. Являясь в естественном состоянии определенным
элементом географического ландшафта, болото возникает и
развивается при постоянном или весьма продолжительном
периодическом избыточном увлажнении поверхностных слоев земной
коры, следствием чего является наличие характерной для болот
растительности и специфического направления почвенных
процессов, ведущих к накоплению торфа (Дубах, 1941).
В. С. Доктуровский A935) считает, что болотом может быть
названо любое место с застоявшейся водой, в котором
появилась водная или водно-болотная растительность. Торфяник же
он рассматривает как определенное геологическое образование,
появившееся в результате сложных переходов одного
растительного покрова в другой, смены одних видов торфа другими и пр.
10

К торфяникам он относит торфяные залежи, мощность которых
в неосушенном состоянии превышает 50 см, и корни
растительности уже не связаны с минеральным грунтом.
Н. Я. Кац A941), признавая, что болото можно понимать и
как ботаническое, и как геологическое, и как географическое
явление, определяет болото как участок территории, обычно
избыточно увлажненный пресной или соленой водой, стоящей
над поверхностью почвы либо ниже ее, застойной или более или
менее проточной. Растительность большей частью водо- или
влаголюбивая, реже — мезоф-ильная, а иногда физически или
физиологически ксерофитная.
Н. Я. Кац подразделяет болота на торфяники со слоем торфа
более 50 см в неосушенном и 30 см в осушенном состоянии;
минеральные болота пресноводного питания без торфа или с
торфяным слоем менее 50 см в неосушенном состоянии;
заболоченные земли без торфа или с торфяным слоем 50 см в
неосушенном состоянии с переходной растительностью; зарастающие
водоемы: засоленные болота (солончаки).
В более поздней работе Н. Я. Каца (Брудастов и Кац, 1950)
болото определяется как избыточно увлажненный участок
земной поверхности, на котором под влиянием болотной стадии
дернового процесса почвообразования, а также и при других
условиях происходит накопление мертвого неразложившегося
органического вещества, переходящего в дальнейшем в торф.
Согласно определению К. Е. Иванова A953), болотом
называется участок территории, характеризующийся обильным
застойным или слабопроточным увлажнением верхних горизонтов
почво-грунтов, на котором произрастает специфическая
болотная растительность с господством видов, приспособленных к
условиям обильного увлажнения и недостатка кислорода в
почвенном субстрате, и идет процесс торфонакопления, а толщина
отложившегося торфа такова, что живые корни основной
массы растений не достигают подстилающего минерального
грунта. _.... ... _
Четвертая точка зрения —^аьщща^фтно-географ^ческаа)
Впервые она была высказана RJHL Аболиным A914, 1928),
который рассматривал болото как закономерно складывающийся
и «живущий» географический ландшафт. Для всякого болота
характерны следующие черты: 1) постоянное или весьма
продолжительное периодическое изобилие влаги; 2) наличие ряда
специфических тючвенных процессов, связанных с избыточной
влажностью и плохой аэрацией почвы: 3) накопление торфяного
слоя; 4) преобладание болотной растительности,
приспособленной не только к избыточной влажности, но и ко всем другим
явлениям, связанным с этим фактором.
В. Н. Сукачев A914, 1926) также считает болото
географическим ландшафтом, развитие которого связано с пересыщен-
11

ностью поверхностных слоев земной коры водой в течение
большей части года. Обилие влаги обусловливает появление
болотных растительных сообществ, особый почвообразовательный
процесс и накопление торфа. Болото, по В. Н. Сукачеву A926г
стр. 6—7), «есть определенное географическое явление, ...
определенный тип земной 'поверхности, где факторы литосферы, пе-
досферы, атмосферы, гидросферы и биосферы в своем
взаимодействии создают одно целое, один определенный ландшафт».
Ландшафтно-географического взгляда на болото
придерживается и Л.С.Берг A947). Он относит болота к географическим
ландшафтам, в которых развиты почвы, в течение большей части
года избыточно увлажненные, иногда в наиболее низких местах
покрытые неглубоким слоем воды и имеющие влаголюбивые,
болотные сообщества растений. Избыток влаги и недостаточная
аэрация почвы влекут за собой неполное разложение
растительных остатков и накопление их в виде торфа.
В данном нами ранее определении понятия «болото» мы
также придерживались ландшафтно-георафического принципа
(Пьявченко, 1945).
Произведенный неполный обзор различных определений
понятия «болото» показывает, что одни из них являются сугубо
односторонними (ботанические, геологические); другие,
объединяющие два или несколько признаков, либо недостаточно полны,
либо не отражают содержания понятия болота, как единого
целого, как сложного природного комплекса.
Остановимся прежде всего на различном толковании одного
и того же природного явления в зависимости от тех или иных
его свойств, принимаемых за основу различными авторами.
Если согласиться с этим относительно понятия «болото», то логика
потребует допускать различные научные определения и других
природных явлений, соответственно целям и задачам той или иной
отрасли науки и производства. Например, лесной массив
ботаник определял бы как фитоценоз или растительную формацию,
строитель — как ресурсы деловой древесины, теплотехник — как
запас тепловой энергии, географ — как элемент ландшафта
и т. д. Ясно, что многообразие подобных определений,
исходящих зачастую не из сущности явлений, а принимающих в расчет
то некоторые его природные свойства, то практическую
значимость, не способствует диалектическому пониманию самого
явления и может рассматриваться как разновидность эклектизма.
Диалектическое определение любого понятия должно быть
единым, полностью отвечающим его содержанию и отражающим
формы его проявления в природе. Устаревшее ботаническое
определение болота как сообщества гидрофильных растений,
отражающее только одну сторону явления и не затрагивающее
других его сторон, не соответствует, конечно, современному уровню
развития науки.
12

Определение болота с геологической точки зрения — только
по наличию и мощности торфа — также не вскрывает других
важных сторон этого сложного природного явления. Известно,
что во многих районах Союза, особенно в лесостепной и степной
полосе, болота нередко пересыхают под влиянием глубинной
эрозии. Вследствие этого гидрофильные растительные
сообщества сменяются луговыми, лесными, сорнополевыми, а иногда и
степными, а сам пересохший торф подвергается разрушению.
Между тем, мощность торфа таких «болот» может достигать
нескольких метров. Можно ли называть болотами эти объекты,
утратившие такие основные признаки, как избыточная
влажность и болотная растительность? Конечно, нет, ибо от всего
комплекса, определяющего сущность болота, сохраняется только
торфяная залежь, да и то с измененными природными
свойствами.
Процесс торфообразования весьма характерен для болота,
но не всегда создаются благоприятные услсвия для его
осуществления. Например, в заливаемых поймах крупных рек —
Волги, Дона, Северной Двины, Печоры, Оби и других — сильно
выраженный аллювиальный процесс, несмотря на избыточную
влажность, наличие типичной болотной растительности, развитие
процесса оглеения почвы и т. д., препятствует образованию
торфяного слоя. Также не накапливается теперь торф и во многих
овражно-балочных болотах европейской лесостепи (Пьявченко,
1945, 1958), погребаемых делювиальными наносами. Конечно, и
в том, и в другом случае происходит ежегодное отмирание
растительной массы, которая в нормальных болотных условиях
могла бы служить материалом для образования торфяного слоя.
Однако масса ежегодного отложения наилка значительно
превышает массу отмирающей растительности, вследствие чего на
болотах накапливаются не торфяные отложения, а лишь
богатые органическим веществом аллювиально-болотные
образования с содержанием зольных веществ свыше 50—60%, причем
мощность их иногда измеряется метрами.
Таким образом, в отдельных случаях болота могут и не
содержать торфа, если применять этот термин только к
органогенным болотным отложениям с содержанием золы до
40—50%.
Определения болота, в которых сочетаются признаки
избыточной влажности, гидрофильной растительности и наличия
торфа, в общем правильно отражают основные факторы,
обусловливающие развитие болота. Однако для современного уровня
научных представлений о болоте как сложном природном
единстве (биогеоценозе) оно недостаточно — в нем отсутствует
указание на взаимосвязь и взаимодействие между факторами среды
и растительности, являющиеся движущей силой развития
болота.
13

Автор учения о биогеоценозе В. Н. Сукачев еще в 1926 г.
рассматривал болото как единое целое в его движении и
развитии.
-Исходя из этого, мы предлагаем следующее определение
понятия «болото», согласующееся с определениями, данными
Р. И. Абол>иным и В. Н. Сукачевым.
Болото есть географический ландшафт,
закономерно возникающий и развивающийся под
влиянием взаимодействия факторов среды и
растительности, которое определяется
постоянной или -периодической избыточной
влажностью и проявляется в гидрофильности
напочвенного растительного покрова, болотном типе
почвообразовательного процесса и
накоплении торфа.
В этом определении отражается закономерность
возникновения болота как результат взаимодействия природных факторов;
подчеркивается основная причина образования болот —
избыточная влажность; указываются главнейшие признаки болота,
являющиеся следствием специфики обмена веществ и энергии
в данном природном единстве под влиянием избытка влаги.
Следует ли отождествлять болото с биогеоценозом? В
отдельных случаях, когда болото имеет небольшие размеры и
характеризуется полной однородностью растительного покрова, водного
режима, состава и свойств торфяной почвы, такое
отождествление возможно. Но, как правило, в природе этого не бывает.
Каждое болото представляет в той или иной степени разнородное
образование, различные части которого отличаются по условиям
влажности, характеру растительности, свойствам почвы.
Следовательно, той однородности, которая необходима для выделения
биогеоценоза (Сукачев, 1947, 1955), здесь нет. Поэтому болото
следует рассматривать как объединение нескольких
биогеоценозов, находящихся во взаимодействии друг с другом.
Рассмотрим теперь понятие «заболоченные земли».
По-видимому, нет противоречий в том, что заболоченные земли
представляют начальную стадию развития болота. Однако признаки,
определяющие грань между болотом и заболоченными землями,
недостаточно ясны. В большинстве случаев в качестве
определяющего признака предлагается различие в мощности торфа.
Так, по решению Всесоюзной конференции 1934 г. по болотному
кадастру, к заболоченным землям относятся избыточно
увлажненные участки без торфа или со слоем его толщиной менее 30 см
в неосушенном состоянии. В. С. Доктуровский A935) и Н. Я. Кац
A941) повышают мощность торфа для заболоченных земель до
50 см.
Надо сказать, что разграничение болот и заболоченных
земель по толщине торфяного слоя лишено научной базы и
является условным, что отмечает и С. Н. Тюремнов A949).
14

В свое время (Пьявченко, 1945) мы указывали, что каждый
незаболоченный участок земли характеризуется свойственным
ему водным режимом, почвообразовательным процессом и
растительным покровом как внешним проявлением взаимодействия
(в основном) двух первых факторов. По мере развития
заболачивания изменяются водный режим, характер
почвообразовательного процесса и происходит смена прежней растительности,
причем в начальной стадии заболачивания новые болотные
растения появляются в небольшом количестве, затем их обилие
постепенно увеличивается и, наконец, они становятся
господствующими. Этот момент, соответствующий возникновению нового
качества в результате постепенных количественных изменений,
и определяет переход заболоченной площади в стадию болота,
характеризующуюся новым комплексом факторов, качественно
отличным от прежнего комплекса.
Такой переход заболоченных земель в болото может
наблюдаться при довольно различной, хотя в общем и небольшой
мощности торфа. Так, в условиях очень сильного постоянного
увлажнения он может совершиться раньше при малой глубине
торфяного слоя, но мощном развитии сфагново-мохового
покрова. Наоборот, при относительно меньшем периодическом
увлажнении и лучшем разложении растительных остатков стадия
заболоченных земель может продолжаться столетиями, и даже
при мощности сильно разложившегося торфа свыше 50 см такую
территорию на основании других показателей придется относить
не к болоту, а к заболоченному лугу или лесу.
Что касается такого признака, как связь корневых систем
растительности с минеральным грунтом, то он, безусловно,
заслуживает внимания.
Применительно к сказанному рассмотрим понятие
«заболоченный лес». Это понятие можно определить как лес,
находящийся в начальной стадии смены его болотом. Характерными
для него признаками являются постоянное или длительное
периодическое пересыщение почвы влагой, появление и
распространение, наряду с лесными мезофильными растениями, болотных
трав и мхов, развитие процессов оглеения и накопление
маломощного торфянистого почвенного слоя, ухудшение роста и
частичное усыхание деревьев, падение продуктивности древостоя.
В стадии заболоченного леса корневые системы старых
деревьев еще связаны с минеральным грунтом, но у молодняка и
подроста образуются поверхностные корневые системы, которые
могут уже полностью располагаться в торфянистом горизонте
почвы.
Наряду с рассмотренным понятием существует еще понятие
«болотный лес», которым следуем обозначать лесную стадию
развития болота. Для этой стадии характерны преобладание в
напочвенном покрове болотных растений, хорошо развитый тор-
15

фянистый или торфяной горизонт почвы (обычно глубже 20—
25 см), в котором находятся поверхностные корневые системы
деревьев; относительно малая сомкнутость- древесного полога
(до 0,6—0,7) и низкая производительность леса (V—Va
бонитет).
Болотный лес может быть первичным, если древесная
растительность удерживает за собой роль эдификатора в
течение всего периода заболачивания (о чем можно судить по
ботаническому составу торфяного слоя), и вторичным, если лес
вновь формируется на безлесном болоте.
Торфяником обычно называют торфяное болото, в
сущности, его торфяную залежь. Особенно этот термин отвечает
существу явления, когда болото осушено или дренировано
естественным путем и вследствие этого утратило часть
определяющих его признаков — избыточное увлажнение, а иногда и
специфичность растительного покрова, на что мы уже указывали в
отношении болот лесостепи. Это же можно отнести и к
бугристым болотам Севера, где сухие, мерзлые внутр-и торфяные
бугры нередко покрыты лишайниками или вовсе лишены
растительности.
Несмотря на то, что понятия «торфяное болото» и
«торфяник» часто употребляются как синонимы, первое все же шире по
своему содержанию, чем второе. Говоря о торфяном болоте, мы
подразумеваем и наличие избыточной .влаги, и типичной
болотной растительности, и торфяного слоя. О торфянике всего этого
сказать нельзя, так как наряду с торфяниками, насыщенными
водой и покрытыми растительностью, встречаются и такие,
которые сохранили из комплекса признаков, присущих торфяному
болоту, только торфяную залежь.
С начала сороковых годов нынешнего столетия в торфораз-
ведочной практике и в торфяной промышленности получил
распространение термин «торфяное месторождение» (по аналогии
с месторождениями полезных ископаемых). С. Н. Тюремнов
A949) называет торфяными месторождениями болота с
достаточной производственной мощностью и протяженностью
торфяной залежи. В это понятие он включает «не только торфяной
пласт, как таковой, а все природное образование, состоящее из
растительного покрова и торфяной залежи» (стр. 11). А. В. Пи-
чугин, Б. К. Дунаев и другие A956) называют торфяными
месторождениями болота, «в недрах которых залегает слой
торфа достаточной мощности (более 0,7 м в неосушенном
состоянии и не менее 0,5 м — в осушенном) и с достаточными для его
разработки запасами» (стр. 7).
Понятием «торфяное месторождение» стремятся теперь
заменить издавна установившиеся в науке и практике понятия
«болото», «торфяное болото», «торфяник». Однако, с нашей
точки зрения, такая замена не правомочна и принципиально не-
16

правильна. В отличие от широкого, комплексного понятия
«болото», новый термин — понятие одностороннее, геологическое,
охватывающее собой даже неполную часть содержания понятия
«болото», а именно только торфяную залежь, имеющую по
своей глубине и протяженности промышленное значение. То, что
ныне именуется торфяным месторождением, называлось до
недавнего времени промышленной залежью торфа, и это следует
признать более отвечающим действительности. Очевидно, как
часть не может заменить целого, так и термин «торфяное
месторождение» не может заменить собой понятия «болото».
Торф, по определению С. Н. Тюремнова A949),—
органическая горная порода, содержащая не более 50% минеральных
веществ (в абсолютно сухом состоянии), образовавшаяся в
результате отмирания и неполного распада болотных растений в
условиях 'повышенной влажности и затрудненного доступа
воздуха.
По Г. Л. Стадникову A932), торф есть сильно обводненный
конгломерат битумов, гуминовых кислот, их солей, различных
других продуктов разложения растительного материала и не
успевших еще разложиться форменных элементов растений
(листья, стебельки, корни).
В этих определениях, в общем правильно отражающих
сущность торфа, содержатся некоторые неточности. В первом
случае торф рассматривается как органическая горная порода, т. е.
образование геологическое — полезное ископаемое, наряду с
бурыми и другими каменными углями, прошедшими в свое время
стадию торфа. Следует заметить, что в отличие от них торф
представляет новейшее образование, возникающее и в
современный период в основном из болотных растений ib результате
болотного процесса почвообразования. Верхние слои торфяников,
подвергающиеся воздействию различных факторов
почвообразования и взаимодействующие с растительностью, представляют
собой почву в (полном смысле этого слова.
Во втором определении, как правильно отмечает Н. Я. Кац
A941), не отражен генезис торфа.
В связи со сказанным нам представляется более правильным
с научной точки зрения рассматривать торф как продукт
неполногоразложения растительной массы в
условиях избыточной влажности и недостаточной
аэрации в связи с болотным типом
почвообразовательного процесса, который по мере
напластования значительной толщи или погребения
н а н« осами приобретает характер горной по-
р оды.
/Под термином «торфяная залежь» понимают всю массу
торфяных отложений на болоте в целом или на конкретном его
Участке.
17

ЗАБОЛОЧЕННОСТЬ ТЕРРИТОРИИ СССР
Общая площадь болот земного шара точно не установлена.
Н. Я. Кац A941) определяет ее (с мощностью торфа свыше
50 см) ориентировочно в 175 млн. га. Хейкурайнен (Heikurainen,
I960) считает, что она превышает 150 млн. га.
Известные в настоящее время данные, приведенные в труде
Хейкурайнена, показывают, что болота распределяются между
странами мира (не считая СССР) следующим образом
(в млн. га) :
Финляндия . .
Канада . . .
США ....
Швеция . . ,
Польша . . .
Норвегия . .
. . 9,7
. . 9,5
. . 8,0
. . 6,0
. . 4,0
. . 3,0
Германия (вся) .
Англия ....
Ирландия . . .
Исландия . . .
Шотландия . .
. 2,1
. 1,6
. 1,2
. 1,0
. 0,7
Площадь болот в остальных странах невелика.
Как показывают материалы, опубликованные Главторффон-
дом (Торфяной фонд РСФСР, 1957), на территории Советского
Союза общая площадь торфяных болот составляет 71,5 млн. га,
а содержащиеся в них запасы торфа—свыше 60%" "мировых
запасов.
Распределение болот по крупным физико-географическим
районам страны приведено в табл. 1.
Таблица 1
Распределение болот по территории СССР (в тыс. га)
Основные
физико-географические районы
СССР
Данные тофяного
фонда
площадь
болот
общая
Данные лесного фонда
площадь 'общая площадь!
разведан- ; , '
н"si ' лссного фонда
площадь болот
степень

болоченности
лесного
фонда, %
Европейская часть
Западная Сибирь
Восточная Сибирь
Дальний Восток .
Всего . . .
П 500
25 442
36 488
2870
6700
10 345
34 777
309
1153
285 853
142 266 !
484 092
218 905
29 483
48 311
31696
30 510
10,3
34,0
6,5
13,9
55 584
1131116
140 000
12,4
Значительное расхождение данных торфяного и лесного
фондов относительно площади болот Восточной Сибири и Дальнего
Востока следует объяснить, во-первых, весьма слабой изучен-
18

ностыо болотко-торфяного фонда названных частей страны и,
во-вторых, различным .подходом к определению болота со
стороны лесного и торфяного ведомства.
Так, лесной учет охватывает все не покрытые лесом болота
и заболоченные земли, находящиеся на территории лесного
фонда, независимо от присутствия и мощности торфа. При учете же
торфяных месторождений основным критерием является
величина площади и мощность торфяной залежи не менее 70 см,
независимо от наличия или отсутствия леса. Следовательно, в
первом случае в разряд болот не попадают многие облесенные
болота, а во втором — не учитываются как заболоченные земли,
так и значительная площадь болот с лесным покровом, не
выявляемая при аэрофотосъемке и не получающая отражения на
топографических картах. Поэтому общая площадь болот,
приводимая в материалах лесного и торфяного учета, является лишь
приблизительной.
Работы по исследованию и учету торфяных болот ведутся в
нашей стране с первых лет существования Советской власти.
В довоенный период они проводились Отделом торфа Народного
комиссариата земледелия и его органами на местах, а с 1943 г.
проводятся системой Главного управления торфяного фонда,
состоявшего вначале при Совете Министров РСФСР, а ныне
вошедшего в состав Главного управления геологии и охраны недр
РСФСР, а также соответствующими организациями союзных
республик. К настоящему времени всеми видами разведки
охвачено 55,6 млн. га торфяных болот.
Российская федерация располагает 92% всего торфяного
фонда СССР, причём основные площади и запасы торфа
находятся в лесной зоне Европейской части РСФСР, Западной
Сибири и отчасти Дальнего Востока. В Белорусской ССР, которую
принято считать краем болот, находится всего лишь 3%
торфяного фонда Союза (табл. 2).
О площади заболоченных земель сколько-нибудь точных
данных, к сожалению, не имеется. Трудности учета заключаются в
том, что эти земли значительно различаются по степени
заболоченности п далеко не всегда фиксируются на картах. Например.
у нас довольно широко распространены минеральные земли с
более или менее длительным избыточным увлажнением (леса,
луга, пашни), где торфянистый горизонт отсутствует, но тем не
менее почва нуждается в мелиорации. Большие площади на
севере и северо-западе занимают заболоченные леса с хорошо
развитым торфянистым горизонтом и сфагново-моховым
покровом. В местностях с влажным климатом значительно
распространено также явление временного заболачивания лесных земель.
Наконец, для районов сильного распространения торфяных
болот, в свою очередь, характерна и большая встречаемость
заболачивающихся земель вследствие надвигания на суходолы
19

Таблица 2
Распрзделечие торфяного фл)л СССР но зонным республикам
Предполагаемый торфяной фонд
Ре;п\"блнка
площадь,
тыс. га
запасы торфа
Выявленный торфяной фонд
площадь,
тыс. га
%
предполагаемой
площади
РСФСР . . . .
Белорусская . .
Украинская . . .
Эстонская . . . .
Латвийская . . . ,
Литовская . . . .
Другие республики
Итого
64 800
2900
2200
700
650
180
70
145 495
4777
3580
2030
1665
450
131
92,0
3,0
2,3
1,3
1,0
0,3
од
71500
158 128
100,0
50 421
2236
1800
500
450
140
37
77,8
77,1
81,8
71,4
69,2
77,8
52,8
55 584
77,7
растущих торфяников. В общем же площадь земель, в той или
иной степени подвергающихся заболачиванию, в СССР очень
велика.
По данным Д. А. Герасимова A932), площадь заболоченных
земель только Европейской части СССР (без Прибалтики,
западных частей Белоруссии и Украины) превышает 91 млн. га, из
которых почти 24 млн. га приходится на долю заболоченных
лесов и 6 млн. га — заболоченных лугов. Площадь заболоченных
земель Сибири и Дальнего Востока (в основном лесных), как
показывают наши подсчеты, не менее 110 млн. га. Таким образом,
общая площадь заболоченных лесов и лугов Союза, не считая
огромных заболоченных пространств тундры, составит около
140 млн.'гй; а вместе с торфяными болотами — свыше 211 млн. га.
(Тэтой цифрой согласуются и данные В. В. Романова.- A9frf'}7~no"
которым общая площадь болот и заболоченных земель Союза
несколько превышает 200 млн. га.

ОБРАЗОВАНИЕ БОЛОТ
СУЩНОСТЬ И УСЛОВИЯ ЗАБОЛАЧИВАНИЯ ,
В основе процесса заболачивания и накопления торфа лежит
взаимодействие ряда природных факторов: климатического,
гидрологического, фитоценотического, почвенного и других,
являющихся компонентами каждого природного единства —
биогеоценоза. Едва ли кто-нибудь в настоящее время станет отрицать
существование в природе таких взаимосвязей и взаимовлияний,
определяющих ее движение и развитие. Но относительно роли л
значения отдельных факторов высказываются различные мнения.
Так, в оценке широко распространенного явления
заболачивания суши многие авторы особенно важное значение придают
растительному покрову и недооценивают влияния среды.
Например С. С. Архипов A932, 1934), Ф. В. Самбук A932), С Я.
Соколов A929) и другие видят основную причину заболачивания
лесов и разрастания площади болот в саморазвитии
.растительности, эндоэкогенетические смены которой приводят, по их
мнению, к смене даже сухих лесов сфагновыми болотами.
Аналогичный вывод вытекает и из концепции В. Р. Вильямса A92.6,
1-946) о закономерной смене лесов таежной зоны верховыми
болотами в дерновом периоде единого почвообразовательного
процесса под влиянием обеднения почвы элементами зольной
пищи растений. Другие авторы связывают с развитием
растительного покрова даже значительные колебания климата,
приводящие к возникновению ледниковых периодов (Титов, 1961).
Но, наряду с этим, в науке имеются и другие данное, согласно
которым площадь болот в современный период за счет
заболачивания суши почти не увеличивается. Это отмечено для Швеции
Мальмстремом (Malmstrom, 1931) и Гранлундом (Granlund,
1932), для Финляндии — Хукари (Huikkari, 1956), а для
некоторых районов СССР Ц. И. Минкиной A950).
Многочисленные факты, накопленные нашей отечественной
наукой, и особенно исследования последнего времени,
проведенные во многих районах Европейской России и Сибири,
свидетельствуют о том, что заболачивание суши, в частности лесов,
нельзя рассматривать как односторонне направленный
естественный процесс, приводящий неизбежно к смене леса болотом.
2L

Заболачивание лесных земель — это сложный, внутренне
противоречивый процесс, возникающий и протекающий не под
влиянием саморазвития растительности, а в результате
взаимодействия многих биотических и абиотических факторов, являющихся
компонентами природных единств — биогеоценозов. Каждый
лесной биогеоценоз характеризуется вполне определенным,
исторически сложившимся соотношением и взаимовлиянием его
компонентов: всех ярусов растительности, наземной и почвенной
фауны, микрофлоры, состава, влажности и химизма почвы,
микроклимата, внешних атмосферных воздействий, обусловливающих
определенную специфику обмена веществ и энергии в
биогеоценозе. Заболачивание ведет к нарушению установившегося
соотношения между компонентами лесного биогеоценоза, к
усилению роли одних, в частности влажности, и к ослаблению других,
например аэрации. Это нарушает характер связей и
взаимодействия между другими компонентами и вызывает существенные
изменения в обмене веществ и энергии между ними.
Постепенные количественные изменения, происходящие в биогеоценозе под
влиянием заболачивания, приводят в конце концов к
возникновению нового качества — смене лесного биогеоценоза болотным.
Важнейшим фактором, обусловливающим возникновение
процесса заболачивания и характер его дальнейшего развития,
является водный режим. Совершенно очевидно, что без
увеличения влажности почвы, происходящего под влиянием тех или
других причин, не может возникнуть такое изменение в
соотношении компонентов лесного биогеоценоза, которое обусловило
бы развитие заболачивания.
Известно, что явления современного заболачивания лесов,
как правило, климатически обусловлены. Так, области с сухим,
жарким климатом бедны болотами, и, наоборот, для областей
с влажным и прохладным климатом характерна наибольшая
заболоченность. Из элементов климата наибольшее значение в
болотообразовании имеют атмосферные осадки и температура.
Сочетание высоких летних температур с малым количеством
осадков обусловливает низкую относительную влажность
воздуха и усиленное испарение, что крайне неблагоприятно
сказывается на заболачивании. Но то же самое количество осадков при
низких летних температурах создает повышенную относительную
влажность воздуха, благоприятствующую заболачиванию. Это
особенно характерно для тундры, где залегание на небольшой
глубине водоупорного горизонта вечной мерзлоты еще более
способствует переувлажнению грунта и развитию
заболачивания.
Наиболее оптимальные условия для заболачивания и
накопления торфа создаются в лесной зоне с ее умеренными летними
температурами, довольно большим количеством осадков и
слабым испарением. Особенно хорошо проявляется эта зависимость
22

на равнине Европейской части СССР, где нарастание влажности
климата в направлении с юго-востока на северо-запад
сопровождается увеличением степени заболоченности и заторфован-
ности территории. Так, по данным М. Н. Никонова A955), в
степной и полупустынной зонах заторфованность территории
составляет менее 0,1%, в зоне лесостепи — в среднем 0,2% и в
лесной зоне — в среднем 6%.
Правда, на Крайнем Севере нашей страны торфяных болот
сравнительно немного, что объясняется главным образом
геологической молодостью страны, недавно освободившейся от
ледникового покрова или от затопления морем. Но все же
заболоченность почвы в названном тундровом поясе весьма
значительна. На общем климатическом фоне в распространении болот
ясно вырисовывается значение геоморфологических условий —
рельефа. Общее значение его сказывается в перераспределении
влаги — в большей заболоченности низменностей или
слабовсхолмленных районов и в отсутствии болот или малом их
распространении на высоких плато и в горных районах.
Следовательно, рельеф выступает не в качестве прямого фактора боло-
тообразования, а косвенно, усиливая или ослабляя влияние
климатических и гидрологических факторов.
Но и в пределах низменностей, отличающихся большей
заболоченностью по сравнению с возвышенностями, болота
распределяются не равномерно, а концентрируются в пониженных
местах, большей частью в древнеаллювиальных равнинах с
неглубоким залеганием уровня грунтовых вод. К таким понижениям
приурочены все крупнейшие болота страны. Подобные
скопления торфяных болот М. Н. Никонов A949) предложил называть
торфяными бассейнами.
В литературе нередко встречаются указания на сплошную
заболоченность плоских водораздельных пространств, например,
в Молого-Шекснинской низменности, в бассейне Васюгана на
Обь-Иртышском водоразделе и др. Действительно, междуречья
наших рек, текущих по большим низменностям, нередко
представляют почти сплошной выпуклый торфяник. Однако надо
иметь в виду, что в настоящее время мы встречаемся на
междуречьях с уже развитыми болотными массивами, заполнившими
торфом все прежние неровности рельефа. Но, как показывают
разрезы торфяников, заболачивание междуречий начиналось в
«очагах заболачивания» — углублениях поверхности,
обеспечивавших накопление влаги и переувлажнение грунта. В
дальнейшем, по заполнении этих очагов торфом, процесс заболачивания
распространялся в стороны под влиянием переувлажнения
грунта, создаваемого по периферии самим сфагновым торфяником —
аккумулятором атмосферной влаги.
Инструментальные исследования, проведенные нами (Пьяв-
ченко, 1953а, 1954, 1957) во многих пунктах лесной зоны,
23

показали, что явления современного заболачивания лесных
земель наблюдаются, как правило, в бессточных или слабосточных
понижениях, где накапливаются и задерживаются атмосферные
воды, и иногда на склонах в местах выклинивания почвенно-
грунтовых вод. Эти понижения могут быть мало заметны на
глаз, но всегда обнаруживаются при нивелировке (рис. 1).
Рис. 1. Связь заболачивания с рельефом в Котласском лесхозе:
/ — сухие типы леса; 2 — ельники болотно-травяные; 3 — ельники долгомошные
и сфагновые
Наряду с этим, иногда наблюдается заболачивание !и
совершенно плоских пространств под влиянием .переувлажнения
почвы водой атмосферных осадков. Но это происходит только в
зоне избыточного увлажнения при плохом стоке и малой
водопроницаемости грунта. Такие условия встречаются в районах
советской Прибалтики, Карельской АССР, Западной Сибири,
европейского и азиатского севера.
Что касается областей, входящих в зону недостаточного
увлажнения, то здесь процессы болотообразования наблюдаются
только в местах выхода грунтовых вод или скопления и
длительного застоя большой массы воды поверхностного стока. Это
бывает обычно в поймах рек, в балках, вскрывающих
водоносные горизонты, в озерных котловинах и т. п.
В. Р. Вильяме A926, 1946) считает, что смена леса лугом,
а луга болотом происходит вследствие обеднения почвы
элементами зольной пищи растений, вода же в болоте есть простое
следствие большой влагоемкости органического вещества;
вырубка леса значительно ускоряет процесс этой смены.
Такое утверждение неправильно. Во-первых, известно, что леса
заболачиваются, минуя стадию луга, а как показывают
исследования В. А. Буренкова, А. Л. Кощеева и Н. Н. Мальчевской
A934), А. П. Малянова A939), А. Л. Кощеева A953, 1955),
Н. И. Пьявченко A953а, б, 1955а, б) и других, заболачивание
лесосек и пожарищ является (прямым следствием не обеднения
почвы зольной пищей, а нарушения баланса влаги под
влиянием уничтожения древостоя. Так, по данным А. Л. Кощеева
24

A955), приспевающий хвойно-лиственный древостой в
Ленинградской области расходует на транспирацию и физическое
испарение за вегетационный период 400—500 мм воды. После
вырубки древостоя общее испарение влаги с поверхности
лесосеки первого года составляет только 170 мм. Следовательно,
содержание влаги в почве возрастает на 230—330 мм. Прямое
определение запаса влаги в корнеобитаемом горизонте почвы,
произведенное тем же автором, показывает, что в конце августа
в лесу 60-летнего возраста запас почвенной влаги составляет
122 мм, а на вырубке с подростом в возрасте 6 лет—278 мм.
Исследования Г. Е. Пятецкого A961) в южной Карелии также
показывают, что средний запас воды в 90-сантиметровом
горизонте почвы за теплый период года составляет в ельниках—
черничниках 174 мм и в долгомошниках — 259 мм, а на
сплошных концентрированных вырубках в тех же типах леса
соответственно 267 и 324 мм. Таким образом, если поверхностный или
внутрипочвенный сток излишка влаги не обеспечивается,
заболачивание лесосеки или пожарища становится
^неизбежным. - ■ '
Во-вторых, первой причиной исчезновения леса на болоте,
независимо от богатства почвы, также является переувлажнение
корнеобитаемого слоя. Исследования К. Е. Иванова A957) и
наши (Пьявченко, 1959) позволяют сделать совершенно
определенный вывод, что возможность роста древесной растительности
на болотах низинного, переходного и верхового типов
определяется характером сезонной динамики водного режима. Т&м, где
уровень почвенно-грунтовых вод в летние месяцы опускается
ниже глубины распространения корневых систем, растет
древесная растительность. Если же такого понижения уровня не
происходит, получают распространение гидрофильные травяные и
моховые сообщества. Следует добавить, что осушение или
естественный дренаж даже крайне бедных питательными
веществами болот верхового типа обычно приводит к их естественному
облесению.
Итак, переувлажнение грунта, которое мы рассматриваем как
основную причину возникновения заболачивания, вызывает
количественные и качественные изменения в почвенном
компоненте лесного биогеоценоза. Заполняя поры, вода препятствует
проникновению в почву атмосферного воздуха, что изменяет ее
газовый режим, угнетает жизнедеятельность почвенных
животных и микробов, препятствует окислению и биохимическому
разложению органического материала, затрудняет дыхание
корней, нарушает обмен веществ и энергии внутри почвы, между
почвой и растениями, между названными компонентами и
атмосферой. В анаэробных условиях получают развитие процессы
оглеения грунта и накопления неразложившихся растительных
остатков — торфа.
25

Здесь очень важная роль принадлежит растительности: за
счет ее жизнедеятельности, во-первых, формируются торфяные
отложения, состав и свойства которых обусловливаются
главным образом характером растительного покрова, и, во-вторых,
обеспечивается сохранение постоянной водонасыщенности
субстрата, определяющей специфику болотного ландшафта.
Изменение почвенных условий под влиянием факторов среды
и самой растительности приводит к перестойке второго важного
компонента биогеоценоза — фитоценоза. Происходит смена
напочвенного покрова лесного типа покровом с преобладанием
болотных трав 'и мхов. Изменяется синузиальная структура
растительного покрова. Старые деревья, не могущие
приспособиться к новым условиям, сравнительно быстро погибают, а молодые
укореняются в лучше аэрируемом поверхностном горизонте
почвы. Изменяется состав древесного яруса за счет внедрения
новых пород, лучше приспособленных к изменившимся условиям
среды. В связи с переполнением маломощного верхнего
почвенного горизонта корнями обостряется конкуренция между
деревьями за питательные вещества, а в сухое время и за воду. В
результате происходит отмирание более слабых деревьев,
образование редин и создаются крайне неблагоприятные
условия для возобновления молодняка под пологом материнских
древостоев.
Изменение почвенных и гидрологических условий, состава
и строения фитоценоза способствует формированию нового
микроклимата, свойственного болотному биогеоценозу. Под
влиянием этих причин нарушаются связи наземных позвоночных и
беспозвоночных животных с условиями среды и происходит
изменение состава и численности фауны биогеоценоза.
Развитие сфагнового покрова и накопление торфа вызывают
дальнейшее усиление болотообразовательного процесса, что при-
водит к полному вытеснению элементов лесного биогеоценоза и
смене его биогеоценозом безлесного болота.
В зависимости от типа водного питания процесс смены
лесного биогеоценоза болотным может различаться в деталях, но в
целом, при неизменности внешних условий, он приводит к одним
и тем же последствиям.
Накопление неполностью разложившихся растительных
остатков, т. е. торфа, является составной частью
болотообразовательного процесса. Торф состоит из органического вещества и
минеральной части — золы. В естественном состоянии в торфе
всегда содержится большое количество воды, составляющей
88—94% общего веса торфа. При высыхании на воздухе в торфе
удерживается 25—35% воды. Органическое вещество торфа
почти всегда состоит из двух фракций: неразложившейся, более
или менее измельченной, но сохраняющей в какой-то степени
клеточную структуру, так называемого «волокна», и гумифици-
2Г>

рованной, темной, аморфной, коллоидного характера,
называемой гумусом. Соотношение этих фракций по весу или объему
дает представление о степени разложения (гумификации) торфа.
Процесс превращения отмерших растительных остатков в
торф, иначе процесс торфообразования, изучен у нас
достаточно глубоко. Еще в 1929 г. В. В. Кудряшов вскрыл ряд
закономерностей роста торфяников, распределения технических
свойств в торфяных залежах, зависимость между видами
сфагновых мхов и динамикой торфогенного слоя и отметил
биохимическую природу торфообразования. Позднее, в
противоположность распространенному ранее представлению о торфообразо-
вании как анаэробном химическом процессе, исследованиями
Д. А. Бегака и Н. М. Беликовой A934), И. М. Курбатова A934,
1949), Н. М. Курбатовой-Беликовой A938, 1951, 1954) и других
было показано, что процесс разложения растительных остатков
в болоте — процесс аэробный, биохимический, совершающийся
в основном под воздействием грибов и бактерий в верхнем слое
торфяника. Этот слой получил название торфогенного.
Продолжительность аэробного процесса не превышает нескольких
вегетационных периодов.
Исследования советских и зарубежных ученых показывают,
что образование почвенного гумуса (перегноя) происходит под
воздействием почвенных беспозвоночных животных, бактерий и
грибов.
Работы Л. С. Козловской A957), Л. С. Козловской и
Е. Н. Жданниковой A961) подтвердили важную роль почвенной
фауны в образовании гумуса в болотных почвах, а также
установили взаимосвязи в деятельности почвенных беспозвоночных
животных и микробов в разложении органического вещества
торфа. Отмершие растительные остатки—древесный и
кустарниковый опад, надземные органы трав и прочее подвергаются
первоначальному разрушению на поверхности почвы в
результате совместной деятельности почвенной фауны, грибов и
бактерий. В дальнейшем происходит более глубокое разложение
органического вещества под воздействием специфических групп
г>тих организмов, а окончательное разложение органического
материала до стадии аморфного гумуса, или перегноя,
осуществляется гумифицирующими бактериями.
Аэробное разложение отмерших растительных остатков на
болотах происходит главным образом летом и осенью, когда
уровень почвенно-грунтовой воды в болотах понижается и
атмосферный кислород проникает в верхний горизонт торфяной
почвы. Исследования показывают, что хотя понижение уровня
воды в торфяной почве может достигать 30—50 см, а иногда и
больше, активная деятельность почвенной фауны и микрофлоры
обычно не распространяется глубже 10—12 см от поверхности
болота. Это связано с тем, что несмотря на понижение уровня
27

свободной воды в торфе, за исключением самого верхнего слоя,
остается еще огромное количество воды, которая заполняет все
поры в силу большой влагоемкости торфа, а также из-за
относительной кратковременности понижения водного уровня. В
связи с этим корневые системы древесных и травянистых растений
гораздо меньше затрагиваются разложением, чем их надземные
органы. Подвергаясь оторфованию преимущественно в
анаэробной среде, подземные части сохраняют в основном свою
клеточную структуру и образуют «волокно» торфа, тогда как
разложившиеся в аэробных условиях надземные части служат
источником гумуса.
Попадая в анаэробные условия благодаря нарастанию мха
или вследствие погружения в воду, торф консервируется на,
тысячелетия в малоизменяющемся состоянии, так как разложение
его составных частей анаэробными микроорганизмами
происходит крайне медленно. В анаэробной среде происходит
метановое и водородное брожение клетчатки, крахмала, пентозанов с
выделением газов —метана СН4 и водорода Нг, гниение белков
с выделением сероводорода H2S. В анаэробных условиях
процессы аммонификации протекают энергичнее, чем при доступе
воздуха, поэтому в болотных почвах образуется довольно много
аммиака.
Образование болот происходит двумя основными путями:
посредством заторфовывания водоемов и вследствие
заболачивания суши. Однако в далеко зашедших стадиях развития болота,
возникшие тем или другим путем, обычно не различаются по
своим морфологическим особенностям, характеру растительного
покрова и свойствам верхней толщи торфяных отложений.
Хотя для лесного болотоведения больший интерес
представляет изучение явлений заболачивания суши, нельзя обойти и
первого пути болотообразования, тем более, что многие болота,
возникшие этим путем, в дальнейшем покрываются лесной
растительностью и могут служить объектами мелиорации и лесо-
хозяйственного использования.
ЗДТОРФОВЫВАНИЕ ВОДОЕМОВ
Образование болот путем зарастания водоемов — явление
распространенное. Особенно большое развитие оно имело в
начале послеледникового времени (голоцена). После отступания
скандинавского ледника и местных оледенений осталось большое
количество озер различных размеров и глубины. Вначале они
заполнялись минеральными осадками ветрового и водного
происхождения, из которых образовались пласты озерных мергелей,
глин и песков. С развитием растительности и животного
населения в озерах началось отложение органогенных илов, так
называемых сапропелей, более или менее засоренных
минеральными осадками.
28

Сапропель, в переводе с греческого — гниющий ил,
представляет студенистое, коллоидальное вещество, иногда как бы
зернистое, более или менее плотной консистенции, не
содержащее заметных на глаз растительных остатков. При высыхании
богатый органическим веществом сапропель сильно
уменьшается в объеме и утрачивает способность к повторному намоканию
и разбуханию. Срезанная поверхность сухого сапропеля
выглядит гладкой, блестящей.
Сапропель образуется из отмерших и разлагающихся в
анаэробной среде очень мелких животных и растительных
организмов, населяющих водоемы, так называемого планктона. Из
животных большая роль принадлежит ракообразным. Помимо них
встречаются коловратки, простейшие, а также моллюски и др.
Растения представлены в основном водорослями —
сине-зелеными, диатомовыми, десмидиевыми, харовыми и др.
В глубоких древних водоемах, превратившихся в торфяники,
можно наблюдать такую последовательность в формировании
мощной сапропелевой толщи. Нижний слой состоит из песчаного
или глинистого сапропеля с малым содержанием органического
вещества. Далее следует толща известкового сапропеля со
слоями различной окраски: светло-серой, желтоватой, розоватой,
вишневой, коричневатой и др. Этот сапропель бурно вскипает
от действия соляной кислоты. Выше идет тонкодетритовый
сапропель, чаще зеленовато-бурого или коричневого цвета,
состоящий в основном из очень мелких органических остатков. Этот
вид сапропеля сменяется ближе к поверхности грубодетрито-
вым, иначе — торфянистым сапропелем темной окраски,
состоящим из более крупных растительных остатков и
представляющим переходный горизонт от сапропеля к торфу.
Одновременно с отложением в водоеме сапропеля, у берегов
и на'мелководье возникают заросли водно-болотной
растительности, образующие при отмирании слои торфа. По мере
заполнения сапропелем в глубоких местах также поселяется высшая
растительность, и в дальнейшем сапропель перекрывается
отложениями торфа.
При постепенном увеличении глубины водоема от берегов к
середине, распределение в нем растительности приобретает более
или менее выраженный зональный характер, что раньше было
показано В. Н. Сукачевым A926). Поэтому дальше мы
придерживаемся описания, данного В. Н. Сукачевым, с небольшими
изменениями и дополнениями, основанными на личных
исследованиях (рис. 2).
Прибрежную мелководную зону в зарастающем водоеме
занимают различные виды осок, нередко образующих высокие
кочки, и сопутствующие им растения: частуха (Alisma plantago-
aquatica), стрелолист (Sagittaria sagittifolia), горец
земноводный {Polygonum amphibium), наумбургия (Naumburgia thyrsi-
29

flora), лютики (Ranunculus repens, R. acer), топяной хвощ
(Equisetum jluviatile), пузырчатка (Uiricularia vulgaris),
лягушечник (Hydrocharis morsus-ranae) и др. Иногда хвощ образует
несколько более глубоководную самостоятельную зону. Далее
к середине водоема следует зона рогоза {Typha latifolia и Г. ап-
gustifolia), которая может и отсутствовать. Тогда за осоковой
Рис. 2. Схема зарастания водоема (по Сукачеву, 1926):
/ — осоковый торф; 2 — тростниковый и камышевый торф; 3 — сапропелевый торф;
4 — сапроиг.ль
или хвощевой зоной будет следовать зона тростника (Phragmi-
ies communis). Тростник, образующий громадные заросли в
наших стоячих и проточных водоемах, занимает чаще
пространства с глубиной воды от 1 до 2—3 м.
Однако нередки случаи, когда чистые заросли тростника или
в смеси его с осоками образуют и мелководную зону в
зарастающем водоеме, вытесняя зону осок и сопутствующих
растений за пределы водоема.
Вместе с тростником, а местами отдельными куртинами,
занимающими иногда еще более глубокие участки водоема,
растет озерный камыш (Scirpus lacusiris), но обычно его роль
в образовании торфяных залежей невелика (рис. 3).
Еще ближе к центру водоема находится зона погруженных
и плавающих растений, так называемая зона макрофитов. Здесь
распространены кувшинки (Nymphaea alba, N. Candida),
кубышка (Nuphar luteum), рдесты {Potamogeion perfoliatus, P. praelon-
gus), харовые водоросли (Chara, Nilella), роголистник (Cera-
tophyllum demersum).
Наиболее глубокая часть водоема, где глубина превышает
4—5 м, представляет собой зону микрофитов, т. е. споровых
водорослей, главным образом сине-зеленых, зеленых и диато-
го

Рис. 3. Зарастающее озеро. На переднем плане озерный камыш
(Scirpus lacustris)
мовых- Зоны микрофитов и макрофитов — это зоны образования
сапропеля, в то время как в более мелководных зонах из
зарослей камыша, тростника и осок происходит отложение
торфа.
По мере заполнения водоема сапропелем и уменьшения его
глубины, все далее к центру продвигается зона тростника н
камыша, погребая сапропель торфом. Накопление слоя
тростникового торфа приводит к уменьшению глубины водоема в этой
зоне и вытеснению тростника осоками и гипновыми мхами. Таким
образом, каждое растительное сообщество, заполняя водоем
отмершими остатками, т. е. торфом, само подготовляет себе смену.
Так как наиболее мелководную зону в зарастающем водоеме
образуют осоки, им и принадлежит роль создания гипново-осоко-
вого растительного сообщества, возникающего на месте заторфо-
ванного водоема.
В дальнейшем, по мере изменения экологических условий в
связи с ростом торфянка в высоту, гипново-осоковые
группировки растительности могут смениться моховыми сфагновыми,
причем нередко появляется и древесная растительность (береза,
сосна). В результате развитие болота, начавшееся с озерной стадии,
приходит через ряд смен растительных сообществ к лесной
стадии.
Помимо описанного пути заторфовывания водоемов, когда
они заполняются торфом снизу, имеют некоторое
распространение также случаи заторфовывания сверху, вследствие
нарастания сплавины. Эти случаи описаны для водоемов с крутыми
31

берегами, где условия укоренения прибрежноводной
растительности неблагоприятны. Образование таких сплавин можно
наблюдать на озерах среди сфагновых торфяников.
Сплавина представляет плавающий растительный ковер,
образованный главным образом сфагновыми или гипновыми
мхами, дерновины которых прочно связаны корневищами осок,
вахты {Menyanthes trifoliata), сабельника (Comarum palustre) и
других болотных растений. Так как сплавина, даже при
достижении значительной толщины, колеблется под ногами при ходьбе,
ее часто называют зыбу-
н о м. Одним краем сплавина
прикреплена к берегу
водоема, а другим,
свободноплавающим, надвигается
постепенно на открытую
водную поверхность.
Отрываясь от берега, сплавины
превращаются в плавающие
острова. В результате
ежегодного нарастания
растительной массы сплавина
постепенно увеличивается в
толщину. Отмерший
растительный материал частично
отрывается от нижней
поверхности сплавины и
падает на дно, покрывая
толщу сапропеля. Таким
образом, заполнение водоема
торфом идет и сверху и
снизу.
Однако изложенный путь заторфовывания водоемов,
описанный у нас в учебниках болотоведения В. Н. Сукачева A926),
В. С. Доктуровского A935), Н. Я. Каца A941), А. В. Пичугина
и других A956) и в зарубежной литературе, подвергся
критическому пересмотру со стороны И. Д. Богдановской-Гиенэф
A945, 1949). Ее исследования показали, что сплавины
образуются не на водной поверхности, а на отложившемся в озере
сапропеле. Это может происходить только при понижении водного
уровня, вызванного теми или иными причинами. Обнажившийся
сапропель быстро покрывается растительностью, состав которой
определяется богатством его питательными веществами. Таким
путем возникает сплавина, которая колеблется под ногами и
вполне может быть принята за надводную. При повышении
водного уровня в водоеме такие надиловые сплавины легко
отрываются от сапропелевой основы и всплывают над водой
(рис. 4). . *;
Рис. 4. Надиловая сплавина (/) и
вторичная надводная сплавина (//):
/ — осоковый торф; 2 — сфагновый торф;
3 — сапропель (гиттия); пунктир — уровень
озера до повышения (по Богдановской-
Гиенэф, 1949)
32

ЗАБОЛАЧИВАНИЕ СУШИ
Процесс заболачивания суши наблюдается повсеместно, где
количество выпадающих осадков превышает испарение,
особенно на нашем севере и северо-западе; «...наши северные леса,—
пишет В. Н. Сукачев A926, стр. 4),— страдают от
заболоченности. Как первые путешественники по северу Европейской России
и Сибири, так и отчеты лесоустроительных партий единогласно
свидетельствуют, что на равнинных пространствах лес имеет
строевой характер почти исключительно только в
непосредственном соседстве с реками, дренирующими прилегающие
пространства. Но лишь несколько удаляясь от них к водоразделам, лес
сменяется или чистыми болотами, или мелким дровяным, мало
ценным лесом по болоту. Но даже там, где ныне еще растет
хороший лес, можно наблюдать процессы заболачивания,
обесценивающие его. Нередко обширные площади лесосек и пожарищ
подвергаются также усиленному заболачиванию, чем
прекращается возобновление леса».
В прошлом, когда началось образование современных
крупных торфяников, заболачивание суши, как считает Н. Я. Кац
A941), было распространено гораздо шире, чем зарастание
водоемов. Поэтому и площадь болот «суходольного»
происхождения в хвойно-лесной зоне Европейской части Союза на много
больше площади болот, возникших на месте водоемов. Южнее
роль «водного» заболачивания возрастает.
Наши исследования также показывают, что в основании
большинства торфяников встречаются не сапропели, а древние
почвенные образования, нередко со следами пожаров. Однако это
еще не является доказательством непосредственного
заболачивания суходолов; в большинстве случаев удается найти очаги
заболачивания в виде небольших озер или депрессий, из
которых растущие болота расползались в стороны, погребая
окружающие суходолы. Заболачивание суши может вызываться
переувлажнением почвы грунтовыми, паводковыми и
атмосферными водами. Рассмотрим каждый из этих вариантов в
отдельности.
Заболачиваниеподвлиянием грунтовойводы
широко распространено во всех географических зонах. Оно
вызывается переувлажнением верхних горизонтов почвы
грунтовыми (или почвенно-грунтовыми) водами и в связи с этим
возникает в понижениях рельефа, а также на пологих склонах с
неглубоко лежащим водоупорным горизонтом. Выходя на дневную
поверхность в виде ключей или путем диффузного просачивания,
грунтовые воды переувлажняют верхние горизонты почвы. При
наличии локальных понижений с плохо обеспеченным стоком,
как это наблюдается, например, в притеррасных частях пойм,
они служат источником образования небольших притеррасных
озер или речек, подвергающихся в дальнейшем заторфовыванию.
3 И. И. Пьявченко
33

Нередки случаи, когда грунтовые воды не выходят на'
поверхность почвы, а лишь переувлажняют ее на небольшой глубине
от поверхности, что также приводит к развитию заболачивания
и накоплению торфяного слоя.
Отличительной особенностью водного режима при грунтовом
заболачивании является постоянное,*хотя и медленное, внутри-
почвенное движение воды вдоль уклона поверхности болота. Эта
проточность обусловливает постоянный принос к корневым
системам растений некоторого количества растворенных в воде
кислорода и минеральных веществ, в частности карбоната и
бикарбоната кальция. Последние нейтрализуют гуминовые
кислоты, образующиеся при разложений органического вещества, и
переводят их в нерастворимые в воде гуматы кальция. Наряду
с этим, регулярная промывка почвы текучей водой очищает ее
в некоторой степени от вредных для растений закисных
соединений и ядовитых продуктов жизнедеятельности почвенных
организмов.
В периоды летнего понижения уровня почвенно-грунтовых
вод все это стимулирует усиление жизнедеятельности почвенных
беспозвоночных животных и микрофлоры, обитающих в торфо-
генном горизонте, вследствие чего отмершие растительные
остатки лучше гумифицируются, и образующийся в таких условиях
торф имеет хорошую степень разложения.
Описанный тип заболачивания называется евтрофным
(т- е. богатым), или низинным.
Заболачивание данного типа свойственно в Европейской
части СССР черноольховым, еловым, березовым и, реже,
сосковым лесам, связанным с влажными условиями
местопроизрастания.
Различают две разновидности грунтового заболачивания:
1) постоянное (непрерывное) и 2) сезонное (периодическое).
Первая разновидность свойственна глубоким понижениям —
речным поймам, приозерным впадинам и другим отрицательным
элементам рельефа с постоянным притоком большого количества
грунтовой воды.
В этих условиях получают широкое распространение
болотные и водно-болотные растительные сообщества, образованные
тростником (Phragmites communis), рогозом (Турка latifolia,
Т. angustifolia), различными осоками (Carex inflata, C.laslocarpa,
С. diandra, С. caespilosa), хвощем (Equisetum fluvialile, E. palus-
tre), вахтой (Menyanthes trifoliata), сабельником (Comarum pa-
lustre), гипновыми мхами (виды Drepanocladus, Calliergon, To-
menthypnum) и другими влаголюбивыми растениями (рис. 5).
Из древесных растений на юге и западе Европейской части СССР
характерна черная ольха (Alnus glutinosa), реже — береза (Be
tula pubescens, В. humilis) и некоторые виды ивы (Salix cinerea,
S. pentandra, S. caprea). На севере — главным образом береза
34

Рис. 5. Общий вид болота грунтового питания
с некоторым участием сосны и ели. В Западной Сибири
древесная растительность чаще всего имеет смешанный состав из ели,
(Picea obovata), кедра (Pinus sibirica), березы {Betula pubescens,
В. humilis), иногда обыкновенной сосны и сибирской
лиственницы {Larix sibirica).
Заболачивание этого рода приводит к образованию глубоких:
болот с торфяной залежью хорошей и, чаще, средней степени
разложения. '
Вторая разновидность грунтового заболачивания характерна
для неглубоких сточных ложбин и пологих склонов с
залегающим на небольшой глубине водонепроницаемым грунтом. Здесь
переувлажнение грунта создается почвенной водой, или
верховодкой, главным образом весной и е начале лета, а иногда и
осенью. В периоды обильного увлажнения происходит вспышка
заболачивания, а затем уровень почвенной воды понижается, и
процесс заболачивания затухает или приостанавливается. Это
ведет к улучшению аэрации почвы, активизации биологических
почвенных процессов и усиленному разложению накопившихся
растительных остатков. Образующиеся в таких условиях
торфяные и торфяноперегнойные почвы отличаются высокой степенью
разложения органического вещества, содержат большой запас
азота и зольных элементов и отличаются достаточно высоким
потенциальным плодородием.
В нашей европейской тайге такие места чаще всего заняты
ельниками болотно-травяными с участием березы, а в Западной

Сибири — болотно-травяными сограми, т- е. смешанными
насаждениями из кедра, ели, нередко березы с участием лиственницы
и сосны. В зоне широколиственных лесов для этих мест типичны
леса из черной ольхи (Alnus glutinosa), на западе — с участием
ясеня {Fraxinus excelsior).
Леса периодического избыточного увлажнения
характеризуются довольно обильным подлеском и хорошо развитым
покровом из кочкарных осок (Carex caespltosa, С. paradoxa и др.)» и
болотного разнотравья (Aconitum excelsum, Aegopodium podag-
rarla, Geranium pratense, Calamagrostls, Flllpendula ulmarla, Equl-
setum sllvatlcum. В моховом покрове обычно господствуют
зеленые лесные мхи (Hylocomiutn prollferum, Pleurozlum Schreberi
и др.), но встречаются и сфагновые мхи — Sphagnum centrale,
S. Glrgensohnli, S. Warnstorfll, S. Wulflanum.
Описанные разновидности грунтового заболачивания часто
накладываются одна на другую: в начальных стадиях развития
заболачивание носит непрерывный характер, в конечных — пе-:
риодический. Это объясняется постепенным повышением уровня
поверхности болота, вызываемым нарастанием торфяной толщи,
вследствие чего верхний слой ее выходит из сферы постоянного1
влияния грунтовых вод. ЭтЬ может быть связано и с понижением
прежнего уровня грунтовой воды под влиянием климатических
причин или глубинной эрозии окружающей территории.
Выход поверхностного слоя торфяной почвы из сферы
влияния грунтовых вод приводит к смене грунтового типа питания
атмосферным, для которого характерна сильная обедненность
элементами зольного питания растений. Изменение вследствие
этого экологических условий среды определяет и смену
растительного покрова болота. Более требовательные к зольному
питанию травяные и древесные растения отмирают и замещаются
менее требовательными, мирящимися с высокой кислотностью и
бедностью почвенного субстрата. К их числу относятся,
например, некоторые осоки (Carex llmosa, С. globularls), пушица
(Erlophorum vaginatum), шейхцерия (Scheuphzerla palustris),
вересковые болотные кустарнички (Ledum palustre, Chamaedaphne
calyculata, Vacclnium ullglnosum, Andromeda pollfolla, Call una
vulgaris) и олиготрофные сфагновые мхи (Sphagnum magellani-
cum, S. angustifolium, S. fuscum, S. rubellum), а из древесных
растений — главным образом сосна (Plnus sllvestrls) и отчасти
лиственница (Larlx slbirlca, L. dahurlca).
Конечно, такой переход от евтрофного болота к олиготрофно-
му совершается не сразу, а в течение более или менее
длительного времени, когда болото еще питается грунтовой и
атмосферной водой, а растительный покров его имеет смешанный состав
из видов, свойственных болотам как грунтового, так и
атмосферного питания. Такое болото относится к мезотрофному, или
переходному типу.
36

Заболачивание паводкового, или аллювиального типа
наблюдается преимущественно в поймах рек или на равнинах,
переувлажняемых в периоды летних дождей, например на Дальнем
Востоке, где особенности рельефа и механический состав грунта
благоприятствуют скоплению и длительному застою воды
весенних разливов и летних паводков. В развитых поймах обычно
Рис. 6. Схематический разрез речной поймы:
/ — прирусловая часть; 2 — средняя часть; 3 — притеррасная часть с болотом
наиболее высокой является прирусловая часть, вследствие
отложения вблизи русла максимального количества наилка
довольно грубого механического состава. Средняя часть, занимающая
основную площадь поймы, ниже прирусловой. Она сложена
аллювием более тонкого состава — средним или тяжелым
суглинком. Это — зона пойменных лугов. У коренного склона или у
подножия высокой надпойменной террасы, в наибольшем
удалении от реки, сравнительно неширокой полосой тянется
притеррасная часть поймы (рис. 6). Сюда полые воды приносят
только самые тонкие фракции наилка, вследствие чего в этой части
поймы формируются почвы тяжелосуглинистого и глинистого
состава, обладающие незначительной водопроницаемостью.
А так как наилка приносится немного, притеррасная часть
бывает самой низкой в пойме.
Таким образом, наиболее благоприятные условия для
паводкового заболачивания создаются в притеррасной части поймы
с ее низким топографическим положением и водонепроницаемым
грунтом. Но у малых рек, где ширина поймы часто не превышает
нескольких сот метров, притеррасное понижение обычно не
образуется. Поэтому паводковому заболачиванию может
подвергаться вся средняя часть поймы, если более высокая
прирусловая полоса задерживает сток полых вод в реку.
В зависимости от продолжительности и глубины затопления
и интенсивности отложения аллювиальных наносов
растительный покров может быть образован или древесными
группировками из ольхи, березы, ивы, или травяными болотными
сообществами из осок, тростника, хвоща и сопутствующих им растений.
Заболачивание паводкового типа в чистом виде встречается
довольно редко. Гораздо чаще наблюдается совместное забола-
37

Рис. 7. Развитие вторичного заболачивания вследствие подпора стока воды
дорогой (Котласский район Архангельской обл.)
чивающее влияние и паводковых, и почвенно-грунтовых вод,
причем главную роль обычно играют последние. Аллювиальный же
процесс имеет большее значение в минеральном питании
болотной растительности и образовании высокозольных торфяных
залежей, нередко слоистого характера. К этой же категории можно
отнести и временное заболачивание, вызываемое подпорами
поверхностного и отчасти внутрипочвенного стока. Подпоры могут
обусловливаться естественными причинами, например завалом
русел лесных речек и ручьев валежником, зарастанием мхами и
болотными травами, засорением наносами и т. п., но чаще они
возникают в результате хозяйственной деятельности, главным
образом лесозаготовок. Строительство лесовозных дорог без
учета геоморфологических и гидрологических особенностей
территории, засорение ручьев и рек порубочными остатками и
прочим хламом, создание искусственных подпоров в целях
лесосплава и т. д.— все это нередко приводит к ухудшению стока,
пересыщению почвы влагой и повышению уровня
почвенно-грунтовых вод, а в равнинных местах даже к затоплению больших
площадей леса (рис. 7).
Сильная заболоченность Средне-Амурской низменности в
Хабаровском крае и формирование так называемых мар-ей
также обусловливается периодическим переувлажнением грунта в
периоды летних дождей и речных разливов (Прозоров, 1961).
Заболачивание атмосферного типа
распространено не менее, а на северо-западе и севере даже более широко, чем
38

Рис. 8. Начальная стадия заболачивания леса
грунтовое. Основной причиной заболачивания служит
избыточное увлажнение почвы водой атмосферных осадков. Этому
благоприятствуют неровности мезо- и микрорельефа: котловины,
блюдцеобразные впадины, обширные плоские понижения бес-
'сточного или слабосточного характера с близким к поверхности
водоупорным горизонтом. Накапливающаяся в них застойная
вода пересыщает грунт, затрудняя доступ атмосферного
кислорода. Это вызывает развитие анаэробных процессов и
накопление в почве ядовитых продуктов обмена веществ, а также
быстрое обеднение верхнего горизонта почвы углекислыми солями
кальция и магния и другими зольными веществами. Недостаток
карбоната кальция в почве обусловливает высокую кислотность
почвенной среды. В таких условиях жизнедеятельность почвен-
39

ных беспозвоночных и микробов сильно затрудняется.
Требовательная к аэрации и минеральному питанию высшая мезофиль-
ная растительность также испытывает все большее и большее
угнетение и постепенно сменяется сообществами менее
требовательных гигро- и гидрофитов. Луговые злаки и разнотравье
вытесняются такими болотными злаками, как некоторые виды вей-
ника (Calamagrostts) и луговика (Deschampsia), различными
осоками (Carex caespitosa и др.), хвощем (Equisetum palustre),
пушицей и др. Развивается покров из кукушкина льна (Polyl-
richum commune), болотных гипновых и сфагновых мхов.
При атмосферном заболачивании хвойных лесов или лесосек
внешне это выражается в распространении в напочвенном
покрове Polytrichum commune и сфагнума {Sphagnum angustifolium,
S. Girgensohnii, S. robustrum и др.), вытесняющих лесные мхи —
Pleurozium Schreberi, Hylocomium proliferum и др., в общем
угнетении древостоя и снижении прироста древесины, выпадении
из состава более требовательных к аэрации и минеральному
питанию древесных пород, например ели и пихты, и замене их
более приспособленными к новым, неблагоприятным условиям
среды — сначала березой и сосной, а затем болотными формами
последней (рис. 8).
Сфагновые мхи — наименее требовательные к
минеральному питанию болотные растения. Они довольствуются мине-
Таблица 3
Влагоемкость некоторых растений-торфообразователей
(по Гребенщиковой, 1955)
Рас тени я- торфообразова тел и
Сфагновые мхи
Секция Palustria . . . •
Acutifolia . . .
Cuspidata . . .
Squarrosa . . .
Гипновые мхи
Лесные
Травы
Тростник
Влагоемкость,
%
2320—3880
1680-2510
1770—3140
2200—3260
1036—1751
360— 909
1051
300— 800
235
Примечание
На абсолютно сухой
вес
То же
На воздушно-сухой
вес
На абсолютно сухой
вес
На воздушно-сухой
вес
40

ральными веществами, поступающими на поверхность почвы из
атмосферы. Эти мхи отличаются очень высокой влагоемкостью,
позволяющей некоторым видам сфагнума поглощать воды в
20—30 раз больше своего веса в сухом состоянии (табл. 3).
Высокая влагоемкость сфагнового мха объясняется тем, что
ткани его листьев состоят в основном из мертвых гиалиновых
клеток, между которыми зажаты очень мелкие живые хлорофил-
лоносные клетки. Из мертвых гиалиновых клеток состоит и
наружный покров (гиалодермис) стеблей и ветвей (рис. 9). В
сухом состоянии они заполнены воздухом, чем и обусловливается
белесый цвет этого мха. Во влажной атмосфере гиалиновые
клетки поглощают значительное количество влаги (более 40%) из
воздуха, а под действием дождя целиком заполняются водой-
Кроме того, капельки воды удерживаются между листочками к
между облиственными висячими веточками и стеблем.
Так как сфагновый мох не имеет корней, минеральное
питание в виде бедных солями водных растворов воспринимается
всей поверхностью растения через гиалиновые клетки. Поселяясь
на заболачивающихся местах, сфагнум уже сам, в условиях
достаточно влажного климата, усиливает болотообразовательиый
процесс.
Степень развития болотообразовательного процесса
(заболачивания) зависит от особенностей водного режима,
складывающегося под воздействием различных факторов среды, о которых.
уже говорилось ранее. В условиях водного режима,
обеспечивающего постоянный избыток прихода влаги над расходом,
поверхностным и внутрипочвенным стоком, заболачивание
прогрессирует и приводит к образованию мощных отложений торфа
невысокой степени разложения. В менее благоприятных условиях
водного режима этот процесс протекает медленнее, с
известными задержками, в результате чего торфяные почвы, или залежи,
отличаются небольшой мощностью и высокой степенью
разложения. Наконец, в случае неустойчивого водного режима,
подверженного колебаниям в связи с внутривековыми изменениями
количества осадков или вследствие нарушения баланса
почвенной влаги в результате вырубки или выгорания лесной
растительности, заболачивание имеет временный, обратимый
характер и обычно не приводит к образованию торфяников.
Необратимое, прогрессирующее,
заболачивание имело сильное распространение на территории нынешней
лесной зоны и далее к северу в начале послеледникового
времени (голоцена); ему благоприятствовали климатические условия
и наличие многочисленных понижений рельефа, служивших
очагами болотообразования. В результате этого процесса
образовались глубокие сфагновые торфяники, заполнившие в основном
все депрессии рельефа, которые могли служить очагами
необратимого заболачивания. В достаточно влажном климате эти
41

Рис. 9. Строение сфагнового мха (по Савич-Любицкой, 1952):
/ — общий облик Sphagnum magellanicum; 2 — наружные клетки гиалодер-
миса стебля; 3 — наружные клетки гиалодермиса отстоящей ветви; 4 —
часть поперечного среза через стебель; 5 — веточный лист; 6 — поперечный
срез веточного листа; 7 — часть ткани веточного листа (темные — хлоро-
фнллоносные клетки, бесцветные — водоносные клетки с порами- (а) и
волокнами (б)

торфяные болота нарастают теперь вверх и имеют выпуклый
профиль. Одновременно они разрастаются и в стороны,
наступая на окружающие леса.
Если такое болото занимает более высокое местоположение,
чем окружающая территория, надвигание его на лес может
происходить довольно быстро. В литературе есть указания,
основанные на свидетельстве старожилов и на сравнении прежних и
новейших картографических материалов, что болота наступают
на леса, луга и пашни и даже вынуждают переносить селения
в более сухие места (Гетманов, 1925). «На севере во многих
местах,— пишет В. Н. Сукачев A926, стр. 34),— слышен вопль
местных жителей, что «мох лезет на пашню, луг или лес», что там,
где еще недавно была культурная земля, теперь расстилается
болото. Этот процесс во многих местах происходит прямо на
глазах. В верховьях Волги подобные явления констатированы
"С. Н. Никитиным при исследовании источников главнейших рек
Европейской России в 1894—1898 гг. (см. Нестеров, 1960).
Сильное распространение болот за счет тайги в Восточной Сибири
отмечает Н. С. Нестеров A960), а в Амурской области — А. П.
Левицкий A910).
По исследованиям Р. П. Спарро A925), сильное разрастание
болот наблюдалось в Вологодской и Тверской губерниях и в
Белоруссии. Так, в Горецкой лесной даче сфагновое болото в
течение 17 лет расширялось в среднем в год более чем на 10 м.
В южной части этой дачи болото захватило за 12 лет площадь
свыше 25 га, покрыв ее слоем мха толщиной в 48 см.
Подобные указания встречаются и у других авторов.
Однако в тех случаях, когда торфяник располагается в
низине даже с пологими склонами, наступление его на периферию
происходит крайне медленно. По нашим наблюдениям в Соль-
вычегодском районе Архангельской области (Пьявченко, 1957а),
при крутизне склона 16° продвижение сфагнового болота в
сторону составляет только 5 ж за столетие. Следует отметить, что
по исследованиям Мальмстрема в северной Швеции и Гранлунда
в южной Швеции, а также Ауэра в Лапландии (см. Кац, 1941)
процесс болотообразования в настоящее время сильно
замедлился. В Европейской части СССР это установлено исследованиями
Ц. И: Минкиной A950). Тем не менее, во многих областях СССР
этот вид заболачивания можно рассматривать как вполне
реальную опасность для окружающих лесов и земель
сельскохозяйственного значения.
Что касается заболачивания, протекающего при недостаточно
благоприятном водном режиме, то оно длительно задерживается
на этой стадии и не всегда приводит к накоплению торфа.
А. А. Немчинов A949, 1957), изучавший много лет болотные
процессы в лесной зоне, совершенно правильно считает, что
заболоченные почвы следует рассматривать как образования
43

не кратковременные, быстро переходящие в болота, а как устой-
чивые со стабильностью в содержании органического вещества.
По его же мнению, указания на прогрессирующее
заболачивание почв на севере сильно преувеличины, а ссылка на то, что
появление мхов кукушкина льна и сфагнума обеспечивает
развитие болота мало обоснованы.
Б. Д. Зайцев A949) также различает длительные процессы
заболачивания, под влиянием которых сформировался
современный облик лесной зоны, и кратковременные местные
процессы, изменчивость которых связана с определенными
условиями. Исследования Н. И. Пьявченко A952, 1954) и А. А. Ниценко
A954) показывают, что широко наблюдающееся в таежной зоне
разрастание кукушкина льна на вырубках и гарях далеко не
всегда свидетельствует о начавшемся процессе заболачивания,
а представляет одну из стадий смены напочвенного
растительного покрова под влиянием изменившихся условий среды.
Временное, или периодическое заболачивание весьма
широко распространено в лесной зоне. Вместе с заболачиванием
предыдущего вида оно производит впечатление чрезвычайно
сильной заболоченности северных лесов, из чего, собственно, а
черпается материал для обоснования гипотез о якобы
неизбежной смене наших лесов сфагновыми болотами.
Можно выделить две разновидности временного
заболачивания: 1) обусловленную колебаниями климата и 2) связанную с
вырубками или выгоранием лесов.
Первая разновидность заболачивания наблюдается на
боровых террасах рек и отчасти на водоразделах, где в песчаном
грунте на небольшой глубине от поверхности находится
водоупорный слой суглинка или глины (Пьявченко, 1957а). Во
влажные периоды многочисленные мелкие понижения
переувлажняются атмосферной и отчасти поверхностносточной водой и
заселяются болотными растениями: осоками, гипновыми мхами,,
кукушкиным льном и сфагнумом. В случае продолжительности
влажного периода в них может образоваться и торфянистый
горизонт почвы мощностью 10—20 см. С наступлением сухого
периода такие «болота» обычно пересехают и покрываются лесной
растительностью, .а в случаях лесных пожаров сухой торф в них
полностью выгорает.
К этой же разновидности временного заболачивания следует
отнести и хорошо известное явление периодической «вымочки»
лесов в блюдцах Западно-Сибирской низменности (рис. 10) ^
описанное В. А. Арефьевой и А. О. Кеммерихом A951 а, б) и
нами (Пьявченко и Кощеев, 1955). Как явления временного
заболачивания понижений, так и вымочки леса следует
связывать с изменениями влажности климата, вызывающими, по
А. В. Шнитникову A950), внутривековые колебания уровня озер.
44

Рис. 10. Вымочка леса в Западной Сибири (Томская обл.)
Временное заболачивание суши под влиянием уничтожения
леса в настоящее время довольно хорошо изучено. А. Л. Кощеев
'еще в начале тридцатых годов нынешнего столетия
констатировал обратимость заболачивания вырубок на территории Лисин-
ского леспромхоза Ленинградской области (Буренков, Кощеев,
Мальчевская, 1934). Это первое разностороннее исследование
позволило сделать вывод о естественном прекращении
болотообразовательного процесса под влиянием усиленной транспирации
влаги молодым лесом, возобновившимся на вырубке.
В дальнейшем вопрос об обратимости заболачивания был
детально выяснен исследованиями самого А. Л. Кощеева A953,
1955), а также А. П. Малянова A939), И. С. Мелехова A954),
И. С. Мелехова и П. В. Голдобиной A947), Н. И. Пьявченко
A953а, 1954, 1955, 1957, 1959), А. А. Молчанова A960) и др.
Как теперь установлено, причиной временного заболачивания
вырубок и гарей служит нарушение баланса влаги в верхних
горизонтах почвы, вызываемое уничтожением лесной
растительности. На это еще указывали в своих работах Г. И. Танфильев
A888, 1889), Н. С. Нестеров A960), В. Н. Сукачев A926),
А. Д. Дубах A933) и др. Однако ранее считалось, что
избыточное увлажнение почвы и появление на вырубках болотной
растительности, в частности кукушкина льна и сфагнума, ведет к
необратимому заболачиванию, т. е. к развитию торфяника вне
зависимости от географической широты и условий рельефа.
45

Наши исследования показывают, что временное
заболачивание лесных вырубок и гарей может происходить только в
местностях с влажным климатом, преимущественно в понижениях
рельефа с водонепроницаемым грунтом или близким к
поверхности уровнем почвенно-грунтовой воды, тогда как в других
условиях концентрированные рубки леса на больших площадях и
лесные пожары не вызывают развития заболачивания.
Как указывает А. Л. Кощеев A955), временное
заболачивание вырубок продолжается 20—30 лет, пока возобновляющийся
Рис. 11. Возможный расход влаги на транспирацию и испарение хвои
но-лиственными древостоями в Ленинградской области за
вегетационный период (по Кощееву, 1955):
/ — древостой 95—100-летнего возраста; 2 — вырубка первого года; 3 — вырубка
со сплошным сфагновым покровом и редким древесным подростом; 4 —
жердняк и средневозрастный древостой с мертвым напочвенным покровом; 5 —
приспевающий древостой 85—90-летнего возраста; а — годовые осадки,
достигающие почвы; б — возможный расход влаги
хвойно-лиственный древостой не перейдет в стадию жерднякам
В названной стадии количество зеленой массы в лесу сильно
возрастает и, соответственно, расход влаги на транспирацию
почти достигает максимума (рис. 11). В связи с усиленным
расходованием почвенной влаги уровень ее понижается и
заболачивание прекращается; сфагновые мхи, испытывающие сильное
затенение от сомкнутого полога древостоя и неблагоприятное
физическое и химическое воздействие большого количества опада
листьев и хвои, отмирают, уступая свое место тенелюбивым
зеленым мхам и травянистым растениям. О былом заболачивании
таких лесов можно судить лишь по маломощной сфагновой
прослойке, длительно сохраняющейся под горизонтом лесной
подстилки.
46

В заключение следует сказать, что все явления временного
заболачивания мы рассматриваем в свете неизменных
современных климатических и геоморфологических условий. Естественно,
изменение этих условий в ту или другую сторону может внести
существенные коррективы и в динамику болотообразовательного
процесса. Например, увеличение влажности климата,
происшедшее в силу тех или иных причин и оказывающее свое влияние
в течение длительного времени, может превратить временный и
обратимый ныне процесс заболачивания в необратимый. К
подобным результатам может привести и отрицательное
тектоническое движение земной коры.

ВЗАИМОВЛИЯНИЕ ЛЕСА И БОЛОТА
Взаимовлияние леса и болота в процессе развития болото-
образования мы проследим на примере лесов, типичных для
нашей таежной зоны.
Под воздействием заболачивания первоначальный тип леса,
конечно, не остается неизменным. Обычная последовательность
смен типов леса может быть выражена следующим рядом:
ельник-черничник-> ельник травяно-зеленомошный~>ельник болот-
но-травяной-* ельник сфагновый-^сосняк сфагновый-^верховое
болото.
Резких смен одного типа другим в природе, конечно, не
бывает. Они происходят постепенно, через ряд промежуточных
стадий, отражающих накопление количественных изменений во
взаимодействии между компонентами биогеоценоза. Каждый же
последующий тип леса есть новое качество в цепи эволюции от
леса к болоту.
Процесс заболачивания леса, начавшийся под влиянием тех
или иных причин, приводит к длительному переувлажнению
корнеобитаемого горизонта почвы в течение вегетационного
периода. Если в незаболоченном лесу, например
ельнике-черничнике, непродолжительное переувлажнение верхнего горизонта
почвы наблюдается обычно весной после таяния снега и иногда
в период осенних дождей, то по мере развития заболачивания
возрастает как степень увлажнения, так и продолжительность
пересыщения почвы влагой (табл. 4).
Отметим, что в более сухом 1955 г. максимальное понижение
уровня почвенно-грунтовых вод в ельнике болотно-травяном и
сосняке кустарничково-сфагновом наблюдалось в августе и
сентябре и достигало 45—46 см.
Амплитуда колебаний уровня воды в течение всего срока
наблюдений больше в сосняке и меньше в ельнике. Это различие
обусловливается особенностями водного питания названных
типов леса. В ельнике болотно-травяном расход воды на
испарение компенсируется постоянным притоком грунтовой воды со
стороны, тогда как в сосняке кустарничково-сфагновом,
48

Таблица 4
Водный режим незаболоченных и заболоченных лесов в 1957 г.
(Харьковский лесхоз Волгоградской области)
Тип леса

Ельник-черничник* . .
Ельник тра-
вяно-зеле-
номошный*
Ельник

лотно-травяной . .
Сосняк ку-
старничко-
во-сфагно-
вый . . .
Среднемесячный уровень
грунтовой воды, см
V
Нет
данных
То же
0
<10
VI
35
18
5
18
VII
71
38
12
22
VIII
87
35
10
20
IX
Нет
данных
То же
9
17
Запас воды в 30-сантиметровом
слое почвы, мм
V
1 VI
VII
Нет данных
1
То же
265
248
264.
235
265
235
VIII
265
228
I X
269
249
Среднее
110
141
266
238
* Уровень грунтовых вод показан по данным М. А. Нарышкина A961). Запас воды
вычислен нами.
питающемся атмосферными осадками, притока воды со стороны
не происходит, а поэтому и уровень ее опускается глубже.
После весеннего таяния снега почвенно-грунтовая вода
довольно долго стоит близ поверхности почвы.'В середине лета
уровень ее падает, а осенью снова несколько повышается.
Вследствие длительного весеннего переувлажнения верхнего
горизонта почвы начало вегетации древесных пород в болотных лесах
запаздывает, что приводит к сокращению периода роста
болотных древостоев.
О влажности торфяной почвы заболоченных лесов дает
представление табл. 5.
Таблица 5
Влажность верхнего 25-сантиметрового слоя торфяной почвы
(в процентах)
Ельник болотно-травяной
Сосняк кустарничково-
B среднем за июнь-сентябрь по 1 В среднем по всему
горизонтам, см | слою
0—10
88,6
4,5
92,3
4,0
10—20
88,2
3,2
92,2
3,1
20-25
87,8
3,3
89,7
2,7 '
к общему
весу
88,2
91,4
к весу сухого
вещеста
747,4
1062,8
4 Н. И. Пьявченко
49

Средняя температура торфяной почвы
Тип и местонахождение леса
Температура, °С
Весна C0.V—5.VI)
Поверхность
10 см
20 см
Ельник болотно-травяной,
Вологодская область A956—1957 гг.) . .
Кедровник болстно-травяной, Томская
область A960 г.)
Сосняк кустарничково-сфагновый,
Вологодская область A956—1957 гг.)
То же, Томская область (I960 г.) . .
10,0
8,2
Не определялась
11,7
|Не определялась
8,0
5,7
7,9
7,0
4,2
Данные табл. 5 показывают, что корнеобитаемый слой
торфяной почвы в сосняке кустарничково-сфагновом способен
больше удерживать воды, чем такой же слой в ельнике. К этому
следует добавить, что в отдельные сроки весеннего периода
влажность почвы в сосняке достигала даже 93,5—94,2%, что по
отношению к .сухому весу почвы составляет 1440—1690%. Меньшее
содержание воды в корнеобитаемом почвенном слое ельника1 при
более высоком ее уровне объясняется физическими свойствами
низинного лесного торфа, обусловливающими относительно
невысокую его влагоемкость.
Известно, что болота характеризуются более холодным
микроклиматом по сравнению с окружающими их суходолами. Это
связано отчасти с залеганием болот в низинах, куда стекают и
где застаиваются холодные массы воздуха, но главным образом
с охлаждающим влиянием испарения больших масс воды
болотной растительностью. Средняя температура воздуха в летние
месяцы в сильно заболоченных районах бывает на 1—2° ниже,
чем в незаболоченных. Весенние заморозки на болотах
прекращаются позже, а осенние начинаются раньше, чем на суходолах.
Вследствие поздневесенних заморозков иногда наблюдается
подмерзание молодых побегов у ели, растущей на заболоченных
местах.
Оттаивание почвы в болотных лесах происходит на 10—
20 дней позднее, чем в суходольных. Особенно это относится
к болотно-травяным и сфагновым ельникам и кедровникам, где
сильнее сказывается затеняющее влияние полога на почву. Так,
в ельнике сфагновом (Вологодская область) в 1956 г. частичная
мерзлота в почве на глубине 20 см сохранялась до конца июня.
50

Т л б л и ц а 6
в болотных лесах на различной глубине
Температура, °С
Лето (VII)

Поверхность
14,2
16,2
16,0
20,7
10 см
12,1
11,3
11,9
12,6
20 см
11,2
11,1
11,0
10,6
Осень E—15.1 X)

Поверхность
11,6
10,5
12,9
11,5
10 см
9,5
9,5
10,1
9,7
20 см
9,2
9,7
9,8
9,5
Среднее за вегетационный период

Поверхность
13,6
15,3
15,6
17,0
10 см
10,9
10,7
11,1
10,9
20 с к
10,5
10,2
10,3
9,4
В кедровнике болотно-травяном (Томская область) отдельные
островки мерзлоты в почве сохранялись в течение всего лета
1960 г. и исчезли только в августе.
По наблюдениям В. В. Протопопова A961), средняя
температура 26-сантиметрового почвенного слоя в ельнике черничном
Вологодской области за июль и август 1956 г. была 10°,7. По
нашим же наблюдениям за этот период, производившимся в 13 час,
средняя температура 20-сантиметрового слоя торфяной почвы в
ельнике болотно-травяном и в сосняке кустарничково-сфагнсвом
составляла, соответственно, 10,3 и 10°,5. Весной, в начале
вегетации, температура верхнего слоя в незаболоченных и
заболоченных лесах также была близка к 7—8°. Более значительная
разница температур, свойственная лишь глубже лежащим
горизонтам почвы, которые на заболоченных участках с достаточно
развитым торфяным слоем позднее оттаивают и хуже
прогреваются вследствие малой теплопроводности и большой
теплоемкости торфа (табл. 6).
Из табл. 6 видно, что температура почвы на глубине 10 и
20 см в среднем за вегетационный период почти одинакова.
Только в начале лета она на 10-сантиметрозой глубине на 1 —1°,5
выше, а к осени эта разница сглаживается. В сосняке
кустарничково-сфагновом, несмотря на теплоизолирующее влияние
сфагнового покрова и малоразложившегося торфа, корнеобитаемый
горизонт почвы несколько теплее, чем в ельнике и кедровнике.
Выше в сосняке и температура поверхности почвы. Это связано,
по-видимому, с малым затенением почвы разреженным сосновым
пологом и с режимом застойного увлажнения,
благоприятствующим лучшему прогреванию почвы в летнее время.

Болотам свойственны более резкие суточные колебания
температуры верхнего слоя торфяной почвы и находящегося под его
тепловым воздействием приземного слоя воздуха. По данным
В.Н.Сукачева A926), в середине июля на поверхности сфагну:
ма суточные колебания температуры достигали 26°,4, а на
глубине 25 еж —только 0°,3. Наблюдения П. Й. Коллиста A955)
показывают, .что на лесосеке по болоту за период с 1 мая по 10
августа 1951 г. амплитуда колебаний крайних температур обна^-
женной поверхности почвы достигала на слабо осушенном участи
ке 43\3, а на хорошо осушенном — даже 58°, 1. В незаболочен|
ных ельниках суточные колебания температуры почвы выражены
гораздо слабее (Протопопов, 1961). В связи с переохлаждением
поверхности торфяной почвы в ночные часы для заболоченных
земель отмечаются более обильные росы и туманы, а также
ранние осенние, и даже летние заморозки. Однако глубина
промерзания болотных почв меньше, чем незаболоченных. Сильно
обводненные болота под снежным покровом даже вовсе не
промерзают. Влажность воздуха в незаболоченных влажных лесах
и в заболоченных обычно всегда высокая, но над сильно
нагревающимся сфагновым покровом она днем понижается, а
вечером возрастает в связи с охлаждением воздуха (Кароль,
1959).
По наблюдениям Е. И. Бусаровой A961), в почвенной воде
ельников болотно-травяной группы с проточным увлажнением
кислород всегда присутствует, но количество его обычно не
превышает 2 мг на 1 л, что согласуется с данными И. И. Томашев-
ского A957) и А. Я. Орлова A958). Такого количества явно
недостаточно для нормальной жизнедеятельности почвенных
животных и микробов, дыхания корней и других окислительных
процессов в почве.
В почвенной воде сосняка кустарничково-сфагнового
кислорода практически нет. Присутствие его удавалось констатировать
после дождей в верхнем горизонте почвы в количестве 2—3 мг
на 1 л и больше, но уже через 1—3 дня он полностью или в
большей части расходовался на окислительные процессы. Результаты
этих определений совпадают в общем с ранее опубликованными
данными А. Л. Кощеева A955) для заболоченных вырубок
Ленинградской области и А. Я. Орлова A958) — для ельника осо-
ково-сфагнового Вологодской области. Таким образом, в сосняке
кустарничково-сфагновом недостаток кислорода в почве
проявляется еще сильнее, чем в ельнике болотно-травяном.
Ориентировочный расчет (Орлов и Мина, 1962) показывает,
что период, в течение которого кислорода в почвенной воде
достаточно для нормальной жизнедеятельности корней, составляет
в ельнике черничном около 2—2,5 месяцев, а в ельнике на
торфянисто-перегнойной почве всего 40—45 дней. С усилением
заболачивания этот период, конечно, еще более сокращается.
52

Угнетающее влияние анаэробиозиса на деятельность
почвенных животных довольно хорошо изучено Л. С. Козловской A957,
1959 а, б, 1962), а на жизнедеятельность микрофлоры — Е. В. Ру-
новым и Е. Н. Жданниковой A960), Е. Н. Жданниковой и
Ж. П. Поповой A961), Е. В. Руновым и С. А. Валевой A962).
Согласно полученным данным, по мере развития заболачивания
общая численность почвенной фауны и микробов в корнеоби-
таемом слое почвы уменьшается. Довольно значительно
изменяется и групповой состав этих организмов.
Так, в составе почвенной фауны при грунтовом
заболачивании уменьшается по сравнению с незаболоченным ельником —
черничником количество энхитреид и ногохвосток. Появляются
некоторые новые виды, в частности пресноводные моллюски и
остракоды. На сфагновой, застойной, стадии заболачивания
почвенная фауна еще более обедняется в количественном и
качественном отношениях (табл. 7),
Т а б лиц а 7.
Средняя численность почвенных животных в незаболоченных и заболоченных
лесах Харовского лесхоза Вологодской области за 1955 и 1956 гг. в
10-сантиметровом слое почвы на площади 1 м2 (по Козловской, 1962)
Группа почвенных животных
Ти п леса

ельник-черничник
ельник болот-
но-травяной
сосняк кустар-
ничково-сфаг-
новый
Энхитреиды (Enchytraeidae) . .
Дождевые черви (Lumbricidae)
Люмбрикулиды (Lumbriculidae)
Круглые черви (Nematodes) .
Многоножки (Myriapoda) . .
Клещи (Acarina)
Ногохвостки (Collembola)
Личинки жуков (Coleoptera)
Личинки двукрылых (Diptera)
Моллюски (Pisidium) ....
Ракушковые рачки (Ostracoda)
Всего
1540
8
—
400
2
560
И 850
4
164
—
—
14 528
. 1370
17
500
1420
—
1067
633
5
3080
300
1560
9952
2340
—
—
—
1
660
1560
5
72
—
—
2638
Падение роли почвенной фауны с развитием
болотообразовательного процесса еще более выступает при сравнении ее
биомассы на различных стадиях заболачивания леса. Так, по
данным Л. С. Козловской A959а), биомасса почвенных животных
в 10-сантиметровом торфянистом горизонте слабо заболоченного
ельника травяно-зеленомошного составляет около 20 г на 1 м2,
53

ельника болотнотравяного — около 17 г и сосняка кустарнич-
ково-сфагнового — только около 1 г.
Общая численность микрофлоры в торфяной почве при
грунтовом заболачивании несколько меньше, чем в почве травяно-
зеленомошного ельника, но в сухие годы она значительно
возрастает. Максимальное количество микроорганизмов приурочено
к верхнему, лучше аэрированному горизонту почвы (до 10 см).
В групповом составе микрофлоры ельников болотно-травяного
и травяно-зеленомошного существенных различий не
наблюдается. Однако несмотря на довольно большое количество
беспозвоночных животных и микробов в торфяной почве ельника
болотнотравяного жизнедеятельность и взаимовлияние этих организмов
сильно подавляются высокой влажностью и недостатком кисло
рода (Козловская и Жданникова, 1961)-
Таблица 8
Среднее содержание отдельных групп микроорганизмов в торфяных почвах
Саровского лесхоза Вологодской области в тыс. на 1 га абсолютно сухой
почвы (по Рунову и Валевой, 1962)
Тип леса
Глубина
взятия
^образца ,* см
Неспорооб-
разующие
бактерии,
(мпа)
Спорообразую-
щие бактерии,

непастеризованный посев
(мпа)
Споры
бактерий,
пастеризованный
посев (.мпа-f-c)
Актиноми-
цеты (каа)
2§?
III
Ельник болотно-
травяной . .
Сосняк кустар-
ничково-сфаг-
новый . . .
ЕЛЬНИК бОЛОТНО-
травяной . .
Сосняк кустар-
ничково-сфаг-
НОЕЫЙ . . .
0-10
10—20
20-30
0-10
10-20
20-30
0—20
20—30
0—20
20—30
219500
40690
15610
18180
11380
7030
1
24210
13800
4020
1140
1955 г.
2070
1370
710
910
640
310
1956 г.
1
270 |
160
130
60 |
277
167
84
18
39
14
68
47
4
2 !
2090
490
290
0
12
0
2110
240
86
0
40
30
17
57
56
31
13
4
24
17
В почве сосняка кустарничково-сфагнового количество
микроорганизмов в несколько раз меньше, причем в групповом составе
резко падает участие спорообразующих бактерий и актиноми-
детов и возрастает относительное участие грибов (табл. 8).
Разложение клетчатки осуществляется в почве ельника аэробными
54

целлюлозными бактериями, а в почве сосняка — грибами, что
еще раньше было отмечено В. К. Неофитовой A953). Естественно,
что минерализация органических остатков названными
организмами происходит только в течение непродолжительного периода,
когда этому благоприятствует понижение уровня грунтовых вод.
Если в незаболоченном лесу растительные остатки,
поступающие на поверхность почвы в виде древесного опада, отмерших
надземных и подземных частей трав и мхов, подвергаются
глубокому биохимическому распаду, ведущему к образованию
мягкого гумуса и минеральных соединений, доступных для
использования растениями, то в условиях избыточного увлажнения
почвы в заболоченном лесу распад органического вещества
задерживается на своих начальных стадиях, не обеспечивающих
перевод азота и некоторых зольных элементов в доступное
состояние.
Табл иц а 9
Среднее содержание азота и важнейших зольных веществ
в 20-сантиметровом слое торфяных почв (по Зиза и Никонову, 1955)
Тип почвы
Элементы питания
Азот общий . . .
Фосфор (Р205) . .
Калий (К20) . . .
Кальций (СаО) . .
низинный
%
2,5
0,20
0,12
3,0
т/га
И
0,9
0,54
13,2
переходный
%
2,0
0Д4
0,08
1,0
т/га
7,8
0,55
0,30
3,9
верховой
%
1J
0,08
0,06
0,30
т/га
5,9
0,28
0.21
1,05
I
Потенциальное богатство торфяных почв азотом и
минеральными веществами зависит от их типа, обусловленного
характером водного питания. В табл. 9 приведены данные о содержании
азота и важнейших зольных веществ в пахотном
B0-сантиметровом) слое торфяных почв различных типов.
Эти данные свидетельствуют о потенциальном богатстве
торфяных почв всех типов азотом, а почв низинного типа — также и
кальцием. Что касается содержания фосфора и калия, то оно
вообще невелико и подвержено заметным колебаниям в
зависимости от местных природных условий. Почти весь азот и
значительная часть фосфора находятся в торфяных почвах в форме
органических соединений, недоступных для усвоения растениями.
Перевод их в доступное состояние осуществляется почвенными
животными и микробами в процессе разложения органического
55

вещества почвы, Чем интенсивнее деятельность почвенных орга-.
низмов, тем сильнее разлагается торф и тем больше
накапливается в почве подвижных соединений азота, фосфора и калия,
усвояемых растениями.
Наши исследования (Пьявченко и Сибирева, 1962)
показывают, что наибольшее количество доступных растениям азота,
фосфора и калия в корнеобитаемом слое торфяной почвы
содержится в начале лета. В июле и августе запас азота и фосфора
сильно уменьшается, иногда до полного исчезновения, в связи
с потреблением их растениям^. В начале сентября снова
происходит увеличение запаса этих веществ, очевидно под влиянием
прекращения процессов роста и оттока неиспользованных
веществ в почву в виде корневых выделений. Динамика
подвижного калия выражена гораздо слабее, по-видимому, в связи с
гораздо большим содержанием его растворимых соединений в
почве.
Колебания запаса подвижных питательных веществ в почвах
заболоченных лесов в течение летнего периода достигают
значительного размаха (табл. 10).
Таблиц 10
Колебание запасов подвижных питательных веществ в корнеобитаемом
горизонте торфяной почвы заболоченных лесов Харовского лесхоза Вологодской
области за 1956 и 1957 гг. (в кг на 1 га)
(в кг на 1 га)
Гип леса
Ельник болотно-
травяной . . . .
Сосняк кустарнич-
ково-сфагновый
Аммиачный азот
i
максимум
!
27
27
минимум
2
0
Фосфор (Р206)
максимум
17?5
17
минимум
0
0
Калий (КзО)
максимум
258
221
минимум
64
68
Таким образом, в отдельные периоды вегетации в доступное
растениям состояние может переходить следующая часть
заключающихся в корнеобитаемом горизонте почвы питательных
веществ (в %):
В ельнике В сосняке
Азота (N) ... до 0,3 до 1,0
Фосфора (Р2Об) » 1,8 » 7,0
Калия (К20) . » 78,2 » 83,7
Следовательно, в кислом сфагновом торфе сосняков
находится в подвижном состоянии больший процент общего количества
азота, фосфора и калия, чем в слабокислом или нейтральном
56

торфе ельников. По всей вероятности, это связано как с большей
растворимостью в кислой среде недоступных растениям
соединений, так и с меньшим расходованием растениями доступных
им питательных веществ вследствие более сильного угнетения
всех биологических процессов.
Чем больше обводненность и продолжительнее период
пересыщения торфяного слоя влагой, тем меньше степень его
разложения и наоборот. Так, торфяной слой, накапливающийся в
ельниках болотно-травяных в условиях переменного увлажнения,
характеризуется довольно высокой степенью разложения, в
пределах 35—45%. При постоянном же избыточном увлажнении
грунтовой водой происходит более быстрое накопление торфа
слабой степени разложения, обычно не выше 20—30%, и лес
сменяется открытым травяным или травяно-моховым болотом.
В процессе застойного заболачивания сфагнового типа даже при
переменном водном режиме, обусловливающем возможность
существования лесной растительности, накапливается торф малой
степени разложения. Это связано как с небольшой численностью
и слабой активностью животного и микробного населения почвы,
так и с физико-химическими особенностями малоразложившего-
ся сфагнового торфа. Сюда относится, прежде всего, большая
водоудерживающая способность, вследствие чего и при
понижении уровня почвенно-грунтовой воды он остается в состоянии
очень высокой насыщенности влагой (90—92%), т. е. свыше
1000% по отношению к сухому веществу. Кроме того, процессы
разложения сфагновых остатков тормозятся высокой
кислотностью среды, обедненностью ее зольными элементами и,
по-видимому, присутствием антисептирующих фенольных соединений
(Раковский и др., 1954).
От типа болотообразования зависит и характер гумуса,
образующегося в процесс разложения растительных остатков. При
грунтовом типе гуминовые кислоты, реагируя с бикарбонатом
кальция, образуют нерастворимые в воде гуматы. При
атмосферном, сфагновом — увеличивается относительное содержание
фульвокислот, да и гуминовые кислоты находятся в подвижном
состоянии.
Коренные изменения, вызываемые заболачиванием в
почвенном компоненте биогеоценоза, создают иные, отличные от
прежних, условия развития и другого важнейшего его компонента —
фитоценоза.
Естественно, что прежде всего заболачивание почвы
оказывает неблагоприятное влияние на погруженные в нее корневые
системы растений, затрудняя функции дыхания и извлечения из
почвы воды и питательных веществ.
По исследованиям Л. Н. Згуровской A962), интенсивность
дыхания и сосущая сила корней у ели и березы на заболоченной
почве слабее, чем на незаболоченной. Так, интенсивность
57

дыхания всасывающих мочек корней в августе и сентябре в
среднем для корнеобитаемого горизонта была (в мг С02 на 1 кг
сырого веса в час):
У ели У березы
В незаболоченном лесу . . 200 254
В заболоченном лесу . . . 184 212
Сосущая сила корневых мочек в горизонте подстилки
незаболоченного леса достигала у ели 2,1 атм. и у березы 5,1 атм., а в
заболоченном лесу, соответственно, 0,8 и 1,1 атм.
Заболачивание вызывает преждевременное старение и
отмирание активных корней, что ведет к ослаблению синтетических
процессов в корнях, ухудшению минерального питания дерева
и нарушению общего обмена веществ. В случае длительного
затопления в периоды летних дождей до 20—25% всасывающих
корней погибает (Бусарова, 1961). Явление отмирания корней
сосны на торфяных почвах еще раньше было отмечено финским
ученым Хейкурайненом (Heikurainen, 1955).
При первичном заболачивании лесов под влиянием
застойных вод, а равно и с переходом заболачивания, возникшего под
воздействием проточной воды, в сфагновую стадию,
физиологические функции корней еще более угнетаются. По А. В. Хотянэ-
вичу A959), в условиях застойного увлажнения не только
подавляется дыхание корней сосны, но сильно падает и способность
их поглощать питательные вещества из почвы. Вследствие этого
нарушается превращение веществ во всем растении и
угнетаются процессы роста.
Несоответствие изменившихся условий среды требованиям
древесных растений вынуждает их приспосабливаться к этим
условиям или уступать место другим, физиологические
особенности которых позволяют им мириться с избыточной
влажностью и недостатком кислорода в почве.
В условиях избыточной влажности и плохой аэрации у
древесных пород формируются сильно разветвленные
поверхностные корневые системы. В сосняках сфагновых с интенсивно
нарастающим сфагновым моховым покровом корневая шейка
сосны довольно глубоко погружена в слабооторфов.анный очес.
Стержневой корень редуцирован: боковые скелетные корни
обычно имеют симметричное расположение и с удалением от
ствола загибаются к поверхности почвы. Тонкие проводящие и
сосущие окончания корней находятся на границе живого и отор-
фованного сфагнового покрова, а иногда и выходят в живой
покров. Очевидно, это связано не только с аэрацией, но и с
поглощением корнями азота и минеральных веществ, образующихся
при аэробном разложении древесного опада, листьев
кустарничков и трав, а также с использованием питательных веществ, вы-
5«.

Рис. 12. Многоярусная корневая система ели, сформировавшаяся
под влиянием накопления торфа
падающих на поверхность почвы с пылью и осадками из
атмосферы.
Ель, сибирский кедр и береза реагируют на переувлажнение
почвы и нарастание мохового покрова образованием
придаточных корней, размещающихся в самом поверхностном горизонте
почвы. Изучением этого вопроса занимался А. Л. Кощеев A955),
который указывал, что придаточные корни могут образовывать
2—3 яруса и даже больше (рис. 12). По мере последовательного
развития верхних ярусов нижние переходят в анабиотическое
состояние. Поданным А. Л. Кощеева A955), способность
образовывать придаточные корни сохраняется у ели до 45 лет,
59

Рис. 13. Поверхностная корневая система сосны в сосняке кустарничково-
сфагновом. Живой слой сфагнума снят
а у березы и еще дольше. Верхний ярус придаточных корней
обычно наиболее развит. Толстые корни этого яруса у основания
ствола нередко возвышаются над поверхностью почвы и имеют
в поперечном разрезе доскообразный или двутавровый вид.
Это — в основном механическое приспособление для большей
устойчивости против ветра.
Протяженность корней и насыщенность ими верхнего слоя
торфяной почвы в ельниках и кедровниках весьма близка к
соснякам. Длина отдельных корней и здесь может достигать
10—12 м.
Исследования А. Я. Орлова (Орлов и Мина, 1962)
показывают, что в ельнике-черничнике в горизонте лесной
подстилки толщиной до 10 см сосредоточено 50%, а в ельнике травяно-
зеленомошном в подстилке и торфянистом горизонте (общая
мощность 15—20 см) находится свыше 98% всех проводящих
корней. Наибольшей насыщенностью сосущими корнями
отличается самый верхний слой подстилки от 1 до 3 см.
В еще большей степени эта особенность в распространении
корней характерна для заболоченных лесов. По данным А. Л.
Кощеева A962), в сосняке кустарничково-сфагновом 120-летнего
возраста длина отдельных корней сосны достигает 14 ж, а
площадь распространения корневой системы одного дерева—600 м2.
Это в 43 раза превышает площадь, которая приходится на долю
дерева при наличии 730 стволов на 1 га и обусловливает много-
60

кратное взаимное перекрытие корневых систем (рис. 13). По
подсчетам А. Л. Кощеева, общая длина проводящих корней на
площади 1 м2 составляет в среднем 25 м. Протяженность сосущей
части корней на микроповышениях колеблется в пределах 5300 —
7400 му а в микропонижениях — от 1150 до 2060 ж на 1 ж2
поверхности.
Исключительно сильная насыщенность проводящими и
всасывающими корнями верхнего слоя торфяной почвы в различных
типах леса Томской области констатирована также
исследованиями Л. Н. Згуровской (табл. 11).
Таблица 11
Вес сырой массы тонких проводящих и всасывающих корней
в 30-сантиметровом слое почвы
(в м на 1 га)
Тип леса
Сосняк кустарничково-сфаг-
новый (олиготрофный) . .
Сосняк пушицево-сфагновый
Сосняк травяно-сфагновый
Кедровник болотно-травяной
(евтрофный)
Корин деревьев
1 всасываю-
проводящие! щие
10
15
17
11
14
12
15
11
всего
24
27
32
22
Корни трав
и
кустарничков
41
16
8
26
Всего
корней
65
43
40
48
Вследствие такой перегрузки корнями верхнего почвенного
слоя (в основном до 10 см) и ограниченности запаса в нем
доступных растениям питательных веществ, возникает взаимное
угнетение деревьев, ведущее к отмиранию более слабых и к
формированию малосомкнутых древостоев. Особенно резко это
проявляется в сосняках сфагновых с очень бедной почвой, сложенной
малоразложившимся сфагновым торфом. Здесь хорошо
прослеживается угнетающее влияние развитых корневых систем
материнского полога на рост самосева и подроста. Исследования
А. Л. Кощеева A962) показывают, что под пологом сосняка
куст-арничково-сфагнового количество самосева не старше 3 лет
составляет 10—20 тыс. на 1 га; подрост же старшего возраста
почти не встречается. Связывать это с влиянием затенения
нельзя, так как и на вырубке близ стены леса, несмотря на полное
освещение, подрост отсутствует. На некотором же расстоянии от
стены, где конкуренция корней материнского полога ослабляется,
появляется подрост с признаками угнетения, а еще дальше, где
эта конкуренция отсутствует, хорошо 'растет сосновый молодняк
20-летнего возраста.
G1

Проведенные нами исследования (Пьявченко, 1960)
позволили выяснить зависимость количества и высоты подроста от
густоты материнского древостоя (табл. 12).
Таблица 12
Влияние густоты материнского полога сосны
на рост молодняка на осушенном верховом болоте
(Сиверский лесхоз Ленинградской области)
Количество стволов на 1 га
материнского
древостоя
молодняка
Преобладающий
возраст молодняка,
лет
Максимальная
высота
молодняка, м
Нет I 75 000 | 21 1,85
300 I 60 000 | 20 1,55
17 00 13 500 j 25 0,85
Данные табл. 12 относятся к осушенному болоту; что же
касается неосушенного сосняка кустарничково-сфагнового, в
котором проводил исследования А. Л. Кощеев, то в нем подрост
отсутствовал уже при наличии 730 стволов материнского
древостоя на 1 га.
Придаточные корни если распространяются в самом
поверхностном горизонте почвы, но у березы (Betula pubescens) они
могут проникать и глубже в связи с большей
приспособленностью ее к плохим условиям аэрации, что констатировано Хуйка-
ри (Huikari, 1954, 1959), А. Я. Орловым A959) и Л. Н. Згуров-
екой-A962). С этим связано, очевидно, и большое участие
березы в составе болотных лесов. Отсасывая и транспирируя
влагу из более глубокого горизонта торфяной почвы, береза тем
самым улучшает условия произрастания сосны, поселяющейся
вместе с ней на сильно влажных болотах.
Нарушение жизнедеятельности корней древесных растений
на заболоченных почвах отражается на общем габитусе,
физиологических функциях и продуктивности древостоев.
Болотные леса характеризуются, как правило, небольшой
высотой и значительной сбежистостью стволов деревьез,
недостаточной сомкнутостью крон, плохим очищением стволов от
сучьев, сильной замшелостью ветвей и стволов. Охвоение и
олиствление более слабое, чем у деревьев на суходоле. Хвоя
укороченная, но продолжительность жизни ее у сосны и кедра
на верховых болотах, по наблюдениям Л. Н. Згуровской, на
1—2 года больше, чем на низинных болотах и суходолах.
Интенсивность фотосинтеза у ели и березы снижается на 25% (Гули-
дова, 1962). Возрастает общая фаутность древостоев.
Продуктивность сосняков на верховых и переходных болотах и ельни-
62

ков на низинных болотах обычно не выше Va—V класса
бонитета.
Интенсивность плодоношения падает, так как женские
цветы в заболоченных лесах часто побиваются весенними
заморозками (Усков, 1962). В связи со слабым осеменением и
неблагоприятными условиями прорастания семян — вымокание,
влияние мохового покрова и др. (Сибирева, 1955а, б;-Г. Е. Пятецкий,
1958; Рубцов, 1959), а также вследствие усиления корневой
конкуренции возобновление древесных пород сильно затрудняется.
Процесс естественного возобновления «в заболоченных лесах
мало изучен. Установлено, что под пологом материнского
древостоя появляется большое количество самосева, значительная
часть которого погибает в течение первых лет жизни.
Результаты учета естественного возобновления на Томском стационаре
Института леса Сибирского отделения АН СССР приведены в
табл. 13.
Таблица 13
У не! естественного возобновления под пологом в болотных
лесах по наблюдениям Г. Л. Черновой в 1960 г.
Тип леса
Угнетенный сосняк кустар-
ничково-сфагновый ....
Сосняк пушицево-сфагновый
Сосняк травяно-сфагновый
Кедровник болотно-травяной
Средний
возраст,
лет
100
120
135
120
. Й
Количест
во стволо
на 1 га
4180
945
1310
1200
Степень
сомкнутое
ти крон
0,5
0,7
0,7
0,7
Класс
бонитета
V б
IV-V
V
IV
оя5
КоличестЕ
самосева
подроста i
1 га, шт
92 000
81000
26 000
24 000
В том числе, %
до 5 лет
90
92
90
38
старше
5 лет
10'
8
10
62
Данные табл. 13 показывают, что наибольшее количество
самосева появляется в сосняках сфагновой группы, но к
5-летнему возрасту сохраняется лишь 8—10% подроста. По мнению
А. Л. Кощеева A955), согласующемуся с выводами И. С.
Мелехова (Мелехов и Голдобина, 1947) и М. П. Елпатьевокого
A936), на всхожесть семян древесных пород сильно влияет
плотность мохового покрова. Рыхлый покров из кукушкина льна
и сфагнума может благоприятствовать всходам, тогда как
плотный покров, задерживающий семена на поверхности,
препятствует их прорастанию. Опыты, проведенные 3. А. Сибиревой
A955а) в Подмосковье, показывают, что при посеве семян
сосны и ели по моховому покрову из сфагнума и кукушкина льна
появляется только 13—14% всходов от количества всхожих
семян. В. Г. Рубцов A959), проводивший опыты в Сиверском
63

лесхозе Ленинградской области, установил, что выживаемость
всходов сосны зависит от скорости нарастания сфагнума. Так,
при скорости нарастания 0,5 см в год из 239 первоначальных
всходов к концу третьего года сохранилось 40%, при скорости
2,5 см — только 3%, а при скорости 3—3,5 см — от 0 до 2%.
Семена, посеянные Рубцовым по мощно развитому покрову
кукушкина льна, всходов не дали.
Согласующиеся результаты исследований В. Г. Рубцова
(там же) и 3. А. Сибиревой A9556) выяснили, что
вымачивание семян сосны в болотной или дистиллированной воде в
течение 10 дней (при температуре 10—14° мало снижает их
всхожесть. Вымачивание в течение более длительного срока при
более высокой температуре вызывает сильное снижение
всхожести, а затем и гибель их. В опыте Сибиревой семена ели
оказались более стойкими к вымачиванию. Так, даже после 40-днев-.
ного лежания в воде при температуре 6—10° 66% семян
оказались всхожими.
В естественных условиях, при сравнительно низкой весенней
температуре болотной почвы, семена сосны и ели могут в
течение довольно длительного времени переносить избыточное-
увлажнение, сохраняя всхожесть. 3. А. Сибирева связывает
потерю всхожести и гибель семян при температуре 20—22° с
развитием плесневых грибов и гнилостных бактерий. По ее же
исследованиям, реакция.почвы не оказывает вредного влияния на
прорастание семян сосны и ели: они одинаково хорошо прорастают
как в сильно кислой, так и в щелочной среде — при рН от 2 до 8,4.
Таким образом, можн-о сделать вывод, что избыточная
влажность и кислотность мохового покрова не являются основной
причиной плохого прорастания древесных семян и массовой
гибели всходов в самый начальный период их жизни. Большую
роль (в этом играет сезонное изменение физического состояния
мохового покрова. Весной он до предела насыщен водой, что
при достаточном количестве тепла благоприятствует набуханию
и прорастанию семян. При летнем понижении уровня почвенно-
грунтовой воды моховой покров удерживает в силу своей влаго-
емкости большое количество воды, но плохо отдает ее корням
растений, что может препятствовать развитию всходов.
Длительное отсутствие дождей ведет к пересыханию верхнего слоя
мха, а также и зависающих в нем слабо развитых корневых
систем появившихся всходов, что приводит к их гибели.
Особенно резко это проявляется в случаях долгомошного покрова,
обладающего рыхлым сложением и легко пересыхающего летом.
Кроме того, слабые корни уцелевших всходо'в -и подроста
испытывают в периоды засух угнетающее влияние мощно развитых
корневых систем материнского древостоя, перехватывающих
водные растворы, а это обусловливает не только недостаток
воды, но и пищи для молодых растений.
64

Лучшие условия для возобновления под пологом болотного
леса создаются на прогалинах, где слабее проявляется
угнетающее действие корней материнского древостоя, и на местах
вывала старых деревьев, где обнаженный от мха торф представляет
лучшую среду для укоренения и питания всходов. По данным
3. А. Сибиревой A955а), количество всходов сосны при посеве
в обернутый пласт в 4—5 раз больше, чем при посеве по
моховому покрову.
Еще более благоприятны условия для возобновления
древесных пород на вырубках и гарях, где нарушается или
уничтожается моховой покров, а также полностью снимается
угнетающее влияние корней материнского древостоя. На таких местах
формируются одновозрастные древостой, тогда как постепенное
возобновление под пологом ведет к образованию древостоев
разновозрастного состава.
Длительное переувлажнение торфяной почвы весной, ее
относительно низкая температура, а иногда и наличие мерзлоты
задерживают начало вегетации древесных пород на 5—10 дней
по сравнению с незаболоченными лесами. Так, по наблюдениям
Е. И. Бусаровой A961) в Кадниковском лесничестве
Вологодской области, прирост верхушечных побегов у ели в 1956 г.
начался в ельнике разнотравном незаболоченном 1 июня, а в
ельнике болотно-травяной группы на торфяных почвах — с 8 по
10 июня (табл. 14).
В сильно влажном ельнике болотно-широкотравном прирост
закончился на 5 дней раньше, чем в незаболоченном ельнике,
вследствие чего период роста оказался на 13 дней короче, а
прирост верхушечных побегов вдвое меньше.
Период роста сосны в болотных лесах больше, чем ели.
Наблюдения показывают, что температура почвы мало
влияет на рост побегов в болотных лесах. Так, в ельнике сфагновом
побеги тронулись в рост, когда температура почвы на глубине
10 см составляла всего лишь 0°,4, а. глубже 20 см почва была
мерзлой. В начале июля температура повысилась на глубине
5 см до 4°,5 и на 20 см — до 2°. С исчезновением пятен
мерзлоты в почве A0 июля) закончился и рост побегов. В весенний
период гораздо большее значение имеет температура воздуха,
которая определяет степень нагрева ствола и энергию
передвижения в нем воды и отложенных в предшествующий год
запасов пластических веществ к растущим 'побегам. Понижение
температуры воздуха в период роста обусловливает и падение
прироста побегов. Температура почвы оказывает большее
влияние на прирост деревьев в толщину, происходящий в течение
всего лета. С понижением уровня грунтовой воды и подъемом
температуры почвы до 10° сильно активизируется
жизнедеятельность корней и усиливается передвижение воды и растворов
питательных веществ из почвы в растение. Поэтому и деятельность
5 И. И. Пьявченко
65

Т аблица 14
Прирост верхушечных побегов у ели и сосны в 1956 г.
Тип леса
Ельник
разнотравный, незаболочен-
Ельник болотноши-
рокотравный,
сильно влажный
Ельник сфагновый,
умеренно
влажный, начало
заболачивания . . .
Сосняк кустарнич-
ково-сфагновый,
сильно влажный
(на вырубке по
болоту) . . . .
Сосняк с березой
умеренно
влажный (на гари по
болоту)
Количество
модельных
деревьев
15
25
2П
25
15
Средний
возраст,
лет
38
40
46
15
15
Начало
роста
1.VI
8.VI
10.VI
25.V
25.V
Конец
роста
5.VII
1.VII
10.V1I
1.VII
1.VII
Число
дней
роста
35
22
30
36
36
Средний
прирост,
см
16,5
8,5
11,0
9,3
15,7
камбия у сосны на осушенных почвах начинается на 10—20 дней
раньше, чем на неосушенных (Мелехов, Мелехова, 1958).
По наблюдениям Е. И. Бусаровой A961) в Вологодской
области, энергия роста сосны и ели в толщину возрастает с
понижением уровня почвенно-грунтовой воды. В более влажном
1957 г. формирование поздней древесины запоздало, а
количество ее в годичном кольце уменьшилось примерно вдвое по
сравнению с более сухим 1956 г.
Под влиянием заболачивания изменяются густота и видовой
состав подлеска. Такие растения елового леса, как рябина (Sor-
bus aucuparia), малина (Rubus idaeus), волчье лыко (Daphne
mezereum), шиповник (Rosa ocicularis), постепенно
вытесняются серой ольхой (Alnus incana), ивами (Salix cinerea, S. pentand-
ra и др.), черемухой (Prunus racemosa), крушиной (Frangula
alnus), можжевельником (Juniperus communis), смородиной
(Ribes nigrum, R. rubrum). В болотно-тра-вяной стадии ельника
подлесок еще довольно густой, но с переходом в сфагновую
стадию он почти полностью исчезает. Смена экологических условий
среды и более резкая дифференциация микрорельефа вызывают
изменения в видовом составе и синузиальной структуре
напочвенного растительного покрова. Лесные травянистые растения,
66

кустарнички и зеленые мхи сохраняются лишь на более сухих
возвышениях у основания древесных стволов, на
полуразложившихся >пнях и колодах. На остальной площади разрастаются
кочкарные осоки (Carex caespitosa, С. appropinquala), вейник
(Calamagrosiis Langsdorffii, С. lanceotata и др.)» таволга (Fili-
pendula ulmaria), гравилат (Geum rivale), папоротники (Athyri-
um filix femina, Dryopteris thelypteris), хвощ (Equisetum palustre,
E. sylvaticum), бодяк (Cirsium heterophyllum), иногда сабельник
(Comarum palustre), вахта (Menyanthes trifotiata),
белокрыльник (Сalia palustris) и другие травянистые растения.
Типичные лесные мхи — Hylocomium proliferum, Pleurozium
Schreberi, Rhytidiadelphus triquetrus — постепенно вытесняются
на возвышенных элементах микрорельефа евтрофными
сфагновыми мхами — Sphagnum Warnstorfii, S. centrale, S. Girgensohnii,
а в понижениях — зелеными болотными мхами — Aulacomnium
palustre, Acrocladium cuspidatum, Mnium sp. При дальнейшем
развитии болотообразовательного процесса роль травянистых
растений в напочвенном покрове все более падает, а сфагновых
мхов возрастает, причем евтрофные виды их замещаются мезо-
и олиготрофными — Sphagnum apiculatum, S. angustifolium,
S. .magellanicum. В составе еловых древостоев увеличивается
примесь сосны, которая постепенно становится господствующей
породой. Возникает новое качество: заболоченный еловый лес
сменяется сосняком сфагновым.
С ухудшением роста леса под влиянием заболачивания,
изменением напочвенного покрова и развитием анаэробных
почвенных процессов происходят и значительные изменения в
биологическом круговороте веществ между растительностью и
почвой. Так, по данным Н. П. Ремезова, Л. Н. Быковой и
К. М. Смирновой A959), ежегодный прирост сухого'вещества в
ельнике сложном 115-летнего возраста составляет 4216 кг на
1 га, а возвращается в почву в виде опада и с отмершими
деревьями 3640 кг. По нашим наблюдениям (Пьявченко, 1960;
Пьявченко и Сибирева, 1962), в ельнике болотно-травяном при
среднем возрасте около 130 лет годичный прирост равен 850 /сг,
а возврат в почву — 2128 кг. По этим же данным, годичный
прирост сухого вещества в сосняке брусничном 100-летнего
возраста равен 1300 кг на I га, г в сосняке кустарничково-сфагновом
120 лет — только 104 кг. Возврат сухого вещества в почву в
первом случае составляет 1304, во втором — 752 кг.
Таким образом, для древесного яруса заболоченных типов
леса характерно преобладание процессов отмирания
органического вещества над процессами его образования. О
соотношении круговорота азота, фосфора и калия в сухих и
заболоченных лесах можно судить по данным названных выше авторов
(табл. 15). Данные табл. 15 показывают, что в болотно-травяном
ельнике возвращается в почву 83—88% и в кустарничково-сфаг-
67

Таблица 15
Биологический круговорот азота, фосфора и калия
(в кг на 1 га)
Тип /теса
Ьерется из почвы | Удерживается
Возвращается
N
Р205 К20 I N Р206 К20
Р205 КоО
Ельник
сложный, 115 лет
Ельник болотно-
травяной, 130
лет (с
подлеском) ....
Сосняк
брусничник, 95 лет
Сосняк кустар-
ничково-сфаг-
новый, 120
лет
28,5
23,6
13,0
3,7
7,9 9,6
3,5
2,6
6,7
5,3
1,9
0,3
6,0
2,8 | 0,7
2,0 | 0,6
i
i
<0,1
4,2
1,1
1,8
0,1
22,5
20,8
10,9
3,4
1
5,6
2,9 |
2,4
0,7
5,4
5,6
3,8
1,8
новом сосняке — 92—95% извлеченных из нее питательных
веществ, тогда как в незаболоченных лесах процент
возвращаемых веществ меньше.
В биологическом круговороте веществ на стадии болотного
леса одновременно с уменьшением роли древесного яруса
возрастает роль травяно-кустарничкового и мохового ярусов
растительности. По нашим исследованиям (Пьявченко и Сибирева,
1962), ежегодный прирост сухого вещества кустарничков,
многолетних трав и мхов в болотно-травяном ельнике превышает
1000 кг на 1 га, а в кустарничково-сфагновом сосняке достигает
1675 /сг, из которых 1660 кг приходится на долю сфагновых
мхов. Ежегодно возвращается в почву с отмершими остатками
этих групп растений, а также однолетних трав <в ельнике около
1290 кг и в сосняке свыше 1300 кг.
Вся масса отмирающих растений, с учетом древесного
опала, валежника, продукции подлеска и отмерших корней,
достигает в болотном ельнике 4640 кг на 1 га и в сосняке — 2460 /сг,
в которых заключается, соответственно, около 23 и 13 мегака-
лорий трансформированной солнечной энергии. Если в
незаболоченных лесах подавляющая масса мертвого органического
материала сравнительно быстро минерализуется и энергия
освобождается, то в рассматриваемом нами случае значительная
часть ее сохраняется в отложениях торфа. Например, в
торфяной залежи низинного типа мощностью 3 ж, на площади 1 га,
содержится около 18 тыс. мегакалорий потенциальной энергии.
Это показательный пример взаимодействия земных компонент
т.ов болотного биогеоценоза с космосом.
68

Вторым примером подобного взаимодействия служит
аккумуляция торфяниками огромного количества воды, которая
выключается из общего круговорота ее в природе. Ежегодный
прирост мхов и других растений торфообразователей, равный в
среднем 2 т абсолютно сухого (вещества на 1 га, связывает
около 23 т атмосферной воды, а каждый гектар торфяного болота
при средней глубине торфа 2 м удерживает воды около
18 тыс. г, или 1800 мм. Во всех торфяных залежах СССР
количество аккумулированной воды составляет около 1422 км3 и в
торфянистом слое заболоченных земель — 218 км3, а всего около
1640 км3. Этого количества достаточно, чтобы покрыть всю
территорию Западно-Сибирской низменности слоем воды в 80 см.
Остановимся еще на роли в болотообразовании такого
'внешнего воздействия, как выпадение атмосферной пыли на
поверхность почвы.
Естественно, что вблизи крупных промышленных*- центров
или в районах развитой ветровой эрозии почв засоренность
атмосферы будет гораздо больше, чем <в полосе таежных лесов.
Но и в последнем случае она довольно велика. Так, по нашим
наблюдениям (Пьявченко и Сибирева, 1959, 1962), в Харовском
лесхозе Вологодской области в течение года выпадает на 1 га
277 кг пыли, в составе которой находится 8,7 кг азота и 135 кг
зольных веществ, в том числе окиси кремния 39,7 кг, кальция
29,8 кг, магния 5,2 кг, фосфора 1,6 кг и калия 14,1 кг.
Таким образом, атмосферная пыль служит в современный
период весьма важным источником питания сфагновых болот,
препятствуя их предельному обеднению. Количество азота и
зольных веществ, выпадающих из атмосферы и поступающих с
отмирающим растительным материалом, не только полностью
удовлетворяет потребность растительного покрова сосняка
сфагнового, но создает даже некоторый избыток этих веществ,
использование которого растениями затруднено общей
подавленностью жизненных процессов. Восполнение этим путем
запасов питательных веществ в болотных ельниках задерживает
или даже вовсе предотвращает их смену сфагновыми
сосняками. В ряде случаев за счет влияния атмосферной пыли в
торфяной почве возрастает содержание золы, уменьшается
кислотность и увеличивается степень насыщенности основаниями
в направлении от более глубоких горизонтов к
поверхности.
Смена лесного биогеоценоза болотным происходит в том
случае, если процесс заболачивания имеет необратимый характер.
Но наряду с этим в природе широко распространены и явления
временного, обратимого заболачивания, когда начавшийся бо-
лотообразовательный 'процесс прекращается под влиянием
изменения характера внутренних связей в самом биогеоценозе или
под действием факторов внешней среды.
69

' Первый случай мы уже рассматривали в разделе о
заболачивании суши на примере обратимого заболачивания лесосек,
когда болотнообразовательный процесс, возникший под
влиянием нарушения баланса влаги в почве, продолжается в
течение довольно длительного времени, пока на вырубке не
ЕЗ' (ИЗ' EZ> Ш* ШШ* EU
тз7 cz> из* ш^ ЕЗ"
Рис. 14. Изменения в ботаническом составе и степени
разложения торфяника в ельниках болотно-травяной
группы, вызванные влиянием внешних факторов
Котласский лесхоз Архангельской обл.
,/ — ельник болотно-разнотравный; // — то же. чернично-pa.j-
нотравный; III —то же, таволжный
i — ель; 2 — сосна; 3 — береза; 4 — осоки; 5 — гипнопые мхм;
^ — сфагновые мхи; 7 — хвощ; 8 — вахта; 9 — остатки
неопределенных трав; 10 — минеральный грунт; // —кривея степени
разложения торфа
произойдет восстановление древостоя. В 20—30-летнем возрасте
возобновившегося леса (в стадии жердняка), когда транспира-
ционный расход влаги достигает максимума, в биогеоценозе
восстанавливаются соотношения между компонентами,
свойственные лесу, и процесс заболачивания обычно приостанавливается.
Второй случай естественного разболачивания лесных почв
имеет не столь широкое распространение, но и не является
исключением. Здесь развитие болотного биогеоценоза
нарушается не внутренними, а внешними причинами. К их числу
относятся самодренаж территории под влиянием эрозионных
процессов или новейшей тектоники; понижение уровня грунтовых
вод, связанное с изменением общегидрологических или
климатических условий; отложение минеральных наносов ветрового или
водного происхождения и др.
70

Например, в лесостепной полосе на юго-востоке Европейской
части СССР наблюдаются случаи, когда в результате распашки
прилегающих к болоту земель и явлений ветровой эрозии на
поверхности болота систематически отлагается настолько большое
количество пыли, что возникают существенные физические и
химические изменения в почве, приводящие к исчезновению
сфагновых мхов, уменьшению влажности верхнего слоя почвы,
развитию травяного покрова и появлению лесной растительности.
О разболачивании под влиянием изменения гидрологических
условий на боровых террасах рек мы уже упоминали.
Этими примерами не исчерпывается, конечно, все природное
разнообразие взаимовлияний леса и болота. Наряду с
поступательным развитием болотообразовательного процесса от лесной
евтрофной стадии до стадии безлесного олиготрофного болота в
нашей таежной зоне довольно широко распространены случаи
обратного хода этого процесса, когда развитие болота
начиналось с безлесной сфагновой или гипновой стадии, затем
сменялось последовательно осоковой, древесно-осоковой и, наконец,
лесной. Соответственно увеличивалась степень разложения
торфа и возрастало содержание в нем зольных веществ (рис. 14).
Такие изменения, естественно, являются следствием сильного
воздействия внешних факторов, которые и регулирует в данном
случае связи и взаимовлияния компонентов развивающихся
болотных биогеоценозов. :
В заключение следует сказать, что рассмотренные здесь
взаимовлияния лесного и болотного биогеоценозов
представляют лишь общую схему и не вскрывают пока всего разнообразия
многосторонних связей и взаимовлияний, обусловливающих
развитие и взаимопереходы этих природных единств. Но и на
достигнутой ступени наших научных представлений о
взаимовлияниях леса и болота имеются основания рассматривать явления
заболачивания и разболачивания лесов как единый, внутренне
противоречивый процесс, развивающийся под влиянием
столкновения и разрешения двух противоречивых тенденций —
усиления и ослабления заболачивания. То и другое представляют
собой функции взаимодействия среды и растительности.
Ведущая роль S смене леса болотом принадлежит
качественному изменению среды, вызываемому постепенным
количественным изменением ее факторов, в первую очередь фактора
влажности. Дальнейшее развитие болотообразовательного процесса,
его направление и динамика, обусловливаются взаимодействием
всех факторов среды и растительности, причем в этом
взаимодействии растительности принадлежит очень важная, часто
ведущая роль. Дальнейшее изучение взаимовлияний леса и
болота позволит не только познать закономерности, управляющие
развитием болотообразования, но и создаст теоретическую базу
для разработки методов направленного изменения этого
сложного природного процесса.

ТИПЫ БОЛОТ И ТОРФЯНЫХ ЗАЛЕЖЕЙ
ПРИНЦИПЫ ТИПОЛОГИИ БОЛОТ
Природное разнообразие болот весьма велико: они
различаются по своему происхождению, геоморфологическому
положению, условиям водного и минерального питания, растительному
покрову, особенностям строения, физическим и химическим
свойствам торфа. Это обстоятельство давно уже вызвало
необходимость группировать болота по однородным признакам.
Начиная с XIX столетия, было предложено немало
классификаций болот, построенных по разнообразным признакам. На
некоторых из них следует остановиться.
Так, Лескере (Lesquereux, см. Сукачев, 1926) делил болота
на надводные, образующиеся выше уровня стоячих или
текучих вод, и подводные, образующиеся ниже уровня
воды.
В начале XX столетия немецкими болотоведами при участии
К. Вебера было принято подразделение болот на две большие
группы:
I. Плоские болота (Flachmoore), залег^шшш__в_1ШШ1Же-
ниях, имеющие более или менее плоскую повер^шолть и
питающиеся водой, богатой питательными веществами, которые
делятся на два типа:
1) низинные болота (Niedermoorej с очень богатым водным
питанием; сфагновые мхи почти не встречаются;
2) переходные болота (Ubergangsmoore, Zwischenmoore) с
менее богатым водным питанием; в растительном покрове
участвуют сфагновые мхи. •
II. Верховые болота (Hochmoore), имеющие выпуклую
поверхность, питающиеся атмосферной водой; в растительном
покрове" господствуют сфагновые мхи.
Это подразделение болот на низинные, переходные и
верховые получило широкое распространение и применяется в нашей
стране для обозначения высшей таксономической единицы —
типа болота.
Каяндер (Cajander, 1913) классифицирует болота
Финляндии следующим образом:
1. Беломошники (Weissmoore) — сильно обводненные,
безлесные сфагновые болота.
72

2. Буромошник и (Braunmoore) — умеренно обводненные
гипновые болота.
3. Кустарничковые болота (Reisermoore) — слабо
обводненные болота, со стоячей или очень медленно текучей водой.
В растительном покрове — болотные кустарнички и корявая
сосна.
4. Лесные болота (Bruchmoore) — болота, питаемые
проточной водой, с покровом из ели и лиственных пород,
сфагновых и зеленых лесных мхов.
Классификация Каяндера нашла применение в Финляндии,
где она используется и в настоящее время с некоторыми
дополнениями в части разделения основных типов на более мелкие
по признаку растительного покрова.
В классификации, разработанной Г. И. Танфильевым A900),
болота подразделяются по следующим признакам:
А. Подводные — постоянно или временно заливаются
озерной, речной, почвенной или ключевой водой
I. В водоемах и по их берегам
1. Тростниковые
2. Зыбуны
3. Кочкарники травяные
4. Кислые луга
5. Озерные и речные торфяники:
а) озерно-лесные,
б) озерно-травяные.
6. Луговые торфяники:
а) травяные,
б) гипновые.
II. Жестководноключевые болота и торфяники
7. Железистоключевые
8. Известковистоключевые
9. Заболоченные леса (лесные болота)
Б. Надводные — не заливаются, питаются атмосферной
водой
10. Сфагновые зыбуны
11. Сфагновые, или боровые торфяники
12. Бугристые торфяники с мерзлым ядром.
Принятое в этой классификации деление болот на подводные
и надводные нельзя признать удачным, так как оно неточно
отражает сущность объединяемых этими терминами понятий.
Кроме того, болота классифицируются по различным
признакам: то растительному покрову (тростниковые болота, зыбуны,
кочкарники и кислые луга); по характеру торфяной залежи
(озерно-лесные, травяные и гипновые торфяники); по наличию
под торфом тех или иных минеральных осадков (железисто-
1?>

ключевые, известковистоключевые) и т. д. Лесные болота
отнесены к группе жестководноключевых болот и торфяников, а
озердо-лесные торфяники — к первой группе, встречающейся в
водоемах и по их.берегам.
Эта классификация, представляющая теперь только
исторический интерес, характеризует стремление Г. И. Танфильева
подойти к оценке болот не односторонне, а с учетом
местоположения, условий образования, растительного покрова и свойств
торфяной залежи. Возникающие при таком подходе неизбежные
затруднения, естественно, не (позволили Г. И. Танфильеву дать
стройную, взаимоувязанную схему классификации.
В. Н. Сукачев A915, 1926) дает такую схему классификации
■болот:
: 'Бош от а грунтового питания
А. Низинные болота
' а) травяные,
j б) гипновые,
^ в) лесные.
Б. Переходные болота
, а) травяно-переходные
I б) лесные переходные.
\ II. Болота атмосферного питания (верховые).
В этой схеме основное подразделение болот на две группы
произведено по_признаку бога^тва, водшгд, питания, а
растительный покров занимает подчиненное значение, так как
«характер растительности есть производное, в первую очередь, условий
питания болот водою...» (Сукачев, 1926, стр. 153).
В 1922 г. B.C.Доктуровский делит болота на три группы по
растительному покрову:
1) гипново-травяные,
2) лесные (переходный тип) как с гипнумом, так и со
сфагнумом,
3) сфагновые.
Дальнейшее подразделение производится по эдификаторной
роли растений, образующих сообщества: осоковые,
тростниковые, кустарниковые, ольшаники, березняки и т. д., характеризуя
приуроченность их к трем категориям почв: богатым, менее
богатым и бедным питательными вещестами.
Классификация болот по стратиграфическому признаку,
собственно классификация торфяных залежей, довольно подробно
разработана Московским торфяным институтом (Тюремнов,
1949; Пичугин и др., 1956). Здесь мы на ней не
останавливаемся и рассмотрим в соответствующем разделе (см. стр. 91).
Подразделение болот по их положению в рельефе,
определяющему условия водного и минерального «питания, а. следова-
74

гельно, тип болота и свойства торфяной залежи, известны из
работ Г. Ф. Мирчинка A920), Т. А. Работнова A929), В. П.Ма-
тюшенко A934), С. Н. Тюремнова A940, 1949), Н. И. Пьявчен-
ко A944, 1949, 1958), С. Н. Тюремнова и Е. А. Виноградовой
A953) и других авторов. Конечно, такая косвенная
классификация не может заменить собой других классификаций,
основанных на прямых признаках болот или торфяников — типа водного
питания, растительности и др. Но в сочетании с этими
признаками она окажется очень полезной как для правильного
понимания закономерностей образования и развития болот, так и
для решения ряда вопросов об их использовании в
производстве. Наиболее полная геоморфологическая классификация
С. Н. Тюремнова и Е. А. Виноградовой представлена в табл. 16.
Таблица 16
Геоморфологическая классификация торфяных месторождений
Торфяные
месторождения пойм
Торфяные месторождения
древних террас
Торфяные
месторождения
водораздельного
моренного рельефа
Торфяные
месторождения иного
залегания
Надморенных пойм
Плавневых пойм
Стародельтовых
оойм
Додинн ых пойм
Обвалованных пойм

Поименно-притеррасные:
а) скрытогривистых
пойм
б) гривистых пойм
Пойм сквозных
долин I
Притеррасные первых
надпойменных террас
Склонов вторых надпой
менных террас
Симметричные вторых
надпойменных террас
размыва
Симметричные вторых
надпойменных
аллювиальных террас
Притеррасные вторых над-|
пойменных террас !
Склонов третьих надпой-j
менных террас J
Староречий i
Зандровых рав
НИН
Повышенных
моренных рав-
НИН
Проточных
котловин
Сточных
котловин
Бессточных кот-|
ловин
Провальных
воронок
Межсельговмх
ложбин
Овражные
Займищные
Горные:
а) межгорных
долин
б) горных
склонов
в) горных озер
Для каждого геоморфологического типа торфяных
месторождений авторы дают характеристику условий водного
питания, формы торфяника, мощности и состава торфяной
залежи и пр.
Рассматривая различные принципы классификации
болотных массивов, И. Д. Богдановская-Гиенэф A949, стр. 55)
считает, что «поскольку болото представляет систему: вода —
75

растительность — торф, и каждый из этих трех элементов
одинаково необходим... возможна классификация болот по
каждому из этих трех признаков и, кроме того, по их совокупности и
характеру их взаимодействия». По ее мнению, создание такой
ландшафтной классификации должно явиться завершением
работы по типологии болот. С этим вполне можно согласиться,
если принимать во внимание не всю толщу торфяной залежи, а
ее деятельный, почвенный слой, находящийся во
взаимодействии с растительны'М покровом. Стремиться же к разработке
классификации, в которой объединялись бы особенности
современного растительного покрова, современного водного режимам
всей толщи торфяных отложений, образовавшейся в течение
тысячелетий в результате взаимодействия отличных от
современных условий влажности, растительности и факторов внешней
среды, нет достаточных оснований.
Типы болот не остаются неизменными, но так же, как и все
явления природы, находятся в постоянном движении и
развитии. Так, при заторфовании водоемов одни растительные
сообщества постепенно сменяются другими, а вследствие этого
изменяются состав и свойства торфяных отложений. Аналогичные
явления происходят и на болотах, образовавшихся на суше.
Пока верхний слой торфяной залежи (почвенный слой)
находится в сфере влияния грунтовых вод, развивается болото
низинного типа. По мере увеличения мощности торфяной залежи
ка>к следствия жизнедеятельности торфообразующих растений,
верхний почвенный слой попадает уже в сферу более бедного
атмосферно-грунтового питания, что вызывает появление менее
требовательных к минеральному питанию травянистых растений
и сфагновых мхов. Начинается развитие болота переходного
типа. Дальнейший рост торфяника в высоту и полная изоляция
корнеобитаемого горизонта почвы от влияния грунтовых вод
обусловливает исключительно атмосферное питание
растительности, безраздельное господство олиготрофных сфагновых мхов
и формирование болота верхового типа.
Но нередко встречаются в природе и отступления от такой
идеальной схемы, обусловленные влиянием внешних факторов.
Из сказанного ясно, что тип болота — не что иное, как
современная стадия его развития. При этом каждая
стадия определяется не только характером и составом
растительного покрова, но также соответствующим ей водным
режимом, свойствами почвенного горизонта, питающего растения,
особенностями обмена веществ и энергии между биотическими
и абиотическими компонентами данного единства —
биогеоценоза.
Если бы чередование слоев в торфяной залежи
обусловливалось только саморазвитием болотной растительности,
закономерной сменой фитоценозов, независимо от воздействия разно-
76

образных факторов среды, можно было бы ожидать
коррелятивной связи между современным растительным покровом и
строением торфяной залежи. Но движущей силой развития
болотного процесса на каждом его этапе является не один какой-
либо фактор, а взаимодействие растительности, влажности и
ряда других факторов среды, в котором последним нередко
принадлежит очень большая роль.
Вследствие этого и современный растительный покров
следует рассматривать как показатель свойств не торфяной залежи
в целом, а лишь деятельного, почвенного слоя болота.
Приведем некоторые примеры. Так, в одном случае при
увлажнении котловины жесткой, богатой кальцием грунтовой
водой в ней возникает низинное травяное или гипново-травяное
болото. По мере выхода из сферы действия грунтовой воды
низинное болото сменяется сначала переходным, а в
дальнейшем— верховым. При этом каждому типу болота будут
отвечать и свойственные ему слои залежи. В другом случае при
избыточном увлажнении впадины атмосферной водой
заболачивание может сразу развиваться по олиготрофному типу и вся
толща залежи окажется сформированной верховым торфом.
Таким образом, при одинаковом современном покрове,
например сфагновом с вересковыми кустарничками и болотной сосной,
строение и свойства торфяных залежей могут значительно
различаться. s
Равным образом встречаются в природе торфяники,
однородные по генезису, составу и свойствам залежей, но покрытые
различной растительностью. Причина этого кроется в сильном
воздействии факторов внешней среды: пожаров, естественного
дренажа, атмосферной пыли и пр. Например, после пожара,
уничтожившего прежнюю растительность верхового болота и
вызвавшего улучшение почвенных условий, на нем поселяются
береза, осоки и другие травянистые растения, а вместо
сфагнума— политрихум и родственные ему мхи. Естественный дренаж
болот влечет за собой развитие древесной растительности
довольно высоких бонитетов, не соответствующих болотным
условиям и свойствам основной толщи залежи. В лесостепной зоне
наблюдаются случаи, когда вследствие ветрового наноса пыли
с распахиваемых земель сфагновые торфяники покрываются
богатой травяной растительностью с древесным ярусом из черной
ольхи.
Следует отметить, что специальные исследования,
проведенные М. С. Боч A958), также показали, что болотные массивы с
одинаковыми растительными группировками могут иметь
различную торфяную залежь. Вследствие этого использование
растительных группировок в качестве индикатора строения
торфяной залежи, по мнению М. С. Боч, возможно только в -пределах
одного географического района для болотных массивов
77

определенного типа или для определенной генетически
однородной полосы массива, но с учетом влияния элементов
гидрографической сети болотного массива, нарушающего закономерный
ход развития отдельных его участков.
> Мы делаем вывод, что болота и торфяные залежи
следует классифицировать раздельно. Отметим,
что при разведке и учете торфяного фонда болота (торфяные
месторождения) классифицируются по типам строения
торфяных залежей. Для характеристики же растительного покрова и
поверхностных образований на болотах разработана
классификация болотных фитоценозом и типов поверхности торфяных
месторождений.
В настоящее время большинство болотоведов Советского
Союза придерживается ,в типологии болот экологического
принципа. В его основу положен такой определяющий признак, как
степень богатства воды, питающей болото минеральными
веществами, в частности кальцием. Этот принцип, берущий начало
от Вебера и Сукачева, наиболее правилен, так как он позволяет
отразить основные признаки того или иного болота как единицы
ландшафта и самые существенные стороны
болотообразовательного процесса. Тип водного питания обусловливает характер
растительного покрова, позволяет судить о ботаническом
составе и степени разложения торфа, его зольности, кислотности
и степени насыщенности основаниями. Все это дает
представление о хозяйственной ценности болота и возможных 'путях его
использования.
Согласно этому принципу, различают следующие типы болот:
1. Грунтового и а л л ю в и а л ь н о - гр у н т о в о го
питания, наиболее богатые известью и другими зольными
веществами— евтрофные. В связи с тем, что болота этого типа
залегают обычно в пониженных элементах рельефа (речных
долинах, приозерных впадинах, овражно-балочной сети и др.), их
принято называть низинными.
2. Смешанного атмосферно-грунтового
питания, обедненные кальцием и другими зольными элементами —
мезотрофные. За болотами этого типа закрепилось название
переходных.
3. А т м о'с ф е р н о г о питания, наиболее бедные
кальцием и другими элементами зольного питания растений — олиго-
трофные. Так как для олиготрофных болот характерен
выпуклый профиль поверхности и залегают они большей частью
на возвышенных элементах рельефа, их называют верховыми.
Мы выделяем еще следующий, четвертый тип:
4. Разнотипного питания, когда закономерно
сочетающиеся на болотах возвышенные и пониженные участки
находятся в различных условиях водного питания: первые —
атмосферного и вторые — грунтового. Такие болота можно назы-
78

вать гетеротрофными, или комплексными. К ним
относятся, например, болота аапа-типа, для которых
характерно сочетание сильно влажных ровных или вогнутых пространств,
покрытых евтрофной растительностью, с возвышенными
бугорками и грядами, занятыми олиготрофными сфагновыми мхами
и сопутствующими им растениями. К этому же типу следует
относить и бугристые торфяники, широко распространенные на
нашем севере, где мерзлые, сухие торфяные бугры пркрыты
олиготрофными мхами, лишайниками и кустарничками, а
(понижения между ними обычно заняты сильно влажными
низинными или переходными болотами (Пьявченко, 19556).
КЛАССИФИКАЦИЯ БОЛОТ
Московский торфяной институт разработал классификацию
болотных фитоценозов (табл. 17), которая и представляет
собой, по нашему мнению, эколого-фитоценотическую
классификацию типов болот или их участков, под которыми, как было
сказано .выше, нужно понимать современные стадии их развития.
Следует лишь в первой графе табл. 17 заменить слова «тип
растительности» словами «типы болот».
В этой классификации все разнообразие болот умеренной
полосы группируется по признаку богатства питания в три
типа: низинный, переходный и верховой. Второй ступенью
классификации служит подтип, выделяемый по степени увлажнения
болота. Таких подтипов три: слабо, средне и сильно
увлажненные. Со степенью увлажнения связаны группы растительности,
представляющие третью ступень классификации: древесная,
древесно-травяная, древесно-моховая, травяная, травяно-мохо-
вая. Четвертая ступень — «болотные фитоценозы»,
соответствующие в таксономическом отношении группам растительных
ассоциаций, а для лесных — еще более крупным таксонам
растительности.
Бол ота н из^и н ного^ти п а занимают в рельефе
пониженные местоположения и питаются главным образом
грунтовой водой. Помимо грунтовой воды в питании их принимают
участие воды атмосферных осадков поверхностного и внутрипочвен-
ного стока с прилегающей водосборной площади, а в поймах
рек — также воды весенних и летних паводков. Питание
пойменных болот нередко имеет_Г_0У31о^:]^_поряый^а^актер. Помимо
понижений, низинные болота встречаются иногда и на довольно
крутых склонах у мест выхода ключей, где поверхность почвы
обильно увлажняется грунтовой водой (так называемые висячие
болота).
Поверхность низинных болот обычно плоская, слегка
возвышающаяся к краям, но у ключевых болот она может иметь и
несколько выпуклый шрофиль. Микрорельеф поверхности бывает
79

£ I-
3
с
н
Ч
О
1 (
'аГ
пяны
[ые (то:
я
<и
Я
£
л
о увл
я
ч
я
о
6
н
6
а)
Ч
жнснные (
пяные)
,не увла
сред
або увлаж
нные (лес
иые)
4 я
1 о *
я
О
о
я
Л
со
н
я
а
О.
3
с
с
>>
а
и
ъпгйюдАэ q
Уо 'exedxacjA
S52
о нн
п бол
расти
и по
я с н
^я
моховая
-0X0
1§
а
п
ь
к
СЗ
о.
к
хова
о
2
о
древссш
сно-тра-
яная
о.
R
древесна
(
Х0ОНХО1Г
3 Ч1Э0НЧ
>.
о
о
j
3
со
о
<v
я"
о
е
Н<*>
зим
L^oe
Гипновые
низинные
Сфагнорые
низинные
i <ь>
о з i л.
я s *tr ж
во-г
низ
во-с
е н]
о о з
Я 3 Я о 3
оиоДЕ
О) 6
3 *
5 к
CL» Ж
Э О CD
2 о Я
X Н
_
• Я i .
С CQ О О
о с 6 S
я я я -6-
О U о О
Древе
! ково-
Древе
ково-
1 вые
Древесно-
осоковые
Древесно-
тростнико
вые
льшаники
ерезняки
О Ю
!
5,5-
00
1
я
*я х
Я ■&■
X О
ж о.
я н
CD CQ
я о>
I д^
О)
• я
i §9
я 2 Я
стн
осо:
ков
Тро
ВО-1
Осо
я я
Ельники
Сосняки н
зинные
Ивняки н
зинные
СУ
о,
О)
с
о>
Я <L>
CQ Я
О X
£§
9 v
3 Я
CQ Я
я 5
и °
со си
"§
J. Я
су Я
Is"
.. я-
ей ^ !
о,»я
О О)
d) ы
о. 9
с 9
О CQ
о» о
CQ «
CD О
оГ
9 Я
л я
Я ее
о о
Древе
перех
я
я
t=t
о
од ные 1
1
X
а
пер
д су
2 3
я а
og
с?£
1 §1
! f
£«§
¥ ?
6 Я
1 СО —•
1 о си
1 я с^а
u°uffl
я -е-
X С
t< Си
о ь
g£s£
а; S f
си
а»
en
, о
СО
3*
о
2 2 Я О
Я я
Si о
э л.
•&
I
С1
. о
йч я
CQ*

или ровным (обычно при сильном обводнении), или кочковатым.
Значительно реже, главным образом на осоково-гипновых
болотах Сибири, наблюдается дифференциация поверхности на
слабо возвышающиеся вытянутые гряды и широкие понижения.
Растительность низинных болот характеризуется довольно
большим разнообразием слагающих ее сообществ (фитоцено-
зов), различающихся, в свою очередь, по жизненным формам,
структуре и видовому составу растительного покрова. Это
разнообразие не случайно; оно является отражением экологических
условий существования растительности, складывающихся на
данной стадии развития болотообразовательного процесса. Из
них основное значение имеют аэрация почвы, зависящая от
количественной и качественной сторон увлажнения, и в меньшей
степени кислотность среды и содержание в почве доступных
растениям азота и зольных веществ.
Так, для слабо увлажненных летом болот типичны лесные
сообщества, образованные елью (Plcea excelsa, а в Сибири
P. obovata), березой (Betula pubescens), ольхой (Alnus glutino-
say A. incana), ивами (Sallx caprea, S. pentandra) и реже —
сосной {Pinus silvestris), а в Сибири также кедром (Pinus sibirica)
и лиственницей (Larix sibirica, L. dahurica). Травяной ярус,
обычно' богатый видами, состоит из осок (Сагех caesoitosa,
С. appropinquata), хвоща {Equisetum silvaticum, Е. palustre),
злаков (виды Calamagrostis, Phragmites), болотного и лесного
разнотравья {Cirsium heterophyllum, Filipendula ulmaria, Geum
rivale, Atkyrium filix femina, Majantherniim bifolium, Linnaea bo-
realis, Ramischia secunda и др.).
В моховом ярусе растут лесные и болотные гипновые мхи
(Hylocomium proliferum, Pleurozium Schreberi, Rhytidiadelphus
triquetral, Aulacomnium palustre, Calliergon sp.), иногда с при-,
месью сфагновых {Sphagnum cenlrale, S. Girgenschnii, S. Warn-
storfil) и др.
В случае более сильного увлажнения степень участия
древесной растительности в составе болотных сообществ уменьшается,
а влаголюбивых трав и мхов возрастает. Для таких условий
типичны уже древесно-травяные, главным образом ольхово-осоко-
вые, ольхово-тростниковые, березово-осоковые, ивово-осоковые
или гапново-осоковые сообщества растительности, где
угнетенные древесные породы растут только на повышениях
микрорельефа (рис. 15).
На очень сильно увлажненных болотах или участках
растительный покров представлен в основном травяными и моховыми
болотными сообществами, образованными тростником {Phrag-
tnites communis), осоками {Сагех inflata, С. vesicaria, С. diand-
га, С. lasiocarpa), хвощем (Equisetum fluviatile, E, palustre),
вахтой {Menyanthes trifoliata), гипновыми мхами {Drepanocladus
vernicosus, D. aduncus, Callirgon spM Tomenthypnum nitens
6 H. И. Пьявченко
81

Рис. 15. Обш.нй вид открытого низинного болота (Томская обл.)
if реже — евтрофными сфагновыми (Sphagnum centrale, S. Warn-
:>iorfii, S. squarrosum, S. teres).
Болота п ер е хо.дн о r_o j и^п а могут занимать в рельефе
самое различное положение — оТ водоразделов до низких
речных террас, не заливаемых полыми водами, и нередко образуют
•окраинную зону вокруг верховых болот. Они питаются
атмосферной и мягкой грунтовой водой, обычно выходящей из
бедных карбонатом кальция песчаных пород. Поверхность их более
или менее плоская.
Растительный покров переходных болот однообразнее и
беднее <по видовому составу. В условиях меньшей влажности на
болотах переходного типа возникают древесные, древесно-травя-
ные и древесно-моховые сообщества. Древесная растительность
представлена сосной и березой — породами мало
требовательными к аэрации и богатству почвы, но встречается и угнетенная
ель. В Сибири на переходных болотах, кроме сосны и березы,
растут кедр и лиственница (рис. 16).
Микрорельеф кочковатый. Травяно-кустарничковый ярус
образован немногими видами осок (главным образом Carex lasio-
сагра), пушицей (Eriophorum vaginatutn), багульником (Ledum
palustre), Кассандрой (Chamaedaphne calyculata). голубикой
(Vaccinium uliginosum), подбелом (Andromeda polifolia ) и др.
82

Рнс. 16. Общий вид слабо облесенного переходного болота (Томская обл.)
Сплошной покров создают мезотрофные и олиготрпфные
сфагновые мхи, главным образом Sphagnum aptculatum, S. angustifo-
lium, S. magellanicum.
На сильно влажных переходных болотах древесная
рачительность почти полностью выпадает. Здесь растительный
покров образуется травяносфагновыми, гни ново-сфагновыми и
сфагновыми сообществами. Моховой ярус их слагается мезо-
трофными и олиготрофными видами сфагнума — Sphagnum
apiculatum, S. obtusum, 5. Warnstorfii, S. angustifotium, S.
magellanicum, иногда с участием гишювых (Au!acomnium paluslre,
Drepanocladus sp. и др.). В травяном покрове характерны осоки
(Carex lasiocarpa, С. litnosa, С. chordorrhiza), пушица (Eriopho-
rum gracile, Е. vaginatum), шейхцерпя (Scheuchzerla palustrls)^
Почти всегда в сравнительно небольшом количестве
присутствуют вересковые кустарнички (Chamaedaphne calyculaia, Andror
rneda роЩоИа, Oxycoccus quadripeialus)% обычно занимающие
микроповышения среди осоково-сфагновых топей.
Болота верхового типа залегают на водораздельных
плато"'и "наПЕГшгс^^ не заливаемых полой
водой. Основной источник их. водного питания — вода
атмосферных осадков, выпадающая на поверхность самого болота и
жадно впитываемая сфагновым мхом. Зольной пищей растений
аерхового болота служит только атмосферная пыль, оседающая
О* 83

на его поверхность из воздуха и приносимая с атмосферными
осадками. Количество пыли связано с географическим
положением и степенью хозяйственного освоения территории. Так,
вблизи центров развитой промышленности или
сельскохозяйственного использования количество атмосферной пыли бывает
настолько велико, что может обусловливать заметное увеличение
зольности верхних горизонтов торфяной залежи и некоторые
изменения в составе растительности. В таежных районах
количество приносимой пыли значительно меньше, но все же
составляет внушительную величину, способную, как было сказано
раньше, обеспечить потребности неприхотливых растений
верхового болота.
'и' q* ■<? ш* т* cz>
Рис. 17. Выпуклый профиль Берхового болота «Чистый мох»
Ярославской обл.:
J — медиум-торф; 2 — фускум-торф; 3 — пушицевый торф; .4 — пни; 5 — супесь; '
6 — степень разложения торфа, % ;
Для верховых болот типичен выпуклый профиль поверхности
(рис. 17), формирование которого связано с более интенсивным
нарастанием мохового покрова по вертикали в более
обводненной центральной части болота, тогда как на склонах, в связи с
«расползанием» болота в стороны и несколько меньшей
обводненностью, энергия вертикального нарастания сфагнума
ослабляется. Для микрорельефа поверхности верховых болот часто
характерно закономерное сочетание положительных и
отрицательных форм: кочек (сфагновых подушек) и понижений между
ними, Еытянутых гряд и разделяющих их топких мочажин, гряд
или более крупных возвышенных участков поверхности и
небольших вторичных озер. Такие сочетания, связанные, как
правило, с ходом развития болотных массивов или с влиянием
физико-географических условий, называются болотными
комплексами. Каждый комплекс, помимо устройства поверхности
болота, характеризуется также и относительным своеобразием
растительного покрова.
'■ Так же, как и на болотах предыдущих типов, здесь в
условиях лучшего естественного дренажа образуются сообщества дрё-
%4

весной растительности, в основном сосновые, а в Восточной
Сибири и на Дальнем Востоке и лиственничные.
Сосняки с напочвенным покровом из пушицы (Eriophorum
vag. nation), кустарничков (Ledum palusue, Chamaedaphne caly-
culata, Vactinium uliginosum, Andromeda polifolia, Оxycoccus qua-
dripetalus, O. microcarpa) и олиготрофных видов сфагнума
(Sphagnum magellanicum, S. angustifolium, S. fuscum, S. rubel-
lum) занимают окраинные зоны и места с мелкой залежью
торфа среди крупных массивов верховых болот и часто сплошь
покрывают небольшие торфяники на песчаных террасах рек. Мик-
рорельф хорошо выражен за счет развития сфагновых и пуши-
цевых кочек. Мокрые понижения на периферии выпуклых
верховых болот нередко представляют собой сфагново-пушицевые
или* сфагново-шейхцериевые топи.
Грядово-мочажинный комплекс весьма характерен для
выпуклых верховых болот, где он занимает склоны и нередко
центральную часть торфяника. Прерывистые сфагновые гряды
шириной 2—5 м опоясывают выпуклый купол болота
неправильными концентрическими кругами, чередуясь с топкими
мочажинами, иногда заполненными водой. Высота гряд составляет
20—40 см. Они покрыты Sphagnum fuscum с некоторым
участием пушицы, вересковых кустарничков, морошки (Rubus chamae-
morus) и др. Небольшими группами на грядах растет
угнетенная сосна (формы Вилькомма, Литвинова и карликовая).
Мочажины заняты гидрофильными шейхцериево-сфагновыми
сообществами с участием топяной осоки (Carex llmosa) и оче-
ретника (Rhynchospora alba).
По поводу образования гряд на болотах существует
несколько гипотез (Богдановская-Гиенэф, 1936; Кац и др., 1936;
Краснов, 1941; Иванов, 1957; Пьявченко, 19536 и др.), большинство
которых признает, что формирование гряд происходит под
воздействием стока воды от центра выпуклого болота к периферии.
Однако механизм этого процесса еще недостаточно выяснен.
В грядово-озерном комплексе гряды несколько выше, покрыты
в общем той же растительностью, что и в предыдущем
комплексе. Ширина озерков достигает 5—10 м при длине до нескольких
десятков метров. Грядово-озерные комплексы встречаются
главным образом в центральной, наиболее высокой части верховых
болотных массивов (рис. 18). Озерки на болотах могут быть
первичными, сохранившимися участками заросшего водоема, и
вторичными, возникшими в результате особенностей развития
выпуклого верхового торфяника. Происхождение вторичных
озерков, очевидно, представляет одну из последующих стадий
эволюции мочажин под действием стока и сопутствующих ему
явлений.
Болота комплексного типа занимают в рельефе
различное положение, встречаясь в понижениях на водораздельных
85

Рис. 18. Грядово-озерный комплекс на верховом болоте
в Латвийской ССР
плато, на надпойменных террасах и на незатопляемых частях
приозерных впадин. Довольно значительное различие в
высотных уровнях положительных и отрицательных элементов
болотного микрорельефа (обычно от 0,7 до 1 м для аапа-комплексов
и от 1 до 3—5 м и больше — для бугристых комплексов)
обусловливает резкое различие в условиях водного питания
почвенного слоя и растительного покрова этих элементов. В то время
как понижения, называемые мочажинами, увлажняются почвен-
но-грунтовой водой или водой поверхностного стока, более или
менее богатой минеральными веществами, возвышенные
элементы (гряды, бугры) находятся в условиях резко обедненного
минеральными элементами атмосферного питания и хорошо
дренируются окружающими мочажинами. В связи с этим
развитие растительного покрова и формирование почвенных
горизонтов названных элементов протекает по-разному. В мочажинах
развивается болотообразовательный процесс евтрофного, реже —
мезотрофного типа при участии различных осок, пушицы, гипно-
вых и евтрофных или мезотрофных сфагновых мхов (виды Cal-
liergon, Drepanocladus, Aulacomnium, Sphagnum riparium,S. teres,
S. Warnstorfii, S. amblyphyllum). На грядах и буграх при малой
их высоте растительный покров слагается главным образом оли-
готрофными сфагновыми мхами с участием карликовой березы
(Betula nana), некоторых вересковых (Empetrum nigrum, Vac-
8G

Рис. 19. Бугристое болото в Большеземельской тундре
cinium vitis idaea, V. uliginosum), пушицы (Eriophorum vagina-
turn) и немногих других. При более значительной высоте
поверхностный горизонт почвы этих образований пересыхает, и
растительный покров приобретает хорошо выраженный ксероморфный
облик. Основную роль в нем играют лишайники из родов Clado-
nia, Cetraria и зеленые мхи из родов Dicranum, Polytrichum.
Сфагновые мхи (главным образом Sphagnum fuscum) растут
лишь отдельными дерновинками в микропонижениях на
поверхности бугров; вересковые кустарнички встречаются в небольшом
количестве в угнетенном состоянии. Карликовая береза
образует заросли в нижней части склонов таких бугров (рис. 19).
Нередко поверхность пересохших бугров лишена растительного
покрова и подвергается денудации.
Таким образом, на комплексных болотах с мерзлыми,
сухими с поверхности буграми болотообразование в полном смысле
этого слоя происходит лишь в мочажинах. Бугры же
представляют собой мертвое или почти мертвое образование — останцы
древних торфяников, разрушенных процессами эрозии или
термокарста (Пьявченко, 19556).
ВИДЫ ТОРФА И ТОРФЯНЫХ ЗАЛЕЖЕЙ
В результате жизнедеятельности болотных растительных
сообществ накапливаются отложения торфа. В каждом
сообществе, развивающемся в свойственных ему экологических
87

условиях, отмирающая органическая масса служит материалом
для образования торфа такого состава и качества, которое
присуще только данному растительному сообществу. Иными
словами, определенному сообществу соответствует и определенный
вид торфа.
Однако вид торфа может характеризовать породившую его
растительную группировку только в общих чертах вследствие
того, что в процессе торфообразования отмирающие части
растений претерпевают неодинаковое разложение и, кроме того,
первоначальный состав растительных остатков нередко
подвергается вторичным изменениям. Так, надземные органы трав,
валежник, древесный и кустарниковый опад в зависимости от
условий аэрации полностью или в незначительной мере гумифи-
цируются, тогда как подземные органы их гораздо лучше
сохраняются в нарастающем торфе. У многих представителей
болотного разнотравья, имеющих слабо развитую поверхностную
корневую систему, не сохраняется в торфе и корневых остатков.
Наоборот, гипновые и сфагновые мхи, у которых постепенно
отмирает подземная часть, весьма слабо гумифицируются при
условии достаточной влажности субстрата. Таким образом, для
определения ботанического состава торфа приходится
использовать в основном сохранившие клеточную структуру остатки
растений — торфообразователей: корни и корневища осок,
тростника, хвоща и других многолетних трав, кусочки коры и
древесины, листочки сфагновых и гипнозых мхов, соотношение
которых в торфе не полностью восстанавливает исходную
растительную группировку. Большое значение имеет и степень
разложения торфа. Чем она меньше, тем больше сохраняется в торфе
остатков растений — торфообразователей, и, наоборот, в сильно
разложившемся торфе остатки исходного фитоценоза иногда
почти вовсе не сохраняются.
Вторичные изменения в составе торфа вызываются,
во-первых, проникновением в ранее отложившиеся слои корней и
корневищ позднее поселившихся растений. Например, корневища
тростника могут проникать в торф на значительную глубину и,
разветвляясь в нем, обусловливать вторичные изменения в
ботаническом составе торфа. Смена растительности после
болотных пожаров также ведет к проникновению в невыгоревший
торф корней других растений, не участвовавших в его
образовании.
Сказанное здесь показывает, что правильное определение
ботанического состава торфа, которое производится под
микроскопом после отмывки на сите гумуса, требует известного
минимума знаний из области геоботаники и экологии растений.
Наряду с ботаническим составом, надежными показателями
правильности определения вида торфа служит также степень
88

его разложения, зольность (вернее, содержание кальция) и
величина кислотности (рН).
:. Степень разложения характеризуется процентным"
отношением разложившейся части (гумуса) ко всей массе торфа.;. Если
степень разложения торфа меньше 20%, он считается слабо
разложившимся; от 20 до 45%—средне разложившимся,
свыше 45%—сильно разложившимся. Грубое определение степени
разложения торфа производится на глаз, более точное — в
лаборатории.
Принятая в настоящее время классификация торфов
разработана Московским торфяным институтом. Высшей
таксономической единицей служит тип торфа. Типы те же, что и в
классификации болот: низинный, переходный и верховой. Так же, как
и в классификации болот (фитоценозов), каждый тип торфа
делится на три подтипа: лесной, лесо-топяной и топяной. Подтипы
делятся на группы. В лесном подтипе выделяется одна
древесная группа, в лесо-топяном — древесно-травяная и древесно-мо-
ховая и в топяном — травяная, травяно-моховая и моховая.
Каждая группа объединяет несколько видов торфа, выделяемых
по ботаническому составу растительных остатков с учетом
степени разложения, а в случае надобности и других показателен
(рис. 20).
В результате накопления отложений торфа одного или не- j
скольких видов образуются торфяные залежи. В зависимости от \
условий образования, торфяные залежи характеризуются
разнообразным строением, обусловленным чередованием пластов,
различающихся по ботаническому составу и степени
разложения. В связи с этим изменяется зольность торфа и некоторые
другие его свойства. В «Классификации видов торфа и
торфяных залежей» A951), разработанной Московским торфяным
институтом (табл. 18), все торфяные залежи подразделяются на
четыре типа: низинный, переходный, смешанный и верховой.
В каждом типе выделяются лесной, лесо-топяной и топяной
подтипы, а в пределах подтипов — виды залежей (рис. 21).
К низинному типу относятся залежи: 1) полностью
сложенные низинным торфом; 2) сложенные в нижней части низинным
торфом, а в верхней — переходным, но не более, чем наполовину
всей толщи; 3) перекрытые верховым торфом, но не более чем
на 0,5 м.
К переходному типу относятся залежи, сложенные либо
целиком, либо более чем наполовину переходным торфом. В
случае перекрытия слоем верхового торфа мощность его не
должна превышать 0,5 м.
Смешанный тип включает в себя залежи, сложенные в
нижней толще низинным или переходным торфом, а сверху
покрытые слоем верхового торфа более 0,5 м, но не превышающим
половины общей глубины залежи.
89

л/дмлел//
" -DHJ<?0Jt/p'
gVWH
л/qgotrj
Mqgfi&fyg
л/одощщ
1
I
-онзЛдэар'
t/MJ3ff3<f}f
"ntqдолгот
л WffWMP \
-/гмяэдл/}?
лулдатл/м/1
-оюздз4}/\

Таблица 18
Классификация торфяных залежей
Тип
Низинный
Пзреходный
С вешанный
В:рховой
лесной
Лесная
—
Смешанная пу-
шицево-лесная
Сосново-пуши-
цевая
Подтипы
лесо-топяной
Д ревес но-тростн и-
ковая
Древесно-осоковая
Топяно-лесная
Лесо-топяная
Многослойная ле-
сотопяная
Переходная лесо-
топяная
Смешанная лесо-
топяная
Медиум-залежь
топяной
Хвощевая
Тростниковая
Осоковая
Шейхцериевая низинная
Осоково-гипновая
Осоково-сфагновая
Гипновая низинная
Сфагновая низинная
Многослойная топяная
Переходная топяная
Смешанная топяная
Шейхцериево-сфагновая
Комплексная залежь
Фускум-залежь
К верховому типу относятся залежи, полностью или более
чем наполовину сложенные верховым торфом.
Лесная залежь сложена торфами лесной группы
низинного типа — ольховым, березовым, еловым и др. Она
характеризуется пониженной влажностью, высокой степенью
разложения и довольно большой зольностью.
Древесно-тростниковая залежь сложена древесно-
тростниковым торфом. Для нее характерна более высокая
влажность, меньшая степень разложения и меньшая зольность, чем
для лесной залежи.
Древесно-осоковая залежь сложена древесно-осо-
ковым торфом. По своим качественным показателям она близка
к предыдущей залежи.
Топяно-лесная залежь в верхней части сложена
низинными топяными торфами, а в нижней — низинными лесными
или лесо-топяными.
Лесо-топяная залежь отличается от топяно-лесной
тем, что верхняя часть ее сложена низинными лесными или
лесо-топяными торфами, а нижняя — топяными.
Многослойная лесо-топяная залежь
характеризуется неоднократным чередованием пластов, сложенных
лесными или лесо-топяными и топяными торфами.
01

*
s
J
к
tfDQO>/
-OHjdg30'tf\
ifDM391/ 1
w
«si
I
-oyjifuw)/
t/DgOWD&J
-OffM/f
-злтпэ/я
\l/Dffjf?rt/r/fo
ogo/sjoj
К
к
к
^
*
^
^
/
/
v
\
V
'?>
s.
s
*l
,*
§1
SJ
и
tfM&UOW
-OJJJ/
ifDH0OJ&fej/\
1 4
4
X
s
Oh

Залежи топяного подтипа — хвощевая, тростниковая,
осоковая, шейхцериевая, осоково-гипновая, осоково-сфагновая,
гипновая и сфагновая низинные — выделяются по преобладанию
в них тех или иных видов торфа.
Многослойная топяная залежь сложена
несколькими видами топяного торфа. Для торфяных залежей топяного
г.одтипа характерна высокая влажность, средняя степень
разложения и умеренная зольность.
Переходная лесо-топяная залежь в одних случаях
может быть сложена целиком переходным торфом — древесно-
осоковым или древесно-сфагновым, в других — чередующимися
слоями лесного, лесо-топяного и топяного переходного торфа.
Переходная топяная залежь сложена одним или
несколькими видами переходного топяного торфа — шейхцериевым,
осоковым, осоково-сфагновым, гипновым, сфагновым.
Смешанная пушицево-лесная залежь в нижней
части сложена низинным лесным или лесо-топяным, а в
верхней— пушицевым верховым или сосново-пушицевым торфом.
Для нее характерны пониженная влажность и высокая степень
разложения.
Смешанная лесо-топяная залежь в нижней части
образована низинным лесным или лесо-топяным, а в верхней —
топяным торфом верхового типа.
Смешанная топяная залежь целиком сложена топя-
нЫм торфом, в нижней части — низинного типа, в верхней — вер-
ховоготипа (медиум-торфом, комплексным верховым, реже пу-
шицево-сфагновым). Влажность этой залежи выше, а степень
разложения меньше по сравнению с предыдущими видами
смешанных залежей.
С о с н о в о - пу ш и цев а я залежь в основном сложена
сосново-пушицевым торфом с участием соснового и пушицевого
верхового торфа. Как и для других видов залежей лесного
подтипа, для нее характерны сравнительно невысокая влажность и
хорошая степень разложения торфа.
Медиум-залежь образована в основной толще
медиум-торфом или пушицево-сфагновым торфом. Для этой
залежи характерно присутствие на глубине 1,5—2 м прослойки
сильно разложившегося торфа с пнями сосны, так называемого
пограничного горизонта.
Шейхцериево-сфагновая залежь сложена шейхце-
риевым верховым или шейхцериево-сфагновым торфом. Для нее
характерны высокая влажность и умеренная разложенность
торфа.
Комплексная верховая залежь сложена
преимущественно смешанным верховым торфом, состоящим из остатков
сфагновых мхов и других растений, типичных как для гряд, так
и для мочажин. Эта залежь характеризуется большой
влажностью и малой степенью разложения торфа.
93

Таблица Ш
Средние показатели важнейших природных свойств торфяных
залежей РСФСР
Виды залежей
Низинный т и'п
Лесная
Древесно-тростниковая . . .
Многослойная топяно-лесная
Хвощевая
Осоковая
Шгйхцериевая низинная . .
Гипновая
Осоково-сфагновая
Сфагновая низинная . . .
Переходный тип
Переходная лесная ....
Переходная лесо-топяная . .
Переходная топяная ....
Смешанный тип
Смешанная пушицево-лесная
Смешанная лесо-топяная
Смешанная топяная ....
Верховой тип !
Ангустифолиум-залежь . . .
Шейхцериево-сфаг новая . . .
Степень разложения,
%

Европейская часть
51
47
42
39
38
36
36
36
31
35
29
29
27
27
40
39
29
44
37
30
46
32
_
30
26
—
! 19
Западная
Сибирь
43
43
39
34
38
35
—
31
28
26
26
—
43
36
29
—
31
25
_
—
17
30
17
i l?
! 14
Зольность, %

Европейская часть
13,0
10,5
9,4
8,7
8,1
8,3
8,5
9,1
7,9
6,2
7,3
8,1
6,9
6,1
7,1
7,2
6,1
5,3
5,9
5,0
4,0
3,1
—
3,^
3,0
—.
3,7
Западная
Сибирь
12,2
7,1
10,0
11,1
18,2
10,0
—
8,3
6,5
7,0
5,1
—
8,3
8,1
6,0
—
7,7
5,3
—
__
4,7
5,3
3,6
3,8
3,6
Влажность.
%

Европейская часть
86,0
88,2
89,0
90,1
89,2
89,1 •
90,3
89,0
90,3
91,5^
—.■ .
90,в
91,4
— .'
90,1.
91,4
89,4
90,1
91,2
89,0
91,8
— ,
92,6
93,2
—
93,4

Фускум-залежь в преобладающей части сложена фу-
скум-торфом малой степени разложения и высокой влажности.
В табл. 19 приводятся средние показатели важнейших
природных свойств торфяных залежей (степени разложения,
зольности и влажности) для Европейской части РСФСР и Западной
Сибири, взятые из «Классификации видов торфа и торфяных
залежей» A951) и работы Ю. В. Ерковой A957). Следует иметь
в виду, что в природе наблюдаются довольно значительные
отклонения от приведенных средних показателей как в сторону их
увеличения, так и уменьшения.

ТИПОЛОГИЯ ЗАБОЛОЧЕННЫХ
И БОЛОТНЫХ ЛЕСОВ
В классификации болот (болотных фитоценозов),
предложенной Московским торфяным институтом, подразделение лесных
болот ограничивается такими крупными таксономическими
единицами, как ольшаники, ельники, березняки и т. п. Естественно,
эти укрупненные единицы не отражают в достаточной степени
особенностей, присущих типам болотных лесов и имеющих
существенное значение для выбора объектов осушения и
проектирования лесоосушительных и лесокультурных мероприятий.
В связи с этим возникает потребность в специальной лесовод-
ственной классификации заболоченных и болотных лесов.
Известна лесоводственная классификация финских болот,
разработанная Луккала и Котилайнен (Lukkala, Kotilainen,
1951), в которой типы болот распределяются по степени их
пригодности для осушительной мелиорации и лесохозяйственного
использования (табл. 20).
В настоящее время эта классификация несколько уточнена
и дифференцирована Хейкурайненом (Heikurainen, 1960).
У нас в Союзе имеются типологические схемы и
классификации заболоченных и'болотных лесов для Латвийской ССР (Буш,
1957, 1959, 1961; Буш, Клявиньш и др., 1960), для Российской
федерации (Пьявченко, 1956, 1959, 1961) и для Эстонской ССР
(Ильвес, 1956).
Латвийская и русская типологические схемы построены на
базе известной лесотипологической схемы В. Н. Сукачева A931,
1934) и очень близки по своему основному содержанию. В
латвийской схеме избыточно увлажненные лесные земли сначала
делятся на две группы в зависимости от толщины торфяного
слоя. При мощности его меньше 30 см в неосушенном состоянии
избыточно увлажненные лесные земли относятся к заболоченным
лесам, а при большей глубине — к лесным болотам, т. е.
болотным лесам. Дальнейшее подразделение производится по типам
лесорастительных условий и типам леса. Тип леса понимается
как сочетание лесорастительных условий с господствующей
древесной породой (рис. 22).
96

Таблица 20
Подразделение финских болот по ценности для осушения
Класс ценности н тип болота
Годичный прирост
древесины, мя/га
Ценность по баллам
A0-1)
до
осушения
после
осушения
для
осушения
1. Наилучшие
Заболоченные и болотные еловые леса
с участием березы и осины, с
покровом из папоротника, осок,
болотного разнотравья, зеленых лесных,
гипновых и сфагновых евтрофных
мхов. Сюда же входят березняки и
сосняки травяные .
2. Хорошие
Заболоченные и болотные леса того
же состава — травяно-сфагновые и
гипновые. Осоково-гипновые и
травяные болота
3. Удовлетворительные
Заболоченные и болотные леса,
главным образом переходного типа, с
березой и сосной в древесном ярусе,
молинией, пушицей, осоками,
вересковыми кустарничками—в травяном.
Сюда же входят мокрые осоковые и
гипновые болота
4. Посредственные
Сосняки сфагновые,
крупнокустарниковые, пушицево-осоковые и пуши-
цевыэ. Травяно-сфагновые и
гипновые топи
5. Плохие
Сосна по верховому болоту;
сфагновые болота мелкокустарничковые и
топяные
0,5—3,0
0,5—2,5!
0,5—1,5
0,5—1,0
0,2—0,J
5,0—7,0
4,0-5,0!
7—10
5-7
3,0—4,0
2,0—3,0
0,5—2,0
3-5
1-3
1-2
При построении нашей лесотипологической схемы мы
рассматривали тип заболоченного или болотного леса (лесного болота)
как исторически сложившееся природное единство
растительности и среды ее обитания. Исходя из такого представления, мы
стремились показать в типологической схеме важнейшие
составляющие этого единства, отражающие его сущность и динамику
развития. К их числу относятся: 1) экологические условия
местообитания (водный режим, химизм воды, почвенные условия),
7 Н. И. Пьявченко
97

J.
fill
3
h— <^| о
U
Си

определяющие характер взаимодействия среды и
растительности, потенциальное богатство почвы, последовательность и
направление генетических смен фитоценозов в пространстве и во
; времени; 2) напочвенный растительный покров как чуткий
реагент условий среды; 3) породный состав и продуктивность дре-
' веского яруса, являющиеся основой для выделения типов леса.
По этому принципу все разнообразие типов боЛотообразо'Ва-
ния в лесной зоне РСФСР (за исключением Крайнего Севера,
где сильно сказывается, влияние вечной мерзлоты)
сгруппировано в три экологических ряда, соответствующих типам
водноминерального питания: 1) ряд грунтового, евтрофного
питания (проточный), 2) ряд атмосферно-грунтового, мезотрофно-
го питания (слабопроточный) и 3) атмосферного, олиготрофно-
го питания (застойный). Подразделение на три названных ряда
аналогично делению типов болот на низинные, переходные и
верховые.
Каждый экологический ряд объединяет от одного до
нескольких типов условий местопроизрастания (лесорастительных
условий), различающихся главным образом по строению и химизму
почвы и особенностям водного режима. Внешне это
проявляется в преимущественном развитии тех , или иных жизненных
форм в напочвенном растительном покрове, например болотных
трав, зеленых или сфагновых мхов и др.
С типами условий местопроизрастания связаны группы типов
/заболоченных, и болотных лесов, близкие* в экологическом
отношении, но различающиеся по породному составу древостоев.
Например, сфагновый тип условий местопроизрастания,
связанный с бедными почвами верхового болота, может объединять
сосняки, кедровники и лиственничники сфагновые. Группы типов
леса соответствуют по своему объему формациям открытых
низинных, переходных и верховых болот.
: Схема на рис. 23 показывает, что в проточном ряду
заболачивания черноольшаники и болотно-травяные ельники и сосняки
могут представлять дальнейшую стадию эволюции безлесных
болот, но в некоторых случаях и сами могут сменяться почти
безлесными низинными болотами, например в связи с подъемом
уровня почвенно-грунтовых вод благодаря создаваемым
подпорам или же в связи с увеличением влажности климата. Взаимо-
лереходы, возможные также в слабопроточном и застойном
рядах, обозначены на схеме двусторонней связью. Здесь также
показана односторонняя связь группы ельников болотно-травя-
ных проточного ряда с группой ельников сфагновых
слабопроточного ряда. Такой переход в отдельных случаях возможен как
следствие нарастания торфа в высоту и постепенной смены
грунтового питания атмосферным.
В слабопроточном ряду переходы между группами ельников
долгомошных, ельников сфагновых и сосняков осоково-сфагновых
7* 9fc

наблюдаются довольно часто, как естественный результат
развития болотообразовательного процесса. Не вызывает
сомнения и показанная на схеме закономерность последовательной
смены (под влиянием накопления торфяной толщи) сосняков
травяно-сфагновых слабопроточного ряда сосняками
сфагновыми застойного ряда, а последних — угнетенной сосной по
верховому болоту.
Ятмосфермбш (гастой#6м)
Д/пмесферно-грунп7о06/й
(MafonpomavHtouJ ряд
j ГрунгтгайЬш (/грот&тбНЪ
Рис. 23. Типологическая схема условий местопроизрастания заболоченных
лесов и болот
Группы объединяют типы леса, соответствующие таксономи-
чески группам растительных ассоциаций. Для тща леса
характерна однородность состава древесного яруса, подлеска и травя-
но-мохового покрова, сходство по почвенным и гидрологическим
условиям и по условиям возобновления древесной
растительности, а также по таксационным показателям древостоев. Тем не
менее тип леса — понятие в известном отношении, собирательное,
объединяющее несколько близких растительных ассоциаций
(табл. 21). Например, выделяя в качестве типа ельник болотно-
травяной (крупнотравный), мы включаем сюда и ельники та-
волжные, и ельники снытевые, и ельники осоково-разнотравные,
которые рассматривались многими исследователями в качестве
самостоятельных типов, поскольку породный состав и
таксационные показатели древостоя, почвенные и гидрологические
условия остаются в них почти неизменными. Эти дробные «типы»
целесообразнее называть подтипами или вариантами типов леса.
Они не имеют, как правило, самостоятельного производственного
значения и представляют интерес только при детальных фитоце-
нологических исследованиях.
,100

Таблица 21
Классификация заболоченных и болотных лесов
Экологический
ряд (тип
видного питания)
Тип
УСЛОВИИ М( CTO-
произра-
сгания
Группа типов леса
Тип леса (труппа ассоциации)
2
о
Си
С
3
ш
о
х
>>
Си
1. Чернооль-
шаники
Черноольшаник осокоЕО-троетнико-
ЕЫЙ
Черноольшаник болотко-травяной
Черноольшаник ясеневый
2. Ельники
О- Си
н о
6 *-
о
о
3. Кедровники
смешанные
(согры)
4. Лиственнич-
ники
Ельник зеленэмэшчэ-тразян >й
Ельник бэлэтно-травяной
Ельник сфагново-травянол
Кедровник вейникорый
Кедровник осочовый
Кедровник болотно-травяной
Лиственничник вейниковый
Л истЕенничник осоковый
5. Сосняки
Сосняк осоково-тростнкковый
Сосняк болотно-травяной
Сосняк сфагново-травяной.
3
X
СГ
о
ь
о
Си
о
X
<
6. Березняки
Березняк осоково-тростн^ковый
Березняк болотно-травяной
aj|§JLS * ; 1. Ельники
§S£*2*
Cf „ н X a 3
Ельник долгомошный
2. Кедровники
3. Березняки
лоК|
•§"-e-s <
V a^ i
--=- о х <
g н 3 :
§ со £ .
р. X (V (
§ - 5 .!
^ ? у .
о? £ s :
О pt
О
С
1. Ельники
Кедровник долгомошный
Березняк долгомошный
Ельник осоково-сфагновый
Ельник сфагновый
Ельник кустарничково-сфагновый
2. Кедровники I Кедровник осоково-сфагновый
3.
Лиственничники
4. Сосняки
Л истЕенничник осоково-кустарнич-
ково-сфагновый
Сосняк осоково-сфагноЕый
ц5
5. Березняки Березняк осоково-сфагновый

Таблица 21 (окончание)
Экологический
ряд (тип
водною питания)
Тип
условий

произрастания
Группа типов
леса
Тип леса (группа ассоциаций)
3
о
о
<
н й 3 £
2 н дз 0
д о и g
су к а> £
3 5 S S
о s ° £
О О н -О»
2Сио
О А X
и 9 т* ч>
с;
о
^~ -о
к о о
1. Сосняки
Сосняк долгомошный
К ее
, X g
2 с §
« S о
° ^ S4
1. Сосняки
X *
CQ
Сосняк кустарничково-сфагновый.
Сосняк пушицево-сфагновый
00 {-• ч>
: ujg
i • к О
i tQ-&c
В нашей типологической схеме (см. рис. 23) и классифика
ции (см. табл. 21) заболоченные и болотные леса не
подразделяются, как это сделано в латвийской схеме. Такое
подразделение в значительной степени условно, так как 30-сантиметровая
глубина неосушенной торфяной залежи далеко не всегда
является надежным показателем для этой цели. При использовании
нашей схемы для целей проектирования осушительных и лесохо-
зяйственных мероприятий критерием разграничения
заболоченных и болотных лесов может служить тип условий
местопроизрастания. Например, ельники болотно-травяные на торфянисто-
перегнойных почвах являются заболоченными лесами, а те же
ельники на торфяных почвах — болотными лесами. Для долго-
мошных, травяно-сфагновых и сфагновых типов лесораститель-
ных условий показателем заболоченных лесов служат
торфянистые почвы, а для болотных лесов — торфяные.
Не охватывает эта схема болотные леса, давно осушенные
или хорошо дренированные естественным путем, если они
утратили внешние признаки болота. Такие леса уже нельзя относить
к болотным, но поскольку торфяная почва остается признаком
бывшей заболоченности и должна приниматься во внимание при
лесокультурных работах, разработке противопожарных
мероприятий и пр., типы их следует устанавливать по общей классифи-
102

кации с прибавлением «на торфянике» или «осушенный»,
например «ельник-черничник на торфянике».
Переходя к описанию выделенных в классификации групп и
объединяемых ими типов леса, заметим, что предлагаемая
классификация, естественно, не является исчерпывающей, и по мере
накопления исследовательских данных может быть дополнена
новыми группами и типами леса. Вполне возможно также
внесение в дальнейшем некоторых уточнений в характеристики
отдельных таксономических подразделений. Это особенно
касается территории Урала, Западной и Восточной Сибири и Дальнего
Востока, где изучение типов заболоченных и болотных лесов
начато лишь в последние годы.
ЛЕСА ГРУНТОВОГО (ПРОТОЧНОГО) РЯДА
Названный ряд объединяет группы черноольшаников,
ельников, кедровников, лиственничников, березняков и сосняков бо-
лотно-травяных.
Черноольшаники болотно-травяные (Alneta uliginoso-her-
bosa). Леса этой группы формируются, как правило, в условиях
ключевого и вообще грунтового питания, богатого известью.
Типичные места произрастания черноольшаников
—притеррасные болота речных пойм, особенно на западе и юге лесной зоны
к в лесостепи. Благодаря богатству кальцием, регулярному
приносу полыми и грунтовыми водами зольных питательных веществ
и некоторой аэрации, связанной о проточностью водного
питания и подсыханием верхних горизонтов почвы в летнее время,
образующиеся в ольшаниках торфяные отложения отличаются
незначительной кислотностью, высокой степенью разложения
E0—65% и более), обилием почвенной фауны и микрофлоры,
а в связи с этим и значительным плодородием. Произрастая на
неосушенных богатых торфяниках, черная ольха получает из
почвы достаточно питательных веществ и находится в условиях,
благоприятных для фотосинтеза. На это указывают довольно
высокая продуктивность черноольховых древостоев, часто
соответствующая I—II классам бонитета, и слабая отзывчивость их
на осушение, что констатировано рядом исследований,
проводившихся в Белоруссии и Литве.
В группу черноольшаников мы включаем только два основных
тила леса, довольно существенно различающихся по степени
влажности и составу растительности под пологом древостоя:
1) черноольшаник осоково-тростниковый и 2) черноольшаник бо-
лотно-травяной.
Черноольшаник осоково-тростниковый (А1пе*~
um caricoso-phragmitosum) характеризуется малой -сомкнутость*,
крон ольхового древостоя и нередко более или менее значитель
ной примесью березы. Малая сомкнутость древостоя обуслов-
103

ливается главным образом постоянной высокой влажностью
почвы и наличием луж воды на ее поверхности. Эти
особенности благоприятствуют развитию сплошного травяного яруса из
тростника (Phragmites communis) с большим или меньшим
участием различных осок (Carex vesicaria, С. pseudocyperus и др.),
топяного хвоща, вахты (Menyanthes trifoliata), калужницы
(Caltha palustris), белокрыльника (Calla palustris), таволги
{Filipendula ulmaria) и др. В подлеске встречаются ивы (Salix
cinerea, S. caprea, S. pentandra), крушина (Frangula alnus),
черемуха (Padus racemosa), черная смородина (Ribes nigrum)
и др.
Почва — ольховый или тростниково-ольховый торф обычно
хорошей степени разложения D5—50%)- Мощность торфяного
пласта достигает 2—3 м и даже больше, при этом нижние слои
нередко могут быть сложены тростниковым или осоково-трост-
никовым торфом средней степени разложения C0—40%).
Черноольшаник болотно-травяной (Alnetum uli-
ginoso-herbosum) тип в значительной мере сборный,
объединяющий ряд дробных травяных типов, близких по своей
экологии. Для него характерно распространение в травяном ярусе
таких представителей мезофильного и гидрофильного
разнотравья, как таволга (Filipendula ulmaria), гравилат (Geum ri-
vale), сныть (Aegopodium podagraria), дудник (Angelica silve-
stris), калужница (Caltha palustris), белокрыльник (Calla
palustris), хвощ (Equisetum fluviatile), касатик (Iris pseudacorus)
и недотрога (Jmpatiens noli-tangere), валериана (Valeriana
officinalis), папоротник-щитовник (Thelypteris palustris, Dryop-
teris sp.)y крапива (Urtica dioica), хмель (Humulus lupulus) и др.
Подлесок состоит из тех же растений, что и в предыдущем
случае. Этот тип ольшаника отличается от первого меньшей
влажностью почвы, а главное — ее сезонной изменчивостью,
благоприятствующей развитию разнотравья.,
Почва в ольшаниках травяных, по крайней мере в верхних
слоях, преимущественно ольховый торф высокой степени
разложения E0—65%). Мощность торфяного слоя может колебаться
от 50 см до 2—3 м.
Ельники болотно-травяные (Piceeta uliginoso-herbosa). Эта
группа широко распространена в лесной зоне Европейской части
СССР, преимущественно в районах неглубокого залегания
карбонатной морены или известняков, ьстречается она также и в
Западной Сибири. Ельники названной группы занимают сточные
понижения рельефа, а также пологие склоны с водоупорным
моренным грунтом, обеспечивающим внутрипочвенное
горизонтальное передвижение воды. В первом случае благодаря более
сильному увлажнению формируются глубокие торфяные
залежи низинного типа, сложенные, по крайней мере в верхней
метровой толще, лесным торфом хорошей степени разложения.
104

Нижние горизонты таких торфяников обычно слагаются менее
разложившимися торфами травяной и моховой групп. Во
втором случае образуются так называемые
торфянисто-перегнойные почвы, отличающиеся гораздо меньшей мощностью
органического горизонта B0—50 см) и сильной его минерализован-
ностью. Эти особенности почвы связаны с образованием ее в
условиях меньшей влажности и повышенной аэрации,
вызывающих сильную минерализацию органических остатков.
Общие черты ельников данной группы — это проточный
водный режим и относительное богатство почвы азотом, кальцием
и другими элементами минерального питания. Присутствие в
почве углекислого кальция обусловливает нейтральную или
слабокислую реакцию почвенного субстрата -невысокую
насыщенность почвенных коллоидов основаниями. Поэтому
почвенный гумус находится преимущественно в форме связанных
кальцием гуматов, что обусловливает довольно хорошую
водоотдачу торфа, несмотря на высокую степень его
разложения.
Группа ельников болотно-травяных включает в себя три
довольно хорошо различающихся типа леса: 1) ельник зеленомош-
но-травяной, 2) ельник болотно-травяной и 3) ельник сфагново-
травяной.
Ельник зеленомошно-травяной (Piceetum hyloco-
mioso-herbosum), который называют также снытево-кисличным,
распространен на потенциально богатых
торфянисто-перегнойных и дренированных торфяных почвах. Микрорельеф
поверхности довольно хорошо выражен благодаря чередованию кочек
и бугорков у оснований стволов с понижениями между ними.
Корнеобитаемый слой почвы переувлажняется главным
образом весной и осенью, летом же уровень иочвенно-грунтовой
воды нередко понижается до 50—60 см.
Состав древостоя 9—10Е 1Б. Полнота 0,8—0,9. Класс
бонитета чаще IV, но на хорошо дренированных местах встречается
и III. Запас древесины на 1 га в возрасте спелости около 200 м3.
Ярус подлеска довольно хорошо развит и состоит из рябины,
крушины, серой ольхи (Alnus incand), козьей ивы, черемухи,
жимолости (Lonicera xylosteum, L. coerulea), шиповника (Rosa
acisularis), вольчего лыка (Daphne mezereum), черной
смородины и иногда калины (Viburnum opulus).
В развитом травяном покрове образует фон главным
образом болотное крупнотравье: борец (Aconitum excelsum), осот
(Clrsium heterophyllum, С. oleraceum), гравилат (Geum rivale),
таволга (Filipendula ulmaria), сныть (Aegopodium podagraria),
сочевичник (Orobus vernus) и др. Много кислицы (Oxalls aceto-
sella), майника (Majanthemum bifolium), фиалки (Viola palu-
stris, V. epipsila), копытня (Asarum europaeum), папоротников
и др.
1(Ъ

Моховой покров сплошной и состоит на 80—90% из зеленых
лесных мхов: Rhytidiadelphus triquetrus, Pleurozium Schreberi,
Hylocomium proliferum и Dicranum scoparium, D. undulatum.
Около 10—20% в нем занимают такие сфагновые мхи, как
Sphagnum Warnstorfii, S. Girgensohnii и S. centrale. В
понижениях между кочками встречаются виды Mnium.
Ельник бол отно-тр авя н ой (Piceetum uliginoso-her-
hosum) распространен широко в сточных низинах на
потенциально богатых торфяных почвах низинного типа (рис. 24).
Встречается он и на маломощных торфянистых почвах по
периферии торфяных болот переходного типа. Главное отличие
этого типа от зеленомошно-травяного— менее благоприятный
режим почвенной влаги, проявляющийся в более длительном
переувлажнении корнеобитаемого слоя и меньшем понижении
уровня почвенно-грунтовых вод летом (до 30—35 см).
Почва торфяная, низинного типа, сложенная до глубины
50—75 см хорошо разложившимся лесным торфом. Общая
мощность торфяной залежи достигает 1,5—2 м, иногда больше. В
основании ее нередко залегает гипново-моховой торф малой
степени разложения.
Состав древостоя обычно 7—9Е 3—1Б, но встречаются и
почти чистые еловые древости, где береза и реже серая ольха
образуют только примесь. На северо-востоке европейской тайги
в состав древостоев входит в качестве примеси пихта. Полнота
древостоев колеблется от 0,7 до 0,9. Класс бонитета обычно V
и Va. Запас древесины на 1 га в возрасте спелости — около
160 ж3.
Подлесок хорошо развит. Его образуют те же виды
кустарников, что и в предыдущем типе, но, кроме них, здесь
встречается довольно много можжевельника (Juniperus communis).
В травяно-кустарничковом ярусе, развитом иногда очень
буйно, особенно на полянах, просеках и на просветах под пологом
леса, часто общий фон образует таволга. В большом количестве
распространены также гравилат, осот, борец, лесной хвош,
осоки, луговая герань (Geranium pratense), сочевичник (Orobus
vernus), папоротник-щитовник (Thelypterls palustris), нередко
вейники (Qfdamagrostis arundinacea, C. lanceolata. В
мочажинах— вахта и сабельник (Comarum palustre). Здесь встречаются
кислица, майник, сныть и копытень, но в меньшем количестве,
чем в предыдущем типе леса.
Для ельника болотно-травяного типичен не сплошной
моховой покров. Обычно в нем на долю зеленых лесных мхов
приходится 40—60% покрытия и на долю сфагновых (Sphagnum
Warnstorfii, S. Girgensohnii) от 15 до 40%.
Вследствие сильного переувлажнения почвы начало
вегетации в ельнике болотно-травяном задерживается еще более, чем
в зеленомошно-травяном. Поэтому несмотря на потенциальное
106

■•■■i-
-■■■■*£
7*. ft-
: W^ ■
& ^ ':?fe?"
'-*'-:>Г* .*< "
*':oV
Рис. 24. Ельник болотно-травяной (Вологодская обл.)

богатство почвы, продуктивность этого типа низкая. Путем
интенсивного осушения возможно повышение его
производительности до I класса бонитета.
Ельник сфагнов о-т р а в я н о й (Piceetum sphagnoso-her-
bosum) распространен довольно широко и отличается от
ельника болотно-травяного более сильной заболоченностью (почвен-
но-грунтовые воды залегают на глубине 15—25 см) и несколько
меньшей протсчностью почвенной воды, а вследствие этого и
меньшей продуктивностью. Этот тип заболоченного леса
встречается как в плоских более или менее сточных понижениях, так
и на периферии переходных торфяников. Почва торфяная,
низинного типа. Мощность торфа обычно более 1,0—-1.5 м. Эта
почва несколько более кислая и содержит меньше золы, чем
почва предыдущего типа.
Состав древостоя 7—9Е—3—1Б + С. Полнота 0,6—0,7, класс
бонитета Va. Запас древесины в возрасте спелости 100—160 ж3,
на 1 га.
Подлесок развит в общем так же, как и в болотно-травяном
типе, но для него характерно сильное падение роли рябины и
волчьего лыка (Daphne mezereum), наряду с увеличением
обилия можжевельника. Травяной ярус более редкий по сравнению
с предыдущим типом. Обычно фон дают такие травы, как
гравилат, луговая герань, сочевичник, костяника, занимающие
главным образом возвышенные элементы микрорельефа. Здесь
также встречаются майник, кислица, черника и другие лесные
растения, но менее обильно по сравнению с болотно-травяным
типом. В понижениях, заполненных водой, растут вахта,
сабельник, белокрыльник (Calla palustris), осоки, топяной и
болотный хвощи (Equisetum fluviatile, Е. palustre), вербейник
(Naumburgla thyrsiflora), кое-где тростник, вейник и другие
травы. Моховой ярус — почти сплошной, состоящий на 70—80%
из сфагновых мхов (Sphagnum Glrgensohnii и S. Warnstorfii,
реже— 5. centrale и 5. squarrosum) и на 25—40% из зеленых
лесных мхов {Pleurozium Schreberl, Hylocomium proliferum, Rhy-
tidiadelphus triquetrus). Кроме того, в мочажинах между
бугорками и кочками в сравнительно небольшом количестве
встречаются зеленые болотные мхи — Aulocomnium palustre, Acrocladlum
cuspida'um, Drepanocladus sp., Calliergon cordlfollum и Mnium sp.
Кедровники болотно-травяные, или согрь^ (Pineta sibiricae
uliginoso-herbosa). Леса этой группы распространены в
Западной Сибири, где они встречаются в условиях
местопроизрастания болотно-травяного типа, весьма сходных по
геоморфологическому положению и экологии с европейскими. Глубина
торфяной залежи в кедровниках достигает 2—3 м. Древостой имеет
смешанный характер. Господствующее положение в нем
занимает сибирский кедр (Plnus siblrica) с различным участием ели
(Picea obovata) и березы (рис. 25). В качестве примеси встреча-
108

Рис. 25. Кедровник болотно-травяной (согра)
в Томской обл.
ются лиственница сибирская (Larlx sibirica) и пихта {Abies sibi-
rica). Класс бонитета IV, полнота 0,6—0,7, запас древесины на
1 га в возрасте 120—150 лет около 200 м3. Подлесок хорошо
выражен и состоит из рябины, жимолости, черемухи,
можжевельника и черной смородины.
Поверхность обычно неровная вследствие сильного развития
довольно крупных осоковых кочек или же благодаря
образованию приствольных повышений и обрастанию мхом старых пней
и полусгнивших валежин. Понижения между кочками нередко
заполнены водой. Травяной покров хорошо развит и отличается
109

довольно большим видовым разнообразием.. Господство.в нем
чаще принадлежит осокам (Carex caespitosa, С appropinquata,
иногда С. wiluica), реже — болотному разнотравью или вейнику.
На микроповышениях довольно много багульника, Кассандры,
брусники, костяники, майника. Встречаются черника,
седмичник (Trientalis europaea), линнея (Linnaea borealis), рамишия
(Ramischia secilnda), княженика (Rubus arcticus), подмаренник
(Galium palustre), папоротники (Athyrium filix femina, Thelypte-
ris palustris) и др. В мокрых понижениях между кочками растут
вахта, сабельник, хвощ, цикута (Cicuta virosa), вербейник
(Naumburgia thyrsiftora), калужница и др.
Моховой покров обычно слабо развит и состоит
преимущественно из зеленых лесных мхов (Hylocomium proliferum, Pleuro-
zium Schreberi) и отчасти болотных гипновых (Aulacomnium pa-
lustre, Acrocladium cuspidatum) и,сфагновых (Sphagnum Warn-
storfii, S. centrale, S. Girgensohnii, S. Wulfianum).
В кедровниках болотно-травяных можно выделить три типа
леса: кедровник осоковый, кедровник вейниковый и кедровник
болотно-травяной. Данных для детальной характеристики
каждого из названных типов пока недостаточно.
Лиственничники болотно-травяные (Lariceta uliginoso-herbosa
Эти леса описаны Ю. С. Прозоровым на Дальнем Востоке. Они
встречаются в долинах рек, у подножия склонов, где в питании
их значительную роль играют грунтовые и делювиальные воды.
Эта группа объединяет два типа леса: 1) лиственничник
осоковый и 2) лиственничник вейниковый.
Лиственничник осоковый (Laricetum caricosum)
относится к категории заболоченных лесов с маломощным
торфяным слоем. Образован чистым насаждением лиственницы
даурской (Larix dahurica) и характеризуется' по производительности
V классом бонитета. Высота деревьев I яруса 15—16 м, диаметр
18—20 см, полнота 0,3—0,4, запас древесины на 1 га в возрасте
100—150 лет 70—85 ж3. Микрорельеф создается осоковыми
кочками и небольшими выпуклинами минерального грунта.
Подлеска нет. В травяном покрове господствуют осоки (Carex appendi-
culata, С. Mejeriana). Кроме них, растут вейник (Calamagrostis
Langsdorffii), пушица, багульник, голубика, кровохлебка (San-
guisorba sp.), хвощ лесной и др. Общее проективное покрытие
травяно-кустарничкового яруса 80—90%. Слабо развитый
моховой покров образован несколькими видами сфагнума (Sphagnum
Girgensohnii, S. orientale, S. fimbriatum, S. Warnstorfii) и гипну-
ма (Aulacomnium palustre, Tomenthypnum nitens). Мощность
торфяного слоя колеблется от 7 до 20 см. По ботаническому
составу он главным образом осоковый средней степени разложения',
в нижней части минерализованный.
Лиственничник вейниковый (Laricetum calamagro-
stidosum) образован лиственницей даурской с участием березы
110

маньчжурской и иногда с примесью ольхи и ели (Alnus hirsutar
Picea ajanensis) во втором ярусе. Этот тип леса отличается
более высокой производительностью, выражающейся IV классом
бонитета, а в отдельных случаях и выше. Средняя высота
древостоя в возрасте 80—100 лет 16—18 ж, средний диаметр 19—
24 см. Запас древесины при полноте 0,4 — около 90 мг на 1 га.
В подлеске растут ива ушастая (Salix aurita), спирея иво-
листная {Spiraea salicifolia). Травяной покров болотно-лугового
типа, богатый видами. Основную роль в нем играет вейник Лан-
гсдорфа, дающий фон растительного покрова. Из других
растений следует назвать кочкообразующие осоки, дудник
Максимовича, папоротники, подмаренник, кровохлебку (Sangulsorba
parviflora), валериану {Valeriana chinensis), соссюрею амурскую
(Saussurea amurensis), полевой хвощ {Equisetum arvense),
пушицу, герань, голубику, майник.
Мхи дают 10—30% покрытия почвы и представлены
несколькими евтрофными видами сфагнума и немногими видами
зеленых болотных и луговых мхов.
Мощность торфяного слоя колеблется от 7 до 90 См. Он со
стоит в основном из остатков вейника, осок и древесины.
Степень разложения — от слабой в верхнем горизонте до сильной
в нижнем. Зольность торфа повышенная за счет минеральных
примесей.
Сосняки болотно-травяные (Pineta uliginoso-herbosa).
Указанные сосняки на низинных болотах с проточным водным
питанием встречаются значительно реже ельников и кедровников.
Вероятно, эта группа в зоне еловых лесов представляет иногда
вторичное образование на месте ельников, уничтоженных
пожаром в годы пересыхания болот. Но это не исключает
возможности формирования и первичных сосняков, особенно южнее
границы распространения ели, а также и в тайге, при наличии
условий, благоприятствующих их произрастанию.
Болотно-травяные сосняки, так же как и ельники
аналогичной группы, располагаются в пониженных элементах рельефа,
увлажняемых почвенно-грунтовой водой и заполненных
отложениями низинного трофа. Мощность торфяных залежей
достигает иногда нескольких метров. По строению и свойствам корне-
обитаемого слоя торфа сосняки близки к ельникам и
кедровникам.
В сосняках болотно-травяных различаются три достаточно г
выраженных типа леса: 1) сосняк осоково-тростниковый, 2) со- \
сняк болотно-травяной и 3) сосняк сфагново-травяной. \
Сосняк осоково-тростниковый (Pinetum caricoso- *
phragmitosum) встречается в условиях постоянного сильного
увлажнения проточной водой. Нередко, даже в сухое время
года, в этом типе леса вода местами выходит на поверхность,
вследствие чего аэрация почвы затрудняется, чем и создаются
Ш

неблагоприятные условия для роста ели. Исследования
показывают, что корневая система сосны располагается в этих
условиях на глубине 8—10 см.
Микрорельеф характеризуется сильно выраженной
кочковатостью, создаваемой прикорневыми буграми и высокими
осоковыми кочками, понижения между которыми часто заполнены
водой.
Почва сложена осоково-тростниковым торфом со степенью
разложения 30—35% Состав древостоя главным образом
сосновый с некоторым участием ели и березы. Сомкнутость крон
около 0,4—0,6, класс бонитета V, реже—IV.
Подлесок сходен по составу с подлеском ельников болотно-
травяной группы: здесь много можжевельника, распространены
крушина, серая ольха, черемуха, ива, жимолость, шиповник,
иногда каллна.
Травяной покров сплошной, причем основной фон создается
тростником (Phragmites communis). Сильно распространены,
осоки (Carex appripinquata, С. caespitosa), образующие кочки, и
С. lasiocarpa, растущая в понижениях. В верхнем ярусе много
таволги. В нижних ярусах растут вейник ланцетный, гравилат,
вербейник, вахта, герань, брусника, костяника и др.
Мхи растут главным образом на повышениях микрорельефа.
В основном это зеленые мхи, отчасти сфагновые (Sphagnum
Warnstorfil). В мокрых понижениях встречаются болотные
зеленые мхи, относящиеся к родам Drepanocladus, Calliergon и
Mnium.
Сосняк болотно-травяной (Pinetum uliginoso-herbo-
sum) объединяет сосновые леса, в травяном ярусе которых
преобладающую роль играют представители двудольных растений
и папоротников. Названный тип леса возникает в условиях
лучшего дренажа почвы, вызываемого естественными причинами
или деятельностью человека.
Микрорельеф, как обычно в болотных лесах, кочковатый.
Поверхность и верхние горизонты почвы влажные или сырые.
Переувлажнение их обычно происходит только в весеннее и
осеннее время.
Почва торфяная низинного типа, слои торфа иногда
значительной мощности. Самый верхний горизонт обычно лесного
генезиса, хорошей степени разложения C5—50); горизонты,
лежащие ниже, по составу чисто осоковые или осоково-тростниковые
со степенью разложения около 30%.
В древесном ярусе растут сосна и береза. Сомкнутость крон
может достигать 0,8—0,9, а производительность — IV класса
бонитета. В подросте распространена ель. Подлесок хорошо
развит и сходен'по составу с предыдущим типом л<еса. В
травяном ярусе много таволги, гравилата, герани, иногда крапивы м
других двудольных. Большую роль играют папоротники (Athy-
112

rium filix feinina, Thelypteris palustris и др.)- Иногда сильно
распространены кочкообразующие осоки, позволяющие выделять
осоково-разнотравный вариант этого типа.
Ярус мхов не образует сплошного покрова, а иногда и вовсе
разрежен. Главную роль в нем играют зеленые лесные мхи,
тогда как евтрофные сфагновые встречаются лишь отдельными
подушками или куртинами. На юге лесной зоны такой тип сосно-
во-березового леса, растущего на глубоких торфяниках, пред
ставляет довольно распространенное явление, тогда как в се-
верхних условиях сосна и береза нередко вытесняются елью.
Сосняк сфагново-травяной отличается от предыду
щего типа более сильным развитием покрова из евтрофных
сфагновых мхов, в который начинают внедряться и мезотроф-
ные виды. Это указывает на уменьшение роли грунтовой воды в
питании верхнего слоя почвы и его некоторое обеднение
известью. В связи с приведенными особенностями названный тип
леса нужно рассматривать как крайний член в ряду грунтового
питания, представляющий связующее звено с сосняками осоко-
во-сфагновыми атмосферно-грунгового питания.
Березняки болотно-травяные (Betuleta uliginoso-herbosa).
Относящиеся к этой группе березняки распространены на
низинных болотах в поймах рек и на низких надпойменных
террасах в тех же условиях, что и черноольшаники, ельники,
кедровники. Особенно они характерны для Западной Сибири.
Несомненно, многие, из них имеют вторичное происхождение,
связанное с влиянием вырубок и особенно лесных пожаров, на что
указывает часто наблюдающаяся в таежной зоне примесь
хвойных пород и присутствие под пологом березняка их подроста.
Мощность торфяных отложений весьма различна и может
достигать нескольких метров. В верхних слоях торф обычно
древесный, средней и хорошей степени разложения. В группе
березняков болотно-травяных пока нами выделены только два типа
леса, довольно хорошо различающихся между собой: 1) березняк
осоково-тростниковый и 2) березняк болотно-травяной.
Березняк осоково-тростниковый (Betuletum cari-
coso-phragmitosum) имеет преимущественное распространение
на юге лесной зоны и в лесостепи на сильно влажных болотах
с проточным питанием.
Основу древесного яруса составляет пушистая береза (Betula
pubescens). В качестве примеси встречаются черная ольха, козья
ива и сосна. Высота древесного яруса 8—10 м, сомкнутость
полога 0,4—0,6. Класс бонитета V—Va. В Европейской части
Союза подлесок образуют рябина, черемуха, крушина и некоторые
виды ивы. В Западной Сибири в нем участвует также приземистая
береза (Betula humilis). Микрорельеф кочковатый. В травяном
покрове основной фон дают тростник, кочкообразующие и
корневищные осоки. Кроме них, более или менее обильно представ-
с П. И. Пьязчепко
ИЗ

Рис. 26. Березняк болотно-травяной (Томская обл.)
лены вахта, сабельник, таволга, гравилат, хвощ, вербейник,
папоротники и др. Моховой ярус развит слабо, главным образом
на бугорках и приствольных повышениях. Он состоит из зеленых
лесных и болотных гипновых мхов, иногда с примесью
сфагнума {Sphagnum Warnstorfii).
Березняк болотно-травяной (Betuletum uliginoso-
herbosum) встречается как в районах распространения преды
дущего типа, так и в более северных, и отличается от него
несколько лучшим дренажем почвы, способствующим улучшению
роста леса. Древостой образован пушистой березой с участием
сосны и иногда ели, а на востоке сибирского кедра и
лиственницы. Высота деревьев достигает 20 м в возрасте 80 лет при
114

сомкнутости полога 0,7—0,8. Класс бонитета IV—III. На севере
в подросте встречается ель, а в Сибири также кедр. Подлесок
развит довольно хорошо и состоит из ивы, рябины, серой ольхи,
крушины, черемухи, можжевельника, жимолости и др. (рис. 26).
В травяном покрове основную роль играет лесное и болотное
разнотравье: таволга (Filipendula ulmaria), гравилат (Geum
rivale), луговая герань (Geranium pratense), папоротники (Aihy-
rium filix femina, Thelypteris palustris), вейник (Calamagrostis
Langsdorffii, C. lanceolata), осоки и др. Встречаются березняки
с сильно развитым покровом из осок (Carex caespitosa, С. oms-
kiana, С. appropinquata), образующим труднопроходимые
кочкарники. В связи с этим, по-видимому, есть основание для
выделения в дальнейшем самостоятельного типа березняков коч-
каоно-осоковых.
Моховой покров, как и в предыдущем типе, не образует
сплошного покрова. Преобладающее значение в нем имеют
зеленые лесные и болотные мхи. Евтрофные виды сфагнума
образуют отдельные подушки на повышениях микрорельефа.
ЛЕСА АТМОСФЕРНО-ГРУНТОВОГО
(СЛАБОПРОТОЧНОГО) РЯДА
Этот ряд объединяет долгомошный, травяно-сфагновый и
сфагновый типы условий местопроизрастания с торфянистыми
и торфяными почвами переходного типа. К долгомошному
типу (А) относятся группы ельников, кедровников и березняков,
а к травяно-сфагновому и сфагновому (Б) —ельников, сосняков,
кедровников смешанных, лиственничников и березняков.
А. Ельники долгомошные (Piceeta polytrichosa). Еловые леса
зтой группы, подразделяемые некоторыми исследователями на
несколько типов, например чернично-долгомошный (Архипов,
1932, Гроздов, 1950), осоково-долгомошный (Яковлев, 1959),
сфагново-долгомошный и другие, мы считаем более правильным
объединить в один тип ельника-долгомошника (Picee-
ium polytrichosum), а названные выше подразделения
рассматривать в качестве вариантов этого типа.
Образование долгомошного покрова (Polytrichum commune)
в лесах, особенно на рубках и пожарищах, после
опубликования работ Г. И. Танфильева A888—1889) рассматривалось
многими болотоведами и лесоводами как начало необратимого
заболачивания, которое в конечном итоге должно привести к
вытеснению леса болотом. Однако дальнейшие исследования (Бу-
ренков, Кощеев, Мальчевская, 1934) установили явление
обратимости заболачивания вырубок. В последнее же десятилетие
было выяснено, что развитие долгомошников после пожара или
вырубки леса часто вовсе не является признаком заболачивания
почвы, а представляет собой лишь одну из стадий смены
8* 115

напочвенного растительного покрова в процессе возобновления
леса (Пьявченко, 1952, 1955а; Мелехов, 1954; Ниценко, 1954, и
др.). Исследования этих авторов показывают, что такие
вторичные долгомошники, по-видимому, преобладают среди долгомош-
ников вообще, и политриховый покров не представляет
реальной опасности для существования леса.
Не останавливаясь на долгомошниках вторичного характера,
рассмотрим здесь первичный ельник долгомошный, находящийся
в начальной стадии атмосферно-грунтового заболачивания.
Местоположение этого типа леса — неглубокие плоские понижения
с торфянисто-подзолистыми и торфянисто-глееватыми почвами.
Мощность торфянистого горизонта, образованного
полуразложившимися остатками кукушкина льна с примесью зеленых
лесных и отчасти сфагновых мхов и древесного опада, колеблется
в пределах 10—20 см. Глубже лежит подзолистый, а под ним —
бурый или охристый иллювиальный горизонт с более или менее
выраженными признаками оглеения в нижней части.
Торфянистый горизонт обладает кислыми свойствами (рН солевой 3*—4)
и малой насыщенностью основаниями. Почва влажная, весной и
осенью сырая. Уровень почвенно-грунтовой воды летом
находится на глубине около 40—60 см. Состав древостоя 9—10Е 1Б + С.
Полнота 0,7—0,9. Класс бонитета обычно IV.
Подлесок редкий, состоящий из козьей ивы, рябины,
жимолости, можжевельника, шиповника.
Травяно-кустарничковый ярус, как правило, однообразен и
беден видами: в нем встречаются черника, брусника, иногд'а
багульник, ожика {Luzula pitosa), некоторые осоки, лесной хвощ,
седмичник, щитовник (Dryopteris spinulosa). Долгомошный
покров почти сплошной и хорошо развитый. Небольшая роль
принадлежит другим зеленым мхам {Hylocomium, Pleurozium,
Dicranum), занимающим приствольные повышения. Участие
сфагновых мхов из секций (Acutifolia и Cuspidata) обычно
невелико, но с увеличением влажности возрастает. .
Кедровники долгомошные (Pineta sibiricae polytrichosa).
Кедровники долгомошные встречаются в Западной Сибири на
речных террасах и представляют собой начальную стадию
заболачивания лесов (описание Ф. 3. Глебова). Поверхность летом
сухая. Почва торфянисто-глееватая. Мощность органического
•слоя, образованного полуразложившимися остатками растений,
около 25 см. Под ним находится мощный темноцветный
слой гумусированного суглинка, а с глубины 40 см — светлый
суглинок с пятнами оглеения.
В древостое господствует сибирский кедр с участием ели
(Picea obovata) и с небольшой примесью пихты и березы.
Сомкнутость крон 0,6—0,7, средняя высота около 20 м, диаметр 30 см,
класс бонитета IV. В подросте преобладает кедр, много ели.
116

Подлесок редкий, образованный рябиной. Травяно-кустар-
ничковый покров слабо развит, состоит из черники, брусники,
Кассандры, осок, лесного хвоща, плаунов (Lycopodium sp.),
майника, седмичника, грушанки (Pyrola incarnata) и некоторых
других растений. В моховом покрове преобладает кукушкин лен
(Polytrichum commune); более или менее значительное участие
принимают зеленые лесные мхи, а также евтрофные и олиго-
трофные виды сфагнума (Sphagnum Girgensohnii, S. magellani-
cum, S. angustifollum).
Березняки долгомошные (Betuleta polytrichosa). Эта группа
представлена одним типом леса — березняком долгомошным
(Betuletum polytrichosum), который или является производным
типом, возникающим вследствие смены пород под влиянием
вырубки или выгорания хвойного леса, или же вновь формируется
по окраинам сфагновых болот.
Почвы торфянисто-подзолисто-глеевые или торфянисто-гле-
евые. Древостой обычно IV бонитета. Примесь образуют ель и
сосна. В подросте преобладает ель. По характеру и составу
подлеска, травяного и мохового покрова этот тип близок к ельнику
долгомошному.
Б. Ельники сфагновые (Piceeta sphagnosa). Эта группа
объединяет три типа заболоченных лесов: 1) ельник сфагновый,
2) ельник осоково-сфагновый и 3) ельник кустарничково-сфаг-
новый. Названные типы встречаются как на торфянисто-глеевых,
так и на торфяных почвах переходного типа, но объединяются в
одну группу близостью экологических условий
местопроизрастания, проявляющейся в повышенной кислотности и влажности
почвы, в господстве сфагновых мхов в напочвенном покрове и в
низкой продуктивности древостоев.
Ельник сфагновый (Piceetum sphagnosum) может
возникать несколькими путями: в результате развития
болотообразовательного процесса в ельниках черничных и долгомошных,
вследствие подтопления еловых лесов разрастающимися в
стороны сфагновыми болотами, вследствие выхода ельников сфаг-
ново-травяных из сферы влияния грунтовых вод. В первом
случае мощность торфяного слоя не превышает 10—20 см, а
глубже находится супесчаный или суглинистый грунт с более или
менее ясными признаками оподзоливания и оглеения. Во втором
и третьем случаях почва торфяная мощностью 50—70 см,
причем верхний 15—20-сантиметровый слой ее образован
сфагновым торфом малой степени разложения, а более глубокие слои—
низинным лесным торфом, разложившимся до 40—50%.
Поверхность почвы очень сырая — в понижениях между
бугорками и кочками обычно выступает или легко выдавливается
вода.
Состав древостоя 6—10Е, до 2С, до 4Б. Полнота 0,Ь—0,7,
класс бонитета чаще Va. Запас древесины в возрасте спелости
117

около 100 м3, на 1 га. Деревья увешаны лишайниками (рис.27).
Подлесок очень редкий, состоящий главным образом из ивы
козьей, шиповника и иногда рябины. Травяно-кустарничковый
ярус, бедный видами, состоит из черники, брусники, болотного
хвоща, осок (Carex lasiocarpa, С. globularis), вербейника
(Naumburgia thyrsiflora), иногда в мокрых местах — вахты
(Menyanthes trifoliate) и белокрыльника (Calla palustris), а в
сухих — морошки (Rubus chamaemorus) и голубики (Vaccinium
uliginosum).
Сфагнозо-моховой ярус хорошо развит и образован в
основном евтрофными и мезотрофными мхами: Sphagnum Girgensoh-
nii, S. Warnstorfii, S. cent rale, S. squarrosum, S. teres, S. apicula-
tum, иногда с примесью олиготрофных видов — Sphagnum та-
gellanicum и S. angustifolium. Гипновые лесные мхи и Polytri-
chum обычно занимают в моховом покрове не более 10%
площади.
Ельник осоково-сфагновый (Piceetum caricoso-spha-
gnosum) формируется под влиянием уже хорошо развитого
болотообразовательного процесса. К названному типу мы относим
также сфагновые ельники с преобладанием в травяном ярусе
хвоща и вахты, которые выделяются иногда в качестве
самостоятельных типов.
Однако считать их самостоятельными нет надобности, так
как названные ельники обычно встречаются небольшими
участками, в травяном ярусе их всегда участвуют осоки, а по своим
экологическим условиям они очень близки к ельнику осоково-
сфагновому.
Ельник осоково-сфагновый обычно растет на торфяной
почве. Верхний горизонт ее — переходного типа со степенью
разложения .15—25%, а нижняя толща — низинного типа, нередко
травяно-древесного состава; разложение — 40—50%.
Древостой довольно редкий, состоит из ели V—Va классов
бонитета с примесью сосны и березы. Деревья сильно
замшелые, плохо очищенные от сучьев. Подлесок отсутствует или
очень редкий, образованный крушиной, серой ольхой и черной
смородиной.
В травяно-кустарничковом покрове распространены
различные виды осок, главным образом Carex lasiocarpa, С. globularis,
С. caespitosa, хвощ, иногда вахта, сабельник, черника, брусника,
Кассандра (Chamaedaphne calyculata) и др. Сфагново-моховой
ярус сплошной, образованный теми же видами сфагнума, что и
в ельнике сфагновом. Для этого типа леса характерно участие
сосны в составе древостоя.
По мере дальнейшего развития болотообразования ель
уступает место сосне, образующей хорошо выраженный тип
сосняков осоково-сфагновых, обычно со значительным участием
березы.
118

V
':*.
*
'Х-.
2'4-
I •:
' ;'У1|Ж-
^Шй?
?> ,:>.>:--^К> -^ -
•ш^>
4Jf;>; v4..; .|;'
?шшш%
.- ■ •...■•-;■.: ;>О' .- • '"-' .:-
:L$%^ :'■%&&
■ i '-i '■'"'. '■ '■-" s ' '.
■■' ■■:::U's'r:'- *'>■->.
''•■;'.?' / ■'¥:■ •-
■ i "p--- :Ь c-"' '
* i :^V. ,„^;'-" '■•'■:. ..д
X:.; •X:-r>:-x'-':^^>-1
■ 1<\у:'-кЛУ: " ■ ip:^-^
■^
■л
*v
V
■ .■$*
-'..-.>:'■

,-if:
-"■
**,ф!- ■:
''..,/■■'':^'^
Рис 27. Ельник сфагновый (Вологодская обл.)

Ельник кустарничково-сфагновый (Piceetum fru-
ticuloso-sphagnosum) имеет сравнительно ограниченное
распространение, но тем не менее заслуживает выделения в качестве
самостоятельного типа как стадии смены ельников болотно-тра-
вяных грунтового питания сосняками кустарничково-сфагновы-
ми атмосферного питания.
Поверхность его — умеренно влажная, почвенно-грунтовые
воды летом залегают на глубине 15—25 см. Микрорельеф —
слабокочковатый. Почва — торфяная, переходного типа,
подстилаемая низинной торфяной залежью, нередко большой
мощности (до 2—3 м).
Состав древостоя обычно 8Е 1—2С 1Б, полнота 0,7. Класс
бонитета Va. Запас древесины на 1 га в возросте 150 лет равен
70—100 л*3. В подлеске изредка встречается рябина и еще реже —
крушина. Травяно-кустарничковый ярус состоит из черники,
голубики, брусники, Кассандры и клюквы (Oxycoccus quadri-
petalus). Весьма характерны также пушица влагалищная
{Eriophorum vaginatum) и осока (Carex lasiocarpa).
Встречаются морошка, росянка (Drosera rotundifolia) и другие болотные
растения. Незначительно распространены седмичник, грушанка,
лесной хвощ и плаун (Lycopodtum annotinum).
В хорошо развитом моховом ярусе господствующее
положение занимают олиготрофные виды сфагнума — Sphagnum magel-
lanicum, S. angustifolium с участием мозотрофных — 5. robustum,
S. acutifolium. Лесные мхи Pleurozium Schreberi, Hylocomium
proliferum занимают не более 10% всей площади, главным
образом на возвышениях» у основания стволов деревьев.
Нарастание толщи сфагнового торфа в этом типе леса
задерживается сравнительно быстрым разложением отмирающих
нижних частей сфагнума, что и позволяет ели довольно долго
удерживать за собой местообитания подобного рода. В
дальнейшем этот тип сменяется сосняком кустарничково-сфагновым, па
соседству с которым он чаще всего и встречается.
Кедровники осоково-сфагновые (Pineta sibiricae caricoso-
sphagnosa). Эта группа встречается в Западной Сибири в
условиях, аналогичных осоково-сфагновым соснякам. Древостой
смешанный сосново-кедровый, причем участие сосны может
достигать половины его состава (рис. 28). Водный режим,
почвенные условия и состав травяно-кустарничкового и мохового
покровов в общем сходны с таковыми в сосняках осоково-сфагно-
вых. Эта группа изучена пока недостаточно.
Лиственничники сфагновые (Lariceta sphagnosa). Леса этой
группы широко распространены на равнинах юга Восточной
Сибири и Дальнего Востока. Они располагаются на несколько
дренированных почвах, главным образом по окраинам открытых
болотных массивов. В составе древостоя господствует
лиственница даурская, местами с небольшой примесью березы мань-
120

Рис. 28' Кедровник осоково-ефагновый (Красноярский край)
чжурской (Betula manshurica), а в Приморье — также
кедрового стланика (Pinus pumila) иаянскойели (Plceaajanensis).
Древостой обычно разновозрастные, причем преобладают
тонкомерные деревья диаметром 8—10 см.' Сомкнутость крон 0,1—0,4.
Класс бонитета от IV до Va. Запас древесины в возрасте
спелости от нескольких десятков до 10Q м3 на 1 га. Подлесок
довольно густой, образованный березой (Betula ovalifolia, В. Midden-
dorffii), иногда с примесью ольхи (Alnus hirsuta). Травяно-
кустарничковый покров состоит из багульника (Ledum palustre,
L. hypoleucum), кассандры, голубики, кустарничковых ив, осок
(Carex approplnquata, С. lasiocarpa, С. globularis), вейника и др.
Сфагново-моховой покров сплошной. На микроповышениях
растут Sphagnum magellanicum, S. angustifolium, S. fuscum, в
понижениях— 5. obtusum, S. apiculatum и некоторые другие виды.
Участие зеленых мхов невелико.
Мощность торфяной залежи колеблется от 30 до 130 см.
Верхний слой ее сложен малоразложившимся сфагновым и дре-
весно-кустарничковым торфом, глубже — главным образом
древесным торфом высокой степени разложения и нередко с
большим содержанием золы.
В этой группе пока выделен условно тип лиственничника осо-
ково-кустарничково-сфагнового.
Сосняки осоково-сфагновые (Pineta caricoso-sphagnosa). Леса
этой группы встречаются на торфяных почвах мезотрофного
типа и представлены только одним типом — сосняком осоково-
сфагновым в широком его понятии. Этот тип имеет довольно
12Г

«большое распространение в лесной зоне, встречаясь в
заболоченных и заторфованных понижениях со слабопроточным водным
питанием. Поверхность почвы обычно слабокочковатая. В
понижениях между буграми и кочками нередко выступает вода.
Почва в одних случаях торфянисто-глеевая, в других —
торфяная переходного типа. Мощность торфяных отложений
может достигать 2—5 м. Корнеобитаемый , горизонт, мощностью
около 10 см, состоит из осоково-сфагнового волокнистого торфа,
пронизанного живыми корнями растений. Глубже следует
осоковый переходный или низинный торф с разложением 20—30%,
который в придонных слоях сменяется иногда хорошо
разложившимся осоково-древесным торфом, лежащим на оглеенных
песках или суглинках.
Древостой образован сосной с различным участием березы,
доходящим иногда до половины его состава. В виде примеси
встречается ель. Сомкнутость полога 0,4—0,5, класс бонитета V.
Подлесок очень редкий, состоящий из можжевельника,
приземистой березы (Betula humilis), крушины, ивы и
иногда рябины. Травяно-кустарничковый ярус довольно беден
видовым составом. В нем обычно растут осоки (Carex lasiocarpa,
С. globularis), топяной и болотный хвощ (Equisetum palustre),
вейники (Calamagrostis arundinacea, С. lanceolata, С. neglecta),
вахта, сабельник. Менее обильны вербейник {Naumburgia thyrsi-
Jlora), костяника (Rubus saxatilis), брусника, багульник,
Кассандра, андромеда и некоторые другие. На поверхности
мохового ковра всегда много клюквы.
Сплошной моховой ярус дбразован Sphagnum Warnstorfii,
S. acutifolium, S. centrale, S. Girgensohnii, S. magellanicum и
S. fuscum. В понижениях некоторое распространение имеют Аи-
lacomnium palustre и Paludella squarrosa. Гипновые лесные мхи
встречаются в незначительном количестве на приствольных
повышениях.
Сосняк названного типа можно рассматривать как
дальнейшую стадию развития болотного процесса в ельниках осоково-
сфагновых и в сосняках осоково-тростниковых под влиянием
увеличения влажности с одновременным уменьшением ее про-
точности.
Березняки травяно-сфагнозые (Betuleta herboso-sphagnosa).
Эти леса так же, как и сосняки аналогичной группы,
представлены одним типом — березняком осоково-сфагновым. В чистом
виде березняки этого типа почти не встречаются. В составе
древостоя характерно участие сосны, так же, как в сосняках осоко-
во-сфагновых участие березы. Березняки растут в сходных с
сосняками условиях переходных болот и, вероятно, во многих
случаях являются вторичными, возникшими на месте сосняков
после пожара. Так как береза более стойка к условиям анаэро-
биозиса, формирование осоково-сфагновых березняков в ряде
122

случаев можно связывать и с увеличением степени
обводненности болот.
Березняки этого типа отличаются малой сомкнутостью
полога и низкой производительностью.
ЛЕСА АТМОСФЕРНОГО (ЗАСТОЙНОГО) РЯДА
Заболоченные и болотные леса этого ряда образвоны тремя
группами типов леса: сосняками долгомошными, сосняками
сфагновыми и лиственничниками сфагновыми. Долгомошные и
сфагновые сосняки располагаются чаще всего в замкнутых,
бессточных понижениях (котловинах, блюдцах) на водораздельных
плато или надпойменных террасах рек с бедными песчаными
почвами, в соседстве с лишайниковыми борами. Они характерны
и для плоских равнин севера и северо-запада#с неглубоко
лежащим водоупорным горизонтом грунта глинистого или
суглинистого состава. Лиственничники широко распространены в
Средней и Восточной Сибири, где формирование их связано с водо-
упором, создаваемым сезонной или вечной мерзлотой грунта.
Сосняки долгомошные (Pineta polytrichosa). Эта группа
представлена только одним типом леса такого же наименования
(Pinetum polytrichosum). Он занимает неглубокие депрессии
среди песков на боровых террасах рек или на плоских
водоразделах. Сосняк долгомошный не образует больших массивов, а
встречается сравнительно небольшими участками в окружении
сухих типов сосновых лесов: лишайниковых, вересковых и др.
Причина возникновения его — временное, реже —
систематическое увлажнение грунта накапливающейся в депрессиях
атмосферной водой, а иногда и мягкой верховодкой. Нередко подъему
уровня воды способствуют вырубка или выгорание леса.
Застойный водный режим и бедность почвы
благоприятствуют внедрению в долгомошный покров олиготрофных
сфагновых мхов. Однако вследствие временного характера
увлажнения и довольно частого выгорания органического слоя процесс
болотообразования в таких депрессиях задерживается большей
частью на стадии торфянисто-подзолистых или торфянисто-гле-
еватых почв.
Уровень почвенно-грунтовых вод в этом типе леса
понижается летом до глубины 50—60 см и более.
Древостой состоит из чистой сосны, иногда с небольшим
участием ели и березы. Сомкнутость полога различная. Класс
бонитета колеблется от III на лучших почвах до V—на худших
почвах или в условиях явно выраженного заболачивания.
Подлесок редкий, образованный главным образом ивами
(Salix cinerea, S. nigricans и др.), иногда крушиной (Frangula
alnus) и рябиной (Sorbus aucuparia). В травяно-кустарничковом
ярусе растут брусника (Vaccinium vitis-daea), голубика (Vacci-
123

nium uliginosum), нередко багульник (Ledum palustre),
Кассандра, андромеда, некоторые осоки и вейник, а в более северных
районах — и карликовая березка (Betula nana).
Долгомошный покров обычно сплошной, нередко с большей
или меньшей примесью сфагновых мхов из секций Acutifolia
и Cuspidata.
Многие сосняки долгомошные возникают после пожара и не
представляют собой начальной стадии заболачивания леса.
В связи с этим их производительность оценивается довольна
высоким классом бонитета, и необходимости в осушительных
мероприятиях по отношению к ним не возникает.
Сосняки сфагновые (Pineta sphagnosa). Леса этой группы
распространены очень широко, особенно в районах избыточного
увлажнения. Они занимают обычно плоские низины на
водоразделах и речных террасах, а иногда и бессточные равнины
с бедными почвами, где создаются условия переувлажнения
почвы мягкими, главным образом атмосферными водами. Реже
встречаются они в районах распространения карбонатной
морены с более богатыми почвами, однако все же в условиях
застойного увлажнения. В таких случаях сначала заболачивание
идет по евтрофному типу, но по мере накопления торфа,
изолирующего корневые системы от минерального грунта, сменяется
олиготрофным — сфагновым.
Торфянистые'и торфяные почвы в сосняках сфагновых
отличаются высокой влажностью, значительной кислотностью,
большим количеством закисных соединений, ненасыщенностью
основаниями, малым содержанием зольных веществ и
незначительной биологической активностью. В силу крайне неблагоприятных
свойств почвы древостой характеризуется редкостойностью, низ-
корослостью и малым запасом древесины на единице
площади. Сосняки сфагновой группы часто представляют переходную
ступень от леса к верховому болоту. Но в отдельных случаях
эта ступень может обозначать и обратный процесс облесения
верхового болота в результате естественного дренажа,
вызываемого климатическими причинами или развитием эрозионных
процессов.
Группа сосняков сфагновых объединяет два типа леса:
сосняк кустарничково-сфагновый и сосняк пушицево-сфагновый.
Сосняк кустарничково-сфагновый (Pinetum fru-
ticuloso-sphagnosum) распространен весьма широко и
характерен как для начальных стадий поверхностного заболачивания,
так и для некоторых стадий развития верховых болот. В обоих
-случаях поверхность неровная от моховых кочек — подушек,
чередующихся с пониженными элементами микрорельефа.
Влажность почвы обычно значительная: в понижениях из мха легко
отжимается вода, а во влажное время года местами выступает
на поверхность.
124

Рис. 29. Сосняк кустарничково-сфагновый (Вологодская обл.)

Рис. 30. Верховое болото с угнетенной сосной (Архангельская обл.)
В начальных стадиях заболачивания почва чаще торфянисто-
подзолистая, более или менее оглеенная. Торфянистый слой:
мощностью 10—30 см состоит из сфагнового мало
разложившегося торфа, нередко подстилаемого более гумифицированньш
торфом или темноцветным грунтом. Глубже находится песчаный,
в той или иной степени оподзоленный горизонт, а под ним до
глубины 70—80 см — иллювиальный горизонт В, нередко с
темно-коричневыми гумусово-железистыми отложениями в нижней;
части, образующими местами наслоения плотного ортштейна.
В случае уже развитого болотного процесса мощность
торфяной залежи может достигать 1,5—2 м.
Обычно древостой целиком образован сосной. Полнота 0,4—■
0,5, класс бонитета Va, запас древесины на 1 га в возрасте-
120 лет около 60 м3 (рис. 29). В начальных стадиях
заболачивания производительность может быть и несколько более
высокой. Подлеска нет. Травяно-кустарничковый покров хорошо
развит. Он образован сплошными или групповыми зарослями
болотных кустарничков — карликовой березы, Кассандры {Chamae-
daphne calyculata), багульника {Ledum palustre), голубики
(Vaccinium uliginosum). Менее обильно представлены подбел
{Andromeda polifolia), пушица {Eriophorum vaginatum),
брусника {Vaccinium vitis-idaea), морошка {Rttbus chamae mor us),
клюква {Oxycoccus quadripetalus). i
В моховом покрове преобладают Sphagnum magellanicum и
S. angustifolium. В небольшом количестве на повышениях
микрорельефа встречаются Sphagnum fuscum, Polytrichum stricium
и изредка лишайники {Cladonia alpestris, С. sllvatica).
126

Сосняк пушицево-сфагновый (Pinetuni eriophoro-
so-sphagnosum) распространен меньше предыдущего типа леса.
Отличается от сосняка кустарничково-сфагнового в основном
более сильной увлажненностью почвы и господством пушицы
влагалищной в травяно-кустарничковом ярусе. Более высокая
влажность почвы в этом типе леса обусловливает энергичное
нарастание сфагнума, дальнейшее падение класса бонитета (V6
и ниже) и переход сосняков пушицево-сфагновых в группу
болотных редин. Сосновые редины на верховых сфагновых
болотах уже не представляют типов леса в обычном понимании этого
слова, так как роль важнейшего компонента в растительных
сообществах переходит от древостоев к сфагновым мхам,
образующим залежи торфа (рис. 30).

ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ РАСПРОСТРАНЕНИЕ БОЛОТ
Хотя изучение болот в России началось еще в XIX столетии,
но масштабы его были настолько ограничены, что делать в то
время какие-либо обобщения и устанавливать закономерности
распространения болот, естественно, не представлялось
возможным.
Первая обобщающая работа о торфяных залежах Советской
России принадлежит И. И. Вихляеву A922). В дальнейшем
вопросы географического распространения болот получили
отражение в трудах В. С. Доктуровского A922, 1935 и др.), П. Д. Вар-
лыгина*A922), Л. Я. Ленина A937), Н. Я. Каца A936, 1946),
М. И. Нейштадта A938), С. Н. Тюремнова A940) и других
авторов.
Впервые деление болот Европейской России на зоны и
выяснение связи зональности с факторами внешней среды было
произведено П. Д. Варлыгиным A922). Он выделил в направлении
с севера и северо-запада на юго-восток следующие зоны,
различающиеся то степени болотистости:
1) Крайний Север—зона болотная (болотистость 0,85);
2) северная половина лесной области — зона болотного
обилия (болотистость 0,19);
3) южная половина лесов — зона средней болотистости
(болотистость 0,10);
4) зона черноземных степей — зона слабой болотистости
(болотистость 0,02);
5) зона полупустынных степей — зона ничтожной
болотистости (болотистость 0,005).
Позднее Н. Я. Кац A928) устанавливает явление
зональности в распространении типов олиготрофных сфагновых болот
Европейской России, а ряд своих последующих работ посвящает
изучению типов болот и закономерностей их распространения на
территории Европейской (Кац, 1936) и Азиатской (Кац, 1946)
частей СССР. В 1948 г. он публикует капитальный труд о типах
болот СССР и Западной Европы и их географическом
распространении. В этих работах Н.Я. Кац подразделяет всю
территорию СССР и Западную Европу на ряд болотных зон и провин-
128

ций и дает подробное описание характерных для них болот —
в основном по признакам растительного покрова и отчасти по
особенностям микрорельефа.
Районирование торфяного фонда СССР впервые было
сделано Л. Я. Лепиным A937). В следующем году новое
районирование торфяного фонда дал М. И. Нейштадт A938), а в 1940 г.—
С. Н. Тюремнов.
Значительные успехи в области изучения и учета торфяного
фонда страны, достигнутые в последние годы, позволили
М. Н. Никонову A949, 1955), во-первых, подойти к
районированию торфяного фонда СССР на базе количественных
показателей о степени заторфованности территории, размерах торфяных
болот, размещении типов торфяных залежей и распределении
средних глубин торфа и, во-вторых, обосновать закономерности
размещения торфяно-болотного фонда на территории страны
и составить схему его районирования с количественной и
качественной характеристикой фонда отдельных районов.
М. Н. Никонов выделяет четыре пояса торфонакопления:
1) полярный пояс, 2) пояс интенсивного торфонакопления, 3) пояс
слабого торфонакопления и 4) пояс ничтожного
торфонакопления (рис. 31).
Пояс полярного торфонакопления
характеризуется малой заторфованностью (менее 1%), что обусловливается
наличием вечной мерзлоты грунта. Торфяные болота —
преимущественно реликтовые, скованные вечной мерзлотой.
Современное поверхностное заболачивание развито сильно.
Пояс интенсивного торфонакопления
полностью занимает лесную зону СССР. Заторфованность в
границах пояса в среднем около 10%, но в некоторых районах степень
ее достигает 30% и даже больше, как, например, в
Западно-Сибирской низменности. Такие районы концентрации торфяных
болот М. Н. Никонов называет «торфяными бассейнами». В
пределах этого пояса находится около 85% всего торфяного фонда
Союза. Распространены торфяники всех типов, но
преобладающее значение имеет верховой тип.
Пояс слабого торфонакопления соответствует
лесостепной зоне, а за Енисеем захватывает и зону тайги.
Заторфованность его очень невелика: здесь находится около 10%
торфяного фонда СССР.
Пояс ничтожного торфонакопления включает
в себя степные, полупустынные и пустынные области Союза, где
торфяники встречаются очень редко, в особо благоприятных
условиях влажности.
Из других опубликованных схем районирования болот и
торфяников остановимся вкратце на географическом
районировании Н. Я. КацаA948), привлекая для характеристики болот как
материалы из других источников, так и личные исследования.
9 П. И. Пьявченко
129

На территории СССР Н. Я. Кац выделяет следующие зоны
болот и торфяников (рис. 32):
1) арктических минеральных осоковых болот;
2) плоскобугристых болот;
3) крупнобугристых торфяников;
4) торфяников аапа-типа;
5) выпуклых олиготрофных торфяников;
6) евтрофных и олиготрофных сосново-сфагновых
торфяников;
7) равнинных евтрофных болот и торфяников;
8) тростниковых и засоленных болот.
Наряду с названными зонами, выделяются также
самостоятельные группы болотных провинций:
9) горноравнинных провинций Восточной и Центральной
Сибири;
10) провинций заенисейской Сибири с преобладанием
евтрофных торфяников;
11) провинций горных болот.
Зоны и группы провинций, устанавливаемые по наиболее
общим, укрупненным признакам, подразделяются на провинции,
отличающиеся одна от другой второстепенными особенностями
торфяно-болотных образований.
Зона арктических минеральных осоковых
болот соответствует территориально арктической подзоне тундры,
которая хорошо выражена в Азиатской части СССР. Здесь
определяющими условиями заболачивания служит сплошная
вечная мерзлота грунта, образующая водоупорный горизонт
неглубоко от поверхности почвы, и превышение количества
атмосферных осадков над испарением. Заболачивание сильно
развито не только в пониженных элементах рельефа, но и на
равнинах.
Подавляюще преобладают болота низинного типа с хорошо
развитой дерниной из осок, пушицы и гипновых мхов, без торфа
или с маломощным слоем слаборазложившегося торфа, обычно
не превышающим 10—30 см. В южной части зоны возрастает
участие в растительном покрове сфагновых мхов и несколько
увеличивается мощность оторфованного слоя.
Для многих болот арктической зоны характерна
полигональная структура поверхности; образованная сетью морозобойных
трещин, расчленяющих болота на четыре-, реже —
шестиугольные отдельности с поперечными размерами 10—20 м и больше-
Трещины заполнены клиньями льда, проникающими в глубину
до 4—6 м и больше. С поверхности ледяные клинья прикрыты
тонким слоем гипново-пушицево-осоковой дернины и малораз-
ложившегося торфа. Края трещин приподняты над поверхностью
почвы на 20—40 см в виде валов, вследствие чего трещины
напоминают своим внешним видом неглубокие заросшие канавы
9* 131

Рис. 32. Болотные зоны и группы болотных провин ций СССР и Западной Европы (по Кацу, 1948):
/ — болота высокой Арктики; 2—болота атлантической Арктики; 3 — горноравнинные провинции Восточной и Центральной
Сибири; 4 — зона арктических минеральных осоковых болот; 5 — зона плоскобугристых болот; 6 — зона крупнобугристых
торфяников; 7 — зона торфяников аапа-типа; 8 — зона выпуклых олиготрофных болот; 9 — островные и прибрежные
провинции приатлантической Европы; 10 — провинции заенисейской Сибири с преобладанием евтрофных торфяников; 11 — зона
евтрофных и олиготрофных сосново-сфанговых торфяников; 12 — зона равнинных евтрофных болот и торфяников; 13 —
провинции равнинных евтрофных болот Средней Европы; 14 — низкогорные провинции евтрофных болот Средней Европы;
15 — зона тростниковых и засоленных болот Казахстана, Западной Сибири и Европейской части СССР» 16 — равнинные
провинции Южной Европы; 17 — провинции горных болот; 18 — территории, по которым не имеется достаточных данных.

(рис. 33). Внутренняя часть полигонов обычно вогнутая, мокрая.
Она покрыта гипновыми мхами, осоками и пушицей. На сухих
валиках по краям трещин поселяются лишайники, отчасти
сфагновые мхи, политрихум и дикранум, угнетенная карликовая
береза и полярные ивы, морошка и др.
Встречающиеся изредка в зоне арктических болот глубокие
мерзлые торфяники являются реликтовыми, образовавшимися в
более теплую послеледниковую
(возможно, и в
межледниковую эпоху.— Н. П.). Они также
сложены в основном
"низинными видами торфа, иногда с
примесью древесных остатков*.
В торфе встречаются пни и
стволы лиственницы и ели, а
также остатки травянистых
растений, ныне в северной
тундре не растущих. В
настоящее время эти реликтовые
торфяники в значительной
степени разрушены водной эрозией
и атмосферными агентами и
представляют почти мертвые
образования, покрытые
главным образом лишайниками.
Болотный процесс
наблюдается только в понижениях на их
поверхности, где
задерживается вода атмосферных осадков
и вода, образующаяся от
таяния мерзлоты (Пьявченко,
19556).
Зоны плоскобугристых болот и круп'нобугри-
стых торфяников мы рассмотрим совместно как зону
бугристых торфяников. Она включает в себя южную тундру,
лесотундру и северную часть тайги. В этой зоне плоскобугристые
торфяники занимают более северное положение, а крупнобугри-
стые — более южное.
Бугристые торфяники представляют собой комплексное тор-
фяно-болотное образование, основными компонентами которого
являются мерзлые торфяные бугры и разделяющие их
мочажины. В плоскобугристых комплексах площадь, занимаемая
буграми, нередко больше площади мочажин, в крупнобугристых —■
обычно наоборот.
Основное условное различие между плоско- и
крупнобугристыми торфяниками заключается в высоте и форме поверхности
бугров. Высота плоских бугроз составляет 1 —1,5 м, поверхность
плоская, края круто обрываются в сторону мочажин. Крупные
133
Рис. 33. Схематический план и разрез
полигонального торфяника:
/ — план; // — разрез по линии АБг
1 — низинный торф; 2 —минеральный грунт;
5 —трещина, заполненная льдом.
Пунктиром показан уровень летнего оттаивания
мерзлоты

Рис. 34. Общий вид бугристого торфяника в бассейне Подкаменной Тунгуски
(темное — бугры, светлое — мочажины с осоково-сфагновым покровом)
бугры достигают высоты 3—4 м и более, форма поверхности их
приближается к куполообразной. Но такое подразделение весьма
условно, так как на одном и том же торфянике можно встретить
и «плоские», и «крупные» бугры. Конфигурация бугров бывает
разнообразная — округлая, грядообразная, лопастная.
Поперечные размеры бугров колеблются от нескольких до 20—30 м
(рис.34). Наряду с обособленными буграми, встречаются также
целые участки мерзлых торфяников, разобщенные между собой
эрозионными рытзинами или углублениями термокарстового гене,
зиса (рис.35). Поверхность низких бугров более или менее
влажная, слабо кочковатая. Обычно на таких буграх растительный
покров состоит из сфагновых (Sphagnum fuscum) и дикрановых
мхов с некоторым участием Polytrichum и лишайников. Нередко
развит и травяно-кустарничковый ярус, образованный карликовой
березой (Betula папа, за Енисеем — Bctula exilis), голубикой,
брусникой, водяникой (Empetrum nigrum), морошкой, а на
Кольском п-ве — еще и вереском {Calluna vulgaris). На высоких
буграх поверхностный слой торфа сухой, покрытый главным
образом разнообразными лишайниками (виды Cladoniae) и дикра-
новыми мхами, тогда как участие в покрове травянистых
растений и кустарничков (Rubus cliamaemorus, Ledum paluste, Vac-
cinium vitis-idaea) незначительно. Эти последние занимают
преимущественно более влажные нижние части склонов бугров.
13 i

'"'Г- ^У
' Лу;.-...",*-. '
Рис. 35. Крупный участок мерзлого торфяника, разрушаемый термокарстом
(бассейн Подкаменной Тунгуски)
В лесной зоне Сибири на торфяных буграх встречается и
древесная растительность, главным образом из березы, Pinus silves-
tris, Pinus sibirica, Larix sibirica.
Уровень вечной мерзлоты в торфе бугров находится на
глубине 35—40 см, на юге зоны — 50 см. Мощность мерзлого
торфяного слоя колеблется в широких пределах — от 0,5 до 2—3 м и
более. Под ним лежит обычно мерзлый минеральный грунт,
однако на Кольском п-ове встречается и талый грунт.
По краям бугров торф разбит трещинами и обваливается в
окружающие мочажины. Мочажины между буграми обычно
сильно увлажнены и заняты болотными растительными
сообществами низинного или переходного типа. Преобладающая роль
в них принадлежит осокам и гипновым мхам (Carex lasiocarpa,
С. litnoso, виды Drepanocladus, Calliergon, Timenthypnum, Aula-
comnium и др.). Кроме того, здесь растут пушица (Erlophorum
vaginatum, Е. polystachyum, E. russeol^m), карликовые ивы и
немногие другие растения. Иногда понижения между буграми
затоплены водой и имеют вид маленьких озерков.
Глубина торфяной залежи в мочажинах значительно
колеблется в зависимости от возраста мочажин и интенсивности
процесса торфообразования. Залежь обычно топяная низинного или
переходного типа (рис. 36), сложенная осоково-гипновым или
•осоково-сфагиовым торфом невысокой степени разложения. На
135

севере зоны мерзлота в мочажинах опускается летом до 70—
80 см, на юге зоны и на Кольском п-ове мерзлота отсутствует.
Торфяные бугры — реликтовые образования,
представляющие собой останцы, древних торфяников, возникших в более
болйшеземелШая Подчиненная
6 М
12
У«7ГЖУ'[Ж^ЕШ'*
Рис. 36. Строение торфяной залежи некоторых бугров
и мочажин:
Б — бугры; М — мочажины; / — фускум-торф; 2 — сфагновый
верховой торф; 3 — сфагновый переходный; 4 — сфагновый
низинный. 5 — осоково-сфагновый; 6 — гипново-сфагновый. 7 — дре-
весно-сфагновый; 8 — осоковый; 9 — осоково-гипновый. 10 — гип-
новый; // — древесно-осоковый; 12 — шейхцериевый; 13 — хвоще-
вый; /4 —вахтовый; 15 — древесные пни; 16 — минеральный грунт
с валунами. Цифры справа от столбиков — степень разложения
торфа в %
теплую эпоху. С наступлением похолодания климата они
подверглись промерзанию, а в настоящий период, в связи с новым,
потеплением климата на севере, разрушаются под воздействием
водной эрозии и процесса термокарста.
Теперь в мочажинах между буграми происходит накопление-
торфа как за счет жизнедеятельности современной болотной
растительности, так и за счет переотложения материала с
разрушающихся бугров (Пьявченко, 19556).
136

Общая заболоченность территории в зоне бугристых
торфяников довольно велика, однако меньше, чем в предыдущей зоне,
что обусловливается отсутствием сплошной вечной мерзлоты
грунта, а также более сильной расчлененностью рельефа.
Наряду с бугристыми торфяниками, здесь, по направлению к югу, все
более возрастает участие в ландшафтах талых (не бугристых)
болот переходного и верхового типов, которые у южной границы
зоны становятся господствующими.
Зона комплексных торфяников аа па-типа
образует переходную полосу между зонами бугристых
торфяников и выпуклых олиготрофных торфяников. По Н. Я. Кацу
A948), она хорошо выражена только, в Карелии и в районе
нижней Печоры. Однако наблюдения показывают, что болота,
относящиеся к этому типу, встречаются также в западном Пред-
уралье и в Западной Сибири. Отличительные признаки аапа-
типа — это вогнутая или плоская поверхность; чередование
возвышенных участков поверхности (гряд, бугорков), покрытых
растительностью олиштрофного и реже — мезотрофного типа с
преобладанием сфагновых мхов и кустарничков, с
пониженными, мокрыми участками, занятыми чаще всего евтрофными и
иногда мезотрофными сообществами растительности с участием
осок, пухоноса (Trichophorum caespitosum), гипновых и
сфагновых мхов; широкое распространение мочажин с оголенным
торфом, (так называемых римпи), а иногда и озерков; низинный
тип торфяных залежей.
Болота аапа-типа наиболее широко распространены в
областях с довольно большим количеством атмосферных осадков
и прохладным климатом.
По нашему мнению (Пьявченко, 19556), они возникают на
месте бугристых болот под влиянием деградации в них вечной
мерзлоты. Иногда возможно и другое происхождение подобных
образований.
Зона выпуклых олиготрофных торфяников
хорошо выражена на равнинах Европейской части СССР и в
Западной Сибири, где она занимает большую часть северной, всю
среднюю и значительную часть южной подзон тайги. К этой же зоне
относятся Камчатка, Сахалин и Приморье. Благоприятный
водный баланс, довольно высокая относительная влажность
воздуха, относительная равнинность низменного рельефа, бедность
почв и длительная история развития поверхностных образований
создают в этой зоне наиболее благоприятные условия для оли-
готрофного, сфагнового типа болотообразования. Зона
олиготрофных торфяников совмещается в основном с «поясом
интенсивного торфонакопления» М. Н. Никонова A955). В этом
поясе, как уже говорилось раньше, сосредоточено около 85%
торфяных болот Союза. Однако степень заболоченности и затор-
фованности территории в пределах зоны не одинакова. Наиболее
137

Рис. 37. З'аторфованность одного из районов междуречья Оби и Енисея
(заштрихованные участки — торфяные болота)

Рис. 38. Верховое болото с озерным комплексом
сильной заторфованностью отличаются аллювиальные равнины,
где степень ее достигает иногда 30—40%.
Особенно сильным развитием болотообразовательных
процессов олиготрофного типа выделяется таежная полоса
Западной Сибири, в,частности Обь-Иртышское и Обь-Енисейское
междуречья. Здесь огромные массивы выпуклых болот площадью
в несколько десятков и сотен тысяч, а в отдельных случаях
свыше миллиона гектаров, почти сплошь покрывают плоские
водоразделы, надпойменные террасы и поймы рек. На долю
верховых приходится около 65% всего количества торфяников, на
долю переходных — более 30% (рис. 37).
Наибольшая выпуклость профиля характерна для олиго-
трафных болот в континентальных областях, наименьшая —
в приморских. Так, в Западной Сибири превышение
центральных частей болотных массивов над краевыми достигает 10 м, в
приморских—1—2 м. Современная стадия болотообразования
олиготрофного типа характеризуется развитием на юге зоны
сосново-кустарничковых, сосново-пушицевых и сфагновых
группировок, а севернее — грядово-мочажинных и грядово-озерных
комплексов (рис. 38). Заболачивание лесов особенно
распространено в связи с разрастанием болот в стороны.
Средняя мощность торфяных залежей пояса интенсивного
торфонакопления составляет 2,2 м при максимальной глубине
около 10 м. Верхняя толща залежей сложена преимущественно
139

сфагновым верховым торфом малой или средней степени
разложения с незначительным содержанием золы, нижняя — более
разложившимся верховым, переходным или низинным торфом.
Залежи малоразложившегося сфагнового торфа
представляют огромные ресуры для производства торфяной подстилки
торфоизоляционных и строительных материалов, сырья для
химической переработки и пр. Залежи малозольного более
разложившегося верхового торфа следует рассматривать главным
образом как запасы тепловой энергии, использование которых
возможно или в виде торфяного топлива, или путем
газификации торфа. Достаточно сказать, что только в болотах Западной
Сибири содержится условного 7000-калорийного топлива
свыше 35 млрд. т.
Зона евтрофных и олиготрофных сосново-
сфагновых торфяников представляет переходную полосу
между зонами олиготрофных болот на севере и евтрофных на
юге и вследствие этого сочетает в себе, в известной степени,
признаки двух названных зон. Территориально она совпадает с
южной полосой лесной зоны. Для этой зоны характерно
преобладание болот низинного и переходного типа над верховыми.
Заболоченность зоны в Европейской части СССР умеренная,
в Западной Сибири — сильная. Размеры болотных массивов
мельче, чем в предыдущей зоне, но все же, особенно в Западной
Сибири, встречаются болота площадью в несколько десятков
тысяч гектаров.
Болота верхового типа большей частью покрыты сосной,
кустарничками — багульником, Кассандрой, голубикой, а также
пушицей и др. В моховом покрове господствуют: в Европейской
части Sphagnum, magellanicum и S. angustifotium, а в Западной
Сибири Sphagnum fuscum. Торфяная залежь этих болот нередко
характеризуется более высокой степенью разложения и большой
пнистостью (в Европейской части). В ее составе большую роль
играют сосново-пушицевый и медиум виды торфа. Болота
переходного типа относятся главным образом к лесотопяной и то-
пяной группам. В западной Сибири они образуют крупные
массивы на Обь-Иртышском и Обь-Екисейском междуречьях.
Низинные болотные массивы занимают низкие террасы и
поймы рек и нередко достигают очень крупных размеров. Среди них
встречаются как лесные (еловые, смешанные хвойные,
березовые), так и безлесные, главным образом гипново-осоковые
болота, отличающиеся сильной обводненностью залежи. В
Западной Сибири большее распространение имеют низинные болота
с облесенной периферией и открытой центральной частью,
представляющей собой гипново-осоковую топь (рис. 39).
Торфяные залежи низинного типа относятся главным
образом к лесо-топяному и топяному подтипам, для которых
характерна средняя степень разложения и умеренная зольность торфа.
Иногда в основании залежей встречаются отложения известко-
140

Рис. 39. Гипново-осоковое болото в Западной Сибири
вистого сапропеля. Богатство низинных залежей питательными
веществами и малая кислотность позволяют рассматривать их в
качестве территории, пригодной для использования в сельском
хозяйстве.
Зона равнинных евтрофных болот в Европейской
■части Союза занимает полосу широколиственных лесов и
лесостепи, а в Западной Сибири — юг болотно-березовой подзоны и
лесостепь. Неблагоприятный водный баланс на территории
лесостепи, где отношение количества осадков к величине
испаряемости составляет в среднем 0,78, почти исключает возможность
сфаганового заболачивания за счет аккумуляции атмосферных
осадков и выдвигает на первое место болотообразующую роль
грунтовых, аллювиальных и поверхностных вод. Севернее
границы лесостепи условия для атмосферного заболачивания
становятся более благоприятными. Вследствие этого северная
граница лесостепи служит рубежом, южнее которого степень затор-
фованности территории резко уменьшается.
В европейской части этой зоны болота занимают в
большинстве случаев поймы рек, староречья и дница овражно-балоч-
ной сети, увлажняемые грунтовой водой. В Западной Сибири
болота залегают в многочисленных впадинах, в поймах и
древних руслах речной сети. Повышенной заболоченности ее
территории по сравнению с европейской благоприятствует малая рас-
членность рельефа и слабая водопроницаемость грунтов.
Пойменные торфяники обычно сильно вытянуты в длину при
относительно небольшой ширине, но в притеррасных частях
пойм форма их иногда приближается к округлой. Размеры
141

болот весьма различны — от нескольких до 1000 га и больше,
например в Западной Сибири, r Белорусской и на северо-западе
Украинской ССР. Площадь овражно-балочных торфяников
обычно незначительна.
В Европейской части СССР болота нередко покрыты
полностью или частично черной ольхой или ольхой и березой, но
имеют также распространение травяные (осоковые, осоково-
тростниковые и тростниковые) и гипново-моховые (чаще осоко-
во-гипновые) болота с кустарником ивы и черной ольхи.
Нередко торфяная залежь этих болот погребена аллювиальными
и делювиальными наносами, толщина которых достигает иногда
1 м и даже больше. Мощность торфяных залежей составляет
обычно 2—3 м, но изредка доходит до 6—8 м. Сложены они
торфами лесного, топяно-лесного и топяного подтипов средней
и хорошей степени разложения. Зольность их нередко
повышенная. В Западной Сибири широко распространены
тростниковые и осоково-тростниковые болота — займища, а также
высыхающие летом крупноосоковые кочкарные и топкие гип-
ново-осоковые болота. Крупноосоковые кочкарные болота,
пересыхающие летом, обычно не содержат торфяной залежи. Лесные
низинные болота, покрытые березой, встречаются реже. Болота
верхового и переходного типов представляют редкое явление. Они
"залегают среди песков на водоразделах и надпойменных
террасах рек европейской лесостепи, а в Западной Сибири—среди
тростниковых займищ. "Здесь они носят название рямов. Как
европейские, так и западносибирские верховые болота
лесостепной полосы облесены сосной, а напочвенный покров образован
олиготрофными мхами, пушицей и вересковыми кустарничками.
Залежи этих болот обычно сложены в верхней толще
сфагновым торфом различной степени разложения, а в нижней —
-юрфами низинного типа, более разложившимися. Мощность
верховых торфяников составляет 2—4 м, но изредка
встречаются и более глубокие залежи.
Зона тростниковых и засоленных болот
охватывает степные и полупустынные области Европейской части
СССР, Западной Сибири и Казахстана, где болотообразователь-
ный процесс подавлен сухостью климата. Болота здесь
встречаются в ничтожном количестве только в условиях грунтового или
сзерно-речного питания. В растительном покрове их
господствуют тростниковые сообщества с участием рогоза (Typha) и осок.
Торфяной слой большей частью маломощный, нередко
засоленный. Иногда торфяная залежь вовсе не образуется.
Группа горно-равнинных провинций
Восточной и Центральной Сибири включает в себя всю
северо-восточную часть Сибири, Забайкалье и Приамурье. Общм-
ми признаками для этой территории Н. Я. Кац считает
чередование горных массивов с депрессиями, близкое к поверхности
142

Рис. 40. Заболоченный лиственн ичник в Средне-Амурской низменности.
Фото Ю. С. Прозорова
залегание вечной мерзлоты грунта, значительную
заболоченность равнин и отчасти горных склонов, преобладание по
площади минеральных болот и заболоченных земель (в том числе
и лесов) над торфяниками, широкое развитие на заболоченных
землях и торфяниках сфагнового покрова, значительное
распространение заболоченных пушицевых кочкарников.
Болота рассматриваемой группы провинций изучены слабо и
лишь в отдельных пунктах территории. Наиболее изученным
районом является Средне-Амурская низменность, где в
последние годы работали болотоведческие экспедиции Института леса
и Дальневосточного филиала Сибирского отделения АН СССР
(Ю. С. Прозоров и А. А. Попов). Здесь распространены болота ,
низинного и отчасти переходного типа; вейниковые, осоковые,
осоково-сфагновые, заболоченные лиственничники. Редкий
древесный ярус их образован даурской лиственницей. Торфяная
залежь обычно небольшой мощности (до 1 — 1,5 м). хорошей
степени разложения, с повышенным содержанием золы (рис. 40).
Группа болотных провинций з а е н и с е й с к о ii
Сибири включает в себя южную часть Красноярского края к
востоку от Енисея, Иркутскую область и Центральную Якутию.
В связи с резкой континентальностыо климата и
расчлененностью рельефа заболоченность и особенно затйрфованность
143

этой территории очень невелика. Резко преобладающее
значение принадлежит болотам низинного типа — лесным, покрытым
елью, березой с участием лиственницы и сосны, и безлесным,
главным образом осоково-гипновым. Низинные болота залегают
-преимущественно в долинах рек и озерных котловинах, где
обеспечивается питание их грунтовой водой. В основном — это
болота малых и реже — средних размеров, вытянутой формы.
Многие из них заливаются полой водой и в связы с этим
характеризуются высокой зольностью, а иногда и карбонатностью
торфяных залежей. Степень разложения торфа повышенная.
Мощность залежи обычно малая, но встречаются отдельные
торфяники толщиной до 5 м. Болота переходного и верхового типов
редки и имеют незначительные размеры. Обычно они облесены
сосной и лиственницей с напочвенным покровом из багульника,
Кассандры и олиготрофных сфагновых мхов. Мощность
торфяной залежи составяет около 1м.
Группа провинций горных болот охватывает в
пределах СССР только болота Урала, западных отрогов Тянь-
Шаня, Алтая и Саяны.
Горные болота не представляют особого типа, но на них
отражается влияние вертикальной зональности. Так, на Полярном
Урале наблюдается большая общая заболоченность и малая
мощность торфяных залежей. По направлению к северу и с
увеличением высоты болотообразующая роль сфагновых мхов
уменьшается, и болота приобретают сходство с тундровыми. На
Северном Урале выше границы леса заболоченность также
сильная, тундрового характера. Ниже встречаются
деградирующие бугристые торфяники. Средний и Южный Урал
заболочены слабее, но заторфованность здесь больше. Болота
располагаются в озерных котловинах, поймах рек, на террасах и склонах.
Пойменные болота часто облесены сосной, елью и березой.
Встречаются елово-ольховые и осоковые болота. На вторых
террасах рек залегают выпуклые болота верхового типа. На
пологих склонах развиты крупные болота ключевого питания,
относящиеся к типу низинных или переходных. Центральная часть
их открытая, периферия занята сосново-кедрово-еловым лесом
(согрой). На Южном Урале довольно много болот озерного
происхождения с отложениями сапропеля. Мощность торфяных
залежей здесь различна, но местами достигает 7 м.
Горные болота Алтая, Тянь-Шаня и Саян располагаются
по горным склонам и долинам и имеют ключевое, реже —
атмосферное питание. Преобладающий тип . болот низинный, но
встречаются также осоково-сфагновые и сфагновые верховые
болота небольшой площади. Отмечены также бугристые болота
с мерзлым торфом. На предгорных равнинах описаны осоково-
тростниковые и тростниковые торфяники. Глубина торфяных
залежей 1,5—2 м, но иногда достигает 5 м.

ЗНАЧЕНИЕ БОЛОТНЫХ И ОЗЕРНЫХ ОТЛОЖЕНИИ
В ИЗУЧЕНИИ ИСТОРИИ ЛЕСОВ
Для изучения истории развития растительного покрова
страны на протяжении четвертичного периода (антропогена) и
особенно послеледникового времени (голоцена) отложения торфа
и сапропелей имеют очень большое значение. Накапливаясь из
года в год в анаэробных условиях, эти отложения захороняют
в себе неразложившиеся остатки различных вегетативных
органов растений, а также пыльцу и споры, продуцируемые не
только растительностью данного водоема или болота, но и всего
окружающего района. Таким образом, толщи торфяных и
сапропелевых отложений представляют собой естественную
летопись природы, правильная расшифровка которой позволяет
восстановить былой характер растительности того или иного
района, констатировать происходившие смены ландшафтов и
вскрыть причины, вызывавшие эти смены. Присутствие в
торфяных залежах погребенной пыльцы древесных пород впервые
было отмечено у нас В. Н. Сукачевым A904) при исследовании
болот в Бузулукском бору и в районе Бородинской биологической
станции. Сделанные находки пыльцы были использованы
Сукачевым для обоснования палеофлористических выводов.
Метод анализа погребенной пыльцы разработан в основных
чортах в Швеции Постом (Post, 1916). Применение его у нас
начато В. С. Доктуровским и В. В. Кудряшовым (Доктуровский,
1923; Доктуровский и Кудряшов, 1923) и несколько позднее
М. И. Нейштадтом A929).
Вначале подсчитывалась только пыльца древесных растений,
но позднее стали учитывать также пыльцу недревесных растений
и споры (Гричук, 1943).
В настоящее время метод спорово-пыльцевого анализа
хорошо разработан и находит широкое применение при датировке
геологических отложений, при палеоботанических,
палеогеографических и некоторых других исследованиях.
Подсчет пыльцы и спор производится под микроскопом при
200—300-кратном увеличении. По процентному соотношению
количества древесной и недревесной пыльцы и спор из данного
горизонта судят о степени облесенности района, а следовательно,
Ю Н. И. Пьявченко
145

и о характере ландшафта (тундра, лесотундра, тайга, лесостепь,
степь). Для каждой зоны установлены типичные спорово-пыль-
цевые спектры (Гричук и Заклинская, 1948). Характеристика
ландшафта и состав лесной растительности уточняются по
процентному соотношению в пыльцевом спектре пыльцы лесообра-
зующих древесных пород. При этом учитывается, что
процентное соотношение пыльцы не пропорционально действительному
участию в покрове тех или других древесных пород, так как
пыльцевая продуктивность и транспортабельность пыльцы у них
весьма различны. Наибольшей продуктивностью и летучестью
пыльцы отличается сосна. Ее пыльца нередко преобладает Ь
количественном отношении над пыльцой других древесных пород
даже в тех районах, где сосны теперь нет (степь, тундра). Почти
столь же большая продуктивность свойственна и березе. Ель
значительно уступает сосне по количеству продуцируемой
пыльцы. Еще ниже стоят в этом отношении широколиственные
породы. Пыльца лиственницы обладает малой летучестью и плохо
сохраняется в погребенном состоянии.
Состав недревесной пыльцы и отчасти спор помогает внести
коррективы при суждении о характере лесной растительности, а
в случае участия в этом составе видов, не свойственных лесной
зоне, делать предположения о существовании других возможных
ландшафтов.
По составу спорово-пыльцевых спектров, изображенному на.
диаграмме, и по их динамике обычно делают выводы о
климатических изменениях, как наиболее вероятной причине
увеличения или уменьшения лесообразующей роли различных древесных
пород. Однако подобные суждения, основанные только на
составе спорово-пыльцевых спектров, далеко не всегда могут быть
правильными. Во избежание Ошибок и недостаточно
обоснованных выводов необходимо рассматривать данные спорово-пыль-
цевого анализа на фоне ряда других показателей, выявленных
в отложениях торфа или сапропеля.
Для торфяников важными показателями являются
ботанический состав, степень разложения, а нередко и зольность торфа.
Так, присутствие в торфе макроскопических остатков древесных
растений, например ивы, пыльца которой встречается в
торфяной залежи, могут дать указание на местное происхождение
этой пыльцы. То же самое относится к пыльце осок и спорам
зеленых мхов в торфе низинного гипново-осокового болота или
к спорам сфагновых мхов, изобилующим в торфе верхового
болота.
Помимо этого, ботанический состав торфа отражает в себе
условия среды, в которой происходило развитие исходных
растительных группировок, особенно тепла и влажности. В немень-.
шей степени эти условия характеризуются и степенью
разложения торфа.
146

При спорово-пыльцевом анализе сапропелей необходимо
учитывать состав фауны беспозвоночных, а также микроскопических
водорослей, указывающий на степень обводнения озер в период
отложения тех или иных слоев.
Таким образом, повышение научной ценности спорово-пыль-
цевых анализов требует не одностороннего, а комплексного
подхода к интерпретации полученных результатов. Наряду с
пыльцой и опорами следует учитывать особенности стратиграфии
отложений, экологию древесных и недревесных растений,
получивших отражение в спектрах, и реальность сочетания их в
воспроизводимых растительных группировках.
Применение спорово-пыльцевого метода к изучению
четвертичного периода на территории СССР оказалось весьма
плодотворным. В настоящее время имеется большое количество работ,
в которых приведены спорово-пыльцевые комплексы для
различных отрезков плейстоцена. Для Европейской части СССР схема
спорово-пыльцевых комплексов ледниковых и межледниковых
эпох составлена В. П. Гричуком (Герасимов и Марков, 1952),
а для Сибири — М. П. Гричук A961). Спорово-пыльцевые
комплексы для голоцена на территории СССР даны в большой
работе М. И. Нейштадта A957). Сведения по истории спорово-
пыльцевого метода в СССР и библиография по вопросам
палинологии опубликованы М. И. Нейштадтом в двух книгах A952^
1960), к которым отсылаем интересующихся.
Здесь мы коснемся только вопроса о формировании лесного
покрова в голоцене на территории средней части Европейской
России. Для этой цели используем материалы личных
исследований на болоте «Старосельский мох», находящемся в
Нелидовском районе Калининской области, в зоне еловых лесов,
несколько южнее границы валдайского оледенения.
Составленная нами спорово-пыльцевая диаграмма (рис. 41)
делится снизу вверх на пять отрезков — фаз.
Фаза березы — самая древняя — относится ко времени
окончания деятельности талых вод валдайского оледенения. Она.
характеризуется сильным распространением березы, вероятно
карликовой, и травянистых растений, преимущественно полыней
и лебедовых. Небольшое количество пыльцы ели и сосны
позволяют рассматривать ее как заносную.
По-видимому, эта фаза отличалась довольно суровыми
климатическими условиями и присутствием в грунтах остаточной
вечной мерзлоты. Вследствие этого на отложенных ледниковыми
водами покровных суглинках и супесях удерживались остатки
приледниковой растительности.
Фаза нижней ели совпадает со временем отложения
сапропеля в послеледниковом озере. Для нее характерно сильное
распространение ели, хотя последняя и не образовывала
сплошных лесов. Еловые и елово-березовые леса имели островной
10* 147

характер, чередуясь с участками, покрытыми травяно-кустарни-
ковы-М'и зарослями со значительным участием полыней,
лебедовых и злаков, карликовой березы и ивы.
Появление в этой фазе островных еловых лесов, очевидно,
было связано с сохранением на небольшой глубине в грунтах
*- f -у|^ГрП^1 ® |// j у \tf[ &~]/J\ ф \/4\ о \/S\ а |/У
Рис. 41. Спорово-пыльцевая диаграмма торфяника «Старосельский мох».
/ — медиуад-торф; 2 — сфагновый низинный; 3 — сфагново-пушицевый. 4 — сфагновый
переходный; 5 — сосново-пушицевый; 6 — сосновый; 7 — сапропель; 8 — суглинок;
9 — кривая степени разложения торфа; 10 — древесная пыльца; // — недревеснаи
пыльца; 12 -споры, пыльца; 13 — ели; 14 — сосны; 15 — беремы; 16 — ольхи, //" — ивы;
Уд'— широколист пенных пород; 19 — дуба: 20 — вяза; 21 --- липы; 22 — лещины
вечной мерзлоты, что препятствовало распространению сосны,
•не приспособленной к таким условиям.
Фаза сосны и березы знаменуется обмелением озера и
отложением сначала почти неразложившегося низинного
сфагнового торфа, а затем более разложившегося переходного торфа.
В начале этой фазы облесенность территории приобретает
-сплошной характер. Основной лесообразующей породой служит
береза, на втором месте стоит сосна. Участие ели в составе лесов
сильно падает. В небольшом количестве появляются вяз, липа,
, ольха.
>148

Очевидно, вечная мерзлота грунта к началу названной фазы
уже исчезла, в связи с чем уровень озера сильно понизился, и"
последнее превратилось в сильно обводненное сфагновое болото
низинного типа. С исчезновением мерзлоты усилился и дренаж:
грунта, что привело к быстрому распространению березы и
сосны, которые захватили всю территорию, покрытую ранее
сообществами травянистых растений и карликовой березой.
Резкое падение лесообразующей роли ели в начале данной
фазы имело, по-видимому, не абсолютное, а относительное
значение, обусловленное сильным распространением березы и сосны,
вследствие чего прежнее или даже несколько возросшее
количество еловой пыльцы получило на диаграмме меньшее
процентное выражение.
Климатические условия фазы сосны и березы можно
охарактеризовать как более теплые, в связи с чем началось
распространение широколиственных пород.
Фаза широколиственных пород характеризуется
образованием средних слоев торфяной залежи, сложенной пу-
шицево-сфагновым, сосновым и сосново-пушицевым видами
торфа высокой степени разложения с ясно выраженным
горизонтом крупных древесных пней (так называемый пограничный
горизонт). Для этой фазы типично значительное
распространение широколиственных пород—вяза, липы, дуба, лещины, а
также ольхи и ели.
Несомненно, эта фаза отличалась наибольшим количеством
тепла в летнее время, о чем можно судить по происшедшей смене
сосново-березовых лесов широколиственными и по высокой
степени разложения торфа, что может быть связано с достаточно
сухими и теплыми условиями. На диаграмме ясно заметно, что
между степенью разложения торфа и распространением
широколиственных пород существует прямая зависимость: обе кривые
как бы повторяют одна другую только в несколько ином
масштабе.
Фаза верхней ели — это время образования всей толщи
малоразложившегося верхового сфагнового торфа. Она
характеризуется господством ели в окружающих лесах, довольно
значительным участием березы, меньшей ролью сосны и крайне
малым распространением широколиственных пород.
Судя по мощной толще малоразложившегося сфагнового
торфа, образовавшейся в условиях олиготрофного болота
атмосферного питания, можно сделать вывод, что в течение данной фазы
торфонакопление шло при постоянной избыточной влажности.
Это можно связывать с увеличением влажности климата,
собственно с возросшим количеством осадков за теплое время года.
На это же указывает и довольно широкое распространение в
данной части территории страны явлений поверхностного
заболачивания лесов, занимающих пониженные элементы рельефа.
140

Последовательность развития лесного покрова,
восстановленная при помощи пыльцевого и стратиграфического анализа
отложений болота «Старосельский мох», характерна для
голоцена на всей территории Средней России. Указанная
закономерность положена М. И. Нейштадтом A953) в основу расчленения
послеледникового времени (голоцена) на четыре периода.
Древний голоцен, соответствующий времени нижней ели,
около И тыс. лет назад.
Ранний голоцен — время сосны и березы, около 8—
9 тыс. лет назад.
Средний голоцен — время широколиственных лесов,
около 3—5 тыс. лет назад.
Поздний голоцен, начавшийся около 2,5—Зтыс. лет
назад, отвечает времени господства еловых лесов, которое нередко
нарушается в современный период влиянием антропогенных
факторов, в основном вырубок и лесных пожаров. Это приводит к
смене ели сосной и особенно березой.
Для других районов СССР указанное здесь хронологическое
расчленение голоцена на четыре фазы также может быть
принято, но спорово-пыльцевые комплексы, свойственные этим фазам,
естественно, будут иными. Так, для древнего голоцена русской
лесостепи (Пьявченко, 1958) были характерны лесные
группировки из березы, сосны и ели с дубом, ильмовыми и грабом;
для раннего голоцена на севере — сосново-березовая лесостепь,
а- на юге — степь с распространением полыней и лебедовых; для
среднего голоцена — дубовая лесостепь с максимальным
облесением территории; для позднего голоцена типичен облик
современной слабо облесенной лесостепи.
( Для среднетаежной полосы Средне-Сибирского плоскогорья,
по нашим данным, начало голоцена характеризуется
господством еловых или елово-березовых лесов с участием
лиственницы; затем лесообразующая роль ели постепенно падает, а
лиственницы увеличивается; для последней фазы отмечается
г*очти полное выпадение ели, распространение лиственницы и
особенно сосны. Все сказанное в этом разделе, с одной стороны,
свидетельствует о большом значении спорово-пыльцевого метода
для познания динамики растительного, в частности лесного,
покрова земли. Изучение этой динамики, особенно в наиболее
близком к нам отрезке четвертичного периода —голоцене имеет
непосредственное отношение к изучению развития и
современного лесного покрова — последнего в данное время звена единой
цепи эволюции природных ландшафтов. С другой стороны,
изучение современных процессов развития лесного покрова и
закономерностей смены одних древесных пород другими позволяет
с большим научным обоснованием подойти к интерпретации
спорово-пыльцевых спектров и делать более достоверные
выводы палеоботанического и палеогеографического характера.

ВЛИЯНИЕ ОСУШЕНИЯ НА РОСТ ЛЕСА
Осушение заболоченных лесов начато в России еще в 30-х
годах XIX столетия, сначала под Ленинградом, а затом в
районах Прибалтики, в Белоруссии и в ряде центральных губерний.
Особенно много сделано было по осушению болот и
заболоченных лесов специальными экспедициями по осушению болот —
Северной, работавшей с 1873 по 1893 г. под руководством
вице-инспектора корпуса лесничих И. К. Августиновича, и
Западной, проводившей осушительные работы с 1873 по 1897 г.
под руководством генерала И. И. Жилинского. Северной
экспедицией было осушено около 220 тыс. га болот и заболоченных
лесных земель в губерниях Петербургской, Олонецкой,
Новгородской, Псковской, Вологодской, Ярославской и на территории
нынешних Прибалтийских союзных республик. Западная
экспедиция осушила 490 тыс. га в Белорусском Полесье и около
57 тыс. га в центральных губерниях. Кроме того, названной
экспедицией были проведены работы и по осушению болот Ба-
рабинской низменности в Западной Сибири.
Работы по осушению лесных земель в меньших масштабах
продолжались и в дальнейшем, преимущественно лесовладель-
цами и земельными собственниками.
В период первой мировой и гражданской войн лесоосушитель-
ные работы почти не велись. Новое развитие их относится к
годам предвоенных пятилеток и особенно к послевоенному
периоду, когда были организованы машинно-мелиоративные станции
и механизированные лесхозы.
В настоящее время площадь осушенных лесных земель Союза
превышает 1 млн. га. В ближайшие годы объем лесоосушитель-
ных работ будет сильно возрастать, причем эти работы получат
распространение и на территории Сибири, где лесные земли до
сих пор почти не осушались.
Осушительная мелиорация является средством коренного
улучшения заболоченных и болотных почв, превращения
потенциального их плодородия в действительное, эффективное,
способное обеспечить весьма значительное повышение
продуктивности наших лесов.
151

Но прежде чем перейти к рассмотрению влияния осушения
на рост леса, необходимо остановиться на оценке
потенциального плодородия почв в различных группах заболоченных и
болотных лесов, которое имеет очень важное значение для выбора
объектов осушения и прогноза ожидаемой эффективности лесо-
осушительной мелиорации.
Один из основных показателей, определяющих
потенциальное плодородие торфяной почвы,— это степень обеспеченности
ее необходимыми растениям питательными веществами. Она в
достаточной степени может быть охарактеризована общим
содержанием азота, количеством золы и входящих в ее состав
важнейших элементов питания растений. Кроме того, важное
значение имеет кислотность почвы и степень насыщенности
ее коллоидной фракции обменными основаниями (Са и Mg).
Эти показатели необходимо принимать во внимание при выборе
объектов осушения и проектировании лесоосушительных
мелиорации, так как от них зависит в значительной степени и
ожидаемый лесорастительный эффект.
В настоящее время уже накоплено довольно много данных
агрохимического анализа почвы для большинства групп и многих
типов заболоченных и болотных лесов, что. позволяет делать
выводы о ценности их как объектов осушительной мелиорации и
последующего использования в лесном хозяйстве.
Здесь мы ограничимся рассмотрением только средних
агрохимических показателей, характеризующих различные типы
условий местопроизрастания и связанные с ними группы типов
заболоченных и болотных лесов (табл. 22).
Приведенные в табл. 22 данные свидетельствуют о
значительном потенциальном плодородии торфяных почв в болотно-травя-
ном (евтрофном) типе условий местопроизрастания. Почвы
травяно-сфагнового (мезотрофного) типа условий
местопроизрастания заметно беднее первых по содержанию общего азота,
кальция и других зольных веществ. Кроме того, они кислее и
гораздо менее насыщены обменными основаниями. Что касается
почв сфагнового (олиготрофного) типа условий
местопроизрастания, то они характеризуются весьма малым содержанием
питательных веществ, большой кислотностью и очень слабой
насыщенностью основаниями. Следовательно, эти почвы обладают
наименьшим потенциальным плодородием.
Впрочем, общего запаса азота и зольных веществ в почвах
любого типа вполне достаточно для удовлетворения потребности
растущей на них древесной растительности, однако известно, что
в основном эги вещества находятся в форме органических
соединений, не доступных растениям.
Пересыщенность влагой и связанная с этим плохая аэрация
неосушенных болотных почв сильно затрудняет обмен веществ
между почвой и растениями, вследствие чего последние часто не
152

Таблица 22
Средние агрохимические показатели для 25-сантиметрового
(корнеобитаемого) слоя почвы
Группы типов леса
и их местонахождение
В % на абсолютно сухую почву
J,
03
5Я
ево
X к
=* =
асьп
эван
х z
.о 5
Степей
ности с
ми, %
общий
азот
зола
:Я
кальци
(СаО)
в том числе
калий
(KeO)
Грунтовый ряд. Болотно-травяной тип условий
местопроизрастаний
Черноольшаники |
(Московская область и ;
БССР) '5,3—5,7
Ельники
(Архангельская и Вологодская
области)
Кедровники
смешанные (Томская область)
Сосняки
(Вологодская область) . . . |б, 0—6,4
Сосняки (Томская
область)
4,9-6,2
5,7—6,2
Среднее . .
Запас в
25-сантиметровом слое почвы в кг
на 1 га
4,4-5,0
50-90
67
82
75
58
2,9
2,3
2,6
2,3
1,5
11,9
13,3
12,3
8,5
13,1
3,09
4,43
4,30
2,5
1,70
Не опр.
0,36
0,26
Не опр.
0,34
4,4-6,4
70
2,3
6900
12,2
3,20
9600
0,32
960
0,27
0,20
0,18
0,20
0,18
0,21
630
0,17
0,15
0,15
Не опр.
0,13
0,15
450
Атмосферно-грунторый ряд. Травяно-сфагнсвый
и мезотрофкый сфагновый
тип j с j, t u J. л. it it»i. J возрастания
Ельники
(Архангельская, Вологодская,
Калининская области). |3,2—4,9( 26 Не опр.
Сосняки
(Архангельская и Вологодская
области) |3,8—5,9' 45 | 2,0
Среднее . .
Запас в
25-сантиметровом слое почвы
в кг па 1 га ....
10,7
9,1
1,57 Неопр. 0,09
2,48
0,18
0,31 I 0,35 0,13
3,2—5,9
35
2,0
5000
9,9
2,02
5150
0,31
775
0,22 . 0,15
550 375

Таблица 22 (окончание)
Группы типов леса
й их местонахождение
3
S3
ево?
ч я
81
X к
O.F-
аз н°
ж й *:
о О S
с 5 а
g к к
f- hi- н
общий
азот
В % на
зола
абсолю
эЕ
S
1°
гно сухую почв>
в том числе
* ^
Ы
Ou^
2^
&Ъ
522 ;г
**
**
А т м о с ф_е рный ряд. Сфагновый олиготрофный тип
условий местопроизрастания
Сосняки
(Вологодская область) . . .
Сосняки (Томская
Среднее . .
Запас в
25-сантиметровом слое почвы
в кг на 1 га ... .
2,9-3,2
3,0—3,5
2,9-3,5
7
17
12
1,05
1,20
1,12
1960
3,5
4,6
4,0
• —
0,53
0,27
0,40
700
0,11
0,05
0,08
140
0,15
0,07
0,11
192
0,11
0,13
0,12
210
используют даже те сравнительно небольшие запасы доступной
им пищи, которые находятся в этих почвах в растворенном
состоянии.
В результате осушения удаляется избыток воды,
пересыщающий корнеобитаемый горизонт почвы, и достигается
благоприятный для древесной растительности уровень ее стояния в течение
периода вегетации. Это коренным образом улучшает условия
доступа в почву атмосферного кислорода и способствует
интенсивному развитию окислительных процессов, ведущих к
освобождению почвы от вредных для растений закисных соединений и
усилению процесов гумификации и минерализации
органического вещества. В осушенной, аэрируемой почве резко
усиливается жизнедеятельность микрофлоры и беспозвоночных
животных; изменяются соотношения в их групповом составе в
сторону увеличения количества видов, участвующих в более
глубоком разложении растительного материала; возрастает
глубина проникновения этих организмов в почву и, следовательно,
увеличивается мощность поочвенного слоя, пригодного для
использования корнями деревьев. Под влиянием осушения
усиливается деятельность микоризы, играющей очень большую роль
в кооневом питании древесных растений.
По исследованиям Е. Н. Жданниковой (Жданникова и
Попова, 1961) на Северной лесной опытной станции Института леса
АН СССР в Вологодской области и по ее же наблюдениям на
Томском стационаре, осушение торфянисто-перегнойных и
торфяных почв в болотно-травяном типе условий местопроизрастания
154

обусловливает усиление деятельности микробных группировок,
характерных для более поздних стадий разложения
органического вещества, в частности спорообразующих бактерий и актино-
мицетов. В составе же спорообразующих бактерий резко
возрастает удельный вес Вас. idosus, а среди микрофлоры — грибов
рода Irichoderma. Интенсифицируется также и разложение
клетчатки.
Об усилении деятельности почвенных жизотных в осушенных
лесных почвах свидетельствуют данные Л. С. Козловской
A9596), полученные в староосушенных еловых лесах Темпов-
ского лесничества Московской области и в естественно
дренированной согре в Тимирязевском леспромхозе Томской области.
Они показывают, что осушение вызывает изменение состава
почвенной фауны и увеличение ее общей численности, а также
разнообразие биомассы. Большую роль в осушенных почвах играют
дождевые черви и другие олигохеты. Исследования,
проведенные в Томской области, показали, что если в неосушенной согре
благодаря деятельности дождевых червей активизируется в
течение вегетационного периода 28 кг органического азота на 1 кг,
то в осушенной согре это количество возрастает до 161 кг.
Благодаря аэрации почвенного слоя, усиливаются дыхательные и
всасывающие функции корней, что ведет к повышению
интенсивности обмена веществ между почвой и растениями. В связи
с увеличением мощности аэрированного горизонта корни
растений глубже проникают в почву, извлекая питательные вещества
из недоступных ранее горизонтов.
Так, на осушенных почвах исключается длительное весеннее
переувлажнение корнеобитаемого слоя, жизнедеятельность
надземных и подземных органов деревьев начинается раньше, в
связи с чем удлиняется и период их роста.
Перечисленные здесь положительные изменения в
лесорастительных условиях, естественно, приводят к увеличению
текущего прироста древостоев и повышению их продуктивности.
Исследования Г. Д. Эркина A934), В. И. Левина A940),
А. Д. Дубаха A945), М. П. Елпатьевского A949), Н. Н. Купчи-
нова A955), К. К. Буша A959) и других показали, что прирост
леса после осушения, в зависимости от типа лесорастительных
условий, возрастает до 5—8 мъ в год, а иногда и больше, причем
бонитет., повышается на два, три и четыре класса.
Помимо типа лесорастительных условий, величина прироста
сильно зависит и от возраста древостоя во время осушения. Чем
старше древостой, тем меньше он реагирует на осушение, и
наоборот.
- Рассмотрим сначала влияние типа условий
местопроизрастания (табл. 23)
Приведенные в табл. 23 показатели получены в результате
•обобщения данных, имеющихся в работах М. П. Елпатьевского
155

Таблица 23
Эффективность осушения в зависимости от типа условий
местопроизрастания
1
Тип условий !
Группы типов
местопроизрастании j леса
1
1
Болотно-травяной. евтро-
фный (низинное болото)
То же
» »
Долгомошный олиго-мезо-
трофный на торфянисто-
подзолистых и торфянис-
то-глееватых почвах
Травяно-сфагновые и мезо-
трофные сфагновые на
торфянисто-подзолисто-
глеевых и торфяных
почвах
Сфагновые олиготрофные
на торфянистых и
торфяных почвах (верховое
болото)
То же, при мощности не-
разлэжившегося
сфагнового торфа (очеса) более
50—60 см
Черноольшаники
Ельники, сосняки
Березняки
Ельники
Сосняки
Ельники,
Сосняки
Сосняки
Редины с болотными
формами сосны
Класс бонитета
до
осушения
III
IV—V
IV—V
IV
IV
V-Va
V—Va
V-Va
Ниже
Va
после
ос\шения
II
I—II
III (II)
III
III—II
II—III
II —III
III—IV
Ниже Va
или
V-Va

Добавочный при
рост с 1 га
В J ОД, Мь
1—1, (>
4—6,5
2—2,5
1—2
2—4
2-4
2—4
1-2
—
A957), Н. Н. Купчинова A955), Л. П. Смоляка A955), К. К.
Буша A959), Н. И. Пьявченко A959) и др.
Наибольший добавочный прирост получается в результате
осушения лесов болотно-травяных условий местопроизрастания.
Исключение составляют только черноольшаники, довольно слабо
реагирующие на осушение. Исследованиями Т. К- Капустинскай-
те A959) констатировано даже падение текущего прироста
ольхи на 25% за 10—15-летний период после осушения. Причина
этого кроется, видимо, в слабой пластичности поверхностной
корневой системы ольхи, которая не может приспособиться к новым
условиям влажности.
По данным Л. П. Смоляка A959), положительно
отзываются на осушение в основном сильно обводненные ольшаники
(осоково-тростниковые и сфагново-осоковые). Вместе с этим,
Л. П. Смоляк (там же) и Т. К. Капустинскайте A959) согласна
свидетельствуют, что осушение действует положительно на рост
молодняка ольхи, возникшего семенным путем незадолго до или
после мелиорации. Поэтому Т. К. Капустинскайте (там же)
рекомендует осушать сильно влажные типы ольховых лесов в по-
156

:..*/-■; J
%"■
'ft'
Ш-:
+Ы
■Щ -
Щ"
1'
,M
;t;.
' ;■',...
;^:-"i
■~vL\ -■, л..с'-!
. ■ *Ф :r.. ••;■ '
" *V* = ■
-i«
-уЛт Г
*. ? ; ■
" ; ■ 14
- • .;
■>:.;?'■■ ■■
?|> -
• : 'ri--■-. ■
.":i%&;
■ ■■■ <r-Jt
■ ЛГ&:
Щ W-
»Jrt-^^--;,: ...... v'-t
^ ..*. -v? av . . . .. ,«■■; '...•'■'■.•■•.■■' ' '
!;■?
=*jfs»
':^'rc.
Рис. 42. Сосновый лес на староосушенном переходном болоте
(Вологодская оил.)
следнем пятилетии перед главной рубкой, что создаст лучшие
условия для возобновления и последующего формирования дре-
востоев более высокой продуктивности. Л. П. Смоляк считает
целесообразным производить осушение черноольшаников сетью
редких и мелких канав, причем расстояния между ними
рекомендуются до 400 м и больше, а глубина —0,6—0,8 м.
Болотно-травяные ельники и сосняки отзываются на
осушение лучше всех других лесов, относящихся к данному типу
условий местопроизрастания. Нередко наблюдаются случаи, когда
после осушения древостой растут по 1а классу бонитета.
157

Рис. 43. Осушенное верховое болото, на котором рост сосны почти
не улучшился (Ленинградская обл.)
Ельники и сосняки травяно-сфагновые занимают второе
место по реакции на осушение в связи с меньшим плодородием
торфяных почв переходных болот. Но все же эффект от
мелиорации получается весьма значительный, выражающийся в
увеличении бонитета на 3—4 класса (рис. 42).
Сосняки сфагновые (кустарничково-сфагновые, пущицево-
гфагновые) наименее отзывчивы на осушение вследствие
большой кислотности и бедности верхового торфа зольными
веществами. В среднем осушение повышает бонитет на 1—2 класса,
но нередки случаи и более высокой эффективности". Последнее
связано главным образом с особенностями строения и химизма
торфяной залежи. Известно, что сосняки сфагновой группы, не
имеющие существенных внешних различий, растут как на
довольно глубоком сфагновом торфе малой степени разложения, так
и на болотах, где мощность такого торфа составляет всего лишь
25—30 см, а под ним находится более разложившийся
переходный или низинный торф. Так как на неосушенных болотах
корневая система сосны черпает питательные вещества из
поверхностного 10—15-сантиметрового слоя почвы, в обоих случаях
условия местопроизрастания оказываются равноценными и
древостой характеризуются одинаково низкой
производительностью. После осушения происходит значительная осадка и
158

уплотнение рыхлого верхнего слоя сфагнового торфа, и корни
проникают в более глубокие слои почвы, отличающиеся от
верхних по своей ценности. В первом случае эффект осушения
будет невелик, во-втором — произойдет резкое улучшение роста
древостоя, типичное для болот переходного или низинного типа.
Поэтому при проведении изысканий и проектировании
осушительных мелиорации нельзя руководствоваться только
характером растительного покрова, но всегда следует учитывать и
особенности почвенных условий.
На болотах верхового типа со'слоем неразложившегося олиго-
трофного сфагнового торфа (очеса) более 50—60 см и редким
ярусом угнетенной болотной сосны, относящейся к формам
Литвинова, Вилькомма и карликовой, осушение почти не дает
положительных результатов в силу неблагоприятных физических
свойств и крайней бедности торфа зольными элементами
(рис. 43). Улучшение лесорастительных условий на таких
болотах требует обработки почвы, внесения удобрений и
микроэлементов.
По исследованиям С. Э. Вомперского A959), наблюдается
следующая зависимость между возможной производительностью
сосновых древостоев после осушения и зольностью корнеобитае-
мого слоя торфяной почвы:
Зольность, %
6-8
5-6
4—5
3-4
2,5-3
1енее2,5
Класс
бонитета
I—1а
I
II—I
III—II.
IV—III
IV-V
Содержание золы свыше 8% уже не влияет на рост
древостоев. Указанная зависимость подтверждает сказанное нами
ранее о влиянии типа условий местопроизрастания (типа болота)
на лесорастительный эффект осушения, так как торфяные почвы
с зольностью 6—8% относятся к богатому низинному типу, с
зольностью 4—5%—к переходному и с зольностью 2—4%—к
бедному верховому. Однако следует иметь в виду, что торф
верховых и переходных болот также может иногда иметь
повышенную зольность в связи с ветровыми наносами песчаной пыли.
Такая зола не обогащает в заметной степени торф
питательными веществами. Поэтому судить о возможной производительности
подобных почв после мелиорации следует не только по
содержанию в них общей золы, но по всему комплексу признаков:
ботаническому составу и степени разложения торфа, его
кислотности и степени насыщенности основаниями.
1»

В одних и тех же лесорастительных условиях величина
прироста древостоев в сильной степени зависит от интенсивности
осушения, показателем которой служит расстояние от канавы
(табл. 24).
Та блица 24
Влияние интенсивности осушения на рост ели в Ленинградской
области (по Елпатьевскому, 1957)
Тип леса и его
характеристика
Ельник травяно-сфагновый,
осушзнный 22 года назад в
возрасте 103—15J лет.
Глубина кацав 1 м. Прирост до
осушения по высоте 0,08 м,
по диаметру 0,09 см.
Бонитет Va
Расстояние
от канавы,
м
25
40
60
80
100
120
Прирост
м
0,32
0,26
0,18
0,15
0,12
0,09
по высоте
%
100
81
56
47
37
28
Прирост по диаметру
см
0,40
0,29
0,27
0,25
0,16
0,11
%
100
72
67
62
40
27
Данные табл. 24 ясно показывают, как сильно влияет
удаленность от канавы на эффективность осушения ельников. Не
менее показательны и результаты, полученные для сосняков ме-
зотрофного и олиготрофного типов местопроизрастания
(табл. 25).
Таблица 25
Влияние интенсивности осушения на рост сосны в БССР
(по Купчинову, 1955)
Тип леса и его
характеристика
Сэсняк мшистый; возраст 60—
70 лет. Дэ осушения в 1885—
1837 гг.— сосняк Va бэнитета на
переходном болоте
Сэсняк чернично-сфагновый; возраст
27 лет. Дэ осушения в 1910—1912 гг.
верховое бэлэто с редкой сосной.
Молодняк возник после пожара
Расстояние
от канавы.
м
31-60
61—100
101—140
141-190
5-65
66-115
116-165
Ср дняя
высота.
м
17,5
16,5
*16,2
14,7
11,0
9,3
7,5
Средний
диаметр,
см
25,8
23,4
21,4
18,1
9,8
8,8
8,4
Класс
бонитета
II
11,5
III
IV
1,5
II
III
Остановимся еще на значении мощности торфа.
Исследования, проведенные в этом направлении (Танфильев, 1899; Оппо-
ков, 1911; Эркин, 1931; Писарьков, 1952; Купчинов, 1955 и др.),
свидетельствуют, что мощность торфа не оказывает влияния на
160

рост леса после осушения. Основное значение имеет тип болота
и качество торфа (табл. 26).
Таблица 26
Связь производительности осушенных сосняков с глубиной
и качеством торфа
Место и автор
исследования
БССР, Н. Н. Ку-
пчинов A955)
Ленинграская
область, С.Э.
Вомперский A959)
Л
о *^
Ботанический
2 ^- состав торфа
It
gg|
0,6
1,0
1,2
1,4
3,2
0,6
ls3
2,4
2,5
2,7
2,8
3,0
3,2
3,7
4,2
До 20 см
сфагновый, глубже
осоковый
До 40 см
сфагновый, глубже пу-
шицево-осоковый
До 70 см
сфагновый
До 20 см пуши-
цево-сфагновый,
глубже осоковый
Осоково-тростни-
ковый
Пушицево-сфаг-
новый
Древесно-осоко-
вый
Древесный
(ольховый)
Сфагновый
То же
Осоково-сфагно-
вый
Осоково-древес-
ный
Комплексный
верховой
Пушицево-сфаг-
нозый
Осоково-гип новый
Сфагново-осоко-
вый
_.
s
i*
с 2
5§.^
25-30
25
10—15
45—50
Хорошая
—
—
—
—
—
-
I.L0OI
с;
О
СО
1 5,0
6,4
3,0
9,7
6,2
3,8
4,1
8,2
3,9
5,1
6,5
11,2
2,6
2,2
10,0
9,7
Класс
бонитета |
>»«
о§
о «
V
Va
Va
Va
Va
—
—
—
—
—
—
—
—
—
—
i
после j % с.
осушения 1ч 3
II—III
III—IV, 5
V а
III
II—III
II
11,3
I a
II—III
IV
I
I
III—LV
н
V
V
IV
V
II
11
II
II
II
II
II
II
!
IV
I
11,3
III
III
III
Из приведенных в табл. 26 данных видно, что на. осушенных
низинных болотах мощность торфяной залежи в 2—3 м не
служит препятствием для возникновения высокопроизводительных
лревостоев, тогда как на верховых болотах с гораздо „меньшей
мощностью малоразложившегося сфагнового, торфа одущ$ни£
t j НИ. Пьявченко
161

не дает положительных результатов. Однако такой вывод
правилен лишь для тех случаев, когда осушению подвергаются
болотные леса, где корневые системы деревьев до и после
осушения полностью размещаются в торфяном слое. В
заболоченных лесах с маломощным торфянистым слоем почвы корневые
системы деревьев после осушения и осадки торфа получат
возможность извлекать питательные вещества и из подстилающего
торф минерального грунта. В мезотрофных и особенно олиго-
трофных типах условий местопроизрастания, где торфянистый
слой беден питательными веществами и микроэлементами,
проникновение корней в минеральный грунт может способствовать
улуч|шению роста древостоев после осушения. Величина лесо-
растительного эффекта будет зависеть в данном случае от
физических и химических свойств минерального грунта.
Многочисленными наблюдениями установлено, что величина
дополнительного прироста древесины сильно зависит от
возраста древостоев, в котором производится осушение. Чем
старшие древостой, тем слабее он реагирует на осушение, так как,
во-первых, энергия роста у деревьев высоких классов возраста
затухает и, во-вторых, пластичность корневых систем,
необходимая для приспособления к изменившимся почвенным условиям,
становится меньше. Правда, у ели довольно сильная реакция
на осушение сохраняется даже в 100—150-летнем возрасте,
тогда как у сосны она затухает раньше. Однако все же молодые
древостой гораздо более отзывчивы на осушение. По данным
М. П. Елпатьевского A957), высокие результаты дает
мелиорация молодняков, жердняков и средневозрастных насаждений;
умеренные результаты получаются при мелиорации спелых
и слабые — перестойных насаждений. Установлено, что
наибольшей продуктивностью отличаются древостой, находившиеся
в период осушения в стадии, молодняков или появившиеся после
осушения, так как они с самого начала своего существования
попадают в лучшие условия водоснабжения и питания,
создаваемые мелиорацией. Поэтому при наличии на осушаемых
площадях спелых или перестойных древостоев рекомендуется
сводить их перед осушением или в ближайшие годы после его
проведения, чтобы появившиеся на вырубке подрост и всходы
могли бы беспрепятственно развиваться в новых условиях.
Зависимость дополнительного прироста древесины от класса
возраста древостоев при осушении и типов леса хорошо
показана К- К. Бушем A959) для условий Латвийской ССР. Приводим
некоторые данные из таблиц Буша, имеющие значение и для
других территорий Союза (табл. 27).
Как видно из табл. 27, максимальный дополнительный
прирост получается в основном уже на второе десятилетие после
осушения, что согласуется с данными ряда других
исследователей. Влияние же мелиорации начинает сказываться уже в пер-
162

Т а б л и ц г 27
Ожидаемый дополнительный годичный прирост древесины
в м3 с 1 га в зависимости от класса возраста леса
при осушении
Тип леса
а £ к i
Щ ^ z:
5*1 I
Класс возраста древостоя
при осушении
11
IV
V
VI
VII
VIII
Сосна по болоту, полнота 0,6
1
2
3
0,5
1,6
1,9
1,0
2,0
2,1
1,3
2,1
2.0
1,2
1,8
1,5
0,8
1,3
1,1.
0,6
1,8
0,7
0,41
0,5
0,3
Сосняк сфагновый, полнота 0,6
0,9|1,7,1,0,1,7|1,4|0,90,6
2,53,6^3,8,3,32,4!1,71,1;
3.43,73 7 2,9 2, НЛО,7
Сосняк осоково-тростниковый, полнота
0,7
1 |2,53,112,82,52,2,1,71,3
2 !4,75,0Г),34,83,03,112,2|
3 |4,85,25,0;4,33,42,611,9
I II i
Ельник папоротниково-осоковый,
полнота 0,7
1 0,82,73,43,53,33,02,6
2 .3,16,06.5:6,56,35,54,7
3 5,16,5 6,б|б,5|5,9E,1|4,4;
Березняк осоково-тростниковый,
полнота 0,7
1
0,40,7|1.21, E-1,5A,3,1,10,8
1,3*2,2 2 Л
i2,22,82,8
2,8|2/i|2,l!l,7,1,3
Еловый второй ярус
тростниковом
То же, в березняке
вом
в сосняке осоково-
осоково-тростн ико-
1
2
3
1
2
3
0,10,2
0.2
0,2
0,3 0.4
0,4
0,30,50,70,81,01,21,2
0,50,91,01,4
0,1
0,4
0,6
0,1
0,5
0,7
0,2
0,6
0,8
0,2
0,7
1,0
1,71,72,1
0,2
0,7
1,1
0,2
0,7
1,2
0,3
0,8
1,4
—
—
—
0,3
0,9
1,5
вый год после осушения. В подтверждение изложенного
приводим результаты наблюдений за ростом молодняка ели и сосны
на вырубке в болотно-травяном типе условий
местопроизрастания, осушенной весной 1957 г. (табл. 28).
Следует иметь в виду, что положительное влияние осушения
сказывается не только на улучшении роста древостоев, но
также и на улучшении плодоношения древесных пород. По данным
П. й. Коллиста A955), в Сымерпалуском опытном лесничестве,
начиная с третьего года после осушения, наблюдался
четыре года подряд обильный урожай семян. На осушенном
11* 163

Таблица 28
Прирост по высоте молодняка ели и сосны на осушенной вырубке
(Харовский лесхоз Вологдской области)
Средни;! прирост слп
1од : f".1:!-."!^Т?!!!!" iIIa «сушешюй !в % к нсо-
"~"*"~" площади, см
| ной площади,
см
cvuieiiHoa
1958
1959
15,8
18,0
17,5
21,2
111
114
Срсдли.1 прирост сосны
На неосушен- iHa осушен-;^ о/ к нео-
ной площади, ной площа- сушенной
см | ди, см I
17,5
14,0
21,6
28,1
123
199
переходном болоте урожай шишек с одной сосны был в 1941 г.
в три раза больше, чем с такой же сосны на неосушенной
площади.
В результате значительного улучшения условий среды,
вызываемого осушением, открытые болота всех типов и болотные
редины постепенно подвергаются облесению.
На осушенных верховых болотах распространяется сосна
с участием березы, на переходных, кроме сосны и березы,
появляется ель. Она же образует и второй ярус в осушенных
сосняках. На болотах низинного типа создаются условия для
хорошего возобновления многих древесных пород: ели, сосны,
березы, осины, а в южных и западных районах Европейской части
СССР—также черной ольхи, дуба и ясеня (Смоляк,
1955).
Если на неосушенных болотах большая часть самосева
погибает от неблагоприятных условий развития в первые же годы
жизни, то после осушения количество опада резко сокращается,
и сохраняющийся подрост исчисляется тысячами и десятками
тысяч экземпляров.
Под воздействием осушения происходит постепенное изме-.
пение в лесу я напочвенного растительного покрова: сфагновые
мхи сначала замедляют рост, и распространение мохового
покрова в стороны приостанавливается. Нижние части сфагновых
дерновии подвергаются энергичному разложению грибами.
Под влиянием воздействия, возросшей массы древесного опада,
особенно листьев, березы, сфагновые мхи начинают отмирать и
замещаться зелеными лесными мхами и травянистыми лесными
растениями. Исследования В. Хайнла A959) показывают^ что
после осушения переходных болот сильно уменьшается
встречаемость сфагновых мхов, клюквы, пушицы и молинии (Molinia
cperulea)% сабельника и водяники {Empetrum nigrum), а такие
растения, как вахта и росянка круглолистная, совершенно
исчезают. Одновременно увеличивается обилие брусники,
костяники, рамишии (Raraischia secunda) и мезофильных лесных мхов
464

(Pleurozium Sclircbcri, Hylocoinium prolifcrum, Ptilium crista-
castrensis).
Из новых видов растений появляются представители лесной
флоры: земляника (Fragariu vesca), папоротники (Athyrium fi-
lix femina, Dryopteris spinulosa), бор [Milium effusum), щучка
(Deschampsia caespitosa) и др.
Указанные изменения в напочвенном покрове, в свою
очередь, положительно влияют и на процесс почвообразования.
Таким образом, под воздействием осушения, устраняющего
избыточное увлажнение и улучшающего аэрацию почвы,
происходит изменение характера связей и взаимовлияний между
компонентами лесоболотного биогеоценоза, что ведет к смене
прежних типов леса новыми, характеризующимися другим комплексом
признаков. Такие типы леса -уже нельзя называть
заболоченными или болотными, так как они утратили большинство
определяющих болото признаков —■ избыточную влажность
почвы, преобладание в напочвенном покрове болотной
растительности и болотный тип почвообразовательного процесса,
обусловливающий накопление торфа. Это — леса иного типа, успешное
развитие которых полностью связано с продолжительностью
влияния осушительной мелиорации.
Нарушение действия осушительной сети вследствие
естественного или искусственного засорения, зарастания мхом или
вследствие других причин почти всегда ведет к новому развитию
болотообразовательного процесса, падению продуктивности дре-
востоев, а затем и смене леса болотом. Поэтому регулярный
уход за осушительной сетью, обеспечивающий получение на
осушенной территории большой массы древесины высокого
качества, является столь же обязательным и неотложным
мероприятием, как и борьба с лесными вредителями и пожарами.

ПРИМЕРНАЯ ПРОГРАММА ИССЛЕДОВАНИЙ
ПО ЛЕСНОМУ БОЛОТОВЕДЕНИЮ
Первая программа но исследованию болот была составлена
Г. И. 1анфильевым в 90-х годах прошлого столетия (Белозоров,
1951). Эта программа свыше 10 лет служила основным
руководством для исследовании болот. В начале двадцатого
столетия, в связи с возросшим интересом научной общественности,
а отчасти и практики к изучению болот северо-западных и
центральных губерний России, потребовалась новая программа,
отвечающая возросшему уровню науки. Такая программа была
составлена В. Н. Сукачевым A909).
Широкие геоботанические исследования в различных частях
нашей страны, проводившиеся после Октябрьской
социалистической революции, вызвали необходимость разработки
стандартной методики изучения лесов, лугов, болот и других
природных объектов. Издание «Программ для геоботанических
исследований» было осуществлено Ботаническим институтом
АН СССР в 1932 г. В том же году Наркомземом РСФСР было
выпущено «Техническое руководство по исследованию торфя
ных болот», а в 1933 г. Всесоюзным институтом торфа изданы
сборники инструкций по исследованию торфа и торфяных
залежей.
Дальнейший бурный рост использования болот и торфяных
залежей в промышленности и сельском хозяйстве и
обусловленное этим расширение объема исследовательских работ явились
причиной издания Центральной торфяной опытной станцией
в 1939 г. двухтомного коллективного труда «Методы
исследования торфяных болот», который не утратил своего значения
и до настоящего времени.
Техника разведки торфяных месторождений довольно по-
дробно охарактеризована в трудах С. Н. Тюремнова A949),
А. В. Пичугина, Б. К. Дунаева, А. Н. Исаева и др. A956).
Солидное руководство по методике и технике торфоразведочных
работ, составленное коллективом специалистов в данной
области, издано Главным управлением торфяного фонда в 1953 г
Специальные программы для исследований по лесному
болотоведению до сих пор не издавались, так как научная рабо-
166

та в этой области получита развитие лишь в последнее
десятилетие. Однако некоторые вопросы, относящиеся к компетенции
лесного болотоведения, нашли отражение в работах А. Д. Ду-
баха A945), А. Д. Дубаха и М. П. Елпатьевского A949),
М. П. Елпатьевского A957), К. К. Буша, Я. Я. Клявиньша и др.
(i960), в «Технических указаниях по осушению лесных
площадей» A955) и некоторых других.
Специфика исследований по лесному болотоведению
заключается в их комплексности, требующей от исследователя
разносторонности знаний и умения сочетать в своей работе методы
геоботаники, торфоразведки, почвоведения, лесной типологии,
лесной таксации и др. Конечно, такие исследования могут
выполняться и несколькими специалистами различного профиля.
Составление подробной программы и методики исследований
в области лесного болотоведения предполагается осуществить
в ближайшие годы. Здесь же мы ограничимся изложением
предварительной программы и отчасти методики
экспедиционных и стационарных комплексных исследований, которые нашли
применение в работах Лаборатории лесного болотоведения
Института леса.
ЭКСПЕДИЦИОННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ
1. Экспедиционное изучение болот и заболоченных лесов
производится в тех районах страны, для которых нет
достаточных данных о степени заболоченности лесных земель, о природе
болот и характере современного развития болотообразователь-
ных процессов, о физических и химических свойствах торфяных
почв и об их лесорастительной ценности.
2. Первоочередные исследования проводятся в районах, уже
осваиваемых или намечаемых к освоению в ближайшее время
лесной промышленностью; в зонах затопления или подтопления
при гидростроительстве; в других пунктах, где проведение
исследований вызывается потребностями развития народного
хозяйства.
3. Выезду на полевые работы должно предшествовать
изучение литературных источников, а также исследовательских
и картографических материалов, в том числе аэрофотосъемок,
имеющихся в распоряжении лесного ведомства и управления
торфяного фонда. Из этих материалов делаются необходимые
выписки и выкопировки. Намеченный ориентировочный
маршрут экспедиции наносится на планшеты топографической карты
в'масштабе 1 : 100 000.
4. Перед началом полевых работ весьма целесообразно
произвести облет намеченного района исследований на самолете
или вертолете для ознакомления со степенью заболоченности
местности» характером гидрографической сети, распределением
167

растительности и уточнения намеченных объектов
исследования — ключей.
5. Число объектов исследования (ключей) устанавливается
с таким расчетом, чтобы поставленная задача была решена
с достаточной точностью, не вызывающей необходимости в
повторных исследованиях, за исключением случаев потребности
в дополнительном детальном изучении того или иного вопроса.
6. Полевые работы на каждом объекте начинаются с
выяснения условий залегания болота в рельефе; характера
окружающих лесов и влияния на них исследуемого болота; источников,
водного питания болота или заболоченного леса;
ориентировочного выделения на территории их типичных (достаточно
крупных) участков по растительному покрову (олиготрофные, мезо-
трофные, евтрофные, лесные, безлесные, ельники, сосняки
и т. п.); по степени обводненности и признакам микрорельефа
(грядово-мочажинные комплексы, кочкарные относительно
сухие участки, мочажинные пространства и т. д.).
Если для исследуемого объекта имеются достаточно
подробные материалы торфоразведки или лесоустройства,
необходимость в перечисленных здесь работах частично или полностью
отпадает.
7. На основании предварительного ознакомления в натуре
или по имеющимся картографическим данным при помощи
гониометра, буссоли или компаса намечаются ходовые линии
(визиры) перпендикулярно длинной оси болота. Число этих
линий зависит от площади объекта. Во всяком случае, они
должны пройти через все выделенные типичные участки.
На однородных по растительному покрову и степени влажности
болотах ходовые линии можно прокладывать через 0,5—1 км
и даже больше, приурочивая их к просекам. Общее количество
этих линий должно быть не меньше трех.
Ходовые линии проводятся через весь заболоченный объект,
с выходом на суходолы. Если болото непроходимо, можно
ограничиться проложением ходов меньшей протяженности,
насколько позволят условия.
8. При предварительном ознакомлении с болотом и при
прокладке ходовых линий следует уделить серьезное внимание
исследованию пограничной полосы между болотом и суходолом.
Это исследование должно выяснить интенсивность развития
болотного процесса (наступает ли болото на суходол и с какой
скоростью). Признаками этого служат состав и степень
угнетенности древесного яруса, состав и жизненность травяно-кустар-
ничкового и мохового покрова, величина прироста мхов, уровень
почвённо-грунтовых вод, степень оглеения грунта, мощность
торфянистого слоя, его состав и степень разложения.
9. При проходе по визирам фиксируется смена типов леса' й
ассоциаций травяно-моховой растительности, изменение харак-
168

тера микрорельефа, степени обводненности, мощности торфяного
слоя. Проходы желательно сопровождать нивелировкой, хотя
бы по некоторым визирам, так как это позволит сделать надеж
ные выводы при анализе взаимовлияния растительного покрова
•и условий среды.
При наличии ручьев и речек необходимо обследовать их бс
рега, состояние и глубину русла, замерить скорость течение
(поплавками) и определить-расход воды.
В типах леса и группах ассоциаций травяно-моховой расти
тельности, имеющих достаточное пространственное выражение-,
.следует производить:
а) подробное описание растительного покрова и
микрорельефа со сбором в гербарий тех растений, которые на месте не мог
ли быть определены;
б) инструментальную или, в крайнем случае, глазомерную
таксацию древостоя с описанием его общего
габитуса-и--.взятием моделей для анализа хода роста (это особенно .следует
делать в заболоченных лесах и на границах растущих .болот
с лесами);
в) изучение особенностей распространения корневых система
глубины их залегания, протяженности, наличия придаточных
корней, развития микоризы и пр.;
г) определение количества, состава и возрастной структуры
подроста;
д) измерение мощности торфяной залежи с описанием осо
бенностей ее строения и с полевым определением ботанического
состава и степени разложения торфа по горизонтам (см.
приложения 2 и 3); : '
е) замеры уровня ■ почвенно-грунтовых вод на различных
элементах микрорельефа.
■1CL_Образцы торфа для лабораторного анализа следует
отбивать не в каждом пункте исследования, а только в пределах
хорошо выраженных типичных по каким-либо признакам участков
(типам леса, группам или комплексам ассоциаций и др.).
В заболоченных лесах с маломощным торфянистым
горизонтом образцы берутся лопатой до глубины 70 см. Первый
образец следует брать из оторфованного. горизонта от поверхности
до глубины 20 см. Если мощность его больше, берется два об
разца. Из минерального грунта под торфяным отбор образцов
ведется по генетическим почвенным горизонтам, если они
выражены. В противном случае отбирается 1—2 образца.
На торфяниках ив болотных лесах с более глубокой залежью
торфа образцы из верхнего дернистого слоя следует брать
острой лопатой или ножом, а глубже — торфяным буром. При
глубине торфяной залежи до 2 м рекомендуется брать образцы
сплошной колонкой через 25 см. При большей глубине-
через 50 см. ч
16D

Каждый образец торфа или минерального грунта,
отбираемый из верхнего (почвенного) слоя до глубины 50 см, должен
иметь вес 400—500 г во влажном состоянии. Размер образцов
из более глубоких горизонтов может быть уменьшен до 200 г.
11. Образцы для спорово-пыльцевого анализа следует брать
в наиболее глубоком месте торфяника. Отбор их производится
буром через 20—25 см, причем обязательно берутся образцы из
поверхностного слоя до глубины 10—12 см, из переходного
горизонта от торфа или сапропеля к подстилающему минеральному
грунту и из минерального дна болота. Образец для спорово-
пыльцевого анализа должен весить около 50 г в сыром
состоянии.
12. Способ отбора образцов должен исключать возможность
засорения их посторонними примесями (торфом из других
горизонтов, включениями минерального грунта или растительного
покрова). Образцы, взятые для общего лабораторного анализа,
упаковываются в пергамент, целлофан или хлорвиниловые
мешочки, а для спорово-пыльцевого анализа — в алюминиевые
стаканчики. Все образцы снабжаются этикетками, в которых
указывается название объекта исследования, пункт отбора,
номер образца, глубина взятия.
Каждый образец данного года исследований имеет очередной
номер в нарастающем порядке. Такая система позволяет лишь
по одному номеру образца установить место и глубину его
взятия.
Во избежание порчи упаковки и этикеток при длительном
хранении в сыром состоянии образцов, взятых для общего
анализа, вполне допускается их просушка на воздухе.
13. Данные исследования по каждому пункту вписываются
в специальный бланк или сброшюрованный из них журнал (см.
приложение 1). Описание болота или леса между пунктами
подробного исследования ведется или на чистых страницах
бланкового журнала, что более удобно, или же в специальном
поленом журнале.
14. В процессе полевых исследований изготовляются вчерне
следующие материалы:
а) схематическая карта болот и заболоченных лесов всего
исследуемого района в масштабе 1:500 000, которая
составляется по данным аэрофотосъемки, топографических планшетов,
плановых материалов лесоустройства и личных исследований;
б) плановые материалы по каждому заболоченному
объекту— ключу с изображением контуров заболоченной территории,
нанесением холодных линий с указанием мощности слоя торфа
и границ соответствующих типов леса, формаций или групп
ассоциаций травяно-мохового покрова, грядово-мочажинных, озер-
пых и других комплексов, ручьев и речек, текущих по объекту
и могущих служить водоприемниками при осушении;
лт

в) предварительное заключение исследователя о характере
заболоченности района и направлении болотообразовательного
процесса, состоянии лесов данного района и их типах,
потребности в осушительной мелиорации, условиях осушения и
предполагаемой эффективности мелиорации.
Сделанное предварительное заключение уточняется после
камеральной обработки исследовательских материалов и
лабораторного анализа взятых образцов торфа и почвы.
15. Все образцы торфа желательно подвергнуть анализу на
ботанический состав, степень разложения и содержание золы.
Определение кислотности (рН солевой вытяжки),
гидролитической кислотности, обменных Са и Mg (или суммы обменных
оснований по Каппену, если торф не сильно кислый), общего
азота и содержания в золе CaO, MgO, P205, К20, А1203 и F203
можно ограничить только образцами торфа и почвы до глубины
50—75 см, так как в случае осушения этот слой может быть
использован корнями древесных растений.
СТАЦИОНАРНЫЕ КОМПЛЕКСНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ
Цель стационарных комплексных исследований — изучение
взаимовлияния лесной растительности и среды в условиях
заболачивания и после осушения. На неосушенных объектах эти
исследования дают возможность изучить закономерности,
управляющие процессами болотообразования, и разработать, исходя
из них, научные обоснования для правильного выбора объектов
мелиорации, определения необходимой интенсивностии
ожидаемой эффективности осушения. На осушенных объектах путем
комплексных стационарных исследований могут быть выяснены
количественные и качественные изменения в почве, происшедшие
иод ^влиянием осушения, и связанные с ними перемены во
взаимодействии растительности и среды, обусловливающие
улучшение роста леса, т. е. эффективность осушения.
1. Объектами стационарных комплексных исследований могут
служить заболоченные и осушенные лесные площади, а также
осушенные открытые болота. Наиболее целесообразно вести
стационарные исследования: а) в заболоченных и болотных лесах,
предназначенных к осушению, так как это даст возможность
проследить в пределах одной и той же площади все изменения,
вызванные осушением; б) в осушенных лесах, лучше в
естественных йолодняках или в культурах, и параллельно на
неосушенных или очень слабо осушенных площадях, смежных с
осушенными и относящихся к тому же типу. Последние будут служить
контрольными по отношению к осушенным.
2. На выбранных объектах закладываются постоянные
пробные площади размером от 0,2 до 0,5 га в зависимости от
однородности участка и густоты древостоя. По углам они
закрепляли

ются прочными столбами, на которых несмываемой краской
помечается номер пробной площади, ее размер и год закладки.
Пробная площадь инструментально привязывается к
квартальной сети лесничества.
При закладке пробной площади производится:
а) описание растительного покрова: древесного яруса (с
таксацией древостоя, анализом хода роста модельных деревьев
и характеристикой возобновления), подлеска, травяно-кустар-
ничкового и мохового ярусов (с картированием их
распределения на двух-трех типичных площадках размером 10—25 м2):
б) описание микрорельефа, заключающееся в общей его
характеристике (ровный, крупно- или мелкокочковатый,
бугристый и т. п.): определении формы, высоты и поперечных
размеров кочек, бугорков, подушек и оценке на глаз или путем
линейной таксации площади, занятой возвышенными и
пониженными элементами микрорельефа;
в) исследование почвы и торфяной залежи с определением ее
мощности, морфологическим описанием разреза и отбором
образцов для анализа на ботанический состав, степень разложения рН,
степень насыщенности основаниями и общее содержание азота
и зольных элементов;
г) устройство смотровых колодцев для наблюдения за
динамикой почвенно-грунтовых вод.
3. При описании растительности и исследовании
древесного яруса следует пользоваться методикой, принятой в лесной
типологии (Сукачев, Зонн, 1961) и в лесной таксации (Третья
ков и др., 1952). Исследование почвы и торфяной залежи
производится при помощи лопаты, если слой торфа не превышает
70—100 см, или торфяного бура — при большей глубине.
Почвенные ямы или буровые скважины закладываются по углам и
в центре пробной площади. При достаточной однородности
торфяника образцы для анализа отбираются в центре площади
через 25 см, начиная с поверхности, а в случае почвы
минерального состава — по генетическим горизонтам.
Размер образцов, способ их нумерации, упаковки и виды
анализов те же, что и при экспедиционных исследованиях.
Смотровые колодцы устраиваются при помощи тарелочного
почвенного бура или лопаты, глубиной в 1 м. Для
предохранения от обвалов в них следует вставлять деревянные трубы
четырехгранного сечения, сделанные из теса, с просверленными
в нижней половине отверстиями. Верхний отрез трубы должен
находиться на 30—40 см выше поверхности почвы.
На каждой пробной площади устраивается два смотровых
колодца, которые размещаются у противоположных ее краев.
Уровни воды в колодцах, поверхность почвы и верхний отрез
труб, от которых берутся отсчеты уровней, следует связать ни:
велировкой. Целесообразно также взять нивелировочные отмет-
172

ки поверхности по углам и в центре пробной площади и сделать
привязку их к постоянному или временному реперу на суходоле.
На постоянную пробную площадь заводится книга, в которую
вписываются все данные, относящиеся к закладке площади, а в
дальнейшем в соответствующих разделах ее фиксируются
результаты всех проводимых исследований.
4. На заложенных постоянных пробных площадях
рекомендуется следующий комплекс исследовательских работ:
а) изучение динамики водного режима и температуры почвы;
б) определение текущего .прироста древесной растительности;
в) изучение физиологических процессов у надземных и
подъемных органов основных древесных пород;
г) изучение группового состава и динамики почвенной
фауны и микрофлоры;
д) исследование сезонной динамики подвижных форм азота,
фосфора и калия в корнеобитаемом горизонте почвы, в хвое и
листьях древесных пород;
е) изучение круговорота азота и зольных элементов в
основных типах заболоченных и болотных лесов до и после осушения.
5. Наблюдения за колебаниями уровня почвенно-грунтовых
вод можно вести ежедневно, через три, пять и даже десять дней.
С удлинением интервала наблюдений результаты будут менее
достоверными, так как колебания уровня сильно зависят от
выпадающих осадков. Количество последних необходимо
учитывать или при помощи осадкомера, устанавливаемого на
открытом месте близ пробной площади, или использовать данные
ближайшей метеорологической станции.
Наблюдения за уровнем почвенно-грунтовых вод желательно
вести и зимой. За" каждый год наблюдений следует вычерчивать
график колебания уровня, отражая на нем и количество
осадков за те или иные периоды наблюдений.
6. В дополнение к наблюдениям за динамикой уровня почвен-
по-грунтовон воды целесообразно определять естественную
влажность мохового покрова и торфа по слоям 0—10, 10—20 и 20
30 см. Эти определения достаточно делать два раза в месяц.
Образцы на влажность можно брать в пяти пунктах по линии,
пересекающей пробную площадь в диагональном или
поперечном направлении. Из пяти образцов для каждого слоя
составляется средняя проба.
Если анализ на влажность производится в полевой
лаборатории в ближайшие 1—2 дня, можно брать образцы почвы и торфа в
алюминиевые стаканчики с плотно закрывающимися крышками.
В противном случае рекомендуется из каждой средней пробы
отвешивать 100 г торфа на аптекарских весах и упаковывать в
предварительно взвешенную пергаментную бумагу, сопровождая
каждый образец соответствующей этикеткой. В лаборатории
образцы снова взвешиваются, и одновременно определяется их
m

влажность. Затем путем несложных пересчетов вычисляется
начальное содержание воды.
7. Температурный режим почвы изучается при помощи
термометров Савинова пли электротермометров, установленных на
глубину 10, 20 и 40 ели в те же сроки, что и наблюдения за
водным уровнем. Одновременно срочным или специальным
электротермометром измеряется температура поверхности почвы. Также
фиксируется и температура воздуха на высоте 50 и 200 см.
Если есть возможность, целесообразно оборудовать для
группы пробных площадей метеорологическую станцию второго
разряда, снабдив ее недельными самописцами для записи
температуры воздуха и атмосферного давления, психрометром и осад-
комером.
8. Изменение текущего прироста под влиянием осушения у
молодняков или заложенных культур можно учитывать по
отдельным отрезкам сезона или в конце его, путем
непосредственных измерений, а у староосушенных древостоев или осушенных
в высоких классах возраста — за более длительный период
времени, например за пятилетие, по модельным деревьям. Методика
учета эффективности лесоосушения разработана М. П. Елпать-
евским A961).
Для измерения сезонного прироста деревьев по диаметру
целесообразно пользоваться кольцами из тонкой жести или
латуни с нанесенными с одного края миллиметровыми делениями.
Эти кольца закрепляются на очищенных от отмершего корового
слоя стволах при помощи стягивающей их края спиральной
пружины или резинки. При изучении формирования древесины
следует делать периодические высечки с северной и южной сторон
ствола для последующего исследования под микроскопом.
9. Изменения в составе, количестве и жизненности всходов и
подроста регистрируются путем 1—2-кратных за сезон пересчетов
на одних и тех же площадках в пределах пробной площади. Такие
площадки следует закладывать как под пологом древостоя, так
и на прогалинах. Для этой цели могут служить и площадки для
наблюдений за изменениями в травяно-моховом покрове, но
число их должно быть не меньше пяти.
10. Глубина проникновения в почву и характер
распространения корней деревьев, трав и кустарничков определяются
путем раскопки пней и выкапывания отдельных видов трав и
кустарничков или же путем послойного (через 10—20 см) отбора
монолитов сечением 10x10 или 20X25 см до максимальной
глубины проникновения корней. Взятые монолиты подвергаются
разборке и сортировке. Отобранные корни древесных растений
по породам, а также корни трав и кустарничков промываются,
высушиваются до воздушно сухого состояния и взвешиваются.
Таким образом определяется насыщенность корнями каждого
174

почвенного слоя. Ее можно выражать в процентах по отношении-
к общему весу корней в данной колонке почвы.
Исследования этого рода целесообразно производить в
первый год после осушения, а затем через 3—5-летние промежутки.
На староосушенных площадях можно органичиться
однократным исследованием.
11. Изучение изменений, происходящих в физиологических
процессах у древесных растений под влиянием осушения,
касаются главным образом интенсивности транспирации,
продуктивности фотосинтеза, минерального питания и общего обмена
веществ.
Методика этих исследований освещена в работах Л. А.
Иванова A956), Л. А. Иванова и Н. Л. Коссович A946), Ф. Д. Сказ
кина, Е. И. Ловчинской и др. A958). Физиологические
исследования следует приурочивать к очередным срокам исследований
водного режима, биологической активности и химизма почвы.
12 Биологическая активность почвы, важным показателем
которой служат численность и групповой состав почвенных бес
позвоночных животных и микробов, является весьма
существенным разделом стационарных исследований. Под влиянием
названных организмов в осушенных торфяных почвах усиливаются
процессы разложения органического вещества и образования
гумуса, осуществляется перевод азота и зольных элементов и:;
недоступных для растений органических соединений в подвиж
ные формы, доступные для использования растениями.
Так как жизнедеятельность почвенных животных, грибов и
бактерий находится в тесной зависимости от влажности,
температуры, реакции среды и других факторов, нельзя
ограничиваться однократным ее исследованием в течение сезона. Такие
исследования следует проводить обязательно весной, в середине
лета и осенью, а если возможно и чаще.
При изучении почвенной фауны следует пользоваться
методическими указаниями, имеющимися в работах М. С. Гилярова
A941), Т. Г. Григорьевой A950) и других авторов. Методика
микробиологических исследований торфяных почв изложена в
работе А. В. Рыбалкиной и Е. В. Кононенко A961).
13. Сезонная динамика подвижных форм азота, фосфора v.
калия изучается в корнеобитаемом слое почвы по горизонтам
0—10, 10—20 и 20—30 см в течение всего периода вегетации
растений с 15-дневными промежутками. Образцы почвы берутся
в те же сроки и таким же способом, что и для определения
естественной влажности. Средняя проба, взятая для определения
подвижных веществ, должна весить не менее 400—500 г. Парал
лельно с трех-пяти модельных деревьев каждой породы
отбираются средние пробы хвои и листьев для анализов на
содержание тех же подвижных веществ. Подвижные формы азота и фос
фора определяются сразу же в сырой почве. Калий можно опре-
175

делять в дальнейшем в стационарной лаборатории при помощи
пламенного фотометра. Одновременно с азотом и фосфором
целесообразно определять и величину рН солевой вытяжки
посредством потенциометра или прибора Алямовского.
14. Для изучения биологического круговорота азота и золь-
пых элементов в заболоченных и болотных лесах нужно учесть
надземную и подземную массу древостоя, подлеска и кустар-
ничкового яруса, ежегодное количество опада с этих ярусов,
урожай травяного покрова и его подземную массу, годичный
прирост древостоя, подлеска и кустарничков, годичный прирост
мохового покрова. Затем путем валового химического анализа
определить количество азота и зольных элементов, удерживаемых
в развитых органах растений, в годичном приросте и
возвращаемых в почву с опадом. Сумма удерживаемых и возвращаемых
веществ дает представление о количестве азота и зольных
элементов, извлекаемых растениями из почвы.
Методика этих исследований разработана Н. П. Ремезовым и
его сотрудниками A959). Однако она не учитывает оттока
веществ из растений в почву в виде корневых выделений и
вследствие этого не является еще совершенной.
15. Изменение общего облика, синузиальной структуры и
видового состава нижних ярусов растительного покрова
фиксируется-путем повторных описаний и съемок на специальных
площадках, где произведено картирование растительного покрова.
Исследования этого рода производятся по мере возникновения
в них надобности, но не чаще одного раза в год. В процессе
исследования отмечаются изменения в степени покрытия,
обилии видов, высоте и степени выраженности отдельных ярусов;
изменения в жизненности растений, появление новых и
исчезновение прежних видов растений, состояние и динамика мохового
покрова и пр.
16. В зависимости от намеченных целей исследования и
возможностей его осуществления, допустимо сокращение или
расширение объема настоящей программы. Например, можно
дополнить исследования учетом атмосферной пыли, выпадающей на
поверхность болот, изучением почвенных растворов, газового:
режима почвы, передвижения воды и минеральных веществ в
растениях (с применением радиоактивных изотопов) и др.
17. Обработка материалов стационарных исследований
должна производиться ежегодно по завершении цикла наблюдений,
а если представляется возможным — и в процессе полевых
наблюдений. Данные исследований сводятся после обработки в
таблицы, по которым строятся графики и диаграммы.
Все результаты исследований и лабораторных анализов
вписываются в книгу, заведенную для постоянной пробной
площади. В нее же должны заноситься и данные, получаемые в
результате исследовательской работы последующих лет.

Л ИТЕРАТУРА
А бол и н Р. И. Опыт эпигенологической классификации болот.
«Болотоведение», 1914, № 3.
Аболин Р. И. К вопросу о классификации болот Северо-Западной области.
М., 1928.
Арефьева В. А. и КеммерихА. О. О причинах повышения уровня
грунтовых вод в бассейне р. Тобол. «Изв. АН СССР, серия геогр.», 1951а, № 5.
Арефьева В. А. и Кеммерих А. О. О подтоплении лесов грунтовыми
водами. «Лесное хозяйство», 19516, № 8.
Архипов С. С. Заболачивание и типы лесов Котласского леспромхоза. М.,
Гослестехиздат, 1932.
Архипов С. С. Заболачивание суши. Факторы и пути. Мм Гослестехиздат,
1934.
Бегак Д. А. и Беликова Н. М. Количество и распределение
микроорганизмов в верховых торфяниках. «Труды Н.-и. ин-та торф,
'промышленности», вып. 14, 1934.
Белозоров С. Т. Гавриил Иванович Танфильев и его географические
труды. В кн.: «Г. И. Танфильев. Географические работы». Географгиз, 1953.
Берг Л. С. Географические зоны Советского Союза, ч. I, География. 1947.
БогДановская-Гиенэф И. Д. Образование и развитие гряд и мочажин
на болотах. «Сов. ботаника», 1936, №6.
Богдановская-Гиенэф И. Д. Заболачивание водоемов путем
нарастания. «Научный бюлл. ЛГУ», 1945, № 2.
Богдановская-Гиенэф И. Д. Образование сплавин. «Труды Юбил.
сессий, посвященной 100-летию со дня рождения В. В. Докучаева». М.,
1949а.
Богдановская-Гиенэф И. Д. О классификации болотных массивов.
«Вестник ЛГУ», 19496, № 7.
Б о ч JVL С. Растительный покров и его связь с торфяной залежью болотных
массивов различных типов. «Ботан. журнал», 1958, № 4.
Б ру даст о в А. Д., Кац Н. Я. Болото. БСЭ. Изд. 2, т. 5, 1950.
Бурен ков В. А., К о щ е е в А. Л., Мальчезская Н. Н. Материалы по
изучению процессов заболачивания сплошных лесосек в Лисинском
леспромхозе. «Труды Ленингр. лесотехн. академии», 1934, вып. 4 D2).
Б у с а р о в а Е. И. Влияние некоторых факторов среды на рост ели и сосны
в заболоченных типах леса. «Лесное хозяйство», 1961, № 5.
Б у ш К. К- Эффект осушения по типам леса в Латвийской ССР. «Лесное
хозяйство», 1957, № И.
Буш К. К. Влияние осушительной мелиорации на прирост леса (по
исследованиям в Латвийской ССР). В кн.: «Проблемы повышения
продуктивности лесов», т. 2, Лесоосушительные мероприятия. М.— Л., 1959.
Б v ш К. К. О показе типов заболоченных и осушенных лесов на графических
схемах. «Изв. АН Латв. ССР», № 7 A68), Рига, 1961.
Буш К. К., К л я в и н ь ш Я. Я., Майке П. М., Сабо Е. Д. Осушение
лесных земель. М.—Л., Гослесбумиздат, 1960.
|2 Н. И. Пьявченко
177

Варлыгин П. Д. К вопросу о схеме отношений между образованием болот
в Европейской России и физико-географическими условиями среды.
«Вестник торф, дела», 1922, № 1 — 2.
Вильяме В. Р. Почвоведение. М., 1914.
Вильяме В. Р. Почвоведение. Ч. 2. М.—Л., 1926.
Вильяме В. Р. Почвоведение. Земледелие с основами почвоведения. М.,
изд. 5, 1946.
Вихляев И. И. Торф и его разработка простыми способами. М., 1922.
Вихляев И. И. Торфяной фонд республики, его устройство, изучение и
использование. «Вестник торф, дела», 1929, № 1.
Вомперский С. Э. Зависимость эффективности лесоосушения от качества
торфа. В кн.: «Проблемы повышения продуктивности лесов», т. 2, Лесо-
осушительные .мероприятия. М.— Л., Гослесбумиздат, 1959.
Герасимов Д. А. Растительность, строение и история развития торфяного
болота Галицкий мох при ст. Редкино Николаевской ж. д. «Труды
Опытной торф, станции», вып. I. М„ 1923.
Герасимов Д. А. Торф, его происхождение, залегание и распространение.
М.— Л., Гос. Научно-техн. горное изд-во, 1932.
Герасимов И. П., Марков К. К. Палеогеография территории СССР в
ледниковый период. В кн.: «Congres geologique international. Comptes
rendus de la dix-neuvieme session». Section 13, fasc. 15. Alger, 1952.
Гетманов Я. Я. К вопросу об эволюции лугов и болот. Л., 1925.
Гиляров М. С. Методы количественного учета почвенной фауны.
«Почвоведение», 1941, № 4.
Гребенщикова А. А. Влагоемкость торфа слабой степени разложения.
«Труды Ин-та леса АН СССР», т. 31, 1955.
Григорьева Т. Г. Роль растительного покрова в формировании
почвенной фауны. «Почвоведение», 1950, № 11.
Г р и ч у к В. П. Некоторые вопросы применения пыльцевого анализа для
целей реконструкции физико-географических условий. «Сов. ботаника», 1943,
№ 2.
ГричукВ. П. и ЗаклинскаяЕ. Д. Анализ ископаемых пыльцы и спор
и его применение в палеогеографии. Географгиз, 1948.
Г р и ч у к М. П. Основные черты изменения растительного покрова Сибири
в течение четвертичного периода. В кн.: «Палеогеография четвертичного
периода СССР». Изд. МГУ, 1961.
Гроздов Б. В. Типы леса Брянской, Смоленской и Калужской областей.
Брянск, 1950.
Г у л и д о в а И. В. Фотосинтез и транспирация у ели в различных
экологических условиях. «Труды Ин-та леса и древесины АН СССР», т. 53,
1962.
Доктуровский В. С. Болота, строение и развитие их. Изд. 1, Беидерское
земство, 1915.
Доктуровский В. С. Материалы по изучению болот. «Вестник торф,
дела», 1920, № 4.
Доктуровский В. С. Болота и торфяники, строение и развитие их. М.,
1922.
Доктуровский В. С. Метод анализа пыльцы в торфе. «Изв. Научно-экс-
перим. торф, ин-та», 1923, № 5.
Доктуровский В. С. Торфяные болота. Изд. 2. М., 1935.
Доктуровский В. С. и Кудряшов В. В. Пыльца в торфе. «Изв. Науч-
но-эксперим. торф, ин-та», 1923, № 5.
Дубах А. Д. Заболачивание лесных площадей в связи с
концентрированными рубками и меры борьбы с ним. Л., 1933.
Дубах А. Д. Влияние осушения на прирост древесины. Сб. Трудов ЦНИИЛХ,
вып. 1. Л., 1936.
Дуб а х А. Д. Специфичность болота. «Почвоведение», 1941, № 1.
Дубах А. Д. Гидротехнические мелиорации лесных земель. М.— Л., 1945.
Дубах А. Д. и Елпатьевский М. П. Технические указания по лесоосу-
шительной мелиорации. М., 1949.
178

•Елпатьевский М. П. Нарастание сфагновых мхов в высоту и его лесовод-
ственное значение. Сб. трудов ЦНИИЛХ, вып. 1. Л., 1936. :
Елпатьевский М. П. Мелиорация заболоченных ельников. Сб. трудов
ЦНИИЛХ «Исследования по лесному хозяйству». Л., 1949.
Елпатьевский М. П. Лесная осушительная мелиорация. М.— Л., Гослес-
бумиздат, 1957.
Елпатьевский М. П. Методика учета эффективности лесоосушения. Сб.
работ по лесному хозяйству Ленингр. н.-и. ин-та лесного хозяйства, вып. 4.
М.— Л., Гослесбумиздат, 1961.
Ер ков а Ю. В. Виды торфа. Стратиграфия торфяных залежей. В кн.:
«Торфяные месторождения Западной Сибири». М., Изд-во Главторффонда
РСФСР, 1957.
Ж Д а н н и к о в а Е. Н., П о п о в а* Ж- П. Влияние осушительной мелиорации
на микрофлору лесных почв. «Труды Ин-та леса и древесины СО АН
СССР», т. 50. Красноярск, 1961.
Зайцев Б. Д. Лес и почва. М.— Л., 1949.
Згуровская Л. Н. Анатомо-физиологические особенности активной части
корневых систем ели (Picea excelsa) и березы (Betula pubescens)B
зависимости от почвенных условий и возраста корней. «Труды Ин-та леса и
древесины АН СССР», т. 53. М.—Л.. 1962.
3 и з а А, А., Н и к о н о в М. Н. Сельскохозяйственное использование торфяных
болот. М., Сельхозгиз, 1955.
Иванов К. Е. Гидрология болот. Л., Гидрометеоиздат, 1953.
Иванов К. О. Основы гидрологии болот лесной зоны. Л., Гидрометеоиздат,
1957.
Иванов Л. А. О методе определения транепирации на срезанных побегах.
«Ботан. журнал», 1956, № 2.
Иванов Л. А. и Коссович Н. Л. Полевой метод определения
фотосинтеза в ассимиляционной колбе. «Ботан. журнал», 1946, № 5.
Ильвес А. Типы болотных лесов Эстонской ССР (автореферат). Тарту, 1956.
Капустинскайте Т. К. Естественное возобновление черноольшаников и
влияние осушения на их рост в Литовской ССР (автореферат). Каунас,
1959.
Кароль Б. П. Микроклимат и методы его изучения при геоботанических
исследованиях. В кн.: «Полевая геоботаника», т. 1. М.— Л., Изд-во АН
СССР, 1959.
К а ц Н. Я. О типах олиготрофных сфагновых болот Европейской России и
их широтной и меридиональной зональности. «Труды Ботан. н.-и. ин-та
при Физ.-мат. фак-те МГУ», 1928.
К а ц Н. Я. Болота Европейской части Союза ССР, ч. 1 и 2. «Ботан. журнал»,
1536, № 3 и 4.
К а ц Н. Я. Болота и торфяники. М., Учпедгиз, 1941.
Кац Н. Я. Болота Советской Азии (опыт районирования). «Бюлл. МОИП,
Отд. биологии», 1946, т. 51 B).
К а ц Н. Я. Типы болот СССР и Западной Европы и их географическое
распространение. Географгиз, 1948.
Кац Н. Я., Кириллович М. М. и Лебедева Н. В. Движение
поверхности сфагновых болот и формирование их микрорельефа. «Землеведение»,
т. 38, вып. 1. М., 1936.
Классификация видов торфа и торфяных залежей. М., Изд-во Главторффонда
РСФСР, 1951.
Козловская Л. С. Фауна лесных почв Котласского лесхоза. «Труды Ин-та
леса АН СССР», т. 36, 1957.
Козловская Л С. Характеристика фауны заболоченных лесных почв
средней тайги. «Почвоведение», 1959а, № 8.
Козловская Л. С. Роль почвенной фауны в разложении органических
остатков заболоченных лесных почв. «Труды Ин-та леса АН СССР», т. 49,
19596.
Козловская Л. С. Почвенная фауна и ее сезонная динамика в
заболоченных типах леса Кадниковского лесничества Вологодской области. «Труды
Ин-та леса и древесины АН СССР», т. 52. М.-- Л., Изд-во АН СССР. 1962.
4 9*
17Q

Козловская Л. С, Жданникова Е. Н. Совместная деятельность
дождевых, червей и микрофлоры в лесных почвах. «ДАН СССР», 1961, т. 139,
№ 2.
К о л л и с т П. Й. Некоторые результаты исследования условий
возобновления леса на осушенных переходных болотах в Эстонской ССР. «Труды
Ин-та леса АН СССР», т. 31, 1955.
Кощеев А. Л. Заболачивание сплошных лесосек на песчаных почвах и меры
борьбы с ним. «Труды Ин-та леса АН СССР», т. 13, 1953.
Кощеев А. Л. Заболачивание вырубок и меры борьбы с ним. Изд-во АН
СССР, 1955.
Кощеев А. Л. Влияние корневых систем соснового древостоя на
возобновление подроста под пологом и на вырубке по болоту. «Труды Ин-та леса
и древесины АН СССР», т. 53, М.— Л., Изд-во АН СССР, 1962.
Краснов И. И. О «болотной солифлюкции» и современной «трансгрессии
болот» на равнинах в зоне тайги. «Проблемы физ. географии», т. 10. М.,
1941.
Кудряшов В. В. Торфямик как растущее тело. «Вестник торф, дела»,
1929, № 1 и «Торф», 1929, № 1 и 2.
Куш чин о-в Н. Н. Влияние осушения лесных земель на рост сосновых и
ольховых дравостоав БССР. «Труды Ин-та леса АН СССР», т. 31, 1955.
Курбатов И. М. Химическое исследование торфогенного слоя. «Труды
Н.-н. ин-та торф, промышленности», .вьш. 14, 1934.
Курбатов И. М. Происхождение и состав органического вещества торфа.
«Труды Юбил. сессии, посвященной 100-летию со дня рождения 'В. (В.
Докучаева», М., 1949.
К у р б а т о .в а - Б е л и к о !В а Н. М. Микрофлора карбонатных торфяников
бассейна реки Неруссы. «Доклады ВАСХНИЛ», 1938, вьш. 1—-2.
К у <р б а т о в а - Б е л и к о з а Н. М. Закономерность распределения
микроорганизмов 'В низинных торфяниках. «Труды Ин-та торфа АН БССР»,
Минск, вып. 1, 1951.
К у р б а т о »в а - Б е л и к о в а Н. М. Итоги изучения микробиологической
деятельности в естественных торфяных залежах. «Труды Ин-та торфа
АН БССР», 1954, т. III.
Левин В. И. Прирост еловых древостоев на осушенных площадях Севера.
«Лесное хозяйство», 1940, № 11.
Леъицкий Л. Н. К вопросу об эволюции болот Амурской области. «Поч-
/вшедение», 1910, № 1.
Л ein и н Л. Я. Торфяной фонд СССР на 1/1 1936 г. В кв.: «Энергетические
ресурсы СССР», Изд-во АН СССР, 1937.
Лесной фонд РСФСР (Статистический сборник). М.—Л., Гослесбумиздат,
1968.
Мал ян о в А. П. Заболачивание почв на оплошных лесосеках.
«Почвоведение», 1939, № 5.
Матюшенко В. П. О геобот эпических основах гидрологии торфяных
болот. «Труды Инсторфа», вып. 14. М., 1934.
Мелехов И. С. К типологии концентрированных вырубок в связи с
изменением .в напочвенном покрове. Сб. «Концентрированные рубки в лесах
севера». М., 1954.
М е л е х о ib И. С. и Г о л д о б и н а П. В. Изменения напочвенного покрова
(В связи с .концентрированными рубками. Сб. н.-и. работ Арханг. лесо-
техн. ин-та, пзып. 9, 1947.
М е л е х о в И. С, Мелехова Т. А. О влиянии осушения болотных
сосняков на формирование древесины. «Лесной журнал», № 4, 1958.
Методы исследования торфяных болот. Ч. 1. Полевое исследование. «Труды
Центр, торф, опытной станции», т. 5. М., 1939.
Методы исследования торфяных болот. Ч. 2. Лабораторные и камеральные
работы. «Труды Центр, торф, опытной станции», т. б. М., 1939.
Минкина Ц. И. Опыт применения пыльцевого анализа к изучению
динамики развития торфяной залежи. «Труды Конфер. по спорово-пыль-
цевому анализу 1948 г.» Изд-'во МГУ, 1950.
180

Мир-чимк Г. Ф. Геологические условия образования торфяников и значение
геологии в торфяном деле. Работы Торфяной академии, вып. 1. М.,
1020.
Молчанов А. А. Гидрологическая роль леса. Изд-во АН СССР, 1900.
Нарышкин М. А. Прирост ели в зависимости от уровня грунтовых вод
и некоторых метеорологических факторов. «Труды JIa-боратории
лесоведения АН СССР», т. 3, 1961.
Нейштадт М. И. О возрасте торфяных болот Средней России. «Вестник
торф, дела», 1929, № 2.
Нейштадт М. И. Торфяные запасы Азиатской части СССР (с учетом
торфяного фонда всего СССР' и принципами его районирования. «Труды
Центр, торф, опытной станции», т. 4. М., 1938.
Нейштадт М. И. Советское болотоведение. «Бюлл. МОИП, Новая серия,
Отд. биологии», 1950, т. 55, .выл. 1.
Нейштадт М. И. Спорово-пыльцевой метод в СССР. История и
библиография. Изд-во АН СССР, 1952.
Нейштадт М. И. Палеогеография природных зон Европейской террито-
;рии СССР в послеледниковое время. «Иэв. АН СССР, серия театр.»,
1953, № 1.
Нейштадт М. И. История лесов и палеогеография СССР в голоцене.
Изднво АН СССР, 1957. ..
Нейштадт М. И. Палинология в СССР. История и библиография. Изд-во
АН СССР, I960.
Немчинов А. А. Генезис и классификация почв болотного ряда
европейского севера СССР. «Труды Юбил. сессии, посвященной 100-летию со
дня рождения В. В. Докучаева». М, 1949.
Немчинов А. А. Болотный процесс и его проявление в дер ново^под зол истой
зоне. Сб. работ Центрального музея почвоведения шм. В. В. Докучаева,
вып. 2. М.—Л., Изд-во АН СССР, 1957.
Неофитов а В. К. Грибная флора верховой неосушенной залежи торфа
и ее роль в процессе торфообразования. «Вестник ЛГУ», 1953, № 10.
Нестеров Н. С. Очерки по лесоведению. М., Сельхозгиз, Изд. I, 195«3;
изд. 2, I960.
Hhkoihob М. Н. О некоторых особенностях размещения торфяных
залежей. «Труды Юбил. сессии, посвященной 100-летию со дня рождения
В. В. Докучаева».. М., 1949. ^
Н и .к о.н о в М. Н. Районирование торфяны-х болот в связи с использованием
лх в народном хозяйстве. «Труды Ин-та леса АН СССР», 1955, т.'31.
Ниц ев к о А. А. Леса долгомошники в ботаническом и мелиоративном
отношении. Геоботаника. «Уч. зап. ЛГУ», 1954, № 167, вып. 34.
Оппоков Е. В. О насаждениях типа Pinetum sphagnosum в связи с
влиянием на них осушительных каналов. «Лесной журнал», 1911, № 6.
Орлов А. Я- Режим кислорода в почвенно-грунтовых водах некоторых
типов лесных почв Вологодской области. «Почвоведение», 1958, № 12.
Орлов А. Я. Распределение сосущих корней в толще переувлажненных
(почв еловых лесов в связи с условиями аэрации. «Бюлл. МОИП, Отд.
биологии», 1959, т. 64A).
Орлов А. Я-, Мина В. Н. Динамика почвенных факторов в некоторых
типах леса средней тайги. «Труды Ин-та леса и древесины АН СССР»,
т. 52. М.—Л., 1962.
Писарьков X. А. Повышение эффективности осушения лесных земель.
«Лесное хозяйство», 1952, № 9.
П и ч у г и н А. В., Д у н а е в Б. К., Исаев А. Н., Мицкевич К. М. .и
.Постников А. П.-Торфяные месторождения и их разведка. Изд. 2.
М.—Л., 1956.
Программы для геоботаничеоких исследований. Л., Издчво АН СССР, 193£.
Прозоров Ю. С. Болота маревого ландшафта Средне-Амурской
низменности. Из1-во АН СССР, 1961.
181

Прозоров Ю. С, Попов А. А. Основные типы болот и заболоченных
лесов Приморского края. «Труды Ин-та леса и древесины СО АН СССР»,
т. 50. Красноярск, 1961.
Протопопов В. В. Изменение микроклиматических условий под влиянием
рубок ухода в лиственно-елово.м древостое. «Труды Лаборатории
лесоведения АН СССР», т. 3. 1961.
Пятецкий Г. Е. Влияние избыточного увлажнения вырубок на всхожесть,
прорастание семян и приживаемость всходов хвойных пород. «Изв.
Карельского и Кольского филиалов АН СССР», 1958, № 2.
Пят едкий Г. Е. Водный режим почв сплошных 'концентрированных
вырубок южной Карелии и методы его регулирования. «Труды Карельского
филиала АН СССР», 1961. вып. 25.
Пьявченко Н. И. Торфяной фонд Курской области. «Торфяной фона
РСФСР». М., 1944.
Пьжвченко Н. И. Болото и торфяник. «Сов. ботаника», 1945, № 1.
Пьявченко Н. И. Торфяной фонд Тамбовской области. «Торфяной фонд
РСФСР». М., 1949.
Пьявченко Н. И. Причины заболачивания лесных гарей. «Лесное
хозяйство», 1952, Но 12.
Пьявченко Н. И. Заболачивание лесов в бассейне Шексны. «Труды Ин-та
леса АН СССР», т. 13, 1953а.
Пьявченко Н. И. К познанию природы грядово-мочажинных болотных
комплексо-в карельского типа. «Труды Ин-та леса АН СССР», т. 13. 19536.
Пьявченко Н. И. Условия заболачивания лесов таежной зоны. «Труды
Ин-та леса АН СССР», т. 23, 1954.
Пьявченко Н. И. Условия заболачивания еловых лесов и гарей по
наблюдениям в Великолукской и Вологодской областях. «Труды Ин-та леса
АН СССР», т. 26, 1955а.
П'ья.в че'ико Н. И. Бугристые торфяники. Изд-во АН СССР, 19556.
Пьявченко Н. И. Опыт классификации заболоченных лесов. В кн.:
«Академику В. Н. Сукачеву к 75-летию со дня рождения». М.—Л., Изд-во
АН СССР, 1956.
Пъ я .в чем ко Н. И. Типы заболачивания лесов в бассейне Северной Двины.
«Труды Ин-та леса АН СССР», т. 36, 1957а.
Пьявченко Н. И. Развитие в СССР исследований ло лесному
болотоведению и лесоС'Оушительной мелиорации. В к и.: «Достижения науки в
лесном хозяйстве СССР за 40 лет». М.—Л., Гослеобумиздат, 19576.
Пьявченко Н. И. Торфяники Русской лесостепи. Изд-'во АН CGCP, 1958.
Пьявченко Н. И. Типологическая характеристика заболоченных лесов
Европейской части РСФСР применительно к задачам осушения. В кн.:
«Проблемы повышения продуктивности лесов», т. 2. М.—Л., Гослесбум-
издат, 1959.
Пья'вченко Н. И. Биологический круговорот азота и зольных веществ в
болотных лесах. «Почвоведение», 1960, № 6.
Пьявченко Н. И., Кощеев А. Л. Причины вымочек леса в Западной
Сибири. «Труды Ин-та леса АН СССР», т. 26, 1955.
Пьявченко Н. И. и С и б и р е в а 3. А. О роли атмосферной пыли в
питании болот. «ДАН СССР», 1959, т. 124, № 2.
П ь я IB ч ем к о Н. И. и С и б и р е в а 3. А. Некоторые результаты
стационарного изучения (Взаимо'влияний леса и болота в подзоне средней тайги.
«Труды Ин-та леса и древесины АН СССР», т. 53, 1962.
Работно.в Т. А. Болота б. Никольского уезда, Северо-Двинской области.
«Изв. Гос. лугового ин-та», вьш. 4, 5, 6, 1929.
Р а к о в с к и й В., Позняк В.,' Р а к о в с к а я М., Ш и м анский В. К
вопросу о генезисе твердых топлив. «Труды Ин-та торфа АН БССР», т. 3.
Минск, 1954.
Ре>мезов Н. П., Быкова Л. Н., Смирнова К. М. Потребление и
круговорот азота и зольньгх элементов з лесах Европейской части СССР.
Изд-во МГУ. 1959.
182

Романов В. В. Гидрофизика болот. Л., Гидрометеоиздат, 1961.
Рубцов В. Г. Осушительная мелиорация как мера обеспечения
лесовозобновления. «Труды Ин-та леса АН СССР», т. 49, 1959.
Рунов Е. В., Валева С. А. Микробиологическая характеристика лесных
почв средней тайги Вологодской области. «Труды Ин-та леса и
древесины АН СССР», т. 52, 1962.
Рунов Е. В., Жданникова Е. Н. Микрофлора ризосферы березы и
ели на рлзл'Ичны'Х почвах средней тайги Вологодской области.
Сообщения Лаборатории лесоведения АН СССР, вып. 2, М., I960.
Рыбалки на А. В., Коно.нев'ко Е. В. Микрофлора и азотный режим
некоторых перегнойно-торфяных почв. В кн.: «Микроорганизмы и
органическое вещество почв». Изд-во АН СССР, 1961.
С а в ич Л. И. Сфагновые (торфяные) мхи Европейской части СССР. М.— Л.,
Изд-зо АН СССР, 1936.
С а в и ч - Л ю б и ц к а я Л. И. Сфагновые (торфяные) мхи. Флора споровых
растений СССР», т. 1, Листостебельные мхи A). М.— Л., Изд-во АН
СССР, 1952.
Самбук Ф. В. Печорские леса. «Труды Ботан. музея АН СССР», т. 24,
1932.
С и б и р е в а 3. А. Влияние напочвенного растительного покрова лесосек
на появление всходов сосны и ели. «Труды Ин-та леса АН СССР»,
т. 31, 1955а.
Сибирева 3. А. Изменение всхожести семян сосны и ели в зависимости
от продолжительности их замачивания и кислотности среды. Там же,
19556.
Сказ кит* Ф. Д., Л о«вч и«н с.к а я Е. И., Красносельская Т. А.,
Миллер М. С, Аникиев В. В. Практикум по физиологии растений.
М. Изд-во «Сов. наука», 1958.
Ск.р ы н н и к о в а И. Н. К вош-росу об истории исследования, принщшах
классификации и систематики болотных почв СССР. «Почвоведение»,
1954, № 4.
Смоляк Л. П. Возобновление леса на осушенных торфшо-болотных почвах
.полесья БССР. «Труды Ин-та леса АН СССР», 1955, т. 31.
Смоляк Л. П. Эффективность осушения черноольховых лесов (>по
исследованиям IB Белорусской ССР). В кн.: «Проблемы повышения
продуктивности лесов», т. 2, Лееоосушительные мероприятия. М.—Л., 1959.
Соколов С. Я. К 'Вопросу о классификации типов еловых лесов. В кн.:
«Очерки по фитсисоциологии и фитогеографии». М., 1929.
Стгарро Р. П. Ближние заболачивания и осушения на растительность. «Изв.
Научно-мелиорац. ин-та», № 3—9. Л., 1926.
Стадвиков Г. Л. Химия торфа. М., Госхимтехиздат, 1982.
Сукачев В. Н. О ботанико-географических исследованиях в Бузулукском
бору Самарской губернии. «Труды опытных лесничеств», вьпп. 2. СПб.,
1904.
Сукачев В. Н. Предварительный отчет об исследовании болот в
окрестностях Бородинской биологической станции в Бологом Новгородской
губернии. «Труды СПб. об-ва естествоиспытателей», т. 35, вып. 1.
Протоколы заседаний за 1904 г. СПб., 1904.
Сукачев В. Н. Материалы к изучению болот и торфяников озерной области.
«Труды Пресноводной биол. станции СПб. об-ва естествоиспытателей»,
т. II. СПб., 1906.
Сукачев В. Н. Программа для исследования болот.— «Почвоведение»,
1909, № 2.
Сукачев В. Н. Болота; их образование, развитие и свойства. В кн.:
«Сборник лекций Третьих дополнительных курсов для лесничих 1914 г.». Пг.,
1915.
Сукачев В. Н. Болота, их образование, развитие и свойства. Л., Изд. 3,
1926.
Сукачев В. Н. Руководство к изучению типов леса. Л., Изд. 3, 1931.
183

Сукачев В. Н. Взаимоотношение леса с болотом и лугом. В кн.: В. Н.
Сукачев и др. «Дендрология с основами лесной геоботаники», Л., 1934.
Сукачев В. Н. Основы теории биогеоценологии. В кн.: «Юбил. сборник,
посвященный 30-летию Великой Октябрьской социалистической
революции», ч. 2. М.—Л., Изд-во АН СССР, 1947.
Сукачев В. Н. О лесной биогеоценологии и ее основных задачах. «Ботан.
журнал», 1955, № 3.
Сукачев В. Н., Зонн С. В. Методические указания к изучению типов
леса. Изд. 2. М., 1961.
Такке Б.р. Научные основы культуры болот. Пер. с нем. М. В. Докукина.
М.—Л., Сельхозгиз, 1930.
Танфильев Г. И. О болотах Петербургской губернии. «Труды Вольно-
эконом. об-ва», 1888, № 5, и 1889, № 5.
Танфильев Г. И. Геоботанический очерк Полесья (приложение к
очерку работ Западной экспедиции по осушению болот), СПб., 1899.
Танфильев Г. И. Болота и торфяники. Полная энциклопедия русского
сельского хозяйства. Изд. Деврмена, СПб., 1900.
Танфильев Г. И. Пределы лесов в Полярной России по исследованиям
в тундре Тиманских самоедов. Одесса, 1911.
Технические указания по осушению лесных площадей. М.,. Изд. Мин-ва сельск.
хозяйства СССР, 1955.
Титов И. Болото. С.-х. энциклопедия, т. 1, 1932.
Титов И. А. Взаимодействие растительных сообществ м условий среды.
Изд. 1. «Сов. наука», 1952; изд. 2 — «Высшая школа», 1961.
Том а ш е<вс к и й И. И. Болотные почвы и условия среды. «Почвоведение»,
1967, № 5.
Торфяной фонд РСФСР. Изд. Главного упр. торф, фонда. М., 1957.
Третьяков Н. В., Горский П. В., С а м о й л о в и ч Г. Г. Справочник
таксатора. М.—Л., Гослесбумиздат, 1952.
Тюрем нов С. Н. Торфяные месторождения. М.—Л., 1940.
Тюрем нов С. Н. Торфяные месторождения и их разведка. М.—Л., 1949.
Тюремнов С. Н. н^В иноградова Е. А. Геоморфологическая
классификация торфяных месторождений. «Труды Моск. торф, ин-та», т. II, М.,
1953.
Усков С. П. К вопросу плодоношения еловых древостоев. «Труды Ию-та
леса и древесины АН СССР», т. 53, 1962.
Флеров А. Ф. Образование болот и за;растание озер в северо-западной
части Владимирской губернии. «Землеведение», 1899, кн. 1—2.
Флеров А. Ф. Изучение и исследование болот.— «Вестник торф, дела»,
1914, № 1.
X айн л а В. Повышение производительности болотных лесов путем
осушения. «Труды Ин-та леса АН СССР», т. 49, 1959.
Хеузер О. Основы культуры болот. Пер. с нем. под ред. Л. А. Чугунова,
М.— Л., Сельколхозгиз, 1931.
Хот я нови ч А. В. О характере влияния застойных почвенно-грунтовых
вод на обмен веществ сосны. «Лесной журнал». № 3. Архангельск, 1959.
Цинзерлинг Ю. Д. Очерк растительности болот по среднему течению
р. Печоры. «Изв. Главного ботан. сада СССР», 1929, т. 28, вып.
1—2.
Шнитников А. В. Внутривековые колебания уровня степных озер
Западной Сибири и Северного Казахстана и их зависимость от климата.
«Труды Лаборатории озероведения АН СССР», 1950, т. 1.
Эркин Г. Д. Гглясты лес на асушамы-м болоце. Мшек, 1931.
Эр кип Г. Д. Влияние осушения на производительность леса. М., 1934.
Яковлев Ф. С, Воронова В. С. Типы лесов Карелии и их природное
.районирование. Изд-во Карельской АССР, Петрозаводск, 1959.
Cajander A.-K. Studien uber die Moore Finnlands. Acta Forest. Fenn. 2. 3.
Helsdngfors, 1913.
Dau J. Uber die Torfmoore Seelands. Kopenhagen u*. Leipzig, 1829.
184

FruhJ. u; Schroter С. Die Moore der Schweiz. Bern, 1904.
Granlund E. De svenska Hogmossarnas Geologi. Sveriges Geoioglska Vn-
dersoknings Arsbok, 26, 1932.
Heikurainen L. Ober Veranderungen in den Wurzelverhaltnissen der
Kiefernbestande auf Moorboden im Laufe des Jahres. Acta Forestalia Fen-
nica, 66. Helsinki, 1955.
Heikurainen L, Metsaoiitus ja sen perusteet. Poryoo. Helsinki, 1960.
Huikari O. Experiments on the effect of anaerobic media upon birch, pine
and spruce seedings. Comm. Inst. Forest. Fenn. 42. 5. Helsinki, 1954.
Huikari O. Untersuchungen uber den Anteil der primaren Versumpfung an
der Entstehung der finnischen Moore. Comm. Forest. Fenn. 46, 6. Helsinki,
1956.
Huikari O. On the effect of anaerobic media upon the roots of birch pine
and spruce seedings. Comm. Inst. Forest. Fenn. 50, 9. Helsinki, 1959.
Lorenz J. Allgemene Resultate aus der pflanzengeorgaphischen Untersuchung
der Moore des praealpinen Hugelandes. Salzburg, Regensburg, 1858.
Lukkala O. J., Kotilainen Mauno J. Soiden ojituskelpoisuus. Tapio.
Helsinki, 1951.
Malm strom C. Ober die Gefahr der Versumpfung des Waldbodens in Nor
rland (Nordschweden). «Medd. fr.-Stat. Skogsforsoksansb, 1931, 26, 1.
Post L. Skogstradspollen i sydsvenska torfmosselagerfdljder. «Geol. F6ren.
Forhandb, 1916, Bd. 38.
Sendtner O. Die Vegetationsverhaltnisse Sudbayerns. Munchen, 1854.
Weber C.-A. Uber die Bezeichnung «Moor», «Torfo und «Humus». Protocol!
der 50. Sitzung der Central-Moor-Commission 16 bis 18 Dezember 1902.
Berlin, 1903.
Wollny E. Die Zersetzung der orgamischen Stoffe und Humusbikhmgeri mit
Rucksicht auf die Bodenkultur. Heidelberg, 1897.

ПРИЛОЖЕНИЯ
Приложение 1
Бланк описания №
« » -196 г
Объект исследования ~
Тип леса (группа ассоциаций)
Местонахождение (область, район, лесхоз, квартал)
Геоморфологические и геологические условия
Условия водного питания (выходы грунтовых вод, затопляемость
аллювиальными и делювиальными водами, атмосферное питание, плошадь водосбора)
Степень увлажнения поверхности, наличие зыбунов, уровень почвенно-грунто-
вых вод
Микрорельеф (общая характеристика, форма и размеры положительных и
отрицательных элементов микрорельефа, площадь, занимаемая ими, в %)
Почва (торфяная залежь)
Мертвый покров, степень покрытия почвы в %, его мощность и сложение-
Общая мощность торфяного слоя
Мощность слоя очеса и неразложившегося торфа
Характер минерального дна торфяника
Описание почвенного разреза
Л: образца
i
Название гори-!ГлУбина <М01Д-
зонта почвы иость ГОРИЗОН*
та), см
Морфологические признаки
(окраска, структура, механический
состав, ботанический состав торфа)
t
Степень
разложения торфа,
%
т

Уровень вскипания
Выделение карбонатов
Глубина проникновения корней-
Далее даются:
1) рисунки и схемы к описанию почвы (торфяной залежи);
2) схематический план пробной площади (с указанием размеров и привязкой
к квартальной сети или другим постоянным ориентирам).
Растительность
Общий характер распределения растительности
Древостой
Степень сомкнутости крон деревьев:
Общая По отдельным ярусам —
Равномерность сложения ярусов
Полнота Запас древесины на 1 га
Порода
Ярус
Состав
по чис- i
лу де_ по мас-
ревьев ! се
Диаметр, см
макси- j
маль средний
! НЫЙ ;
Высота, м
макси- 1
маль- 'средняя
ная i
Возраст

господствующий
Бонитет!
Число
стволов
на 1 га
Возобновление древостоя
ЛЬ м размер
площадки
Порода
Число
экземпляров на
площадке
Высота, см
Возраст

преобладающий
Характер

распределения

Происхождение

Состояние
Общий характер распределения корневых систем деревьев (глубина,
архитектоника, ярусность, протяженность)
Дополнительные замечания по древостою (фаутность, влияние человека и пр.)
!87

Подлесок
Сомкнутость полога (в десятых долях единицы)
Порода
Обилие
Проективное
покрытие
Высота, м
максимальная
i осподствую-
Фенофаза
Дополнительны е
замечания
Травяной и кустарничковый покров
Общий характер и облик, синузиальность
Распределение на подъярусы, их высота и облик
Степень общего проективного покрытия почвы и отдельно по подъярусам-
Степень задернения почвы
Название
растений
Подъ-
ярус
Обилие

Проективное
покрытие
Характер

произрастания

Жизненность

Фенологическое состояние!

Примечание
Моховой и лишайниковый покров
Степень покрытия почвы
Мощность мохового покрова —:
Особенности распределения —:
Наввание растений
Проективное
покрытие
Характер
произрастания
Жизненность
Дополнительны е
замечания
Напочвенные грибы
Влияние человека и животных. Следы пожаров-
Условия осушения
Заключение о целесообразности и возможности осушения
Водоприемник, его название и расстояние от объекта исследования
Наличие уклонов, обеспечивающих сброс воды с болота ——
Размеры русла и его состояние
188

Скорость течения и расход воды в водоприемнике
Сведения об имеющейся осушительной сети, ее давности и состоянии
Наличие естественных водотоков к водоприемнику, их характер, интенсивность
стока и пр.
Описание территории,между пунктами исследований
Исполнитель (подпись)
Приложение 2
Определение степени разложения торфа по внешним признакам
(по Зиза и Никонову, 1955)
Степень

разложения. %
да 15
15—25
25-35
35-50
Более 50
Растительные остатки
Хорошей
сохранности, составляют
почти всю массу торфа
Худшей
сохранности, но хорошо замет
ны, преобладают и
довольно легко распо
знаются; хорошо
заметен гумус
Худшей сохранности,
замазаны гумусом;
распознаются лишь
некоторые
Заметны и
распознаются только
некоторые, часто на изломе
торфа
Мало заметны или
совсем не заметны,
распознаются только
некоторые; гумус резко
преобладает
Физические свойства
Торф не мажет
руку, при сжатии в
кулаке не
продавливается меж пальцев,
отжатая масса пружинит
Торф начинает
слегка мазать руку при
растирании; при
сжатии в кулаке не
продавливается
При растирании
пачкает руку, часть
торфа продавливается при
сжатии в кулаке;
заметна пластичность
Пачкает руку,
продавливается при
сжатии; заметны
отпечатки пальцев
Пачкает руку, при '
сжатии в кулаке
продавливается большая
часть торфа
Отжимаемая вода
Светлая, от почти
прозрачной до желтого
цвета, отжимается
легко
Вода, коричневатая
или бурая, отжимается
свободно при 20 % и
с небольшим усилием
при 25 %
Вода отжимается с
усилием в небольшом
количестве,
коричневая или
серо-коричневая, мутная
Вода отжимается со
значительным усилием
очень мало, мутная,
темно-коричневая или
серо-коричневая
Вода совсем не
отжимается или
отжимается отдельным
каплями, очень мутная,
темно-коричневая,
почти черная
189

Приложение 3
Характеристика основных видов торфа по их внешним признакам
(по Зиза и Никонову, 1956, с дополнениями автора)
Цвет и изменение
его на воздухе
Сложение и степень
разложения
Внешни вид
растительных остатков
Вид торфа
От
соломенно-желтого до
светло-коричневого,
медленно темнеет
Чаще от ржаво-
бурого до
коричневого, темнеет

Темно-коричневый, темнеет
Оливковый,
темнеет до
коричневого

Золотисто-бронзовый, быстро
переходящий в темно-
серый
Буроватый с
золотистым оттенком,
быстро темнеет
Серовато-бурый,
быстро темнеет
Темно-серый или
буровато-серый,
быстро чернеет
190
Рыхлогубчатое
или соломистое;
степень разложения
5-30%

Волокнисто-губчатое; степень
разложения 40—50%
Довольно
плотное, однородное, на
изломе много
волокон; степень
разложения обычно 40—
60%
Волокнистое,
слизистое; степень
разложения 25—35%
Волокнистое,
довольно рыхлое;
степень разложения
обычно не выше
20—25%
Волокнистое,
более плотное;
степень разложения
20-35%

Тонковолокнистое, однородное;
степень разложения
25—35%
Грубоволокнистое
плотное; степень
разложения до 35—
45%
Очень мелкие
листочки длиной 0,8—
0,3 мм и тонкие ломкие
стебельки сфагновых
мхов
Листочки и
стебельки сфагновых мхов с
хорошо выраженной
примесью черных
корешков (шириной до
1 мм) и пучков темно-
рыжих волокон
пушицы
Темно-коричневые
или черные мягкие,
шириной до 1 мм,
корешки и пучки
темно-рыжих волокон пушицы
Довольно крупные
плоские корневища шей-
хцерии с
сохранившимися углами и тонкими
блестящими пленками
Тонкие ветвящиеся
стебельки гипновых
мхов с листочками
различной формы и
величины
Ветвящиеся
стебельки гипновых мхов и
мелкие, бурого или
серого цвета,
волосовидные корешки осок
Волосовидные
мелкие корешки осок
бурого или серого цвета
Жесткие
зеленоватые корневища
тростника (шириной 10—20
мм) с ясно заметными
узлами и мелкие
волосовидные корешки его
Сфагновый
Пушицево-
сфагновый
Пушице-
вый
Шейхце-
риевый
Глпновый
Осоково-
гипновый
Осоковый

Тростниковый

Приложение 3 (окончание)
Цвет и изменение
его на воздуха
Сложение и степень
разложения
Внешний вид
растительных остатков
Вид торфа
Черный или
темно-коричневый
От коричневого
до почти черного
От темно-серого
До
темно-коричневого
От темно-серого
до
темно-коричневого и почти черного

Темно-коричневый
Плотное, на
изломе грубые волокна
хвоща; степень
разложения обычно
высокая
Довольно
пластичное, иногда зер-
нисто-комковатое;
степень
разложения чаще 40—55%
Комковато-волок-
нитое; степень
разложения 35—50%
Ком ков ато-
волокнистое, довольно
однородное; степень
разложения чаще
40—50о/0
Однородное,
пластичное,, степень
разложения до 50—
55 %
Черные блестящие
пластинки корневищ
хвоща с зубчатыми
влагалищами и черные,
довольно жесткие
корешки его
Кусочки древесины
различной величины и
сохранности с
'примесью белесых и бурых
кусочков коры
Волосовидные
мелкие, бурого или серого
цвета корешки осок,
мелкие более или
менее грубые кусочки
древесины и коры
Жесткие
зеленоватые пластинки
корневищ и мелкие
волосовидные корешки
тростника в смеси с
кусочками древесины и
коры различной окраски
На изломе заметны
волокна пушицы и
красновато-бурые
остатки коры и
древесины сосны
Хвощевый
Древесный
Древесно-
осоковый
Древесно-
тростнико-
вый
Древесно-
(сосново)-пу-
шицевый

ОГЛАВЛЕНИЕ
Предисловие 3
Введение 5
Общие сведения о болотах и заболоченных землях 9
Основные понятия 9
Заболоченность территории СССР 18
Образование болот 21
Сущность и условия заболачивания 21
Заторфовывание водоемов 28
Заболачивание суши 33
Взаимовлияние леса и болота 48
Типы болот и торфяных залежей 72
Принципы типологии болот 72
Классификация болот 79
Виды торфа и торфяных залежей 87
Типология заболоченных и болотных лесов 96
Леса грунтового (проточного) ряда 103
Леса атмосферно-грунтового (слабопроточного) ряда . . 115
Леса атмосферного (застойного) ряда 123
Географическое распространение болот 128
Значение болотных и озерных отложений в изучении истории лесов . 145
Влияние осушения на рост леса 151
Примерная программа исследований по лесному болотоведешно 166
Экспедиционные исследования 167
: Стационарные комплексные исследования 171
Литература 177
Приложения 186
Николай Иванович Пьявченко
Лесное болотоведение
(Основные вопросы)
Утверждено к печати Институтом леса и древесины
Сибирского отделения Академии наук СССР
Редактор Издательства В. С. Волынская. Переплет художника М. И. Эльцуфека
Технический редактор В. В. Волкова
ПСО АН СССР № 87—157В. Сдано в набор 28/XI 1962 г. Подписано к печати 7/1II МЫ г.
Формат G0X907i,:. Печ. л. 12. Уч.-изд. л. 12,2. Тираж 1200 экз. Т-03419
Изд. Kb 1505. Тип. за к. № 5453
Цена 95 коп.
Издательство Академии наук СССР. Москва, Б-62, Подсосенский пер., 21
2-я типография Издательства АН СССР. Москва, Г-99. Шубинский пер. 10